# Дэвид Вебер, Ричард Фокс "Губернатор"

Николай Порфирьевич Фурзиков

Более пятидесяти лет Земная федерация и Терранская лига воюют друг с другом. Число погибших растет год за годом, и конца этому не видно. Но членам Пятисот, социальной элите центральных миров Федерации, на это наплевать. Контр-адмирал Терренс Мерфи - человек из самого центра. Его семья входит в Пятьсот. Его жена - дочь одного из самых богатых и влиятельных промышленников Пятисот. Его сыновья и дочь могут легко избежать военной службы, и после победы в сражении перед ним открывается блестящая политическая карьера. Он может подняться до самых вершин в структуре власти Федерации. Все, что ему нужно сделать, - это успешно завершить безрисковое военное "губернаторство" в захолустной окраинной системе Нью-Дублина, не раскачивая лодку. Но люди, отправившие его в Нью-Дублин, просчитались, потому что Терренс Мерфи - человек, который верит в честь. Который верит в долг - в обычную порядочность и ответственность. Который верит, что за фасадом того, что "все знают", скрываются темные и опасные тайны. Терренс Мерфи намерен принять на себя эти обязанности, раскрыть эти секреты, и его не очень волнует, чего хотят Пятьсот. Он намерен положить конец убийствам. Терренс Мерфи придет за теми, кто организовал пятьдесят шесть лет кровопролития и резни, и сам Ад придет вместе с ним.

Дэвид ВЕБЕР, Ричард ФОКС


ГУБЕРНАТОР


Профессору Дженни Кислинг,

с благодарностью за введение, и

Элис Вебер


Более пятидесяти лет Земная федерация и Терранская лига воюют друг с другом. Число погибших растет год за годом, и конца этому не видно. Но членам Пятисот, социальной элите центральных миров Федерации, на это наплевать.

Контр-адмирал Терренс Мерфи - человек из самого центра. Его семья входит в Пятьсот. Его жена - дочь одного из самых богатых и влиятельных промышленников Пятисот. Его сыновья и дочь могут легко избежать военной службы, и после победы в сражении перед ним открывается блестящая политическая карьера. Он может подняться до самых вершин в структуре власти Федерации.

Все, что ему нужно сделать, - это успешно завершить безрисковое военное "губернаторство" в захолустной окраинной системе Нью-Дублина, не раскачивая лодку. Но люди, отправившие его в Нью-Дублин, просчитались, потому что Терренс Мерфи - человек, который верит в честь. Который верит в долг - в обычную порядочность и ответственность. Который верит, что за фасадом того, что "все знают", скрываются темные и опасные тайны.

Терренс Мерфи намерен принять на себя эти обязанности, раскрыть эти секреты, и его не очень волнует, чего хотят Пятьсот. Он намерен положить конец убийствам.

Терренс Мерфи придет за теми, кто организовал пятьдесят шесть лет кровопролития и резни, и сам Ад придет вместе с ним.


Перевод: Н.П. Фурзиков


Ты сказал, что я могу


ГЛАВА ПЕРВАЯ


- Терри, мы опаздываем! - сказала Симрон Мерфи.

- Не может быть, - ответил коммодор Терренс Мерфи с выражением, которое не назовешь иначе как ухмылкой. - Я почетный гость. Они не могут начать это без меня, не так ли?

- Терри! - Симрон покачала головой и посмотрела на него, но это был на удивление мягкий взгляд.

- Что? - он невинно посмотрел на нее. - Это правда, не так ли?

- Нет, это неправда, - строго сказала она ему. - Лимузин уже ждет. И они могут выехать и выедут точно по расписанию, независимо от того, будешь ты там или нет.

- О, оставь меня в покое! - он закатил глаза. - Ты говоришь о своем брате и моем тесте, Симми! Они когда-нибудь в своей жизни устраивали светские мероприятия "точно по расписанию"?

Она пристально посмотрела на него. В ее коже цвета сандалового дерева и блестящих черных волосах было очевидно генетическое наследие ее отца, но ее глаза были поразительно голубыми, благодаря материнской линии. Ну, и еще небольшой генетической корректировке, произошедшей поколение назад или около того. Она была невысокой, компактной, грациозно двигавшейся женщиной. Возможно, ее нельзя было назвать красавицей в классическом смысле этого слова - черты ее лица были слишком резкими для этого, особенно в эпоху, когда биоскульптура могла превратить любого в бога или богиню. И все же она была удивительно привлекательна и выделялась в любой толпе, главным образом потому, что предпочитала избегать любых ухищрений природы. Это делало ее почти уникальной среди Пятисот, союза семей, которые составляли основу элитного общества Земной Федерации, а уникальность всегда была ее отличительной чертой. Конечно, еще одним фактором был тот факт, что над этими резкими чертами лица доминировали острый, как бритва, интеллект и живое чувство юмора.

Увы, только человек с очень плохим зрением мог бы назвать Терренса Мерфи красивым. При росте чуть меньше двух метров он был почти на тридцать восемь сантиметров выше своей жены, у него были песочного цвета волосы и серые глаза, а лицо с волевым подбородком, казалось, состояло из случайно собранных костей. В этот момент его серые глаза искрились озорством, когда он снова посмотрел на свою жену с невыносимым видом человека, который знает, что только что убедительно заработал очко.

- Может, и нет, - признала она через мгновение. - Но, - она подняла руку, выставив указательный палец, чтобы подчеркнуть свою точку зрения, - папа сегодня главный. Радженда любит подобные мероприятия, но он уехал по делам за пределы планеты. И там будет Бойл. Это Бойл, и его впечатление будет слишком нелестным, если почетный гость - один из почетных гостей - заявится с опозданием на час.

- У нас будет достаточно времени, - заверил ее Мерфи, поворачиваясь к зеркалу и поправляя манжеты. Затем он пригладил один из своих лацканов. Мягко мерцающий секири был импортирован из Ришатана и стоил целое состояние, но в то же время был последним писком моды. Любой, кто стремился быть в первых рядах в мире моды, должен был его носить. И он был вынужден признать, что к его расцветке очень шло его темно-синее пальто.

- Терри, мы действительно опоздаем, если не поторопимся, - сказала она уже более серьезным тоном.

- Лично я предпочел бы остаться дома и вообще никуда не ходить, - сказал он, поворачиваясь, чтобы рассмотреть свой профиль, и поправляя галстук, который снова вошел в моду. - Политика. - Он со вздохом покачал головой. - Ты ведь понимаешь, насколько это будет скучно, не так ли?

- Скучно или нет, но это важно. - Она покачала головой, ее глаза потемнели. - Это важный шаг в твоей карьере, дорогой. Ты не можешь - мы не можем - позволить себе все испортить.

Мерфи издал неопределенный звук, и она поморщилась. Она знала, что ее муж был достаточно умен, чтобы понимать, насколько важна поддержка такого человека, как Амадео Бойл. Бойл, партийный лидер Альянса нового прогресса, стоял на самой вершине власти в Земной Федерации. Хотя сам он не занимал никакого поста, возглавляемый им АНП занимал почти четверть мест в Ассамблее, и именно АНП и его союзники - особенно Кооперативная партия будущего и Консервативная коалиция Югослава Дарковича - привели к власти премьер-министра Верену Шлейбаум. Возможно, во всей Солнечной системе и нашлось бы с полдюжины человек, которые могли бы сделать для чьих-то политических устремлений столько же, сколько Бойл, но не было ни единой души, которая могла бы сделать больше.

- Знаю, что это важно, - сказал Мерфи. - Но я ненавижу всю политическую жизнь. Я видел, как слишком много людей приобрели язву, сталкиваясь с этим. Я бы предпочел быть...

- Где-то на мостике космического корабля, исследующего новые звездные системы, - перебила Симрон и слегка криво улыбнулась, когда он взглянул на нее. Она похлопала его по локтю. - Ну, для этого тоже всегда есть время, но ты сам сказал, что тебе нужно оформить билет несколькими способами, чтобы попасть туда, куда мы оба хотим, и все сделать в правильном порядке. Сначала ты отправишься в Нью-Дублин и внесешь это в послужной список, а затем сможешь вернуться к разведке. По крайней мере, на некоторое время. Получишь лицензию на некоторые колонии. - Она сжала локоть, по которому похлопывала. - Я знаю, ты бы предпочел навсегда вернуться в разведку, милый, но...

Она пожала плечами с почти извиняющейся улыбкой, и настала очередь Мерфи поморщиться, но он тоже кивнул. Возможно, этот кивок был немного неохотным, но она решила смириться с ним. Как бы сильно она ни любила своего мужа, бывали моменты, когда его... отсутствие заинтересованности, за неимением лучшего термина, могло свести ее с ума. В такие моменты он предпочитал не принимать всерьез абсолютно ничего, кроме гораздо более важного вопроса о том, насколько хорошо сидит на нем новый жилет или как оттенок отделки его пиджака сочетается с галстуком.

Больше всего ее бесило то, что он был одним из самых умных мужчин, которых она когда-либо встречала. Он просто решил не использовать этот интеллект, если только это не было необходимо для того, чтобы получить то, чего он хотел, и, к сожалению, казалось, что политическая власть, которая была в пределах его досягаемости, была ему нужна гораздо меньше, чем мотаться по галактике, открывая новые планеты. На самом деле, она была почти уверена, что он рассматривал приобретение этой политической власти главным образом как способ продвинуть бюджетные приоритеты разведки, даже если ему самому не довелось поиграть в бесстрашного разведчика. И все же, несмотря на изысканный крой и общую отстраненность, за этой внешностью скрывалось чувство ответственности. Это чувство было глубоко спрятано, как будто он стеснялся признаться в его существовании даже ей, но оно было. Как только он получит политическую власть, эта ответственность заставит его использовать ее гораздо лучше, чем многие идиоты, которые сейчас держатся за нее.

Она только хотела, чтобы он наслаждался этим так же, как и идиоты. Конечно, он бы этого не сделал. Но он будет хорошо выполнять свою работу, и это было действительно важно.

Теперь он закончил разглядывать себя в зеркале, затем повернулся и одарил ее широкой смеющейся улыбкой, которая преобразила его худощавое лицо, когда он предложил ей руку. Она снова покачала головой, подняв на него улыбающиеся глаза, взяла его за локоть маленькой ручкой, и они направились к посадочной площадке аэрокара.


* * *


Канада Такоре положил ладони на деревянные перила, покрытые темными пятнами. Он провел кончиками пальцев в одну сторону, наслаждаясь ощущением мелких чешуек на коже, затем провел ими в другую сторону и ощутил гладкость стекла. Древесина акульей шкуры была редкой и возмутительно дорогой на Земле, ее импортировали из системы Тессеракт, расположенной далеко за синей линией. Он фальшиво улыбнулся женщине, проходившей по танцполу прямо под возвышением, которое он делил с мужчиной чуть пониже ростом. Амадео Бойл был одет в черный костюм, расшитый золотыми нитями, и держал в пухлой руке бокал с напитком.

Музыка из голографического квартета прекрасно перекрывала низкий гул разговоров в бальном зале, динамики на потолке обеспечивали нужную громкость струнных инструментов для ушей Такоре.

Он провел большим пальцем по экрану, и крошечные датчики на его коже приглушили музыку для него и только для него, пока он слушал десятки и десятки разговоров своих гостей. Здесь были отпрыски крупнейших корпораций, известных семей и интеллигенция Земли. Все нужные люди, и он прекрасно знал, кто не ответил на приглашение на это мероприятие.

Официанты - все настоящие люди - в архаичных нарядах, дополненных леггинсами и высокими воротничками, двигались сквозь толпу, неся инкрустированные платиной подносы с закусками или бокалы с шампанским. Роботы могли бы выполнить эту работу идеально и недорого, но компания Аутентик Лимитед заплатила баснословную сумму за приглашение официантов из плоти и крови для обслуживания мероприятия, и это стало сенсацией, из-за которой репортеры еще несколько дней будут рассказывать о бале.

Все шло гладко. Он постучал ногтем по среднему пальцу, и на его контактных линзах с синхронизацией высветилось время.

Почти все.

- Твой парень опоздает. - Бойл взболтал в бокале разбавленную черную жидкость и сделал глоток. - Он не струсил?

- Заканчивай свою "сингулярность". Его машина уже садится. - Такоре обвел рукой один глаз.

- В вашем приглашении сказано, что это не связанное мероприятие. - Бойл отставил свой почти пустой бокал в сторону и слегка покачал им. Официант с подносом с полудюжиной различных крепких напитков, казалось, появился из ниоткуда и взял бокал. Бойл жестом отпустил его.

- Что касается гостей, то я хозяин, - сказал Такоре. - Не думай, что я не заметил, как ты заглянул в свой линк. Как ее зовут?

- Деньги. - Бойл фыркнул. - Она никогда не спит ни с кем. Жестокая искусница. - Он пожал плечами, и золотые нити на его костюме превратились в дракона, который оскалил зубы на Такоре.

Открылись двойные двери, и внутрь, держась за руки, вошла пара. Они остановились у самого порога, и в толпе репортеров, собравшихся за красной шелковой веревкой, засверкали вспышки фотокамер.

Большинство событий освещали бы дроны, но это было не "большинство событий", и за этими вспышками стояли репортеры прямого эфира. Отклонить приглашение Канады Такоре пообщаться, пусть и на расстоянии, со сливками Пятисот? Конечно, они бы пришли! И их восторженные отзывы из первых уст, которыми они поделятся завтра в социальных сетях, окупят каждое пенни, которое он потратил, чтобы привлечь их сюда.

Пузатый швейцар в костюме из чистого серебра постучал посохом по мраморному полу.

- Достопочтенный назначенный контр-адмирал Терренс Мерфи и миссис Симрон Мерфи! - объявил он, и присутствующие разразились вежливыми аплодисментами.

- Наконец-то ваш зять и ваша очаровательная дочь здесь, - пробормотал Бойл, когда вновь прибывшие вошли в бальный зал и начали пожимать руки и разговаривать с гостями. На лицах обоих были широкие улыбки, которыми мог бы гордиться любой политик. - Полагаю, это означает, что празднование может начаться.

Он достал из кармана пиджака маленькую коробочку, и золотистые отблески пламени заплясали по его руке, когда люстрон изогнулся. Он нажал на боковую сторону, и крышка открылась, обнажив пару значков в виде переплетенных звездных вспышек.

- Как следует прикрепить эту флотскую ерунду? Я протыкаю металлической булавкой его рубашку из ришатанского шелка и бью по ней кулаком, пока она не вонзится в плоть? - спросил Бойл.

- Не будьте занозой в заднице, Амадео, - пожурил его Канада Такоре. Если не считать цвета кожи, он был не очень похож на свою дочь. Он был почти такого же роста, как его зять, с широкими плечами и плоским животом человека, который поддерживает себя в форме на гандбольной площадке в условиях микрогравитации. Его смуглый от природы цвет лица был несколько темнее, чем у Симрон, из-за того, что он провел много времени за штурвалом своего девяностометрового катамарана "Амфитрита". - В толпе есть представитель управления кадров, который пьет мой лучший алкоголь. Как только мы будем готовы, он прочитает какой-нибудь сценарий, а затем моя дочь вручит ему диплом. Тогда он станет настоящим адмиралом.

- Мерфи знает, что делать после этого? Он все еще помнит, как отдавать честь? Давненько не виделись, да? - Бойл захлопнул коробку.

- Независимо от того, хочет он это показать или нет, Терренс - очень умный парень. И не забудьте фамилию Мерфи! Он может быть нам очень полезен в будущем.

Бойл поморщился.

- Я знаю, что... что он, в любом случае, может быть нам полезен. Хотя насчет "умного парня" я не уверен. О, - он махнул рукой, словно отмахиваясь, - я знаю все о его тестировании на профпригодность, о премии Рэймонда, кем бы он ни был, и обо всей его выдающейся репутации в учебе. Но неважно, насколько вы умны, если не готовы использовать свой интеллект для чего-то полезного. У нас хватает рабочих пчел, которые могут исследовать новые звездные системы, Канада!

Такоре взглянул на невысокого Бойла. В выражении лица лидера партии АНП было что-то очень похожее на презрение, но с этим Такоре ничего не мог поделать. Если уж на то пошло, он не был уверен, что презрение было таким уж незаслуженным, как ему хотелось бы думать, и, затаив вздох, оглянулся, чтобы посмотреть, как его дочь и зять направляются к нему через бальный зал.

Такоре признал, что они были потрясающей парой, и хотя он знал, что Мерфи предпочел бы оказаться где-нибудь в другом месте, никто бы не догадался об этом по его приятной улыбке, по тому, как он останавливался, чтобы обменяться любезностями, пробираясь сквозь толпу. Одной из самых сводящих с ума черт Терренса Мерфи было то, что он был так же весьма обаятелен - но совсем по-другому, - как и Симрон, и при этом, казалось, пребывал в блаженном неведении о том, каким полезным оружием могла бы стать его способность очаровывать людей. Действительно, временами Канаде хотелось согласиться с Бойлом, но он слишком долго и упорно работал, чтобы расставить все фигуры по местам. Он не собирался сейчас отказываться от всего этого!

И он Мерфи, напомнил себе Такоре. Прошло много времени, но люди помнят его деда. Одно только признание этого имени будет стоить дополнительных пяти или шести миллионов голосов, когда придет время!

Лично Такоре никогда не привлекала военная карьера. Зачем рисковать своими талантами и всем тем, что он мог бы сделать для Федерации, погибая в бою в глубоком космосе? Для этого были колонисты, а у него было слишком много других, более важных дел, связанных с его компанией Венера Фьючерз.

На протяжении многих лет звучали предложения переименовать корпорацию, дать ей какое-нибудь новое захватывающее название, более подходящее для экспансии человечества в галактику. Такоре отверг их все, потому что некоторые неосязаемые факторы были более ценными, чем простое значение. Как следует из самого названия, Венера Фьючерз появилась раньше, чем сама Земная Федерация. Если уж на то пошло, она предшествовала даже внутреннему развитию Солнечной системы, не говоря уже о стремлении человечества покорить звезды. И первоначально скромная маленькая корпорация, чьей высшей целью много веков назад было разместить жилой комплекс на орбите Венеры, превратилась в одну из дюжины самых могущественных межзвездных корпораций в галактике. ВФ лидировала в проникновении на внутренние рынки Сферы Ришатан и продолжала доминировать в торговле Федерации со Сферой, что отразилось на ее высокой прибыли.

Более того, она была готова к тому, чтобы стать еще мощнее, благодаря своему положению одного из основных поставщиков военно-космического флота Земной Федерации. Бесконечная, затяжная война с безумцами из Лиги, без сомнения, была ужасной вещью, но существовала старая пословица о том, что злые ветры приносят и добро, и не было смысла притворяться, что война - и все эти правительственные контракты - не сделали замечательных вещей для Венера Фьючерз. Конечно, от него не ускользнули и другие поговорки о том, что война полезна для бизнеса. И когда военно-космический флот официально заказал первый авианосец класса Корморан...

Такоре потер руки.

Это было одной из причин, по которой Терренс Мерфи был в центре внимания в процессе распределения средств. Очень немногие люди могли забыть, что дед Терренса, адмирал Хенрик Мерфи, непосредственно отвечал за превращение военно-космического флота из группы простых миротворцев - немногим больше, чем "пограничная охрана в космосе", как называл их старина Хенрик в самые пренебрежительные моменты своей жизни, - в настоящую военную силу. Федерация так отчаянно нуждалась в ней, когда Лига начала свою агрессивную войну. Люди также не забыли о роли коммандера Хенрика Мерфи в неуклонном расширении границ Федерации, прежде чем он занял столь высокое положение в командовании.

Несколько взяток, заплаченных нужным новостным организациям, и алгоритмы свяжут истории о новых Корморанах с Мерфи и его очевидной потребностью в лучших кораблях для борьбы с Лигой. Что, если в процессе строительства кораблей возникнут проблемы с перерасходом средств?

Терренс символизировал возвращение к тому раннему периоду карьеры Хенрика. Все знали, что его истинный интерес, как и самого Хенрика, заключался в исследованиях и разведке, из-за чего добиться назначения его на новую должность было немного сложнее, чем обычно. Он даже был слегка похож на старика, и, согласно семейной традиции Мерфи, окончил академию и поступил на службу в военно-космический флот, когда подошла его очередь. И, несмотря на то, что он предпочитал работу в разведке, он на самом деле неплохо проявил себя в битве за звезду Стилмана. По крайней мере, лучше, чем его отец в Брин-Гэпе. Вероятно, выгоднее не упоминать эту часть его наследия и вместо этого сосредоточиться на Стилмане. О, шансы были далеко не такими неблагоприятными, как предполагала пиар-служба Такоре, но он неплохо справился. А благодаря его имени "неплохо" в сознании публики легко трансформировалось в "блестяще".

Это стоило бы нескольких сотен тысяч голосов, даже несмотря на то, что война едва ли была актуальной проблемой здесь, в Солнечной системе, или среди других центральных миров. Она была слишком далеко и по прошествии более чем полувека тянулась слишком долго для этого, став не более чем фоновым шумом для важных событий в их жизни. И все же, даже здесь, в Солнечной системе, были те, кто следил за военными новостями. Возможно, они и не входили в число Пятисот, но у них были голоса, и тот факт, что Терренс "отличился в бою", от них не ускользнул.

И не расстроится ли Мэдисон, когда мы заключим первичные контракты на Кормораны, - подумал Такоре. Может, ей стоило чуть больше стараться ради Терренса, когда он был еще неженат?

У Мэдисон Доусон, генерального директора Астро Инжиниринг, была дочь примерно того же возраста, что и Симрон, но она явно не осознавала важности семейных связей с Мерфи в разгар самой продолжительной, кровопролитной и разрушительной войны человечества. Возможно, было к счастью, что двадцатипятилетняя Симрон, конечно, не понимала, насколько усердно ее отец сводил вместе ее и тогдашнего лейтенанта Мерфи. Она была упрямой молодой женщиной, его дочь, и если бы поняла, как сильно он давит, ее автоматической реакцией было бы дать сдачи.

Ценный человек, мой зять, - подумал он. - Хотел бы я, чтобы ему было не наплевать на что-нибудь, кроме своего гардероба и того, что у него снова будет палуба корабля под ногами, но все равно ценный человек. В чем-то он слишком похож на своего деда, но, наверное, даже к лучшему, что у него нет стариковского упрямства.

Управлять карьерой такого умного человека, как Мерфи, может быть непросто, и был момент или два - особенно сразу после его возвращения от звезды Стилмана - когда он казался немного... беспокойным. Был склонен противиться советам своего тестя. На самом деле, было время, когда Такоре боялся, что слишком сильно давит на него. Он не рассчитывал на то, что Терренс примет близко к сердцу свой собственный военный опыт и что этот опыт может повлиять на его реакцию на те возможности, которые естественным образом открываются перед человеком с его происхождением и связями. Он даже критиковал стремление Венера Фьючерз к военным контрактам, которые были основой ее корпоративной жизни, по крайней мере, до тех пор, пока Такоре не усадил его рядом и не объяснил некоторые холодные, непримиримые факты из жизни.

Кто-то должен был строить корабли для военно-космического флота, отметил он, и для всех было бы лучше, если бы этот "кто-то" обладал ресурсами, инженерным талантом и доказанной способностью поставлять продукцию, которую Венера Фьючерз демонстрировала на протяжении последних нескольких десятилетий. И это неизбежно означало, что Венера Фьючерз - и, следовательно, семья Терренса - в процессе заработают много денег. Но это же не спекуляция! На самом деле, Такоре был шокирован - шокирован! - что кто-то мог обвинить его в этом. Но нет ничего плохого в том, чтобы зарабатывать деньги, получать плату за поставку того, что нужно флоту, когда, где и как это необходимо. И это требовало стабильного денежного потока для поддержания как материальных заводов, так и человеческого капитала, который Венера Фьючерз накопила на службе Федерации.

К счастью, Мерфи распознал голос реальности, когда услышал его. Возможно, он был больше сосредоточен на возвращении в космос - и на своем гардеробе - чем на использовании возможностей ВФ, но с этим Такоре мог справиться. Поначалу он был более чем раздражен настойчивостью Мерфи добавить к этому списку еще один пункт, но справился с этим, особенно когда аргументы, выдвинутые Мерфи в пользу этого, продемонстрировали, что он понимает - по крайней мере, сейчас - важность политической власти.

Именно он напомнил своему тестю, что Закон о чрезвычайных военных полномочиях "временно" отменил конституционное требование о том, чтобы губернаторы систем Федерации были гражданскими лицами, утвержденными местным законодательным собранием, и вместо этого предоставил право федеральному правительству назначать их. Олимпия по-прежнему должна была консультироваться с местным правительством, когда это было возможно, но в условиях военного времени медлительность межзвездной связи явно делала это непрактичным. И вот, в течение последних пятидесяти с лишним лет федеральное правительство регулярно назначало губернаторов. А поскольку конституционные ограничения были отменены, Олимпия по возможности совмещала должность губернатора с должностью военного командующего системы. Особенно в системах, наиболее близких к пространству Лиги. Так что, если бы он был в списке на развертывание, и Такоре мог бы найти одну из таких систем, предпочтительно ту, которая была бы немного важнее других, и выдвинуть его на нее...

Такоре пришлось признать, что он не думал о такой возможности. На самом деле он был сосредоточен на том, чтобы исключить Мерфи из кандидатов на активные операции, оставив его прямо здесь, в центральных мирах. И он чертовски хорошо знал, что политическая подоплека была не единственной - по крайней мере, для Мерфи. Такоре был уверен, что тот не захочет отказываться от предстоящего командования оперативным соединением и возвращаться домой по расписанию. Но он сделает это, и как бы ни раздражала Такоре задержка, он был вынужден признать, что Мерфи прав. Это хорошо смотрелось бы в его резюме, особенно с учетом того, что у него в кармане был бы дополнительный авторитет губернатора системы. На самом деле, Такоре был немного огорчен, осознав, что Мерфи пришлось указать ему на то, что исследовательская миссия, сопровождающаяся сражением, не является достаточным средством для получения влияния, даже для человека по фамилии Мерфи. Нужно было пробивать билет и зарабатывать знаки отличия, а успешные командные назначения были главной валютой, имевшей значение для военного ведомства, члены которого воевали всю свою сознательную жизнь.

Вспоминая об этом, Такоре был уверен, что, несмотря на всю свою кажущуюся незаинтересованность в политике, Мерфи также понимал, как далеко может подняться человек с его фамилией, особенно когда за этим именем стоит политическое благословение Амадео Бойла и огромное богатство Канады Такоре. И он был прав. После второго назначения - на этот раз в качестве командующего оперативным соединением, а не просто командира эскадры - в его квалификационном списке не было никаких ограничений на политическую карьеру, ожидавшую его по возвращении на Землю. Сам пост премьер-министра, вероятно, был бы для него в пределах досягаемости после пяти или десяти лет работы в Ассамблее, и это должно было стать блестящей перспективой для любого. Конечно, даже такой умный человек, как Мерфи, мог бы не заметить, кто дергает за ниточки, стоящие за его премьерством, если бы это было сделано умело. И Канада Такоре знал очень немногих людей, более ловких, чем он, или...

- Добрый вечер, папа, - сказала Симрон, нежно улыбаясь, когда они с Терренсом подошли к нему, и положила свободную руку ему на плечо. - Извини, что мы опоздали. Кто-то должен был убедиться, что его галстук завязан правильно.

- Действительно? - Такоре склонил голову набок, глядя на своего зятя. - Есть идеи, кто бы это мог быть, Терри?

- Понятия не имею, - ответил Терренс Мерфи и улыбнулся.


ГЛАВА ВТОРАЯ


- Нам действительно обязательно это делать? - прорычал адмирал флота Аркадиос Фокаидес. - Этот парень - чертов пижон, что бы там ни говорили чертовы газетчики о Стилмане!

Начальник военно-космических операций Земной Федерации и в лучшие времена был человеком, совершенно не терпевшим дураков, и был не слишком разборчив в том, кого относил к категории "дураков". Хотя, по мнению вице-адмирала Ян Сяолань, в данном случае у него могут быть аргументы получше, чем обычно. Ян знала Терренса Мерфи более тридцати лет, и он никогда не производил на нее впечатления подходящего защитника фамилии Мерфи. Не то чтобы он не мог быть им, просто с ним никогда этого не случалось.

- Решение за вами, Аркадиос, - сказала она. - Могу сказать лишь то, что аргументы в пользу того, чтобы сделать Бойла счастливым, довольно убедительны, и я думаю, он готов пойти на это.

- Наверное, из-за того, сколько кредитов Такоре вкладывает в благотворительный фонд его чертовой партии. Боже, ненавижу политику! - Фокаидес выглядел еще менее счастливым. Но затем он пожал плечами. - Не думаю, что он может причинить слишком много вреда.

Ян отметила, что начальник ВКО умудрился не сказать "даже он". Вероятно, ему было нелегко.

- Не похоже, что ему придется в одиночку побеждать весь Рензу Ляньмен Хиджун, - отметила она, и Фокаидес одарил ее умеренно неприязненным взглядом. В отличие от некоторых, у нее не возникло проблем с правильным произношением названия флота Терранской лиги. Большинство сотрудников ВКО, включая некоего Аркадиоса Фокаидеса, просто называли это военно-космическим флотом Лиги или членами Лиги и мирились с этим.

- Конечно, это не так, - проворчал он в ответ. - Я просто ненавижу давать ему это место. Не похоже, что он его заслужил!

Ян кивнула. С этим никто не мог поспорить, - размышляла она.

- Я удивлена, что Такоре не настаивал на том, чтобы эту должность получил его сын Радженда, - сказала она.

- Явный непотизм не пойдет на пользу Такоре. - Фокаидес покачал головой. - Кроме того, у Радженды есть боевое командование на фронте Бета Лебедя. Если мы уберем его оттуда, это будет выглядеть так, будто его вежливо уволили.

- Итак, они назначают Мерфи на должность в Нью-Дублине, где он будет командовать значительными силами. В факсах это выглядит хорошо, - отметила она в ответ. - Рекламная кампания Бойла точна в том, что общественная информация может обыграть точку зрения "Мерфи отправляется на войну". Особенно - и я знаю, что вы не хотите это слышать - после Стилмана.

Фокаидес пристально посмотрел на нее, и настала ее очередь пожать плечами.

- Я знаю, что все это было раздуто до предела, и, если судить по моим предположениям, только О'Хэнрати удержал его от того, чтобы не броситься на свой меч. Именно так говорится даже в отчете Мерфи после боя, если читать между строк. Но каковы бы ни были причины, именно таким его сейчас видит общественность. И как бы это ни раздражало, для выделения средств на следующий год нам понадобится вся политическая поддержка, которую мы сможем получить. - Фокаидес устремил на нее взгляд ледяных зеленых глаз, и она снова пожала плечами. - Мне все нравится не намного больше, чем вам, но если это поможет нам получить необходимый бюджет, оно стоит вложений.

Фокаидес откинулся на спинку стула и провел пальцами правой руки по волосам. Благодаря антигеррону его волосы все еще были густыми и темными, но ему было восемьдесят лет, и он почти двадцать лет возглавлял военно-космические операции. Еще через пять лет он выйдет на пенсию, и Ян займет его место. Она была на семнадцать лет моложе его, и два года назад ее назначили заместителем начальника военно-космических операций специально для того, чтобы дать ей опыт, который понадобится, когда настанет ее очередь руководить. Он также не случайно выбрал ее в качестве своей преемницы. Выбрал ее, потому что она была умна и способна, и потому что выбор был слишком важен, чтобы оставлять его на усмотрение гражданских.

И она права, черт возьми, - подумал он. - У меня просто мурашки по коже. Интересно, во многом это из-за того, как сильно я ненавидел его старика? Фокаидесу не хотелось признаваться даже самому себе, что личная неприязнь могла сыграть роль в принятии подобного решения, но не было смысла притворяться, что они с Бартоломью Мерфи искренне не презирали друг друга. А Терренс Мерфи был точной копией своего отца. Вопрос в том, такой ли он неумелый, каким был его отец? Ян права насчет необходимости инвестировать в политическую поддержку, но, Господи, я ненавижу тратить даже небольшое оперативное соединение на чертового Мерфи! Особенно того, кто так испуганно отступал до того, как звезда Стилмана превратила его в "героя".

Это и было истинной причиной его первоначального отказа давать согласие на все развертывание, сказал он себе... и надеялся, что был честен, когда делал это. Но Мерфи уже носил фамилию своей семьи, когда решил пойти в разведку, вместо того чтобы следовать по пути боевого флота. В то время, когда Земная Федерация увязла в смертельной схватке с Лигой, он решил держать свою драгоценную задницу подальше от линии огня, точно так же, как он поступил со своим старшим сыном. Что, если он решит сделать это снова? Что, если герой звезды Стилмана вернется к своему истинному облику, когда шансы станут по-настоящему ничтожными?

И все же каждый раз, когда он задавал себе этот вопрос, он возвращался к словам Ян. Очень немногие жители центральных миров понимали, насколько плохими стали дела. По не совсем верному выражению одного из самых раздражающих репортеров, "миры Окраины, возможно, и воюют, но в сердце торговли находятся центральные миры". И все же метафора была точна. Фокаидес знал, что Лига не сможет бесконечно поддерживать текущие темпы операций. В конце концов, более многочисленное население Федерации и гораздо более мощная промышленная инфраструктура должны были победить в том, что превратилось в ужасную войну на истощение. Но Аркадиос Фокаидес убеждал себя в этом в течение последних двадцати лет, и подозревал, что его предшественница убеждала себя в этом по меньшей мере за двадцать лет до того, как он стал начальником операций. И каким-то образом, спустя полвека с тех пор, как прозвучали первые выстрелы, Лига упрямо отказывалась лечь и умереть.

И это продолжается уже достаточно долго, чтобы становилось все труднее и труднее убеждать Ассамблею платить за войну, - мрачно подумал он. И это потому, что избирателям - драгоценным, избалованным, бесполезным избирателям - все равно. С чего бы это? Нам удалось сохранить боевые действия за пределами центральных миров, ни одна из наших критически важных звездных систем не подвергается риску, так что, с их точки зрения, они не участвуют в игре.

Если, конечно, их дети не будут отправлены на боевые операции.

- Хорошо, - сказал он наконец, - ты права. Мы должны просто проглотить таблетку и продолжать в том же духе, но я не хочу, чтобы он разгуливал там без присмотра!

- Я думаю, что на самом деле мы в курсе, - ответила Ян. Фокаидес приподнял брови в молчаливом вопросе, и она фыркнула. - Это одна из причин, по которой я убеждена, что на самом деле он не полный идиот. Он запросил О'Хэнрати на должность начальника штаба.

- Так ли это? - начальник ВКО снова выпрямился в кресле. - Это обнадеживает. О'Хэнрати, может, и динозавр, но, по крайней мере, он знает свою задницу лучше, чем локоть, когда дело доходит до тактики.

Ян кивнула в знак согласия. Харрисон О'Хэнрати окончил Академию всего через пару лет после нее, но он был всего лишь коммандером, когда Терренс Мерфи отправился к звезде Стилмана. Возможно, на самом деле он и не был тем "динозавром", каким назвал его Фокаидес, но, безусловно, умудрился запятнать свою биографию столкновениями с достаточным количеством старших офицеров, чтобы объяснить медленный прогресс в своей карьере. Его служебная командировка в управление разведки флота тоже не очень помогла ему в этом отношении. Ян не знала, чем он так разозлил сотрудников разведки, но подозревала, что, вероятно, совал свой нос, куда не следует. За последние тридцать-сорок лет он часто так поступал. Что было досадно, потому что в оперативном плане он действительно "умел отличать задницу от локтя". Если бы он только мог держаться подальше от неприятностей с начальством и сосредоточиться на этом, у него уже были бы адмиральские звезды.

По крайней мере, он наконец-то получил звание капитана после того, как не дал Мерфи залезть в сортир у звезды Стилмана. И она спокойно дала ему понять, что, если он сможет и дальше удерживать Мерфи от неприятностей, пока они не вернут его оперативное соединение в целости и сохранности, его тоже ждет звезда коммодора.

- Он действительно знает свою тактику, - сказала она вслух. - И Мерфи уже показал, что готов прислушаться к О'Хэнрати. Я думаю, тот факт, что он хочет видеть его главой аппарата, показывает, что он знает, насколько ему нужно продолжать прислушиваться.

- Надеюсь, что так. - В голосе Фокаидеса прозвучало немало скептицизма, но он также махнул рукой в отмашке. - В любом случае, это, вероятно, самое близкое к тому, что мы можем сделать для защиты от стихийных бедствий. Думаю, нам остается только надеяться на лучшее.


ГЛАВА ТРЕТЬЯ


Лестница была узкой, и Мерфи поддерживал жену за локоть, поскольку каблуки Симрон и несколько коктейлей делали спуск более трудным, чем обычно. Поднявшись по лестнице, они оказались в гараже, где их ждала длинная вереница лимузинов, и молодой человек в такой же униформе, как у официантов вечеринки, открыл дверцу машины с необычным украшением капота и достаточным количеством хромированных бликов, чтобы она выделялась даже на фоне остальной роскоши.

- У папы не очень-то хорошо получается "не демонстрировать", не так ли? - сказала Симрон, качая головой и криво улыбаясь, когда она скользнула на заднее сиденье и сбросила туфли. - Он бы привез нас на "Дукати-11", не так ли?

Терренс закрыл за ней дверцу и обошел машину сзади вместе с парковщиком, и их приглушенный разговор продолжался с другой стороны лимузина.

Окно между пассажирским и водительским отделениями опустилось, водитель повернулся и приподнял кепку.

- Рад приветствовать вас, мэм, - сказал он. - Куда я могу вас отвезти?

- Кого-то не хватает, - ответила Симрон и покосилась на подлокотник, ища кнопки управления.

- Я открою.

Водитель нажал на кнопку. Окно напротив Симрон опустилось, и она наклонилась к нему как раз в тот момент, когда Мерфи схватил парковщика за плечо и пожал ему руку.

- Береги себя, - сказал ему контр-адмирал, затем открыл свою дверь и сел.

- Теперь домой, - сказала Симрон водителю, затем покачала головой мужу, когда между ними и водителем поднялась перегородка.

- Теперь ты стал разговорчивым? - спросила она. - Мне пришлось выкручивать тебе руку, чтобы ты сказал больше пяти слов папиному финансовому директору и новой главе Стеллара Лайнз - и я не могу поверить, во что она была одета, - а потом ты подружился с прислугой?

У Мерфи был отсутствующий взгляд, когда он выглянул в окно.

Лимузин поднялся над линией машин на антигравитационных излучателях в колесных нишах.

- Терренс, - рявкнула Симрон, - не хочешь объяснить?

- Что? О, он был на борту "Карсона", - сказал Мерфи. - Он хотел... немного предаться воспоминаниям.

- Ты никогда не служил на борту какого-то "Карсона". - Симрон слегка прищурилась.

- Это был один из кораблей, которые мы потеряли при звезде Стилмана, - сказал Мерфи. - Мы спасли часть его команды после сражения... Он припомнил, что я был на дне отсека, когда мы открывали его капсулу. Сказал, что я был одним из тех, кто нес его носилки, когда его привезли в медицинский центр.

- Ты помнишь его?

- Это был долгий день, Симми, - мягко сказал Мерфи.

- Полагаю, из-за своего статуса его наняли на эту ночь. - Симрон дважды взмахнула рукой, и на экране, встроенном в браслет, появилось изображение ее лица. Она искусными движениями ногтя мизинца нанесла тонкий слой подводки для макияжа. - С ним, казалось, все было в порядке.

Лимузин выехал из гаража и поднялся в воздух, пересекая уровни воздушного движения, протянувшиеся между небоскребами Олимпии. Столица Федерации славилась своим переполненным воздушным пространством, и Мерфи напрягся, когда лимузин проскочил в просвет между аэрокарами и набрал скорость, преодолевая все более и более быстрые полосы.

Человек на водительском сиденье был почти для антуража, напомнил он себе. Их маршрут контролировал сетевой искусственный интеллект.

- У него протезы рук ниже локтя, - сказал Мерфи. - Ты не заметила, что пальцы на его левой руке как будто слегка повреждены артритом? Некачественные протезы.

- Предполагалось, что этой ночью не будет собрания ложи ветеранов службы Федерации. - Симрон вздохнула и переключила проекцию на несколько каналов медиа. Появились фотографии, на которых они вдвоем появляются на вечеринке, и новостные статьи. - Все освещение событий позитивное... Судя по этим заголовкам, ты настоящий герой войны.

- Твой отец снова "корректирует" алгоритмы? - спросил Мерфи.

- Ты новоиспеченный контр-адмирал. Новый командующий. С медалями за битву у звезды Стилмана. Не жалуйся, если мы заставим твою звезду сиять немного ярче. Помогает семье. И разве ты не герой?

- Нет. - Мерфи отвел взгляд. - Мы проигрывали битву, и мне удалось переломить ситуацию. Любой офицер поступил бы так же.

- Но это сделал ты, и нет ничего плохого в том, чтобы сказать об этом людям. Кроме того, разве тот парковщик не счел бы тебя героем?

- Я просто рад, что он остался жив, - сказал Мерфи.

Симрон ущипнула себя за переносицу.

- Давай посмотрим, правильно ли я тебя обучила, - сказала она. - Кто был тот технический специалист, у которого был отвратительный одеколон?

