# Герои чужой войны (главы из романа)

Валерий Михайлович Гуминский

Этот мир - причудливая смесь магии, паровой техники и огнестрельного оружия, порталов перемещения и симбиоза трех рас. Эти расы научились сосуществовать друг с другом, потому что иначе их цивилизация - наследие древней Атриды - будет сметена с лица земли чужаками, пришлыми ордами из неведомых далей, проникших через Врата. Они не ведают жалости и проповедуют другую мораль и принципы. Чтобы победить врага - надо бить его в сердце. Этим сердцем и являются Врата, через которые орды пополняют свои ряды рекрутами. Вот сюда накануне очередной войны и попадает главный герой. Фатум, злой рок, судьба, а может, счастливый случай - ставит перед Константином проблему выбора. Без помощи новых друзей ему не попасть в свой уютный и такой знакомый мир, и волей-неволей ему приходится принять условия, диктуемые обстоятельствами. Он становится одним из участников рейда, направленного на уничтожение зловредного портала. Рейда в один конец.

ГЕРОИ ЧУЖОЙ ВОЙНЫ


Роман-фэнтези


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ


ПРОВАЛИВШИЙСЯ


Глава первая


Солнце, с утра бывшее таким ласковым и приятным, незаметно для нас поднялось высоко, и его жаркие лучи стали беспощадно жарить плечи и затылок. Я снял шлем, ожесточенно потер макушку, ощутив на ладони мокроту. Вот же досада! Весь в поту, а конца моей засаде и не предвидится. Комары словно взбесились, атакуя бесчисленными армадами мое бренное тело. Ладно, что оно укрыто кожаными доспехами. Только вот дурацкие нашлепки из тонкого листового металла тоже начинают нагреваться. Кинув взгляд на сосредоточенного Элендила, жующего какого-то жука - изо рта выглядывает его ножка, тьфу! - и сжимающего в руке рукоять меча, раздраженно спросил:

- Как ты можешь жрать эту мерзость?

- Вкусно, питательно, много протеина, - пожал плечами Элендил, почесав за своим правым ухом. - Я с утра не ел, сразу, как проснулся, сюда кинулся. Думал, опоздаю. Даже бутерброд не схавал.

- Что тебе сказала Анэль?

- Она со своим отрядом решила обойти дварфов вдоль ручья. Это километр с лишним, прикинь. Не, она точно с дуба рухнула, когда решила таким образом выиграть бой.

- Мы вдвоем составляли план, так что не ругай ее. Какой сигнал, сказала?

- Свистнет, когда окажется за спиной этих чертяк.

Я осмотрелся по сторонам. Моя бригада была вся здесь, никто не потерялся во время небольшого марш-броска через рощу, Рожи у всех раскрашены темно-зеленой краской, смахивающей на маскировку спецподразделений в тылу врага. Вон, Айлор весело скалится, что-то рассказывая своему напарнику, имя которого я до сих пор не могу запомнить. Новичок, входящий в суть дела, только и всего. Марохан и Дилад сжимают в руках короткие копья и периодически отмахиваются от кровососущих, настырно лезущих табуном на наши головы. Ждем.

Сквозь просветы в листьях я вижу дварфов, осторожно ступивших на небольшой лужок, прекрасно подходящий для боя. Вокруг деревья, кустарники, место глухое. Неподалеку от нас находится болотце, оттуда доносится кваканье лягушек. В знойном мареве гудит комар над ухом. Я попытался схватить его в кулак, но вышло неудачно. Гаденыш улетел.

Дварфы остановились. Один из предводителей - я его узнал по густой рыжей бороде - по имени Тубур, поудобнее перехватил рукоятку здорового молота, завертел головой. Искал нас. Встреча была назначена в этом месте, но я не торопился выводить своих ребят на эту толпу. Пять эльфов против тринадцати коренастых, мощных, да еще упакованных в доспехи дварфов! Ну никак мы не сможем противостоять мелкорослой, но могучей машине по раскатыванию противника в тонкий блин. Надо ждать сигнала Анэль.

Элендил, наконец-то, перестал жевать, очистив вокруг себя место от бедных букашек. Вот так стоит съездить за бугор в какое-то южное государство, и тут же начинается повальное увлечение традициями, не только на духовном и материальном уровне, но почему-то и в пище. Есть же своя традиционная кухня, богатая и признанная даже у наших недоброжелателей! Так нет, находится последователь сей традиции, и тянет за собой других. Все, решил: закончим с разборками, Элендил у меня получит леща! Если дварфы не прибьют его на зеленой лужайке большими молотами во время боя.

- Эй, Кос! - окликнул меня напарник. - Слышал? Анэль надрывается!

И правда: из дальних зарослей доносилось переливчатое посвистывание, словно целая стая каких-то птах собралась на ветке и делит места. Так только Анэль могла свистеть!

- К бою! - проревел я, срывая с плеча лук. Другой рукой выхватил из колчана стрелу с разукрашенным пером и положил на тетиву. Так и сиганул на луг.

За мной с дикими воплями побежала моя группа. Я несся так, что ветер свистел в ушах, и опасался лишь того, что у меня отлетят наращённые треугольники ушей, которые мне целый вечер пристраивала Анэль. Меня обогнал Марохан. Он бежал настолько быстро, что из-под его обуви в разные стороны летел дерн вперемешку с глинистой почвой. И вдруг исчез. Только ноги мелькнули передо мной.

- А, мля! - заорал он, пропахав животом траву и с изящной грацией скользящей по воде черепахи вылетел на луг прямо навстречу вражеской группировке. - Коряга долбанная!

Дварфы изумленно остановились: хирд, сначала перешедший на тяжелый бег, сбился в неорганизованную толпу. Вся воинская выучка пошла коту под хвост, когда Марохан с копьем на вытянутой руке показал новую тактику нападения. Первые ряды сломалась от хохота, другие, еще ничего не видя, ругались, пихая друг друга, чтобы разглядеть потеху.

- А ну, хорош! - сдергивая с себя шлем, крикнул Тубур. Ожесточенно почесав бороду, в которой застряли комары и болотная мошка, он окликнул меня, так и застывшего с натянутым луком. - Кос, что за цирк? Где остальная команда?

- Предлагаю сложить оружие, мерзкий гном, - усмехнулся я, пуская стрелу в воздух. Все зачарованно посмотрели в небо, где она заполыхала разноцветной радугой распушенного оперения. - Вы попали в засаду!

- Какая засада, ушастик? - заорал кто-то за спиной Тубура. - Где все ваши? Удрали домой смотреть "Дом-2"?

- Неумно, Дуин, - отрезал рыжебородый, - кажется, нас переиграли.

Он сделал два шага в сторону и понятливо кивнул головой, посмотрев туда, куда был направлен мой взгляд. Анэль стояла вполоборота, изящно выставив ногу в невысоком сапожке, а ее лук без малейшей дрожи смотрел на Тубура. За ней молча выстроились семь наших парней, и у каждого, помимо реплик эльфийских клинков, был лук. Смертоносная машина готова была обрушить жалящую смерть на дварфов. Я даже залюбовался своей Анькой, жадно выхватывая ее аппетитные формы в пригнанной бойцовской сбруе. Сам участвовал в подгонке, кстати.

- Блин! - бросил щит на землю один из гномов. Хирд стал рассыпаться. - Два часа выслеживали ушастиков, и даже не подрались! Попались как лопухи!

- Кто осуществлял разведку? - Тубур сжал свой кошмарный кулак и показал своей команде. - Два месяца без допуска к игре! Позорные малявки! Я, что ли, должен весь функционал выполнять? Разойдись, школота!

Хирд, ворча, распался окончательно. Кто-то уселся на траву, чтобы подымить сигареткой, кто-то смешался с моими эльфами. Напряжение последних минут отпустило, и вот уже раздались первые взрывы смеха. Нашим рассказали, как доблестный Марохан на пузе пытался разогнать дварфов.

Ко мне подошел Тубур, в миру Дмитрий Орловский, а если еще точнее, то Дмитрий Семенович, руководитель консалтинговой фирмы, бессменный участник ролевых игр за городом. Именно с его подачи был организован клуб любителей фэнтези-игр. А я, его старинный друг, помогал в этом. Мне не нравились эльфы и гномы, мне нравилась сама атмосфера, в которой проходили ролевики. Здесь я был в своей стихии: выслеживать, ставить засады, совершать рейды и обманные финты. Любил я лес, и себя в лесу.

- Ну, Кос, сознайся, чья была идея послать в наш тыл Анэль? - расстегивая доспехи, поинтересовался Дмитрий. - Судя по исполнению - твоя.

- Не угадал, - ухмыльнулся я, - именно что Анькина идея. Она два дня окучивала меня как вас лучше всего обдурить. Признаюсь, не хотел ставить резолюцию с одобрением, но потом передумал.

- Ах, ну да, я и забыл, с кем она дружбу водит, - сдерживая улыбку, произнес Орловский, - надо бы мне в команду такую же боевую единицу. Слушай, если я поговорю с Аней, согласится пойти ко мне?

- Фиг тебе, хитрый дварф! - раздался голос моей Анэль, навострившей уши за спиной Дмитрия. - Своих не предаю и не продаю. Мои мальчики вас еще не раз сделают!

- Ню-ню, - поджал губы Дмитрий, но в глазах у него бегали бесята. - Пошли мыться, ушастики? Поспешим, а то это стадо бегемотов весь ручей взбаламутит.

После того, как мы привели себя в порядок, загрузили в багажники машин свои бойцовские плюшки, стали прощаться. Захотелось побыстрее домой. По небу поползли очень нехорошие облака, с каким-то свинцовым оттенком. Солнце тут же спряталось. Где-то на западе глухо громыхнуло.

Анька, сидя за рулем своей ярко-красной "шкоды", красила губы такой же помадой, поглядывая в зеркало заднего обзора. Я навалился на дверцу, посмотрел на ее округлые колени, потом шутливо дунул в завиток волоса. Посмотрел на уши. Накладки в виде острых ушей она сняла, не забыла. А то был прикол, когда она после игры зашла в придорожный магазин с неснятыми накладками, а девчонки-продавцы потом долго не отпускали ее, фотографируясь с эльфийкой. Анька действительно тогда была похожа на сказочного персонажа, потому как ее волосы были серебристо-пепельного цвета. Это сейчас она перекрасилась.

- Поедем ко мне? - предложил я.

- Кос, не могу! - жалостливо сморщила носик Анэль. - Обещала маме заехать на дачу. Сам же знаешь, где она находится. Хочу до дождя успеть.

- Так и не привыкла в дождь водить? - я усмехнулся.

- Я боюсь, реально боюсь мокрой дороги! - Аня посмотрела на меня, похлопала ресницами. - Давай, завтра? Я сама тебе позвоню, и мы все воскресенье проведем вместе.

- С ужином? -нажал я.

- С ужином, - улыбнулась девушка, - и с утренней побудкой.

- Отлично! - настроение мое стало стремительно повышаться.

Я наклонился и легонько коснулся губами пахнущей речной свежестью щеки, помахал рукой и аккуратно прикрыл дверцу. "Шкода" тихо рыкнула, и переваливаясь на мелких кочках, выехала с поляны, превращенной игроками в автопарк, на лесную дорогу, и вскоре исчезла за раскидистыми березами.

- Облом? - поинтересовался рыжебородый, когда я подошел к своему "субарику".

- У меня что, печальный вид? - удивился я. - Мне только одну ночь пережить в одиночестве. И знаешь - я справлюсь. Так что не угадал.

- Я за тебя рад, - хмыкнул Дмитрий. - Хочешь, совет дам?

- Дай, все равно бесплатно, - согласился я.

- Не будь дураком, женись на ней. Не делай из нее девушку на одну ночь. Анэль ждет твоего слова. Я же вижу.

- Приму к сведению, - мы пожали руки, и Дмитрий укатил на своей "тойоте". Советы советами, но свою жизнь я привык строить сам. Но, если честно...Его слова растопили какой-то ком в душе. Стало так хорошо, что хотелось остаться здесь еще немного, подышать свежим воздухом, обдумать спокойно наши дальнейшие отношения, но надвигающийся дождь не оставлял мне времени на романтическое размышление. Если дорогу размоет - я отсюда не выберусь. Трактором придется вытаскивать. А Дмитрий прав, но торопиться пока не буду, иначе сделаю ошибку, когда начну выбирать подарок в ювелирном салоне. Тихонько, без оголтелости. Хочу растянуть счастливое предвестие будущего признания.

"Субару" выскочил на шоссе, и тут такой водопад обрушился с неба, что я едва успел закрыть окно. Включил дворники, щелкнул по кнопке плеера, и из колонок полилась тихая музыка. Какой-то соул, как раз под настроение. В кабине уютно, комфортно, под колесами шипит вода, разлетается в разные стороны. Я пригляделся. Впереди хлестало так, что сквозь мутную белесую кисею дождя плохо был виден близлежащий подъем на перевал. Самое опасное место, с многочисленными изгибами по трассе, неожиданными нырками вниз, потом снова вверх, отбойников мало, только в самых каверзных местах. Слегка надавил на педаль, решив побыстрее проехать дождевой фронт. Машина заурчала, дело пошло веселее. Нагнал тяжело груженную фуру, тормознувшую у обочины. Видно по просевшим рессорам. Водила, кажется, решил переждать непогоду, понимая, что подниматься на перевал с таким прицепом довольно опасно. А может, просто отдыхает дальнобойщик. Пронеслись мимо мигающие стоп-сигналы. "Субарик" стал подниматься в гору. Вот преодолел первый поворот, потом второй. Промчался до вершины, теперь нужно сбросить скорость. Впереди опасная "змейка". Осталось ее преодолеть и через десять километров въеду в город.

Вылетевший навстречу из очередного поворота, скрытого насыпным холмом, оставшимся после дорожного ремонта, и уже поросшего кустарником, "крузак" пер по самой середине и без того узкой трассы. Из-под колес во все стороны летела вода, свет галогенок вспарывал завесь дождя, заодно ослепив и меня. Времени для безопасного маневра уже не было. Резко крутанув руль, я увел машину вправо, где меня встретил небольшой такой овражек. Перемахнув колею, почувствовал, как по днищу проскрежетало. На булыжник налетел, здравствуйте. Подпрыгнув, "субару" с жалобным визгом вырвался из каменного плена, и уже по инерции пролетел по мокрой траве, сшибая бампером мелкие кустарники. Испуга не было, наступила какая-то холодная отрешенность. Я знал, что сейчас полечу вниз по каменистой осыпи навстречу соснами и березам.

"Надо было сразу с Аней уехать, - мелькнула грустная мысль, - не зря же она не любит по дождю машину гонять".

Меня встретила поваленная сосна. Инерция удара швырнула вперед, но ремни удержали. Я носом впечатался в подушку безопасности, лобовое стекло пошло сеткой трещин. Мотор чихнул и заглох. Со стоном нащупав складной нож справа от себя, нажал на кнопку фиксатора, услышал щелчок вылетевшего лезвия, проткнул подушку, глубоко вздохнул, прислушиваясь к себе. Кажется, ребра целы. Ноги шевелятся. Я похвалил себя, что вовремя убрал их от педалей. Весь низ смялся в гармошку. Отстегнул ремни, попробовал открыть дверь. Хренушки! Как и следовало ожидать - заклинило. Поерзав на месте, поднял правую ногу в немыслимой для себя позе и со всей дури шарахнул по лобовухе. Стекло упало на капот и осыпалось мелкими алмазами на землю. Путь был свободен. Резко запахло бензином. Тем более надо торопиться. Прибитым жуком выполз на капот, скатился вниз на каменистую почву, убрал лезвие ножа обратно, превратив его в безопасный инструмент, и на коленях стал удаляться от машины, потому что чувствовал, что с ногой не все в порядке. Все документы, мобильник и прочие нужные мелочи были при мне. Барсетка прочно сидела на поясном ремне. А с остальным не жалко расставаться. Это я говорю себе на случай пожара. Хотя не должна машина загореться. Просто бак пробит. А почему пробит? Я же передком втюхался. Странно все это.

Попытался встать на ноги и охнул от боли. Лодыжку пронзило болью. Все-таки ранили меня, супостаты! Сучары! Дорожные терминаторы, шумахеры, блин! Запахло сильнее. Я плюнул на все и решил от греха подальше уйти в сторону, спрятаться под откосом. Посижу там в компании гранитных булыганов, тем паче, что дождь уже заканчивался, выкачивая из облаков последние литры. Похромав к кромке обрыва, я не учел подвижность пластов почвы. Кажущаяся плотность травяного покрова оказалась мнимой. Я так и уехал вниз с огромным куском дерна вперемешку с гравийной массой. Кувыркнулся через голову, пролетел несколько метров и ударился головой об ствол дерева. Мир оглушительно рванул фиолетовыми брызгами, заплясал мгновенными росчерками фейерверка, после чего я канул в черноту.


****

Утренний звонок застал Аню на кухне. Она только что налила себе в кружку кофе и собиралась позавтракать тостами, но настырный смарт сигнализировал, что кто-то хочет поговорить с ней. Девушка мельком взглянула на экран, пожала плечами и нажала на "трубку". Телефон был на громкой связи, так что она не напрягалась, и руки были свободными.

- Я слушаю тебя, Дима.

Тост захрустел на зубах, малиновый джем приятно растекся по нёбу.

- Завтракаешь, Анэль? - голос рыжебородого был какой-то странный.

- Ну и вопросы, - фыркнула девушка, - что случилось?

- Ты не знаешь, где Кос? Может, он у тебя?

- Тебе лучше знать, вы позже меня уехали, - спокойно ответила Аня, но внутри все сжалось от дурного предчувствия.

- Я ребят опросил, они все сказали, что Кос отъехал с поляны последним. Подозреваю, что он попал под ливень. Мне несколько минут назад звонила мать Костяна, он дома не появлялся. Сейчас будет тебе звонить. Только дело хреновое, ушастик. Мне Ребров Витька, ну, который Борин, в моей команде, он же в дорожной полиции....

- Дима, не тяни кота за хвост, - ледяной холод вцепился в сердце девушки, но голос был на удивление спокойным, - я знаю, где он работает

- В общем, на тридцатом километре обнаружили сгоревший "субару" нашего Коса. Видимо, он слетел с трассы и ушел под откос. Не-не! Тела не нашли, в этом вся фишка. Нигде не обнаружили. Кружили по лесу, но следов никаких. Странно. Вот я и думал, что он добрался пешкодралом до тебя. Поисковая группа прочесывает лес, но пока нет никаких известий. Если сейчас позвонит Лидия Михайловна, не говори ей ничего. Ладно? Скажи, как было. Что уехала раньше, договорились встретиться сегодня. Ей пока не известно о происшествии, но она скоро узнает. Блин! Что же делать-то?

- Я поговорю с ней, - Аня прижала ко лбу ладонь, в глазах сами собой навернулись слезы. Сейчас начнется истерика.

- Анэль, ты там поспокойнее, - голос Дмитрия звучал глухо, даже как-то виновато. - Я держу связь с Борином, если появятся новые данные, я сразу же позвоню. Давай, пока.

- Пока, - девушка сделала "отбой", встала из-за стола, вылила кофе в раковину, и тут "самсунг" засигналил снова. Вот теперь точно мать Кости рвется поговорить. Тяжело вздохнув, она несколько секунд медлила, словно хотела, чтобы звонок замолчал. Потом нажала на прием.

- Да, тетя Лида, слушаю вас....


Глава вторая


Темная пелена медленно сходила с моих глаз. Сначала проявились стволы деревьев, на которых я с мельчайшими подробностями рассмотрел трещины на коре, через которые деловито шагали муравьи; беззвучно шелестящую зелень кустарников, потом - пушистый ковер мха, от которого я и оторвал свою побитую физиономию. Подушка все же чувствительно врезала мне по переносице. Я даже чувствовал засохшую корку крови на верхней губе и на щеках. Опершись руками о землю, сделал попытку подняться. Голова кружилась, тошнота накатывала каждые пять секунд. Да, нехилое сотрясение мозгов получил в придачу к лодыжке. Наступил на ногу. Вскрикнул. Скорее от неожиданности, потому что не ожидал, что проблема ухудшится с такой скоростью. Ладно, я понял, что весь развалился, теперь надо понять, куда я влетел, и выбираться наверх, на трассу.

Огляделся по сторонам. Нелегкая занесла меня в какой-то глубокий овраг, поросший дикой малиной, крапивой и какими-то кустами по верху. На самом дне протекал небольшой ручеек, в который я не доехал всего несколько метров. Странно. Вроде в дерево врезался, а сейчас не вижу ничего такого, что напоминало о столкновении. Кругом песок, травка, растения, не видно поваленных стволов. Водичка журчит. Я прополз на коленях к ручью и осторожно обмыл лицо. Стало даже легче. Попил без страха. Знаю, что горные ручьи чистые, не загаженные. Освежившись, достал из барсетки мобильник и нахмурился. Связи никакой. Ни одной палочки, красный крестик светится. Ну, это не проблема. Район горный, хребты гасят любую волну. А я даже до вышки сотовой связи, которую недавно водрузили на вершине одной сопки, не доехал. Огляделся снова. Вниз по ручью не пойду, так в самые дебри заберусь, потом меня тросом оттуда не вытянешь. Надо вверх топать, пусть и тяжело с моими боевыми ранами.

Идти было не столько тяжело, как неудобно, постоянно перенося вес тела на левую ногу. Так и шел беременной уткой вверх, изредка обходя крапиву, отмечая, что водный поток увеличился в размерах. И уткнулся в странное строение из наваленных друг на друга тонких деревцев в хаотичном порядке. Эта плотина наглухо перекрыла мне путь, и теперь нужно было карабкаться вверх. Я застонал. Вот же гадство! Какой дебил навалил свежесрубленные деревья в овраг?

Пришлось снова проводить визуальную разведку. Справа овраг вздымался крутой стеной, с которой периодически срывались золотистые струйки песка, и куда мне путь был совершенно точно заказан. Слева ситуация была получше. Склон пологий, да растущая ива поможет мне своими упругими ветвями в качестве подтягивающих элементов. Решил - полез. Кроссовки пару раз скользнули по песку, но я удержался, а когда добрался до ивы, уже было легче.

Выбравшись из песчаного плена, я сразу понял, что тех, кто навалил друг на друга деревья, зря обозвал дебилами. Потому что бобры дебилами быть не могут априори. Эти славные зверушки устроили грамотную запруду на таежном ручейке, и теперь по эту сторону оврага разливалось вполне достойное для пикника озерцо. Мне показалось, что я даже увидел одного такого строителя с лопатообразным хвостом, прятавшегося на противоположном берегу. Усмехнувшись, я сделал пару снимков на телефон и побрел в сторону от озерца. Прикинув, примерно, где проходит трасса, стал держать направление, то и дело останавливаясь и прислушиваясь в звуки леса. Все равно надсадный рев моторов большегрузных фур и лесовозов будет далеко слышен, и ориентируясь по этим звукам, выберусь к людям. Как ни странно, кроме пения птичек, стрекотания кузнечиков и противного карканья вороны ничего не услышал. Пожав плечами, продолжил путь, упрямо продираясь сквозь молодой ельник, выросший на моем пути. Миновав его, уперся в бурелом из поваленных деревьев, уже успевших обрасти мхом.

Как-то сразу потемнело, солнце спряталось в кронах деревьев, а меня осенила запоздалая мысль. А где следы дождя? После такого ливня овраг вообще должен был быть переполнен мутной водой, хвоей и прочим мусором. А там тишь да гладь, сухой песочек, идиллия, одним словом.

Пока я раздумывал над феноменом, успел заметить, как в просветах поваленных стволов мелькнула фигура неизвестного происхождения. Согнутая, сливающаяся с травой и мхом - то ли зверь, то ли человек. Я застыл, сразу отбросив ненужные мысли. Не хватало на волков или медведя напороться.

- Эй? - неуверенно прохрипел я, словно отвык разговаривать за несколько часов. - Кто там шарахается? Выйди, покажи личико!

Тишина. Обманчивая тишина. Хрустнул сучок за моей спиной. Резко разворачиваюсь и тут же получаю удар по лбу, после которого надолго впадаю в беспамятство. Очнулся от того, что на мое лицо лилась вода. Открыл глаза и еле-еле разглядел непонятную зеленую массу, сидящую на корточках. Блуждающая кочка легонько похлопала меня по щекам. И тут меня вырвало. Я успел отвернуть голову вбок, чтобы не захлебнуться желчью, и только потом мне стало легче.

- Ты зачем так его треснула по голове, Иримэ? - удивленно спросила кочка мужским голосом, задрав голову. - У него же сотрясение мозга!

- Здесь не танцевальная площадка, Грэм! - послышался резкий голос где-то позади, кстати, женский, мелодичный, с хрустальными переливами. - Не забывай о своем задании! Нам еще засветиться не хватало!

