# Глава 10

Андрей Васильевич Ганин

Герои и трофеи? Нет, ухорезы и хабар!

Утро 3 фомхера было нерадостным: и не выспался, полночи ублажая лису, и проснулся не сам, а от того, что за пятку дёрнули, и утро выдалось пасмурным, пожалуй, впервые, как он попал. Приданная волчица, производившая побудку, убедилась, что он открыл глаза, быстро глянула на заголившуюся донью, с которой от подъёма дона сдвинулся вкладыш от спальника, его они использовали вместо одеяла, и шепотом сообщила, что разведгруппа на ту сторону реки собрана, только продукты нужны. Кивнув, что понял, начал одеваться.

Быстрые утренние процедуры, приветствие и улыбка Ясси, дежурившей на кухне, уточнение у одной из сестер с автоматом, где Вера. Та кивнула на брезентовую ширмочку штабного туалета, сказала, что сейчас подойдёт Бойра, можно с ней начать доставание. Так, а что брать-то, и сколько? По схеме за авторством доньи выходило, что вниз по реке идти как бы не в два раза дальше. Причем та честно предупредила, что масштаб не соблюден, так что нужен запас по времени, плюс гористая местность, там идти тяжелее, заложим в расчеты дней пять туда, и столько же обратно, да на четырех крепких девок. На себя он бы брал банку тушенки, банку мясорастительных, овощей, ту же фасоль, на ужин, как гарнир, и лапшу на завтрак. А, сухари ещё, это два кило примерно, на день и одного, а тут четверо, да на десять дней! Доставать надо где-то 80 кг, не баран чихнул! Чихнула Бойра у него за спиной, обернувшись, спросил, что так? Та ответила, что по ночам прохладнее стало. Предложил на ночь поддевать белье, что он поварихам и рыбачкам давал, да плащ-палаткой укрываться. Оказалось, что белья на складе нет, а их палатки ушли на стенки склада. Пообещал взять и выдать, и вспомнил про трофеи, есть там что одеть, и что вообще ей там досталось? Одежду, как ожидалось, надо было стирать и штопать, для чего и нужны прачки и швеи, но потом можно продать, марки за три с каждого убитого, барахло всякое, разбирать надо, оружия ещё марок на десять-двенадцать суммарно, если повезёт, и деньгами ей досталось шесть марок, серебром! Кстати, его доля - две с половиной марки, сейчас отдать? Удивился, какая его доля? Нет, понятно, что общеотрядная добыча, казна там или обоз, делятся на всех по долям, а тут-то она сама ее взяла! Взяла, да, но его оружием, без него бы не взяла, десятину отдать надо, по совести-то... Считай, на всю зиму, не шикуя, но и не работая, деньги есть, можно ни о чем не беспокоиться! Сказал, что ей и так не нужно ни о чем беспокоиться, и деньги ему сейчас не нужны, спросил, как добыча у сестер? У тех заметно меньше, били по ногам, потому как ствол вверх уводит, так что по четверти добычи, с троих, марки на 2-3 с каждого, но только вещами, ему они пока его долю, по полмарки, отдать не могут. Дон Андрэ задумался, сколько собак вчера от его гранаты хвосты отбросили, душ пять? Арбалетчики ещё восьмерых где-то положили, остальные - добыча Габи. Кстати, гранаты он ей выдал, с нее причитается? Оказывается, наемником быть порою выгодно, если везёт, конечно!

Подошла Вера, спросил ее, обойдется она ли без умывания, работа есть. Та кивнула, и они вчетвером с подошедшей второй из сестер, Лерри, прошли на склад. Решил начать с барахолки, стандартное уже действо, и он там. Поехали, четыре комплекта белья (2 кг), на вид самого крупного размера, а то сиськи не влезут, четыре плащ-палатки (6 кг), одна в запас, о, достану-ка я караульной самый большой бушлат! Вау, тут и офицерские есть, с латунными пуговицами и меховым воротником! Нет, обойдутся солдатским ватником (1 кг), который покрупнее. Тут все, Вера, это моим гвардейцам, на складе не оставлять, выходим, передохнем, и за продуктами для разведки. Да, Бойра заикнулась, что хочет попробовать пряники...

Снова портал полуперехода, Лента. Начал с тушёнки, двадцать банок свиной, разных производителей, двадцать говяжьей. А рыбные консервы брать? Не сказали, берём десяток.

Теперь овощная консервация, фасоль красная, белая вроде не пошла, сорок штук. Теперь сухари, сорок пакетов, как они все тащить будут? А, и пряники, пакет шоколадных и по два тульских каждого вида, это моим.

Все, устал, хлеще, чем физзарядка! Кстати, ее пропустим, и сразу на молебен. Нет, вначале выдадим продукты, Вера, сбегай за разведкой, пусть паек забирают! Забрали, и сказали, что переправятся сами, Весси потом перегонит лодки обратно и тоже пойдет к тракту, интересно ей на действие растяжек посмотреть.

Разумных на молебен собралось немного, пол-отряда - на тракте, десяток - в наряде, похоже, многие молились за себя, уж плотникам-то точно физическая выносливость нужна. Лично ему упало 153 единицы, но общий итог: 1075, тут и на мыслеречь, и на три малых исцеления хватит!

Колдануть на Дойси решил до завтрака, кто знает, как она отреагирует на манопоток, вдруг стошнит, а ей при всех блевать невместно! Зашли с ней на склад, показал относительно свободный угол, мол, гадить туда, бойцыцы потом уберут. Вздернула голову, блеснула на него глазами, мол, не дождетесь! Подмигнул ей в ответ, мол, так держать, напрягся, вспоминая глиф мыслеречи, а когда вспомнил эту дурацкую тройную спираль (трискель), сообразил, что ее можно привязать к ассоциации "на земле, в небесах и на море". Попытался представить его надо лбом девушки, по типу дополненной реальности, когда на экране смартфона есть то, чего нет в его камере, с глазами что-то произошло, вроде как резко сузилось поле зрения, но всё получилось! Вздохнув, "ну, всеславнейшая, именем твоим и во славу твою!", представил ручеек маны текущий от него в полученное изображение. Мана пошла, причем в этот раз он мог как-то оценивать степень наполнения глифа.

