# Завещание мученика

Аноним Горизонт

Опубликовано в сборниках: "Перекрестки забытых снов" Издательство YAM Publishing; "Сказки для не самых маленьких" и "Сбитый ангел" Издательство Altaspera

Язычники напали на проповедника, когда он двигался по лесной тропе по направлению к городу. Он всегда был в пути, лишь ненадолго останавливаясь в очередном городе или деревеньке, чтобы донести людям свое откровение. Многие смеялись над ним, бросали в него тухлые овощи и фрукты, насмехались, плевали в лицо. Но проповедник никогда не обращал на это внимание, как будто не замечал. Он стремился рассказать о своем открытии как можно большему числу людей, совершенно не заботясь о своем здоровье и состоянии.

Изредка попадались и такие, которые смягчали свой взгляд и даже стыдливо утирали накатившую слезу. Но они не смели пойти против толпы и потому, пряча глаза, уходили прочь.

Его притащили в небольшую деревеньку, располагавшуюся в глубине густого леса, на широкой поляне, возле ручья.

- Посмотрите на него, вот это чучело! - кричали дети, показывая на него пальцами.

И действительно, одетый во вретища и обноски, внешний вид проповедника напоминал нищего бродягу. И только живой, пристальный взгляд, наполнявший его ясные глаза, чем-то таким, невообразимо притягательным, свидетельствовал о незаурядности и яркости его личности.

- Мы привели еще одного проповедника, - сказали его похитители, швырнув этого человека под ноги вождя.

- Каких богов ты проповедуешь? - спросил суровый повелитель.

Лицо предводителя, казалось, было лишено всяких эмоций. Он смотрел холодным бесстрастным взглядом, как будто сквозь тело, распластанного внизу проповедника.

- Я не проповедую никаких богов. И не вижу в том никакого смысла. Все эти боги итак у вас уже есть. Я проповедую свою веру.

- В чем же заключается твоя вера?

- В том, чтобы сделать человека свободным.

- А ты спрашивал у них, - вождь сделал рукой широкий жест, описав полукруг, очерчивающий собравшуюся толпу:

- Хотят ли они твоей свободы? Твои речи опасны, они могут разложить мой народ. Если же мои люди откажутся повиноваться мне, то как же я буду ими управлять? Ты заслуживаешь смерти, но если отречешься от своей ужасной веры, то клянусь и даю тебе слово вождя, я отпущу тебя.

- Я никогда не отрекусь от своей веры.

- Тогда ты умрешь в страшных муках.

Вождь махнул рукой, и пленника потащили к сколоченной из толстых деревянных прутьев клетке. Ее подняли над землей, с помощью каната, перекинутого через ветвь огромного дерева.

Так он стал мучеником. Днем его опаляло яркое солнце, ночью он мерз от холода, иногда, проливные дожди часами поливали изможденное тело. Но мученик не сдавался. Он понимал, что вскоре погибнет, но был тверд в своей вере.

Казалось, все забыли о нем, он просто превратился для жителей деревни в предмет интерьера в этой, подвешенной на дереве клетки. Лишь один юноша украдкой поглядывал на него, не решаясь подойти.

Как-то ночью, когда вся деревня погрузилась в глубокий сон, парнишка все же приблизился к мученику и спросил:

- Почему ты не отречешься от своей веры? Наш вождь верен своему слову, он точно отпустит тебя, поверь мне. Я предоставлю тебе свою хижину, пока ты не окрепнешь, а затем, провожу к ближайшему городу.

- Я никогда не отрекусь от своей веры, потому что она подарила мне свободу.

- Свободу?! - удивился юноша.

- Но ведь ты сейчас заключен в эту клетку, ты скоро умрешь, где же эта свобода?

И тогда мученик спросил:

- Ты умеешь писать?

- Да, мы пишем красной краской на шкурах диких зверей, на которых охотимся.

- Принеси эту шкуру и напиши, что я тебе скажу. Я оставлю тебе свое завещание. Ты не похож на других, ты напоминаешь мне самого меня в юности. Когда-то, вот так же, в похожей ситуации, другой мученик оставил мне это завещание. Ты будешь перечитывать его снова и снова, пока не станешь готов.

- Готов? Но к чему?

- Это ты сам тогда поймешь.

Юноша принес шкуру и краску и, окуная в нее палочку, старательно выводил буквы, записывая завещание мученика.

Он рассказал ему о том, что такое настоящая свобода, которую не может удержать ни одна темница в мире. О том, что человек может быть счастлив, даже если его заточили в самое глубокое подземелье. О том, что боль проходит, если ты думаешь не о ней, а о своем предназначении.

- Если ты станешь свободным, то никогда больше не будешь страдать. Да, твое тело будет испытывать побои, голод и холод, тебя будут оскорблять и унижать. Но все это не будет иметь никакого значения для тебя, потому что ты станешь другим. Ты будешь наслаждаться этим чувством. А потом, в один прекрасный день, отправишься, как и я, в свой последний путь, чтобы рассказать об этом всему миру. Потому что та сила, что заключена в свободе, не даст тебе усидеть на месте.

На следующий день мученик умер. Парень вытащил его из клетки и закопал далеко в лесу, надвинув сверху тяжелый камень. Своей краской он написал на нем: "Тут лежит мученик, погибший за свою веру. Он умер свободным человеком".

А потом, он вернулся в свою деревню и каждый вечер перечитывал завещание мученика. Каждый раз, когда он читал эти строки о свободе, о том, что люди могут быть счастливыми даже в самых тяжелых ситуациях, что-то приятное охватывало его сердце. И он улыбался, наслаждаясь этим странным, доселе неведомым ему переживанием.

Однажды, не в силах больше сдерживать себя, он вышел на собрании и перед лицом вождя заявил:

- Люди, тот человек, который рассказывал о своей вере был прав. Теперь я знаю, в чем она заключается. Я хочу рассказать всем вам, что такое настоящая свобода...

- Этот мерзавец осквернил твой разум своими речами, он ослепил и отравил тебя этим ядом. Нужно было отрезать ему язык. Ты произносишь непотребные слова, за которые можешь быть подвергнут ужасным наказаниям, остановись пока не поздно, - прогремел суровый голос вождя.

- Я не боюсь смерти, все мои страхи остались там, - он показал рукой на лес.

- Там, в могиле мученика, я закопал их вместе с его телом. Теперь никто не может меня ничем напугать, - сказал он, широко улыбнувшись, осветив присутствующих своим новым, необыкновенно ясным взором.

- Я бы приказал и тебя посадить в ту же клетку. Но, ты принадлежишь нашему народу. Поэтому, я просто изгоняю тебя из нашего племени. Убирайся и больше никогда не приходи. Отныне ты изгой, неприкосновенный, никто не имеет права разговаривать с тобой, чтобы и ему не оскверниться от твоих лживых бредней. Вон из нашей земли, мы сожжем твою хижину и все что тебе принадлежало. Больше никто никогда не будет жить на ее месте.

Проповедник развернулся и зашагал к ближайшему городу. Он унес с собой только завещание. Теперь оно уже не было написано на потертой шкуре красными красками. Она сгорела вместе с остальными вещами нового проповедника. Завещание было выгравировано на его сердце. Он знал его наизусть. И еще, ему открылось много нового, доселе неизведанного. Когда он произносил свои речи перед толпами зевак на улицах городов и деревень, то слова сами находили себя и приходили откуда-то из глубины, из какой-то дивной сокровищницы драгоценных знаний, дверь в которую открыло ему завещание мученика.