# Экспонаты

Олег Вячеславович Горбачев

Рассказ написан специально для конкурса СССР-2061

Происходящее вокруг менялось с головокружительной быстротой. Мысли путались. Единственное желание - закрыть глаза, заткнуть уши, спрятаться под одеялом. Только бы быстрее все закончилось. Бежать, не выбирая дороги. Я бы так и сделал, но ватные ноги не слушаются, а может я просто забыл, как двигаться. Страшно по крупицам терять разум и понимать это. Пульсируя в висках, медленно продирается в голову первозданный ужас.

Человек ко всему привыкает. Скорей всего, можно привыкнуть и к сумасшествию. Ловлю себя на том, что безумная какофония вокруг замедляется, и я замечаю урывки отдельных картин и сцен. Языки пламени на стенах пещеры вспыхнули и исчезли, слизав массивную фигуру Толика Мягкова. По своду пещеры промелькнул силуэт огромного змея. Справа, сливаясь в пронзительный вой, заработал реактивный автомат, потолок пещеры расцвел огненной дорожкой разрывающихся снарядов. Скафандр впереди идущего Звягенцева разорвало, разметав кровавые ошметки. Брызги крови ударили в стекло шлема и тут же вскипели. Тыльной стороной перчатки пытаюсь стереть кровь, размазывая грязные разводы. Только теперь надрывно взревела тревожная сирена скафандра. Ничего не соображая, падаю на четвереньки и ползу, не разбирая дороги. Только бы убраться отсюда. Куда угодно, только не остаться здесь.

Левая рука, правое колено. Правая рука, левое колено. Такая правильная последовательность. Хватаюсь за эту мысль, как утопающий за спасательный круг. Проходит целая вечность, и я понимаю - оцепенение отпускает и разум возвращается.

Что произошло? Почему я бросил снаряжение и ползу прочь? Я не трус и не паникер. Слабонервные не работают в космосе. Я же сохранил самообладание там, на Европе, когда рванул реактор и после разгерметизации станции, пришлось делить один дыхательный патрон на восьмерых, пока не прибыли спасатели. Именно четкое соблюдение инструкции по выживанию позволило тогда сохранить команду. Почему же я как баран ползу, не зная куда?

Я остановился. Сел и попытался трезво обдумать произошедшее.

Автоматическая строительная верфь наткнулась на полость в верхней толще марсианской коры. По протоколу безопасности она приостановила роботы и послала вызов контролеру. Наша группа прибыла в недостроенный купол исследовать найденную пещеру.

От раскладывания событий по полочкам пришло долгожданное успокоение, и даже индикаторы уровень адреналина и сердцебиения, на экране шлема вернулись в зеленый сектор. Что ж. Продолжу.

Мы спустились в этот злосчастный купол. Ничего необычного. Стандартный подповерхностный двухъярусник, почти полностью достроенный купол класса В. Генераторы работают, жизнеобеспечение запущено. Автоматические продовольственные фермы выращивают зелень. Даже по центральной улочке запущен водоем и высажены кустарники с деревьями. Людей, понятно, пока нет. Зачем бы нас тогда вызывали? В куполе шастают только строительные боты, выполняя свои программы. В четвёртый сектор зашли в скафандрах. Там, у дальней стены застыла громада строительной верфи. Кирилл и Лариса остались в недостроенном секторе. Я и ещё четверо наших, через шлюз верфи, вошли в пещеру. Поначалу всё было штатно, пока мы не добрались до радужной комнаты. Тут это и произошло...

Что случилось, вспомнить не получалось. Или не было слов описать произошедшее. Что же меня напугало? Мысль вертелась где-то рядом и ускальзывала каждый раз, когда казалось, что я вот-вот пойму что-то важное. Ещё в голове назойливой мухой засела липкое отвращение к самому себе. Почему я сбежал? Похожее чувство было после выпускного теста на самообладание. Там, в виртуальном симуляторе, нас помещали в неординарную, шокирующую ситуацию, на которую у студентов не могло быть готовой реакции. Поначалу каждый реагировал по-своему, в зависимости от характера. Кто-то впадал в неуправляемую ярость, кто-то бежал. Мой друг Денис, проявил небывалую гиперактивность, рождая массу идей и тут же пытаясь их проработать. Я, к моему сожалению, тогда впал в ступор. И вот сейчас похожая реакция. Я опять напуган и не знаю что делать. Как стыдно.