- Лайонел Фанкс, судоходный конгломерат Гудридж, - ответил Мерфи. - Он был со своей ассистенткой, а не с женой.

- Это была не его... Ему нравятся блондинки. В любом случае, он все говорил и говорил о секторе Бета Лебедя и о том, что твоя должность находится в Нью-Дублине. К чему он клонит?

Скорость лимузина выровнялась, когда они пролетали мимо пентхаусов. Над ними не было никакого движения.

Мерфи нахмурился. За поездку в столь высокой полосе взималась дополнительная плата. По его мнению, это пустая трата денег.

- Даже не начинай говорить о цене. - Симрон подняла палец. - Я знаю тебя. Вернемся к парню, от которого пахло мукой и ванилью.

- Большая часть флота Федерации сражается в секторе Бета Лебедя. Мы на грани прорыва - если слушать новости - того самого прорыва, который был обещан десять лет назад, с тех пор как мы проиграли при Мангалоре. Нью-Дублин находится почти в двухстах световых годах от Земли... почти в противоположном направлении от Беты Лебедя, - сказал Мерфи.

- И что? - Симрон сделала круговое движение рукой, призывая его двигаться вперед.

- Это был его способ намекнуть, что я либо не готов к действиям на передовой... либо боюсь их, - фыркнул Мерфи.

- Подожди... Ты просто позволил ему уйти безнаказанным?

- Фанкс никогда не носил военную форму. Какое мне дело до того, кто получил отсрочку и уклонился от обязательной службы?

- Потому что, - Симрон подняла палец, и новостные ленты исчезли, - Фанкс из Пятисот и наследник одной из самых влиятельных семей в этой группе. Его мнение имеет значение, Терри. Ты не можешь отмахиваться от таких людей только потому, что они не прошли тот же путь, что и ты. А знаешь, кто еще не служил в армии?

- Не начинай, - сказал Мерфи.

- Вайом, наш дорогой первенец. - Ее лицо потемнело от гнева.

- Я прекрасно знаю, кто он такой. - Мерфи слегка откинулся на спинку стула.

- Федерация совершенно ясно дает понять, что военная служба не нужна тем, кто занимает ключевые позиции в нашей экономике, - сказала она. - А Вайом - восходящая звезда в компании отца. Он уже возглавляет команду по разработке концепции нового корабля и...

- Я никогда не говорил, что Вайом не подходит на эту должность, - сказал Мерфи. - Он очень хорошо зарекомендовал себя.

- Но ты был против его отсрочки. Не отрицай этого.

- Семейная традиция, - сказал Мерфи. - Мой дед и мой отец...

- У нас есть Каллум, который пойдет по твоим стопам - сказала Симрон. - Вайом может пойти в своего другого дедушку. И я рада, что ты будешь так внимательно следить за Каллумом во время твоего развертывания. Развертывания в гораздо более спокойной части войны.

- Кстати, - Мерфи достал из кармана брюк матово-черный футляр.

- Я же просила тебя оставить его дома, - сказал Симрон.

- Ты думаешь, флагман может просто отключиться от командования? Даже твой отец все еще проверял обновления на вечеринке. Эти хрусталиковые импланты стоят дорого, но у них есть дурная привычка отключаться, когда они получают доступ к информации.

Над футляром появился небольшой голографический экран, проекция с места Симрон была размытой.

- Ты продолжаешь твердить о том, что О'Хэнрати держит все под контролем, - сказала Симрон. - Может, тебе стоило нанять кого-нибудь из того короткого списка, который составил отец?

- Не хочу проявить неуважение к Канаде, но во флоте Федерации больше нет никого, похожего на О'Хэнрати.

- Это хорошо или плохо? - Симрон приподняла бровь.

- Хороший старший офицер решает проблемы еще до того, как они дойдут до сведения командира, - сказал Мерфи. - Но некоторые из них всегда будут неподвластны его контролю.

Футляр зажужжал в его руке.

- Такая, как здесь. - Он протянул футляр ей, и она, взглянув на экран, закатила глаза.

- Ух, - сказала она. - Я не удивлена. Тебе придется с этим справиться. И лучше разобраться с этим, пока ты не в Нью-Дублине. Его фамилия и принцип Питера могут помочь ему только до определенной степени.

Лимузин мягко приземлился у их дома, и дверца Симрон плавно открылась. Она послала Мерфи воздушный поцелуй и пошла внутрь.

Экран между Мерфи и водителем опустился.

- Сэр?

- Похоже, меня пригласили на вечеринку после вечеринки, - сказал Мерфи. - Отвези меня в игровой комплекс "Спринг Маунтин". Отдельный вход.

- Немедленно. - Дверца лимузина захлопнулась.


* * *


Каллум Мерфи, лежа на прохладном кафельном полу, чувствовал, как мир вокруг него кружится. Он знал, что лежит совершенно неподвижно, но из-за избытка алкоголя в его организме все его ощущения стали немного подозрительными. Из уголка его рта потекла слюна, а ноги забарабанили по полу.

- Он... жульничает! У этого дилера... была карта в... руках. Что-то. - Его желудок сжался, и он сглотнул, прежде чем его содержимое успело подняться дальше основания пищевода.

Перед ним возникла пара блестящих черных ботинок.

- Ты... отпустил его? С жульничеством? - Каллум попытался погрозить пальцем и ткнул себя в щеку.

- Да, я разрешаю дозу, - произнес чей-то голос. - Двойную.

- О... привет, пап. - Каллум поднял голову, но тут же опустил ее, когда свет стал слишком ярким. - Большое... доброе утро.

- Сэр, - произнес новый голос, - такая доза трезвителя...

- Вы меня слышали.

Каллум почувствовал, как что-то холодное прижалось к его горлу, и услышал шипение.

- Что ты - что? - Карие глаза Каллума распахнулись, а сердцебиение участилось. Он сел, тяжело дыша, перед глазами все покраснело, а в ушах запульсировало от напряжения. Холодный пот выступил у него на лице, и он несколько раз провел ладонями по глазам. Он попытался протестовать, но смог издать только пронзительный стон в промежутках между глотками воздуха.

- Пульс на уровне ста семидесяти и держится, - сказал новый голос.

- Значит, ему можно дать еще? - спросил Терренс Мерфи.

- Не рекомендуется.

- О Боже. - Каллум сморщил нос, почувствовав запах собственной пропитанной алкоголем одежды. - Это никогда не выйдет наружу. Ты ведь знаешь это, правда? - Он взялся за край своей промокшей рубашки и стянул ее с себя.

Мерфи присел на корточки и заглянул ему в глаза.

- Сынок, я разочарован.

- Что? Что я сделал?.. - Каллум на мгновение закрыл глаза. - Трезвитель выведет алкоголь организма. Но не поправит память, - сказал он, снова открывая их.

- Тогда позволь мне освежить ее, - сказал Мерфи. - Ты устроил настоящую сцену в игорном зале. У меня здесь счет за испорченное колесо рулетки и новый войлок на двух разных столах для блэкджека.

Каллум провел рукой по колену.

- Забавно, обычно принимаешь дозу "больше не пей", и твой мочевой пузырь...

- Колесо рулетки, - сказал его отец.

- О, да...

- Ты также сделал предложение нескольким официанткам и охраннику, сказав, что завтра отправляешься на войну и хочешь...

- Хорошо, это я помню. - Каллум приложил руку к виску. - Вайому тоже достанется эта честь. Можно мне немного воды? Может быть, что-то с электролитами?

- Вставай. - Мерфи подхватил сына подмышки и рывком поставил на ноги. Это потребовало некоторых усилий. Хотя Каллум был очень похож на мужеподобную копию своей матери, он был всего на восемь сантиметров ниже Мерфи ростом. - Консьерж позвонил мне из вежливости, чтобы я разобрался с твоей ситуацией, прежде чем они сообщат правоохранительным органам. Ты понимаешь, что чуть не произошло?

- Быстрая поездка в здание суда для наказания? - улыбнулся Каллум.

- Нет! - вскричал Мерфи.

Дверь в комнату закрылась, когда второй мужчина вышел.

- Каллум... Ты был так пьян, что еще до конца ночи оказался бы либо в тюремной камере, либо в больнице. Такое случается, и ты пропустил бы сбор, когда завтра отправится наша авианосная группа. Ты понимаешь, что это означало бы?

- Я... успею на следующий транспорт до Нью-Дублина? - Каллум попытался улыбнуться, но почувствовал стреляющую боль в висках.

- Ты лейтенант военно-космического флота Федерации и флаг-лейтенант адмирала, который завтра отправляется на службу, - сказал Мерфи, уперев руки в бока.

- Нет, вообще-то я служу в торговом флоте... или должен был бы служить. - сказал Каллум. - Но у меня приказ об отправке на действительную службу, да. Пропуск сбора перед отправкой - это... довольно плохо. Военный трибунал - плохо. Но разве ты не...

- Нет, Каллум. Даже я не смог бы вытащить тебя из такой передряги. Федерация воюет уже почти шестьдесят лет, и неявка на службу, когда у тебя есть приказ, недопустима. Неважно, какая у тебя фамилия.

Мерфи взял сына за локоть и вывел его из комнаты в коридор.

- Война? Давай будем реалистами, папа. - Каллум немного запнулся, стараясь не отставать от отца. - Мы едем в Нью-Дублин. Я даже не знаю, где именно - если подумать, до сих пор не уверен, что смогу найти это место на звездной карте. Это мертвый сектор. Даже не на основных торговых линиях. Просто кучка колонистов, которые ютятся на земле и выращивают детей.

Они вышли на площадку для аэромобилей, расположенную на высоте нескольких десятков этажей над уровнем улицы. Гигантские здания близлежащих казино и ночных клубов танцевали в ночи. В разноцветном сиянии проносились суда воздушного транспорта. За ними в ночи подобно титанам возвышались высокие здания столицы Федерации, сверкая драгоценными камнями освещенных окон и купаясь в лучах прожекторов, словно сокровища, сложенные в шкатулку с драгоценностями какого-то бога.

- Гарантирую, что у них в глуши нет ничего подобного, - сказал Каллум.

- Сынок, - Мерфи покачал головой. - Это моя вина. Это моя ошибка.

- Не продолжай.

- Ты... ты понятия не имеешь, что значит носить военную форму. Ты всю свою жизнь прожил в центральных мирах. Война значит для тебя не больше, чем то, что показывают в твоей ленте новостей. Звучит примерно так?

Каллум прижал руки к бокам.

- Прости? Я должен был записаться в "Общественную космическую пехоту" на летние каникулы или что-то в этом роде? В колледже я был в учебном корпусе резервистов, как ты и просил, но меня больше интересуют конструкция привода Фассета и макроэкономика, чем стрельба из ракет. Торговый флот для меня гораздо более привлекателен как карьера, чем разведывательный корпус или регулярный военно-космический флот. Так что не пошел в военный флот, а затем перешел в торговый флот, как и хотел дедушка. В чем проблема? После того, как Вайом получил отсрочку, я думал, ты не...

Челюсть Мерфи сжалась так сильно, что Каллуму показалось, что у его отца вот-вот хрустнут зубы.

- Я в твоем штате, - сказал Каллум. - О'Хэнрати не позволит мне слишком сильно облажаться, верно? Два года сидения сложа руки в Нью-Дублине, а потом все закончится, - пожал он плечами. - Я вернусь и стану капитаном торгового корабля, а ты... сенатором или кем-то в этом роде.

- Что ты имел в виду, - Мерфи постучал по экрану на ограждении автомобильного причала, - когда сказал, что Вайом получит "честь" раньше тебя?

- Неужели? Должно быть, это лекарства играли с моим...

Мерфи одарил его взглядом, который отцы практиковали задолго до того, как люди научились говорить.

- Вайом в Буэнос-Айресе, - огрызнулся Каллум в ответ. - Это деловая поездка... И так уж случилось, что Ингрид родом оттуда же.

- Ингрид. Они встречаются всего полгода, - нахмурился Мерфи.

- Это рекорд для Вайома, - сказал Каллум.

- Нет. Вайом не может... - Мерфи провел рукой по волосам. - Что именно он собирается делать? Сделать предложение?

- Это всего лишь подозрение, - Каллум поднял руки. - Он становится еще глупее, чем обычно, когда начинает говорить об Ингрид.

- А твоя мама знает?

- Она практически свела их, - сказал Каллум. - Ингрид - единственная наследница еще одного из Пятисот. У мамы, наверное, уже есть список проверенных временем детских имен. Я просто отмечу, что она не сделала ровным счетом ничего, чтобы подцепить мне богатую наследницу.

- Ты помнишь Дженни Шлейбаум? Когда тебе было четырнадцать?

- В свое оправдание могу сказать, что змеи тогда были потрясающими. Она так не считала.

- Сынок...

К причалу подъехало разбитое такси.

- Ты приехал на этой штуке? - спросил Каллум.

- Мы уезжаем на этом, - сказал Мерфи. - Чтобы папарацци не узнали, что один молодой офицер был очень близок к тому, чтобы опозориться.

Дверь со скрипом открылась, и цилиндрическая голова робота-водителя повернулась.

- К-к-куда? - донеслось из микрофона.

- Это запах от сиденья или от меня? - Каллум сморщил нос.

- Садись, - Мерфи толкнул Каллума в плечо, - и не удивляйся, когда в твоей платежной ведомости появится куча нулей за следующие несколько месяцев. Молчание стоит денег.

- Э-э-э... Мы все равно будем в пути. Ты голоден, пап? Последний шанс перекусить. Что едят в Нью-Дублине? Личинок и крыс?


ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ


Мерфи сидел за штурвалом, пока маленький шаттл поднимался сквозь облака. Сидевший в кресле второго пилота Харрисон О'Хэнрати не отрывал зеленых глаз от высотомера. На его коротко остриженных каштановых волосах играли блики, пока шаттл не вышел за пределы термосферы и они не увидели тонкую голубую линию горизонта.

О'Хэнрати вставил небольшое устройство в порт передачи данных и нахмурился одним уголком рта. Он вытащил из прорези на своем форменном комбинезоне ручку в металлическом корпусе и ткнул кончиком с одной стороны панели управления.

Послышалось шипение и короткий сноп искр.

- Один из микрофонов все еще был включен, - сказал О'Хэнрати. - Уверен, это произошло совершенно случайно. Но, во всяком случае, мы можем говорить свободно.

- Если кто-то пытался подслушивать, - сказал Мерфи, - и это не было каким-то невинным сбоем, то вы как бы раскрываете свои карты, не так ли?

- Позволить им выйти сухими из воды было бы еще хуже, если предположить, что у них есть хоть капля компетентности, - сказал О'Хэнрати. - Если это был сбой, то я дал нашим специалистам задание. Если они думают, что смогут застукать меня у открытого микрофона после четырех десятилетий службы в военной форме, в основном в разведывательном управлении, то это оскорбление моей компетентности. Они были бы чертовски удивлены, если бы я позволил им уйти от расплаты.

Он покачал головой.

- А как насчет наших уважаемых политических лордов и повелителей? - спросил он, меняя тему.

- Все в порядке, - сказал Мерфи.

- Да? Как прошел ваш вечер с богатыми и влиятельными людьми? Они умащают вас розовой водой и маслом, или это происходит только после того, как вы становитесь патриархом в Пятистах?

- Шампанское по завышенной цене и много позерства, - сказал Мерфи. - Я зять богатого отпрыска и собираюсь сделать карьеру. Подобные общественные мероприятия смазывают колеса в центральных мирах.

- А я-то думал, что это кровь космонавтов крутит шестеренки, - сказал О'Хэнрати. - Вас случайно не приглашали в прокуренную комнату на лекцию на тему "как все обстоит на самом деле"?

- Это задание - мое испытание. - Мерфи скрестил руки на груди. - Просто нужно соблюдать приличия, а потом...

- Затем Такоре использует вас, как марионетку на своей руке, когда ему придется держать все в узде.

- Затем я буду в состоянии внести реальные изменения, - сказал Мерфи. - Мы так близки, Харрисон. Если сети справятся, мы сможем, наконец, положить конец этой войне.

- Вы имеете в виду "победить", не так ли?

- Сосредоточьтесь на реальной угрозе, Харрисон. Пятьдесят шесть лет уничтожения военных кораблей Лиги - и космонавтов - и Федерация завоевала девять систем. Более дюжины пригодных для жизни планет практически обезлюдели - слава Богу, ни у кого не хватило ума запустить поджигатели миров... пока! - и потеряно шесть миллиардов жизней. Пока что. При правильном подходе мы сможем покончить со всем этим. Для меня это победа.

- Даже после того, что Лига сделала с вашим отцом?

Челюсть Мерфи слегка дернулась.

- Око за око ослепляет каждого, старый друг. Мы можем наказать настоящих монстров в Лиге и оставить рядовых в покое.

- Я помню тот период, - сказал О'Хэнрати. - Шесть месяцев мирных переговоров. Я почти поверил, что это сработает, но затем в Лиге случился переворот, и она нанесла по Нахе столько кинетических ударов, что на планете наступил ледниковый период. С тех пор никто по-настоящему не был заинтересован в мире. Ни с той, ни с другой стороны.

- Этот переворот... несомненно, был удобным, не так ли? - заметил Мерфи. - Все высокопоставленные члены правительства Лиги просто случайно оказались на одном корабле, когда его системы жизнеобеспечения внезапно и полностью вышли из строя. Затем власть захватили ястребы, сформировали коалиционное правительство и провозгласили себя "Согласием". Вот так просто. Можно подумать, они предвидели, что это произойдет, или что-то в этом роде.

- Ну-ну. - О'Хэнрати погрозил пальцем. - Даже самые преданные из истинно верующих в сети не зайдут так далеко. Это Лига. Они происходят от группы несогласных, которые никогда даже не хотели присоединяться к старому федеративному правительству на Земле! У них нет таких устойчивых традиций мирной смены правительства, как у нас.

- Конечно, нет. - Мерфи ухмыльнулся и перешел на саркастический тон. - Федерация является прямым наследником самой продолжительной традиции самоуправления в истории человечества.

- И это то, во что мы позволяем людям верить. - О'Хэнрати слегка наклонился вперед и ввел код на смарт-экране. - Сейчас мы поднимаемся на "Иштар".

Бока огромного сверхсветового авианосца класса Мардук блестели в отраженном солнечном свете. Он не был самым большим сверхсветовым кораблем в арсенале военно-космического флота Федерации - эта честь принадлежала Титанам, которые были на восемнадцать процентов длиннее, - но все равно был огромен, простираясь более чем на четыре километра от передней части своего бульбообразного привода Фассета до кормы, утыканной автопушками. Стойки для перевозимых кораблей-наездников, выступающие из основного корпуса подобно рифленым фланцам, могли вместить до шести субсветовых линкоров и шести крейсеров, но сейчас на них находились только два линкора класса Канада, два тяжелых крейсера класса Бастонь и квинтет эсминцев класса Калверн. В отличие от своего корабля-носителя, наездники были субсветовыми кораблями, у них не было ни ротора привода, ни длинного сужающегося продолжения основного корпуса, как у "Иштар". По сравнению с авианосцем они казались почти урезанными. Даже линкоры едва достигали восьмисот метров в длину, но были вооружены гораздо более мощно, чем "Иштар". Последнюю сопровождали побратимы, "Эрешкигаль" и "Гильгамеш", составлявшие остальную часть авианосной группы оперативного соединения 1705, но эти два корабля перевозили только один ремонтный тендер класса Инженер и пару кораблей снабжения класса Дромадер. Остальные наездники оперативного соединения ожидали их на станции Джалал, одной из узловых баз флота Федерации на Окраине.

- Как Каллум? - спросил О'Хэнрати.

- А почему вы спрашиваете?

- Сэр, пожалуйста. Я ваш начальник штаба. Я существую для того, чтобы оберегать вас от неприятностей... и делать все, что связано с командованием, чего вы не хотите делать сами. Я оберегаю Каллума от неприятностей, а это оберегает от неприятностей вас.

- Вы знаете.

- Начальник службы безопасности "Спринг Маунтин" был у меня в долгу.

- Это мой последний шанс поговорить с ним, - вздохнул Мерфи. - Он закончит этот тур с ясной головой или на пути к тому, чтобы стать еще одним ребенком, связанным с Пятьюстами, который слишком богат, чтобы потерпеть неудачу... и никогда ни в чем не добьется успеха.

- Я дам вам знать, когда ему понадобится помощь, - сказал О'Хэнрати. - Он упоминал рулетку?

- Я слышал.

- И фишку?

- Фишку?

- Забудьте, что я что-то говорил.

Они оба наблюдали за приближением к авианосцу. Перед ними неуклонно росла светящаяся пустота открытого ангара, более чем достаточная, чтобы вместить даже один из суборбитальных пассажирских транспортов, курсирующих между континентами, но все же крошечная по сравнению с корпусом сверхсветового корабля. Оба они привыкли к масштабам, с которыми строились космические корабли и орбитальные установки, но из-за огромных размеров "Иштар" их шаттл превратился в ничтожную пылинку.

- Отличная миссия, - сказал О'Хэнрати.

- Она закончится полным успехом или полным провалом. Середины быть не может. Мы будем носить маски до тех пор, пока не перестанем разыгрывать шараду, понятно?

- Я много лет был мамочкой, сэр. Это вы должны соблюдать приличия.

- Приличия... да. - Мерфи отстегнулся, когда шаттл скользнул в похожий на пещеру посадочный отсек. Он поднялся со своего места и, используя одну из полированных переборок вместо зеркала, поправил ремень, чтобы он был изогнутым, и скрутил небоевую медаль.


ГЛАВА ПЯТАЯ


Каллум запихал пару потертых ботинок в бежевую спортивную сумку с эмблемой Академии Гарримана, затем выдвинул ящик стола и наполнил оставшуюся часть сумки носками и нижним бельем.

- Рубашки! Рубашки для выходного дня... обычные вещи, думаю, я их купил. Какие туфли лучше - черные или коричневые? Который час... О, черт. - Он открыл шкаф и вытащил заполненный невоенный чемодан.

- По крайней мере, голова у тебя на месте, - произнес женский голос сзади.

Каллум обернулся и вытер пот со лба; в дверях его комнаты стояла его младшая сестра Рейган.

- Ты хочешь помочь или позлорадствовать? - Каллум продолжил рыться в своем шкафу.

- Ты знаешь, что дядя Гарри прислал тебе упаковочный список примерно неделю назад? - спросила Рейган.

- Был занят. Пришлось вместить два года жизни в оставшееся время. Нужна ли мне подушка? На койках на корабле должны быть подушки.

- А потом мама отправила список на принтеры и заказала тебе всю новую одежду и снаряжение?

- Она что? - Каллум уронил свою сумку.

Рейган подошла к шкафу в прихожей и открыла его, проведя рукой по считывающему устройству. Рядом с полками с пушистыми полотенцами лежали три оливково-зеленых пакета в вакуумной упаковке.

- Она упомянула что-то о том, что ты собираешься на войну в чистом нижнем белье. - Рейган закатила глаза.

- Почему ты... я имею в виду, она...

- Потому что у тебя есть девятнадцать минут до того, как приедет мама и машина отвезет нас в Порт-Олимпию, - сказала она. - Она уже планирует смутить тебя объятиями и поцелуями, прежде чем ты переступишь ворота. - Ее глаза наполнились слезами, и она отвернулась.

- Рейган... не будь такой, - сказал Каллум. - Это Нью-Дублин! Два года мы будем оборонять орбитальные платформы и, возможно, облегчим работу таможни. - Он обнял ее за плечи. - И знаешь, кто там главный? Наш папа. Этот человек не ищет неприятностей. В душе он политик, а не боец.

Рейган резко фыркнула и отстранилась.

- Просто моя подруга Сьюзен потеряла своего брата на Бете Лебедя, а теперь вы с папой уезжаете, и я не хочу, чтобы вы...

- Прекрати. - Каллум притянул ее в объятия. - Это не похоже на тот раз, когда папа был у звезды Стилмана. Это была чистая случайность. Это ничего не значит. Черт возьми, вы с мамой можете даже навестить нас.

Рейган оттолкнула его.

- И провести несколько недель на звездном лайнере, слушая, как она жалуется на еду? Я пас, -сказала она.

- Ты можешь приехать одна. В Кранн-Бетаде есть лыжный спорт... и медведи. Гигантские, наводящие ужас медведи.

- Что такое Кран... Кранни?.. что ты только что сказал? - подозрительно спросила она. - Ты едешь в Нью-Дублин.

- Верно, - согласился Каллум. - Но единственная обитаемая планета называется Кранн-Бетад. - Его тон был более чем самодовольным, как у старшего брата, который производит впечатление на младшую сестру, и она закатила глаза.

- Что это за язык? - с вызовом спросила она.

- Я не знаю, - признался он через мгновение уже не таким самодовольным тоном. - Но в этом что-то от дерева. И у них действительно есть лыжи! Я знаю, как тебе это нравится.

- Никаких обещаний с моей стороны. Ты просто делаешь все, что в твоих силах, чтобы держаться подальше от фермерских дочерей или от того, чтобы стать странным и решить жить на границе, продавая органические свечи или что-то в этом роде, - сказала она.

- Мне нравятся девушки с некоторой культурой. Я не соглашусь ни на что меньшее, чем на избалованную девчонку из центральных миров. Так что ты просто следи за кем-нибудь из своих школьных подруг, которые... Ой! Мне понадобится эта нога.

- Забирай свои вещи, космонавт! - Рейган ткнула пальцем в шкаф. - И не смей заставлять маму плакать, когда она будет тебя провожать, потому что тогда я начну плакать и...

- Нью-Дублин. - Каллум взял по сумке в каждую руку. - Захвати для меня, пожалуйста, вот это. И это Нью-Дублин! С таким же успехом я мог бы отправиться на Центавр или Плутон, несмотря на все опасности, которым буду подвергаться. Все будет хорошо.


* * *


Лимузин семьи Мерфи остановился на внешней полосе военного терминала Порт-Олимпия. Вдоль тротуара к главному зданию подъезжали челночные автобусы, высаживая молодых мужчин и женщин в темно-синих комбинезонах военно-космического флота и униформе космической пехоты с цифровым рисунком.

Каллум первым вышел из лимузина и почувствовал что-то странное в воздухе раннего вечера, почти приятное чувство страха. Он надел темно-синий берет и поправил его, глядя в окно. Берет не поддавался, как бы сильно он ни тянул, и головной убор больше походил на колпак итальянского шеф-повара, чем на идеальный покатый козырек, которым щеголял его отец. Он сдался, утешая себя мыслью, что ему нужно носить его только на стоянке и он сможет снять его, как только войдет в терминал.

С одной стороны огороженной площадки ветер доносил негромкое скандирование. Протестующие, одетые во все черное и с вуалями на лицах, держали в руках палки с движущимися цифровыми проекциями антивоенных лозунгов. На одном из них был счетчик, на котором отображалось число, значительно превышающее три миллиарда и увеличивающееся на несколько десятков с неравномерными интервалами.

Симрон, одетая для заседания совета директоров, вышла из машины позади Каллума и поправила верх своего брючного костюма. Она покачала головой, глядя на протестующих. - Как непатриотично. Они что, не знают, что, поступая так, попадают в черные списки по найму?

- Может, поэтому и носят вуали? - Каллум подошел к багажнику и дважды хлопнул по нему, давая сигнал роботу-водителю открыть его.

- Они думают, что это им поможет? - Симрон фыркнула, когда Каллум вытащил свои сумки из лимузина. - Очаровательно. Каллум, что ты делаешь? Неужели у них нет кого-нибудь, кто мог бы донести это вместо тебя?

- Нет, мам, на флоте так не принято. - Каллум закинул одну сумку на плечо. - Рейган? Ты выходишь? - Он наклонился, чтобы заглянуть в салон. Его сестра прижалась к дальней стене, подтянув колени к груди и закрыв лицо волосами.

- Рейган... перестань.

- Когда улетал твой отец, она тоже так делала, - Симрон быстро обняла Каллума. - Два года. Береги своего отца. Не нарывайся на неприятности и не возвращайся с медалями. Ты понял? Никаких медалей.

- Думаю, я получу одну только за то, что пришел сегодня. За службу в обороне Федерации или что-то в этом роде.

- Не бери ту, что была у твоего деда. Кажется, это было "Пурпурное сердце". И не такую, как у твоего отца, который проявил храбрость, когда ему не следовало этого делать.

- Доблесть, мам. Это за доблесть.

- Ни одной. - Она погрозила ему пальцем. - А теперь... - Ее лицо оставалось непроницаемым, но Каллум видел, как в ее глазах нарастают эмоции. - А теперь иди и собирайся, или чем ты там занимаешься на флоте. Извини, что Вайом не смог прийти, но он на важном совещании по дизайну на Луне, а мне скоро нужно будет поговорить с ним по телефону в офисе. Я люблю тебя.

- Я тоже тебя люблю. - Каллум еще раз обнял ее и взвалил вторую сумку на спину. Он подошел к окну, где, скорчившись, сидела Рейган, и постучал по стеклу. - Я ухожу. Можно тебя обнять?

- Нет! - донесся ее приглушенный ответ.

- Никаких парней, пока меня не будет. Вайом меня поддержит в этом. Мама? - Он поднял голову как раз в тот момент, когда дверца с противоположной стороны закрылась и лимузин отъехал.

Какое-то мгновение он смотрел, как исчезает машина, затем глубоко вздохнул.

- Да... вот и все, - пробормотал он, закинул лямки сумки на плечи и зашагал дальше. Он проходил мимо небольших групп семей, прощавшихся с сыновьями и дочерьми. Большинству из молодежи было чуть за двадцать, и они были одеты в форму, которая выглядела как только что из принтеров, с голой тканью вместо ленточек и эмблем подразделения.

Он внимательно посмотрел на космического пехотинца с потертой нашивкой на правом плече, когда тот разговаривал с четырьмя детьми, за которыми стояла пара пожилых бабушки и дедушки. Космические пехотинцы Федерации носили нашивки подразделения, в составе которого они участвовали в боевых действиях, что означало, что этот человек явно был ветераном. Что он делал здесь, на сборном пункте?

Чувство страха усилилось, когда он встал в очередь к терминалу, ведущую к зарешеченным вращающимся воротам, охраняемым вооруженной военной полицией. Люди в очереди молчали, не сводя глаз с ворот.

Каллум боролся с желанием оглянуться, чтобы в последний раз взглянуть на мать и сестру, но это ощущалось столь же слабым, как и бесполезным. Они ушли. Очередь медленно продвигалась вперед, пока полицейские проверяли биоидентификаторы каждого человека, прежде чем пропустить через ворота. Он взглянул на часы и решил, что не опоздает.

Даже того небольшого времени, которое он провел на военной подготовке, было достаточно, чтобы приучить его торопиться и ждать. И все же, несмотря на то, что на флоте он потратил впустую столько времени, они не потерпели бы, чтобы он куда-то опаздывал.

- Лейтенант? - спросила откуда-то сбоку женщина.

- Да? - Каллум наклонил голову, стараясь не задеть своими дорожными сумками космонавта, стоящего позади него.

Коренастая старшина с седеющими волосами под темно-бордовым беретом быстро отдала ему честь. На табличке с ее именем значилось: "ХАГГИНС".

- Это не ваша очередь, сэр. - Она указала на дверь рядом с зарешеченным входом.

- Нет проблем. Я могу...

- Не. Ваша очередь. Сэр. - На ее губах появилась легкая, но суровая улыбка.

- Должно быть, не заметил в памятке, - сказал Каллум, следуя за старшиной. В ее походке чувствовалась неловкость, и она придержала для него дверь. Внутри был маленький кабинет с застарелым запахом кофе. Космонавт обошла комбинацию сканера со шкалой и высокого стола, как будто собиралась зарегистрировать его на рейс.

- Сумки на сканер, пожалуйста, сэр. - Она сняла берет и засунула его в задний карман. - Не хочу никого обидеть, но правила требуют, чтобы я предоставила вам возможность сдать любую контрабанду без каких-либо юридических последствий или записей в вашем личном деле. Что-нибудь есть?

- Часть моих носков, возможно, не соответствуют требованиям, - сказал Каллум, опуская сумки на платформу сканера.

- Должно быть, это ваша первая проверка, - сказала старшина, стуча по клавиатуре. - Чувство юмора у вас сохранилось. Подтвердите личность, пожалуйста. - Она постучала по маленькой панели на столе, и Каллум положил на нее ладонь.

- Это ускоренное прохождение только для офицеров или...?

- Военно-космический флот давно решил, что у старших чинов есть занятия поинтереснее, чем проходить обычные очереди. Большинство мобилизованных не заявляли о своих потребностях или предпочтениях, поэтому им приходится оформлять больше документов. Поднимите руку, пожалуйста.

- Извините, "потребности или предпочтения"?

Хаггинс перестала печатать и странно посмотрела на него.

- Вы, должно быть, не ходили в государственную школу, - сказала Хаггинс.

- Нет. В основном, репетиторы и тому подобное. Затем Сорбонна.

- Должно быть, это было приятно, - пробормотала она себе под нос. - Потребности или предпочтения, сэр, - это первый и последний выбор, который военные Федерации предоставляют тем, кто проходит обязательную военную службу. Те, кто решил служить в армии, получают специальность, выбранную военными, и служат не более трех лет. Обычно. После этого они освобождаются от дальнейшей обязательной службы.

- Те, кто выбирает службу по своему предпочтению, выбирают свою специальность в зависимости от способностей и срока службы. Они будут служить три года плюс удвоенный срок обучения... и подлежат отзыву в течение двадцати лет после первоначального призыва.

- Это... звучит не очень заманчиво, - сказал Каллум.

- Давайте посмотрим... Мерфи, - она прищурилась, - Каллум Т. Назначен на "Иштар". Нью-Дублин? Это не в секторе Бета Лебедя. - Она сердито посмотрела на него на мгновение, затем взяла себя в руки. - Сканирование завершено. Контрабанды нет. Я мигом помечу ваше снаряжение и переправлю его на ваш корабль.

Она постучала по своему планшету, затем вернулась к их предыдущей теме. - Превышение срока на время учебы может показаться не слишком заманчивым, сэр, но в этом есть свои преимущества. Во-первых, те, кто служит в соответствии с потребностями службы, с большей вероятностью будут направлены на специальности, ориентированные на боевые действия.

- В которых более высокий уровень потерь, - сказал Каллум.

- Совершенно верно. И, с другой стороны, те, кто выбирает предпочтение, могут приобрести ценные навыки для рынка труда за счет налогоплательщиков. - Она пожала плечами. - Эта система действует с первого десятилетия войны. Все показало себя достаточно хорошо.

- Какой был ваш выбор?

- Потребности. - Она наклонилась и постучала костяшками пальцев по штанине, и металлическое кольцо протеза вернулось на место. - Любой, у кого нет стопроцентной инвалидности, может отказаться от увольнения по медицинским показателям. Я нашла способ оставаться полезной.

Хаггинс положила на рабочий стол темно-синий буклет.

- Ваша квитанция о прохождении первоначального сбора. Приказ о вашем назначении на "Иштар" и талоны на алкоголь. Не потеряйте их. Или продайте их... Мерфи. Командира оперативной группы на "Иштар" зовут Мерфи.

- Это имя не такое уж редкое. Спасибо, шеф. - Каллум сунул буклет в карман. - Итак, теперь я...

- Идите в эту дверь, придерживайтесь оранжевой линии, доберитесь до тридцать седьмой зоны ожидания и ждите там. Транспорт заедет за вами, как только освободится. По правилам, я обязана сообщить вам, что любая попытка покинуть это учреждение на чем-либо, кроме разрешенного военного транспортного средства, приведет к аресту и обязательному наказанию за дезертирство.

- Это необходимо?

- Удачи, сэр. - Она коснулась наушника и вышла через парадную дверь обратно на парковку. Замок за ней со щелчком закрылся. В стене открылась панель, из нее выкатился робот, забрал его сумки и исчез в темном туннеле.

- Я служу в армии или в тюрьме со странными правилами? - спросил он у воздуха и вышел через другую дверь кабинета. Она вела к узкой лестнице, а затем к проходу, огороженному решеткой, с четырьмя цветными линиями посередине.

Проход тянулся над открытым пространством, где космонавты и космопехотинцы ждали внутри нарисованных квадратов, сложив свои сумки в углу. Сержанты-инструкторы в ярко-желтых беретах выкрикивали приказы, расхаживая между квадратами.

Каллум чувствовал себя неловко, когда шел по дорожке. Да, он был офицером, но, находясь так высоко над рядовым персоналом, казалось, что он командует ими. Он миновал площадь, где сержант-инструктор по строевой подготовке давал подробные инструкции о том, как правильно двигаться гуськом. Каллум остановился, заметив, что у некоторых руки скованы наручниками перед собой.

- Эй, один из наших лордов и повелителей играет в космонавта! - крикнул ему мужчина из линии. - Не волнуйтесь, сэр, мы будем паиньками! - Он схватил бутылку с водой и швырнул ее в мостик. Она ударилась о перекладину и раскололась, забрызгав руки Каллума.

Сержант-инструктор повалил протестующего на пол, а за ним последовала целая свора военных полицейских.

Мужчина издал "Ба-а-а-а", и крики охватили все больше и больше призывников. Сержанты-инструкторы обещали ужасные последствия, пытаясь прекратить скандирование, но шум только распространялся и становился громче.

Каллум стряхнул воду с рук и ускорил шаг. Уровень шума за его спиной понизился, когда он спустился по другой лестнице и оказался в холле, который простирался на несколько сотен ярдов, с пронумерованными воротами по обе стороны. Внутри него тянулись скамьи, заполненные другими офицерами, старшинским и сержантским составом космонавтов и космических пехотинцев, которые поглядывали на него, а затем на дорожку, где уже стихал поднятый шум.

Он миновал киоск, где две пожилые дамы предлагали печенье и кофе, и нашел выход на посадку, расположенный в середине холла.

Скамейки у выхода 37 были почти пусты. Одинокая женщина в темно-зеленой форме космической пехоты с нашивками капрала и медицинским кадуцеем сидела рядом со стопкой длинных оружейных ящиков. На скамье рядом с ней были разложены форменные рубашки.

- Это... на "Иштар", да? - спросил он ее.

Она медленно подняла взгляд. На ее челюсти выделялся ряд татуировок в виде акульих зубов, один глаз был бледно-зеленым, а другой - темным протезом. Рукава ее формы были закатаны выше локтей, и бледные участки новой кожи с нанесенными на них датами выделялись на фоне ее естественного оливкового цвета лица.

- Да. "Иштар", сэр.

- Как долго вы ждете? Не знаю, есть ли у меня время, чтобы...

- Девять часов. - Она вытянула руку над головой и наклонилась в одну сторону. - Может быть, мы ждали вас. - Она опустила руку, подняла другую и наклонилась в другую сторону. - Может быть, нам стоит проверить, прибыл ли шаттл сейчас.

- Девять? Это нелепо.

Каллум подошел к воротам и взялся за ручку, но дверь распахнулась и отбросила его назад, прежде чем он успел ее открыть. Он тяжело приземлился на спину и поморщился от боли.

- Упс, - произнес низкий голос. В дверном проеме стоял массивный мужчина в мокрой от пота майке и спортивных штанах. Его резкие черты лица и нос, искривленный из-за слишком большого количества переломов, придавали ему атавистический вид. За его спиной стояла еще пара космических пехотинцев в таком же состоянии. - Будь осторожнее, приятель.

- Он полный ноль, - сказала женщина на скамейке.

- Я имею в виду... сэр, - сказал здоровяк, прочитав на нашивке фамилию Каллума, но не сделал попытки помочь ему подняться. - Мерфи, но не Мерфи. Не наш главный.

- Второй? - спросил у него за спиной худой, как хлыст, мужчина с густой бородкой.

- Предположительно. - Здоровяк поднял форменную рубашку и вытер лицо и шею.

- Второй, - сказала женщина. - Та же поездка.

Каллум встал и отряхнулся.

- Кто-нибудь из вас хочет меня просветить? - Он заглянул в открытую дверь и увидел пустую посадочную площадку с тремя лужицами пота на ней.

- Ты встала. - Крупный мужчина хлопнул женщину по плечу, и она сняла блузку, выбежала на улицу и начала делать упражнения. - Я главный сержант Логан, - представился он Каллуму. - Командир подразделения "Хоплон", приписанного к Мерфи, Терренсу. Это фамилия и имя.

- Хоплон? Я думал, у вас, ребята, есть механическая броня и все такое, - сказал Каллум.

- Мы не носим ее постоянно, - сказал светловолосый мужчина, плюхаясь рядом с Логаном и рассматривая ящики с оружием. - Штайнер. Уродливый - это Чавез. - Он наклонил голову к мужчине с козлиной бородкой. - Фаэран где-то там, если она не поздоровалась. Она такая.

- Все это... - Каллум указал на свой подбородок. - Это немного нестандартно. Верно?

- Она с Окраины, - сказал Логан. - Законы о регистрации позволяют ей сохранять любые религиозные знаки. До того, как ее призвали на службу, она училась на шаманку.

- Ой. Приятно. Почему хоплоны приписаны к "Иштар"? Вы, ребята, - наземные войска для ожесточенных боев.

- Вы имеете в виду, почему мы приписаны к вашему отцу? - Логан откинулся назад.

- Да, он мой отец, - немного натянуто ответил Каллум, и губы Логана искривились в короткой усмешке.

- Мы были с нашей когортой на развертывании на Бете Лебедя, - сказал Штайнер. - А потом с нами случилось "Эй, вы - это личный отряд охраны какого-то князя из Пятисот"...

