# Отдача Вторая книга из серии о Кейт Бранниган, 1993

Вэл Макдермид

Вэл Макдермид


Отдача


Вторая книга из серии о Кейт Бранниган, 1993


1


Дело о пропавших оранжереях. Похоже, рассказ о Шерлоке Холмсе Конан Дойл так и не удосужился написать, потому что он был слишком скучным. Позвольте мне сказать вам, что в этом вопросе я был с Конаном Дойлом. Если бы не тот факт, что личная жизнь нашей секретарши отчаянно нуждалась в ЭКТ, я бы ни за что не стал вмешиваться. Что, как оказалось, могло быть не так уж плохо.


Я скорчился за тяжелой массой лифтового оборудования, затаив дыхание, отчаянно молясь, чтобы выбрать правильный момент, чтобы сделать свой ход. Я знал, что второго шанса с таким мерзким типом, как наемный убийца Вохола, у меня не будет. Я заметил его, когда он выходил из лестничного колодца. Я вскочил на ноги и бросился на один из пары тяжелых блоков, подвешенных к потолку. Он пролетел через комнату к моему безжалостному противнику. В последнюю минуту он обернулся, заметил мяч и пригнулся, позволив ему просвистеть над головой. У меня пересохло во рту от страха, когда он заметил меня и угрожающе направился в мою сторону. Я увернулся от механизма лифта, пытаясь удержать его между нами, чтобы я мог броситься к лестнице. Когда он бросился за мной, я отчаянно замахнулся другим блоком в его сторону. Удар пришелся ему сбоку по голове, инерция швырнула его через подъемную шахту в черноту внизу. Я сделал это! Мне удалось остаться в живых!


Я медленно выдохнул с облегчением и откинулся на спинку кресла, нажав клавишу, которая предложила мне опцию "Сохранить игру". Взгляд на часы подсказал мне, что пора заканчивать Space Quest III на сегодня. У меня был получасовой перерыв на обед - это все, что я мог уделить в отсутствие моего партнера Билла. Кроме того, я знал, что наша секретарша Шелли с минуты на минуту должна была вернуться со своего обеденного перерыва, и я не хотел, чтобы она вошла и застала меня за этим. Пока кота нет, мышонок играет в Space Quest и все такое, что не очень по-деловому для партнера из консалтингового агентства по безопасности и частного сыска. Даже если я всего лишь младший партнер.


На той конкретной неделе я был единственным шоу в городе. Билл покинул корабль ради "жарких мест" (или это должно быть "жаркое для лобстеров"?) на Нормандских островах, чтобы пройти курс компьютерной безопасности для торгового банка. Что означало, что Кейт Бранниган была единственной функционирующей половиной "Мортенсен и Бранниган", насколько это касалось материковой части Великобритании. Скажите это так быстро, и мы будем звучать как крупные игроки, а не как агентство с двумя оперативниками, которое занимается значительной частью преступлений "белых воротничков" на северо-западе Англии.


Я направилась к шкафу в моем офисе, который одновременно служит дамским туалетом и офисной фотолабораторией. У меня была пара пленок, которые требовали обработки, с моих выходных наблюдений за лабораторией фармацевтической компании. У компании "Фармас Снабженс" возникли некоторые проблемы с контролем запасов. Я провел пару дней, работая внутри в качестве временного лаборанта, достаточно долго, чтобы понять, что проблема заключалась не в том, что происходило в рабочее время. Кто-то пробирался внутрь, когда лаборатория была заперта, и помогал себе, а затем взламывал компьютерные архивы запасов, чтобы вылечить их. Все, что мне нужно было выяснить, - это личность хакера, которая раскрылась после того, как я пару вечеров просидел в тесноте на заднем сиденье новейшей игрушки Мортенсена и Браннигана, маленького фургончика Rascal, который мы оборудовали специально для слежки. Надеюсь, доказательство, изобличающее старшего лаборанта, было у меня в руках, навсегда запечатленное на самой быстрой пленке, которую можно купить за деньги.


Я с нетерпением ждал получаса в темной комнате, вдали от телефонов, которые, казалось, не переставали звонить с тех пор, как ушел Билл. Не повезло. Я едва задернул светомаскировочную штору, когда домофон загудел, как та ужасная дрель, которую стоматологи используют для снятия пломбы. Жужжание прекратилось, и искаженный голос Шелли донесся до меня, как Дональд Дак на гелии. "Кейт, у меня есть для тебя клиент", - расшифровал я.


Я вздохнул. Месть Зубной феи за игры на офисном компьютере. "Я играл в свое время”, - пробормотал я в тщетной надежде, что это успокоит старую кошелку. "Кейт? Ты меня слышишь?" - просигналила Шелли.


В книге нет записи на прием”, - попытался я.


"Это срочно. Не могли бы вы выйти из фотолаборатории, пожалуйста?"


"Полагаю, да”, - проворчал я. Я знал, что отказываться не было смысла. Шелли вполне способна подождать целую минуту, а затем постучать в дверь, требуя срочного дела о мести Монтесумы из мексиканского тако-бара внизу, где она угощает себя обедом раз в неделю. Она всегда меняет дни, чтобы я никогда не мог уличить ее во лжи.


Все еще ворча, я позволил себе вернуться в свой кабинет. Прежде чем я сделал три шага назад к своему креслу, Шелли была в комнате, плотно закрыв за собой дверь. Она выглядела слегка взволнованной, когда подошла к моему столу, выражение ее лица было таким же знакомым, как неподдельное сострадание у баронессы Тэтчер. Она протянула мне бланк нового клиента с заполненным именем. Тед Барлоу. Расскажи мне об этом”, - сказал я, смиряясь.


"Он владеет фирмой, которая строит и устанавливает оранжереи, и его банк отзывает у него кредиты, требуя погашения его овердрафта и отказывая ему в кредите. Ему нужно, чтобы мы выяснили причину и убедили его банк изменить свое решение ”, - объяснила Шелли, слегка задыхаясь. Это совсем не в его характере. Я начал задаваться вопросом, что именно произошло с ней за обедом.


"Шелли”, - простонал я. "Ты знаешь, что это не в нашем стиле. Парень вляпался в какую-то авантюру, банк вмешался, и он хочет, чтобы кто-нибудь вытащил его из дерьма. Вот так просто. В этом нет денег, в этом нет смысла.'


Кейт, просто поговори с ним, пожалуйста?" Шелли в роли просителя была для меня новой ролью. Она никогда ни о чем не умоляет. Даже ее требования о повышении зарплаты подробно изложены в точных, хорошо документированных служебных записках. Парень в отчаянии, ему действительно нужна помощь. Он не играет на скрипке, я бы поставил на это деньги.'


"Если он не играет на скрипке, то он единственный строитель, которого не было с тех пор, как Соломон построил храм”, - сказал я.


Шелли вскинула голову, бусины, вплетенные в ее косы, зазвенели, как колокольчики на ветру. "Что с тобой, Кейт?" - бросила она мне вызов. "Ты становишься слишком высокомерным для маленьких людей? В наши дни ты имеешь дело только с рок-звездами и председателями компаний?" Ты всегда занят тем, что рассказываешь мне, как ты гордишься своим отцом, который прошел путь от производственной линии в Коули до бригадира. Если бы там был твой отец со своей маленькой проблемой, ты бы сказал ему, чтобы он уходил? Этот парень не какая-то большая шишка, он просто работящий парень, который прошел нелегкий путь, и теперь какой-то безликий банковский менеджер хочет все это у него отобрать. Ну же, Кейт, где твое сердце?' Шелли резко остановилась, выглядя потрясенной.


Так ей и следовало поступить. Она была совершенно не в порядке. Но она привлекла мое внимание, хотя и не по той причине, о которой думала. Я решила, что хочу увидеть Теда Барлоу, не потому, что меня мучило чувство вины. Но я была очарована зрелищем человека, который катапультировал Шелли в роль львицы, защищающей своих детенышей. С момента ее развода я не видел, чтобы какой-нибудь мужчина хоть на градус повысил ее завидное хладнокровие.


"Пригласи его, Шелли”, - резко ответил я. "Давай послушаем, что этот человек может сказать в свое оправдание".


Шелли прошествовала к двери и распахнула ее. “Мистер... Барлоу? Мисс Бранниган примет вас сейчас". Она жеманно улыбнулась. Клянусь Богом, эта жесткая маленькая женщина, которая управляет двумя своими подростками, как гунн Аттила, жеманничала.


Мужчина, появившийся в дверном проеме, заставил Шелли выглядеть хрупкой, как скульптура Джакометти. Он легко достигал шести футов роста и выглядел так, словно костюм был для него таким же чуждым, как перуанская флейта. Не то чтобы он был громоздким. Его широкие плечи сужались от широкой груди к узкой талии без малейшего напряжения в швах его нестандартного костюма. Но было видно, что он состоял из сплошных мускулов. Как будто этого было недостаточно, его ноги были длинными и стройными. За это тело можно было умереть.


Красивые ноги, хотя стыдно за лицо. Тед Барлоу не был красавчиком от шеи и выше. У него был слишком большой нос, оттопыренные уши, брови сходились посередине. Но его глаза выглядели добрыми, от них расходились лучики смеха. На мой взгляд, ему было за тридцать, и, судя по языку его тела, он не слишком много из этих лет провел в офисе, если судить по нему. Он неловко стоял в дверном проеме, переминаясь с ноги на ногу, нервная улыбка не доходила до нежных голубых глаз.


"Проходите, присаживайтесь", - сказал я, вставая и указывая на два изысканно удобных кресла из кожи и дерева, которые я купил для клиентов в момент нехарактерной для меня доброты. Он неуверенно вошел в кабинет и уставился на стулья, как будто не был полностью уверен, что впишется в них. Спасибо тебе, Шелли, - многозначительно сказал я, когда она продолжала топтаться у двери. Она ушла, на этот раз неохотно.


Тед опустился в кресло и, удивленный комфортом, слегка расслабился. Они всегда работают, эти кресла. Выглядят как ад, ощущаются как рай. Я придвинул к себе бланк нового клиента и сказал: "Мне нужно внести несколько деталей, мистер ... Барлоу, чтобы мы могли посмотреть, сможем ли мы оказать вам необходимую помощь". Шелли, возможно, была в восторге, но я не уступал ни на йоту без уважительной причины. Я получил номера телефонов и адрес – промышленный район в Стокпорте – затем спросил, как он узнал о нас. Я молился, чтобы он выбрал нас из Желтые страницы , чтобы я мог бросить его, не обидев никого, кроме Шелли, но очевидно, что уничтожение наемного убийцы Вохаула должно было стать моим единственным успехом за день.


"Марк Бакленд из SecureSure сказал, что вы разберетесь со мной", - сказал он.


"Ты хорошо знаешь Марка, не так ли?" Глупо, но я все еще цеплялся за надежду. Возможно, он знал Марка только потому, что SecureSure установила на него охранную сигнализацию. Если так, я все равно мог бы попрощаться с ним, не нарушая существенной скидки, которую Марк предоставляет нам на все оборудование, которое мы заказываем у него.


На этот раз улыбка Теда осветила его лицо, демонстрируя тот же тип мальчишеского обаяния, которого мне вполне хватает дома, спасибо. "Мы были друзьями много лет. Мы вместе учились в школе. Мы по-прежнему играем в крикет вместе. Игроки, открывающие игру с битой на Стокпортском виадуке, вы бы поверили?'


Я проглотил вздох и перешел к делу. "В чем именно проблема?"


"Ну, если это банк. Я получил это от них сегодня утром", - сказал он, неуверенно протягивая сложенный лист бумаги.


Я избавил его от страданий и забрал их у него. Он выглядел так, как будто я снял тяжесть мира с его широких плеч. Я открыл его и продрался сквозь искаженное словоблудие. В итоге у него было 74 587,34 евро непогашенной задолженности по кредиту в размере 100 000 евро и овердрафт в размере 6325,67 евро. Королевский банк Пеннин хотел вернуть свои деньги как можно скорее, иначе они конфисковали бы его дом и его бизнес. И их ассоциированная финансовая компания написала бы ему отдельно, в основном, чтобы сообщить ему, что его клиенты также больше не будут требовать от них никаких кредитов. И я думал, что мой банковский менеджер писал отрывистые письма. Я мог понять, почему Тед выглядел опустошенным. "Понятно", - сказал я. "И у вас есть какие-нибудь идеи, почему они написали это письмо?"


Он выглядел смущенным. "Ну, я позвонил им, как только получил это, как и ты. И они сказали, что не могут обсуждать это по телефону, не могу ли я зайти к ним. Итак, я сказал, что зайду сегодня утром. Видите ли, это был не мой местный филиал; теперь все маленькие филиалы подчиняются большому отделению в Стокпорте, так что я не знал парня, который подписал письмо, или что-то в этом роде. - Он сделал паузу, чего-то ожидая.


Я кивнул и ободряюще улыбнулся. Казалось, это сработало.


"Ну, я зашел, как я уже сказал, и увидел парня, который подписал письмо. И я спросил его, что все это значит, и он сказал, что если я проверю свои документы, то увижу, что он не обязан называть мне причину. Он был настоящим чучелом. Затем он сказал, что не имеет права обсуждать конфиденциальные причины решения банка. Что ж, меня это не устраивало, ни в коем случае, потому что я не пропустил ни одного платежа по этому кредиту, по крайней мере, за те четыре месяца, что он у меня был, и я уменьшил овердрафт на четыре тысячи за последние шесть месяцев. Я сказал ему, я сказал, что ты несправедлив ко мне. А он просто пожал плечами и сказал, что сожалеет.' Голос Теда повысился от возмущения. Я мог понять почему.


"Так что же произошло потом?" - подсказал я.


'Ну, боюсь, я немного потерял свою газетенку, понимаете? Я сказал ему, что он ни о чем не сожалеет, и что я не собираюсь так все оставлять. Затем я вышел.'


Я изо всех сил старался сохранить невозмутимое выражение лица. Если это была идея Теда немного сбросить свой лоск, я мог видеть, что кто-то вроде Шелли был именно тем, что ему было нужно. "У вас должно быть какое-то представление о том, что за этим стоит, мистер... Барлоу”, - подтолкнул я.


Он выглядел искренне сбитым с толку, когда покачал головой. "Понятия не имею. Я всегда отдавал банку то, что им причиталось, в срок. Этот кредит я взял, чтобы расширить бизнес. Мы только что переехали в новое производственное подразделение в Чидл-Хит, но я знал, что дела идут достаточно хорошо, чтобы вовремя погасить кредит.'


"Вы уверены, что ваши заказы не сократились из-за экономического спада, и банк не просто принимает меры предосторожности?" Я рискнул.


Он покачал головой, его рука нервно потянулась к карману куртки. Он виновато остановился. "Ничего, если я закурю?" - спросил он.


"Продолжайте", - ответил я. Я встал, чтобы принести ему пепельницу. “Вы что-то говорили? О последствиях экономического спада?"


Он нервно поднес сигарету к губам. "Ну, честно говоря, мы этого не видели. Я думаю, что происходит то, что люди, которые пытались продать свои дома, отчасти отказались от этой идеи и решили пойти на некоторые улучшения в тех местах, где они уже находятся. Вы знаете, переоборудование мансард для дополнительных спален и тому подобное? Ну, многие из них выбирают зимние сады, чтобы создать дополнительную гостиную, особенно если у них есть дети-подростки. Я имею в виду, что если в зимнем саду двойное остекление и вы вставляете радиатор, то в нем так же тепло, как в комнате в доме зимой. Наш бизнес на самом деле вырос в это время в прошлом году.'


Я вытянул из него, что он специализировался на пристройке зимних садов к новым домам в поместьях, где продавцы стеклопакетов обычно паслись, как скот. Таким образом, ему приходилось изготавливать всего несколько дизайнов в нескольких стандартных размерах, что сводило накладные расходы к минимуму. Он также сосредоточился на относительно компактном районе: юго-западной части Манчестера и Уоррингтон-нью-тауне, столице литтл-боксов на Северо-Западе. Два продавца, которых он нанял, привезли более чем достаточно заказов, чтобы поддерживать завод в рабочем состоянии, настаивал Тед.


"И вы абсолютно уверены, что банк не дал вам ни малейшего представления о том, почему они лишают права выкупа?" - Спросила я снова, не желая верить, что они были настолько кровожадны.


Он неуверенно кивнул, затем сказал: "Ну, он сказал что-то, чего я не понял".


"Ты можешь точно вспомнить, что это было?" Спросила я тоном, которым разговаривают с особенно медлительным ребенком.


Он нахмурился, пытаясь вспомнить. Это было все равно что наблюдать за слоном, который вяжет крючком. "Ну, он действительно сказал, что был необычно и неприемлемо высокий процент невыполнения обязательств по повторным ипотечным кредитам, но больше он ничего не сказал".


"Повторные ипотечные обязательства?"


"Люди, которые не могут продать свои дома, часто перезакладывают их, чтобы наложить лапу на свой капитал. Они используют зимний сад как предлог для перезаклада. Но я не понимаю, какое это имеет отношение ко мне, - жалобно сказал он.


Я не был полностью уверен, что сделал это. Но я знал человека, который сделал бы. Я не был в восторге от истории Теда Барлоу, но я завершил дело о фармацевтике за меньшее время, чем ожидал, так что неделя выглядела вялой. Я подумал, что это не убьет меня, если я день или два поиграю с его проблемой. Я собирался попросить Теда предоставить Шелли список его клиентов за последние несколько месяцев, когда он наконец привлек мое внимание.


"Ну, я был так зол, когда уходил из банка, что решил пойти и повидаться с некоторыми людьми, которые оформляли перезакладку. Я вернулся в офис, взял имена и адреса и поехал в Уоррингтон. Я зашел в четыре дома. Два из них были совершенно пусты. А в двух других жили совершенно незнакомые люди. Но – и это действительно странно, мисс Бранниган – там не было никаких оранжерей. Они исчезли. Оранжереи просто исчезли.'


2


Я сделал глубокий вдох. Я заметил, что в этом мире есть некоторые люди, которые от рождения неспособны рассказать историю, идущую по прямой линии от начала через середину к концу, включающую все относящиеся к делу моменты. Некоторые из них выигрывают Букеровскую премию, и меня это устраивает. Я просто хочу, чтобы они не оказались в моем офисе. "Исчезли?" Я, наконец, повторил, когда стало ясно, что Тед выстрелил в упор.


Он кивнул. Это верно. Их просто там больше нет. И люди, которые живут в двух домах, клянутся вслепую, что там никогда не было оранжереи, с тех пор как они переехали несколько месяцев назад. Все это для меня полная загадка. Вот почему я подумал, что вы могли бы помочь ". Если бы Шелли была в комнате, она бы перевернулась на спину при виде доверчивой мольбы на лице Теда Барлоу.


Как бы то ни было, я попался на крючок. Не часто я получаю клиента, которому нужно разгадать настоящую тайну. И это дало мне дополнительный бонус в виде возвращения к Ms Supercool. Смотреть, как Шелли прыгает через обручи для Теда Барлоу, должно было стать лучшим кабаре в городе.


Я откинулся на спинку стула. "Хорошо, Тед. Мы посмотрим на это. При одном условии. Я боюсь, что, поскольку банк прекратил вашу кредитную линию, я буду вынужден попросить у вас предоплату наличными.'


Он был на шаг впереди меня. "Штуки хватит?" - спросил он, вытаскивая толстый конверт из внутреннего кармана.


Настала моя очередь беспомощно кивнуть. "Я думал, вам понадобятся наличные", - продолжил он. "Мы, строители, всегда можем раздобыть несколько шиллингов в качестве заготовки, когда понадобится. Деньги на черный день. Таким образом, вы всегда гарантируете, что важным людям заплатят. ' Он протянул конверт. "Давай, пересчитай, я не обижусь", - добавил он.


Я сделал, как он сказал. Все это было там, в подержанных двадцатках. Я нажал кнопку внутренней связи. "Шелли? Не могли бы вы выдать мистеру Барлоу квитанцию на тысячу фунтов наличными, когда он будет уходить?" Спасибо.' Я поднялся на ноги. 'Мне нужно уладить здесь одну или две вещи, Тед, но я хотел бы встретиться с тобой позже сегодня днем в твоем офисе. В четыре часа, хорошо?'


Это здорово. Должен ли я оставить инструкции у вашего секретаря? - В его голосе звучало почти нетерпение. Это может стать очень весело, подумал я про себя, провожая Теда. Он направился к столу Шелли, как почтовый голубь.


Как бы мне ни нравился Ted, я очень рано понял в этой игре, что симпатия к кому-то не является гарантией его честности. Поэтому я поднял телефонную трубку и позвонил Марку Бакленду в SecureSure. Его секретарша не морочила мне голову рассказами о фиктивных встречах, поскольку Марк всегда рад получить весточку от Мортенсена и Браннигана. Обычно для него это означает неплохой заработок. SecureSure поставляет большое количество оборудования, которое мы рекомендуем в качестве консультантов по безопасности, и даже с учетом существенной скидки, которую он нам предлагает, Mark по-прежнему получает кругленькую прибыль.


"Привет, Кейт!" - поприветствовал он меня, в его голосе слышалась обычная передозировка энтузиазма. "Теперь не говори мне, дай угадаю. Тед Барлоу, я прав?"


"Ты прав".


"Я рад, что он последовал моему совету, Кейт. Парень по уши в дерьме, и он этого не заслуживает". Марк казался искренним. Но, с другой стороны, он всегда так делает. Это главная причина, по которой он может позволить себе разъезжать на Mercedes coupe стоимостью в семьдесят тысяч.


"Именно по этому поводу я тебе и звонил. Не сочти за неуважение, но мне нужно убедиться, что парень кошерный. Я не хочу оказаться через три дня в дороге с этим, и какой-нибудь банковский клерк скажет мне грубое слово, потому что в послужном списке нашего мистера ... Барлоу больше поворотов, чем на овечьей тропе, - сказал я.


"Он действительно кошерный, Кейт. Парень абсолютно натурал. Он из тех, кто попадает в неприятности, потому что слишком честен, если ты понимаешь, что я имею в виду".


"Да ладно тебе, Марк. Ты разговариваешь со мной. Ради Бога, этот парень строитель. Он может наложить лапы на тысячу наличными, просто так. Это не прямолинейно, не в обычном понимании этого слова, - запротестовал я.


"Ладно, возможно, налоговый инспектор не знает о каждом заработанном им шиллинге. Но это не делает тебя плохим человеком, не так ли, Кейт?"


"Так скажи мне правду, а не рекламную копию".


Марк вздохнул. "Ты жестокая женщина, Бранниган". Расскажи мне об этом, цинично подумала я. "Верно. Тед Барлоу, вероятно, мой самый старый друг. Он был моим шафером в первый раз. Я был билетером на его свадьбе. К сожалению, он женился на первоклассной сучке. Фиона Барлоу была шлюхой, и последним парнем, который узнал об этом, был Тед. Он развелся с ней пять лет назад и с тех пор стал трудоголиком. Он начинал как группа из одного человека, немного занимаясь заменой Windows. Затем пара друзей спросила его, может ли он устроить для них оранжерею. Они жили в собственности настоящих игроков, знаете, Вимпи, Баррарте, что-то в этом роде. Они уговорили Теда создать оранжерею в викторианском стиле, сплошь из витражного стекла и ПВХ. Конечно, обезьяна видит, обезьяна хочет. Половина поместья хотела такую, и Тед начал заниматься оранжерейным бизнесом. Теперь у него действительно солидная маленькая фирма, значительный оборот, и он добился этого прямым путем. Что, как вы знаете, чертовски необычно в сфере обустройства дома.'


Несмотря на мой природный скептицизм, я был впечатлен. Что бы ни происходило с консерваториями Теда Барлоу, это выглядело так, как будто что-то замышлял не сам человек. "А как насчет его конкурентов? Хотели бы они вставить ствол?" Я спросил.


"Хм", - задумчиво произнес Марк. Я бы так не подумал. Он не настолько серьезен, чтобы беспокоить кого-то из действительно важных парней. Он строго маленький, уважаемый и местный. Что бы здесь ни происходило, нужен кто-то вроде тебя, чтобы разобраться в этом. И если ты все-таки разберешься, потому что он такой хороший друг, я даже откажусь от своих десяти процентов комиссионных за то, что отправил его к тебе!'


“Если бы я не была леди, я бы послала тебя к черту, Бакленд. Десять процентов!" Я фыркнула. "Только ради этого я откладываю приглашение на обед. В любом случае, спасибо за предысторию. Я сделаю все, что в моих силах, для Теда ”.


Спасибо, Кейт. Ты не пожалеешь. Разберись с ним, и он станет твоим другом на всю жизнь. Жаль, что у тебя уже есть оранжерея, а?" Он ушел прежде, чем я смогла сесть на коня. Так же хорошо, на самом деле. Мне потребовалось добрых тридцать секунд, чтобы понять, что он был на взводе, и я купился на это.


Я прошел во внешний офис, чтобы отдать Шелли бланк нового клиента и наличные для банковского обслуживания. К моему удивлению, Тед Барлоу все еще был там, неловко стоя перед столом Шелли, как ребенок, который задержался после урока, чтобы поговорить с учительницей, в которую он влюблен. Когда я вошел, Шелли выглядела взволнованной и быстро сказала: "Я уверена, что у Кейт не возникнет проблем с выполнением этих указаний, мистер ... Барлоу".


"Хорошо, тогда я ухожу. Увидимся позже, мисс Бранниган".


"Кейт", - автоматически поправила я. Мисс Брэнниган заставляет меня чувствовать себя моей старой девой двоюродной бабушкой. Она не из тех неукротимых старых бидди с острым, как бритва, умом, которыми мы все хотим быть, когда состаримся. Она эгоистичная, ипохондричная, требовательная старая манипулятор, и у меня есть суеверный страх, что если я позволю достаточному количеству людей называть меня мисс Бранниган, это может передаться и мне.


"Кейт", - нервно признал он. Большое вам обоим спасибо. - Он попятился к двери. Шелли опустила голову, ее пальцы порхали над клавиатурой еще до того, как дверь закрылась хотя бы наполовину.


"Удивительно, как много времени уходит на то, чтобы дать набор указаний", - мило сказала я, опуская бланк в ее папку входящих.


"Я просто сочувствовала этому мужчине", - мягко ответила Шелли. С ее кожей кофейного цвета это не всегда легко определить, но я бы поклялась, что она покраснела.


"Тоже весьма похвально. В этом конверте тысяча. Не могли бы вы заскочить с ними в банк? Я бы предпочел не оставлять их в сейфе".


"Ты поступаешь правильно. Ты бы только потратил их", - парировала Шелли, отыгрываясь. Я показал ей язык и вернулся в свой кабинет. Я снова поднял трубку. На этот раз я позвонил Джошу Гилберту. Джош - партнер в компании, предоставляющей финансовые услуги.


Они специализируются на предоставлении советов и информации тем людям, которые настолько параноидальны по поводу того, что в конечном итоге станут обнищавшими пожилыми гражданами, без которых они с радостью обходятся, пока они достаточно молоды, чтобы наслаждаться этим, просто чтобы они могли с комфортом откинуться назад в старости, бормоча: "Если бы у меня снова была моя молодость, я мог бы сейчас кататься на водных лыжах ..." Джош убеждает их положить свои шекели в пазухи страховых компаний и паевых фондов, а затем сидит и планирует собственную пенсию на солидные комиссионные, которые он только что заработал. Единственная разница в том, что Джош ожидает, что его выход на пенсию начнется в сорок. Сейчас ему тридцать шесть, и он говорит мне, что он близок к цели. Я ненавижу его.


Конечно, он был с клиентом. Но я намеренно позвонила без десяти минут час. Я подумала, что таким образом он сможет перезванивать мне между встречами. Три минуты спустя я разговаривал с ним. Я вкратце обрисовал проблему Теда Барлоу. Джош часто говорил "Ммм". В конце концов, он сказал: "Я проверю твоего парня. И я немного поспрашиваю вокруг, без имен, без инструктажа стаи. ХОРОШО?'


"Отлично. Когда мы сможем собраться вместе и обсудить это?"


По телефону я слышала, как Джош переворачивает страницы в своем дневнике. "У тебя выдалась неудачная неделя", - сказал он. "Полагаю, тебе понадобились эти вещи вчера?"


"Боюсь, что так. Извини".


Он втянул воздух сквозь зубы, как умеют делать водопроводчики, когда смотрят на вашу систему центрального отопления. Сегодня вторник. Сегодня меня завалило снегом, но я смогу заняться этим завтра, - пробормотал он, наполовину самому себе. "Но мое время ограничено четвергом, в пятницу я в Лондоне… Слушай, ты можешь приготовить завтрак в четверг? Я не шутил, когда сказал, что это была плохая неделя.'


Я глубоко вздохнул. Я никогда не бываю в лучшей форме первым делом, но бизнес есть бизнес. Завтрак в четверг - это прекрасно, - солгал я. - Где бы ты хотел? - спросил я.


"Выбирай сам, это твои деньги", - ответил Джош.


Мы остановились на "Портленде" в половине восьмого. У них есть команда услужливых носильщиков, которые паркуют для вас машину, что, на мой взгляд, является главным преимуществом в это утреннее время. Я снова посмотрел на часы. У меня не было достаточно времени, чтобы проявить и распечатать пленки с камер наблюдения. Вместо этого я удовлетворился открытием файла на Теда Барлоу в своей базе данных.


Колониальные оранжереи занимали последнее здание, прежде чем промышленная зона уступила место очистной ферме. Что действительно привлекло внимание, так это оранжерея, которую он построил в передней части здания. Она была около десяти футов глубиной и занимала всю тридцатифутовую ширину здания. У нее был кирпичный фундамент, и она была разделена на четыре отдельные секции тонкими кирпичными столбами. Первая секция была выполнена в классическом викторианском стиле Crystal Palace, дополненном пластиковыми копиями навершийий на крыше. Следующим был "Сельский дневник консерватории для леди эдвардианской школы", буйство окрашенных панелей, от неточностей которых у любого ботаника мурашки побежали бы по коже. Третьей на очереди была спартанская оранжерея. На самом деле, немного похожая на мою. Наконец, это были последние дни стиля Raj - окна, образующие арки из пластикового шпона, который на значительном расстоянии создавал впечатление красного дерева. Просто место, где можно посидеть на своей мебели из ротанга и призвать пунка-валла, чтобы она охладила вас. В Южном Манчестере всего этого предостаточно.


Внутри оранжереи я мог видеть офисы колониальных консерваторий. Я немного посидел в машине, осматривая обстановку. Сразу за дверью была С-образная стойка администратора. За этим стояла женщина, разговаривавшая по телефону. У нее была химическая завивка, похожая на запасной парик Карла I. Время от времени она нажимала клавишу на своем текстовом процессоре и бросала на экран скучающий взгляд, прежде чем вернуться к своему разговору. С одной стороны стояли два маленьких стола, на каждом из которых был телефон и куча хлама. Ни за одним из столов никого не было. На задней стене дверь вела в главное здание. В дальнем углу небольшой офис был разделен стеклянными перегородками. Тед Барлоу стоял в этом кабинете в рубашке с короткими рукавами, с распущенным галстуком и расстегнутой верхней пуговицей рубашки, медленно разбирая содержимое ящика картотечного шкафа. Остальная часть приема была занята дисплеями.


Я вошла в зимний сад. Секретарша бодро сказала в трубку: "Подождите, пожалуйста, на линии". Она щелкнула выключателем, затем направила свое сияние на меня. "Чем я могу вам помочь?" - спросила она голосом маленькой девочки.


"У меня назначена встреча с мистером ... Барлоу. Меня зовут Бранниган. Кейт Бранниган".


"Минутку, пожалуйста". Она провела пальцем по странице своего открытого настольного ежедневника. Ее наращенные ногти загипнотизировали меня. Как она могла печатать такими когтями? Она подняла глаза и поймала мой пристальный взгляд, затем понимающе улыбнулась. "Да", - сказала она. "Я просто посмотрю, готов ли он к тебе". Она взяла телефон и набрала номер. Тед рассеянно огляделся, увидел меня, проигнорировал телефон и бросился через приемную.


"Кейт", - воскликнул он. Спасибо, что пришла. Секретарша возвела глаза к небу. Очевидно, по ее мнению, мужчина понятия не имел, как должны вести себя боссы. "Итак, что тебе нужно знать?"


Я повел его в его кабинет. У меня не было причин подозревать секретаршу в чем-либо, кроме нереалистичных устремлений, но расследование было слишком ранним, чтобы доверять кому-либо. Мне нужен список адресов всех зимних садов, которые вы оборудовали за последние шесть месяцев, где заказчики оформляли перезаклады для их финансирования. Отслеживаете ли вы эту информацию?'


Он кивнул, затем резко остановился прямо перед своим офисом. Он указал на доску объявлений, на которой было изображено несколько домов с пристроенными к ним оранжереями. Дома были примерно одинаковыми - средних размеров, в основном отдельно стоящие, современные, все явно окруженные со всех сторон такими же. Лицо Теда выглядело искренне скорбным. Этот, этот и этот, - сказал он. "Я сделал их фотографии после того, как мы их построили, потому что мы как раз собирались сделать новую брошюру. И когда я вернулся сегодня, их просто там больше не было.'


Я почувствовал дрожь облегчения. Единственное мучительное сомнение, которое у меня было в честности Теда, разрешилось. При том, что я мерзкий, подозрительный человек, мне было интересно, были ли консерватории когда-либо там в первую очередь. Теперь у меня были некоторые конкретные доказательства того, что их похитили. "Вы можете назвать мне имя фотографа?" - спросил я, осторожность победила мое желание верить в Теда.


“Да, без проблем. Послушай, пока я разбираюсь с этим материалом для тебя, хочешь, я попрошу одного из парней показать тебе фабрику? Посмотри, как мы на самом деле ведем бизнес?"


Я вежливо отказался. Строительство зимних садов с двойным остеклением не было пробелом в моих знаниях, который я чувствовал необходимость восполнить. Я удовлетворился занимательным зрелищем, наблюдая, как Тед борется со своей картотекой. Я сел в его кресло и взял брошюру о радостях зимних садов. У меня было ощущение, что это может быть долгая работа.


У бессмертной прозы пиар-консультанта Ted не было никаких шансов против элегантно одетого мужчины, который вошел в демонстрационный зал, бросил портфель на один из двух маленьких столов и прошел в кабинет Теда, ухмыляясь мне, как будто мы были старыми друзьями.


"Привет", - сказал он. "Джек Маккафферти”, - добавил он, протягивая мне руку. Его рукопожатие было твердым и прохладным, как и остальная часть изображения, которое он проецировал. Его каштановые вьющиеся волосы были коротко подстрижены по бокам и длиннее на макушке, так что он выглядел как респектабельная версия Мика Хакнолла. Его голубые глаза отливали матовым блеском полированного содалита на фоне слегка загорелой кожи лица. На нем был оливково-зеленый двубортный костюм, кремовая рубашка и бордовый шелковый галстук. На мой взгляд, ансамбль стоил около пятисот фунтов. Я чувствовала себя совершенно раздетой в своем терракотовом льняном костюме и горчичном свитере с капюшоном.


"Кейт, Джек - один из моих продавцов", - сказал Тед.


"Отдел продаж", - поправил его Джек. По его довольному терпению я понял, что это была обычная поправка. "А вы кто?"


"Кейт Брэнниган", - сказал я. "Я бухгалтер. Мы с Тедом собираем пакет документов. Рад познакомиться с тобой, Джек".


Тед выглядел изумленным. Ложь, похоже, не была его сильной стороной. К счастью, он стоял позади Джека. Он откашлялся и протянул мне объемистую синюю папку. "Вот детали, которые ты хотела, Кейт", - сказал он. "Если будет что-то неясно, просто позвони мне".


"Хорошо, Тед". Я кивнул. У меня был один или два вопроса, которые я хотел ему задать, но не те, которые соответствовали моему новому захватывающему образу бухгалтера. "Приятно познакомиться, Джек".


"Приятно. Это слово. Не то, которое я бы использовал для знакомства с тобой, Кейт", - ответил он, многозначительно приподняв одну бровь.


Когда я шел обратно через приемную к своей машине, я чувствовал на себе его взгляд. Я был почти уверен, что мне бы не понравилось то, о чем он думал.


3


Я остановился в полумиле вниз по дороге и быстро просмотрел досье. Большинство объектов недвижимости, похоже, находились в Уоррингтоне, поэтому я решил оставить их до утра. Свет уже начинал меркнуть, и к тому времени, когда я подъеду туда, смотреть будет не на что. Однако поблизости было с полдюжины домов, где Тед оборудовал оранжереи. Он уже посетил один из них и обнаружил, что оранжерея исчезла. По дороге домой я решил, что могу также быстро взглянуть на остальные. Я вытащил свой От А доЯ достал из бардачка и наметил наиболее эффективный маршрут, который включал их всех.


Первый находился в начале тупика в отвратительном поместье шестидесятых годов, одном из пары почти отдельных домов, соединенных только гаражами в причудливом сиамском побратимстве. Я позвонила в звонок, но ответа не последовало, поэтому я пошла по узкой дорожке между домом и забором в сад за домом. Сюрприз, сюрприз. Оранжереи не было. Я изучил план, чтобы точно определить, где это было. Затем я присел на корточки и внимательно осмотрел кирпичную кладку задней стены. Я действительно не ожидал ничего найти, поскольку совсем не был уверен, что мне вообще следует искать. Однако даже мой нетренированный глаз заметил линию слабых отметин на стене. Это выглядело так, как будто кто–то прошелся по нему проволочной щеткой - достаточно, чтобы убрать грязь с поверхности и атмосферные воздействия, вот и все.


Заинтригованный, я встал и направился к следующему пункту назначения. Уилтширская роща, 6 и Амундсен-авеню, 19 были почти идентичны. И в них обоих отсутствовали оранжереи. Однако в следующих двух переустройствах, которые я посетил, оранжереи по-прежнему были прочно пристроены к домам. Я в пятый раз возвращался к своей машине, пребывая в глубокой депрессии после слишком долгого пребывания в ужасных маленьких домах, из-за которых у модерна дурная слава. Я подумал о своем собственном доме, бунгало, построенном всего три года назад, но строителем, который не посчитал нужным посмотреть, какую маленькую спальню можно было бы построить до того, как человеческий разум закричит "Нет!", Моя гостиная просторная, мне не нужно ни через что перелезать, чтобы лечь в постель, а моя вторая спальня достаточно большая, чтобы я мог использовать ее как офис, в комплекте с диваном-кроватью для неизбежных посетителей. Но большинство этих сараев-переростков выглядели так, как будто им пришлось бы потесниться, чтобы обеспечить одну спальню приличного размера, не говоря уже о трех.


Ирония заключалась в том, что они, вероятно, стоили больше, чем мои, потому что располагались на территории бижу-девелопмента в пригороде. В то время как мой маленький оазис, одно из тридцати "жилищ для профессионалов", находился в пяти минутах езды от всех удобств центра города. Недостатком было то, что он был окружен жилыми домами в центре города, о которых снимают серьезные документальные фильмы на 4 канале. Из-за локализации цена снизилась достаточно, чтобы я мог позволить себе также необходимую современную систему сигнализации.


Я решил, что мне следует отправиться домой. Опускалась темнота, так что я не смог бы продолжить свое увлекательное изучение кирпичной кладки конца двадцатого века. Кроме того, люди возвращались домой с работы, и я начинал чувствовать себя Бесполезно заметным. Это был только вопрос времени, когда какой-нибудь чересчур рьяный соседский дозорный вызовет полицию, без чего я вполне мог бы обойтись. Я выехал с противоположного конца поместья от того, через который приехал, и внезапно понял, что нахожусь всего в паре улиц от дома Алексис.


Алексис Ли, наверное, моя лучшая подруга. Она криминальный репортер в "Манчестер Ивнинг Кроникл". Я думаю, тот факт, что мы обе женщины, которые ворвались в то, что традиционно является мужским заповедником, помог построить связь между нами. Но помимо нашего общего интереса к преступлениям, она также сэкономила мне больше денег, чем кто-либо другой, кого я знаю. Я могу вспомнить по крайней мере дюжину случаев, когда она предотвращала мои дорогостоящие ошибки в дорогих магазинах одежды. И, рискуя показаться стереотипом, у нее замечательное, богатое ливерпульское чувство юмора, которое может найти смешную сторону в самой черной трагедии. Я не мог придумать ничего, что взбодрило бы меня быстрее, чем получасовой пит-стоп.


Прошедший накануне дождь превратил опавшие листья в скользкое месиво. Когда я осторожно затормозил, чтобы подъехать к "Алексис", клянусь, мой Vauxhall Nova завалился набок. Проклиная Департамент автомобильных дорог, я обошла машину и выбралась на более безопасную подъездную дорожку. Я ухватился за столб, чтобы удержаться на ногах, затем с ужасом осознал, что этот конкретный столб не был постоянным приспособлением. Он поддерживал вывеску "Продается". Я был возмущен. Как они посмели выставить дом на продажу, не посоветовавшись со мной? Пора бы мне узнать, что здесь происходит. Я обошел дом кругом, подошел к задней двери, постучал и вошел на кухню.


Подруга Алексис, Крис, является партнером в фирме общественных архитекторов, поэтому их кухня выглядит как готический собор с выложенным плитами полом и сводчатым потолком с балками, похожими на ребра кита. Штукатурка выполнена по трафарету с цветочными и фруктовыми мотивами, а вдоль фермы крыши через равные промежутки расположены гипсовые выступы-барельефы. Это потрясающее зрелище.


Вместо Квазимодо, которого я всегда наполовину ожидаю, Алексис сидела за сосновым столом с кружкой чая у локтя, перед ней был открыт какой-то каталог. Когда я вошел, она подняла глаза и ухмыльнулась. "Кейт! Привет, рад тебя видеть, малыш! Возьми себе чашечку чая, в кофейнике свежая, - сказала она, махнув на разноцветный вязаный чайный столик рядом с чайником. Я налил себе кружку крепкого чая, когда Алексис спросила: "Что привело тебя сюда? Ты выполнял работу? Что-нибудь для меня в этом есть?"


"Не обращай на это внимания", - твердо сказала я, опускаясь на стул. "Ты пытаешься избегать меня? Что за вывеска "Продается"? Ты выставляешь дом на продажу и ничего мне не говоришь?"


"Почему? Ты думал о том, чтобы купить это? Не надо! Даже не позволяй этому прийти тебе в голову! Там едва хватает места для меня и Криса, и мы согласны с тем, что это приемлемый уровень беспорядка. Вы с Ричардом убили бы здесь в течение недели, - парировала Алексис.


"Не пытайся отвлечь меня", - сказала я. "У нас с Ричардом все хорошо и так, как есть. "Соседи по соседству" - это настолько близко, насколько я когда-либо позволю этому приблизиться".


"А как поживает твой незначительный другой?" - перебила Алексис.


"Он тоже передает тебе свою любовь". У Алексис и мужчины, которого я люблю, отношения, которые, как мне кажется, полностью состоят из словесных оскорблений. Однако, несмотря на внешность, я подозреваю, что они нежно любят друг друга; однажды я действительно застал их вдвоем за дружеской выпивкой в уголке Chronicle's local. Они оба выглядели крайне смущенными по этому поводу. “Теперь, что касается этой доски для продажи?"


"Если бы это было всего пару дней назад. Если бы все это было немного спешно. Ты помнишь, мы с Крисом говорили о том, как хотели купить участок земли и построить дом нашей собственной мечты?"


Я кивнул. Мне было бы легче забыть свое собственное имя. "Ты планируешь сделать это как часть схемы самостоятельного строительства; Крис собирается спроектировать дома в обмен на то, что другие люди предоставят тебе свой труд, да?" Они говорили об этом столько, сколько я их знал. Со многими людьми я бы списал это на сон. Но Алексис и Крис были серьезны. Они провели сотни часов, изучая книги, планы и собственные рисунки, пока не придумали свой идеальный дом. Все, чего они ждали, это подходящего участка земли по подходящей цене в нужном месте. Земля?" - Спросил я.


Алексис протянула руку вдоль края стола и выдвинула ящик. Она бросила мне пачку фотографий. "Посмотри на это, Кейт. Разве это не потрясающе? Разве это не просто блестяще?" Она откинула с глаз свои непослушные черные волосы и выжидающе посмотрела на меня.


Я изучил фотографии. На первых полудюжине были показаны виды участка грубой вересковой пустоши, по всей которой паслись овцы. Это земля, - воодушевилась Алексис, не в силах больше молчать. Я продолжил. Остальные фотографии представляли собой виды далеких холмов, лесов и долин. Китайской еды навынос не было видно. "И это виды. Потрясающе, не правда ли? Вот почему я просматриваю это". Она помахала передо мной каталогом. Теперь я мог видеть, что это был прайс-лист на строительные материалы. Лично я бы предпочел провести ночь с телефонной книгой.


"Где, черт возьми, это находится?" Спросил я. Это выглядит так… по-деревенски ". Это было первое слово, которое я смог придумать, которое было правдивым, а также звучало так, как будто я одобрял.


"Это действительно дико, не так ли? Это всего в трех минутах езды от трассы М66. Это чуть выше Рэмсботтома. Я могу быть в офисе через двадцать минут вне часа пик, но если я полностью изолирован от суеты городской жизни.'


Если бы это был я, я бы закончил предложение на шесть слов раньше. Если вы находитесь более чем в десяти минутах езды от закусочной "Маркс энд Спенсер" (в пятнадцати, включая легальную парковку), насколько я понимаю, вы находитесь за пределами цивилизованного мира. "Верно", - сказал я. Это именно то, чего ты хотел, не так ли?'


"Да, это бизнес. Как только мы увидели рекламу, мы созвали собрание других людей, с которыми будем строить, и все мы отправились посмотреть на это. Мы согласовали цену со строителем, но он хочет скорейшего завершения, потому что кто-то еще заинтересован. По крайней мере, он так говорит, но если вы спросите меня, он только в процессе разработки. В любом случае, мы внесли задаток в размере пяти тысяч фунтов стерлингов за каждый участок, и он выглядит неплохо. Итак, пришло время продать это место и получить в свои руки все необходимое для строительства нового дома.'


"Но где ты собираешься жить, пока строишь?" Я спросил.


"Ну, Кейт, забавно, что ты упомянула об этом. Нам было интересно ..." Я почти запаниковал. Затем я увидел, как улыбка дрогнула в уголке ее рта. "Мы собираемся купить фургон сейчас, в конце сезона, когда он подешевеет, пожить в нем зиму и продать весной. К тому времени дом должен быть почти пригоден для жилья, - весело сказала мне Алексис. Я не могла контролировать дрожь, которая пробежала по мне.


"Что ж, в любое время, когда тебе понадобится принять ванну, всегда пожалуйста", - сказал я.


"Спасибо. Я могла бы просто поддержать тебя в этом, ты такой удобный для офиса", - сказала она.


Я осушил свою кружку и поднялся на ноги. "Мне нужно бежать".


"Только не говори мне, что ты отправилась на какое-то глубокое наблюдение за горлом", - поддразнила Алексис.


"Опять не так. Я понимаю, почему ты просто пишешь о преступлениях, а не раскрываешь их. Нет, мы с Ричардом играем в боулинг ". Я сказал это быстро, но это не прошло мимо ее внимания.


Боулинг с тенпином?' Алексис зашипела. Боулинг с тенпином? Черт, Брэнниган, дальше будут целоваться в заднем ряду на фотографиях.'


Я оставил ее хихикать про себя. На протяжении всей истории над первопроходцами издевались менее развитые умы. Все, что вы можете сделать, это подняться над этим.


Вероятно, есть худшие способы провести дождливую среду в Уоррингтоне, чем бродить по современным жилым комплексам, беседуя с местными жителями. Если да, то я их не обнаружил. Я добрался до первого адреса вскоре после девяти, что было неплохо, учитывая, что в то утро мне потребовалось вдвое больше времени, чем обычно, чтобы собраться из-за болезненной скованности в правом плече. Я забыл, что тебе не следует играть в боулинг с кеглями, если ты не обладаешь уровнем подготовки верхней части тела олимпийского толкателя ядра.


Первый дом находился в начале тупика, который закручивался спиралью, как раковина наутилуса. Я попробовал позвонить в дверь аккуратного полуподвала, но ответа не получил. Я заглянул через панорамное окно в гостиную, которая была обставлена в спартанском стиле, без каких-либо признаков текущего проживания. Решающим фактором был тот факт, что поблизости не было ни телевизора, ни видео. Это выглядело так, как будто покупатели моего оранжерейного сада переехали и сдавали свой дом в аренду. Большинство людей, сдающих свои дома с мебелью, убирают свои дорогие, но очень портативные электротовары на хранение на случай, если агентство по сдаче жилья не выполнит свою домашнюю работу должным образом и сдаст дом людям, не отличающимся безупречной честностью. Как ни странно, в паре домов, которые я посетил предыдущим вечером, царила похожая атмосфера отсутствия.


Сзади было больше свидетельств отсутствия оранжереи, чем в других, которые я видел, где бетонные основания, на которых они были построены, выглядели просто как недостроенные патио. Здесь был квадрат из красной глазурованной каменоломной плитки, выходящий за двери во внутренний дворик. По краю квадрата была небольшая стена глубиной в два кирпича, за исключением щели размером с дверь. На стенах виднелись теперь знакомые следы строительного раствора, которым была пристроена пристройка к дому.


Я заметил машину, припаркованную на подъездной дорожке к другой половине полуприцепа, поэтому я вернулся к главному входу и позвонил в дверной звонок, который спел мне электронную "Желтую розу Техаса". Женщина, открывшая дверь, больше походила на чеширские часы в виде Одуванчика. У нее был ореол пушистых белых волос, которые выглядели так, словно более полувека бросали вызов парикмахерам. Серо-голубые глаза туманно блеснули за толстыми линзами очков в золотой оправе, когда она оценивающе посмотрела на меня. - Да? - потребовала она ответа.


"Извините, что беспокою вас”, - солгал я. "Но я хотел спросить, не могли бы вы мне помочь. Я представляю компанию, которая продала оранжерею по соседству ..."


Прежде чем я успел закончить предложение, вмешалась женщина. "Нам не нужен зимний сад. И у нас уже есть двойные стеклопакеты и охранная сигнализация". Дверь начала закрываться.


"Я ничего не продаю”, - взвизгнула я, оскорбленная ее предположением. Отличное начало дня. Ошибочно принятая за рекламный плакат с двойным остеклением. "Я просто пытаюсь разыскать людей, которые раньше жили по соседству".


Она остановилась, все еще держа дверь приоткрытой. "Ты ничего не продаешь?"


"Клянусь сердцем и надеюсь умереть. Я просто хотел поковырять в твоих мозгах, вот и все". Я использовал успокаивающий голос. Тот же самый, который обычно действует на сторожевых собак.


Дверь снова медленно открылась. Я устроила грандиозное шоу, сверившись с файлом, который носила в сумке. "Здесь сказано, что зимний сад был установлен еще в марте".


Это было бы примерно так, ” перебила она. "Это подорожало за неделю до Пасхи, а через неделю исчезло. Это просто исчезло за одну ночь". История только что была сотворена. Я сбросил лаки с первой попытки.


"За одну ночь?"


Это была действительно странная вещь. Один день она была там, на следующий день ее не было. Должно быть, они сняли ее ночью. Мы ничего не слышали и не видели. Мы просто предположили, что, должно быть, был какой-то спор по этому поводу. Вы знаете, возможно, ей это не понравилось, или она не заплатила, или что-то в этом роде? Но тогда вы бы знали все об этом, если бы представляли фирму ”, - добавила она с запоздалой ноткой предостережения.


"Ты знаешь, как это бывает, мне не разрешено обсуждать подобные вещи”, - сказал я. "Но я пытаюсь их разыскать. Робинсон, в моем досье сказано".


Она прислонилась к дверному косяку, готовясь к приятной сплетне. Для нее это было нормально. Я оказался между холодным северным ветром и дверью. Я поднял воротник своей куртки и тихо возненавидел ее. "Она была не из тех, кого можно назвать общительными. Можно сказать, не из тех, кто присоединяется. Я несколько раз приглашал ее на кофе или другие напитки, но она ни разу не пришла. И я был не единственным. Мы очень дружелюбны здесь, в Гроув, но она держалась особняком.'


Я был слегка озадачен постоянным упоминанием одинокой женщины. Анкета в файле была на два имени – Морин и Уильям Робинсон. "А что насчет ее мужа?" Я спросил.


Женщина подняла брови. "Муж? Я бы сама сказала, что он был чьим-то другим мужем".


Я мысленно вздохнул. 'Как долго вы знали миссис Робинсон?' Я спросил.


"Ну, она переехала только в декабре", - сказала женщина. "В тот первый месяц она вообще почти не была здесь, из-за Рождества и всего остального. В большинстве недель ее не было три или четыре ночи. И ее всегда не было дома днем. Она часто не возвращалась домой до восьми вечера. Затем она съехала через пару дней после закрытия консерватории. Мой муж сказал, что ей, вероятно, пришлось внезапно переехать из-за работы, и, возможно, она забрала оранжерею с собой в новый дом.'


"Ее работа?"


"Она сказала моему Гарри, что она независимый компьютерный эксперт. Знаешь, это возит ее по всему миру. Она сказала, что именно поэтому всегда сдавала дом в аренду. С тех пор, как мы переехали пять лет назад, там сменилась целая вереница арендаторов. Она сказала Гарри, что это был первый раз, когда у нее действительно была возможность самой пожить в этом доме." В ее голосе слышалась нотка гордости за то, что ее Гарри удалось так много узнать от их таинственного соседа.


"Не могли бы вы описать ее мне, миссис...?"


Она задумалась. "Грин. Кэрол Грин, с буквой "е" на "Кэрол", а не на "Грин". Ну, она была выше тебя". Несложно. Пять футов три дюйма - это не совсем по-амазонски. Хотя и не очень. Я бы сказал, под тридцать. У нее были темно-каштановые волосы, как у мальчика на побегушках, очень густые и блестящие. Всегда красиво накрашенные.


И она была милой костюмершей, вы никогда не видели ее неряшливой.'


- А человек, которого вы упомянули? - спросил я.


- Знаешь, их было больше одной. В большинстве случаев, когда она была здесь, позже, около одиннадцати, в гараж заезжала машина. Пару раз я видел, как они уезжали на следующее утро. У первой была голубая Sierra, но она прослужила всего пару недель. У следующей был серебристый Vauxhall Cavalier ". Она казалась очень позитивной по поводу машин, и я прокомментировал это. "Мой Гарри торгует автомобилями", - сообщила она мне. "Может, я и не обратила внимания на мужчин, но я обратила внимание на машины".


"И вы не видели ее с тех пор, как она съехала?"


Женщина покачала головой. "Ни шкуры, ни волос". Затем дом снова был сдан в аренду через две недели после ее переезда. Молодая пара, только что переехавшая из Кента. Они уехали месяц назад, купили собственное жилье неподалеку от Уиднеса. Они были прекрасной парой. Дон и Диана. Прекрасная малышка Данни.'


Я почти пожалел их. Бьюсь об заклад, они не сообразили достаточно быстро, чтобы отвертеться от небольших светских мероприятий в Роще. Я не мог придумать, о чем еще спросить, поэтому извинился и ушел. Я подумывал попробовать обратиться к другим соседям, но не представлял, как кто-то мог добиться успеха там, где Кэрол с буквой "е" потерпела неудачу.


Прогулка по Скарборо-Уок находилась всего в миле отсюда, по прямой. Очевидно, что ворона никогда не вдохновляла градостроителя. Только Минотавр, только что вышедший из Критского лабиринта, мог чувствовать себя как дома в новых районах Уоррингтона. Я преодолел еще один круговой переход с картой улиц на коленях и вошел в еще один новый район. Уитби-Уэй окружала дюжина переулков, переулков и рощиц, похожих на крытые фургоны, остановленные для отражения индейцев. Прорваться было примерно так же трудно. В конце концов, во второй раз я заметил вход в застройку. Хитро задуманный , чтобы выглядеть как тупик, на самом деле он вел прямо в лабиринт, который мне удалось разгадать, двигаясь со скоростью 10 миль в час, одним глазом поглядывая на карту. Иногда я задаюсь вопросом, как я справляюсь с такой гламурной, захватывающей и рискованной работой, как эта.