Я медленно перевернулся на живот, и в который раз с помощью рук поднялся на колени. Голова продолжала болеть, мутило. Но говорившую женщину я разглядел. Высокая особа в зеленом балахоне, состоявшем, казалось, из как попало повязанных в произвольном порядке тряпочек и лоскутов, смотрела на меня неприязненно. На ее лице во все стороны расходились густые темные полосы то ли краски, то ли сажи, совсем как у хитрых и коварных спецназовцев. На голове - капюшон, под которым скрывались волосы, показавшиеся мне платиновыми. Или с глазами проблема началась?

- А где Фарин? - спросил Грэм, появляясь передо мной.

- Проверяет, нет ли еще кого здесь. Хотя мы за собой хвост не цепляли, это точно.

- Эй, парень, ты можешь говорить? - Грэм наклонился ко мне.

- Главное, я вас понимаю, - кашлянул я и сплюнул тягучую слюну. - Вы что делаете, придурки? Зачем по голове ударили?

- Ты кто такой, что здесь делаешь? - начал он свой опрос, не обращая внимания на мои претензии.

- Попал в аварию, машина в хлам, в башке кисель, а связи никакой нет, чтобы помощь позвать, - прокаркал я, медленно поднимаясь. Поднял голову и удивился.

На меня смотрели две пары глаз, но с таким выражением, словно впервые в жизни увидели возрожденного мамонта или динозавра.

- Что? - развел я руками. - Вы меня поняли, алё? Помощь нужна!

- Ты понял его, Грэм? -спросила Иримэ, отбрасывая капюшон с головы.

Точно, платиновые волосы, аккуратно собранные в пучок на затылке. И уши. Острые кончики. А вот и лук за спиной разглядел! Ура! Очередные ролевики нарисовались! Только по голове зачем так бить? Заигрались, ребятишки?

- Уф, что же вы раньше не сказали! - хмыкнул я. - Вы из какой бригады? Финлора или Элгинора? Или у вас смешанная команда? Человек, эльф... и гном?

- Надо его прирезать! - прорычал за моей спиной голос, похожий на рык волкодава. - Закопаем здесь и двинем дальше! У нас нет времени, чтобы языками чесать!

Я повернулся, чтобы сказать пару ласковых слов душегубу, но осекся. На меня глядел настоящий гном! Он зыркал из-под кустистых рыжеватых бровей прищуренными глазами, в которых не было и намека на сочувствие, лишь злоба, и это не походило на игру. Совсем не походило! Борода его дрожала в нетерпении. В руке странный тип держал широкий тесак, наподобие пальмы, и пытался этот клинок приставить к моему пузу. На голове его торчал несуразный шлем с каким-то шишаком, покрашенный в цвет зелени и с мелкими вкраплениями желтого, одет он был в куртку, перепоясан ремнями, а за поясом торчало чудо-оружие в виде большого пистолета с тремя стволами. Чудовищная ручная артиллерия настолько бросилось в глаза, что я уже не отводил от нее глаз.

- Братцы! Да кто вы такие? - развел я руками. - Я вас раньше здесь не видел! Новички?

- Валим его и уходим! - прорычал гном, размахивая перед моим носом пальмой. - Это территория тойонов, и если нас обнаружат здесь - заманаемся свои кишки шагами мерять! Ну, Грэм! Чего ты ждешь?

Что за загадочные тойоны? Я не слышал, чтобы в нашем городе крутилась команда с таким названием. Или новички решили устроить свою ролевую игру. Фэнтезийные герои против загадочных тойонов! Зашибись, я бы до этого не додумался! Вот у кого воображение так играет?

- Стоп, Фарин, убери свою железку! - Грэм внимательно посмотрел на меня, словно оценивал, что можно со мной сделать. Или отправить на удобрение, или же поговорить более обстоятельно. Мужик правильный, на эмоции не ведется. - Иримэ, вяжи его руки. Забираем с собой. Старшина разберется.

- Грэм! - воскликнул гном. - Ты делаешь ошибку!

- Он не тойон! - голос мужика зазвенел сталью. - Он даже не орк, а обычный человек, похожий на меня! Я уже не могу различать, по-твоему, кто передо мной?

Великолепно! Здесь еще и орки! А если пошевелить мозгами, которые у меня были основательно взбиты за последние несколько часов, можно понять, что тойоны и на людей-то не походят!

- Лазутчик! - уверенно сказала девушка с ушами эльфийки. Она стянула узким кожаным ремешком мои запястья, но переборщила. Где-то прищемила кожу, и боль дернула меня, да так, что я зашипел. - Ой, больно? Не плачь, маленький!

Иримэ похлопала меня по щеке, вызвав прилив гнева. Они тут совсем заигрались, что ли?

- Слушай, красавица, я бы и сам пошел с вами, зачем руки связывать? Вдруг ваши тойоны нападут, чем мне отбиваться? - я принял условия игры, но мои шутливые слова вызвали странную реакцию у эльфийки.

Она выхватила нож с неимоверно острой заточкой с одной стороны и с устрашающими взгляд зазубринами с другой и приставила этот девайс к моему горлу. Кадык дернулся от леденящего холода стали.

- Закрой пасть, человек! Будешь делать то, что мы тебе скажем, будешь говорить то, что мы тебе прикажем!

Ого! Вот это пассаж! Ну, вообще-то эльфы всегда отличались склонностью к поэзии и вычурному слогу, если верить Толкиену и его последователям.

- Все! Пошли, пошли! - Грэм махнул рукой в том направлении, куда я и шел перед эпохальной встречей. - Фарин в головном дозоре! Иримэ, смотри за пленником. Я иду замыкающим.

Вот в таком порядке мы и двинулись по лесу. Кряжистая фигура гнома на удивление легко миновала препятствия в виде заваленных стволов, густых кустарников или мелких овражков. В его движении не было никакой тяжести, все он делал быстро и легко. Надо преодолеть упавшее дерево - Фарин выбирал путь наименьшего сопротивления, с нелепой грацией лося обходя валежник. Иримэ изредка подталкивала меня, когда я начинал замедлять шаг. Без свободных рук идти было непривычно. Ветки кустарников или игольчатые лапы елей все время норовили влететь мне в лицо. Видимо, гном знал об этом и специально не придерживал ветки. Пару раз я довольно сильно получил по губам, даже слезы выступили на глазах. Я с трудом сдерживал ругань, рвущуюся наружу.

Узкая тропинка заметно пошла на понижение. Мы начали спуск. Это могло означать, что группа уходила от трассы. Идти было трудно. Кроссовки то и дело проскальзывали на палой листве и хвое. Я выбрал единственно верное решение: идти вполоборота. Стало легче. Иримэ хмыкнула едва слышно.

- Забавная у тебя обувка, - тихо сказала она, - где такую достал? Ничего более дурацкого не видела.

- Я не собирался ходить в ней по горам, - отрезал я, - вы сами меня тянете в какие-то дебри. Запасной обуви нет.

- Упадешь - удерживать не буду, - предупредила девушка.

- Спасибо за заботу, - съязвил я.

Несильный толчок в спину. Кажется, мы нашли общий язык. Контакт установлен.

Странный поход со странной компанией озадачивал меня все больше и больше. С одной стороны, если отбросить все фантастические домыслы, то имею я следующее: говорящие на одном со мной языке немножко неадекватные люди, играющие в ролевую игру с небольшими отклонениями от классических канонов, в странной униформе, да еще косящие под сказочных персонажей. Люди, эльфы и гномы как бы воюют против непонятных тойонов. Кто это такие, я, честно, не знал. В нашем городе не было такого сообщества. Они нигде не засвечивались, в социальных сетях о них нет ни одного слова. Как будто появились из ниоткуда. Дальше что? Гном очень живописно играет на публику, машет клинком, но ни разу не ударил меня своей лапищей. Мужик по имени Грэм - власть в маленьком отряде. Его слушаются, ведут себя очень дисциплинированно, что не похоже на сборище реконструкторов и игроманов, славящихся своей безалаберностью. Даже Дима со своим авторитетом не всегда может влиять на бригаду. Действительно, у него там школота. А здесь я вижу четкую дисциплину, никаких намеков на анархию. Сказали - сделали. Идут по лесу целенаправленно, словно действительно знают свою роль. Так игра это или нечто другое?

Грэму лет сорок, - продолжал размышлять я, совершенно отвлекшись от мелькающих передо мной ветвей, - он здесь старший. Мужику в его возрасте как-то уже стремно играть в сказочного персонажа, но тем не менее, играет же! Девушка молодая, она, судя по голосу, ровесница Ани, выше ее ростом, даже несмотря на дурацкий балахон. Кстати, не совсем дурацкий. Он хорошо маскирует, и в трех шагах уже не увидишь того, кто в него обряжен. Гном? Ну, не могу сказать, почему представитель вымершего народа вдруг неожиданно появился в наших краях. В Сибири еще много тайн, и из-под земли иногда выныривает такая дрянь, что жутко становится. Да, вопрос вопросов: это гном или очень широкоплечий человек низкого роста, похожий на тумбу для обуви в коридоре обычной городской квартиры? Возраст определить не могу.

Думаем дальше. У Фарина я видел жуткую пушку, и это не реплика с какого-то старинного оружия, а настоящий слонобой, зуб даю. Вооружен холодным оружием, готов воткнуть кусок стали в любую движущуюся цель, даже не поморщившись. У Иримэ добротно сделанный лук, а не дешевая подделка. Это по первоначальным прикидкам. Надо его в руках подержать, пощупать. У нее даже колчан выкрашен в камуфляжный цвет. Прикол или нужная в лесу фишка? Если нужная, то тогда кто они?

Меня резко ухватили за плечо тонкие и сильные пальцы Иримэ.

- Налево! - негромко сказала она и толчком отправила в кусты.

Гном уже суетился на маленькой полянке, разжигая костер. Неподалеку в навалах камней слышалось журчание ручья. Кругом стояли высокие светлокорые сосны, шумела листва берез, где-то в зарослях краснели ягоды рябины. Девушка развязал мне руки и протянула закопчённый котелок. Кивнув головой, показала, что надо принести воды.

- Понял, не дурак, - попробовал пошутить я.

Принес воды, отдал гному, который приспособил его над пламенем, одарив меня злобным взглядом. Ну, чем я ему не приглянулся?

- Давайте, познакомимся, что ли? - я с надеждой посмотрел на случайных путников. - Зовут меня Константином, можно просто - Кос. А вас, девушка?

- Ты уже слышал, - отрезала эльфийка, распустив свои платиновые волосы по зелени камуфляжа.

- Иримэ? Нет! Настоящее имя, в миру! - улыбнулся я. - Вот у меня есть девушка, зовут Аней. А ник в игре - Анэль.

Иримэ фыркнула.

- Ты как-то странно говоришь, человек.... Кос. Имя у тебя тоже странное. Сам ты откуда?

- Из Иркутска, - ответил я, пожав плечами.

И тут мои новые знакомые переглянулись, да с таким выражением лица, что я забеспокоился. Решил пока придержать при себе вопросы.

- Это где? - после паузы поинтересовался Грэм.

Я хотел ответить в известной всему русскоговорящему миру рифмой, но не стал портить отношения таким безрассудством. Не надо хамить. Может, это староверы, и уже лет сто не вылезают из леса? Или меня за дурака принимают?

- Если не ошибаюсь, то это примерно на юго-запад идти надо, - сдерживаясь, ответил я. - Большой город, машины, супермаркеты, ночные клубы, рестораны. Вот мне туда и надо.

- Ты не ошибся, человек? - прорычал гном. - Нет здесь такого города! Велиград есть, Лазурия есть, Кижи есть. Иркутска твоего нет! Ты кто такой вообще? Грэм, я же говорю, это лазутчик тойонов!

- Грэм! Ты, мне кажется, единственный здесь здравомыслящий человек! - воскликнул я, порядков устав от созерцания глаз Фарина, постоянно глядящих на меня с кровожадностью маньяка. - Да что происходит здесь? Вы вообще понимаете, о чем я толкую? Я попал в аварию, моя машина слетела с дороги. У меня вывихнута нога, разбит нос. Мне нужна помощь, а вы уводите меня вглубь тайги! Я даже позвонить не могу!

Я вытащил мобильник, скрежетнул зубами. Полный абзац! Батарея начинает садиться, автоматически включившись на поиск сети. И вдруг заметил, что на мой смартфон эти три чудика смотрят с небывалым интересом.

- Что это у тебя? - тыкнул пальцем мужик. - Я не видел таких вещей ни разу!

Я протянул Грэму девайс и с ухмылкой стал на него смотреть. Мужик разглядел свое отражение в стекле смарта, почесал затылок, нажал на боковую качельку, и чуть не выронил телефон. Понятно, колдовская штучка! Иримэ, пристроившись с боку, ахнула.

- Что? - я сделал удивленное лицо. - Включился?

- Магическая картинка! - рыкнул гном, нависая над своими товарищами. - Неладно все это! Ох, неладно!

- Кто это нарисован? - извечное женское любопытство проснулось в эльфийке, даже несмотря на вспыхнувшую настороженность в глазах. - Я ее не знаю.

Нет, послушайте ее! Нарисован! Дурочку валяет, что ли? Ну, еще бы! Я поставил на заставку фотку Ани в ее лесном костюме. Мы фотографировались возле речки, когда выезжали всей бригадой на шашлыки. На фоне свисающих в воду ветвей ракитника я и запечатлел момент. Очень эффектно получилось.

- Моя девушка, - признался я, внимательно глядя на эльфийку. - Я уже говорил, что ее зовут Аней.

- Ты называл другое имя - Анэль, - напомнила Иримэ. - А так да, красивая.

- Волшебство? - нахмурился Грэм.

- Нет, технологическое чудо, - язвительно сказал я, - и вообще, вода в котелке кипит!

Нет, кто эти люди? Точно, староверы из прошлого! Или психи из спецбольницы, сбежали во время обострения!

Фарин очнулся от созерцания моей любимой и кинулся к костру. Чай, наверное, хочет заварить. Давно пора перекусить! Интересно, предложат мне три корочки хлеба или останусь голодным?

Грэм с осторожностью протянул мне смартфон, и я решил его выключить, чтобы сберечь батарейку. Один хрен, связи нет. Какой смысл сканировать пустое пространство?

- Как ты попал на тропу? - мужик решил приступить к допросу. Давно пора определиться!

- Уже говорил, забыли? После аварии вылез из машины, испугался, что взорвется и решил спрятаться под откосом. Нога поехала, поскользнулся и улетел в овраг. Ударился головой. Когда очнулся, стал выбираться из оврага. Выбрался, наткнулся на вас.

Грэм и эльфийка переглянулись с тем же выражением лица, как и прежде. Мужик взъерошил свои волосы, о чем-то подумал, кивнул.

- Там была плотина? - спросила Иримэ.

- Точно! Плотина была! - обрадовался я. - Даже бобра видел. Здоровый, сука! Я оставил озеро по правую руку и пошел по тропинке. Наткнулся на вас.

В глазах девушки впервые промелькнул интерес, даже сочувствие, что ли?

- Змеиный портал, - буркнул гном, - надо же, заработал! Сто лет про него не слышал! Фух, ладно, что так! А я уж думал, что лесовики затеяли интригу с внедрением!

- Объясните мне, что происходит! - я начал закипать. - Может, я помер, и все это бутафория, мое извращенное сознание?

Я обвел руками поляну. Грэм качал головой, эльфийка кисло улыбалась.

- Боюсь, для тебя плохие новости, Кос, - сказала она. - Ты прошел через Змеиный портал, и через него обратно в свой мир не попадешь. Теперь тебе нужно налаживать свою жизнь здесь, несмотря ни на что. Мне жаль....

- Ни хрена не понимаю! - пробурчал я, прекрасно осознавая, что все понял.

Мы все живем в таком мире, когда хочется чего-то необычного, что скрасит серые будни. Уставшие от обыденности, от бешеного ритма жизни мы полны желания прикоснуться к сказке, к мифу, да к чему угодно, что перекроит нас, встряхнет так, что душа онемеет от восторга или ужаса. Вот моя душа и онемела от ужаса. Меня не стоило даже подталкивать к осознанию случившегося. Я поверил, что провалился в другой мир, поверил бесповоротно. И все сразу стало на свои места. Вот настоящий гном, который склонился над котелком и чуть ли не полощет свою косматую бороду в кипятке; рядом со мной сидит настоящая эльфийка с платиновыми волосами и с острыми ушками, с размазанными по лицу полосами; ну, про Грэма я говорить не буду. Человек - он везде человек, даже на Марсе. Фантазия, ставшая реальностью, в которой мне надо найти свое место.

- Неужели нет других порталов?

- Есть, - ответил Грэм, - но они ведут в другие миры. Для того, чтобы попасть в ту же точку, откуда тебя выбросило, надо активировать его в обратную сторону. Змеиный портал не обладает таким свойством.

- Это точные сведения? Или вам специально впаривают историю, чтобы никто туда не совался? Есть факты?

- Фактов нет, потому что никто и не пробовал! - откликнулась Иримэ, любовно поглаживая свои волосы. И тут же резко скрутила их в бублик, заткнула на затылке шпилькой, больше похожей на стилет. А что, тоже оружие, тайное, причем. - Некому пробовать. Лет пятьдесят назад портал был закупорен чародеем из Галатеи.

- Почему?

- Был прорыв какого-то чудища, наводившего потом ужас на окрестные города, на охотников, поселенцев. Еле прихлопнули. Вот после этого решено было закрыть портал. Но я еще раз говорю тебе: обратного пути нет.

- Выходит, что у портала был один траффик, - прикинул я. - Ладно, вы мне потом подскажете, где искать этого чародея?

- Его убили, - тут же подал голос гном, стуча ложкой по краю котелка, - давно уже, лет десять. Портал был завязан на него, а учеников у него не осталось!

- А ведь это плохо! - я скосил глаза на Фарина. - Если портал выбросил меня, значит, в скором времени может выбросить и еще кого-нибудь!

Мои новые знакомые беспокойно зашевелились. Не отрицаю, что такая мысль у них проскальзывала, но озвучил ее не кто-нибудь, а пришлый Кос. Вот и волнуйтесь, чешите в затылках, как быть. А про смерть чародея я с трудом поверю. Мне такая лапша не подходит. Она сразу с ушей слетает.

- Давайте есть! - Грэм хлопнул ладонями по коленям и гном тут же поставил на траву дымящийся котелок. А я и не заметил, как эльфийка достала хлеб, сыр, лук и даже фляжку. Интересно, там вино или просто вода? Если я попал в чужой мир, то про водку можно забыть. Слабы эльфы супротив нашего Менделеева. Спирт еще могут выгнать, а вот доброкачественный сорокаградусный напиток - навряд ли.

Мне отказываться от хавчика не с руки. Голоден, как медведь после спячки. Навернул какого-то сытного варева из пшеницы, муки и кореньев, хлебнул винца из фляжки, жить сразу захотелось.

Заметил, что мои спутники не очень-то торопятся идти дальше. Взглянул на солнце. Да, уже цепляется за верхушки деревьев. Когда смотрел мобильник, было уже четыре часа дня. Сейчас уже и того больше.

- Ночевать здесь будем? - уточнил я.

- Скоро приграничье, здесь мы в относительной безопасности, - пояснил Грэм, - потому что тойоны по ночам устраивают засады только на тропах. Мы переждем до утра, а там нас встретит патруль. Ты ложись прямо на костер, только лапник накидай на угли, когда прогорит. Я гляжу, у тебя легкая одежда. Замерзнешь.

- Иногда в такой ситуации люди ложатся рядом с друг другом, тесно прижимаются телами, - я кинул косой взгляд на эльфийку. - Так тепло лучше сохраняется.

Та, конечно, фыркнула как кошка, прекрасно поняв намек.

- Иди к Фарину ложись. Он большой и теплый! Укроет тебя своей бородой как одеялом!

Гном сердито засопел, показал девушке кулак.

- Пожалуй, я лягу в костер, - вздохнул я притворно и встал, чтобы приготовить себе королевское ложе, но боль в лодыжке прострелила до самого бедра.

Я вскрикнул и бревном завалился на землю. Хлопая глазами, смотрел на Иримэ, с усмешкой наклонившейся надо мной.

- Вава? - спросила она, присаживаясь рядом.

- И еще какая! - бодро ответил я, хотя хотелось плакать. - И голова встряхнута! Хреново мне, сестренка!

- Я тебе не сестренка! - блеснула глазами девушка, задирая мою штанину. - Сними свой косовок.

- Кроссовок, - поправил я, исполняя ее желание.

- Плевать, - грубо ответила она.

Она обхватила тонкими пальцами больную лодыжку, и воспаленная кожа сразу отреагировала на приятную прохладу ее ладоней. Иримэ несколько мгновений поглаживала лодыжку, что-то беззвучно шептала, а боль отступала. Я уже стал подумывать, что она применила магию, которая обязательно должна присутствовать в этом мире. Раз есть эльфы и гномы, и еще чародеи в нагрузку - значит, и магия должна существовать.

- Колдуешь? - решил удостовериться я, почуяв недоброе, ибо ее взгляд был направлен поверх моей головы.

- Ага... братик, - кивнула эльфийка, и вдруг чья-то ладонь закрыла мне рот.

Она резко дернула ногу, а я замычал в ладонь, пропахшую хвоей и костром. Мычал до тех пор, пока боль не ушла, доставив мне облегчение впервые за несколько часов.

-Легче? - услышал я голос Грэма. Это он, оказывается, зажимал мне рот.

- Великолепно, - пробурчал я, натягивая обувь. - А без этого нельзя было? Ну, поорал бы немного....

- Я же говорил, что прирезать его - лучший исход, - снова завел свою песню гном. - Кос, ты с головой не дружишь, видимо! Мы на территории тойонов! Если бы ты орал здесь как ссыкливая девка, они уже давно были здесь.

- Не дружу, потому что мне надо править голову! - огрызнулся я. Гном явно нарывался на скандал. - Ты умеешь править?

- Он умеет хорошо срубать их! - захихикала девушка, бросая под голову мешок. - Попроси его, и он своим клинком сразу решит проблему!

- Эй, кто бы говорил! - возмутился Фарин и повернулся ко мне. - Придем на базу - поставим твою никчемную голову на место. А сейчас - ложись!

Оказывается, этот заботливый шкаф без дверок уже нарубил лапник, разгреб угли и устроил на костровище ложе. Я искренне поблагодарил гнома за услугу, выслушал короткий спич по поводу своей непутевости, которая потянула меня искать приключения на пятую точку. Я благоразумно промолчал, не желая вступать в бесперспективный спор. Слишком устал. Упав на лапник, мне хватило пяти минут, чтобы провалиться в сон без красок и картинок.


Глава третья


На ногах мы были уже с рассветными сумерками. Меня растолкал Фарин, молча показал, что пора выдвигаться. Наскоро перекусив холодным вареным мясом и запив водой из фляжки, наш небольшой отряд продолжил спуск. Утренняя роса изрядно промочила мои штаны, кроссовки тоже блестели от влаги. Зябко поеживаясь, я шел следом за Иримэ, и от нечего делать, изучал болтающиеся лоскутки на ее маскировочной куртке. В дозоре шел гном. Поражаюсь, как при таких габаритах он умудряется легко передвигаться. Представьте себе изящную тумбу, которая скользит по вашей квартире, не задевая ни одного предмета. Вот так и Фарин. Изящная тумба, хм!

Гном шел настороже. Голова его то и дело крутилась флюгером по сторонам. Он таким образом сканировал пространство. Попробую и я рассмотреть что-нибудь в светлой зелени просыпающегося леса. Солнце только-только начало обсушивать верхушки кустарников, но еще не поднялось достаточно высоко, чтобы излить свое благотворное тепло на всех живущих.

Ничего интересного я не видел. Дятла заметил, который пристроился на ветке и собирался начать работать, потом еще какую-то птаху. Слева мелькнул серый бок волка или другого животного.... Что? Какие волки?

- Иримэ, слева посмотри, - вполголоса бросил я в спину эльфийки, - мне кажется, там какой-то зверь....

Мне показалось, что она никак не отреагировала на мои слова, продолжая идти размеренным шагом. Но ситуация изменилась. Гном побежал! Следом за ним рванула Иримэ.

- За ними! - приказал идущий последним Грэм, легонько толкнув меня в плечо.

Сказано - бежать, побежим! Лодыжка уже не беспокоила, двигался я легко, перескакивая через выползающие на тропу корни деревьев. По-ребячьи я хотел догнать эльфийку, но мне никак не удавалось пристроиться к ней за спину. Она то и дело ускорялась, постоянно держа дистанцию метров десять. В чащобе раздались странные ухающие звуки. Они перекликались по обе стороны тропы, и мне показалось, что неведомым преследователям удалось спуститься ниже, чтобы нас перехватить. То, что мы начали бежать, говорило лишь об одном: кто-то нас подловил в засаде.