Логан хмыкнул, и Штайнер замолчал.

- Похоже, начальство обеспокоено тем, что вашему папочке нужны дополнительные силы, - сказал главный сержант. - В последние несколько лет на мирах Окраины неспокойно. Мы будем рядом, чтобы местные жители не устроили "Гобелены".

- Гобелены. Это место, где планетное правительство несколько лет назад провозгласило независимость от Федерации, - сказал Каллум.

- И где местные жители построили гильотину для всех инопланетных чиновников. - Логан кивнул. - Стало грязно. Стало еще грязнее, когда мы привели дела в порядок.

- Вы уверены? Планета была возвращена в состав Федерации в результате переговоров. - Каллум сел на скамью напротив Логана.

- Так вам сказали в новостях. - Логан пожал плечами. - У меня есть шрамы, которые говорят об обратном, но не волнуйтесь, сэр. У нас есть вы. - Он улыбнулся.

- Шесть месяцев мы усердно тренировались в Австралии, - сказал Чавез. - И за два дня до того, как мы должны были отправиться крушить черепа Лиге на Бета Лебедя, мы получили это задание.

- Почему ваш старик так важен? - спросил Штайнер.

- Сомневаюсь, что он просил о ваших... услугах, - сказал Каллум. - Скорее всего, это была чья-то другая идея.

- Потому что?

- Потому что он Мерфи. - Каллум пожал плечами. - Может быть, вы слышали о Хенрике Мерфи? Основателе военно-космического флота Федерации?

- Флот Федерации заботит нас только тогда, когда он доставляет куда-то или обеспечивает орбитальную поддержку, - сказал Чавез.

- Ладно. А как насчет героя "Битвы за звезду Стилмана"?

- На свете много героев, - сказал Логан.

- Моего дедушку зовут Канада Такоре, - предложил Каллум.

- Кто такой Такоре? - спросил Чавез.

- Один из Пятисот, - сказал Логан. - И тоже важный. Ваш дядя командует оперативным соединением на Бете Лебедя?

- Радженда Такоре. Тот самый.

- Теперь это имеет смысл, - сказал Логан. - Но кого мы разозлили, согласившись на экскурсию в качестве нянь?

- Вы же знаете, что я его сын, - сказал Каллум, и его щеки вспыхнули от гнева. - Вы сами это поняли.

- Что он собирается делать? - Логан поднял ладонь. - Отправит нас на войну?

- Терренсу Мерфи не нужна нянька, - сказал Каллум. - Сомневаюсь, что какой-либо другой мир Окраины настолько плох. Хотя в меня только что запустили бутылкой с водой.

- О-о-о, бутылка с водой! - Логан подавил смешок. - Вас обнять? Бабуля вон там, сзади, со сникерсами, могла бы вас обнять. Не стоит просить об этом Фаэран. Она кусается.

- Он не шутит на этот счет, - сказал Штайнер.

Каллум уловил запах тел космопехотинцев и понял, что здесь нет доступных средств для освежения.

- Тележка с едой через два часа, - сказал Логан своим людям. - Почистим оружие, а потом разберем. - Он вытащил из кучи чемоданчик, открыл его и достал крупнокалиберный пулемет. Открыл крышку и дунул в ствольную коробку.

- Тогда я просто... подожду здесь, - сказал Каллум.

Никто не ответил. И никто из них не заговорил с ним во время работы.


ГЛАВА ШЕСТАЯ


Молодая женщина спешила по переулку, накинув на светлые волосы шаль и сжимая в руках корзинку. Она миновала мусорный контейнер, от которого несло гниющей едой и мочой, и выглянула из-за угла на почти пустую в этот ранний утренний час улицу.

Инвернесс не был плохим миром по меркам Окраины Федерации, но и не был известен своей безопасностью или дружелюбием. Или своим теплом. Звезда системы, красный карлик Шотландия, только что показалась из-за горизонта. Когда она полностью поднимется, то займет почти треть неба, но даже несмотря на доминирование в небе, ее слабый свет едва может удержать воздух холодным.

Молодая женщина плотнее запахнула свое поношенное пальто и направилась по покрытому инеем тротуару к витрине пекарни. Запах свежего хлеба приятно разнесся по переулку, и у нее потекли слюнки, а в животе заурчало, пока она ждала, прижавшись к вентиляционному отверстию в земле. В пальцах ног у нее стало немного теплее, и она пошевелила ими.

Окно открылось, и к ней наклонился мужчина, руки которого были покрыты мукой.

- Мы откроемся только через полчаса, Эйра, - сказал он.

- Но свежая выпечка вкуснее всего, мистер Франко. - Из окна на нее повеяло теплым воздухом, и она улыбнулась, хотя зубы у нее стучали.

- Я просто в шоке, что вижу тебя здесь. - Он оглянулся на пекарню. - Боссу ты не нравишься. Ты же знаешь.

- Его еще нет, - сказала она.

- Нет, он......Ты хочешь свежее или однодневное? Поторопись.

Эйра положила руку на подоконник, и ей пришлось разжимать замерзшие пальцы другой рукой. Серебряные монеты звякнули о металл.

- Девять... двенадцать марок, - сосчитал Франко. - Я могу дать четыре дневных или две свежих.

- Я думала, этого хватит на пять, - сказала она.

- Губернатор повысил налог с продаж. Извини. Четыре?

- Четыре. Спасибо.

Окно закрылось, и Эйра почувствовала на лице последний порыв теплого воздуха. Она отвернулась, когда мимо по утоптанному снегу проехала наземная машина. Она наклонилась, чтобы просунуть пальцы в решетку с паром, и поморщилась, когда ее суставы ощутили тепло.

Окно снова открылось, и рядом с ней оказался белый бумажный пакет. Она прижала его к груди и почувствовала тепло. Франко, должно быть, сунул ей свежую булочку, только что из духовки. Она пошла обратно по вонючему переулку, размышляя, съесть ли ей теплую булочку или продолжить путь.

Но к тому времени, как я вернусь домой, она уже остынет. - Она прислонилась спиной к стене и откусила кусочек золотисто-коричневой булочки. Привкус мяса с приправой карри заставил ее желудок заурчать еще сильнее, и она улыбнулась, наблюдая, как от полумесяца, который она откусила, поднимается пар.

Что-то белое ударило ей в руки и превратилось в кашу. Она задохнулась от шока, когда боль пронзила ее левую руку. Булочка лежала на земле вперемешку с остатками снежка и небольшим камнем.

- Эй, лигачка! - крикнул мальчик. - Ты украла это?

Еще один снежок ударился о стену рядом с ее головой, и Эйра пригнулась, прижимая белый пакет к груди. Группа подростков разразилась смехом, когда еще один снежок попал ей в бедро.

Эйра наклонилась и вытащила камешек из остатков своей трапезы.

Она развернулась и швырнула его в группу мальчиков, которые были слишком взрослыми для школы в Инвернессе и слишком юными для военной службы. Камень попал одному из них чуть выше колена, где его зимняя одежда была самой тонкой.

Он закричал от боли и упал. Пока его друзья пытались помочь ему подняться, Эйра нырнула в парк и побежала так быстро, как только могла, по обледенелой земле.

Она остановилась рядом с живой изгородью, тяжело дыша, дыхание вырывалось клубами пара. Она тряхнула левой рукой. Было больно, но, по крайней мере, холод заглушил боль от царапин, оставленных на ней камнем.

- Маленькие ублюдки.

Она открыла шаткую дверь разрушающегося здания и поднялась по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз. Она перешагнула через пьяного и вошла в свою квартиру. Квартира представляла собой одну комнату с матрасом в углу, кучей одеял и слабым обогревателем рядом.

- Эйра, это ты? - спросил мужчина из кучи.

- Конечно, Сэм, - сказала она. - Я позавтракала.

Сэм сел. Он был немного моложе, чем она, с поврежденной кожей на шее и верхней части груди. На его животе был выжжен какой-то рукописный текст.

- Что ты сделала?.. что еще нужно для этого? - спросил он, когда она протянула ему булочку, такую холодную, что в начинке были кусочки льда.

- Я постирала белье для нескольких солдат гарнизона, - сказала она. - Начистила ботинки. Навела порядок в их казармах. Раздобыла деньги.

- Этот тип все еще преследует тебя? - Сэм вытер соус со рта. - Ты знаешь. Пытался причинить тебе боль.

- Думаю, он все еще в больнице, - сказала Эйра. - Сержант сказал, что никакого военного трибунала не будет. И вот он возвращается, и...

- Тебе не обязательно так плотно меня кормить, - сказала Сэм. - Не то чтобы я много двигаюсь.

- Поправляйся, а потом и ты сможешь начать работать. - Она оторвала треть булочки и сунула ее в руки Сэму. - А теперь заткнись и давай есть. А потом мне нужно еще раз осмотреть твою ногу.


* * *


- Они приближаются к пределу Пауэлла, сэр.

Капитан Янси Дребин напряженно кивнул и оглядел мостик корабля флота Федерации "Бергойн". Линкор, вместе со своими братьями "Макмагон" и "Мольтке" и сопровождающими их легкими крейсерами, находился на подвеске носителя "Офион", при строгом контроле выбросов, в 39 286 000 километрах от планеты Инвернесс и чуть менее чем на полпути между звездой системы M4 и ее пределом Пауэлла в 7,2 световых минуты.

Дребин не знал, что это был за входящий сверхсветовой след, когда его впервые обнаружили, но он был почти уверен, что что-то не так, поскольку Шотландия не была перекрестком межзвездных путешествий. Ни одна из звездных систем уровня Е не была таковой, вот почему у них были такие пикеты, как у него: всего три линкора и полдюжины крейсеров. Не больше, чем мог поднять один сверхсветовой корабль. На самом деле, авианосец, доставивший команду Дребина к Инвернессу, совершил рейс - не считая подразделений, предназначавшихся Нью-Дублину - с пустой третью своих стоек для наездников. И если не считать регулярных рейсов с поставками дважды в год, он не видел ни одного авианосца военно-космического флота за все те три с лишним года, что проработал здесь.

Несколько чаще - раз в четыре месяца, а не в шесть - систему навещал гражданский сверхсветовой транспортник, забиравший продукцию орбитальных перерабатывающих заводов системы Шотландия. Это было единственной причиной, по которой система вообще была колонизирована. Она была бедна металлами, но Кирккадбрайт и Данкельд, Шотландия-II и III, были газовыми гигантами, почти такими же массивными, как их звезда, и их атмосферы были богатым источником как водорода, так и гораздо более редких газов.

Пост губернатора в такой системе, как Шотландия, не был большой наградой, иначе его не оставили бы кому-то вроде Дребина, у которого не было ни покровительства, ни связей. Но это все равно могло бы принести прибыль, если бы было сделано правильно, и несколько лет в качестве губернатора системы совсем не повредили бы его резюме.

Во всяком случае, именно так он представлял себе это задание. В данный момент у него были довольно резкие сомнения, потому что это прибытие не было ни обычной доставкой грузов, ни запланированным визитом танкера. Это означало, что это почти наверняка был флот Терранской лиги, и было маловероятно, что он наведался бы сюда, не имея чертовски хороших разведданных об обороне Шотландии.

И о том, что потребуется, чтобы ее разрушить.

Это была плохая новость, и, скорее всего, она была очень плохой. Хорошей новостью было то, что причина, по которой он знал, что это не его припасы, которые на самом деле должны были прибыть сегодня, заключалась в том, что эти припасы прибыли раньше. Еще лучше то, что на корабле флота Федерации "Калькутта", грузовике, приписанном к грузовой линии флота на Шотландию, взорвался квадрант ротора при торможении по возвращению на станцию Джалал. Неудивительно. Когда-то "Калькутта", возможно, и была ультрасовременным перевозчиком, но теперь она превратилась в древнюю развалюху, доживающую свои последние дни, развозя припасы где-то в глуши. Но его несчастье - его самое недавнее несчастье - заключалось в том, что вместо нее пришлось использовать корабль военного флота Федерации "Офион". Мало того, "Офиону" было приказано погрузить запасы очищенных газов, что, должно быть, очень разозлило Джефферсона Локлина, его капитана. "Офион" был сверхсветовым судном класса Титан со стойками полуторакилометровых подвесок. Его класс всегда пользовался большим спросом для перевозки флота, а не для выполнения постыдной работы по вывозу мусорного груза.

Сенсоры Дребина зафиксировали второй входящий сигнал Фассета вскоре после того, как "Офион" состыковался с грузовыми контейнерами, за которыми он прилетел. Близость к времени запланированного прибытия грузовика с припасами дала дополнительные основания предполагать, что Лига действительно располагает отличной информацией о Шотландии. Разведданными, достаточными для того, чтобы флот Лиги мог спланировать атаку к моменту, когда Дребин должен был ожидать визита дружественного сверхсветового корабля. Он не собирался позволять "Офиону" снова исчезнуть, когда это надвигалось на него, поэтому воспользовался своими полномочиями губернатора системы - даже если это была такая ничтожная система, как Шотландия, - чтобы задержать авианосец "до прояснения ситуации".

Конечно, такой корабль, как "Офион", был слишком ценным стратегическим ресурсом, чтобы подвергать его ненужному риску, поэтому он приказал Локлину занять эту позицию на полпути к пределу Пауэлла, где авианосец был бы надежно спрятан. И он прикрепил своих наездников к стойкам "Офиона", чтобы они были в состоянии защитить столь важный актив на случай, если неожиданно нападет Лига - если, конечно, это была она. С его нынешнего положения, ему потребовалось бы чуть больше двадцати двух часов, чтобы добраться до Инвернесса на термоядерном двигателе, с девятнадцатичасовой баллистической фазой в середине. Но он не слишком беспокоился по этому поводу. В конце концов, "Офион" мог вернуть его на место чуть более чем за час, даже находясь ближе предела Пауэлла для Шотландии.

Или не вернуть, в зависимости от того, что сделают игроки Лиги в течение следующих десяти-пятнадцати минут.

Приближающийся корабль вышел на субсветовой режим в 2 606 400 000 километрах от Шотландии - и в 2 476 800 000 километрах от предела Пауэлла - всего за четыре с половиной часа до этого. При постоянном торможении на 1800 g его скорость снизилась до чуть менее 2000 километров в секунду, и до предела оставалось около двух световых минут.

И к этому моменту у беспилотника Дребина и орбитальных сенсорных платформ вокруг Инвернесса было достаточно времени, чтобы идентифицировать его: сверхсветовой корабль класса Сунь Цзы военно-космического флота Терранской лиги, чьи подвески потенциально могли вместить до двенадцати крупных кораблей.

В данный момент он также находился чуть более чем в восьми световых минутах от "Бергойна", и именно поэтому команда Дребина находилась в своем нынешнем положении. Если это было нападение, то Инвернесс был единственной логичной целью, а "Бергойн" и его спутники находились далеко от прямого вектора, ведущего к планете. На самом деле, вектор противника был почти точно перпендикулярен вектору наибыстрейшего полета времени Дребина к Инвернессу.

- Капитан, они достигнут предела через две минуты, - сказала офицер слежения. - После этого...

- Входящее сообщение, сэр, - прервал ее офицер связи.

- Нам? - резко спросил Дребин. Заметили ли их, в конце концов, корабли Лиги?

- Нет, сэр. Инвернессу.

Офицер связи постучал по экранам, и на экране появилось голографическое изображение надменно улыбающейся женщины. Заплетенные в косу черные волосы были уложены на макушке в виде короны, которая, вероятно, создавала проблемы в вакуумном шлеме, а губы ее были изогнуты.

- Жители Инвернесса, меня зовут адмирал Син Сюэфэн, - холодно сказала она. - Запомните это.

Это было все, что она сказала. Дисплей снова погас, и на "Бергойне" воцарилась тишина. Затем офицер слежения глубоко вздохнул.

- Сэр, видны его подвески. Похоже, это четыре крупных корабля, вероятно, линейные крейсеры Хоу И, и три тяжелых крейсера Шуй Шень. Их курс направлен прямо на Инвернесс со скоростью один-восемь-восемь-два километра в секунду. Расстояние до планеты семь и две десятых световых минуты. Время полета при текущей скорости составляет одиннадцать часов девять минут. С предполагаемым торможением десять g при подлете к Инвернессу время полета составит тринадцать целых и восемь десятых часа.

Дребин наблюдал за обновлением основной схемы. Коммандер Карсон зашевелилась рядом с ним, и он повернулся, чтобы поднять бровь.

- Вас что-то беспокоит, старпом?

- Сэр, - она махнула рукой в сторону главного экрана, - эти ублюдки направляются прямо к Инвернессу, и их всего восемь. У нас три линкора и крейсеры, а класс Завоеватель в любой день недели намного прочнее Хоу И.

- Вы хотите сказать, что мы должны вступить с ними в бой? - отчетливо гнусавый, хрипловатый голос Дребина звучал тверже, чем обычно.

- Что ж, сэр, если запустим двигатель Фассета "Офиона", то сможем вернуться к Инвернессу и сбросить наездников менее чем за семьдесят минут.

- Вы что, совсем спятили? - Дребин уставился на нее. - Рискнуть Титаном, чтобы прикрыть планету уровня Е?

Зеленые глаза Лорен Карсон сверкнули чем-то, удивительно похожим на презрение, а взгляд Дребина стал жестким и свирепым. Он не спрашивал Карсон, а она не спрашивала о "Бергойне", но они были прикованы друг к другу. Жаль, что она была такой занозой в его заднице. Светловолосая и темнокожая коммандер была удивительно холодна для столь физически привлекательной женщины. Все, что он предположил, это то, что они застрянут в Шотландии по крайней мере на пару лет, а она вдалбливала ему в зубы статьи военного кодекса, запрещающие физические отношения между офицерами и их непосредственными подчиненными. Ради бога, это было всего лишь предположение, а не предложение в баре! Но это, несомненно, омрачило их отношения.

- Сэр, - сказала она в ответ, - "Офион" мог бы высадить нас на орбите Инвернесса и оказаться в безопасности более чем за двенадцать часов до того, как они туда доберутся.

- И их авианосец мог бы сделать для них то же самое! - отметил Дребин.

- Сначала им пришлось бы перегрузить их все, сэр, а на это ушло бы добрых два часа. Затем им пришлось бы ускоряться и замедляться из начальной точки, расположенной на тридцать шесть миллионов километров дальше, чем мы. Они никак не смогли бы догнать "Офион".

- Предполагая, что это и есть весь их отряд наездников, - почти злобно парировал Дребин. - Это Сунь Цзы, коммандер, и это едва ли половина полного комплекта наездников для Сунь Цзы! У них могло бы быть еще четыре чертовых Хоу И на подвесках!

- Сэр, зачем им посылать сюда такое количество единиц, если у них есть такое подкрепление? - спросила Карсон нарочито спокойным тоном.

- Откуда, черт возьми, мне знать? - потребовал ответа Дребин. - Но что я знаю точно, так это то, что ни за что не втяну "Офион" в такую потенциальную заварушку.

- Конечно, нет, сэр. Теперь я это понимаю, - сказала она, и холодное презрение перешло из ее глаз в голос. Она отцепила трос, который удерживал ее в невесомости на борту "Бергойна". - Извините, капитан, но думаю, что я нужна им в тактическом отделе.

Она оттолкнулась - сильно - от спинки своего командирского кресла, чтобы грациозно и быстро скользнуть к люку, а он смотрел ей вслед.


* * *


- Неплохо, - сказала Эйра, закончив осматривать самоочищающуюся повязку на левом бедре Сэма. По крайней мере, помогло лечение, которое он получил в клинике, подумала она. Одним из немногих преимуществ жизни в стране, которая десятилетиями находилась в состоянии войны, было то, что приличные средства первой помощи с легкостью спускались по экономической лестнице.

- Думаю, что твоя нога действительно выглядит получше, - сказала она ему. - Как ты себя чувствуешь?

- Уже лучше. Думаю, сегодня смогу нагрузить ее. Может быть, сходим в гараж и посмотрим, не поможет ли мне Томми. Это он виноват, что я пострадал.

- Я наткнулась на его младшего кузена. - Губы Эйры сжались в тонкую линию.

- Ах... только не это. - Сэм покачал головой.

- Они шли за мной. Что я должна была сделать?

- Насколько сильно ты его отделала?

- Синяк. Если мне повезет. Не думаю, что этого достаточно, чтобы он обратился в суд по этому поводу, - сказала она.

- К черту этого Томми, - сказал Сэм. - Не уронил бы он на меня блок двигателя, и я смог бы позаботиться о своей сестре. Он должен заплатить.

Где-то в здании хлопнула дверь, и Эйра напряглась.

- Бейкер сказал, что налоги выросли, - сказала она.

- Что еще нового? Губернатору нужно новое крыло к своему особняку? Он прекращает финансировать наш детский дом. Девушка хочет платье из ришатанского шелка? Налоги растут. Он придурок. Если бы он тратил на свою работу хотя бы половину того времени, которое проводит на экранах, рассказывая нам, какой он замечательный... - Сэм оборвал себя, состроив гримасу. - Ну и черт с ним! Пойдем в магазин. Мы придем туда раньше, чем Томми начнет пить, и, возможно, он будет более щедрым.

Она помогла ему подняться, и он сунул под мышку алюминиевый костыль, обернутый сверху старым полотенцем.

Эйра подхватила брата и помогла ему спуститься по лестнице. Ему удалось идти на удивление быстро, но их поход до гаража, расположенного в миле от них, в промышленной части города, все равно занял почти час.

- Почти прибыли, - сказал Сэм, сходя с тротуара.

- Осторожно! - Эйра остановила его как раз в тот момент, когда мимо с ревом пронеслась полицейская машина, обдав их ледяным ветром.

- Какого черта? - Сэм поднял руку в перчатке в неприличном жесте. - Почему он ехал так чертовски быстро без включенной сирены? Он мог кого-нибудь убить!

- Это странно. - Эйра подняла взгляд на трехъярусную лампочку над камерой наблюдения, выходящей на перекресток. Все лампочки были холодными и темными. - В сети гражданской обороны тихо.

- Все бои идут на Бете Лебедя, - нетерпеливо сказал Сэм. - А теперь давай поговорим с Томми. Рамен за мой счет.

В небе вспыхнул желтый свет, и их тени на снегу удвоились.

Над горизонтом вырос огненный шар, повис в небе, но затих вдали, когда короткая яркая звезда присоединилась к красному карлику.

- Мародеры? - спросил Сэм. - Они нашли нас...

- Это не они. Смотри! - Сердце Эйры похолодело, когда она указала на светящиеся линии над головой. Она никогда раньше не видела кинетического оружия - во всяком случае, своими глазами, - но это было именно оно. Высокоскоростные снаряды большой массы, поражающие не хуже ядерных зарядов. Они сверкали на фоне зимнего неба, как проклятия, каждый из них пронзал огненным гвоздем, прочерчивая свой путь по небу, и она схватила Сэма за запястье и потащила его к трехэтажному зданию с разбитыми окнами.

- Нет, нет. - Сэм не сдвинулся с места, уставившись в небо. - Это нечестно! Почему это происходит с нами?

Над городом завыла сирена на сотни голосов, эхо из мегафонов слилось в единый крик, от которого сердце Эйры бешено заколотилось.

- Давай! Бункер! - Она дернула Сэма за руку, и он упал, а его костыль с грохотом покатился по улице. Она попыталась поднять его, но остановилась, когда падающий гвоздь огня опустился за самыми высокими зданиями в центре города.

Вспышка света обожгла ей лицо, и она с криком упала.

Сэм прикрыл сестру своим телом, когда на них обрушилась снежная волна. Мир вокруг Эйры закружился, когда взрыв отбросил ее в сторону, и она ударилась обо что-то твердое. Она смотрела в белое небо, чувствуя, как вокруг нее падают куски льда, соскальзывая с крыши здания, в которое она врезалась.

Она выбралась из сугроба. Крыши небольших зданий вокруг нее обрушились, и люди с трудом выбирались из них на улицу.

- Сэм! - крикнула она. Имя прозвучало приглушенно для ее измученных ушей. Она лихорадочно огляделась и заметила торчащий из снега обрывок его куртки. Она бросилась к нему и снова позвала его, продолжая копать.

Взрыв от более отдаленного удара вывел ее из равновесия, но она продолжала копать. Она смахнула снег с лица Сэма, и он удивленно заморгал, глядя на нее.

- Вставай, вставай! - Адреналин придал ей сил, и она потащила его за руки вверх, а затем в здание. На голом бетонном полу валялись осколки стекла, и она, тяжело дыша, лихорадочно оглядывала комнату.

- Ой... что-то меня зацепило, - сказал Сэм. Он лежал на боку, обхватив себя рукой за талию.

- Где это? - спросила Эйра. - Где это? Я знаю, что это там!

Она подбежала к колонне и обнаружила металлический люк с другой стороны. Она схватилась за ручку и попыталась приподнять ее, но та упорно сопротивлялась. Потребовалось напрячь все мышцы, чтобы приподнять край на несколько сантиметров.

Вспыхнул белый свет, и Эйра упала на колени за долю секунды до того, как взрывная волна выбила последние стекла. Она почувствовала, как кто-то дернул ее за лицо, когда волна давления прокатилась по ней, затем поднялась и подошла к брату, когда грохот стих. Ему на лицо капала кровь, когда она наклонилась, чтобы отряхнуть его. Она моргнула, затем дотронулась до щеки и почувствовала осколок стекла. Она вытащила его и отбросила в сторону, затем вцепилась обеими руками в куртку Сэма и потащила его ко входу в бункер.

- Просто... уходи, - сказал он.

- Нет! Мы обещали матери! - Она схватилась за ручку и снова потянула, слезы катились по ее лицу, а спина и ноги ныли от напряжения. Это было все равно что поднимать планету, но каким-то образом ей удалось поднять крышку достаточно высоко, чтобы просунуть под нее плечо и удержать ее там.

- Сэм, мне нужно, чтобы ты пополз. Ты можешь это сделать? - выдохнула она. Край люка впился в ее одежду, и колени чуть не подогнулись.

Сэм ухватился за край входа и подтянулся вперед. Он упал внутрь и исчез в темноте. Она услышала, как он ударился о лестницу, и ее сердце замерло. Она понятия не имела, как далеко он упал.

Из темноты донеслось, - Ой....

Эйра попыталась поднять тяжелую крышку люка повыше, но у нее не хватило сил. Все, что она могла сделать, это держать ее изо всех сил и надеяться, что успеет упасть в дыру до того, как она обрушится на нее. Она бросилась в проем, но сильно ударилась о лестницу и не смогла удержаться за перекладины. Она полетела вниз, но затем одна нога застряла в зазоре между перекладиной лестницы и стеной, и она зацепилась, больно ударившись коленом и лодыжкой.

Люк захлопнулся, и она повисла в полной темноте. Боль отдавалась в ее лице и ушах, и казалось, что в коленный сустав воткнули нож.

- Сэм? - выдохнула она и попыталась изогнуться в талии, чтобы ухватиться за лестницу.

Вспыхнул фонарик, и Сэм посветил на нее, находясь всего в метре или около того от нее.

- Нашел это на нижней ступеньке, - сказал он. - Падать не так уж и плохо.

Эйре удалось ухватиться за одну из стоек лестницы и высвободить лодыжку. Она упала на пол рядом со своим братом, в то время как грохот ударов эхом прокатился по бункеру. Крыша скрипела при каждом ударе избыточного давления, и она взяла фонарик и огляделась. Вдоль стен стояли пыльные коробки и сложенные койки-раскладушки.

- Где мы? - спросил Сэм.

- Это была старая школа, - сказала она. - Но до этого тут был тренировочный центр ополчения. Некоторые солдаты рассказывали мне об этом. В каждом военном здании есть такие укрытия.

- И как же так вышло, что...никто не добрался... до этого склада? - голос Сэма звучал так, словно у него распухли губы.

- Люк всегда надежно заперт, если только не сработает сигнализация гражданской обороны... - начала Эйра, но тут же осеклась, нетерпеливо тряхнув головой, и захромала к штабелю коробок. - Где аптечки первой помощи? - Она провела рукой по стопке, смахивая пыль, пока не обнаружила красный крестик в самом низу.

Еще один удар кинетического снаряда стряхнул пыль с потолка.

- Так холодно, - сказал Сэм.

- Правда?

Эйра ухитрилась стащить коробку с самого верха стопки и на мгновение остановилась передохнуть, затем резко повернула голову, когда фонарик, который держал Сэм, выпал у него из рук. Он покатился, освещая все вокруг, пока слабый луч не остановился на вытянутой руке Сэма... и на луже крови под боком у ее брата.

- Сэм? Сэм! - Эйра попыталась подбежать к нему, но ее подвернутое колено не выдержало, и она тяжело упала. Остаток пути она проползла и перевернула Сэма на спину. Его дыхание было быстрым и неглубоким, глаза остекленели, а одна сторона куртки насквозь пропиталась кровью, в лохмотьях были красные кусочки льда.

- Подожди, - сказала она ему. - Я принесу аптечку!

Эйра подавила растущее чувство паники и почувствовала, как на смену ему приходит ярость, когда она, прихрамывая, вернулась к припасам. Они ни в чем не были виноваты. Их жизнь с детства была полна боли и отчаяния, и единственное, что у них было, - это они сами. Теперь Лига разрушала их дом, а Федерация, которая должна была стать их спасением, положила самую важную коробку с медикаментами на самое дно кучи, где они не могли быть использованы в чрезвычайной ситуации.

Она кряхтела от напряжения, отодвигая в сторону следующий ящик, затем принялась за следующий, собирая силы, которых не хватало ее измученному телу. Следующий ящик. И следующий...

Всего в километре от них кинетический удар уничтожил близлежащие бараки. Взрывная волна обрушила бывший тренировочный комплекс над бункером и засыпала его тоннами обломков.

Атака Лиги завершилась через несколько минут, превратив крупнейший город Инвернесса в кладбище из дыма и льда.


ГЛАВА СЕДЬМАЯ


- И это все, что записано, - сказал О'Хэнрати, когда корабли флота Земной Федерации исчезли внутри голограммы. Сквозь разлетающиеся обломки прорвался еще один залп ракет, взорвавшись на расстоянии всего лишь шестидесяти километров и пробив броню лазерами с накачкой взрывом, чтобы еще глубже посыпать солью рану от поражения.

Кают-компания "Иштар" была почти пуста. Длинный, настоящий деревянный стол был сделан из древесины Фраксикса, с нанесенным на него почти цифровым рисунком, и стюарды убирали остатки ужина, в то время как старшие офицеры оперативного соединения сидели вокруг голографической станции в дальнем конце зала. На станции было два кресла, расположенных друг напротив друга, со сдвоенными выступами.

О'Хэнрати потянулся к столу, взял стеклянный бокал и сделал глоток виски. Лейтенант-коммандер Танака Амари, коммандер Эдуард Ортиз и коммандер Рэйли Мирвани, главы служб, сидели неподалеку и молча наблюдали. Капитан Джозеф Лоу, командир "Иштар", время от времени отрывал взгляд от своего планшета.

Свет от взрывов заиграл на лице Мерфи, когда он наклонился ближе к голограмме. Он прикрыл рот рукой, погладил подбородок и покачал головой.

- Вы жульничали, - объявил он.

- Жульничал? Еще никогда меня так не оскорбляли! - усмехнулся начальник штаба. - Давайте отмотаем назад.

Он несколько раз обвел круг на панели управления, и изображение Мерфи погасло, сменившись изображением О'Хэнрати. Корабли снова ожили и проследовали обратно по светящимся линиям своих векторов маневрирования. Голограмма задрожала, когда О'Хэнрати провел рукой по экрану.

- Сейчас вы просто пытаетесь скрыть свое должностное преступление, - сказал Мерфи.

- Ерунда, - немного рассеянно ответил О'Хэнрати. - Я просто ищу... ага! Вот оно.

О'Хэнрати прекратил поиск и включил воспроизведение записи с удвоенной скоростью, и его корабли Лиги совершили внезапный маневр, изменив курс почти на сорок пять градусов за считанные секунды и набрав максимальное ускорение в ослепительном шлейфе выхлопных газов своих термоядерных двигателей.

- Я видел это, - сказал Мерфи. - Симулятор наказал вас потерями на борту за резкое ускорение. Но вы сделали это слишком рано и не застали меня врасплох, поэтому я...

- Итак, вы сами изменили вектор атаки... что позволило вам с наименьшим временем перехватить лазерных птичек, которых я выпустил во время прыжка. - О'Хэнрати откинулся на спинку кресла и сделал еще один глоток из своего бокала.

- Что? Ни за что! - глаза Мерфи сузились. - Я бы увидел их сигнатуры Гауптмана!

- Кто говорил что-нибудь о сигнатурах Гауптмана? - поинтересовался О'Хэнрати. - Двигатели ракет были заблокированы. Вы не заметили, сколько времени у вас ушло на то, чтобы столкнуться с ними? Или тот факт, что в терминале вообще не было маневров?

Мерфи сердито посмотрел на него, но капитан был прав насчет времени полета первой волны ракет.

- При запуске я включил двигатели на весь этап маневра. Благодаря этому и масс-драйверам пусковых установок у них была вся необходимая скорость, пока вы оставались на курсе, близком к дальности стрельбы. - Начальник штаба пожал плечами. - Учитывая, насколько развита противоракетная оборона у Су Укунов, я подумал, что вы предпочтете это ракетной дуэли, если я дам вам такую возможность. Так я и сделал. У них все еще были в запасе гауптмановские катушки - это был мой запасной вариант на случай, если вы окажетесь не совсем там, где я ожидал, но, - он лукаво улыбнулся, - в конце концов, они им не понадобились.

- Я все равно должен был видеть следы маневровых двигателей, - сказал Мерфи.

- Я замаскировал запуск с помощью уловки, - сказал О'Хэнрати и улыбнулся, когда Мерфи включил повтор и увеличил изображение в тот момент, когда ракетный залп вылетел с одной из пусковых установок кораблей Лиги. - Столько включенных маршевых двигателей приводят к довольно ослепительной вспышке, и все ваши датчики смотрели "на солнце" в самый неподходящий момент. И как только у ракет выгорело топливо и их двигатели заглохли, они бросили все на радиолокационные цели.

- Тогда симулятор неисправен, - парировал Мерфи.

- Сэр, это уровень "Командир Федерации", - указал О'Хэнрати.

- Вы уверены, что это не гражданская версия? - спросил Мерфи, открывая меню настроек. - Я все равно должен был что-то увидеть, если это не так!

- Нет. Версия Флагман, сэр. - О'Хэнрати с неоспоримым самодовольством покатал кубик льда по бокалу, и Мерфи сердито посмотрел на него. Версия Флагман постоянно обновлялась Овальным кабинетом, чтобы соответствовать условиям реального мира. Именно поэтому она загружалась не в субсветовые подразделения, а только на сверхсветовые корабли военно-космического флота, и доступ к ней был ограничен только командирами и флагманским штабом.

Именно поэтому капитаны сверхсветовых кораблей были обязаны отключать сервер, если их кораблям когда-либо угрожала опасность уничтожения или захвата.

Гражданская версия была безумно популярна среди подростков из центральных миров, но она предлагала лишь общее представление о возможностях, а все технологии были устаревшими как минимум на десять лет. К сожалению, для большинства из них это тоже была всего лишь игра, оторванная от реальности войны, подумал Мерфи.

С другой стороны, никто из молодых людей, игравших в эту игру, не знал, что Овал следит за списками гражданских лидеров. Те, кто проявлял способности, неожиданно получали назначение в школу для кандидатов в офицеры, и администрация видела, что они получают специальности, соответствующие их талантам, а не обязательно их предпочтениям.

- Хорошо, что это была не гражданская версия, - кисло заметил адмирал, с отвращением отстраняясь от голограммы. - Я уверен, что после такого выступления меня бы точно не назначили на тактическую службу.

Ортиз быстро оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что стюарды ушли. О'Хэнрати усмехнулся, а Ортиз нахмурился.

- Мы не должны говорить об этом, - сказал он. Как старший офицер SO1 оперативного соединения 1705, коммандер был штабным офицером, которому было поручено управлять личным составом и администрацией Мерфи. - Возможность прохождения обязательной службы при наличии выбора снижает уровень дезертирства, - добавил он.

- Вы хотите сказать, что правительство Федерации не совсем открыто для народа? - усмехнулся О'Хэнрати. - Я потрясен. Потрясен, говорю вам!

- Все это служит для поддержки военных действий. - Танака выпрямилась на своем кресле. - Общее благо и победа важнее всего остального.

- Давайте не будем останавливаться на деталях приготовления колбасы, - сказал Мерфи. - И не будем обсуждать это с теми, кому не нужно знать. - Он бросил взгляд на О'Хэнрати, и начальник штаба пожал плечами.

В этот момент люк кают-компании открылся, и вошел Каллум. Его лицо покраснело от напряжения, а волосы прилипли ко лбу от пота.

- Папа, я имею в виду, адмирал. - Каллум поднял пластиковую трубку длиной с предплечье. - Я понял!

Мерфи закатил глаза.

- Он должен научиться, - сказал О'Хэнрати из-за своего бокала.

Каллум с явной гордостью хлопнул трубкой о край стола.

- Коммандер, - обратился он к Танаке, - на этом корабле катастрофически не хватает квадратов сеток!

Офицер логистики закусила губу.

- Вы... - она взглянула на Мерфи. - Вы уверены, лейтенант? Потому что я помню, что видела их в декларации перед тем, как мы сошли с орбиты.

- Я ходил в центр контроля повреждений, реактор-два, оперативный ударный центр - там, кстати, никого не было - и несколько человек из экипажа сказали мне, что я могу получить немного на станции мониторинга потока частиц. Но я думаю, что она находится снаружи корпуса, и никто не был готов разрешить выход в открытый космос в пространстве червоточины, - сказал Каллум.

- Однако я нашел смазку для фиксации пересохших фаллопиевых труб в па... адмиральской каюте, - продолжил он, и его лицо просветлело. - Это была самая маленькая единица, которую я смог найти. По какой-то причине все это было отложено на Ракете Один. Хорошо, что я добрался туда вовремя. Им нужно было провести резонансную проверку зажимов магнитных приводов, и у меня была как раз подходящая масса, чтобы это сделать.

- Они... дали тебе молоток? - спросил Мерфи.

- Конечно, дали. Постукивал вверху и внизу по зажимам. Делал пометки мелом в тех местах, где звук не совпадал, - заверил его Каллум.

Мирвани ущипнул себя за переносицу и прикусил губу.

- Вы впервые на борту военного корабля? - спросила Танака.

- Как вы узнали? - Каллум похлопал по тюбику со смазкой.

- Удачная догадка, - пробормотала Танака.

- Спасибо, лейтенант, - поблагодарил Мерфи. - Держи его под рукой. Возможно, позже он мне снова понадобится.

- Ой. Но твои высохшие...

- Я позаботился об этом, - заверил его Мерфи, затем указал на голограмму. - Каллум, ты знаешь, как обращаться с тренажером "Командир Федерации"? - спросил он, открывая меню и просматривая предварительно загруженные сценарии.

- В колледже у меня были неплохие оценки. - Каллум сел рядом с О'Хэнрати и развернул перед собой интерфейс начальника штаба. - Но я не был мастером, как некоторые.

- Тогда давайте проведем это групповое занятие, - сказал его отец. - Историческая встреча. конфликт в Брин-Гэп.

О'Хэнрати искоса взглянул на Каллума, его глаза слегка сузились.

- Где? - Каллум скрестил руки на груди, наблюдая, как корабли Лиги огибают плотным кольцом газовый гигант, удаляясь от более крупных сил Федерации.

- Каллум, вот где... - начал О'Хэнрати, но остановился, когда Мерфи поднял руку.

- Хорошо, давайте посмотрим, - сказал Каллум. - Гравитационные колодцы известны... Состав колец - обычный лед и пыль. Похоже, что наша сторона застала их врасплох.

Затруднительное положение командира субсветовиков Лиги было очевидным. Его отряд, получивший название Бандит Альфа, насчитывал всего три линейных крейсера - старые Фан Фены, а не новые корабли класса Хоу И - и их сопровождение: три тяжелых крейсера, которые были обозначены как первые корабли класса Шуй Шен, пара легких крейсеров и дивизион эсминцев. Они были безнадежно отсталыми по сравнению с вооруженными силами Федерации: семь линейных кораблей, восемь линейных крейсеров класса Процион, восемь тяжелых крейсеров класса Бастонь и два ударных авианосца. Более того, его застали на большом удалении от своих авианосцев. Первоначальная дальность полета составляла чуть более 1 780 000 километров, но у флота Федерации было преимущество в скорости в 600 000 километров в секунду, благодаря пяти сверхсветовикам, которые на высокой скорости приблизились к цели, прежде чем сбросить носителей в бой. Теперь, выполнив свою работу, авианосцы резко снижали скорость, удаляясь от места сражения. Таким кораблям, как они, не следовало попадать в зону обстрела, и они, очевидно, понимали это.

Единственной хорошей новостью, с точки зрения командования Лиги, было то, что позиция нападающих была неидеальной, несмотря на ее преимущества.