Опять же, там не было оранжереи. Пара, которая жила там сейчас, снимала его всего на пару месяцев, поэтому измученная мать с гиперактивным малышом ничего не смогла мне рассказать о людях, которые на самом деле купили зимний сад. Но женщина по соседству, кроме первой, промахнулась. Она должна была попасть в отдел расследований "Новостей мира" . К тому времени, когда я сбежал, я знал о жителях Скарборо-Уок больше,чем мог когда-либо мечтать. Я даже знал о двух парах, которые съехали в 1988 году после того, как их обмен женами превратился в постоянный переезд. Однако я мало что знал о бывших обитателях дома номер шесть. Они купили дом в ноябре прошлого года, а съехали в конце февраля, потому что он нашел работу где-то на Ближнем Востоке, и она уехала с ним. Она думала, что была медсестрой на постоянном ночном дежурстве в одной из больниц Ливерпуля. Он был кем-то в отделе кадров. У нее была короткая стрижка под блондинку, совсем как у той Салли Вебстер с улицы Коронации. Он был высоким, темноволосым и красивым. У нее была какая-то маленькая машина, у него была какая-то большая машина. Он часто работал допоздна. Они много гуляли, когда не работали. Идеальное описание для передачи в Интерпол.


В соседнем доме все еще была оранжерея. У него также все еще был довольный клиент, за что я был благодарен. Мне действительно не нужно было, чтобы меня приняли за отдел обслуживания клиентов Colonial Conservatories. Я пробежался по списку, и когда дошел до конца, я посчитал, что имею право на удовольствие за то, что провел день, ориентированный на выполнение поставленных задач. Четыре часа, и я снова был в Манчестере, сидел в своей любимой лавке карри в Стрейнджуэйз, уплетая миску баранины карахи.


Усмехаясь, я вставил наушник своего миниатюрного магнитофона на место и воспроизвел вербальные заметки, которые делал после каждого из своих визитов. Пятеро из восьми были жертвами MCS (синдром отсутствующей консерватории, как я его окрестил). Единственным общим фактором, который я смог выделить, было то, что в каждом случае соответствующая пара жила в доме всего несколько месяцев после его покупки, затем они съехали и сдали квартиру через агентство. Я вообще не мог в этом разобраться. Кто были все эти люди? Две брюнетки, одна рыжеволосая, две блондинки. Двое в очках, трое без. Все работающие женщины. Две ездили на красных фиестах, одна ездила повсюду на такси, одна ездила на белом метро, одна водила "что-то маленькое". Все мужчины были высокого роста и темноволосые, от "красивого" до "ничего особенного". Описание, которое охватывало бы примерно половину мужского населения. Опять же, двое носили очки, трое - нет. Все они ездили на стандартных бизнесменских машинах – у пары были металлические "Кавальеры", у одного была красная "Сьерра", у другого - синяя "Сьерра", один сменил свою машину с "большой красной" на "большую белую". Ни единой зацепки относительно местонахождения кого-либо из них.


Я должен был признать, что был полностью сбит с толку. Я продиктовал свои практически несуществующие выводы, затем связался с Шелли. Я ответила на полдюжины запросов, обнаружила, что меня не ждет ничего срочного, поэтому отправилась в супермаркет. Мне захотелось еще чего-нибудь вкусненького, чтобы вознаградить себя за кучу глаженного белья, которая лежала передо мной дома. У меня не было намерения включать себя в планы Ричарда на вечер. Я могу придумать более приятные способы получить повреждение слуха, чем подпевать хип-хоп-рэп-группе double wicked из Мостина PMT или чему-то подобному. Ничто не сравнится с тихой ночью внутри.


4


И это именно то, что я получил. Ничто не сравнится с тихой ночью внутри. Я вернулся в офис после того, как быстренько заглянул в "Сейнсбери", и занес свою кассету Шелли, чтобы она ввела ее утром. Я был уверен, что мысль о том, что это для Теда Барлоу, заставила бы ее пальцы летать. Тогда мне наконец удалось обрести тишину и покой, чтобы проявить свои пленки для видеонаблюдения из аптечных принадлежностей. Когда я смотрел на фильм, я пожалел, что сделал это. С другой стороны, если вы собираетесь сильно расстроиться, я полагаю, что лучше сделать это в конце дня, который и так был далеко не замечательным, чем испортить совершенно хороший.


Там, где должны были быть идентифицируемые изображения старшего лаборанта PharmAce, входящего и выходящего из здания посреди ночи (хронометраж наложен на снимки моего супер-пупер Nikon), было только туманное пятно. Что-то пошло не так, как надо. Поскольку самой распространенной причиной запотевания пленки является проблема с камерой, что мне тогда пришлось сделать, так это пропустить пленку через камеру, которой я пользовался в ту ночь, и проявить ее, чтобы посмотреть, смогу ли я точно определить проблему. Это заняло еще час, и все, что это продемонстрировало, это то, что с камерой не было ничего плохого. Который оставил либо бракованный фильм, либо человеческую ошибку. И были шансы, нравилось мне это или нет, что причиной была человеческая ошибка. Что означало, что я застрял с перспективой еще одного субботнего вечера на заднем сиденье фургона с моим глазом, приклеенным к длиннофокусному объективу. Иногда я действительно задаюсь вопросом, правильно ли я поступил, когда после второго курса бросил свое юридическое образование, чтобы прийти и работать с Биллом. Затем я смотрю на то, что сейчас делают мои бывшие сокурсники, и начинаю испытывать благодарность за то, что совершил прыжок.


Я выбросил бесполезный фильм, запер машину и поехал домой как раз вовремя, чтобы послушать The Archers по водонепроницаемому радио в душе.


Это был подарок на день рождения от Ричарда; я не могу отделаться от ощущения, что в нем было что-то от индийского дарения, учитывая, как часто мне приходится настраивать его на Radio 4 из Key 103. Я не знаю, почему он не может просто воспользоваться своей ванной для омовения. Я не так безрассуден, как это звучит; хотя мы были любовниками больше года, на самом деле мы не живем вместе как таковые. Когда Ричард впервые ворвался в мою жизнь – или, скорее, в мою машину – он жил в отвратительной съемной квартире в Чорлтоне. Он утверждал, что ему нравится район, где его окружают студенты, феминистки и сторонники партии зеленых, но когда я указал, что примерно за те же деньги он мог бы снять просторное бунгало с двумя спальнями в трех минутах езды от своего любимого китайского ресторана, он сразу увидел преимущества. Тот факт, что он находится по соседству с моим собственным бунгало-зеркальным отражением, был просто бонусом.


Конечно, он хотел снести стены и превратить пару в своего рода ранчо открытой планировки. Итак, я убедил Крис прийти в себя и высказать мнение профессионального архитектора о том, что если убрать стены, от которых хотел избавиться Ричард, оба дома рухнут. Вместо этого она спроектировала красивый зимний сад, который тянется по всей длине обоих владений, соединяя их с задней стороны. Таким образом, у нас есть лучшее из обоих миров. Это устраняет большинство причин трений, в результате чего мы проводим время вместе, веселясь, а не ссорясь. Я сохраняю свое личное пространство, в то время как Ричард может буйствовать, сколько ему заблагорассудится, со своими друзьями из рок-группы и навещающим его сыном. Не то чтобы мне не нравился Дэви, шестилетний малыш, который, кажется, единственное хорошее, что вышло из катастрофического брака Ричарда. Просто, достигнув двадцатисемилетнего возраста, не обремененный (или обогатившийся, по мнению некоторых) ребенком, я не хочу жить с кем-то еще.


Мне было почти жаль, что Ричард ушел на работу, так как я могла бы немного взбодриться. Я вышла из душа, вытирая полотенцем свои каштановые волосы так сухо, как только могла. Я не стала утруждать себя сушкой феном. Я натянула старый спортивный костюм, когда вспомнила, что мои покупки все еще в машине. Я вытаскивал багажники из хэтчбека моей "Новы", когда чья-то рука легла мне на спину, заставив мое сердце бешено забиться в груди. Я резко развернулся, переходя прямо в позицию "готов к атаке" в тайском боксе. В таких городских кварталах, как наш, нельзя рисковать.


"Подожди, Брюс Ли, это всего лишь я”, - сказал Ричард, отступая и поднимая ладони в умиротворяющем жесте. "Господи, Брэнниган, не стреляй", - добавил он, когда я угрожающе двинулся к нему.


Я оскалил зубы и зарычал глубоко в горло, именно так, как нас учит делать мой тренер Карен. Ричард на мгновение испугался, затем одарил меня своей милой улыбкой, той самой, которая втянула меня в это в первую очередь, улыбкой, которая до сих пор, мне стыдно признаться, превращает меня в героиню slushy Mills and Boon. Я перестал рычать и немного застенчиво выпрямился. "Я уже говорил тебе раньше, подкрадывайся ко мне снаружи и рискуешь получить полный набор сломанных ребер", - проворчал я. "Теперь, когда ты здесь, помоги мне с этим".


Тащить две сумки и упаковку Miller Lite было явно непосильным трудом для бедной овечки, которая немедленно плюхнулась на один из диванов в моей гостиной. 'Я думал, ты сегодня вечером вправляешь себе мозги под звуки young black Manchester?' Сказал я.


"Они решили, что не готовы подвергать себя бесстрашному контролю музыкальной прессы", - сказал он. "Поэтому они отложили меня до следующей недели. К тому времени, я надеюсь, у одного из них уже будет пересадка мозга. Знаешь, Бранниган, иногда я жалею, что парня, который изобрел драм-машину, не задушили при рождении. Он бы избавил мир от множества мозговых болей." Ричард сбросил куртку, скинул ботинки и задрал ноги.


"Разве тебе не с кем еще поухаживать", - вежливо спросил я.


'Нет. У меня даже нет никаких сроков, которые нужно уложиться. Поэтому я подумал, что мог бы пойти и купить китайскую кухню, принести ее сюда и засорить ваш лаундж ростками фасоли из чистой вредности.'


"Прекрасно. При условии, что ты пообещаешь, что не положишь ни единой рубашки в мою корзину для глажки".


"Обещаю", - сказал он.


Полтора часа спустя я отгладил свою последнюю пару брюк. Слава Богу, - вздохнул я.


Никакого ответа с дивана. Это было неудивительно. Он был на третьем косяке, и было бы трудно услышать Третью мировую войну из-за саундтрека к видео Motley Crue, которое он мне навязывал. Однако до меня донесся пронзительный электронный писк моего телефона. Я схватил телефон и пульт от телевизора, нажал кнопку отключения звука и переключил телефон в режим "говорить". Это вызвало реакцию. "Эй", - запротестовал он, но тут же затих, заметив, что я пользуюсь телефоном.


"Здравствуйте", - сказал я. Никогда не называйте свое имя или номер, когда отвечаете на телефонный звонок, особенно если у вас есть номер, указанный в справочнике. В наши дни телефонов с кнопками повторного набора последнего номера никогда не знаешь, с кем говоришь. У меня есть подруга, которая таким образом узнала имя и номер любовницы своего мужа. Я знаю, что мне нечего бояться на этот счет, но мне нравится развивать привычку к осторожности. Никогда не знаешь, когда они понадобятся.


"Кейт? Это Алексис". В ее голосе звучало то раздражение, которое у нее бывает, когда она пытается собрать историю на время, а редактор новостей стоит за ее стулом и дышит ей в затылок. Но время было совсем неподходящим для ее дедлайнов.


"О, привет. Как дела с фокусами?" Спросил я.


"Сейчас подходящее время?"


"Не хуже любого другого. Я поел, у меня все еще лимит, и я все еще в одежде", - сказал я ей.


"Нам нужна твоя помощь, Кейт. Мне не нравится просить, но я не знаю, кто еще мог бы знать, с чего начать".


Это был не деловой звонок с целью поковыряться в твоих мозгах. Когда Алексис нужна моя помощь с историей, она не извиняется. Она знает, что такого рода профессиональная помощь - это улица с двусторонним движением. Назови мне счет, я скажу тебе, смогу ли я помочь.'


"Ты знаешь тот участок земли, который мы должны были купить? Тот, который я показывал тебе на вчерашнем снимке? Да?"


"Да”, - успокоил я. Ее голос звучал так, словно она вот-вот взорвется.


"Ну, ты не поверишь в это. Крис ездил туда сегодня, чтобы сделать кое-какие замеры. Она решила, что если она собирается проектировать эти дома, ей нужно чувствовать рельеф местности, чтобы объекты могли вписаться в ландшафт, верно?'


"Верно. Так в чем проблема?"


Проблема в том, что она поднимается туда, чтобы найти пару геодезистов, размечающих участки. Ну, вы знаете, она немного сбита с толку, потому что, насколько нам известно, никто из других самостроителей, с которыми мы работаем, пока никого не просил приступить к работе, потому что мы ее еще не завершили. Итак, она паркуется в Land Rover и наблюдает за ними в течение получаса или около того. Затем до нее доходит, что участки, которые они выделяют, полностью отличаются от участков, которые нам продали. Итак, она подходит к ним и заводит разговор. Ты знаешь, Крис, она не такая, как я. Я бы был там, хватал бы их за горло, требуя рассказать, какого черта они, по их мнению, задумали.' Алексис сделала паузу, чтобы перевести дух, но недостаточно долго, чтобы я смог ответить.


"Но не Крис. Она позволяет им рассказывать ей все о земле и о том, как они выделяют участки для людей, которые их купили. Полдюжины были куплены местным мелким застройщиком, остальные - частными лицами, говорят они ей. Что ж, Крис более чем немного сбита с толку, поскольку то, что они говорят ей, полностью расходится с ситуацией, какой мы ее знаем. Итак, она рассказывает им, кто она такая и что она там делает, и спрашивает, есть ли у них какие-либо доказательства того, что они говорят, которых, конечно, у них нет, но они называют ей имя адвоката, который действует от имени покупателей.'


На этот раз мне удалось вставить: "Пока что я с тобой", - прежде чем снова хлынул поток повествования Алексис. Ричард смотрел на меня с большим любопытством. Он не привык слышать, как я играю такую незначительную роль в телефонном разговоре.


"Итак, Крис едет к этому адвокату в Рэмсботтом. Ей удается убедить их партнера по передаче прав, что это срочно, поэтому он дает ей пять минут. Когда она объясняет ситуацию, он говорит, что земля была продана застройщиком и что все сделки были завершены два дня назад.' Алексис резко остановилась, как будто то, что она сказала, должно было все прояснить.


"Прости, Алексис, я подозреваю, что веду себя здесь действительно глупо, но что именно ты имеешь в виду?"


"Я имею в виду, что земля уже продана!" - взвыла она. "Мы отдали пять тысяч за участок земли, который уже был продан. Я просто не понимаю, как это могло произойти!


И я даже не знаю, с чего начать попытки выяснить.' Боль в ее голосе была душераздирающей. Я знал, как сильно она и Крис хотели, чтобы этот проект сработал, по самым разным причинам. Теперь все выглядело так, как будто деньги, которые они сэкономили, чтобы встать на первую ступеньку лестницы, были выброшены на ветер.


"Хорошо, хорошо, я разберусь с этим", - успокоил я. "Но мне понадобится от тебя еще кое-какая информация. Как звали адвоката в Рэмсботтоме, которого видел Крис?'


"Минутку, я передам тебя Крис. У нее есть все детали. Спасибо, Кейт. Я знал, что могу на тебя рассчитывать".


Последовала короткая пауза, затем на линии появилась очень подавленная Крис. Ее голос звучал так, как будто она плакала. "Кейт? О Боже, я не могу поверить, что это происходит с нами. Я просто не понимаю этого, ничего из этого". Затем она продолжила повторять все, что Алексис уже рассказала мне.


Я терпеливо выслушал, затем спросил: "Как звали адвоката, к которому вы ходили в Рэмсботтом?"


"Чепмен и Гарднер" Я разговаривал с партнером по передаче прав собственности Тимом Паско. Я спросил его имя человека, который продал землю, но он мне не сказал. Итак, я спросил, был ли это Т.Р. Харрис, и он одарил меня одним из тех адвокатских взглядов и сказал, что не может комментировать, только он сказал это таким тоном, который означает "да, вы правы".'


Я посмотрел на имена, которые нацарапал в своем блокноте. "Так кто же на самом деле Т.Р. Харрис?"


"Т.Р. Харрис - застройщик, который предположительно продавал нам землю". В ее голосе слышалась нотка раздражения, и я не мог отделаться от ощущения, что это немного несправедливо. В конце концов, я не являюсь полностью оплаченным членом Общества экстрасенсов.


"А ваш адвокат кто?"


"Мартин Читэм". - Она продиктовала адрес и номер телефона.


"Он ваш обычный адвокат?" - Спросил я.


"Нет. Он специализируется на передаче прав. Один из хакеров в Chronicle брал у него интервью о том, как работает новый протокол передачи прав собственности, и они разговорились, и они перешли к теме простуды строителей, потому что они спекулятивно покупали землю и на рынке упало дно, и этот хакер рассказал, как один из его коллег, я .э. Алексис искал участок, достаточно большой для десяти человек, чтобы реализовать проект самостоятельного строительства, и Читам сказал, что знает коллегу, у которого был клиент-застройщик, у которого было именно то, что нужно, поэтому мы пошли к Читаму, и он сказал, что этот Т.Р. Харрис купил эту землю и не мог позволить себе развивать ее сам, поэтому он ее продавал." Крис говорит предложениями длиннее, чем лорды закона.


"И вы когда-нибудь встречались с этим строителем?"


"Конечно. Т.Р. Харрис, зови меня Том, мистер славный парень. Он встретился со всеми нами там, прогулялся с нами по земле, разделил ее на участки и рассказал нам эту слезливую историю о том, как отчаянно он пытался удержать свой бизнес на плаву, как у него было полдюжины участков, где рабочие зависели от него в выплате заработной платы, так что, пожалуйста, не могли бы мы найти способ внести по пять тысяч за каждый в качестве залога за землю, иначе ему пришлось бы продолжать попытки найти других покупателей, что было бы очень жаль, поскольку это, очевидно, так хорошо соответствовало нашим потребностям, и ему понравилась идея использования земли для а самостоятельная сборка, хотя бы потому, что у него не было бы душевной боли наблюдать, как какой-то другой застройщик зарабатывает на таком первоклассном объекте, который ему было действительно больно отдавать. Он был так убедителен, Кейт, нам никогда не приходило в голову, что он лжет, и он, очевидно, также обманул Читама. Ты можешь что-нибудь сделать?' Я не мог игнорировать умоляющие нотки в ее голосе, даже если бы захотел.


"Я действительно не понимаю, что произошло, но, конечно, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь. По крайней мере, мы сможем вернуть ваши деньги, хотя, я думаю, вам придется попрощаться с этим конкретным участком земли.'


Крис застонал. "Не надо, Кейт. Я знаю, что вы правы, но я действительно не хочу думать об этом, мы всем сердцем привязались к этому участку, он был просто идеальным, и у меня перед мысленным взором уже сложилась действительно четкая картина того, как должны были выглядеть дома." Я мог себе представить. Съешь свое сердце, Портмейрион.


"Я посмотрю на это завтра, обещаю. Но мне кое-что нужно от тебя. Тебе придется дать мне пару доверенностей, чтобы твой адвокат и кто-нибудь другой из официальных лиц поговорил со мной.


Не могла бы Алексис завезти их завтра утром по дороге на работу?'


Мы разобрались в деталях с тем, что должно быть написано в письмах, и мне оставалось только выслушать рассказ еще раз, прежде чем я смогла положить трубку. Затем, конечно, мне пришлось пройти через все это для Ричарда.


"Кто-то здесь здорово нарушил порядок", - сказал он возмущенно. Он в точности передал мои чувства. Это был следующий момент, которому я был не так рад. "Тебе придется разобраться с этим делом в двойном порядке срочно, не так ли?"


Иногда трудно избавиться от ощущения, что весь мир ополчился против тебя.


5


На следующее утро я устроил Алексис второй шок за неделю, когда она принесла доверенности. Было около семи, когда я услышал, как она поворачивает ключ в моей входной двери. Ее ноги буквально оторвались от пола, когда она вошла в кухню и увидела меня, сидящего на высоком табурете со стаканом апельсинового сока.


"Черт!" - заорала она. Я думал, что ее черные волосы встали дыбом от испуга, пока не понял, что просто не знаком с тем, насколько дико это выглядит с самого начала. Она проводит по нему рукой примерно два раза в минуту. К вечеру ему обычно удается выглядеть не так, как будто его протащили через изгородь задом наперед, а не боком.


"Ш-ш-ш”, - предостерег я ее. "Ты разбудишь Спящую красавицу".


"Ты проснулся!" - воскликнула она. "Ты не только проснулся, твой рот шевелится. Держи первую полосу!"


"Очень смешно. Я могу работать по утрам, когда нужно", - сказал я, защищаясь. Так получилось, что у меня встреча за завтраком".


"Извините, меня тошнит", - пробормотала Алексис. "Я не могу принимать яппи без прививки от кофеина. И я вижу, что осознанность не распространяется на приготовление кофе".


"Я приберегаю себя для "Портленда", - сказал я. "Угощайтесь на минутку. Это все равно лучше, чем та гадость, которую подают в вашей столовой. - Я выхватила письма у нее из рук, сунула их в свою сумку и оставила ее выбирать между Blend 37 и Alta Rica.


Джош уже был погружен в "Financial Times ", когда я добрался до "Портленда", хотя я пришел на четыре минуты раньше. Разглядывая его через ресторан в его безупречном темно-синем костюме, сверкающей белой рубашке и кричащем шелковом галстуке, я была рада, что взяла на себя труд приодеться в свой оливково-зеленый "Маркс энд Спенсер" и кремовую блузку с высоким воротом. Очень деловой.


Он был слишком поглощен, чтобы заметить, пока я не встал между светом и его газетой.


Он оторвался от брачных привычек транснациональных компаний и одарил меня улыбкой мощностью в сто ватт, сплошь искорки, ямочки на щеках и искренность. Это делает Роберта Редфорда, на которого он немного похож, похожим на любителя. Я убежден, что Джош разработал это перед зеркалом для впечатлительных клиенток, и теперь это вошло в привычку всякий раз, когда женщина оказывается в трех футах от него. Однако очарование приходит без покровительства. Он один из тех мужчин, у которых нет проблем с представлением о том, что женщины равны. За исключением тех, с кем у него отношения. С ними он обращается как с безмозглыми девками. Это способствует быстрой смене персонала, поскольку те, у кого есть мозги, не могут выносить этого дольше пары месяцев, а те, кто ему не наскучил, окоченевают через шесть недель.


Несмотря на то, что он скрывает свои эмоции в трусах, когда дело доходит до бизнеса, он один из лучших финансовых консультантов в Манчестере. Он - ходячая база данных по всему, что связано со страхованием, инвестициями, целевыми фондами, налоговыми убежищами и Законом о финансовых услугах. Чего бы он ни не знал, он знает, где это выяснить. Мы познакомились, когда я еще был студентом юридического факультета, зарабатывая на свой грант случайными работами для Билла. Мой первый в истории агент под прикрытием был в офисе Джоша, где я выдавал себя за временного сотрудника, чтобы выследить человека, который использовал компьютер для перевода по одному фунту со счета каждого клиента на его собственный целевой счет unit. Поскольку наши отношения начались на профессиональной основе, Джош никогда не приставал ко мне, и так оно и осталось. Теперь я каждые пару месяцев приглашаю его на шикарный ужин в знак благодарности за то, что ты проверяешь мою кредитоспособность. За остальную работу и советы, вроде этого, он выставляет нам счета по своей обычной грабительской почасовой ставке, так что я сразу перешел к делу.


Я обрисовал проблему, стоящую перед Тедом Барлоу, пока мы усмехались над нашими тарелками с фруктами и хлопьями. Джош задал пару вопросов, затем принесли омлет с беконом. Он сосредоточенно хмурился, пока ел. Я не был уверен, было ли это потому, что он думал о проблеме Теда или оценил утонченные прелести яичницы-болтуньи, но я все равно решил не перебивать. Кроме того, я наслаждался редким удовольствием от горячей еды в такое раннее время дня, затем он откинулся на спинку стула, вытер губы салфеткой и налил новую чашку кофе. "Очевидно, здесь происходит какое-то мошенничество", - сказал он. С кем-нибудь другим я бы отпустил какую-нибудь саркастическую реплику по поводу констатации очевидного, но Джош получил степень в Кембридже, и ему нравится укреплять почву под ногами, прежде чем строить предположения, так что мне удалось держать рот на замке.


"Ммм", - сказал я.


"Я бы сказал, что, скорее всего, у банка есть довольно проницательное представление о том, что это за мошенничество. Однако они, очевидно, думают, что ваш мистер Барлоу - злодей из этой пьесы, и именно поэтому они предприняли те шаги, которые они предприняли, и почему они отказываются обсуждать с ним свои подробные причины. Они не хотят сообщать ему о том факте, что сами разобрались в том, что он задумал, поэтому ограничились обобщениями. - Он сделал паузу и густо намазал холодный треугольник тоста маслом. Судя по тому, как он глотал холестерин, я совсем не был уверен, что он проживет достаточно долго, чтобы уйти на пенсию в сорок. Я не знаю, как он остается таким подтянутым. Я подозреваю, что у него на чердаке есть портрет слона.


"Я не уверен, что понимаю тебя", - признался я.


"Извините. Я приведу вам пример, с которым столкнулся некоторое время назад. У меня есть клиент, который владеет фирмой по производству стеклопакетов. У них был похожий опыт с вашим мистером Барлоу – банк закрыл их кредит, а несколько дней спустя за ними охотилась полиция. Оказывается, на Северо-западе произошла волна краж со взломом, которые совершались по одной и той же схеме. Все это были дома, к которым сбоку вела подъездная дорожка с доступом к задней части дома. Соседи увидели бы, как подъезжает фургон фирмы с двойным остеклением. Рабочие начинали разбирать окна первого этажа, в то время как один из них выносил домашние ценности через заднюю или боковую часть дома и загружал их в фургон. Соседи, конечно, подумали, что семье просто установили новые окна. Они могли бы задаться вопросом, почему рабочие исчезли во время обеда и не вернулись, оставив пластиковую пленку на оконных отверстиях, а старые окна валяются на подъездной дорожке, но никто не задавался этим вопросом настолько, чтобы что-либо предпринять по этому поводу.


В конечном итоге выяснилось, что общим для всех этих домов было то, что все они были опрошены одной и той же фирмой по производству стеклопакетов за несколько недель до кражи со взломом. И, конечно, агитаторы установили, работали ли оба мужа и жена, таким образом выяснив, какие дома пустовали в течение дня. Полиция заподозрила моего клиента и нанесла визит его банкирам. Они, конечно, были слишком осведомлены о том, что после мрачного периода аккаунт моего клиента снова стал выглядеть вполне здоровым, и что большая часть его недавних поступлений была наличными. После визита полиции они сложили два и два и, к сожалению, наделали глупостей. Отчасти по вине моего клиента, который забыл упомянуть о своих недавних инвестициях в пару игровых автоматов."Сардонический тон Джоша сказал мне все, что мне нужно было знать о его мнении об игровых автоматах как инвестициях.


"Конечно, со временем все было улажено. Кражи со взломом были детищем пары бывших сотрудников, которые платили наотмашь знакомым безработным молодым людям, чтобы те устроились агитаторами в эту фирму по производству стеклопакетов и отчитывались перед ними. Тем не менее, у моего клиента были чрезвычайно трудные времена за это время. Этот опыт наводит меня на подозрение, что банк считает вашего мистера Барлоу мозгом всего, что здесь происходит. Вы сказали, что они упомянули высокий процент неисполнения обязательств по повторным ипотечным кредитам?'


"Это почти все, что они сказали", - ответил я. "Еще тостов?" Джош кивнул. Я жалобно помахал подставкой для тостов проходящей официантке и стал ждать следующего перла мудрости Джоша.


"На твоем месте я бы начал искать именно там". Он откинулся на спинку стула с видом фокусника, который только что совершил какой-то удивительный подвиг. Я не был впечатлен, и, думаю, это было заметно.


Он вздохнул. "Кейт, на твоем месте я бы попросил моего дружелюбного финансового волшебника проверить кредитоспособность всех тех хороших людей, которые оформили перезаклады и чьи оранжереи теперь исчезли".


Я все еще не понимал. "Но что бы это показало?" Я спросил.


"Я не знаю", - признался Джош. Он не знал? Я ждал, что небо упадет, но, как ни странно, этого не произошло. "Но что бы ни случилось, ты будешь знать о них намного больше, чем сейчас. И у меня в животе возникает странное покалывание, которое подсказывает мне, что это правильное место для поиска".


Я доверяю чутью Джоша. В последний раз, когда у меня был личный опыт подобного, я вчетверо увеличил свои сбережения, купив акции компании, о которой у него сложилось хорошее мнение. По-настоящему убедительным было то, что он сказал мне разгрузить их за неделю до того, как они эффектно потерпели крах после ареста их председателя за мошенничество. Поэтому я сказал: "Хорошо. Продолжайте. Я пришлю вам имена и адреса по факсу сегодня утром.'


"Великолепно", - сказал он. Я не был уверен, обращался ли он ко мне или к официантке, ставившей перед ним тарелку со свежими тостами.


Когда он набросился на тост, я спросил: "Когда у вас будет информация для меня?"


"Я отправлю это тебе по факсу, как только получу сам. Возможно, завтра. Пометьдля Джулии, когда будешь присылать детали. Я сегодня безнадежно занят, но это обычная рутина, она может сделать это, стоя на голове. Что я также сделаю, так это перекинусь парой слов с парнем, которого я знаю, в отделе мошенничества Royal Pennine Bank. Ни имен, ни инструктажа стаи, но он мог бы пролить некоторый свет на общий принцип дела.'


"Спасибо, Джош. Это будет большим подспорьем". Я украдкой взглянула на часы. Семь минут до начала следующего оплачиваемого часа. "Итак, как твоя личная жизнь?" Я рискнул.


Офис Мартина Читама находился в старой зерновой бирже, красивом здании из золотистого песчаника, которое на аэрофотоснимках выглядит как ломтик сыра, а окна на поверхности напоминают десятки крошащихся дырочек. Старый биржевой зал теперь превратился в нечто вроде крытого блошиного рынка безделушек, антиквариата, книг и пластинок, в то время как остальная часть здания была превращена в офисы. Здесь все еще есть несколько традиционных жильцов – часовщики, ремонтники электробритв, – но из-за необычной планировки остальные варьируются от групп давления, снимающих каморку, до небольших юридических фирм, которые могут арендовать несколько офисов, точно соответствующих их потребностям.


Офис, который я искал, находился в задней части дома. Приемная была маленькой до убогости, но, по крайней мере, из окон секретарши открывался потрясающий вид на Манчестерский собор. Я надеялся, что она увлекается дерьмовой готикой. Ей было под сорок, материнский типаж. Через три минуты я сжимала в руках чашку чая и обещание, что мистер Читам сможет втиснуть меня в течение получаса. Она отмахнулась от моих извинений за то, что не договорилась о встрече. Я не мог понять, как она сохранила свою работу, будучи при этом вежливой с клиентами.


Одна из причин, по которой я не жалел о том, что бросил учебу на юридическом факультете, заключалась в том, что спустя два года я начал понимать, что предпочел бы простоять весь путь от Манчестера до Лондона, чем сидеть рядом с адвокатом в поезде. Конечно, есть заметные исключения, прекрасные люди, на компетентность и честность которых я бы поставил свою жизнь. К сожалению, Мартин Читам не был одним из них. Для начала, я не мог понять, как кто-то может эффективно заниматься практикой, когда их документы хаотично разбросаны повсюду. На полу, на столе, на картотечных шкафах, даже на мониторе компьютера. Насколько я мог судить, где-то там могли скрываться клиенты. Он указал мне на одну из двух поверхностей в комнате, которая не была завалена бумфом. Я села на неудобный офисный стул, в то время как он направился к другому, роскошному вращающемуся креслу из черной кожи, в котором все поет, все танцует. Я полагаю, что, поскольку большинство специалистов по перевозкам очень мало видят своих клиентов, он не придавал большого значения их комфорту. Он, очевидно, тоже не был поклонником собора, поскольку его кресло было обращено в комнату.


Пока он не торопился с письмом Алексис, я воспользовался возможностью изучить его. Он был примерно 5 футов 8 дюймов, стройный, но не тощий. Он был в рубашке без рукавов, пиджак от костюма из сетевого магазина висел на вешалке сбоку от картотечного шкафа. У него были темные, почти черные волосы, коротко, но стильно подстриженные, и проникновенные, влажные темные глаза. У него была кожа, которая выглядит желтоватой и нездоровой, если она не загорает больше месяца или около того, хотя прямо сейчас он выглядел на пике здоровья. Он, очевидно, жил на нервах, потому что его аккуратные маленькие ножки и ручки подергивались и постукивали, когда он читал письмо с полномочиями. В конце концов, он сложил пальцы домиком и осторожно улыбнулся мне. "Я не совсем уверен, чем, по вашему мнению, я могу помочь, мисс Бранниган”, - сказал он.


"Да", - сказал я ему. "Что я должен сделать в первую очередь, так это разыскать Т.Р. Харриса, строителя. Итак, именно через вас мисс Ли и мисс Эпплби узнали, что эта земля свободна. Итак, я думаю, вы должны что-то знать о мистере Т.Р. Харрисе. Кроме того, я полагаю, у вас должен быть его адрес, поскольку вы занимались этим делом для мисс Ли и мисс Эпплби и, предположительно, вели с ним какую-то переписку.'


Улыбка Читама снова мелькнула. "Мне жаль вас разочаровывать, но я очень мало знаю о мистере Харрисе. Я знал об этой земле, потому что увидел ее рекламу в одной из местных газет. И прежде чем ты спросишь, прости, я не могу вспомнить, какой именно. Я вижу несколько штук каждую неделю и не сохраняю обратные номера. " Похоже, это были единственные куски измельченного дерева, которые он не сохранил. "У меня есть клиент, который ищет что-то подобное, - продолжил он, “ но когда я навел дополнительные справки, я понял, что эта конкретная область слишком велика для него. Я случайно упомянул об этом коллеге мисс Ли, и с этого все и началось.'


"Значит, вы никогда раньше не встречались с Харрисом?"


"Я вообще никогда не встречался с мистером Харрисом", - поправил он меня. "Я общался с его адвокатом, мистером Грейвсом". Он встал и выбрал стопку бумаг, по-видимому, наугад. Он порылся в них и извлек пачку, скрепленную скрепкой. Он бросил их передо мной, прикрыв основной текст письма чистым листом. Это адрес и номер телефона мистера Грейвса.'


Я достал свой блокнот и отметил детали на фирменном бланке. "Значит, вы действительно обменялись контрактами?"


Глаза Читама отвели от меня. "Да. Именно тогда, конечно, были переданы депозиты".


"И вы были совершенно убеждены, что все было честно?"


Он забрал бумаги обратно и направился в убежище за своим столом. "Конечно. Я имею в виду, я бы не стал продолжать, если бы не был. К чему вы конкретно клоните, мисс Бранниган?" Его левая нога дрожала, как желе на веретене.


Я не был до конца уверен. Но чувство, что Мартину Читаму нельзя доверять, крепло с каждой минутой. Может быть, он что-то замышлял, может быть, он просто боялся, что я выставлю его в небрежном свете, или, может быть, ему просто не повезло родиться хитрым. "И вы понятия не имеете, где я могу найти мистера Харриса?" - Спросил я.


Он покачал головой и сказал: "Абсолютно нет. Вообще без понятия".


"Я немного удивлен", - сказал я. "Я думал, что его адрес должен был быть указан в контрактах".


Пальцы Читама выбивали аккуратный маленький рифф из "Увертюры 1812 года" на пачке бумаг. "Конечно, конечно, как глупо с моей стороны, я даже не подумал об этом", - бормотал он. Он снова пролистал свои бумаги. Я терпеливо ждал, ничего не говоря. "Извините, это шокирующее происшествие действительно выбило меня из колеи. Вот мы и пришли. Как глупо с моей стороны. Т.Р. Харрис, 134, Болтон Хай Роуд, Рэмсботтом".


Я записал это, затем поднялся на ноги. Я не чувствовал себя человеком, у которого состоялся полный и откровенный обмен мнениями, но я мог видеть, что не смогу продвинуться дальше с Читамом, если у меня не будет конкретных вопросов. И, по крайней мере, теперь я мог бы обратиться к Харрису и его адвокату.


Я срезал путь, спустившись по черной лестнице, шаткому деревянному пролету, который всегда заставляет меня чувствовать, что я ступил на кривую времени. Мое настроение упало, когда я это сделал. Мне все еще нужно было проверить несколько оранжерей к юго-западу от города, и я был так же увлечен этой идеей, как и подготовкой брифинга Т.Р. Харриса. Но, по крайней мере, мне за это платили. Эта мысль немного подняла мне настроение, но не так сильно, как тот красавчик, на которого я уставился, когда рывком открывал входную дверь. Он выпрыгивал из транзитного фургона, который бросил на двойной желтой, и он был великолепен. На нем были узкие джинсы и белая футболка – в морозный октябрьский день, ради бога! – в пятнах штукатурки и кирпичной пыли. У него было то крепкое, мускулистое телосложение, которое наводит меня на мысли, о которых милым феминисткам не положено даже знать, не говоря уже о развлечениях. Его волосы были светло-каштановыми и волнистыми, как у Ричарда Гира до того, как он нашел Будду. Его глаза были темными и блестящими, нос прямым, рот твердым. Он выглядел слегка опасным, как будто ему было насрать.


Ему, черт возьми, было абсолютно наплевать на меня, потому что он смотрел прямо сквозь меня, когда захлопнул дверцу фургона и направился мимо меня на Кукурузную биржу. Вероятно, собирался напугать кого-нибудь настолько глупого, что он не оплатил свой счет. У него был тот решительный вид человека, который добивается того, что ему причитается. Ну что ж, ты теряешь что-то и ты теряешь что-то. Я проверил фургон и сделал мысленную заметку. Обновите его, указав номер телефона в Стокпорте. Никогда не знаешь, когда тебе понадобится построить стену. Скажем, напротив оранжереи…


6


Я заехал домой, чтобы забрать свою спортивную сумку. Я подумал, что если я все равно нахожусь в той части города, то мог бы с таким же успехом зайти в зал тайского бокса и посмотреть, есть ли здесь кто-нибудь, кто мог бы поделиться быстрой тренировкой. Для меня это было бы лучше, чем обед, и, кроме того, после того, как я позавтракал, мне нужно было заняться чем-то, что помогло бы мне чувствовать себя хорошо в отношении моего тела. Алексис давно ушла, а Ричард, похоже, вернулся к себе домой. На автоответчике было сообщение от Шелли, поэтому я позвонила. Иногда она действительно заводит меня. Я имею в виду, я все равно собирался проверить, но она умудрилась передать свое сообщение первой и заставить меня почувствовать себя каким-то школьником, который следит за ним.


"Мортенсен и Бранниган, чем я могу вам помочь?" - поприветствовала она меня в наихудшем среднеатлантическом стиле. Клянусь, это была не моя идея. Я тоже не думаю, что это была идея Билла.


"Бранниган, чем я могу тебе помочь?" - спросил я.


'Привет, Кейт. Где ты?'


"Я прохожу через свою гостиную в перерыве между заданиями", - ответил я. "В чем проблема?"


"Звонил Брайан Чалмерс из PharmAce. Он говорит, что ему нужно поговорить с тобой. Как можно скорее, не парень". Код M & B означает "Как можно скорее, не вопрос жизни и смерти".


"Верно. Мне все равно нужно съездить в Урмстон, так что я вернусь через Траффорд Парк и увижусь с ним. Ты можешь устроить так, чтобы я смог увидеться с ним около двух? Я позвоню, чтобы узнать точное время.'


"Отлично. И звонил Тед Барлоу, чтобы спросить, добился ли ты какого-нибудь прогресса".


Скажи ему, что я провожу предварительное расследование и свяжусь с ним, когда у меня будет что сообщить. А ты?'


"Я что?" - Шелли казалась искренне сбитой с толку. Должно быть, это был новый опыт для нее.


"Есть какой-нибудь прогресс".


"Как мне всегда приходится напоминать двум моим детям, ” сильный акцент на слове "дети", - в грубости нет ничего умного".


"Я буду считать, что мои ноги хорошо и по-настоящему отшлепаны. Но так ли это?"


"Это для меня, чтобы знать, и для тебя, чтобы выяснить. Прощай, Кейт". У меня даже не было времени на прощание, прежде чем линия оборвалась.


Было незадолго до двенадцати, когда мне удалось найти кого-то, кто мог бы дать мне любую полезную информацию о моих пропавших оранжереях. Но когда я это сделала, ожидание стоило того. Дайан Шипли была мечтой каждого частного детектива. Она жила во главе Сатклифф-Корт, из ее бунгало открывался вид на весь район. Краем сознания я отметила приподнятые цветочные клумбы и пандус, ведущий к входной двери, но это все равно не помешало мне посмотреть не на том уровне, когда дверь открылась. Я внес коррективы и обнаружил, что смотрю вниз на лицо, похожее на ястребиное: короткие волосы цвета соли с перцем, темные глаза-бусинки, глубоко посаженные и опущенные, узкий нос в форме клюва тупика и, что совершенно неуместно, широкий и насмешливый рот. Женщина была в инвалидном кресле, и, похоже, это ее нисколько не беспокоило.


Я произнес свою обычную речь о оранжерее в соседнем доме, и ее лицо расплылось в улыбке. "Вы имеете в виду оранжерею Рейчел Браун?" - спросила она.


Я проверил свой список. "У меня есть Ровена и Дерек Браун", - сказал я.


"А", - сказала женщина. "Грязная работа на перекрестке. Вам лучше зайти. Кстати, меня зовут Диана Шипли."


Я представился, следуя за ней по коридору. Мы повернули налево в необычную комнату. Она тянулась во всю глубину дома, с окнами на трех стенах, создавая ощущение света и воздуха. Она была выкрашена в белый цвет, пол выложен пробковой плиткой. Стены были украшены прекрасными подробными рисунками цветов и растений. В одном углу стоял стол для рисования, установленный на идеальной высоте для ее стула. "Я зарабатываю на жизнь иллюстрированием детских книг", - сказала она. Все остальное я делаю для развлечения", - добавила она, указывая на стены. "На случай, если вам интересно, восемь лет назад я попал в аварию при езде верхом. Умер ниже пояса".


Я сглотнул. "Верно. Эм, извини за это".


Она ухмыльнулась. "Я не поэтому тебе рассказала. Я обнаружила, что если я этого не сделаю, люди сосредоточатся только на половине того, что я говорю, потому что они так заняты вопросом о моей инвалидности. Я предпочитаю стопроцентное внимание. Итак, чем я могу вам помочь?'


Я задал старые знакомые вопросы. Но на этот раз я получил несколько правильных ответов. "Когда я работаю, я, как правило, довольно долго смотрю в окно. И когда я вижу людей в суде, должен признаться, я наблюдаю за ними. Я смотрю на то, как двигаются их тела, какие формы они создают. Это помогает, когда я рисую действие. Итак, да, я довольно много заметил о Рейчел.'


"Можете ли вы описать ее?"


Диана подкатила себя к ряду ящиков с картами. "Я могу сделать кое-что получше этого", - сказала она, открывая один и доставая файл формата А4. Она порылась в листах бумаги внутри, извлекла пару и протянула их мне. Мне стало любопытно, я взял их у нее. Это была серия рисунков головы, некоторые довольно подробные, другие представляли собой краткую карикатуру из нескольких строк. На них была изображена женщина с мелкими, аккуратными чертами лица, острым подбородком, с более широкими глазами. Ее волосы были до плеч, волнистые. "Они были расчесаны", - сказала Диана, проследив за моим взглядом. Ти пару раз задавалась вопросом, не парик ли это. Он всегда выглядел одинаково. Никогда не было похоже, что она только что была у парикмахера. Если это и был парик, то хороший. Ты не мог сказать, даже лицом к лицу.'


"Насколько хорошо вы ее знали?" - спросил я.


"Поначалу совсем нет. Она проводила здесь не так уж много времени. Когда она переехала, был май, и на самом деле она проводила здесь всего, возможно, три или четыре ночи в неделю, с понедельника по пятницу. Ее никогда не было здесь по выходным. Затем, однажды вечером в июне, она пришла. Я думаю, было около половины десятого. Она сказала, что у нее произошла утечка газа, и она ждала аварийных инженеров. Она сказала мне, что нервничает из-за того, что остается дома, особенно после того, как ей сказали не включать свет. Поэтому я пригласил ее войти и угостил напитком. Белое вино. У меня уже была открыта бутылка '


Мне это понравилось. Свидетельница, которая могла бы рассказать мне, что она пила четыре месяца назад. "А она рассказывала вам что-нибудь о себе?"


"И да, и нет. Она назвала мне свое имя, и я отметил совпадение. Она сказала, что да, она заметила, когда обменивалась контрактами на покупку дома, что у нее та же фамилия, что и у продавцов, но она привыкла к такого рода совпадениям с фамилией вроде Браун. Я был немного удивлен, потому что понятия не имел, что Ровена и Дерек на самом деле продали дом.'


У меня было то чувство, которое возникает, когда входишь в театр в середине первого акта новой пьесы. То, что она говорила, имело смысл, но это было бессмысленно, если ты не видел первые двадцать минут. "Извините, вам придется пропустить это мимо ушей немного медленнее. Я имею в виду, вы, конечно, поняли, что они продали дом, когда перестали там жить и в него въехал новый человек?"


Настала ее очередь одарить меня озадаченным взглядом. "Но Дерек и Ро не живут в этом доме уже четыре года. Дерек - инженер в нефтяной промышленности, и он отсутствовал две недели из четырех, так что мы с Ро стали действительно хорошими друзьями. Затем, четыре года назад, Дереку предложили пятилетний контракт в Мексике с предоставлением дома компании. Поэтому они решили сдавать свой дом здесь в краткосрочную аренду. Когда Рейчел въехала, я думал, что она просто еще одна квартирантка, пока она не сказала мне обратное.'


"Но вы наверняка должны были понимать, что дом выставлен на продажу? Я имею в виду, даже если бы не было доски объявлений агента по недвижимости, вы не могли пропустить, как они показывали людям окрестности", - заметила я.


'Забавно, что ты это сказал. Это именно то, что я подумал. Но Рейчел сказала мне, что видела рекламу в Evening Chronicle и что она просмотрела его на следующий день. Возможно, я ходил по магазинам, или она пришла однажды вечером после наступления темноты, когда я не работал. В любом случае, я не видел причин сомневаться в том, что она мне рассказала. Зачем лгать об этом, ради всего святого? Не то чтобы снимать дом было постыдно!" Смех клокотал в горле Дианы.


"Она была одна или жила с кем-то?" Я спросил.


"У нее был парень. Но его никогда не было рядом, если не было ее. И он не всегда был рядом, даже если она была. Обычно я видел, как он уезжает, а не приезжает, но пару раз я видел, как он расплачивался с такси около одиннадцати часов вечера.'


"Уходил ли он с Рейчел по утрам?" Я не мог понять, как все это сочетается друг с другом, но я был полон решимости максимально использовать свидетеля, готового сотрудничать.


Диана даже не задумалась. "Они ушли вместе. Вот почему у меня нет его рисунков. Она всегда была между мной и ним, и он всегда садился на пассажирское сиденье машины, так что я никогда толком его не видела. Хотя он был стильным. Даже на расстоянии я мог видеть, что он хорошо одет. Солнечными утрами он даже надевал панаму. Вы можете в это поверить, панамская шляпа в Урмстоне?'


Как в cordon bleu на автосервисе, мне было трудно прийти в себя. "Так расскажи мне о оранжерее".


На этот раз она действительно на мгновение задумалась. "Должно быть, это было ближе к концу июля", - медленно, но без колебаний ответила она. "Я была в отпуске с первого по пятнадцатое августа. Консерватория подорожала за пару дней до моего отъезда. Потом, когда я вернулся из Италии, они все разъехались. Консерватория, Рейчел Браун и ее парень. Шесть недель назад прибыла новая партия арендаторов. Но я до сих пор не знаю, сдала ли Рейчел дом в аренду и вообще покупала ли его вообще Рейчел. Все, что я знаю, это то, что парни там сейчас арендовали его через то же агентство, которым пользовались Дерек и Ро, DKL Estates. У них есть офис в Стретфорде, но я думаю, что их главный офис находится в Уоррингтоне.'


Я был впечатлен. "Вы очень хорошо информированы", - сказал я.


"Это мои ноги не работают, а не мой мозг. Мне нравится быть уверенным, что так и останется. Некоторые люди называют меня любопытным. Я предпочитаю думать об этом как о здоровом любопытстве. Кто ты вообще такой? Что-то вроде судебного пристава? И не рассказывай мне о том, что ты представитель компании по консерватории. Ты слишком умен для этого. Кроме того, очевидно, что там происходит что-то очень странное. Вы не просто отслеживаете, кому вы продали оранжереи.'


Я мог бы продолжать блефовать, но не видел в этом смысла. Диана заслуживала какой-то услуги за услугу. "Я частный детектив”, - сказал я. "Мы с напарником расследуем преступления белых воротничков".


"И это тот случай с пропавшими оранжереями, да? Замечательно! Ты сделала мою неделю ярче, Кейт Бранниган".


Когда я ехал в сторону Траффорд-парка, я начал подозревать, что Дайан Шипли, возможно, только что сделала мою.


Брайан Чалмерс из PharmAce был не в восторге, когда я рассказал ему о результатах моей работы как внутри, так и за пределами его фабрики и склада. Он был зол на себя за то, что нанял старшего лаборанта, который был предан своему банковскому счету, а не своему боссу. К сожалению, из-за моей ошибки с записью наблюдения у него не было никаких доказательств, кроме моих слов, которых было недостаточно для того, чтобы затащить парня в свой офис и уволить его на месте. Итак, поскольку ему нужно было на ком-то выместить свой гнев, я получил пинок от лаборанта. И потому, что клиент всегда прав (по крайней мере, пока он на самом деле находится в комнате) Мне пришлось стиснуть зубы и выдержать взбучку.


Я позволил ему разглагольствовать добрых десять минут, затем предложил повторить упражнение по наблюдению в выходные по сниженной ставке. Это выбило ветер из его парусов, как и предполагалось. К сожалению, выходя из офиса Чалмерса, я прошел мимо одного из техников, с которыми имел дело во время моей короткой работы под прикрытием в PharmAce, но, хотя он посмотрел на меня так, как будто должен был знать меня, он прошел мимо, не поздоровавшись. Похоже, мне повезло. Феномен незнания людей вне контекста сработал в мою пользу. В конце концов, что мог бы делать временный биржевой клерк в кабинете управляющего директора, одетый во весь костюм?


Было незадолго до трех, когда я подъехал к залу тайского бокса. Казалось, что в моей голове полно шестеренок и колесиков, которые вращаются не синхронно, пытаясь усвоить все, что рассказала мне Дайан Шипли, и привести это в соответствие с тем, что мне говорили в других школах. Пока все это на самом деле не имело никакого смысла. По горькому опыту я знаю, что, когда мой разум бурлит, нет ничего лучше, чем какое-нибудь тяжелое физическое упражнение. Что для меня в наши дни означает тайский кикбоксинг.


Это началось с чисто утилитарных соображений. Мой друг Деннис-взломщик указал мне, что мне нужны навыки самообороны. Он думал не столько о моей работе, сколько о районе, в котором я живу. Он убедил меня пойти с ним в клуб, где его обожаемая дочь-подросток является чемпионкой среди юниоров. Когда я увидел снаружи здание, ужасное сооружение из бревенчатых блоков, похожее на заросшую скаутскую хижину, я был глубоко не впечатлен. Но внутри чисто, тепло и хорошо освещено. А женский тренер Карен - бывшая чемпионка мира , которая отказалась от серьезных соревнований, чтобы завести семью. Одно из самых диких зрелищ в нашем клубе - наблюдать, как ее трехлетний малыш ковыляет по рингу, нанося удары людям вдвое крупнее его и причиняя им много горя.


Мне повезло, потому что Карен находилась в крошечной каморке, которую она называет офисом, отчаянно ища предлог, чтобы не заниматься бумажной работой. Ей тоже повезло, потому что я был настолько ошарашен словесной взбучкой, которую получил от Брайана Чалмерса, что устроил ей самую сложную тренировку, которая мне когда-либо удавалась.


Предоставленные сами себе, тумблеры в моем мозгу начали вставать на свои места. К тому времени, как мы закончили обмениваться ударами, я знал, где мне следует искать дальше по следу пропавших оранжерей.


7


Поскольку Земельный кадастр работает в рабочее время, а не в супермаркете, я ничего не смог бы сделать больше в тот день, даже если предположить, что они не настаивали на предварительной записи для ознакомления с реестрами. Настоящим ударом стало то, что Тед необдуманно продал свои оранжереи объектам недвижимости, которые находились в ведении двух отдельных офисов; Уоррингтонские оранжереи перешли в ведение Биркенхеда, Стокпортские - в Литэм-Сент-Энн, что было примерно так же логично, как если бы Лондон перешел в ведение Саутгемптона. Чтобы еще больше запутать ситуацию, реестр Lytham находится в Birkenhead House… У вас когда-нибудь складывалось впечатление, что они действительно не хотят, чтобы вы пользовались своими правами на изучение их пыльных томов? Тем не менее, мне удалось договориться о встрече в Биркенхеде на утро понедельника. Когда я прочитал список адресов, голос женщины, с которой я разговаривал, звучал радостно. Приятно иметь дело с людьми, которые любят свою работу. Разобравшись с этим, я почувствовал, что могу с чистой совестью заняться хитроумным строителем Алексис.


Я пошел домой, чтобы переодеться во что-нибудь менее угрожающее, чем деловой костюм. Пока я был там, я попытался позвонить адвокату Т.Р. Харриса, мистеру Грейвсу. Номер прозвучал без ответа. Праздность некоторых представителей юридической профессии никогда не перестает меня удивлять. Двадцать минут пятого, и все разошлись на весь день. Возможно, в четверг в Рэмсботтоме рано закрывались. Я не смог найти Т.Р. Харриса в телефонной книге, что было досадно, но не слишком удивительно, учитывая привычки строителей.


Мои волосы все еще были влажными после душа в спортзале, поэтому я быстро обработала их феном. Пару месяцев назад я решила отрастить их. Теперь они достигли моих плеч, но вместо того, чтобы удлиниться, они, кажется, становятся еще более дикими. И я заметила пару седых волосков среди каштановых. Некоторые цвета волос изящно оттеняют седину, но каштановый - не один из них. Пока их достаточно мало, чтобы вытащить, но я подозреваю, что пройдет совсем немного времени, и мне хоть бы хны, как моей маме до меня. Бормоча что-то себе под нос, я выбрала пару красновато-коричневых брюк, кремовый джемпер-поло из ангоры и овечьей шерсти и твидовый пиджак. Наступали ночи, пришло время надеть мою любимую зимнюю обувь, темно-коричневые ковбойские сапоги, которые, возможно, знавали лучшие дни, но сидели как пара перчаток. Как раз то, что нужно для поездки в ужасную, мерзкую, ветреную, мокрую, темную сельскую местность. Если вам придется покинуть город, вы могли бы, по крайней мере, быть соответствующим образом одеты. Вспомнив об отсутствии уличных фонарей снаружи, я сунула маленький фонарик в свою сумку.


