# Янычары ч.2 Османские казаки

Аноним Тохта

Второй этап развития янычар (1572-1826) вызывает еще больше споров, чем первый. Данная статья является попыткой разобраться в этих вопросах.

Часть вторая

XVI - XIX вв.


Вторая половина XVI в. ознаменовалась началом упадка империи, которые в массовом сознании были связанны со смертью Сулеймана Кануни. Его внешними симптомами стали военные поражения. Первой крупной неудачей стал поход на Волгу в 1569. Тогда турки решили зайти в тыл персам, выкопав канал Волга-Дон, переправить по нему свои суда и выйти в Каспийское море. Тем самым османы впервые попытались закрепиться в Поволжье, уже принадлежащем России. К счастью для Москвы поход закончился провалом как по причине незнания турками географии (попытка выкопать канал провалилась из-за разницы в уровнях течения рек), саботажа крымского хана Девлет-Гирея, не желавшего их усиления в своих владениях, и активного сопротивления русских.

Следует отметить, что все рассуждения о том, что турки участвовали в татарских набегах в том числе и в знаменитом походе на Русь в 1572 г., строятся на использовании татарами небольших турецких отрядов пехотинцев и артиллеристов. Хотя их часто называют янычарами, скорее всего, учитывая численность янычар того времени, это обычные турецкие наемники.

В 1572 г. турецкий флот был разгромлен христианами в огромном сражении при Лепанто. Важную роль сыграло превосходство европейцев в артиллерии.И хотя турки быстро смогли построить новый флот, возродить опытные команды было не так просто.

Современники связывали эти неудачи с слабостью наследников Сулеймана. Его сын Селим II (1566-1574) носивший характерное прозвище Пьяница, сосредоточился на развлечениях, препоручил все дела своим фаворитам - великому визирю Мехмеду Соколлу, талантливому государственному деятелю, и своей любимой жене Нурбане. После смерти Селима, разбившего по пьяни голову, на трон взошел его сын Мурад III (1574-1595), так же мало интересовавшийся делами. После убийства сумасшедшим дервишем Мехмеда Соколлу, фактическая власть перешла в руки Сафие- султан, любимой жены султана. Она сохранила свое могущество и в правление своего сына, Мехмеда III (1595-1603), так же не слишком усердно занимавшегося делами управления. Позднее эту традицию продолжила Кесем-султан. В целом этот период (1566-1656 г.) получил в турецкой историографии название время правления султанш.

Однако причины кризиса, охватившего империю в этот период, разумеется, намного глубже. Можно сказать, что самые тяжелые поражения османам нанесли Васко де Гама и Христофор Колумб. Это означало серьезное сокращение доходов османской казны.

Причина этого явления заключалось в следующем- веками основой денежной системы Европы, как и других стран мира, было золото и серебро. Но европейцы нуждались в товарах, которые они могли получить только на востоке - шелк (основа гигиены), перец (замена холодильников), специи (основа лекарств) которые они могли купить только на Востоке. А взамен им предложить было нечего. Поэтому золото и серебро веками уходило из Европы на Восток. Чем больше развивалась Европа, тем больше рос ее товарооборот, соответственно, возрастала потребность в деньгах, т.е. в благородных металлах, которые уходили на Восток. В результате золото и серебра не хватало, т.е. цены на товары в монетах (т.е. в золоте и серебре) или оставались стабильными (в среднем) или росли. Зато на этом таворообороте богатели восточные купцы-посредники и правители территорий, по которым проходили торговые маршруты, с конца XVв. постепенное переходившие под контроль османов.

Но когда Васко де Гама открыл морской путь в Индию, примерно половина пряностей стала доставляться в Европу по морю, в обход османских таможен и купцов. А когда испанцы завоевали Америку, сначала ограбив ее, а потом наладив там массовую добычу золота и серебра с помощью бесплатной рабочей силы, в Европу хлынуло огромное количество благородных металлов. Предложение превысило спрос, и стоимость золота и серебра резко упали. Это означало, что монеты обесценились, а цены, соответственно выросли. В результате к концу века цены выросли в три четыре раза. Те кто получал фиксированные доходы, обнаружили, что получая те же деньги, они не могут покупать столько же товаров.

До Османской империи революция цен докаталась во второй половине XVIв.

Не стоит забывать, что вся структура империи, в первую очередь ее господствующего класса и самого государства, строились на принципах строгой регламентации.

Первыми резкое падение своих доходов на себе почувствовали тимариоты, чьи доходы определялись законами и традициями, за соблюдением которых следили кади. Одновременное снижение доходов от крестьян и рост цен на снаряжение и экипировку, а так же расходов поддержание определенного уровня жизни делал бюджет тимариотов крайне неустойчивым.

Традиционные варианты улучшения положения, такие как военная добыча и земельные пожалования от султана в награду за участие в войне резко сократились. Размеры добычи упали по причине того, что боевые действия шли далеко, к тому же в обычно в определенных, регулярно разграбляемых районах. Отсутствие новых завоеваний означало что в распоряжении султанов не осталось возможности широко награждать своих воинов.

В этих условиях многие тимариоты начинали заводить собственные хозяйства, обрабатываемые силами крестьян, что было более выгодно, но требовало присутствия

помещика, следящего за хозяйством.

Другие продолжали следовать традиционным путем и постепенно разорялись.

Важно было и то, что в новых условиях боеспособность тимариотской конницы резко снизилась, как и ее необходимость- войны империи в основном свелись к многочисленным осадам, когда нужнее всего были стрелки, вооруженные огнестрельным оружием, а не всадники- тимариоты. Поэтому власти перестали поддерживать тимариотов.

