А разве бывают глаза темнее ночи? Разве может в них клубиться вековая тьма? Разве могут они быть похожи на ветер? Оказывается да, может. Может быть еще и не такое. Может быть еще страшнее. А может и не быть. Вообще не быть. В них может плескаться ненависть напополам с любовью, разум с безумием, мир с вакумом. В них рождается и умирает песня, ради них совершают подвиги, от них сходят с ума. Они бывают любимыми и ненавистными, умными и не очень.... И все это - глаза. Такие разные и такие похожие. А еще бывают глаза холоднее льда. Холоднее и беспощадней любой глыбы, любой преграды. Они никогда не обманут, не предадут; и лишь холод и сталь будут отражать эти два зеркала души... вечно....
У Алекса были именно такие глаза. Холодные и пустые. С самого рождения он смотрел ими на окружающий мир, и окружающий мир отвечал ему тем же, без упрека смотря на него. Он мог улыбаться самой теплой из своих улыбок, мог обижаться, мог негодовать, но глаза всегда отражали только одно: холод и лед. Он всегда старался быть душой компании, ничем не отличаться от остальных ребят, и это ему почти удавалось. Но если кто-то смотрел ему в глаза, его окутывали холод и лед. Ему даже кличку соответствующую дали: Айс. Хотя он ей вовсе не подходил. Он для нее был совершенно чужой. Веселый, заводной, остроумный... и только глаза отличали его.
Даже мать иногда боялась его взгляда. Ей он всегда казался острым и колючим. Как у волчонка. Хотя она старалась этого не показывать. Но что было, то было. Редкие встречные прохожие, встретив его взгляд, отшатывались от него как от зачумленного. И сегодня также. Он уже хотел повернуть домой, когда увидел одинокую фигурку, склонившуюся над рекой. Фигурка была девичьей. Это было видно в плавном движении руки, скользящем наклоне головы, в мягких изящных формах. Он подошел и присел рядом. Некоторое время они молчали, а затем девушка не поднимая головы, сказала:
- В это время речка всегда красивая. Она как будто оживает. Кажется мудрой и неторопливой тетушкой, с которой всегда можно побеседовать. У нее есть своя душа.
- И какая же? - Алекс и сам не знал, что подтолкнуло его задать этот вопрос. Девушка подняла голову и внимательно посмотрела на него.
- Тебе это действительно интересно?
Алекс кивнул и понял, что это правда.
- Она хрустальная. Знаешь, такого чистого прозрачного хрусталя, который редко где встретишь. Это даже в имени ее отразилось. В именах многое что отражается, но это должно быть имя, которое дано намного позже после рождения. Знаешь, как ее зовут?.. Перекличка. Старики ее так называют. А знаешь почему?.. Потому что они верят, что она перекликается с другими реками, с другими мирами, с другими временами. Вот у тебя есть такое имя?
- Да. Меня зовут Айс.
Девушка внимательно посмотрела на него и сказала:
- Оно тебе не подходит. Ты не такой. Ты добрый, отзывчивый. Не бери в голову. Глаза лишь ЗЕРКАЛО души, не более. Зеркало, оно всегда пусто. Ты должен это знать лучше меня.
Девушка встала и, не прощаясь, пошла вдоль по набережной. А Алекс остался сидеть и думать. Странная девушка. Странный разговор. Но она в сущности права. Зеркало всегда остается лишь зеркалом, и не более.
Ветер метался по набережной, разбрасывая осеннюю листву. Редкие прохожие спешили домой. И лишь вопрос так и остался вопросом. А разве бывают глаза холоднее льда?