Когда я ехал через весь город к автостраде, я решил, что мне нужно разыскать фермера, который в первую очередь продал землю Т.Р. Харрису. Но по дороге я решил проверить владения Харриса. Я хотел знать, где я мог бы наложить на него руки, как только у меня будут боеприпасы.


Болтон-Хай-роуд, 134, оказалась не таким строительным двором, как я ожидал. Это был магазинчик на углу, все еще открытый для продажи хлеба, шоколада, сигарет и всего остального, что забывчивые не оставили для вечернего просмотра. Старомодный звонок на витой пружине зазвенел, когда я открыл дверь. Парень-подросток за прилавком оторвал взгляд от своего журнала о мотоциклах и окинул меня беглым взглядом, предназначенным для всех, кто не переступал порог регулярно в течение последних пятнадцати лет.


"Я ищу строителя", - сказал я.


"Извини, милая, мы их не продаем. Видишь ли, спроса нет". Он изо всех сил старался сохранить серьезное выражение лица, но потерпел неудачу.


"Я требую", - сказал я. Я подождал, пока он обдумает ответ.


Это заняло всего несколько секунд. Держу пари, что так и есть, любимая. Могу я помочь?'


"Строитель по имени Харрис. Т. Р. Харрис. Это адрес, который я для него раздобыл. Вы выступаете в качестве адреса проживания для людей?"


Он покачал головой. "Моя мама этого не потерпит. Она говорит, что люди, которые не используют свой собственный адрес, должно быть, замышляют что-то нехорошее. Том Харрис, парень, которого вы ищете, он арендовал один из офисов наверху на пару месяцев. Заплатил наличными, и все такое.'


"Значит, ты живешь не над магазином?"


"Нет". Он закрыл журнал и прислонился спиной к полкам с сигаретами, довольный тем, что у него есть перерыв в рутине. "Моя мама сказала папе, что это смертельно распространенное явление, заставила его купить дом по соседству. Он превратил верхний этаж здесь в офисы. Брайан Берли, страховой брокер, у него два офиса и доля ванной и мини-кухни. Он работает здесь пять лет, с тех пор, как мой отец их отремонтировал. Но в другом офисе через это прошло множество людей. Я не удивлен. Вы не смогли бы заманить туда и крысу, не говоря уже о кошке.'


"Итак, Тома Харриса здесь больше нет?" Я спросил.


Не-а. Ему платили до конца прошлой недели, и с тех пор мы его не видели. Он сказал, что ему просто нужен офис, пока он уладит здесь пару сделок. Он сказал, что он с юга, но не сказал этого вслух. Тоже не походил на местного. В любом случае, зачем ты за ним охотишься? Он тебя кинул или что-то в этом роде?' Он ничего не мог с собой поделать, и он был достаточно мил, чтобы это сошло ему с рук. Дайте ему несколько лет, и он стал бы смертельно опасным. Боже, помоги женщинам Рэмсботтома.


"Мне нужно поговорить с ним, вот и все. Есть возможность осмотреть верхний этаж? Посмотри, не оставил ли он чего-нибудь, что могло бы дать мне представление о том, куда он перешел?" Я одарила его своей самой знойной улыбкой.


"Ты не найдешь там даже отпечатка пальца", - разочарованно сказал мне парень. "Моя мама вымыла его в воскресенье. И когда она убирает, она убирает".


Я мог себе представить. Казалось, не было особого смысла настаивать на этом, и если Харрис заплатил наличными, вряд ли можно было найти какую-либо другую зацепку относительно его местонахождения. "Ты его вообще знал", - спросил я.


"Я видел, как он входил и выходил, но у него не было времени на таких, как я. Воображал себя, понимаете, что я имею в виду? Думал, что он крутой".


"Как он выглядел?" Я спросил.


"Строитель. Ничего особенного. Каштановые волосы, большие мускулы, довольно высокий. Он ездил на белом "Транзите", на боку было написано "Т.Р. Харрис Строитель". Послушайте, вы ведь не копы, не так ли? - спросил он с внезапной ноткой опасения, смешанной с возбуждением.


Я покачал головой. "Просто пытаюсь разыскать его друга, для которого он обещал выполнить кое-какую работу. Ты не знаешь, зависал ли он в каком-нибудь из местных пабов?"


Парень пожал плечами. "Не знаю. Извини". Он выглядел так, как будто тоже имел это в виду. Я купил фунт апельсиновых чипсов Cox's Orange Pippins, чтобы утолить голод, и отправился в путь.


В некоторые дни со временем все проясняется. В другие дни все становится все более и более мутным. Этот был похож на аквариум с золотыми рыбками, который не чистили с Рождества. Адрес, который я аккуратно скопировал с фирменного бланка Грейвса, который показал мне Мартин Читам, не был офисом адвоката. Если быть точным, это вообще был не какой-либо офис. Это был "Герб фермера". Паб находился примерно в четверти мили от ближайшего дома, последнего здания на узкой дороге, ведущей к вересковым пустошам, где Алексис и Крис надеялись построить дом своей мечты. Несмотря на относительную изолированность, паб, казалось, процветал. Автостоянка была заполнена более чем наполовину, а каменную кладку недавно почистили.


Внутри заведение было отремонтировано в стиле "кантри паб", характерном для крупных пивоварен. Открытый камень и балки, витражные панели во внутренних дверях, деревянные стулья с цветочными ситцевыми подушками, выложенный каменной плиткой пол и непревзойденный выбор шипучего бочкового пива с одинаковым вкусом. В баре, должно быть, собралось человек шестьдесят, но помещение было достаточно большим, чтобы в нем все еще чувствовалось пространство. Две женщины средних лет и мужчина лет под тридцать эффективно обслуживали бар.


Я взгромоздился на табурет у стойки бара, и мне не пришлось долго ждать свой "Сент-Клементс". Я наблюдал за посетителями минут десять или около того. Они звучали относительно по-местному, и в основном им было за двадцать-тридцать. Рядом со мной в баре была группа, с которой, как я представлял, Т.Р. Харрис почувствовал бы себя одним из парней. Но сначала я должен был решить проблему с адресом Муди для его адвоката.


Я дождался затишья, затем подозвал одну из барменш. "Опять то же самое, любимая?" - спросила она.


Я кивнул и, когда она наливала, сказал: "Я немного сбит с толку. Это 493 Мур Лейн?"


Потребовалось немного посовещаться с персоналом бара и посетителями, но в конце концов был достигнут консенсус. Это был номер 493. "Мне дали это как адрес парня по имени Грейвс”, - сказал я им. По какой-то причине мужчины в баре покатились со смеху.


Барменша поджала губы и сказала: "Вы должны извинить их. У них не все в порядке с головой. Причина, по которой они смеются, в том, что автостоянка паба выходит на церковный двор. У нас всегда есть дела с викарием, потому что идиоты, которые не знают ничего лучшего, летом идут и сидят на могильных камнях со своими пинтами.'


Я начинал чувствовать себя по-настоящему взбешенным Т.Р. Харрисом и его веселыми танцами. Устало я сказал: "Значит, здесь нет никого по фамилии Грейвс?" И вы не сдаете комнаты или у вас нет офисов наверху?'


Барменша покачала головой. "Прости, любимая. Кто-то тебя разыгрывал".


Я выдавил из себя улыбку. "Без проблем. Полагаю, никто из вас не знает строителя по имени Том Харрис? Купил немного земли по дороге отсюда?"


Вокруг меня были улыбки и кивки узнавания. Это тот парень, который купил двенадцатиакровое поле Гарри Картрайта ", - сказал один. Человек из ниоткуда", - добавил другой.


"Почему ты так говоришь?" Я спросил.


"Почему ты спрашиваешь?" - возразил он.


Я пытаюсь связаться с ним в связи с землей, которую он купил.'


"Он больше не владелец заведения. Он продал его на прошлой неделе", - сказала барменша. "И с тех пор мы его не видели".


"Как долго он сюда приходит?" Я спросил.


"С тех пор, как он впервые начал переговоры с Гарри о земле. Должно быть, около трех месяцев назад, я бы предположил", - сказал один из мужчин. "Хорошая компания. Было что рассказать". Дикие истории".


"Какого рода дикие истории?" Я спросил.


Они все снова громко рассмеялись. Может быть, мне стоит пройти прослушивание в комедийный магазин. "Не то, что ты говоришь, когда присутствуют дамы”, - прохрипел один из них сквозь смех.


Я не мог поверить, что подвергал себя такому испытанию из дружбы. Алексис собиралась быть обязанной мне всю жизнь после этого. Я глубоко вздохнул и сказал: "Полагаю, никто из вас не знает, где находится его двор? Или где он живет?"


Они перешептывались между собой и с сомнением качали головами. "Он никогда не говорил", - сказал мне один из них. "Он снял офис над магазином на углу Болтон-Хай-роуд, может быть, они знают".


"Я пробовал это. Боюсь, без радости. Вы, ребята, моя последняя надежда". Я захлопал ресницами, Боже, помоги мне. Призыв к рыцарству часто срабатывает с придурками, которые сидят в пабах и рассказывают друг другу грязные истории, чтобы компенсировать отсутствие чего-либо хотя бы отдаленно захватывающего в их собственных убогих маленьких жизнях.


К сожалению, это сработало. И снова они сбились в кучку бормочущих. "Вы хотите поговорить с Гэри", - в конце концов уверенно объявил представитель.


Нет, если он хоть немного похож на вас, подумала я. Я мило улыбнулась и спросила: "Гэри?"


"Гэри Адамс", - сказал он тем раздраженным тоном, который мужчины приберегают для женщин, которых считают медлительными или глупыми. "Гэри расчистил землю для Тома Харриса. Когда он купил его, половина его была заросшей кустарником, все заросло ежевикой и дроком между деревьями. У Гэри есть все оборудование, видишь? Он выполняет здесь всю подобную работу.'


Я продолжал натягивать улыбку. "И где я найду Гэри?" Спросил я, почти не шевеля губами.


Они изучили часы, обменялись хмурыми взглядами. Раздраженная барменша сказала: "Он живет в Монтроуз Бэнк, 31. Это через центр деревни, вверх по холму и третий поворот налево. Вы, вероятно, найдете его в его гараже, где он ремонтирует свою дурацкую большую американскую машину." Я поблагодарил ее и ушел, сумев сохранить улыбку на лице до тех пор, пока парни могли меня видеть. Мышцы моего лица чувствовали себя так, словно они только что выполнили упражнение Джейн Фонда.


Как и было предсказано, Гэри находился в гараже, пристроенном к аккуратному каменному коттеджу. Верхняя дверь была открыта, за ней виднелся винтажный кадиллак с откидной головкой. Капот был поднят, и человек, которого я принял за Гэри Адамса, наклонился к двигателю. Когда я приблизился, я увидел, как он делает что-то ужасно жестокое с гаечным ключом размером с предплечье борца. Я прочистил горло и дал команду мышцам снова изобразить улыбку. Они неохотно подчинились. Гэри удивленно поднял глаза. Ему было за тридцать, со стрижкой, которая выглядела так, будто он пришел прямо с Национальной службы.


"Гэри?" Я спросил.


Он выпрямился, любовно положил гаечный ключ на блок двигателя и нахмурился. Это верно. Кто хочет знать?'


Время для другой сказки. "Меня зовут Бранниган. Кейт Бранниган. Я архитектор. Моя подруга купила немного земли у Тома Харриса, и ей нужно связаться с ним по поводу другой сделки. Ребята из Farmer's Arms решили, что вы, возможно, знаете, где я могу его найти.'


Гэри понимающе улыбнулся, вытирая руки о свой промасленный комбинезон. "Он должен тебе денег, не так ли?"


"Не совсем”, - сказал я. "Но мне нужно с ним поговорить. Почему? Он тебе должен?"


Гэри покачал головой. "Я позаботился об этом. Такие, как он, платят десять долларов за пенни. Просят тебя выполнить работу, ты делаешь это, ты говоришь им, что они должны, они игнорируют тебя. Итак, я заставил его заплатить наличными. Половину до, половину после. Рад, что сделал, и все такое, глядя на то, как он бесследно пропал с тех пор, как продал те участки на.'


"Что заставило вас подумать, что он был изворотливым?"


Гэри пожал плечами. "Я его не знал, вот и все. Он был не отсюда. И он, очевидно, тоже не собирался останавливаться".


Это было все равно что вырывать зубы. Иногда я думаю, что, возможно, лучше подошел бы для карьеры психотерапевта. Возможно, клиенты тоже не захотят с вами разговаривать, но, по крайней мере, вы можете сидеть в теплом и удобном офисе, пока занимаетесь этим. "Что заставляет вас так говорить?" - Спросил я.


"Когда ты занимаешься бизнесом и планируешь где-то остановиться, ты открываешь счет в местном банке, не так ли? Само собой разумеется", - торжествующе сказал он.


"А Том Харрис этого не сделал?"


"Я видел его чековую книжку. Он собирался выдать мне чек на аванс за работу, но я сказал, что ни в коем случае, мне нужны наличные. Но я достаточно хорошо рассмотрел его, чтобы увидеть, что у него был счет не в местном банке.'


Я попытался скрыть глубокий вдох. - Какой банк это был? - Спросил я, сопротивляясь искушению забить его в бокс до полусмерти.


"Нортширс Банк" в Бакстоне. Это даже не в Ланкашире. И счет тоже был не на его имя. Это был какой-то бизнес или что-то в этом роде.' Я открыл рот, и улыбка тронула уголок рта Гэри, когда он предвосхитил меня. 'Я не обратил внимания на имя. Я только что заметил, что это был не Том Харрис.'


Спасибо, Гэри, ” сказал я. "Ты мне очень помог. Не думаю, что ты знаешь кого-нибудь еще, кто мог бы знать, где я могу найти Тома Харриса?"


"Это действительно важно, не так ли?" - спросил он. Я кивнул. "Гарри Картрайт - фермер, который продал ему землю. Он может знать".


"Где его ферма?" - спросил я.


Гэри покачал головой с полуулыбкой человека, который имеет дело с сумасшедшей леди. "Насколько хорошо ты обращаешься с доберманами? И если ты пройдешь мимо них, он будет держать свой дробовик наготове и ждать. Он непростой человек, Гарри. "Должно быть, у меня был такой вид, будто я вот-вот разрыдаюсь. Я полагаю, он думал, что это были слезы отчаяния; на самом деле это были слезы разочарования. Вот что я тебе скажу, - сказал он. "Я пойду с тобой. Дай мне минуту, чтобы снять комбинезон и позвонить старому ублюдку, чтобы сообщить ему, что мы приближаемся. Он знает меня достаточно долго, чтобы поговорить, прежде чем стрелять.'


Я вернулся к машине и включил обогреватель на полную мощность. Я ненавижу сельскую местность.


8


Через десять минут после того, как мы выехали от Гэри, мы ехали по неасфальтированной трассе. Я остановился у ворот с пятью засовами, обнесенных колючей проволокой, и Гэри выскочил, чтобы открыть их. Когда он закрыл ее за мной, он побежал к машине. Едва он захлопнул за собой дверь, как пара огромных доберманов бросилась на пассажирскую сторону машины, истерично лая и пуская слюни. Гэри ухмыльнулся, что убедило меня, что он не был полным профаном. "Держу пари, ты рад, что взял меня с собой", - сказал он.


Я включил передачу и продолжил движение по трассе. Проехав полмили, мои фары высветили низкое каменное здание в сгущающемся сельском сумраке. Крыша, казалось, провисла посередине, а оконные рамы выглядели настолько прогнившими, что я не мог отделаться от мысли, что первые зимние штормы выбьют стекла наполовину во дворе фермы. По запаху навоза я понял, что это фермерский двор. Я подъехал как можно ближе к двери, но прежде чем я успел заглушить двигатель, в дверях появился пожилой мужчина. Как уверенно предсказал Гэри, он размахивал двуствольным дробовиком "сверху-снизу". Как раз в этот момент прибыли собаки и подняли такую какофонию лая, что у меня заболели пломбы. Я действительно люблю эту страну.


"Что теперь?" Я потребовал ответа у Гэри.


Старик приблизился. На нем был засаленный кардиган поверх рубашки без воротника, которая, возможно, начала свою жизнь цвета промасленной тряпки, но я сомневался в этом. Он подошел прямо к машине и уставился в окно, стволы пистолетов зловеще указывали сквозь стекло. Мое мнение о бутылке Т.Р. Харриса только что выросло на сто процентов. Убедившись, что моим пассажиром действительно был Гэри, Картрайт отступил на несколько футов и свистнул собакам. Они упали к его ногам, как бревна.


Гэри сказал: "Если все в порядке, ты можешь выходить". Он открыл свою дверцу и выбрался наружу. Я осторожно последовал за ним.


Я подошел достаточно близко, чтобы почувствовать запах старика. Этого было достаточно, чтобы заставить меня молиться, чтобы мы могли вести наши дела на дворе фермы. Картрайт сказал: "Гэри говорит, что ты охотишься за Томом Харрисом. То, что я с ним сделал, было полностью законно, все по правилам.'


"Я знаю это, мистер ... Картрайт. Мне просто нужно поговорить с Томом, и, похоже, никто не знает, где я могу его найти. Я надеялся, может быть, вы знаете".


Он сунул пистолет под мышку, порылся в глубоком кармане своих грязных вельветовых брюк и достал документ, которым помахал у меня перед носом. Это все, что я знаю, - сказал он.


Я потянулся за ним, но он выхватил его обратно. Ты можешь смотреть, но не должна прикасаться", - сказал он, совсем как пятилетний ребенок. Я затаил дыхание и придвинулся достаточно близко, чтобы прочитать это. Это было соглашение между Генри Джорджем Картрайтом из Стаббл-Кристал-Фарм и Томасом Ричардом Харрисом из Болтон-Хай-роуд, 134, Рэмсботтом. Мне не нужно было читать дальше. В моей голове звенело больше колоколов, чем в Оксфорде майским утром. Я вежливо улыбнулся, поблагодарил Гарри Картрайта и вернулся в свою машину. Выглядя сбитым с толку, Гэри пристроился рядом со мной, и мы снова помчались по трассе.


Томас Ричард Харрис. Том, Дик и Гарри. Если бы Томас Ричард Харрис был правильным именем, я была Мари из Румынии.


К одиннадцати утра пятницы я был просто сумасшедшим. Шелли была в восторге от того, что я был загнан в тупик на двух наших высокооплачиваемых работах, в консерваториях и фармацевтике, и она не собиралась позволять мне отлынивать и идти по следам афериста Алексис. Я был заперт в офисе с женщиной, которая хотела, чтобы я занимался бумажной работой, и у меня не было повода уйти. К десяти все мои файлы были обновлены. К одиннадцати мои заметки по делу были не только написаны, но и отшлифованы до такой степени, что я мог бы присоединиться к группе писателей и зачитать их. В пять минут двенадцатого я взбунтовался. Сжимая в руке досье Теда Барлоу, я проплыл через приемную, говоря Шелли, что иду по новой зацепке. Это привело меня в кофейню Cornerhouse, где я просматривал файл, потягивая капучино. Когда я в очередной раз просматривал свои записи об интервью, меня осенило. Было кое-что, что я мог бы сделать, пока ждал назначенной на утро понедельника встречи в земельном кадастре.


DKL Estates, агент по недвижимости, о котором упоминала Дайан Шипли, находилась напротив магазина Chorlton Baths. DKL выглядела достаточно процветающей, но я почти сразу понял, что для этого была веская причина. Они специализировались на аренде и продаже недвижимости для начинающих покупателей, которая меняется даже в самый разгар рецессии. Всегда есть люди, отчаянно желающие подняться по служебной лестнице, не говоря уже о беднягах, торгующих на понижение. Мне показалось, что на их балансе также значилось значительное количество бывших муниципальных домов, что потребовало некоторого мужества. Однако их авантюра, похоже, окупилась с точки зрения клиентов. Одна женщина вошла чуть раньше меня, но там уже была пара других серьезных обозревателей. Я присоединился к ним в их исследовании недвижимости на продажу.


Женщина, за которой я следил, выбрала пару наборов деталей, затем подошла к молодому человеку за столом, который сидел под углом к комнате. Он выглядел так, как будто должен был находиться в классе, готовясь к выпускным экзаменам. Я знаю, говорят, что вам следует беспокоиться, когда полицейские начинают выглядеть моложе, но агенты по недвижимости? Она спросила низким, воспитанным голосом, может ли она организовать просмотр обоих объектов недвижимости. Я был удивлен; на ней был вязаный итальянский костюм, который не мог стоить меньше трехсот фунтов, ее туфли выглядели так, словно были от Bally или Ravel, сумочка была от Tula, и я бы поставил деньги на то, что Mac стоил четыреста фунтов Aquascutum. Другими словами, она не выглядела так, как будто дом с террасой в Уолли-Рейндж был ее идеей покупки. Может быть, она искала хорошую небольшую инвестицию.


Пока я изучал ее, парень за стойкой звонил, чтобы договориться с ней о просмотре. Я оценил ее ухоженность: отполированные ногти, безукоризненно уложенные темно-каштановые волосы, искусный макияж, подчеркивающий ее темные глаза. Я должен был восхищаться ее стилем, хотя у меня нет желания к нему стремиться.


Однако я смотрел слишком долго. Женщина, должно быть, почувствовала на себе мой взгляд, потому что резко повернула голову и поймала мой пристальный взгляд. Ее глаза, казалось, открылись шире, а брови поднялись. Она резко развернулась на каблуках и быстро вышла из агентства. Я был ошеломлен. Я не знал ее с полуслова, но она явно знала меня. Или, может быть, я должен сказать, она явно знала, кто я такой.


Парень оторвал взгляд от блокнота и понял, что его клиентка уже наполовину вышла за дверь. "Мадам", - завопил он. "Мадам, если вы просто дадите мне минутку ..." Она проигнорировала его и продолжила идти, не оглядываясь.


"Как странно", - сказал я, подходя к столу. "Ты всегда так действуешь на женщин?"


"Для этого нужно все", - сказал он с циничной покорностью, которая удручала бы человека на десять лет старше его. "По крайней мере, она унесла с собой детали. Если она захочет посмотреть, она всегда может позвонить. Возможно, она вспомнила о назначенной встрече.'


Я согласился. В частном порядке я копался в своей памяти о недавних случаях, пытаясь понять, могу ли я вспомнить элегантную брюнетку. Я сдался через несколько секунд, когда парень спросил, может ли он мне помочь. "Я хотел бы поговорить с тем, кто здесь главный", - сказал я.


Он улыбнулся. "Можете ли вы сказать мне, с чем это связано? Возможно, я смогу помочь".


Я достал из бумажника визитную карточку с надписью "Мортенсен и Бранниган: консультанты по безопасности". "Не хочу показаться грубым, но это конфиденциальный вопрос", - сказал я ему.


Он выглядел слегка смущенным, что заставило меня задуматься, какую маленькую аферу замышлял DKL. Он отодвинул свой стул и сказал: "Не могли бы вы подождать минутку?" - проходя задним ходом через комнату и выходя через дверь в дальнем углу. Он появился меньше чем через минуту, выглядя слегка потрясенным. "Если вы потрудитесь пройти, миссис ... Либерман сейчас вас примет".


Я одарила его быстрой, ободряющей улыбкой, затем открыла дверь. Когда я вошла в задний офис, женщина, которой, как я определила, было под сорок, поднялась со стула машинистки за Г-образным столом. На одной ножке стола стоял Apple Mac, на его мониторе был показан макет некоторых деталей дома во всю страницу. Миссис... Либерман протянула ухоженную руку, демонстрируя золото, сапфиры и бриллианты стоимостью в несколько тысяч. "Мисс Бранниган? Я Рейчел Либерман. Пожалуйста, присаживайтесь. Чем я могу вам помочь?" Я мгновенно понял, кто научил молодого человека в приемной его стилю.


Я окинул ее беглым взглядом, устраиваясь в удобном кресле. Льняной костюм поверх мягкой шелковой блузки из замши. Ее каштановые волосы со странной серебристой прядью были собраны в пучок над резкими чертами лица, которые только начинали расплываться вокруг линии подбородка. Ее карие глаза смотрели проницательно, что подчеркивали легкие морщинки, появившиеся, когда она изучала меня в ответ. "Это связано с вопросом, которым я занимаюсь от имени клиента. Извините, что приехал без предварительной записи, но я был поблизости, поэтому подумал, что заскочу на всякий случай, чтобы застать вас, - начал я. Она выглядела так, как будто не поверила ни единому слову из этого, улыбка дрогнула в уголке ее рта. "Интересно, не могли бы вы кое-что прояснить для меня. Я понимаю, что ваш главный офис находится в Уоррингтоне, но вы на самом деле владелец 3KL или управляете этим филиалом?'


- Я владелица компании, мисс Бранниган. - В ее голосе почти полностью исчез северный акцент. - Я занимаюсь этим с тех пор, как три года назад умер мой муж. Дэниел Кон Либерман, отсюда и название компании. Какое отношение это имеет к вашему клиенту, если вообще имеет, это имеет?'


"Ничего, миссис ... Либерман, за исключением того, что я не могу представить, чтобы менеджер имел полномочия разглашать информацию, которая мне нужна. Имейте в виду, простой служащий, вероятно, тоже не осознал бы важности этого." Я примерил это на размер. Я надеялся, что она была женщиной, которая откликнется на лесть. Если нет, то у меня не остается ничего, кроме угроз, а я ненавижу угрожать кому-либо в светлое время суток. Это отнимает гораздо больше энергии.


"И что именно представляет собой эта информация?" - спросила она, наклоняясь вперед в своем кресле и вертя в руках золотую ручку.


"Я хотел бы быть с вами откровенным, если позволите. Моя компания специализируется на преступлениях "белых воротничков", и я расследую серьезное мошенничество. Мы имеем дело с шестизначной суммой хищений, вероятно, больше похожей на триллион. Я подозреваю, что преступники могут использовать недвижимость, находящуюся в краткосрочной аренде, для своей конкретной схемы." Миссис... Либерман слушала, склонив голову набок. До сих пор никакая реакция не пробивалась на поверхность. Я продолжал сражаться.


"Один из адресов, которые я просматриваю, был арендован через ваше агентство. Что я пытаюсь здесь сделать, так это найти общий фактор.


Дело в том, что я начинаю думать, что аренда домов является ключевым фактором в организации мошенничества, и я надеялся, что если я дам вам адреса других домов, которые, как я подозреваю, были вовлечены, тогда вы могли бы проверить для меня и посмотреть, есть ли они в ваших книгах. ' Я сделал паузу. Я хотел получить некоторую обратную связь. Я бы никогда не стал политиком.


Миссис Либерман выпрямилась на своем стуле и прикусила нижнюю губу. "И это все, что вы хотите знать? Есть ли они в моих книгах или нет?"


"Боюсь, не совсем все. Есть ли они сейчас или когда-либо были в ваших книгах - это первый шаг. Как только мы это установим, я хочу спросить вас об именах владельцев".


Она покачала головой. "Об этом не может быть и речи. Я уверен, вы это оцените. Мы рассматриваем здесь очень конфиденциальные вопросы. В этом районе всего несколько агентств, специализирующихся на аренде недвижимости, и мы, безусловно, самые крупные. Я выступаю агентом почти по трем сотням объектов, сдаваемых в аренду, большая часть из которых находится в краткосрочной аренде. Так что вы можете себе представить, как важно, чтобы мои клиенты знали, что они могут доверять мне. Я не могу начать называть вам их имена. И я не могу поверить, что вы действительно ожидали от меня этого. Я уверен, что вы не разглашаете подобную информацию о своих клиентах.'


"Туше. Но вы, конечно, можете сказать мне, есть ли в ваших книгах конкретное свойство? Тогда, когда вы вызовете подробную информацию на своем экране, вы можете заметить возникающую закономерность".


"Какого рода схему вы имели в виду, мисс Бранниган?"


Я вздохнул. Вот чего я не знаю, миссис ... Либерман. Пока все, что мне нужно сказать, это то, что, по-моему, большинство адресов, задействованных в этой афере, были арендованы. В одном случае, в котором я уверен, я знаю, что пара, арендовавшая дом, носила общую фамилию пары, которая на самом деле владела им.'


Рейчел Либерман откинулась на спинку стула и еще раз внимательно осмотрела меня. Я чувствовала себя как недавно открытый вид растения - странный, экзотический и, возможно, ядовитый. Спустя, как мне показалось, очень долгое время, она кивнула сама себе, как будто удовлетворенная.


"Я скажу вам, что я сделаю, мисс Бранниган. Если вы дадите мне интересующие вас адреса, я просмотрю свои записи и посмотрю, что я могу придумать. Честно говоря, я должен сказать, я думаю, что это будет пустой тратой времени, но я все равно ничего не делал этим вечером. Я позвоню тебе и дам знать. Подойдет утро понедельника, или ты предпочитаешь, чтобы я позвонил тебе домой на выходных?'


Я ухмыльнулся. В глубине души миссис ... Либерман была женщиной по сердцу мне.


Я провел вторую половину дня с Тедом Барлоу, занимаясь скучной работой - просматривая все его записи, делая заметки о бывших продавцах, которые были уволены, и узнавая, как именно устроен зимний сад. Я взглянул на часы на приборной панели, когда вернулся за руль своей "Новы". Сразу после семи. Я решил, что быстрее доберусь до автострады, чем поеду домой более прямым маршрутом через город. Несколько минут спустя я ехал на восьмидесяти по средней полосе, а из всех четырех динамиков гремели "Pet Shop Boys". Огромная арка моста Бартон сверкала на фоне неба, подметая автостраду над темной лентой Манчестерского судоходного канала. Когда мост приблизился, я переехал на внутреннюю полосу, расположившись так, чтобы переключать автомагистрали на выезде с дальней стороны. Я пел "Там, где у улиц нет названия" во весь голос, когда автоматически заметил белый Ford Transit, выезжающий на среднюю полосу передо мной.


Я не обратил внимания на фургон, когда он выровнялся, а затем немного продвинулся вперед. Затем, внезапно, его нос оказался передо мной. Мой мозг переключился на замедленную съемку. Казалось, все длится вечно. Все, что я мог видеть сбоку от своей машины, был белый борт фургона, быстро приближающийся ко мне. Я мог видеть нижний край какого-то логотипа или вывески, но недостаточно, чтобы идентифицировать какие-либо буквы. Я мог слышать крики, затем я понял, что это был мой собственный голос.


Происходил кошмар. Фургон врезался в меня, раздавив дверь моей машины с правой стороны. В то же время машину занесло боком на аварийный барьер. Я мог слышать скрежет металла о металл, я мог чувствовать повышение температуры от теплового трения, я мог видеть, как прогибается барьер, я мог слышать свои рыдания: "Не ломайся, ублюдочная штука, не ломайся!"


Передняя часть моей машины, казалось, была зажата между стойками аварийного ограждения. Меня наклонило вперед под сумасшедшим углом. Подо мной я мог видеть огни, мерцающие на черной воде Судоходного канала. Кассетный проигрыватель молчал. Двигатель тоже. Все, что я мог слышать, был скрип натянутого металла аварийного ограждения. Я попытался открыть водительскую дверь, но моя правая рука была зажата на месте смятой дверью. Я попытался извернуться, чтобы открыть его левой рукой, но это было бесполезно. Я был в ловушке. Я висел в космосе, в сотне футов над пустыми глубинами канала. А Ford Transit давно исчез.


9


Я пришел к очень важному решению, сидя в кабинке в травматологическом отделении Королевской больницы Манчестера. Пришло время позвонить яппи. Я имею в виду, вы были в травматологическом отделении в последнее время? Поскольку я попал в дорожно-транспортное происшествие, меня пронесли прямо через зону ожидания на тележке и поместили в кабинку. Не то чтобы это означало, что мне окажут более быструю помощь, о нет. Довольно скоро я понял, что должен был рассматривать это как свою собственную личную комнату ожидания. А я даже не частный пациент!


Минут через десять я высунул голову из-за занавески и спросил проходящую мимо медсестру, где я могу найти телефон. Она рявкнула мне в ответ: "Оставайся на месте, доктор будет с тобой, как только сможет". Иногда я задаюсь вопросом, являются ли слова, которые слышат люди, теми же, что слетают с моих губ.


Я попробовал еще раз несколько минут спустя. Другая медсестра. "Извините, я должен был встретиться кое с кем до того, как со мной произошел этот несчастный случай, и он будет волноваться". "Чертовски маловероятно", - подумал я. Не сейчас, когда у нас один и тот же календарный месяц. "Мне действительно нужно ему позвонить", - взмолилась я. Я не хотела ни сочувствия, ни того, чтобы развеять его несуществующие тревоги. Я просто не чувствовал себя в состоянии пройти пешком полмили до дома или справиться с такси. Да, хорошо, я признаю это, я был потрясен. К черту имидж крутого парня- частного детектива. Я дрожал, мое тело было похоже на синяк размером 5 футов 3 дюйма, и мне просто хотелось натянуть одеяло на голову.


Вторая медсестра явно окончила ту же школу обаяния. "Доктор очень занята. У нее нет времени ждать, пока вы перезвоните по телефону".


"Но доктора здесь нет", - сказал я. "Я не уверен, что этот доктор вообще есть в этой больнице".


"Пожалуйста, подождите в кабинке", - приказала она, уходя. Именно тогда я понял, что мое сопротивление мобильному телефону было классическим случаем отрезания носа назло моему лицу. Не обращайте внимания на то, что они всегда звонят в самый неподходящий момент. Не обращайте внимания на то, что даже самые легкие из них достаточно тяжелые, чтобы превратить вашу сумочку в боевое оружие или испортить линию вашего пиджака. По крайней мере, они могут призвать рыцарей в сияющих доспехах. Я перефразирую это. По крайней мере, они могут призвать рок-журналистов на заказных ярко-розовых автомобилях Volkswagen Beetle с откидным верхом.


Они позволили мне позвонить примерно полтора часа спустя, когда, наконец, дошли до осмотра, просвечивания рентгеном и прощупывания всех наиболее болезненных мест. Врач сообщил мне, что у меня глубокие ушибы позвоночника, ребер, правой руки и правой ноги, а также несколько поверхностных порезов на правой руке, куда попал осколок звезды из окна водителя. О, и шок, конечно. Они дали мне какие-то обезболивающие и сказали, что через несколько дней я буду в порядке.


Я прошла в комнату ожидания, надеясь, что Ричард не задержится надолго. Констебль в форме подошел и сел рядом со мной. "Мисс Брэнниган?" - спросил он.


"Это верно". Я был вне себя от удивления. Обезболивающие начали действовать.


"Это по поводу несчастного случая. Боюсь, у меня есть несколько вопросов".


Я закрыл глаза и глубоко вздохнул. Это была моя первая ошибка. Мои ребра решили на ночь перестать дежурить, и в итоге я согнулся пополам от удушающего кашля. Конечно, это был именно тот момент, который выбрал Ричард, чтобы появиться. Первое, что я узнала об этом, был крик. "Эй, ты, оставь ее в покое! Господи, тебе не кажется, что она сегодня достаточно натерпелась?" Затем он присел передо мной на корточки, пристально глядя мне в глаза, с неподдельным страхом и заботой на лице. "Бранниган", - пробормотал он. "Ты не годишься для того, чтобы тебя выпускали одного, ты это знаешь?"


Если бы я не боялся, что это убьет меня, я бы рассмеялся. Это от человека, который заходит в магазин на углу и забывает, зачем он выходил? Внезапно я почувствовал себя очень взволнованным. Должно быть, это было сочетание шока и наркотиков. Я почувствовала, как горячая слеза скатилась по моему носу. "Спасибо, что пришла", - сказала я дрожащим голосом.


Ричард мягко похлопал меня по плечу, затем выпрямился. "Разве ты не видишь, что она в таком состоянии?" - требовательно спросил он. Я повернул голову, чтобы посмотреть на констебля, молодого парня, который был пунцовым от смущения. Остальные в приемной жадно следили за драмой, на мгновение забыв о собственной боли.


"Извините, сэр", - пробормотал полицейский. "Но мне нужно узнать некоторые подробности происшествия от мисс Бранниган. Чтобы мы могли принять соответствующие меры".


Ричард, казалось, слегка расслабился. О-о, подумал я. "И ты не можешь подождать до утра? Тебе приходится изводить невинную женщину?" В чем твоя проблема, приятель? Сегодня вечером в голом городе нет настоящих преступников?'


Констебль выглядел затравленным. Его глаза метались по комнате, отчаянно ища Тардис. Я сжалился. "Ричард, оставь это. Просто отвези меня домой, пожалуйста. Если констеблю понадобятся какие-то подробности, он может последовать за нами туда.'


Ричард пожал плечами. "О'кей, Бранниган. Поехали".


Мы были на полпути к двери, когда нас догнал коп. Эм, извини, на самом деле у меня нет твоего адреса.'


Ричард сказал "Четыре", я сказал "Два", затем мы хором спели "Каверли Клоуз". Полицейский выглядел совершенно ошеломленным.


Эм, могу я попросить тебя взять меня с собой, сэр? Боюсь, у меня здесь нет никакого транспорта. ' Бедный парень выглядел подавленным. Он выглядел еще более подавленным, свернувшись калачиком на заднем сиденье { "Жука" Ричарда, со шлемом на коленях.


К тому времени, как я дотащил свое усталое тело до тропинки, я всерьез подумывал о джакузи, а также о мобильном телефоне. Я определенно был не в настроении для допроса в полиции. Но я хотел поскорее с этим покончить.


Мы выяснили имя, адрес, дату рождения и род занятий (консультант по безопасности), пока Ричард готовился. Констебль выглядел совершенно сбитым с толку, когда Ричард поставил поднос на мой кофейный столик, объявил, что у меня закончилось молоко, и удалился в зимний сад. Когда Ричард вернулся, сжимая в руках полбутылки молока, я избавил молодого полицейского от его страданий.


Зимний сад проходит через заднюю часть обоих домов, - объяснил я. "Таким образом, мы не путаемся друг у друга под ногами".


"Она имеет в виду, что перестает мыть мою посуду и носки", - сказал Ричард, устраиваясь на диване рядом со мной. Я вздрогнула, когда он наклонился ко мне, и он быстро отстранился. "Прости, Бранниган", - добавил он, поглаживая мою здоровую руку.


Я рассказал о том, что произошло на Бартон-Бридж. Должен признать, было приятно видеть, как Ричард и полицейский побледнели, когда я сообщил им подробности. "А потом прибыла пожарная команда и освободила меня. Как раз в то время, когда я должна была есть свой первый хрустящий вонтон с креветками, - добавила я для Ричарда.


Констебль прочистил горло. - Вы вообще видели водителя фургона, мисс? - спросил я.


"Нет. Я не обращал внимания, пока не стало слишком поздно. Насколько я был обеспокоен, это был просто фургон, обгоняющий меня".


"А у фургона были какие-нибудь опознавательные знаки?"


"Там что-то было, но я не мог разглядеть, что. Это было выше верхней части моего окна. Я мог только дотянуться до нижней части на пару дюймов. И я также не получил его номер. Я был слишком занят мыслью о погружении в Корабельный канал. Я имею в виду, вы видели состояние воды там?'


Констебль позеленел еще больше. Он глубоко вздохнул. "И у вас сложилось впечатление, что это была преднамеренная попытка столкнуть вас с дороги?"


Вопрос на 64 000 долларов. Я пытался выглядеть невинным. Дело не в том, что мне хотелось быть героем и самому во всем разобраться. Я просто не мог справиться с долгим допросом прямо тогда. Кроме того, это означало бы предоставить им конфиденциальную информацию о клиентах, которую мы должны защищать ценой своей жизни, а я не мог этого сделать, не посоветовавшись с Биллом. "Офицер, я не могу представить, зачем кому-то понадобилось это делать", - сказал я. "Я имею в виду, это Манчестер, а не Лос-Анджелес. Полагаю, я был в слепой зоне этого парня. Если он устал или немного перебрал по дороге домой с работы, он, вероятно, даже не заметил моего присутствия. Затем, когда он ударил меня, он запаниковал, особенно если выпил. Я не думаю, что это что-то более зловещее, чем это.'


Он купился на это. "Хорошо". Он закрыл свой блокнот и поднялся на ноги, надевая шлем. "Мне действительно жаль, что я побеспокоил тебя, когда ты чувствовал себя не слишком хорошо. Но мы хотим поймать этого шутника, и мы должны были посмотреть, что вы могли бы рассказать нам, что могло бы помочь ”.


Все в порядке, офицер. У всех нас есть своя работа, которую нужно делать, - сказала я сладко. Ричард выглядел так, словно его вот-вот вырвет. "Проводи этого милого офицера, Ричард, хорошо?"


Ричард вернулся. "У всех нас есть своя работа", - передразнил он. "Боже милостивый, Бранниган, откуда ты откопал это дерьмо?" Ладно, ты одурачил шерифа, но тебе не обмануть Одинокого рейнджера. Что на самом деле произошло там сегодня вечером?'


"Замечательно", - пробормотал я. "Федералам не разрешено допрашивать Тонто, о Боже, нет. Но ты можешь задавать все вопросы, которые хочешь, да?"


Он улыбнулся и пожал плечами. "Я люблю тебя. Я имею на это право".


"Если бы ты действительно любил меня, ты бы налил мне ванну”, - сказала я ему. "Тогда я расскажу тебе все об этом".


Десять минут спустя я нежился в роскошных пузырьках Van Cleef & Arpel's First. Когда я говорю "роскошный", я имею в виду именно это. У Ричарда тяжелая рука с пеной для ванн. Я прикинул, что вокруг меня было пены на пять фунтов. Я был достаточно приличен, чтобы сняться в голливудской феерии сороковых годов.


Ричард сидел на закрытой крышке унитаза, покуривая косяк, который показался мне сильно перегаренным. Его очки запотели, поэтому он водрузил их на голову, как летные очки. Его карие глаза близоруко уставились на меня. "Итак, Бранниган. Что на самом деле произошло там сегодня вечером?" - спросил он у зеркала над моей головой.


"Кто-то либо пытался меня напугать, либо провожал". Не было никакого смысла приукрашивать это.


"Черт", - выдохнул Ричард. "Ты знаешь, кто?"


"Я не мог бы поклясться в этом в суде, но у меня есть хорошая идея. Я только что раскрыл мошенничество в фармацевтической компании на сумму около ста тысяч. Они используют белые Ford Transits с логотипом довольно высоко сбоку. Я думаю, это, вероятно, покрывает все, не так ли? - Я осторожно потянулась, а затем пожалела об этом. Следующие несколько дней не обещали быть веселыми.


"И что ты собираешься с этим делать?" Спросил Ричард. Я скажу это за него: он не ведет себя как мачо, когда дело касается моей работы. Ему не нравится тот факт, что мне приходится рисковать, но обычно он держит рот на замке по этому поводу.


Завтра я собираюсь послать одного из наших легионеров туда и взглянуть на их подвижной состав. И я собираюсь попросить его держать место под наблюдением, пока мы не получим нужные нам фотографии. И ты, моя сладкая, собираешься свозить меня на денек в Бакстон.'


"Бакстон? Что в Бакстоне?"


"Много приятных вещей. Тебе понравится. Но прямо сейчас, что я собираюсь сделать, так это подержать его в этой ванне, пока не закончится горячая вода, а потом я собираюсь заползти в постель".


"Достаточно справедливо. Хочешь поужинать в постель? Если хочешь, я сбегаю за китайской едой".


Эти слова были поэзией для моих ушей. Я не была уверена, что смогу справиться с чем-то таким сложным, как палочки для еды, но передо мной был только Ричард. И если бы он когда-нибудь пригрозил рассказать, я был уверен, что смог бы найти что-нибудь, чем шантажировать его, чтобы заставить замолчать. В конце концов, я знаю, что у него есть диск Барри Манилоу.


Я проснулся в той же позе, в которой заснул. Когда я попытался пошевелиться, я понял почему. Дюйм за мучительным дюймом я поднялся с кровати и поднялся на ноги. Добраться до ванной было адом на ногах. Я только что вернулась в холл, когда на другом конце появился Ричард с растрепанными волосами, одеяло волочилось за ним. Он протер глаза, прогоняя сон, пробормотал: "Ты в порядке?" - и потянулся за очками. Когда он надел их и посмотрел на меня, он не смог подавить смешок. "Мне жаль", - выдохнул он. "Мне действительно жаль. Но ты выглядишь наполовину как мужчина, наполовину бисквит. Одна сторона телесного цвета, другая вся коричнево-фиолетовая. Дикая!'


Я посмотрела вниз. Он был прав. По крайней мере, он нашел это скорее забавным, чем отталкивающим. "Ты действительно знаешь, как заставить женщину почувствовать себя особенной", - пробормотала я. С его стороны было любезно поспать на моем диване, а не возвращаться к себе домой. Я уже собирался поблагодарить его, когда увидел, какой хаос ему удалось устроить на моей кухне одним китайским блюдом навынос. Это выглядело так, как будто вся Народная армия прошла маршем на животах. У меня не было ни сил, ни возможностей что-либо предпринять по этому поводу, поэтому я попыталась заглушить его, пока наливала в чашку кофе из вчерашнего кувшина и ждала, пока микроволновка сотворит свое волшебство.


К тому времени, как я выпила свою первую чашку, Ричард вернулся, принял душ и побрился. Я только начала понимать, насколько сильно мой несчастный случай напугал и расстроил его. Он знает, как сильно я ненавижу суету, поэтому отчаянно пытался скрыть тот факт, что носился вокруг да около, как наседка. Я знаю, что это катастрофа для имиджа, но я был тронут, должен признать это.


"Тогда какие у нас планы на сегодня?" - спросил он. "Ты все еще хочешь поехать в Бакстон?"


"Как тебя починили?" Спросил я.


"Я могу быть свободен. Нужно сделать пару звонков, вот и все".


"Ты можешь отвезти меня в турецкий? И забрать меня через час?"


Турецкая кухня - это блаженство. Это часть общественных бань на Хатерсейдж-роуд, великолепного викторианского здания примерно в десяти минутах ходьбы от моей квартиры. Если вам нравятся пешие прогулки. Поскольку он принадлежит городскому совету, у нас никогда не было денег, чтобы распотрошить его и отремонтировать, так что он по-прежнему наполнен великолепием своего викторианского расцвета. Стены украшены оригинальной зеленой, желтой и синей плиткой. У них все еще есть старомодные душевые кабины с поворотным механизмом: помимо того, что вода льется на вас сверху, горячая вода попадает на вас и из труб, которые окружают вас с трех сторон . Единственная уступка последнему десятилетию двадцатого века - пластиковые шезлонги, которые дополняют оригинальные мраморные скамейки в парной. Как я уже говорил, это всегда блаженство. Но то конкретное субботнее утро было более блаженным, чем большинство других.


Я вышел через час, чувствуя себя почти человеком. Ричард опоздал за мной всего на пять минут, что приближается к рекорду за все время. Вернувшись домой, я позвонил в гараж, который отбуксировал остатки моей "Новы", и в свою страховую компанию. Затем я оставил сообщение на офисном автоответчике с просьбой к Шелли первым делом в понедельник утром договориться о наилучшей возможной сделке по приобретению мобильного телефона для меня.


Наконец, я позвонил Брайану Чалмерсу из PharmAce. "Извини, что беспокою тебя дома, Брайан, но попадал ли какой-нибудь из твоих фургонов в аварию за последние двадцать четыре часа?"


"Я так не думаю. Почему ты спрашиваешь?"


"Мне показалось, я видел одного в аварии на автостраде прошлой ночью. Я подумал, что вам может понадобиться свидетель. Вы можете проверить для меня?"


Он, очевидно, недоумевал, с какой стати я так заинтересовался, но я только что заткнул утечку, которая стоила ему целого состояния, поэтому он решил подшутить надо мной.


Он перезвонил мне через десять минут. "Ни один из наших фургонов не сообщал о каких-либо авариях прошлой ночью", - сказал он. "Однако один из наших транзитных автомобилей был украден со склада в четверг вечером. Так что, я полагаю, вполне возможно, что это был фургон, который вы видели.'


В четверг вечером. Сразу после того, как я поговорил с Чалмерсом в офисе PharmAce. Единственное, что мне сейчас было нужно, - это доказательства. Возможно, после того, как мы предстанем перед заблудшим лаборантом, мы смогли бы убедить его признаться. К тому времени, возможно, я был бы достаточно здоров, чтобы заставить его почки чувствовать себя так же, как мои.


Мы уже собирались уходить, когда телефон зазвонил снова. - Оставь это, - крикнул Ричард с середины коридора. Но я ничего не могу с собой поделать. Я подождала, пока включится автоответчик.


Это Рейчел Либерман звонит Кейт Бранниган в субботу ..." - прозвучало в эфире до того, как я подошел к телефону.


"Миссис Lieberman?' Я ахнула. 'Извините, я как раз входила в дверь. Вам удалось уточнить эти детали?'


Существует определенная схема, мисс Бранниган. Все эти объекты недвижимости, кроме одного, сейчас находятся или находились в наших книгах. Все они сданы в краткосрочную аренду на срок от трех до шести месяцев. И в каждом случае арендаторы сообщали фамилии настоящих владельцев.'


Я почти сделала глубокий вдох, чтобы успокоить нервы, прежде чем вспомнила, что это не входит в мой текущий репертуар. Большое вам спасибо, миссис Либерман, - сказала я. “Ты понятия не имеешь, как сильно я это ценю.'


"Не за что. Время от времени мне нравится бросать вызов", - ответила она с теплотой в голосе, которой я раньше не слышал. "Однако это может ничего не значить. Это распространенные имена – Смит,


Джонсон, Браун; это не такое уж большое совпадение. Кстати, я не знаю, интересно ли вам, но после того, как я проработал эти детали, я проверил недавние проката. Есть три других объекта недвижимости, где, похоже, повторяется та же схема. Один был арендован три месяца назад, другой - два месяца назад, а третий - три недели назад.'


Я закрыл глаза и вознес благодарственную молитву. "Мне интересно, миссис Либерман. Я не думаю..."


Она прервала меня. "Мисс Брэнниган, мне нравится думать, что у меня здравый смысл. Я отправил адреса по факсу в ваш офис ночью. Мне не нравится мысль о том, что мой бизнес используется, пусть и невинно, для какого-либо мошенничества. Держите меня в курсе, хорошо?'


Держите ее в курсе? Я мог бы в этом году отправить открытки на Хануку!


10


У меня было не так много возможности обдумать то, что сказала мне Рейчел Либерман. Я обнаружил, что мне трудно сосредоточиться, когда Эдвард Второй и польки Red Hot играют с такой громкостью, что мои начинки вибрируют. Я знаю, что это показатель моей личной неадекватности, но всем нам приходится жить со своими маленькими слабостями. И это делало водителя счастливым. Я решил поместить свою новую информацию в раздел моего мозга, помеченный как "ожидающий". Кроме того, пока я не побывал в Земельном реестре и не сопоставил всю информацию оттуда, из записей Теда и материалов, которые Джулия Джоша отправила по факсу в офис накануне днем, я не хотел влюбляться в какие-либо теории, которые могли исказить мое суждение.


Мы добрались до Бакстона до обеда, всего лишь пару раз неправильно повернув. Я не совсем уверен, чего я ожидал, но это было не то, что я получил. Там есть грандиозный маленький оперный театр с оранжереей, который установил какой-то духовный предок Теда Барлоу. Я бы с удовольствием послушал выступление продавца. "Итак, мистер и миссис советник, если бы я мог показать вам способ повысить туристическую ценность вашего оперного театра дешевле, чем за счет пенни, я полагаю, вы были бы рады согласиться с этим?Есть также великолепный георгианский полумесяц, от которого у вас должны были бы сорваться носки, но ему позволили истощиться, как герцогине-алкоголичке, побывавшей в the cooking sherry. Честно говоря, я не мог понять, из-за чего весь сыр-бор. Если это была жемчужина в короне Пик Дистрикт, то мне не очень хотелось видеть подмышечную впадину. Я думаю, что детство в Оксфорде привило мне любовь к любой архитектуре в величественном стиле, которая не поддерживается в идеальном состоянии.


Как и Оксфорд, Бакстон стал жертвой собственной рекламы. Все знают Оксфорд из-за университета; чего они не понимают, так это того, что на самом деле он гораздо больше похож на Детройт. Именно автомобиль приносит деньги в карманы владельцев магазинов Оксфорда, а не привилегированных обитателей колледжей. Прогуливаясь по Бакстону, мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что колеса коммерции здесь крутятся не из-за культуры или спа. Это известняк.


Ричард был так же очарован этим местом, как и я. Прежде чем мы прошли всю длину довольно унылой главной улицы, он уже начал ворчать. "Я не знаю, какого черта тебе понадобилось тащить меня сюда", - пробормотал он. "Я имею в виду, посмотри на это. Что за помойка. И идет дождь".


"Я думаю, вы обнаружите, что дождь льет не только на Бакстон", - сказал я.


"Я бы на это не рассчитывал", - мрачно ответил он. "Здесь чертовски холоднее, чем было в Манчестере. Я не понимаю, почему здесь не должно быть еще немного, черт возьми.' Он остановился и враждебно уставился на запотевшую витрину магазина чипсов. Какого черта мы здесь делаем, Брэнниган?'


"Я просто делаю то, что ты мне сказал", - сладко сказала я.


Что я тебе сказал? Как ты до этого додумался? Я никогда не говорил, что давайте пойдем и найдем самую ужасную туристическую достопримечательность на северо-Западе и проведем день, бродя вокруг нее под дождем." У него хорошая реплика в "возмущении", не так ли, Ричард. Прежде чем он вошел в себя и начал разглагольствовать в защиту Англии, я смягчился.


Я взяла его под руку, больше для поддержки, чем для демонстрации солидарности. Парень, который ограбил Алексис и Криса, как-то связан с Бакстоном, - объяснила я. "Он использовал сомнительное имя, чтобы провернуть аферу, и единственная зацепка, которая у меня есть на него, это то, что его банковский счет находится в Бакстоне". Рот Ричарда открылся, но я неумолимо продолжала: "И прежде чем вы напомните мне, что ваш банковский счет все еще находится в "Фулхэме", позвольте мне указать, что этот парень предположительно строитель, а счет, о котором идет речь, является бизнес-счетом".


"Итак, что нам делать? Бродим по Бакстону, спрашивая людей, не знают ли они каких-нибудь сомнительных строителей, которые могли ограбить наших друзей? О, и вот главная подсказка. Мы знаем, в каком банке он хранит свой овердрафт! Я имею в виду, мы хотя бы знаем, как выглядит этот парень?'


Алексис говорит, что ему под тридцать. Волнистые каштановые волосы, среднего роста, правильные черты лица. По словам другого свидетеля, каштановые волосы, большие мускулы, воображает о себе, водит белый "Транзит", - сказал я.


"Белый транзит"? - перебил Ричард. "Господи! Ты же не думаешь, что это он пытался столкнуть тебя с дороги прошлой ночью?"


"Веди себя прилично", - сказал я ему. "Половина торговцев в мире ездит транзитом, и половина из них белые. Вы не можете ходить по кругу и подозревать каждого водопроводчика, столяра или стекольщика в Большом Манчестере. Кем бы ни был этот парень, у него нет ни малейшего представления о том, что я им интересуюсь, не говоря уже о том, что я преследую его за мошенничество.'


"Извини", - сказал Ричард. "Так что же нам тогда делать?"


"Первое, что мы делаем, это покупаем местную газету, а затем находим хорошее место, где можно пообедать, и пока ты набиваешь свою жадную мордашку, я изучу газету и посмотрю, кто такие местные строители. Затем, после обеда, мы будем вести себя как туристы и совершим экскурсию по Бакстону. Только вместо осмотра достопримечательностей мы будем осматривать строительные площадки.'


"Но в субботу днем там никого не будет", - возразил Ричард.


“Я знаю это", - сказал я сквозь сжатые губы. "Но будут соседи. Ты знаешь. Тот тип пользователей сети, который может рассказать вам, на чем ездят люди, как они выглядят и заезжают ли когда-нибудь во двор фургоны с надписью "Т.Р. Харрис, Строители"...