Вот так молча мы и вылетели к широкому ручью, через который был перекинут мостик в виде двух бревен. Мы махом перескочили на другой берег, и Грэм, поднатужившись, сбросил бревна в воду. Все это время Фарин стоял настороже, выхватив свою трехстволку.

- Кто это был? - хватая воздух пересохшим ртом, спросил я.

- Тойоны, - коротко ответила эльфийка.

- Рановато пошли, - прогудел гном, - засадники почему-то задержались. Влипли так влипли.

- И что теперь? - я не дождался ответа, бросился к ручью, жадно загребая ладонями холодную воду. Тойоны там, или не тойоны - кто их разберет - но пить хотелось зверски, жажда забивала все мысли о загадочных противниках моих провожатых. Я сделал очередной глоток, и вдруг между коленями в дерн вошла стрела. Вершина оперения еще дрожала, а я уже отлетел метров на двадцать от ручья и не нашел ничего лучшего, как спрятаться за деревом. Мои новые знакомые повели себя довольно странно. Вместо того, что продолжить бежать, они встали полукругом, ощетинившись оружием.

Пронзительный визг из чащи леса - и на полянку вылетело несколько странных существ, похожих на низкорослых карликов, ростом даже ниже нашего гнома. Обыкновенные подростки, решившие поиграть в войну. Маленькие-то они маленькие, но коренастые, обвитые узлами мышц, у многих никакой защиты, из оружия - копья, короткие мечи странного темного цвета. Один из таких подростков увидел меня и изменил направление бега. Поскольку защищать меня было некому - началась свалка - я решился бежать. Нафиг надо с голыми руками против железа! Заскочив в лес, я, не разбирая дороги, помчался с заячьей прытью, заодно вихляя задом. Тойон - если я правильно классифицировал нападающего - с торжествующим воплем летел за мной, посчитав меня легкой добычей. С бешено стучащим сердцем я перепрыгнул через упавший ствол и как носорог, ломая кустарники, рванул дальше, постепенно заворачивая влево. Блин! Так и заблудиться недолго! Оглянулся. Преследователя не было. Или остановился, высматривая меня, или медленно скрадывает. Второй вариант мне не очень понравился. Ловя воздух открытым ртом, посмотрел по сторонам. Ничего путного для самообороны не было. Ни камня, ни приличной дубины. Драться я не боялся, но это только если и противник не вооружен нехорошими железками! А в данном случае я проигрывал.... Черт побери, у меня же складень! Пусть и небольшой, но, если вогнать лезвие под ребра - мало не покажется. Этот походный ножик не для того, чтобы в ногтях колупаться. Я его всегда брал в походы. Рыбку порезать, колбаски настругать, ветку срезать. Надо будет - и за оружие сойдет. Длина клинка - на всю взрослую мужскую ладонь! Хорошая американская сталь, не китайская дешевка.

Я торопливо расстегнул барсетку, вытащил нож нажал на кнопку, лезвие с щелканьем вылетело наружу. И едва успел вжикнуть "молнией" сумочки, почувствовал приближение беды. Эта беда с оскаленными зубами и выпученными для должного запугивания глазами стояла за моей спиной. Одно лишь мгновение мы смотрели друг на друга, и мне хватило пригнуть голову, как надо мной вжикнуло железо, сорвав с макушки несколько волос. Без лишних раздумий - на меня напали не просто так, а с реальной целью убить! - я воткнул лезвие в бедро лесовика. Даже удивительно, как слабый удар проткнул штанину из шкуры какого-то животного. Недоросток заверещал. Кровь полилась из раны, заодно заливая ручку складня. Выдернув нож, я отскочил в сторону, переполняемый адреналином. В голове гулко били барабаны, я от страха ничего не соображал, и сразу упустил стратегическую инициативу. Тойон перестал ныть из-за потери крови и остервенело замахал перед моим носом мечом. Сделав пару шагов назад, я запнулся об корень, не вовремя появившийся на моем пути. Противник радостно взвизгнул и, размахнувшись мечом, обрушил удар на мою голову. Точнее, на то место, где эта голова находилась. Я откатился в сторону, потом еще раз - и вскочил на ноги. Нож по-прежнему находился в моих руках. Больше всего я боялся, что он вылетит из скользких от чужой крови рук, и потому сжал его своими клешнями изо всех сил. Стал размахивать перед носом раненого тойона, тоже ощерившись в оскале:

- А ну, падла! Угостить по самые гланды? Подходи, не стесняйся!

Блестящий росчерк лезвия словно заворожил противника. Он медленно приближался ко мне, не сводя глаз с ножика. По мере приближения его рука с мечом отходила в сторону, чтобы нанести косой боковой удар по моей черепушке. Я не мог смотреть в его белесые глаза, чтобы не пасть духом. Только руки, все внимание на них. Момент удара я заметил и рыбкой нырнул вперед, осознавая, что делаю глупость. Если не успею встать - мне капец.

Глухой чавкающий удар достиг моего слуха. Ноги тойона подогнулись - он рухнул рядом со мной, широко раскрыв свои поганые глазки. Из горла торчал наконечник стрелы, и с него медленно и тягуче стекала кровь вперемешку с какими-то кусочками плоти. Меня вывернуло наизнанку. Не-не! Не от вида убиенного, а от того, что адреналиновый откат спровоцировал головную боль. Голову мне никто так и не выправил.

- Живой? - услышал я голос Иримэ.

Эльфийка стояла вполоборота ко мне, медленно опуская тетиву лука. Эффектной позы не получилось - мешал дурацкий маскировочный балахон. Я перевел дух и стыдливо вытер рот. Поднялся на дрожащие ноги, вытер лезвие ножика об одежку лесовика, который не возражал против такого кощунства. Ну, позер, блин!

- Жив, как видишь, - голос дрогнул, - почему опоздала?

- Я думала, что ты его сам прикончишь, - невинно произнесла Иримэ, закидывая лук за спину. - Пошли, вояка, мы и так времени много потеряли. Ты зачем в лес убежал?

- Захотел в прятки с этим уродом поиграть, - попробовал пошутить я, подходя к девушке. - Прикинь, он не понял, что я хочу, стал мечом махать.... Кстати!

Я бросился к трупу, разжал его кулак и вытащил меч. Странный какой-то материал. Бронза, что ли? А, плевать! Мне нужно было оружие посерьезнее своего складня. Больше мне забеги по лесу устраивать не хотелось.

Эльфийка молча развернулась и пошла в обратном направлении. А далековато я сиганул! Вот прирезал бы меня тойон, так бы и остался лежать во мху. Я даже поежился от перспективы собственной гибели.

Мы вышли на полянку, где живописно валялись четыре мелких гаденыша. Гном ходил кругами, чертыхаясь про себя. Увидев нас, он взвился, как ужаленный:

- Хрен тебе в почку, мальчишка! Ты что же это удумал? На кой ляд тебя понесло в лес?

- Иримэ уже задавала этот вопрос, - отрезал я, - и мне, вообще-то, уже двадцать пять, чертов гном!

- Двадцать пять! - захохотал гном, но глаза его оставались ледяными. - Мне седьмой десяток небеса распаковали, кто бы хвастался! Еще раз нарушишь порядок при боевом столкновении - сам лично прирежу тебя!

- Скажи еще, что у вас боевой Устав есть, - пошутил я.

- Когда придем на Базу - я лично попрошу старшину, чтобы он прочитал его тебе, - заверил меня Фарин и развернувшись ко мне спиной, тяжело зашагал по тропе.

- А почему вы приняли бой на поляне, а не бежали дальше? - поинтересовался я у Грэма.

- Тойоны плохо дерутся на открытых пространствах, - пояснил мужик, - а среди кустов и деревьев у них больше шансов одержать верх. Поэтому мало кто ходит по этим местам. Без оружия сюда лучше вообще не соваться.

Я ничего больше не стал спрашивать, и уныло поплелся за гномом. Кажется, дело обстоит куда серьезнее, чем я полагал. В этом мире идет неведомая мне война, причем война без всяких там хиханек и хаханек. Серьезная, на уничтожение. Пять тойонов завалили мои новые знакомые и не поморщились. Я наткнулся на разведчиков, которые выполняли неведомое мне задание, и шли домой. Выходит, мое появление смешало их планы. Сходил за хлебушком! Что делать-то теперь?

- Двадцать пять, говоришь? - промурлыкала эльфийка за моей спиной. - Такой молоденький, оказывается! М-мм!

- Можно подумать, что ты ровесница этого злобного гнома? - огрызнулся я, но тихо, во избежание последствий.

- Я все слышу! - предупредил Фарин. - У тебя нет запасного языка? Я так и думал. Последнее предупреждение!

- Мне всего лишь половина того, что говорил этот злобный гном! - девушка явно драконила Фарина.

- Тридцать пять, что ли? Хорошо выглядишь, очень даже свежо!

- Спасибо, ты очень любезен! Скажу Лифанору, как надо комплименты давать девушкам!

Я решил промолчать, оставив много вопросов на будущее, если дойду живым до этой пресловутой Базы. Да и Грэм нарочито громко кашлянул, прерывая нашу пикировку. И до конца нашего путешествия мы не проронили ни слова. Враг повержен, дом близко, все устали.

Лесная тропа неожиданно нырнула влево, облизывая подошву заросшего соснами и елями горы, и мы вышли на открытое пространство, где между редкими березовыми и сосновыми островками виднелась База. Я сразу понял, что это она. Высокий частокол, четыре сторожевых вышки, небольшой ров по периметру. Над частоколом видна крыша какого-то строения, на котором полощется флаг золотисто-черного цвета с тремя коронами. Там было что-то еще, но я не обладал зрением орла, чтобы рассмотреть детали. Настоящий форпост.

Фарин махнул рукой, сделал какой-то знак, словно говорил кому-то, что возвращаются свои. Ясно, на нас уже обратили внимание. Возможно, секреты тоже срисовали наше появление. Мы без малейшей задержки миновали подлесок и стали подниматься по небольшому взгорку. На передовой башне взвились маленькие флажки, прозвучал горн. Певучая трель взлетела в прозрачное небо. Створки ворот дрогнули и стали открываться, и когда мы дошли до них, нас уже ждали. Фарин потряс рукой над головой и первым влетел в объятия стражников. Среди них я заметил одного гнома и двух человек, в смысле - людей, настоящих людей, не эльфов. Как-то интуитивно почувствовал, что среди них нет представителей этой расы. Сразу-то и не различить. Это только в сказках их типаж ярко выражен.

- Здрасте, - кивнул я, подходя к воротам. Видок у меня был еще тот: ворот куртки разорван, штаны заляпаны грязью, на лице разводы сажи и глины, в которую я влетел во время борьбы с лесовиком.

На меня уставились в немом ожидании.

- Это что за хмырь? - спросил дубль-гном.

- И вам не болеть, - вежливо ответил я, дожидаясь эльфийку с Грэмом. С ними как-то поспокойнее, чем с головорезами.

- Что за сборище? - раздался зычный мужской голос. К нам подошел эльф в кольчуге, спускающейся до самых колен. На поясе у него висел узкий меч, и кроме него ничего больше не было. Пепельные волосы были собраны в пучок и толстой косой спускались по спине к самому поясу. Вот это классический тип ушастиков, словно сошедший со страниц фэнтезийных романов! У меня промелькнула дурацкая мысль, что я все-таки погиб при аварии, а теперь мой дух витает в сферах, созданных моим воображением. - Грэм, давай ко мне со своей бригадой, и этого... тоже прихватите.

Его безразличный взгляд скользнул по мне, словно по никчемной букашке, которой, я в сущности, и был, потом резко повернулся и зашагал в сторону добротного брусового домика с зарешеченными окнами, над которым и развевался флаг. Теперь я его рассмотрел. Нарисованные короны были разнесены равноудаленно друг от друга, имели каждая свою форму, и над ними завитушками простирался цветочный венок.

Мы поднялись по невысокому крыльцу, миновали узкий коридор, в котором ничего не было, кроме стула, на котором восседал еще один гном, закинув ногу на ногу. Возле стула притулилась булава, а с другой стороны - топор. Просверлив во мне взглядом своих темно-коричневых глаз дырку, он приветливо что-то прокричал на незнакомом языке. Фарин ответил таким же жизнерадостным восклицанием, Иримэ шутливо стукнула гнома-дневального по плечу, а Грэм только кивнул головой.

Мы зашли в комнату следом за эльфом. Я с любопытством огляделся. Обычная комната, минимум мебели, без вычурности и закидонов. Стол, стул, лавочки по стенам. Похоже, это совещательный кабинет, в котором обсуждаются насущные для Базы вопросы.

- Двери прикройте, - сказал он и сел за стол, сколоченный из дубовых плах. На нем лежали листы серой бумаги, какие-то карты, которые он тут же взял в охапку и спрятал в шкаф за своей спиной. Очистив стол от моего пытливого взора, эльф опустился на табурет, жалобно заскрипевший под его весом.

- Садитесь уже, - пробурчал он, глядя на нас, - забыли, где лавка находится?

Он дождался, пока все рассядутся, посмотрел на нас, что-то подумал, потом кивнул:

- Грэм, доложи обстановку.

Человек кашлянул, почесал переносицу, потом взлохматил свои волосы, словно попал в трудную ситуацию и не знает, с чего начать. Молчание затянулось непозволительно долго, даже гном заерзал на месте. Эльф вздернул брови от удивления.

- Ладно, чего там, - пробурчал Грэм, - группа проводила разведку в районе Северных Отрогов. Нами выявлено скрытое передвижение нескольких отрядов тойонов в направлении Велиграда. Идет накапливание сил, вот что я скажу. Тойоны не дураки, стараются делать все скрытно, но куда спрятать такую прорву народа? В общем, Велиград в опасности.

- Где скапливаются тойоны? - помрачнел эльф.

- В Речной Долине, где же еще, - пожал плечами человек, - мы проследили за одним из отрядов почти до самого пункта дислокации. По нашим подсчетам сейчас там до трех тысяч человек.

Эльф с грохотом отодвинул стул, подошел к шкафу, вытащил оттуда большой лист с нарисованной на нем картой. Это я успел заметить. Потом кивком головы беловолосый подозвал Грэма.

- Покажи точное место.

- Вот здесь, ближе к перевалу. Думаю, ждут сигнала.

- Чьи кланы там?

- Да почти сорок кланов, - не выдержал гном, снова заерзав на лавке, - чего их называть? Почти все западные и северные кланы объединились. Хреново там, Лифанор!

- Фарин, придержи язык, пока я тебя еще не спрашивал! - эльф мазнул по мне взглядом.

Я пожал плечами, словно сам не понимал, почему тут нахожусь. По правилам военных игр очень тайный доклад не делается в присутствии постороннего человека. Лифанор, кажется, понял, что сморозил глупость. Он поморщился и крикнул:

- Дневальный!

- Звал, старшина? - тут же ввалился в комнату гном, который встретил нас в тамбуре. - Тута я, ежели что!

- Выведи этого субъекта из комнаты, присмотри за ним. Пусть на улице посидит.

Гном стукнул по моему плечу, сурово сощурил и без того узкие щелки глаз, а его борода качнулась в сторону дверей. Дескать, изволь выйти! Мы покинули зал заседаний. На улице было хорошо, солнце пригревало. Я сел на лавочку, откинулся на теплые ошкуренные бревна дома и внимательно осмотрел Базу. Не скажу, что был впечатлен ее размерами. Скорее, это был небольшой форт, вынесенный к самому приграничью, и службу несли здесь смешанные расы. Все вместе, без какой-либо нетерпимости друг к другу. Площадь Базы составляла, примерно, величину футбольного поля, где уместились несколько хозяйственных построек и солдатская казарма. Здесь была своя кузница, откуда доносились звонкие переливы поковки, кухня с ароматами каши и мяса, конюшня и даже прачечная. Возле нее суетились две дородные тетки с большими пустыми корытами. Они только что развесили немудреную воинскую одежку прямо за штабом, и теперь о чем-то весело переговаривались. На сторожевых башнях маячили часовые. Я заметил, что они ни разу не заглянули внутрь двора. Серьезно. Так и стояли ко мне спиной. Возле закрытых ворот на чурбаках сидели два гнома и эльф, о чем-то разговаривали, изредка бросая на меня взгляды. Обсуждают, поди. Два здоровых мужика в кожаных куртках, одетых на голое тело, медленно продефилировали по двору, покачиваясь, как пьяные моряки на берегу, тоже посмотрели на меня, остановились. Через опущенные веки я внимательно поглядывал на их попытку подойти ко мне для знакомства, но что-то пересилило их желание, и они прошли до самой казармы, где и скрылись.

А вот вооружение на Базе было - мамочки мои! Первое, что я заметил: пушка! Она скрывалась за бруствером из наваленных друг на друга мешков с песком, и только большое жерло выдавало ее присутствие. Интересно, что она делает во внутреннем дворе, если ее можно поднять на стену? Логичнее было бы поставить ее наверху! Ствол был направлен прямо на ворота, словно именно оттуда ожидались самые большие неприятности. У часовых на башнях я заметил самострелы, копья были прислонены к бортам. Нижний караул был вооружен поскромнее: мечи, топоры, но у одного я заметил пистолет, схожий в деталях с тем, что был у Фарина. Это что же за мир такой, где огнестрел присутствует рядом с холодным оружием, а эльфы сидят с гномами и чешут языками, и артиллерия в единственном экземпляре держит ворота Базы на замке? Куда я попал? Что за мешанина знакомых образов, закоснелых штампов в придачу с неведомыми и таинственными мне тойонами? Здесь, как я понял, затевается большая войнушка, и попасть в крутящиеся жернова Молоха я не очень-то и хочу. Вот домой мне сразу захотелось. Ну ее, эту ролевую игру!

И снова я пришел к мысли, что мой разум, освободившись от бренной плоти, воплотил все мои фантазии в реальность. А как же иначе? Почему все здесь разговаривают по-русски? Или во время перехода в мой мозг вставлена матрица с чужим языком, на котором я разговариваю как на своем родном, даже не замечая этого?

- Хватит дрыхнуть! Старшина зовет! - голос дневального вырвал меня из полудремы.

- Пошли, раз такое дело, - я с трудом поднялся. Тело ломило, колени не гнулись. Заболеваю, кажется.

Гном закрыл за мной дверь, и мне пришлось посмотреть в глаза эльфа.

- Я - старшина Базы "Наконечник", - представился, наконец, Лифанор, - и мне хотелось бы услышать от тебя правдивую историю, что ты делал на склонах Северных Отрогов.

- А разве твои люди не рассказали? - попробовал удивиться я, но вышло плохо.

- Давай, не будем дурочку валять, парень, - поморщился старшина, - мне важна и твоя версия.

И я обстоятельно, шаг за шагом, описал свои злоключения, начиная с аварии и заканчивая встречей со спецназом, состоящим из трех странных типов.

Типы при таких словах возмущенно зашипели за моей спиной. Особенно бурные эмоции проявлял Фарин. Я даже представил, как он трясет своей рыжей бородой.

- Значит, ты прошел через портал, сам того не замечая? - уточнил эльф.

- Утверждаю, что да - не заметил, - буркнул я, - мне вообще было фиолетово, что происходит вокруг. Я чуть не погиб, и не было времени крутить головой по сторонам. Сразу хочу предупредить, что не принадлежу ни к какой группировке, ни к какому клану, а тойонов стал ненавидеть, когда один из них чуть меня не зарубил. Да, хочу выразить благодарность твоим бойцам, которые действовали грамотно, спокойно, и не дали мне умереть позорной смертью.

Эльф выпучил глаза, и это у него получилось забавно. Никогда бы не подумал, что хладнокровие может покинуть ушастика. Иримэ хихикнула.

- Странно ты говоришь, Кос, очень странно, - как-то задумчиво произнес Лифанор, сдержавшись, - надо бы тебя показать академикам из Лазурии, они за такой уникальный экземпляр мне памятник при жизни поставят. Пройти через портал, не работающий уже столько лет.... Не работавший, - поправился эльф. - А когда ты шел в одиночку по лесу, встретил кого-нибудь?

- Орков я точно не видел! - прикололся я, и чуть не пожалел об этом.

Фарин бурей выскочил на середину комнаты и тряся головой, стал орать:

- Да он нас за дураков считает! Я сразу просек его, мутного хмыря! Он двойной агент! Шел на встречу или с лесовиками, или с орками!

- Да не знаю я, кто такие орки! - заорал я в ответ. - Нужны они мне тысячу лет! Сидят где-то в лесу, вот пусть и сидят! И тойонов твоих я тоже в гробу видал! Чо ты на меня наехал, рыжий хрен! Привык своей секирой махать, да только уймись сейчас!

Фарин побагровел, глаза его чуть ли из орбит не выскочили. Он вытянул свои руки и шагнул ко мне с явным намерением придушить меня. Мы сцепились друг с другом. Я был выше, и удобно схватил гнома одной рукой за ворот куртки, а другой - в бороду. Гном, имея преимущество в комплекции, сжал меня в пояснице до треска костей. Вошли в клинч, называется.

- А ну, тихо! - рявкнул эльф и кулаком грохнул по столу. Хорошо дал! Даже карту на пол сдуло. На шум влетел дневальный гном и с феноменальной скоростью прыгнул мне на шею. Тут я не выдержал такого веса и грохнулся навзничь. Дневальный придавил меня всем весом, обдавая запахом чеснока и еще каких-то копченостей. Жрал колбасу, паскуда, на посту! А я оказался прослойкой в гномьем сэндвиче, чтобы во всей красе ощутить аромат гастрономических пристрастий дневального.

- Тоин! Прекратить немедленно! - заорал Лифанор, выходя из себя.

Начался форменный цирк. Тоина - этого бешеного дневального - уже отцепляли Грэм и Иримэ. Бамц! Бамц! Это эльфийка умудрилась пару раз долбануть по его шлему рукояткой ножа, чтобы образумить. Фарин лежал подо мной с выпученными глазами и ревел как лось в период гона. Я же не отпускал его бороду, вырывая понемногу клоками. Дневальный обхватил мою шею и сдавливал ее, чтобы я задохнулся.

И тут по ушам так грохнуло, что все разлетелись в разные стороны. Лифанор держал в руках дымящийся трехствольный пистолет и с перекошенным от гнева лицом обозревал побоище. На улице загомонили, послышался топот множества ног, и в штаб влетело несколько ратников. Они с изумлением глядели на свалку, расползающуюся в разные стороны.

- Сотника Дали сюда, быстро! С патрулем! - приказал старшина, бросая пистолет на стол. Его трясло от бешенства.

Нас растащили по разным углам. Фарин, вращая глазами, все порывался броситься ко мне, видимо, обиженный за потрепанную бороду. Дневальный, поправив доспехи, одарил меня таким взглядом, показывая, что мне лучше самому убиться, что я всерьез подумал о побеге. Надо же так вляпаться в скандал!

Влетели еще несколько человек, то есть людей было двое, а вот сотником оказался еще один гном. У него вместо левого глаза была черная повязка и страшный рубец, пересекавший всю левую половину лица. Часть рубца пряталась в бороде, а верхушка через покалеченный глаз уходила вверх под кромку шлема.

- Что произошло? - прогудел, надо полагать, тот самый Дали. - Старшина?

- Арестовать вот этого мальчишку! - тыкнул в меня Лифанор, медленно остывая. - Посадить под стражу до утра, пока мы не придумаем, что с ним делать. Рядового Фарина тоже под стражу! Ма-аалчать! Завтра поговорим! В разные камеры, на хлеб и воду! Пусть подумают своими мозгами, что здесь натворили.

- Понял! - Дали показал стражникам на меня, кивнул Фарину. - Сам пойдешь, или применить силу?

- Не считай меня тупицей, сотник, - пробурчал Фарин.

Нас вывели на улицу, и под взглядами десятков зевак повели за угол. Оказывается, к штабу был пристроен небольшой сруб из мощных лиственничных бревен с двускатной крышей, маленьким оконцем под самым козырьком с толстой решеткой. Нас завели в темное помещение и рассадили по разным клетям. Загремели решетки, щелкнули замки, и патруль покинул гауптвахту. Сотник Дали со вздохом посмотрел на меня, потом на угрюмо потупившегося товарища.

- Предупреждаю! Если услышу, что вы ругаетесь между собой, ведете себя как два сбесившихся пса - каждому выпишу по десять ударов плетью, - гном вышел наружу, двери со скрипом закрылись. Солнечного света, проникающего через маленькое отверстие - пародию на окно - вовнутрь, едва хватало, чтобы разглядеть спартанскую обстановку местной каталажки. Четыре небольших комнаты, огороженных мощными решетками, в них по паре топчанов с тонкими одеялами и соломой вместо матрасов. На деревянном полу тоже солома. Параши нет. Значит, выводят в отхожее место по требованию. Не такие уж и жесткие условия. Жить можно. Только вот живот стало сводить от голода. Уже время обеда, я есть хочу. Чтобы заглушить урчание кишок, я упал на топчан и прикрыл глаза. Голова снова заболела, стало подташнивать.