Так же как и простые тимариоты, со значительной нехваткой средств столкнулись и государство, получавшее основные доходы от регламентированных налогов, и его чиновники. Денег стало не хватать, в том числе и на оплату воинам.

В этих условиях в провинциях османской империи получили развитие две тенденции.

В арабских провинциях, где были сильные традиции собственной государственности и не вводилась тимариотская система, власть переходит в руки местных вооруженных формирований, в первую очередь оджаков (корпусов) янычар. В странах Магриба (Тунис, Алжир, Ливия) начинают выбирать собственных правителей (деев), которые фактически правили страной. Османский паша теперь выполняет чисто церемониальные функции, если он пытался вмешиваться в местную политическую жизнь, его изгоняли или даже убивали.

Следует отметить, что местные оджаки янычар в основном формировались из турок, набранных для службы (на суше или на море) во взрослом возрасте. Так, например алжирский оджак, больше всех сохранивших традиции османов, со времен своего появления (начало XVI в.) формировался из числа уроженцев Стамбула (1) Т.е. перед нами пример тех самых отрядов, которые в центре империи именовались как угодно, но не янычары, поскольку они формировались не по системе девширмие, и не проходили длительной подготовки. Нередко со временем они начинали формироваться из местных уроженцев, особенно из числа детей янычар и местных женщин, т.н. кугули, т.е. превращались в местное привилегированное сословие.

Позднее, по этому пути пошли в Египте и Ираке, но здесь власть перешла к мамелюкам.

В целом можно сказать, что везде в арабских странах власть захватывали местные военные подразделения армии, оставляя османским султанам роль религиозного лидера и формального сюзерена.

Другая ситуация сложилась на Балканском полуострове и в Анатолии.

Оба полуострова были намного глубже встроены в османскую систему управления, поэтому, несмотря на то, что некоторые племена (в первую очередь курды) в Восточной Анатолии и испытывали тягу к независимости, в целом власть сохранилась в руках османских наместниках- санджак-беев и бейлербеев, которых в это время стали называть паши. Собственно паша означает не должность, но титул (опора царства), который имели все наместники, различаясь только по рангу, которое выражалось в количестве бунчуков. Так санджак-бей (аналог российского воеводы) имел право на один бунчук, бейлербей или вали (губернатор) два бунчука, визирь (министр, иногда особо влиятельный губернатор) три бунчука. Право на пять бунчуков имел только великий визирь, на семь - сам султан.

В условиях кризиса, что бы решить проблему финансирования войск, местные наместники стали вводить многочисленные новые, фактически незаконные налоги, которые большей частью или целиком шли в их карман. Нередко они захватывали земли местных тимариотов, что бы перепродать их или эксплуатировать самостоятельно. Полученные таким образом средства позволяли им содержать и увеличивать собственные отряды, о которых уже говорилось выше.

Следует отметить, что сбор налогов обычно сдавался на откуп тем, кто выплачивал сумму откупа авансом, а откупщиками обычно выступали или местные наместники, или придворные, заинтересованные в помощи наместников, что бы собрать налогов. В любом случае это еще более увеличивало власть наместников.

Те же из наместников, кто придерживался традиционной модели поведения с опорой на тимариотов и соблюдение закона, быстро терял власть.Доходило до того, что ушедшие в поход с тимариотскими отрядами паши обнаруживали, что оставленные ими каймакамы (заместители), опираясь на своих наемников, захватили власть в провинции, и вопрос нередко решался военным путем.

Зато наличие собственных отрядов и хорошо оплаченных покровителей в Стамбуле, позволяло сохранить власть. Таким образом, на местах власть постепенно переходила в руки местных наместников, опиравшихся на вооруженные отряды, поскольку тимариоты, как уже говорилось выше, постепенно разорялось. В результате тимариотское ополчение, бывшее ядром армии, значительно сокращалось как по количеству, так и по качеству (вооружения). Многие разорившиеся тимариоты искали службы либо в отрядах пашей, либо в рядах разбойников.

Впрочем, отряды пашей нередко вели себя как разбойники, а разбойники поступали на службу к пашам. В случае гибели или переезда паши в новую провинцию его отряды, не ушедшие с ним, нередко превращались в откровенных бандитов.

Рост самостоятельности местных правителей напрямую отражался на уровне собираемости налогов, точнее, на размере того, какой процент собранных средств получит казна.

Доходы государства падали как в условиях революции цен, так и в условиях сокращения собираемости налогов.

В столице кризис проявился в широчайшей коррупции, шокировавшей иностранцев. Важнейшие должности продавались практически открыто, многие вопросы решались за взятки. Причиной этого была как слабый уровень финансирования гос. аппарата, так и то, что только с помощью денег сановники могли нанять воинов и удержать власть.

Ослабление османской армии не осталось незамеченной ее соседями.

Австрия начала новую войну, в ходе которой, несмотря на массовое бегство тимариотов, турки сумели победить в сражении при Мезе-Керстешь в 1596 г.

После битвы провели проверку и выяснилось, что порядка 30 000 анатолийских тимариотов проигнорировали свои обязанности и не явились на службу в армию или бежали в ходе сражения.

По закону, это должно было привести к казни виноватых и конфискации их тимаров. Возможно, власти подобным путем намеревались произвести массовую конфискацию земель. Но тимариоты в ответ подняли бунт, не желая подчиняться власти султана и его наместников. Их поддержали многие паши.