Ричард застонал. "И я скучаю по "Манчестер Юнайтед" и "Арсеналу" из-за этого-


"Я куплю ланч", - пообещал я. На его лице отразилось сомнение. "И ужин". Он просиял.


Мы оказались в пабе рядом с оперным театром, который выглядел так, словно в прошлом году был единолично ответственен за прибыль Лоры Эшли. Стулья были обиты тканью в тон обоям, а мебель из окрашенного красного дерева идеально сочеталась с большим отдельно стоящим овальным баром в центре большой комнаты. Однако, несмотря на декор, они по-прежнему явно не обслуживали ничего, кроме местной клиентуры. Ричард горько жаловался, потому что их идеей дизайнерского пива была бутылка коричневого эля. Он закончил тем, что выпил пинту светлого пива, а затем настоял на том, чтобы посидеть в боковом баре с видом на дверь, чтобы, если кто-нибудь из его знакомых войдет, он мог обменять свой напиток на мою водку и грейпфрутовый сок. Потакая ему, я удовлетворился видом на остальную часть зала. К счастью, еда была хорошей. Замечательные сэндвичи, потрясающие чипсы. Настоящие чипсы, большие, жирные, коричневые, как у моей бабушки Бранниган, которые готовила в форме для жарки, такой старой и подержанной, что она почернела. И кампания, направленная на то, чтобы Ричард был доволен, получила импульс, когда он обнаружил в сладком меню липкий ирисный пудинг.


После его второй порции мы были готовы действовать. Я, пошатываясь, поднялась наверх к дамам, пока Ричард пытался соскрести узор с тарелки. Спускаясь по широкой лестнице, я был удивлен тем, что люди оступаются и в конечном итоге выглядят как человеческие крендельки в коридорах. У этого также есть неприятный побочный эффект - привлечение огромного количества внимания. К счастью, из-за моей кисти с постоянной инвалидностью прошлой ночью я крепко сжимал перила.


Я осторожно спустился по последним нескольким ступенькам и проскользнул за овальную стойку бара, где мог рассмотреть свою добычу не так явно. На полпути вниз по лестнице, возможно, и приятно посидеть, но, черт возьми, это ужасное место для слежки. Я обошел барную стойку, поймав пару странных взглядов от бармена, пока не смог увидеть их в зеркале, но они не смогли меня четко разглядеть.


За маленьким столиком в эркере Мартин Читам был погружен в серьезный разговор с кем-то, кого я видел раньше. Тот красавчик с фургоном, который смотрел сквозь меня возле Зерновой биржи после того, как я брал интервью у Читама. Сегодня они оба были без рабочей одежды. Читам был одет в пару кроссовок cords и свитер Aran, в то время как его спутник выглядел еще более подтянутым, чем раньше, в синей футболке для регби, заправленной в джинсы Levis. На ручке его кресла висел черный кожаный блузон. О чем бы они ни говорили, Читам был недоволен. Он продолжал наклоняться вперед, крепко сжимая свой стакан с пивом. Его тело было похоже на иллюстрацию напряжения из учебника.


В отличие от него, его спутник выглядел расслабленным, как человек в отпуске. Он откинулся на спинку своего сиденья, небрежно покуривая тонкую сигару. Он продолжал одаривать Читама улыбками, которые его ничуть не успокоили. Они бы успокоили меня, если бы я была на стороне получателя, без шуток. Он был по-настоящему сексуален.


К сожалению, начинало казаться, что он тоже может быть серьезным злодеем. Здесь был Мартин Читам, человек, который предложил сделку с землей Алексис и Крису, он сидел, пил и разговаривал с парнем из Бакстона, которого я определил как строителя. А Алексис и Крис были обмануты на свои деньги в результате сделки, организованной тем же Мартином Читемом с Т.Р. Харрисом, строителем со связями в Бакстоне. Я попытался вспомнить название фургона, который красавчик припарковал возле Зерновой биржи, но клетка мозга, которая обрабатывала информацию, оказалась одной из тех, что погибли на Бартон-Бридж.


Я понял, что наблюдение за этой парой на самом деле ни к чему меня не привело. Мне нужно было иметь возможность слышать их разговор. Я уделил немного внимания планировке комнаты. Очевидно, я не хотел, чтобы Читам меня видел. Конечно, если бы он был невиновен в каких-либо темных делах, у него не было бы проблем с моим присутствием. Но у меня начали возникать серьезные подозрения относительно его роли в бизнесе, поэтому я не собирался рисковать.


Я подумал, что если я пересеку комнату позади Читама, то смогу проскользнуть вдоль пустой банкетки, пока не окажусь прямо за ним. Оттуда я смогу услышать кое-что из их разговора. Это не потребовало бы особой скрытности, что было бы к лучшему, учитывая состояние моего тела. Я пересек комнату, но когда я пробирался к концу банкетки, красавчик заметил меня. Он мгновенно насторожился, сел и наклонился вперед, чтобы что-то сказать Читаму. Адвокат немедленно развернулся на своем стуле. Я был полностью и по-настоящему потрясен.


Склоняясь перед неизбежным (не та позиция, которая для меня естественна), я встал и направился к ним. На лице Читама отразилась мгновенная паника, и он бросил взгляд через плечо на своего напарника, который бросил на меня настороженный взгляд и сказал что-то неразборчивое Читаму. Читам нервно провел рукой по своим темным волосам, затем сделал шаг ко мне. "Мисс Бранниган, какой сюрприз, позвольте мне угостить вас выпивкой", - сказал он, не переводя дыхания. Он шагнул влево, преграждая путь мимо него.


В полном отчаянии я наблюдал, как его напарник развернулся на каблуках и практически выбежал из бара. Я наградил Читама тяжелым взглядом. На его лбу блестел пот, и румянец исчез из-под загара, придав ему такой вид, словно у него внезапно развился цирроз печени. "Я надеялся, что ты представишь меня своему другу", - сказал я, делая все возможное из плохой работы.


Улыбка едва тронула его губы, не говоря уже о темных глазах. - Э-э, нет, извини, ему пришлось спешить. - Он взял свой стакан и сделал быстрый глоток. "Позвольте мне угостить вас выпивкой, мисс Брэнниган", - взмолился он.


"Нет, спасибо. Я как раз собирался уходить сам. У вас много друзей в строительной отрасли, мистер Читам?"


Он выглядел так, как будто хотел разрыдаться. Строительное ремесло? Простите, я совсем не уверен, что понимаю вас.'


Друг по туру. Тот, который только что ушел? Он строитель, не так ли?'


Он нервно рассмеялся. Это прозвучало так, словно спаниель подавился утиным пером. По выражению его лица он понял, что это тоже на самом деле не сработало. Он переключил передачу и попытался использовать одноразовый подход. "Вы, должно быть, ошибаетесь. Джон - водитель грузовика. Он работает на одну из карьерных компаний".


"Ты уверен в этом, не так ли?" Спросил я.


"Что ж, - сказал он, восстанавливая самообладание, - я знаю его и его семью много лет, и если он не водитель грузовика, то проделал хорошую работу, одурачив многих из нас. Я учился в университете с его сестрой."Это было отличное выступление.


У меня не было доказательств. Все, что у меня было, - это куча подозрений и одно или два совпадения. Этого было и близко недостаточно, чтобы преследовать члена Юридического общества. "Мы еще увидимся", - сказал я, пытаясь, чтобы это прозвучало как угроза, а не обещание. Я зашагал прочь, эффект был несколько подпорчен хромотой.


Я нашел Ричарда, сердито ждущего на тротуаре перед пабом. "Наконец-то!" - вздохнул он. "Вам нужно сходить в аптеку за каким-нибудь слабительным, или вам просто так понравилась реклама Бакстона , что вы не заметили, как прошло время?" Я стоял здесь, как пейшенс на пылающем памятнике.'


"Вы случайно не заметили парня, выбегающего из паба несколько минут назад? Черная кожаная куртка, каштановые волосы, угрюмый вид?" Спросила я, игнорируя его жалобы.


'Еще не понял, что он слишком стар для воплощения Джеймса Дина? Это тот самый?'


Это верно. Я не думаю, что вы заметили, куда он пошел?'


"Он побежал через парк", - сказал Ричард, махнув рукой в неопределенном направлении Павильон Гарденс. "Почему? Он побежал, не заплатив за свою задницу или что-то в этом роде?"


"Я думаю, это был наш человек. сам Т.Р. Харрис. Черт! Если бы я только мог вспомнить название на его фургоне!" - прорычал я.


Ричард выглядел озадаченным. "Но он не был за рулем фургона".


"Таким я видел его в последний раз. Это был какой-то ужасный каламбур с именем", - пробормотал я, снова открывая газету и просматривая объявления.


"Кирпичи и мотор? Подлый и без крыши?" - продолжал болтать Ричард, пока я продолжал свое бесплодное исследование.


Затем мое внимание привлекло объявление. "Занимаетесь ремонтом в своем доме? Ничего не трогайте, пока не позвоните нам. Клифф Скотт и сыновья". Затем жирными заглавными буквами: "Обновляет нашу специальность". Я удовлетворенно вздохнул. "Обновления", - торжествующе объявил я.


"Да, верно", - сказал Ричард, бросив на меня такой встревоженный взгляд, который мы обычно приберегаем для людей на поздних стадиях слабоумия.


Этот взгляд никуда не делся, когда я вернулась в паб и попросила их телефонную книгу. Пока я ждала, я заметила, что к Читаму присоединилась стильная и привлекательная брюнетка с кучей сумок для переноски. Судя по логотипам, она не ходила в Safeway за замороженной курицей. Она собственнически поглаживала бедро Читама, пока он, казалось, проводил допрос по поводу пакетов для переноски. Затем прибыла телефонная книга, и мне пришлось отвлечь от них свое внимание. Сюрприз, сюрприз. В списках обновлений не было. Вернемся к плану А.


Удивительно, но Ричард все еще стоял на тротуаре, когда я вышел из паба во второй раз. У него был вид человека, который решил, что счастье лежит по линии наименьшего сопротивления. "Что теперь, любовь моя", - пропел он, плохо подражая Ширли Бэсси, пытаясь подхватить меня на руки. Я увернулась, морщась, и он мгновенно остановился. "Извини, Бранниган, я все время забываю, что ты один из ходячих раненых".


Я не нуждался в напоминании. Я начал чувствовать усталость и легкую дрожь. Честно говоря, я был рад возможности посидеть в машине, пока Ричард возил меня по строительным площадкам, которые я отметил. И снова мы ничего не нашли. Не было никаких признаков фургона с надписью Renewations. Или, если уж на то пошло, T.R. Harris. Опрос местных жителей установил, что шесть из девяти строителей ездили на белых "Транзитах". Четверо из них соответствовали общему описанию Тома Харриса. Когда я спросил, где они держат банк, я получил несколько очень странных взглядов и не много помощи.


К четырем часам я была измотана. Но я не была готова сдаваться, несмотря на язвительные намеки Ричарда на то, что пора идти домой.


"У меня есть идея", - сказал я, когда мы ехали обратно к центру города. "Почему бы нам не найти себе симпатичный маленький отель и не забронировать номер на ночь?" Таким образом, тебе не придется везти меня обратно сюда завтра.'


“Ты что?" - взорвался он. "Провести ночь на этой помойке? Ты, должно быть, шутишь, Брэнниган. Я бы предпочел пойти на концерт Ричарда Клейдермана.'


Это можно было бы устроить, - пробормотал я. "Послушай, у меня предчувствие насчет этого парня. Мне нужно узнать его имя и где он живет. Я не смогу сделать это в Манчестере.'


"Так что дождитесь буднего дня, когда во дворах появятся строители и будут открыты магазины строительных товаров", - резонно заметил Ричард.


Единственная проблема в том, что я делаю эту работу в качестве одолжения для Алексис. Билл возвращается с Нормандских островов в понедельник утром, и он не будет в восторге, если я уйду на халяву вместо работы, за которую мне платят. Я бы действительно хотел попытаться прояснить это завтра. Кроме того, в понедельник мне нужно идти в земельный кадастр, - добавил я с пафосом.


Ричард нахмурился. "О'кей, Бранниган, ты победил".


Сомневался ли он когда-нибудь, что я это сделаю?


11


Это было совершенно новое приключение в муках - найти приемлемый для Ричарда номер в отеле в Бакстоне. Для начала в спальне должны были быть цветной телевизор и телефон. Здесь должен был быть нормальный бар, а не жалкий встроенный коктейль-бар, как у игроков в дартс и снукер в одном из углов лаунжа. Это также должно было ощущаться как часть двадцатого века, который исключал большинство из них. Его последним настоянием было то, что в нем был подъем, из-за того, что я был ранен, разве они не могли этого видеть? После того, как он набросился на женщину в бюро туристической информации по поводу тяжелого положения инвалидов, мы, наконец, оказались в чрезвычайно приятном заведении с видом на парк. По крайней мере, они были приятными, когда мы регистрировались. У меня было ужасное чувство, что к тому времени, когда мы уедем, отношения станут намного более напряженными. Когда Ричард добьется своего, персоналу Букингемского дворца будет трудно удовлетворить его требования.


Я направилась прямиком в ванну, чтобы облегчить ноющие конечности, в то время как Ричард включил телевизор и рухнул на кровать, жалуясь на отсутствие а) пульта дистанционного управления и б) спутникового телевидения. Должен признаться, я не сожалел. Моя голова раскалывалась, и я не думал, что смогу смириться с его обычным переключением каналов или включением MTV на полную громкость, не поддавшись желанию совершить ГБХ. Я закрыла дверь ванной, чтобы мне не пришлось выслушивать его комментарии по поводу репортажей о футбольных матчах, и с благодарностью погрузилась в горячую воду, пытаясь привести в порядок свои мысли.


Во-первых, оранжереи. Благодаря Рейчел Либерман я теперь знал, что все дома, где исчезли оранжереи, были сданы в аренду. Казалось, что люди, которые их арендовали, имели общую фамилию с настоящими владельцами. Был ли какой-то смысл в том факте, что все они были арендованы через DKL? Или просто DKL была одним из немногих агентств, специализирующихся на аренде недвижимости? Чего я не понимал, так это куда подевались оранжереи или как была провернута афера со вторыми закладными. В конце концов, в наши дни финансовые учреждения немного более суетливы, чем раньше, в отношении того, кому они дают деньги взаймы. Другая проблема заключалась в том, что у меня не было ни малейшего представления о том, кто проворачивал аферу. Возможно, я чего-то не понимал, но чем больше я узнавал, тем больше мне казалось, что не обязательно была какая-то связь между Тедом Барлоу и преступниками. Но пока я не разобрался, как это работает, я не мог видеть способа выяснить, кто за этим стоит. Это было невероятно неприятно. Возможно, все прояснится после того, как я побываю в земельном кадастре и изучу материал, который откопала Джулия.


Далее, фармацевтика. Я был вполне уверен, что Пол Кингсли, внештатный оперативник, которого я нанял на сегодняшний вечер, сделает необходимые фотографии. Но после вчерашней стычки на мосту я почувствовал более личный интерес к этому делу. Если бы это был фармацевтический фургон, который пытался прервать мою многообещающую карьеру, то я хотел бы знать, кто это сделал, чтобы кто-то мог заставить его чувствовать себя так же неуверенно, если не так больно, как я.


И, наконец, случай с бент билдером. У меня было предчувствие насчет "Джона". Накопилось слишком много совпадений. Кроме того, на карту был поставлен вопрос профессиональной гордости. Я считал, что мне всегда удавалось произвести впечатление на Алексис своими навыками, в основном потому, что она видела только конечный результат. Я не хотел, чтобы она начала видеть глиняные ноги.


Однако у меня все еще не было никаких блестящих идей о том, как найти неуловимого "Джона", псевдонима Т.Р. Харриса, а ванна начинала остывать. Я осторожно приподнялась, пока не оказалась на краю ванны, затем перекинула ноги через край на пол. Я завернулась в просторную банную простыню и присоединилась к своей возлюбленной, которая теперь изливала презрение в бессмысленном игровом шоу.


Я прижалась к нему, и он прервал свой поток оскорблений достаточно надолго, чтобы спросить: "У них в Бакстоне есть китаец?"


"Попробуй посмотреть в газете. Или в телефонной книге. Или позвони в приемную".


Последнее предложение, очевидно, потребовало наименьших усилий. Пока он занимался делами администратора, я, пошатываясь, вернулась в ванную и натянула одежду, жалея, что не догадалась захватить с собой сумку на ночь. К счастью, в моей сумочке всегда есть крошечный флакончик тонального крема и функциональная компактная упаковка с тенями для век, румянами, тушью и губной помадой, так что мне удалось скрыть черные тени под глазами и синяк на челюсти.


К тому времени, как я закончил, Ричарду не терпелось уйти. Я не мог отделаться от ощущения, что для ужина рановато, и сказал об этом. "Я голоден", - сказал Ричард. Я поднял брови. Он застенчиво улыбнулся. "Администратор сказал, что здесь есть паб, в котором по субботним вечерам играет живая музыка. Местные группы, что-то в этом роде. Я подумал, что ты, вероятно, захочешь лечь пораньше, и подумал, что мог бы заглянуть попозже и посмотреть, есть ли что-нибудь стоящее, чтобы послушать.'


Что переводится как "Эта поездка выглядит как провал. Если кто-то из нас сможет извлечь из этого что-то, это не будет пустой тратой времени ". Один из способов, которым рок-журналисты вроде Ричарда получают свои истории, - поддерживать хорошие отношения со звукозаписывающей компанией A & R men. Это те, кто подписывает новых исполнителей и встраивает их в следующий состав U2. Так что Ричард всегда в поиске U3, чтобы он мог намекнуть кому-нибудь из своих приятелей.


"Нет проблем", - вздохнул я. "Пойдем поедим". Было легче уступить, тем более что я не думал, что откладывание на потом улучшит мой аппетит. Реакция на аварию, казалось, проявилась, и я была втайне благодарна при мысли о том, что рано лягу спать, не беспокоясь о том, чтобы развлекать Ричарда.


Китайский ресторан находился на главной улице, над туристическим агентством. Учитывая, что была половина седьмого субботнего вечера, в заведении было на удивление многолюдно. Занято было не менее дюжины столиков. Мы оба восприняли это как указание на то, что еда должна быть разумной. Мне следовало знать лучше. Все остальные признаки говорили об обратном. Аквариум был заполнен золотыми рыбками, а не карпом кои, на столах уже стояли ложки и вилки, в меню не было видно ни одного китайского символа, в котором преобладали кисло-сладкие блюда и отбивные с соусом. Мне никогда не нравился чоп-суэй, с тех пор как кто-то заранее сказал мне со злым умыслом, что по-китайски это означает "смешанные кусочки". Кроме того, это даже не настоящее китайское блюдо, просто что-то, что они изобрели, чтобы порадовать янки.


Ричард возмущенно хрюкнул, прочитав меню. Когда официант вернулся с нашими двумя половинками светлого пива, Ричард открыл свой бумажник и вытащил сильно помятый листок бумаги, который он развернул и помахал им перед носом официанта. Официант серьезно изучал китайские иероглифы. По крайней мере, он, казалось, узнал полдюжины любимых блюд Ричарда из дим-самов. Некоторое время назад он убедил менеджера своего постоянного ресторана в городе записать их для него на случай чрезвычайной ситуации. Это явно была чрезвычайная ситуация. Официант откашлялся, аккуратно сложил бумагу и вернул ее Ричарду.


"Никаких димсам", - сказал он.


"Почему нет? Я показал тебе, чего я хочу", - запротестовал Ричард.


"Никаких димсам". Бамбук не гигиеничен", - парировал официант. Он ушел прежде, чем Ричард смог обрести дар речи.


"Бамбук не гигиеничен?" - наконец эхом повторил Ричард, олицетворяя недоверие. "Теперь я все услышал. Боже милостивый, Бранниган, во что ты втянул меня на этот раз?"


Мне удалось успокоить его на достаточно долгое время, чтобы сделать заказ, что стало моей следующей ошибкой. Они не готовили ребрышки с солью и перцем, но ребрышки барбекю были в меню. Они были оранжевого цвета. Я не имею в виду глянцевый красновато-коричневый цвет. Я имею в виду оранжевый, как в Яффо. Вкус не поддавался описанию. Даже Ричард был ошеломлен и молчал. Он сделал глоток чая, чтобы избавиться от него, и его чуть не стошнило. После осторожного глотка я поняла почему. Явно непривычные к людям, желающим китайского чая, они подали нам чайник с очень слабым, но заваренным чаем в пакетиках.


Я думала, хуже уже быть не может, но так оно и было. Когда принесли основные блюда, я подумала, что у Ричарда вот-вот лопнет кровеносный сосуд. Свинина в кисло-сладком соусе состояла из горки идеально круглых шариков, политых ярко-красным соусом, в котором, держу пари, содержалось достаточно витаминов Е, чтобы сделать половину населения Бакстона гиперактивным. Цыпленок в соусе из черной фасоли выглядел так, словно его связали, а стейк из филе по-кантонски, казалось, сбежал из бара Mister Minit heel bar. Официант отказался понимать, что мы хотели палочки для еды и миски.


Последнее унижение наступило, когда я сняла крышку с жареного риса. Он был розовым. Богом клянусь, он был розовым. Ричард просто сидел, уставившись на все это, как будто это была плохая шутка, а настоящая еда должна была появиться через минуту.


Я глубоко вздохнул и сказал: "Просто постарайся думать об этом как об одной из тех вещей, которые мы делаем ради любви".


"Значит ли это, что если бы я запустил им в официанта, ты бы подумала, что я тебя больше не люблю?" - прорычал Ричард.


"Не совсем. Но я не думаю, что станет лучше, и я не чувствую в себе достаточно сил, чтобы справиться с тем, что ты кромсаешь официанта просто из мести. Давай просто съедим все, что сможем, и пойдем". Обычно я бы пожаловался первым, но у меня не было сил. Кроме того, я не мог смириться с мыслью о том, чтобы таскаться по Бакстону, пытаясь найти хоть какое-то приличное заведение, где можно поесть.


Я думаю, Ричард увидел усталость на моем лице, так как на этот раз он сдался без представления. Мы оба несколько минут ковырялись в еде, затем холодно потребовали счет. Официант, казалось, не замечал нашего недовольства, пока Ричард не вычел из счета десятипроцентную плату за обслуживание. Это был явно новый опыт, и официант не собирался его терпеть.


Я не могла справиться с раздражением, поэтому спустилась вниз на улицу, пока Ричард в нескольких слогах объяснял официанту, почему он не намерен платить ни шиллинга за обслуживание. Я прислонился к дверному косяку, размышляя, как долго мне придется ждать, чтобы увидеть другого человека, когда святой покровитель жевательных резинок посмотрел на меня сверху вниз и решил, что пришло время мне получить что-то, приближающееся к равному перерыву.


Белый фургон Transit проехал по боковой улице напротив меня и повернул на главную улицу. Следуя моей нынешней одержимости, я мысленно отметил имя на панелях, привинченных к борту фургона. "Б. Ломакс, строитель", - прочитал я. Это был один из дворов, которые я посетил в тот день. Фургон подъехал, и я услышал, как открылась и закрылась водительская дверь, хотя я ничего не мог видеть, так как фургон был между нами. Я предположил, что водитель направлялся в пиццерию, которую я заметил на противоположной стороне улицы.


Как раз в этот момент появился Ричард с мрачной улыбкой на лице. "Взломай это?" Я спросил.


"Я уговорил его также скинуть пару фунтов, потому что ребра вызвали аллергию и вызвали у тебя приступ астмы".


У меня нет астмы. Насколько мне известно, у меня аллергия ни на что, кроме дерьма. Я указал на это Ричарду, когда мы возвращались к машине. "И что?" - ответил. Они этого не знают, не так ли? И, кроме того...'


"Заткнись!" Перебил я, догадываясь, что последует дальше. "Мне не нужно говорить, что я выгляжу достаточно дерьмово, чтобы страдать от приступа астмы".


"Доставляй себе удовольствие", - сказал он.


Я осторожно забрался в машину, затем взвизгнул от возбуждения. "Это он, Ричард, это он!" - закричал я, тыча Ричарда в ребра более жестоко, чем намеревался.


"Кто?" - взвизгнул он.


Парень, которого я ищу, - крикнула я, не в силах оторвать глаз от мужчины, который вышел, неся три пиццы, которые он аккуратно укладывал на пассажирское сиденье белого Transit. Это был человек, которого я видел с Читамом, тот же самый человек, которого я видел в фургоне для обновления, человек, которого, как я сильно подозревал, также был Т.Р. Харрис.


Это тот парень, который выскочил из паба во время ланча, - сказал Ричард, как всегда в ударе.


"Я знаю. Я думаю, что он тот парень, который ограбил Алексис и Криса", - сказал я ему.


"Итак, давайте посмотрим, куда он поедет", - сказал Ричард. Он подождал, пока наш человек заберется обратно на водительское сиденье, прежде чем завести характерный двигатель Beetle. Ярко-розовый Фольксваген с откидным верхом был не той машиной, которую я бы выбрал, чтобы следить за кем-то, но тогда у меня не было выбора.


"Держись как можно дальше", - предупредил я его.


Мы остались на месте, когда фургон тронулся с места и медленно поехал к мини-кольцевой развязке, где водитель на мгновение остановился. Когда он повернул направо, Ричард отпустил сцепление и бросился в погоню. Когда мы поворачивали, мы могли видеть только задние огни фургона, выезжающего из-за поворота впереди. Мгновение спустя мы вышли из-за поворота, чтобы увидеть, как фургон поворачивает на светофоре. "Дерзай", - крикнула я Ричарду, когда свет сменился на желтый.


Он нажал на акселератор и потянул на себя руль, поворачивая с визгом резины. Слава Богу, у него низкопрофильные шины и изготовленные на заказ "Жуки". Фургон все еще был в поле зрения, и мы спокойно проследовали за ним через еще один ряд огней и вверх по холму. Затем он свернул на подъездную дорожку. Я облегченно выдохнул. Сесть на хвост другому транспортному средству сложнее, чем думает большинство людей. В добрых тридцати процентах случаев вы полностью теряете их из виду.


"Отличная работа. Но не сбавляй скорость", - сказал я Ричарду. "Просто остановись за следующим углом".


Он подъехал через несколько секунд, и я выскочил из машины прежде, чем он выключил двигатель. Боли, о которых я забыл в азарте погони, внезапно вернулись. Я поморщилась, когда выпрямилась и заковыляла обратно по улице, что дало Ричарду шанс догнать меня.


"Что, по-твоему, ты делаешь?" - требовательно спросил он. "Тебе следовало бы быть в постели, а не мотаться по закоулкам Бакстона".


"Я просто хочу осмотреть дом".


"Ты сделала достаточно для одной ночи", - ответил Ричард. "Перестань, Кейт, не будь глупой. Ты должна относиться ко всему спокойно. Алексис не ожидала большего".


Я стряхнула его удерживающую руку. "Я должна убедиться, что знаю, какой это дом", - сказала я. "Я не собираюсь делать ничего более авантюрного, чем это". Что было ничем иным, как правдой. По крайней мере, на данный момент.


Сорок минут спустя я открыто шагал по подъездной дорожке к "Хейзледену". Этот совет я усвоил очень рано в этой игре. Никогда не прячьтесь, не ползите и не увиливайте, когда можете смело идти. Нет ничего менее подозрительного, чем тот, кто выглядит так, как будто знает, куда идет, и имеет полное право быть там. К счастью, подъездная дорожка была асфальтирована, так что никто в доме не мог услышать, как у меня под ногами хрустит гравий. Ричард отвез меня обратно в отель после того, как мы прошли мимо резиденции Б. Ломакса, строителя. Я сказал ему, что собираюсь устроиться у телевизора, а потом лечь спать пораньше. Я не уточнил когда и что это все было в моих планах. Тем не менее, он радостно побежал знакомиться с местными группами, любезно оставив ключи от машины в ожидании найти что-нибудь, что могло бы доставить ему удовольствие. Я дал ему пятнадцать минут, чтобы убраться восвояси, затем поехал обратно на боковую улицу рядом с Ломаксом.


Дом был прочным, четырехугольным и выглядел так, как будто он все еще будет стоять после ядерной катастрофы. Я полагаю, что он должен был быть таким, чтобы пережить зимы в Бакстоне. Я скажу это за викторианцев; они действительно знали, как создавать долговечные вещи. Бьюсь об заклад, дизайнеры каждое утро опускаются на четвереньки и благодарят бога за смерть этой конкретной традиции. Подъездная дорожка была обсажена с одной стороны плотной живой изгородью из бирючины и высокими деревьями, которые выглядели так, как будто стояли здесь столько же, сколько серые камни дома. Когда я приблизился к дому, я придвинулся ближе к живой изгороди, позволяя себе погрузиться в ее тень.


Черный BMW 3-й серии стоял на повороте дороги, огибавшей фасад дома. Фургон был припаркован сбоку, блокируя двери большого отдельно стоящего деревянного гаража. В передней части дома не горел свет, за исключением фонаря из цветного стекла над прочной входной дверью. Я двигался так осторожно, как позволяла моя скованность, держа фургон между мной и домом. Когда я добрался до конца кабины фургона, я увидел пару пятен света, падающих на лужайку позади дома.


Было почти пугающе тихо. Гул уличного движения был таким далеким, что мне пришлось приложить сознательное усилие, чтобы услышать его. Я скользнула обратно к стенке фургона, осторожно достала из сумки свой мини-фонарик и посветила им на стенку фургона. Было невозможно определить, что находилось за прикрепленной к стене фанерной панелью. Однако я была девушкой-гидом. Я также приняла меры предосторожности, совершив набег на ящик с инструментами в ботинке Ричарда. Маленький гаечный ключ, который я выбрала, идеально подходил для этой работы.


К сожалению, я не был. Верхний набор болтов был просто слишком высок для меня. И не было ничего, на что можно было бы опереться сразу. Итак, я извлек максимум пользы из плохой работы и открутил четыре болта вдоль нижнего края панели. Они открутились плавно. Тот факт, что на них не было ржавчины, показался мне подозрительным.


Я просунул отвертку под край панели и отодвинул ее примерно на дюйм. Повернув голову и направив фонарик под панель, я смог разглядеть логотип "Обновления" вдоль борта фургона. Бинго! Я записал номер телефона, затем закрутил болты на место. Даже этого небольшого усилия было достаточно, чтобы меня прошиб пот. Мне действительно захотелось вернуться в отель и забраться в постель, но я не хотела упускать возможность хорошенько порыскать вокруг, пока мой мужчина занимался пиццей и парой гостей.


Я скользнул обратно к передней части фургона и осмотрел гараж. Фургон был припаркован примерно в двух футах от двойных дверей. Они были закрыты на тяжелый засов с висячим замком. Я никогда не был хорош в вскрытии замков, несмотря на опытное обучение моего друга-взломщика Денниса, и я действительно не чувствовал себя готовым к этому. Затем я понял, что если бы я встал на бампер фургона, я мог бы просто видеть сквозь грязные окна в верхней части дверей. Это, по крайней мере, сказало бы мне, стоило ли входить в мою программу master cracksman.


Я расслабился и прислонился к дверям, которые издали скрип, от которого у меня чуть не случился сердечный приступ. Я задержал дыхание, но ничего не шевельнулось. Я стиснул зубы и поднял фонарик над головой, чтобы он светил сквозь стекло в гараж.


Моя догадка насчет гаража оказалась верной. Но мне не пришлось прибегать к взлому, чтобы увидеть все необходимые доказательства.


12


Я подождала, пока Ричард наполовину выпьет вторую чашку кофе, прежде чем сообщить ему хорошие новости. "Ты можешь возвращаться в Манчестер, если хочешь”, - сказала я, небрежно намазывая маслом ломтик тоста.


"Сделать что?" - пролепетал он.


Ты можешь возвращаться в Манчестер, если хочешь.' Я взглянул на свои часы. "На самом деле, если ты уедешь в ближайшие полчаса, то, вероятно, вернешься как раз к своему футбольному матчу", - добавила я, мило улыбаясь. Я никогда не понимал, почему Ричард чувствует потребность бегать по грязному полю с группой своих товарищей-школьников-переростков каждое воскресное утро. Я продолжаю говорить ему, что ему не нужен предлог, чтобы пойти в паб в воскресный обеденный перерыв, но он непреклонен в том, что этот ритуал является жизненно важной частью его жизни. Он ворчал о том, что пропускает свою игру с тех пор, как я уговорил его остаться на ночь в Бакстоне.


"Но как насчет этого парня? Ломакс, или Харрис, или как там его зовут. Я думал, ты сам все это делаешь?"


"Я решил, что, поскольку это бизнес Алексис, она может прийти и помочь мне с беготней. И я не думал, что провести воскресенье в Бакстоне с Алексис - это твое представление о хорошем времяпрепровождении, - заботливо сказал я.


Официантка принесла его полный английский завтрак и мою яичницу-болтунью как раз в этот момент, так что у нас была пауза, пока он жевал яичницу, пока она не застыла. "Так что именно Алексис собирается сделать такого, чего я не могу?" - подозрительно спросил он. "Я не уверен, что доверяю вам двоим, которые распускаются вместе. Я имею в виду, если это тот парень, который обобрал Алексис, разве она не сойдет с ума, когда увидит его? А ты сейчас не в том состоянии, чтобы кого-то одолевать.'


Я была тронута. Это вызывало беспокойство. Год назад я бы откусила голову любому мужчине, который предположил, что я, возможно, не в состоянии позаботиться о себе. Теперь я была тронута. Определенно, беспокоилась. "Все будет хорошо”, - сказал я. "После того, как прошлой ночью нам повезло, я поняла, что больше ничего не смогу сделать, пока Алексис не опознает парня" Я не рассказала Ричарду о своей маленькой экскурсии. Судя по его беспокойству о моем здоровье, это, вероятно, было к лучшему.


Он выглядел сомневающимся. "Я не знаю", - сказал он с набитым сосиской ртом. "Ты тащишь меня в эту богом забытую дыру, ты заставляешь меня есть самую ужасную китайскую еду, которую я когда-либо пробовал в своей жизни, за исключением, возможно, того, что было в "Соленых котлетах", где в банановых оладьях были креветки, ты отправляешь меня слушать самую деривативную и вялую музыку, которую я слышал со времен последнего альбома Билли Джоэла, а потом говоришь, что заменяешь меня на "вечернюю газету хэкетт"! Что должен думать мужчина?'


"Просто будь благодарен, что я не заставляю тебя оставаться здесь на воскресный обед, приятель", - ответил я с усмешкой. "Послушай, со мной все будет в порядке. Я обещаю не рисковать". Это было обещание, которое я мог бы дать, положа руку на сердце. В конце концов, я уже пошел на все риски, на которые должен был пойти, когда дело касалось Т.Р. Харриса.


"Хорошо", - сказал он. "При условии, что ты пообещаешь мне еще одну вещь?" Я вопросительно подняла брови. "Обещай мне, что ты заставишь Алексис пойти на несколько рисков. Предпочтительно потенциально смертельного характера.' Я говорила тебе, что он притворяется, что они ненавидят друг друга.


"Свинья", - мягко сказал я. "Если бы Алексис услышала, как ты это говоришь, ее бы задело за живое".


"Слышала, как он сказал что?" - угрожающе прогремела Алексис, выдвигая стул и усаживаясь на него, махнув официантке. "Доброе утро, дети", - поприветствовала она нас. "Полный английский", - добавила она официантке.


"Кейт не в состоянии для чего-либо напряженного ..."


- Счастливица Кейт! - Алексис прервала Ричарда, наклонив голову и лукаво подмигнув.


"Итак, я сказал, что если кому-то и приходится подвергаться физическому риску, то лучше бы это был ты", - с достоинством закончил он.


"Ну, конечно, это само собой разумеется", - ответила Алексис. "Первый признак опасности - ты исчезаешь за ближайшим горизонтом, оставляя нас, женщин, разбираться с физическим риском".


Я думал, он задохнется. "Тебе лучше поторопиться, если ты собираешься вернуться вовремя к матчу", - сказал я, наступив Алексису на ногу под столом.


Ричард взглянул на часы, сказал: "Черт!" - и расправился с остатками своего завтрака в рекордно короткие сроки. Затем он отодвинул свой стул, поднялся на ноги, залпом выпил чашку чая и запечатлел жирный поцелуй где-то в районе моего рта. "Увидимся вечером, Бранниган", - сказал он, затем направился к двери.


"Типичный самец", - крикнула ему вслед Алексис. "Когда дела идут туго, за дело берутся крутые".


"Единственная причина, по которой безопасно оставлять все в ваших руках, заключается в том, что вся настоящая работа уже сделана", - крикнул Ричард в ответ.


К этому моменту у нас было больше зрителей, чем на BSkyB TV. Остальные участники завтрака были возбуждены. "Заткнись", - пробормотал я сквозь стиснутые зубы Алексис. Я помахала Ричарду на прощание, и он ушел, улыбнувшись мне и подмигнув. "Честно", - пожаловалась я. "Какой ты? И не говорите мне, что это он начал, потому что вы оба такие же плохие, как и другой. Слава Богу, мы не пытаемся действовать тихо, ненавязчиво под прикрытием!'


"Прости", - сказала Алексис без тени раскаяния. "В любом случае, теперь, когда Гэри Линекер из корпуса прессы ушел, расскажи мне об этом все! Ты выложил мне все начистоту по телефону.' Она закурила сигарету и, прищурившись, посмотрела на меня сквозь дым.


Я начал рассказывать ей, как я выследил Т.Р. Харриса, но она нетерпеливо перебила меня. "Это не мои вещи", - сказала она. "Ты! Расскажи мне, как ты? Я имею в виду, я не хочу, чтобы ты чувствовала себя еще хуже, но ты не похожа на женщину, которая должна гоняться за парнями в черных шляпах по всему Дербиширу. Боже, Кейт, тебе не следовало вчера бегать за Харрисом! Тебе следовало быть в постели, восстанавливаться.'


Я покачала головой. "С Ричардом, удовлетворяющим все мои потребности? Ты хоть представляешь, как будет выглядеть моя кухня после того, как он будет там хозяйничать двадцать четыре часа?" Я вздрогнул. "Нет, спасибо. Кроме того, я был очень рад, что у меня было что-то, что отвлекло мои мысли от того, что произошло. Знать, что где-то есть кто-то, кто либо хочет тебя убить, либо хочет предостеречь тебя настолько сильно, что готов рискнуть убить тебя, не очень-то расслабляет.'


"Есть идеи, кто за этим стоит?" - спросила Алексис. Она ничего не могла с собой поделать. Как только она убедилась, что она заботливый друг, ей просто пришлось перейти в режим журналиста.


"Я думаю, это может быть связано с работой, над которой я работаю. Через день или два у меня должна появиться идея получше. Не волнуйся, ты будешь первой, кто узнает, когда появится что-нибудь подходящее для печати, - заверил я ее.


Я спрашивала не поэтому, - пожурила его Алексис. - Тебя не беспокоит, что они попытаются сделать еще одну попытку?'


"Я полагаю, что они могли бы. Но вчера за нами никто не следил. Я назначил новое лицо на эту работу, и я должен быть в состоянии прояснить это завтра. Я чувствую, что сделал все, что мог, чтобы минимизировать риск.'


Подошла официантка и поставила перед Алексис тарелку с дымящимся блюдом. Во второй раз за это утро мне пришлось увидеть столько жареной еды, что хватило бы румынскому сиротскому приюту на неделю, и я начал чувствовать легкую тошноту. "Итак, расскажи мне о Т.Р. Харрисе", - попросила Алексис, затушив сигарету.


Я посвятил ее в свои поиски пропавшего строителя. "И когда я посветил фонариком в окно гаража, вот оно", - закончил я.


Другая панель?' Спросила Алексис.


Тот же. Тот, на котором написано "Т.Р. Харрис, строитель". Конечно, мне все еще нужно, чтобы вы опознали парня, но я считаю, что это просто формальность '


"Так Читам все это подстроил?" Требовательно спросила Алексис. "Я убью этого маленького засранца, когда он попадется мне в руки".


"Я все еще не уверен точно, какова была его роль во всем этом", - сказал я. "Очевидно, что он в этом по уши, но я не уверен, кто на кого давил".


"Разве это имеет значение? Они двое - мошенники! Позволь мне сказать тебе, они оба пожалеют о том дне, когда перешли дорогу мне и Крису!" - кипела Алексис. Она сердито провела рукой по волосам, затем закурила сигарету, глубоко втягивая дым в легкие.


"Мы перейдем этот мост, когда дойдем до него", - успокоил я. "Сначала о главном. Мы должны убедиться, что у нас есть правильный парень, что тому, что я видел, нет какого-то невинного объяснения.'


"О да? Например?" - усмехнулась Алексис. "Как будто Читам тайно работает под прикрытием в Отделе по борьбе с мошенничеством?"


“Нет, как будто Б. Ломакс, строитель, сдает свой гараж Т.Р. Харрису, строителю. Например, Б. Ломакс, Билдер, старый друг Мартина Читама, который представил их друг другу, а Читам, как и ты, невинный простофиля." Это заставило ее замолчать достаточно надолго, чтобы я смог объяснить, что собирался выписаться из своей комнаты.


Вернувшись наверх, я набрал домашний номер Пола Кингсли. Этот звонок можно было бы с комфортом отложить до позднего вечера, но мне отчаянно хотелось узнать, сработало ли наблюдение. Пол ответил после третьего гудка. К счастью, его голос не был похож на голос человека, которого только что пробудили ото сна. "Как все прошло?" Спросил я после того, как мы покончили с любезностями.


‘Как ты и предсказывал, так и будет", - сказал он, не в силах скрыть разочарования. Они ничего не могут с собой поделать, не так ли? "Наш человек появился около девяти часов, загрузил свой хэтчбек коробками и уехал в ночь".


"Он показался вам хоть сколько-нибудь подозрительным?" Спросил я.


"Он объехал всю автостоянку, прежде чем припарковаться у погрузочного отсека. Затем он проделал круг пешком”, - сказал Пол.


"Я так понимаю, он тебя не заметил?" Это была безопасная ставка. Пол - хороший оператор. Он коммерческий фотограф, который считает, что выполнять для нас случайную работу - большое удовольствие. Я думаю, это заставляет его чувствовать себя Джеймсом Бондом, и у него, вероятно, больше профессиональной гордости за свою работу, чем у тех из нас, кто занимается этим полный рабочий день.


Пол усмехнулся. "Не-а. У них есть мусорные баки промышленного размера. Я был внутри одного ". Понимаете, что я имею в виду? Я бы ни за что не провел вечер, общаясь с личинками при исполнении служебных обязанностей. Не считая, конечно, случайных журналистских разборок, на которые Ричард тащит меня с собой.


"И у тебя есть фотографии?"


'Я сделал. Я вернулся в свою фотолабораторию, чтобы разработать и распечатать их позже. У меня есть отличные снимки, на которых он разгуливает по городу, загружает, а затем переносит снаряжение в фургон Renault без опознавательных знаков в автосервисе Натсфорда, - с гордостью сказал Пол.


"Тебе удалось проследить за ним?" Я был впечатлен. Это было больше, чем я достиг.


"Мне повезло", - признался он. "Мне пришлось подождать, пока он скроется из виду, прежде чем я смог выбраться из мусорного бака, и я оставил свою машину за задней частью соседнего склада. Но он двигался в том же направлении, что и я, и мне явно повезло больше со светофорами. Я притормозил на перекрестке в Стретфорде, и вот он был прямо передо мной. Поэтому я остался с ним и осуществил передачу. И я узнал номер фургона, так что вы можете узнать, кто перевозит товар на другом конце. '


"Отличная работа", - сказал я, имея в виду именно это. "Не могли бы вы оказать мне услугу? Не могли бы вы завезти отпечатки завтра в офис и рассказать Шелли, о чем они?" Меня не будет на первом занятии, но я займусь этим позже в тот же день '


"Без проблем. О, а Кейт?"


'Ммм?'


Спасибо, что думаешь обо мне, - сказал он искренне. Я никогда не пойму мужчин. Часами оставляй их на помойке, и ты превратила их субботний вечер в праздник.


Алексис расхаживала взад-вперед по коридору, возбужденно щелкая фильтром, когда в нем нет россыпи пепла, что делают курильщики, когда чувствуют себя более нервно, чем может успокоить никотин. Когда она увидела меня, она перестала ходить и начала греметь ключами от машины, нервируя бедную секретаршу, которая пыталась выставить мне счет.


Я неохотно забрался в машину Алексис. Журналистам, похоже, нужно брать офис с собой во всем его ужасе, куда бы они ни поехали. В Peugeot Алексис было больше старых газет, чем среднестатистический магазин чипсов мог использовать за неделю. Пепельница была полна уже через месяц после того, как она купила машину в прошлом году. На полке для посылок лежала стопка старых записных книжек, которые скользили взад и вперед при каждом повороте, а под пассажирским сиденьем находился портативный компьютерный терминал, который каждый раз, когда Алексис тормозила, оставлял синяки на пятках пассажира. Мне было бы стыдно пускать кого-либо в свою машину, если бы это было так, но журналисты всегда странно гордятся своими мобильными мусорными свалками.


Сначала мы отправились в местное полицейское управление и проверили списки избирателей. По этому адресу проживали двое, Брайан и Элеонора Ломакс. Я предположил, что это его жена. Затем мы медленно проехали мимо дома. Черный BMW уехал, но фургон все еще был припаркован снаружи. Я сказал Алексис припарковаться, и она развернула машину на боковой улице и поехала обратно к дому Ломакса. Она остановилась примерно в ста ярдах от дома. Мы могли видеть входную дверь и подъездную дорожку, хотя фургона на самом деле не было видно.


Алексис, такой же ветеран слежки, как и я, достала из сумочки книгу в мягкой обложке и откинулась на спинку стула, чтобы почитать, уверенная в том, что любое движение по дому мгновенно зафиксируется ее периферийным зрением. Что касается меня, то я сосал мятные леденцы и слушал радио.


Прошло пару часов, прежде чем появились какие-либо признаки жизни. Мы оба заметили его в один и тот же момент. Алексис выпрямилась на своем сиденье и швырнула книгу на заднее сиденье. Брайан Ломакс появился из-за дома и шел по подъездной дорожке. На нем были знакомые черная кожаная блузка и джинсы, на этот раз с кремовым свитером-поло с вырезом. В конце поездки он повернул направо, вниз по склону и к светофору.


Это он? - спросил я. Ничего похожего на очевидный вопрос.


Алексис мрачно кивнула. Т.Р. Харрис. Я бы узнала этого ублюдка где угодно.' Она повернула ключ зажигания, и "Пежо", кашляя, ожил.


"Подожди минутку!" - резко сказал я. "Куда ты идешь?"


"Я собираюсь последовать за ним", - резко сказала Алексис. "А потом я собираюсь обогнать его". Она включила передачу.


Я снова вытащил его. "Нет, это не так", - сказал я ей.


"Да, черт возьми!" - взорвалась Алексис. "Этот ублюдок разгуливает с пятью тысячами наших денег, и я хочу их вернуть".


"Послушай, остынь", - скомандовал я. Алексис, очевидно, поняла, что я имел в виду, потому что она успокоилась, демонстрируя свои чувства, заводя двигатель с нерегулярными интервалами. "Теперь, когда вы знаете его имя и где он живет, вы можете наложить на него руки в любое время, когда захотите. И копы тоже могут".


Алексис покачала головой. "Никаких полицейских. Я хочу вернуть наши деньги, и если парень под стражей, он ничего не зарабатывает. Все, чего я хочу, это подставить его и вернуть наши деньги".


Подставляя его, вы не получите обратно свои деньги. Он просто посмеется над вами. И даже если вы общаетесь с некоторыми из ваших менее приятных партнеров, я не уверен, что он из тех парней, которые испугались бы отдать деньги.'


"Так что ты предлагаешь? Я просто лягу и умру?"


'Нет. Я знаю, что это немного радикально, но почему бы тебе не подать на него в суд? То есть до тех пор, пока ты не используешь Cheetham, - добавил я, пытаясь заставить ее немного расслабиться.


"Потому что это займет вечность", - причитала Алексис.


"В этом нет необходимости. Вы просите своего адвоката написать письмо с требованием оплаты, и если он не раскошелится, вы просите его предъявить законное требование, что означает, что Ломакс должен заплатить в течение определенного времени, или вы подаете заявление о банкротстве. И поскольку то, что он сделал, незаконно, он вряд ли станет возражать по поводу возврата ваших денег, как только вы начнете поднимать юридический шум, - объяснил я.


Алексис вздохнула. "Хорошо, ты победил. Но при одном условии".


"Что это?" - Спросил я.


Что ты будешь следить за ним день или два. Я хочу знать, где он бывает, где он работает, с кем он работает, на случай, если он решит залечь на дно. Я заплачу тебе, конечно. Оформи это официально.'


Настала моя очередь вздыхать. "Ты выбрал худшую из возможных недель. Я по уши завяз в исчезающих оранжереях и прогулах с наркотиками".


"Я не буду возбуждать дело, пока не узнаю, где мы можем его схватить, если его нет дома", - упрямо сказала Алексис.


Мои усилия предыдущих полутора дней наконец взяли надо мной верх. У меня не осталось сил спорить, поэтому я сдался. "Хорошо. Включи передачу. Я займусь этим, как только смогу.'


13


Адрес Земельного кадастра Биркенхеда - Олд Маркет Хаус, Гамильтон-сквер. Звучит почти романтично, не правда ли? Я представлял себе здание из мягкого камня в георгианском стиле, возможно, с портиком. Может быть, деревянные панели с серыми сутулыми фигурами, шаркающими мимо в диккенсовской тишине. Верный шанс. Переговоры по односторонней системе привели меня к современному зданию из темно-красного кирпича высотой в семь этажей с множеством окон, из которых открывается захватывающий вид на вход в туннель Мерси.


Я нашла место на парковке для Fiesta, которую наняла взамен своей разбитой Nova, и присоединилась к группе женщин, направлявшихся к зданию. В понедельник утром они болтали друг с другом о выходных, очевидно, знакомые с распорядком дня друг друга. Ведущая пара остановилась у входа в здание и ввела номер в замок системы безопасности. Женщины ворвались в здание. Одна из них придержала для меня дверь. Именно тогда я заметила табличку, информирующую меня о том, что общественный вход находится в передней части здания. Одна из главных истин нашего бизнеса заключается в том, что чем больше охраны в здании, тем легче в него проникнуть. Я взялся за дверь и мгновение неуверенно стоял. Было заманчиво прошмыгнуть в заднюю дверь и хорошенько побродить по окрестностям, просто так, черт возьми. Но благоразумие взяло верх над моим чувством приключения, и я неохотно позволила двери закрыться. Я был слишком занят, чтобы провести день в полицейском участке, объясняя, почему я взломал компьютерную сеть Земельного кадастра.


Я обошел здание спереди, отличаясь от задней части только двойными дверями. Я вошел в унылое фойе с будкой охраны и рядами лифтовых дверей из нержавеющей стали. Сотрудники службы безопасности Scouse действовали так эффективно, как если бы они были приватизированы. Имя и цель визита, кто посещал, где была припаркована машина, регистрационный номер машины. Затем они отмечают время вашего прибытия и выдают пропуск безопасности. Если бы я был преданным хакером, я мог бы увидеть полдюжины способов заполучить в свои руки один из их терминалов.


И снова я обуздал свои более чем пиратские инстинкты и пошел через холл на расспросы. Это было похоже на приемную дантиста, где на низком столике лежали журналы годичной давности. Стулья были обиты тканью на два класса выше тех отвратительных оранжевых пластиковых, которые вы получаете в системе социального обеспечения. Все было немного поцарапанным, как будто в последний раз ремонтировалось перед приходом к власти Тэтчер. Я подошел к высокому прилавку в углу комнаты. Там было пусто, за исключением кассового аппарата, монитора компьютера и клавиатуры. Я вытянула шею, чтобы прочитать "Добро пожаловать в компьютерную систему земельного кадастра", написанную желтыми буквами на черном экране.


Табличка на стойке регистрации гласила: "Пожалуйста, позвоните, чтобы привлечь внимание". Очевидно, они привезли табличку с собой из старого здания, поскольку это, вероятно, единственная вещь во всем заведении, сделанная из дерева. Это, безусловно, единственная вещь, сделанная из дерева с позолоченными надписями. Я позвонил в колокольчик и подождал, пока высохший старик в сюртуке шаркая войдет в дверь.


Это научит меня принимать решения, опережая факты. Потребовалось меньше минуты, чтобы появилась молодая женщина, которая, честно говоря, не соответствовала моему представлению о государственном служащем. Для начала, она бы не выглядела неуместно на одном из концертов Ричарда в своем модном мешковатом свитере Aran и джинсах. Во-вторых, она выглядела так, словно наслаждалась своей работой. И она не вела себя так, как будто общение с представителями общественности было для нее большой болью. Все это очень ново.


"Я хотел бы знать, можете ли вы мне помочь", - сказал я. "Меня зовут Бранниган, Кейт Бранниган. Я звонил на прошлой неделе со списком адресов, для которых мне нужны копии реестра".


Женщина улыбнулась. "Это верно. Вы говорили со мной. Я приготовила копии, если вы не возражаете подождать минутку?"


"Отлично", - сказал я. Когда она исчезла за дверью, я позволил себе мрачную удовлетворенную улыбку. Без сомнения, именно здесь началось ожидание. Я взял один из старых журналов и сел. Я прочитал всего один абзац в захватывающей истории о том, как звезда мыльных сериалов столкнулась лицом к лицу со смертью на автостраде, когда она вернулась с толстой пачкой документов.


"Вот, пожалуйста”, - объявила она. "Семь комплектов копий реестра. Не часто к нам обращаются за таким количеством документов, разве что эксперты по передаче прав. И в стольких разных местах, - добавила она, явно ловя рыбу.


Я выбросил журнал и вернулся к стойке. "Полагаю, тебе стало намного сложнее жить, когда они изменили правила, разрешив любому просматривать любую запись в реестре", - парировал я.


"Я не знаю насчет сложного", - сказала она. "Но это сделало его намного интереснее. Раньше я разговаривал только с адвокатами и их секретаршами, а иногда и с людьми, которые хотели получить копии своих собственных записей. Теперь к нам приходят самые разные. Часто они хотят проверить реестр собственности своих соседей, потому что думают, что те могут нарушать тот или иной договор, например, не ставить фургоны или не разводить костры в саду. Очень много Перси Сагденов, некоторые из них такие, - добавила она со смешком.


Она повернулась к кассовому аппарату. Я принял меры предосторожности, пробив дыру в стене карточкой компании cashpoint, поэтому я был сбит с толку ее требованием не больше, чем она моей просьбой предоставить квитанцию об уплате НДС. Я сделал мысленную заметку попросить Шелли вести текущий учет счета Теда Барлоу и выставить ему счет, как только сумма превысит выданный им нам аванс на пятьсот фунтов. Я не хотел, чтобы мы в конечном итоге работали впустую, если я не смогу раскрыть аферу достаточно быстро, чтобы удержать его бизнес на плаву.


Я собрала свои копии записей реестра и сунула их в задний карман сумочки. Затем мне в голову пришла мысль. "Интересно, не могли бы вы кое-что прояснить для меня?" - Спросила я.


"Если смогу, я была бы счастлива", - сказала молодая женщина, одарив меня яркой улыбкой, которая казалась совершенно естественной. Очевидно, ей не суждено было долго продержаться на государственной службе.


'Каков здесь фактический процесс? И сколько времени проходит между отправкой вам данных и их внесением в реестр? В частности, я думал о земле, которая регистрируется впервые, а затем разделяется на участки. "Если кто-то и мог помочь мне разобраться в роли Мартина Читама в афере с двойной продажей, то это должен был быть Земельный кадастр.


