# Эффект мотылька

Артур Михайлович Гуринович

О том, как маленькие ошибки приводят к большим трагедиям.

Эффект мотылька.

Есть такой фильм, называется "Эффект бабочки". Заодно есть и термин в естественных науках, который означает, что куча мелких случайностей могут привести к большим последствиям. Вот одна из таких историй.

Все совпадения мест, имён и событий полностью являются случайными и относятся к художественному вымыслу.

15 августа 2014-го года Димон Очаковский, слесарь 4 разряда при цехе формовки, очень торопился домой. Была пятница, температура перевалила за 29 градусов и откровенно хотелось накатить холодного пивка под футбольчик.

Пацанчики на соседней линии уже собирались в раздевалку, подначивая Димона закругляться скорее. Он честно старался, наскоро приваривая ушко к цилиндрической заготовке. Посчитав, что прихватить шов электродом в стиле азбуки Морзе будет достаточно, Димон выключил аппарат, сбросил опостылевшие перчатки с маской и помчался в вожделенные выходные.

Утром 18 августа всё того же 2014-го года Антон Калинин, специалист отдела технического контроля, мучался похмельем. После сносных выходных жара снова вернулась, и ему было откровенно хреново. Выйдя в помещение приёмки и обозрев предстоящие муки, Антоха авансом согласился с качеством продукции, подмахнул ведомость приёмки, отдал её на погрузку и поплёлся в конторку учётчиков. Там были кондиционер, кофе и тишина с мягким креслом. Новосибирск постигал муки понедельника.

Спустя две недели транспортных перипетий замызганная по самые брови фура прибыла в Екатринбург. Поддоны с заготовками шустро перевезли на территорию закрытого центра Минобороны. Там , за семью печатями секретности и гостайны, в "предзоне Б" полным ходом шла сборка контейнеров для транспортировки биологических образцов разных степеней опасности. Второй Взрыв уже случился, и госзаказ на подобные девайсы был огромен. Работали в три смены, Родина получала затребованное, все участники цепи хорошо на этом зарабатывали.

Обычно госпредприятия снабжали закрытый городок, но на этот раз через фальшивый тендер сынок одного из генералов, приближённых к верхушке, продвинул своё "коммерческое предложение". Поэтому заготовки для контейнеров лепили аж в Новосибирске, потом везли через Омск, где попутно брали груз нержавеющей стали и титана. Путь больше чем в полторы тысячи километров не смущал коррумпированную верхушку.

В конечном пункте заготовка обзавелась вставкой из комбинированной керамики с герметичной крышкой, а также ручкой и слоем разноцветных красок, сообщавших, что внутри, скорее всего, хранится какая-то жутко секретная и опасная гадость. Надзор за качеством был возложен на предприятие-изготовитель , поэтому на качество шва никто не взглянул. Поверх несущей арматуры были одеты пластиковые накладки, и маленький секрет пятницы Димона Очаковского из Новосибирска был надёжно похоронен под суетой, тремя сменами и матерными выражениями бригадира.

Спустя восемнадцать дней очередная фура в составе спецколонны из десятков таких же машин покинула ворота предприятия. Везлись контейнеры, щупы, анализаторы и средства дегазации. Впереди были неинтересные дни пути и три года на складе под Москвою. А пока осень 14-го года пахла под Припятью озоном и смертью.

Три года пролетели незаметно, деревянные ящики с оборудованием покрылись пылью и потемнели. Наконец, в один снежный январский день погрузчик зарулил в эту секцию склада и начал погрузку очередного механического каравана. Спешно образованный НИИ ЧАЗ поиздержался в оборудовании и отправил весточку об этом в Москву. Контейнер под номером 124-80-2014 отправлялся прямиком в Гомель.

Завскладом Степан Громыко давно ждал именно этот приход. С одной стороны, отдел полевых работ его уже завалил заявками на жестянки, с другой намечался калым от его одноклассника, ныне прапорщика Объединённых Сил Борщевского.

Борщевский уже год подряд сбывал по нелегальному каналу списанные Громыко якобы по браку контейнеры ходокам. Деньги шли не ахти какие, но спрос был стабильным, и Борщевский серьёзно подумывал о новой иномарке. Поэтому новосибирский контейнер одной из тёмных ночей был отдан в руки нервного типа за пучок зелёных бумажек из гаража на окраине районного городка. Если бы Борщевский влез на крышу постройки, то отсюда мог бы увидеть красные огни и прожектора КПП Периметра.

Тем временем контейнер перекочевал к конечному потребителю, который в ближайшее урочное время вознамерился проникнуть за спешно возведённую границу. Всё было собрано, не хватало только контейнера. Принесённый был подозрительно лёгким, но уверения барыги и яркие умные изображения со значками опасности убедили перспективного нарушителя в том, что деньги отданы не зря.

Тремя днями ранее, во время сильнейшего Выброса, на поляне близ съеденной "синей спорыньёй" деревеньки в тринадцать дворов, случилось удивительное. Гравитационные поля трёх аномалий наложились друг на друга, породив локальное пространственное возмущение. Одновременно с этим на высоте чуть более 27 километров внегалактическая субатомная частица, неся груз в триллион электрон-вольт, вонзилась в плотные слои атмосферы, порождая вторичные реакции. И андронный каскад этого невидимого глазу конуса пришёлся ровнёхонько на гравитационный "клевер" полянки. Пространство не ожидало такого подвоха, икнуло и скрутилось в плотный ком многомерной метрики. Спустя милионную долю секунды невообразимая лента Мёбиуса, поглотив поля всех трёх аномалий и озарив окрестности яркой магниевой вспышкой, выродилась в причудливый кристалл, балансирующий на границе трёхмерного и многомерного миров. Было прохладно и тихо, поэтому поверхность быстро обросла скорлупой тау-лептонов, удерживаемых разницей измерений. Заодно визуально стала похожа на друзу аметистов необыкновенной чистоты.