На практике это было не единое движение с лидером и центром, а большое количество восстаний, вспыхнувших в разных областях. Большая часть джеляли действовала под лозунгами справедливости, борьбы с нарушениями и возвращения старого доброго времени Сулеймана Кануни, когда воины получали достаточные содержание доходы, что бы служить. Кое-кто поговаривал об уничтожении династии османов и создании собственных государств.

По факту джеляли образовывали крупные отряды, которые передвигались по Анатолии, заставляя города платить огромные выкупы и грабя крестьян. Многие паши, формально сохраняя лояльность султану, по факту вели себя абсолютно самостоятельно.

В итоге Анатолия превратилась в бурлящий котел, где местные паши, восставшие тимариоты, просто банды разбойником- все боролись друг с другом, нередко меняясь местами. Во многом ситуация напоминала Германию во время Тридцатилетней войны- господство солдатни и бандитов.

Замечу, что для России кризис джеляли был благом, если не спасением, поскольку именно эти проблемы привели к тому, что турки и их вассалы татары не воспользовались развалом Московского царства в период смуты, что бы, к примеру, восстановить Казанское ханство. Вряд ли в этом случае жители Нижнего Новгорода смогли бы откликнуться на призыв Минина и послать ополчение к Москве. Но османы начнут наступление в Восточной Европе уже после Смуты.

В правление султана, Ахмеда I (1603-1617) прозванном Бахти, т.е. Удачливый, положение постепенно стало меняться к лучшему. Удалось заключить мир с австрийцами, а позднее и с персами (путем территориальных уступок), что позволило властям направить освободившиеся части на подавление мятежей. В итоге, постепенно, примерно к 1610 г. удалось подавить наиболее крупные мятежи джеляли, разгромив большую часть их отрядов или переманив их на сторону Османов.

Во многом это было связанно с тем, что джеляли и мятежные наместники не пользовались серьезной поддержкой населения, уставшего от грабежей. А султанская власть воспринималась как законная и справедливая, тем более что османский правитель считался и религиозным лидером всех мусульман-сунитов.

Правительство боролось с этими мятежами как путем вооруженных действий, так и путем уступок- назначения лидеров на высокие посты, взятия от отрядов на государственную службу и т.д.

Но немаловажную роль сыграло и то, что в руках правительства сохранилась значительная вооруженная сила, т.е армия. В условиях разложения тимариотского ополчения и ненадежность местных отрядов пашей именно капы кулу оставались единственной военной опорой центральной власти.

Но при этом им было необходимо платить. А средств не хватало. Жалование рядовых янычар стало ниже, чем плата чернорабочих в Стамбуле, его часто выдавали с задержками и порченной монетой.

Что бы сохранить лояльность капы кулу, правительство могло пойти только по одному пути- уступки в обмен на службу.

В 1572 г. янычарам разрешили официально жениться и записывать на службу сыновей. Тогда же, в конце XVI в. сложилась практика включения в корпус молодых мусульман, прослуживших некоторое время в пограничных крепостях (3). Последние возможно было связанно с тем, что центральной власти было необходимо было быстро увеличить численность капы кулу.

В результате численность капы кулу росла весьма быстрыми темпами (4)


год число содержание

(млн. акче)

1566 48 316 126,4

1588 64 425 178,2

1595 81 890 251,2

1609 91 202 310,8

1640 59 257 263,1


Ценой этого успеха стал отказ от многолетней подготовки и разрешения янычарам заводить семьи, которые надо было содержать.

Но для содержания возросшего количества капы кулу нужно было платить им деньги. А наличных не хватало. Зато в наличие была готовность закрывать глаза на любые нарушения янычар, лишь бы они служили султану, т.е. поддерживали центральную власть.

Пользуясь полученной свободой, янычары начинают зарабатывать деньги.

Многие янычары начинают заниматься ремеслом и мелкой торговлей. Как уже говорилось, их статус позволял им не платить налогов. Кроме того, поскольку они выполняли обязанность полиции и пожарных, то конкурировать с ними было, мягко говоря, нелегко. Наконец и суды часто не решались связываться с янычарами.

Кроме того, нередко янычары, точнее их офицеры от имени своих подразделений, начинают оказывать покровительство ремесленникам и мелким лавочникам. Внешне это выражается в том, что в лавке, например на стене, висит или ятаган, или янычарский колпак. Это означало, что эта лавка находится под защитой янычар данного подразделения, в первую очередь от других янычар, а так же от вымогательств местных чиновников. Т.е. фактически речь шла о своеобразном крышевании ремесленников и лавочников. Иногда это позволяло последним не платить хотя бы часть государственных налогов.

Еще одним источником денег стал рост "мертвых душ". Не сообщая о потерях, офицеры янычар получают жалование за умерших товарищей. (5)

Более того, эснаме (документы на звание янычар) начинают продаваться, как ценные бумаги, приносящие доход, тем более что многие ремесленники и торговцы, купив их, и тем самым получив официальный статус янычара, продолжают заниматься своим делом, не платя налоги и не завися от местных властей. В случае мобилизации подобные янычары дают взятки офицерам, которые помогают им избежать призыва.

Таким образом, внутри корпуса происходит разделение на старых янычар, которые худо бедно несут службу, получают различные доходы, и тех, кто только числится янычарами. Установить точное соотношение между теми и другими невозможно.

Периодически, когда к власти приходил достаточно влиятельный визирь, проводились проверки, определенное количество липовых янычар вычеркивались из списков.

Но вскоре ситуация возвращалась на круги своя.

При этом янычары нередко поднимали волнения, добиваясь смещения, а нередко и казни тех или иных сановников. Так, в 1589 г. они ворвались на заседание Дивана (правительство) и потребовали казни тех сановников, кого считали ответственными за выплату им жалования обесцененной монетой. Султан уступил их требованиям.