Закончив заливку, волевым усилием отключил дополненную реальность, но символ, веселого зелёного цвета, прям в тон глазам лисы, ныне закатившимся, продолжал висеть рад ее головой, словно над персом в РПГшке типа Дьябло.

Шагнув вперёд, он ухватил донью за плечо, и тут в голове раздался знакомый голос: "А вот теперь ты действительно старший жрец с коэффициентом 7, потому как манопоток через тебя превысил тысячу! Тебе доступен полный переход, а также полное исцеление, глифы: двойной контур арки без заливки внутри, и для тебя он похож на символ бесконечности, стоимостью тысяча единиц маны каждый. Поздравляю! Но напоминаю, ваши разговоры будут слышны и мне, и Исис..."

"Спасибо, всеславнейшая! А ты не могла бы взять Дойси под свое покровительство, хотя бы временно? Я не хочу лишать всемилостивейшую Исис ее адепта насовсем, но и пол-отряда оставлять без возможности эффективно молиться тебе тоже не хотелось бы. Обсуди это с коллегой по возможности, вдруг появятся взаимоприемлемые варианты. Я тоже постараюсь чем-либо помочь, вот фраза моя недавняя, мол, именем твоим и во славу тебе, могу вступить авторское право, вдруг пригодится, как активатор или усилитель заклинания?"

"Вот умеешь ты придумывать... Ей такой активатор не пойдет, во славу только мою можно, но сама идея представляет интерес..."

"Ну тогда именем твоим и милостью твоей... Пообсуждайте, короче, а мне на войнушку бежать надо!"

"Надо - беги, но помни, минимизация потерь источников маны, и напротив, ее увеличение - вот твоя главная цель!"

Дон Андрэ шумно выдохнул, такие разговоры с Бастет всегда его выматывали... Тут уже Дойси схватила его за руку, заглядывая в глаза. Он улыбнулся ей, подмигнул одним глазом, указал свободной рукой на свои плотно сжатые губы и попытался провести первый сеанс мыслесвязи. Только как тут вызывать абонента? Об этом речи вроде бы не шло, или он забыл? А, представим, что в меня в контактах всего один абонент, Дойси, вот в него и тапнем! Тапнул, послышался, мысленно, конечно, неопределенный звук, и дон Андрэ сказал, не разжимая губ:

"Раз-раз-раз, пять-пять-пять! Это тест, меня слышно?"

- Слышно... - в голос отметила изумленная лиса.

"А вот голосом отвечать не надо, только мысленно! У нас считается, что люди, то есть хуманы, говорящие самим с собой, либо шизофреники, либо владельцы блютуз-гарнитур!"

"Кто такие шизофреники?"

"Страдающие психическим расстройством, раздвоением личности!"

"А блю.. эта самая, что такое?"

"Устройство беспроводной передачи информации на небольшие расстояния!"

"Значит, есть и проводные? И на большие расстояния?"

"Извини, но я курс 'Инфосети и коммуникации' читать не подряжался! Особенно, мысленно, и без оплаты!"

"А вслух и за оплату?"

Дон хмыкнул, представив лису студенткой-контрактницей в аудитории. Хотя нет, она девушка умная, хоть и рыжая, опыт обучения имеет, при первой же возможности переведется на бюджет...

"Конец связи! Теперь ты вызывай меня!" - и мысленно нажал на красный символ телефонной трубки.

Донья, сжав губы, старательно пучила на него глаза, даже покраснела слегка, но в голове было пусто и тихо.

-Прикрой глаза, представь мое лицо и обратись ко мне, мысленно! - сказал он ей голосом.

"Андрээээ" - как-то жалостливо раздалось в голове.

"Слушаю!" - ответил он. "Все получилось, расслабься, но старайся не дергать меня без необходимости, а то проснусь и заругаюсь, или при выстреле промажу, тоже ругаться буду!"

"Хорошо-хорошо!" - заулыбалась донья.

Главное было сделано, осталось позавтракать, собраться и отчаливать. Не, ещё инструктаж остающимся, донье бдить и контролировать плотостроительство, Беле - готовить обед на весь отряд, Дари с термосами как раз к этому времени должна вернуться, пусть грузится, возможно, на другую повозку, и едет обратно, постоянно обеспечивать ударную группу жратвой он не намерен, есть задачи поважнее. Подошедшая Весси сказала, что разведргуппа готова, судя по размеру пайка он ее рано не ждёт, а вот лично она постарается быть на тракте уже вечером.

Пора, перетряхнул рюкзак, кроме мыльно-рыльных, походной посуды, бинокля, патронов и гранат, наверное, четырех или даже пяти, блин, меньше половины остается, зелёной лески-плетенки что ещё брать? Мультитул и так всегда в кармане, вода во фляге есть. Закинул рюкзак на спину, карабин повесил на шею, оглянулся, Вера была уже готова, стояла с пухлым (от чего?) вещмешком у ноги, спросил ее, взяла ли ручки и журналы, приказов и ЖБД?

Ещё раз оглянулся, чего-то или кого-то не хватало, а, вот она, приданная волчица, спешит от берега, своих провожала, видимо, тоже с вещмешком за плечами. Остались формальности:

- В связи с убытием к месту ожидаемых боевых действий на время своего отсутствия назначаю старшим по отряду начальника штаба, ее благородие старшего поручика донью Дойси!

Козырнул и двинул куда-то на северо-восток. Приданная волчица (надо бы имя спросить!), ловко его обогнала и бодро зашагала впереди. За ним двинулся и десяток копейщиц. Когда капитан побежал трусцой, идущая впереди тоже ускорилась, когда перешёл на шаг, притормозила и оглянулась.

- Бег и ходьба по сто шагов! - сказал он ей. Та кивнула. Вера, видя нарушение режима молчания, заговорила о том, что безоружная, он шикнул, чтоб берегла дыхание, ей вначале дойти надо, а уж потом об оружии думать! Сам же раздумывал, с чего бы ему прилетело еще тридцать единиц маны, пока не сообразил - отряд вчера был в бою, потому молитвы и без него дошли, а так мало маны опять-таки из-за его отсутствия. Вопрос был только в том, молилось двадцать разумных в группе, или тридцать, но поодиночке...

Так и шли-бежали примерно до обеда, не дожидаясь отставших, когда на тропку вышла арбалетчица из боевого охранения, приветствуя капитана и говоря, что до лагеря осталось шагов триста.