Сжав зуды до скрипа, я резким движением вытащил из подсумка карабин с пиропатроном. Легкий хлопок и он зарылся в грунт, оставив на поверхности кольцо крепления. Зацепив за него конец шнура страховочной лебедки скафандра, так же на четвереньках ползу назад в радужную комнату.

Левая рука, правое колено. Правая рука, левое колено. Что там было? Временное помутнение рассудка или такая обстановка, которую не может постичь человеческое сознание? Разберемся позже. Главное вытащить ребят!

Левая рука, правое колено. Правая рука, левое колено. Так приятно иметь простой, понятный план. Он как фундамент держит сознание, не давая ему скатиться ни в бездну безумия, ни в объятья липкого страха и паники.

Вот и зыбкое, блеклое марево впереди. Серые язычки тянутся к шлему. Я отпрянул, ощутив касания первобытного страха и укол безумия. Но в следующее мгновение заставил себя погрузить голову в скользкие объятья нечто иного, чуждого человеку.

Левая рука, правое колено, правая рука, левое колено - вот единственная путеводная нить разума, ведущая сознание во мраке смертельной тоски.

Простой план - вытащить ребят одного за другим с помощью лебедки уже не кажется таким гениальным. Ожил радио-эфир и я, в безумном страхе, ору в такт своим товарищам.

Левая рука, правое колено. Правая рука, левое колено. Хочется бежать назад. Я знаю - там позади спокойно и тихо. Это уже не то, первое безумие, но основа зайти сюда я не смогу. Нужно зацепить ребят с первого раза.

Левая рука, правое колено. Правая рука, левое колено. Мой шлем уперся в белый скафандр, распростертый на полу. На спине светящаяся цифра тридцать семь. Кто это? Не помню. Рука сама тянется к карабину лебедки и цепляет его за страховочное кольцо. Переползаю через бесчувственное тело и продвигаюсь дальше.

Слышу свой собственный хрип и рычание. В пугающих звуках угадываются слова, как молитва, как заклинание - левая рука, правое колено, правая рука, левое колено. Вот еще один скафандр. Тело лежит на спине, в руках автомат, палец несчастного продолжает нажимать спусковой крючок, только выстрелов не слышно. Цепляю его спас-карабин на кольцо. Заглядываю в стекло шлема. Его внутренняя сторона заплевана, но и сквозь грязное стекло видно расширенные от ужаса голубые глаза Игоря Рудника. Он как рыба, выброшенная на берег, с последних сил открывает рот и в такт этому, в динамиках шлема, раздается душераздирающий крик.

Левая рука, правое колено. Правая рука, левое колено. В какой-то момент я провалился в спасительную черноту забытья. Когда с болью и страхом сознание вернулось, на моем спасательном кольце болтались четыре карабина. Из последних сил я запустил лебедку. Шнур дернуло и меня поволокло. Я перестал бормотать спасительное заклинание, но в голове продолжала вертеться фраза - левая рука, правое колено, правая рука, левое колено. Лебедка тащила нас, а я безумно хохотал, временами переходя на рыдания и всхлипывания.

Неожиданно всё закончилось. Осталась только звенящая пустота в голове, да боль в охрипшем горле. Я посмотрел в сторону радужной комнаты. Там из мутного марева выплывали скафандры моих товарищей, скованные воедино крепким спасательным шнуром. В динамиках шлема один за другим проступали голоса друзей. Тихо плакал Толик, продолжая шептать молитву. Игорь хрипло матерился. Денис все так же безумно орал. Только Диму Звягенцева не было слышно - шнур тянул его обезглавленный скафандр.

Мы сидели на полу такого же коридора-пещеры как и с той стороны - за радужной комнатой. Все замолчали, переводя дух и осматриваясь. Лучи фонарей скользили по стенам, потолку и растворялись во мраке уходящего вглубь коридора. От радужной комнаты исходило мерное, блеклое свечение. И еще ужас пережитого. Не сговариваясь, старались не смотреть в ту сторону.

- Что это было? - заговорил первым Денис.

- Ад! - загробным голосом ответил Толик.

- Внеземной корабль, - возразил Игорь.

- Нет, это какая-то природная аномалия, - высказал свое предположение я.