В 1593 г. мятеж подняли сипахи (конные части капы кулу). Но янычары подавили их восстание из за традиционного соперничества между подразделениями.

Сам характер капы кулу изменился. Со временем количество желающих турок служить в нем возросло настолько, что необходимость в девширмие исчезла. Основным источником пополнения стали дети янычар и добровольцы, которых обычно нанимали перед началом боевых действий. В 1637 был проведен последний набор по системе девширмие (6).

Самым заметным вмешательством янычар в политику стал мятежом 1621 . На престоле находилсяОсман II (1618-1622). Молодой султан, вступивший на престол в 14 лет, мечтал о восстановлении славы своих предков и вынашивал планы серьезных реформ.

Как первые султаны, он лично повел свои войска в бой. Для нападения был выбран относительно слабый противник- Речь Посполита. Под Хотином турки встретили мощную польскую армию (значительную часть которой составляли запорожские казаки), засевшую в своем лагере за многочисленными укреплениями. Все попытки более многочисленных турок разгромить поляков, чья армия включала хорошо обученные (на европейский манер) подразделения, окончились провалом, и они вынуждены были с позором отступить.

Вернувшись в столицу, Осман заговорил о реформах, включавших усиление султанского контроля над назначением улемов ( значительная часть имела право на занятие ключевых должностей по наследству), устранении от власти представителей и союзников гарема, и полной замене янычар. Осман планировал под видом паломничества в Мекку посетить Анатолию и там собрать новую, мощную армию из местных воинов, более дисциплинированную, чем привыкшие к бунтам янычары, и обучив ее на европейский лад. Об этом стало быстро известно янычарам, которые вскоре подняли мятеж. Впервые в истории Османской империи султан был убит не по воле своего родственника, а по желанию янычар.

Это убийство шокировало самих капы кулу, так что даже орта (подразделение), чьи солдаты совершили его, была расформирована.

Впрочем, это не помешало янычарам взять власть в свои руки, т.е. требовать все новых и новых даров, смещать и назначать сановников, грабить жителей и организовывать поджоги домов, что бы ограбить их. Преемники Османа не могли удержать порядок, в том числе и по личным качествам.Трон султана занял вначале дядя покойного, полубезумный Мустафа (которого считали блаженным), полгода царствовавший до Османа и 16 месяцев после него. Надо сказать что в обоих случаях он радостно отрекался от престола, что возможно говорит об его уме.

Затем на престол взошел младший брат Османа Мурад, ставший султаном в 14 лет. Фактическую власть за спиной обоих султанах возглавляла валиде Кесем-султан, жена Ахмеда и мать Мурада. Впрочем, ее власть была весьма слабой. Янычары весьма себя как хотели, местные паши забирали все больше власти, наместник Еривана, Абаза Мехмед-паша, воскрешая традиции джеляли, вообще поднял открытый мятеж, провозгласив себя мстителем за султана Османа. Он захватил контроль над частью Восточной и центральной Анатолии и планировал поход на Стамбул. Только его смерть избавила центральное правительство от этой проблемы. В довершении бед запорожские и донские казаки на своих чайках совершали налеты по всему Черному морю, грабя корабли и прибрежные города, включая пригороды Стамбула и даже поддержав некоего самозванца в его претензиях на османский трон.

Только в 1632 г. повзрослевший Мурад, опиравшийся на многих улемов, сановников и часть янычар, уставших от беспорядков, сумел взять власть в свои руки. Он использовал ее для проведения политики террора, чем дальше, тем больше принимавшей вид кровавой вакханалии, когда людей казнили по малейшей прихоти султана, получившего заслуженное прозвище Кровавый.

Такими безжалостными методами он сумел навести порядок в империи, приструнив как местных пашей, так и янычар. В итоге он добился значительно увеличения собираемости налогов, сокращения численности капы кулу за счет ликвидации мертвых душ и прочих злоупотреблений. Впрочем, султан Мурад и так имел в своем распоряжении 46 тысяч янычар. (8). Так же он значительно укрепил и построил новые прибрежные крепости, сильно затруднив казакам выход в море и возвращение с добычей, что привело к постепенному прекращению казацких набегов.

Наведя таким путем порядок, султан вступил в войну с персами и сумел отбить у них Багдад, вновь включив потерянный во время смут джелялиИрак в состав империи.

Не имея детей, Мурад уничтожил всех своих братьев, кроме Ибрагима, считавшего безопасным для его власти по причине психического расстройства. Умирая, он приказал казнить и его, намереваясь остаться в истории последним султаном из дома Османа. Но султанша Кесем-султан сумела спасти Ибрагима, сообщив султану о выполнении приказа.

Взойдя на престол, Ибрагим, откровенный дегенерат, своим поведением быстро заработал прозвище Дели (безумный). Коррупция и бардак вновь захлестнули столицу, политические решения принимались по ничтожным поводам, резко снизилась собираемость налогов и ослаб контроль над капы кулу. Отдельные удачи были случайными.

Когда в 1648 г. Ибрагим был свергнут, беспорядки продолжились в начале правления его семилетнего сына Мехмеда IV, вошедшего в историю под именем Аваджи (охотник), поскольку его интересовало только это. В первые годы его правления основу политической борьбы составили борьба егобабки, Кеесем-султан, и Туркен-хатун, его матери, а так же янычар и сипахи. Пытаясь справиться с проблемами, правительство прибегло к резкому снижению количества серебра в монетах, что вызвало открытое выступление цехов.