В лагере бойцы слонялись без дела или валялись, что ему резко не понравилось. Потребовал вызвать к ему Багиру, та появилась буквально через пару минут.

Внутренние терки.

Дон Андрэ сразу наехал на пантеру за бардак в лагере, та стала оправдываться поздним подъемом и завтраком, а также отсутствием приказаний. Уточнил, почему завтрак был поздний? Потому что вышли в эту точку уже затемно. Почему пришли поздно? Разборки были, за трофеи, до драки дошло.

Выяснилось, что особо жадные владелицы колюще-рубящих инструментов наносили смертельные удары трупам, застреленным арбалетчицами, мол, чей удар решающий - того и добыча! Кайли, естественно, выступила против, получила в глаз, стрелки изготовились к бою, их остановила Баги. Бой остановила, но никого не наказала!

Капитан приказал ей отправить кого-либо разыскать и вызвать к нему врио старшего десятника стрелков (на взвод их не набиралось), уточнил у поручика, известны ли ей имена хапуг и драчунов, а Вере приказал открыть книгу приказов и записать, что за действия после боестолкновения у моста на тракте в Среднем Эльго нижеперечисленным (имена особо жадных до чужого) объявить неполное служебное соответствие и контракт с ними не продлевать, а такой то (имя драчуньи) объявить полное служебное несоответствие, объявить о разрыве контракта сразу после расчетов взаимных обязательств рекомой и отряда "Дикие кошки". Подошедшая в этот момент Кайли вытаращила глаза, вкупе с бланшем в поллица она выглядела полуентом. Дон сварливо осведомился, поняла ли она, о чем речь, и где его доля? Та, кивнув и покопавшись в карманах, выдала три потёртых серебряных марки, это от ее десятка, те, кем командовала донья, убили пятерых, пусть сами рассчитываются. Зрители вокруг загомонили, приказ получил четкое объяснение - капитана попытались обобрать, алебардщицы-мечницы имели свое оружие, и отстёгивать долю никому были не обязаны, в отличие от арбалетчиц, вооруженных за счёт командира. Естественно, что он такого допускать не может, потому и планирует от жадных и драчливых избавиться, пусть и через такие заумные формулировки.

Раздвинув зрителей, к дону Андрэ вышла Габи, поклонившись, протянула деньги, тот, не считая, сунул их в карман и предложил той задержаться, есть вопросы, за обедом обсудим.

Зрители опять зашушукались - волчица взяла добычу его оружием, теперь ее пригласили на обед...

Капитан уже собирался выбрать место для доставания продуктов, после ключевого слова "обед" явственно проступило чувство голода, но тут к нему вышла знакомая на вид пума, та нагловатая, из залетчиц... Тоже поклонившись, протянула ему деньги, да, пять марок. Взял, кивнул, сказал, что она продолжает исполнять обязанности командира отделения.

Зрелища закончились, пора обеспечивать народ хлебом!

Приказав Баги обеспечить разведение костров и кипячение на них воды, озадачил Веру, закончившую запись приказа, сооружением ширмочки, извлекать продукты у всех на виду было политически неверным. Волчицы, переглянувшись, предложили просто растянуть углом две плащ-палатки перед вон теми кустами. Кивнул, соглашаясь, прикинул, сколько чего потребуется. Банку тушенки на двоих и контейнер доширака? К вечеру из отряда термоса подвезут...

Итак, нужно 33-34 банки тушёнки, Доширак берём коробками, так легче, три штуки, это в Ленте. Вера, ты оружие просила, вот тебе с напарницей 2 арбалета, вы стрелки неопытные, дам многозарядные! Теперь стрелы по две упаковки коротких каждой, эх, не спросил Кайли, много ли они стрел потеряли/повредили, но по паре 15дюймовых на стрелка взять надо, это сорок, нет, по три, всего шестьдесят, потому как наконечники бронебойные идут по три в упаковке, берем 2 десятка, что ещё? А, бинокль для Габи, и мультитул ей же!

Приказал Вере начинать раздачу продуктов, сам с волчицами, расстелив одно полотнище, собрал арбалеты. Вручил один Сирилиниолутти, которую Габи прикрепила к нему в качестве адъютанта, посыльной, сопровождающей, по обстановке. Уточнил, как лучше сократить ее имя, Сири или Цыри, та, естественно, выбрала первый вариант, и слава Бастет! Он-то на Геральта не тянул, хоть и седой такой же...

Старшая волчица получила бинокль (это как у Весси, да?), и мультитул, дон Андрэ пояснил, что в некоторых случаях, после установки растяжки есть смысл обкусить предохранительную скобу, но уже в самый последний момент, когда датчик движения растянут и чека вставлена обратно одним усиком. Та пожаловалась, что гранаты неудобно привязывать, выскальзывают, он, подумав, достал упаковку длинных на 15 см монтажных пластиковых стяжек, заодно и бобину плетёнки рыболовной выдал. Та какое-то время уясняла концепцию стяжки, а при виде плетёнки хищно заулыбалась, минерша-любительница, блин! Пояснил, что выбор места минирования обусловлен правильным прогнозом поведения противника, вот он лично не знает, тот при виде их отряда выйдет на встречу, отступит, или сядет в оборону в деревне?

Заданный капитаном вопрос требовал обдумывания, потому привлекли Баги. Она, однако, начала с того, что попросила дать шанс получившим служебное несоответствие своим подчиненным, все-таки рубаки не из последних, пусть они лучше будут с нами, чем против нас! Тот согласился, при условии, что в следующем бою те будут в первом ряду, кровью искупать свою жадность. Возвратив ее к вопросу о возможных действиях противника, получил ответ, что, по ее мнению, прошедшие с прибытия того двое суток в деревне достаточно для вдумчивого грабежа, но ушедших и не вернувшихся трёх десятков вражеский отряд не бросит, вначале попытается выяснить, что с ними случилось, но если где-то за сутки-двое ничего не выяснится, то во избежание непоняток лучше отойти. Стало быть, ждём разведгруппу противника, она либо вышла сегодня утром и где-то на подходе, либо выйдет завтра. Насчёт того, что она на подходе, Габи сомневалась, но ее напарница бдит. Если разведка выйдет завтра утром, то ее можно будет перехватить и начать свою игру. Чего, кстати, капитан в итоге хочет?