Похоже, что флот Федерации не был уверен в точных позициях противника Лиги, поэтому сверхсветовые корабли Федерации разделили своих субсветовых наездников на две отдельные оперативные группы, которые должны были сойтись на векторах сближения у газового гиганта, и это означало, что в настоящее время они были вне зоны взаимной поддержки друг друга, и что даже ближайшей из них потребовалось бы почти пятьдесят минут баллистического полета, чтобы преодолеть расстояние между ней и ей собственным командованием. Однако, к несчастью для кораблей Лиги, это также означало, что одна из групп будет стремиться перехватить их, куда бы они ни побежали, и они никогда не смогут развить достаточную скорость, чтобы убежать, прежде чем какая-нибудь из групп настигнет их. На самом деле, ни у одной из сил флота Федерации не было достаточно топлива - или они не могли добиться достаточно резкого торможения - чтобы произвести что-либо, кроме мимолетного столкновения при пролете над противником.

Четыре собственных сверхсветовых корабля Лиги, обозначенных как Бандит Бета, были видны на одном краю голографического дисплея, но они находились на расстоянии более 15 198 000 километров от системы газового гиганта, слишком далеко, чтобы подлететь и забрать своих превзойденных по численности наездников, даже с невероятным ускорением двигателей Фассета. По крайней мере, не входя в пределы досягаемости атакующих. Они могли бы встретиться с Альфой задолго до того, как флот Федерации выйдет на дистанцию поражения, но на то, чтобы пристыковать наездников-линейных крейсеров к стойкам сверхсветовиков, требовалось гораздо больше времени - по меньшей мере двадцать-тридцать минут, чем на то, чтобы сбросить их. Это означало, что они все еще будут пытаться погрузить подразделения Альфы, когда флот Федерации подойдет достаточно близко, чтобы взять их под обстрел, а сверхсветовики были слишком ценны, чтобы подвергать их такому риску.

- Почему силы так несбалансированы? Я имею в виду, силы Федерации? - спросил Каллум, нахмурившись. Все линкоры и авианосцы входили в состав одной из наступающих групп, обозначенной как ОГ-1, в то время как вторая группа, ОГ-2, состояла только из линейных крейсеров и шести кораблей Бастонь. - Наш адмирал мог бы включить в состав каждого соединения по меньшей мере три линкора, четыре крейсера и авианосец.

- Да, мог бы, - признал Мерфи. Его тон был странно ровным, и он взглянул на О'Хэнрати, прежде чем снова повернуться к сыну. - Хотя его разведданные не были окончательными - именно поэтому он, в первую очередь, разделил силы, - интерпретация данных его штабом предполагала, что сверхсветовики Лиги выйдут во внутренней части системы, и он ожидал, что командир вражеских наездников прорвется внутрь системы, чтобы уклониться. Поэтому он усилил оперативную группу по внутрисистемному вектору, чтобы она нанесла сокрушительный удар. Вторая оперативная группа была, по сути, страховкой на случай, если его интерпретация окажется неверной, и противник вместо этого выйдет из системы.

- Хм. - Каллум нахмурился, обдумывая это, затем пожал плечами. - Выглядит немного рискованно, - заметил он. - Я имею в виду, что если он прав, то он выбьет из них дух. Но не похоже, что он все-таки угадал.

- Такое случается. - Его отец пожал плечами. - Хочешь понаблюдать за развитием исторического сценария, прежде чем попробуешь свои силы в качестве флагмана Федерации?

- Почему нет?

Каллум нажал на кнопку воспроизведения, установил временную задержку на пять секунд и откинулся на спинку голографического дисплея со своей стороны. О'Хэнрати протянул Мерфи стакан виски, а собравшиеся офицеры наблюдали за маневрами крошечных кораблей.

С флагмана флота Федерации были отправлены приказы обеим оперативным группам, и ОГ-1 начала отклонять свой курс в сторону выхода из системы, но лишь у ОГ-2 был реальный шанс вступить в бой, если только незадачливый Альфа не был настолько глуп, чтобы задержаться для самоубийственного сражения с ними обеими.

Которым, очевидно, он не был.

Несмотря на то, что авианосцы Лиги не могли спасти Альфу до того, как их догонит ОГ-2, они по-прежнему были единственным средством доставки Альфы домой, и командир Лиги, направляясь к ним, разогнался до восьми g. Это было не очень много по стандартам сверхсветовых носителей, но это было максимальное ускорение, которое он мог поддерживать более десяти минут или около того, даже с медициной двадцать шестого века и системами жизнеобеспечения, и он явно решил, что его единственная надежда, какой бы слабой она ни была, - бежать к своим наездникам. Сначала ему придется пережить мимолетную схватку с ОГ-2, но это было лучше, чем ждать самоубийственной схватки с обеими группами.

ОГ-2, с другой стороны, замедлялась с темпом 2,3 g, одновременно отклоняя свой вектор ближе к Альфе. Скорость ее обгона была настолько велика, что у ее жертвы не только не было возможности избежать перехвата, но и оставалось очень мало времени для столкновения, поскольку их векторы пересекались, а затем снова начинали расходиться. Очевидно, что ОГ-2 снижала скорость, чтобы расширить поле боя, в то время как Бандит Альфа хотел, по возможности, еще больше сузить его.

- Почему наши парни не снижают скорость быстрее? - спросил Каллум.

- Вероятно, потому, что в этом нет особого смысла, - сказал его отец, наблюдая, как по экрану ползут значки. - Также надо учитывать тот факт, что у них нет неограниченных запасов топлива. У наездников авианосцев не так много топлива, и как только оно будет израсходовано, то же самое произойдет и с их способностью маневрировать. Но даже если бы это было не так, они пройдут в пределах досягаемости оружия, Каллум, при условии, что ускорение останется постоянным. С таким количеством линейных и тяжелых крейсеров против того, что показывает флот Лиги, даже проход на высокой скорости должен быть чертовски решающим. В то же время, нет смысла заставлять его людей снижать скорость еще больше. Два и три десятых g - это уже достаточное наказание. Командир Альфы выжимает все соки из своих подчиненных, и это даст знать о себе, когда они наконец вступят в бой.

- Гм. - Глаза Каллума сузились, и теперь он медленно кивнул. - Хорошая мысль, - признал он. - Я должен был подумать об ограничении расхода топлива, но физические последствия ускорения мне бы и в голову не пришли. Большинство парней, с которыми я играл в "Командире Федерации", тоже не подумали бы об этом.

- Да. - Мерфи отхлебнул виски. - Да, я заметил, что гражданские лица, как правило, не задумываются о таких вещах. И не слишком беспокоятся о потерях, если они побеждают.

- Победа есть победа, папа, - сказал Каллум.

- По крайней мере, в определенном смысле этого слова, - ответил Мерфи.

Минуты тикали, цифры на внутреннем хронометре со сжатым временем на голографическом дисплее сменяли друг друга, а расстояние между ОГ-2 и Бандитом Альфа неумолимо сокращалось. Через тридцать минут после начала преследования относительная скорость ОГ-2 при обгоне снизилась до "всего лишь" 559 км/с. Ее корабли преодолели 1 043 460 километров в погоне за Бандитом Альфа, но корабли Лиги удалились на 127 094 километра от своей первоначальной позиции, так что расстояние сократилось лишь на 1 355 000 километров, и их по-прежнему разделяло более 1 600 000 километров. Однако эффективная дальность полета ракет, учитывая их геометрию, составляла более 80 000 километров. Она немного снизится, поскольку разница скоростей при запуске будет продолжать уменьшаться, но в течение следующих семидесяти минут они все еще будут находиться в зоне досягаемости ракет и пройдут в пределах эффективной дальности стрельбы - не более двух-трех тысяч километров - через 11,7 минут после этого с относительной скоростью 114 километров в секунду.

Каллум зевнул и потянулся, наблюдая за происходящим.

Его отец сделал еще глоток виски и, казалось, еще глубже вжался в спинку кресла. На голограмме пролетело еще двадцать минут. И затем...

- Что за чертовщина?

Каллум резко выпрямился, когда внезапно пришли в движение четыре неподвижных значка Бандита Бета. Они все еще находились на расстоянии более 17 900 000 километров от Альфы, но это были корабли с двигателями Фассета, и далеко за пределом Пауэлла для местной звезды, и они почти мгновенно достигли ускорения в 1900 g, а не жалких 8 g, как их наездники. Каллум уставился на них, затем перевел взгляд на своего отца.

- Что эти идиоты сейчас делают? - спросил он. - Если они собирались попытаться забрать Альфу, то должны были сделать это давным-давно! Это глупо!

- Действительно? - спросил его отец. Каллум недоверчиво уставился на него, и Мерфи пожал плечами. - Думаю, мы еще посмотрим, - сказал он.

Бандит Бета мчался в космосе, прокладывая свой вектор со всей ошеломляющей скоростью двигателя Фассета. В симуляторе прошло пять минут. Затем десять. Пятнадцать. Затем...

- Господи Иисусе!

Каллум вздрогнул, когда через двадцать одну минуту после того, как Бандит Бета начал разгоняться, из его квартета сверхсветовых кораблей вырвалось множество новых красных значков.

Симулятор обновился, назвав новичков Бандитом Гамма. Появилась строка состояния нового отряда, и ноздри Каллума раздулись, когда он выровнялся, и двадцать четыре свежих линейных крейсера в сопровождении такого же количества легких крейсеров устремились к Бандиту Альфа - и ОГ-2 - с общей скоростью почти 57 000 километров в секунду.

- Сукин сын! - выдохнул он. При той скорости, с которой двигались пришельцы, они пересекли бы позицию ОГ-2 за целых четыре минуты до того, как ракеты ОГ-2 смогли бы поразить Бандита Альфу даже на максимальной дальности.

В кают-компании стояла мертвая тишина, пока перед ними разворачивалась смертельная засада. У ОГ-2 не было никакой возможности избежать столкновения с Бандитом Гамма. Действительно, оперативная группа флота Федерации была в гораздо более невыгодном положении для маневра, чем Бандит Альфа, когда прибыли сверхсветовые корабли Федерации. Учитывая их относительные скорости, эффективная дальность стрельбы была бы значительно больше - алая сфера угрозы, ограничивающая эффективную зону действия кинетического оружия Гаммы, увеличилась с не более чем 5000 километров до почти 120 000. Конечно, эта же скорость означала, что они полностью преодолеют всю зону поражения всего за 2,2 секунды, так что у каждого корабля будет время не более чем на один бортовой кинетический залп. С другой стороны, многие линейные и легкие крейсера Лиги могли за один запуск отправить в космос девяносто шесть суперплотных снарядов, распределенных всего между одиннадцатью целями, и при скорости более 76 000 км/с любое попадание доставляло почти пятьсот пятьдесят мегатонн кинетической энергии всему, что встречалось на их пути. Никакая броня не остановит это.

ОГ-2 была обречена. Не было никакого способа избежать удара, и Каллум знал это. Но затем его глаза сузились. ОГ-2 не пыталась уклониться. Она прекратила торможение и перешла на режим преследования с ускорением в десять раз выше нормальной силы тяжести.

При таком ускорении она должна была находиться под компьютерным управлением, и ее экипажи почти наверняка несли потери, несмотря на свои амортизационные койки. Но это также означало, что скорость сближения ОГ-2 с Бандитом Альфа начала расти, а не падать, и ноздри Каллума раздулись, когда векторные проекции голограммы начали смещаться.

Корабли Федерации выдерживали это чудовищное ускорение в течение девяти минут. Затем их ускорение резко сократилось... они развернулись, чтобы расчистить свои борта для залпов, и начали выпускать ракеты. Дальность была предельной. Действительно, даже при увеличенной скорости сближения основные двигатели их ракет выгорели бы за 70 000 километров до цели. Но за следующие сорок секунд они опустошили свои погреба и включили режим активации катушек Гауптмана своих ракет, чтобы привести их все в рабочее состояние.

Восемьсот двадцать больших ракет устремились к Бандиту Альфа единым скоординированным залпом. Это был сильнейший удар из всех таких возможных, полностью оставивший ОГ-2 без какого-либо основного вооружения, а на таком большом расстоянии вероятность индивидуального попадания была, мягко говоря, низкой. Но этого количества ракет было достаточно, чтобы полностью подавить активную оборону Бандита Альфы.

Противоракеты Бандита Альфы устремились навстречу приближающемуся огню, и у них было время сделать несколько выстрелов по каждой птичке. Максимальная скорость в состоянии покоя для противокорабельных ракет флота Федерации составляла 1760 км/с, и даже после мощного ускорения ОГ-2 скорость сближения при запуске увеличилась всего лишь примерно на десять процентов. Но ударный залп был густо засеян платформами РЭБ, и системы ПВО неумолимо снижали вероятность перехвата.

Почти половина выпущенных ракет пролетела мимо противоракет и обрушилась на свои цели. Четверть выпущенных ракет были специализированными платформами РЭБ, которые прикрывали своих более смертоносных собратьев ложными целями и постановщиками помех. Но это оставляло более двухсот пятидесяти убийц кораблей всего на одиннадцать целей, и хотя их катушки Гауптмана перегорели, у них все еще оставались собственные двигатели последней ступени. Их термоядерные двигатели включились через шестнадцать секунд после того, как разрядились их катушки. Их ускорение в 250 g было ничтожно малым по сравнению с тремя тысячами, которые обеспечивал двигатель Гауптмана, но этого хватило, чтобы достичь своих целей. Способность их термоядерных двигателей к маневрированию, даже при таком ускорении, была ограничена, но они отслеживали свои цели на протяжении всего полета, а ракетные системы флота Федерации очень хорошо справлялись со своей работой.

Лазеры точечной защиты и автопушки отчаянно стреляли, когда ракеты приближались к Бандиту Альфа со скоростью 1930 км/с, и десятки ракетных сигнатур исчезли с экрана. Но у систем точечной обороны ближнего боя было время только на один выстрел по цели, и у них просто не хватало лазеров или пушек.

Военно-космический флот Терранской лиги предпочитал ядерные боеголовки, которые требовали прямого попадания или, по крайней мере, детонации в непосредственной близости, в то время как флот Земной Федерации предпочитал лазерные боеголовки, но ни один из флотов не полагался исключительно на какой-то один тип, и калейдоскоп разрушений обрушился на Бандита Альфа.

Перестрелка была такой быстрой, такой жестокой, что Каллум не мог сказать, сколько ядерных и сколько лазерных зарядов было задействовано, но два тяжелых крейсера Лиги и один линейный крейсер просто исчезли, а все остальные подразделения Бандита Альфа перестали разгоняться, когда огонь Федерации превратил их в изодранные, искореженные поля обломков.

Каллум на мгновение уставился на обломки, но затем его взгляд вернулся к ОГ-2, когда все его элементы внезапно разлетелись на части. На мгновение он не понял. Они все еще были далеко, если не сказать больше, от предельной дальности поражения Гаммы, а приближающиеся наездники Лиги еще даже не открыли огонь, так что...

Затем он увидел разлетающиеся ожерелья спасательных капсул, и его осенило. ОГ-2 покинула свои корабли и запустила свои подрывные заряды вместо того, чтобы хотя бы попытаться выжить в условиях, когда выжить было невозможно.

Спустя три с половиной минуты Бандит Гамма прорвался сквозь расширяющуюся сферу спасательных капсул. Эти капсулы были меньше ракет, но они также были намного медленнее, не изготавливались из материалов, поглощающих радиолокационные сигналы, и, в отличие от ракет, на них были установлены транспондеры. Маяки, которые должны были привести к ним спасателей в бескрайних просторах космоса.

А теперь маяки, которые укажут цель их палачам.

Каллум Мерфи стиснул зубы, когда лазеры и пушки точечной защиты с убийственной точностью открыли огонь и стерли эти капсулы с лица Вселенной.


* * *


Каллум уставился на голограмму, на которой выжившая оперативная группа Федерации направлялась в безопасное место. Ни один из наездников Лиги не мог перехватить ОГ-1 до того, как она встанет на свои сверхсветовые носители, но это не имело особого значения. Не было особых сомнений в том, кто победил в этой схватке.

- Они просто... просто уничтожили эти спасательные капсулы, - сказал он после долгой паузы. Он поднял глаза на лицо отца, и Мерфи кивнул. - Но... но это военное преступление! - запротестовал Каллум.

- Да, так и было, - согласился Мерфи. - Как я уже говорил, сынок, такое случается.

- Но...

- Официальная позиция Лиги заключалась в том, что флот Федерации уже нарушил правила ведения войны, уничтожив группу-приманку, когда ОГ-2, возможно, не смогла бы выжить, - сказал Мирвани. Каллум посмотрел на него, и коммандер - SO3-офицер Мерфи, отвечающий за операции и подготовку, что также делало его тактическим офицером оперативного соединения 1705 - пожал плечами. - Я не говорил, что это хорошая позиция, лейтенант. Просто официальная.

- Конечно, так оно и было, - сказал О'Хэнрати. - Все, что они сделали, это приняли ответные меры, не так ли? И пострадавшая сторона имеет право сделать именно это в ответ на нарушение. - Каллум уставился на него, и он пожал плечами. - Это вариант той позиции, что укрепления на дне гравитационного колодца должны сдаться, когда их призовут к этому, потому что их положение в конечном счете безнадежно, и все, чего они могут достичь своим сопротивлением, - это вызвать ненужные жертвы.

- Но это другое дело! - запротестовал Каллум.

- Так ли это? Ты должен признать, что в этом есть определенный смысл. Я согласен с тобой в том, что это была неоправданная резня, что это было военное преступление. Но эта война продолжается уже почти шестьдесят лет, Каллум. Никто из тех, кого возможность возмездия могла бы удержать от совершения "военных преступлений", не ожидает, что это закончится в ближайшее время. Или что им придется столкнуться с трудностями, даже если это произойдет.

- На информационных табло и в факсах ничего подобного не упоминается, - сказал Каллум почти обвиняющим тоном, но начальник штаба его отца покачал головой.

- Но так и есть, если потрудиться выполнить правильный поиск. Конечно, кому интересно искать подобные разочаровывающие вещи, верно?

Каллум переводил взгляд с О'Хэнрати на Мерфи и обратно, затем снова уставился на голограмму. Он выглядел так, словно искал способ опровергнуть то, что только что увидел, и набрал команды на консоли. Голограмма снова засветилась иконками, но на этот раз они двигались назад от катастрофического завершения битвы с еще большей скоростью. Уничтоженные спасательные капсулы устремились назад, к пиктограммам своих материнских кораблей, разбитые корабли Бандита Альфа собрались заново, Гамма начала разгон, и...

Каллум хлопнул по консоли, останавливая воспроизведение, и его глаза сузились, когда он посмотрел на строку состояния Гамма. Затем он повернулся и снова посмотрел вверх.

- Вы уверены, что это произошло в действительности? - спросил он. О'Хэнрати начал было отвечать, но Мерфи покачал головой.

- Почему ты спрашиваешь? - спросил он в ответ, и Каллум нахмурился.

- Потому что симулятор не тот, - сказал он и указал на строку состояния. - Они не могли так разогнаться!

- Не могли? Они даже не перегружали свои приводы Фассета! Они не очень долго разгонялись, Каллум. И перегорание одного или двух узлов привода не было бы катастрофой, даже если бы это произошло.

- Не имеет значения, - сказал Каллум. - Это, - он снова ткнул указательным пальцем в строку состояния, - невозможно, если все это действительно произошло сорок лет назад. Они не смогли бы создать такой мощный двигатель. Черт возьми, узлы Фассета третьего поколения для развертывания по всему флоту были у нас до того, как они появились у них, а мы не могли этого сделать - и неважно, насколько сильно перегружались узлы - в течение насколько долгого времени? Я думаю, через восемь лет после того, как должна была произойти эта битва.

- Все данные симулятора верны, - сказал О'Хэнрати. - Я знаю. Я был там. Я видел, как это произошло.

- О, - глаза Каллума потемнели. - Это, должно быть, было ужасно.

- Вы были там? - спросила О'Хэнрати лейтенант-коммандер Танака. - Я этого не знала.

- Был. - О'Хэнрати пожал плечами. - Многие люди были там. Некоторые из нас даже вернулись домой.

- Ты прав, им нужны были узлы третьего поколения, чтобы справиться с этим, - вмешался Мерфи, глядя на Каллума. - И, да, в общем развертывании Лиги мы не видели их довольно долгое время после этого. Как думаешь, почему им потребовалось так много времени, чтобы разместить их по всему своему флоту? Здесь они, безусловно, эффективно использовали эту технологию.

- Эм. - Каллум нахмурился, затем пожал плечами. - Это хороший вопрос, папа. Производство оказалось не таким уж сложным, как только инженеры разобрались с настройками. Мы запустили его довольно быстро, вскоре после этой битвы. Кстати, я только что окончил Гарримана по специальности "Двигательные системы", - сказал он Танаке, когда она удивленно подняла бровь.

Танака, похоже, не была особо впечатлена. Академия Джастина П. Гарримана была одной из самых престижных академий по корабельным системам в Федерации. Она также была сугубо гражданской и почти полностью направляла своих выпускников на службу в торговый флот на заранее зарезервированные должности.

- Лучший в своем классе? - спросила она.

- В пятом классе был в четверке лучших, - быстро ответил Каллум. - Но, возвращаясь к твоему вопросу, папа, я не понимаю, почему они не ввели это в обиход. Ты прав, здесь у них это определенно сработало! На самом деле, это, вероятно, не было решающим фактором. Даже с более старыми узлами они смогли бы справиться с засадой. Но в то время это дало бы им определенное преимущество над нами повсюду. Единственным другим флотом, имевшим что-то подобное, был флот ришей.

В кают-компании воцарилась тишина.

- О, нет, - сказала Танака в наступившей тишине. - Только не это.

- Ерунда? - Каллум нажал на кнопку воспроизведения, и крошечные носители Бандита Гамма понеслись по экрану. - Мне это не кажется бредом, мэм.

- В Федерации есть некоторые голоса, - сказала Танака, - дискредитированные, пронзительные голоса, которые считают, что риши помогали Лиге с самого начала войны.

- Это глупо, - сказал Каллум. - У нас со Сферой заключен договор о несмертельной помощи.

- Да, - согласился Ортиз. - Никакое военное оборудование или технологии, которые могут быть использованы в военных целях, не будут продаваться или обмениваться между ришами и любым человеческим миром. Это была идея ящеров.

- И мы должны просто поверить ришам на слово? - спросил О'Хэнрати. - С тех пор, как началась война, риши ограничили нашу торговлю всего несколькими своими системами во имя "нейтралитета". Все, что мы им отправляем, должно быть доставлено из официально обозначенных пунктов ввоза в конечный пункт назначения в ришатанских корпусах. Таким образом, мы на самом деле не в состоянии контролировать даже их внутреннюю торговлю, не говоря уже об их торговле с кем-либо еще, не так ли?

- Мы быстро приближаемся к территории, где обитают шапочки из фольги, - сказала Танака. - Риши - миролюбивый вид. О, - она махнула рукой, - я допускаю, что они не всегда были миролюбивы между собой, но с тех пор они, очевидно, кое-чему научились. Вероятно, им пришлось это сделать, если такая воинственная группа, какой они были раньше, собиралась выжить и вообще выйти за пределы своего родного мира! Вся торговля Федерации с ними ведется предметами роскоши и продовольствием, так что они, конечно, не торгуют с нами военными материалами и никогда не нападали на миры людей. Что никого не должно удивлять. Они были добросовестными переговорщиками с самого первого контакта. Все это знают.

- Мать клана на самом деле отрубила голову нашему первому послу, - отметил О'Хэнрати.

- Культурное непонимание. - Танака отмахнулась от этого. - Сфера была так же расстроена, как и мы, после того, как это произошло, и они взяли на себя всю ответственность и предложили компенсацию.

- Мне кажется, я слышал кое-что из этого раньше, - сказал Каллум. - Чудаки из даркнета постоянно твердят о том, что риши - кукловоды, и что у кварнов есть маленькие штуковины-присоски, которые они надевают на головы людей, чтобы контролировать их разум. Это бред сумасшедшего.

- Если это не технология Ришатана, - обратился Мерфи к присутствующим, - тогда почему Лиге потребовалось так много времени, чтобы внедрить системы нового поколения на своем флоте?

Танака открыла рот, чтобы что-то сказать, но затем снова закрыла его.

- Каллум? - спросил О'Хэнрати.

- Не знаю, - ответил молодой офицер. - Может быть, это был пробный полет и в компонентах был какой-то дефект, техническая ошибка, о которой мы не знаем? Может быть, им пришлось вернуться к чертежной доске?

- Разумно, - сказал Мерфи.

- Технологии Федерации и Лиги были почти на равных на протяжении большей части войны, - сказал Ортиз. - В целом, мы немного лучше, чем они, но кажется, что каждый раз, когда мы на дюйм опережаем их, а они, возможно, уже на грани срыва - или движутся в этом направлении - они всегда догоняют нас в самый последний момент. Или даже вырываются немного вперед.

- И на что вы намекаете? - спросила Танака. - Мы же не можем выиграть битву на линии фронта и на следующее утро оказаться на орбите вокруг Аньянга, диктуя свои условия. От спорных систем до центральных миров несколько месяцев пути. Это относится и к нам, и к ним. С начала войны никому не удавалось совершить стратегический прорыв, и даже когда кто-то из нас одерживает незначительную победу, переход к следующей крупной системе означает прорыв через все имеющиеся у другой стороны средства защиты. У них есть время отреагировать на наши победы и привнести в борьбу новые технологии. У нас то же самое. - Она пожала плечами. - У обеих сторон есть мощная оборона.

- Тогда за что мы сражаемся, если не можем победить? - спросил Каллум. - Даже если сражения в секторе Бета Лебедя пойдут в нашу пользу, что изменится? Что это, - он махнул рукой в сторону голографического устройства, - изменило? Как будто это даже не считалось!

- Действительно? - О'Хэнрати посмотрел на него. - Все это тебе ни о чем не говорило? - Настала его очередь показать на голограмму. - Ты не знаешь, кто здесь погиб?

- Нет, не знаю, - сказал Каллум, нетерпеливо пожав плечами.

- Командир второй оперативной группы, - тихо сказал Мерфи. - Твой дедушка.

В кают-компании внезапно воцарилась тишина, и контр-адмирал посмотрел на своего сына.

- Мне тогда было семь лет. Изучение этого сражения стало для меня очень важным, - сказал Мерфи.

- О. - Каллум со стыдом отвернулся.

- Мой отец и шесть тысяч шестьсот девяносто пять других космонавтов погибли в Брин-Гэп. И когда за этим последовал остальной Девятый флот Лиги, мы потеряли еще четырнадцать тысяч космонавтов, и они прорвались мимо нас в систему Брин - кстати, именно поэтому мы называем это битвой при Брин-Гэп - и прорвали укрепления системы. Затем они нанесли массированный удар по колониям. Погибло еще шестьсот тысяч человек. Вот почему мы продолжаем сражаться, Каллум. Потому что Лига - это мясники. С ними нельзя жить и давать жить другим. Только не при их нынешнем режиме.

- Не то чтобы наши руки были чисты, - сказал Ортиз, с уважением глядя на Мерфи. - По общему количеству убитых гражданских лиц мы примерно равны, не так ли, сэр?

- Правда - это только первая жертва войны, - сказал Мерфи. - Невинность - вторая. - Он покачал головой. - Мне никогда не приходилось иметь дело с населением, которое... Как это называется в Овале, Гарри?

- Не подчиняется, - пояснил О'Хэнрати.

- Правильно, - кивнул Мерфи. - Не могу сказать, что я недоволен тем, что мне не приходилось сталкиваться с этим, и, по крайней мере, сомневаюсь, что это будет одной из наших проблем во время нашего пребывания в Нью-Дублине.

- У Овала есть постоянный приказ номер 15, - сказала Танака. - Мне это не нравится, но он есть.

- Есть только четырнадцать постоянных приказов, - сказал Каллум.

- Пятнадцатый применяется только к кораблям, находящимся в боевом порядке, - сказал Мерфи. - Любое население, численность которого превышает пятьдесят тысяч человек, должно быть... нейтрализовано, если оно не сдастся, как только его призовут к этому. Приказ был принят после того, как в результате кинетических ударов Лиги по Аггамару погибло два миллиона человек. Опять же, я сомневаюсь, что это будет иметь значение для нас.

- Но...

- Мы в трех днях пути от Джалала, Каллум, - прервал его О'Хэнрати. - Ты выполнил задание, которое я тебе дал?

- Нет, - ответил Каллум. - Я бегал по кораблю и...

- И это твое оправдание? - брови О'Хэнрати поползли вверх. - Полагаю, это должно произойти до полуночи.

Каллум мгновение смотрел на него, затем коротко кивнул и встал.

- Извините, сэр, - сказал он Мерфи и поспешно вышел из кают-компании, даже не взглянув на начальника штаба.

Мирвани, Ортиз и Танака ушли через несколько минут. Лоу последовал за ними, вежливо кивнув Мерфи, а О'Хэнрати снова уселся на стул, который оставил Каллум, с бокалом вина в руке.

- Танака не с нами, - сказал он. - Я не выбирал ее в штат.

- И я тоже не выбирал. - Мерфи потянулся. - Она предана Ян, и именно ей она будет подчиняться. Но она занимается логистикой. Это не ключевая часть плана.

- Каллуму потребуется некоторое время. - Глава штаба допил свой напиток, затем проглотил таблетку трезвителя, чтобы за несколько минут снять действие алкоголя. - Но он достаточно умен, чтобы понять причину.

- Просто убедитесь, что нет видео, на котором он нажимает на крепления пусковой установки. - Мерфи покачал головой. - Затем мягко попросите его доставить мне смазку.

- Я тоже не могу поверить, что он попался на этот старый трюк. - О'Хэнрати поднял тюбик и, размахивая им, как ручкой, направился к двери кают-компании.

- Простите, что обвинил вас в жульничестве, - сказал Мерфи. - Нужно соблюдать приличия.

- Вы знаете, что я не жульничал, - сказал О'Хэнрати, - и я знаю, что вы позволили мне выиграть. В следующий раз вам повезет, сэр.

Он шагнул за дверь, и Мерфи улыбнулся ему вслед.


ГЛАВА ВОСЬМАЯ


Это был теплый день для зимы Кранн-Бетада.

Кормаг Дьюар стоял на тротуаре в городе Тара-Сити, за рядом бетонных столбов, которые окружали здание капитолия системы Нью-Дублина. Верхушка купола капитолия терялась в окружающем тумане. Даже мигающий маячок на его вершине, предупреждающий летательные аппараты в плохую погоду, с уровня земли казался не более чем тусклым пульсирующим свечением.

Он смахнул капли влаги с длинного мундира. Его бледно-зеленый цвет сливался с окружающим туманом, но золотые звезды его ранга выделяли его среди окружавших телохранителей.

Позади него послышалось постукивание трости, и он обернулся, когда из серой мглы вышел слегка сутулый пожилой мужчина и поднял кончик трости в правой руке в знак приветствия. Длинные жидкие волосы Алана Толмаха вяло свисали до подбородка, а монокль недорогого внешнего протеза на одном глазу был прикреплен сбоку к его голове проволокой.

- Значит, слухи правдивы? - спросил Дьюар, присоединяясь к Толмаху, когда тот направился по тротуару прочь от капитолия. Телохранители в форме образовали вокруг них свободный периметр, в то время как другие охранники Дьюара в гражданской одежде шли впереди, невидимые в тумане.

- Ты прекрасно знаешь, что это так, - ответил Толмах. - Зачем вообще спрашивать?

- Потому что я хочу знать, признался ли вам в этом губернатор Бабиков в конце концов.

Пожилой мужчина остановился и стряхнул влагу с монокля, и Дьюар подавил знакомый прилив нежного раздражения. Ради бога, Толмах был президентом системы, и система Нью-Дублина заменила бы этот дерьмовый протез в мгновение ока... если бы он позволил. Но он этого не сделал. Во всяком случае, до тех пор, пока все ветераны войны не получат одинаково качественную медицинскую помощь, а этого не произойдет.

- У нас скоро будет новый губернатор, назначенный федералами, - продолжил Толмах, прерывая утомительную мысль генерала и вставляя монокль обратно. - Срок полномочий Бабикова истекает, как только прибудет новый человек. Должно пройти всего несколько недель.

- Обычно об этом предупреждают как минимум за три месяца, - отметил Дьюар. - И предполагается, что нового военного командира назначают с согласия местных властей, а не федеральным указом.

- И с каких это пор Федерацию стали волновать тонкости ее собственных законов, а? - Толмах вставил монокль в оправу и двинулся вперед. - Мы протестуем против замены, а Старая Земля и Овал просто скажут нам, что чрезвычайное положение отменяет все тонкости Конституции, и так далее, и тому подобное. Почему ты такой раздражительный в столь прекрасное утро?

- Кто это? Какого дурачка из центральных миров Олимпия и Овал планируют на этот раз поставить над нами в качестве правителя? - спросил Дьюар.

- Избалован. - Толмах легонько стукнул его тростью по голени. - Ты избалован. Боишься, что новый босс не даст тебе такой же свободы, как Бабиков, на посту начальника сил гражданской обороны.

- Нет. Ну... может быть, немного. Меня больше раздражает, что я не знаю, кто этот пижон. Никто из моих людей в штабе Бабикова не смог узнать его имя.

- Шпионишь за губернатором? - пожилой мужчина покачал головой. - Тсс, тсс.

- Лицемер.

- Его зовут Мерфи, - сказал Толмах. - Терренс Мерфи.

Дьюар внезапно остановился. Толмах продолжал идти.

- Подожди. Что? Кто такой Терренс Мерфи? - Дьюар коснулся уха и повторил имя агенту на другом конце провода.

- Только потому, что я достаточно взрослый, чтобы помнить Хенрика Мерфи, а ты - нет, не дает тебе права не знать фамилию отца военно-космического флота Федерации, - бросил Толмах через плечо. - Та самая семья Мерфи. Но этот был в обзоре.

- О, нет, - Дьюар догнал его, потирая пальцами висок.

- И отличился в довольно заметном сражении у звезды Стилмана, - продолжил Толмах. - Нет, он не был командующим, когда началась перестрелка, но взял на себя командование, когда был убит его командир, и ему удалось выиграть бой, который складывался в пользу Лиги. Так что все не так уж и плохо. И... он приведет с собой оперативное соединение.

- Что? Бои идут на Бете Лебедя. Зачем нам нужно оперативное... - Дьюар замолчал, его мысли лихорадочно метались, а глаза сузились. - Это оккупационные силы?

- Успокойся, парень. - Толмах покачал головой. - Регулярное перераспределение сил. Мы вступаем в серьезную схватку с мясниками, и они, скорее всего, попытаются найти мягкое подбрюшье, чтобы пнуть. И, - признал он, - модернизация верфей может сделать нас немного более привлекательными, чем гипотетическое подбрюшье. Я сомневаюсь, что это что-то большее. Знаешь, Овал меняет дислокацию своих резервов, и они будут продолжать это делать. Разве ты не помнишь, как поймал их у Далекой звезды?

- Я бы забыл тот день, если бы мог. - Дьюар поморщился. - Это означает, что на орбите будет больше кораблей. Космонавты в увольнении на берегу. Мне не нужна занозы в заднице. Они будут охотиться за нашими девушками и...

Он замолчал и снова прикоснулся к своему незаметному наушнику.

- У меня есть досье на Мерфи, - объявил он. - Его жена из семьи Такоре... Но у них есть сын, который унаследует этот бизнес. Мерфи пришел сюда только для того, чтобы выписать себе билет, не так ли?

- Это был случай Бабикова, не так ли? Хотя наш нынешний губернатор действительно продлил свое пребывание в должности на гораздо больше лет, чем обычно. - Толмах сжал его правое предплечье левой рукой.

- Он оставался из-за своих секретарш, а не потому, что любил Кранн-Бетад, - сказал Дьюар, глядя на руку собеседника. - С тобой все в порядке? Мойра спустит мне шкуру, если я позволю тебе слишком долго торчать в слякоти.

- Передай моей дочери, что со мной все в порядке, - сказал Толмах, засовывая большой палец левой руки в рукав. - Это просто нервный шунт снова барахлит. Приходится переустанавливать его пару раз в день, иначе... Ах, черт.

Его правая кисть оторвалась от предплечья и шлепнулась в лужу, трость крутнулась в ней.

- Я помогу. - Дьюар просунул ногу под протез и поднял его. Затем он вставил разъем на запястье в гнездо на предплечье Толмаха и зафиксировал его поворотом.

- Хвастаешься своей незаслуженной молодостью, не так ли? - Толмах постучал кончиком трости по земле.

- Старость случается и с лучшими из нас, и со всеми остальными, - сказал Дьюар. - И, насколько понимаю, оставлять частички себя на Изонзо было не твоей идеей.

Конечно, отказываться использовать свое служебное положение, чтобы заменить их на части, которые действительно работают, только потому, что никто из других раненых ветеранов не может сделать то же самое, - это твоя идея, не так ли? - Выражение лица генерала не выдавало его мыслей. Он точно знал, как отреагировал бы Толмах, скажи он это вслух.

- Теперь ты хвастаешься, что провел три операции и не получил ни царапины, ублюдок. - Толмах перешел улицу и подошел к ограде из камня и железа. За ней в утреннем тумане виднелись несколько рядов надгробий.

- Мерфи - пижон. - Дьюар присоединился к Толмаху, когда они наблюдали, как кладбище становится все более и более видимым по мере того, как рассеивается туман. - Здесь будет еще один житель центральных миров, чтобы убедиться, что мы платим десятину крови и налоги. Он уйдет с сундуком, полным медалей, которых не зарабатывал, и отправится домой, чтобы поиграть в игру с Пятьюстами и притвориться, что он какой-то герой-завоеватель. Все как было.

- Так же, как и всегда, - согласился Толмах. - Но не спускай с него глаз. Либо он станет пустым местом, предоставив нас самим себе, либо я, как президент Нью-Дублина, и ты, как командир ополчения его системы, сделаем его пребывание в этом мире настолько неприятным, насколько это возможно. И если это не сработает... Несчастные случаи случаются.

- Они действительно случаются.

Дьюар перекрестился, когда золотой солнечный свет пробился сквозь пелену и разлился по могилам.


ГЛАВА ДЕВЯТАЯ


- Досветовая через пять минут, - предупредил астронавигатор, и Мерфи кивнул.

Адмирал сидел в своем командирском кресле на флагманском мостике "Иштар", наблюдая на главном дисплее за капитаном Лоу и его командой на мостике, когда они совершали переход из пространства червоточины обратно в нормальное пространство. Сверхсветовые носители, такие как "Иштар", обладали большим внутренним объемом, и часть этого пространства использовалась как для обеспечения хорошо оборудованного боевого информационного центра (БИЦ), так и для удобного флагманского мостика. Капитан Лоу пригласил Мерфи понаблюдать за текущим маневром с командной палубы "Иштар", и Мерфи оценил эту любезность. Лоу не был обязан приглашать - командиром "Иштара" был он, а не Терренс Мерфи, - но у Мерфи не было желания наступать на пятки своему флагману, и поэтому он отклонил предложение.

В некотором смысле, флагманский мостик был даже лучшим наблюдательным пунктом, так как его дисплеи были настроены в тактическом режиме, обеспечивая обзор на триста шестьдесят градусов вокруг корабля. Не то чтобы в данный момент было на что посмотреть.

"Иштар" и его спутники развернулись и начали тормозить чуть более пятнадцати минут назад. В данный момент их скорость - или, скорее, их кажущаяся скорость по меркам остальной Вселенной - была почти в шестьсот раз выше скорости света и быстро падала по мере того, как они замедлялись примерно при тысяче двухстах g, но никто бы не догадался об этом по тихой эффективности мостика сверхсветовика.

Одна из ироний военно-космической службы заключалась в том, что субсветовые "наездники", которые вели все боевые действия, были ограничены запасами топлива, развивали максимальное ускорение всего в двадцать g - 0,19 км/с2 - и все, что превышало пару g, было наказуемо сокрушительной для людей хваткой тяжести, в то время как огромные сверхсветовые носители, разгонявшиеся или замедлявшиеся в восемьдесят раз быстрее, не требовали реактивной массы и фактически нуждались в вращающихся секциях, чтобы обеспечить персоналу ощущение привычной тяжести.

Двигатель Фассета, ключ к межзвездным путешествиям, работал, создавая черную дыру скромных размеров... и падая в нее. Точный механизм был намного сложнее, но для практичного космонавта аналогия работала. На самом деле происходило то, что черная дыра образовывалась на дальнем конце жесткой, но нематериальной силовой линии, известной как канал Задроги в честь Лены Задроги, партнерши Сезара Фассета по исследованиям. Эта линия выходила из бульбообразного двигателя в самой передней части корпуса корабля. Пока это было все, что он делал, ничего особенного не случалось. Но если канал Задроги разрушался, корабль внезапно попадал в сильнейшее гравитационное поле своей собственной черной дыры. Он падал в нее, ускоряясь с очень высокой скоростью, пока не натыкался на второй, постоянный и гораздо более короткий канал Задроги, который останавливал его падение. В этот момент восстанавливался основной канал, снова отдаляя корабль от черной дыры, и весь процесс повторялся.

Все происходило очень, очень быстро, и никому не хотелось думать о том, что могло бы произойти, если бы второй канал вышел из строя. К счастью, этого так и не случалось. Или, по крайней мере, никто из тех, с кем это случилось, не вернулся, чтобы сообщить об этом.