Янычары вновь стали добиваться выполнения всех своих требований, в том числе добившись в 1651 г. издания указа о том, что звание янычара могут получить только его дети. Хотя полностью этот закон никогда не выполнялся, он все же показывает что к званию янычара стремились многие, а так же зафиксировал факт превращения янычар с определенное сословие.

В то время численность янычар составляла по спискам 54 222 (9) из которых примерно половина размещалась гарнизонами в ключевых городах империи. Это гарантировало лояльность этих городов и ранее, во времена смуты. Общая численность капы кулу достигала 78 1148 (10)

В 1656 г. печать (символ власти) великого визиря получил Мехмед-паша Кепрелю, попавший ко двору по системе девширмие. Он потребовал и получил простодиктаторские полномочия- право назначать и смещать всех сановников, обязательное утверждение всех его приказов султаном, проход через его руки всех донесений ко двору. Свое правление он начал с беспощадного террора, коснувшегося многих сановников и янычар. Но в отличие от Мурада Кровавого, он действовал намного более обдуманно и логично, не позволяя эмоциям влиять на свои решения. При этом количество казненных по его приказу оценивалось в 30 тыс. человек.

После смерти Мехмед-паши его власть в полном объеме унаследовал Фазыл Ахмед-паша Кепрелю, а затем Кара-Мустафа Кепрелю. Все визири Кепрелю проводили политику возрождения традиций. Жесткими методами он добились возрождения ополчения тимариотов, значительно усилив османскую армию. Ввели принцип частой (в среднем каждые два года) смены провинциальных наместников, что бы они не успевали обрасти связями на местах, четко отслеживали сбор налогов, успешно (особенно двое первых) боролись с коррупцией.

Частью их программы стали регулярные войны, причем потерпев поражение от австрийцев в 1664 г. они перенесли османский натиск на более слабых противников в Восточной Европе, громя взбунтовавшихся валахов и молдаван, а главное,вмешавшись в борьбу за Украину, где боролись Польша и Россия. У поляков им удалось отбить Подолию, а русских, после двух осад Чигирина, удалось вытеснить из Правобережной Украины.

Активную завоевательную политику Кепрелю позволяла вести мощная армия, которая теперь состояла из трех частей- капы кулу, отрядов провинциальных пашей и тимариотского ополчения. Последнее, благодаря жесткому контролю визирей, заставивших тимариотов обновить свои права на землю, выросло до 200 т. воинов.

И хотя далеко не все они участвовали в походах (власти старались использовать их части по очереди) турецкая армия достигала очень больших размеров.

Как и раньше, к османским войскам присоединялись отряды вассалов- крымского хана и молдавских и румынских господарей.

Но продолжать наступление в Восточной Европе было нельзя, не обеспечив свой фланг от удара со стороны Австрии, к тому же султан и Кара-Мустафа испытывали так сказать, головокружение от успехов.

В 1683 г. они двинули османскую армию (39 т. кавалерии и 40 т. пехоты) вместе с отрядами вассалов и некомбатантгов достигавшую 175 т. и на Вену, где и турецкие войска были вдребезги разбиты немецкими и польскими войсками во главе с Яном Собесским. Поражение обернулось для Кара-Мустафы подарком в виде шелкового шнура, т.е. приказа умереть по своему выбору (от удушения, яда или меча).

Увидев слабость турок, союзники образовали Священную лигу, в которую вошли австрийский император ряд его немецких вассалов, поляки, венецианцы и русские. Вскоре им удалось добиться значительных успехов, в результате МехмедАваджи был свергнут с престола и отправлен в тюрьму, где он больше всего сожалел о невозможности охотиться. Австрийцам удалось завоевать Венгрию, но нанести туркам окончательное поражение не удалось, во многом потому, что австрийцы боролись с французами. В итоге Османская империя, ценой чудовищного напряжения и разорения значительной части Балкан, сил сумела выстоять

В ходе этой войны значительная часть тимариотов разорилась, в результате их штатная численность упала до примерно 20 т., а фактически они могли выставить всего несколько тысяч воинов. Во многом это было связанно с тем, что в отличие от предыдущих лет, правительство теперь делало основной упор на получении денег, поэтому земли тех тимариотов, которые не могли выполнить свои обязанности, сдавались в пожизненную аренду, т.е. в первую очередь с целью получения денег. Именно откупщики земель, называемые аяны, составляли основу нового класса землевладельцев, вытеснивших тимариотов.

Благодаря полученнымсредставм, правительству удалось значительно увеличить численность капы кулу. Так численность янычар (не считая других подразделений капы кулу) достигла 70 т.

После окончания войны новое правительство султана Мустафы II (1695-1703) во главе которого фактически встал бывший наставник юного султана, Фейзулах-эфенди, занявший пост шейх-уль-ислама и расставивший на ключевые посты в духовной и судейской иерархии своих родственников и друзей, оттеснив представителей многих улемских династий, по традиции имевших право на занятие важных должностей в судейском корпусе.

В 1702, убедившись, что войны не предвидится, численность янычарского корпуса была резко сокращена (с 70 до примерно 34 т. человек). Из состава корпуса были выведенны не только мертвые души, но и многие из тех, кто не происходил из числа янычар. (11)

Сам султан предпочитал проводить время в Эдирне, не обращая внимание на то, что отсутствие двора в столице лишает работы стамбульских ремесленников и торговцев, многие из которых были связанны с янычарами. В итоге недовольство улемов, янычар и населения столицы привели к мятежу, закончившемуся свержением султана.