- Эй, человек! - окликнул меня Фарин, которому, кажется, надоело сидеть в тишине. - Кос! Живой, али подох?

- Не дождешься, - откликнулся я, - чего захотел? Продолжить драку?

- Да хорош уже! - хохотнул гном. - Извини, что не сдержался! Задание было тяжелым, опасным. Ты бы тоже так бесился, когда десять дней под смертью ходишь, а потом, бац - расслабуха! Не хотел я затевать бучу! Твое появление на нашем пути было как-то... своевременным, что ли? Вот и напряглись. Сам утверждаешь, что из другого мира прибыл, а с такой уверенностью называешь тех, кого знать и не должен. Эльфов назвал, гномов, а когда сказал про орков - вот я и взбеленился.

- В нашем мире эльфы, дварфы и орки - это сказочные герои, придуманные писателями, - я сел, потому что от головокружения стало совсем худо, - и книги про них имеют до сих пор большой успех. Даже игры придумали. Вот у нас были бригады, которые играли кто за дварфов, а кто за эльфов. Собирались иногда в лесу и проводили тактические игры.

- Подожди, Кос, - задумался Фарин, - ты говоришь про дварфов. Откуда тебе известно про них? Меня ты гномом назвал. Значит, разница есть?

- Нет, это не принципиально. Просто в земной истории, ну, в моем мире, до сих пор идут споры, что дварфы и гномы имеют различие, хотя это одно и то же обозначение расы.

Фарин озадаченно хмыкнул. Он схватился за свою бороду, что-то зашептал.

- Кос! - снова позвал рыжебородый. - А ведь у нас в древности был такой народец - дварфы. После Большой Войны они куда-то исчезли, и с тех пор о них ничего не слышно. Кто говорил, что они ушли в горы, но веры им мало. Наш народ расселился везде, даже в отрогах Синеречья, а это очень далеко отсюда, и никто не утверждает, что дварфы спрятались в подземные норы. А ведь они ушли через портал, клянусь печенью орка! И попали в ваш мир!

- Вполне себе версия, - не стал спорить я. Разве докажешь этому сказочному существу, что на Земле они все - суть выдумка, миф.... Хотя, может быть и так, что мифологические герои имеют вполне реальных прототипов. - Ты вот что мне объясни, кто такие тойоны? - Тойоны - хозяева Северных отрогов и Шелестящих Лесов, и соваться туда - себе дороже. Они пришли к нам из чужого мира, и никто не знает, как это произошло. Не, есть версии, что какие-то Врата открылись, и той-он-оны - "шагнувшие в свет" - как они сами себя называют, просочились к нам. Мы их проще зовем: тойоны. Злые твари, охотятся за людьми, эльфами и нами, несчастными.... Уже сотни лет не можем договориться о сотрудничестве. Нам нужен выход к другим землям, лежащим за их территориями, чтобы торговать. Древний тракт идет через горы, потом делится пополам. Одна дорога тянется на восток, а другая - на юг, к оркам. Ну, орки до нас иногда добираются, если совсем с головой не дружат. Но у них охотничьих угодий хватает, поэтому они не сильно докучают нам. А вот тойоны - эти вонючие лесные собаки - проблема серьезная.

- Но если они такие плохие вояки на открытом пространстве - зачем такие укрепленные базы? - удивился я. - Или они служат пограничным рубежом? Фронтир?

- Ага, фронтир, Кос, так и есть, - зевнул гном. - Год за годом мы отбиваем у пришлых территорию, продвигаем форты к хребтам, чтобы прорваться через перевалы. Очень медленно, но однажды мы выйдем к древней дороге. Это... ты разбуди меня, когда пожрать принесут!

- Хлеб и воду? - съехидничал я.

- А! Лифанор сгоряча брякнул. Обед, конечно, будет сытный: хлеб и вода наши друзья. А вечерком нам подкинут чего-нибудь повкуснее. Не расстраивайся, парень! Ха-ха!

Гном резко прервал свою речь, и через пару минут мощный храп взлетел под потолок. Мне он почти не мешал, так как спать я не собирался. Можно было подумать на досуге о дальнейшей своей жизни или решить вопрос о портале, найти этого якобы умершего чародея. Но для этого нужно время, знакомства, связи и много других факторов. Только так, не спеша, тщательно обдумывая свои шаги, я решу свою главную проблему. И сколько займет времени вся эта тягомотина? Прикинул, как успею состариться, и со скрюченной спиной вылезу из портала, приду к своей Анэль, посыпая дорожку песком из штанов, и скажу дребезжащим голосом: здравствуй, моя ушастенькая! Помнишь меня?

Я даже содрогнулся от ужаса. Понимаю, что спешка хороша при ловле блох, но очень уж не хочется проторчать невесть где до седых волос. Незаметно задремал, несмотря на тошноту. Все-таки я хорошо врезался. Да и добавку получил серьезную. Смещение мозгов шикарное, я думаю. Спал и сквозь вату сна слышал, как открывалась дверь, как гремели запоры, звякнула дужка ведра, забулькала вода. Фарин с кем-то негромко бормотал, потом снова раздался его храп. Самое удивительное, что проснулся я только утром, когда нас пришли выпускать на волю.


Глава четвертая


- Такое позорное поведение лучшего разведчика Базы недопустимо, - голос Лифанора был спокоен; старшина даже не пытался отчитывать Фарина за вчерашнее, просто констатировал факт, - тем более перед незнакомым человеком, которого подобрали во время операции в тылу тойонов. С ним, конечно, мы еще поговорим, а вот тебе непозволительно так вести себя.

Гном уныло чесал свою бороду, согласно кивал на каждое слово эльфа, и благоразумно молчал. Видимо, хорошо его знал, давая выговориться.

В штабном помещении кроме нас троих находился Грэм и еще один мужик, ростом не уступающий командиру разведчиков, даже по своему виду резкий и сильный. Его квадратный подбородок был тщательно выбрит, что говорило о наличии брадобреев в этом мире. Не ножом ведь скоблится! Лифанор назвал его Венсом. Этот Венс с равнодушием оглядел меня с ног до головы и отвернулся.

- Можешь идти, - махнул рукой эльф, давая понять, что не собирается слышать оправдательных речей. Да Фарин и сам не собирался каяться за вчерашнее. Ну, погорячились, с кем не бывает! Зато в камере поговорили по душам, помирились. Что еще надо двум взрослым людям? Ну, одному, если точнее. Я даже не знаю, как обозначать милых существ, обитающих на Базе. Вот здесь находятся три человека и эльф. Лифанор в данном случае будет относиться к обезличенной категории "люди" или все же стоит его выделить особой строкой? Вот же дурацкая мысль залезла в голову! И пока я обдумывал варианты, старшина спросил:

- Если твоя история правда - я не завидую тебе. Мы не сможем перебросить тебя обратно в твой мир из-за одностороннего действия портала. Проверить его работу можно, но снова придется засылать группу, а мне не хочется рисковать ради тебя своими бойцами. Поэтому... придется поверить тебе на слово, а я не сторонник таких уступок.

Лифанор выбил быструю дробь пальцами по столу, заложил руки за спину и стал расхаживать по комнате. Грэм и Венс по-прежнему молчали.

- Чем ты занимался в своем мире? - прервал свое молчание эльф, шваркнул стулом по полу, отодвигая его и сел, вызвав у меня облегчение. От его мелькания снова разболелась голова.

- Да чем придется, - пожал я плечами, - у нас такая жизнь, что одной профессии мало, чтобы заработать на хлеб.

- И все же? - пошевелился Венс. - Застрял ты, парень, надолго застрял, и нам надо понять, как помочь тебе.

- То есть за лазутчика или шпиона вы меня перестали считать? - уточнил я.

- Мы не сбрасываем со счетов такую возможность, - не стал юлить старшина, - но, чтобы человек стал сотрудничать с тойонами или орками - это должно произойти что-то невероятное....

- Но бывает?

- Очень редко. Тяга к предательству у таких отщепенцев видна сразу. Алчность и стяжательство толкают их на самое худшее, что может произойти. Только лесовики сами не любят таких субъектов. Отработанный материал они казнят изощренными способами. Спаси нас небеса, увидеть это.

Я заметил, как Грэм и Венс сделали одновременно какое-то движение руками, словно сотворяли охранные знаки. Значит, дело куда серьезнее, чем я представлял.

- Я не люблю стучать, - предупредил я, - это к вопросу о перебежчиках. И не нужно меня подозревать в шпионаже.

- Прекратим пока разговор на эту тему, -согласился эльф, - но о себе расскажи.

- Ладно, если это так важно. Мне двадцать пять лет, работаю в логистической фирме города Иркутска. Фирма крупная, сотрудничает со многими компаниями Восточной Сибири. Не женат. Если интересно вам - служил. После окончания службы остался на три года по контракту в армии, но потом уволился, не мое это.

- Где служил? Кем? - сразу заинтересовался Венс.

Лифанор поморщился. Кажется, ему не понравилось, что подчиненный (или нет?) влезает поперек батьки в пекло. Сдержался.

- Мотопехота, - пожал я плечами.

- Это что такое?

- Пехота, передвигающаяся на колесном или гусеничном бронированном транспорте, но в случае боевых действий ножками все равно приходится топать куда больше.

- Воевал?

- Нет. Но из автомата стрелял.

- Знаком с огнестрельным оружием? Автомат - это ведь пороховое оружие? - вклинился Лифанор, и так посмотрел на Венса, что тот примирительно поднял руки. Дескать, молчу.

- Да. Освоил автомат, пулемет, умею стрелять из пистолета. Но это не мое. Говорю же вам....

- Ладно, мы поняли, - эльф вскочил из-за стола, на его лице было видно едва сдерживаемое возбуждение. Он подошел к окну, заложил руки за спину, о чем-то подумал. - Что за гусеничный транспорт? Это механическая повозка для военных действий?

- Еще какая! - я ухмыльнулся, но потом мне стало не до смеха. Я пожалел, что вообще раскрыл рот по этой теме.

- Можешь нарисовать схему этой повозки и принцип действия?

- Да вы что! - засмеялся я. - Для полного технологического чертежа нужны грамотные специалисты, а я могу только в общих чертах.

- Не переживай, у нас есть кому думать! - отрезал эльф и вытащил из шкафа плотный лист сероватого цвета, со стуком припечатал его к столу. - Иди сюда и рисуй! Подробно, с объяснениями.

Делать нечего. Не буду же я по-детски отнекиваться от просьбы (пока еще просьбы!) нарисовать пару военных машин, которых здесь в ближайшем будущем и не предвидится. Не слаживалась у меня общая картина этого мира, слишком много разрозненных деталей, раскиданных по разным углам. Пазлы все собирали? Особенно из мелких кусочков и количеством больше тысячи? Вот такой хаос у меня и был в голове. Пожав плечами, я сделал то, что сказал мне эльф: сел на его место и взял в руки странный стержень свинцово-тусклого цвета, похожий на карандаш, только без графитового наконечника. Слегка мазнул им по краю бумаги. Рисует, и неплохо.

- Не забывай делать подписи к каждому элементу повозки, - предупредил меня старшина, встав за спиной.

Я задумался, с чего бы начать. Накидаю-ка им рисунок БТРа, танка и грузовика для первого раза. Пусть чешут свои извилины. Хихикнув про себя, я стал набрасывать скупыми мазками на бумагу линии, которые потом соединил в единое целое. Танк получился совсем неплохо, учитывая мои "великолепные" умения рисовать. Что-то вроде "точка, точка, огуречик, вот и вышел человечек". М-да. Не забыть подписать: "это ствол, из него вылетает снаряд", или "гусеница, основная деталь для передвижения этого монстра". Я провел стрелки к основным механизмам и стал подписывать. И чем больше писал, тем больше у меня вставали волосы дыбом. Из-под странного "карандаша" выходили какие-то детские каракули, но я совершенно точно знал, что пишу!

Я задрал голову. Рядом с эльфом уже стояли Грэм и Венс, и лица у них донельзя сосредоточенные. Венс даже кончик языка высунул, этакий прилежный ученик, внимающий наставнику.

- Ты хорошо знаешь руны, - протянул Лифанор, как-то уж очень странно глядя на меня. Подозрительность с новой силой вспыхнула в его глаза, - однако, утверждаешь, что прибыл из другого мира.

- Так, стоп! - я перестал рисовать. - Давайте разберемся! Я пишу руны, правильно?

- Истинно, - подтвердил Грэм, впервые раскрыв рот за сегодняшнее утро, - это настоящие классические руны росенского языка.

- А на каком языке я с вами разговариваю? - у меня все похолодело внутри от какого-то предчувствия, гаденького такого, мелкого, выгрызающего нутро острыми зубками.

- На росенском, - чуть ли не хором ответили эти трое.

- И вы меня понимаете?

- Кажется, паренек перегрелся, - кивнул неизвестно кому Венс, - пора звать Скора. Пусть пропишет кварту своего адского зелья. Как бы мы с тобой разговаривали, если бы не понимали твою речь, олух?

- Ладно, ладно! - я поднял руки, призывая к спокойствию. - Сейчас я вам нарисую, как смогу, но после этого вы расскажете мне все, о чем я спрошу.

- Не теряй времени! - старшина оттолкнул своих помощников от стола, чтобы они мне не мешали своим присутствием, и так толкал их до самого выхода, где и усадил на лавку.

Я остался один, в полном смятении после слов местных вояк. Чтобы чувства не давили на мозг, я занялся прорисовкой техники, тщательно выписывая руны, которые непонятным образом вкупе с языком приобрел после провала в этот странный мир. Вот этим и надо пользоваться. А вообще странное сходство языка русского и росенского. Эльфы, разговаривающие на русском! Я фыркнул, быстро дорисовал требуемое и позвал старшину.

Лифанор долго изучал рисунки в полном молчании. Потом он передал листки Грэму и Венсу, которые, подражая старшине, тоже старались найти в моих каракулях божественное откровение.

- Многое мы не сможем сделать, - сказал Венс и аккуратно положил чертежи на стол, - из-за громоздкости новинок, в первую очередь и невозможности обеспечить тягловую мощность.

- У нас есть самоходные телеги, - возразил эльф, - почему бы гномам не придумать такое же передвижное средство, только размером больше?

- Тягловая мощность - вот проблема! - стал спорить Венс. - За счет чего увеличим объем движителя? Здесь технических новинок на десять лет вперед решать не перерешать!

- Отказаться? - усмехнулся Лифанор, аккуратно слаживая мои рисунки в шкаф. Потом взял и навесил замок! Ну, это вообще клиника! Я сидел и тихо обалдевал. Самоходные телеги? Движитель? Тягловая мощность? Я где нахожусь? В палате для умалишенных, которые заигрались в разные игры, и уже не различают реальность?

- А самолеты у вас есть? - язвительно спросил я. Услышав ответ, вообще выпал в осадок.

- Сколько хочешь, - отмахнулся Венс. - Отказываться я не советую, зачем? Надо передать наброски нашим инженерам, вот пусть и ломают свои головы.

- Успокоились, бригадиры! - повысил голос эльф. - Кос, свали с моего стула, пересядь на лавку! Что будем делать с нашим гостем? Грэм, говори!

Грэм опять отчаянно растрепал свои волосы, словно административная деятельность вызывала у него большие проблемы. Он же воин, привык воевать, а не решать судьбу какого-то попаданца! Что-то замычал.

- Говори громче, Грэм! - рассердился Лифанор. - Мне из тебя каждое слово тащить клещами? Будь активнее! Мне, что ли, постоянно думать за вас всех?

- Здесь ему не место, если я правильно понял твою идею с рисунками, - сказал разведчик. - Вот только куда его послать? В какой город? В Лазурии есть Общественный университет, там много умных голов, но мне этот вариант не нравится.

- Почему? - удивился эльф.

- Завалят все дело, старшина, сам же знаешь. Любят много говорить, но практического толку от них никакого.

Венс захохотал, переламываясь на лавке. Его квадратный подбородок дрожал, я даже увидел синеватую прожилку на шее, набрякшую от смеха. Отдуваясь, он сказал:

- Истинно говорят, что профессора любого уморят своими рассуждениями, но когда дело касается армии, они сразу прячутся в своих кабинетах! Прав Грэм! Куда угодно, только не в Лазурию. Серьезно, Лифанор, говорю. Надо к инженерам в Велиград или в Кижи. Гномы скумекают, как лучше все обстряпать. Это дело не завтрашнего дня. На перспективу.

Н-да, а я-то расчувствовался: попал в сказочную историю, где бравые отряды объединенных сил громят ненавистных тойонов, попутно решая стратегическую задачу выйти на Древний Тракт. Губу закатай! Здесь вполне самодостаточная публика, которая уже активно воздух осваивает! Подумать только: у них есть самолеты! Дорого бы я дал, чтобы посмотреть на аэрочудо.

- Решено: завтра с обозом Кос отправляется в Велиградское королевство с рекомендательным письмом и чертежами. Я, пожалуй, дам задание Чижику, чтобы он аккуратно перерисовал рисунки Коса, а то на них без слез смотреть невозможно, - эльф с ухмылкой посмотрел в мою сторону. - Сделаю по одному экземпляру инженерам и гномам. Пусть совместно решают. Понял, парень? Завтра с утра выезжаешь с интендантом Базы. Он довезет тебя до нужного места, передаст с рук на руки, а там уж ты сам думай, что тебе делать. Устраивает? Или хочешь здесь остаться? Воевать приучен?

- Я не определился еще, - промямлил я.

- Мечом владеешь? Или самострелом?

- Оружие таких видов я в руках ни разу не держал, - пришлось признаться мне, чтобы потом хвастовство боком не вылезло. Нечего из себя супермена строить.

- Тогда - подальше от фронтира! - окончательно решил Лифанор. Бригадиры согласно кивнули. - А профессору Глоррохину я все же черкану пару строк. Он как раз проводил исследовательскую работу по порталам. Готовься, Кос, он тебя выпотрошит как праздничного гуся.

- Лишь бы потом начинить яблоками не забыл, - сердце мое учащенно забилось. Если упомянутый профессор поможет мне вернуться домой - это будет бесценный подарок!

- Тебе что-нибудь надо? - эльф вздохнул, словно решил главный вопрос дня. - Постираться, подшиться, постричься? Одежду бы сменить надо, а то похож на прошедшего тойонскую мельницу.

- Это как? - заинтересовался я. - Что за мельница?

- Есть у пришлых воины, которые крутят мечами "мельницу", да так ловко, что могут срезать у тебя всю одежду, не задев тела, - пояснил Грэм, опередив старшину. - Причем, крутят двумя руками сразу, без малейшего разрыва. Получается непрерывный круг, настоящая "мельница".

- Понял, - я был под впечатлением, - но мне бы голову вправить. Видимо, сильно встряхнул. Тошнит постоянно. Одежку, даже не новую, если дадите - рад буду, заодно и обувь. Ну, и побриться.... Можно.

- Озадачу-ка я Фарина, - мстительно оскалился старшина, - пусть до конца отбывает свое наказание. В следующий раз будет сдержаннее.

Старшина кликнул дневального. Сегодня был не гном Тоин, а высокорослый солдат в кольчуге. Шлем он держал в руках, а сам слегка наклонился, чтобы не задеть дверной косяк головой. Эльф отдал приказ быстро найти Фарина, и чтобы он мухой летел в штаб. Грэм и Венс с усмешками переглянулись. Я подумал, что сейчас начнется потеха. Бедного рыжебородого гнома ждало страшное решение. Чутье подсказало мне, что Фарин станет моим поводырем на весь день. Намек Лифанора я сразу понял.

Пока ждали Фарина, я выяснил, что в Росении все расы разговаривают на одном языке с небольшими модификациями, и это несмотря на то, что и у эльфов, и у гномов есть своя письменность и куча разных языков с вариациями. Но как-то уже сложилось исторически, что за основу был взят язык людей. И традиция эта шла из погибшей от нашествия тойонов Атриды. Почему именно так - никто толком мне не объяснил, посоветовав обратиться к умным головам из университетов. Благо их тут хватало, даже с избытком.

Фарин вошел через четверть часа, медведем потоптался у порога, пока старшина кивком головы не показал ему место, куда он должен сесть. Гном примостился рядом со мной, а Венс, с трудом сохраняя серьезность, смотрел в пол. Еще расхохочется, а гномы такие обидчивые, что придется Фарину сидеть на гауптвахте еще сутки.

- Задание тебе, Фарин, - эльф кашлянул, - сегодня освобождаешься от караула. Нужно будет Коса подготовить к завтрашнему отъезду. Баня, прачка, одежда, брадобрей. И еще к Зайчихе отведи. Пусть парню голову вправит.

Фарин медленно покраснел. Борода его опять завибрировала от гнева. Он медленно привстал с лавки, однако, к моему удивлению, не стал топать ногами и орать. Вместо этого гном плюхнулся обратно и сразу сдулся. Оказывается, он умеет владеть собой.

- Может, мы пойдем? - предложил я.

Эльф кивнул головой. Уже на улице Фарин громко выругался на непонятном мне языке, подняв с крыши ошалевших от такой экспрессии небольшую стаю голубей.

- Это он специально сделал, - убежденно сказал гном, оглядываясь, - за вчерашнюю потасовку. Я уверен. Ладно, отправим тебя в город - переживу как-нибудь плохой день. Куда пойдем?

- Башню на место ставить, - решительно предложил я, - уже сил нет, болит, не переставая.

- Башню? - не понял гном.

Я постучал пальцем по голове.

- А-аа! - уважительно посмотрел на мой главный орган Фарин. - Дело серьезное, конечно. Идем до Зайчихи.

Зайчихой звали необъятную тетку с мощной грудью, ногами-тумбами и с такими сильными руками, что любой борец позавидовал бы, не говоря уже и о сумаистах. Но характер у нее оказался очень приятным. Она сначала прошлась по Фарину за вчерашний спектакль, о котором, как оказалось, уже знала вся База и смаковала его во всех подробностях. Благодаря бенефису гнома заодно узнали и обо мне. Зайчиха мазнула по моей физиономии взглядом, насмешливо сощурилась, словно прикидывала, что делать с таким странным типом.

- Садись на стул, найденыш, - грубоватым голосом сказала она, подталкивая меня к табурету, стоявшему возле печки в ее маленькой каморке. Я подчинился ее мягкой силе, вдыхая запахи сушеных трав, развешанных вдоль и поперек помещения на протянутых под потолком веревках. Настоящая ароматерапия и анестезия в одном флаконе получилась. Сразу наступило полное расслабление, а когда Зайчиха руками обхватила мою голову, сжала осторожно виски, даже застонал от удовольствия.

- Я еще ничего не сделала! - усмехнулась женщина. - Фарин, не стой за спиной. Дышишь как кабан на тропе! Мешаешь мне. Если хочешь - присядь на лавку. И дай мне вон ту тесьму на подоконнике!

Фарин безропотно выполнил указание, и удивительное дело, не стал уходить на улицу. Что-то его заинтересовало в действиях Зайчихи.

Целительница обмотала тесьмой мою голову, быстро сделала несколько меток краской, которую нанесла мизинцем, потом эту тесьму перевязала по-другому, обхватив ею подбородок и макушку. Снова что-то черканула.

- Ты головой ворота крепости выносил? - проворчала Зайчиха. - У тебя сильный сдвиг! Тошнит?

- Сначала сильно, а потом терпимо, - признался я, блаженствуя.

- Терпимо! - женщина сняла тесьму и внимательно изучила ее. - Молодые, шустрые, и совсем без мозгов! Уже хорошо, что не стал тянуть.

- Моя бабка тоже умела башню править, - ввернул новое для него словечко гном. Нифига себе, осваивает земной лексикон! - Брала полотенце и правила.

- Будет тебе полотенце, рыжий! - Зайчиха, кажется, не обратила внимания на странное слово. - Подай мне его, оно возле печки висит!

Фарин принес полотенце и отошел на исходную позицию. Целительница обернула его вокруг головы, примерилась и стала скручивать жгутом, причем так, что давление шло только на одну часть моей многострадальной черепушки. Потом остановилась и несколько раз ударила по жгуту. Закончив, сняла полотенце и кивнула на лавку:

- Полежи немного, только на правой стороне. А ты брысь! Хотя, тоже не мешало бы вправить твои мозги на место!

- Я тебя на улице подожду, - быстро сказал Фарин, и топоча сапожищами, вышел на крыльцо.

- По-хорошему, надо еще попробовать, только завтра, - сказала женщина, присаживаясь на освободившийся стул.

- Меня завтра уже не будет здесь, - предупредил я, - старшина в город отправляет.

- Куда?

- Понял, что в Велиград.

- Тогда найдешь тетку Боровиху, передашь ей привет от меня. Скажешь, что надо закончить правку. Она поможет.