Максимальное ускорение звездолета зависело как от массы его черной дыры, которая определяла максимально возможное ускорение, так и от частоты повторения и длины каналов Задроги, которые определяли время, затрачиваемое на ускорение. Но все время, пока корабль находился под действием ускорения, он фактически находился в состоянии свободного падения в массивный гравитационный колодец двигателя Фассета, а его корпус - и все наездники, сидящие на его стойках, - находились в невесомости. Таким образом, потребность во вращающихся секциях отсеков для экипажа была намного больше, чем может потребоваться живому экипажу сверхсветового корабля. Большинство членов экипажей наездников предпочитали ночевать на борту своих собственных кораблей в комфортных условиях свободного падения, но проводили столько времени, сколько могли, на борту своих сверхсветовых материнских кораблей, где могли действовать при комфортной силе тяжести 9,8 метра в секунду за секунду, в условиях которой они эволюционировали.

К счастью, длина сверхсветового корабля класса Мардук в 4,3 километра при диаметре 286 метров обеспечивали достаточную длину и радиус для очень больших вращающихся секций.

Как утверждал древний ученый Эйнштейн, ни один объект в обычном пространстве не может превысить скорость света. Чего Эйнштейн не учел, так это того, что корабль мог очень быстро разогнаться до девяноста девяти процентов скорости света, при этом на его нос был насажен эквивалент маленькой звезды, искажающий пространство перед ним.

Приближение к световому барьеру было впечатляющим, поскольку аберрация и эффект Доплера брали верх. Постоянно сокращающийся "звездный луч" уходил все дальше и дальше вперед, исчезая в слепом пятне, созданном двигателем Фассета, в то время как корабль мчался вперед через бездну. До тех пор, пока переход на сверхсветовую скорость не отрубал, как топором, даже это. Тогда оставалось только пространство червоточины - уже не черное, ни светлое, ни темное, без звезд, без лун, а просто ничего. Отсутствие, на которое никто не обращал внимания и которое на самом деле приводило некоторых несчастных в неконтролируемую истерику, если они смотрели на него слишком долго. И как только корабль пересекал этот критический порог, он прорывался в субконтинуум, где законы физики приобретали некоторые очень странные подпункты.

Начнем с того, что эффективная скорость света в пространстве червоточины была намного больше, чем в обычном пространстве, однако максимально достижимая скорость была ограничена балансом между релятивистской массой звездолета и остальной - не релятивистской - массой черной дыры, находящейся в двигателе Фассета. Астрофизики до сих пор точно не выяснили, почему это происходило, но они предоставили математические данные для описания эффекта, а инженеры создали аппаратное обеспечение, которое сделало его возможным.

Одним из следствий взаимосвязи между массой космического корабля и его черной дыры было то, что непрерывное ускорение в конечном итоге прекращало наращивать скорость и просто поддерживало ее постоянной. Другим следствием было то, что уменьшение ускорения было эквивалентно замедлению на подъеме с растущим наклоном. Без фактического торможения было невозможно вырваться обратно из пространства червоточины в нормальное пространство; в какой-то момент уменьшенное ускорение просто стабилизировало более низкую кажущуюся сверхсветовую скорость. Но если корабль активно тормозил, его скорость в конечном итоге снова падала ниже критического порога, и он возвращался в нормальное пространство со скоростью чуть менее 0,99 световой.

Пробираться сквозь червоточину было все равно что заползти в нору и закрыть ее за собой. По крайней мере, почти.

По сути, космический корабль, попавший в пространство червоточины, находился в своей собственной вселенной, как в жилетном кармане. С ним не мог каким-либо образом взаимодействовать никто, не находившийся в одной фазе с ним. Но это не означало, что кто-то другой не мог заползти в дыру вместе с ним, потому что пространство червоточины было не столько измерением, сколько частотой. Если другой корабль мог достичь релятивистской скорости в пределах пятнадцати-двадцати процентов от вашей, его пространство червоточины и ваше пространство совпадали по фазе. Если этот человек был вашим другом, все было в порядке. Если бы он был врагом, он мог бы продолжать пытаться убить вас. К счастью, столь близкое согласование скоростей было чрезвычайно затруднено без активного взаимодействия участвующих в нем кораблей, таких как "Иштар" и ее спутники.

Космическая червоточина была удобным способом преодолевать световые годы, но с военной точки зрения у нее было несколько недостатков. Во-первых, любой корабль, летящий со сверхсветовой скоростью, двигался вслепую. Гравитационные детекторы в обычном пространстве могли обнаружить гигантскую гравитационную аномалию сверхсветового корабля на различных расстояниях - до четырех или пяти световых месяцев для действительно скоростного корабля, - но никто не мог выглянуть за пределы червоточины в обычное пространство. Вот почему было желательно до входа в червоточину чертовски точно определить курс и время начала торможения, потому что в пути вы не могли произвести никаких астрогационных наблюдений для корректировки курса.

Конечно, космическому кораблю не обязательно разгоняться в пространстве червоточины. Двигатель Фассета прекрасно работал и в обычном пространстве, и Терренс Мерфи, как и каждый профессиональный космический офицер, мечтал о возможности использовать его на настоящем военном корабле. К сожалению, он был слишком большим, а технические ограничения, связанные с каналами Задроги, требовали слишком большой длины корпуса. Это означало, что они стоили слишком дорого и представляли собой слишком большую долю промышленного производства и военной инфраструктуры, чтобы тратить их впустую в качестве военных кораблей. Однако именно эта длина позволяла им устанавливать стойки для наездников, и каждый из носителей класса Мардук был способен перевозить один корабль длиной до тысячи трехсот метров. Однако на самом деле никто не строил субсветовые военные корабли таких размеров, поэтому стойки обычно конфигурировались для перевозки нескольких кораблей меньшего размера.

В дополнение к своим наездникам, корабли типа "Иштар", как правило, имели мощное ракетное вооружение, но большая часть емкости их погребов была заполнена противоракетами. Они также были хорошо оснащены системами точечной защиты, в то время как на их беспилотниках размещалось большое количество платформ противоракетной обороны. И если они окажутся под обстрелом с наездниками на стойках и не смогут их развернуть - например, при отступлении под огнем, - по крайней мере, часть оружия наездников также может быть пущена в ход, хотя при некоторых обстоятельствах это может быть сомнительным решением.

Хотя теперь, когда Мерфи задумался об этом, ему было трудно представить себе случай, когда при определенных обстоятельствах можно было бы позволить наездникам вступить в бой со стойки.

- И досветовой режим... сейчас, - объявил астронавигатор, и сверхсветовые корабли внезапно мигнули, появившись в 2,3 миллиардах километров от центра системы Джалал.

Мерфи с удовлетворением отметил, что их астронавигация была выполнена безошибочно. Они находились именно там, где и должны были находиться, на совершенно правильном курсе. При скорости чуть меньше 297 000 километров в секунду им потребуется более четырех с половиной часов, чтобы затормозить и остановиться относительно станции Джалал, пункта назначения на орбите вокруг единственной более или менее пригодной для жизни планеты в системе. В настоящий момент, благодаря теории относительности, время на борту "Иштар" шло на восемьдесят шесть процентов медленнее, чем во вселенной вокруг них. Это была еще одна интересная особенность межзвездных путешествий. По часам Вселенной в целом, оперативное соединение 1705 потратило восемь недель на путешествие в 138 световых лет до Джалала; по часам "Иштар" путешествие заняло чуть больше одной недели. Но еще через двадцать пять минут субсветовая скорость снизится до 120 000 километров в секунду, что составляет всего сорок процентов от скорости света, а разница во времени сократится до ничтожных восьми процентов.

Он коснулся клавиши связи.

- Мостик, - ответил голос Лоу.

- Мои наилучшие пожелания коммандеру Кройцбургу, капитан. Это была хорошо выполненная часть астронавигации.

- Спасибо, адмирал, - сказал Лоу. - Я передам это ему.

- Мерфи, конец связи, - сказал Мерфи. Он отпустил клавишу и откинулся на спинку кресла, глядя на далекую точку звезды этой системы. Они были почти так же далеко от нее, как Нептун от Солнца, так что смотреть было особо не на что. Но остальная часть его оперативного соединения ждала его на орбите вокруг этого крошечного пятнышка звезды, и он почувствовал, что его разум стремится к решению этой задачи.


* * *


О'Хэнрати нахмурился и ввел запрос на одном из сенсорных экранов.

"Иштар" все еще находилась на расстоянии 17,3 световых минут - и более чем в девяноста минутах полета - от станции Джалал, а ее скорость снизилась до "всего лишь" 98 850 километров в секунду. Это было все еще слишком далеко для любого удобного двустороннего разговора, но навигационные маяки станции и общие сообщения "внимание космонавтам" автоматически повторялись, и секция связи флагмана уже несколько минут передавала их на флагманский мостик.

О'Хэнрати нахмурился еще сильнее, а Мерфи вопросительно поднял бровь, глядя на начальника штаба.

- Какие-то проблемы, Гарри?

- Просто... аномалия, сэр.

О'Хэнрати снова постучал по экрану, и на главном дисплее появилась схема центрального шпинделя станции Джалал и трех окружающих его колец, усеянных множеством значков кораблей. Когда он провел курсором по значкам, на каждом из них послушно отобразился соответствующий код приемоответчика.

- Прямо здесь у нас остальные приписанные наездники, - сказал О'Хэнрати, указывая на значки трех линкоров, двух авианосцев, трех тяжелых крейсеров и одного эсминца средней дальности.

По мнению Мерфи, в дополнение к кораблям, уже стоящим на вооружении сверхсветовика, это была впечатляющая сила. Безусловно, достаточная для гарнизона Нью-Дублина. Но затем О'Хэнрати провел курсором по другой небольшой группе на боковой панели дисплея, и глаза адмирала сузились.

- "Бергойн"? - сказал он. - Разве "Бергойн" не назначен в боевой пикет Семь ноль две в Шотландии?

- Да, сэр, - ответил коммандер Мирвани. Как оперативный офицер Мерфи, он проверял те же списки. - На самом деле, есть еще пара кораблей с Семьсот второго.

Мерфи обменялся взглядом с О'Хэнрати, затем посмотрел на Танаку.

- Я надеюсь, что они не будут задерживать нас в очереди на логистику, - сказал он. - Станция не так уж и загружена, и нам нужно придерживаться графика.

- Уверена, что с нами все будет в порядке, сэр, - ответила Танака.

- Возможно, вы правы, но давайте проверим сейчас, - сказал Мерфи. - Лучше всего двигаться вперед и все такое, да?

- Есть, сэр, - сказала Танака со слегка раздраженным выражением лица и повернулась к своему коммуникатору.

- Что-то не так, адмирал? - тихо спросил Каллум.

- Ничего, - сказал Мерфи, постукивая кончиками пальцев по подлокотнику. - Я уверен, что ничего особенного.


* * *


Его разбудил сигнал тревоги на двери.

Это был не обычный мелодичный перезвон. Это был хриплый сигнал тревоги "пробуди-меня-от-смерти", и кто-то, очевидно, сильно давил на него.

Капитан Янси Дребин сел, голова у него кружилась то ли от похмелья, то ли после ночного хождения по барам на станции Джалал.

- Что за чертовщина? - пробормотал он.

Оглушительный грохот продолжался, и он заставил себя подняться с дивана и накинуть форменную куртку. Он пересек вестибюль своего маленького номера и нажал на панель рядом с дверью. Дверь открылась, и белый свет из коридора за пределами его каюты ударил ему в глаза.

- Что за... - начал было он раздраженно повторять, но остановился.

Очень высокий мужчина, которого он никогда раньше не видел, убрал большой палец с кнопки сигнализации на двери. На нем была парадная форма, и две звезды контр-адмирала поблескивали на свету. За его спиной стояли двое громил и похожий на мышь коммандер.

- Добрый вечер!

Тон адмирала был чересчур жизнерадостным, и он шагнул вперед. Дребин обнаружил, что невольно отступает от присутствия этого крупного человека. Каким-то образом адмирал и его сопровождающие оказались в его каюте, и дверь за ними закрылась. Один из незваных гостей нажал на выключатель, и Дребин моргнул. По крайней мере, свет был не таким ярким, как в коридоре.

- Капитан Дребин? - продолжил адмирал. - С Шотландии? Надеюсь, я не ошибся адресом.

- Кто вы такой? И что вы делаете в моей каюте... сэр? Звание и все такое, но все же есть протокол.

Дребин повернулся, чтобы взять стакан с джином, который он оставил на стойке, но адмирал ткнул в него пальцем, и стакан отлетел за пределы досягаемости.

- Вы не отвечали на звонки, - сказал незваный гость. Он взял наушник, лежавший рядом со стаканом, и пошевелил им. - Я не хотел просить начальника станции в экстренном порядке разблокировать ваш дверной замок. Это показалось мне излишним.

- Для чего, собственно? И я уже спрашивал, кто вы такой. Сэр. - Дребин облизал неровные зубы, не заботясь о том, как пахнет у него изо рта для незваного гостя.

- Мерфи, - сказал адмирал. - Терренс Мерфи. И я прочитал ваш первоначальный отчет о нападении Лиги на Инвернесс. У меня есть несколько вопросов по этому поводу.

- Подождите минутку, черт возьми. - Дребин поднял палец. - Кем, черт возьми, вы себя возомнили, что можете...

Один из громил, здоровенный главный сержант с крючковатым носом, который был примерно на сантиметр выше даже адмирала, положил руку на плечо Дребина и усадил его на стул.

- Группа военных кораблей вошла в систему, в которую вы были назначены генерал-губернатором, - продолжил адмирал Мерфи, как будто Дребин ничего не говорил. - Вы отдали приказ о стратегическом отступлении, а затем...

- Лига была слишком сильна, - перебил его Дребин, в голосе которого можно было уловить нотку страха. - Шотландия - система уровня Е. Если вы столкнетесь с превосходящими силами, то в действие вступает директива Фокаидеса. Уступите землю и сохраняйте боевую мощь.

- Уступить землю? Уступить... землю. - Мерфи произнес эти слова так, словно они ужалили его язык, уголок его рта дернулся. - Но, конечно. Уровень Е. Итак, вы и ваши корабли...

- Мы отступили и наблюдали за атакой Лиги. Подождали, пока они не вошли в червоточину с вектором на свою территорию, - сказал Дребин. - Затем отошли сюда для получения дальнейших инструкций. Не то чтобы у меня был какой-то выбор. Если бы мы остались и сражались, Лига уничтожила бы всю мою команду и все равно разрушила бы колонию. Таким образом, Семь ноль два выжила, чтобы сражаться. Я сделал то, что должен был сделать. То, что от меня требовали приказы.

- Уничтожило бы всю вашу команду. Четыре линейных и три тяжелых крейсера. - Мерфи пристально посмотрел на него, затем пожал плечами. - Вы умеете выполнять приказы, Дребин. В этом нет сомнений. Но как насчет выживших?

- Выжившие?

Мерфи протянул руку, и невзрачный коммандер, на нашивке которого значилась фамилия ОРТИЗ, протянул ему лист бумаги. Дребин понял, что это была отпечатанная на компьютере карта обоих полушарий Инвернесса. Места нанесения ударов и населенные пункты были отмечены яркими значками. Как, черт возьми, это попало к ним?

Карсон. У него в голове промелькнуло имя его старпома - его старой доброй, надежной помощницы, на которую можно положиться. Именно она запустила разведывательные дроны до того, как "Офион" отозвал их. Кому еще она дала?..

- Главный город сильно пострадал, но отдаленные города избежали прямых попаданий, - прервал эту мысль Мерфи. - Лига уничтожила все электростанции, мосты, порты и другие крупные объекты инфраструктуры. Включая орбитальные нефтеперерабатывающие заводы. - Он поморщился. - Сомневаюсь, что на них кто-то выжил после этого. Но должны были быть и другие, капитан. Так что насчет них?

- Мы... мы не могли вернуться, - сказал Дребин. - Известно, что члены Лиги оставляют мины после рейда. И мне нужно было беспокоиться об "Офионе". Нужно было вытащить его оттуда, пока они не поняли, что упустили его, и не вернулись, чтобы навести порядок. Кроме того, я должен был прибыть сюда и предупредить...

- Для большинства выживших сейчас зима, не так ли? - спросил Мерфи. - Я думаю, они ждут помощи.

- Уверен, что так и есть, - сказал Дребин, настороженно наблюдая за Мерфи. - Но у "Офиона" был срочный приказ забрать группу наездников в Треворе. Он уже задерживался из-за того, что произошло в Шотландии, поэтому станция ускорила его отправление. И теперь, когда он улетел, нет ни одного корабля, оснащенного двигателем Фассета, который мог бы вовремя доставить туда спасателей, чтобы принести хоть какую-то пользу. Это бессмысленно.

- А, вот тут вы ошибаетесь, - сказал Мерфи. - "Иштар" здесь, вместе с "Эрешкигаль" и "Гильгамешем". Мы можем вернуться в Шотландию так же быстро, как вы - я имею в виду "Офион" - сбежали сюда. Ремонт "Калькутты" завершится совсем скоро, так что она тоже будет доступна в ближайшие несколько дней.

- Не буду заставлять вас ждать. - Дребин пожал плечами.

- Ну, вот в чем дело, - сказал Мерфи. - Учитывая ваши обширные знания системы, нам нужно, чтобы вы отправились с нами. Вы и ваша эскадра.

- Что? Ни за что. Семь ноль два подчиняется Третьему флоту из...

- Вообще-то, капитан, - прервал его коммандер Ортиз и бросил небольшой пакет на колени Дребину. - Как офицер флагманского ранга, адмирал Мерфи может реквизировать исправные и готовые к действиям военные корабли для реагирования на гуманитарные кризисы по своему усмотрению. Теперь, когда вы подтвердили, что Шотландия действительно находится в состоянии кризиса...

Настала очередь Ортиза пожимать плечами, и Дребин потрясенно уставился на него, пока резкий голос Мерфи не заставил его снова посмотреть на адмирала.

- Отзовите свои экипажи из увольнительных на берег и будьте готовы состыковаться с моей транспортной группой в течение следующих шести часов.

- Но... - Дребин пролистал приказы. - Но мы только что прибыли, и...

- Я уже представил вам главного сержанта Логана? - Мерфи похлопал мускулистого мужчину по руке. - Он из моего подразделения "Хоплон". Должен ли я оставить его здесь, чтобы убедиться, что вы будете находиться на стойках в течение следующих шести часов?

Логан слегка наклонился и сплюнул табачный сок в мусорную корзину. Большая часть его попала мимо.

- Я спрашиваю только потому, что у вас есть законные приказы и вы получили инструкции, - продолжил Мерфи. - Нет риска, что вы пропустите свое передвижение, верно? Здесь, в этой системе, объявленной конфликтной.

Это мгновенно отрезвило Дребина. Невыполнение приказа о передвижении в условиях объявленного конфликта - перед лицом врага - каралось смертной казнью.

- Моя эскадра будет готова. Сэр, - сказал он.

- Замечательно. - Мерфи улыбнулся. - Мы все уладим, как только сможем. Добро пожаловать на борт!


* * *


Салун "Святилище" на станции Джалал наполнился музыкой и шумом, когда Каллум Мерфи вошел внутрь. В большом круглом баре с роботами-барменами на направляющих обслуживались космонавты и космопехотинцы, в основном мужчины, в основном не в форме, с расстегнутыми воротниками и отстегнутыми краями кителей.

Голографические проекции группы, одетой как старатели Старой Земли и играющей на инструментах с разноцветной подсветкой струн и сопровождающими аккорды радужными переливами, придавали этому месту почти психоделическую атмосферу. Несколько этажей зала образовывали цилиндр над баром, а смех и крики, доносившиеся с верхних этажей, обещали еще больше развлечений.

В помещении пахло телами и пролитым алкоголем, и Каллум заколебался, прежде чем подойти к бару. Он подумал, нет ли поблизости другого заведения, более подходящего ему по вкусу, но робот-официант, готовивший напиток для уже пьяного космонавта, убедил его, что лучше не мучиться от жажды, пока он будет искать другое заведение.

- Звездный свет, - сказал он, постукивая костяшками пальцев по блокноту для заказов. В ответ он получил символ с печальным выражением лица.

- Нет женевера, - пискнул робот, проезжая мимо него. - У нас есть джин.

- Я бы счел это оскорблением, но вы не виноваты в том, что запрограммировано, - пробормотал Каллум. Он нахмурился и заказал себе еще... и получил то же сообщение об ошибке.

- Не тратьте впустую свои деньги, - сказала ему на ухо женщина у него за спиной. От нее пахло дешевыми духами с легким привкусом антисептика. - Все это разбавлено водой, и единственное, что получишь, - это жуткое похмелье.

Наружный слой ее кожи носил золотистый оттенок с голубыми отблесками. Волосы цвета морской волны с одной стороны свисали почти до плеч; на другой, бритой стороне ее головы от виска до затылка тянулся ряд татуировок, изображающих интимные действия.

- В любом случае, лучше потратить их на переживание. - Она улыбнулась. - И память. Вы только что прибыли?

Каллум взглянул на ее скромный наряд, в его памяти были свежи предупреждения контрразведки на инструктаже перед увольнением на берег.

- Полагаю, из соединения "Иштар". - Она провела кончиками пальцев по нашивке на его левом плече. - Все ребята из "Семь ноль две" и "Косаток" работают здесь уже некоторое время, и вы выглядите совершенно свежим.

- Виски с кислинкой? - спросил Каллум, когда робот вернулся. Тот замер, затем повернулся к стойке с бутылками и приготовил напиток.

- Меня зовут Черри, - сказала она, - и я тоже не прочь выпить.

- Убирайся отсюда. - Капрал Фаэран материализовалась из толпы, как татуированный джинн, и вклинилась между ними. - Он как раз собирается уходить.

- У него ранг выше, чем у тебя, - усмехнулась Черри, - и ты не в его вкусе.

- Сломанный нос испортит тебе настроение на ночь, - сказала Фаэран. - А теперь проваливай, пока мне не надоело вежливо просить тебя.

- Сука. - Черри схватила со стойки свой клатч и направилась к лестнице.

- Капрал, я не собирался... - Каллум быстро отхлебнул из своего бокала.

- Нет, подобные вещи слишком низки для такого высокородного, как вы, - сказала капрал из "Хоплона". - Тем не менее, отзыв в силе. Капитан О'Хэнрати послал меня за вами.

- Отзыв? - Каллум взглянул на смарт-экран, встроенный в свой рукав. - Я не вижу предупреждения.

- Устное условие. Приказ адмирала. - Она пожала плечами и провела рукой по оставленному стакану. Он полетел за край стойки, но робот-официант подлетел и поймал его, прежде чем он успел разбиться.

- Обычную жестяную банку! - отрезала она.

Робот поставил перед ней банку с серовато-белой этикеткой. Она открыла ее одной рукой, внимательно, но без интереса наблюдая за переполненным салуном.

- Это что, какая-то шутка? - Каллум закатил глаза. - Увольнение на берег всего на... тридцать семь минут? Адмирал беспокоился, что его экипажи так быстро попадут в беду?

- Не знаю. - Фаэран поднесла банку к губам, запрокинула голову и залпом выпила весь напиток, прежде чем поставить пустую емкость обратно. - Мне все равно.

- И без меня вы не уйдете. - Каллум сделал еще один глоток, затем поднес напиток к свету над стойкой бара. - Она была права, оно разбавлено водой. Позор.

- Пошли. - Фаэран указала большим пальцем на дверь. - Похоже, здесь будет неспокойно.

Каллум расплатился за выпивку одним движением ладони, и они направились к двери. Черри послала ему воздушный поцелуй, когда они уходили.

Динь-динь.

Каллум услышал сигнал тревоги, донесшийся из салуна, и взглянул на экран на своем предплечье. По-прежнему ничего, но позади них раздался гневный рев и ругательства, и к бару внезапно устремился поток посетителей, которые выкрикивали последние заказы роботам-барменам.

- Полагаю, они отзывают всех, - сказал он. - На нас напали?

- Лиге понадобится большая часть флота, чтобы захватить Джалал, - сказала Фаэран. - Нет. Но у босса что-то заело в ботинке. Так что теперь мы можем выпрыгивать из кожи вон. Как и всегда.

- Это решение не будет популярным, не так ли?

- Вот почему я должна была вытащить вас оттуда, пока какой-нибудь пьяница не решил выместить свое недовольство на таком ничтожестве, как вы. - Она пожала плечами. - По крайней мере, получила с этого пиво.

- Весьма признателен. - Каллум поднялся по металлической лестнице на станцию к поезду, который должен был доставить их обратно на "Иштар". - Не могу сказать, что понимаю, почему это происходит. Адмирал всегда был более... беззаботным, скажем так. По моему опыту.

- Вероятно, начальник штаба, - предположила капрал. - О'Хэнрати - настоящий ублюдок. Заставил нас тренироваться на борту корабля, когда мы могли бы поспать. По крайней мере, моя команда будет в полном порядке после этого тура.

Стекло разлетелось вдребезги, когда табурет вылетел в одно из окон салуна.

- Черт возьми, увольнение на берег - это немного серьезнее, чем я себе представлял, - сказал Каллум, глядя вниз с платформы, пока они ждали замедления движения поезда. Фаэран прислонилась к перилам, опершись локтями о них, и пожала плечами.

- Ты проводишь экскурсию по красной зоне, - сказала она, - и выбираешься оттуда живой и невредимый. Затем приезжаешь в такое место для развлечений, как Джалал, с полным банковским счетом и нулевой толерантностью к алкоголю. Нужно выпустить пар. Теперь мы можем взять все это с собой в Нью-Дублин... или куда-нибудь еще.

- Спасибо, - поблагодарил Каллум.

Она подняла бровь, и он покачал головой, когда в другое окно вылетел столик и присоединился к табурету на улице перед салуном.

- За то, что вытащили меня оттуда, - добавил он, и она поморщилась.

- Проще сделать это до выхода новостей, чем вытаскивать свою окровавленную тушу потом. - Она снова пожала плечами.

Поезд остановился, и двери открылись.

- Где дежурный патруль? - спросил Каллум, замирая на полуслове, все еще оглядываясь на назревающий бунт.

- Им все равно. - Фаэран усадила его на сиденье. - Материальный ущерб засчитывается в счет оплаты. Пока никто ни на кого не нападает и не устраивает пожар, это не имеет значения.


ГЛАВА ДЕСЯТАЯ


- Она не заставит нас ждать.

Третий адмирал Тан Цян взглянул на своего начальника штаба Су Чжихао. В длинной козлиной бородке молодого человека виднелись седые пряди, что контрастировало с его подтянутым телосложением и относительно небольшим количеством медалей на парадной форме.

Кстати, о медалях...

Тан повернул левое плечо, чтобы сдвинуть застежку, зацепившуюся за его нижнюю рубашку, и потянул сзади за китель. После долгого ношения такого количества наград они начинали оседать. Двое мужчин стояли одни в рубке управления, откуда открывался вид на отсек для шаттлов, открытый для вакуумирования. Вдали виднелся Шанхайгуань, планета-крепость на границе пространства Лиги.

Тан не любил надевать свою парадную форму, если в этом не было необходимости, но когда будущий президент Терранской Лиги захотел провести церемонию... все снаряжение стало необходимым.

- Нет, она не заставит нас ждать, - сказал он и наклонился вперед, чтобы посмотреть на собравшихся политиков, репортеров и духовой оркестр в полном составе. По бокам от оркестра стояли энсины, державшие красные знамена с именем четвертого адмирала Син, вышитым золотой нитью. - Нельзя держать представителей внутреннего Согласия в напряжении. Не имеет значения, что вы сделали.

- Министр Лю приложил немало усилий для этого небольшого... объявления, - сказал Су.

- Каналам нужны хорошие новости, - ответил Тан. - Битва на Бете Лебедя носит затяжной характер и лучше не станет. Победа... новый "герой". - Он слегка пожал плечами. - Люди воспримут это.

- И проголосуют за фракцию Лю "Вечно вперед", а не за умеренных. - Су потеребил кончик своей козлиной бородки.

- Вот это да. Вы думаете, что Согласие приведет к такому низкому общему знаменателю? - Тан потер висок, в котором нарастала головная боль, и посмотрел на свое отражение в стекле. Он заметил, что "гусиные лапки" у него стали длиннее.

- Какой счет мясника за рейд Син на Инвернесс? Восемьсот тысяч? - спросил начальник штаба.

- Меньше, из-за кинетических ударов. - Тан наклонился вперед, когда за пределами ангара показался шаттл. В диспетчерскую доставили пробные записи группы. - Но она справилась с этим с минимальными затратами и не потеряв ни одного космонавта. Вы должны признать, что у нее есть наглость. Талант.

- Конечно, есть, - кисло сказал Су. - Вы же знаете, что вся эта ее "операция Хан" была просто трюком, чтобы снова привлечь к себе внимание. Должность, на которой она работала, была слишком тихой для такой, как она.

- Как я уже сказал, новостным лентам нужны хорошие новости. Она это знает. - Тон Тана был более спокойным, чем у Су. - Я согласен с вами в том, что она выдвинула эту идею в первую очередь как способ продвинуть свою карьеру, но это не делает ее бессмысленной. Конечно, не с политической точки зрения. Она знает правила игры.

- Она едва задела пустяковую колонию, которая не имеет значения для обитателей центральных миров. - Су сплюнул на палубу.

- Не "едва ли". - Тан почесал подбородок. - Она уничтожила орбитальные нефтеперерабатывающие заводы, которые на самом деле имели хоть какую-то реальную военную ценность, и разрушила все электростанции, плотины и объекты критически важной инфраструктуры на планете. И общественности не нужно говорить, что это была "никчемная колония". На самом деле, я уверен, что это не так.

- Я согласен, что нефтеперерабатывающие заводы имели некоторую военную ценность, сэр. Но достаточно ли этого, чтобы оправдать риск, связанный с использованием авианосной ударной группы для их уничтожения?

- Это касается не только Шотландии, и дело не только в физическом уничтожении, - сказал Тан. - Федам придется беспокоиться о том, что мы нанесем удар по дополнительным слабо защищенным системам в регионе, и это может отвлечь часть их подкреплений с Беты Лебедя.

- И это хорошо, сэр?

- Это все, что известно остальным, включая ее саму, - ответил Тан немного сдержанно. - И тот факт, что многие колонисты выжили, на самом деле приведет к еще большему истощению их ресурсов, потому что это означает, что они должны оказывать гуманитарную помощь. Это то же самое, что использовать мину меньшего размера в наземных боях. Убейте солдата мощным взрывом, и ему конец. Но если ему оторвет ногу, то двое или трое бойцов выйдут с ним из боя, чтобы доставить его обратно в полевой госпиталь. Он не вернется в бой, как не вернулся бы, если бы вы его убили, но в этом случае он станет помехой для их материально-технического обеспечения. Им придется лечить его, перевозить в безопасное место, реабилитировать... А после демобилизации он будет хромать на гражданке, бросая тень на все военные усилия.

- Есть причина, по которой Сталин отправлял своих раненых в ГУЛАГ, - сказал Су. - Старый урок, если вы не в курсе своих исторических тиранов.

- Я знаю о нем, - сказал Тан. - Но каналы будут играть на милосердии Син, позволившей федам жить, когда то, что она сделала, на самом деле было самой жестокой вещью из возможных.

- Я не понимаю, - сказал Су.

- В обитаемом полушарии Инвернесса сейчас самый разгар зимы. - Тан сцепил руки за спиной, выражение его лица было мрачным. - Она обрекла их на медленную, холодную смерть. Федерация, вероятно, бросится на помощь, и они обнаружат мир, который разрывается на части, пытаясь выжить. Будьте добры, чтобы нанести удар по всему миру. Избавьте их от страданий одним махом.

- Убийства из милосердия? Это на вас не похоже, сэр. Прошло почти двадцать лет с тех пор, как вы выиграли битву при Кальяо, но вы никогда не руководили нападениями на мирных жителей федов.

- Счет мясника растет с каждым днем. Возможно, я так долго смотрел на цифры, что начал становиться циничным. Но бомбить города - не такая уж сложная задача, - сказал Тан. - Уничтожение орбитальных установок - это все, что нужно было сделать Син, чтобы одержать победу и получить одобрение от Согласия. То, что она сделала, было жестокостью ради жестокости. Я предпочитаю сражаться один на один... если Согласие когда-нибудь позволит мне вернуться на фронт.

- Возможно, у фракции "Вечно вперед" появилась новая избранница, - предположил Су. - Они могут изменить облик военных действий, и мы сможем вернуться к нормальному командованию флотом. - Тан взглянул на него, и он пожал плечами. - Что, сэр? На нее смотреть гораздо приятнее, чем на вас. Без обид.

- Это слишком низкая планка, чтобы ее не преодолеть. - Тан вздохнул, когда опустился передний трап шаттла, и четвертый адмирал Син спустилась по нему под звуки клаксонов и первые такты гимна Лиги.

Он был вынужден признать, что Су был прав насчет внешности, подумал он. Син была высокой, с выразительными бровями, темными глазами, волосами цвета воронова крыла, заплетенными в косу вокруг головы, и пистолетом, висевшим низко на бедре, как у легендарного стрелка. Отряд космических пехотинцев в доспехах последовал за ней, когда она подошла к Лю и четко отдала ему честь.

- Она уже играет свою роль, - сказал Су. Он покачал головой, когда Син и Лю пожали друг другу руки. Они старались делать это медленно, в то время как дроны с камерами кружили вокруг них, фиксируя момент с разных ракурсов.

Тан взглянул на часы и поморщился. Пришло время.

- Она не дура, Чжихао, - сказал он, поворачиваясь к двери. - Мы не должны забывать об этом.

- Даст ли ей Согласие соединение?

- Этого я и боюсь. - Тан потянулся к дверному выключателю. - В этом году выборы состоятся позже. Бета Лебедя все еще держится - с трудом - и Согласию придется о чем-то говорить с избирателями. Для нее и Лю это превращается в настоящий шторм, и они не из тех, кто упускает такую возможность. Ну давай же. Мы можем опоздать на прием к Син... но не слишком сильно.


* * *


- А потом командир федов поджал хвост, не сделав ни единого выстрела!

Смех Син наполнил маленький отсек, и Тан сделал вид, что смеется вместе с остальными. Он слышал, как другой адмирал несколько раз рассказывала о "битве" за Инвернесс. Она вносила небольшие изменения в свой рассказ каждый раз, когда угощала другого участника Согласия, проверяя его реакцию.

Лю смеялся так же громко, слушая каждую изюминку. Небольшая группа функционеров Согласия, стоявшая у него за спиной, хранила молчание.

Лю, щеголеватый мужчина смешанного происхождения с тщательно уложенной прической, дважды хлопнул в ладоши, давая понять, что прием окончен. Военные офицеры и политики поставили на стол напитки и тарелки с закусками и направились к выходу.

- Но не вы, Тан, - сказал Лю. - Нам нужно кое-что обсудить с нашей почетной гостьей.

Тан кивнул, сохраняя бесстрастное выражение лица, хотя желчь подступала к горлу, и взглянул на Су.

- Чжихао, подготовьте "Цай Шэнь" к отходу. Воспользуйтесь моими кодами, чтобы пополнить запасы на корабле.

- Да, сэр. - Су одарил Лю вежливой улыбкой и поспешил к выходу.

Одна из прихлебательниц Лю достала из внутреннего кармана своего пиджака серебряный футляр и отвернула крышку. Комнату наполнил низкий, скрежещущий зубами вой.

- Простите за грубость. - Лю дотронулся до уха. - Перед нашим приходом я проверил комнату на наличие "жучков", но мы не можем быть слишком осторожными.

- Что требует такой секретности при обсуждении? - Син убрала с лица прядь черных волос.

- В Согласии очень довольны вашим послужным списком, - сказал ей Лю. - Вы успешно командовали всеми кораблями, от корветов до линкоров. Одерживали победы в каждом сражении с федералами. И у вас не было семейных связей ни с кем в куполе Капитолия.

- Мои родители - фабричные рабочие, - пожала плечами Син. - Иногда яблоко от яблони падает и продолжает катиться.

- Согласие утвердило для вас новое назначение, - сказал Лю. - Мы ожидаем, что вы добьетесь больших успехов.

- Но смогу ли я добраться до Беты Лебедя вовремя, чтобы переломить ситуацию? - спросила она, сверкая глазами.

- Не флот освобождения и даже не командование авангардом, - сказал Лю.

- Все еще не готово, министр, - сказал Тан. - Были сбои в строительстве, и мы даже не...

- Спасибо, третий адмирал, - сказал Лю. - Но решение принято.

- Вы же не собираетесь отстранять меня от работы, чтобы я присматривала за верфями в Хвандо, - сказала Син. - Это был бы приказ об отставке. Пустая трата моих талантов.

- Она понятия не имеет. - Брови Лю поползли вверх. - Я удивлен.

- Проект работает, только если соблюдается секретность и... - Тан замолчал и покачал головой. - Я не хочу говорить об этом даже здесь.

- И не делайте этого. Правила Объединения применимы даже к нам, когда мы находимся за пределами системы, - сказал Лю и повернулся к другому адмиралу. - Син, Лига проводит долгосрочную работу, которая скрыта от общественности. Мы просто не могли допустить, чтобы феды узнали об этом. Мы создали силу - флот, невиданный со времен битвы при Кальяо. Который может поставить Федерацию на колени и положить конец войне.

Син уперла руки в бока, выражение ее лица было скептическим.

- И как же так получилось, что я никогда ничего об этом не слышала?

- Секретность имеет первостепенное значение. Часть вспомогательной структуры... привлечена из-за пределов Лиги. - Лю с трудом сглотнул. - И весь персонал, назначенный для этого, прибыл с планет, разрушенных Федерацией. Все это станет понятным, когда вы прибудете на Бастион.

Губы Син сжались в тонкую линию.

- Я верна Согласию, - сказала она. - Я только и делала, что приносила вам одну победу за другой, но вы собираетесь... отодвинуть меня в сторону, не так ли?

Это было большим преувеличением в ее послужном списке, чем она думала. Не то чтобы он был удивлен протестом, особенно после того, как Лю рассказал о ее достижениях в новостных лентах.

- Это не трюк, - сказал он вслух. - Это не какой-то позолоченный командный пункт на окраине. Это разрабатывалось десятилетиями, Син. Вы будете частью последней попытки выиграть войну.

- Не просто частью, - вставил Лю. - Командовать.

- Она - кто? - Вопрос заставил Тана вздрогнуть от неожиданности, и он в замешательстве наморщил лоб.

- Второй адмирал Син будет командовать всеми силами. - Лю подошел к одному из своих помощников и взял маленькую коробочку, обитую бархатом. - Официально она сохранит свое нынешнее звание и будет патрулировать территорию, защищенную от вторжений федов. - Он открыл коробочку и достал знак отличия - темно-красную звезду с обсидиановой каймой. - И она останется там до тех пор, пока новое командование, которое мы назвали флотом Дракона, не будет готово покинуть Бастион.

- Для меня это большая честь. - Она взяла значок со званием и провела по нему большим пальцем. - Но где именно находится Бастион?

- Тан отведет вас туда. Он будет вашим заместителем. - Лю улыбнулся, и оба адмирала повернулись, чтобы посмотреть на него. - Его опыт, ваше упорство - брак, заключенный на небесах.

- Сэр, - Тан на мгновение сжал челюсти, - силы Бастиона - флот Дракона... У нас даже нет экипажей для кораблей. Как у нас дела...

- У нас есть достаточное количество уволенных ветеранов, разбросанных по мирам Лиги, - сказал Лю. - Следующая лотерея набора будет немного более масштабной, чем обычно, чтобы обеспечить нужных вам новобранцев, а ветеранов-космонавтов снова оденут в форму, чтобы обеспечить более опытный персонал. Последний рывок, чтобы выиграть все это. Мы уже несколько месяцев наполняем каналы историями о благородном самопожертвовании и вечном долге. Внутренние прогнозы на дисгармонию довольно низки.

- Это было ваше командование? - спросила Син Тана.

- Я... предполагал, - сказал пожилой мужчина.

- В рамках Согласия по этому поводу было немало споров. - Лю поправил манжеты. - Было решено, что победы над флотом Федерации в бою будет недостаточно для заключения перемирия. Даже в такой решающей битве, как ваша победа при Кальяо, этого добиться не удалось, и сейчас вряд ли это удастся в другой такой битве. Пятьсот, которые контролируют свое правительство, не заботятся о потере крови. Их волнует потеря сокровищ.

- Вы все еще собираетесь проливать кровь, - заметил Тан.

- Семантика. - Лю пожал плечами. - Вы представите второго адмирала Син ключевым персонам, как только прибудете на Бастион. Она должна получить всю информацию. Это понятно?

- Понятно... сэр, - сказал Тан.

- Тогда я вернусь в Капитолий, чтобы обеспечить подготовку необходимого персонала. Мы ожидаем, что флот Дракона будет в полной готовности через восемь месяцев.

- Или меньше, - сказала Син. - Уверена, что смогу повысить эффективность, как только полностью приму командование.

- Или даже меньше, - признал Лю. - Я оставлю вас наедине с этим. - Он похлопал Тана по плечу и ушел.

- Это большая честь для меня. - Син одарила старшего офицера крокодильей улыбкой. - Я переведу свой флаг на "Цай Шэнь", а "Чэнь Цинчжи" сможет сопровождать ваши авианосцы в составе моей эскадры. Сколько времени до вылета? Двенадцать часов?

- Если позволите, мэм, термоядерные двигатели вашей эскадры сильно пострадали во время налета на Шотландию. Пусть верфи в Шанхайгуане проверят их допуски, прежде чем мы отправим корабль. Это займет еще... восемнадцать часов. Самое большее.

- Зачем бездельничать? Просто переведите портовых рабочих в распоряжение "Чэнь Цинчжи", и они смогут приступить к ремонту.