Его сменил его брат, Ахмед III (1703-1730). При этом султане двор впервые увлекся европейской модой, особенно на тюльпаны и роскошные дворцы, и стремился избегать серьезных войн, к пример отказавшись вступать в войну за испанское наследство. Тем не менее, в правление этого султана произошли войны с русскими (Прутская компания), венецианцами, австрийцами, и персами.

Численность корпуса капы кулу значительно выросла, вплоть до ста с лишним тысяч человек. Так, в 1727-1728 только янычар по реестрам насчитывалось 81 т.(12).

В правление этого султана, с помощью европейских специалистов, была сделана новая попытка создать подразделение, обученное на европейский лад. Несмотря на то, что отряд неплохо показал себя во время войны с австрийцами, после войны он был распущен.

Правление Ахмеда, известное в турецкой истории как эпоха тюльпанов, было временем относительно мирной политики, увлечения строительством дворцов и садов (в которых высаживали недавно завезенные тюльпаны), роста налогов, и не слишком успешной внешней политики. В 1730 вспыхнуло янычарское восстание под руководством Патрона-Халила. Одной из его причин была попытка правительства заключить мир с Персией. В итоге султан был свергнут.

В это время янычарский корпус, кардинально изменившийся по сравнению с первым периодом своего существования (1362-1572), уже окончательно принял тот вид, в котором он оставался вплоть до своей гибели.

От системы девширмие окончательно отказались, как и от длительной подготовки янычар. Теперь они формировались за счет молодых турок, значительная часть которых была детьми янычар. Так же ослабла и воинская дисциплина.

Естественно, возникает вопрос об эффективности янычарского корпуса.

Этот вопрос тем более актуален, что в нашей литературе по данному вопросу существует две точки зрения.

Первая обычно воплощается в литературе, описывающей нашу военную историю, включающую такие моменты как поражение русских на Пруте, блестящие победы Румянцева, Суворова, Кутузова. В работах указанной тематики много говорится о военном могуществе османов. Правда, турецкая армия в таких работах обычно если и описывается, то чаще всего семнадцатого, а то и пятнадцатого века- мелькают описания тимариотов, нередки указания на девширмие и т.д.

Вторая точка зрения чаще всего выражается в работах, посвященных собственно описанию Османской империи. Здесь принято подчеркивать слабый, даже минимальный уровень янычар, которых нередко низводят до уровня городской милиции, т.е. ополчения ремесленников, изображая практически необученную толпу, которую часто сравнивают с московскими стрельцами, как их изображал Петр.

Читая эти описания, остается только удивляться, как с такой армией Османская армия не была завоевана русскими или австрийцами, с которыми она воевала весь XVIII в., не понимая, кто же оказывал такое яростное сопротивление русским, что Суворов писал о том, что янычара можно поразить нанеся ему не менее двух смертельных ран (13).

Не стоит забывать, что турки в XVII- XVIII вв. не раз воевали с австрийцами, русскими, сталкивались с французами, в том числе и во главе с Наполеоном войсками немецких княжеств, сражались с персами и с афганцами. И хотя в этот период османское оружие далеко не всегда покрывало себя славой, центральные территории империи, Анатолия и Балканы, почти не знали вторжений неприятеля, так что защитить и сохранить свое государство турки сумели. А между тем европейцы уже имели опыт покорения целых стран небольшими отрядами своих войск, громивших буквально полчища противника. Речь идет не только о конкистадорах, но и действиях английских войск в Индии и т.д.

Следует отметить, что в XVIIIв. османская армия по прежнему состояла из двух частей- частей центрального подчинения, по прежнему именовавшиеся капы кулу, большинство которых как и раньше составляли янычары.

И провинциальные части. Их основу составляли отряды местных пашей и аянов (влиятельных землевладельцев), часть которых состояла из местных янычар, как теперь стали называть всех, кто находился на постоянной службе в гарнизонах, попутно выполняя обязанности полицейских и пожарных. Другие представляли фактически личные дружины своих сюзеренов, дополненные мобилизованными в случае войны добровольцами из числа турок, арнаутов и боснийцев.

Насколько боеспособными были эти части?. С одной стороны, турки по прежнему делали упор на холодное оружие, атаковали противника, как свидетельствует Суворов (Наука побеждать) густыми, но не слишком четкими колоннами, т.е. практически использовали архаичную для своего времени тактику прошлых веков.

С другой стороны они были способны на весьма яростные атаки и проявляли изрядную стойкость в обороне, в том числе и полевых укреплений.

Следует коснуться еще одного обстоятельства- в какой степени янычары (этим термином автор будет по прежнему называть центральные войска) были ремесленниками. Как известно, они имели право заниматься ремеслами, но янычары называли таких хитрецы, и как отмечают сами исследователи (14) большей частью ремеслами занимались другие.

Не стоит забывать и то, что турки очень часто воевали. Так, во время мирного, по турецким меркам, правления Ахмеда III, османы воевали 12 лет ( с русскими, венецианцами, австрийцами и персами) из 27 годов его правления. Во вторых, в мирное время не менее половины, а возможно и две трети корпуса (Стамбул) выполняли обязанности небетчи, т.е служили гарнизонами по три года в различных провинциальных городах. Иэто не считая экспедиций против зарвавшихся наместников. Так могли ли янычары периодически воевавшие или отправлявшиеся куда то служить, массово и серьезно заниматься ремеслом?

При этом в источниках не раз встречаются упоминания о том, что янычары требовали отправить их на войну. Понятно, что выход на войну скорее всего сопровождался новыми раздачами, выдачей содержания и вообще поддерживал статус янычар. Но вот вопрос- нужна ли война, т.е далекие походы, ремесленнику, имеющему свое дело? Скорее наоборот, такие липовые янычара должны были протестовать против войны, т.е янычарский корпус должен был стать для Османской империи корпусом мира, точнее борьбы за мир.