"Правильно”, - сказала она, растягивая слово на три отдельных слога. "Происходит вот что. Каждое утро в компьютер заносится список дней. В нем перечислены все номера титулов, которые являются предметом изменения, запроса, регистрации или чего-либо еще. Как только номер титула появляется в списке дней, он остается в списке до тех пор, пока не будет внесен в полный реестр. В любой момент времени в списке представлено около 140 000 объектов недвижимости, поэтому требуется немного времени, чтобы обойти их все.'


Внезапно я начал понимать, как Земельный кадастр приобрел репутацию медлительного, как черепаха, принимающая валиум. До того, как они начали компьютеризацию, это, должно быть, было кошмаром. "Итак, на какую временную шкалу мы смотрим?" Спросил я.


"Это зависит", - сказала она. "У нас на компьютере около полумиллиона записей, что немного ускорило процесс, за исключением случаев сбоя системы".


"Итак, с учетом этого, сколько времени требуется для внесения изменений в реестр?"


"Для смены владельца мы сократили этот срок примерно до четырех недель. Первая регистрация занимает около одиннадцати недель, а для передачи части - около пятнадцати недель", - сказала она.


Свет начал мерцать, очень слабо. "Значит, если кто-то регистрировал участок земли в первый раз, затем почти сразу же зарегистрировал разделение этой земли на участки и продажу этих участков, все это могло занять шесть месяцев?"


"Теоретически, да", - призналась она, выглядя слегка смущенной.


"Значит, если кто-то попытается продать один и тот же участок дважды, ему это может сойти с рук?"


Она яростно замотала головой. "Ни в коем случае. Не забывай, это будет в списке дня. Как только адвокат второго покупателя инициирует поиск, ему сообщат, что файл уже активен, что вызовет тревогу и приостановит любую транзакцию.'


"Понятно", - сказал я, благодарно улыбаясь. "Вы были очень полезны".


"Без проблем. В любое время". Она вернула улыбку.


Я вернулся к машине в задумчивом настроении. Теперь я был вполне убежден, что знаю, как Алексис и Крис были ограблены. Корень мошенничества заключался в разнице между зарегистрированной и незарегистрированной землей. Я порылся в памяти, пытаясь вспомнить все, что когда-либо знал о земле, а это было не так уж много, поскольку земля выдается на последнем курсе юридического факультета. Я подозреваю, что это могло быть одним из факторов моего решения уйти со второго курса. Но иногда, как сейчас, тот последний год мог бы пригодиться.


Право собственности примерно на треть земли на северо-западе Англии никогда не было зарегистрировано. Если вдуматься, то только в относительно недавние времена возникла какая-либо необходимость в регистрации, когда все мы стали экономически и социально мобильными, как выражаются ученые. В былые времена, до Второй мировой войны, если вы покупали недвижимость или участок земли, вы обычно знали человека, который ее продавал. Возможно, они были вашим работодателем или всю вашу жизнь сидели на передней скамье местной церкви. Некоторая форма независимой регистрации становилась проблемой только тогда, когда вы покупали у незнакомого человека и у вас не было доказательств его репутации; в конце концов, они могли просто на самом деле не владеть Лондонским мостом. С тех пор, как в тридцатых годах Земельный кадастр действительно заработал, большинство сделок было зарегистрировано в ходе того, что должно было быть медленным, но верным процессом. Хо-хо.


На практике, до введения обязательной регистрации в конце шестидесятых и семидесятых, многие объекты недвижимости все еще меняли владельца по рукопожатию и обмену горсти документов о праве собственности на горсть готовых документов. И, поскольку с тех пор эти объекты больше не переходили из рук в руки, они по-прежнему не зарегистрированы. Это относится не только к сельхозугодьям, которые принадлежали семьям на протяжении нескольких поколений; в Манчестере есть целые кварталы арендуемого жилья с террасами, право собственности на которые остается неизменным на протяжении тридцати или сорока лет. С точки зрения реестра, его просто не существует. Честно говоря, я думаю, что это было бы огромным улучшением, если бы этого тоже не существовало в реальности.


В любом случае, когда кто-то вроде Брайана Ломакса уговаривает фермера вроде Гарри Картрайта продать ему участок земли, все документы отправляются в Земельный кадастр. И я не говорю о нетронутых бланках и контрактах, сгенерированных текстовым процессором. Я говорю о грязных клочках бумаги, покрытых размашистым почерком и сургучом. Теперь я знал, что когда дело попадет в Земельный кадастр, оно попадет в список дня, и ему будет присвоен предварительный титульный номер. Затем, когда Ломакс разделит землю на участки и продаст их, адвокаты покупателей проведут поиск в земельном реестре, чтобы выяснить, действительно ли Ломакс владеет этим участком, и отдельным участкам будет присвоен номер. Пока что все очень прямолинейно.


То, что произошло дальше, и нанесло ущерб. Ломакс, очевидно, продал землю дважды за короткий срок. Но для того, чтобы схема сработала, должен был быть нечестный адвокат, занимающийся второй, сомнительной покупкой земли, адвокат, который не стал бы сверяться с дневным списком земельного кадастра, адвокат, который лгал бы своим клиентам о праве собственности на землю. И этим адвокатом был Мартин Читам.


Проблема, на мой взгляд, заключалась в том, что ради такой маленькой прибыли приходилось идти на большой риск. Когда люди, которых ограбили, поймут, что произошло, они обратятся в Юридическое общество со своими жалобами быстрее, чем летящая пуля. Что вполне может означать конец карьеры Мартина Читама в качестве адвоката, и все из-за половины доли в пятьдесят тысяч. Если не… У меня возникла ужасная мысль. Что, если бы они не просто продали землю дважды, а продали ее три или четыре раза? Что, если бы там была очередь из игроков, которые еще даже не знали, что их обманули? В конце концов, это было всего лишь совпадением, что Крис случайно наткнулся на геодезистов. Если бы их там не было, Крис, Алексис и все их закадычные друзья, построившие себя сами, вероятно, отдали бы оставшуюся часть наличных. Уму непостижимо! Я начал задаваться вопросом, неужели вернуть деньги Алексис будет так просто, в конце концов. Если бы у Ломакса и Читама была хоть капля здравого смысла, они бы планировали провести раннер в любой момент, пока все не вышло на первый план.


И я мало что мог с этим поделать. Помимо всего прочего, мне нужно было разобраться с проблемой Теда Барлоу, прежде чем он обанкротится. Я заехал в "Хэппи Едок" и заказал поздний завтрак с картофельными оладьями, омлетом и фасолью, одновременно изучая записи в реестре семи объектов недвижимости, потерявших свои оранжереи. Я также принял меры предосторожности, заскочив в офис, чтобы забрать вещи у Джоша и Рейчел Либерман. В совокупности начала вырисовываться интересная картина. К сожалению, это было больше похоже на Джексона Поллока, чем на Дэвида Хокни.


Во-первых, все рассматриваемые дома были арендованы у DKL. Все рассматриваемые арендаторы делили свою фамилию с владельцами дома. Все документы о праве собственности свидетельствовали о предъявлении обвинения против собственности. К сожалению, они не сказали мне, сколько, хотя даты этих существующих платежей примерно соответствовали датам покупки оранжерей, и во всех случаях оплата производилась финансовой компанией, которая была дочерней компанией банка Теда Барлоу. Сюрприз, сюрприз. Интересно, что поиски Джоша показали, что у всех владельцев были кредитные рейтинги от хорошего до отличного, что объясняло, почему финансовая компания Ted's bank была так готова предоставить им повторные ипотечные кредиты. Чего это не объясняло, так это того, как эти перезаключения были предоставлены кому-то, кроме владельца.


Каким-то образом перезаключения оказались ключом к разгадке. Что мне нужно было выяснить быстро, так это то, насколько они велики. Если бы эти расходы были такими, каких вы ожидаете от стопроцентного перезаклада, тогда все начало бы становиться на свои места. Принимая во внимание, что каждый из домов принадлежал своим нынешним владельцам не менее четырех лет, тогда дома были куплены значительно дешевле, чем они стоили сейчас. Учитывая, что ипотечные кредиты предположительно выплачивались как минимум в течение четырех лет, сумма, которая в настоящее время остается непогашенной, должна быть значительно меньше текущей стоимости дома. Я побрел к телефонной будке и набрал номер Джоша. К счастью, меня сразу дозвонили.


"Просто по-быстрому", - сказал я. "Как мне узнать сумму задолженности по ипотеке?"


"Ты не можешь", - сказал он.


Меня охватило желание пнуть кого-нибудь.


"О черт", - простонал я.


"Но я, вероятно, могу", - самодовольно добавил он.


Тогда я понял, что хочу кого-нибудь пнуть, только он был вне досягаемости.


"Как финансовый брокер, я могу позвонить держателю кредита и сказать им, что у меня есть клиент, который хочет получить второй заем под залог своего имущества, могут ли они сообщить мне, сколько у них непогашенных платежей, чтобы я мог проверить, достаточно ли средств осталось в собственности. Это связано с вашей аферой с консерваторией?'


"Да. Это постепенно начинает обретать смысл", - сказал я ему.


"Я попрошу Джулию сделать это сегодня днем", - сказал он.


В конце концов, я решила не бить его. "У нее уже есть имена и адреса, не так ли?"


Я договорился перезвонить днем. Я все еще был зол и расстроен, потому что не до конца понимал, как работает афера. Но у меня была одна вещь, которая меня устраивала. Рэйчел Либерман дала мне адреса трех других объектов недвижимости, которые соответствовали требованиям. Глядя на даты предыдущих продаж, в результате которых исчезли оранжереи, мошенники, похоже, использовали систему производственной линии. Они оформляли займы примерно по одному в месяц, так что, учитывая, что поступление денег от финансовых компаний может занять до трех месяцев, они, должно быть, одновременно обрабатывали три объекта недвижимости, каждый на разных стадиях операции. Дорогой Боже! Они действительно серьезно относились к этому!


Прошло три недели с тех пор, как вышел из строя последний, так что, по моим подсчетам, мы должны были получить еще один со дня на день. У меня была хорошая идея, где и приблизительное представление, когда. И у меня появилась отличная идея, как точно выяснить, что происходит. Все, что для этого должно было потребоваться, - это телефонный звонок.


14


Я сидел на заднем сиденье ярко-желтого фургона, прижав наушники к ушам. Мой друг Деннис сидел рядом со мной, ища вдохновения на страницах Элмора Леонарда. Любому, кто бродил по этому тупику Стокпорта, он показался бы похожим на фургон British Telecom. Внутреннее убранство привело бы его в полное замешательство. Вместо полок с инструментами, запасными частями и кабелями там стояла пара кожаных автомобильных сидений, какие бывают в самых дорогих "вольво" или "мерсах", и столик, прикрученный к полу. Там был портативный цветной телевизор и видео, прикрепленные к крышке холодильника. В полу также был люк. Фургон принадлежит Сэмми, одному из приятелей Денниса. Я не хочу знать, для чего он регулярно им пользуется. Я точно знаю, что это не имеет никакого отношения к телекоммуникациям.


Мы с Деннисом О'Брайеном дружим уже много лет. Я знаю, что он преступник, и он знает, что я выводил преступников из бизнеса. Но, несмотря на это, или, может быть, благодаря этому, каждый из нас очень уважает другого. Я уважаю его, потому что по-своему он высококвалифицированный мастер, который жестко придерживается своих собственных правил и ценностей. Они могут не совпадать с моими, но кто сказал, что мои лучше? В конце концов, это общество, которое сажает грабителей за решетку, - это то же самое общество, которое помогает процветать действительно крупным бандитам, таким как Роберт Максвелл.


Я многим обязан Деннису. Мои навыки в боевых искусствах, мои знания по взлому замков и та часть доходов Мортенсена и Браннигана, которая зависит от умения мыслить как взломщик, чтобы вы могли создать систему безопасности, которая победит настоящую тварь. Ему нравится, когда я рядом, потому что он думает, что я хороший образец для подражания для его дочери-подростка. О вкусах не спорят.


После того, как я вернулся из земельного кадастра, я позвонил Деннису на его мобильный телефон. Это удивительная вещь, мобильный телефон. В Лондоне, когда кто-то начинает звонить в пабе, есть вероятность, что это кто-то в Городе, получающий ответ. В Манчестере, это шиллинг за золотые часы, это злодей. Для меня загадка, как они обходят проверки кредитоспособности, которые проводят компании, занимающиеся эфирным временем. Теперь я думаю об этом, у них, вероятно, есть своя собственная компания эфирного времени, криминальные связи или забавные телефоны, только для плохих парней. Абсолютно без службы справочных каталогов.


В любом случае, я застал Денниса в удачный момент, поэтому предложил ему найти Сэмми и помочь мне. Мне даже не пришлось упоминать деньги, прежде чем он согласился. Он такой милый, этот Деннис. В отличие от меня, он не считает, что друг в беде - это заноза в заднице. Вот почему я сидел в поддельном телекоммуникационном фургоне, пока Сэмми устанавливал "жучки" Мортенсена и Браннигана в трехкомнатной квартире, которую Брайан и Мэри Райт снимали через DKL Estates.


Обычно, когда мы используем оборудование для наблюдения, мы устанавливаем его сами. Это редко является проблемой, поскольку чаще всего нам платит человек, отвечающий за место, которое мы прослушиваем. Обычно это происходит из-за того, что босс подозревает одного из своих подчиненных в а) передаче информации конкуренту; б) присвоении денег или товаров фирмы; или в) просто немного доброй, старомодной междоусобной войны против босса. В таких случаях мы просто заходим после закрытия и устанавливаем в заведении все средства электронного наблюдения, которые могут понадобиться организму . Иногда, однако, мы должны быть немного более сдержанными. Хотя у нас с Биллом есть соглашение о том, что мы не будем делать вещей, которые являются вопиюще незаконными, мы иногда оказываемся технически немного не по ту сторону закона при получении информации. В подобных ситуациях один из нас проникает в рассматриваемое здание с помощью той или иной уловки. Лично я всегда нахожу, что самый эффективный способ - это представиться женщиной, которая пришла пополнить дозаторы тампонов. Не многие охранники хотят слишком пристально заглядывать в ваши коробки.


Однако в этом случае ни одна из обычных уловок не сработала бы. И я действительно не хотел, чтобы Брайан или Мэри Райт видели меня, поскольку я был бы человеком, слоняющимся по улице и проверяющим записи с камер наблюдения. Отсюда и фургон Сэмми. Я провел ему краткий ускоренный курс по разборке телефонных разъемов и установке простого жучка, который я решил использовать. Это состояло из прослушивания телефона и крошечного микрофона с голосовой активацией, который улавливал разговор в самой комнате. Радиус действия "жучка" составлял около ста пятидесяти метров, хотя прием в фургоне с металлическими стенами был не таким хорошим, как мог бы быть, если бы я перенес свой приемник в неприметную арендованную "Фиесту", где я мог оставить его на полке для посылок.


Десять минут назад Сэмми прошествовал по дорожке в своем телекоммуникационном комбинезоне, и женщина, открывшая дверь, впустила его, даже не попросив показать тщательно подделанное удостоверение личности, которое он всегда носит с собой. Возможно, она пыталась дозвониться за те пять минут, что я возился с ее телефоном в распределительной коробке за углом. Причина, по которой я знаю обо всех этих экзотических вещах, заключается в том, что однажды у меня был роман с инженером по телекоммуникациям. Он приехал, чтобы установить вторую линию в моем бунгало для моего компьютерного модема и факсимильного аппарата, и остался на месяц. У него были удивительно ловкие пальцы, и в качестве бонуса он научил меня всему, что мне когда-либо нужно было знать о британской телефонной системе. К сожалению, он почувствовал необходимость повторить мне это пять раз. Когда он в шестой раз начал рассказывать мне о новых разработках в области волоконно-оптических технологий, я понял, что ему придется уйти, иначе мне грозит обвинение в убийстве.


Чего я сейчас ждал, так это звука голоса Сэмми в моих наушниках. Как только я получал его громко и четко, я возвращался к распределительной коробке, приводил телефон в полное рабочее состояние и оставлял трубку в машине, подключенной к очень умному магнитофону, который сконструировал для меня друг Ричарда звукорежиссер. Он соединяет механизмы шести плееров с микрофоном / приемником, активируемым сигналом. Когда поступает сигнал от жука, запускается первая лента. Когда механизм счетчика достигает определенного числа, он запускает вторую ленту и выключает первую ленту. И так далее. Таким образом, это дает минимум шесть часов времени записи, когда вы на самом деле не слушаете.


Пять минут спустя я услышал, как в моих ушах гремит: ”Два кусочка сахара, милая". Благодаря Сэмми я был полностью заряжен и готов к работе. Полчаса спустя я вернулся в офис, готовый отчитаться перед Биллом. Он, конечно, был в ужасе от моей встречи со смертью на Бартон-Бридж. Вместе мы просмотрели фотографии Пола и отчет о его наблюдении за ФармаСом, Билл бормотал в свою густую светлую бороду о безрассудстве любого, кто посмеет напакостить его партнеру.


"Пол проделал там хорошую работу. Ты поступил абсолютно правильно, положив его вот так", - пророкотал он, складывая фотографии в аккуратную стопку. "Я пойду и повидаюсь с ними сегодня днем". Он вскочил на ноги, крича: "Шелли? Позвони Брайану Чалмерсу в "Фармас" и скажи ему, что я направляюсь к нему".


"Подожди минутку", - запротестовала я, злясь на то, что мне показалось, будто Билл дерзит. "Я планировала сделать эти снимки сама".


"Я уверен, что вы это сделали", - сказал он. "И у меня нет проблем с тем, как вы справились с делами. Но я хочу, чтобы кто-нибудь был с Чалмерсом, когда он подставит лаборанта. И я бы предпочел, чтобы это была я, хотя бы для того, чтобы показать этому подонку, что ему противостоит нечто большее, чем шоу с одной женщиной. Если это он столкнул тебя с дороги, ему нужно дать понять, что нет смысла пытаться списать тебя со счетов, потому что не только ты знаешь, что он задумал. Кроме того, нам нужно гораздо больше информации об этом украденном фургоне, а у вас и так сейчас достаточно забот с вашими пропавшими оранжереями.'


Я не мог найти ни одной веской причины для спора с Биллом. Лично я, если бы он возвышался надо мной на шесть футов с лишним, признался бы в чем угодно, лишь бы заставить его отступить. Так что я оставил его наедине с этим. Выходя за дверь, я взял ручной компьютерный сканер, который был его ежемесячным вкладом в гору офисных гаджетов еще в июне. Наконец-то я нашел этому применение. Когда я пересекал приемную, Шелли сказала: "Тед Барлоу был включен. Это уже второй раз за сегодня. Он действительно начинает впадать в отчаяние. Он говорит, что может выплатить своим сотрудникам зарплату за эту неделю, но не уверен насчет следующей недели. Он хочет знать, должен ли он предупредить их или вы думаете, что к тому времени разберетесь с этим.'


Я вздохнул. "Я делаю все, что в моих силах, Шелли", - сказал я.


"Ты не можешь сделать это немного быстрее, Кейт? Тед боится, что потеряет свой бизнес".


"Шелли, я танцую так быстро, как только могу, хорошо", - отрезал я и протопал в свой кабинет. Мне стыдно признаться, что я хлопнул дверью. К сожалению, я задействовал мышцы, которые после аварии все еще были твердыми как камень, поэтому я потерял комфорт, а также достоинство. Просто чтобы закрыть его жестяной крышкой, вибрация дверцы привела к тому, что последние три листа на каучуковом растении опали. Я выбросила растение в мусорное ведро и сделала пометку зайти утром к флористу. Я провел девять недель без этого каучукового растения, что приближалось к рекорду для меня и всего царства хлорофилла.


Я поднял трубку, набрал номер Джоша и попросил позвать Джулию. На самом деле я никогда с ней не встречался, но ее голос вызывает в воображении образ светлоглазой блондинки с волосами, собранными в аккуратный пучок, в повседневном костюме в стиле кантри и с бедрами девушки, выросшей в пони-клубе. Ближе всего к этому я когда-либо подошел, читая Банти.


"Привет, Кейт", - восторженно сказала она мне по телефону. "Потрясающее маленькое испытание, дорогая!" Клянусь, она действительно говорит "дорогая".


"Есть радость?" Грубовато спросил я. По какой-то причине Джулия всегда пробуждает во мне крестьянку.


"Я попробовала только три из них", - сказала она. "Поскольку все обвинения были предъявлены одной и той же финансовой компанией, мне пришлось быть немного осторожной. Однако интересно то, что в каждом случае мы имеем дело со стопроцентной перезакладкой. Все люди, с которыми я разговаривал, говорили одно и то же. "У твоего клиента не осталось ни шиллинга собственного капитала". Итак, вот оно, Кейт.'


Я мог бы поцеловать ее. Но она, вероятно, неправильно поняла бы и удалила мое имя из своей базы данных. Я мило поблагодарил ее, как всегда говорила мне моя мама, положил трубку и удовлетворенно крикнул "Йоу!". Судя по тому, как развивались события, я собирался сделать Шелли очень счастливой женщиной.


Я загрузил свой компьютер и ввел свои заметки. Затем я использовал сканер для документов земельного кадастра и сохранил их все на диск. Это было не так просто, как предполагалось, поскольку сканер имел бесполезную тенденцию превращать все в чушь, если я не держал руку твердой, как скала. После всего этого я почувствовал себя достаточно добродетельным, чтобы позвонить Ричарду и предложить сходить вечером в кино. "Извини, Бранниган”, - сказал он. "Я иду на рейв".


Может, Ричард и на четыре года старше меня, но временами он заставляет меня чувствовать себя моей бабушкой Бранниган. За исключением того, что моей ирландской бабушке Би, вероятно, понравилась бы идея вечеринки на всю ночь, где вы можете танцевать столько, сколько захотите. Она даже чувствовала бы себя как дома от запаха растирания Vicks Vapor, которым рейверы массируют друг друга в своих причудливых поисках повышения кайфа от дизайнерских коктейлей с наркотиками, которые они глотают. "Почему?" Я спросил.


Я мог представить, как он пожимает плечами. "Мне нужно поддерживать связь. Кроме того, у них новый ди-джей. Ему всего тринадцать, и я хочу взглянуть". Тринадцать. Боже милостивый, Маленький Джимми Осмонд из Acid House. "Ты можешь прийти, если хочешь", - добавил он.


"Думаю, я пас, Ричард. Ничего личного, но, честно говоря, я бы предпочел понаблюдать". По крайней мере, я мог выбирать музыку. По крайней мере, я был бы в состоянии распознать то, что я слышал, как музыку…


Я вышел из офиса сразу после четырех, купил пиццу в местной траттории и отправился обратно в Стокпорт в "Маленьком негодяе". Я припарковался за углом от дома-мишени, прогулялся к "Фиесте" и проверил магнитофон. Шла третья запись, и я быстро прослушал ее в наушниках. Синий Питер, судя по звуку. В этом и проблема с Elint (электронный интеллект, или "жучки" для вас). В нем столько же дискриминации, сколько у проститутки под кайфом. Я удержался от того, чтобы дослушать до конца кассету с "Голубым Питером ", взял себе две, которые записал ранее, и запер "Фиесту".


Вернувшись в фургон, я жевал пиццу и слушал записи. Первый включал десять минут светской беседы с Сэмми, телефонный звонок парикмахеру, телефонный звонок подруге, которая двадцать минут ныла по поводу своего бизнеса, своего бывшего и счета за гараж. Затем включился телевизор, его металлический звук представлял интересный контраст с живыми голосами, которые я слышал. Австралийский сериал, затем подростковая комедийная драма, затем мультфильмы. Я прокрутил программы на удвоенной скорости, прислушиваясь к любым более реальным разговорам среди писка Микки Мауса. Ничего.


Заскучав, я вернулся к "Фиесте" и снова прослушал. К этому времени мы перешли к репортажам из Гранады. Почему моей целью не мог быть один из этих тихих, утонченных людей, которые не испытывают потребности в каких-то звуковых обоях? Я перезагрузил записывающий аппарат, заменив его свежими кассетами, и решил подождать с подслушиванием еще час, прежде чем отправиться домой. Я напомнил себе, что у меня есть право на немного свободного времени. Кроме того, я чувствовал холод и одеревенение, и мне не терпелось поскорее разобраться со своей последней покупкой компьютерной игры. Civilization обещала стать самой захватывающей стратегической игрой, в которую я играл за долгое время, перенося игрока с зари человечества в космическую эру. До сих пор мне не удавалось продвинуться дальше поселений обитателей палаток, которые только что открыли колесо, прежде чем пришли варвары и разгромили нас.


Я пытался выработать подход, который был бы более плодотворным, когда все изменилось. Шум в моих ушах внезапно полностью прекратился. В течение нескольких секунд, от которых замирало сердце, я думал, что она обнаружила ошибку. Затем я услышал гудок набора номера и щелчок набираемых цифр. Возможно, я смог бы идентифицировать номер, когда у меня была бы возможность проанализировать пленку более подробно. Телефон на другом конце прозвонил три раза, прежде чем трубку сняли. Щелкнул автоответчик, и мужской голос сказал: "Извините, я сейчас не отвечаю на звонки. Оставьте свое сообщение после сигнала, и мы скоро поговорим." Голос был прохладным, с намеком, который заставил меня скорее улыбнуться, чем скривиться.


После гудка женщина сказала: "Привет, это я. Сейчас около семи. Я собираюсь заехать к своей матери, потом буду у Колина и Сандры. Увидимся там. Люблю тебя. Пока. Раздался щелчок, когда она положила трубку. Я выбрался из машины и поспешил вниз по улице к фургону. Последнее, чего я хотел, это чтобы она заподозрила Фиесту.


Я только что погрузился в атмосферу несвежей пиццы, когда квадрат света от входной двери пролился на подъездную дорожку к дому моей жертвы. Свет исчез, когда она закрыла дверь и открыла гараж. Я сосредоточился на чертах лица. Прическа могла измениться, одежда могла измениться, рост мог измениться вместе с обувью, но лицо этого не должно было произойти, особенно профиль. Я отметил мелкие, аккуратные черты лица, острый подбородок, глаза шире. Совсем как на эскизе Дайан Шипли. Пару минут спустя появилась белая машина метро и проехала мимо меня, направляясь на юг, в сторону Хейзел-Гроув. Припарковываясь, я сделал ставку на то, что если она и собиралась куда-то уехать, то направлялась на север, в Манчестер. Снова ошибся. Я развернулся на три точки так быстро, как только мог, но этого было недостаточно. К тому времени, как я добрался до конца дороги, она исчезла. Вокруг было достаточно движения, чтобы было невозможно угадать, какие из дальних задних огней принадлежали ей.


Ничего другого не оставалось. Мне просто пришлось бы вернуться домой и принести свою собственную уникальную смесь цивилизации какому-нибудь ничего не подозревающему варварскому племени. Может быть, на этот раз мне следует заняться составлением карты перед церемониальными похоронами ...?


Когда я вернулся домой, мой автоответчик мигал. Я нажал кнопку воспроизведения. "Кейт, это Билл. Я только что вернулся из Фармас. Нам нужно поговорить. По этому номеру вы можете связаться со мной сегодня вечером после семи.'


Он выдал номер из Дидсбери, который я не смог узнать. Неудивительно. Билл меняет своих подружек так же часто, как Род Стюарт в свои холостяцкие дни. Когда я набрал номер, как и положено, ответил женский голос. Пока я ждал, пока она приведет Билла, я вызвал в воображении образ, созданный ее голосом.


"Двадцать пять, Родные округа, выпускница, блондинка, курит", - сказала я, когда Билл ответил.


"Молодец, Шерлок. Однако ты на два года переборщил с щедростью", - сказал он.


'Ты сказал, что нам нужно поговорить. Подойдет телефон, или мне подойти и встретиться с тобой, чтобы выпить?' - Ехидно спросила я.


"Телефон будет работать отлично", - сказал он. "Во-первых, хорошие новости. Брайан Чалмерс в восторге и немедленно уволил старшего техника без рекомендации. А завтра я встречаюсь кое с кем из уголовного розыска Натсфорда, чтобы узнать, не хотят ли они заняться компанией, получающей украденные товары.'


"Отлично", - сказал я. "А плохие новости?"


"Тебя сбил с дороги не фургон фармацевтической компании. Сегодня им позвонили из полиции Девона. Фургон, который был угнан из "Фармейс", был списан в какой-то деревне в Дартмуре в пятницу утром после того, как использовался при ограблении супермаркета там внизу. Так что он не мог протаранить вас в пятницу вечером. Кейт, кто бы ни напал на тебя на Бартон-Бридж, он все еще на свободе.'


15


Я мог бы привыкнуть к тому, что за завтраком меня обслужат по рукам и ногам. Чего я не мог вынести, так это раннего подъема, который, кажется, идет рука об руку с деловыми брифингами за бутербродами с беконом. На следующее утро я снова был в столовой "Портленда" по приглашению Джоша. "Я хочу тебя кое с кем познакомить", - загадочно сказал он по телефону, отказываясь поддаваться на уговоры.


Я приблизилась с осторожностью, поскольку видела, что спутницей Джоша была женщина. Я надеялась, что он не вытащил меня из постели, чтобы сообщить, что женится. Это была новость, с которой я не смогла бы справиться на пустой желудок. Я видела, как Джош заметил меня и что-то сказал своей спутнице, которая посмотрела на меня через плечо. Она не была похожа на Джоша. Для начала, она выглядела лет на тридцать пять, что делало ее по меньшей мере лет на десять старше. Самой поразительной вещью в ней были ее волосы цвета полированных каштанов, заплетенные в толстую косу, спускающуюся по спине.


Когда я подошла к столу, Джош привстал и сказал: "Кейт! Я рад, что ты смогла прийти. Делия, это Кейт Бранниган, частный детектив, о котором я тебе рассказывал".


Значит, потенциальный клиент, подумала я. Я улыбнулась. Джош продолжил: "Кейт, это старший детектив-инспектор Делия Прентис. Ее только что перевели в Региональный отдел по борьбе с преступностью. Мы вместе учились в Кембридже, и я подумал, что вам двоим следует познакомиться.'


Я старалась не выглядеть такой ошарашенной, какой себя чувствовала. Не так уж много женщин достигают звания "ДО", особенно на острие преступления. Делия Прентис улыбнулась и протянула руку. "Рада познакомиться с тобой, Кейт", - сказала она. "Рискуя расстроить твое сердце, Джош многое рассказал мне о тебе".


"Хотел бы я сказать то же самое о тебе", - ответил я, пожимая сухую, твердую руку. Я сел, слегка подпрыгнув. Я не ожидал, что меня вытащат из постели в "спарроуфарте", чтобы встретиться с копом. Особенно с женщиной-офицером высокого ранга. Я быстро окинул ее беглым взглядом. Глубоко посаженные зеленоватые глаза, хорошая кожа, крепкие кости, которые у подростков выглядят бугристыми, но становятся привлекательнее с каждым годом, который проходит после тридцати.


"Он пытается держать меня в секрете, потому что я знаю, где зарыты тела", - сказала она, так же внимательно рассматривая меня. "Я могла бы рассказать тебе историю ..."


Джош прочистил горло и поспешно сказал: "Делия в некотором роде эксперт в мошенничестве того типа, с которым вы, похоже, имеете дело в вашем деле о консерватории", - сказал он. "Я скорее подумал, что она могла бы тебе чем-то помочь".


"Я только что отсидела восемнадцать месяцев в отделе по борьбе с мошенничеством в Западном Йоркшире", - сказала Делия. "Теперь меня перевели в RCS на должность оперативного руководителя оперативной группы по борьбе с мошенничеством".


"Как ты это находишь?" Спросил я.


"Учиться работать в новой команде - это всегда нелегкая борьба". Конечно. Она бы не поднялась так высоко по служебной лестнице, если бы не была кем-то вроде дипломата.


"Стало в пять раз хуже, потому что ты женщина?" Я спросил.


"Что-то вроде этого".


"Могу себе представить. Куча этой тупой наглости, буквальное толкование приказов и никакого уважения, пока они не решат, что ты это заслужил".


Кривая улыбка Делии сказала все. "То, что мы делаем, - это работаем с банками и другими финансовыми учреждениями над мелким мошенничеством, которое не заслуживает внимания Отдела по борьбе с серьезными мошенничествами. Обычно это включает подделку документов или вид обмана, когда люди выдают себя за кого-то другого с целью получения товаров или наличных денег.'


"Рискуя показаться похожими на игроков, которых я встречаю на вечеринках, это, должно быть, увлекательно", - сказал я.


Она улыбнулась. "Может быть очень приятно собрать воедино кусочки головоломки".


"Да, при вашей работе вы получаете злодеев лучшего класса, чем ваши коллеги, которым приходится иметь дело с рейдерами "рэм" и наркоторговцами", - сказал я. "Для меня это немного выбивается из обычного распорядка вещей. Я больше привык копаться в памяти компьютеров, чем подставлять людей".


Делия откинулась на спинку стула. 'Вот это действительно, должно быть увлекательно. Нет, я серьезно. Я бы хотела, чтобы у меня было время побольше узнать о компьютерах. Не возражаешь, если я закурю?" Я покачал головой. Она достала пачку Silk Cut и зажигалку Zippo. Закуривая, она сказала: "Джош сказал мне, что у вас проблема с неплательщиками ипотечных кредитов. Может быть, мы могли бы принести друг другу немного пользы здесь. Возможно, я смогу пролить для вас некоторый свет, и, честно говоря, если вы выдержите, мне бы действительно не помешал ошейник.'


Мне понравилась откровенность Делии Прентис. И за нее поручился Джош, что в моей книге было признаком профессионализма. Поэтому я глубоко вздохнул и сказал: "Это неофициально". Согласен?" У меня не было полномочий от Теда привлекать полицию. Вдобавок к этому, пока у меня не было реальных доказательств того, что преступление было совершено, только множество косвенных совпадений.


Появилась официантка, и мы заказали завтраки, прежде чем Делия успела ответить. Когда она ушла, она сказала: "Не для протокола".


Я выложил Делии все начистоту. К ее чести, она выслушала меня молча. Большинство вопросов, которые она задала впоследствии, были разумными и по существу, как я и ожидал. Знаешь, у банков есть свои собственные следователи, - сказала она наконец. "Я удивлена, что они сами не покопались в этом деле".


Я не уверен, что они этого не делали, - сказал я. "Но если и делали, то подходили к этому под другим углом. Они, вероятно, пытаются доказать, что Тед Барлоу согнут, в то время как я пытаюсь доказать прямо противоположное.'


Она кивнула. "Я не хочу, чтобы это прозвучало так, будто я учу вас сосать яйца, но, полагаю, вы подумали, что ваш клиент может быть замешан в этом?"


"Это было первое, о чем я подумал. Но люди, которые его знают, говорят, что ему не хватает воображения или склонности к таким наклонностям. Кроме того, он говорит правду о пропавших оранжереях. Даже я вижу, что они были установлены изначально, и если бы он стоял за этим сам, ему не пришлось бы беспокоиться об этом, - объяснил я.


Делия задумалась, пока закуривала очередную сигарету. Затем она сказала: "Возможно, он делал это, чтобы прикрыть собственную спину, когда все это вышло на первый план. И кто, как не он, мог бы найти новый дом для оранжерей? В конце концов, он мог бы просто утилизировать их. И он мог просто нанять вас, чтобы все выглядело хорошо для банка – и для нас, если нас в конце концов вызовет служба безопасности банка.'


Я покачал головой. "Это не Тед. Я знаю, что можно найти объяснение, которое указывает пальцем на него. Но решающим для меня является то, что он просто не соответствует имеющимся у меня описаниям человека, который проводит ночь в этих домах.'


"Это необычно, Кейт", - сказала она. "Очень необычно. Но если это действительно мошенничество, в котором участвуют один или два человека, а не цепочка совпадений, то к настоящему времени они, должно быть, сняли много наличных.'


"Более полумиллиона после расходов, по моим оценкам", - спокойно сказал я. Они, вероятно, не могут поверить в свою удачу. На их месте я бы планировал уйти до того, как дерьмо попадет в вентилятор".


"Откуда ты знаешь, что они этого не сделали?" - спросила Делия.


"Я не знаю. Я делаю ставку на тот факт, что они этого не сделали. Таким образом, в следующий раз, когда они выкинут что-нибудь, я смогу сесть им на хвост, пока след еще теплый." Как бы мне ни нравилась Делия, я не собирался говорить ей, что, по-моему, заметил следующую цель. Я был совершенно счастлив, что она думала, будто я играю в выжидание. Это позволило бы региональному отделу по борьбе с преступностью держаться от меня подальше. Кроме того, я не хотел вступать в дискуссию на тему незаконного прослушивания телефонов. Я ненавижу звук, с которым люди в стеклянных домах бросают камни.


Я зачерпнул последний кусок яичницы-болтуньи на треугольник тоста и умудрился смаковать его, пока Делия курила. "Дай мне знать, как у тебя дела. Я действительно очарована звучанием этого альбома. Я уверена, что мы могли бы помочь.' Она достала визитку из пиджака своего темно-серого костюма. "И если они, похоже, действительно предприняли попытку, все равно свяжитесь с нами. Никогда не знаешь, может быть, мы сможем что-нибудь придумать из того, что у вас есть".


"Я ценю это. Как только у меня будет что-то конкретное, я тебе позвоню. Джош, спасибо, что познакомил нас. Я впервые встречаю человека, ради которого ты действительно затыкаешься", - сказала я.


"Ты не заслуживаешь меня, Кейт", - печально сказал он.


Спасибо Богу за это. А теперь, если вы оба извините меня, мне нужно бежать, - сказал я. Я встал и пожал руку Делии Прентис. "Я буду на связи. О, а Джош? Поблагодари Джулию за ту информацию, которую она для меня раскопала.' Я чмокнула его в щеку.


Моя нечистая совесть из-за разговора с ДУ Делией Прентис о проблеме Теда сильно уколола меня, когда я вошла в офис и обнаружила строителя оранжереи и влюбленную секретаршу, склонивших головы друг к другу. Тед Барлоу примостился на краю стола Шелли, в то время как она проигнорировала экран своего компьютера и вместо этого уставилась ему в глаза. Не успел я даже снять спортивную куртку, как Тед извинился за беспокойство, а Шелли принялась щебетать о промежуточных отчетах и мобильных телефонах. Я пригласил Теда в свой офис и ввел его в курс событий настолько, насколько осмелился. Я не доверял ему полностью, зная о моем текущем наблюдении. Возможно, он оплачивал счета, но он был слишком прозрачен, чтобы я мог чувствовать себя комфортно, зная о каждом моем шаге. Кроме того, он был настолько очевидно одним из честных парней на всю жизнь, что ему могло быть неудобно при мысли о том, что я нарушаю закон от его имени.


Итак, я сказал ему, что добиваюсь прогресса, и что я близок к тому, чтобы понять, как все это получилось вместе. Он казался удовлетворенным этим. Возможно, все, что он искал, это немного уверенности. Когда я вышел из своего кабинета через пару минут после того, как он ушел от меня, он все еще слонялся вокруг стола Шелли, выглядя нервным. Я не мог этого вынести, поэтому схватил свое пальто и мобильный телефон, которые привезли тем утром, и направился к двери.


Первой остановкой была арендованная Fiesta с приемным оборудованием. Сначала, когда я проверил кассеты, мое сердце упало. Казалось, что вообще ничего не было записано с тех пор, как я оставил запись прошлым вечером. Когда я перезагружал его, я, должно быть, допустил ошибку, решил я. Затем я заметил, что первая лента была не совсем пустой.


Я вытащил его из аппарата и вставил в автомобильную кассету. Раздался безошибочный звук хлопнувшей двери, затем зазвонил телефон, но ответа не последовало. Я вздохнул с облегчением. Ни я, ни машина не были неисправны. Казалось, что женщина просто не вернулась домой. На случай, если она или кто-то из ее соседей был из тех, кто замечает, я проехал на "Фиесте" вокруг квартала и поставил ее заново в явно другом месте. Я не хотел оказаться в неловком положении, вызвав саперов, потому что какой-то граждански настроенный любопытный паркер подумал , что в приемнике на полке для посылок была заминированная машина ИРА. Это случилось с Биллом в прошлом году. К счастью для него, приемник в то время был выключен. К счастью, потому что преступление заключается в использовании оборудования, а не в его обладании, на чем и специализируется закон.


Я посчитал, что возвращаться в офис все еще небезопасно, поэтому решил ткнуть палкой в осиное гнездо маленькой проблемы Алексис и посмотреть, что оттуда вылетит. Было позднее утро, когда я добрался до офиса Читама. Его услужливая секретарша сказала мне, что он на совещании, но если я соблаговолю подождать…


Я достала из сумки компьютерный журнал, который обычно ношу с собой, и остановилась на статье о наборах расширения оперативной памяти. Если я решил, что нам нужно что-то подобное, метод заключается в том, чтобы оставить журнал валяться по всему офису, открыть на соответствующей странице и ждать, пока Мортенсен, король гаджетов, набросится на него и примет его, как если бы это была его собственная идея. Никогда не подводит.


Прежде чем я смог прийти к твердому решению, дверь во внутренний офис открылась, и Читам вывел женщину, которую я видел с ним в Бакстоне. Его рука обнимала ее в той знакомой, непринужденной манере, которую люди используют с партнерами того типа, с которыми ты спишь, а не работаешь. Когда он увидел меня, он дернулся и опустил руку, как будто его ударили палкой для скота. "Мисс Брэнниган", - нервно сказал он.


Услышав мое имя, женщина, которая до этого была сосредоточена на Читаме, переключила свое внимание на меня. Она мгновенно оценила меня, от макушки моих волнистых каштановых волос до кончиков коричневых ботинок. Вероятно, она тоже недооценивала меня. Она не должна была знать, что причина, по которой на мне было достаточно косметики, чтобы читать шестичасовые новости, заключалась в том, что синяки на моей челюсти и скуле приобрели завораживающий оттенок зеленого.


Она выглядела как серьезный бизнесмен, ухоженная с точностью до дюйма искусственности. Я ненавидел ее. Наше взаимное изучение было прервано запинающимся голосом Читама: "Не хотите ли пройти, мисс Бранниган?"


Я поблагодарила их обоих кивком и прошла мимо них в его кабинет. Я не слышала, что женщина прошептала ему на ухо после того, как я прошла, но я услышала, как он сказал: "Все в порядке, Нелл. Слушай, увидимся сегодня днем, хорошо?'


"Лучше бы так и было", - подумал я, когда она ушла, даже не улыбнувшись секретарше. О людях можно многое сказать по тому, как они обращаются с офисным персоналом других людей.


Я подождал, пока Читам вернется на свой стул. Я мог видеть, каких усилий ему стоило сидеть спокойно. "Чем я могу вам помочь?" - спросил он.


"Я просто подумал, что зайду и дам вам отчет о проделанной работе", - сказал я. "Наш друг-строитель, Т.Р. Харрис, кажется, не существует. И адвокат, с которым вы, по-видимому, переписывались, тоже. " Я знал это наверняка, поскольку ознакомился со списком квалифицированных материалов в ежедневнике адвокатов.


Читам просто сидел и смотрел на меня, слегка прищурив свои влажные темные глаза. "Я не понимаю", - сказал он, пожалуй, слишком поздно.


"Ну, похоже, что Харрис использовал вымышленное имя и выдумал несуществующего адвоката с целью выманивания денег у ваших клиентов. Повезло, что мисс Эпплби случайно обнаружила, что земля уже продана, иначе все они потеряли бы гораздо больше денег ", - попытался я. Если бы он был натуралом, он бы изо всех сил старался указать мне, что они не могли потерять ни одного шиллинга, поскольку он, их прилежный адвокат, узнал бы из Земельного реестра, что земля, о которой идет речь, уже была продана или, по крайней мере, была предметом других расследований.


Он ничего из этого не сказал. Что он действительно сказал, так это то, как ему жаль, что это произошло, но теперь, когда я, казалось, все прояснил, было очевидно, что его обвели вокруг пальца так же, как и его клиентов.


"За исключением того, что, в отличие от тебя, у каждого из них нет кармана на сумму около пяти тысяч фунтов", - мягко заметил я. Он даже не покраснел.


Читам поднялся на ноги и сказал: "Я ценю, что вы сообщили мне все это", - сказал он.


Возможно, им даже придется обратиться с этим делом в Юридическое общество. У них есть страховка на случай такого рода халатности и халатности, не так ли?'


"Но я не был небрежен", - слабо запротестовал он. "Я уже говорил вам раньше, результаты поисков были чистыми. И письма от адвоката Харриса заверили меня, что, хотя у него были другие запросы, никто другой на тот момент не был в состоянии осуществить возможную покупку. Откуда мне было знать, что письма были поддельными?'


"Жаль, что вам, адвокатам, всегда приходится все оформлять письменно", - сказал я. "Всего один телефонный звонок в так называемый офис мистера Грейвса остановил бы это дело насмерть".


"Что вы имеете в виду?" - нерешительно спросил он.


Номер на фирменном бланке - это номер телефона-автомата в пабе в Рэмсботтоме. Но я полагаю, вы и этого не знали, - сказал я.


Он поспешно снова сел. "Конечно, я этого не делал", - сказал он. Он был убедителен, как член кабинета министров.


Была еще одна вещь, - сказал я. Я потряс его клетку. Теперь пришло время для блефа. "Когда я был здесь на днях, я видел, как парень зашел в ваш офис вслед за мной. У меня были еще кое-какие дела в здании, и когда я уходил, я видел, как он садился в свой фургон. Какая-то компания под названием "Реновации" или что-то в этом роде? Был немного похож на твоего друга из Бакстона, и, конечно, именно поэтому я подумал, что он строитель.'


Глаза Читама расширились, хотя он держал остальную часть своего лица под контролем. Очевидно, он был одним из тех людей, чьи глаза действительно являются окнами души. "А что с ним?" - нервно спросил он.


"Ну, мы с моим парнем только что купили старый дом в Хитон-Чапел, и над ним нужно много поработать, и я заметила, что у фургона сбоку номер Стокпорта. Я подумал, специализируются ли они на такой работе, и, если да, может быть, вы могли бы дать мне их номер? Я попробовал "Желтые страницы", но не смог их найти, - сказал я.


Рот Читама открылся и закрылся. 'I… er… Я не думаю, что они были бы тем, что ты ищешь, - пробормотал он. - Нет, совсем не для твоей проблемы. Старые амбары, вот что они делают. Преобразования, что-то в этом роде. Извините, я ... эээ… Извините.'


Удовлетворенный тем, что я поместил кошку среди голубей, а также твердо установив вину Читама в моем собственном сознании, я улыбнулся ему с сожалением и сказал: "О, хорошо, когда мы купим себе старый сарай, я буду знать, куда прийти. Спасибо, что уделили время, мистер Читам.'


Час спустя я прятался за прилавком с фруктами и овощами на крытом рынке в Стокпорте. Яркий осенний солнечный свет лился в высокие окна этого недавно отреставрированного торгового собора. Это осветило захватывающую сцену. Через переполненные проходы рынка, в маленьком кафе, Мартин Читам серьезно беседовал не с кем иным, как с Брайаном Ломаксом, он же Т.Р. Харрис.


Теперь я знал все, что мне нужно было знать. Все, что оставалось, - это некоторые доказательства.


16


Я купил пару красновато-коричневых яблок и полфунта винограда в киоске с фруктами и овощами, чтобы чем-то занять рот, пока наблюдал за разговором Читама и Ломакса. Читэм казался одновременно обеспокоенным и злым, в то время как Ломакс казался не столько напряженным, сколько нетерпеливым. Большую часть разговора вел Читам, а Ломакс кивал или качал головой в ответ, прожевывая пару пирожных "барм" и миску чипсов. В конце концов Ломакс вытер рот тыльной стороной ладони, перегнулся через стол и серьезно заговорил с Читамом.


Бывают моменты, когда я жалею, что не научился читать по губам. Или предсказывать будущее. Тогда я смог бы заранее установить радиомикрофон под столом. Как бы то ни было, я застрял в своем далеко не блаженном неведении. Все, что я мог сделать, это сесть Мартину Читаму на хвост, когда он выходил из кафе и пробирался сквозь толпу покупателей обратно к автостоянке супермаркета, где он оставил свой черный BMW. Черный BMW, который я в последний раз видел припаркованным возле дома Брайана Ломакса в субботу вечером.


Следить за ним было несложно. Он возвращался в Манчестер как человек, озабоченный чем-то другим, кроме дороги и условий движения. Ожидая, что он сразу отправится обратно в свой офис, я немного задержался, когда мы приближались к центру города, и именно тогда я чуть не потерял его. В конце Феннел-стрит, вместо того, чтобы повернуть налево к автостоянке "Блэкфрайарз", где он был припаркован тем утром, он повернул направо. Я был в трех машинах позади него и едва успел добраться до перекрестка вовремя, чтобы увидеть, как он поворачивает налево у железнодорожных арок, направляясь к Ист-Лейнс-роуд. "О, черт", - простонала я, нажимая на акселератор и проносясь по четырем полосам движения вслед за ним. "Маленький негодяй" действительно не был моим выбором для автомобильной погони. Я только надеялся, что какофония клаксонов не пробьет кажущуюся задумчивость Читама.


Его не было видно, когда я добрался до следующего ряда огней. Я был готов поспорить, что он пошел прямо, мимо Солфордского собора и университета, мимо музея с его картинами matchstick men Lowrys, которые были воспроизведены на тысячах стен среднего класса. Я оставался на средней полосе, насторожившись, чтобы хоть мельком увидеть его блестящий черный кузов. К тому времени, как я миновал грязный монолит Салфорд Тек, я начал потеть. Казалось, я потерял его. Но я не сдавался и через две мили по Восточным полосам заметил его впереди, поворачивающего налево на следующем светофоре.


К тому времени, как я включил светофор, они только что загорелись красным, что я предпочел проигнорировать, к ужасу женщины, чей Volvo я подрезал, когда сворачивал за угол. Я ободряюще помахал ей рукой, затем нажал на газ. Я подобрал Читама в четверти мили вниз по дороге. Он повернул направо, затем второй раз налево на Тамариндовую рощу, тихую улицу, где жили полузащитники в период между войнами, мало чем отличающуюся от улицы Алексис и Криса. BMW свернул на проезжую часть аккуратного экземпляра этого типа примерно на полпути вниз слева.


Я резко затормозил в маленьком красном фургончике, не выключая двигатель на случай, если он просто что-то оставлял или кого-то забирал. Читам вышел из машины, тщательно заперев ее за собой и включив сигнализацию, затем открыл ключом входную дверь. Я медленно проехал мимо дома и припарковался. Я занял позицию у задней двери, наблюдая за происходящим через одностороннее стекло окна. Я даже не был уверен, зачем я это делаю. Это началось как поиск неопровержимых доказательств того, что Читам и Ломакс сделали с моими друзьями. Но я не мог избавиться от ощущения, что происходит гораздо больше. Что это были за обновления, которые заставили Читама помчаться по дороге как ошпаренного кота, чтобы подставить своего сообщника по преступлению? И что происходило сейчас? У меня такое естественное любопытство, которое терпеть не может уступать, пока не перевернут последний камень и последний ползучий не втопчется в грязь. Я продолжал возвращаться к мысли, что, что бы здесь ни происходило, Читам был ключевым. Он знал, что я сую нос в его дела. А сообщник Читама по преступлению водил белый фургон "Транзит". По общему признанию, фургон, на котором он ехал в выходные, остался невредимым, но я подумал, что велика вероятность того, что его бизнес состоял не из одного фургона.


Если и есть более скучная работа, чем следить за кем-то, кто наслаждается комфортом собственного дома, то мне еще предстоит ее открыть. Чтобы развеять монотонность, я воспользовался своей новой игрушкой, чтобы позвонить в Центральную справочную библиотеку и попросил их проверить список избирателей по этому адресу. Читам был единственным человеком в списке. Затем я позвонила Ричарду, чтобы сообщить ему свой новый номер. На этой неделе на его автоответчике было записано, как он читает рэп под беспокойный бэк-трек: "Привет, это Ричард, извините, но меня нет, оставьте свое имя и номер, и я вам сообщу."По крайней мере, это было улучшением по сравнению с тем хриплым, чувственным выступлением, которое он проводил месяцем ранее. Я имею в виду, ты же не ожидаешь оказаться в середине грязного телефонного разговора, когда сам набираешь номер, не так ли?


Затем я сел послушать пьесу на Radio 4. Неизбежно, за пять минут до развязки, события начали происходить. Белый Golf GTi с откидным верхом остановился у дома Читама. Из-за водительской дверцы появилась коричневая туфля-лодочка, за ней последовала элегантная ножка. Появилась женщина, которую Читэм назвал Нелл, одетая в Burberry. Ее выбор автомобиля не стал неожиданностью, хотя я никогда не понимал, какое очарование Гольф-кабриолет имеет для предположительно стильных женщин. Для меня это похоже на детскую коляску, особенно с опущенным верхом.


Нелл последовала за Читамом к двери и тоже открыла ее ключом. Затем, примерно двадцать минут спустя, белый фургон Transit свернул на улицу и припарковался в паре дверей от дома Читама. Ломакс вышел, одетый в комбинезон, как механик гаража, вязаная шапочка прикрывала его волнистые каштановые волосы. Он даже не взглянул на мой фургон, когда направился прямо к входной двери Читама и нажал на звонок. У него было всего несколько секунд, чтобы подождать, прежде чем дверь открылась, чтобы впустить его. С того места, где я был припаркован, я не мог разглядеть, кто открыл дверь, но я предположил, что это был Читам.


Я думал о том, чтобы прокрасться за дом, чтобы посмотреть, есть ли какой-нибудь способ услышать или увидеть, что происходит, но это было слишком рискованно, чтобы оказаться чем-то иным, чем одной из тех дразнящих фантазий. Итак, я ждал. Сюжет становился все более запутанным, и я был бессилен что-либо с этим поделать.


Я позвонил в офис, на тот случай, если у Билла возникнут какие-то неотложные дела, которые потребуют от меня отказаться от моего скучного бдения. Не повезло. Поэтому я подначил Шелли насчет Теда Барлоу. "Значит, он пригласил тебя на свидание?"


"Я не понимаю, что ты имеешь в виду", - раздраженно сказала она. "Он просто клиент. Почему он должен приглашать меня на свидание?"


"Из тебя никогда не получится детектив, если ты будешь таким ненаблюдательным", - поддразнила я. "Так ты встречаешься с ним снова? Кроме как в приемной?"


"Он заходит насчет оранжереи", - призналась она.


"Вау!" Воскликнул я. Потрясающе! Теперь будь осторожна, Шелли. Это может быть самое дорогое свидание в твоей жизни. Я имею в виду, они недешевы, эти оранжереи. Вы могли бы просто пригласить его на воскресный ужин, знаете, на самом деле вам не обязательно позволять ему продавать вам достаточно стекла, чтобы покрыть двойным остеклением ратушу.'


"Ты понимаешь, что твои слабые попытки вывести меня из себя обходятся фирме в 25 пенсов в минуту? Положи трубку, Кейт, если тебе нечем поделиться, ” твердо сказала Шелли. "О, и, кстати, звонили из гаража, сказали, что твою "Нову" определенно списывают. Я позвонил в страховую компанию, и оценщик приедет посмотреть на нее завтра".


По какой-то причине мысль о новой машине не взволновала меня так сильно, как должна была бы. Я поблагодарил Шелли, нажал кнопку "отбой" на телефоне и мрачно уселся наблюдать за домом Читама. Примерно через час после того, как он приехал, Ломакс появился на пороге, сражаясь с большой картонной коробкой, которая, казалось, была полна бумажников и отрывных листов. Он загрузил их в свой фургон, затем уехал. Я решил, что более важно или, по крайней мере, интереснее следить за Ломаксом и газетами, чем продолжать наблюдать за домом снаружи.