Тот ответил, что предпочел бы тихо исчезнуть вместе с отрядом и теми, кто в курсе, что "Дикие кошки" где-то здесь. Так что нынешнего противника надо по возможности вырезать подчистую, чтоб непоняток стало больше. Чем их больше, тем осторожнее враг, а "Кошкам" нужно время переправиться через реку и закрепиться на том берегу. До зимы Баги и возможно эта раненая рысь, как ее, Мурча, походят с караванами по Южной Элькоге, оценят ситуацию, волки порыскают по округе в поисках ништяков, а он будет набирать рекрутов и развернет какое-нибудь производство, таскать жратву для отряда ему надоело, надо переходить на самообеспечение. Ну а весной начнем резать слона по кусочкам. Баги поинтересовалась, видел ли он слона, она вот только слышала и сомневается, что он даст себя резать. Тот ответил, что видел, перед тем, как резать, его надо завалить, и он знает, чем, но не знает, где это (ПТРД, ПТРС) взять. Есть, конечно, паллиативное решение (почему-то никто не уточнил смысла слова, неужто знают?-), но с ним надо подойти шагов на триста... Гревшая неподалеку уши Сири громко прошептала: "Эрпеге...."

Габи выразилась в том смысле, что к ящерам слона (звучало, конечно, грубее), сейчас-то что делать? А сейчас, пожалуй, надо оставить тут пост, разведку отправить вперёд, к деревне, а стрелков - по флангам, чтобы не дать уйти вражескому дозору, если тот появится. Остальные пусть топают по дороге. Если враг не встретится, то пройдем, сколько успеем, главное - не выскочить на прямую видимость из деревни. Ночью ему и Габи предстоит минировать оба выхода из деревни на тракт, но не вплотную к околице, а шагов за триста от нее. Утром же выйти к деревне, встать на дороге, за сотню шагов до растяжки, мы ее двухсторонней сделаем, встать только копейщицам и алебардщицам, а стрелки залягут за обочинами, уступом влево и вправо. Волчицы, понятно, сядут в засаду южнее деревни, вот только если враг от боя откажется, они его не остановят, разве что остальных предупредят.

Баги заявила, что вряд ли откажется, без стрелков "Кошки" будут в меньшинстве, она бы точно атаковала. Габи заметила, что после растяжки враг может от атаки и отказаться, кое-что на эту тему он уже знает. Капитан помрачнел, и пояснил, что это худший вариант, обороняться в деревне можно долго, жратвы полно, а "Кошки" в меньшинстве, и вряд ли умеют штурмовать помещения. Да ещё может и гонец просочиться, в шестьдесят рыл деревню плотно не обложишь. В этом случае им останется сваливать на берег, срочно строить плоты и переправляться, но про них и их вооружение узнают все, кому это интересно... Но этот печальный вариант будем рассматривать, когда он случится, в первых же двух неясно, где лучше быть ему, наверное, где-то по центру, чтоб видеть оба выхода из деревни на тракт.

А сейчас встаём, собираемся, оставляем тут пост, и двигаем к деревне. Хорошо бы места для минирования, засады и НП выбрать засветло, но тут уж как получится!

Хотели, как лучше, а получилось - как всегда, эта мудрость применима в любом мире. И дождь пошел, ну тут пригодились плащ-палатки, и в стороне от дороги идти тяжело было, пока разведка не вышла на прямую видимость к деревне, и не доложила, что на тракте никого, можно идти по твердому, но липкому, а не траве и кустам. Да еще и место, подходящее для ночёвки, оказалось далековато в стороне от дороги...

Место для растяжки на северном выезде выбирали уже в сумерках, колышки с закреплёнными на стяжках РГДшками были приготовлены заранее, оставалось ползком по грязи растянуть датчик движения и не дыша вынуть и вставить обратно чеку, в одном случае еще пришлось применить кусачки из мультитула, укорачивая предохранительную скобу, тонкие отростки с листочками, оставленные на колышках, могли ее придержать...

Затем капитан с волчицами по большому полукругу обошли деревню, на южном выезде из нее ближайшие кусты у дороги были довольно далеко, более трехсот метров, пришлось ставить растяжку там. Оставалось выбрать место, откуда он мог бы наблюдать за боем у северной околицы, если, конечно, враг его примет, ну или достаточно быстро добежать до южной околицы, если он решить отступать. Ну а если же решит обороняться в деревне, остаётся немного пострелять по тем, кто высунется, и отступать к северу, в надежде все же выманить противника.

Поиск подходящей позиции в темноте - дело неблагодарное, хорошо хоть закончился дождь, поднялся ветерок, и при свете звёзд был отмечен невысокий бугорок восточнее деревни. Зато стало заметно прохладнее.

Так что грязный и уставший дон Андрэ ужинал глубокой ночью, благо хоть повозка с отрядной пищей их догнала, о чем он и сообщил зевающей (как он это определил по мыслесвязи, и сам не понял) Дойси, доложившей, что все у них в порядке, готово ещё два плота, кончаются поваленные деревья.

Оставалось объяснить Вере, когда его будить, просто до рассвета - понятие растяжимое, потом ещё десятницам арбалетчиц хоть примерно позиции описать, и попросить передать копейщицам, чтобы в общей свалке не толкались, а сдержав первый удар, отходили на обочины, прикрывая стрелков и под их защиту одновременно, а особо жадные владелицы коляще-рубящего пусть доказывают свою крутизну противнику.

Мокрые ветки, нарубленные писаршей в качестве его постели, не вдохновляли на спокойный сон, поэтому он ещё заглянул в охотничье-рыбацком магазин за карематом. Увидев печальный взгляд козы на мягкий коврик, вздохнул и достал ещё два. Ноги гудели, но без ботинок начали замерзать, пришлось достать с дачи плед, потом, когда под него попыталась влезть Сири, ещё два. Зажатый с двух сторон девушками, он быстро согрелся и уснул.

Бой у деревни. Добыча. Работники и слуги.