Однако реально янычары по прежнему сохраняли свою воинственность.

Скорее можно говорить о том, что давая возможность ремесленникам пользоваться их привилегиями, янычары получали плату за защиту, а их офицеры получали деньги за мертвые души корпуса. Тем не менее, сами современники, отмечают наличие в рядах корпуса двух категорий янычар- яхникап (ловкачи) и старые янычары.

Именно последние, ядро которых составляли скорее всего дети янычар, несли на своих плечах большую часть обязанностей корпуса. Это означает что практически мы имеем перед собой служилое сословие, состоящие из профессиональных военных, дети которых скорее всего обучались своими отцами военному ремеслу.

И хотя подготовка янычар в это время явно снизилась, тот факт что профессия янычар во многом становилась наследственной, означал что будущие янычары с детства учились у своих отцов. Ядро корпуса составляли люди, регулярно участвовавшие в походах, разнообразных стычках и т.д.

Современники упоминают о том, что турецкие солдаты, в первую очередь янычары, имели хорошую индивидуальную подготовку в обращении с оружием, особенно холодным, обладали изрядной стойкостью и упорством.

Прямым аналогом такого сословия являются стрелецкие полки, игравшие важную роль в русской армии XVI-XVII в.. И хотя Петр Великий, как известно, не жаловал стрельцов, многие лучшие полки его армии были созданы на основе стрелецких подразделений.

Другим аналогом янычар можно считать казацкие войска, сохранившие высокую боеспособность в течении столетий, при этом всегда требуя соблюдения своих привилегий и при случае участвуя в восстаниях и мятежах.

Безусловно, такой состав корпуса был достаточно эффективен. С другой стороны, нежелание янычар переучиваться, подчиняться жесткой дисциплине, характерной для европейских армий того времени делал для них невозможной использование линейного строя и даже штыков. Отсутствие у османов военного образования и профессионального офицерского корпуса так же снижал уровень боеспособности их армий.

Тем не менее полностью списывать янычар со счетов было рано.

Встает вопрос, почему же современники так любили подчеркивать низкий уровень боеспособности янычар. Представляется, что здесь главную роль играли две причины.

Во первых, как свидетельствует все книги и описания того времени, сами османы начиная с XVII в. воспринимали свою эпоху как время упадка, много и активно рассуждая о том, как деградировало их государство по сравнению с легендарными временами Сулеймана Кануни и т.д.

Во вторых, европейцы, уже привыкшие к регулярным армиям, видя отставание турок, воспринимали это отставание как абсолютное.

Единственным достоинством османских армий они считали их многочисленность.

Насколько это справедливо? Чаще всего при этом идут ссылки на данные различных противников османов, оценивавших их войска. По понятным причинам, эти военачальники были заинтересованы в преувеличении численности противника. Кроме того, в отличие от регулярных армий, в османских частях каждое подразделение формировалась самостоятельно и имело свой обоз, т.е. процент некомбанатов в турецкой армии был намного выше, чем у ее европейских противников.Не стоит забывать и о том, что как показано выше, офицеры янычар, так и провинциальные паши были заинтересованы в раздувании численности своих подразделений.

Реестровая численность капы кулу судя по источникам колебалась в районе сто с лишним тысяч человек. Однако те же источники говорят о большом проценте мертвых душ. С другой стороны в случае войны в состав корпуса видимо вливались добровольцы, частично компенсирующие эти мертвые души. Для примера можно отметь что в конце века при численности порядка 110 т.в корпусе капы кулу, по факту в армии было примерно 40-50 т. (15). Если учесть что часть солдат продолжали оставаться гарнизонами в городах внутри империи, то уровень некомплекта выглядит не слишком большим.

Численность провинциальных войск так же остается под вопросом. Известно, что во время русско-турецкой войны 1768-1774 г. аяны послали в армию 90 т. человек (16). Плюс какие то отряды послали провинциальные паши, скорее всего намного меньше, поскольку это было время расцвета аянов. Плюс отряды, которые посылали различные вассалы султана (египетские мамелюки, крымский хан и т.д.)

Таким образом, армию Порты можно оценить примерно в 200 тысяч воинов. Армия, вполне сравнимая с армией Российской империи. Разумеется, как и любая другая армия, она должна была разбросать часть своих сил по всему фронту, особенно для защиты многочисленных крепостей, несла потери от болезней и т.д.

Таким образом, говорить о том, что османы всегда и везде имели намного больше солдат, чем их противники, достаточно сложно.

Еще одним важным вопросом являются янычарские мятежи.

Действительно, история данного периода полна примеров волнения янычар.

Если мы рассмотрим уже описанный XVIIв., то из десяти султанов (не считая Мехмеда III, но учитывая Мустафу II) четверо были свергнуты янычарами (Осман II,

Ибрагим I, Мехмед IV Мустафа II). Однако только двое (Осман и Мустафа) из них прямо наступали на привилегии янычар, причем не только их. Двое других были свергнуты или по причине неспособности выполнять свои обязанности, либо по причине психического расторойства (Ибрагим Дели) либо серьезных поражений (Мехмед Аваджи).

Следует отметить, что такие правители, как Мурад Кровавый и визири династии Кепрелю, проводившие политику террора и жесткого контроля в том числе и над янычарами, не были свергнуты ими. Более того, по материалам XVIII в. (Свержения Мустафы II и Ахмеда III) мы можем уверенно сказать, что после каждого свержения вскоре следовали широчайшие репрессии, жертвами которых становились тысячи человек, т.е. правительство восстанавливало контроль над ситуацией.