- Обязательно, - кивнул я, ощущая, как тупая, ноющая боль отступает, а благотворная расслабленность постепенно завладевает каждой клеточкой тела. Полнейшая нирвана! - Спасибо вам!

- Было бы за что, - фыркнула Зайчиха.

Полежав еще пару минут, я как будто заново рожденный вышел на освещенную жаркими лучами солнца улицу. Потянулся словно сытый кот. Интересно, какой сейчас месяц? В моем мире заканчивался июль, и здесь вовсю летний месяц. Получается один в один? Или есть сдвиг? Я завертел головой и увидел Фарина, сидевшего в теньке под навесом какого-то сарая на лавочке с Тоином - вчерашним дневальным. Сегодня гном был в свободной льняной рубашке с расшитыми по воротнику рунами без доспехов, но пояс с ножом присутствовал. Он увидел, что я пристально вглядываюсь в них, толкнул плечом своего товарища. Фарин подошел ко мне.

- Теперь что?

- Где щетину сбрить - просто покажи, сам все сделаю, - предложил я, - а вот с одежкой придется покопаться. Она же у вас в вещевом складе находится?

- Пошли, а то наш каптенармус выдаст тебе такое хламье, что можешь сразу на огороде чучелом работать!

Завскладом Базы был тщедушный старичок с каким-то детским пушком на щеках. Редкие волосенки спускались с макушки на виски и уши, а смугловатая кожа собралась складками на шее и подбородке. Он сидел за массивным прилавком и при свете двух свечек что-то мастерил или чинил. То и дело вверх взмывала игла с дратвой. При виде нас он отложил свое занятие и уставился на нас. При это он молчал и даже не моргал своими белесыми глазами.

- Привет, Возгар! - Фарин навалился на прилавок и внимательно осмотрел помещение. Подозрительно покачал головой. - Ты еще жив, старый пердун? Десять деньков тебя не видел! Мог бы и порадовать меня! Я ведь мечтал на твоих поминках бражки попить всласть!

- И тебе многих лет жизни, мелкий клоп, - хекнул Возгар, отодвигая плошки со свечами в сторону, чтобы гном своими мощными руками не свалил их на пол, - ты сам как? Не попортили твою шкуру тойоны?

- Все в порядке! Моя шкура дубленая, просто так дырок не навертишь. Голову свою подними и посмотри на того парня. Его зовут Кос. Ему нужна одежка поприличнее. Едет завтра в Велиград, может, и к королю попадет на прием. Ты уже понял меня?

- На гражданских лиц я не рассчитывал, - проворчал басовито завскладом, - а твой новый знакомый не встал на кошт. Вали отсюда, пока я не рассердился. Ишь, выдумал чего, фулюган!

- Эй, полегче! - рассмеялся гном. - Личный приказ старшины, понял, старый хрыч? Давай, оторви свой зад от лавки и сообрази, что можно дать парню.

Возгар демонстративно резко положил дратву на прилавок, отодвинул взвизгнувшую лавку от себя, и оказался на две головы выше гнома. Старик навис над Фарином, молча постоял так пару секунд, потом вышел ко мне. Обошел кругом, промерил пальцами размах моих могучих плеч, повернул туда-сюда и вынес свой вердикт:

- Значица, так, уважаемый. Одежка есть, но второго сорта. Ношенная. Рубаха, кафтан, куртка, штаны стеганые, но с заплатами. Обувка нужна? Сапоги твоего размера есть, но я их собирался продавать на ярмарке крестьянам. Им она прослужит еще лет пять. Будешь брать? А то я смотрю, что у тебя какие-то странные башмаки. Мягкие. Из какой кожи?

- Синтетической, - ответил я, забавляясь ситуацией.

- Это как это? - заморгал озадаченный старик.

- Кожа такая специальная, сделанная не из животного, а выращенная в бочках, - пошутил я.

- Ого! - Возгар почесал затылок. - Мне бы такую бочку, я бы наделал обувки! В ней, наверное, хорошо в лесу шастать?

- Не очень, - возразил я, - только на ровной поверхности по дороге или на городских улицах, а когда скачешь вверх-вниз по камням и кочкам - можно поскользнуться. В дождь промокают, быстро разваливаются.

- Никчемная вещь, - опечалился завскладом, окидывая меня еще раз. Потом повернулся и исчез за дверью, которую я не заметил в полутьме. Вероятно, там было складское помещение. Было слышно, как там что-то заскрипело, упало, и раздался ворчливый голос старика:

- Вот до чего дожили! Синитическая кожа! Нашим алхимикам и жинерам дай только волю - мир перевернут, и радоваться будут, что придумали очередную глупость никому не нужную!

- Он не знает, что я из другого мира? - повернулся я к Фарину, щупавшего какую-то заготовку.

- И пусть не знает, - откликнулся гном. - Возгар - ушлый старик, запытает до смерти, но выведает все, что его интересует.

- Ему в контрразведке тогда служить надо, а не на складе сидеть, - улыбнулся я.

- В какой разведке? - не понял гном.

- По поимке шпионов, - пояснил я, не став мучать Фарина. - Туда набирают людей, способных выявить врагов в своем тылу. Есть такая служба у вас?

- А, есть! Внутренний сыск. Понял я.

Новые знакомые не перестают меня удивлять!

Возгар бросил на прилавок ворох одежды, и пробурчал, чтобы я начал одеваться. Ему, видите ли, не положено допускать на склад незнакомых людей. Однако! Бюрократизм и здесь свил свое поганое гнездо!

Я скинул свою потрепанную за время путешествия по лесу одежку и кроссовки. Поджал пальцы на прохладном полу. Фарин с любопытством уставился на мои темно-синие "боксеры", даже отошел подальше, чтобы внимательно рассмотреть китайские иероглифы, идущие по верхнему краю.

- Это ж подштанники такие! - догадался он. - Такие аристократы в Велиграде носят! Но твои лучше, хоть и узкие, правда, все хозяйство обтягивает! А руны не знакомы мне.

- Согласен, что не всегда удобно! - сознался я, напяливая на себя широкие штаны с завязками. Не совсем то, к чему я привык. На бедрах висит как на дистрофике, но веревки призваны помочь в том, чтобы они не свалились неожиданно в самый эротичный момент. Рубашка простая льняная, с длинными рукавами, стиранная-перестиранная на много раз. Даже не хочу думать, на ком она была. Главное, что не на гноме. Накинул камзол с оловянными пуговицами. На них вытеснены маленькие короны, аналог тех, что трепещутся на флагштоке. Застегнулся. Нормально, под мышками не давит. Покрутившись для полного ощущения счастья, навернул портянки, радуясь, что не потерял навыки. Застал еще в армии такой способ ношения, хотя носки уже разрешали. А так-то я в тайгу за ягодой и шишкой все время в сапогах и портянках хожу. Милое дело. Правильно намотанная портянка - залог здоровых ног. Фарин одобрительно крякнул, увидев, как я вбиваю ногу в сапог. Кстати, сапоги очень легкие, удобные, мягкие, плотно обхватывают голенище, не натирают икры. Да в таких даже на танцы можно бегать! Или стометровку. Ну, и куртка, наконец. Мне она не совсем понравилась. Жестковата, ткань наподобие брезентухи, жесткие петли, куда тяжело запихивать крючки. Странно, почему крючки, а не пуговицы? Карманов нет, слишком длинная, почти до колен достает. Но есть капюшон. Разрисована под камуфляж. Это кто же тут такой очумелец?

- Куртка дюже хорошая, - уверил меня Возгар, заметив, что я поджал губы, - а хочешь, можешь подрубить полу, если коленки царапает. Но я бы не советовал. Можно до груденя носить ее, и не замерзнешь.

- Грудень - это что? - зацепился я за незнакомое слово.

- Месяц осенний, - сказал Фарин торопливо, - последний перед зимой.

"Кажется, ноябрь, - прикинул я. - Надо бы все эти месяцы выучить, чтобы в дурацкую ситуацию не попадать. Вон, старикан сразу глаза выпучил, как только я лоханулся с вопросом".

Пора покинуть гостеприимного Возгара, нюхом учуявшего что-то необычное во мне. Наверняка он слышал, что разведгруппа пришла с каким-то парнем, подобранным в лесу. Казалось бы, ну, нашли, спасли от тойонов этих! А найденыш приходит к старику, свихнувшемуся от одиночества за починкой старой одежды и обуви, и начинает задавать странные вопросы о вещах, которые известны любому младенцу. Незачем давать повод для аналитических размышлений.

- Будет вопросы задавать, - сказал я Фарину, когда мы вышли из темного помещения на улицу. Пришлось даже глаза прикрыть. - Сглупил я с груденем! Честное слово: не знал! Кстати, какой сейчас месяц?

- Не реви, - махнул рукой гном, оглядывая меня. Остался доволен. - Сейчас липец заканчивается. Слушай, пойдем-ка пожрем! У меня уже кишки к животу прилипли. Потом займемся остальным. Ты как?

- Не откажусь, - закинул я на плечо дорожный мешок, который тоже выпросил у Возгара. Туда бросил свои кроссовки и пару портянок. - Кишку набить - для солдата дело святое.

Фарин захохотал и так треснул меня по плечу, что колени подогнулись. Кажется, мы нашли общий язык.


Глава пятая


Базу я покинул ранним утром. Наша телега подъехала к воротам, и стража без особой спешки распахнула створки. При этом один из воинов внимательно осмотрел скудную поклажу, состоящую из моего вещмешка с кроссовками и краюхи хлеба с салом, и шмоток ездового по имени Борх. Вторая телега была нагружена пустыми бочками, стянутыми крепкой веревкой. Стражник лениво помахал перед Борхом ладонью.

- Не спеши.

- Чаво так? - нахмурился Борх. - Время теряем. До развилки не успеем заполдень доехать.

- Командир сказал, чтобы подождал. Не терпится Базу покинуть? Не бойся, пришлые не нападут.

Ездовой фыркнул, показывая этим свое пренебрежение к вышеназванным товарищам. Он не глядя покопался рукой за спиной и вытащил из сена большую трубу с деревянным ложем. Я заинтересовался девайсом. Похоже на мушкет, только топорно выполненный. Этакая мини-пушка диаметром двадцать миллиметров, внизу спусковая скоба, наверху ложе для засыпки пороха. Просто и смертельно. Надо же, я и не знал, что рядом со мной лежит такая вещь. Стражник равнодушно посмотрел на ружье, кивнул, словно одобрял выбор.

Я заметил подходящих к нам Лифанора, сотника Дали и Иримэ. Они окинули взглядом небольшой обоз, разглядели меня. Старшина отозвал меня в сторону, чтобы любопытные взгляды двух ездовых не сверлили нам спину, а уши их не напрягались в поимке важной информации. Дали отошел к стражникам и о чем-то стал спрашивать, а эльфийка одиноко стояла в стороне.

- Пакет с чертежами никому не показывай, даже своим попутчикам, - снова предупредил меня Лифанор, - не доверяю я людям, годом да родом появляющимся на Базе. - Там и письмо воеводе Онагосту. Передашь ему его, ответишь на вопросы. Он тебе поможет устроиться в Велиграде. Как определишься с жильем - загляни в Инженерию, твои чертежи там будут востребованы. Понимаю, что разработки таких вещей требуют долгого срока, но ты постарайся побыстрее передать пакет, чтобы наши умельцы начали мозгами шевелить.

- Понял тебя, старшина, - кивнул я, машинально проверив пакет, лежащий в подкладке куртки. Часа два устраивал тайник.

- Ну, удачи тебе, - Лифанор протянул мне руку, я пожал ее. - Если вздумаешь пойти на службу королю по военной части - просись сюда. Нам молодые да шустрые нужны. Фарин хорошо о тебе отзывается. Здесь дел еще на много лет.

- Подумаю на досуге, - уклончиво ответил я, не собираясь обнадеживать эльфа. Обычное рутинное пожелание. Кто я для Лифанора? Странный тип, появившийся из ниоткуда.

- Не боишься доверять важный пакет мне? - сощурился я.

Лифанор тряхнул мою руку, разжал пальцы и засмеялся.

- А зачем ты тогда рисовал механизмы передо мной? Не ищи проблем там, где их нет. Это всего лишь рисунки, которые можно запросто объявить чудачеством одного свихнувшегося парня.

- Ладно, уговорил, - я повернулся к Иримэ.

Я впервые увидел эльфийку без бойцовского грима. Девушка была очень красивой, как и большинство эльфиек, наверное. Ну, если судить по киношным шаблонам. Лицо слегка вытянутое, кожа светлая, нос аристократический. Глаза миндалевидные, зеленые зрачки с крапинками, темные ресницы. Платиновые волосы брошены поверх камуфляжной куртки.

- Ну вот, пора валить, - развел я руками, словно заробел перед Иримэ. - Давай прощаться?

- Так торопишься? - улыбнулась она уголками губ. - Я думала, что ты останешься, будешь пробовать искать дорогу домой.

- Дорога домой находится не здесь, а в городах, - вздохнул я. - Искать людей, знающих что-то о Змеином портале, дело трудное, потребуется много времени. А ты классно выглядишь. Гроза тойонов и орков!

- Это как: классно? - заинтересовалась эльфийка.

Кажется, мне удалось смутить ее дурацким комплиментом. Вся зарделась, и белизна кожи стремительно сменилась на бледно-розовый цвет.

- Значит - великолепно, здорово, - объяснил я. - Честно. Ведь я никогда эльфиек-девушек не видел, только на картинках. Приятно, что без вранья. Это действительно так.

- Эй, молодой! Шагай на повозку! - крикнул Борх. - Хватит языком начесывать!

- Береги себя! - искренне пожелал я. - Может, встретимся!

- Пусть твоя дорога будет легкой, Кос! - махнула в ответ рукой девушка.

Наши телеги выехали за пределы "Наконечника" и бодро запылили по дороге. Рядом с нами пристроились два всадника. В одном из них я с трудом узнал Венса, упакованного в доспехи. Низко надвинутый шлем и не давал мне разглядеть его лица. Воин махнул рукой в знак приветствия и объяснил с высоты:

- Лифанор попросил сопроводить вас до развилки.

- Тойонов ждете? - усмехнулся я, развалившись на сене, подстелив под себя куртку.

- Иногда пошаливают, - согласился Венс, - но только на закате или под утро. Вам ничего не грозит. Старшина излишне волнуется за твою персону.

- Ну, я бы тоже волновался, - я нарисовал пальцами в воздухе квадрат, и воин понятливо кивнул. А я машинально проверил висящие на поясе ножны. Кинжал подарил мне Фарин из трофеев. Железо было дрянное, с какими-то примесями и ракушками на лезвии, но все же это оружие придавало мне уверенности, что смогу отмахаться и не позволю себя прирезать как барана. Наличие слонобоя у моего ездового тоже радовало. Смущала лишь уверенность Венса о безопасности дороги, по которой мы ехали. Я бы предпочел десяток вооруженных солдат для нашего сопровождения, потому что не внушали мне доверия прыткие лесные ребята. Их невысокий рост дает им преимущество в засаде. Вот сидят, наверное, в небольших зарослях и плотоядно потирают руки, дожидаясь нас. Помотав головой, я отогнал наваждение.

Пыльное узкое полотно тянулось вдоль редколесья, состоявшего преимущественно из березняка и черемухи, уже наливающейся спелой чернотой. То и дело по телеге били ветки кустарников, вплотную подобравшиеся к обочине. Постепенно База скрывалась из виду, пока не остался один флагшток, да и он вскоре исчез. Ехали в полном молчании. Даже Венс не горел желанием о чем-нибудь говорить. Знойный липец, то бишь июль, потихоньку уступал свои права не менее жаркому августу, который тут называли серпень. Я вспомнил, что где-то слышал эти названия, но никак не мог ухватить мысль. Что-то подобное могло быть у древнеславянских племен. Если это так, то получается странная картина: население этого мира разговаривает на том же языке, что и я, пусть и с небольшими вариациями, но письменность основана на рунах. Если идти дальше в своих предположениях, можно допустить мысль: это древний мир, населенный разными расами, сосуществующими друг с другом на каких-то принципах и условиях, и именно он является основой наших легенд и мифов. Потом эльфы, гномы и прочие расы вымерли или тихо испарились в других измерениях, а весь мир достался людям. Вторая версия тоже не поможет мне вернуться к своей Анэль. Это пресловутая параллельная Вселенная. И третья - меня вообще нет. Это вымысел, навеянный коматозным состоянием. А посему хватит рефлексировать и надо начинать медленно и без спешки внедряться в жизнь, которая не была лишена своих прелестей.

Дорога обогнула лесок по широкой дуге, и мы оказались прямо посередине большого поля, колышущегося под теплым ветерком буйным разнотравьем. Трава достигала ростом чуть ли не до пояса взрослого человека, и мне, выросшему в деревне, сразу почудилось, что сейчас послышится мерное шипение литовки, как дед называл косу, срезающей ее под корень. Полевые цветы и трава ложатся под ноги небольшими валками, а над головой сердито жужжат шмели и дикие осы. Где-то их гнездо, запрятанное в густых зарослях, а может, даже и под землей. Дикие пчелы нередко оставляют самый деликатес в сотах. Кончиком литовки зацепишь кочечку, а под ней стройными рядами блестят янтарем соты с медом. И этот запах, смешанный с ароматом свежескошенной травы, будоражит и возбуждает, а память сразу возвращает в детство.

- ...говорю тебе! - вывел меня из нирваны голос Борха.

Ездовой остановил телегу и привстал на ноги, что-то высматривал по ходу движения. Он приложил козырьком руку ко лбу и бубнил:

- Гарью потянуло, пожар большой был.

Венс озабоченно крутился на своем жеребце и не знал, что делать. Второй ездовой, спрыгнув на землю, ходил вокруг бочек, проверяя крепление. Он то и дело поддергивал рукой веревку, или слегка шатал груз. Казалось, ему вообще было наплевать на проблему, которой озадачились Борх и Венс.

- Там хутор, - пояснил мне ездовой, опускаясь на телегу, - кто-то поджег его. Вот и кумекаем, что делать дальше. Боязно. А вдруг тойоны?

- Приготовьте оружие, и сами не зевайте, - решился Венс. Он понукнул жеребца и с напарником возглавили обоз. Мы тоже потихоньку запылили следом. Я стал усиленно вертеть головой, чтобы не пропустить момент атаки, буде такая возможна. Тойоны- они парни резкие, увещевать не привыкли. Сразу мечом по шее!

Когда мы подъехали к хутору, то стало ясно, что это был не простой пожар по халатности одного из жителей. Три обгоревших деревянных остова торчали неподалеку от дороги, а вокруг валялись тела убитых. Здесь были и старики, и женщины, и дети. Мужчин, которые с оружием в руках отчаянно сопротивлялись, мы насчитали шесть человек. Молодых и в самом расцвете своей силы. Они все были утыканы стрелами, кто-то получил мечом по голове, у кого-то - вспорот живот.

- Ах, бяда, бяда! - второй ездовой запричитал, лихорадочно осматривая окрестности. - Ах же, псы смердячьи! Уже среди бела дня напали! Деток-то за что?

- Венс! - окликнул моего знакомого всадник на пегом жеребце. - Надо обратно на Базу! Здесь до развилки два поприща будет, доедут. Не думаю, что лесовики настолько борзые, чтобы вторую засаду устроить. А нам поспешать бы! Предупредить старшину надо! Перехватим возле Зеленой пади - всех кончим!

- Кос? - вопросительно посмотрел на меня Венс. - Как быть? Будете возвращаться?

- Едем дальше! - отмахнулся я, словно почувствовав, что ничего не случится. - Прорвемся.

Борх со злости сплюнул, положил рядом с собой ружье.

- Смотри, - покачал головой Венс, - не пожалей потом. Кажется, тебе мозги вправили не до конца!

Он нервно хохотнул и сжал бока жеребца. Тот всхрапнул и пошел наметом в обратном направлении. Второй всадник тоже присоединился к нему, на прощание махнув рукой.

- Паря, ты смотри по сторонам! - Борх поелозил на своем месте, устраиваясь поудобнее, взял вожжи в руки. - Н-ноо, родимая! Давай, шевелись, требуха!

И мы погнали, как только могли. Второй ездовой с ошалевшим взглядом плотно держался за нами, уже не обращая внимания на опасное громыхание бочек, начавших сползать к краю телеги. Я вцепился в края, чтобы не вылететь из своего транспортного средства и не оказаться под колесами, то и дело взлетающими на кочках и засохших после дождей комьях земли в разбитой колее. Мы мигом домчались до развилки, и только здесь перевели дух. Такая же пустынная дорога резким отворотом уходила на север, а наша выползала на широкий грунтовый тракт.

- Доехали! Хвала заступнику Крогу, что не позволил бесчинства и злобы от тойонов! - Борх с надсадным криком шлепнул вожжами по бокам лошадки, и она шустро заняла место по краю дороги. - Теперича спокойно до самого Велиграда можно ехать!

- А сколько до него? - я заинтересовался.

- Да сорок пять поприщ и будет, - не задумываясь, ответил мой спутник.

Я вспомнил, что поприще являлось ранним названием русской версты, и равнялось что-то одному километру с небольшим. Выходит, что до Велиграда нам пылить почти пятьдесят километров. Нормально. Весь зад себе отобью или бока. Свесив с телеги ноги, я стал внимательно рассматривать пейзаж, медленно проплывавший мимо меня. Но память все время выталкивала картину побоища на хуторе. Окровавленные тела, рой мух, их надсадное гудение так до сих пор и стоит в ушах. Кажется, мне не отсидеться в стороне от событий, разворачивающихся на этих землях. И что делать? Вступать в армию? Научиться махать мечом и жестоко мстить лесным коротышкам? Должен быть такой путь, на котором я принесу больше пользы, чем укладывать плотными рядами тойонов. Или я такой пацифист? Боюсь, что ли? Тяжело вздохнув от таких мыслей, я сосредоточился на дороге.

- А кто следит за трактом? - спросил я в спину Борху.

- На чьей земле она проходит - тот и следит, - ездовой не обернулся, говорил куда-то в сторону, но я его слышал. Голос у него был отменный. - Скажем, сейчас мы едем по эльфийской территории, вот они и смотрят за порядком. Приводят в порядок разбитые участки, подновляют настилы мостов. Есть у них Дорожная Комиссия, они плату берут за проезд, и за счет этих денег содержат тракт.

- А с нас почему не взяли? Я здесь не вижу никого, кто брал бы мзду.

- Ты будто в первый раз родился, паря! - хмыкнул Борх, понукая лошадь. - Вопросы задаешь странные, словно живешь не в Росении, а прибыл откуда-то с востока, из-за Громады. Пошлину возьмут на границе.

Ничего я не понял. Новые географические названия ставили меня в ступор. Я даже предположить не мог, где вообще нахожусь. Учитывая отсутствие "глонасс" и "жэпэсэ", надо срочно прочитать справочники и посмотреть карты. Иначе в один прекрасный момент я серьезно влипну.

- Я головой ударился, ничего не помню. Если бы не группа Грэма, то и бродил бы так по лесу.

- А-аа! - протянул ездовой. - То-то я вчера на кухне слышал разговоры, что привели парня из тыла тойонов. Заинтересовался, попробовал поспрошать. Сказали, что с головой не в порядке. Это тебе Зайчиха вправляла?

- Угу, - буркнул я, поняв, кто запустил легенду о моей амнезии. Я ведь не сам придумал ответ. Меня Лифанор инструктировал, чтобы именно так я и говорил о своем появлении на Базе. Значит, его затея, точно. Ну, хитрец эльф, пять баллов!

- Так и не помнишь ничего? - участливо спросил Борх, наконец, повернувшись ко мне. - Где жил, кто твои родители?

- Вообще ничего, - виновато развел я руками, - вот старшина и решил меня послать в Велиград. Там, говорит, тебе помогут. Есть люди, которые умеют читать мысли, образы. Может, повезет.

- Не сомневайся! - ездовой вздохнул и снова обратил свой взор на дорогу.

Вот и оживление пошло на тракте. Навстречу нам шел большой обоз. Я насчитал восемь длинных телег, из которых три были крытыми. И что там везли - нельзя было увидеть. А вот на других возах были мешки с зерном, много корзин с живой птицей, неимоверное количество ящиков, в которых что-то поблескивало и позвякивало. Обоз хорошо охранялся. Не меньше десятка верховых вооруженных уже виденными мной "слонобоями", не спеша ехали рядом с телегами, и кроме огнестрела у каждого был меч, на поясах ножи, топорики. Кожаные куртки надеты прямо на голые тела, блестевшие от пота. На плече у одного охранника заметил татуху: небольшой вытянутый щит с перекрещенными мечом и алебардой, чем-то схожий с гербом КГБ ушедшего в небытие Советского Союза. Сложная татуха. Ребятки явно из какого-то ЧОПа. Один из всадников мазнул по мне скользящим взглядом, и, не задерживаясь, ушел в сторону. А я был уверен, что он хорошо запомнил меня.