Сири подняла его до рассвета, восточный край неба только начал светлеть. Попросил ту согреть воды у костерка дежурных, плеснул на ладонь воды из фляжки, протер ею глаза. Помогло не очень, требовался кофе, ну и позавтракать не помешало бы. Заглянул в Ленту, пока резал колбасу, подошла Баги с вопросом - когда отряду выходить на тракт? А вот как он доберется до примеченного ночью бугорка, а Габи до растяжки за южной околицей. Или нет, дождемся восхода солнца, связи-то нету, вышел он на позицию или нет, узнать сложно, и бинокль тут не особо поможет. Вопрос только в том, отправлять арбалетчиц на фланги сразу, или потом, из-за спин основной части отряда? Решили, что потом, им от земли колышки с растяжкой будут не видны, их и с тракта не сразу распознаешь, а остановиться надо шагов за семьдесят до. Баги уточнила, кто идёт с ним, волчицы во главе с Весси, подошедшей вчера, пока он ползал по округе, уже ушли к югу. Сказал, что двух ординариц ему для компании хватит, сам же он и скорострелен, и смертоносен. Вот сейчас они колбасу ликвидируют, и пойдем!

Пошли далеко в обход, потому не сразу нашли выбранное им ночью место, и освещение иное, и зашли с другой стороны. Да и то вначале остановились, оценили видимость и расстояние до тракта, продвинулись поближе к деревне, ещё раз осмотрелись, и лишь потом начали устраиваться в ожидании восхода солнца.

Ждать пришлось долго, уже и солнце поднялось, и спины пригрело, когда на тракте показался отряд. В деревне его заметили не сразу, но заметили, судя по крикам, дав тому однако возможность выверить расстояние до растяжки (сбоку смотрелось забавно - встали, прошли вперёд, потом немного назад) и отправить арбалетчиц за обочины. Ползать по-пластунски правильно те не умели - если не попки, то хвосты, поднятые над влажной от росы травою, видно было неплохо, даже без бинокля, если знать, куда смотреть. Оставалось надеяться, что враг глядит на дорогу, а не на обочины. Тот же, после ещё минут пятнадцати криков и суеты на околице, выстроился плотной группой и двинулся на север. Сзади виднелось трое всадников, похоже, командиры. Прикинув по угломерной шкале бинокля расстояние, Андрэ выставил прицел карабина на 200 метров. Замануха сработала, навскидку численность врага (десять рядов по всей ширине тракта) превышала шесть десятков, а из "Диких кошек" на дороге осталось около сорока. Когда до них осталось метров сто, противник ускорил движение, так что растяжку миновали четыре ряда прежде, чем грохнул взрыв. Первые три, видимо, не особо пострадав, побежали вперёд, следующие три практически полностью оказались на земле, а задние - затормозили. Всадники за их спиной, поблескивая бронью, пытались гнать тормозящих вперёд, но те сходили с тракта, огибая место взрыва. Начали стрелять арбалетчицы, сходившие с дороги представляли собой и угрозу, и удобную цель одновременно. Начал стрелять и капитан. Быстрые перемещения врагов не давали толком прицелиться, но с третьего выстрела один из всадников упал, остальные двое двинулись ему на помощь, но после очередных четырех выстрелов упал ещё один, а последний развернулся и рванул обратно в деревню. Ещё три выстрела оказались "в молоко". Бегство "стимулятора наступления" не осталось незамеченным, за ним двинули и трое пеших. Вылавливать их в деревне представлялось проблемой, капитан перенес огонь на них, но упали только двое, один все же проскочил.

- На южную околицу! - скомандовав, сам же и исполнил свой приказ, надеясь, что ординарицы не отстанут. По заросшей травою неровной земле бежать явно сложнее, чем по дороге, но когда дон Андрэ обогнул-таки деревню, стало ясно, что он вполне себе успел - на дороге всадника не было, а из деревни выходили повозки. Возницы - подходящая цель для девушек из его сопровождения, надо только дистанцию сократить, но и в близи от заборов бежать не хотелось, вдруг все же есть у врага лучники.

Двинулись по диагонали, бегом опередить повозки было вполне реально. Когда до головной оставалось метров пятьдесят, а последняя, шестая, уже покинула деревню, откуда выскочил и всадник, но увидев бегущую группу, прикрылся от нее обозом, двигаясь по противоположной обочине. Обозники об угрозе, исходящей от столь небольшой группы, видимо, не догадывались, пока девушки, сопровождающие капитана, не начали стрелять. Сам же он, пользуясь остановкой каравана, пытался выцелить последнего офицера вражеского отряда. Взяв упреждение, выстрелил, не попал, тот дернулся в сторону, и тут начала работать волчья засада. Втроем со второго раза они все же нашли уязвимые места в его броне, тот свесился вбок и через несколько шагов своей ездовой скотины сполз с седла. Угрозу утечки информации о вооружении "Диких кошек" можно было считать устраненной.

Обернувшись к каравану, капитан увидел, что обозники кончились, однако из деревни выскочило трое пеших, стремившихся догнать обоз. Средний, с клинком в руках, выглядел наиболее опасным, двигался прямо на него, потому был подстрелен с первого выстрела, двое других были поражены арбалетчицами. Неужто все?

Оказалось - нет, из деревни вывалила толпа, судя по сельхоз орудиям - из крестьян! "Этим-то что надо?" - удивился капитан. "Неужто обоз хотят захватить?" Такая наглость требовала реакции, и он выстрелил в дорогу метров за десять от первых рядов толпы. Звук выстрела, облачко пыли и неожиданный на грунтовой дороге визг рикошета заставил их остановиться.

- Назад, сиволапые! - закричала Вера, - Скрыться и не отсвечивать, если жить хотите!

Толпа подалась назад. Один старый козел остался на месте.

- Верните мне мою повозку! - заявил он.

Капитан изумился столь несусветной наглости. У отряда грабителей тот ее не требовал, а у троих, значит, можно?

- Может, она и была твоей, но ты ее отдал, и теперь она не твоя. А что с бою взято - то свято! - ответил он. - Девушки, взять его и выпороть, за хамское обращение к моему благородию!

Те резво подскочили к наглецу, Вера ухватила его за руку, выкрутила, захватила вторую, а Сири скрутила кисти сыромятные ремешком.

- Крестьян воспитываешь? - спросила подошедшая от засады Весси. - Бестолку это... А там что, на той стороне?

- А пойдем и посмотрим!