Таким образом, мы можем сказать что успешными были только те мятежи янычар, которые были частью более широких движений, где янычары играли роль ударной силы, за спинами которой стояла серьезная поддержка.

В качестве примера можно рассмотреть причины свержения Османа II.

Предложенные им преобразования означали не только борьбу со большей частью элиты (гарем и улемы образовывали виднейшие центры силы в аппарате управления). Но и выдвижение сил, которые традиционно выступали против централизации государства. К чему могли привести действия Османа по созданию новой армии из числа лиц, близких к джеляли?. Как минимум к гражданской войне, поскольку янычары и их союзники вряд ли добровольно отказались от своего положения, а содержать новую армию и капы кулу было абсолютно невозможно по финансовым соображениям. В итоге янычары (выдвинув в качестве знамени одного из малолетних принцев или бывшего султана Мустафу) скорее всего бы свергли султана, так же как в свое время были свергнуты султаны Баязид II или (в будущем) Мустафа II, так же оставивший столицу. Но даже в самом удачном для Османа случае, т.е. если бы ему удалось бы разгромить янычар и утвердится у власти, что это означало бы для Османской империи?. Обеспечить своим войскам достойное содержание молодой султан просто не мог. Значит новые части быстро стали бы подобием янычар, или, не имея их сплоченности и традиций, просто превратились бы в новые войска джеляли, но уже не сдерживаемые янычарами. Это вполне могло привести бы империи к кризису и означало огромные бедствия для ее населения.

Таким образом мы можем констатировать что свержение каждого правителя было вызвано не просто произволом янычар, а широким недовольством или провалами их политики, причем во всех случаях это недовольство охватывало весьма широкие круги османского общества.

Еще одной постоянной тенденцией политики янычар было неприятие ими попыток создания отрядов, обученных на европейский лад. Однако здесь следует учитывать, что янычары рассматривали такие отряды как своих прямых конкурентов при получении содержания. Кроме того, определенную роль играла и искренняя вера янычар и их связь с улемами, толкавшая их на неприятие инноваций, основанных на христианских технологиях.

С другой стороны, неприятие янычар не мешало султанам заводить такие войска,

не вызывая немедленных бунтов. Проблемы возникали скорее тогда, когда желая увеличить численность данных подразделений, султаны пытались решить проблему их финансирования.

Это весьма ярко проявилось в деятельности султана СелимаIII (1789-1807). Молодой правитель стремился реформировать государственный аппарат империи, в первую очередь ее вооруженные силы. Для этого он начал создавать отряды, названные им низам-и-джедад (войска новой системы). И бороться с провинциальными янычарами.

Результатом его реформ стало создание новых налогов, предназначенных для финансирования новых войск, что вызвало серьезное недовольство. И потеря Сербии, население которой восстало под лозунгами помощи султану-реформатору и разгромило местные янычарские гарнизоны, превратившись из османской провинции в вассальное княжество. Проведение реформ усиливало зависимость от европейцев, в данном случае французов, что вызвало вступление Турции в очередную войну с Россией, в ходе которой кстати говоря новые части понесли большие потери.

Поражения на фронте, недовольство новыми налогами, засильем иностранцев и потерей Сербии вызвало восстание против султана реформатора и его свержение.

Вскоре после этого к власти пришел новый султан-реформатор, Махмуд II (1808-1840). Повзрослев (он был коронован еще мальчиком) и набравшись сил, Махмуд пошел путем Селима, но сам, в удобное для себя время спровоцировал мятеж янычар, в ходе которой с помощью новых войск и артиллерии разгромил янычар в 1826 г. Ценой этого успеха, серьезно ослабившего османскую армию, стала потеря Греции, мятеж в которой просто некому было подавить.

Уничтожение янычарского корпуса действительно открыло для Османской империи путь к проведению кардинальных реформ, тем самым еще раз подчеркнув что янычары и капы кулу в целом были настоящей основой традиционной Османской империи, со всеми ее достоинствами и недостатками.


1- История Востока М. 2000.Т.3. с. 431

3- Витол А.В. Османская империя М.1987 г. с. 23

4- Новичев История Турции Лениград. 1963 г. с. 154

5- Миллер А.Ф. Мустафа-паша Байрактар М. 1947 г. с. 48.

6-Витол А.В. Османская империя М.1987 г. с. 24

7- Ихсаноглу. История Османского общества и государства т.1 с. 287

8- Меер М С Новые явления в социально- политической жизни Османской империи во второй половине XVII-XVIII с. 168

9- Петросян И.Е. Янычарские гарнизоны в провинциях Османской империи в XVI-XVII вв./Османская империя система государственного управления социальные и этнорелигиозные проблемы М. Наука. 1986. с. 66

10- Витол А.В. Османская империя М.1987 г. с. 24

11-Орешкова С.Ф. Немировский конгресс М. 2015 с. 62

12- Меер М С Новые явления в социально- политической жизни Османской империи во второй половине XVII-XVIII/ Османская империя система государственного управления социальные и этнорелигиозные проблемы М. Наука. 1986. с. 168

13- История военных искусств. Россия и ее соседи М. 1997. с. 265

14- Мантран Р. Повседневная жизнь Стамбула в эпоху Сулеймана Великолепного М. 2006 г. с.127

15- Миллер А.Ф. Мустафа-паша Байрактар М. 1947 г. с. 48

16 Меер М С Новые явления в социально- политической жизни Османской империи во второй половине XVII-XVIII/ Османская империя система государственного управления социальные и этнорелигиозные проблемы М. Наука. 1986. с. 172