Я подождал, пока он завернет за угол, прежде чем пуститься в погоню. Высота его фургона позволяла мне легко держать его в поле зрения, пока он пробирался сквозь дневной поток машин. Мы проехали через Суинтон и срезали дорогу к Экклсу. Ломакс свернул на улицу, застроенную убогими домами с террасами, и остановился перед одним из них, окна первого этажа которого были заколочены досками.


Ломакс отпер дверь, затем вернулся за объемистой коробкой. Он захлопнул за собой дверь и оставил меня сидеть, наблюдая за внешним видом другого дома.


Я потратил на это полчаса, а затем решил, что ничего не добился. Я решил заскочить в дом Читама, чтобы посмотреть, не происходит ли чего, а затем вернуться к другому месту моего наблюдения, чтобы посмотреть, не идут ли записи с чем-нибудь интересным. Когда я поворачивал на улицу, от которой отходила Читамс-роуд, я слишком спешил и чуть не столкнулся с Peugeot. К своему удивлению, проезжая мимо, я понял, что это Алексис. Непривычная видеть меня за рулем фургона вместо моей обычной машины, она, очевидно, не заметила, что водителем, которого она чуть не сбила , был я. Я надеялся, что она не была в доме Читама, высказывая ему свое мнение. Это было последнее, что мне сейчас было нужно.


Скорее всего, она по горячим следам придумала какую-нибудь историю, чтобы пощекотать своих читателей. В том, что она вела машину так, как будто была единственным человеком на дороге, не было ничего необычного. Как и большинство журналистов, она действует по принципу, что ужасные дорожно-транспортные происшествия, о которых они все сообщают, происходят только с другими людьми.


Гольф исчез из-за дома в Тамариндовой роще. BMW Читама все еще стоял возле гаража, но в доме не горел свет, хотя снаружи было достаточно темно, чтобы уличные фонари горели оранжевым. Скорее всего, Читама куда-то увезла прелестная Нелл. Что означало, что дома, вероятно, никого не было.


Чтобы быть вдвойне уверенным, я получил его номер из справочной. Телефон прозвонил четыре раза, затем включился автоответчик. "Извините, я не могу ответить на ваш звонок прямо сейчас ..." И все остальное. Это не было положительным доказательством того, что в доме никого не было, но я подумал, что Читам сейчас слишком напряжен, чтобы игнорировать свой телефон.


Я не мог сопротивляться этому. Через несколько минут я сменил свою деловую одежду на спортивный костюм и кроссовки Reeboks из сумки, которую снял со своей разбитой Nova. Я добавил пару тонких латексных перчаток, на всякий случай. Я достала из сумочки швейцарский армейский нож, мощный карманный фонарик, просроченную кредитную карточку, набор ювелирных инструментов, которые одновременно служат отмычками, и миниатюрную камеру. Все то, без чего девушка никогда не должна быть. Убедившись, что улица пуста, я выскользнула из фургона и пошла по мощеной дорожке, которая вела сбоку от дома Мартина Читама. К счастью, хотя коробка со звонком на фасаде дома указывала на наличие охранной сигнализации, он не вложил деньги в инфракрасное освещение, как рекомендовали Мортенсен и Бранниган.


Сад за домом был обнесен семифутовым забором, и полумрак усугублялся густыми кустарниками, которые отбрасывали странные тени на мощеную площадку, на которой располагалось неизбежное кирпичное барбекю. Не было никаких признаков света через пару дверей патио, которые вели в сад, поэтому я осторожно включил свой фонарик. Я заглянул в столовую со странно старомодным видом.


Я выключил фонарик и осторожно двинулся через внутренний дворик к кухонной двери. Это была прочная дверь человека, который серьезно относится к мерам безопасности. Итак, я был довольно удивлен, увидев, что верхняя часть кухонного окна приоткрыта. Я прошел мимо двери и взглянул на окно. Она была открыта на пару щелей, и хотя она была слишком мала, чтобы позволить кому-либо войти, она предоставляла возможности.


Я посветил фонариком в окно, осветив ничем не примечательную кухню из сосны, заставленную бытовой техникой, вазой с фруктами, полкой для овощей, сушильной доской, полной сухих тарелок, полкой с кулинарными книгами, подставкой для ножей и набором банок и бутылок. Это больше походило на стол на распродаже автомобильных багажников, чем на кухню.


Дверь, ведущая из кухни в холл, была приоткрыта, и я слегка сдвинулся, чтобы луч моего фонарика скользнул по комнате. Оказавшись между лучом моего фонаря и отблеском уличного фонаря впереди, я мог видеть тело женщины, медленно извивающееся круг за кругом, круг за кругом.


17


Следующее, что я помнил, я сидел на корточках во внутреннем дворике, моя спина была прижата к стене так сильно, что я мог чувствовать текстуру кирпичной кладки у себя на голове. Я не знал, как я там оказался. Мой фонарик был выключен, но вид болтающегося трупа все еще заполнял мое зрение. Я зажмурил глаза, но образ тела, висящего в воздухе, все еще был отчетливо виден. Это звучит бессердечно, но я был возмущен. Я не занимаюсь трупами. Я занимаюсь промышленным шпионажем, мошенничеством и воровством для белых воротничков. Желание свернуться в маленький плотный комочек было почти непреодолимым. Я знал, что должен убираться оттуда к черту и вызвать полицию, но я не мог заставить свои конечности пошевелиться.


Это выглядело как открытое и закрытое дело. Женщина по имени Нелл приехала ранее днем; теперь в доме был труп женщины, а ее машина пропала. Для меня это означало, что Читаму предъявят обвинение в убийстве, а не в мошенничестве. В любом случае, он не стал бы снова в спешке заниматься адвокатской практикой. Но Ломакс, с другой стороны, почти наверняка дожил бы до того, чтобы обмануть в другой раз. Все, что ему нужно было сделать, это все отрицать и обвинять во всем Читама.


Я с трудом поднялась на ноги. Я хотела, чтобы Ричард был со мной. Не потому, что от него была бы какая-то практическая польза, а потому, что он отговаривал бы меня от того, что я собиралась сделать. Я знала, что это безумие, знала, что иду на такой глупый риск, что Билл серьезно поссорится со мной. Но я зашла так далеко, и я не могла остановиться сейчас. Если были какие-либо доказательства того, что происходило, я хотел хорошенько рассмотреть их, прежде чем полиция наложит на них арест. Как неоднократно отмечал Ричард, я разделяю теорию языка с неправильными глаголами; я опытный исследователь, у вас здоровое любопытство, она / он любознательный исследователь.


Я сделала глубокий вдох и изучила кухонное окно, старательно отводя глаза от дверного проема, ведущего в холл. Если бы я мог добраться до него, я подумал, что мог бы дотянуться до открытого окна и отодвинуть защелку на боковой секции, которая была бы достаточно большой, чтобы позволить мне забраться внутрь. К сожалению, подоконник был недостаточно широк, чтобы на нем можно было стоять, и не было удобной приставной лестницы. Единственными предметами, которые можно было переносить дистанционно, были тщательно уложенные кирпичи круглого барбекю. Они не были скреплены цементным раствором, а просто собраны, как детские строительные кубики.


Со вздохом я начал перекладывать кирпичи, чтобы соорудить платформу под окном. Я был благодарен за латексные перчатки; без них мои руки были бы в клочья. Не потребовалось много времени, чтобы соорудить импровизированный набор ступенек, которые подняли меня достаточно высоко, чтобы просунуть руку внутрь незакрепленного окна. Мои кончики пальцев едва касались верхней части оконной защелки. Я вытащил и раскрыл лезвие моего швейцарского армейского ножа, который выглядит так, как будто его единственное назначение - удалять бойскаутов с лошадиных копыт. На конце у него что-то вроде загнутого выступа и почти наверняка есть какое-нибудь причудливое название вроде "расцепитель втулок cordwangler".


Выдвинув лезвие, я смог щелкнуть защелкой вверх. Я толкнул окно на себя, и оно распахнулось. Я шагнул к кухонной раковине и закрыл за собой оба окна. Я поискал на сушилке тряпку, затем тщательно протер подоконник и раковину, чтобы удалить любые очевидные следы моего проникновения. Последнее, чего я хотел, это быть арестованным за убийство. Что я действительно делал, так это оттягивал момент, когда мне придется столкнуться лицом к лицу с болтающимся телом Нелл. Должно быть, она подвешена к перилам, понял я, когда собрался с духом, чтобы пройти через дверной проем.


Я вышел в коридор, стиснул зубы и включил фонарик. Тело все еще томно извивалось на каком-то слабом сквозняке. Собравшись с духом, я начал с пола и двинулся вверх. Коричневые туфли-лодочки, похожие на те, что я видела, выходя из гольфа пару часов назад, лежали на боку на простом овсяном берберском ковре, как будто их случайно сбросили. Его партнер находился на левой ноге тела. Лодыжки были связаны вместе неуместным шелковым шарфом Liberty. Шарф был завязан скользящим узлом, который затянулся так, что врезался в плоть над костями лодыжки. На ней были прозрачные чулки темно-коричневого цвета. Мне они показались шелковыми. Я мельком заметил подтяжки под пышной, кружащейся юбкой. Нижнего белья я не увидел. Запах заставил меня обрадоваться этому. Мой взгляд переместился вверх, на шелковую тунику, стянутую на талии плетеным кожаным поясом с позолоченными заклепками, как у стилизованной кожаной королевы. Стройные ноги были согнуты в коленях, удерживаемые на месте другим шарфом, который был привязан к поясу.


Запястья были связаны перед телом другим шарфом, застегнутым, как у невинной Дорис Дэй в фильме пятидесятых годов. Снова использовался скользящий узел. Это было похоже на причудливую сексуальную фантазию, как в фильмах "Снафф". Я старался не смотреть слишком пристально на вязь, но было очевидно, что женщина была повешена на веревке из шелковых шарфов. Я закрыл глаза, тяжело сглотнул и заставил себя посмотреть на лицо.


Это была не Нелл.


Ни при каком напряжении воображения это опухшее, налитое кровью лицо не было тем же самым, которое я видел в Бакстоне, а позже в офисе Читама. Снизу было трудно сказать больше, чем это, но волосы выглядели странно асимметричными. Единственное ухо, которое я мог видеть, было зловещего синевато-фиолетового цвета, а кожа лица была странного цвета. В ужасе, но странно очарованная, я обошла тело, чтобы подняться по лестнице, чтобы лучше видеть. В пяти шагах от верха пролета я оказалась почти на одном уровне с вытаращенными глазами. Точки крови усеяли белки глаз. Я старался думать об этом не как о человеческом существе, а просто как об улике. Вблизи было ясно, что каштановые волосы были париком. Что также было ясно, несмотря на отвратительное искажение черт лица и густой грим, так это личность трупа. Именно тогда я потерял это.


Я плеснула холодной водой себе в лицо, резко втянув воздух, когда она попала. Я вытерлась туалетной бумагой, затем спустила ее в туалет. Затем я снова спустил воду в туалете, в шестой раз с тех пор, как потерял свой обед. То, что ты параноик, не означает, что судмедэксперты не возьмутся за тебя. Я в последний раз протерла унитаз, затем снова спустила воду, молясь, чтобы на повороте не осталось никаких следов моей реакции на то, что я обнаружила Мартина Читама, свисающего с перил, одетого в женскую одежду.


Я закрыл крышку унитаза и сел на нее. Это был всего лишь мой второй труп за всю историю, и к обнаружению, казалось, нужно было немного привыкнуть. Голос мудрости и самосохранения говорил мне убираться оттуда как можно быстрее и подождать, пока я не окажусь в другом округе, прежде чем звонить в полицию. Кровожадный голос с другой стороны моего мозга напомнил мне, что у меня никогда не будет другого такого шанса докопаться до сути того, что привело к такому повороту событий. Я не мог поверить, что Читам покончил с собой, потому что думал, что я раскрыл его нечестность при продаже земли. Должно было быть что-то еще.


Я заставил себя выйти из ванной и вернуться на лестничную площадку. "Это не человек", - продолжал я повторять вслух сам себе, как будто это могло меня убедить. Я стоял на лестничной площадке, над перилами, где тело Читама было подвешено на веревке из шелковых шарфов. Отсюда это выглядело не так ужасно, хотя под этим углом я могла видеть то, что было скрыто снизу, - у него была эрекция. Я заставила себя наклониться и коснуться кожи лица. Не было заметной разницы в температуре между моей рукой и трупом. Я недостаточно разбирался в судебной медицине, чтобы понять значение этого.


Я повернулся спиной к телу и начал поиски. Первая комната, в которую я вошел, очевидно, была комнатой для гостей. Она была тускло освещена светом уличных фонарей. Комната была чистой и аккуратной, но, опять же, странно старомодной, как комната в доме моих родителей. Шкаф был пуст, если не считать белого смокинга, парадных брюк и пары вечерних рубашек с оборками. Комод был пуст, если не считать полотенец в нижнем ящике. На всякий случай я сняла со стены безвкусную акварель с изображением Озерного края. Я не мог придумать никакой причины хранить это, кроме как для того, чтобы спрятать в сейф. Не повезло.


Следующая спальня казалась более многообещающей. Из нее открывался вид на сад, поэтому я рискнула задернуть тяжелые, до пола, ситцевые шторы и включить свет. Зеркальные шкафы по всей длине дальней стены вдвое увеличивали кажущийся размер комнаты. Кровать королевских размеров занимала большую часть другой стены. Простой зеленый пододеяльник выглядел помятым, как будто на нем кто-то лежал. На полу у кровати лежал открытый журнал. Я присел на корточки и изучил его, осторожно переворачивая страницы. Это была садомазохистская порнография такого рода, которая заставляет меня чувствовать себя так, что я присоединяюсь к Мэри Уайтхаус и Моральному большинству. Ключевые страницы появились как раз перед той, что лежала открытой на полу. На них была иллюстрированная история о человеке, который получил удовлетворение, притворившись, что повесился.


Когда я сидел там на корточках, чувствуя себя испачканным, просто смотря порно, по странному контрасту я заметил, что постельное белье все еще пахло свежестью и чистотой. Я внимательно осмотрел подушки, затем обошел кровать с нетронутой стороны, где приподнял пуховое одеяло: ни выбившихся волосков, ни складок на простыне, ни углублений в подушках. Может, у меня и не было большого опыта самоубийств, но я не мог представить, чтобы кто-то менял постельное белье до того, как переоденется. Повинуясь интуиции, я прошел через комнату к плетеной корзине для белья. В нем были две рубашки, две пары носков, две пары боксерских трусов и банное полотенце. Но никаких простыней, наволочек или пододеяльника. Все любопытнее и любопытнее.


Я начал со шкафов. В первом обнаружилось с полдюжины деловых костюмов и пара дюжин рубашек, все от Marks & Spencer. На полке для обуви внизу стояла смесь официальной и повседневной обуви. С внутренней стороны двери была прикреплена вешалка для галстуков, демонстрирующая вкус к галстукам столь же экзотическим, как у владельца похоронного бюро. В следующем разделе была одежда для отдыха – рубашки поло, рубашки для регби, джинсы, все тщательно отглаженное и развешенное. Следующий блок замаскировал башню из ящиков. Футболки, нижнее белье, носки, свитера, спортивные штаны, все аккуратно сложено стопками.


Последние две секции, похоже, были двойным шкафом, и они были заперты. Замок отличался от хлипких замков на других дверях, и ключи к ним не подходили. Я задумался, где же связка ключей Читама, и вернулся к ящику в прикроватной тумбочке. Там были бумажник и связка ключей, но не ключ от шкафа. О радость, о восторг. Ничего другого не оставалось. Мне пришлось бы попробовать взломать замок, и быть осторожным, чтобы все не выглядело так, будто кто-то попробовал это сделать.


Я достал тонкие инструменты и осторожно начал прощупывать внутреннюю поверхность замка узкой гибкой полоской металла. От одной мысли о том, чтобы вскрыть замок, у меня вспотели руки в тонких перчатках. Я начал копаться в том, что, как я надеялся, было разумным приближением к тому, чему научил меня мой друг Деннис. Через несколько минут, которые показались мне часами, мой зонд встретил сопротивление, свидетельствующее о некоторой уступчивости. Молясь, чтобы лента, которую я использовал, была достаточно прочной, я повернул ее. Раздался щелчок, и двери медленно открылись в мою сторону.


Я мог понять, почему Мартин Читам не хотел, чтобы их открывали случайные ищейки. Это была последняя вещь, которую вы ожидали бы найти в гардеробе специалиста по перевозкам. На вешалках висела дюжина шикарных нарядов, каждый в прозрачной пластиковой оболочке. Они варьировались от коктейльного платья с пеной из разноцветного тюля и пайеток до элегантного делового костюма с юбкой-карандашом. Там также были макинтош и пальто с запахом верблюжьей шерсти. На вешалке у двери висела экзотическая коллекция шелковых шарфов от Hermes до индийских в стиле хиппи. Комод с выдвижными ящиками занимал нижнюю часть половины гардероба. Верхний ящик был заполнен удивительной и роскошной коллекцией женского нижнего белья как из шелка, так и из кожи. Поверьте мне, я имею в виду "дам". Во втором ящике лежал ассортимент протезов из пенопласта и силикагеля, которые мне удалось разделить на три категории: груди, бедра и ягодицы. В нем также было больше косметики, чем у меня когда-либо было, даже когда я была подростком-экспериментатором, и набор накладных ногтей.


Нижние ящики были заполнены причудливым набором ремешков, зажимов и неопознанных кусочков кожи с пряжками и заклепками. Я даже не хотел начинать представлять, как все они вписывались в странный мир сексуальной жизни Мартина Читама. Там также была пара вибраторов, один такой большой, что у меня слезились глаза при одном взгляде на него. Однако больше не было журналов, подобных тому, что лежал у кровати. Я захлопнула ящики и сосредоточилась на менее угрожающем содержимом шкафа. В самом низу была полка с обувью и соответствующими сумочками. Одни они, должно быть, стоили большую часть пары тысяч.


Я взяла первую сумку, мягкую черную сумку из итальянской кожи, за которую Алексис убила бы. Шальная мысль заставила меня вздрогнуть. Алексис! Я совершенно забыл о нашей близкой встрече в конце пути! Она не могла иметь ко всему этому никакого отношения. Я знал, что она не могла, но маленький предательский голосок в моей голове продолжал говорить: "Ты этого не знаешь. Возможно, она просто подтолкнула его к краю.' Я энергично потряс головой, как собака, выныривающая из реки, и продолжил свои поиски.


Третья спальня, немногим больше кладовки, была оборудована под офис, со старым потрепанным шкафом для хранения документов, потрепанным деревянным письменным столом и самым простым компьютером, совместимым с тем, что был в его кабинете, чтобы он, предположительно, мог приносить вещи домой. Быстрый поиск показал, откуда Ломакс взял свои документы. Три из четырех ящиков в картотечном шкафу были пусты. В четвертой была всего пара папок, заполненных тем, что казалось личными квитанциями, счетами по кредитным картам и разного рода мусором, который накапливается у каждого домовладельца. Я быстро просмотрел пару коробок, не найдя ничего интересного.


На столе было еще меньше того, что можно было предложить. В ящиках лежали только бумага, конверты и причудливая смесь всякой всячины, которая всегда заполняет по крайней мере один ящик на каждом рабочем месте. Интересно было то, чего там не было. В помещении не было ни одного гибкого диска, серьезное упущение, учитывая, что компьютер в домашнем офисе Читама не имел жесткого диска. Другими словами, сам компьютер не имел постоянной памяти. Каждый раз, когда это включалось, это было похоже на чистый лист бумаги. Я подозревал, что если Ломакс удалил диски, что это было сделано без разрешения или сотрудничества Читама, поскольку, если он пытался избавиться от компрометирующих материалов, не было никакой причины, по которой он также чувствовал бы необходимость удалить программы, необходимые для работы компьютера.


Размышляя об этом, я закончил обыск в офисе и спустился вниз, стараясь не смотреть на тело. Войдя в гостиную, я посмотрел на часы. Я был в доме чуть меньше часа. Я действительно не мог позволить себе задерживаться здесь дольше. Все, что было нужно, это чтобы Нелл или Ломакс вернулись и нашли меня здесь.


Так получилось, что мне не потребовалось много времени, чтобы завершить поиски, и я оказался на кухне, где, кстати, ни в стиральной машине, ни в сушилке не было постельного белья. Самой полезной вещью, которую я нашла, был запасной комплект ключей в ящике для столовых приборов. Выходя через заднюю дверь, я испытала огромное чувство антиклимакса. Напряжение, которое держало меня вместе, внезапно рассеялось, и я почувствовал слабость в коленях. Каким-то образом я нашел в себе силы заменить кирпичи чем-то, напоминающим правильную конструкцию барбекю, затем я прокрался обратно вокруг дома на улицу, убедившись, что никого не видно, прежде чем вернуться к фургону. Я мог только надеяться, что, когда соседи услышат о смерти Читама, никто из них не вспомнит никаких подробностей о странном фургоне, припаркованном через несколько дверей от его дома.


В кои-то веки я поехал домой на законопослушной скорости. Именно пробки стали причиной моего падения. По дороге домой мне пришлось проехать мимо зерновой биржи, и когда я подъезжал к Кейтитон-стрит, все резко остановилось. Огни у подножия холма Шуде погасли, и возникший в результате хаос в час пик привел к остановке в центре города. Это показалось мне знаком богов, поэтому я съехал с главной дороги на Хангинг-Дитч и припарковал фургон.


Пять минут спустя я был в офисе Мартина Читама.


18


Совет Кейт Бранниган по кражам со взломом № 3: Всегда грабьте офисы в светлое время суток. Люди замечают свет в офисах ночью. А люди, которые замечают свет в офисах, который не должен гореть, имеют неприятную привычку быть сотрудниками службы безопасности. Однако правила созданы для того, чтобы их нарушать, и, кроме того, я был не первым несанкционированным посетителем офиса Мартина Читама.


Это было очевидно по сейфу. Репродукция водяных лилий Моне, которая покрывала его во время моего предыдущего визита, лежала на полу, в то время как дверца сейфа была приоткрыта. С разочарованным вздохом я заглянул внутрь. Я нашел именно то, что ожидал. Ничего.


Я оглядел комнату с чувством, близким к отчаянию. Здесь было достаточно бумаги, чтобы самый непопулярный детектив-констебль в полиции был занят в течение месяца. Кроме того, я не был уверен, что найду что-нибудь поучительное. Я все еще возлагал надежды на компьютерные файлы Читама, особенно с тех пор, как у него был сканер такого типа, который позволил бы ему импортировать копию любого документа прямо на свой компьютер. Быстрая проверка стола выявила то же отсутствие дисков, которое я заметил дома. Но здесь было одно отличие. На компьютере, стоявшем на столе, был жесткий диск. Другими словами, были шансы, что мастер-копия материала на украденных дисках постоянно хранилась в машине передо мной.


Это было последнее средство, поэтому я сделал очевидное. Я включил компьютер. Он автоматически загрузил системные файлы. Затем появилось приглашение, требующее ввода. Я попросил компьютер показать мне заголовки, под которыми он хранит данные. В следующем списке я заметил пару знакомых названий программного обеспечения - пакет текстового редактора, электронную таблицу и программу учета. Остальная часть списка, вероятно, была файлами данных. Сначала я загрузил пакет текстовой обработки, который позволил бы мне читать файлы данных, затем я попробовал использовать каталог под названием WORK.C. Похоже, это была вся переписка плюс детали сделок с недвижимостью, которые в настоящее время обрабатываются. Файлы были разделены в зависимости от того, действовал ли Читам от имени продавца или покупателя и на какой стадии он находился. Это было невероятно скучно.


Следующий каталог, который я попробовал, назывался WORK.L. Когда я попытался получить к нему доступ, ничего не произошло. Я попробовал еще раз, и ничего не произошло. Я попробовал один или два других способа попасть в каталог, но на нем явно была какая-то блокировка доступа. В отчаянии я снова обыскал ящики Читама в поисках нацарапанного где-нибудь единственного слова, которое могло бы быть паролем к каталогу, но безуспешно. Я знал, что при наличии времени мы с Биллом могли бы взломать скрытые файлы в заблокированном каталоге, но время было единственной вещью, в наличии которой я не был уверен.


Какого черта? Я уже столько раз рисковал, что значит еще один? Закрыв за собой дверь на защелку, я вышел из офиса Читама и вернулся к фургону. Я открыл сейф, приваренный к полу, и достал наш офисный портативный компьютер. Это портативное устройство, более совместимое со своими настольными аналогами, чем любая известная мне супружеская пара. Оно может хранить эквивалент шестидесяти романов. Я вернулся на Кукурузную биржу с толстым портфелем, изо всех сил стараясь выглядеть беспечным, и каким-то чудом незамеченным вернулся в офис Читама.


Среди постоянного программного обеспечения на жестком диске нашего портативного устройства была программа, которая могла быть разработана для подобных ситуаций. Это специальный набор для передачи файлов, который используется для высокоскоростной передачи данных между портативными и настольными компьютерами. Я размотал провод, который должен был сформировать физическую связь между двумя машинами, и подключил его с обоих концов. Я включил свою машину и загрузил программное обеспечение.


Программа отправляет по сети очень сложную коммуникационную программу, которая затем используется для "кражи" файлов с целевого компьютера. Большим преимуществом использования этих наборов является то, что вы не оставляете следов на компьютере, на который совершили набег. Сам процесс также часто обходит любой пакет безопасности, установленный оператором целевого ПК. Последнее преимущество заключается в том, что он чрезвычайно быстрый. Через десять минут после возвращения в офис Читама я был готов выйти за дверь с содержимым WORK.C и WORK.L прочно обосновался на моем собственном жестком диске.


Сначала мне нужно было сделать всего пару вещей. Я поднял телефонную трубку и позвонил в свой любимый китайский ресторан, чтобы заказать еду навынос. Затем я позвонил на коммутатор полиции Большого Манчестера. Я спокойно сказал оператору, который ответил, что по адресу Тамариндовая роща, 27, найдено мертвое тело, и повесил трубку.


Движение начало рассасываться, и пятнадцать минут спустя я забрал свой китайский. Я только припарковал фургон на подъездной дорожке к своему бунгало, когда вспомнил, что не проверил записи с камер наблюдения. У меня было два варианта. Либо я могла пойти в дом и съесть свою китайскую еду, предпочтительно с Ричардом, затем, как только я почувствую себя комфортно и расслаблюсь, я могла бы дотащиться до Стокпорта и заняться бизнесом. Или я мог бы уйти сейчас и надеяться, что не было ничего, что потребовало бы моего присутствия там всю ночь. Будучи тем, кого Ричард назвал бы скучным старым пердуном, я решил закончить дневную работу до того, как успокоюсь. Кроме того, мои синяки болели, и я знала, что если я утону в комфорте собственного дивана, то, возможно, никогда больше не встану, разве что для того, чтобы залезть в горячую ванну.


Поездка в Стокпорт была пыткой китайским ароматом. Нет ничего хуже запаха горячего кислого супа и ребрышек с солью и перцем, когда в желудке ничего не осталось с завтрака, и ты не можешь их есть. Что еще больше расстраивало, так это то, что в моем милом маленьком застолбленном домике никого не было дома. И, согласно моему жучку, дома тоже никого не было. Телефон зазвонил еще пару раз, и это была общая сумма моей незаконной слежки.


Когда я наконец вернулся домой, предложение разделить мою китайскую трапезу отвлекло Ричарда от пиратской радиостанции "бхангра", которую он слушал во время дежурства. Иногда я думаю, что его работа даже хуже моей. Я ввел его в курс своих приключений, что придало ужину пикантности, о которой даже китайцы никогда не думали.


"Значит, он сам себя обыграл? Или это была одна из тех подлых смертей в результате несчастного случая на сексуальной почве?" - спросил он, изображая журналиста бульварной хроники, пока ковырялся в свинине в соусе, чтобы добраться до ростков фасоли внизу.


"Похоже на то. Но я не думаю, что он это сделал ”, - сказал я.


"Почему это, Суперслейт?"


"Коллекция мелочей, которые по отдельности незначительны, но взятые вместе, заставляют меня чувствовать себя очень неловко", - ответил я.


"Хочешь пропустить это мимо ушей? Посмотрим, не плод ли это твоего воображения?" Предложил Ричард. Я знал, что он на самом деле имел в виду: поскольку ты слишком хорошо воспитан, чтобы говорить с набитым ртом, это означает, что у меня будет больше. Я изящно сдалась, потому что он был совершенно прав, я действительно хотела проверить, что мои подозрения имели под собой какое-то реальное основание.


"Хорошо", - сказал я. "Пункт первый. Я принимаю Нелл за подружку Мартина Читама, судя по языку тела в тех двух случаях, когда я видел их вместе. Она была в доме минут двадцать, максимум тридцать, прежде чем приехал Ломакс. Теперь, если она и Читам занимались этим вместе, это могло бы объяснить, почему он был в своей одежде. Но если они были заняты небольшой любовью, что происходило с Ломаксом и файлами?'


"Может быть, он просто прокрался внутрь и угощался сам", - предположил Ричард.


"Нет, у него не было ключа. Кто-то впустил его, но я не мог видеть, кто. Я убежден, что Ломакс удалил файлы без содействия Читама".


"Почему?" Спросил Ричард.


"Потому что, если бы Читам просто пытался вывезти компрометирующие улики из помещения, он бы только выбросил диски с данными на. Он бы не выбросил диски с программами, потому что знал бы достаточно, чтобы понять, что компьютер без дисков вообще намного подозрительнее, чем компьютер с одним программным обеспечением и без данных, - объяснил я. Ричард кивнул в знак согласия.


Кроме того, постельное белье было чистым. Его меняли с тех пор, как на кровати в последний раз спали или трахались. И постельного белья не было ни в корзине для белья, ни в стиральной машине, ни в сушилке. Так где же грязные простыни? Теперь, если бы Читам и Нелл обнимались, или что там делают садомазохисты-трансвеститы в постели, на постельном белье были бы следы ее присутствия в ходе судебно-медицинской экспертизы. В наши дни каждый телезритель знает о подобных вещах. Так что, если бы она и Ломакс действительно убили Читама и хотели, чтобы это выглядело как случайная смерть во время какой-нибудь причудливой сексуальной фантазии, им пришлось бы обставить это так, будто он был наедине со своим непристойным журналом. И это единственное объяснение, которое я могу найти.'


"Может быть, у него есть уборщица, которая приходит и забирает его белье домой с собой", - предположил Ричард, поделившись собственной фантазией.


“Возможно, но я так не думаю. В корзине для белья в спальне была грязная одежда. Тогда есть еще один момент, касающийся компьютеров. Кто бы ни вскрыл сейф в офисе и забрал оттуда диски, это был не сам Читам.'


"Что заставляет тебя так говорить?" - спросил Ричард. "Я имею в виду, если бы он начал немного нервничать из-за твоего ковыряния, разве он не попытался бы избавиться от чего-нибудь компрометирующего?"


"Можно так подумать. Но это был его компьютер. Кто бы ни убирал улики, это был кто-то, кто не понимал, что диски были всего лишь резервными копиями того, что было на жестком диске. Они ничего не поняли о жестком диске, потому что оставили на нем данные.'


Ричард покачал головой. "Я не знаю, Бранниган. Все это немного неубедительно. Я имею в виду, с тех пор как ты раскрыл убийство Мойры весной, тебе повсюду мерещатся подозрительные смерти. Посмотри, как ты завелся из-за того клиента, который умер после того, как изменил завещание, и оказалось, что у него годами было больное сердце, в этом нет ничего подозрительного.'


"Но это подозрительно, даже ты должен это признать", - запротестовал я.


"Я мог бы дать вам объяснение, которое охватывало бы факты", - сказал Ричард, накладывая себе последние вонтоны с креветками.


"Тогда продолжай", - бросил я вызов, убежденный, что смогу разгадать любую теорию, которую мог придумать его извращенный ум.


Ричард проглотил набитый рот, откинулся на спинку стула и протер очки в пародии на ученых академиков, которые разглагольствуют по телевизору. "ХОРОШО. У него была эта разборка с тобой, после чего он помчался на встречу с Ломаксом. В результате всего этого он действительно взвинчен, но он думает, что прекрасно справился с этим и заслуживает удовольствия. Итак, он договаривается, что как-там-ее-зовут, подружка, собирается зайти, чтобы немного развлечься после обеда. Теперь, из того, что вы рассказали мне о его маленькой сокровищнице, кто знает, что вытворяет эта парочка, когда они отрываются? Просто предположим, что он устроил эту сцену, чтобы завести ее – он весь переоделся в драг, связан и притворяется, что вешается, когда она приходит. Только ситуация выходит из-под контроля, и он срывает ее. Пока все в порядке?'


Я неохотно кивнул. Конечно, у Читама было достаточно времени наедине с домом, чтобы этот сценарий был осуществим. "Хорошо", - вздохнул я.


"Итак, какой была бы ваша реакция, если бы вы пришли в дом своего парня и обнаружили его мертвым, висящим на перилах в платье?" Особенно, если бы вы знали, что он занимался каким-то проституционным бизнесом, который должен был выйти на первое место теперь, когда он снял свои сабо? Помни, насколько тебе известно, прекрасная леди может быть по уши втянута в его маленькие интриги. Ты бы хотела прикрыть свою спину, не так ли? - Он одарил меня своей улыбкой, той самой, из-за которой я в первую очередь попал в эту переделку.


"Ты бы действительно хотел", - признал я.


Итак, Ломакс появляется, как гром среди ясного неба, и они вдвоем вычищают все, что может быть хоть как-то связано с мелкими вымогательствами Читама. Ломакс уходит со всеми компрометирующими документами и как-ее-там?.. Он вопросительно посмотрел на меня.


"Нелл", - подсказал я ему.


“Да, Малышка Нелл, как я мог забыть?"


Сейчас не время для непристойных песен в регби, - сказал я.


"Неправильный спорт, Бранниган. Ты никогда не будешь ходить один - это больше моя скорость, чем Мяч Кирримьюра. В любом случае, как вы так правильно заметили, в наши дни любому дураку известно, что криминалисты могут обнаружить Маленькую Нелл не только на месте преступления, но и в кровати, если они трахались в ней с тех пор, как в последний раз меняли простыни. Она ничего не делает, кроме как снимает грязное белье, чтобы она могла постирать его наедине. Тем временем Ломакс спускается в офис Читама, опустошает сейф и уносит его на цыпочках вместе с компьютерными дисками в офисе. Заделайте в нем дыры. ” - торжествующе закончил он.


Я на мгновение задумался об этом, затем вскочил на ноги. "Держите все", - сказал я по пути в свою свободную комнату, которая одновременно служит кабинетом и компьютерным залом. Я вытащила книгу по судебной медицине, написанную для популярного рынка, которую Ричард купил мне на день рождения в качестве шутки. Я провела пальцем по указательному и перешла к разделу о температуре тела. "Понял!" - крикнул я. В дверях появился Ричард, выглядевший удрученным. Я указал на соответствующее предложение: "Эмпирическое правило, применяемое патологоанатомами, заключается в том , что одетое тело будет охлаждаться на воздухе со скоростью от двух до пяти градусов по Фаренгейту в час", - говорится здесь, - сказал я. "И когда я дотронулся до него, он был той же температуры, что и я, почти такой же, черт возьми. Он ни в коем случае не был на четыре-десять градусов холоднее меня, чем он должен был быть, если бы умер, как вы предположили.'


Ричард взял у меня книгу и прочитал соответствующий раздел. Как обычно, журналист в нем взял верх, и он обнаружил всевозможные захватывающие вещи, о которых ему просто нужно было прочитать. Предоставив ему заниматься этим, я начала убирать остатки ужина. Я только что выбросила контейнеры из фольги в мусорное ведро, когда он появился снова, размахивая книгой с видом чистого триумфа.


"Тебе следовало продолжать читать", - ханжески сказал он. Тогда ты не рассказала бы мне и половины истории. Смотри, - добавил он, указывая на абзац на следующей странице.


"Как правило, при смерти от удушья повышается температура тела. Это необходимо учитывать при оценке времени смерти, и, как известно, в некоторых исторических случаях это приводило к путанице", - прочитал я. "Чушь собачья", - сказал я. "О'кей, ты победил", - вздохнул я. "Я позволяю своему воображению разыграться".


"Так ты принимаешь мою теорию?" Спросил Ричард с выражением полного недоверия на лице.


"Наверное, да", - признал я.


В этом есть одна хорошая вещь, - сказал он. "Я имею в виду, я знаю, что только что лишил тебя всего азарта погони за убийцей, но посмотри на это с другой стороны. Это выводит Алексис из-под подозрения.'


"Я ни на секунду не думал, что с ней что-то не так", - холодно солгал я.


"Конечно, ты этого не делал", - сказал Ричард, широко подмигнув. "В любом случае, теперь, когда я избавил тебя от всей работы по поиску убийцы, получу ли я награду?"


Я проверила свое тело на наличие синяков и скованности. Я начинала заживать, в этом не было сомнений. Я прижалась к теплу Ричарда и пробормотала: "У тебя или у меня?"


19


Выпученные глаза пристально смотрели на меня, синие губы шевелились, произнося какое-то сообщение, которое я не мог ни услышать, ни прочитать. Я попятился, но лицо продолжало следовать за мной. Я закричал на это, и звук моего голоса разбудил меня с таким потрясением, что вытаращенные глаза заставляют адреналин биться быстрее по венам. Часы показывали шесть, Ричард лежал на животе, дыша недостаточно тяжело, чтобы это можно было назвать храпом, а я совершенно не спал, и лицо Мартина Читама обвиняло меня.


Даже если бы его не убили, Нелл и Ломакс вели себя непростительно, всегда полагая, что рядом все еще есть кто-то, кто может их простить. Действия Нелл вызывали у меня особое отвращение. Я знаю, что не смог бы так себя вести, если бы кто-то, с кем я был любовником, висел мертвым в коридоре. Должно быть, многое было поставлено на карту для Нелл и Ломакса, раз у них хватило наглости раскрыть свое сокрытие, и, хотя голос разума говорил, что это не мое дело, я хотел докопаться до сути.


Поскольку я все равно не спала, я решила сделать что-нибудь полезное. Я выскользнула из кровати Ричарда и срезала путь через зимний сад к своему дому. Горячий душ прогнал утреннюю скованность, которая все еще оставалась в моих мышцах, а чашка крепкого кофе взбодрила мой мозг. Я выбрала пару брюк бутылочно-зеленого цвета и свитер в тон под красновато-коричневую шелковую блузку с подкладкой, которую я купила за бесценок на Strangeways market.


Было без четверти семь, когда я припарковался у дома Алексис. Как я и ожидал, ее машина все еще стояла на подъездной дорожке. Я знал ее прежний распорядок дня. Встала в шесть, в ванной с кофейником кофе, телефоном и записной книжкой в пять минут. Утренние звонки в полицию, затем из ванны в половине шестого. Затем тосты и таблоиды. Я предположил, что она примерно сейчас доедает свой второй ломтик тоста. К сожалению, ее не будет в офисе в семь сегодня утра.


Я посмотрел через кухонное окно, когда постучал в дверь. Алексис уронила свой тост при звуке стука. Я помахал ей рукой и улыбнулся. С выражением покорности она открыла дверь.


"У меня к тебе вопрос", - объявил я.


"Заходи, почему бы тебе не зайти?" - сказала Алексис, когда я прошла через кухню и включила чайник.


"Когда вы вчера днем уезжали из Тамариндовой рощи, вы уже знали, что Мартин Читам мертв?" Спросил я непринужденно, наливая кофе ложкой в кружку.


Лицо Алексис на мгновение застыло. Всегда бледная, она, казалось, побелела как полотно. "Как, черт возьми, ты узнал об этом?" - напряженно спросила она. Если бы она использовала этот тон профессионально, она бы получила все виды признаний, которых не искала.


"Я не думаю, что ты помнишь маленький красный фургончик Rascal, в который ты чуть не въехал, но это был я. Я запомнил это особенно потому, что на краткий миг мне стало интересно, что сказал бы Билл, если бы я списал второй автомобиль компании в течение недели, - сказал я, пытаясь немного разрядить атмосферу.


"Я могла бы догадаться", - вздохнула Алексис. "Если ты готовишь кофе, я выпью еще чашечку".


Я приготовил кофе и сказал: "Я слушаю".


Алексис закурила сигарету и сделала пару глубоких затяжек, прежде чем заговорить. Иногда я думаю, что, должно быть, это прекрасно - постоянно иметь под рукой мгновенный транс. Затем я думаю о своих легких.


"Я выпил пару стаканчиков во время ланча. Я не был зол, просто немного воинственен. Поэтому я купил баллончик с краской. Я собиралась нанести несколько грубых граффити на дом Читама, - сказала она, выглядя такой же смущенной, какой, должно быть, себя чувствовала. "В общем, я приехала туда, а на подъездной дорожке стояла его машина. Я подумала о том, чтобы распылить "Ты, грязная крыса" на капот, потом поняла, что если он дома, я могла бы также высказать ему свое мнение. Поэтому я позвонила в дверь. Ответа не было, поэтому я просмотрел почтовый ящик. И я увидел эти ступни, ножки, просто болтающиеся там.'


"Расскажи мне об этом", - сказал я с чувством, вспоминая свой собственный опыт.


"Итак, я вылетела, как летучая мышь из ада”, - сказала Алексис, опустив голову так, что копна непослушных черных волос скрыла ее лицо.


“Ты не звонил в полицию?" Спросил я.


"Как я мог? У меня не было никакой законной причины находиться там. Я даже не знал, кем было тело. И я не мог сделать это анонимно, не так ли? Половина копов в Манчестере знает, кто звонит по телефону, как только я открываю рот. " Она была права. Любой, кто когда-либо разговаривал с Алексис, запомнил бы этот прокуренный ливерпульский голос.


"Прости”, - сказал я. "Я должен был позвонить тебе об этом прошлой ночью. Я был просто слишком вымотан. Итак, когда ты понял, что это был Читам?"


"Когда я звонил сегодня утром. Мне сказали об этом как о обычной смерти, не вызывающей подозрений. Если бы он не был адвокатом, я сомневаюсь, что они бы даже упомянули об этом. Могу вам сказать, у меня от этого все перевернулось в животе.'


"Есть какие-нибудь подробности?" Спросил я.


"Немного. Не приписанный, я получил, что он носил женскую одежду и играл в игры со связыванием. По словам инспектора на месте преступления, у него в гардеробе была настоящая маленькая камера пыток. Они считают, что он умер где-то вчера днем. У него не было никакого досье за сексуальные преступления. Не так много, как предостережение. Его даже нет в их списке людей, которые, как они знают, вытворяли пакости в свободное время. Они не думают, что в этом был замешан кто-то еще, и они не рассматривают это как подозрительную смерть. Они даже не думают, что это было самоубийство, просто несчастный случай. Все, что я могу сказать, это слава Богу, что у него не было любопытных соседей, иначе парни могли бы спросить меня, что именно я делал, вышибая его дверь вчера днем." Алексис выдавил слабую улыбку. "Особенно если бы они знали, что у меня был частный детектив, работающий над тем, как вернуть пять тысяч, которые он помог мне обвести вокруг пальца".


"Ты была не единственной, кто был там вчера”, - сказал я и продолжил рассказывать ей о событиях дня. "Я был убежден, что они убили его”, - добавил я. "Но Ричард убедил меня, что я просто вижу драконов в пламени".


"И что теперь происходит?" - спросила Алексис.


"Ну, теоретически, мы могли бы просто проигнорировать все это, и я все равно мог бы последовать за Ломаксом, как ты меня просил, и попытаться вернуть у него немного денег. Проблема в том, что теперь, когда Читам мертв, я боюсь, Ломакс может попытаться отрицать какую-либо преступную причастность ко всему этому и обвинить во всем Читама.'


"Ты же не думаешь, что это действительно сойдет ему с рук, не так ли?" - требовательно спросила Алексис, закуривая очередную сигарету.


"Честно говоря, я не знаю", - признался я. "Лично я думаю, что между Ломаксом и Читемом произошло гораздо больше событий, чем мы знаем. И если есть какие-либо доказательства связи, кроме того факта, что я знаю, что видел их вместе, это может быть скрыто в других материалах. Поэтому я хочу продолжать копать.'


Алексис кивнула. "Итак, чем я могу помочь?"


Есть районы Большого Манчестера, где не было бы слишком большим потрясением встретить магазин, обслуживающий потребности транссексуалов и трансвеститов. Глухая улочка в Олдхэме не входит в их число. Мне трудно представить кого-либо в Олдхэме, занимающегося чем-то более сексуально радикальным, чем миссионерская поза, что только показывает, насколько ограничено мое воображение. У местных явно не было проблем с Трансами, поскольку в витрине магазина не было ничего скромного, к сожалению, зажатого между мясной лавкой и лавкой старьевщика.


По дороге Алексис рассказала мне о магазине и его владельце. Кассандра Клифф пережила краткий период дурной славы в низкопробной прессе несколько лет назад, когда какой-то грязный журналист обнаружил, что актриса, которая была одной из постоянных ролей в любимой мыльной опере страны, на самом деле была транссексуалом между мужчинами и женщинами. В последовавшем за этим шквале историй о звезде сериала "Секс-своп" выяснилось, что Кассандра, ранее Кевин, дюжину лет жила как женщина, и что никто из актеров или съемочной группы понятия не имел, что биологически она не того пола, что и сплетница-владелица закусочной, которую она играла. Конечно, продюсерская компания "Северян " отрицала, что раскрытие секрета Кассандры как-то повлияет на их отношение к ней.


Два месяца спустя героиня Кассандры погибла в результате трагического несчастного случая, когда пристройка, которую ее муж строил к их дому с террасой, рухнула на нее. Продюсерская компания вежливо отрицала, что бросила ее из-за смены пола, но это не сильно помогло Кассандре, оказавшейся на свалке в тридцать семь лет. "Она не позволила им выйти сухими из воды", - сказала Алексис. "Она продала свою собственную историю одному из воскресных таблоидов, облив грязью всех кумиров нации. Затем на эти деньги она основала "Трансы" и ежемесячный журнал для трансвеститов и транссексуалок. У нее столько бутылочек, Кейт. Ты не можешь не уважать Кэсси.'


Алексис обошла одностороннюю систему и срезала путь вокруг здания магистратского суда. Современные бетонные коробки и грязные магазины с террасами из красного кирпича были вперемешку разбросаны почти по каждой улице, казалось бы, случайный и гротескный ассортимент, который наполнил меня желанием построить клетку посреди всего этого и заставить градостроителей прожить там неделю среди развевающихся на ветру обрывков бумаги и пустых банок из-под безалкогольных напитков, дребезжащих по водосточным канавам. Я попытался не обращать внимания на унылый городской пейзаж и спросил: "Так как получилось, что ты так хорошо ее знаешь? Какое отношение она имеет к криминальному отделу?"


"Я брал у нее интервью пару раз для очерков, когда она еще играла Марджи Гримшоу в " Северянах". Мы действительно хорошо ладили. Затем, после того, как пыль улеглась и она установила Trances, я позвонил ей и спросил, можем ли мы написать статью о магазине. Она была не в восторге, но я дал ей разрешение на копирование, и ей понравилось то, что я написал. Теперь мы встречаемся за ланчем примерно раз в месяц. У нее совсем другая репутация, чем у любого другого моего знакомого. Удивительно, что она подбирает ", - сказала Алексис, паркуясь на тихой боковой улочке с террасными домами. Это могло бы быть декорацией для северян.


"И она передает тебе информацию, не так ли?" Я спросил.


"Я подозреваю, что она очень избирательна. Я знаю, что после того, что с ней случилось, она отчаянно защищает других людей, находящихся в той же лодке. Но если она может помочь, она поможет".


Я последовал за Алексис за угол на одну из тех улиц, которые не совсем являются частью центра города, но хотелось бы думать, что это так. Я взглянул в окно, когда мы входили. Единственным признаком того, что Trances хоть как-то отличался от сотни других бутиков, была заметная вывеска с надписью "Мы специализируемся на больших размерах. Обувь до 12 размера". Сама дверь служила предупреждением для непосвященных. "Специалисты по снабжению трансвеститов и транссексуалок" - было написано на стекле аккуратными красными буквами на уровне глаз среднестатистической женщины.


Я вошла вслед за Алексис. Магазин был большим, и в нем чувствовалась неопределимая неряшливость. Декор был кремово-розовым, причем розовый оттенок слегка переходил в оттенки сахарной ваты. Платья и костюмы, которые были подвешены на вешалках по всей длине магазина, создавали совокупный эффект превосходства как по стилю, так и по цвету. Я подозреваю, что пикантность исходила от стеклянных витрин, выстроившихся вдоль стены за прилавком. В них находились протезы и нижнее белье, которые я слишком хорошо помнила по секретной коллекции Мартина Читама. В одном углу стояла стойка с журналами. Не рассматривая их слишком внимательно, можно заметить, что те, которые не были копиями журнала Кассандры "Трансы ", имели на обложке то сочетание броскости и застенчивости, которое характерно для мягкого порно.


Человек за прилавком также явно был клиентом. Выдавали размер рук и кадыка. В остальном было бы трудно сказать. Макияж был немного тяжеловат, но я могла вспомнить множество пабов в этом районе, где на это даже не обратили бы внимания. "Кэсси дома?" - спросила Алексис.


Ассистент слегка нахмурилась, оценивая нас и явно задаваясь вопросом, не туристы ли мы. "Вы друг мисс Клифф, мадам?" - спросила она.


"Не могли бы вы передать ей, что Алексис хотела бы поговорить, если у нее найдется несколько минут?" Сказала Алексис, отвечая в том же слегка лагерном ключе. Я надеялся, что разговор с Кэсси не пойдет в этом направлении. Я могу быть напыщенным, я могу угрожать, я даже могу петь "О'кей, да", но единственный стиль, за которым я не могу угнаться, не разразившись хихиканьем, - это high camp.


Ассистент взял телефон и нажал кнопку внутренней связи. "Кассандра? Со мной леди по имени Алексис, которая хотела бы уделить вам минутку времени, если это удобно", - сказала она. Затем она кивнула. "Я передам ей. Пока до свидания", - добавила она. Она положила трубку и чинно сказала: "Мисс Клифф примет вас сейчас. Если вы потрудитесь открыть дверь в задней части магазина и подняться по лестнице ...'


"Все в порядке, я знаю дорогу", - сказала Алексис, направляясь мимо вешалок с одеждой. Спасибо за вашу помощь".


Офис Кассандры Клифф выглядел как нечто из интерьеров. Это могло бы стать образцом для карьеристки, которая хочет напомнить людям, что она не только успешна, но и по-прежнему женственна. Офисная мебель – ряд картотечных шкафов, низкий кофейный столик и два письменных стола, на одном из которых стоял Apple Mac, - была из ясеня с серыми пятнами. Один угол занимала пара двухместных диванов из серой кожи. Ковер был пыльно-розового цвета, оттенок которого перекликался с австрийскими жалюзи, которые смягчали линии комнаты. Стены были украшены черно-белыми кадрами съемок и звездами Northerners. Высокая ваза с бордовыми гвоздиками создавала яркий всплеск цвета. Общий эффект был стильным и непринужденным - два прилагательных, которые пришли мне на ум, когда я впервые встретила Кассандру Клифф.


На ней был льняной костюм с прямой юбкой и без лацканов. Он был цвета яичного желтка. Ее блузка с воротником цвета мандарина была яркой, прозрачно-сапфирово-голубой. Я знаю, это звучит отвратительно, но на ней это было великолепно. Ее пепельно-русые волосы были коротко подстрижены, но пышные на макушке, уложены, уложены гелем и покрыты лаком, пока не стали напоминать что-то из Музея современного искусства. Макияж был из тех неброских работ, которые выглядят абсолютно естественно.


Когда Алексис представила нас, Кэсси заметила, что я изучаю ее, и уголки ее рта дрогнули в понимающей улыбке. Я почувствовал, как у меня краснеют уши, и смущенно улыбнулся в ответ. "Я знаю", - сказала она. "Ты ничего не можешь с этим поделать. Ты должен спросить себя: "Если бы я не знала, догадалась бы я?" Все так делают, Кейт, не смущайся этого.'


Полностью обезоруженный, я позволил себе расположиться на одном из диванов с Алексис, пока Кэсси заказывала кофе, затем сел напротив нас, скрестив пару элегантных ног, за которые некоторые мои знакомые женщины с радостью убили бы. "Итак", - сказала Кэсси. "Частный детектив и криминальный репортер. Вы не можете охотиться за мной. Шакалы, с которыми тусуется Алексис, не оставили мне в моем шкафу даже позвонка, не говоря уже о скелете. Итак, я спрашиваю себя, кто?'


"Говорит ли вам что-нибудь имя Мартин Читэм?" - спросила Алексис.


Кэсси разогнула ноги, затем снова скрестила их в противоположном направлении. "В каком контексте?" - спросила она.


"В деловом контексте. Ваш бизнес, не его".


Кэсси элегантно пожала плечами. "Не всем, кто пользуется нашими услугами, нравится, когда их называют по настоящему имени. Можно сказать, что их настоящее имя - это то, от чего они пытаются убежать".


"Он умер вчера”, - прямо сказала Алексис.


Прежде чем Кэсси смогла ответить, вошла девочка-подросток с кофе. По крайней мере, я почти уверен, что это была девочка. Процесс разливания нашего кофе дал Кэсси достаточно времени, чтобы прийти в себя после новостей. "Как он умер?" - спросила она. Несмотря на ее разговорный тон, впервые с тех пор, как мы приехали, она выглядела настороженной.


"Он был одет в женскую одежду и свисал с перил в своем доме. Полиция думает, что это был несчастный случай", - сказала Алексис. Я была довольна тем, что сидела сложа руки. Кэсси была ее связным, и она знала, как с ней играть.


"Правильно ли я понимаю, что вы с ними не согласны?" - спросила Кэсси, переводя взгляд с одного из нас на другого.


"О, я думаю, они, вероятно, правы. Просто он обобрал меня на пять тысяч несколько недель назад, и я пытаюсь вернуть это. Что означает попытку распутать, чем он занимался и с кем, - решительно сказала Алексис.


“Пять тысяч фунтов? Боже мой, Алексис, неудивительно, что ты работаешь с Кейт". Кэсси улыбнулась, затем вздохнула. "Да, я знала Мартина Читама. Он покупал много вещей у Trances и был постоянным участником наших ежемесячных читательских собраний. Он называл себя Мартиной. Не очень оригинально. И прежде чем вы спросите, я не думаю, что у него были какие-то особые друзья среди группы. Конечно, я не знаю никого, с кем он общался в перерывах между собраниями. Он был не из тех, кому, казалось, было легко открыться. Многие мужчины действительно расцветают, когда переодеваются, как будто они внезапно становятся самими собой. Мартина была не такой. Это было почти так, как если бы это была навязчивая идея, которой он должен был потакать, а не освобождаться. Для тебя это имеет какой-нибудь смысл?'


Я кивнула. "Это, конечно, соответствует картине, которая сложилась у меня в голове. Скажи мне, он был особенно эффектной женщиной? Я имею в виду, не желая показаться оскорбительным, что некоторые мужчины никогда не будут выглядеть иначе, чем мужчина в женской одежде. С другой стороны, трудно представить, что вы когда-либо были кем-то иным, кроме женщины. Где в спектре упал Читэм?'


"Спасибо", - сказала Кэсси. "Мартин был на самом деле великолепен. У него было много природных преимуществ – он был не особенно высоким, у него были маленькие руки и ноги, довольно тонкие кости и хорошая кожа. Но настоящим решающим фактором была его одежда. Он мог носить стандартный шестнадцатый размер, и его, казалось, не волновало, сколько он тратит на одежду. На самом деле... - Кэсси встала и подошла к одному из шкафов для документов. Через мгновение она вернулась с альбомом фотографий.


Она начала листать страницы. "Я уверена, что он есть на паре из них. Я отсняла пару роликов пленки на рождественском вечере. - Она остановилась на фотографии пары женщин, которые смеялись, прислонившись к стойке бара. - Вон там, слева. Это Мартина.