- Это кто? - стал пытать я Борха. - Очень странные люди.

- Ага, так и есть, - ездовой поежился, - это "Волки". Они берут плату за проводку караванов, за охрану складов, в общем, за все, что можно охранять и оберегать. Ваше добро - в наших руках! Гы-гы!

Борх поперхнулся от своего ржания, оглянулся, не услышал ли кто из группы сопровождения его крамольные речи.

- Это что, девиз "Волков"? - я тоже улыбнулся.

- Так и есть, - снова повторил Борх, - их конторы во всех трех столицах Росении находятся. Если готовишься отправить обоз из Лазурии в Кижи - изволь выложить звонкую монету за безопасность доставки.

Я отложил в памяти слова о трех столицах, тем более, уже слышал о них от Фарина. Надо потом разобраться. Хорошо бы почитать нужные книги, если они здесь существуют?

- Есть от кого охранять?

- Шалят, обозы грабят. Редко, но бывает, что и до смертоубийства доходит. Как такое случается, наши короли сразу облаву делают. Войск нагоняют - жуть! И прочесывают все леса, пока не находят душегубов. В плен никого не берут. Вырезают всех, даже если и не убивал, а просто кашеварил в лагере.

- А почему публичные казни не устраивают? Всем наука....

- Э, наука! Пытались раньше вразумлять, но быстро поняли, что срубленная на колоде башка не останавливает других любителей легкой наживы. Каждый считает, что ему точно повезет. А вот тихо и быстро уничтожить всю банду на месте - это самое то.

- Нас могут ограбить? - мне стало как-то неуютно. Мало тойонов в горных лесах, так еще и беспредельщики на трассе шалят.

- Мы пустые, - махнул рукой Борх, - они же сразу просекают это дело. Бочки болтаются, значит, в них ничего нет.

- Смотри, я тебе поверил! - пошутил я. - Мне хватило приключений!

- Не переживай! На закате будем у ворот Велиграда!

Мне бы твою уверенность, мелькнула мысль. Раз пошла такая пьянка - неприятности обязательно всплывут, и неважно где. Да хоть под самыми стенами города! Я тяжело вздохнул и решил покемарить, пока едем по тракту. Хорошо, что нет такой густой пыли, дышится легко. Внезапно мой слух уловил какое-то странное пыхтение за своей спиной, словно большой зверь быстро нагонял нас, но в силу своего веса задыхался от нехватки воздуха. Я посмотрел назад и только чудом не свалился под колеса телеги. Нас нагоняла странная повозка на четырех колесах, отчаянно выбрасывая в воздух из большой трубы, установленной на корме, клубы пара. Как только она поравнялась с нами, я уже лихорадочно фотографировал ее своим смартфоном, который включил ради такого случая, невзирая на падающий уровень аккумулятора.

Самоходка была метров пять в длину. Впереди в невысоком кресле сидел водитель в кожаном шлеме и в темных очках. Мне сначала показалось, что это какой-то подросток лихачит на уникальном транспортном средстве и с важным видом двигает рычаги рулевого управления. Открытая поршневая система, закрепленная под днищем повозки, мерно толкала телегу вперед, а большой черный бак, от которого отходили многочисленные трубки, исходил паром из плотно закрытой крышки. Под баком расположилась печь, в которой гудел огонь. Между баком и водителем был пристроен небольшой деревянный кузов, набитый ящиками. Паровое чудо еще какое-то время ехало рядом с нами, но постепенно стало удаляться. Водила на прощание с ухмылкой превосходства посмотрел на нас, нажал на клаксон. Загудело так, что наша лошадь резко дернулась и всхрапнула.

- Ты что же творишь, поганец! - заорал Борх, тряся кулаком в спину водителя парового чуда. - Чтоб твоя дурында по дороге на куски развалилась! Гудёт тута, понимаешь! В гузно себе гудни! Недомерок сопливый!

У меня, наверное, рот был распахнут на всю ширину лица. Борх недовольно отплевался и посмотрел на меня.

- Рот закрой, чудак! Неужто пароход не видел ни разу?

- Них... чего себе! - вымолвил я, дрожащими руками выключая смартфон. Как бы ездовой не разглядел, что у меня в руках. Быстрее спрятать в барсетку! - Это гном, что ли?

- Ну, а хто ж еще? - плевался ездовой, успокаивая лошадь. - Они это, паршивцы, понавыдумывали всяких катающихся железяк, животных пугают! Весь тракт разрыли своими колесами!

Вот так стимпанк! Не ожидал я, что новый мир окажется таким насыщенным. Кажется, несколько эпох встретились в одном месте и застыли в причудливой форме. И я тут же вспомнил о загадочных самолетах. Нет, я все-таки реалистично принимал картину происходящего, и не ожидал увидеть здесь настоящий винтокрылый агрегат. Скорее всего за понятием "самолет" скрывался банальный аппарат, умеющий подниматься в воздух. Даже если и так - новый мир открывался с неожиданной стороны, удивительно яркой и динамичной. И тойоны с их кровожадностью становились лишь досадной помехой на пути к прогрессу.

Больше никаких интересных новинок я до самого Велиграда не встретил. Лишь только пару раз повстречались с конными разъездами эльфов. На нас они взглянули с полным безразличием, не ожидая от нас подлянки. И правильно. Езжайте дальше, ушастики. Нет у нас пока общих интересов. Кстати, многие эльфы выглядели совсем не канонически. У кого-то были темные волосы, кто-то носил усы, у некоторых вообще была смуглая кожа, без знаменитой белизны. Но у всех, абсолютно у всех волосы спускались до талии, скрученные в жгуты или сплетенные в причудливые косы. Этакая отличительная фишка.

- Пожрать бы, - вздохнул я, чувствуя, как кишки начали голодный бунт. Урчание становилось все сильнее и сильнее.

- Сейчас будет мост, там спустимся вниз к ручью, - оживился Борх. Тоже, видать, скрючило от голодухи. - Перекусим, да и дальше тронемся.

- А разве по тракту нет харчевен? - удивился я.

- Есть, аж две, - ездовой отмахнулся от надоедливой мухи, - но у меня приказ старшины: нигде не останавливаться, и до наступления темноты доставить тебя в Велиград. Не знаю, почему он так озаботился твоим здоровьем, паря, но выглядит очень странно.

- Не ищи загадок там, где их нет, - туманно ответил я, поражаясь тому, что оказался востребованным для определенного контингента людей. Только бы не прогадать с выбором.

Показался мост, или, даже, мостик, перекинутый через глубокий овраг, которому отвели функцию водостока. Кажется, в весеннее половодье и в период сильных дождей он прекрасно справлялся со своей задачей. На это указывал толстый слой ила и мусора, забивший откосы оврага. Мы съехали вниз, как и говорил Борх, спрятались под раскидистой ветлой от жаркого солнца, наскоро перекусили и отправились дальше. Пересекая эльфийскую зону ответственности, а проще - границу, я был удивлен, что с нас не взяли плату. Оказывается, у Борха был какой-то жетон, показав который, он освобождался от пошлины. Ездовые были привязаны каким-то контрактом к "Наконечнику", и, соответственно, находились на службе.

А к вечеру я, наконец, увидел Велиград во всей своей красе. Вопреки штампам, город не был окружен крепостной стеной, потому что перестал нести только защитную функцию и превратился в обычный населенный пункт, развивающийся мощной поступью местной экономики.

Велиград даже издали казался большим и растянутым по горизонту. Где-то в северной его части густо дымили трубы, и чадящий дым относило в сторону ветерком. Другая часть города окуталась в розовую пелену закатного дня. Она укрылась за густой листвой деревьев и едва проглядывала белеными стенами домов и светло-голубыми разводами флигельков и вторых этажей с балконами. Мне Велиград начинал нравиться уже сейчас.

Но на въезде в город нас остановила городская таможня. Так, по крайней мере, было начертано рунами на черной доске, прибитой над дверями большого бревенчатого дома с солидным крыльцом и флагштоком на крыше с теми же коронами по полю. Проехать мимо них все равно не удалось бы. Тракт умело сузили, чтобы едва смогли проехать две телеги, а по обочинам вкопали бревна, частоколом тянущиеся метров на сорок в разные стороны. Средневековый блокпост охраняли несколько стражников с мушкетами, но для подстраховки имелись мечи. Все в кольчугах, в шлемах, и никто не расслаблялся. Несколько повозок уже проверили, и теперь не торопясь, пропускали их в город. Настала наша очередь.

- Стоим, не шевелимся, - один из стражников, закинув ружье на плечо, обошел нас кругом, зачем-то заглянул под телегу. Мне стало смешно. Я представил на их месте наших современных патрульных полицейских, шмонающих подозрительные машины на въезде в город, где имелся свой блокпост. - Кто такие, откуда?

- С Базы "Наконечник" едем, - покладисто ответил Борх и снова показал жетон.

Стражник внимательно посмотрел на него, согласно кивнул.

- А почему пустой? - пробасил его напарник и встал с другой стороны. Я невольно поджал ноги, чтобы меня не затоптали коваными сапогами.

- Дык нечего везти, - сказал Борх и кивнул на вторую телегу, - окромя тех бочек. Обратно поеду - нагружусь. Для того в Велиград и ехал. Сопроводительная бумага вот она, там все написано.

С этими словами он протянул стражнику сложенный вчетверо серый лист бумаги.

- Пройдем в штаб, и ты тоже, молодой, с нами! - мужик сурово посмотрел на меня, и слова возмущения сразу заледенели в горле, так и не выскочив наружу.

- Ладно, разомнем ноги, - сделав вид, что мне все равно, я спрыгнул на землю и потопал в здание таможни.

Мы прошли полутемный коридор, освещенный бледным светом стеклянного фонаря, внутри которого трепетал огонек. Пахло газом. Шедший впереди стражник с нашей бумагой свернул направо и тут же толкнул дверь.

- Заходите, не топчитесь в коридоре, - сказал он из глубины комнаты.

В комнате, куда мы ввалились все втроем, было довольно светло. На стенах висели такие же фонари, но теперь их было штук шесть или восемь. Ровный желтоватый свет, конечно, не освещал так, как я привык в своем мире, но при нем можно было свободно писать и читать, что и делал широкоплечий мужчина в темно-голубом мундире с серебряными вензелями на обшлагах и лацканах. Он сидел за столом спиной к окну, рядом с ним справа лежала стопка папок, из которых он периодически брал какую-то одну, мельком просматривал и бросал рядом. Слева лежал берет того же цвета что и мундир, и на нем я разглядел значок в виде перекрещенных меча и пера. "Пером и шпагой", - вспомнил я название романа Пикуля. Странная эмблема для таможни. Меч - понятно, защита, доблесть, отвага. А перо? Пишут много? Бюрократия форева?

- Господин секретарь, проверить надобно этих, - буркнул стражник.

- А что не так? - мужчина поднял голову, отложил писчий стержень и внимательно оглядел нас. Взгляд у него был, как у матерого волка, оценивающего добычу для стаи.

- Две подводы с Базы "Наконечник", везут пустые бочки. Жетоны при них, тара пустая.

- Так в чем дело? Это не повод задерживать контрактников.

- С ними ехал посторонний, вот этот молодой парень, - вояка слегка толкнул меня в плечо, чтобы я вышел в первый ряд, - и на него нет разрешения, как будто решил подсесть по дороге.

- Да с Базы он, - недовольный странной задержкой, поджал губы Борх, - подтверждаю.

- Кроме ваших показаний есть весомые аргументы? - секретарь откинулся на спинку стула и сцепил пальцы рук. Хрустнули суставы.

- Нет, - буркнул второй ездовой.

- Старшина Лифанор дал мне четкое указание насчет важных бумаг и сопроводительного письма, - ответил я.

- Вот как? - мужчина в мундире даже заинтересовался. - И где оно?

- Письмо для воеводы Онагоста, а пакет с важными бумагами для Инженерии, - я легонько похлопал по тому месту, где был зашит пакет.

Секретарь уже с откровенным удивлением, которое старался тщательно скрыть, рассматривал меня. Наверное, думает, какой странный тип нарисовался, языком чешет как по шпаргалке, - про себя подумал я.

- Вы кто, юноша?

- Да уж давно не юноша, жениться хотел, - я усмехнулся, - да рок вмешался.

- Рок - это соперница невесты? - понятливо улыбнулся секретарь и посмотрел на стражника. - Можешь идти, сержант, и забери этих ни в чем не повинных ездовых. Пусть едут дальше. А мы еще поговорим, не возражаете?

- Слушаюсь, - сержант неловко повернулся и знаками показал Борху и второму ездовому, имя которого я так и не удосужился узнать, скотина, выйти наружу. После чего сам покинул помещение и аккуратно прикрыл за собой дверь.

- Так я поеду, паря? - крикнул уже в коридоре Борх. - Тебя не ждать?

- Езжай! - гаркнул я. - Сам дойду куда надо!

Секретарь отодвинул от себя папки с документами и развел руки в стороны:

- Я хочу видеть пакет.

- Не уверен, что это хорошая идея, - замялся я, не зная, стоит ли мне демонстрировать сугубо личное письмо воеводе.

- Я стою на страже княжества, и мне по статусу положено рассматривать даже интимные записки старших дочерей наших вельмож. Все проходит через нашу контору. Давайте пакет, молодой человек.

- Надо распороть подклад, иначе не достану.

Секретарь протянул мне небольшой острый ножичек, которым, по-видимому, вскрывал письма или мутные посылки. При этом он демонстративно положил рядом с собой двуствольный пистолет. Осторожничает, битый фраер! Ого! Другая модификация! Лихо тут оружейники размахнулись!

Я сел на лавку под свет фонаря и аккуратно провел лезвием по шву. Потом достал повлажневший от пота пакет и отдал его секретарю. Вместе с ножиком. Тот, в свою очередь, провел манипуляцию вскрытия пакета и начал читать письмо. Я внимательно смотрел на него. Довольно моложавый мужчина, но по физическому состоянию далеко не юноша. Лет сорок-сорок пять. Лицо холеное, движения скупые, отточенные. Привык к своей работе, действует на автомате. Закончив чтение письма секретарь ничем не выдал своего состояния, отложил в сторону. Взялся за чертежи. Вот здесь-то глаза его вспыхнули. Он излишне быстро просмотрел рисунки, которые были скопированы с моих каракуль, и надо сказать, отлично скопированные, потом прихлопнул их ладонью.

- Вот значит, как, - задумчиво глядя на меня, произнес секретарь, - удивительное дело. Даже не знаю, верить или нет. Если историю с порталом можно было выдумать, то вот такие чертежи - навряд ли. Слишком это...правильно, что ли? Это ведь не детские выдумки, о бронированных самоходках уже давно идет речь, но никто не может подступиться к решению трудной задачи. Есть нюансы.

Таможенник поскреб подбородок, сложил все листы в пакет и подтолкнул к краю стола.

- Держи, Кос. Теперь слушай меня. Сейчас тебе нет смысла искать Онагоста. Не далее, как вчера, он покинул город. Нет его здесь. Переночуешь в дежурной комнате, а завтра с утра лови его прямо на въезде в город.

- И как я узнаю его?

- Подскажут, - успокоил меня секретарь, вставая.

Он споро убрал папки и документы в массивный сейф, притулившийся в дальнем углу, загремел замком, закрывая дверцу.

- Пошли, я отведу тебя. Ты есть хочешь?

- Не помешало бы, - я почувствовал, как устал. От тряски по дороге, от жары, от бесконечных разговоров. Хотелось спокойно спрятаться куда-нибудь подальше от суеты и обдумать свое поганое положение.

- Ну вот, заодно и наших харчей попробуешь, - усмехнулся секретарь.


ЧАСТЬ ВТОРАЯ


Глава четвертая


Если Тракт и считали грандиозным сооружением древности, то его значимость в нынешнем положении сильно пошатнулась. Он былого величия не осталось и следа. Обычное четырехполосное полотно, разбитое прошедшими катаклизмами в виде бушующих ливней. Видимо, дорога неоднократно подвергалась селевым атакам с гор. Кучи булыжников, вывороченные с корнями деревья и прочий хлам, облепленный тиной, так и остался лежать на том месте, который гордо наименовался Трактом. Не было больше его.

Густой лес неуклонно завоевывал себе пространство на плотно утрамбованной дороге, смыкаясь с подлеском со стороны горной гряды. Здесь вперемешку росли осины, березы, где-то угадывались сосновые островки. Так что жители Росении могли быть спокойны. С этой стороны к ним не прорвалась бы ни одна армия чужеземцев, разве что, если бы у них были бульдозеры. Мощные валуны ростом с памятник Феликсу Эдмундовичу надежно закупорили горловину, ведущую в долины западного побережья. Картина хаоса и буйства дикой природы впечатлили не только меня.

- Я и не предполагал, что дорога уничтожена, - пропыхтел Фарин, прислоняясь к дереву своим рюкзаком. - Чтобы расчистить путь, потребуется много лет.

- Сначала нужно одолеть пришельцев, - хмыкнул Грэм, внимательно всматриваясь в противоположную стену леса. Именно там начинался настоящий Шелестящий Лес, наводненный бесчисленными кланами тойонов и их союзников - орков - с непонятными целями и задачами.

Судя по умиротворяющему пению птиц в густых кронах деревьев поблизости никого из врагов не было, поэтому следовало торопиться. Нас напрягало присутствие двух отрядов орков, что-то вынюхивающих за нашими спинами. Не хватало столкнуться с ними в самом начале пути.

- Кос и Кели остаются на месте и прикрывают нас, - приказал Грэм. - Томак и Фарин идут первыми. В случае столкновения с тойонами в драку не ввязываться, сразу отступайте.

- Гномы никогда не бегают от врага, - пробурчал Фарин, перебрасывая с плеча на руки свою пушку. Он тщательно проверил спусковой механизм, зачем-то посмотрел внутрь ствола, потом достал из мешочка массивный патрон, начиненный картечью. Я уже знал, чем грозит попадание такого вот мини-снаряда в толпу. Мгновенным выкашиванием половины боеспособного отряда. Фарин как раз и готовил сюрприз для возможной встречи, и на лице его играла зловещая ухмылка. Гном прямо так жаждал боя.

- Фарин, - Грэм тоже однозначно оценил приготовления гнома, - я еще раз повторяю: в бой не вступать.

- Да ладно, ладно, - примирительно сказал Фарин, - понял я, не маленький.

Томак подтянул доспехи, нацепил шлем и первым ступил на заброшенный Тракт. Фарин крякнул и бросился следом. Мы с напряженным вниманием следили за арьергардом нашего отряда. Я и Кели заранее распределили сектора обзора. Она натянула тетиву и легким прищуром вгляделась в колышущуюся под легким ветерком молодую листву. Мне было нелегко с моей неопытностью. Постоянно что-то отвлекало: то игра света и тени, то слишком резкое движение ветки, то еще какая-то напасть, в которой я готов был признать затаившегося врага.

Между тем Томак с гномом уже достигли края дороги и слились своими камуфлированными балахонами с лесом. Грэм кивнул Мавару, и очередная пара рванула через Тракт. Ну, чисто партизаны в лесу! Я даже потряс головой, чтобы встряхнуть наваждение. А что? Если бы вложить в руки моих товарищей автоматы или, на худой конец, винтовки, то с походными рюкзаками, набитыми смертоносным грузом, они бы выглядели настоящими диверсантами Второй Мировой.

Командир благополучно закончил перебежку. Я с эльфийкой, не сговариваясь, бросился следом. Хват мчался впереди, огромными прыжками раскидывая в разные стороны мелкие камешки. Уф, добежали!

- Теперь не спать, - Грэм оглядел нас, - мы на территории тойонов. Идем без карт, наугад. Надо по возможности избегать столкновений, но в случае боя свидетелей не оставлять.

- Вот это правильно, - проворчал Фарин. - Хватит с ними цацкаться.

- Командир, разреши мне задержаться, - сказал Мавар, - погляжу, не идет ли кто по нашему следу.

- Разумно, останься, только оставь Хвата с собой, он быстро нас найдет, - кивнул Грэм, - а вы еще здесь, воины? Марш вперед! Томак - в голове отряда!

И мы рванули по лесу, держа путь строго на восток, что и было нашей первоочередной задачей. Уйти как можно быстрее и дальше от Северных отрогов. Если предположить, что по всей линии соприкосновения начались отвлекающие маневры, тойоны не скоро сообразят, что их обдурили.

Больше всего я опасался, что незнание местности заведет нас в такие дебри, что без ущерба для здоровья оттуда не выбраться. Но мы отмахали уже приличный кусок расстояния, и я что-то не видел признаков блуждания. Томак оказался приличным "лесным рейнджером", великолепно ориентирующимся в бесконечном мелькании сосен, елей, берез и прочей растительности. Чем дальше мы уходили от места перехода, тем явственнее перед нами вставала настоящая тайга. А это уже моя стихия. Я даже приободрился. Оглянувшись, посмотрел на Кели, неотрывно следующую за мной, весело подмигнул. Улыбка заиграла на губах эльфийки. Ну, вот и ладно. Приоритеты мы расставили, выяснили, что хотим друг от друга, и теперь осталась самая малость: живыми прийти на Базу. А там...

Я только успел подумать, как странно, что до сих пор мы удачно проскакиваем всевозможные проблемные места, как накаркал. Томак то ли не заметил, что пересек какую-то хоженую тропинку, то ли сознательно повел нас к журчащему где-то в зарослях ручейку - пить хотелось страшно после трехкилометрового забега - и нос к носу столкнулся с тойонами. Их было четверо. Жажда, видимо, их тоже доконала, и они устроили водопой на небольшом пятачке, свободном от кустов и корневищ. Пили трое, а один глазел по сторонам со скучающим видом. Когда Томак во главе нашего отряда вывалился на полянку, тойон даже не понял, кто вообще появился на полянке. Мы, в отличие от лесовиков, к такой встрече были готовы, поэтому наша заминка была секундной. Фарин шагнул вперед и с размаху впечатал приклад ручной пушечки в скулу дозорному. Удар был смачный. Тойон без звука завалился на спину. Оставшаяся троица тойонов оторвалась от воды, а один даже успел вскочить на ноги, но тут же был зарублен Томаком. Грузное тело шлепнулось в ручей, обагряя его кровью. Остальных уже добивали Грэм и Фарин. Ножами, без лишней суеты. Я испугаться не успел, только тяжело дышал, приходя в себя, словно сам участвовал в акции.

- Трупы в кусты, - приказал командир, - да пошевеливайтесь! Кос, что ты вдруг сомлел? Помогай Томаку!

Мне, честно, было не по себе. Я впервые видел, как расправляются с живыми людьми с помощью ножей. Все редкие стычки, которые были до сих пор, я воспринимал со стороны и на расстоянии, прикрывая друзей с помощью лука. "А что ты хотел? - резко встряхнул я самого себя, вытащив двойника наружу. - Это война, мальчик! Здесь живут и убивают по-настоящему! Так и тебя прирежут, если будешь глазами хлопать! Живо схватил вон того жмурика!"

Я неловко схватил ближайшего тойона за ноги, которого Томак уже поволок за руки в кусты. Парень сосредоточенно пыхтел. Жмур попался тяжелый, то и дело норовил выскользнуть из наших цепких объятий. Маленький, а дерьма столько накопил! Шутками я пытался взбодрить себя. Кажется, удалось. Закинули в заросли одного, второго... Грэм торопился. Рано или поздно убитых хватятся, придут по следам к ручью и восстановят картину произошедшего. Наивных здесь нет. Лесовики на то и прозываются лесовиками, что чувствуют себя здесь как рыба в воде. Сразу сядут на хвост.

Мы перестроились. Теперь впереди шел командир, а Томак - замыкающим. Сразу за ручьем начиналось заметное понижение. Видно, небольшой водный поток делал петлю и возвращался обратно через низину, где воды скопилось изрядное количество. Под ногами зачавкала почва, пропитанная влагой. Мох мягко пружинил под сапогами, кругом стоял пожухлый ельник с расцветающими ягодными кустарниками. Весна, не чета моей сибирской, уже набирала обороты. Теплое солнце по имени Анар нехило так припекало спину. Тяжелый рюкзак прилип к хребту и начинал давить на плечи. Приходилось сгибаться все ниже и ниже. Темп продвижения резко замедлился. Томак заметил:

- Кос, шевели ногами! Я уже на пятки тебе наступаю!

- Передохнуть бы, - пожаловался я.

- С Грэмом не получится. Будем идти до вечера, - успокоил меня товарищ.

- Знаю, поэтому при нем и не заикаюсь, - я подбросил рюкзак, кое-как поправил лямки, но идти стало легче.