- Подожди, Габи гранату снимет и обоз посторожит, сопровождающие твои порку закончат, и сопроводят нас, а то ещё кто сильно наглый найдется...

Вера примотала козла ремешком к загородке, а Сири выбрала из плетня подходящую хворостину.

- Сколько ему?

- Десятка хватит!

Капитан повернулся спиной к экзекуции, гранаты на растяжке были сейчас важнее. Напарница Габи придерживала ездового ящера, на которого засадницы взвалили труп офицера, сама же минер-любитель сидела на корточках у обочины. Встала, выдернула колышек, хотя могла бы стяжку срезать, или не догадалась? Ещё немного возни на второй обочине, и вот они, ведя животное в поводу, двинулись к обозу.

Вера вслух отсчитывала удары. После десятого девушки, немного повозившись (ремешок снимали?), оказались за спиной дона Андрэ и Весси.

- Идем? - спросила Сири.

- А трофеи вас, значит, не интересуют?

- А куда они денутся? Деньги забрали, потом посчитаем и отдадим долю, остальное подождёт.

- Ну тогда пошли...

На центральной улице деревни было пусто, хотя взгляды ее жителей чувствовались, порой тяжёлые. Смотреть было, в общем, не на что - мазанки, судя по местами осыпавшейся обмазке, из дерьма и палок, соломенные крыши, отсутствие дымовых труб, кривые не то сараи, не то амбары. На северной окраине наоборот - очень оживлённо. Кому-то, лежащему в пыли, пытались бинтовать ногу грязной тряпкой, крови было много, неужто артерию задело, но почему тогда пациент ещё жив? Без особых раздумий старший жрец Бастет представил на раненой глиф малого исцеления, ливанул ману. Санитары-любители, видя прекращение кровотечения, бросили свои упражнения.

- Должна будешь! - бросил капитан оздоровленной корове.

- Ещё раненые есть? - это уже окружающим.

- Там! - махнула к северу возрастная пума, врио десятницы копейщиков.

- А из твоих кто повозками править умеет?

- Да, да! - откликнулась пара коров из числа помогавших раненой.

- Тогда всем десятком идёте за деревню, там шесть повозок под охраной Габи, берете их и ведёте сюда. Если местные сунутся - разрешаю бить, но не насмерть! На грабежи не отвлекаться, деньги за обоз поделим на всех.

Сам со своим сопровождением прошел дальше, где у обочины сидела ещё одна пума с замотанной окровавленной тряпкой правой рукой и крепко сжатыми губами.

- Серьезное что? - спросил ее капитан.

- Пальцы срубило! - прошипела та, морщась от боли.

Уже привычным усилием тот вызвал глиф, залил ману. Лицо пумы порозовело, губы расплылось в улыбке.

- Должна будешь! - традиционно отметил жрец. - Ещё раненые есть?

- Ну разве что из первой шеренги кто жив ещё...

Пошли дальше и встретили Баги, державшую в одной руке шлем с поперечным гребнем, как у римлян примерно, а в другой - свой сломанный клинок.

-Другие потери есть?

Пятеро моих, весь первый ряд!

- Это те самые, особо жадные?

- Да!

- Ну что ж, бумерангам свойственно возвращаться...

- Чего?

- Карму, говорю, они себе попортили.... А эти, панцирные? Их трое было...

- Один там лежит, ты ему удачно попал, в правый бок. Ещё один ушел. Или не ушел?

- От Габи не уйдешь! А в этого не попал?

- Попал, но вскользь...

- А, вот от чего он свалился!

- Да не только он, и ездовые ящеры, и пеших двое, они-то чем тебе помешали?

- Не виноватая я, они сами пришли! А ящеров жалко, у нас тут хабара немеряно, как вывозить?

- Зато теперь у нас есть много-много мяса! - воскликнула Весси, плотоядно улыбаясь.

- Оно съедобное? Ну так найди тех, кто его разделает, тару я обеспечу, поди ещё и соль надо?

- Не помешает! Сейчас организую! - Весси двинулась назад, к деревне.

Дон Андрэ отошёл в сторонку, ординарицы уже привычно прикрыли его от посторонних взглядов. Белые пластиковые ёмкости, такие же, как он доставал под рыбу, довольно лёгкие, сколько брать, десяток?

Активировал полупереход, выдернул желаемое, спросил безадресно, не открывая глаз:

- Достаточно?

- Ещё столько же! - откликнулась Сири, - и соль, по одному пакету на ёмкость!

Вытащив требуемое, он сообразил, что ещё не связывался с Дойси. Проверенным мысленным приемом вызвал донью:

"Привет! У нас все в порядке, ну почти, потери умеренные и заслуженные, тяжёлых раненых я колданул, остальных не смотрел, сами справятся. Требуется обоз, желательно весь, хабара полно, а ещё и мясо, я ненароком двух ездовых скотинок завалил. Вражеский караван взяли загруженным, теперь в отряде ещё шесть повозок будет, работы плотникам прибыло. У вас там как?"

Лиса как-то многословно ответила, что все у них по плану, обоз она сейчас отправит, но он может к вечеру не успеть. Это могло быть проблемой, ночевать всем отрядом возле деревни капитану активно не хотелось, но вначале надо вывезти все ещё собираемый бойцами хабар. Разгружать захваченный обоз? А что в нем, и где он, кстати? А вот, выходит из деревни в сопровождении копейщиц, и ещё кого-то следом. Это что за хрень, дети что ли там идут?

Пошел навстречу, врио десятника и не подумала прятать висящую у пояса эээ, птицу?, но в руках ничего лишнего у воинов десятка нет, если кого и грабили, то умеренно. Подошедшая доложила, что караван сопровожден, какие ещё будут приказания? Приказание было сопроводить обоз, кроме последней повозки, та выглядела недогруженной, дальше, до места последней ночёвки, и если Дари за едой не убыла, то ее на телеге тоже сюда, себе обед они, похоже, обеспечили. Та ухмыльнулась, но промолчала, тогда он уточнил про гражданских, идущих за караваном. Оказалось, это дети гончара, убитой ещё при вхождении грабителей, причем они не столько грабили, сколько гадили. Грабили потом уже свои, потому сироты и не хотели оставаться в деревне, однако все, что у них ещё оставалось, в основном остатки еды, одежду и непобитый товар, они хотели бы забрать и уйти с отрядом, повозка есть, но в оглобли ставить некого, свели. В сопровождении своих ординариц подошёл посмотреть на уходящих. Четверо где-то лет четырнадцати, девушки, через год, пожалуй, можно и в рекруты брать. Ещё четверо - лет двенадцати, причем двое пацанов. Не считая козла за околицей и гоблинов - первые самцы, которых он тут встретил, некрупные, но жилистые кролы. Если мамкино ремесло знают - работой он их обеспечит. И ещё две мелких девочки, лет десяти, а то и меньше. Так и сказал, может взять работниками, только куда младших пристроить - не знает.