Я изучил фотографию и понял, где я видел Мартину Читам раньше.


20


Я сидел в Ford Fiesta, слушая "Улицу коронации " в наушниках. Мэри Райт вернулась в дом, который я прослушивал, ее аппетит к мыльной опере не ослабевал. Однако таинственного Брайана по-прежнему нигде не было видно или слышно. Возможно, его вообще не существовало. По крайней мере, его отсутствие избавило меня от необходимости слушать домашнюю болтовню, что означало, что я мог сосредоточиться на попытке взломать пароль, который позволил бы мне войти в секретный каталог Мартина Читама.


Алексис была так же озадачена, как и я, когда я рассказала, где видела Мартина Читама в его одежде раньше. Фотография всколыхнула мою память, чего никогда не смогло бы сделать искаженное лицо трупа. Но ошибки быть не могло. Элегантной женщиной, которая присматривалась к дешевым таунхаусам в DKL Estates, была Мартин Читам. Неудивительно, что он вылетел, как летучая мышь из ада, при виде меня. Какой бы ни была их маленькая игра, он, должно быть, подумал, что я его раскусил, что также объясняло, почему он впал в панику, когда я нанес свой второй визит в его офис. Если бы мне нужны были доказательства того, что Читэм и Ломакс замышляли что-то гораздо более значительное, чем история с землей, то теперь они у меня были. Вопрос был только в том, что?


Когда знакомая музыкальная тема с улицы Коронации стихла, мимо меня медленно проехал Vauxhall Cavalier и остановился возле моей цели. Когда я увидел, что за рулем любимый продавец Теда, я ничего не мог с собой поделать. Я ударил кулаком по воздуху и крикнул "Йоу!" прямо как какой-нибудь прыщавый подросток, смотрящий американский футбол на 4 канале. К счастью, Джека Маккафферти не интересовало ничего, кроме дома, где он намеревался продать ультрасовременную колониальную оранжерею. Я был прав! Схема сработала, как я и ожидал.


Чего я не ожидал, так это пассажира Джека. От вида того, как он разворачивается с пассажирского сиденья, у Шелли участился пульс. Тед Барлоу вытянулся во весь рост, затем провел короткое совещание со своим опытным продавцом. Сегодня вечером дизайнерский костюм Джека Маккафферти выглядел почти черным в свете уличных фонарей, а его яркий шелковый галстук напоминал флаг успеха. Его каштановые кудри блестели, как у ухоженного сеттера. Рядом с ним Тед больше походил на помощника, чем на босса. На нем был единственный костюм, в котором я когда-либо видел его, и тугой узел его полосатого галстука был сдвинут набок. Шелли никогда бы не выпустила одного из своих детей за дверь в таком виде. Мне не нужно было быть цыганкой Роуз Ли, чтобы предсказать большие перемены для Теда Барлоу в ближайшие месяцы.


Двое мужчин зашагали по дорожке. Когда рука Джека потянулась к звонку, я испытала странное ощущение, будто он зазвенел у меня в ушах. Телевизор внезапно выключили, как раз в тот момент, когда я заинтересовался последним эпизодом из захватывающей серии рекламы растворимого кофе. К сожалению, из-за того, что между "жучком" и дверью была стена, все, что я мог слышать из разговора на пороге, был гул голосов, но это стало ясно, когда они втроем вошли в гостиную.


"Какая восхитительная комната!" - услышал я восклицание Джека.


"Не так ли?" Эхом отозвался Тед с такой же убежденностью, как знаменитая актриса, одобряющая омолаживающие свойства мыла той или иной марки.


"Нам это нравится", - сказал женский голос.


"Что ж, миссис Райт, если я могу вам представиться, меня зовут Джек Маккафферти, и я главный менеджер по продажам Colonial Conservatories, вот почему ваш телефонный запрос о нашем ассортименте был передан мне. И сегодня вечером для вас большая честь видеть с вами моего коллегу Теда Барлоу, управляющего директора нашей компании. Тед любит проявлять личный интерес к избранным клиентам, чтобы он мог держать руку на пульсе того, чего вы, публика, на самом деле хотите от консерватории, чтобы Colonial Conservatories могли сохранить свои позиции лидера рынка в этой области."Это текло практически без паузы. Вопреки себе, я был впечатлен. Я мог представить себе Теда, стоящего там, неловко переминающегося с ноги на ногу, который потерпел сокрушительную неудачу в своей попытке выглядеть коммерческим колоссом.


"Понятно", - сказала Мэри Райт. "Не хотите ли присесть, джентльмены?"


Как только его зад ударился о стул, Джек сорвался с места и побежал, его подача была беглой и безупречной, когда он втянул Мэри Райт в покупку зимнего сада, который ей не был нужен, по цене, которую она не могла позволить себе за дом, который ей не принадлежал. Время от времени он добивался от нее ответа, и она поддакивала так же послушно, как музыкант-треугольник в оркестре, отсчитывающий такты до следующей звенящей ноты. Они установили, что ее муж работал за границей, какую консерваторию она предпочитала, ее ежемесячные доходы и расходы. Джек дирижировал всей экспозицией, как будто это была симфония.


В конце концов, Теда отправили на задний двор с рулеткой и блокнотом. Вот тогда это действительно стало интересным. "Небольшая проблема", - тихо сказал Джек. "У Теда обострение отношений с банком".


"Ты имеешь в виду, из-за нас?" - спросила Мэри Райт.


"Вероятно, в любом случае, суть в том, что я не могу заключить финансовую сделку по обычным каналам. Нам придется самим организовать финансирование, но это не должно быть слишком сложно. У меня есть названия пары брокерских контор, где не задают слишком много вопросов. Единственное, что мы потеряем, это то, что финансовая компания вернет мне деньги, но нам просто придется с этим смириться. Я только предупреждаю вас, потому что закрытие будет немного другим. Хорошо? - сказал он так непринужденно, как будто просил вторую чашку чая.


"Конечно, я это устрою. Но послушай, Джек, если с банком возникли трудности, может быть, нам стоит покончить с этим, пока это не стало опасным", - сказала женщина.


"Послушай, Лиз, они никак не могли вывести это на нас. Мы отлично замели наши следы. Я согласен, нам следует уйти, пока мы впереди. Но мы уже запустили следующие два. Давайте посмотрим, как они пройдут, а потом сделаем перерыв, хорошо? Выйдем на солнце и потратим часть добычи?' Ободряюще сказал Джек. Если бы я был на ее месте, я бы, вероятно, тоже купился на это. У него был голос настоящего продавца, полный меда и уверенности. Если бы он стал хирургом, то каждое Рождество получал бы мешки с почтой от обожающих его пациентов.


"Хорошо. Ты вернешься сюда сегодня вечером?" - спросила она.


"Как я мог остаться в стороне?" - парировал он.


Тогда мы поговорим об этом позже". Что бы еще она ни собиралась сказать, это было прервано возвращением Теда.


"Если вы просто дадите мне минутку поработать со старым карманным калькулятором, я назову вам цену за единицу, которую вы выбрали”, - сказал Тед. Предполагаемое закрытие.


Цена, которую назвал Тед, заставила меня скосить глаза. Конечно, Лиз / Мэри и бровью не повела. "Понятно”. - сказала она.


"Обычно мы могли бы предложить вам наш собственный финансовый пакет, спонсируемый одним из крупнейших клиринговых банков”. Сказал Джек. "К сожалению, мы в Colonial Conservatories стали жертвами нашего собственного успеха, и мы превысили наши целевые показатели на этот квартал. В результате финансовая компания не в состоянии предоставлять больше наличных нашим клиентам, потому что, конечно, у них самих есть ограничения, и, в отличие от нас, у них есть люди, которые оглядываются через плечо, чтобы убедиться, что они не превышают эти ограничения. Но что я бы посоветовал, так это проконсультироваться с ипотечным брокером и договориться о перезакладе на сумму, которая покроет установку вашего зимнего сада ”, - убедительно добавил он. "Это самый эффективный способ использования капитала, который вы вложили в свой дом".


"А как насчет второй ипотеки? Разве это не было бы так же хорошо?" - спросила Лиз / Мэри.


Тед прочистил горло. "Я думаю, вы обнаружите, миссис Райт, что большинство кредиторов предпочитают повторную закладную, особенно учитывая, что цены на наше жилье здесь, на Северо-Западе, начали немного падать. Видите ли, если в будущем возникнут какие-либо проблемы и дом придется продать, иногда случается так, что у кредитора по второму ипотечному кредиту не остается достаточно денег после того, как первый кредитор был погашен, если вы понимаете, что я имею в виду. И тогда у владельца второго обвинения не будет никакого способа вернуть свои деньги, если вы понимаете меня. И кредиторы очень заинтересованы в том, чтобы знать, что они могут получить свои деньги обратно, если дело дойдет до драки, поэтому они в основном предпочитают, чтобы вы получили повторную ипотеку, которая погасит первую закладную и оставит вас с несколькими оставшимися шиллингами." Я не мог представить, чтобы Тед получил работу, представляя денежную программу, но он изложил это достаточно ясно. Как жаль, что он потратил их на пару мошенников, которые забыли больше, чем он когда-либо знал о ссудах на недвижимость и о том, как их использовать.


"И что теперь происходит?" - спросила женщина.


"Что ж, вам нужно поговорить с ипотечным брокером и договориться о перезакладе. И, конечно, если вам понадобится какой-либо совет по заполнению форм, не стесняйтесь звонить мне. Я мог бы заполнить все это во сне. Затем, как только вы получите подтверждение о перезакладе, дайте нам знать, и мы установим ваш зимний сад в течение недели, - уверенно сказал Джек.


"Так быстро? О, это замечательно! Это будет, когда мой муж приедет домой на Рождество", - воскликнула она. Действительно, позор. Она могла бы честно зарабатывать на жизнь, ступая по доскам.


"Без проблем", - сказал Джек.


Десять минут спустя Джек и Тед возвращались к машине, хлопая друг друга по спине. Бедняга, подумал я. Мне не понравилось откровение о том, что человеком, ответственным за разрушение его бизнеса, был его хороший приятель Джек. Все это заняло чуть больше часа. Я подсчитал, что за дюжину таких часов, проведенных за последний год, Лиз и Джек, должно быть, заработали большую часть полумиллиона фунтов. Это было ошеломляюще. Самым ошеломляющим во всем этом было то, насколько все это было просто. Мне все еще нужно было уладить несколько незавершенных дел, но теперь у меня была довольно четкая картина того, как они мошенническим путем сколотили состояние.


Поскольку Джек пообещал, что вернется позже, я решила остаться на месте. Ночь была жутко холодной, на крышах припаркованных машин образовался иней, и мои ноги были как ледышки. Я знала, что не смогу выдержать еще пару часов такого, поэтому я вернулась в фургон, сменила свои туфли-лодочки на тонкой подошве на пару толстых спортивных носков и кроссовки Reeboks. Ощущение вернулось к моим ногам почти сразу, как я завязал шнурки. Замечательное изобретение - кроссовки. Единственная проблема возникает, когда ты идешь на важную деловую встречу, разукрашенный в пух и прах в своем лучшем костюме, затем ты смотришь вниз и понимаешь, что вместо своих шикарных итальянских туфель на тебе все еще надеты кроссовки Reeboks, в которых ты приехал туда. Я знаю, я был тем солдатом.


Предоставленная самой себе, Лиз была явно растеряна без коробки. Мы прослушали заключительный выпуск девятичасовых новостей о погоде (обычные новости об утешении и радости; ледяной туман в Мидлендсе, изморозь на севере, завтра дождь), затем начался ужасный американский мини-сериал. Я пожалел, что не могу переключать каналы. Вместо этого я убавил громкость приемника настолько, чтобы не слышать ничего, кроме телефонных звонков или разговоров, и открыл ноутбук.


Я перепробовал все очевидные из них. Мартин, Мартина, Читем, Тамаринд, Ломакс, Нелл, Харрис, мошенничество, земля, документы, титулы, секретный, закрытый, приватный, дрэг, Дитрих, Бэсси, Гарленд, Мэрилин, пароль. Никакой радости. У меня заканчивалось вдохновение, когда зазвонил мой телефон. "Алло?" Я сказал.


"Кейт? Алексис". Как будто ей нужно было сказать мне. "Послушай, у меня была идея".


Мое сердце упало. "Что?" Я спросил.


“Я вспомнил, что у Sunday Star есть репортер по имени Джерри Картер, который живет в Бакстоне. На самом деле я никогда не встречался с этим парнем, потому что по воскресеньям обычно не тусуюсь со стаей, но я выудил его номер у его приятеля и позвонил ему, взлом за взлом.'


Я заинтересовался, теперь я понял, что ее мозговая волна не вовлекла меня ни в что незаконное или опасное для жизни. "А он мог сказать что-нибудь полезное?"


"Он знает Брайана Ломакса. На самом деле, он живет примерно в пяти домах от Ломакса". Алексис сделала паузу, чтобы до нее дошло.


"И?" Я спросил.


"Кажется, я знаю, кто эта таинственная женщина".


"Алексис, ты уже завладела стопроцентным моим вниманием. Прекрати дразнить меня, как будто я кровожадный редактор новостей. Кхе-кхе!" - потребовала я, расстроенная.


"Верно. Вы помните, мы видели два имени в списке избирателей? И мы предположили, что второе имя было его женой? Ну, это не так. По словам Джерри, жена Ломакса ушла от него пару лет назад. По его словам, "Как только она установила австрийские жалюзи с воланами на каждом окне и отремонтировала помещение сверху донизу, ей больше ничего не оставалось делать. Итак, она трахнула брики Ломакса и сбежала с ним на какой-то греческий остров ".


Без кавычек.' Алексис усмехнулась. 'Где, по-видимому, она жалуется на нехватку окон, чтобы обтянуться ситцем с оборками, всегда предполагая, что Лора Эшли открыла филиал на Лесбосе. В любом случае, как только они вдвоем совершили свое исчезновение, сестра Ломакса переехала к нему, потому что это чертовски большой дом для одного парня, а она только что продала свой собственный дом, чтобы собрать капитал и начать собственное дело." Я слышал, как Алексис втягивает дым в свои многострадальные дыхательные пути.


"Продолжайте, я очарован", - сказал я.


"Ты помнишь второе имя в списке избирателей?"


"Не навскидку", - признался я. Неловко, не так ли? Кратковременная память уже подводит, а мне всего двадцать семь.


"Элеонор. А от чего сокращенно Нелл?"


- Сестра Ломакса, - выдохнула я. - Конечно. Что объясняет, как они вообще встретились. Это даже объяснило бы, почему Мартину Читаму понадобилось больше денег. Она дорого выглядит; я не могу представить, чтобы она довольствовалась пригородом, проводя две недели на побережье Коста-Брава раз в год. Этот ее бизнес - твой приятель сказал, что это было?'


"Он так и сделал. Она владеет одним из тех маленьких бутиков для избранных, где продавцы насмехаются над тобой, если у тебя больше восьмого размера и у тебя меньше пятисот фунтов, чтобы потратить. По-видимому, это в главном торговом зале. Называется "Чары", представляешь?'


"Я бы так и сделал. Отличная работа, Алексис. Если они когда-нибудь решатся тебя уволить, я уверен, что Мортенсен и Бранниган могли бы распорядиться лишним рабочим днем по-твоему”, - сказал я.


"И что теперь?" - требовательно спросила она.


Я вздохнул. "Ты можешь оставить это мне? Я знаю, это звучит не очень полезно, но кое-что, над чем я работал уже неделю, вот-вот выйдет на первое место. Если немного повезет, я закончу со всем этим к завтрашнему полудню, и я обещаю, что, как только у меня все прояснится, я займусь этим. Как тебе это?'


"Полагаю, этого должно хватить", - сказала Алексис. "Все в порядке, Кейт, я знала, что у тебя мало времени, когда просила тебя взяться за это. Я не могу начать жаловаться сейчас. Берись за это, когда сможешь, а я постараюсь быть терпеливым.'


Который я действительно хотел увидеть. Мы несколько минут поболтали об историях, над которыми в настоящее время работала Алексис, затем она отключилась на ночь. Я снова переключил свое внимание на компьютер. По крайней мере, Алексис подкинула мне пару свежих идей. Я ввел ELEANOR, и экран волшебным образом наполнился списком имен файлов. Иногда ты ешь медведя.


Я только начал разбираться с файлами, когда Кавалер вернулся. Джек заехал прямо в гараж и закрыл за собой дверь. Я прибавил громкость, и через пару минут они с Лиз целовались, ласкались и приветствовали друг друга так, что на щеках даже самого упрямого частного детектива появляется румянец. Если, конечно, ты не из тех, кто получает удовольствие от звукового секса.


Однако вскоре стало ясно, что у Джека и Лиз на уме разные вещи. В то время как он, казалось, был полон решимости сдвинуть землю с мертвой точки, ее больше беспокоило, откуда возьмутся следующие пятьдесят тысяч. "Джек, прекрати, подожди минутку, я хочу с тобой поговорить", - сказала она. И все остальное. В конце концов, похоже, она вырвалась из клинча, судя по тому факту, что ее голос был заметно слабее, чем у него. "Послушай, нам нужно поговорить об этой финансовой проблеме. Что пошло не так?'


"Я точно не знаю. Все, что я знаю, это то, что, когда я пришел сегодня вечером на работу, Тед сказал мне прекратить писать финансовые предложения. Он сказал, что у финансовой компании возникли проблемы с обработкой заявок и что новый бизнес временно заблокирован. Но он был примерно так же убедителен, как манифест лейбористской партии. Я думаю, что на самом деле произошло то, что с них хватит невыполнения повторных ипотечных обязательств ", - сказал он таким небрежным тоном, что мне пришлось напомнить себе, что именно он стоит за проблемой. Человек, которому грозило как минимум пару лет за частоколом тюрьмы открытого типа, если его когда-нибудь прижмут.


Лиз была совсем не такой крутой. "Мы собираемся прекратить это, Джек. Банк просто так это не оставит. Они вызовут отдел по борьбе с мошенничеством, и мы отправимся в тюрьму! - захныкала она.


"Нет, мы не будем. Послушайте, когда мы начинали это, мы знали, что это не может длиться вечно. Мы всегда знали, что однажды финансовая компания заметит, что слишком многие клиенты консерватории Теда Барлоу не выплачивают свои ипотечные кредиты, и нам придется уйти ”, - резонно заметил он. "Я просто не думал, что они пойдут прямо в банк, прежде чем предупредят Теда".


"Я всегда говорила, что мы должны распределить риск и обратиться к внешним кредиторам", - ныла она. "Я сказала, что это безумие - использовать финансовую компанию, которая является дочерней компанией банка Теда".


"Мы проходили через это в свое время", - терпеливо сказал Джек. "И причины, по которым я поступаю по-своему, не изменились. Во-первых, мы не привлекаем никого другого. Здесь только ты, я и бланк, который отправляется в финансовую компанию, которая знала, что Colonial - надежная фирма. Во-вторых, это быстрее, потому что нам никогда не приходилось обходить ипотечных брокеров и строительные общества, пытаясь найти кредитора, и рисковать быть замеченными кем-то, кто меня знает. И в-третьих, я получал комиссионные за откаты от финансовой компании, которые принесли нам порядочную сумму сверх того, что принесла нам афера. И делая это по-своему, вот почему мы все еще в безопасности, даже несмотря на то, что банк Теда всадил в него стрелу. Здесь нет очевидной закономерности, вот в чем дело. Не забывайте, мы находимся в разгаре рецессии. Там будут настоящие неплательщики ипотечных кредитов, а также те, кого мы вытащили, - сказал он успокаивающе. Было действительно неприятно не иметь возможности видеть их лица и язык тела.


"За исключением того, что у них все еще будут оранжереи, пристроенные к их домам. Они не будут раз в месяц не спать всю ночь, разбирая оранжерею и загружая ее в фургон, чтобы Джек Маккафферти мог вывезти ее и продать какому-нибудь ничего не подозревающему покупателю, который думает, что они получают реальную сделку! Я говорю тебе, Джек, пришло время уходить!'


"Успокойся", - убеждал он ее. "Спешить некуда. Им понадобятся месяцы, чтобы разобраться в этом беспорядке. Смотри, этот вышел на финишную прямую. Мы можем завтра пойти к ипотечному брокеру и договориться о перезакладе этого дома, не беспокоясь. Что у нас с двумя другими?'


"Просто дай мне проверить. Ты знаешь, я не доверяю себе, чтобы держать все это в голове", - сказала она обвиняющим тоном. Я услышал звук открывающихся замков портфеля и шорох бумаги. ' Дорога вишневого дерева, 10, Уоррингтон. Вы проверили кредитоспособность, я открыл новый банковский счет, я удалил перенаправление почты и получил данные ипотечного счета. Ларк Райз, 31, Дэвенпорт. Все, что у нас есть по этому поводу, - это проверка кредитоспособности. Вчера я отменил перенаправление почты. "Сегодня вечером я действительно получил результат. Два адреса, которые Лиз только что зачитала , были идентичны тем, которые Рейчел Либерман уже дала мне.


"Так мы можем ускорить их? Доставить их с опережением графика?" Спросил Джек.


"Мы можем попытаться ускорить процесс со своей стороны. Но если нам придется искать сторонних ипотечников для финансирования перезаклада, это почти наверняка замедлит процесс ", - сказала Лиз. Я мог слышать беспокойство в ее голосе, несмотря на жестяное качество передачи жука.


"Не волнуйся”, - успокаивал Джек. "Все будет хорошо".


Нет, если я имел к этому какое-то отношение, то это было не так.


21


Банковские менеджеры или дорожные инспекторы. Это должно быть что-то срочное, что мы ненавидим больше всего. Я имею в виду, если бы у вас была возможность поставить кого-нибудь в неловкое положение в прайм-тайм ТВ, выбрали бы вы банковского менеджера, который отказал вам в овердрафте, или инспектора дорожного движения, который выписал штраф на вашу машину, пока вы заезжали в Marks &; Spencer за бути? Мне достаточно было поговорить с парнем, отвечающим за финансы Теда Барлоу, чтобы понять, что он заслужил худшее, что мог сделать Джереми Бидл.


Начнем с того, что он даже не захотел поговорить со мной, даже чтобы договориться о встрече. "Конфиденциальность клиента", - надменно объяснил он. Я сказал ему сквозь стиснутые зубы, что, вероятно, знаю о текущих проблемах его клиента больше, чем он, поскольку я был нанят указанным клиентом. Я удержался от упоминания, что у Мортенсена и Браннигана были стандарты конфиденциальности и обслуживания, которые были чертовски намного выше, чем у него. Мы не продаем список наших клиентов финансовым службам, занимающимся рассылкой нежелательной почты; мы не балуем себя в сети old boys, чтобы подставлять людей, чьи лица нам не подходят; и, как ни странно, на самом деле мы работаем в часы, которые больше подходят нашим клиентам, чем нам самим.


Но у мистера Леонарда Прадхо его не было. В конце концов, мне пришлось сдаться. Был только один способ встретиться с этим парнем. Я позвонил Теду и попросил его назначить встречу. "Вы со всем разобрались?" - спросил он. "Вы знаете, что происходит?"


"В значительной степени", - сказал я. "Но что бы ты ни делал, даже не намекай никому, я имею в виду кого угодно, что что-то изменилось". Я объяснил, что ему придется назначить встречу с Прадо, чтобы мы могли во всем разобраться. Тогда, если вы придете в офис заранее, я сначала введу вас в курс дела.'


"Ты не можешь сказать мне сейчас? Я на иголках”, - сказал он.


"Мне нужно уладить пару незавершенных дел, Тед. Но если ты сможешь договориться о встрече с Прадхо сегодня днем, я смогу прочитать тебе главу и стих тогда. ХОРОШО?"


Облегчение в его голосе было трогательным. "Я не могу выразить вам, как я рад, мисс Бранниган. Ты понятия не имеешь, каково это было - гадать, не потеряю ли я все, ради чего работал. Ты просто понятия не имеешь, - продолжал он бормотать.


Может быть, я и не знал, но у меня была догадка, кто это сделал. Когда мне удалось освободиться от его бурных благодарностей, я побрел в приемную. Пальцы Шелли порхали над клавиатурой, пока она разбиралась с предложениями, которые Билл составил для наших клиентов с Нормандских островов. "Небольшая проблема Теда", - сказал я. Я просто отлучаюсь на пару часов, чтобы уладить последние дела. Он должен перезвонить и сообщить мне, когда мы увидимся с его банковским менеджером. Позвони мне на мобильный, когда узнаешь.'


Она одарила меня одним из своих взглядов. Я подозреваю, что такие она приберегает для своих детей, когда думает, что они пытаются сбежать, не закончив домашнее задание. "Ты серьезно?" - спросила она.


"Честь Брауни", - сказал я. "Стал бы я лгать тебе о том, что так близко твоему сердцу? Ты знаком с произведениями Редьярда Киплинга?"


Она посмотрела на меня так, как будто я ушел на ланч и долго не вернусь. "Разве не он говорил о бремени белого человека?" - подозрительно спросила она.


То же самое. Знал все о том, как держать желтых и коричневых парней на своих местах. Однако он не был пустой тратой кислорода. Он также написал устав частного детектива:


Я держу шестерых честных слуг


(Они научили меня всему, что я знал)


Их имена - Что, Почему и когда


И как, и где, и кто.


"Что ж, что касается дела Теда, я знаю, что, почему, когда, где и кто. Я знаю большую часть "как", и после того, как я нанесу небольшой визит одному из своих контактов, я ожидаю, что буду знать многое.' Я мило улыбнулась, надевая пальто и направляясь к двери. "Пока, Шелли".


"Ты беспокоишь меня, Брэнниган, действительно беспокоишь”, - донеслось до меня, когда я сбегал вниз. День не был потрачен впустую.


Рэйчел Либерман снималась перед домом в DKL Estates, когда я вошел в дверь. Костюм, который был на ней, выглядел так, как будто он стоил примерно столько же, сколько депозит за любую из ее недвижимости, приобретенную впервые. Я притворился, что изучаю выставленные на продажу дома, пока она назначала встречи потенциальному покупателю, чтобы тот посмотрел пару. Пять минут спустя благодарный домохозяин весело продолжил свой путь, сообщив несколько подробностей, оставив нас с Рейчел лицом к лицу через стол. "Потеряла своего молодого человека?" - Спросила я.


"Его мать говорит, что у него какая-то ошибка. Я думаю, это может быть больше связано с тем фактом, что "Юнайтед" выиграл прошлой ночью", - сказала она.


"В наши дни ты просто не можешь получить помощь", - посочувствовал я.


Ты можешь сказать это снова. В любом случае, что я могу для тебя сделать? Все еще охотишься за своими таинственными мошенниками?'


Я уже решила, что кто бы ни снабжал Джека Маккафферти и Лиз необходимой информацией, это была не Рейчел Либерман. Я приняла это решение не исключительно на женской интуиции. Я полагал, что она нашла бы способ вежливо указать мне на дверь, если бы была вовлечена. Поэтому я улыбнулся и сказал: "Почти в конце пути. Я надеялся, что вы могли бы помочь мне с парой незаконченных дел.'


"Стреляй”, - сказала она. Ты меня весьма заинтриговал. Мой сын был в восторге, когда я сказала ему, что помогаю частному детективу в ее расследовании. Так что я обязана тебе некоторым сотрудничеством. Матери нелегко произвести впечатление на десятилетнего ребенка, ты знаешь.'


o вы храните все сведения об арендуемой вами недвижимости на своем компьютере?'


"Все это идет туда, будь то для аренды или для продажи”, - сказала она.


"Итак, как офис в Уоррингтоне получает ваши данные, и наоборот?"


"Я не хочу показаться грубой, но насколько хорошо ты разбираешься в компьютерах?" - спросила она.


Я ухмыльнулся. "Если бы ты оставила меня наедине со своим на полчаса, я, вероятно, смог бы разобраться во всем сам”, - сказал я. Я почти наверняка преувеличивал, но она не должна была знать. Теперь, если бы со мной был Билл, он определенно был бы там прежде, чем я успел бы сварить кофе.


“Я избавлю вас от лишних хлопот", - ответила она. Дважды в день, в час и снова в пять, я получаю доступ к офисному компьютеру Уоррингтона через модем. Программное обеспечение идентифицирует любые новые файлы или файлы, которые были изменены с момента последнего обмена данными между машинами. Затем оно экспортирует эти файлы с моей машины и импортирует файлы с компьютера Warrington. Система также предупреждает меня в необычном случае, когда один и тот же файл был изменен обоими офисами.'


"Звучит как отличная часть программирования", - сказал я.


"Наше программное обеспечение было написано моим шурином, поэтому он должен был убедиться, что оно работает так, как должно, иначе я превратила бы его жизнь в ад", - сказала Рейчел. Я могла себе представить. Одна из вещей, которой я научился на юридическом факультете, заключалась в том, что никогда не переходи дорогу еврейской принцессе.


"Теперь к сложному вопросу", - сказал я.


"Я могу догадаться. У кого есть доступ к компьютерам?" - спросила она. Я кивнул. "Это действительно необходимо?" Я снова кивнул. "И я полагаю, вы не будете удовлетворены, если я скажу вам, что они доступны только членам моего персонала?" У меня возникло ощущение, что я следую за прыгающим мячом.


"Тебе нужны имена, не так ли?" - спросила она.


"Фотографии были бы еще лучше", - сказал я.


Ее брови изогнулись, затем она фыркнула от смеха. "Ты когда-нибудь рассматривал карьеру в агентстве недвижимости? С такой наглостью, как у вас, вы могли бы стоять посреди разлагающихся трущоб с растущей сыростью, сухой гнилью и просадкой грунта и убеждать клиентов, что недвижимость обладает уникальным потенциалом, который только они способны использовать.'


"Любезно с твоей стороны, но я предпочитаю ловить мошенников, чем становиться одним из них", - сказал я.


"Предполагается, что результатов добивается лесть, а не оскорбления", - парировала она. "И все же, не могли бы вы приглядывать за магазином, пока я пытаюсь удовлетворить ваши требования?"


Я даже зашел так далеко, что сел за письменный стол, в то время как Рейчел исчезла в бэк-офисе. Я полагаю, она могла звонить злодеям, чтобы предупредить их, но я так не думал. К счастью, никто не заходил в течение нескольких минут, пока ее не было. Утро четверга, очевидно, не самое напряженное время для агентов по недвижимости. Рейчел вернулась с конвертом с фотографиями. "Вот мы и на месте", - сказала она. "В прошлом году у нас был рождественский ужин для персонала. Единственный человек, который появился с тех пор, - Джейсон, и вы с ним уже познакомились".


Рейчел протянула мне пачку снимков. Они праздновали в одной из греческих таверн, и фотографии, очевидно, были возвращены в обратном порядке, поскольку на первых нескольких были показаны одни из тех организованных беспорядков, которые греки, как и шотландцы, называют танцами. Там не было никого, кого я узнал. Я продолжил. Затем, на седьмой фотографии, сделанной с противоположного конца стола, появилась она. Мелкие, аккуратные черты лица, острый подбородок, лицо шире за красными глазами. Точно такой же, как на эскизе Дайан Шипли, за исключением того, что ее натуральные волосы были темно-русыми, коротко подстриженными в стиле эльфа с перьями. Я указал на женщину. "Кто это?" - Спросил я.


Лицо Рейчел, казалось, замкнулось на мне. "Почему? Что заставляет тебя спрашивать?"


"Не думаю, что ты хочешь, чтобы я отвечал на этот вопрос", - мягко сказал я. "Кто она?"


"Ее зовут Лиз Лоуренс. Она работает два дня в неделю в нашем офисе в Уоррингтоне. Она работает там почти три года. Я думаю, вы, должно быть, совершаете ошибку, мисс Бранниган. Она... она милая женщина. Она много работает, - настаивала Рейчел.


Я вздохнула. Иногда эта работа заставляет меня чувствовать себя плохой феей, которая говорит детям, что Санта-Клауса нет. Хуже всего было то, что у меня был еще один мешок разочарований, который я мог вываливать на кого-нибудь до окончания дня.


Костюм Теда устраивал очередную вылазку. Когда я вернулся в офис, он сидел на краю стола Шелли, выглядя таким же жизнерадостным, как ищейка, добыча которой только что исчезла в реке. "И ты знаешь, что такое гаражи", - услышал я его слова, когда входил. Они не знают, когда оба фургона вернутся на дорогу".


"Еще проблемы?" Спросил я.


"Ты не шутишь. Два из трех моих фургонов съехали с дороги.


Что означает, что мои установки сильно замедлились. Это катастрофа ”, - скорбно сказал Тед.


"Ты уверен, что это просто совпадение?" Требовательно спросила Шелли. "Вдобавок ко всему прочему, это начинает звучать так, как будто кто-то имеет на тебя зуб!"


Теду удалось выглядеть одновременно уязвленным и сбитым с толку. "Я так не думаю, Шелли, любимая", - сказал он. "Просто не повезло. Я имею в виду, что первая была припаркована, когда это произошло. Очевидно, кто-то врезался в нее на парковке у паба, пока Джек был занят внутри.'


“Джек Маккафферти? Что он делал с одним из фургонов? Наверняка он не имеет никакого отношения к инсталляциям?" Спросил я слишком резко. Они оба странно на меня посмотрели.


"Он время от времени берет их взаймы. Он ведет небольшой дискотечный бизнес со своим шурином, и иногда у них заказано по два места, поэтому он берет напрокат один из моих фургонов на ночь, чтобы развозить дискотечное оборудование, - сказал Тед. Последняя деталь вставлена на место.


Затем я вспомнил, какие фургоны используют в колониальных оранжереях. В животе у меня было ощущение, что я слишком быстро съел слишком много мороженого. "В какую ночь с ним произошел несчастный случай, Тед?" Я спросил.


Тед нахмурился и поднял глаза вверх. "Дай-ка подумать… Должно быть, это было в понедельник вечером. Да, в понедельник. Потому что во вторник мы носились как сумасшедшие, пытаясь все уместить, и именно поэтому Пит ехал слишком быстро, чтобы остановиться на кольцевой развязке. И теперь у нас осталось два фургона, и никаких признаков того, что кто-то из них вернется, самое раннее, до следующей недели." Краем глаза я заметил легкое движение, когда рука Шелли потянулась, чтобы погладить руку Теда.


Ну что ж, по крайней мере, это был не белый фургон Теда "Транзит", который пытался столкнуть меня с Бартон-Бридж. "Хотел бы я иметь для тебя хорошие новости, Тед, - сказал я, - но, боюсь, они несколько противоречивы. Мы должны быть в банке еще полчаса. Не хочешь зайти в мой офис, и я прогоню это мимо тебя, прежде чем мы пойдем к Прадхо?'


Я думал, что не смогу доставить Теда в банк. Когда я рассказал историю о предательстве Джека, у него побелели уголки рта, и он направился к двери. К счастью, вид изумленного лица Шелли замедлил его на достаточно долгое время, чтобы я успел схватить его за руку и усадить на стул. Шелли влила в него лечебный бренди, и к нему вернулся дар речи. "Я убью ублюдка”, - выдавил он сквозь сжатые челюсти. "Клянусь Богом, я убью его".


"Не говори глупостей", - резко сказала Шелли. "Кейт посадит его в тюрьму, и это доставит гораздо больше удовольствия", - добавила она. Отведя меня в сторону, пока Тед уставился на дно своего пустого стакана, она пробормотала: "О каком ублюдке мы здесь говорим?"


Я дал ей последние пять секунд рассказа, которых было достаточно, чтобы она присела на корточки рядом с Тедом, бормоча утешения, свидетелями которых становится неловко. Конечно, именно тогда старший детектив-инспектор Делия Прентис решила появиться. Я немедленно подтолкнул ее к двери и сказал: "Тед, увидимся внизу через пять минут".


Я позвонил Делии, как только Шелли назвала время встречи с Прадхо. Я подумал, что это сэкономит мне немного времени, если я изложу ей суть дела одновременно с тем, как сообщил об этом банку. Я знал, что банк, возможно, будет не в восторге, но, честно говоря, им просто придется все свалить в кучу. Мне все еще нужно было найти достаточно доказательств, чтобы прижать Брайана Ломакса, и у меня просто не было времени пускаться в ритуальный танец с банковским менеджером Теда Барлоу по поводу этики.


Леонард Прадхо оказался именно таким, как я и ожидал. Гладкий, надменный, но, прежде всего, седой. От его серебристых волос до блестящих серых мокасин он был симфонией в тональности Джона Мейджора. Единственным ярким пятном был злобный фиолетовый прыщ у него на шее. Одному Богу известно, как у него хватило безрассудства сидеть там. Кроме того, как я и ожидал, он обращался с нами как с парой непослушных детей, о которых доложили директору, чтобы они могли узнать, как ведут себя взрослые. "Итак, мисс Бранниган, я полагаю, вы считаете, что у вас может быть какая-то информация, имеющая отношение к текущим проблемам мистера Барлоу. Но чего я действительно не могу понять, так это почему вы считаете необходимым присутствие старшего инспектора Прентис, как ни очаровательно с ней знакомиться. Я уверен, что ее ни в малейшей степени не волнуют наши маленькие трудности ...


Я пресекаю покровительственную чушь. "Насколько я понимаю, было совершено преступление, и, боюсь, это важнее ваших чувств. Как много вы знаете о мошенничестве, мистер Прадхо? Я потеряю для вас три предложения? Потому что, если вы не очень разбираетесь в расследованиях о крупном мошенничестве, я предлагаю пригласить сюда кого-нибудь, кто разбирается. Я очень занятая женщина, и у меня нет времени проходить через это дважды, вот почему ДУ Прентис здесь, - быстро сказала я. Он не мог бы выглядеть более шокированным, даже если бы я запрыгнула на стол и принялась изображать поцелуи.


“Молодая женщина, - заикаясь, произнес он, - да будет вам известно, что я эксперт по всевозможным финансовым хищениям".


"Прекрасно. Тогда прижми уши и делай заметки", - парировал я. В напыщенности есть что-то такое, что пробуждает во мне тряпку для ног. Должно быть, это ирландский квартал моих предков.


Прудхо выглядел оскорбленным, но краем глаза я заметила, что Тед выглядел немного менее несчастным. У Делии Прентис, казалось, начался неприятный кашель.


На самом деле нет необходимости занимать такую позицию, - холодно сказал Прадхо.


"Послушайте, мистер Прадхо", - прервал его Тед. "Вы, люди, пытались отобрать у меня мой бизнес. Кейт пыталась во всем разобраться, и, насколько я понимаю, это дает ей право занимать любую позицию, какую ей, черт возьми, заблагорассудится.'


Вращающийся червь заставил Прадхо замолчать на время, достаточное для того, чтобы я смог начать. "На первый взгляд, это выглядит так, как будто то, что случилось с Тедом, является чередой неудачных совпадений, кульминацией которых стало то, что вы перекрыли его кредитную линию. Но правда в том, что Тед - жертва очень хитроумного мошенничества. И если бы преступники не стали настолько жадными, что решили откусить второй кусочек вишенки, никто бы никогда не клюнул на это, потому что мошенники выглядели бы как одно целое с настоящими неплательщиками ипотечных кредитов." Несмотря на это, я мог видеть, что интерес Прудхо усилился. Возможно, под его покровительственной напыщенностью все-таки скрывался мозг.


Я изложил причины, по которым Тед пришел к нам в первую очередь. Делия Прентис достала свой блокнот и яростно что-то записывала. Когда я добралась до пропавших оранжерей, Прюдхо действительно подался вперед на своем стуле. Вот как это работает, ” сказала я, полностью войдя в себя.


"Вам нужен опытный продавец, и вам нужен свой человек в офисе агентства недвижимости, которое специализируется на аренде недвижимости достойного качества. В этом случае они использовали фирму под названием DKL Estates, которая так же невиновна в какой-либо криминальной причастности, как и Тед. Инсайдер, назовем ее Лиз, выбирает для сдачи в аренду дома, у владельцев которых довольно распространенные имена и, предпочтительно, где они находятся за границей, либо работают, либо занимаются услугами. В идеале им нужна пара, которая выплачивает ипотеку в течение нескольких лет, чтобы в доме была значительная часть собственного капитала. Затем Лиз сообщает офисному компьютеру, что нашла человека, который хочет арендовать помещение и чьи рекомендации проверяются.


Фамилия пары, снимающей дом, идентична фамилии настоящих владельцев, но поскольку они выбрали распространенные имена, если кто-нибудь в офисе, кроме Лиз, заметит совпадение, все они могут встать вокруг и сказать: "Ну, побейте меня камнями, разве это не невероятно, какой тесный мир и т.д.". Конечно, поскольку у Лиз есть доступ ко всем оригиналам документов от владельцев, у них есть копии подписей и, возможно, информация о банковских счетах, ипотечных счетах, контрактах на обслуживание и всем остальном. Со мной до сих пор?'


"Очаровательно”, - сказал Прадхо. "Продолжайте, мисс Брэнниган".


Продавец, у которого есть доступ к агентствам по проверке кредитоспособности через вашу компанию, предоставляющую финансовые услуги, проводит проверку, чтобы узнать, какую другую информацию о владельцах он выдает. Затем Лиз открывает фальшивый банковский счет на имя арендатора по этому адресу и прекращает перенаправление почты в любое почтовое отделение для настоящих владельцев. Она проводит в доме минимальное количество времени и какое-то время платит арендную плату. Между прочим, у них одновременно три операции на стадии планирования, поэтому она никогда не задерживается ни в одном из домов достаточно долго, чтобы соседи могли подобраться поближе. Все они думают, что она работает в отъезде, или по ночам, или у нее есть парень, с которым она часто остается. Она также изменила свою внешность с помощью париков, очков и макияжа, чтобы замести следы.


"Далее Джек Маккафферти, ведущий продавец Ted, говорит, что она звонила ему и просила оценить стоимость оранжереи. На следующий день он приходит с заказом, финансируемым за счет перезаклада в этом банке. И если бы это был один из тех периодических вечеров, когда Тед выходит с ним на вызов, тогда Джек и Лиз просто притворились бы, что никогда раньше не встречались, и он предложил бы ее точно так же, как любого другого игрока. В конце концов, перезакладывание было бы совершенно законным способом сделать это и не вызвало бы никаких тревожных звоночков у Теда или у кого-либо еще, поскольку все, кто не может продать свой дом прямо сейчас, отчаянно пытаются высвободить какой-то капитал. Я отследил все это по записям земельного кадастра, но я уверен, что вы можете проверить детали перезаклада по своим собственным записям. Я подозреваю, что они постоянно использовали ваших финансистов, потому что таким образом они также зарабатывали комиссионные финансовой компании ", - добавил я.


"Но не возникнет ли проблем с первоначальной закладной?" - спросила Делия. "Конечно, как только эта сумма была выплачена, либо строительная компания была бы предупреждена, потому что платежи от настоящих владельцев все еще продолжались, либо настоящие владельцы заметили бы, что их ипотека больше не снимается с их банковского счета".


Я об этом не подумал. Но потом я вспомнил опыт, который был у Алексис и Криса, когда они впервые продали свои отдельные дома, чтобы съехаться. Алексис, будучи некомпетентной в финансовом отношении, продолжала беспечно выплачивать свою старую ипотеку в течение шести месяцев, прежде чем заметила. Я покачала головой. "Строительному обществу потребовалась бы целая вечность, чтобы понять, что происходит. А потом они отправили бы письмо, и оно провалилось бы в черную дыру из-за отмены перенаправления почты. Это могло продолжаться целую вечность, прежде чем кто-нибудь в строительном обществе достаточно серьезно потренировался, чтобы что-то с этим сделать.'


Делия удовлетворенно кивнула. Спасибо. Извините, продолжайте. Это увлекательно.'


"Правильно. Итак, когда банк проверяет заявку на перезакладку, поскольку имена совпадают, вся информация, которую они получают, относится к реальным владельцам, так что проблем никогда не возникает. И деньги передаются. Подумайте о соответствующих цифрах. Представьте себе недвижимость, купленную десять лет назад за двадцать пять тысяч фунтов стерлингов, которая сейчас стоит девяносто тысяч. Сумма непогашенного ипотечного кредита составляет всего около семнадцати тысяч. Они перезакладывают все на девяносто тысяч, полностью выплачивают существующую ипотеку, чтобы предотвратить любые подозрения, затем убегают. Наши друзья Джек и Лиз заработали около семидесяти тысяч фунтов после покрытия расходов.


"Я думаю, они провернули одну и ту же аферу по меньшей мере дюжину раз. И единственная причина, по которой я смог зацепиться, это то, что они стали такими жадными, что решили демонтировать оранжереи после того, как их установили, и продать их другому покупателю с таким же домом по минимальной цене в пару тысяч.' Я повернулся к Теду. Это то, что Джек делал с фургоном, когда ты думал, что он играет на ди-джеях.'


У меня не было возможности насладиться их реакцией. Теперь я вспоминаю, почему я так долго сопротивлялся мобильному телефону. Они всегда прерывают лучшие моменты.


22


Говорят, викторианская эпоха была эпохой одаренных любителей. Все, что я должен сказать, это то, что я рад, что тогда не был частным детективом. Я имею в виду, если есть что-то хуже, чем дилетанты, которые настаивают на том, чтобы предложить вам такую помощь, которая полностью портит расследование, так это те, кто более уверен в себе, чем вы. Судя по тому, как Алексис действовала в этом деле, вскоре мне пришлось бы начать платить ей, а не наоборот.


То, что я услышала, когда сидела в офисе Прюдхо, схватившись за телефон, было не из тех новостей, которые радуют сердце. "Он собирается уехать из страны”, - начала разговор Алексис.


"Вы имеете в виду мистера Харриса?" Осторожно спросил я. Я пытался изложить свою точку зрения как можно короче и неинформативнее. В конце концов, я внезапно стал довольно неловким центром внимания. Меня не беспокоили Тед или Прадхо, но присутствие полицейских вызывает у частных лиц паранойю, по сравнению с которой Вуди Аллен выглядит вполне уравновешенным.


"Конечно, Харрис, Ломакс, неважно! Кто еще? Он собирается совершить побег".


"Откуда мы это знаем?"


Последовала секундная пауза, пока Алексис решала, как это разыграть. "После того, как ты объяснил, насколько занят сегодня, мне удалось поменять свои выходные. Я подумала, что если бы я не спускала с него глаз, то, по крайней мере, мы бы ничего не упустили. И я была права, - добавила она вызывающе.


Я почувствовал, как на меня накатывает чувство вины. Каким-то образом я просто знал, что не собираюсь проводить свой вечер в роли императора Браннигана из племени зулусов, цивилизующего известную вселенную. "Что случилось?" Я спросил.


"У него есть бланк заявления на получение паспорта”, - торжествующе объявила Алексис. "Я проследила за ним до почтового отделения. Очевидно, он планирует покинуть страну".


Это был разумный вывод. Чего нам не сказали, так это того, планировал ли он вылететь на Коста-дель-Кармен со своими нечестно нажитыми деньгами, как только ему позволит авиадиспетчерская служба, или он просто заранее планировал свой зимний лыжный отпуск. "Где ты?" - спросил я.


"В телефонной будке чуть дальше по дороге от его двора. Отсюда мне виден вход. Он не двигался с тех пор, как вернулся с почты".


Я сдался. "Я приеду, как только смогу", - сказал я. В конце концов, я дал Теду и Прадхо достаточно, чтобы заставить их сплетничать часами. Я закончил разговор и мило улыбнулся своей очарованной аудитории. "Я очень сожалею об этом, но произошло кое-что довольно срочное. Без сомнения, вам троим есть что обсудить, так что, если вы меня простите, я оставлю вас наедине. Тед, я предоставлю тебе полный письменный отчет как можно скорее, но, конечно, не позднее понедельника. ' Я поднялся на ноги. 'Я просто хотел бы сказать, что это было приятно, мистер Прудхо, - добавил я, перегнувшись через его стол и крепко схватив его за руку. Бедняга, он все еще выглядел так, словно его ударили половинкой кирпича. Кажется, я произвожу такой эффект на мужчин. Тревожно, не так ли?


Делия Прентис последовала за мной в коридор. "Адская история, Кейт. Ты проделала отличную работу. Нам, конечно, понадобится официальное заявление", - сказала она. "Когда мы сможем заняться бизнесом?"


Я взглянул на свои часы. Время шло к трем. "Я не знаю, Делия, я не вижу, что смогу посидеть с тобой до выходных, самое раннее. Наверняка у вас достаточно денег, чтобы получить ордер на обыск по адресам, которые они используют для мошенничества?" Я открыла сумку, достала блокнот и, говоря это, переписала адреса. "Послушай, поговори с Рейчел Либерман из DKL Estates. Женщину, которую ты ищешь, зовут Лиз Лоуренс, и она работает неполный рабочий день в их офисе в Уоррингтоне. И Тед может рассказать вам все, что он знает о Джеке Маккафферти. Я не хочу быть трудным, но я действительно против этого.'


"ХОРОШО. Я вижу, у тебя проблемы. Дай мне знать, когда у тебя будет время сесть и собрать все воедино. И дай мне номер своего мобильного, чтобы я могла связаться с тобой, если мне понадобится какая-то информация ”, - сказала она. Я записала свой номер на листе бумаги и сунула его ей, когда умчалась. Я знаю, что технически у меня не было отчаянной спешки соединиться с Алексис, но если бы я не подстегнул свой адреналин, мне, возможно, никогда бы не удалось протащиться обратно по забитой машинами А6 и пересечь ту проселочную дорогу через холмы в Бакстон. У местных, должно быть, потрясающие запястья.


Я снова был за рулем Fiesta. Я взял такси, чтобы меня высадили там тем утром, поскольку теперь не было необходимости продолжать наблюдение. Я заскочил в офис, чтобы забрать ноутбук с файлами Читама и пару своих учебников по юриспруденции. У меня все еще не было возможности просмотреть файлы, поэтому я понятия не имел, какими запутанными маленькими схемами занимался мертвый адвокат. Но у меня было острое подозрение, что им может понадобиться немного больше знаний о тонкостях передачи прав, чем у меня в голове. Вместо этого лучше иметь это под рукой.


Было почти пять, когда я обогнал последний карьерный фургон и спустился с холма в Бакстон. Я проехал мимо двора Ломакса и засек Алексис в ее машине. Я должен был признать, что сам не смог бы выбрать лучшего места. Она была зажата между двумя припаркованными машинами, из окон машины перед домом Ломакса открывался панорамный вид на двор. Я припарковался за углом и пошел обратно пешком.


Я забрался в "Пежо", сбросив на пол стопку газет и оберток от сэндвичей. "Лучше будь осторожен, чтобы мусорщики не пришли и не забрали тебя", - сказал я. "Какие-нибудь действия?"


Алексис покачала головой. Там два фургона. Тот, на котором ездит Ломакс, и идентичный ему. Другой пару раз приезжал и уезжал, но он не менял места.'


“Если, конечно, он не лежит на заднем сиденье другого фургона, замаскированный под мешок с цементом", - отметила я. Алексис выглядела удрученной. О, отлично, теперь я чувствовала себя еще более виноватой. "Не волнуйся, это маловероятно. Он не знает, что за ним кто-то наблюдает. Смерть Читама списана на несчастный случай. Насколько ему известно, он в полной безопасности. Теперь ты можешь убираться восвояси и позволить мне зарабатывать на жизнь вместо того, чтобы вынимать хлеб у меня изо рта ”, - добавил я.


"Разве ты не хочешь, чтобы я держалась? На случай, если он сбежит?" - спросила она почти с тоской.


"Иди домой, обнимись с Крисом. Если бы он планировал исчезнуть за далеким горизонтом сегодня вечером, он бы не сидел без дела у себя во дворе. Он бы дергался в очереди в паспортном столе, - рассудительно сказала я. Судя по хмурому выражению лица Алексис, ей нравится разумность примерно так же, как и мне.


Она вздохнула, одна из тех работ, которые идут от чистого сердца. "Хорошо", - сказала она. "Но я не хочу, чтобы этот парень ушел".


Я открыл дверцу машины. "Не забывай, есть небольшой вопрос о доказательствах", - сказал я. "Теперь, когда Читам мертв, Ломакс может утверждать, что не сделал ничего нечестного. Т.Р. Харрис - это название компании, ни больше, ни меньше. Он просто показал потенциальным покупателям землю. Он понятия не имел, кто это купил и когда. Теперь мы с тобой знаем другое, но я хотел бы быть в состоянии доказать это.'


Алексис застонала. "Все, чего я хочу, - это рычаг, чтобы вернуть наши деньги, Кейт. Меня не волнует, если он выйдет из всего этого благоухающим розами".


"Я слышу и повинуюсь, о господи", - сказал я, выходя из машины. “Теперь сдвиньте этот мусорный бак на колесиках и дайте собаке увидеть кролика".


Она помахала рукой, отъезжая, и я поставил Fiesta на место, которое она оставила. Я открыл ноутбук и получил доступ к каталогу WORK.L. Файлы были отсортированы по двум каталогам. Один назывался DUPLICAT, другой RV. Каждый файл в RV относился к покупке дома. В некоторых случаях дом продавался примерно через пять месяцев, всегда со значительной прибылью. Я собирался проверить адреса в моем Аз , когда в воротах двора Ломакса появился белый фургон "Транзит". Моя цель была за рулем. Быстро, как только могла, я закрыла ноутбук и бросила его на пассажирское сиденье.


Не позволяй никому говорить тебе, что быть частным детективом - это гламурный способ зарабатывать на жизнь. Я шел за Ломаксом от его двора до его дома. Затем я два часа сидел в машине, устало копаясь в файлах Мартина Читама. Все дома в RV находились в более захудалых районах к югу и востоку от центра Манчестера - Гортон, Лонгсайт, Левеншульм. Улицы с террасами, где вы можете дешево купить обветшалую недвижимость, благоустроить ее и немного подзаработать. Или, по крайней мере, вы могли бы это делать, пока несколько месяцев назад на рынке недвижимости Северо-Запада не началось падение. Глядя на эти файлы, казалось, что Ломакс и Читам занимались этим в довольно значительных масштабах. Я быстро подсчитал в уме и подсчитал, что в прошлом году они сдались на два миллиона фунтов. Поскольку моя арифметика в уме находится на одном уровне с моей квантовой механикой, я решил, что ошибся, и записал суммы в свой блокнот. Я получил тот же ответ.


Внезапно мы оказались в совершенно новой игре с мячом. Я не смотрел на пару мелких дельцов, зарабатывающих несколько тысяч на сомнительной сделке с землей. Я смотрел на большие деньги. За последний год они могли бы заработать до трех четвертей миллиона. Но, во-первых, у них должен был быть солидный капитал, чтобы купить дома. Откуда, черт возьми, взялись начальные деньги для создания такого рода бизнеса?


Пока я решал свои задачи, последний луч света померк. Я начал чувствовать себя довольно незащищенным, что, в свою очередь, заставляло меня чувствовать себя крайне неуютно. Я не мог не вспомнить, что меньше недели назад кто-то хотел предостеречь меня от чего-то настолько сильно, что рискнул убить меня. Если бы они все еще были рядом, я представлял бы собой отличную мишень, сидя совсем один в машине.


Ответ на мой страх был прямо у меня за спиной. Я припарковался на противоположной стороне улицы от дома Брайана Ломакса, примерно в тридцати ярдах дальше вверх по холму, перед солидным викторианским зданием с вывеской "Постель и завтрак", слегка раскачивающейся на холодном ветру. Я достал из багажника небольшую сумку на ночь, запихнул в нее юридические книги и прошел по короткой подъездной дорожке.


