# Бронеход

Дмитрий Александрович Гуляев

ПРОИЗВОДСТВЕННЫЙ РОМАН В АЛЬТЕРНАТИВНЫХ ТОНАХ.


Раздался громкий скрежет и машина задергалась взад-вперед, будто припадочная. Водитель среагировал моментально, сказывался опыт. Он выжал педаль сцепления и затянул до щелчка рычаги тормозов. Потом убрал обороты радостно взревевшего мотора и выключил передачу. Сдвинув на лоб забрызганные грязью очки человек, затянутый в коричневую кожу шоферского костюма, поднялся с сиденья, заглушил двигатель и устало пошел по взрыхленной гусеницами земле к видневшимся неподалеку постройкам. Несуразный агрегат, состоявший из клепанной рамы с двигателем на гусеничном ходу, остался стоять на склоне, который он так и не смог преодолеть.

У входа в одно из зданий, явно производственного назначения, водителя дожидался пожилой мужчина с роскошной полуседой бородой. По его внешности было затруднительно определить, кто это. Испачканные в смазке руки выдавали в нем мастерового, но вот дорогой костюм и золотая цепочка часов говорила о купце либо промышленнике.

- Ну что, Леонид Николаевич?

Водитель только уныло махнул рукой:

- Главная передача.

- Опять?

- Опять. Шестерни просто не рассчитаны на такую нагрузку. Вот и летят зубья. И заменить сломанную передачу нам нечем, эта была последняя из запасных. Разве что... - Он плотоядно посмотрел на стоявший неподалеку грузовик, возле которого возились двое солдат. Но чуть подумав, отрицательно покачал головой, отвечая самому себе. Разукомплектовывать рабочую машину ради пары шестерен не стоит.


- Порфирий Федорович, может Вы все же сможете нарезать такие шестеренки?

- Увы, Леонид Николаевич, не раньше, чем через полгода. Именно столько нам придется ждать. Напрямую купить станок не получилось, англичане ни в какую не хотели продавать. Пришлось придумывать хитрую комбинацию с несколькими посредниками. А это не только лишние затраты, но и время. Был бы отец жив, он бы что-нибудь придумал, а я все-таки больше купец, чем изобретатель. Может Вы, по казенной линии попробуете выписать?

- По казенной линии я те же самые полгода буду объяснять чинушам, что мне нужно. А потом, вместо зуборезного станка Мосли для нас, они закупят вагон розового шампанского для генерал-инспектора.

- А из Риги нельзя заказать?

- Если очень постараться, то из Рижского завода можно выбить те шестеренки, которые они выпускают для автомобилей. Нам они не подходят, слишком слабые. Надо что-то другое придумать.

- Вот здесь я Вам не помощник, придумывание не по моей части. Но как придумаете, сделаем, если это возможно. Прямозубых шестерен Вам нарежем сколько душе угодно.

- Ну, что ж, будем придумывать. И позвольте еще раз Вас поблагодарить за помощь...

- Пустое, Леонид Николаевич! Я ведь не только купец, но и русский человек, а нам, православным, положено на добро добром отвечать. Откуда в нашу семью богатство пришло, я помню, да и отец перед смертью наказывал, Вам во всем помогать. Так что не сомневайтесь, все от меня и моего завода потребное, Вы всегда получите. Да и корысть моя купеческая нисколько не страдает - Порфирий Федорович улыбнулся. - Сотрудничество с грамотным инженером может только пользу для дела принести. А то что у Вас неудачи, так это нормально, ни одно новое дело без неудач не обходится. Главное не расстраиваться и тогда все получится!

***

То, что Леонид Николаевич Гобято что-то изобретает, первой заметила его жена. Капитан временами замирал и выпадал из реальности. Умная женщина не стала попрекать своего супруга, когда он посреди семейного обеда вдруг застыл, не донеся ложку до рта. Все с ним ясно - какая-то идея в голову пришла. Ничего страшного, изобретет, что ему надо и снова станет нормальным человеком, не в первый раз такое происходит. А Леониду Николаевичу пришла в голову мысль - Если мы не можем изготовить необходимые нам шестерни, то может попробовать без них обойтись? Если повернуть мотор поперек хода, то и конусные передачи не потребуются! Бросив салфетку, капитан поспешил в кабинет к чертежной доске. Спустя двое суток, он уже протягивал Порфирию Блинову спецификацию на шестерни.

- Сделаете?

- Сделаем.

- Отлично, тогда я поеду в Нижний, литье заказывать.

Моторное отделение, спроектированное Гобято, получилось на удивление компактным.


Рассчитанные с большим запасом шестерни более не подводили изобретателя, машина бегала шустро, несмотря на солидный балласт, который изображал будущую полезную нагрузку. По новому спроектированная трансмиссия, с двумя дополнительными конусами сцепления, давала отличную маневренность, почти, как у парового трактора. Можно было, наконец, переходить к следующему этапу проектирования, а именно к установке на шасси той самой полезной нагрузки.


Однако, когда Гобято показал чертежи своему другу и сослуживцу, штабс-капитану Карбышеву, тот их раскритиковал.

- Леонид Николаевич, установка пушки на тумбовом станке потребует амбразуры очень большого размера. Мы, в проектах новой долговременной фортификации от такого станка отказались и сейчас разрабатываем свой. Вот, посмотрите.

- А у Вас не слишком слабая конструкция получается? - Усомнился Гобято рассматривая чертеж.

- Ни в коей мере! У новой полковой пушки очень мягкий откат. Да Вы сами посчитайте, 6,4кг снаряд, 380м/с начальная скорость. При этом длина отката - метр.

Спроектировать новый лафет артиллерист и инженер Гобято вполне мог. Однако у него были большие сомнения, смогут ли мастерские полигона изготовить точную механику.


Но, ничего, справились. И спустя какое-то время по Нижегородскому Артиллерийскому Полигону с лязгом и скрипом передвигалось конструкция, для которой её создатели использовали название, придуманное еще Менделеевым - "Бронеход"


Спустя некоторое время была создана опытовая батарея из четырех машин. Она и приняла участие в так называемом "Польском походе" Российской Армии. Отчет о единственном случае боевого применения бронеходов заставил изобретателя схватиться за голову - столько в нем перечислялось недостатков. Но, взялся за гуж - не говори, что не дюж! И Леонид Николаевич Гобято начал проектировать новую модель бронехода. Но это уже совсем другая история.