Командир все же оказался не таким маньяком, дал нам передышку на короткое время, как только миновали болотину. Пока сипели и приводили в норму дыхание, нас нагнал Мавар. Хвост с тихим визгом подскочил сначала ко мне, потом поочередно обнюхал всю команду. Убедившись, что все в порядке, численность состава не уменьшилась, глэйв разлёгся на прелой хвое и решил подремать, пока Мавар делает доклад.

- По нашему следу идут орки, - сказал эльф, прикладываясь к фляжке с водой. Он сделал пару больших глотков, потом продолжил. - Видимо, отряды, которые шарились вблизи наших Баз, объединились, и теперь в количестве десяти особей перешли Тракт. Я специально пропустил их вперед, хотел проверить, куда они пойдут.

- Погоня? - помрачнел Грэм.

- Она самая, - кивнул Мавар.

- Как вооружены?

- У всех топоры, ножи, тесаки. Лучников не заметил. Одеты в доспехи. Если... - эльф покосился на Кели, - если наши лучники будут применять бронебойные стрелы - вполне возможно уменьшить численность преследователей.

- Предлагаешь устроить засаду? - Грэм сомневался, это было видно. В самом начале пути нежелательно было вступать в бой, иначе рискуем до самого портала отбиваться от погони. А кому охота к финишу прийти с языком до колен? Мне не хочется. И каждый из нашего отряда думает так же.

- Ты - главный, тебе и решать, - по лицу Мавара нельзя было ничего прочитать. То ли жаждет уложить орков из засады, то ли тихо раствориться в лесной глуши.

- Уходим, - решил Грэм.

Ближайшие два часа мы пытались оторваться от неумолимого преследования, которого еще в глаза не видели, но присутствие орков я чувствовал своим спинным мозгом. Вот так бывает: явственный холод, бегающий от шеи к копчику, какое-то противное покалывание, и ощущение чужого дыхания в загривок. Чувство странное, но оно вцепилось в меня уже давно, и не хотело исчезать. Бесчисленные тропки, которые мы то и дело пересекали, причудливо изгибались между деревьями, уходили в глубины зарослей ежевики, шиповника и молодого ельника, а потом неожиданно выныривали перед нами. Деревни тойонов были где-то рядом, судя по интенсивности ходьбы по лесным дорогам, и мы очень рисковали идти без предварительной разведки. Времени почти не оставалось. У меня не раз возникало запоздалое раскаяние, что мы не устроили засаду. С двумя луками при интенсивной стрельбе можно было завалить несколько орков. Это как в боксе: сбить дыхание противнику, чтобы снизить интенсивность его ударов и атак, а самому собраться с силами для окончательного удара. Ситуацию не хуже меня понимал и Грэм. Он все делал короткие остановки, пропускал вперед группу, потом догонял, равнялся с Маваром и обменивался короткими фразами.

- Намечается грандиозный шухер, - прокомментировал я необычное поведение командира.

- Давно пора, - ворчал Фарин, топая впереди меня словно маленький боевой носорог, - мой топор уже затупился, пока мы бегаем от этих don ukath amar (грязных животных - гном).

Грэм вздернул левую руку вверх и сжал ее в кулак. Остановка. Будем что-то выдумывать. Я быстро огляделся. Мы находились в распадке, и слабо различимая тропа вилась между подошвами двух холмов. Судя по лежащим на земле в хаотичном беспорядке деревьям, уже поросшими мхом, здесь редко кто ходил. Удачно забрели.

- Кели, сможешь забраться на то дерево? - Грэм ткнул пальцем в нависающую над тропой, раскорячившую толстые ветки в разные стороны, сосну. Видишь, там есть довольно неплохая площадка. Орки тебя не достанут. У них нет стрелков. А вот ты можешь спокойно их отстреливать.

- Не вопрос, командир, - Кели скинула свой мешок на землю, порылась в нем и вытащила моток веревки. Но не стала обвязываться, а просто закинула себе на шею. Посмотрела на меня. - Поможешь? И ты, Томак?

Я и Томак встали лицом друг к другу, сцепили руки, чуть присели, чтобы эльфийка забросила ногу на импровизированную подставку, потом резко подпрыгнула, получив от нас хорошее ускорение. Удачно зацепившись за ветку, девушка уже без труда забралась наверх.

- Как видишь тропу? - спросил Грэм, задрав голову.

- Отлично, - голос Кели был спокоен, - как на ладони. Какой план?

- Когда появятся орки - старайся бить в середину, - подсказал Мавар, - так мы их расчленим на мелкие группы. Потом действуй по обстановке. Главное - не упустить ни одного.

Грэм тем временем расставил нас вдоль тропы. Я и Фарин оказались вместе за громадной сосной, упавшей года два-три назад от мощной бури. Комель впечатлял своими размерами, а яма, оставшаяся от вывороченных корней, вполне могла спрятать в своих недрах до взвода солдат. Часть развесистых веток зацепилась за стоящие рядом деревья, и поэтому упавший ствол верхней своей частью до земли не доставал, образуя великолепную нишу для контроля над тропой. Отсюда, кстати, можно было стрелять, как из лука, так и из "слонобоя" Фарина.

Гном поступил иначе. Он аккуратно прислонил ружье к стволу, отцепил от пояса топор, провел по идеально ровной и острой кромке толстой сарделькой пальца, удовлетворенно хмыкнул.

- А говорил, что топор затупился, - напомнил я.

- Когда говорил? - изумился Фарин. - Да чтобы у гнома был тупой топор? За такое пренебрежение шкуру драть будут, и еще "спасибо" скажешь за науку!

- Ню-ню! - хмыкнул я. - Не будешь из ружья стрелять?

- Шуметь нельзя, - вздохнул гном, - а то бы я пальнул от души. Ты за моим "кабанчиком" присмотри, пока я этим земляным червякам бошки рубить буду.

Он ласково похлопал по деревянному ложу и стал устраиваться поудобнее на хвое, густо усыпавшей место падения лесного гиганта.

- Спать собрался? - покосился я на гнома.

- Четвертинку похраплю, - признался Фарин. - Орки - они никогда не торопятся, когда по следу идут. Скрадывать умеют. Только я знаю другую причину их медлительности.

- Какую?

- Они не торопятся, потому что знают: быстро идешь - в могилу шагнешь! Гхы-гхы!

- Гномья пословица? Смешная, да....

Мы замолчали. Я внимательно вглядывался в верхний край тропы, на которой должны были показаться преследователи, а Фарин на самом деле тонко засвистел носом. Даже завидки взяли. Тут сеча кровавая намечается, а он спит, даже губами сладко причмокивает. Железная нервная система! Мне бы так! Или для храбрости остограммиться, да где же хорошее спиртное возьму в походе? Я еще на Базе намекал Грэму, чтобы он взял фляжку самогона, да только командир меня совершенно не понял, для чего. Ничего, в следующий раз я продавлю такой значимый для воина вопрос в свою пользу. В следующий раз... ха-ха!

Первые орки показались на тропе минут через тридцать. Их было трое. Все коренастые, косолапые, с отвратительными рожами, больше похожими на раздутые жабьи морды. Руки неестественно длинные, словно их растягивали для опоры на землю при ходьбе, но впечатляющей мощи. Мускулистые, цепкие - любо дорого посмотреть на такого врага, тьфу на них! Глазки бегают из-под низко надвинутых на самую переносицу шлемов. Доспехи из нескольких слоев кожи, прикрывают лишь жизненно важные органы. Нет, один в железной кирасе. Видимо, стянул со своей жертвы. Военный трофей, так сказать. Одеты орки были очень даже неплохо. Хорошие плотные куртки, кожаные штаны, а на ногах добротные сапоги с металлическими вставками в носках.

Я жадно всматривался в эти создания, чей мейнстримовый фэнтезийный образ ввел в литературу господин Толкиен, и не мог с ним согласиться. Все-таки отличия были, и в первую очередь в физиономиях. Никакие это не монголоидные зверские рожи, какими их сделал писатель, а, скорее, южноазиатский тип: округлый, с вполне нормальным разрезом глаз, чуть уже европейского, со смуглой кожей и узкими носами. А по фигуристости - да, приземистые, и от этого еще более опасные. Таких простым ударом кулака в челюсть не сшибешь на землю.

Я толкнул Фарина, особо не церемонясь. Гном словно и не спал, сразу сообразил, зачем его разбудили. Он перекатился на живот и с загоревшими глазами вгляделся в орков.

- Ага! Светлые орки! У-уу, don kamut (потрошители - гном)!

- Светлые? - удивился я. - Разве они такие нехорошие?

- Светлые орки, из какого бы клана ни были - все живодеры! - буркнул гном. - У нас к ним особый счет. Так, Кос, бей бронебойными, и старайся целить чуть ниже подбородка. Гарантированная смерть.

- А Кели знает?

- Не переживай за подружку, - приглушенно хохотнул Фарин и навострил уши.

Орки втянулись на тропу, один за другим. Передовая группа остановилась в тридцати метрах от нашей засады и стала переговариваться, тыча пальцами в поваленное дерево. Сообразили, гады, что паленым пахнет! Я вытащил из колчана "бронебойки", пересчитал их. Десять штук. Не так много для такого ахового стрелка. Будем аккуратны в выборе цели.

Тем временем преследователи совсем прекратили движение и встали неровной шеренгой. Плохая позиция для меня. Я вижу только арьергард. Вдруг в воздухе взвился отчаянный птичий крик и заметался между холмами. Звонкое эхо пошло гулять по лесу, многочисленно отражаясь от деревьев и кустарников, постепенно утихая где-то вдали. Орки встрепенулись. Звонко щелкнула тетива над нашими головами. Кели начала отстрел. Один из преследователей взбрыкнул ногами и завалился на землю, вцепившись руками в оперенное древко, торчащее под кадыком. Через пару секунд полетела еще одна стрела, но орки успели рассыпаться в разные стороны, прячась за любое прикрытие, какое подвернулось.

- Бей! - рыкнул Фарин. - Не зевай!

Я отпустил тетиву. Стрела вжикнула и по восходящей траектории устремилась к выбранной цели. Дело в том, что орки щемились от расстрела сверху, сразу сообразив, что засада была на дереве, и удачно подставились под мою позицию. Тонкое жало стрелы с чпоканьем вонзилось в бок так удачно подставившегося под меня орка. Минус два.

- Я пошел! - Фарин упруго вскочил и залихватски перепрыгнул через ствол со своим топором. Тут же из кустов выскочили Мавар, Грэм и Томак. Вся наша четверка методично рассыпалась полукругом и пошла теснить орков с тропы. Тем поневоле пришлось подняться на ноги, а тут и новые стрелы полетели. Кели выбила еще одного, пустив стрелу туда, как и говорил Фарин. А мне пришлось тщательно выбирать цель, но в лежачем положении это выглядело непросто. Я встал, и скрываясь в ветвях дерева, выпустил стрелу в повернувшегося ко мне спиной противника. Орк завалился на бок, тщетно пытаясь выдрать стрелу из-под лопатки. Удивительно, как легко стрелы прошивали доспехи преследователей. Минус четыре.

Между тем Грэм, объединив свои усилия с Томаком, успешно теснили парочку орков с тропы в заросли, где активность машущих секирами противников должна была существенно понизиться. Мавар столкнулся с парнем в железном доспехе, особых успехов при этом не делая. Патовая ситуация. Орк умело отбивал удары эльфа своим широким тесаком, делая мелкие шажки в его сторону. При сближении он выиграет с помощью своего комплекции, и просто снесет Мавара. Я прицелился и выпустил стрелу в орка. Наконечник тренькнул о плечевой лат, и стрела, кувыркаясь, улетела не туда, куда планировалось. Промах. А вот Кели удачно подстрелила еще одного. Орк упал на колени, дико заревев. "Бронебойка" насквозь пронзила его бедро, и этим воспользовался Томак. Он широким махом своего клинка перерубил преследователю шейные позвонки. Минус пять.

Фарин разошелся. Глухо ревя, он крошил небольшой щит, за которым укрылся его "спарринг-партнер". Орк отступать не собирался, ожидая, видимо, когда гном закончит строгать из его щита спички. Отмахивался он вяло, даже на зловещее посвистывание топора не реагировал. Но я-то видел, что его рука готова нырнуть за ножом, висящем слева на поясе. Вскинув лук, я поймал момент, когда орк повернется левым боком, и пустил обычную, с широким срезом, стрелу. Удачно получилось. Острие просто-напросто разорвало плечо, и левая рука тут же повисла. Щит повело вниз, а Фарин, не ожидая такого подарка, нырнул вперед вместе со своим топором. Лезвие удачно влетело в середину груди. Орк заревел. Он выронил щит, и небоеспособной рукой попробовал выдернуть нож. Фарин не стал ждать, пока его угостят железом. Гном выпустил из рук топорище, выдернул свой кинжал и воткнул его в глаз орка. Минус шесть.

Из кустов метнулась громадная серая тень. Здрасьте, приехали! Охламон по имени Хват до сих пор где-то отсиживался, и теперь решил наверстать упущенное. Он мощными прыжками ворвался в бой, причем, как я подозреваю, осознанно выбрав помощь Мавару. Приземистого орка сбить с ног не удалось, но глэйву этого и не надо было. Одним лишь своим весом он дезорганизовал движение врага, толкнув мощными лапами в спину. Орка бросило на эльфа, и Мавар нанес пару рубящих ударов: боковой и сверху. От одного из них шлем противника слетел на землю, и тут же в ухо влетела стрела - подарок от Кели. Минус семь.

Оставшись втроем, наши преследователи сразу же превратились в жертву. Бежать они не собирались, здраво оценив свои шансы, да еще крутящийся вокруг них черным волчком Хват просто-напросто не дал бы им уйти. Орки ощетинились кто секирой, а кто топором.

- Сдаемся! - прохрипел словно больная ворона один из орков и опустил лезвие топора.

Я чуть сместился в сторону, чтобы легче целиться, да еще Томак перекрыл мне сектор стрельбы, маяча передо мной грязно-зеленой лохматой курткой. В данном случае орков можно было пленить или связав, оставить на тропе, но помня рекомендации Лифанора не оставлять в живых ни одного свидетеля нашего прорыва к порталу, приготовился бить на поражение. Как же поступит Грэм? Неужели вот так просто мы порубим врага, захотевшего сложить оружие? Не, все понятно: война, пленных не брать. Но как же с моральной стороны глядеть на избиение? Ситуация непонятная. Я лихорадочно думал, сумею ли просто так выпустить стрелу по неподвижной мишени? Живой мишени, кстати, и согласившейся сдаться на милость победителя.

Орки, кажется, не поняли, во что влипли. Тяжело дыша, они исподлобья смотрели на окружившую их компанию из людей, эльфа и всклокоченного гнома в дурацкой ермолке вместо шлема (где он откопал ее?), и в их глазах светился лишь один вопрос: что с ними будет? Даже совершенный тупица сообразил бы, что не хватает стрелков. А значит...

- Откуда вы узнали о нашем отряде? - спросил Грэм на росенском, раз уж орк заговорил на этом языке.

- Старейшины кланов указали! - пролаял тот же орк.

- У вас есть осведомители в Росении?

- Не ведаю!

- Какой был приказ? - не отставал командир.

- Идти по следу отряда с Базы "Глубокая".

Опаньки! Парни явно сбились с курса и вышли на нас. Значит, операция по отвлечению идет полным ходом. Дурацкое совпадение, которое, впрочем, не спасет их от гибели. А Грэм даже глазом не моргнул.

- Сколько отрядов в лесу?

- Пять осталось, но вам хватит, - орк сжал секиру широкой лапой, уже понимая исход встречи. Глаза его неотрывно смотрели на волкодава, который сел чуть сбоку и с недобрым прищуром приглядывал за ними. Короче, ребята, вам здесь ничего не светит.

- Grauhs! - рявкнул орк и первым рванулся на наших товарищей.

Один и остался. Кели не дремала и метко влепила оставшемуся за его спиной напарнику стрелу прямо под срез шлема. Без шансов на выживание. Вот девчонка дает! Я не стал соревноваться в меткости с эльфийкой, и незамысловато воткнул свою стрелу в бедро другому орку. Рана поганая. Кровь, если будет повреждена бедренная артерия, всю выхлещет из организма за несколько минут. Да, вот такой я нехороший, человек из цивилизованного мира, готовый убивать, и не испытывать огромных мук совести. Точнее - ставший таким. Ну, ради справедливости: их частичка еще плескалась на дне души, но ощущение нереальности происходящего до сих пор нет-нет, да и накатывало на меня. Как сейчас. К психологу сходить, что ли? Типичный случай раздвоения личности. Развивающаяся шизофрения в начальной стадии, блин!

Пока я рефлексировал, на тропе все закончилось. Итог: десять мирно лежащих орков, зубами к стенке, то бишь к лесу. Я вынырнул из безвременья, медленно опустил лук, убрал стрелу в колчан, вышел из-за дерева. Фарин уже мародерничал, деловито обшаривая трупы. Он явно что-то искал. В его руках появилась плоская шкатулка, похожая на табакерку, которую он положил за пазуху, даже не рассмотрев, как следует. Потом полез к другому мертвяку.

Послышался шум ломающихся веток и осыпающейся хвои. Кели деловито сползла по веревке на землю, дернула ее, развязывая хитрый узел. Дождавшись, пока вся не упадет вниз, она скрутила ее в бухту и упаковала в рюкзак. Подошла ко мне. Взгляд ее не предвещал для меня ничего хорошего.

- Кос, это недопустимо! - резко сказала она. - Я смотрела за тобой! Что случилось? Почему не стрелял?

- Задумался, - честно признался я, - словно в патоку попал, как пчелка, жу-жу! Представляешь?

Я попытался все обратить в шутку, но свой косяк я прекрасно осознавал. Как бы и Грэм по башке не надавал!

- Извини, реально облажался, - кашлянул я и побрел собирать свои стрелы, чувствуя, как эльфийка сверлит в затылке дырку своими глазищами.

- Парни, шевелимся! - Грэм нервничал, все время поглядывая в сторону, откуда появились орки.

- А этих тоже будем в кусты стаскивать? - неприязненно глядя на убитых, поинтересовался Томак. - Я не хочу. Пусть здесь и лежат.

- Поддерживаю, - Фарин, наконец, закончил шмонать карманы орков. - Что за народ? Ничего стоящего не могли прихватить с собой! Даже самогон не взяли!

Вот! И гном соображает, чего не хватает в рейде!

Через пять минут наш отряд дисциплинированно выстроился в цепочку и продолжил свой путь по причудливо петляющей тропе, уводившей нас неизвестно куда. Единственное, что мы знали - Грэм старался держать курс на восток, допуская небольшой люфт на северо-восток. Я стал припоминать, что в том направлении лежат развалины двух городов: Старограда и Водосада. Ну, Водосад-то находился где-то в центре континента, а вот на Староград мы вполне могли выйти в скором будущем. Даже любопытно стало, каков он, этот город верфей. Логично было предположить, что он находился или на побережье, или на берегу какой-то большой реки.

Но по обрывкам разговора командира и Мавара я понял, что речь идет о Гиблой Топи, и радостного в том ничего не было. Как бы не влететь в нее со всей дури! А самое неприятное было в том, что теперь мы шли без карты, и мне досталась почетная обязанность наносить новые кроки, для будущих поколений, так сказать. Поэтому я шел в колонне предпоследним, а за мной присматривал Фарин, то и дело доставая трофейную табакерку. Он прикладывал к ней свой нос, втягивал воздух и мечтательно крякал.

- Фарин, Грэм говорит о Гиблой Топи? Чем она так знаменита, что ты даже побледнел? - наконец, поинтересовался я.

- О! - гном закатил глаза и яростно почесал подбородок, взлохмачивая растительность на лице. - Это innok ogtum (страшное болото - гном)! Сам увидишь, парень! Тебе это не понравится, если попадем в самое сердце гадости!

- Спасибо, утешил, - грустно произнес я.

Глава пятая


Просто удивительно, как мы не потеряли ни одного бойца в первой же серьезной заварушке. Десяток орков - это не шутки. Фарин сказал, что они из клана Блестящих Секир, самых отмороженных бойцов-орков. Когда тела найдут, а их найдут обязательно, за наши жизни не поручится даже Всевышний. Мы стали кровными врагами клана. Прошу заметить, не просто врагами. Кровника будут преследовать везде до справедливого возмездия. Хотя насчет справедливости я бы поспорил. Идет война, и пока есть возможность, рассчитывайся по долгам. Но не в мирной жизни.

Занятый такими мыслями, я не заметил, как тропинка вывела нас на большую поляну, усеянную белеющими на весеннем солнышке костями. Только когда уткнулся носом в спину Кели, решил поглядеть, почему произошла заминка. Меня пробрала дрожь. Да и не только меня. Лицо Томака было белее снега, Кели сморщила носик, но и ее глаза расширились от ужаса. Грэм и Мавар молча взирали на гекатомбу, устроенную, в чем не было ни малейшего сомнения, тойонами. Фарин растолкал всех плечами и выперся вперед.

- Zagith (дьявол! - гном)! - выругался он с чувством.

Костей было неимоверное множество, и разбросаны они были в хаотичном порядке, да еще и вперемешку. Какие-то были уже старые, пролежавшие долгое время под солнцем и покрывшиеся желтизной, а какие-то - свежие, от силы два-три года, как сюда попавшие. Мужские, женские и даже детские. Берцовые кости вперемешку с ребрами, тазовые кости - с грудными позвонками. Сплошная анатомическая выставка на открытом воздухе. А в середине поляны на высоту человеческого роста возвышался черный булыжник, поросший по низу мхом. Впитывающая солнечные лучи поверхность даже не отражала их свет. Вокруг стояла мертвая - вот уж действительно, мертвая! - тишина. Дующий с оставленных за нашими спинами Северных отрогов холодный ветер колыхал вершины елей и сосен, а его воздушные потоки, опускаясь к земле, поднимали вверх прах и развеивали его по полю. Большущий волкодав прижался ко мне, и только тяжело дышал, не смея даже переступить невидимую черту, которую ощущал своей звериной сущностью.

- Что это? - кажется, только мне было невдомек то, о чем знают мои друзья.

- Обломок от звезды Ондо, младший собрат - Тсанк, что значит "расщепленный", - пояснила Кели, так как другие благоговейно молчали.

Вот нифига же себе! Я думал, они потрясены открывшейся картиной эпического могильника, а их мысли, оказывается, обращены к метеориту, вросшему в землю! И вопрос я задавал именно по этому поводу!

- Эй, кореша! Перед вами тысячи костей! Что здесь произошло? А?

- Место жертвоприношений, - нехотя оторвался от созерцания зловещего камня Грэм. - Мы знаем об этом месте только по слухам. Говорят, тойоны приносят человеческие жертвы в честь упавшего с неба камня. Для них это знак божественного откровения. Наши звездословы говорили, что Ондо упала не одна, был у нее собрат, чуть меньше размером, но до соприкосновения с поверхностью он отделился и упал за Северными отрогами. Вот, значит, где он. Надо отметить на карте, Кос.

Мне пришлось изрядно покопаться, чтобы проникнуть под камуфляжный балахон, расстегнуть куртку и вытащить из недр спящий телефон. Включил его, с досадой отметив, что батарея медленно, но неуклонно стремится к нулю. Почти год я не пользовался им, опасаясь, что уже вообще не смогу ввести его в рабочий режим, но периодически включал его для профилактики, чтобы уж вообще не убить аккумулятор.

Кели, Томак и Мавар с нескрываемым любопытством смотрели на артефакт, на то, как я лихорадочно делаю снимки поляны и камня. Надо было увековечить преступления тойонов, хотя бы для того, чтобы успеть показать высшему командованию Росении, с каким врагом они воюют. Только потом набросал кроки на плотный лист бумаги, отмечая пройденный путь и это ужасное место.

- Мы не пойдем по этой поляне, - сказал Грэм, - я лично не хочу топтать останки своих собратьев.

- Ты командир - тебе и решать, - пробурчал Фарин.

- Здесь только кости людей? - спросил я, пряча телефон в карман.

- Здесь все, кто считается для тойонов врагами, - угрюмо ответил Мавар, - потому что они не делали различия между эльфом и гномом, а представителей расы людей уводили в плен сотнями.

Я напоследок посмотрел на спящий под весенним солнцем Тсанк - камень с неба, и мне почудилось, что под определенным углом можно различить бурые потеки на его антрацитовых боках.

Грэм выполнил свое обещание: отряд пошел по широкой дуге, огибая злополучную поляну по южной кромке леса. Продираясь через явно рукотворные завалы из деревьев и валунов, мы обнаружили интересные вещи. Тойоны соорудили по всей оконечности Жертвенной поляны - как предложил назвать ее Мавар - пункты наблюдения. Хват то и дело находил лежки, пахнущие лесовиками. Он тихо рычал, поддевал носом хвою и мелкий мусор, поджидал Мавара или Грэма, потом большими скачками исчезал в кустах. В общем, таких лежек мы обнаружили пять штук, но все пустые, давно покинутые, или не занимаемые долгое время. Когда нам показалось, что удастся уйти незамеченными, с противоположной стороны леса в воздух взвился пронзительный визг рожка. Он еще не успел затихнуть, как ему ответила еще одна свистулька, причем звук доносился прямо по нашему курсу.