Я бы в любой день нанял домовладелицу в качестве следователя. К тому времени, когда я заплатил за ночь вперед, и она оставила меня одного в моем безупречно чистом маленьком номере, я чувствовал, что в течение нескольких дней у меня в глазах горел яркий свет. Не обращайте внимания на благодать под давлением; должен быть Оскар частных детективов за ложь под давлением. По крайней мере, я был в костюме, что облегчало убедительность в моей воображаемой роли коммерческого адвоката, действующего от имени местного клиента, который был заинтересован в покупке недвижимости в Манчестере для расширения своего бизнеса. Она пошла на ложь, возмущенная моим молчаливым отказом нарушить конфиденциальность клиента. Я был наполовину убежден, что утром она будет следить за мной только для того, чтобы, черт возьми, узнать какую-нибудь пикантную местную сплетню.


Моя комната, как и просили, находилась в передней части дома, на втором этаже, что позволяло мне лучше видеть дом Брайана Ломакса, чем из машины. Радуясь, что избавилась от колготок и каблуков, я переоделась в леггинсы, толстовку и кроссовки Reeboks, которые были отнесены к аварийному комплекту на ночь, и устроилась в темноте на страже. Я коротал время, диктуя отчеты о своих клиентах для PharmAce и Теда Барлоу. Это отвлекло бы мысли Шелли от романтики на пару часов.


Нелл приехала домой около половины седьмого, парковала свой GTi в гараже. Было уже больше девяти, когда я увидел еще какое-то действо. Ломакс появился из-за дома, идя по подъездной дорожке. Он повернул направо и направился в сторону города. Я выскочил из комнаты и спустился по лестнице намного быстрее, чем смог бы сделать всего пару дней назад. Если Мортенсен и Бранниган когда-нибудь возьмут ассистента, я думаю, нам придется оговорить "должен быть быстро исцеляющимся" в описании работы.


Он все еще был в поле зрения, когда я выбегала из гостевого домика, пытаясь выглядеть как бегунья трусцой, выбегающая на вечернюю пробежку. На светофоре он повернул налево, поднимаясь на холм к рыночной площади. Я добрался до угла как раз вовремя, чтобы увидеть, как он входит в паб. Замечательно. На мне даже не было куртки, и я не мог последовать за ним в паб, потому что он слишком хорошо знал, кто я такой. В ярости я подошел прямо к пабу и заглянул через витражную дверь. Сквозь голубую дымку я увидел Ломакса в баре, разговаривающего и смеющегося с группой других мужчин, примерно того же возраста. Судя по всему, он проводил свой обычный вечер четверга в местном ресторане с парнями, а не встречался с деловым контактом. Это было большим облегчением. Я отступил назад и огляделся. Через дорогу, на противоположном углу, была лавка с рыбой и чипсами, рекламировавшая столовую наверху. Мне больше нечего было терять.


Удивительно, как много времени у меня уходит на то, чтобы расправиться со стейковым пудингом, чипсами, гороховой кашей, соусом, чайником чая и тарелкой хлеба с маслом. Как ни странно, мне это действительно понравилось, особенно после того, как я пропустила обед. Лучше всего был запеченный дик с заварным кремом, который был вкуснее всего, что готовила моя мама. Мне удалось продержать всю стоянку до половины одиннадцатого, затем она снова оказалась на холоде. Конечно, как только я вышел из "чиппи", начался дождь. Я подошел к пабу и еще раз посмотрел через стекло. Сцена не сильно изменилась, за исключением того, что в пабе стало оживленнее. Ломакс все еще стоял у бара со своими дружками, держа в кулаке пивную кружку. Я не видела никакого смысла промокать, пока он злился, поэтому я побежала обратно в гостевой дом, мой ужин застрял у меня в желудке, как бетонный блок.


Он вернулся, один, как раз в половине двенадцатого. Пять минут спустя в комнате наверху зажегся свет, и он появился у окна, чтобы задернуть шторы. Через десять минут после этого зажегся другой свет, и Нелл сделала то же самое в своей комнате. Я не стал дожидаться, пока у них погаснет свет. Бьюсь об заклад, я заснул раньше, чем они.


Бьюсь об заклад, я тоже встал раньше них. Я поставил будильник на шесть и вышел из душа в четверть седьмого. Шторы Ломакса открылись без четверти семь, и мое сердце упало. Моя домовладелица не начинала подавать завтрак до восьми, и было похоже, что к тому времени его не будет дома. Я утешила себя пищеварительным печеньем в индивидуальной упаковке, которое прилагалось к наборам для приготовления чая и кофе. (Прекрасно, если вам нравится стерилизованное молоко, чайные пакетики, наполненные домашней пылью, и порошкообразный растворимый кофе, вкус которого, как я представляю, напоминает вкус стрихнина.)


Устало я собрала свою сумку и вернулась к машине. Я начала задаваться вопросом, был ли какой-то смысл в этой слежке. Иногда я думаю, что мой порог скуки слишком низок для этой работы. Двадцать минут спустя нос белого E-type появился в воротах его дома. Я видел "ягуар", стоящий рядом с GTi Нелл в гараже в ту ночь, когда заметил вывеску T.R. Harris. Длинный капот классического автомобиля осторожно показался, пока я не увидел, что за рулем был сам Ломакс. Он проехал мимо меня, даже не взглянув. Я наблюдал за ним за поворотом в зеркало заднего вида, затем быстро выехал задним ходом с подъездной дорожки к гостевому дому и помчался за ним.


Я думал, что дорога из Манчестера была достаточно плохой.


Тот, который мы вынесли из Бакстона, был тем кошмаром, от которого ты просыпаешься в липком поту. Дорога петляла через серию крутых поворотов с отвесными обрывами с другой стороны, совсем как в Альпах. Затем она превратилась в узкий извилистый поворот, который заставил меня порадоваться тому, что я пропустил завтрак. Видимость была ужасающей. Я не мог решить, сквозь туман или облако я ехал, но в любом случае я был рад, что было не слишком много боковых поворотов, в которых E-type мог скрыться. Что заставило меня задохнуться от неверия, так это количество трафика на этом треке из ада. Грузовики, фургоны, легковые автомобили дюжинами, все несутся вперед, как будто они находятся на скоростной полосе М6.


В конце концов, мы оставили серо-зеленые вересковые пустоши позади и въехали в Макклсфилд из красного кирпича. Я чувствовал себя исследователем, вышедшим из джунглей после близкого столкновения с каннибалами. Это были нормальные дороги со светофорами, развязками с круговым движением и белыми линиями посередине. Через Макклсфилд мы снова выехали за город, но это больше соответствовало моему представлению о том, какой должна быть сельская местность. Ни одной из этих ужасных вересковых пустошей, простирающихся до бесконечности, полуразрушенных стен из сухого камня с дырами в тех местах, где кто-то не справился с поворотом, мрачных пабов, застрявших у черта на куличках, и деревьев, растущих под углом сорок пять градусов к преобладающему ветру. Нет, это было гораздо больше похоже на то. Аккуратные поля, симпатичные фермерские домики, маленькие повара и садовые центры, прибитые к деревьям объявления о ярмарках ремесел и распродажах автомобильных багажников. Страна, в которую у вас может возникнуть соблазн совершить небольшую пробежку на машине.


Мы с ревом помчались по скользкой дороге М6 в 8: 14, согласно моим часам на приборной панели. Я начал чувствовать возбуждение. Чем бы ни занимался Ломакс, это было интереснее, чем ремонт водосточных желобов. Когда speedo перевалил за девяносто, я действительно начал скучать по своей Nova. Возможно, это выглядело не очень, но на самом деле казалось, что это машина, которая набирает обороты только после восьмидесяти. В отличие от Fiesta, у которой было интересное сотрясение рулевого колеса между восемьдесят двумя и восемьдесят восемью. Когда мы сменили полосу движения, чтобы направиться на запад по М62, я вспомнил о телефонном звонке Алексис, который положил начало этой последней фазе операции. Бланк заявления на получение паспорта.


Чтобы получить полноценный британский паспорт, вы должны заполнить сложную форму, удостоверить свою личность с фотографией предположительно уважаемым членом сообщества, который знает вас не менее двух лет, и отправить ее в паспортный стол. Затем вы сидите сложа руки и ждете несколько недель, пока колеса бюрократии вращаются чрезвычайно медленно. Если вы спешите, отправляйтесь в один из пяти паспортных столов на материковой части Великобритании – в Лондоне, Ливерпуле, Ньюпорте, Питерборо или Глазго. Я хорошо помню представление. Мы с Ричардом забронировали двухнедельный отпуск в июле, катаясь по Калифорнии на "Виннебаго". За два дня до того, как мы должны были уехать, он материализовался в моем офисе посреди утра, чтобы объявить, что его паспорт устарел. Конечно, он был слишком занят, чтобы разобраться с этим самому, не мог бы я, возможно ...?


Если вы приходите туда без девяти, они соизволят забрать у вас документы и скажут, чтобы вы вернулись через четыре часа. Если вы опаздываете, вам придется ждать в очереди и молиться, чтобы к вам подошли до закрытия. Если Брайан Ломакс направлялся именно туда, он явно был полон решимости избежать очереди весь день.


Он направился прямо в центр Ливерпуля и припарковал свою машину в многоэтажном здании, ближайшем к паспортному столу, без десяти девять. Я остался в своей машине и наблюдал за ним через дверь "Индиа Билдингс". Он вполне мог направиться в любой из офисов на любом этаже, кроме пятого, но я сомневался в этом. Он вышел через двадцать минут, но вместо того, чтобы сразу вернуться к своей машине, направился в сторону центра города. Я непрерывно ругался себе под нос, пытаясь не выпускать его из виду. До тех пор, пока он не превратился в пешеходный участок, со мной, возможно, все будет в порядке.


Я был и меня не было. Примерно в миле от паспортного стола Брайан Ломакс целенаправленно направился в туристическое агентство.


23


Я ворвалась в дверь, сдерживая слезы, бросилась к ассистентке и завопила: "Куда он ее забирает? Скажите мне! Я имею право знать, куда он направляется с этой сукой!" Затем я разрыдалась и рухнула на стул, который только что освободил Брайан Ломакс.


"Я знаю, это глупо, но я все еще люблю его", - всхлипнула я. "Что бы он ни сделал с той коровой, он все равно мой муж". Сквозь слезы я видела, что турагентша выглядела совершенно пораженной. Ее рот открывался и закрывался.


"Ради Бога, избавь меня от страданий! Расскажи мне о худшем. Ты женщина, ты должна понимать", - добавила я обвиняющим тоном.


Другая женщина оттолкнула младшую помощницу с дороги. "В чем дело, королева?" - успокаивающе спросила она.


"Мой п-муж", - икнула я. "У него есть девушка, я просто знаю это. Так что я следила за ним. Когда он вошел сюда, я подумала, что он забирает ее, не обращая внимания на то, что у меня и детей не было отпуска два года. И что-то просто щелкнуло. Ты должен сказать мне, - добавил я на восходящей ноте. Затем я шумно сглотнул.


"Шарон", - сказала пожилая женщина. Джентльмен, который только что вошел. '


"Ломакс", - сказал я. Это его имя. Брайан Ломакс.'


"Мистер Ломакс", - эхом повторила женщина. "Что ему было нужно, Шарон?"


"Я думала, мы не должны обсуждать клиентов?" - пробормотала девушка помоложе.


"У тебя что, совсем нет сердца, девочка? Однажды такой можешь быть ты. Мы, девочки, должны держаться вместе", - сказала женщина. Затем, обращаясь ко мне, она сказала: "Мужчины. Они все одинаковые, да, девочка?" Слава Богу за легендарные золотые сердца ливерпульцев.


Я кивнул и устроил великолепное шоу, пытаясь взять себя в руки, в то время как Шарон нервно стучала по клавишам своего компьютера ногтями, которые заставили бы Круэллу де Виль почивать на лаврах. Вот, Дот, ” сказала она, указывая на экран.


Пожилая женщина глубокомысленно кивнула и повернула экран так, чтобы я мог видеть это сам. "Что бы он ни замышлял, он с ней не уйдет", - сказала она. "Смотри. Он забронирован только для одного человека. Перелет / поездка во Флориду. Ваучеры на перелет, прокат автомобиля и проживание, включая доплату за проживание одного человека ". Пока она говорила, я все это воспринимал. Авиакомпания, номер рейса, цена. Вылетаю из Манчестера в понедельник вечером. "Он заплатил наличными и все такое", - добавила Дот. "Это то, что мы не часто видим здесь в эти дни".


"А как насчет его билетов?" Потребовал я ответа. "Держу пари, он не заказывает их на дом".


"Нет", - сказала Дот. "Поскольку он уезжает в понедельник, он заберет их у билетного агента в аэропорту".


"Эгоистичный ублюдок", - выплюнул я.


"Ты не шутишь, девочка", - сказала Дот. "Тем не менее, посмотри на это с другой стороны. По крайней мере, у него нет с собой коровы, не так ли?"


Я поднялся на ноги. "К тому времени, как я с ним закончу, он больше не будет заводить детей в спешке", - сказал я.


"Молодчина!" - крикнула мне вслед Дот, когда я вылетела из туристического агентства.


К тому времени, как я завернул за угол и сел в Fiesta, которая чудом избежала штрафа за неправильную парковку, реакция на мое выступление усилилась. Мои ноги были как желе, а руки дрожали. Слава Богу за солидарность женщин, чьи мужчины поступили с ними неправильно.


Значит, Алексис была права, подумал я, более спокойно возвращаясь по шоссе М62. Брайан Ломакс собирался совершить пробежку. И единственное, что могло его остановить, - это то, что я выяснил, чем именно он занимался. Я решил провести остаток дня, не обращая внимания на все отвлекающие факторы, и докопаться до сути файлов Мартина Читама. Но прежде чем я это сделал, я подумал, что заслужил завтрак, который пропустил ранее. На горизонте я мог видеть здание службы автомобильных дорог Бертонвуда, точное подобие римско-католического собора в Ливерпуле. Если я скажу вам, что местные жители называют дом Бога "бетонным вигвамом", возможно, вы получите представление.


Я съехал с дороги и заехал на автостоянку. И вот оно. Посреди автостоянки - бах-бах: E-type Брайана Ломакса. Я припарковал машину, затем осторожно исследовал зону обслуживания. Его не было ни в магазине, ни за игровыми автоматами. Наконец я заметил его в кафетерии, одного, если не считать огромной порции жареного мяса. Прощай, завтрак. Со вздохом я вернулся к своей машине и направился к служебной дороге, которая вела обратно к автомагистрали. Добравшись до бензоколонок, я съехал на обочину и припарковался. Я заскочил в магазин и купил бутылку минеральной воды и сэндвич с беконом и яйцом - самое близкое к нормальному завтраку, которое я собирался получить в тот день. Вернувшись к машине, я дал двигателю поработать на холостых оборотах, пока ел свою булочку и ждал Ломакса. Я ничего не мог с собой поделать; поскольку боги преподнесли его мне на блюдечке, я просто должен был увидеть, что он задумал.


Четверть часа спустя мы направлялись обратно в Манчестер. К этому времени движение было интенсивным, но E-type был настолько характерным, что за ним было легко проследить. На окраине он свернул на шоссе М63 в сторону Стокпорта. Он свернул в более дешевом конце Чидла, где не обязательно уметь играть в бридж или гольф, чтобы получить разрешение купить дом, и срезал дорогу до террасных улиц, которые теснятся вокруг футбольного поля округа Стокпорт. Выслеживать его по плотной сети узких улочек было намного сложнее, но, к счастью, мне не пришлось долго этим заниматься. Ломакс вел себя так, будто мысль о слежке даже не приходила ему в голову.


Он притормозил у дома, где пара рабочих, по-видимому, разбирали окна, а юноша, поднявшись по лестнице, счищал мох с водосточных желобов. На табличке на лестнице был знакомый логотип Renewations, как и на потрепанном фургоне, припаркованном на двух колесах у обочины. Ломакс перекинулся несколькими словами с рабочими, затем вошел внутрь. Десять минут спустя он появился снова, показал им поднятый большой палец и уехал.


Мы повторили ту же процедуру еще пару раз, в Реддише, затем в Левеншульме. Все дома представляли собой старые дома с террасами на улицах, которые выглядели так, как будто они с трудом поднимались, а не спускались дальше под гору. В третьем доме что-то щелкнуло. Это были некоторые из самых последних покупок в каталоге RV. На самом деле я рассматривал дома, которые Читэм и Ломакс купили дешево, чтобы отремонтировать и продать подороже.


Последняя остановка была на окраине Бернаджа, но на этот раз это был полуприцеп времен межвоенных отношений, который выглядел совершенно обветшалым. Сквозь гравий пробивалась трава, ворота висели на одной петле. С дверных и оконных рам облупилось столько краски, что было чудом, что они не рассыпались вдребезги. Двое мужчин работали на крыше, заменяя сломанный шифер и направляя дымовую трубу. Ломакс вылез из "ягуара" и что-то крикнул мужчинам. Затем он достал из багажника пару комбинезонов, надел их поверх джинсов и толстовки и вошел в дом. Несколько минут спустя я услышал пронзительный вой электрической дрели. Я решил, что смогу более плодотворно использовать свое время, вернувшись в офис за компьютерными файлами.


Шелли разговаривала по телефону, издавая звуки "новый клиент", когда я вошел, но, судя по скорости, с которой кофе появился на моем столе, она уже была в курсе моего успеха в оранжереях Теда. "Хорошие новости распространяются быстро, да?" - сказал я.


"Я не понимаю, что ты имеешь в виду", - надменно сказала она. "Ты уже подготовил отчеты о клиентах для PharmAce и Теда Барлоу?"


Я достала кассеты из сумочки. "Вуаля!" сказала я, размашисто протягивая их. "Боже упаси нас заставлять Теда ждать. Кстати, как он? Счастлив, как песочный мальчик?'


"Как будто недостаточно плохо проводить дни с кем-то, кто считает себя гением, теперь я должен слушать, как Тед Барлоу говорит мне, что ты гений. Банк согласился восстановить его кредит и доступ к их отделу финансовых услуг, и в понедельник в "Ивнинг Кроникл " появилось объявление о приеме на работу нового продавца. Прошлой ночью полиция провела обыск в трех домах и собрала достаточно улик, чтобы арестовать Джека Маккафферти и Лиз Лоуренс. Обвинения им обоим должны быть предъявлены позже сегодня, и Тед полностью оправдан, - сказала Шелли, не в силах сдержать улыбку в глазах.


"Отличные новости. Скажи мне, Шелли, откуда ты все это знаешь?"


"Потому что это моя работа - отвечать на телефонные звонки, Кейт", - мило ответила она. "Кроме того, мне звонили стажер из DCI, женщина по имени Рейчел Либерман, Алексис Ли и четыре звонка от Ричарда, который говорит, что не хочет вас беспокоить, но попросил вас зарядить аккумулятор вашего мобильного, потому что он не отвечает".


Я знал, что должна была быть причина, по которой я был спокоен все утро. Я не забыл зарядить телефон на ночь. Я просто забыл убедиться, что он был включен этим утром. Чувствуя себя полной дурой, я мило улыбнулась Шелли. "Должно быть, я была в одной из тех черных дыр, когда он испытывал меня", - сказала я.


Шелли посмотрела на меня так, как обычно смотрела моя мать, когда я клялся вслепую, что не съел последнее печенье. "Если у тебя такая большая проблема, может, нам просто отправить его обратно", - сказала она.


Я оскалил зубы. 'Я справлюсь, спасибо. Итак, теперь он сбросил этот груз с головы, как там Тед? Способен ли он посвятить сто процентов своего внимания тому, чтобы помочь вам полностью раскрыть потенциал вашего дома?'


"Я когда-нибудь говорил тебе, какое это благословение для меня - работать с тобой, Кейт? Ты единственный человек, которого я знаю, который заставляет меня осознать, насколько взрослыми на самом деле являются двое моих детей.' Она повернулась и направилась к двери. Я показал язык ее удаляющейся спине. "Я это видела”, - сказала она, не поворачивая головы. У двери она оглянулась на меня. "Шутки в сторону, все в порядке". Затем она ушла, оставив меня наедине с ноутбуком и сообщениями на моем телефоне, которые я предпочел проигнорировать.


Теперь, когда я разобрался, что такое каталог RV, и я действительно увидел некоторые из рассматриваемых свойств, мне нужно было разгадать содержимое DUPLICAT. На первый взгляд они казались совершенно безобидными. Это были файлы, относящиеся к покупке различной недвижимости различными лицами и ипотечным кредитам, которые были оформлены для них. Материал казался точно таким же, как в незащищенной работе.Каталог C. Единственное отличие состояло в том, что в DUPLICAT каждый отдельный ипотечный кредитор был другим. В нескольких случаях, когда одно и то же строительное общество использовалось более одного раза, клиенты Cheetham выбирали разные филиалы.


Только когда я добрался до самых последних файлов, кое-что, наконец, привлекло мое внимание. Даже тогда мне пришлось дважды просмотреть и сверить с другим файлом, чтобы убедиться, что меня обманули не просто скука и усталость. Но моя первая реакция была правильной. Объектом недвижимости в файле был отдельно стоящий дом в эксклюзивной застройке в Уайтфилде. Но другая пара оформила ипотеку на ту же недвижимость, и их адресом был не кто иной, как полуразрушенный дом, работу над которым я оставил Брайану Ломаксу.


Я мог чувствовать тупую боль, начинающуюся в основании моего черепа. Сочетание того, что я пялился в свой ноутбук и пытался разобраться, что происходит, действовало мне на нервы. Я встал и потянулся, затем прошелся по офису, выполняя несколько разминочных упражнений, которым научился в зале тайского бокса. Клянусь, эта процедура приводит мой мозг в измененное состояние. Когда мое тело обрело свой ритм, напряжение покинуло меня, и мой разум погрузился в свободное падение.


Затем все разнородные обрывки информации, которые в беспорядке крутились у меня в голове, соединились в единую картину. Внезапно я перестал прыгать по комнате, как Винни-Пух, подражающий Михаилу Барышникову, и упал в свое кресло. У меня не было возможности разделить экран на ноутбуке, поэтому я поспешно записал полдюжины адресов домов, которые были заложены в соответствии с DUPLICAT, вместе с именами их покупателей. Затем я вызвал файлы с работы.C, каталог компании Cheetham, занимающейся прямыми перевозками.


Мне не потребовалось много времени, чтобы обнаружить, что для каждого файла в DUPLICAT существовал другой файл в WORK.C, который соответствовал ему. В каждом случае дом был одним и тем же, но покупатели и кредиторы по ипотеке были разными. Теперь я точно понял, чем занимались Брайан Ломакс и Мартин Читам. Они воспользовались слабостями системы в мошенничестве, которое принесло бы им кругленькую прибыль почти на неопределенный срок. Они вдвоем совершали классическое преступление без жертв. Но кто-то стал жадным, и эта жадность привела к смерти Мартина Читама.


Я взглянул на свои часы. Было всего четыре. У меня все еще не было доказательств того, что Брайан Ломакс был активным заговорщиком, а не лопухом, которого Мартин Читэм и, возможно, Нелл Ломакс использовали в своих целях. Но я был убежден, что что бы ни пошло не так в тщательно разработанной схеме Читама, это можно было проследить прямо до Ломакса. Было что-то в языке его тела, своего рода развязность в том, как он держался. Брайан Ломакс был не большей жертвой жизни, чем Уоррен Битти. И я должен был запечатлеть его в кадре до того, как гигантский реактивный самолет улетел на закат в понедельник вечером.


Я закрыл ноутбук и отнес его в офис Билла. Он уставился в блокнот формата А4, грызя кончик карандаша. "Плохое время?" Я спросил.


"Я пытаюсь написать резидентную программу памяти, которая будет автоматически проверять наличие любых активированных по дате программ, скрывающихся в памяти компьютера", - сказал он. Он с глубоким вздохом уронил карандаш и вместо этого начал жевать бороду. Меня часто подмывает позвонить его матери и спросить, какой опыт, полученный им в детстве, сделал его таким оральным.


"Защита от вирусов?" Спросил я.


"Ага. Я собирался заняться этим после разгрома на Йом Кипур, но это первый шанс, который у меня появился". Он скривился. Билл все еще страдал от компьютерного вируса, который атаковал одного из наших клиентов в начале октября. Вирус был настроен на активацию в еврейский день искупления. Наши клиенты, бухгалтерская фирма "Голдберг и Сениор", восприняли очень близко к сердцу, когда все их записи превратились в сплошную чушь. Они не нашли утешения, когда Билл сказал им, что это одноразовый случай , который не повторится в последующие годы, в отличие от по-настоящему жестоких вирусов "Пятница, тринадцатое" и "Микеланджело", которые атакуют снова и снова, пока не будут устранены навсегда.


"Я убираю ноутбук в сейф. На нем есть данные с жесткого диска Мартина Читама, и я думаю, что это, вероятно, единственное оставшееся доказательство того, чем занимались он и Брайан Ломакс, - сказал я.


"Значит, ты его расколол?" Билл выглядел нетерпеливым и перестал жевать.


"Я думаю, да. Единственная проблема в том, что трудно доказать, что Ломакс был активно вовлечен в криминальный аспект этого дела. Итак, у меня на уме небольшой эксперимент, чтобы так или иначе разобраться с этим.' Я пересек офис и отодвинул рамку с гравюрой Бельведера Эшера. Подпружиненная защелка открылась сама собой, и картина откинулась на своих петлях, открывая офисный сейф.


"Не хочешь просветить меня?" - спросил Билл, когда я набрала комбинацию. Дверца со щелчком открылась, и я освободила место на нижней полке для ноутбука.


"Я бы с удовольствием, но сейчас у меня нет времени. Мне нужно быть в Бакстоне до шести, если это сработает. Кроме того, это не та история, которую вы хотите попробовать и переварить во время пятничного чаепития. Из-за перипетий Йом Кипур выглядит так же просто, как Космические захватчики." Я закрыл сейф, затем открыл шкаф, в котором находится все наше оборудование Elint.


"Я не хочу, чтобы ты думал, что я веду себя по этому поводу как шовинист, но ты же не собираешься делать ничего опасного, правда?" - с тревогой спросил Билл.


"Я не планировал этого, нет. Просто небольшое прослушивание в надежде обнаружить что-нибудь компрометирующее." Я выбрал направленный жучок с магнитным основанием и добавил экран, который показывает, где находится жучок относительно приемника. Я также приобрел пару крошечных радиомикрофонов со встроенными батарейками, каждый размером примерно с верхний сустав моего большого пальца, и приемник, который к ним прилагается. Магнитофон все еще был в "Фиесте", так что я мог записать все, что подслушал. Я ввинтил каждый микрофон в пластиковый корпус-ручку, в который также был вставлен U-образный отрезок провода, служивший антенной.


Билл вздохнул. "Пока ты осторожен. Мы не хотим повторения представления, как в прошлую пятницу вечером". В устах любого другого это прозвучало бы покровительственно. Но я распознал искреннюю озабоченность, которая скрывалась за словами Билла.


"Я знаю, я знаю, фирма не может позволить себе еще больше увеличить страховые взносы", - сказал я. "Послушайте, не было никаких признаков того, что кто-то попробует еще раз. Может быть, это было по-настоящему, подлинный несчастный случай. Знаете, кто-то немного разозлился или устал? Случались и более странные вещи.'


"Может быть", - неохотно согласился Билл. "В любом случае, береги себя. У меня нет времени готовить замену". Он ухмыльнулся.


"Я обещаю. Как я уже сказал, просто немного подслушал, вот и все". Я не хотел его расстраивать. Вот почему я решил не говорить ему, что собираюсь найти убийцу.


24


Чары не помогли. То есть зачаровали меня. В их запасе дорогой одежды было что-то такое, что кричало "девчачье". Я бы делала покупки там только в том случае, если бы намеренно искала что-то, что делало бы меня похожей на бимбо из среднего класса. Это была не столько баранина, запеченная как ягненок, сколько "маленькие бараньи лепешки". Очевидно, это было то, чего хотели местные жители, поскольку этот стиль определенно не был естественным для невероятно элегантной Нелл Ломакс. Сегодня ее волнистые каштановые волосы рассыпались по плечам под тем, что мне показалось классическим егерским костюмом и блузкой. Она выглядела как реклама одного из тех насыщенно-пряных духов, которые должны нравиться нам, девушкам-профессионалам.


Я прошел мимо магазина, чтобы проверить, на месте ли она, затем выскользнул через задний вход современного торгового зала из стекла и бетона, где бутик неловко примостился между мясной лавкой и обувным магазином. Быстрый осмотр автостоянки показал, что там был только один белый Golf с откидным верхом. Под предлогом завязывания шнурка я вставил направляющий жучок в колесную арку. Теперь я мог следить за Нелл, не сидя у нее на хвосте.


Нелл сидела на высоком табурете за стойкой и читала Elk. Она подняла глаза, когда я вошел, но явно не думала, что женщина, которую можно увидеть на улице в спортивных штанах, толстовке и лыжной куртке, была тем человеком, на которого стоит расточать свое личное внимание. Я зачесала волосы назад и завязала их в конский хвост, и теперь, когда синяки сошли, я вернулась к своему обычному легкому нанесению косметики, так что неудивительно, что она не узнала во мне элегантно одетого частного детектива с чрезмерным макияжем, с которым столкнулась лицом к лицу несколько дней назад. Кроме того, с тех пор многое произошло, чтобы отвлечь ее от мыслей о моем лице.


Пока она читала дальше, я просматривал полки с товарами по завышенным ценам, пытаясь представить кого-нибудь, кого я уважал, в любой из этих вещей. Я нашла одну юбку, которая, вероятно, понравилась бы моей матери, но она захотела бы заплатить за нее примерно треть цены, и я не могу сказать, что я бы ее винила. Краем глаза поглядывая на Нелл, я обошел магазин.


В конце концов, я подошел к стойке сбоку, так что оказался рядом с ее пальто, которое было перекинуто через стул, и с ее сумочкой, лежавшей на полу у ее ног. "Нам нужно поговорить, мисс Ломакс", - сказала я, опускаясь на стул с пальто и позволяя своей сумке соскользнуть на пол рядом с ее.


Она выглядела пораженной, как и должно было быть. "Простите, я не думаю, что я ...?" - сказала она.


"Мы не были представлены", - сказала я, наклоняясь вперед, чтобы открыть свою сумку. Я достала визитную карточку и протянула ей. Пока она хмурилась, глядя на это, под предлогом того, что я закрываю свою сумку, я сунул один из радиомикрофонов в ее сумочку.


"Я все еще понятия не имею, кто вы, мисс Брэнниган", - сказала она с беспокойством. Плохая актриса; я мог видеть нервный блеск в ее глазах, когда она лгала.


Мы встретились в офисе Мартина Читама. В день его смерти, - сказал я. Я откинулся назад и небрежно положил руку на спинку стула. Мне удалось засунуть второй микрофон в один из глубоких карманов ее Burberry, не отрывая глаз от ее лица.


"Я не понимаю, о чем ты говоришь", - ответила она, нервно покачав головой.


Я вздохнул и провел рукой по волосам. "Мисс Ломакс, мы можем сделать это трудным или легким способом. Мартин Читам был вашим парнем. У него были дела с вашим братом. Отчасти это очень сомнительное дельце. Вы оба были в его доме в тот день, когда он умер, и я не верю, что вы сочли нужным обсуждать это с полицией. Теперь я знаю о двойных сделках с землей, я знаю о мошенничестве с ипотекой и я знаю, как отмывались деньги. И я знаю, почему Мартин Читам должен был умереть.'


Шикарный фасад Нелл Ломакс рухнул, оставив испуганную женщину, глаза которой не могли оставаться спокойными. "Ты несешь чушь", - пробормотала она. "Я не понимаю, к чему ты клонишь. Как ты смеешь – приходить сюда и так говорить о Мартине и моем брате". Ее попытка неповиновения даже не убедила ее, не говоря уже обо мне.


"О, ты все знаешь об этом, Нелл", - сказал я. "Чего ты не знаешь, так это того, что твой милый брат планирует уехать из страны и оставить тебя в затруднительном положении".


"Ты сумасшедший", - сказала она. "Я собираюсь позвонить в полицию".


"Будьте моим гостем. Я был бы счастлив рассказать им, что я знаю, и показать им доказательства. Между прочим, это в очень безопасном месте, так что нет смысла пытаться избавиться от меня, как вы избавились от Мартина Читама, - добавил я.


"Я думаю, тебе лучше уйти", - сказала она, бессознательно пятясь от меня.


"Я пришел передать сообщение. Ваш брат и ваш любовник обманули моего клиента на пять тысяч фунтов. Они сделали то же самое еще с одиннадцатью людьми в рамках той же аферы. Я хочу вернуть эти шестьдесят тысяч до того, как он покинет страну в понедельник, иначе полиция будет ждать его в аэропорту.' Я указал на свою карточку, которую она все еще крепко сжимала. 'У тебя есть мой номер. Когда он соберет деньги, скажи ему, чтобы он позвонил мне, и мы договоримся о передаче.'


Я подхватила свою сумку и встала. "Я смертельно серьезно отношусь к этому, Нелл. Ты тоже в кадре, не забывай. Это должно стать отличным стимулом, чтобы убедить твоего брата вернуть деньги моим клиентам." Я быстро прошелся по магазину. У двери я подумывала опрокинуть вешалку с одеждой, но решила, что вид сдержанной угрозы, вероятно, более эффективен, чем перебарщивание. Я вышла, не оглядываясь.


Я поставил на то, что Нелл закроет магазин и отправится на поиски брата Брайана. Поскольку было сразу после половины шестого, я подумал, что есть хороший шанс, что она отправится прямо домой, поэтому я вернулся в свой дешевый и веселый гостевой дом. Хозяйка квартиры чуть не лопнула от любопытства при моем возвращении, особенно когда заметила электронное оборудование. Я плотно закрыл за собой дверь и устроился у окна, поставив направленный приемник на низкий кофейный столик рядом со мной. Я вставил в ухо наушник от микрофонного приемника и стал ждать. Пока ничего. Либо Нелл была слишком далеко, чтобы я мог что-нибудь подхватить, либо она нашла жучков и спустила их в унитаз. Учитывая состояние, в котором она была, когда я уходил из магазина, я, честно говоря, не думал, что она заметила бы, если бы они выпрыгнули из пакета и укусили ее.


Затем экран начал мигать. Радиус действия самого жучка составляет около пяти миль, и он передает информацию обратно на приемник. На экране отображается направление жука относительно приемника, а в нижней части экрана отображаются цифры, которые показывают расстояние в метрах между жуком и приемником. Сначала цифры начали расти, что заставило меня вздрогнуть. Неужели я ошибся в догадках? Направлялась ли она на какую-то строительную площадку, где ее брат будет работать допоздна? Как только я достиг точки паники, направление изменилось, и цифры начали стремительно падать. Когда он показывал 157, я действительно мог видеть белый Golf, мчащийся вверх по холму к дому. Затем наушник ожил, и я услышал шум двигателя.


Она вела машину как женщина, потерявшая контроль. Было чудом, что она не задела передним бампером столб ворот, когда выезжала на дорогу. Как бы то ни было, я услышал резкий скрежет, когда она съезжала с дороги. Она даже не потрудилась поставить машину в гараж, просто бросив ее на асфальте перед домом. Я наблюдал и слушал, как она выскочила из машины, захлопнула дверцу и вошла внутрь.


"Брайан", - крикнула она. Я слышал ее шаги, шорох одежды и учащенное дыхание, когда она спешила по дому, выкрикивая его имя. Но ответа не было. Затем это прозвучало так, как будто она сняла свое пальто и бросила его куда-то.


Я услышал электронное чириканье телефона, когда она набирала номер. Я мог слабо слышать характерный звуковой сигнал мобильного телефона. Кто-то ответил, но даже я мог слышать помехи на линии. "Брайан?" - спросила она. "Это ты? Брайан, мне нужно с тобой поговорить. Брайан, это та женщина Брэнниган. Алло? Алло? Ты расстаешься, Брайан!" Он был не единственным. Голос Нелл звучал так, словно она была разорвана на части.


"Брайан? Где ты?" - крикнула она. Наступила пауза, и я вообще не мог расслышать, что говорилось в трубке. "Тебе лучше поскорее приехать сюда, Брайан. Это настоящая проблема.'


Это сработало. Я терпеливо ждал, пока Нелл наливала себе выпить. К счастью, она была из тех женщин, которые привязаны к своим сумочкам пуповиной. Я заметил, что чаще всего они курильщики. Я услышал безошибочный щелчок зажигалки. Она курила третью сигарету к тому времени, как Ломакс свернул на подъездную дорожку. Казалось бы, невозмутимый паническим телефонным звонком своей сестры, он спокойно поставил E-type в гараж и неторопливо обошел дом с задней стороны.


Мгновение спустя я услышал крик Нелл: "Брайан?"


"Что, черт возьми, с тобой не так?" - услышал я сначала приглушенный голос, но становившийся все отчетливее по мере того, как он приближался к ней.


Стул заскрежетал по твердому полу, затем Нелл сказала, эта женщина Брэнниган. Частный детектив, та, что вынюхивала у Мартина? Она заходила в магазин сегодня днем. Брайан, она говорит, что знает все, что происходит!" - Ее голос звучал так, как будто она была на грани истерики. Это было похоже на прослушивание радиопередачи, когда я пытался вызвать в воображении картинку, соответствующую тому, что я слышал. Я проверил, идет ли запись, затем сосредоточился на том, что я мог слышать.


"И ты купилась на это дерьмо? Господи, Нелл, я же говорил тебе, никто ничего не сможет на нас повесить. Теперь мы вне подозрений. Что она вообще сказала? Она могла только блефовать."Его голос звучал скорее сердито, чем раздраженно, как будто он хотел кого-то обвинить, и Нелл была под рукой.


"Она сказала, что знает все о сделках с землей, афере с ипотекой и об использовании старых домов для отмывания денег", - сообщила Нелл на удивление добросовестно.


"Господи, это действительно чушь собачья. Она, должно быть, догадывалась. И даже если она угадала правильно, нет ни малейших доказательств". Другой стул заскрежетал по полу, и щелкнула другая зажигалка.


"Она сказала, что у нее есть доказательства", - сказала Нелл.


"У нее не может быть. Я избавился от всего после Мартина. Каждый клочок бумаги, каждый компьютерный диск. Нет никаких доказательств. Ради Бога, Нелл, возьми себя в руки".


"Что, если у нее действительно есть доказательства? Что, если было что-то, о чем ты не знаешь? Говорю тебе, Брайан, она знает. И она знает, что смерть Мартина не была несчастным случаем.'


"Теперь вы действительно на острове фантазий”, - отрезал Ломакс. "Послушайте, копы думают, что это был несчастный случай. Следствие скажет, что это был несчастный случай. Ты и я - единственные, кто знает, что это не так. Как, черт возьми, этот частный детектив мог что-то знать? Ее там не было, не так ли? Или я по ней скучал? Она там помогала нам перебросить твоего драгоценного парня через перила? Это каким-то образом ускользнуло от моего внимания? - требовательно спросил он. "Послушай, она никак не могла ничего знать об этом трусливом маленьком засранце".


"Не говори о нем так", - сказала Нелл.


"Ну, он был. Говорил, что не собирается иметь ничего общего с насилием", - передразнил Ломакс жеманным голосом. Сказал, что обратится в полицию, если я не уволю эту любопытную сучку. Как будто в первую очередь не по его глупой вине с ней нужно было что-то делать. Если бы я с самого начала выполнил эту гребаную работу должным образом, мы бы не получили никакого гребаного раздражения от этой коровы Бранниган. Она была бы на дне гребаного Корабельного канала, где ей, блядь, самое место.'


Помимо воли я вздрогнула. Есть что-то очень неприятное в том, чтобы слушать, как кто-то, кто пытался убить тебя, ноет, потому что у него ничего не получилось. Немного похоже на чтение собственного некролога.


"Ну, ты сделал это неправильно, не так ли? И теперь она говорит, что знает. И она хочет от тебя шестьдесят тысяч, или она обратится в полицию", - сказала Нелл. Ее голос звучал неуверенно, как будто она заставляла себя противостоять своему брату.


'Шестьдесят тысяч? Она пытается нас шантажировать?' Голос Ломакса повысился, в нем звучало недоверие.


- Не шантаж. Она говорит, что вы обобрали ее клиента на пять тысяч, и в той же лодке еще одиннадцать человек. Она хочет вернуть их деньги.'


"Она хочет вернуть их деньги", - эхом повторил Ломакс с ноткой смеха в голосе.


- И она хочет вернуть его до того, как ты сядешь на самолет в понедельник вечером. Что это за самолет, Брайан? - голос Нелл дрогнул. Даже находясь на расстоянии, я чувствовал напряжение между этими двумя.


"Я же говорил тебе, она дерьмовый торговец. Она просто пытается вбить клин между нами, заставить тебя расколоться и рассказать ей все то, чего она не знает, но хочет, чтобы ты думал, что она знает ”, - сказал он. У него было столько же шансов выиграть Оскар, сколько и у его сестры.


"Ты бросаешь меня, не так ли?" - спросила Нелл. "Ты уезжаешь куда-то со всеми деньгами, оставляя меня расхлебывать этот бардак".


Никакого беспорядка не будет, я продолжаю вам говорить. И я не собираюсь убегать ", - крикнул Ломакс.


В моем правом ухе воцарилось замешательство. Звук был похож на скрип отодвигаемого стула, потасовку, затем шлепок. "О, нет?" - Нелл почти закричала. "Так почему у тебя в кармане этот чертов паспорт?"


"Отдай мне это", - заорал он.


"Ты думал, что можешь просто убраться и бросить меня? Ты ублюдок, Брайан! Ты сказал, что мы были в этом вместе. Я мирился со всеми беспокойствами, пока вы с Мартином играли в свои глупые игры. Я даже был настолько глуп, что послушал тебя, когда ты сказал, что Мартин слишком рисковал. И теперь ты думаешь, что можешь просто списать меня со счетов и отвалить с деньгами, которые принадлежат мне по праву?" - теперь она истерически разглагольствовала.


"Заткнись, блядь", - взорвался Ломакс. Я услышал звук еще одной пощечины. "Ты глупая сука. Все, чего ты когда-либо хотела, это деньги. Тебе было насрать на Мартина. Ты был готов выебать себе мозги, чтобы заставить его замолчать, лишь бы деньги продолжали поступать. Так что не отдавай мне все это барахло.'


Внезапно наступила тишина. Затем Нелл Ломакс тихо сказала: "Но никто никогда в это не поверит, не так ли? Однако они поверят мне, когда я сломаюсь и расскажу полиции, что я обнаружила, что мой брат убил моего жениха, и теперь он планирует покинуть страну со всеми деньгами, которые они присвоили.'


“У тебя не было бы бутылки", - презрительно сказал Ломакс.


"А я бы не стала", - с горечью сказала Нелл. "Ты не оставишь меня без шиллинга, пока живешь на мои деньги".


Раздался грохот. "Ты просто зашла слишком далеко, сестренка", - прошипел Ломакс.


Звуки борьбы усилились. Внезапно испугавшись, я выхватила наушник и бросилась бежать по полу. Я сбежал по лестнице, выскочил через парадную дверь и пересек улицу, желая, чтобы мои одеревеневшие мышцы вели меня вперед. Вверх по подъездной дорожке, вокруг дома, кровь стучит у меня в ушах, голос Ломакса эхом отдается в моей голове.


Когда я завернул за угол дома, я увидел длинный зимний сад За ним, я мог видеть кухню. В одно мгновение я оценил сцену. Нелл, склонившаяся вперед над кухонным столом, ее руки бесполезно лихорадочно шарили за спиной. Прикрывая ее тело своим, Ломакс наклонился вперед, наваливаясь на нее своим превосходящим весом, его руки обхватили ее горло.


Я попробовал открыть дверь, но она была заперта. Я срочно осмотрел дверную раму из ПВХ, оценивая слабое место. Затем я встал и нацелил удар ногой всем своим весом за нее. От силы удара рама треснула, и дополнительное преимущество заключалось в том, что он остановил Брайана Ломакса. Я глубоко вздохнул, пытаясь заглушить боль, которая сотрясала каждую косточку в моем теле, и сконцентрировал всю энергию моего тела в ноге и ступне. Второй удар выбил дверь из рамы, заставив ее качнуться внутрь.


Мой импульс понес меня вперед, в оранжерею. Ломакс бросил Нелл и шел за мной. Он был крупнее, тяжелее, сильнее и подтянутее. Я знал, что у меня был только один шанс. Я уравновесился и развернулся так, что оказался к нему боком. Я сделал ложный выпад на одной ноге, затем, когда он нырнул ко мне, я быстро, по короткой дуге, развернул другую ногу. Треск кости, когда сломалась его бедренная кость, был тошнотворно громким. Он рухнул на пол, как срубленное дерево. От его крика боли волосы у меня на затылке встали дыбом.


"Висеть в космосе над мостом Бартон тоже было не очень весело", - сказал я, перешагивая через него к Нелл.


"Сука", - выдохнул он.


Я с трудом мог заставить себя заговорить с ним, но, помня, что запись все еще идет, я сказал: "Ты сам во всем виноват. Ты пожадничал. Тебе не обязательно было убивать Мартина Читама".


"А тебе какое дело? Он был никчемным. Я должен был убить тебя, когда у меня был шанс", - услышал я его слова, когда наклонился над распростертым телом его сестры.


Я пощупал пульс у нее на шее. Под моими пальцами ощущалось слабое трепетание. Я осторожно приподнял ее тело и опустил на пол. Я расстегнул ее блузку, затем приложил ухо к ее рту. Ее дыхание было слабым и неровным, но оно все еще доносилось. "Тебе будет приятно услышать, что она все еще жива", - сказал я.


"Сука", - повторил он.


Я встал и подошел к телефону. Я начал чувствовать дрожь, мои мышцы протестовали против такой тяжелой тренировки после отсутствия активности в течение недели. Я поднял трубку и набрал 999. "Оператор экстренной помощи. Какая услуга вам требуется?" Эти слова были музыкой для моих ушей. Я огляделся на беспорядок, который я помог создать. Эта кухня точно не вошла бы в список "Дома и сады" этого месяца.


"Вам лучше обратиться в полицию", - сказал я. "И добавьте пару машин скорой помощи для пущей убедительности".


25


Я остановился на боковой улице в Болтоне. "Что мы здесь делаем, Бранниган?" Спросил Ричард.


Я вышел из машины, и он последовал за мной. "После того китайца в Бакстоне, я подумал, что мы заслуживаем чего-то немного особенного", - сказал я, поворачивая за угол и открывая одну из двойных дверей. Ричард последовал за мной вниз по лестнице в мраморное фойе с фонтаном, наполненным карпами кои. Они готовят императорский банкет из десяти блюд, - сказала я ему, когда мы вошли в собственно ресторан.


Его лицо просветлело. Его глаза даже заблестели. Я сомневаюсь, что получил бы такую сильную реакцию, если бы запрыгнул на один из столов и разделся. Я назвал официанту свое имя, и мы послушно последовали к столику, отделенному от основной массы посетителей высокими лакированными ширмами. На столе, как и было заказано, стояло ведерко со льдом, наполненное китайским пивом, и бутылка минеральной воды Apollinaris для меня.


В такие моменты меня так и подмывает сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться, - сказал Ричард, пока официант открывал пиво.


"Я не говорю "женат", - напомнил я ему. "Женат - это для придурков, мазохистов и мамаш. Ни одна из которых мной не является".


"Пока", - сказал он.


Я нахмурился. "Ты хочешь съесть это блюдо или надеть его?"


Ричард поднял руки ладонями ко мне. "Прости!"


Принесли димсам, и мы оба увидели необходимую благоговейную оценку. Пять секунд спустя мы атаковали.


Набив рот чар сю бау, Ричард сказал: "Так что посвяти меня в детали. Все, что я знаю, это то, что в наши дни, по вечерам в пятницу, лучшее место, где тебя можно найти, - это разговор с полицейским.'


Бедняга наконец дозвонился мне на мобильный где-то после десяти. Я сидел в комнате для допросов в полицейском участке Бакстона, обсуждая всю историю с местным инспектором плюс Делией Прентис, которой я попросил их позвонить из-за мошенничества. На этот раз мне захотелось, чтобы кто-то был на моей стороне во время полицейского допроса. Ни один из них не был особенно удивлен, когда я прервался, чтобы ответить на телефонный звонок.


Я наконец-то добрался домой под утро, повесил на дверь своей спальни объявление "Не беспокоить под страхом кастрации" и проспал до полудня. К тому времени, конечно, Ричард был на матче. Иногда это все равно что быть женатым.


"Короче говоря, прерывая длинную и скучную историю, - сказал я, - когда я собрал все компьютерные файлы вместе, возникла картинка. Вы должны помнить, что Мартин Читам был экспертом в организации продажи и приобретения домов. Случилось то, что, когда он действовал от имени покупателей недвижимости, он просто не передал все документы в земельный кадастр.'


"Милая, с таким же успехом ты могла бы говорить по-китайски", - сказал Ричард. "Давай начнем с самого начала. Мошенничество с ипотекой для начинающих".


Я вздохнул. Вот как получить две ипотеки на одну недвижимость. Мистер и миссис Икс покупают дом. Они обращаются к Мартину Читаму, адвокату. Ипотека оформлена и предоставлена. Затем Читам следует отправить документы в Земельный кадастр, который выдает так называемый справочный документ, который показывает, что на имущество имеется непогашенная ипотека, и кто несет ответственность за ипотеку.


"Но Читам обычно откладывал несколько недель, прежде чем отправить документацию в земельный кадастр. Затем он подавал заявку на повторное погашение ипотеки другому кредитору, как будто она никогда не была куплена мистером и миссис Х. По словам Нелл, которая не могла перестать говорить, как только у нее снова заработало горло, она обычно встречалась с Читемом на собеседованиях по ипотеке и притворялась его женой. Поскольку первый платежный сертификат еще не выдан, следовательно, нет официальной записи об этом, когда кредитор проверяет его в земельном реестре, так что проблем нет, и ипотека предоставляется. Ты пока со мной?'


Ричард кивнул. "Думаю, да".


Я с усмешкой съела пару вонтонов с креветками и несколько крошечных спринг-роллов, прежде чем весь димсам исчез в горле Ричарда.


Более подозрительная душа, чем я, могла бы задаться вопросом, почему это я всегда заканчиваю тем, что объясняю тонкости своих дел, когда на столе есть еда.


Эта вторая партия документов никуда не денется, ” сказал я. "Она находится в сейфе в офисе Читама. Строительному обществу потребовался бы по меньшей мере год, чтобы даже заметить, что они не получили соответствующего свидетельства о начислении платы, не говоря уже о том, чтобы что-либо предпринять по этому поводу. Читам и Ломакс тем временем получили чек на (скажем) & # 163; 100 000, потому что строительное общество заплатило деньги Читаму от имени вторых, фиктивных покупателей. До тех пор, пока выплаты по ипотеке будут производиться каждый месяц, проблем не будет. Никто ничего не узнает по крайней мере в течение года. Умножьте это на десять, и у совершенно некредитоспособного человека будет миллион.'


"Черт", - выдохнул Ричард.


"Теперь вы можете пойти на краткосрочное мошенничество и сбежать с деньгами, и в этом случае вас разыскивает полиция. Или вы можете сделать то, что Читам и Ломакс делали очень успешно еще несколько месяцев назад. То, что они сделали с деньгами, было скупкой заброшенной собственности. Ломакс посылал своих рабочих и делал это, а затем они продавали с огромной прибылью, таким образом отмывая деньги. Они могли бы продолжать это до бесконечности, если бы рынок жилья не достиг дна, поскольку они выплачивали просроченные ипотечные кредиты в течение года после их получения.'


"Вы хотите сказать, что до того, как кредитор заметил, что у них нет этого платежного сертификата по кредиту, Читам вернул все деньги обратно?" - спросил Ричард.


"Правильно. И тем временем они с Ломаксом получили около пятидесяти процентов прибыли с капитала. Это преступление без жертв. Кредиторы ничего не теряют; они даже не знают, что произошло что-то сомнительное.'


Ричард рассмеялся. "Это блестяще! И, эй, они даже сами оформили передачу имущества, так что им не пришлось раскошеливаться на непомерные гонорары адвоката. Так почему же все это оказалось сверху?"


Как я уже сказал, рынок достиг дна. Недвижимость перестала продаваться. Они были завалены домами, которые не могли продать. Вот почему они попробовали ту хитроумную схему с землей, которая поймала Алексис и Криса. Они отчаянно нуждались в денежном потоке. Поэтому Ломакс убедил Читама оформить дюжину новых закладных, чтобы удержать их на плаву. Он не собирался когда-либо платить ни шиллинга по этим закладным. По словам Нелл, он рассчитывал, что если бы они сделали это, то могли бы иметь миллионный капитал. Они втроем могли бы бежать из страны куда-нибудь вроде Испании. Затем, когда рынок восстановится, они могли бы продать остальные дома и также заработать на них. Кстати, мы говорим о двадцати семи домах, средняя стоимость которых составляет тридцать семь тысяч фунтов. Это еще один крутой миллион.'


"Черт", - снова сказал Ричард. Это серьезные деньги, Брэнниган. Почему ты не получил диплом юриста?'


Я проигнорировала его и сосредоточилась на ароматной хрустящей утке, которую только что подали, укладывая измельченную утку и зеленый лук на блинчик, политый сливовым соусом. Некоторые вещи слишком важны, чтобы от них отвлекаться.


"Так почему же они убили Читама? Я имею в виду, все, кажется, шло нормально. Зачем избавляться от единственного парня, который знал, как провернуть аферу?"


Я возился со своей едой. "По словам Нелл, это была моя вина".


"Тогда как она до этого додумалась? Не похоже, чтобы у нее была степень по логике", - сказал Ричард.


"Читам запаниковал, когда я начал что-то вынюхивать", - объяснил я. Затем, когда его обвели вокруг пальца в DKL Estates и я появился, он был убежден, что я в курсе их крупной аферы. Поэтому он сказал Ломаксу предупредить меня. Очевидно, он имел в виду именно это. Ломакс или один из его работников должны были угрожать мне в темном переулке. Вместо этого Ломакс, должно быть, подобрал меня возле DKL, затем последовал за мной на фабрику Теда, а затем, по дороге домой, он немного увлекся и попытался столкнуть меня с Бартон-Бридж. Он, должно быть, совершенно взбесился, когда я появился на следующий же день на его родной территории. Особенно с учетом того, что он на самом деле был с Читамом.'


"Так зачем убивать Читама? Почему бы просто не закончить работу, которую они начали над тобой?" - спросил он.


Спасибо, Ричард. Ты не должен казаться таким нетерпеливым. Причина, по которой я все еще здесь, в том, что они не знали, как много я знал, или сколько людей знали то, что знал я. Но Ломаксы решили, что Читам был слабым звеном в цепи, тем, кто сломается под давлением. Они также решили, что, устранив его с дороги, они смогут уничтожить улики и выйти сухими из воды. Итак, Нелл договорилась встретиться с Читамом на одной из их небольших игровых сессий. Затем, когда она его полностью связала, пришел Брайан и задушил его. Они вдвоем скинули его с балкона, так что это выглядело как отвратительная сексуальная игра, которая пошла ужасно неправильно.'


"А я думал, что моя бывшая жена была сукой. Господи. Что за женщина так поступает со своим любовником?"


"Полагаю, тот, кто больше любит деньги, чем она его", - сказал я. Они думали, что избавились от всех улик. Но ни один из них ничего не знал о компьютерах. Они думали, что все данные были на дискетах.'


"И Алексис вернет свои деньги?"


"Ей, вероятно, придется подать на Брайана Ломакса в суд. Но, по крайней мере, она знает, где он будет находиться в обозримом будущем. У нее не возникнет проблем с оформлением бумаг. Ее деньги должны быть в безопасности, как дома.'


Вэл Макдермид


Вэл Макдермид выросла в шотландском шахтерском сообществе, затем изучала английский в Оксфорде. Она была журналисткой в течение шестнадцати лет, последние три из которых провела в должности главы северного бюро национального воскресного таблоида. Сейчас она работает писателем полный рабочий день и живет в Южном Манчестере.


***