# Т-85. Калым

Юрий Николаевич Хижняк

Где-то так за пару лет до развала Советского Союза, на одной из многочисленных тогда Комсомольско-молодежных строек, произошла вот какая /по тем временам/ необычная история.

В бригаду путейцев, пришел работать представитель одной из тогда еще братских Закавказских республик некто, /назовем его/- Малик. И как только его представили остальным членам бригады, и расписался он в журнале по технике безопасности, дали варежки и желтушку, как он сразу же отвел в сторону мастера и чуть ли не упав перед ним на колени слезно взмолился.

----Начальник, дай мне такую работу, что бы больше всех денег зарабатывать!

Мастер начал ему объяснять что у них бригада, у всех один /как и у него / второй разряд, и все зарабатывают одинаково. Правда у многих есть северные надбавки, /в зависимости от проработанных лет/, так что у него естественно заработок будет меньше чем у них, но это дело наживное.

---Вот отработаешь пять лет и у тебя будет пять надбавок, тогда считай в половину будешь больше зарабатывать чем сейчас.

На что /очень расстроенный Малик/ отвечал что он не может сколько ждать, ему сейчас по зарез нужно зарабатывать больше всех...

----Правда, / немного подумав/, продолжил мастер, есть у нас /КТУ/ Коэффициент трудового участия, это, когда в конце месяца, собирается весь коллектив и решает, кто из них был больше других полезен для бригады, кто работал больше всех, вот этим "стахановцам", из специального фонда начисляются поощрительные проценты, кому 10 а кому и 20. Так что как говориться - Все в твоих руках.

И тут началось.

Так как он вкалывал, даже бывалые путейцы с многолетним стажем не видели. Можно было подумать что он, есть такое выражение как "проигранный в карты". Он не пил, не курил, ни с кем не разговаривал, никогда не отдыхал, только работал, работал и работал. Как какой-то киборг...

И вот спустя месяц, мужики раскрутили его на магарыч, /первая зарплата как никак/. Немножко выпив, он расслабился и на вопросы:

----Нахрена тебе так понадобились деньги?

Решил он значит излить душу, и рассказал им просто удивительную историю.

Есть у него на родине невеста Гульнара, но ее отец, против их брака, и вот он поставил ему условие, если он за год не соберет выкуп за невесту 10000 рублей, /по тем временам сумма просто астрономичная/, то он отдаст ее за более состоятельного жениха. Которых, вокруг его возлюбленной всегда было предостаточно.

Где за год собрать такие деньжищи он не знал, /ну разве что украсть/, но люди посоветовали податься на Севера, и там в принципе если хорошенько повкалывать, /на всем экономя/, то такую сумму заработать можно. Вот он и приехал на Крайний Север, где в те времена и впрямь зарплата доходила до /куска/ тысячи рублей в месяц.

Возмущению пьяных мужиков не было предела. Это что у вас там за средневековье, какой нафиг калым может быть в эпоху развитого социализма! Куда коммунисты и комсомол смотрит, милиция зачем, прокуратура!

На что захмелевший Малик отвечал что:

----Это здесь у вас развитой социализм, а у них в горах, в кишлаке как и раньше все решают традиции. Сказал отец невесты калым, будь добр принеси, если не можешь, извини подвинься, найдется другой который принесет...

На завтра весь поселок буквально гудел от " дикой средневековщины". Некоторые предлагали написать коллективное письмо в ЦК партии и комсомола, что бы направили комиссию, пропесочили как следует тамошних зажравшихся функционеров и чинуш. Но видя, что сам Малик от того что проговорился, стал еще более молчаливым и чернее ночи, поостыли слегка, понимая, что после того как нагрянут с проверкой в их кишлак и накажут местное начальство, ему не то что Гульнары никогда в жонах не видеть а и самому возвращаться домой будет очень, /если не смертельно/, опасно.

И тут в чьей-то светлой голове мелькнула светлая мысль. А давайте-ка устроим как бы субботник, все заработанные деньги отдадим Малику, а если будет мало то скинемся кто сколько может, пускай человек едет забирает свою возлюбленную и везет ее суда к нам так сказать из мрака к свету.

Организовали штаб, отработали в субботу, нужную сумму не собрали, пришлось скидываться, кто сколько может. Короче говоря, с "миру по нитке", наскребли нужную сумму, да еще и на билеты один туда и на два обратно хватило.

Положили все деньги на книжку на предъявителя, и поехал Малик за своим счастьем. Поехал и как в воду канул. Злые языки уже стали чесать: Мол, развел всех нас "джигит" как баранов, / слова лох тогда еще никто не знал/, особо жадные даже заявление в милицию собрались писать про акт мошенничества. И тут вдруг слух по поселку Малик вернулся с молодой женой, красивая.../ну вылитая Шехерезада из кино/, и вещей привезли кучу сумок чемоданов и баулов всяких. И только они значит с перрона, и сразу на нашу местную радиоточку, ну и /после того как наш джигит от волнения долго откашливался/ пригласил Малик всех жителей завтра на центральную площадь, на их с Гульнарой свадьбу. И на следующий день с самого утра стали люди сносить столы, лавки, стулья, скатерти, посуду у кого что есть, а потом как давай из их багажа, извлекать всякие восточные блюда и сладости, и плюс Малик сорил деньгами как тот султан, заказал в столовых рабочей и школьной, целую кучу всяких вкусностей, и в полдень сел весь поселок за один огромный стол.

И тут встал жених и рассказал что его тесть, как увидел у него в руках деньги естественно поинтересовался: Где взял?

Ну он и рассказал что люди добрые узнав о его сердечной проблеме, решили всем миром помочь, сколько могли заработали а остальные доложили кто сколько мог. Очень удивился старик, а потом пошел в дом вывел дочь, передал ему, взял деньги, долго вертел их в руках, а потом вернул обратно со словами:

----Что раз уж эти деньги принадлежат ему, то он хочет что бы его новый зять устроил на эти деньги шикарное застолье для всех тех незнакомых, но добрых людей, которые приняли такое сердечное участие в судьбе абсолютно незнакомого им человека.

Ну а потом был пир на весь мир, вино и чача лились рекой, люди веселились, пели, танцевали и всех их /абсолютно чужих/ объединяло одно общее ощущение пусть и чужого, но счастья, к которому все они, так или иначе, имели самое непосредственное отношение.