В следующее мгновение говорили все и одновременно, стараясь перекричать остальных. Из возбужденных криков стало ясно, что виденное в радужной комнате у всех разнилось. Только ощущение ужаса и паники оказалось общим. Перед нами была настоящая загадка, одна из тех, ради которых люди рвутся в космос. Первым ступить на неизведанную планету и раскрыть все тайны мироздания. Своими глазами увидеть, что прячет Европа под виковыми льдами, погулять по пустыням Марса и покопаться в его недрах. Нам было слишком тесно на Земле, там не осталось достойных тайн. И вот ОНА - загадка вселенского масштаба, но только коленки предательски дрожат, а внутренний голос шепчет - спасайся, беги...

Попытались связаться с ребятами в куполе - тишина. База тоже молчит. Связи с серверами и ретрансляторами нет. Видать радужная комната не пропускает радиоволны, а толща марсианской породы экранирует сигнал над нами. Возвращаться через радужную комнату никто не пожелал. Решили идти дальше по коридору. Поищем другой выход.

Денис достал из подсумка кокон бота и, положив его перед собой, принялся за программирование. Судя по тому, что из серебристого корпуса выдвинулось множество маленьких манипуляторов, Денис создает бота-термита. Не прошло и пяти минут, а 'Термит' Дениса, словно огромная сороконожка, вскарабкался по стене к своду и тут же вгрызся в породу. Правильно, пусть пока роет путь наверх. Мы с Игорем тоже достали коконы и по-быстрому собрали ботов-исследователей на колёсном ходу. Наговорив голосовое послание ребятам в куполе, и запрограммировав бота, я отправил робота в радужную комнату. Безрезультатно. Выждав пару часов, решили отправить второго бота. Но теперь подстраховались, прицепив к роботу шнур. Ещё спустя час, за страховочный шнур вытащили второго бота.

Внутри радужной комнаты закипали не только мозги, но и глючила вычислительная техника. Всё что удалось получить от вернувшегося бота - это список аварийных сообщений в лог-файле: сбой системы ориентации, сбой внешних датчиков. Дальше процессор бота завис. Выйдя из аномальной комнаты, бот перезапустил систему и исправно продолжил работать. Такую же свистопляску зафиксировали бортовые процессоры скафандров. Ни видео, ни звуковой ряд не был записан. Удивительно, как там продолжала работать рация? Или мне только казалась, что она работает, а на самом деле я слышал свой собственный крик.

Решили не ждать, пока 'Термит' пророет проход на поверхность, а отправиться исследовать пещеру. Сцепив наши страховочные шнуры, мы как альпинисты в связке пошли в неизведанную темень. Наученные горьким опытом, теперь шли на расстоянии тридцати метров друг от друга. Тело нашего товарища Звягенцева и роющийся бот-термит остались позади. Продвигались молча, лишь Денис временами вызывал базу, в надежде, что сигнал каким-то чудом пробьет залежи оксидов железа.

Было в пещере что-то зловещее, чуждое. Свет фонаря выхватывал гладкую вязь на стенах. Что это? То ли стены пещеры так затейливо отполированы древними водами Марса, то ли эти рисунки искусного происхождения? Извилистый коридор напоминал кишечник чудовищного размера змея. Через определенные промежутки он менял направление то влево, то вправо. А если долго всматриваться в замысловатые извилины на стенах, то сознание через время начинает плыть, будто ты находишься на грани между сном и пробуждением. В очередной раз, чуть не споткнувшись и едва удержавшись на ногах, я перестал разглядывать стены.

Спустя пару часов пути, наша дружная компания остановилась перед такой же радужной комнатой, как мы оставили позади. Такое же светящееся марево впереди и знакомый неприятный холодок по спине. Не сговариваясь, развернулись и пошли в обратный путь. Лучше лишних часов пять посидеть возле работающего бота-термита, чем снова войти в этот ад.

Обратный путь миновал быстрей. Дорогой вперед все обдумывали произошедшее, разглядывали пещеру. Обратным путем говорили не умолкая.

- Это рукотворное строение, - доказывал нам Игорь, - посудите сами - ритмично извивающийся коридор, влияющие на сознание комнаты.

- А заметили, как рисунок на стенах гипнотизирует? - поддержал Игоря я.

- Кем сотворенное? - возражал Денис, - где вы на Марсе видели следы древних цивилизаций? Перед нами естественное образование.

- Как хотите ребята, - буркнул Толик, - но я больше, ни ногой в эти комнаты. Лучше в аналитики подамся. Сидишь себе в безопасности, виртуальные модели изучаешь...

Все замолчали, не зная чем крыть.

Я всегда считал работу оперативника более интересной и увлекательной, но теперь пятой точкой чувствую, как во мне что-то надломилось, или перегорел какой-то предохранитель храбрости.