- Потому что любому персоналу рангом ниже коммандера, который ступит на Бастион, никогда не разрешается покидать его. По крайней мере, до тех пор, пока флот Дракона не будет готов. Если мы заберем обученные экипажи из Шанхайгуаня и они не вернутся, это вызовет ряд вопросов, которые мы не хотели бы слышать... или отвечать на них.

- Настолько серьезно. - Син на мгновение прикусила нижнюю губу. - Значит, еще несколько часов.

- Давайте предположим, что за нами наблюдают феды, - сказал Тан. - Ведите себя как можно более обычно. Это помешает им вынюхивать что-то вокруг.

- Федерации следовало бы заняться моими поисками после того, что я сделала с Инвернессом. Но немного времени, проведенное вдали от всеобщего внимания, пойдет на пользу. Пусть мое имя разнесется по центральным мирам. Они узнают меня к тому времени, когда мы с флотом Дракона будем готовы. Этот флот действительно так грозен, как предположил Лю?

- Мэм, вы даже не представляете.


* * *


Тан вышел из лифта на 195-м этаже аркологии Тодайма.

Он взглянул на потолок, покрытый голографическим фильтром, который должен был имитировать голубое небо, приятную погоду и правильное освещение, соответствующее времени суток. Он с трудом мог сказать, что живет двадцатью уровнями ниже пентхауса, под куполом, расположенном в древнем ударном кратере на внешней стороне луны Шаньхайгуань.

Пока одна из панелей не покрылась статическими помехами, а затем не заработала в обычном режиме.

Он нахмурился, глядя на это, и сделал мысленную пометку связаться лично с менеджером аркологии, когда за ним закрылась дверь лифта. Дипломатический пинок под зад по поводу плохого технического обслуживания со стороны третьего адмирала, как правило, приносил результаты. Он должен был сделать это раньше - сделал бы это раньше, если бы понимал, что это необходимо. Но в последние пару лет его визиты к семье были слишком редкими. Именно это произошло, когда Согласие направило офицера на сверхсекретный проект в звездную систему, находящуюся в нескольких неделях пути от всех, кого он любил, хотя ему повезло гораздо больше, чем большинству сотрудников, назначенных на "Астру". По крайней мере, он мог возвращаться домой... иногда.

Он покачал головой при этой мысли, затем проверил свою униформу - после замены эффектной парадной на гораздо более удобную коричневую корабельную форму - и прижал ладонь к считывающему устройству.

Открывающаяся дверь на долю секунды замерла, прежде чем полностью втянуться в раму.

- Папа? - Вопрос донесся изнутри вместе с запахом свежей стряпни.

- Лучше это буду я, - сказал Тан, вешая фуражку на крючок. Он снял ботинки и затянул ремешки на липучках вокруг каждой лодыжки. Из-за угла на носках выскользнул мальчик-подросток, и Тан обнял его.

- Уфф! Клянусь, Идрак, ты стал выше ростом с тех пор, как я видел тебя несколько дней назад, - сказал третий адмирал.

- Цян? Накрывай на стол! - позвала его жена из кухни.

- Почему ты не вызвался добровольцем? - Тан взъерошил волосы Идрака, когда подросток отстранился.

- Готовлюсь к экзаменам.

Мальчик повернулся, чтобы уйти, но Тан схватил его за локоть, когда заметил красно-зеленую повязку на его бицепсе. В его взгляде не было одобрения.

- Что? - сказал Идрак. - Партия "Вперед" пришла в мою школу. Мне понравилась презентация.

- Что я тебе говорил?.. - начал Тан, потом замолчал. - Давай сначала поедим, - сказал он и, отпустив мальчика, вошел в столовую, где сидел пожилой мужчина с повязкой на глазу и читал что-то на планшете.

- Дядя Рао. - Тан открыл шкаф с посудой и достал тарелки и наборы палочек для еды. Он поставил тарелку перед пожилым мужчиной. - Дядя Рао?

- Хм? Тан! Не расслышал тебя. - Рао снял наушник и повозился с крошечными циферблатами. - Я думал, ты снова в космосе.

Тан продолжал накрывать на стол, пока Рао не надел наушник обратно. Мужчина постарше постучал себя по виску, потом по столу, затем поднял большой палец вверх.

- Задержался, чтобы освоить новый ударный элемент, - сказал Тан. - Где твой глаз?

- Проклятая штука чешется. Мой настоящий работает просто отлично. - Рао попытался встать, борясь с покалеченной ногой и рукой. Тан коснулся его плеча и толкнул обратно на стул.

- Если не пользоваться протезом, нервные шунты разрушаются, - сказал он. - Пользоваться устройством, когда оно вам нужно, становится еще труднее. - Он разложил маленькие тарелки и керамические подставки, чтобы не оставлять на столе кончики палочек для еды.

- И мне все равно придется каждый месяц проходить весь путь до центра для повторной калибровки. Ты знаешь, как это мучительно? - Рао сунул свой планшет с данными в карман.

- Ты же не можешь сидеть здесь и читать весь день. - Затем оглядел сервировку и повернул блюдо так, чтобы украшение совпало с остальными.

- Я уже наполовину просмотрел архивы "Тингл", - сказал Рао. - Тебе не мешало бы почитать классику.

- Классика. - Тан изобразил воздушные цитаты.

- Кто хочет золотой рис? - вошла жена Тана, Кайха, с дымящейся миской белого риса и несколькими маленькими блюдечками вареного мяса, нарезанного кубиками и политого соусом. Она поставила поднос на стол и вытерла руки о фартук.

Тан быстро поцеловал ее. Она наклонилась к нему, затем посмотрела на него, нахмурившись.

- Что? - спросил он.

- Мило с твоей стороны, что заглянул, но было бы неплохо, если бы ты предупредил меня заранее. Я бы приготовила для тебя нечто большее, чем просто добавку.

- Потому что меня... здесь нет, - сказал он. - Я сократил перерыв в своем расписании и свалил все на Су. Не то чтобы он возражал. Ему нравится практика.

- О, так все в порядке? - Она посмотрела скептически. - Потому что в последний раз, когда ты приходил без предупреждения, ты собирался уехать, чтобы провести девять месяцев, сражаясь с федами в секторе Априкум.

Тан почувствовал, что Рао наблюдает за ним.

- Все в порядке, - сказал он и слегка улыбнулся ей. - Просто решил немного пропустить занятия, прежде чем вернуться в учебную часть.

Прищуренные глаза Кайхи сказали ему, что она на это не купилась. Но...

- Тебе нужно поговорить со своим сыном, - сказала она, затем оглянулась через плечо. - Мальчик! Кристина! Идите поешьте.

- Моя сестра здесь? - Тан сел во главе стола, и от запахов у него потекли слюнки.

- По ее словам, транзитные бараки снова были переполнены... - сказала его жена, подходя к концу стола.

Идрак сел рядом с Рао и потер ладони.

- Обогащенный питательными веществами рисовый продукт, белковые кубики, выращенные в чанах, и соус карри из порошка, - сказал он. - Еще раз. И это по-прежнему вкусно.

- Проведите пару месяцев в окопах... - начал Рао.

- и вы никогда не попробуете ничего вкуснее золотистого риса, - закончил Тан. - Почему у нас только стандартные добавки? Что случилось с нашими продовольственными талонами на адмиралтейском рынке?

- Мама... она вроде как... - Идрак откусил кусочек, затем сорвал повязку с руки.

- Она продала их какому-то лакею "Вперед", чтобы отправить твоего мальчика в центр идеологической обработки, - сказал кто-то еще, и Тан приподнял бровь, когда напротив Идрака села женщина с длинными растрепанными темными волосами. На вид ей было под сорок, она была белой, одета в поношенный спортивный костюм.

- Кристина. - Тан протянул ей тарелку, которую она приняла, подперев рукой подбородок и слегка наклонив голову. - Ты хочешь объяснить дальше, или это должен сделать Идрак?

- Стукачка, - сказал мальчик своей тете, затем повернулся к отцу. - Сейчас весенний сезон трудовых лагерей, отец. Я работаю на жителей Шанхайгуаня и встречаюсь со многими ребятами моего возраста...

- Девочками, - вмешалась Кристина.

- Может, ты прекратишь? - сказал Идрак. - Это отличный способ наладить контакты, - продолжил он, - и я смогу вступить в партию перед следующим туром выборов, а затем...

- Что я тебе говорил о Вечных? Или о какой-нибудь партии? - Тан отставил тарелку для жены и сел. Он сцепил пальцы перед подбородком и уставился на Идрака.

- Эта партийная принадлежность не предназначена для военных, - ответил Идрак. - Именно из-за того, что офицеры слишком увлекаются политикой, мы чуть не проиграли войну перед битвой при Кальяо.

- Так почему тебя так интересует трудовой лагерь? Твои оценки достаточно высоки, чтобы поступить в Академию на Фрихолде.

- Ты хочешь сказать, что моя фамилия достаточно хороша, - пробормотал Идрак.

- Он скромничает, - сказал Рао. - Он входит в два процента лучших учеников своего класса. Я занимаюсь с ним по вечерам.

- Значит, у тебя достаточно высокие оценки, - сказал Тан. - Фамилия и партия не помогут тебе на Фрихолде.

- Да, не помогут, - сказала Кристина. - Последние два года занятий были связаны с членами "Вперед" или с кем-то с рангом флага. Был бы настоящий скандал, если бы каналы согласились это опубликовать.

- Два года? Почему я никогда об этом не слышал?

- Что? Ты не получал мои сообщения? - Кристина приподняла бровь. - Я в шоке. Говорю тебе, я в шоке. - Она покачала головой, но выражение ее лица оставалось серьезным. - Партия захватывает все больше власти, Цян, и чем больше власти они захватывают, тем хуже они становятся.

- Я разберусь с этим, - сказал Тан. - Адмиралтейство не так... скомпрометировано.

- У партии лишь небольшой перевес на выборах, и она не получит абсолютного большинства в Согласии, - сказала Кристина. - Они это понимают, и менее чем через поколение мы станем такими же плохими, как и центральные миры Федерации.

- Всегда так приятно видеть тебя в гостях, тетя, - сказал Идрак.

- Так вот почему они поставили ее в... - Тан оборвал себя на полуслове и снова сосредоточился на сыне. - Но вернемся к тебе, Идрак. В рекламе эти трудовые лагеря выглядят как развлечение и тренировка, но на самом деле это центры идеологической обработки. Ты приходишь, и они окружают тебя со всех сторон, как...

Он взял палочки для еды и ткнул ими в белый рис.

- Я могу думать сам. - Идрак развел руками. - Я имею в виду, ты постоянно общаешься с партийными и при этом остаешься независимым. То, что я поехал в лагерь, не значит, что я выйду оттуда как зомби, который ненавидит свою семью и заботится только о неоспоримом праве Лиги продвигать прогресс и...

- Просто прекрати, - сказала Кристина. - Ты идешь ради девочек.

- То, что это совместное обучение, еще не значит...

- Нет, - сказал Тан. - Я этого не допущу. Ты умный, трудолюбивый и талантливый. Тебе не нужна партия, чтобы стать свободным человеком. Если ты все-таки уйдешь и не будешь распевать гимн "Вечно вперед" с членской карточкой в кармане, они... обидятся. Столь молодые люди, как ты, могут попасть в беду в такой обстановке, особенно если их немного подтолкнуть. Я бы не исключил, что у тебя возникнут какие-то проблемы, которые повесят на мою голову. Или на твою, когда придет время отправлять твое заявление.

- Это несправедливо! - Идрак вскочил на ноги.

- Да, это так, - согласился Тан. - Это никогда не будет справедливо, сынок. Такова война и такова жизнь. Не забывай, что случилось со всеми, кто был частью "Новой демократии", после того, как мы проиграли в Нью-Дербе. Военные отстранили их от общественной жизни, и "Вечно вперед" пойдет по тому же пути, если они не будут осторожны. Я говорю "нет", чтобы защитить тебя. Это моя единственная причина.

Идрак выбежал из комнаты. Тан более чем наполовину приподнялся со стула, затем снова опустился.

- Ты справился с этим лучше, чем когда-либо справлялся папа, - сказала Кристина. - И это чертовски хорошо. "Вечно вперед" знают, что случилось с "Новой демократией". Сомневаюсь, что они совершат ту же ошибку.

- Он справится с этим, - сказал Рао. - Если это девушка, то они как автобусы. Ты пропускаешь одну, а через несколько минут будет другая.

- Вот почему у него четыре бывшие жены. - Кристина ткнула в него большим пальцем, не отводя взгляда от Тана. - Мы мягко поработаем с Идраком, Цян.

- Командовать проще, чем кажется. Я просто приказываю своим офицерам и подчиненным что-то сделать, и это происходит. Попробуй проделать то же самое с моим сыном, и он будет возмущаться, пока не станет достаточно взрослым, чтобы понять это самостоятельно. - Он покачал головой и сменил тему. - А почему, собственно, ты здесь, Кристина?

- Меня уволили из моей ленты, - сказала она. - Я опубликовала слишком много историй о коррупции в "Вечно вперед". Каналы перестали публиковать мои работы для подписчиков, а затем из системы удалили мои личные данные. Я не первый репортер, которого убрали таким образом. И не последний.

- И в чем эта коррупция?

- Лига уже несколько десятилетий живет в условиях тотальной военной экономики. Большинство работников облагаются налогом в размере почти девяноста процентов от их дохода, но сумма доходов, которую получает центральное правительство, и его расходы не совпадают, - сказала она.

- Расходы за счет дефицита - это не совсем что-то новое для правительства, - отметил Тан.

- Дефицит есть дефицит, Цян. Предполагалось, что в рамках последнего выпуска военных облигаций будут профинансированы шесть новых авианосцев... но где они? На верфях-спутниках, таких как Шанхайгуань, Кералта или Сяопэй, еще не заложены кили, а в Дунгуане и Урумчи их чертовски мало. Я немного покопалась и обнаружила чертовски большой дефицит бюджета.

Тан откусил кусочек от своего ужина, не решаясь что-либо выдать, даже своей сестре.

- Имеет смысл не сообщать Федерации о сроках строительства, - сказал он. - Если они узнают, сколько мы тратим, они могут превзойти нас.

- Экономика федов почти в три раза больше нашей, - ответила она. - Они могли бы превзойти нас в любое время, если бы действительно захотели, но Пятьсот предпочли обескровить своих овец налогами, а не перейти на полномасштабное военное производство и сократить свою прибыль. Ты знаешь, что у них все еще есть рынок элитной одежды? Лига так долго обходилась стандартным питанием, что мы... Знаешь ли ты, что есть дети, которые никогда не ели шоколада? Никогда не носили другую одежду, кроме как из переработанной ткани, которая выходит из принтеров? Я читала законопроекты о снижении призывного возраста до...

- Мы живем немного лучше, чем большинство, - сказал Тан.

- В казне Лиги образовалась черная дыра, а тем временем члены Согласия живут в своих личных аркологиях, и им не нужно беспокоиться о нормировании питания, замене нервных шунтов или...

- Неужели Согласие настолько велико, что эта "черная дыра" в бюджете может покрыть такие расходы?

- Нет, все гораздо серьезнее, - сказала она. - Мы говорим о сумме, достаточной для финансирования феодальных владений за пределами Окраины. Пираты и варвары по-прежнему забирают доллары Лиги. Возможно, начальство считает, что фронт Бета Лебедя рухнет, а те, кто может, разрабатывают стратегию ухода.

- Осторожнее. - Тан наставил на нее свои палочки для еды. - Это опасно близко к государственной измене.

- Если бы все исчезнувшие деньги действительно пошли на новые корабли, мы, возможно, не держались бы на плаву на Бете Лебедя.

- Кто тебе сказал, что все так плохо?

- Новости хорошие? Потому что мои бывшие коллеги, которые до сих пор играют в эту игру, говорят, что следующая большая история - это адмирал Син Сюэфэн и ее "гуманитарная" победа над каким-то мусорным миром Федерации. Где же главная победа на Бете Лебедя? Когда мы отберем Тантор III?

- Бета Лебедя держится. - Тан вернулся к своей трапезе. - Феды не пройдут за зеленую линию.

- Не совсем удачное сообщение, не так ли? Между тем, у партийного босса Лю есть любовницы в каждом регионе столичного мира. Он неравнодушен к нуждающимся вдовам.

- Я, пожалуй, пойду принесу десерт, - сказала Кайха, вставая из-за стола, и Тан с улыбкой покачал ей головой, прежде чем снова посмотреть на сестру.

- Теперь это просто желтая журналистика, - сказал он. - Ты опубликовала эту историю, не так ли? Вот почему у тебя отобрали лицензию.

- Наверное, мне следовало начать с "черного бюджета", но мой редактор решил, что это слишком похоже на теорию заговора. Поэтому я сначала написала статью для таблоида, и... - Кристина указала на него и квартиру. - Интересно, не сообщил ли этот змей властям предержащим о другой моей статье, потому что они вышвырнули меня на улицу без особой борьбы. Возможно, если бы я была больше похожа на героя войны адмирала Тана, "Вечно вперед" поняли бы, с кем они связались. Видит бог, я слишком похожа на гвайло, чтобы кто-нибудь догадался, что мы родственники! Наверное, мне следовало взять фамилию Тан после удочерения, а не писать ее через дефис. Жаль, что я не сделала этого ради мамы и папы.

- Такова жизнь, - сказал Тан и втянул носом воздух, когда Кристина прикрыла нос и рот. Он повернулся и просиял, когда Кайха вернулась в столовую с фруктом на сгибе руки. Она срезала с шипастой кожуры ломтик, и из его желтой мякоти торчала ложка.

- Дуриан! - Тан улыбнулся еще шире, взял у нее фрукт и положил его на стол.

- О Боже, пожалуйста, нет. - Кристина прикрыла рот рукой.

- Что? Это самое вкусное блюдо! - Тан откусил кусочек. Он с любовью посмотрел на жену, и она погладила его по затылку.

- Пахнет так, словно только что пукнул кто-то, сидящий на диете из тухлых яиц. - Кристина отодвинула тарелку.

- Если бы ты пришла в семью Тан чуть раньше, тебе бы это тоже понравилось. - Тан продолжал есть.

- Это пахнет скипидаром и ненавистью. - Его сестра закрыла лицо руками.

- Жаль, что тебя не было здесь, чтобы поговорить с Идраком, - сказала Кайха. Она обхватила себя руками за талию. - Он был гораздо настойчивее со мной. И я не получу обратно эти продовольственные талоны.

- Я не могу. - Кристина подавилась и убежала.

- Что с ней такое? - Рао воткнул вилку во фрукт и вытащил кусочек тягучей, желтоватой мякоти. Прежде чем откусить кусочек, он обмакнул его в соус карри. - Он почти свежий.

- Мне доставят еще одну продовольственную книжку, - сказал Тан своей жене. - Идрак заслуживает приличного торта на свой день рождения. Я, вероятно, буду скучать по нему. Опять.

- Как долго тебя не будет? - спросила она.

- Трудно сказать. Этот тур будет немного другим. Но если все получится, он станет последним на долгое время.

- Ты хочешь сказать, что наконец-то уйдешь на пенсию? - спросила Кайха.

- Уйти в отставку? Я прослужил в военной форме всего сорок лет. Но посмотрим. Посмотрим. Я должен чаще бывать дома. Ради Идрака и ради тебя.


ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ


- Это чушь собачья!

Коммандер военно-космического флота Федерации пнул мусорный бачок, встроенный в борт шахтного турбовагончика. В условиях невесомости он не мог приложить к нему много усилий, не повредив при этом магнитный замок другой ноги на полу машины, но, похоже, получил от этого хоть какое-то удовлетворение.

Шахта проходила к внешней обшивке основного корпуса корабля флота Федерации "Иштар", вдоль основания одной из шести массивных ребристых стоек, на которых находились субсветовые наездники сверхсветовика, и в данный момент ее единственными пассажирами были он и четыре других командира дивизиона крейсеров 1102. Их тяжелые крейсера были распределены между "Эрешкигаль" и "Гильгамешем", и этот вызов на флагманский корабль авианосного дивизиона был первым, когда они все увидели друг друга с тех пор, как их забрали со станции Джалал.

- Конечно, Стэнли. Выплесни все на этот несчастный бачок, - сказал один из его спутников, а остальные захихикали.

- Отвали, Гао. Вы со "Святым Эльмом" ввязались в драку позже, чем мой "Чанша". - Коммандер Джозеф Стэнли еще раз поставил оба ботинка на пол и скрестил руки на груди, чтобы придать своему лицу более свирепый вид. - Я обещал своим космонавтам нормальный отпуск на берег, как только мы отправимся в путь. Джалал был дерьмовым местом, но, по крайней мере, это была не какая-то заброшенная пустошь на пути к ледниковому периоду, покрытому пылью.

- Значит, их вытащили до того, как они разорились, - сказал Эбрэхэм Уиттен. Это был крепкий мужчина со светлыми волосами, тронутыми ранней сединой. - Они беспокоились, что все выпивохи и шлюхи галактики исчезнут, когда они в следующий раз прикоснутся к цивилизации? Мои парни и девушки на "Аустерлице" могут выпить, но не так много.

- Учитывая количество алкоголя, конфискованного моим начальником катеров, это, похоже, то, чего боялись мои люди, - сказала Элайна Иглесиас, капитан корабля флота Федерации "Мэплплакет". - У кого-нибудь еще были подобные проблемы?

- Я был бы разочарован в своих космонавтах, если бы они не пытались что-нибудь провезти контрабандой, - ответил Стэнли. - Нам нужно поддерживать репутацию. Сражайся храбро, играй усердно.

- Итак, пострадал моральный дух. - Винсент Гао пожал плечами. - Такое случается, и будет еще хуже, когда мы доберемся до Шотландии. Не будет никакой "спасательной операции". Это будут массовые захоронения и случаи посттравматического стрессового расстройства у всех, кто должен будет приземлиться. Кто-нибудь когда-нибудь был в мире, пострадавшем от кинетических ударов?

- Я был в Нуэво-Пасо, - сказал Уиттен. - До сих пор чувствую этот запах перед тем, как заснуть. Иногда.

- Кем Мерфи себя возомнил? - спросил Стэнли. - Я надеюсь, капитан Пенски уже успел рассказать ему о том, что "вот как все происходит на настоящем флоте". Выдернуть космонавтов из отпуска на берег...Так просто не делается.

- Мерфи, вероятно, этого не знает, - сказал Гао. - В конце концов, он был разведчиком. - Остальные насмешливо фыркнули, но Гао пожал плечами. - Тем не менее, у него за плечами боевое командование. Занял мостик в каком-то незначительном сражении после того, как повстанцы атаковали его корабль. Сумел одержать победу, когда он должен был быть статистом.

- И он родственник этого Мерфи, - сказал Уиттен. - И это заставляет меня беспокоиться из-за того, что он считает компетентность наследственной. Это не так. На случай, если кому-то интересно. - Он снова фыркнул, на этот раз более резко. - Что и продемонстрировал его собственный отец.

- Проблема не в Мерфи. - Иглесиас зевнула и потянулась. - Это его начальник штаба, О'Хэнрати. Парень был перспективным, пока не стал плохо относиться ко многим людям. Какая-то разведывательная операция, которая провалилась. Подробности пока неизвестны.

- Итак, О'Хэнрати рассчитывает на Мерфи, чтобы сохранить свою карьеру на плаву, а Мерфи - просто пустой звук. - Стэнли поднял руку и огляделся в поисках согласия. - Если это так, то, по крайней мере, мы знаем, кого мы должны осчастливить.

- Я сомневаюсь, что все так просто, - сказал Гао. - Почему Мерфи добровольно согласился командовать на Окраине? У парня есть связи со всеми нужными людьми в центре. Он мог бы есть виноград, а зрелые женщины терли бы ему ноги на любом другом задании.

- Амбициозный? Это все, что нам нужно. Кто-то играет в войну, чтобы заявить о себе в зале заседаний. - Стэнли покачал головой. - Или О'Хэнрати претендует на что-то, что не входит в сферу интересов офицера разведки? Парню следует просто подать в отставку и снова записаться на службу под вымышленным именем. Ему бы повезло больше.

- Мерфи ведет за собой своего сына, - сказала Иглесиас. - Каллум. Он такой новенький, что пищит.

- Сомневаюсь, что какой-нибудь придурок из центрального мира рискнет своей плотью и кровью ради того, чтобы его похлопали по спине во время гастролей в Нью-Дублине, - заметил Стэнли. - Так что мы просто отдаем честь и исполняем, пока не истечет время. Отлично. Это лучше, чем возвращаться к мясорубке на Бете Лебедя.

- Звучит как план, - сказал Уиттен. - Мы можем получить увольнительную на Кранн-Бетаде.

- Это место на Окраине, - сказал Гао. - Отдел внутренних расследований также высоко оценивает его по шкале борьбы с повстанцами. Отпуск не совсем качественный, если вам приходится ходить вооруженными и группами.

- Вот именно! - возразил Стэнли. - Особенно, когда мы все еще могли бы...

Он остановился и поднял глаза, когда вспыхнула световая панель и прозвучал звуковой сигнал.

- Внимание, - произнес мелодичный записанный голос. - Внимание. Приближаюсь к интерфейсу вращающейся секции.

Другие пассажиры присоединились к Стэнли, и, когда вагон начал замедлять ход, обе его ноги были прикованы к полу. На мгновение вагон полностью остановился, затем сильно ударился о стенку вращающегося отсека для персонала, и гравитация внезапно восстановилась.

- Особенно когда мы все еще могли быть на Джалале, - продолжил Стэнли. - У меня были наготове две дозы "трезвителя" и отвыкшая печень, черт возьми.

- Бу-у-у, черт возьми, - Гао выпрямился и направился к двери. - Игра стоит свеч. Мы стараемся, чтобы начальство было довольным, и в конце тура нас ждет достойная аттестация и возможность поработать в учебном подразделении, чтобы завершить наши служебные обязанности.

- Ага, - сказала Иглесиас. - Вот почему я пошла в офицерский корпус - чтобы выполнить самый минимум и выйти оттуда целой и невредимой.

- Что? - Стэнли толкнул ее локтем в бок. - Ты тоже?

- Отставить. - Уиттен указал на проход, когда двери открылись, и они увидели ожидавших их командира дивизиона крейсеров 1102 и коммандера Циммермана, его флагманского капитана на борту "Ла Като". - Это капитан Пенски. Он истинно верующий.


* * *


Стэнли сидел в кресле в приемной и барабанил пальцами по экрану, наблюдая, как рядом с кафедрой на небольшом возвышении медленно вращается голографический глобус с изображением Инвернесса. Стены помещения для брифингов "Иштар" были увешаны фотографиями кораблей, с которыми она провела четверть века непрерывной службы. На некоторых из них в верхних левых углах рамок были черные ленты с надписью "Погиб в бою".

Он оглянулся через плечо на небольшую группу офицеров в рядах позади него, которые оживленно беседовали.

- Они относятся к этому слишком серьезно, - тихо сказал он Гао.

- Возможно, они знают что-то, чего не знаем мы, - сказал его коллега-коммандер. - Ты думаешь, Лига все еще в системе?

- Черт возьми, нет. Это был просто еще один из их рейдов. Кроме того, они знают, как близко Шотландия к нашей главной базе здесь, в Джалале. Они слоняются поблизости и просто напрашиваются на это.

- Они перевели наши часы в Кальяо, когда заставили Четвертый флот думать именно так, - отметил Гао. - Вот почему мы, как правило, не возвращаем систему после победы над силами Лиги.

- Кому-нибудь лучше рассказать об этом Мерфи или О'Хэнрати, - сказал Стэнли. - Я бы не хотел, чтобы моя семья получила извещение о смерти со словами "Ой, мы снова попались".

- Ты просто лучик солнца, Стэнли, ты знаешь это? - прошипела Иглесиас. - Лицо игры. Вокруг полно завербованных, и нам нужно поддерживать репутацию.

Лицо Стэнли стало смертельно серьезным, и она закатила глаза.

- Я как будто вернулась в начальную школу. С классными манекенами, - пробормотала она.

Прежде чем Стэнли успел ответить, дверь в глубине сцены открылась, и в нее вошли контр-адмирал Мерфи, капитан О'Хэнрати и капитан Дребин, который шел слегка ссутулившись.

- Командир оперативного соединения, - объявил капитан Лоу, и собравшиеся офицеры поднялись на ноги.

Взгляд Стэнли затвердел, когда он сосредоточился на Мерфи, отметив его боевую ленточку, нестертые ботинки и форменный китель, который выглядел так, будто его только вчера вынули из принтера. От того, что у него была такая же зеленая полоса на брюках, как у Стэнли, ему стало почти физически плохо.

- Садитесь. - Слова исходили от О'Хэнрати, а не от Мерфи, который отошел к краю сцены вместе с Дребином.

- Мы в пути, так что этой информацией можно поделиться, - сказал О'Хэнрати. - Мы оставили это для капитанов судов, поскольку новости... тревожные. Приблизительно девятнадцать дней назад, в 06:43 по времени Инвернесс-Зулу, ударная группа Лиги, насчитывающая около семи кораблей, нанесла удар по столице планеты. В течение следующих восемнадцати минут кинетическое оружие уничтожило ключевые объекты инфраструктуры по всему населенному северному полушарию. В отличие от предыдущих рейдов Лиги на наши колонии, населенные пункты остались практически нетронутыми.

На голографии планеты появились небольшие расширяющиеся кольца.

- Мы считаем, что это было сделано ради оказания гуманитарной помощи, - продолжил начальник штаба, - для которой предназначено это соединение. Возможно, что нетипичный план атаки Лиги был разработан для привлечения гуманитарной помощи, чтобы устроить засаду на ее прибытие, но, по нашей оценке, вероятность этого невелика.

- Простите, сэр, - Гао встал, - но как вы пришли к такому выводу? С уважением.

- Во-первых, потому, что они должны были бы предвидеть, что любой ответ придет от Джалала и, следовательно, предположительно будет мощным. Но, во-вторых, и это более важно, потому что капитан Дребин наблюдал, как субсветовые подразделения Лиги вернулись на свой авианосец и разогнались до сверхсветовой скорости, прежде чем он... осуществил свой собственный отход.

Воцарилась тишина, и взгляды Стэнли и других капитанов обратились к Дребину. Если он видел, как Лига выходила из системы, почему не вернулся, чтобы помочь?

- Мы использовали знания капитана Дребина о планете, чтобы составить предварительный план эвакуации выживших, - сказал О'Хэнрати. - Мы не торговый флот с большим количеством дополнительных стоек для наездников или специализированными силами по оказанию помощи, но у нас есть контингент "Хоплон" и десантные суда. Наша цель - эвакуировать тех, кто подвергается наибольшему риску, в Нью-Дублин, а затем обеспечить надлежащее убежище для тех, кого мы не можем вывезти, до тех пор, пока не прибудут соответствующие силы по оказанию помощи.

- О боже, - пробормотал Уиттен, потирая лицо, пока его мысли витали перед брифингом. - Здесь будет полный бардак.

- Я передам трибуну коммандеру Мирвани, чтобы он проинструктировал спасателей.

О'Хэнрати отошел, и Стэнли снова перевел взгляд на Мерфи, в то время как офицер оперативного отдела занял его место. Адмирал слегка улыбался. Казалось, он почти не заинтересован.

Что-то не так, - подумал Стэнли. - Этот ход слишком напорист для какого-нибудь щеголя из центрального мира. Во что он на самом деле играет?

Улыбка Мерфи осталась без ответа, и коммандер достал из кармана инфопланшет, пока Мирвани передавал приказы по подразделениям.


ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ


Симрон поправила перекинутый через плечо капюшон, стараясь, чтобы он не помял экзотический шелк ее саронга, и не дернул за серьги-кольца. Ее отец нес свой капюшон, привязанный ремнем к бедру, и его пустая рука с сигарой подрагивала, когда они плыли по длинному переходу к обзорному куполу.

Внизу - так далеко, что Симрон боялась смотреть, - в вакуумном доке приютился огромный новый сверхсветовой авианосец, самый большой из когда-либо построенных для военно-космического флота Федерации, но даже его гигантская громада казалась миниатюрной из-за расстояния. Гигантская верфь Такоре была одним из крупнейших сооружений, когда-либо построенных человечеством, превосходя Великую Китайскую стену и египетские пирамиды вместе взятые. Значительная часть военного флота Федерации была введена в эксплуатацию именно здесь, но этот процент всегда мог быть выше.

Внизу, за авианосцем, она увидела кольца Сатурна.

- Как вы продолжаете это делать? - спросила она Такоре. - Так вот почему твои секретарши продолжают увольняться? Потому что ты пугаешь их этой маленькой прогулкой?

- У меня сводит зубы от прогулок в вакууме и рискованного ремонта корпуса, - сказал он. - Симми, в условиях микрогравитации весело! Во времена, когда в Америке строили дома из стали, высотные работы выполняли "американские индейцы". То же самое справедливо и сегодня. Просто другие индейцы.

- Я не унаследовала твой дар. - Она провела рукой по перилам, чтобы удержаться на ногах, и устремила взгляд прямо перед собой, на небольшую группу людей, ожидающих на смотровой площадке. - Кажется, сменилось целое поколение.

- Ты должна держать себя в руках в зале заседаний совета. Мне этого достаточно. - Он постучал толстым платиновым кольцом по перилам, чтобы предупредить ожидающих о своем приближении.

- Мистер Такоре! - навстречу ему поспешила секретарша. - Мы установили дроны с камерами на начальном этапе показа, а представители СМИ подготовили свои тезисы для обсуждения.

- Это самая простая часть. - Такоре вплыл в обзорный купол и положил руку на плечо Вайома Мерфи. Молодой человек, который был очень похож на своего отца, только нормального роста, был одет в вакуумный скафандр инженера со шлемом, прикрепленным к пояснице. - Средства массовой информации делают все, за что мы им платим. Мы не можем этого сделать, руководствуясь законами физики и тонкостями проектирования корабля, не так ли?

- С новым двигателем Фассета все в порядке, - сказал Вайом. - Но я младший руководитель проекта. Нам следовало пригласить сюда доктора Джералда, чтобы...

- Он старый. Болезненный, - фыркнул Такоре. - Он может наблюдать за этим из дома. Это твоя победа... Если только что-то не пойдет не так, и тогда все внимание достанется Джералду. - Он взглянул на свою секретаршу.

- Мы готовы к такому повороту событий, мистер Такоре.

- Это беспроигрышный вариант для тебя, мой мальчик, - сказал Такоре своему внуку. - Но мы тестируем не только более совершенный двигатель, да? Итак, давай послушаем.

- Предполагается, что полевые амортизаторы следующего поколения увеличат ускорение двигателя Фассета на шесть процентов, - сказал Вайом. - Хотя первоначальные затраты выходят за рамки текущего бюджета Федерации, мы ожидаем...

- Не беспокойся о бюджете, - сказала Симрон. - Это нам с твоим дедушкой решать с правительством.

- Они заплатят. - Рука Такоре, сжимавшая сигару, продолжала подергиваться. - Они всегда платят. Удивительно, как люди на войне могут это делать.

- В этом я полагаюсь на вас двоих, - сказал Вайом. Он прочистил горло и продолжил репетицию. - Мы также тестируем новую технологию управления роем беспилотников, - сказал он. - Программное обеспечение для прогнозирования с более высокой плотностью вычислений, позволяющее компенсировать временную задержку в обоих диапазонах передачи и разницу в релятивистских субсветовых скоростях. Новые ИИ...

- Скучно, - сказала Симрон. - Не для меня, сынок. Но для непрофессионала. Что ты скажешь бюджетному комитету, когда проинформируешь их об этом?

- Мы модернизировали системы искусственного интеллекта дронов, чтобы они могли выполнять сложные маневры непосредственно перед включением привода Фассета или сразу после него, и это же обновление улучшит развертывание дронов и маневры на возросшей дальности, - ответил Вайом. - Возможности системы еще не были полностью протестированы...

- Нет. - Симрон покачала головой.

- Я имею в виду... возможности системы неограниченны, - сказал Вайом.

- Вот так! - просиял Такоре. - Мы можем ввести его в совет директоров в кратчайшие сроки. Я сомневаюсь, что мне когда-нибудь удастся вытащить Радженду из военно-космического флота, пока не станет слишком поздно. Он слишком военный, чтобы разбираться в нюансах бизнеса.

- Радженда - это... особый случай, - сказала Симрон.

Секретарь дотронулся до наушника.

- Команда Корморана на мостике готова к старту через две минуты, - сказал он.

- Всем по местам, - ответил Такоре и подошел к краю дока. - Где мой сценарий?

Дроны с камерами задвигались вокруг него, и он проверил, не застряло ли что у него в зубах, затем причмокнул губами.

- Две дюжины дамасских салфеток для ужина, - сказал он. - Ларри выслал их письмом позже.

Симрон отвела сына в сторону.

- Что делает дедушка? - спросил Вайом. - А что это за история с советом?

- Он репетирует, - сказала она. - Он делает это перед любым публичным выступлением. Это хорошая практика. И семье нужно, чтобы ты был в совете директоров. Бюджетный комитет в ближайшее время примет решение о следующем классе боевых кораблей, который будет запущен в производство, и мы не можем проиграть тендер Астро Инжиниринг, как это было с перехватчиками Хорнет. Этот вопрос до сих пор не дает мне покоя.

- У меня первый успех с этим кораблем, а потом я прекращаю работу инженера? Тебе не кажется, что это слишком быстро?

- Вряд ли. Во-первых, Корморан - это не просто какой-то старый корабль. А во-вторых, посмотри, как далеко зашел твой отец, одержав одну победу над Лигой. - Симрон сделала паузу и покачала головой. - Плохой пример. Он мог бы занять место в совете директоров, но он настаивает на том, чтобы снова играть в космонавта на границе. По крайней мере, он там, чтобы присматривать за твоим братом.

- Ты не беспокоишься о них?

- Я давным-давно научилась не волноваться. - Симрон с трудом сглотнула и понадеялась, что Вайом не заметит ее беспокойства.

- Ингрид будет счастлива, что я буду жить на Земле, - сказал Вайом. - Она не любит дальние поездки. О, я хотел показать тебе это.

Он полез в карман и достал маленькую бархатную коробочку.

- Вайом, ты едва ли знаешь мои вкусы, и сейчас не время ждать. Что? - Симрон выхватила коробку у сына и открыла крышку. - Нет. Я к этому не готова. Ингрид, правда?

- Да, правда. Она потрясающая. Когда я не работаю над двигателями, все, чего я хочу, это быть с ней, и даже когда я работаю, то...

- Ты еще не спросил. Я держу кольцо. Так когда? Ты согласовал это с представителем СМИ ее семьи?

- Я еще даже не спрашивал ее отца, - сказал Вайом, глядя на свою мать так, словно у нее выросла новая голова.

- Ты один из Пятисот, сынок. У нас есть обязательства по максимальному проведению мероприятия. Я... так рада за тебя. Когда ты собираешься задать этот вопрос, и знает ли об этом твой отец?

- Я хотел сказать ему перед отлетом, но "Иштар" рано ушла с орбиты. Ему отправлено секретное сообщение. Без него церемония не состоится, так что у нас достаточно времени, чтобы подготовиться.

- Осенью он должен вернуться в отпуск, так что, может быть, свадьба на острове? Это так волнующе. Столько всего нужно спланировать!

- Я выпустил кракена на волю, не так ли?

- Каждая мать такая, Вайом. Я собирала идеи для этого мероприятия с тех пор, как ты начал бриться. Мы завершаем приемочные испытания Корморана, объявляем о новом контракте, а затем твоя свадьба поднимет нашу репутацию на самый высокий уровень. Чудесно. Изумительно!

Группа людей, стоявших позади них, разразилась аплодисментами, когда огромный авианосец отсоединил последние кабели и маневровые двигатели медленно и величественно оттолкнули его от причала.

Канада Такоре торжествующе поднял руки, и его секретарша протянула ему зажженную сигару.

- Жаль, что здесь не было папы и Каллума, чтобы увидеть это, - сказал Вайом. - Это великий момент для нашей семьи.

- Твой отец думает, что семья - это только Мерфи, - сказала Симрон, - но мы в равной степени Такоре, как бы он к этому не относился. Сидеть в космическом корабле над какой-нибудь планетой Окраины - это не будущее, сынок. Будущее здесь. Он поймет это, когда вернется домой. Я надеюсь.


ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ


- По-прежнему ничего от Инвернесса, адмирал, - почтительно сообщила лейтенант Мастроянни, офицер связи "Иштар", когда корабль и его спутники замедлялись по направлению к звезде под названием Шотландия при тысяче двухстах g.

Флагман Мерфи и его сопровождение вышли на субсветовой режим в 3,6 миллиардах километров от звезды, что примерно соответствует расстоянию Плутона от Солнца. После почти пяти часов торможения их скорость снизилась до 86 700 километров в секунду, а расстояние до Шотландии составило "всего" 1,85 миллиарда километров. Это все еще составляло более 102 световых минут, что чуть более чем на двадцать процентов превышало расстояние Сатурна от Солнца, но "Иштар" передавала приветствие планете с момента своего прибытия.

И никто не сказал ни слова в ответ.

- Когда мы доберемся туда, хороших новостей не будет, - сказал О'Хэнрати со своего места за пультом голограммы.

- В некотором смысле, чем меньше плохого, тем лучше, - сказал Каллум от ряда дисплеев позади начальника штаба. В данный момент у него не было никаких обязанностей в качестве флаг-лейтенанта, поэтому в качестве учебного задания его назначили подменять начальника штаба в тактическом отделе.