- Так слугами взять, за еду, пусть белье стирают, одежду чистят, и вообще! - заявила из-за его плеча Вера. Чистка одежды была актуальна, вчерашнее ползание по мокрой земле и траве сильно сказалось на ее внешнем виде, а запасную он вчера выложил. Да и Вера своим прямым обязанностям сможет уделять больше времени. Кстати..

- Идея представляет интерес, но тогда тебе пора готовить черновик записи в ЖБД, врагов пересчитала? Наших убитых и раненых поименно переписала? У кого какие успехи, кто больше всех ушей нарезал?

- Ну, с ушами-то все ясно, больше всего у Габи и у Вас. Вон она, кстати!

Действительно, из деревни вышла пара волчиц с ездовым ящером в поводу. А ведь пока они будут обдирать убитых на растяжке, ящера можно и поэксплуатировать...

- Как полагаешь, ездовой повозку тянуть станет?

- Не очень быстро и долго, но куда он денется! - ответила копейщица из сопровождения, видимо, разбиралась.

- Тогда попросим Габи скинуть офицера на последнюю повозку, там вроде посвободнее, и сдать в аренду скотинку. Только с детьми за повозкой и вещами пойдет другой десяток, вашему обоз сопровождать до места вчерашнего ночлега, а те застоялись... Это все, конечно, если уходящие согласны на работу за еду и жилье, до зимы, там посмотрим, на что вы способны, по умениям и деньги. Или старшие могут в отряд поступить, рекрутами. Ну а младших действительно, только слугами если...

Старшие кивнули, средние, глядя на них - тоже, ну а младшие просто хлопали глазами...

Габи согласилась на аренду тягловой силы, и с напарницей освободила ящера от груза, после чего пошли обдирать тех убитых, кто попал под гранатные разрывы. Арбалетчицы тоже не все ещё закончили сбор своей добычи. Возникшую паузу надо было чем-то заполнить, дон Андрэ не отказался бы поспать, но это могло выглядеть политически неверно. Чем тогда заняться? Идти свои трофеи собирать? Вряд ли в них найдется что-то ценное или интересное, за исключением офицера, конечно, а уши резать придется... Вот кстати, а где ранее добытые признаки воинских успехов? Первые гоблинские он складывал в пакетик от чипсов, со вкусом сметаны и лука, а следующие? Из ведь больше трёх десятков было, и времени прошло уже немало, должны были бы завонять... Ладно, Веру потом спросим, а вообще местные традиции нарушать - неправильно, надо их трансформировать! Для начала можно приехать ординариц, если они, конечно, со своей добычей разобрались. Спросил об этом Сири - нет, не успели, только деньги забрали, остальное надо смотреть на повозках. Ну пойдем, раз так...

А куда пойдем? Он же сам отправил обоз к месту предыдущей ночёвки, в сопровождении десятка копейщиц. И что теперь? А ничего, они же и обберут, за долю малую, это не капитанская добыча, ее никто не тронет, после вчерашнего приказа и сегодняшней смерти провинившихся. Ну тогда пойдем смотреть, что мне там досталось... Стоп, там на повозках одно тело из тех, что было им подстрелено, так и будет лежать? Волчица пожала плечами, вряд ли там было что-то ценное, а вот посмотреть на действие пули на броню ей интересно.

Обваловщики ящеров оттащили трупы подстреленных на обочину и усердно пластали мясо, их помощники укладывали его в ёмкости, пересыпая солью. Аккуратно обойдя азартно работающих кошек, видно, что по мясу соскучились, начали разбираться с добычей. Сири первым делом срезала им уши, подала капитану, тот уже освободил подсумок, подставил под протянутую руку. Пешие воины одеты и вооружены были стандартно, денег имели что-то около двух марок каждый, медью. Волчица споро раздела уже начавшие коченеть трупы, сложила отдельными кучками одежду и оружие, извинившись, выдернула несколько его волосинок, положила сверху. Перешли к офицеру, с ним было сложнее - шлем она сняла и ухо срезала, а что делать дальше - не понимала. Капитан, повертев тело, убедился, что ему повезло, пуля 5,45 попала в бок, там не было пластин бригантины или куяка, он слабо представлял, чем эти виды брони отличаются, было просто кожаные ремни, которые теперь требовалось развязывать. Под броней оказалась довольно богатая одежда, ткань напоминала бархат, либо мертвая была понтовщицей, либо броньку одевала второпях. В кошеле на поясе имелось немало серебра, примерно жменя, и пяток потёртых золотых монет. Карман, куда капитан ссыпал свою долю добычи, уже изрядно оттянулся, пришлось пересыпать все оттуда в трофейный кошель, тоже из богатой ткани, с узорами, но плотной. На пальцах обнаружилось три кольца, толстые, золотые, с камнями, причем хоть грубо, но ограненными, а на одном так и вовсе было вырезано что-то вроде монограммы. Кольца тоже ушли в кошель, одевать их он и не собирался, даже обручальное в свое время снял, после того как то его трижды (два раза в армии, и ещё раз потом, когда он, уже начальник СМ1420, замкнув, спалил контроллер печати) чуть не довели его до цугундера.

Довольно неприятно было выламывать суставы, помогая Сири стягивать одежду, сам бы он на нее наплевал, пусть и богатую, но местные - не поймут! Когда волчица стянула сапоги, со шпорами, между прочим, голое женское тело выглядело, как сломанный манекен, разве что пахло совсем не пластиком...