Через расчетное время бот-термит выбрался на поверхность и включил свой ретранслятор. Связи с базой всё ещё нет! Навигационные спутники тоже молчат. Нахлынувшая паника сменилась деятельной активностью. Мы проверили массу теорий и предположений. Начиная от повреждения навигационных приемников и передатчиков дальней связи, до совсем фантастических - что нас перенесло на другую планету или в другую часть Марса.

Бот передал видеоряд с поверхности, и мы сопоставили ландшафт с архивными данными. Наша группа на Марсе и всё ещё во впадине Эллада. Тестирование радиооборудования ничего не дало. Тест по завороту прошёл, и система самоконтроля ошибок не выдавала, но веры им не было, мало ли что могло произойти с процессорной техникой после пережитого в аномальной комнате.

Через некоторое время, после ряда экспериментов и откровенного шаманства, Денису удалось поймать слабенький кодированный радиосигнал. Запрограммировав одного из ботов в 'Странника', мы отправили его в сторону источника радиосигнала. Он, выбравшись на поверхность, выдвинул две длинные, пружинистые опоры и гигантскими прыжками помчался к источнику сигнала. Тем временем, запустили оставшихся ботов, расширять проем в своде пещеры. Мы уже не исключали вариант, при котором придется выбираться на поверхность и идти к куполу пешком. Без нормально работающей навигационной системы ботам самостоятельно не отыскать вход в купол.

'Странник' выбравшись на возвышенность, зафиксировал другие слабые радиосигналы. Расстояние до первого источника сигнала было самым коротким, поэтому направление движения бота решили не менять.

Под проходом наружу скопилась приличная горка породы. Игорь вскарабкался на нее и принялся ручным резаком расширять отверстие, помогая ботам. А мы растаскивали породу по пещере.

Игорь поднялся наверх первым. Родное Солнышко уже спряталось за горизонт, поэтому на поверхности пришлось разойтись в цепь, и так - 'на ощупь' - искать вход в купол.

Как всё-таки люди быстро привыкают ко всевозможным гаджетам. Стоит лишиться спутниковой навигации, и ты как слепой. Побродив в потемках несколько часов и ничего не обнаружив, мы сдались. Решив, что утро вечера мудреней, постановили отложить поиски до утра. Сбившись в кучку, мы уснули прямо под звездным небом. Жизнеобеспечения скафандров хватит ещё на пару суток, так, что пока время есть.

Утро принесло новые разочарования. Вход в купол мы так и не нашли. Зато 'Странник' добрался до источника сигнала. Каждый смотрел в бортовой экран на изображение транслируемое ботом и тихо переваривал увиденное.

На экране легендарный марсоход 'Фобос-18' бурил грунт. Не узнать его было невозможно. Макет этого марсохода стоял в нашей общаге и каждый студент перед экзаменами поглаживал его панцирь на удачу, от чего его корпус отполировался до блеска.

Голова закружилась, к горлу подступил ком. Это что же получается? 'Фобос-18' отправился к Марсу в 2018 году. Так что? Сейчас 2018-й?

Денис уселся в рыжую пыль, обхватил шлем руками и, раскачиваясь, принялся подвывать. Толик расхаживал как тигр в клетке, прихлопывая себя по бедрам и бормоча: - этого не может быть. Должно быть логическое объяснение. Нет, это какая-то шутка. Так не бывает...

Игорь, не говоря не слова, побрел к пролому в пещеру.

Я побежал за ним.

- Игорь, ты куда? Что же теперь делать?

Я пытался остановить его, хватая за руку, но Игорь только дергал плечом и продолжал идти.

Я повалил его на песок и развернул лицом к себе. Игорь плакал. Слезы текли по щекам, а губы он искусал до крови.

- Женя, Женёк, ты же все понял, - давил слёзы в голосе Игорь, - мы все мертвецы! Жить нам осталось пару дней! Мы умерли в тот миг, как только зашли в этот проклятый туннель!

- Перестань Игорёк, выкарабкаемся. И не с такого дерьма выбирались.

- Это конец, Женёк. А ведь мы ещё не жили. Мне всего двадцать пять, а уже ничего больше не будет. Осталось только лечь и подохнуть на этой проклятой планете.

- Давай думать логически, - я уселся радом с Игорем, - похоже, аномалия в пещере перекинула нас в прошлое и на дворе восемнадцатый год.

Игорь обреченно кивнул.