- Если в этом есть какой-то смысл, - добавил он затем. - Хотя это не так. Поначалу.

О'Хэнрати что-то бормотал себе под нос, пока Мерфи с чашкой кофе в руке обходил голографическое изображение. Дисплей показывал пять внутренних скалистых планет системы, расположенных вблизи звезды, красного карлика. Оперативное соединение 1705 представляло собой мигающую синюю стрелку, идущую пунктирным курсом к Инвернессу, одинокой планете-колонии.

Голографические проекции коммодора Покхлы Шерзай, капитана Лоу и Янси Дребина уже были видны на контрольном круге. Шерзай командовала 809-й эскадрой линкоров Мерфи. Это делало ее старшим командиром наездников, и она казалась сосредоточенной на управлении, невидимом на ее голограмме. Все трое были одеты в свои боевые скафандры, хотя воротник у Дребина был расстегнут, а шлем не висел у него на бедре, как у Шерзай и Лоу. Мгновение спустя к ним присоединились изображения капитана Марникса Юргенса, капитана "Эрешкигаль", и капитана "Гильгамеша" Талии Сакс, и Мерфи перестал расхаживать по комнате и повернулся лицом к дисплею.

- Как уже известно капитану Лоу, - сказал он без предисловий, - мы по-прежнему ничего не получаем от Инвернесса, даже с навигационных буев.

Никто из них не выглядел особо удивленным молчанием буев. Их непрерывные передачи должны были быть зафиксированы в тот момент, когда "Иштар" снизила скорость до субсветовой, но ни один командир Лиги не оставил бы их в целости после того, как они попали в систему. Однако отсутствие реакции со стороны населенного колониального мира было более чем просто зловещим.

- Что показывают изображения, Гарри? спросил адмирал, поворачивая голову, чтобы посмотреть на О'Хэнрати. - Полагаю, нет никакого флота вторжения Лиги.

Начальник штаба провел рукой по голограмме и сфокусировал ее на Инвернессе.

- Никаких представителей Лиги, сэр. И на Инвернессе с этого расстояния тоже не так много деталей. Но в атмосфере наблюдается высокая плотность твердых частиц, что соответствует кинетическим ударам. Хотя и меньше, чем я ожидал бы после обычной бомбардировки Лиги.

- Соответствует первоначальному описанию, - сказал Мерфи. - Лига нанесла смертельный удар по колонии. Мы просто пытаемся остановить кровотечение.

- Это все еще может быть ловушкой, - сказала Шерзай. - На ближних орбитах других планет или на дальней стороне звезды есть множество мест, где могут прятаться ублюдки.

- Значит, требуется полное развертывание? - Мерфи задумчиво отхлебнул кофе. - Нам бы не хотелось, чтобы наши наездники были на стойках, если Лига будет здесь.

- Сэр, - отметил Лоу, - если мы задействуем всех наездников, на их сбор уйдет более четырех часов, и это значительно задержит нас по прибытии в Нью-Дублин. Мы уже довольно близко подошли к этому, и...

- Сколько выживших мы собираемся эвакуировать? - спросил О'Хэнрати капитана флагманского корабля. - Если их будет больше, чем горстка, то на их поиски уйдет гораздо больше четырех часов. И на какой риск вы готовы пойти, если Лига все еще здесь?

- Это не так, - сказал Дребин с командной палубы "Бергойна". Он упер руки в бока. - Это был рейд, как я уже сказал. Разгром и отход. Сомневаюсь, что у нас останется достаточно выживших, чтобы заполнить грузовой отсек флотского тендера. И...

- Адмирал, думаю, у меня кое-что есть, - прервал его Каллум, подняв руку.

- Что? - его отец и все остальные повернулись к нему.

- Я что-то улавливаю на одном из слабых амплитудно-модулированных диапазонов, - ответил он. - Это не то, что стала бы отслеживать лейтенант Мастроянни - мы зафиксировали это на тактических датчиках, - но оно достаточно мощное, чтобы прорваться сквозь атмосферу.

- Что это? - спросил О'Хэнрати.

- Точка-точка-точка. - Каллум прикрыл рукой наушники и посмотрел на отца. - Тире-тире-тире, затем точка-точка...

- SOS, - сказал Мерфи. - Помогите.

Дребин отвернулся.

- На орбите нет спутников, - сказал О'Хэнрати, продолжая изучать визуальные изображения. - Однако мы улавливаем несколько тепловых шлейфов. Я бы предположил, что это пожары или аварийные генераторы.

- Кто знает, что мы там обнаружим? - Мерфи поставил свою чашку на пульт управления. - Капитан Лоу, оперативная группа отправится к Инвернессу обычным орбитальным подходом, но развернет для обследования впереди нас разведывательные дроны. Коммодор Шерзай, мы запустим наездников, как только носители снизят скорость до двадцати километров в секунду - я хочу, чтобы они прикрывали нас после выхода на орбиту, - но будьте готовы к аварийному запуску, если на нашем пути обнаружится присутствие Лиги. Капитан Сакс, на данный момент назначаю "Гильгамеш" нашим основным приемным кораблем. Пожалуйста, предупредите свой медотсек соответствующим образом.

В ответ послышались одобрительные возгласы, и Мерфи кивнул, затем посмотрел на голографическое окно Дребина.

- И вы, капитан Дребин, понадобитесь мне на земле, чтобы помочь координировать спасательные работы, - сказал он.

- Но... адмирал, - Дребин посмотрел на других офицеров, - я сильно сомневаюсь, что в этом будет необходимость. Не может быть, чтобы...

- Вы служили здесь много лет, - тон Мерфи был приятным, но взгляд жестким. - Вы наш эксперт в данной области. Какие-то проблемы?

- Нет. Нет, конечно, нет, сэр, - сказал Дребин. - Я позабочусь о том, чтобы взять с собой весь штат сотрудников.


* * *


По мере того, как сверхсветовики приближались к планете, продолжали поступать изображения Инвернесса.

О'Хэнрати поручил двум беспилотникам Хеймдаллар с "Иштар" совершить ближний разведывательный облет. Оснащенные маломощной, но более долговечной версией двигателя с катушкой Гауптмана, который приводил в действие ракеты военно-космического флота Федерации, Хеймдаллары были способны развивать ускорение в восемьсот g в течение двенадцати часов, прежде чем истощится их запас хода. Учитывая, что их максимальный темп торможения был ниже, чем у "Иштар", они значительно опередили сверхсветовик, и на их снимках было гораздо больше деталей.

На голографическом экране появились изображения разрушенной столицы: здания, разваленные взрывными волнами, кварталы, почерневшие от пожаров, автомобили и дороги, покрытые инеем и снегом. Мерфи коснулся одной из фотографий и переместил изображение в сторону. Подошел следующий в очереди, и появился парк. На нем были написаны буквы SOS, похожие на почерневшие черточки, и глаза Мерфи сузились.

- Оперативный, какой длины отрезки в этих буквах?

- Они варьируются от полутора до двух метров, адмирал, - тихо ответил коммандер Мирвани. - Средняя длина составляет примерно сто пятьдесят семь сантиметров.

- Они использовали... тела? - спросил Каллум.

- Мы видим это не в первый раз, - сказал ему О'Хэнрати, и молодой человек сглотнул.

Мерфи еще мгновение смотрел на голограмму, затем повернулся и направился к месту, где стоял Каллум. Его лицо было бесстрастным, но это выражение не могло скрыть бурлящих за ним эмоций.

Только не от его сына.

- Это... я уверен, что все не так уж плохо, - сказал Каллум. Он не мог бы сказать, пытался ли он успокоить своего отца или самого себя.

- Я хочу, чтобы ты участвовал в спасательной операции, - сказал Мерфи. - Будешь координатором операций. Держись поближе к Дребину.

Глаза Каллума расширились, и Мерфи включил свой личный коммуникатор.

- Да, сэр? - в наушнике раздался голос главного сержанта Логана.

- Я отправляю лейтенанта Мерфи на планету в качестве оперативного связного, главный сержант, - сказал Мерфи, не отводя взгляда от Каллума. - Я хочу, чтобы с ним были ваши люди. В полной экипировке.

- Полный комплект? Вас понял, сэр. Хотя сомневаюсь, что у молодого сэра возникнут какие-либо проблемы.

- Надеюсь, что нет. С другой стороны, я верю, что присутствие хоплонов пресечет любые проблемы, которые могут возникнуть, в зародыше, и вы сможете оказать помощь в спасательной операции.

- Возможны проблемы с энергоснабжением, но, если нам придется менять аккумуляторы, мы не окажемся под огнем во время горячей замены, - заметил Логан.

- Мы выходим на орбиту через сорок семь минут, - сказал ему Мерфи.

- Я буду готов, адмирал. Логан связь закончил.

- Я иду? - лицо Каллума слегка побледнело. - Туда, вниз?

- Ты будешь моими глазами, - ответил его отец.

Каллум начал что-то говорить, затем закрыл рот, и Мерфи положил руку ему на плечо.

- Ты был неправ, сынок, - сказал он очень тихо. - Это будет плохо. Хуже, чем ты мог себе представить. Но ты нужен мне там, внизу.

- Но что, если... я имею в виду... - Каллум сглотнул. - Что мне делать, если...?

- Ты пойдешь дальше, - сказал Мерфи, сжимая его плечо. - Ты пойдешь дальше. Мы нужны тем людям внизу.


* * *


Каллум вышел из командирской палатки и вздрогнул, когда его обдало ледяным зимним воздухом.

Он посмотрел на серое небо. Все оперативное соединение висело на орбите над головой, военные корабли-наездники развернули защитные полусферы вокруг гигантских сверхсветовиков, а прерывистый поток шаттлов то появлялся, то исчезал в слоях облаков над разрушенным городом. Дроны методично прочесывали местность над головой, рассредоточиваясь, передавая повторяющееся сообщение, в котором обещали медицинскую помощь и эвакуацию сюда, на то, что осталось от крупнейшего спортивного стадиона столицы.

Эвакуационный центр вырос почти с волшебной скоростью, подумал он, опуская взгляд на полевой госпиталь, центр сортировки и столовые на разрушенном игровом поле. "Волшебство" шестидесятилетнего опыта работы с ситуациями, подобными этой, мрачно подумал он.

Жаль только, что у них было так мало выживших, на которых они могли бы использовать весь свой опыт.

На открытом воздухе было пятнадцать градусов ниже нуля - шесть градусов по старой шкале Фаренгейта, - и все эти помещения находились в палатках, но прочная ткань этих палаток была гораздо лучшим изолятором, чем любой материал, существовавший до выхода в космос. Температура внутри них была на сорок градусов выше, чем снаружи, и он поправил отороченный мехом воротник своей полевой куртки, пытаясь защититься от холода.

Это было бесполезно.

Он снова поежился, достал свой личный коммуникатор и набрал комбинацию клавиш.

- О'Хэнрати, - произнес голос через мгновение. - Осмелюсь спросить, почему вы пользуетесь личным коммуникатором, а не сетью?

- Папа сказал, что хочет, чтобы я держался поближе к Дребину, - ответил Каллум.

- И что?

- И Дребин только что "предположил", что я был бы более полезен, возглавив одну из поисково-спасательных команд. Не думаю, что он хочет, чтобы я заглядывал ему через плечо. Или это могут быть Чавез и Штайнер, - губы Каллума дрогнули. - Я думаю, он считает их присутствие... угрожающим. Хотя он отметил, что силовые скафандры могли бы пригодиться при расчистке обломков, если бы я взял их с собой на поисково-спасательные работы.

- Понятно, - сказал начальник штаба. - Подожди.

Связь замолчала на несколько долгих секунд, и Каллум наблюдал, как его дыхание белыми облачками вырывается из легких, пока он ждал.

- Хорошо, - наконец сказал О'Хэнрати. - Выводи команду. Дребин прав насчет того, насколько полезными могут оказаться силовые скафандры, а мы присмотрим за ним еще парой глаз. Чьими-то слишком высокопоставленными, чтобы он мог отправить их с поручением.

- Вы уверены? - спросил Каллум. Он уже получил достаточно сообщений, чтобы опасаться того, с чем он может столкнуться в руинах.

- Да, - твердо сказал О'Хэнрати. Затем его голос немного смягчился. - Там будет совсем не весело, Каллум. Я знаю это. Я был там, и лучше бы мне этого не делать. Но у Дребина есть полномочия отправить тебя, если только твой отец не переубедит его, а это было бы... контрпродуктивно. И ты можешь принести пользу, Каллум. Действительно можешь.

- Если вы так говорите, - с сомнением произнес Каллум. - Конец связи.

Он убрал коммуникатор обратно в карман и сделал глубокий, ледяной вдох. Затем отправился на поиски "своих" хоплонов.


* * *


Даже несмотря на холод, запах был повсюду.

Каллум тосковал по забытому теплу штабной палатки, в то время как холод пробирал его до костей, несмотря на зимнюю одежду. Он и его команда находились в разрушенном городе более трех часов, и он уже увидел достаточно разрушений - и смертей - чтобы хватило на всю жизнь. Чего он не видел, так это ни одного выжившего, в отличие от многих других поисково-спасательных команд. Он пришел к выводу, что Дребин намеренно выделил ему сектор, где он никого не смог бы найти. Это было бы мелочно, но ведь Дребин был мелочным человеком, не так ли?

- Здесь ничего нет, сэр, - раздался в наушнике голос капрала Штайнера. - Начнем с того, что это было не самое лучшее укрытие. Похоже, задняя стена обрушилась.

- Проверено. - Каллум сделал пометку на своем портативном пульте управления. - Давай выйдем обратно. На карте указано укрытие на тротуаре в конце квартала.

- Уже иду.

"По крайней мере, мы преодолели последний этап и возвращаемся назад", - подумал Каллум. Проверить укрытие на тротуаре, затем поисково-спасательная команда хотела, чтобы он проверил эту "визуальную аномалию", и тогда, возможно, он смог бы, по крайней мере, снова согреться. Может быть, даже перекусить, пока Дребин не нашел какой-нибудь другой способ убрать его с дороги.

На утоптанный и грязный снег вокруг него упала тень, когда сквозь разбитое стекло витрины магазина шагнул человек в силовом скафандре, чтобы присоединиться к нему. Хоплон был около 2,3 метра в высоту, с широкими массивными плечами и куполообразным шлемом, похожим на башню, который делал Штайнера больше похожим на робота, чем на космопехотинца в силовой броне. Руки скафандра заканчивались огромными пальцами, и ветер доносил жужжание сервоприводов внутри металлического корпуса вместе с этим отвратительным запахом.

Чавез стоял прямо за Каллумом в таких же доспехах. Один из хоплонов всегда был у него за спиной, и в данный момент Чавез выполнял то, что Каллум называл работой няни. У рядового был "карабин", который, как Каллум был уверен, он не смог бы поднять, даже если бы от этого зависела его жизнь, но в данный момент оружие было прикреплено магнитом к торсу брони, а из правого предплечья его костюма торчало что-то похожее на полуметровый меч. Он двигался, вытягиваясь и втягиваясь, как кошка, разминающая когти. Свет странно колебался вокруг него, и Каллум слышал слабое потрескивание каждый раз, когда ветер ласкал его.

- Убери свой клинок, - раздался голос Штайнера из динамика в основании его шлема. - Ты просто истечешь кровью.

- Мне не нравятся мертвые места, - сказал Чавез. - Просто не нравятся.

- Разве это не ты был со мной во время осады Геттиса? Это место было мертво, как ад. - Штайнер наклонился и засунул кончики пальцев под снег, чтобы приподнять металлический люк. Он открыл его и посмотрел вниз, в темный лестничный колодец.

- Это место мертво. - Чавез взмахнул своим силовым клинком, энергия щелкнула, когда на него упали снежинки. - Большая разница.

- Одну секунду, - сказал Каллум. Он указал датчиком данных на лестничную клетку, затем покачал головой. - Два сигнала с личных передатчиков. Оба... неактивны.

- По крайней мере, мы добрались сюда до того, как импланты перестали работать, - сказал Штайнер. - Вы представляете, что придется расчищать эти места вручную? К черту все это. Просто спишите всех, кто не доберется до эвакуационных шаттлов, и пусть роботы сровняют это место с землей бульдозерами. Через несколько лет, когда уляжется пыль, колонизируйте заново.

- Это варварство, - сказал Каллум.

- Так уже делали раньше, - сказал Чавез. - Я слышал, что после каждого цикла путевка в колонию стоит дешевле. Держу пари, что вы могли бы купить усадьбу на Рабите примерно за... месячную зарплату. До вычета налогов.

- Кому сейчас принадлежит Рабита? Она так часто переходит из рук в руки, что я не успеваю следить за ней, - сказал Штайнер.

- Именно это я и хотел сказать. - Шлем Чавеза поворачивался из стороны в сторону. - Большой босс уже в пути.

- Что? - Каллум посмотрел вверх, когда вдали показались огни шаттла. - Адмирал уже в пути?

- На шаттле. - Чавез указал на приближающийся шаттл силовым лезвием. - Это главный сержант Логан, сэр. Его маячок засветился на нашем трекере. Вас бы здесь не было, если бы не ваш отец.

- Мы почти закончили с этим сектором. - Каллум потопал ботинками по дороге, чтобы разогнать кровь. - Дроны почти закончили прочесывание. Мы проверим эту "аномалию" и сможем отправиться в путь.

- Меня это устраивает, сэр. В любом случае, не мешало бы сменить батарейку.

- Тогда сюда. - Каллум указал на боковую улочку, где была расчищена дорожка шириной с автомобиль, но покрытая несколькими дюймами свежего снега. - Пошли.

- Держитесь позади, - сказал Чавез. Он двинулся впереди Каллума, отключив силовой клинок и держа карабин наготове.

- Вы, ребята, параноики, - сказал Каллум, но послушно последовал за возвышающимся над ним боевым скафандром.

Они прошли еще полквартала или около того, когда его панель управления задрожала от вибрации, что означало поступление новых данных. Он посмотрел вниз, затем нахмурился.

- Это, должно быть, ошибка, - пробормотал он.

- Что за ошибка? - спросил Штайнер, и Каллум напомнил себе, что у хоплонов отличные аудиосистемы.

- Скорее всего, ничего, - сказал он. - Один из наших периферийных беспилотников получает искаженный сигнал в паре кварталов от нашего сектора. Судя по карте, он исходит из здания школы. - Он пожал плечами. - Если я подойду достаточно близко, сигнал прояснится.

Штайнер хмыкнул в знак согласия, и Каллум сосредоточился на том, чтобы не упасть, пока они пробирались по снегу. Ледяной ветер усилился, когда они приблизились к концу квартала, и Каллум поморщился, почувствовав еще более сильный запах разложения.

- Тьфу. Что это такое? Прорвало канализационный трубопровод?

- Что к чему? - спросил Штайнер у него за спиной.

- Да, ребята, у вас там не воняет, не так ли? По крайней мере, вам тепло, - сказал Каллум.

- Скафандры могут стать довольно неприятными после пары дней, проведенных внутри в застегнутом виде, - ответил Штайнер. - Конечно, к тому времени ты уже так напичкан усилителями и "стингерами", что запах перестает быть проблемой.

- Ты когда-нибудь видел эльфов? - Чавез свернул за угол и подал знак Каллуму идти вперед. - Механические эльфы? Я видел их в "Геттисе".

-Все видят эльфов, - сказал Штайнер.

- У вас, ребята, галлюцинации в этих скафандрах? Не опасно ли это?

- Мы не стреляем в эльфов, - сказал Чавез. - Это плохая примета. И они совсем не похожи на пехотинцев Лиги.

- К тому же командир отделения даст успокоительное любому, кто его увидит, - вставил Штайнер. - Что вызывает у вас сильнейшую нервную дрожь через несколько часов.

- Гражданский сектор не разрешает работникам работать с тяжелой техникой, когда они находятся под стрессом или в состоянии алкогольного опьянения, - сказал Каллум, затем остановился, услышав смех Штайнера в динамике.

- Что-то смешное? - спросил он.

- Ничего, сэр. Я уверен, что портовые грузчики и судовая команда всегда трезвы как стеклышко, - сказал хоплон.

- Ну... - начал Каллум.

- Да пошел я на хрен, - перебил его Чавез. Он остановился, его броня была направлена за угол, а силовой клинок снова торчал из его запястья.

- Что? - Каллум подошел ближе к стене, его ботинки все глубже увязали в снегу. - Что это?

- Думаю... думаю, вам лучше пойти посмотреть.

Силовой клинок Чавеза разрядился, и Каллума обдало запахом озона, когда он, неуклюже спотыкаясь, выбрался из сугроба и завернул за угол.

Инфопланшет выскользнул у него из рук и ударился о ботинок.

Они обнаружили "аномалию".

Гора трупов была выше хоплона. Снегопад частично скрыл ее, но не настолько, чтобы скрыть ужас. Большинство погибших были в черных мешках для трупов. Другие были завернуты в пластик и скотч, а еще на большем количестве была одежда, в которой они умерли, и они лежали веером вокруг большой кучи.

Глаза Каллума перебегали с одного кошмара на другой. Мужчины, женщины... дети. Темно-красные птицы, размером с ворону, клевали обнаженную плоть. Замерзшие глаза открыты. Синие губы, присыпанные свежими снежинками.

- Их не смогли похоронить, когда земля замерзла. - Голос Штайнера казался до неприличия спокойным. - С первой партией все было в порядке. Новые партии просто бросали в кучу. Довольно стандартная ситуация, когда дела идут плохо. Надежда - последнее, что остается.

- Чертова Лига. - Чавез опустил руки. - Было бы милосерднее просто остекловать планету. Вдобавок ко всему прочему, мой биологический датчик обнаружил что-то вроде холеры.

- Космическим ублюдкам следовало остаться в системе. - Голос Штайнера был по-прежнему спокоен, выражение его лица - нет. - Могли бы послать "Офион" за помощью. Они могли бы сделать все, что делаем мы. Черт возьми, они могли бы ввести в строй электростанцию и восстановить работу коммунальных служб.

- Военно-космический флот всегда бежит, когда становится трудно, - сказал Чавез. - Главсаржа бросили, когда он был совсем молодым. Сказал, что его машина сломалась при падении, а потом он и его взвод продержались шесть месяцев в каких-то джунглях, пока не прилетел исследовательский корабль.

- Он сказал мне, что это было четыре... Эй. "Зеро" в порядке? - Штайнер толкнул Каллума в плечо костяшкой пальца в боевом костюме, отчего тот подался на полшага вперед.

- Они... они... - Каллум махнул в сторону тел. - Они все...

- Э-э-эх. Оттяните воротник, сэр, - сказал Штайнер.

- Я... я... арррк. - Каллум наклонился вперед, и его стало рвать. Он уперся руками в колени, потом вывалил на дорогу обильный завтрак.

- Рад был бы помочь вам, сэр, - сказал Штайнер. - Но условия миссии требуют, чтобы я был начеку. Прошу прощения.

- Вы впервые видите что-то подобное? - спросил Чавез.

Каллума снова вырвало, его плечи задрожали.

- Я так и думал. Просто радуйтесь, что это все не в вакууме. Мне приходилось заниматься чем-то подобным. Два десятилетия назад какой-то разгерметизированный крейсер вынесло за линию снегопада. Чтобы инженеры могли добраться до электростанции, пришлось заняться эвакуацией. Вся команда мгновенно замерзла. Все выглядели так же, как в тот момент, когда они умерли много лет назад.

- Ты не думаешь, что с него и так достаточно для ночных кошмаров? - спросил Штайнер. - Сэр? Сэр, как насчет того, чтобы провести тщательный осмотр с помощью своих беспилотников, чтобы мы могли зарегистрировать ретрансляторы и убраться отсюда к чертовой матери? Маяки хорошо видны через двадцать футов утрамбованной земли.

Каллум потянулся за планшетом и провел по экрану двумя кончиками пальцев. Воздух наполнился жужжанием беспилотников, которые кружили над насыпью, и Каллум вытер рот рукавом.

- Мы должны... эм. - Он подавил желчь.

- Да, возвращайтесь, - сказал Чавез. - Не расстраивайтесь, сэр. Нам, хоплонам, требуется пройти службу в пехоте, прежде чем мы сможем записаться в металлоголовых. Они не хотят, чтобы мы теряли свой обед в скафандрах.

- Я не поэтому...

- Заткнись, Штайнер. Я пытаюсь успокоить парня, - сказал Чавез. - Что? У меня включен динамик? Черт.

- Я засек их всех. - Каллум сунул планшет в карман. - Сектор проверен. Давайте убираться восвояси. - Он снова посмотрел на тела, затем покачал головой. - Как только мы охватим восемьдесят процентов населения, мы сможем выйти из системы. Таков федеральный закон.

Он развернулся на каблуках и зашагал обратно тем же путем, каким пришел, не дожидаясь сопровождения.


* * *


Терренс Мерфи стоял в стороне от трапа шаттла, когда мимо него проходили выжившие из Инвернесса. Они были грязными и изможденными. Казалось, большинству из них было все равно, что он здесь. Они лишь хватали пакеты с пайками в фольге и плелись в теплый грузовой отсек, где были установлены длинные ряды сидений, чтобы как можно быстрее вывезти людей с планеты.

Правда, не все.

Пожилая женщина плюнула Мерфи на ботинки и показала ему руку с тремя пальцами.

- Дурной глаз, - сказал Дребин, стоявший у него за спиной. Капитан был в защитной маске, закрывающей все лицо, и на его форме не было знаков различия корабля. - Местные суеверия. Сборище неблагодарных с Окраины.

- По крайней мере, она жива, чтобы грубить, - сказал Мерфи. Присутствие Логана и Фаэран в доспехах не позволило колонистам открыто угрожать адмиралу или другому персоналу при их эвакуации. Некоторые спасательные операции в отдаленных поселениях были встречены с негодованием, даже с применением насилия, но серьезных травм среди людей Мерфи не было.

Адмирал взглянул на Дребина.

- Каков их обычай погребения? - спросил он.

- Не имеет значения, сэр. Эта планета относится к категории эпсилон. Нет реального способа сохранить присутствие Федерации. Согласно правилам, все и вся должно быть уничтожено - ничего не оставлять Лиге, если они попытаются захватить систему после нашего ухода.

- Значит, враг ожидает, что мы закончим работу, - сказал Мерфи. - Такая потеря времени.

- Это Окраина. - Дребин пожал плечами. - Инвернесс уже много лет находится в зоне досягаемости рейдов Лиги. Они могли бы переехать подальше от границы, воспользовавшись федеральной налоговой льготой. - Он снова пожал плечами. - Они знали о рисках.

- И они также отправили вас и вашу эскадру в систему. - Мерфи отошел от шаттла, когда последний колонист ступил на трап. - Это было обещание.

Он прошел между поддонами с запасными материалами и блоками аккумуляторов, а его хоплоны и Дребин последовали за ним по пятам. Он остановился, чтобы быстро переговорить с врачом возле полевого госпиталя, затем помахал Каллуму, когда его сын проходил по внешнему периметру эвакуационного центра.

- Адмирал. - Каллум постучал своим планшетом по планшету Мерфи, чтобы передать данные. - Браво-Двенадцать, все чисто. Я... устранил ту аномалию, которую зафиксировали дроны.

Взгляд Мерфи задержался на пятнах лимонно-зеленого цвета на куртке Каллума, затем он коротко кивнул ему.

- Похоже, мы собрали девяносто процентов колонистов, - сказал адмирал. - Командующий Лигой не предпринял особых усилий, чтобы нанести удар по населенным пунктам, только по инженерным сетям. Попадания в них нанесли смертельный удар по системе жизнеобеспечения. - Он развернул на экране карту города.

- То, что здесь произошло, по-прежнему является преступлением против человечности, - сказал Каллум. - Кто был командиром? Лига может прислушаться к голосу разума и выдать его, как они поступили с мясником Байкнора.

Дребин рассмеялся.

- Что тут смешного? - спросил Каллум, его лицо потемнело.

- Байкнор был в первые пять лет войны, - сказал Дребин. - Нанесение кинетических ударов по гражданскому населению не было чем-то новым даже тогда, и после Байкнора это не изменилось. Причина, по которой Лига выдала мясника, заключалась в том, что он нанес удар по планете Лиги, на которой было открытое восстание, и они не хотели заниматься его судом. А здесь командиром Лиги была она, какая-то новая горячая голова по имени Син.

- Син? - резко повторил Мерфи. - Откуда вы знаете, как ее зовут?

- Она... отправила сообщение на Инвернесс. Прежде чем ударила по нему кинетическими снарядами, - неловко сказал Дребин.

- И вы не упомянули об этом в своем отчете? Или в каком-либо из наших предыдущих разговоров?

- Это... не показалось важным, - сказал Дребин.

- Не важно. Понятно. - Мерфи мгновение смотрел на него очень спокойно, затем опустил взгляд на планшет.

- Каллум, ты проверил школьный бункер на Ноборн-стрит? - спросил он.

- Бункер? - Каллум наклонился, чтобы взглянуть на планшет своего отца, и поморщился. Мерфи просматривал данные карты, которые Каллум только что передал ему, и на них замигал искаженный сигнал беспилотника. - Это за пределами моего сектора.

- Это было всего в паре кварталов от вашего сектора. Ты не посылал свои беспилотники, чтобы посмотреть поближе?

- Я этого не сделал... А должен был?

- Другой лейтенант, которому было поручено это дело, тоже не подошел близко... - Мерфи постоял, глядя на планшет, затем сунул его в карман. - Давай прогуляемся, хорошо?

Адмирал поправил снаряжение и быстрым шагом удалился. Мгновение Дребин не шевелился. Затем он направился обратно к посадочным площадкам.

Мерфи остановился и оглянулся.

- Идемте с нами... губернатор, - сказал он. Он махнул рукой в сторону, и шлем Логана повернулся к Дребину. Капитан переводил взгляд с адмирала на хоплона и обратно, затем повернулся и угрюмо зашагал по снегу за Мерфи.

Каллум догнал своего отца.

Они молча шли сквозь зловоние и руины, и Каллум думал о выражении глаз своего отца, когда тот спросил об искаженном сигнале. Это было несправедливо, подумал он. Здание школы находилось за пределами его сектора, и он за него не отвечал. И он все равно собирался это проверить, если бы его... не отвлекла эта ужасная куча трупов. Но этот взгляд его отца...

- Это... На Окраине всегда так? - спросил он наконец.

- Это не то, что показывают каналы, но ты действительно удивлен этим? Пятьдесят шесть лет войны и центральные миры знают статистику, но это все, что они собой представляют - статистика. Они знают об экономических издержках, поскольку налоги во время войны отнимают у них часть их состояния, и, возможно, они знают нескольких человек, которые служили. Жители Окраины время от времени подвергаются подобным ударам, но в новостных лентах это уже не появляется, особенно когда число жертв составляет всего несколько сотен тысяч человек. Это не мир передового базирования, и общая численность населения составляла менее миллиона человек. Никто дома об этом не знает, и, честно говоря, сынок, это никого не волнует. Это больше не их война.

- Но в Олимпии у нас был пункт сбора.

- Квоты на набор ветеранов. - Мерфи покачал головой. - И кого ты там увидел? Кого-нибудь из своих знакомых? Знаешь ли ты, что в некоторых центральных мирах вообще нет пунктов сбора? Некоторые из Пятисот не хотят, чтобы их рабочая сила подвергалась призыву или отзыву. Сокращение "жизненно важного" объема производства, знаешь ли.

- Что? Я думал, обязательная служба... обязательна, если выпал твой номер, - сказал Каллум.

- Отсрочку получить нетрудно, и когда Пятьсот отгородят значительную часть своих экономических империй стеной ради экономики военного времени, или когда другие из Пятисот отправят своих сыновей и дочерей в безопасные места службы поближе к дому, например, в армию, как ты думаешь, что произойдет? Обязанность прохождения военной службы ложится на тех, кто не так важен для экономики, вот что. Это касается людей Окраины. Тех, кто находится за пределами центральных миров. Знаешь ли ты, что уровень смертности на душу населения в тех мирах, что находятся за пределами центральных, в пятнадцать раз выше? Даже не принимая во внимание подобные удары.

- Нет, я этого не знал.

- Окраина знает об этом. У нас на родине есть способ скрывать такие новости от общественности. Здесь их не так много, сынок. - Он остановился, огляделся и указал пальцем. - Там. Эта груда обломков похожа на здание школы. Твои дроны, Каллум?

Каллум отошел в сторону и постучал по экрану, чтобы отправить небольшой рой дронов на то, что осталось от трехэтажного здания.

- Адмирал, - Дребин украдкой переводил взгляд с одного здания на другое, - я надеюсь, что ваш доклад в Овальном кабинете будет прозрачным.

- О, я расскажу все в мельчайших подробностях, - сказал Мерфи. - Нет сомнений в последовательности событий, начиная с первой атаки Лиги и заканчивая моментом, когда вы воспользовались своими командными полномочиями, чтобы сохранить боевую мощь перед лицом превосходящих сил противника.

- Мы бы потеряли всю мою эскадру. Тогда никто из колонистов не выжил бы, если бы я не вернулся на Джалал.

- Меня интересует один момент. - Мерфи сцепил руки за спиной и повернулся лицом к Дребину. - Когда я просматривал некоторые записи, извлеченные из базы данных по чрезвычайным ситуациям, то не понял, почему сигналы гражданской тревоги сработали так близко ко времени первого кинетического удара?

- Это... - плечи Дребина слегка ссутулились. - Вам пришлось бы обсудить это с координатором по чрезвычайным ситуациям на местах. Он был в бункере, который превратился в дымящуюся дыру в паре километров отсюда.

- Хммм... И в базе данных на борту вашего корабля примерно в то же время было несколько пробелов, - задумчиво произнес Мерфи.

- Что вы предполагаете?

- Я ничего не предполагаю. Просто собираю информацию, чтобы подготовить полный и обстоятельный отчет для Овального кабинета.

- Я вам все рассказал. - Дребин выпрямился. - Не беспокойтесь о том, что вам скажут жители Окраины. Они, вероятно, все еще в шоке от трагедии.

- Что-то есть. - Каллум поднял планшет, и дроны вышли на орбиту над его головой. - Похоже, это всего лишь одно или два призрачных изображения.

- Мы закончили? - спросил Дребин.

- Какие показания датчиков по этому бункеру? - спросил его Мерфи. - Потому что, если он был построен по спецификации, он должен был блокировать его обнаружение Лигой.

- По спецификации? На Окраине? - Дребин фыркнул.

- Логан.

Мерфи указал на рухнувшее здание, и четверо хоплонов направились к груде. Штайнер просунул руки под обломок стены и перевернул его через улицу, отчего на спину Фаэран посыпались обломки каменной кладки. Она, казалось, не заметила, как отбросила ногой стальную балку в сторону.

- Не самый тонкий подход, - заметил Каллум.

- Бункер выдержал, - сказал Мерфи, изучая данные проникающих под землю датчиков беспилотника. - Дребин, дайте сигнал всем наземным командам тщательно осмотреть все подобные объекты в городе.

- Сэр, проверка закончена, - сказал Дребин.

Мерфи посмотрел на него. Мгновение Дребин пытался встретиться взглядом с этими серыми глазами, затем отвернулся, чтобы что-то сказать в микрофон на запястье.

- Люк, - объявил Чавез, поднимая руку. Логан подошел к нему и потянул за металлическую ручку, но она не поддавалась.

- Затвор закрыт, - сказал главный сержант Мерфи, и из его предплечья выскочил режущий факел.

- Нет, - крикнул Мерфи. - Если внутри есть кто-то живой, ты можешь ранить его.

- Вполне справедливо. - Логан погасил факел. Затем он ухватился за люк обеими массивными руками, и сервоприводы взвыли, когда их усилия приложились к ручке. Мгновение ничего не происходило. Затем люк открылся с громким металлическим треском.

Каллум прикрыл нос тыльной стороной рукава.

- Я ничего не чувствую, - сказал Мерфи.

Щеки Каллума надулись, и он проглотил то, что вышло наружу.

- С этим я разберусь. - Мерфи похлопал сына по плечу и направился к развалинам. Он наклонился над открытым люком.

- Здесь силы Федерации, - позвал он.

Ответа не последовало, и он снял с пояса фонарик и начал спускаться по трапу.

- Сэр, позвольте мне снять скафандр и пойти с вами, - сказал Логан, когда адмирал спустился в темноту.

- Как насчет того, чтобы немного посветить? - ответил Мерфи.

Логан наклонился вперед, перегнувшись через лестницу, и в его нагруднике открылся бронированный диск, высвободив яркий свет прожектора.

Белый свет растекся лужицей вокруг ног Мерфи, отражаясь от перекладин лестницы, когда он спустился вниз. Бункер был погружен в полную темноту, если не считать ореола вокруг лестницы. Он принюхался, уловив запах тела и слабый запах гнили.

Он поднял фонарик и отошел от лестницы. Его луч упал на груду развороченных коробок, затем на койку. Там лежал худой мужчина, его торс был обмотан окровавленными бинтами. Обе руки свисали с края койки, а лицо было закрыто. Рядом с койкой лежала стопка одеял и пустые коробки из-под еды.

- Силы Федерации, - повторил Мерфи. Он подошел ближе, его свет задержался на куче. Затем он опустился на колени рядом с ней и потянул за одеяло. Показалась прядь светлых волос, и он откинул еще одно одеяло. На него смотрело бледное лицо. Губы девушки были сильно потрескавшимися, бледно-голубые глаза казались проваленными, щеки тоже ввалились.

Она уставилась на него, губы ее дрожали.

Мерфи отодвинул фонарь в сторону.

- Вы меня слышите? Меня зовут Терренс. Терренс Мерфи. - Он опустил фонарик основанием на землю и нажал на спуск. Ручка раскрылась, превратившись в опору, и он достал из-за пояса флягу и поднес к ее губам. Прозрачная вода потекла у нее изо рта, и она закашлялась.

- Ну вот и все. - Он отпустил флягу, когда костлявые руки высунулись из-под одеял и схватили ее. - Пейте, сколько сможете. Все это закончилось, хорошо? Я вытащу вас отсюда. Вас обоих.

Он потянулся к одеялу, закрывавшему лицо мужчины, но костлявые пальцы сомкнулись на его запястье с железной силой.

- Глаза моего брата закрылись, - сказала она. - Я не... Я не знаю, когда это случилось. Вы забираете нас на небеса?

- Я не ангел, - сказал Мерфи. - И не демон. Просто мужчина. Я знаю, вы здесь уже давно, но там, наверху, все еще есть мир. Он плохой. В нем вы не сможете остаться, но я могу отвезти вас в место получше. Как вам это?

Она заплакала, и он обнял ее за плечи и нежно прижал к себе.

- Я приехал так быстро, как только мог, - тихо сказал он. - Мне жаль, что это было недостаточно быстро.

- Я молилась за него, - сказала она. - Так долго...

- Папа? - позвал Каллум с лестницы, по которой он спустился вслед за отцом. - Что у тебя? Она жива? Эй, Логан! Вызови скорую!

- Давайте вытащим вас отсюда, - сказал Мерфи. Он подхватил ее на руки и сурово посмотрел на Каллума, когда она закрыла лицо руками и вцепилась в его куртку.

- Вот почему мы так тщательно все проверяем, - сказал Мерфи. - Ты понимаешь, сынок?

- Это был не мой...

Каллум замолчал, когда Мерфи покачал головой.

- Я провожу ее в больницу, - сказал Каллум, протягивая руки. - Прослежу, чтобы ее отвезли прямо к врачам. Тот, другой...

Мерфи мгновение смотрел на него, затем передал ему хрупкое, дрожащее тельце. Он указал сыну на лестницу и подошел к телу мужчины. Он положил окоченевшие руки обратно на койку. Уголок картонки выпал из-под одеяла на пол, и он поднял его. Он поднес листок к свету, читая плохо написанные слова, затем опустился на колени рядом с койкой и прочитал по памяти старую молитву.

- Пусть ручьи, деревья и поющие холмы тоже присоединятся к этому хору, и каждый легкий ветерок, который дует, пошлет вам счастье.


* * *


- Еще?

Молодой лейтенант поднес ложку с кусочками льда к губам Эйры.

Она лежала на каталке в белой больничной палатке. Они с лейтенантом были единственными, кто находился в помещении, где хватало места еще почти для дюжины человек. Укрытая одеялами до подмышек и одетая в простой халат, она со своей бледной кожей и светлыми волосами почти сливалась со стерильной обстановкой.

Она изучила капельницу, воткнутую в тыльную сторону кисти, затем пригладила волосы, чтобы прикрыть отметину над глазом.

- Почему? - спросила она.

- Потому что у вас обезвоживание, - сказал он. - Здесь много соли и гликогена, что очень полезно после ночной прогулки по городу. - Он поднес ложку к ее губам, как будто она была непослушным ребенком.

- Почему вы вообще... нет. - Она выплюнула лед и оттолкнула его руку. - Почему вы беспокоитесь обо мне? У вас взгляд адмирала. У вас его фамилия. - Она взглянула на ленточку с его именем. - Вы - из центральных миров.

- Ну, - он положил руки на колени. - Я... Как вас зовут? - спросил он. - Мою фамилию вы уже знаете.

- Эйра, - сказала она. - Меня зовут Эйра.

