# Танцующий Бог

Юлия Васильевна Гайдыдей

Первое чудо Иисуса Христа, описанное апостолом Нафанаилом

Я бы поверил только в такого Бога,


который умел бы танцевать.


Ницше


...он ищет знамения, и знамение не дастся ему,


кроме знамения Ионы пророка;


Лк 11:29


Костры весело трещали, освещая и согревая радостную толпу празднующих. Брак в Кане Галилейской, такое долгожданное событие!

Хупа, обряд - всё это было позади, оставалось веселье праздника, вино и танцы. Зимняя ночь наполнялась музыкой и смехом.


Нафанаил стоял рядом с Иоанном и Андреем и смотрел, склонив голову набок, как Иисус танцует среди других пляску в два ряда и думал.

Веселье праздника захватило мальчика, он пил, плясал и смеялся весь день, но... То ли вечер так подействовал, то ли вино, он не знал. Нафанаила мучили сомнения.

Не примерещилось ли ему тогда?

Вот подлинно Израильтянин, в котором не лукавства. Прежде, нежели позвал тебя Филипп, я видел тебя под смоковницей.

Не слова даже тогда поразили, это было что-то другое, но поразило остро - в самое сердце. Хотя не было бы слов, не было бы этого чувства... наверно. Или оно и правда пригрезилось? Или он и правда убедил сам себя?

Нафанаил помотал головой.

Иисус танцевал. Плавные движения сменялись быстрыми и ловкими, мелькали полы одежды, развевались волосы. Казалось, Он настолько захвачен танцем, что не замечает ничего вокруг.

Нафанаил следил за Иисусом взглядом и пытался понять, что ему делать, если тогда, при первой встрече, всё примерещилось?.. Как жить, если обратного пути нет, так, как раньше, жить он уже не сможет?

Иисус поворачивался в танце и мельком взглянул на Нафанаила. Тот опустил глаза. Ну не читает же Он мысли... наверно.

Где-то возле шатра с винными бочками завозились и засуетились. Нафанаил увидел, как Мария, мать Иисуса, разговаривала с двумя прислуживающими. Они что-то растерянно лепетали. Мария кивала. Одного из прислуживающих отозвали и она подошла к Нафанаилу, Иоанну и Андрею, кутаясь в плащ.

- Вам холодно? - быстро спросил Андрей, морально готовясь расставаться со своим плащом и уходить к кострам.

- Нет-нет, - ласково улыбнулась Мария. - Как раз начала согреваться.

Нафанаил посматривал украдкой на её задумчивое лицо. Она слегка морщила лоб, как будто обдумывала какую-то тревожащую её спорную мысль. Наконец, Мария прикрыла глаза, видимо, что-то решив.


Музыка смолкла, танец закончился. Музыканты, весело переговариваясь, отдыхали. Иисус подошёл к Марии и ученикам, отводя от лица растрепавшиеся волосы. Мария, слегка прищурившись, взглянула на Сына и сказала:

- Вина нет у них.

Иисус глубоко вдохнул, отвернувшись к кострам. На Его лице всё ещё была улыбка - после танца, - но было заметно, что Он потревожен фразой матери.

- Я разговаривала с прислуживающими, - продолжала Мария, настойчиво глядя на рассматривающего пляшущий огонь Сына. - Они совершенно растеряны.

Иисус посмотрел в лицо матери и ясно, спокойно спросил:

- Ну и что? Что тебе и Мне до того?

Мария пристально смотрела на Сына, слегка приподняв нижние веки. Нафанаилу подумалось, что если бы она так смотрела на него, он не выдержал бы, сразу отвел бы взгляд.

- Ты же знаешь, что ещё не Моё время, - будто бы с нотками просьбы в голосе произнес Учитель.

Мать не говорила ни слова. Наконец, Иисус усмехнулся, опустил глаза и кивнул. Лицо Марии озарилось улыбкой, и она стремительно пошла к шатру с винными бочками, где был один из прислуживающих.

Учитель едва слышно вздохнул, поглядел вослед матери, а потом вдруг на мгновение обернулся к Нафанаилу:

- Тогда ты поверил, потому что Я сказал, что до того, как тебя позвал Филипп, Я видел тебя под смоковницей, а Я обещал, что ты увидишь гораздо больше. Останешься ли ты верен своей вере?

Прежде чем Нафанаил успел понять, что нужно ответить: оправдываться ли, убеждать ли в верности, обижаться ли на подозрения - и нужно ли вообще отвечать, Иисус уже шел к шатру, где Мария что-то говорила прислуживающему. Иоанн устремился за Учителем, а Андрей, бросив на Нафанаила любопытный взгляд, пошел к кострам.

Нафанаил не знал, плакать ему или смеяться. Мысли вытесняли одна другую, сталкивались и перемешивались. Ученик спрятал лицо в ладонях. Слова Учителя были действеннее всякого упрёка. Нафанаил вдруг понял... что-то. Что-то важное. И ему было стыдно.

Музыканты снова заиграли, и мальчик заметил, что Учитель уже опять среди танцующих. На Его лице была не то грустная, не то мечтательная улыбка, Он танцевал и смотрел в небо.

- Возьми.

Нафанаил вздрогнул. Рядом стояла Мария и держала в руке чашу с вином.

- Как? Но оно ведь кончилось?

- Теперь всем ещё надолго хватит. Но Он просил непременно передать тебе, чтобы ты не грустил.

- Это... - Нафанаил пораженно посмотрел на танцующего Учителя, - это невозможно... вино - его же не было! Невозможно же создать из ничего... не сотворишь же из ничего обед для сотни человек...

Иоанн, налетевший откуда-то сбоку, чуть не сбил Нафанаила с ног.

- Ты представляешь! Ты... нет, это чудо просто какое-то. Учитель просто подошёл к прислуживающим и сказал: "Наберите в кувшины воды". Они набрали. Спрашивают: "И что?" А он улыбается: "Подавайте!" И ушел танцевать! Они просто ошалели! А потом один в кувшин заглянул и аж заикаться начал! О, а тебе уже этого вина досталось? Ты пробовал? Оно потрясающее! Тут распорядителю подали, так он жениха вызвал, отругал, что лучшее вино на самый конец оставлено. Хотя, по-моему, тут всем все равно, когда пить хорошее вино!

И, довольный донельзя, Иоанн убежал искать Андрея.

Нафанаил, поблагодарив, принял из рук Марии чашу и с задумчивой улыбкой отпил. Да, Иоанн прав. Вино прекрасное. Он не забудет этот вкус. И не забудет один очень важный урок.


Праздник подходил к концу. Слух о том, откуда появилось вино, разлетелся вмиг, но когда узнали жених и распорядитель и хватились Иисуса, Того и след простыл. В танце на Его месте стоял совершенно другой человек.

Через пару дней Его, Марию и ученков встречал Капернаум.