Через пять суток и три часа дрожащий керамический захват подцепил фиолетовую кристаллическую веточку и поместил в контейнер с яркими знаками на боках и удобными пластиковыми ручками. Незаконный нарушитель карантина волновался и порядком устал, но всё сделал аккуратно - разместил на ложе из стекловаты находку, накрыл сверху таким же одеялом и плотно закрыл крышку. Наступало время возвращаться, и металлический цилиндр занял своё место в рюкзаке.

Кристалл не спеша лучился нейтронами, ожидая своей участи. Некоторая доля излучения доставалась и спине носильщика. Он умрёт позже, через две с половиною недели от отказа органов, но в эту минуту он исправно нёс контейнер по направлению к проходу в Периметре. Через двое суток контейнер был тожественно вручён скупщику хабара. Тот и бровью не повёл, когда детектор на столе ожил, только заглянул внутрь на секунду и отсчитал ходоку его кровные. Когда поставщик ушёл, скупщик шустро поставил цилиндр в свинцовый кофр на колёсиках, что стоял за спиною, и набрал номер своего человека в НИИ ЧАЗ.

Утром контейнер с несколькими разнокалиберными собратьями был погружен в авто института и доставлен в пропускник отдела полевых работ. Принимающие подивились глупости нашедшего и использовавшего биоконтейнер, но виду не подали. Бывало и хуже. В пакетах или коробках из-под обуви, к примеру. Кристалл извлекли, измерили, взвесили, погрузили обратно и передали в лабораторный комплекс под номером 37. Лаборатория заведовала физическими исследованиями аномальных материалов, и новый объект был как раз кстати.

Замерив излучение и поместив контейнер в парафиновую рубашку, учёные мужи стали обсуждать порядок исследований. Стефан Замайный настаивал на тонком срезе края кристалла, Иван Победин возражал и предлагал сначала изучить внешнюю поверхность и определиться с источником нейтронов. Вполне вероятно, говорил он, мы имеем нечто большее, чем просто вещество. Стефан после непродолжительного сопротивления сдался, и контейнер было решено просветить мягким рентгеном, не вынимая содержимое (а вдруг он ещё и разную плотность имеет?), а потом перейти к спектральным методам анализа. На том и порешили.

Лаборатория располагалась на цокольном этаже отдельно стоящего комплекса. Несколько лет рядом с Зоной научили исследователей осторожности. Даже сейчас контейнер располагался за толстым стеклом стерильного бокса. Доступ к материалам осуществлялся путём дистанционных манипуляторов во избежание сюрпризов.

Контейнер освободили от парафиновой рубашки, от крышки и пучка стекловаты сверху находки. Стефан, корча гримасы, управлялся с рукоятками манипуляторов. До трагедии оставались считанные секунды.

Обрезиненный захват плотно вцепился в рукоятку сбоку контейнера и медленно увлёк его вверх. Для дальнейшего изучения необходимо было переместить контейнер в соседнюю камеру. Дабы не терять время, перенося образец вручную, Стефан решил перенести его из зоны в зону поверх ограждения, пренебрегая запретом завлаборатории. Тем более что прелестная Светлана Ивановна из отдела хроматографии обещала ветерком зайти на кофе с коньяком. И Стефан решил поторопиться.

На высоте почти в два метра сварной шов приказал долго жить, и контейнер отправился в свободный полёт. В силу того, что ручка была сбоку, в момент отрыва он начал разворачиваться набок. Фиолетовое чудо встретилось с керамикой пола напрямую, без прелюдий в виде стекловаты или стенок контейнера. Узкая пирамидка концевого кристалла врезалась в кафель, породив сложные и чуждые этому миру процессы внутри находки. Спустя миллионную долю секунды хрупкое равновесие нарушилось, и немилосердно связанное многомерное пространство распрямилось, раздвигая плечами примитивную трёхмерную тюрьму.

В один миг почти весь лабораторный зал прекратил существование. Стефан даже не успел испугаться, как его и ещё восемь душ (и даже хомячока-талисмана лаборатории) вместе со всем оборудованием, стенами, арматурой, трубами и кучей образцов вывернуло в другую реальность и размазало тонким квантовым слоем между пузырями Мультивселенной. Объём унесённого благодаря обратной "отдаче" заполнился смесью гелия и дейтерия под давлением в шесть атмосфер.

На вынесенном пункте контроля автоматическая система распознала происходящее - вспышку, отказ датчиков и фиксацию давления в соседних секциях - как взрыв с возможным объёмным пожаром. Через три секунды было принято решение заблокировать окружающие пострадавшую зону сектора и пустить фреон для тушения. Поскольку такой алгоритм не доводился до новой смены, то оператор не знал, как среагировать на такое решение системы. Поэтому после трёхсекундного отрезка времени под рёв пожарной сирены в периферию лаборатории была открыта подача токсичного газа. Следом за предыдущими девятью отправились к праотцам ещё четырнадцать человек....

Где-то на окраине Новосибирска Димон Очаковский пил пивас и пялился в телик. Как раз шла передача про дары Зоны и технологии будущего. Димон полушутя поднял бутылку, салютуя достижениям науки. Теперь мы всем покажем, где раки зимуют, точняк.

Пиво было холодное, Димон - уставшим, поэтом скоро его сморил сон. Он так и заснул - с мечтой о том, как скоро не нужно будет платить за электричество и работать можно будет меньше.

----------------------------------

Бар "Боржч"

https://vk.com/bar_borz4