- Кишки орка! - выругался Фарин. - Это тойоны!

Ясно, что не волшебник в голубом вертолете! Нас обнаружили, или, еще хуже, увидели давно, просто ждали, какой маршрут выберем.

- Бегом! - рявкнул Грэм. - Томак и Мавар - в боевое охранение!

И мы понеслись по натоптанной, но усыпанной палой хвоей и сухими ветками тропе. Сбоку мелькала тень Хвата, охраняющего нас с фланга. Визги рожка теперь не прекращались ни на минуту. Веселье началось, етить его!

- Фарин, шевели булками, пятки оттопчу! - какая-то веселая злость накатила на меня.

- Тебе мои ноги - я на тебя посмотрю! - переваливаясь как утка, гном и так старался держать темп передвижения.

Тропинка резко нырнула вниз, и нам пришлось отчаянно тормозить, чтобы не скатиться кубарем по скользкой траве. Не хватало завалиться в одну кучу на потеху преследователям! А они уже организовали погоню, судя по азартным переливам свиста со всех сторон.

- Как будто заранее знали, что мы появимся здесь, - выдохнула Кели, отчаянно крутя головой.

- Командир, мы так далеко не убежим! - Фарин согнулся, его плечи тяжело вздымались. - Груз тяжелый!

- Вперед! Не останавливаться! - Грэм бешено вращал белками глаз.

Делать нечего. Продолжаем забег. Деревья, кусты, завалы, деревья, старая засека, давно раскиданная в разные стороны. Хват то и дело пересекает тропу, но не мешает нашему траффику. Впереди показался ручей. Мы влетели в него, поднимая тучи холодных брызг. Плевать, только вперед! Азарт гонки сошел на нет, в голове завертелись мысли, как оторваться от невидимых еще лесовиков. А ведь не отстают!

Неожиданный вскрик Томака разом выбил мысли о возможных вариантах спасения. Брат Мирины сидел на земле, вытянув ногу, в которой торчало оперение стрелы. Острие торчало с другой стороны. Навылет прошла. Что? Где? Кто стрелял?

- Самострел, - Кели упала на колени перед Томаком и внимательно осмотрела рану. - Хорошо, что чуть выше колена.

Она без раздумий обломала стрелу со стороны наконечника, и закусив губу, резко дернула ее из раны. Грэм тут же наложил на рану тряпку, мгновенно обагрившуюся кровью. Пока оказывали помощь, свистеть стали практически рядом.

- На зверя ставили, - определил Мавар, - слишком низко пошла стрела. Случайность, но неприятная.

- Что делать будем, командир? - Фарин с готовностью снял с шеи свою ручную пушку. - Предлагаю задержать гадов.

- Один ты не справишься, - Грэм понял, что пришла пора делать выбор.

- А чего нет? - хмыкнул гном, деловито скидывая свой рюкзак. Он закинул его в кусты и сам шагнул туда. - Остановлю, дам вам время скрыться.

- Если бы знать - куда, - проворчал Мавар, вытаскивая клинок.

- Я останусь, - решительность в моем голосе заставила Грэма вскинуть от удивления голову. - Есть одна задумка, хочу использовать. А вы хватайте Томака и чешите отсюда.

Кели в отчаянии посмотрела на меня, потом на командира. Грэм согласно кивнул, потом знаками показал Мавару, что нужно помочь встать парню. Эльф забросил меч обратно в ножны и подошел к раненному. Пока они возились, приподнимая его на ноги, Кели подошла ко мне. Я сделал вид, что сосредоточенно копаюсь в своем рюкзаке.

- Кос! - голос эльфийки сорвался. - Ты не имеешь права...

- Какое право? - ровно спросил я. - Помереть в чертовом лесу, прикрывая ваш отход или просто так сдохнуть от бесконечного бега, ожидая стрелу в спину? Позволь мне решать свою судьбу, детка. Да не переживай так, сделаем дело - догоним вас. Слышишь, командир? Бегите так, как будто за вами дьявол гонится! Не останавливайтесь!

- Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, - проворчал Грэм, перекидывая руку Томака на свою шею. Мавар проделал то же самое с другой стороны.

Эльфийка приложила свою ладонь к моей щеке, провела ею по брутальной щетине, покрывшей рожу, оторвала руку и поцеловала свои пальцы.

- Indo et tye (душа (сердце) с тобой - эльф)! - сказала она.

- Indo et tye, - хрипло ответил я. - Уходите же!

Оставшись вдвоем, мы начали действовать. Фарин оценил мою задумку, хлопнул по плечу. Засмеялся.

- Догадлив ты, парень, но дурак! Зря ты остался здесь. Сказал бы мне, что хочешь - сам бы справился.

- Хрен тебе! Русские своих не бросают!

- Значит, вместе и сдохнем! - вынес вердикт неунывающий гном. - Нам не привыкать.

Мы залегли в кустах, вытащив из рюкзака гнома три глиняных гранаты. Фарин аккуратно расстелил на траве тряпицу, в которой лежали несколько длинных палочек с серными головками и черкаш. Да, это были настоящие спички, которые пользовались популярностью среди гномов, которые их и создали. Горели они, правда, с ужасной вонью, способной отравить в радиусе двух километров все живое. Но, горели! Нам нужно было всего лишь поджечь фитили и швырнуть в толпу преследователей.

Режим тишины соблюдался недолго. Нам из кустов хорошо было видно, как передовой отряд преследующих нас тойонов начал переходить ручей. Лесовики шли размеренно, не увеличивая скорость движения, как будто знали, что рано или поздно настигнут нас. Их было пятнадцать человек. Оказавшись на том месте, где стрела подбила Томака, тойоны остановились и стали бурно обсуждать дальнейшие свои действия. А может, радовались, что у нас появился подранок. Я переживал, что они начнут вынюхивать следы, которые неминуемо укажут на засаду.

Гном зажег спичку, серная головка вспыхнула и закоптила, распространяя вокруг себя тошнотворный запах. Фитиль зашипел и стал стремительно укорачиваться в размере. Я тоже последовал примеру Фарина. Тойоны навострили уши, завертели головами, выискивая причину странных звуков. Но было уже поздно. Огоньки фитилей нырнули в нутро гранат, начался отсчет. Раз-два-три!

Мы одновременно выступили из кустов, держа в руках снаряды. Я свистнул:

- Эй, придурки! Получите гостинчик!

Наши глиняные гранаты полетели в толпу онемевших от такой наглости чужаков. А мы резво нырнули обратно в кусты и упали навзничь, прикрывая головы руками. Надо сказать, что глиняные снаряды отличались от известных мне современных поражающих средств. При разрыве не только куски обожженной глины были самой опасной частью гранаты, а и то, что было внутри. А там лежали рубленные гвозди, мелкие железяки, картечь. И при взрыве именно они приносили урон врагу. Как только огонь сжигал фитиль, он нырял внутрь и запаливал пороховой отсек.

Грохнуло дуплетом знатно. На нас посыпались листья, хвоя, какой-то древесный мусор. Над головой просвистели осколки, а лес наполнился криками ужаса и боли. Мы раздвинули ветки и увидели, что тропа завалена телами. Кто-то корчился от ран в животе, кто-то держался окровавленными руками за лицо, руки, ноги. Из пятнадцати тойонов невредимыми остались лишь пятеро, и то незначительные порезы от глиняных черепков (тоже ведь элемент поражения, не забываем!) показали эффективность гранат. Они рванули к нам, размахивая мечами. Злобные, оскаленные рожи не сулили нам приятной встречи. Я приготовился к драке, схватив с земли свой лук.

- Э, так мы не договаривались! - Фарин легко вскочил на ноги, держа в руках оружие. Он смело шагнул навстречу бегущим на него лесовикам, вопящим во все горло, и вскинул "слонобой".

Ба-дам!

Сноп огня вылетел из ствола, поваливший во все стороны дым скрыл поле боя. Меня стал раздирать кашель, глаза заслезились от пороховых газов. Если на меня выскочит враг, я даже толком прицелиться не успею. Но убегали секунды, вот уже и минута миновала, а тойоны как-то странно притихли. Вообще все затихло, даже мелкая живность забилась в норки. Дымная завеса потихоньку расползлась рваными клочьями по кустам и между деревьями, а картина, открывшаяся нашему взору, порадовала своей живописностью. Картечь снесла последних прытких лесовиков с тропы. Все пятеро изломанными куклами валялись на земле и не шевелились.

- Добьем? - Фарин кивнул на пострадавших от взрывов гранат.

- Не, - помотал я головой, сплевывая тягучую слюну. Запах серы до сих пор драл горло. - Пусть живут. Зато другие будут знать, как с нами связываться, когда им расскажут, что произошло! Раненные могут задержать преследование.

- Хо-хо! Ладно, уходим отсюда! Скоро здесь станет тесно от родственников этих несчастных, - Фарин деловито перезарядил ружье, повесил его на плечо, на спину забросил рюкзак, но оставшуюся гранату положил за пазуху.

- Поддерживаю вас, уважаемый Фарин, - перешагивая через стонущих тойонов, у меня даже ни разу не дрогнуло сердце. Чужая война постепенно становилась и моей тоже. И сантиментам здесь не было места.

- Ты бы поджиг взял, - протягивая мне спички, посоветовал Фарин, - а то мне несподручно будет готовить гранату.

- Разумно, - я забрал тряпицу со спичками и черкашом, затолкал в барсетку, висящую на поясе, и первым рванул по тропе.

Как мы ни торопились, но вечер застал нас в одиночестве. Мы не смогли найти наших товарищей, и поэтому приняли решение не шарахаться по лесу в потемках, а найти ночлег. Погони не было слышно. Видимо, мы удачно отбили охоту местным живодерам бегать за нами с улюлюканьем. Видимо, сейчас проводят передислокацию или решают, как быть дальше. А Фарин тем временем нашел для нас местечко среди вывороченных ветрами сосен. Для этого мы сошли с тропы и углубились в лес, где и наткнулись на упавшее дерево. Холмистая местность изобиловала наносами валунов, среди которых и легла сосна.

- Давай сюда, Кос, - Фарин, похожий в этот момент на гончую, перестал рыскать между камней, помахал мне рукой.

Мы устроились пусть и без удобств, но от сырого ветра, который начал задувать к вечеру с востока, можно было укрыться. Наши камуфляжные накидки сами по себе были теплыми, да еще под зад постелили себе лапника.

- Костер зажигать не будем, - предупредил гном, сопя носом. Он долго ворочался, изрядно надоев мне, и не находил удобной позы. - Терпи, даже если мерзнуть будешь.

- Да перестань ты вошкаться! - не утерпел я. - Прижмись ко мне спиной, так теплее будет. А дежурить не будем?

- А ну его! - беззаботно ответил гном. - Даже тойоны по ночам по лесу не ходят. Наткнуться на васпуса - гибель неминучая. Поэтому до рассвета у нас есть время хорошо выспаться.

- Ага, а если васпус к нам подберется? - я поежился, то ли от промозглого ветра, то ли от неприятного воспоминания, что может крыса-вампир.

- Не бойся, не подберется. Я по нашим следам порошок рассыпал. Помнишь табакерку орка?

- Угу.

- Там был порошок, который отбивает нюх у васпуса. Начисто отбивает. Орки ведь тоже знают, что за звери ходят по Шелестящему Лесу.

- А почему у нас не было такого порошка?

- Васпус живет, в основном, в Темных Холмах, поэтому мы и не ожидали его появления в такой дали. Что-то заставило зверя идти в Шелестящие Леса, - гном замолчал и резко засопел носом, словно провалился в сон.

- Фарин! Эй, мелкий! - это я в шутку, потому что понял: гном бессовестно уснул, оставив меня наедине со своими мыслями, и некому было обругать меня за "мелкого". Перед глазами на стремительно темнеющем небе стали наливаться тусклым светом звезды, а в просветах между темными стволами заструился синеватый муар Исила - одной из лун нового для меня мира.

Где-то в чащобе жалобно вскрикнула птица, вдали что-то треснуло, эхом пронеслось по лесу и затихло, запутавшись в кустах. Лес оживал, ночные звуки стали доноситься до моих ушей все чаще, и приходилось напрягаться, чтобы вычленить что-то полезное или опасное для себя. К ночевкам в лесу я был привычный, так как часто ходил и по ягоды, и по орехи. У нашей компании была своя заимка с железной печкой, с добротной дверью, в которую ломись - не ломись, ничего не получится. Но если ночь настигала на тропе - бывали такие проколы - разводили костер и смело дрыхли до самого утра. Никакого чувства безопасности я не ощущал здесь. Еще не до конца изведанный мир был для меня терра инкогнита, со своими правилами и обычаями, с теми, кто ест, и с теми, кто спасается от острых зубов. И без огня мне, честно скажу, было неуютно. Рука сама потянулась к ножнам. Вытащив клинок, я положил его рядом с собой. Холодная сталь немного успокоила. Только вот если навалится какая-нибудь тварь - успею ли воспользоваться оружием?

Густой бархат ночи прорезал далекий стон из неизвестно чьей глотки. Он рос, ширился, и достигнув холмов, раздробился на несколько звуковых дорожек, создав эффект близкого присутствия. Стон прекратился так же резко, как и возник. Потом повторился, но уже с каким-то диким похохатыванием.

- Сука, страшно-то как, - прошептал я, начиная дрожать. - Домой хочу, к Аньке под бочок. Пусть обнимет меня, приголубит. Что там за тварь бродит? Какой-нибудь чернобыльский мутант с горящими от злобы глазами... Скотина, Фарин, дрыхнет, даже не пошевелится!

Загудел верховой ветер. Он расшатал кроны деревьев, и стало казаться, что вершины царапают кромку неба, вызывая новые звуки, один неприятнее другого. Тяжело вздохнув, я попытался заснуть, и это, на удивление, удалось. И спал я без сновидений. Никто мне не снился: ни чудища местные, ни Анька, ни Мирина, ни Кели со своей мягкой улыбкой.

Фарин с подозрением смотрел на мою помятую физиономию, потом спросил:

- Ты что, всю ночь не спал, что ли?

Утренний туман обволакивал место нашей ночевки, оставляя на осыпающейся коре дерева влажные потеки. Густая сырость невыносимо пробирала до самых костей.

- Храпишь сильно, всех васпусов распугал, - попробовал пошутить я.

- Их распугаешь, - гном деловито собрался и первым начал движение на восток. - Тебе не кажется, Кос, что внизу болото? Пахнет какой-то гадостью, да и сыро кругом.

- Гиблая Топь? - предположил я, пристраиваясь следом за Фарином.

- Да рановато для нее, - как-то неуверенно произнес гном.

- Откуда ты можешь знать, рановато или уже нет? - я усмехнулся. - Вас же тойоны не допускают в свой лес, кроки не дают рисовать.

- Ты поговори ишшо, молодой, - беззлобно ответил Фарин, - сам-то, кстати, рисуешь?

- Не беспокойся, все задокументировано и запротоколировано, - похлопал я себя по груди. - Теперь меня обязательно нужно доставить за линию фронта живым и здоровым.

- Мудрено говоришь, - покрутил головой гном, - но обратно живым доставим, а вот насчет здоровья я сомневаюсь.

- Обнадежил ты меня, дружище, - весело ответил я.

Наш дальнейший путь проходил по странному лесу. Темный ельник, росший перед нами густой стеной, уступил место каким-то корявым деревьям, перекрученным неведомой силой в различные фигуры. Здесь встречались спиралевидные, свечеподобные, а то и похожие на лук великана стволы. Березы, тянущиеся к небу, внезапно изгибались к земле, образуя причудливые арки. Под ногами захлюпала мерзкая зеленая жижа. Мох, облепивший стволы сосен, забирался все выше и выше, и казалось, что перед нами застыли мохноногие великаны с растопыренными руками-ветками. Солнце едва пробивалось сквозь плотную завесу сероватого тумана с характерным привкусом болотной воды.

- Дьявольское семя, - прошептал Фарин, запнувшись о корень, умело скрывающийся под слоем мха. - Кажется, мы забрели в Топи.

- Ты же говорил, что еще рано, - я почесал заросшую щеку. Какая-то мошка умудрилась-таки тяпнуть.

- Говорил, но не был убежден, - гном осторожно сделал еще два шага и встал. - Надо бы шесты соорудить. А то уйдем под воду, и "мама" сказать не успеем.

- Предлагаю вернуться и пройти кромкой, забирая к югу, - сказал я в спину Фарину.

- Разумно. Мне что-то расхотелось ноги мочить.

Мы повернули обратно и через полчаса топали в обход начинающемуся болоту. Вероятнее всего, мы попали не в саму Топь, а только в самое ее начало, в низину, заполненную болотной жижей. Там, где мы шли, еще была твердая почва, но расстилающаяся перед нашими глазами местность не внушала оптимизма. Туман, едва видимые островки с росшими на них чахлыми кустиками, какие-то тени мелькают в серой завесе. Поднявшееся над головой солнце не могло развеять мрачную картину лесного нуара.

- У тойонов есть собаки? - спросил я, чтобы не молчать и не слушать эту гнетущую тишину.

- А кто их знает? - пожал плечами гном. - Вчера мы не видели среди погони ни одной из них. Лесовики считают себя непревзойденными следопытами, и нюх у них получше чем у всякой твари.

- Ты не слышал ночью стоны? Похоже было на большого зверя. Сначала стонал, потом стал хохотать.

- Точно? - Фарин повернулся ко мне с озабоченным лицом. - Откуда были крики?

- Не разобрал, - я пожал плечами и подкинул рюкзак на спине. Опять лямки поправлять надо. - В лесу разве поймешь, откуда крик идет?

- Это вампал, - убежденно сказал Фарин, заметно побледнев в лице, - точно он. Когда вампал преследует жертву, то издает звуки, похожие на стон.

- А если захохотал - поймал? Типа, баста, карапузики, кончились танцы! - поерничал я, но на душе было погано. В том направлении, откуда доносились противные и мерзкие звуки, ушли наши друзья.

Фарин тоже разделял мои опасения. Мерно шагая по упругому лиственному ковру, он долго молчал.

- Что за зверь такой? - поинтересовался я, хоть как бы развеять гнетущую тишину.

- Болотное чудище, похожее на волка, но обладающее нереальной силой и злобой. Про них много историй знают наши деды, потому что им приходилось часто сталкиваться с такой тварью. В Росении вампал не водится, а только здесь, в болотах.

- Они тоже пришли из чужого мира?

- Ага, ввалились непрошенными гостями, покрыли наших зверюшек, вот и получился вампал. Действует как тойон, одна манера, чтоб ему ежей наглотаться... мама!

Я налетел на внезапно остановившегося гнома, то есть на его рюкзак. Хотел его обматерить, чтобы соблюдал правила движения или габаритные огни включал.

- Кос! Не двигайся! - голос Фарина дрожал то ли от напряжения, то ли от страха. Гном испугался?

Я выглянул из-за плеча остолбеневшего Фарина и мои ноги мгновенно налились чугунной тяжестью. Перед нами, метрах в пятнадцати прямо по курсу сидела огромная собака. Нет, это не было собакой. Тварь только была похожа на нее. Массивное тело опиралось на мощные лапы с устрашающими по остроте когтями, мохнатая грудина мерно вздымалась от дыхания зверюги. Приоткрытая пасть демонстрировала великолепные клыки, побуревшие от крови. Недавно жрала кого-то, не дай бог, конечно...Вытянутая морда, длинные острые уши, вставшие торчком. Глаз почти не видно из-за дурацкой пряди шерсти. Болонку видели или терьера? Ну вот, такая же хрень. Только вот эта хрень была не болонкой, а настоящей боевой машиной, способной сокрушить любого оппонента. Даже не глядя, только по запаху. Вон, как носом водит, принюхивается.

- Что делать будем? - спросил я шепотом. И тут же мысленно ответил самому себе в стиле голливудских фильмов: "валить"!

- Достань из моего мешка гранату, - процедил Фарин. - Медленно, Кос, медленно!

Тварь глухо заворчала, заскребла лапой по земле, перепахивая хвою и листву. Почуяла, что добыча начинает соображать, как делать ноги.

Я обратил внимание, как у меня дрожат руки, когда я расстегивал клапан горловины. Заставив себя отвлечься от происходящего, я сжал зубы и нашел округлый бок метательного снаряда. Так же медленно вытащил гранату, застегнул рюкзак, и свободной рукой зашарил по своим карманам. Ага, вот и спички. А как зажигать? Рука занята.

- Не могу, - прошипел я, - спичку зажечь.

Вампал стронулся с места. Он не делал больших шагов, а передвигался по чуть-чуть, словно играл с нами, зная, что никуда не денемся. Из пасти вырывался едва слышимый рокочущий звук, словно трактор тарахтит на холостом ходу.

- Болван! Положи гранату на рюкзак, - в голосе Фарина стали проскальзывать панические нотки, - потом зажги фитиль. Он тебя плохо видит, а мои движения примет за агрессию. Давай же, парень, шевелись!

- У тебя есть пушка, пара ударов сердца - и можно всадить ему хороший гостинец в рожу.

- Не успею, - процедил гном.

Я чиркнул серной головкой, боясь, что начнутся кинематографические приколы вроде ломающихся или отсыревших спичек. Нет, ярко вспыхнул огонь, завоняло серой и еще какой-то дрянью. Что они туда добавляют? Вампал резко вздернул голову, и я даю слово, что его зрачки забегали, выискивая источник запаха и того, кто его произвел. Блин, как же медленно горит фитиль!

Зверюга едва заметно ускорила движение, но не прекращая гипнотического сеанса. Что-то на тактику удава Каа похоже. Медленно скрадывает, усыпляя внимание. И вдруг из его пасти раздался стон, от которого мы покрылись ледяной коркой. Гном попятился назад, толкая меня. Пришлось тоже отступать спиной. Огонек нырнул под защитную крышку гранаты, я быстро произнес:

- Я вправо, ты - влево! Раз, два, три!

Смертоносный снаряд полетел навстречу вампалу, озадаченно закрутившему головой. Я прыгнул с тропы так, как никогда не прыгал. Щучкой, нырком - и сразу же перекатом под большой валун, удачно оказавшийся на моем пути. Только зажал голову руками, как на меня навалилось что-то тяжелое, да еще и по голове чем-то прилетело! Опять! И тут грохнуло! Неужели опоздал, и вампал, счастливо избежавший гранаты, сидит на моей тушке, готовясь разорвать плоть, чтобы добраться до теплой крови? Отчаянно матерясь, я задергался, делая попытки вырваться хоть на мгновение из удушающей хватки твари, и услышал голос Фарина:

- Да перестань ты ногами дрыгать! Все, кирдык вампалу!

- Фарин! - завопил я. - Сученыш мелкий! Я тебе куда сказал прыгать?

- Там болотина! А я не люблю мокрое! Себе-то небось правильное место выбрал!

Почувствовав, что гном слез с меня, я выпрямился и хотел высказать бородатому обиженному мальчишке, что о нем думаю, но вид крутящегося на месте мерзкого животного успокоил меня. Картечь перебила вампалу передние лапы, но не настолько, чтобы он не мог ходить. А вот морда была в крови. Тварь старательно терлась носом о взрыхленную взрывом землю, словно ее беспокоила чесотка. Ого! Неужели глаз выбило? Так и есть!

Вампал припал на перебитые лапы, взревел, как паровоз, и заковылял в нашем направлении. Вот же настырная тварь!

- Стреляй! - завопил я.

Фарин вскинул пушку, но выстрелить не успел. Серая тень вынырнула из тумана и мощно ударила вампала в бок. Зверь кувыркнулся и подставил под клыки Хвата светлую шерстку своего пуза. Хлестнула фонтаном кровь, вампал завизжал, заерзал на земле, но глэйв вгрызался во внутренности болотной твари со скоростью землепроходчика в метро, пока не вырвал той сердце.

Когда Хват закончил свою работу, он облизался, зачем-то потрогал тушу поверженной зверюги, по-человечьи хмыкнул и подошел к нам, метеля хвостом по земле. Я обхватил его за толстую шею и восторженно сжал ее в своих объятиях.

- Хват, братишка! Как же ты вовремя, а! Где наши? Веди к ним!

- Да подожди ты, - возмутился Фарин, - дай собрать вещи. Теперь-то чего бояться? Вампалы - одиночки, их территория тянется на много поприщ.

Хват гавкнул, словно поторапливал нас. Ему не терпелось покинуть место драки, так же, как и нам. Оставим тушку вампала на растерзание лесным жителям. Он это заслужил.


Продолжение читайте на https://zelluloza.ru/search/details/24808/. Приглашаю на свою страничку!