Как это произошло, никто не понимал, но сложив дважды два, все пришли к одинаковым выводам. Денис и Толик медленно подошли к нам, присоединяясь к беседе.

- Можно связаться с предками и попросить помощи, - предложил Денис.

- При нынешних технологиях, пока к нам доберется корабль с Земли, мы уже все передохнем, - возразил Игорь.

- Тогда может, попросим наших предков, предупредить своих потомков из 2061 года, чтобы они не входили в найденную пещеру во впадине Эллада, - не успокаивался Денис, - подсластим сообщение технологиями из будущего. Так сказать остановим себя из прошлого. Не войдем в пещеру и не окажемся здесь.

- Тупой план, - буркнул Игорь, - Деня, ты фантастики в детстве перечитал. Такая возможность нарушает все законы физики, и причинно следственную связь в частности.

- То, что мы оказались в прошлом, само по себе нарушает все законы, - огрызнулся Денис.

- Да... Это точно - фантастика, - поддержал Деню я, и мы принялись обсуждать детали плана.

Решили загнать 'Странник' в отправляемый контейнер для минералов масохода и таким образом послать весточку предкам. В память бота слили всю имеющуюся документацию и софт из персональных процессоров скафандров. Набралась знатная посылка. Чего только стояли конспекты Толика по освоению космоса. Три вида реакторов холодного ядерного синтеза, робототехнические продовольственные фермы и производства, пространственные и пустотные двигатели, оптопроцессоры и программирование... Когда вся техническая информация была залита, мы подготовили голосовое обращение к предкам и запрограммировали последовательность действий для бота.

Ребята воодушевленно готовили посылку, только Игорёк сидел мрачнее тучи.

- Ничего не получится, - злорадно произнес Игорь, когда мы закончили программировать бот.

- Думаешь, не долетит? - нахмурился Денис.

- Долетит. Еще как долетит, - передразнил Деню Игорь, - только нас никто не спасет.

- Почему? - по-детски возмутился Деня.

- Да потому что там, в шестьдесят первом, и так всё знали и погнали нас как скотину на убой.

- О чем ты, Игорек? - я положил руку на плечо друга.

Он дернулся, сбрасывая руку.

- Женя, Женечка! Наш правильный Женька. Герой! Всех вытащил из дерьма. Ты или тупой или претворяешься? Вы все тупые?

Мы молчали. А что делать, если у человека истерика?

- Прыгают, радуются - мы предкам поможем, они нам помогут, - продолжал юродничать Игорь. - Да вы вспомните историю после восемнадцатого года. Все страны из одного кризиса да в другой, а Россия, что ни год так новое научное открытие. Энергетический кризис? Нате вам дешевую энергию холодного синтеза. Продовольственный кризис? По всей стране строятся автономные фермы. Кто впереди планеты всей попер осваивать космос?

- И что тут плохого? - не понял я.

- А то, что за всеми открытиями стояла инициативная группа из Роскосмоса. Ах, какие гениальные ученые. Это они скупали все производства. Самые богатые люди мира. Меценаты и добродетели, ввели в стране бесплатное соцобеспечение гражданам, легко обошли демократов на выборах. Страна и так уже принадлежала им с потрохами. Осталось только провозгласить социализм и подарить свои предприятия государству. Я их понимаю. Почему бы не войти в историю благодетелями человечества, людьми кто взрастил Новый Союз Социалистических Республик. Только не такие белые и пушистые роскосмовцы. Наши жизни они положили в угоду своих амбиций. Это мы с вами подарили миру благополучие, а память о нас стёрли. Списали в утиль. Нас же специально собрали и отправили в эту пещеру. Я даже не удивлюсь, если наши благодетели намерено в общагу 'Фобос-18' поставили. Чтобы когда курьеры попадут в прошлое, долго не гадали, в каком году оказались...

Игорь закончил тираду и снова сел в рыжую пыль, уперев шлем в согнутые колени.

- Да, обидно, - согласился Толик, - нет, я ради Союза и всего человечества всё равно пошел бы сюда. Сказали бы честно - так мол и так, надо. Но зачем же так подло?

- Разнылись, обидели их, видите ли, - проговорил Денис, - так, что? Снимать с марсохода бот?

- Да, чё, уж там. Пусть летит, - сдался Игорёк.

Не сговариваясь, побрели в пещеру. Хотелось какой-то защищенности, крыши над головой, а может мы просто привыкли к закрытым пространствам.