Капитан хотел было идти дальше, где-то у околицы должна быть еще пара жмуриков, попавших под пули, но Сири заявила, что броню, клинок и богатую одежду оставлять не стоит, уж очень велико будет искушение мимо проходящим! Согласился, прикрыл глаза и выдернул вещмешок, потом ещё два - ординарицам тоже надо куда-то хабар складывать. Оказалось, что броню компактно сложить не удастся, потратили один мешок на нее, другой - на одежду и сапоги, и двинулись к деревне. Там кто-то тоже оттащил на обочину два тела с пулевыми отверстиями в спинах, сразу ясно, чья добыча. Причем, типовая, разве что в кошелях нашлась пара серебряных марок. Закончив обдираловку, огляделись, практически все, кроме Габи и мясников работу закончили. Подозвал мелькнувшую Кайли, уточнил, так ли это. Та, замявшись подтвердила, единственное, что капитанскую долю ещё не собрала. Приказал ей с десятком встать у вьезда в деревню, своих туда не пускать, местных - не выпускать, за исключением повозки, сопровождаемой копейщицами. Позже сменит, но пока хабар не загружен - надо бдить! Да, и пусть закинут его добычу на оставленную повозку, там и для трофеев Габи место останется.

Наконец-то с севера на тракте показалось то транспортное средство, на котором Дари привозила еду из отряда. Дон Андрэ возрадовался, но напрасно, Баги начала суетиться вокруг своих павших, ну да, не бросать же их тут, у обочины, стало быть, он не может свалить, пока пантера не вернётся после ритуала. Хромая коза пошла оценивать добычу, как швее определить цену одежды ей было несложно. От досады зевнул, чуть не вывихнув челюсть, надо бы хоть кофе попить, вот зачем он газовую плитку выложил? О, можно выпить колы с растворимым кофеем, гадость ещё та, но современных энергетиков он опасался. Прикрывшись спиной Сири, заглянул в Ленту, за колой и шоколадными батончиками. Плеснул напиток в кружку, нюхнул, в голове как-то посвежело, глотнул холодного - ещё лучше! Глядя на любопытствующую волчицу, плеснул и ей, та, смело хлебнула, выпучила глаза, потом распахнула рот. Ну да, сильно газированный напиток! В качестве компенсации выдал той шоколадный батончик с орехами. Так, перекусывая, дождались появления из деревни повозки с имуществом уходящих с отрядом гончариц. Сопровождавшие их копейщицы выглядели довольными, и.о. десятницы пояснила, что пришлось вразумлять соседей, растаскивающих имущество сирот, ну ясно, что в процессе и к рукам что-то прилипло. Изрядно места занимал уцелевший товар, горшки и кувшины, капитан сразу предупредил, что он вряд ли ему потребуется, разве что огнеупорные тигли. Одна из старших заинтересовалась, из чего их делать, он рассказал про шамот. Та вздохнула - гончарный круг был сделан капитальным, с собой не заберешь. Дон Андрэ махнул рукой, для штучных изделий он что-нибудь придумает, главная их работа - кирпичи в большом количестве, ну и печь для их обжига. Старшие переглянулись, потом первая, самая разговорчивая, пояснила, что они не знают, как делать свод. Тот опять махнул рукой, не проблема, он как-то наблюдал выкладывание арки над входом на территорию церкви, и где-то что-то читал про замковый камень. Ну и то, что все шамотные кирпичи - клиновидные, он тоже помнил. Для обычных же главное - подходящий состав глины и режим сушки-обжига. В этом-то они разбирались, простая и тупая работа по тасканию, смешиванию, вымешиванию и обжигу была для них основной.

Другая из старших поинтересовалась возможностью вступления в отряд. Объяснил, что с наступлением зимы планируется конкурс рекрутов, оценка их физической подготовки, навыки чтения, письма и счета дают преимущество. Та разулыбалась, видимо, грамотная. Потом покосилась на Сири, многозарядный арбалет с коллиматорным прицелом (ага, "я в электрической карете на эллиптических рессорах") неизменно производил впечатление, спросила, сложно ли освоить это странное оружие. Дон Андрэ хмыкнул, покосился на волчицу, мол, не ко мне вопрос, та вздернула нос, но промолчала. Спровоцировал ее вопросом, сколько на ее счету за сегодня, хотя и сам знал. Та гордо заявила, что четверо. Молодежь впечатлилась, Сири выглядела не намного старше их.

За разговорами дождались возвращения похоронной повозки. Быстро Баги ритуал провела... Зато теперь можно было грузить мясо и добычу, сколько войдёт, менять пост у деревни и уходить в рощу, обедать и отдыхать, дожидаясь отрядных повозок. Проконтролировал загрузку, назначил Баги старшей, в качестве компенсации оставил ей недопитую колу и пару батончиков. Сменил десяток Кайли у околицы, та, правда, уходить с ним не спешила, Дари не успевала оценить вещи, а Баги - оружие, десятнице же хотелось вычислить объем капитанской доли. Кивнул, приняв к сведению, построжился на нагловатую пуму, чей десяток оставлял на охране, чтоб замятни какой тут не устроила, и за тремя повозками в компании ординариц двинулся к месту вчерашней ночёвки.

На что его ещё хватило, так на попробовать мясо ящера. То было суховатым и жестковатым, но вполне съедобным. Заметил вполголоса, что маринованым в майонезе оно было бы лучше. Пума из копейщиц заинтересовалась, но майонез в больших количествах доставать было лень, обошёлся уксусом, благо хоть сообразил глянуть на этикетку, оказалась эссенция. Объяснил, как ее разбавлять (до двадцати считать умеешь? Ну вот один к двадцати водой и разбавь!), а время вымачивания пусть опытным путем выясняет.

Хотел уже упасть на каремат и укрыться пледом, но подумал, что так его любой (любая) достанет, собрался с силами и вытащил самую мелкую из палаток, но в упаковке, а потом, тупо хлопая глазами, наблюдал за попытками Сири и Веры ее развернуть. В итоге встал, помог закончить процесс, забросил внутрь пенку и одеяло, заполз внутрь сам и вырубился. Как оказалось, это было верное решение - и палатку достать, и спать залечь пораньше. Ибо ночью к нему пришла Баги. Вначале и не понял, кто к нему пристает, лишь непривычные ощущения от хвоста под рукой немного прояснили мозги. А впрочем, лиса же сама планировала включить пантеру в свою стаю, так что нефиг морализаторствовать!