В ожидании смерти время летит быстро. Я не мог заставить себя отвести взгляд от счетчика времени. На внутреннем экране шлема с головокружительной быстротой таяли минуты. Ребята пытались шутить, вспоминая студенческие годы. Я витал в мире грёз, представляя, как из марева радужной комнаты появляется оранжевый скафандр спасателей, а мы бежим на встречу, выкрикивая, что знали - помощь прейдет. Я посмотрел на ребят. Это наверно подло и дико, но я рад, что они здесь, со мной. Одному умирать страшно, а в компании даже густится веселей. Я вывил личные фотки на экран - посмотреть на лица дорогих мне людей, места, где довелось побывать. Вот наш выпускной - жаль, что ничего не вышло со Светкой. А это я верхом на маленьком астероиде в открытом космосе. Опять Светка - хороша! А это мы на международных соревнованиях по выживанию. У всех на комбинезонах нашивка 'Союз-Космос. СССР' и эмблема нашей команды с изображением, где аист пытается проглотить смешного лягушонка, который в отчаянной попытке выжить вцепился лапками в горло птице, не давая ей проглотить себя. Под эмблемой простой девиз - 'Никогда не сдавайся!' Я усмехнулся и встал. Подошел к Денису и протянул ему карабин своего спасательного шнура.

- Последняя попытка, - пояснил я и пошёл в сторону пугающего марева.

Я успокаивал себя, что в третий раз не будет так страшно. Как я ошибался. Ужас ворвался под скафандр, сковывая мышцы. Я до скрипа сжал зубы, упал на четвереньки и принялся шептать свой оберег: - левая рука, правое колено, правая рука, левое колено.

Время тянулось мучительно долго. Воля забилась в самый тёмный уголок сознания. Только упертые инстинкты продолжали управлять телом, подчиняясь простейшей команде - левая рука, правое колено, правая рука, левое колено.

Мне показалась, что прошла целая вечность, когда я вывалился из проклятого марева. Во рту солоно, на языке осколки зубов. Некоторое время я не мог и пошевелиться. Просто лежал на спине и шумно дышал, слушая, как в груди бешено колотится сердце. Потом по экрану скафандра побежали короткие сообщения: обнаружены радиостанции; обнаружен навигационный сигнал; доступен сервер; произвести синхронизацию времени?

Я подтвердил прием и увидел целый список новых передатчиков, а потом текущую дату. 2061 год сменился 2086-м.

Страховочный шнур дернулся, и меня потащило назад к радужной комнате. Видать ребята подумали, что я застрял внутри аномалии, и пытаются меня вытащить. Перчатки скользили по гладкой породе - зацепиться было не за что. Метра за два до марева, я выхватил пирокарабин и вогнал его в грунт. Раздался характерный хлопок, и я поспешно защелкнул карабин за поясное кольцо. Движение остановилось. Шнур еще некоторое время подергался, потом обвис. Теперь была моя очередь включить лебедку. Только бы ребята не струхнули и позволили их благополучно перетащить...

Я перевёл дух только после того, когда увидел скафандр Игорька, последним выплывающей из сумрачного марева. Теперь я позволил себе встать и осмотреться.

Пещера с этой стороны была ярко освещена. Противоположная стена от радужной комнаты оказать идеально ровной. Да это же стекло!

Отцепив страховочный карабин, я побрёл прочь от аномалии. За стеклом, в полумраке угадывались силуэты людей и блики разноцветных огней. Прислонив шлем вплотную к стеклянной стене, и приложив перчатки рупором, чтобы лучше вглядеться вовнутрь купола, я застыл, пытаясь не упустить ни единой мелочи.

Там спиной ко мне стояла молодая девушка. Жестикулируя и что-то рассказывая, она указывала на боковую стену, где на полочках были разложены старинного вида экспонаты. Вокруг девушки столпилась группа детей, которые внимательно слушали экскурсовода, чуть ли не заглядывая ей в рот. Только один мальчишка, с округлившимися глазами и с открытым от удивления ртом, смотрел прямо на меня. В этот миг на стене, за спиной парнишки в очередной раз засветилась бегущая строка - "Добро пожаловать в купол ?47 долины Эллада! Только у нас вы можете увидеть одно из чудес Марса - пещеры древней марсианской цивилизации. Самая богатая коллекция древних экспонатов! К вашим услугам два водных аттракциона и сказочная поляна. Только у нас обзорный ресторан на поверхности... "

Рекламная строка продолжала зазывать посетителей, но я больше не читал. Я смотрел на растерянного мальчишку и улыбался...