- Что ж, Эйра, - сказал он, - Я должен был найти вас раньше. Мой отец - я имею в виду адмирала - инженер по образованию. Именно так мы поняли, что бункер цел. Я инженер по приводам Фассета. С вакуумным оборудованием и тому подобным у меня все в порядке, а вот с грунтом и атмосферой - не очень. Зато неплохо работаю с беспилотниками. За исключением того, что я как бы... прошел мимо вас. Дважды.

- Что вы теперь со мной сделаете? - Она протянула дрожащую руку, и он передал ей вазочку с кусочками льда и ложку.

- Не думаю, что кто-то сможет прожить на Инвернессе какое-то время. - Он пожал плечами. - Наверное, мы эвакуируем вас всех в Джалал или отправим в Нью-Дублин. Вы когда-нибудь были там?

Эйра покачала головой и откусила кусочек льда.

- У вас есть члены семьи в других частях Федерации?

Эйра помолчала, затем снова быстро покачала головой.

- Ну, у Совета по делам колоний большая практика в этом вопросе, - сказал он. - Вы скоро будете на ногах.

- Федерация покинула нас, не сделав ни единого выстрела, - сказала она. - У меня было... некоторое время подумать. Гражданская тревога была объявлена незадолго до первого удара. Мы должны были получить предупреждение по крайней мере за час. Такова была учебная программа. И мы ничего не услышали. Как Лига могла подобраться так близко, чтобы никто не узнал?

- Это очень хороший вопрос, Эйра, - сказал он. - Его следовало бы задать еще одному человеку.

Его взгляд задержался на шраме на правой стороне ее лица, и она повернулась к нему здоровой стороной.

- Простите, простите, - сказал он. - Это можно вылечить, почему...

- Подвиньтесь ближе. - Эйра жестом пригласила его, и он наклонился к ней. Она нежно провела кончиками пальцев по его лицу. - Вы такой идеальный. Я слышала, что за пятьсот долларов можно потратить деньги и стереть все следы, но на самом деле мы стоим только то, что можем дать.

- Работа не выполнена. Мама это не одобрила бы. - Он взял ее за запястье и сжал ладонь. - Хотя, если подумать, у всех, с кем я когда-либо ходил в школу, была отличная кожа и потрясающие волосы. Хм. Никогда об этом не думал.


* * *


Каллум сидел, держа беспризорницу за руку, и смотрел на ее худое, почти совсем изможденное лицо. Он не мог представить, что ей пришлось пережить, и знал это. Но он был чертовски уверен, что не смог бы пережить это так же хорошо, как эта тощая сорокакилограммовая оборванка. На самом деле...

- Просто вытащите меня из этой дыры. - Голос, раздавшийся снаружи палатки, прервал его размышления, когда на фоне стен смутно проступили силуэты двух мужчин. Каллум узнал высокий голос Дребина. - Мерфи ожидает, что я подойду последним. Он считает, что нужно выключить чертов свет? Просто заберите мой корабль. Сейчас.

Девушка резко вскинула голову, ее глаза внезапно расширились. Затем вазочка с грохотом упала на пол, когда она отбросила одеяла в сторону. Она спрыгнула с каталки и выскочила за дверь, со стуком опустив капельницу, прежде чем игла вырвалась у нее из руки.

Каллум сидел, остолбенев. Затем грохот и крики снаружи заставили его действовать. Он распахнул дверь и обнаружил девушку, сидящую верхом на Дребине в грязной жиже. Еще один мужчина лежал на груде перевернутых коробок, пытаясь подняться.

Девушка закричала и в дикой ярости ударила Дребина. Губернатор поднял руку, пытаясь защититься, но Каллум слышал, как костяшки пальцев снова и снова ударяли его по лицу. Она нанесла удар по его рту как молотком, и окровавленный зуб вылетел.

Каллум застыл в нерешительности. Он никогда в жизни не видел ничего более дикого.

- Эйра? Остановитесь. Остановитесь! - Он наклонился, чтобы схватить ее сзади, и получил локтем по переносице. Раздался резкий треск, перед глазами у него вспыхнул свет, и он упал на корточки, кровь забила носовые пазухи и потекла по задней стенке горла.

Пронзительный вопль Эйры оборвался, когда ее голова дернулась вперед. Ее зубы сомкнулись на ухе Дребина, и он закричал, когда она дернулась назад. Его ухо последовало за ней, и он в панике схватил ее за ворот больничного халата. Он дернул ее в сторону, и она приземлилась на веревку, оттягивающую больничную палатку.

Каллум дотронулся до своего лица, и его пальцы снова оказались в крови.

Эйра презрительно выплюнула откушенное ухо и ухватилась за колышек на конце веревки. Она выдернула его из земли, отбросила веревку в сторону и взялась за металлический шип, как за нож.

Дребин перевернулся на живот и попытался отползти.

- Нет, не надо! - Каллум бросился вперед и схватил Эйру за лодыжку, прежде чем она успела прикончить Дребина.

Она оглянулась на него, ее лицо было искажено яростью, а глаза горели. Она оттолкнула его и бросилась обратно к Дребину, и Каллум увидел Логана - в военной форме - бегущего по дощатому настилу с пистолетом в руке. Пистолет рявкнул, и Эйра дернулась, когда что-то ударило ее в грудину. Она посмотрела на фиолетовый комок слизи. Затем ее глаза закатились, и она опрокинулась набок в кучу грязного снега.

Дребин продолжал кричать на бегу.

Логан был рядом мгновение спустя, все еще направляя оружие на Эйру.

- Вы пострадали? - спросил он Каллума.

- А-а. Схлопотал по носу. - Каллум нажал себе между глаз и ниже на переносицу, морщась от боли.

- Он не ранен. - Логан пинком затолкал упавший колышек обратно под палатку. - Это шеф, - сказал он в свой дежурный коммуникатор. - Один задержан. У второго незначительные травмы. Предупредите главного, что местные жители начинают проявлять беспокойство, и ему нужно определить приоритетность эвакуации.

- Что вы с ней сделали? - Каллум вытащил Эйру из снега и стряхнул с нее куски льда.

- Нелетальный боеприпас. Маломощный, дозвуковой. - Логан пожал плечами. - Сильное успокоительное. Сопровождается жутким похмельем. Что случилось?

- Она просто... услышала Дребина и пришла в бешенство. - Каллум прижал пригоршню снега к кровоточащему носу. - Уф. Когда это прекратится?

- Это был Дребин? Я не узнал его из-за всех этих синяков. - Логан оглянулся через плечо, затем помахал Фаэран, когда на пороге появились она и остальные хоплоны. - Жаль, что он споткнулся.

- Споткнулся? - повторил Каллум.

- Да. Вы не видели, как он споткнулся?

- Что? Я был внутри, а потом...

- Я не видел, чтобы он споткнулся. - Логан шумно втянул носом воздух, затем наклонился, поднял ухо Дребина и сунул его в карман униформы. - Здесь нужно быть осторожным, юный сэр. Окраина опасна.

Он обмотал запястья Эйры пластиковой лентой, и та превратилась в наручники. Он перекинул ее через плечо и ушел.


ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ


- Я хочу, чтобы голова этой придурочной лежала на тарелке, вы меня слышите? - Янси Дребин стукнул кулаком по дубовому столу в офисе Мерфи на борту корабля. Его недавно прикрепленное ухо было покрыто розовой плотью в том месте, где стволовые клетки соединили эту часть тела с головой.

- Конечно, я вас слышу, - сказал Мерфи, откидываясь на спинку стула. - Вы же кричите.

Каллум знал, что его собственные щеки покраснели, но не мог решить, было ли это следствием того, что он провел время с хирургическим роботом, который восстановил его нос, или из-за растущего напряжения в помещении. Он стоял слева от отца, прислонившись к задней перегородке офиса, а лейтенант Праджита Трипати, юридический советник оперативного соединения 1705, - справа от адмирала. Главный сержант Логан и О'Хэнрати стояли поодаль.

- Нападение на губернатора системы равносильно государственной измене. - Дребин глубоко вздохнул и одернул подол своей туники. - Учитывая обстоятельства, я готов согласиться на более милосердную казнь и расстрелять ее вместо того, чтобы выбросить ее из шлюза.

- Есть детали, которые мы должны прояснить, - сказал Мерфи. - Лейтенант Трипати, я прав, что капитан Дребин...

- В данном случае губернатор Дребин, - перебил его Дребин.

Мерфи взглянул на него, затем повернулся обратно к Трипати.

- Что решение капитана Дребина сохранить боевую мощь привело в действие раздел девятнадцатый его приказа о назначении?

Голова Дребина дернулась назад, как будто его только что ударили.

- Вы действительно правы, сэр. - Несмотря на свои имя и фамилию, у Трипати были соломенного цвета волосы и румяное лицо. - Его решение перевести командование обратно на "Бергойн" в качестве командира эскадры, а затем вывести свои силы из системы сделало мисс Джиновезе исполняющей обязанности губернатора системы. К сожалению, мисс Джиновезе впоследствии погибла во время атаки Лиги. Вместе с остальными назначенными по порядку.

- Очень трагично, - сказал Мерфи.

- Зачем мы тратим время на всю эту юридическую терминологию? - потребовал ответа Дребин. - Я вернулся в систему Шотландии. Я губернатор.

Мерфи задумчиво поджал губы, затем махнул пальцем в сторону Трипати, которая деликатно откашлялась. Дребин перевел взгляд на нее.

- Капитан, я уверена, что вы знакомы с разделом тридцать два Закона о колониальных поселениях, - сказала она. - В случае гибели всех указанных назначенных, исполнительная власть переходит к военному офицеру высшего ранга в системе до тех пор, пока федеральное правительство не сможет назначить нового губернатора. Офицером высшего ранга в системе, э-э, в данный момент является адмирал Мерфи.

- Подождите минутку...

- Вы же не хотите здесь оставаться, не так ли? - спросил Мерфи. - Я понимаю, что сейчас всего лишь поздняя осень, даже не настоящая зима. Тогда было бы довольно прохладно. И боюсь, что вам было бы немного одиноко.

- Не будьте смешным. Первое, чего я хочу, - это справедливости за нападение, которому я подвергся, - неспровоцированное нападение! - от рук этого отброса Окраины, - сказал Дребин. - У вас есть свидетели. Чего мы ждем?

- Да, насчет этого. - Мерфи постучал по стопке планшетов с данными на своем столе. - Показания свидетелей, которые у меня есть,.. немного противоречивы.

- Противоречивы? Как? - Дребин повернул свое приделанное ухо к Мерфи. - Разве что-то было сделано не так? Я не могу поверить в то, что слышу!

- Но давайте не будем ходить вокруг да около. - Мерфи наклонился в сторону, чтобы взглянуть на старинные деревянные часы с золотыми стрелками. - "Иштар" и ее эскадра вот-вот сойдут с орбиты и направятся к Нью-Дублину. Это проблема, поскольку моя обязанность как командира оперативного соединения - защищать выживших, и, очевидно, Нью-Дублин почти так же уязвим, как и Шотландия. И, конечно, это также не специальный центр для беженцев. - Он покачал головой. - К счастью, только что вышла на субсветовой режим "Калькутта", и у нее на стойках находятся четыре аварийных модуля для персонала, которые я запросил на Джалале. Она достигнет орбиты Инвернесса примерно через двенадцать часов, что дает мне дополнительные возможности. Я решил перевезти выживших из Шотландии в Сан-Гэбриэл, который служит специальным центром для беженцев и находится гораздо ближе к центральным мирам и, следовательно, является более безопасным местом для людей, которые уже через многое прошли. К сожалению, на "Калькутте" нет своей группы наездников, поэтому я выделяю ваш "Бергойн" и два ваших легких крейсера - "Индус" и "Цангпо" - для обеспечения безопасности судна во время его полета.

- Я в шоке. - Дребин опустил руки по швам. - Я что, был единственным, кто получил там серьезную травму головы?

- Что ж, очевидно, что из-за ограниченных ресурсов мне приходится удовлетворять множеству требований, - любезно сказал ему Мерфи. - Я бы предпочел отправить с вами больше людей из вашей эскадры для обеспечения безопасности, но в "Калькутте" слишком мало мест для остальной части вашей эскадры и модулей для персонала. И с моей стороны было бы крайне несправедливо не отправить вас лично с ней, поскольку я закончил свой отчет о нападении Лиги. - Адмирал взял со своего стола маленький золотой стержень и протянул его Дребину. - Я уверен, что вы захотите передать это дело в надлежащие руки как можно быстрее. Я зашифровал оригинал, второй уровень. - Он приятно улыбнулся; шифр второго уровня мог быть открыт - или изменен - только офицерами флагманского ранга. - Я уверен, что вы сможете найти кого-нибудь на Сан-Гэбриэле, кто перешлет его в Овальный кабинет. Разумеется, я пришлю вам черновые копии.

- Я не... Я не понимаю. - Дребин взял стержень и внимательно изучил его.

- Извините, я думал, что все ясно. Вы пристыковываете "Бергойн", "Индус" и "Цангпо" к "Калькутте", как только корабль выйдет на орбиту, и проконтролируете перемещение всех выживших на Инвернессе в модули для персонала. А потом отвезете этот отчет в Сан-Гэбриэл и проследите, чтобы он попал прямиком в Овальный кабинет. Я не могу доверить никому другому столь важное дело, не так ли?

Он тонко улыбнулся, и Дребин сглотнул.

- Всех выживших? - он спросил.

- Всех. - Мерфи медленно кивнул. - Боюсь, что бортовое жизнеобеспечение "Калькутты" ограничено, и ее вращающиеся отсеки рассчитаны на гораздо меньшее количество членов экипажа, но модули для персонала в основном автономны. Там немного тесно, и проводить столь длительный период в условиях невесомости нежелательно, но, возможно, это даже к лучшему, учитывая, насколько физически травмированы некоторые из них. И я уверен, что капитан "Калькутты" сможет организовать для них посменные тренировки в условиях повышенной гравитации на борту своего корабля. Конечно, он немного длинноват и не так быстроходен, как более новые суда. Ожидается, что он проведет некоторое время в пространстве червоточины.

- Вы собираетесь оставить это животное на том же корабле, что и я? - глаза Дребина расширились. - Тогда казните ее сейчас! Вы не можете рисковать моей безопасностью из-за... - Он снова сглотнул, его лицо побледнело. - Я... я рискую, общаясь с любым из них! - выпалил он. - Вы не можете этого сделать!

- На самом деле, - лейтенант Трипати подняла палец, - Кодекс военной юстиции Федерации гласит, что...

- Нападавшей на вас не будет на борту "Калькутты", у вас всегда будут свои апартаменты на борту "Бергойна", а тренажерный зал "Бергойна" в условиях невесомости будет в вашем распоряжении, - сказал Мерфи. - Не беспокойтесь. Я знаю, что вам предстоит проработать множество деталей, учитывая это внезапное изменение планов, поэтому уверен, что вам нужно начать с этого. Не сомневайтесь, я разберусь с проблемой нападения и проинформирую вас об окончательном решении. Главный сержант? Не могли бы вы, пожалуйста, сопроводить капитана Дребина в ангар для шаттлов и убедиться, что он благополучно долетит до "Бергойна"?

- Очень приятно. - Логан схватил Дребина за руку и, отплевываясь, вытащил капитана из каюты. Дверь за ними закрылась, и Мерфи, вздохнув, посмотрел на Трипати.

- Срочная работа, сэр, - сказала лейтенант. - Заявления о возмещении ущерба, окончательная информация об осмотре. Если больше ничего нет? Я думаю, у Логана достаточная фора, и мне не придется ехать в одном вагоне с этим... человеком.

- Спасибо, лейтенант, - сказал Мерфи.

- Если позволите, сэр, на этот раз я с превеликим удовольствием. - Она на мгновение вытянулась по стойке "смирно", а затем последовала к двери.

После ее ухода Мерфи расстегнул воротник. Затем постучал по планшету, и над его столом появилась голограмма камеры предварительного заключения. Эйра сидела на койке, подтянув колени к груди.

- Эта девушка интересная, - сказал О'Хэнрати. - Во-первых, она из Лиги.

- Вернувшаяся? - спросил Каллум, нахмурив брови в замешательстве.

- Согласно геномным данным, она родилась на Афинее, отдаленном мире Лиги, граничащем с пространством Ришатан, - сказал глава штаба. - Согласно записям Инвернесса, она и ее брат были захвачены в плен во время рейда работорговцев несколько лет назад. Корабль работорговцев решил обогнуть космос Окраины - даже они не настолько глупы, чтобы вторгнуться на территорию ришей - по пути к дикой планете за синей линией. На которой не присутствуют ни Лига, ни Федерация. Она была отмечена для утех какого-то деспота - этим клеймом у нее на лице. И ее яичники были удалены хирургическим путем. Не такая уж редкость для работорговли.

- Федерация разрешает это? - потребовал ответа Каллум.

- Мы этого не делаем, - ответил его отец. - Но многие дикие миры так и делают, а из-за войны с Лигой у нас нет ресурсов, чтобы отправлять оперативные группы на месяцы или годы с гуманитарными миссиями. Это означает, что любой, кто находится за синей линией, на какое-то время лишен нашей помощи или заботы, и у них было почти шестьдесят лет, чтобы ситуация стала еще хуже, Каллум. Так оно и есть. Это не исправляет ситуацию.

- Но невольничий корабль, на борту которого находилась Эйра и еще несколько сотен человек, столкнулся с патрулем Федерации, - сказал О'Хэнрати. - Чем дальше ты забираешься на Окраину, тем больше вероятность, что столкнешься... с местными договоренностями, скажем так, с контрабандистами и пиратами, Каллум. Как говорит твой отец, это не значит, что все правильно, но находящимся там людям приходится жить там, а это значит, что они должны как-то приспосабливаться к другим людям, живущим поблизости. В данном случае работорговцы занимались небольшой контрабандой на стороне, и у них был груз для кого-то в одном из наших миров Окраины. К несчастью для них, в системе для разнообразия появились части регулярного флота.

Каллум уставился на него, переваривая массу новой информации, и начальник штаба пожал плечами.

- Быстрый суд и казнь работорговцев. Груз был передан колониальной администрации, и они переселили ее и ее брата в Инвернесс. Единственное имя, о котором упоминается в документах, - Эйра. Похоже, на ее родине было принято называть ее по-разному. Она занималась черной работой, чтобы как-то прожить. - Он снова пожал плечами, не отрывая глаз от голограммы. - Больше в ее досье ничего примечательного.

Логан вернулся в каюту и быстро кивнул Мерфи. Адмирал взглянул на него, затем снова повернулся к О'Хэнрати.

- Так что нам с ней делать? - спросил он. - Обвинения против нее довольно серьезны.

Тяжелая челюсть Логана задвигалась из стороны в сторону, и Мерфи посмотрел на своего сына.

- Каллум, чего бы ты хотел? И, кстати, как твой нос?

- Ничего страшного, сэр. Это был несчастный случай. - Каллум покачал головой. - Я не... не могу ее винить. Как долго она была в том бункере? Пыталась сохранить жизнь своему брату, а потом погас свет, и она оказалась запертой там вместе с телом...

- Обстоятельства "несчастного случая"? - Мерфи постучал пальцем по столу, все еще глядя на Каллума.

- Дорожка была довольно скользкой, сэр, - вставил Логан.

- Скользкая? - брови Мерфи приподнялись. - Ты согласен с этим, Каллум? Скользкая.

- О, определенно. - Каллум быстро кивнул. - Эти чертовы доски, должно быть, были куплены по бросовой цене. А я не привык к снегу и льду. Это точно.

- Осмелюсь предположить. Я сам несколько раз чуть не потерял равновесие. - Мерфи нахмурился. - Она представляет угрозу или может быть полезной? Я не склонен что-либо делать ради Дребина, но она пережила травму, которая сломила бы закаленных в боях космонавтов. Или космических пехотинцев.

- Если вы посадите ее на "Калькутту" на несколько недель или пару месяцев, она выйдет из-под контроля, и у нее не будет никакой цели, - сказал О'Хэнрати. - Мы уже видели это раньше. Находиться в крошечной коробке в одном из этих модулей для персонала со своими собственными мыслями - это не то, что ей нужно. У нее и так было предостаточно этого.

- Сколько ей лет? - спросил Каллум. - Достаточно взрослая, чтобы подписать контракт?

- К чему ты клонишь? - спросил Мерфи.

- Давай не будем просто отказываться от нее, - сказал его сын. - Если она совершеннолетняя, то сможет поступить на службу. И мы какое-то время пробудем в Нью-Дублине, так что...


* * *


Эйра тихонько покачивалась на раскладушке. Она так долго провела в темноте, что ожидала, что свет - любой свет - будет благословением. Но непрерывное освещение в ее камере по-своему угнетало не меньше, чем темнота бункера.

Ее мысли вернулись к Сэму в их последние часы, проведенные вместе, когда погасла последняя лампа накаливания. В темноте...

Что-то звякнуло. Затем прутья отъехали в сторону, и Мерфи - младший Мерфи... Каллум - оказался там, улыбаясь ей.

Она уткнулась лицом в колени.

- Эйра - просто Эйра, верно? - сказал он. - С вами здесь все в порядке? Поешьте что-нибудь? - Он присел на дальний край койки. - У меня есть хорошие новости и плохие новости. Какую вы хотите узнать первой?

- Если меня собираются выбросить в космос за нападение на человека из центра, то хороших новостей нет, не так ли?

- Вы меня поражаете, - сказал он, и она подняла голову. - В ваш адрес нет никаких обвинений.

- Никаких обвинений? - повторила она, как будто эти слова были на иностранном языке.

- Никаких.

Она посмотрела на него, изучая его нос. Он выглядел не хуже, если не считать небольшого синяка.

- Я разбила ваше идеальное лицо, - сказала она.

- Это была моя вина. Я должен был знать, что Логан был прямо за углом, и он собирался... позаботиться обо всем. Без вреда, без нарушения, верно? Хотя, я должен спросить - как вы узнали, что это был он?

- Вы слышали его голос? - спросила она и пожала плечами, когда он кивнул. - Ну, ему самому действительно нравится его слышать. Он был на всех советах. Старался быть Богом. - Она отмахнулась от этого, и ее глаза сузились. - И это будет продолжаться?

Недоверие в ее голосе было явным, и Каллум покачал головой.

- Нет, не будет никаких обвинений в связи с этим инцидентом. Не в этом смысле, конечно, и адмирал вполне уверен в Дребине - что ж, мы позволим беспокоиться о нем адмиралам дома. И даже если они смогут закрыть глаза на все, что произошло, с ним покончено. Моя семья знает всех в Пятистах, и он очень, очень разозлил моего отца. Ему повезет, если он сможет найти работу по программированию роботов-санитаров на мусорном баке.

- Он заслуживает худшего, - сказала она. - Намного худшего.

- Это так, но не мы должны ему сообщать об этом. И это подводит нас к плохим новостям. Адмирал не хочет, чтобы вы возвращались с остальными выжившими, но "Иштар" не может перевозить гражданский персонал ни в какое другое место, кроме ближайшего пункта приема беженцев. Какие-то странные правила военного времени. Итак... я прошу вас вступить в вооруженные силы Федерации.

- Вступить? - Она потерла глаз и уставилась на него. - Я даже не родилась федом!

- Да, насчет этого. Во-первых, не называйте никого "федом". Это, как правило, вызывает у некоторых людей раздражение. Во-вторых, вы можете записаться на военную службу, поскольку стали законным резидентом в результате переселения без подачи заявления. Я прочитал обо всем этом в вагоне и должен сказать, что иммиграционные законы просто смехотворны. Но суть в том, что либо "Иштар" в форме, либо "Калькутта" в гражданской одежде. Что бы вы предпочли?

- Что бы я делала? В военной форме? - Она повернулась на бок и опустила ноги на палубу.

- А теперь, на мой взгляд, лучшая часть. Вы будете "620W-X", что на флотском языке означает "для нужд службы". А нам нужны как мой помощник. Адмирал считает, что мне не помешал бы подчиненный. А в другие обязанности будут входить задания от отряда "Хоплон". Вы просто поразили главного сержанта Логана. Говорилось, что вы - слиток, которому он может придать форму. Или что-то в этом роде. Надеюсь, вам нравится гимнастика.

- Я могу остаться с вами? С адмиралом Мерфи?

- В этом и заключается идея. Если только у вас нет каких-то других специальных навыков, которые могли бы принести вам больше пользы. Есть инженерное образование? Программирование? Борьба с беспилотниками?

Эйра покачала головой.

- Гидропоника или ресинтез белка?

Еще одно покачивание.

- Читать и писать?

Эйра подняла руку и сделала неопределенный жест.

- Тогда мы знаем, с чего начать. Ну давайте же. Для вас есть кое-какие бумаги и...

- Просто позвольте мне остаться с вами, - попросила она. - Пожалуйста. С Мерфи и Мерфи. Просто позвольте мне остаться. Как вашей служанке. Вашей спутнице... как кому угодно.

- Не беспокойтесь, - сказал он ей. - Не стоит беспокоиться... Хотя я уже чувствую, как моя мать бросает на меня такие взгляды. Но все так же, как было во время войны, верно? Мы просто постепенно набираем кадры. Теперь давайте отведем вас к помощнику за контрактом. Вы хотя бы можете поставить свою подпись?

Эйра кивнула и нарисовала в воздухе крестик. Каллум слегка поморщился.

- Да, работы много, - вздохнул он. - Но в полете у нас будет немного времени, чтобы разобраться с этим.


* * *


Звук падающих на маты тел и шлепки кожи по одежде привели Эйру по тускло освещенному корабельному коридору к открытой противоударной двери огромных размеров. Она добралась до нее и остановилась, затем одернула край своей новой униформы, глубоко вздохнула, набросила волосы, чтобы прикрыть клеймо вокруг глаза, и шагнула через отверстие в похожий на пещеру отсек.

"Иштар" могла похвастаться тремя хорошо оборудованными спортивными залами для своего экипажа из восьмисот душ, но некоторые из его нынешних пассажиров не были готовы ждать своей очереди, чтобы воспользоваться ими. Вот почему этот грузовой отсек был переоборудован в додзе, с матами для тренировок и стойками со скучным учебным оружием. Почти четыре дюжины космопехотинцев в тренировочной экипировке проводили спарринги, упражнялись с оружием или выполняли дыхательные упражнения и подтягивались на брусьях.

Трое мужчин сидели на металлических трибунах, наблюдая за тренировкой с вечно недовольным видом профессиональных сержантов, которые говорят: - Я еще не совсем разозлился.

Эйра с трудом сглотнула и повернулась к ним.

- Вот это да! - Фаэран, которая стояла спиной к переборке у двери, наблюдая за происходящим взглядом медика, заметила ее и помахала рукой, подзывая к себе. - Ты, должно быть, новичок. Мать-волчица, ты знаешь, на кого похожа?

- Старшой сказал найти главсаржа, - сказала Эйра.

- Старшина приказал, чтобы ты явилась к главному сержанту. - Фаэран покачала головой. - И он позволил тебе выглядеть как бутерброд с супом. Держу пари, он думал, что будет забавно, когда ты наткнешься на бензопилу.

- Бутерброд?

- Иди сюда.

Фаэран опустила воротник Эйры, застегнула все ее карманы и вздохнула, глядя на ее нечищеные ботинки.

- Что это у нас тут? - Она убрала волосы со шрама Эйры, и Эйра шлепнула ее по руке.

- Теперь я знаю, кто ты. Ты религиозна? - Фаэран провела кончиками пальцев по татуировкам на своем лице.

- Клеймо рабыни. - Тон Эйры был напряженным, и Фаэран медленно кивнула.

- Ладно, проехали, потому что ты новичок. Но если кого-нибудь шлепнешь вне матов, тебе быстро станет плохо. Неважно, помощник ты зеро или нет.

- Извините, госпожа. Для меня это странно.

- Я капрал. - Фаэран постучала по званию, вышитому на ее форме. - Давай. Давай начнем эту бойню. Оставайся сильной. Это единственный совет, который тебе нужен от главного сержанта.

Медик подвела ее к трем сидящим мужчинам. Когда они подошли, Логан сплюнул табачный сок в пластиковую бутылку и окинул Эйру беглым взглядом.

- Черт возьми, Фаэран, - сказал один из мужчин. - Лучше возьми свою аптечку.

Эйра топнула ногой по палубе и поднесла левую руку ладонью вверх к глазу.

Логан снова сплюнул, а остальные мужчины захихикали.

- Видела, как важные люди делали это в Инвернессе? - спросил Логан. - Убери свою чертову руку, салага. Ты даже не той рукой пользуешься.

- Это, должно быть, новый "личный секретарь", - сказал один из троицы Логана.

- Старший сержант Бриджер, почему бы вам с сержантом Фалько не потренироваться, а потом не отжаться, пока мне не надоест? - спросил Логан. Бриджер хлопнул второго сержанта по плечу, и они оба, сняв блузы, поспешили к свободному месту на мате.

Логан провел пальцем от одного уголка рта к другому.

- Сколько тебе лет?

Эйра опустила взгляд на свои ноги.

- Твои уши как, работают? - спросил он.

- Я не знаю, - ответила она. - Никто никогда не говорил мне, когда у меня день рождения. Доктор измерил мои кости и сказал, что по стандарту мне около девятнадцати.

- Ладно, по крайней мере, ты уже достаточно взрослая, чтобы быть здесь.

- Ты подстрелил меня. - Эйра коснулась своей груди, и Логан усмехнулся.

- Не за что, - сказал он. - Если бы я не ударил тебя несмертельным оружием, я знаю, ты бы убила этого говнюка-центральника, а трупы действительно трудно объяснить. Особенно тех, у кого много званий и титулов. У тебя всего лишь синяк вместо воздушного шлюза или петли. Так что не за что.

С матов донеслось, - Медик!

- Это всегда он, - прорычала Фаэран. - Такой зануда.

Фаэран побежала обратно к группе у двери, а Логан остался стоять.

- Штайнер! Что я тебе говорил насчет ударов локтями без накладок?

- Извини, главсарж, - крикнул в ответ Штайнер.

- Кортес! Что я тебе говорил насчет ударов локтями? - Ответа не последовало, и Логан нахмурился. - Держу пари, он в нокауте.

Логан покачал головой и сел обратно.

- Вернемся к тебе, салага. Нулевой, зеро, хочет, чтобы ты была рядом с ним, и это его дело. Нет ничего необычного в том, что офицер подбирает кого-то вроде тебя во время длительной командировки вдали от дома и близких людей.

- Я не шлюха.

- Никогда не говорил, что ты такая. Но я видел, салага, как ты разрывала этого центральника на части. Знаю, что у тебя на душе. Вот почему проявляю интерес к твоему благополучию, вместо того чтобы изо всех сил игнорировать тебя, понимаешь?

- Не совсем.

- Позже мы поговорим о том, как правильно обращаться ко мне. - Логан поерзал на сиденье. - А пока, не обижайся, я не имел в виду это, но ты довольно молоденькая. Даже с таким клеймом. Ты будешь статисткой рядом с зеро и директором. Колонисты, шпионы Лиги - да и все, кто желает зла директору, посчитают тебя штатной шлюхой, не представляющей угрозы. В этом они ошибаются, салага. Ты боец, не так ли?

- Я умею драться. Уже делала это раньше.

- И у тебя есть инстинкт убийцы. Это не то, чему можно научиться, это нужно найти внутри. Но ярость и адреналин сами по себе помогут тебе только в бою. Тренировки помогут тебе продвинуться дальше, намного дальше. Итак, что мы собираемся сделать, так это обучить тебя на телохранителя зеро и директора. Будешь моим секретным оружием, чтобы обеспечить их безопасность. Как тебе такой план?

- Звучит заманчиво. Очень хорошо. Но единственное, что я сейчас действительно умею делать, - это стирать, - сказала она.

- Армии часто практиковались в том, чтобы брать таких, как ты, и за несколько месяцев делать их более-менее пригодными для боя. Мы доведем тебя до кондиции.

- А мне дадут металлический костюм?

- Нет.

- Но вы сказали...

- Доспехи хоплона требуют многолетних тренировок, и они предназначены для действий на борту корабля и прямых ударов по ключевым целям. Ты научишься чистить свои ботинки, прежде чем беспокоиться о том, чтобы надеть железо. Сейчас... это клеймо. Это надо убрать.

- Это шрам, - сказала она. - Шрамы остаются навсегда.

- Зеро может разрешить корабельному врачу сделать пересадку искусственной кожи. Это дорого, но он сделает это, если ты попросишь. И ты не рабыня, Эйра. Никогда больше - ты это понимаешь?

- Мерфи был... Я видела, как он разговаривал с медиком и прикасался к этой части своего лица. - Эйра указала на свое клеймо.

- Ноль уже был у него. Ха.

- Каллум - это ноль? Потому что с медиком был адмирал, - сказала Эйра.

- Адмирал. - Логан поджал губы. - А я-то думал, что зеро хотел, чтобы его подчиненные выглядели красиво, но это был адмирал. Интересно. Жители центрального мира не против долгового рабства, но это не имеет значения, не так ли? До конца этого рейса до Нью-Дублина ты будешь приписана к отряду "Хоплон". Нас всего четверо у начальника, но я собираю здесь остальных членов оперативного соединения для тренировок и поддержания цивилизованного образа жизни. Иди, возьми пару боксерских перчаток и подойди к той уродливой роже, что стоит возле мешков. Он расскажет тебе о тренировках по боксу, чтобы ты могла начать.

- Спасибо, главсарж.

- Главный. Сержант. Два слова.

- Главный сержант.

- Уже лучше. Посмотрим, поблагодаришь ли ты меня утром. Теперь, когда мы поняли друг друга, это будет наш последний дружеский разговор. А теперь иди. Вызови огонь на себя.


ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ


- Что он сделал?

Адмирал флота Фокаидес поставил стакан с прозрачным алкоголем и отвернулся от пляжа снаружи виллы. Адмирал Ян, одетая в парадную форму, резко контрастирующую с более непринужденной льняной одеждой адмирала флота и гражданскими атрибутами кабинета со стеклянными стенами, размахивала рукой с планшетом.

- Вылетел со станции Джалал почти сразу по прибытии и отправил всю свою команду на спасательную миссию в Шотландию, - ответила Ян. По вилле прокатился грохот волны. - Он также взял с собой подразделение флота, назначенное в Шотландию, и губернатора. Все это было на усмотрение Мерфи.

- Это... не похоже на Терренса Мерфи.

Фокаидес сел, и корги запрыгнул ему на колени. Он почесал ему голову, хмуро глядя на пляж.

- Не хотим ли мы, - Ян бросила взгляд на закрытую дверь, - привлечь вашего хозяина к этому разговору?

Из-за двери донесся женский смех.

- Мистер Бойл немного занят, - заметил Фокаидес. - Итак, почему... почему, черт возьми, Мерфи взял с собой всю свою команду и силы, которые он... не хочу говорить "украл"...

- Динамически переориентировал?

- Динамически переориентировал, чтобы отправить обратно на какую-то третьесортную окраинную планету, где едва хватает населения для комплектования крейсера? Ему приказано прибыть в Нью-Дублин к концу этого месяца. У нас нет времени менять дислокацию, чтобы восполнить пробел. Такоре закатит истерику, если мне придется сменить его зятя по уважительной причине.

Закрытая дверь открылась.

- Не надо так драматизировать. - Амадео Бойл вышел из своей спальни в халате, пижаме и тапочках. - Мерфи прибудет в Нью-Дублин вовремя. Об этом говорится в расписании, которое он прислал перед отлетом из Джалала.

Ян нахмурилась, глядя на планшет в своей руке, затем снова посмотрела на Бойла.

- Откуда вы это знаете? Я получила это всего три часа назад и спустилась из Овального зала, как только получила сообщение, - сказала она.

- Мне одна птичка сказала. - Бойл подмигнул ей. - Но это расписание остается в силе, да? Они должны были сделать остановку в Джалале, чтобы успеть на маневры флота по объединению оперативного соединения. Мерфи просто решил потратить это время на то, чтобы откапывать жителей Окраины из обломков.

Он подошел к удобному креслу и опустился в него.

- Дай-ка мне это. - Фокаидес выхватил планшет из рук Ян и начал читать.

- Это не то, чего мы ожидали от Мерфи, - сказала Ян. - Мы дали ему самое простое командование, которое есть у Федерации так близко к границе. Все, что нам нужно, чтобы он сидел на Нью-Дублине и не терял ключи от своего авианосного соединения. Мне это не нравится.

- Это совсем не похоже на О'Хэнрати, - заявил Фокаидес, бросая планшет на кофейный столик.

- Ты можешь сказать? Откуда ты вообще знаешь об ординарце Мерфи? - спросил Бойл.

Он похлопал собаку по лапам. Корги не пошевелился.

- О'Хэнрати - особый случай, - ответил Фокаидес. - В прошлом он был связан с рядом групп, придерживающихся неверного мышления. Полезно держать таких людей под наблюдением.

- О... один из этих фанатов заговора ришей? - Бойл закатил глаза.

- Это довольно распространенное подозрение среди офицеров и рядовых, родившихся на Окраине, - сказала Ян. - Мы не зашли так далеко, чтобы обвинять всех, кто, похоже, искренне верит, что риши каким-то образом дергают за ниточки Лиги. Не то чтобы мы не поддавались искушению. Но если мы предпримем какие-то действия, то, похоже, их теории подтвердятся. А дальше все пойдет как по маслу.

- Публичного осмеяния и загнанной в тупик карьеры достаточно, чтобы удержать амбициозных офицеров от увлечения этим культом, - сказал Фокаидес. - А Мерфи слишком умен, чтобы попасться на удочку чего-то подобного. Но сейчас он рвется с поводка.

- Это было в пределах его полномочий, - отметила Ян.

- Может быть, и в пределах, но мне не нравятся слишком инициативные командиры. - Фокаидес погрозил пальцем Ян. - Они думают, что они умнее вас, а потом берут и принимают решение, которое перечеркивает планирование, проводимое на более высоких уровнях. Единственное, что может быть хуже умного и энергичного офицера, - это глупый и энергичный офицер. И мы назначили Мерфи на эту должность не из-за его блестящего послужного списка.

Адмирал флота взглянул на Бойла, и тот пожал плечами.

- Бизнес также предпочитает умных и ленивых руководителей, - сказал он. - Но чем плоха спасательная операция в Шотландии? Жизни спасены. Хорошая новость для сетей вместо текстовой строки в конце трансляции с указанием числа жертв. Такоре будет в восторге, когда услышит об этом.

- Возможно, это хорошо скажется на восприятии общественности, - сказала Ян, - но адмиралтейству это не нравится. Одно событие - это еще не тенденция, но мне это все равно не нравится. Мерфи нужно вернуться в программу.

- Нам нужно, чтобы Лига сосредоточила свое внимание на Бете Лебедя, - подчеркнул Фокаидес для Бойла. - Оперативное соединение Мерфи сильнее большинства системных пикетов, которые мы были вынуждены направить на Окраину, но их много. Больше, чем думает большинство людей. Честно говоря, даже если мы ставим во главу угла защиту только самых важных наших активов на Окраине, мы слишком малочисленны, чтобы остановить целенаправленное нападение где-либо еще, кроме Беты Лебедя. Если Мерфи решит поиграть в ковбоя, Лига может подумать, что мы готовим атаку на ее командную зону. Особенно, если они заметят, как мы модернизировали оборудование для технического обслуживания в Нью-Дублине. Возможно, это не так уж много по сравнению с любым центральным миром, но система находится в хорошем месте, чтобы служить логистическим связующим звеном для сектора Конкордия в целом. Вот почему мы вложили средства в благоустройство этого места - как опорного пункта для местных сил обороны, а не как плацдарма для наступления. Но если они добавят эти улучшения к любым тенденциям Мерфи в отношении боеголовок, они могут решить, что два плюс два равно пяти, и подумать, что мы укрепляем сектор, готовясь к более наступательным действиям с нашей стороны. И если они так думают, то, возможно, просто решат усилить свои силы в ответ.

- Что в этом плохого? - спросил Бойл. - Чем меньше сил Лиги у Бета Лебедя, тем легче нам сражаться.

- Потому что у нас нет ни кораблей, ни материально-технического обеспечения, чтобы проникнуть в пространство Лиги из Нью-Дублина, - сказала Ян. - Обитаемых систем в этом направлении немного, и они расположены далеко друг от друга, но для Лиги эта область еще более удаленная, чем для нас. Есть причина, по которой ни одна из сторон не санкционировала действия флота в этом секторе в течение многих лет. Рейды, подобные этому в Шотландии, да. Они случаются время от времени, хотя мы уже давно не видели ничего столь ужасного, как этот последний. Но мы не настаиваем ни на чем-то подобном в ответ, потому что у нас более устоявшиеся системы и больше населения в этом секторе. Если Лига нападет, мы потеряем больше. Если Мерфи поднимет шум, Лига проведет разведку... и поймет, насколько мы слабы. В этом случае они могут решиться на что-то более амбициозное, чем просто кинетические удары по миру эпсилон-уровня у черта на куличках.

- Но его демонстрация силы в Шотландии говорит об обратном, не так ли? - задумчиво произнес Фокаидес. - Это показывает, что мы здесь и готовы ответить, если Лига будет настаивать на своем. В любом случае, это один из способов взглянуть на это. - Он заложил руки за голову. - Даже слепая белка может время от времени найти орешек. Так, может быть, его инициатива заслуживает внезапного отзыва в Овальный кабинет?

- Двух зайцев одним выстрелом? - пробормотала Ян.

- Нет, - твердо сказал Бойл. - Мерфи остается за главного. Нам нужно, чтобы он вернулся, как и планировалось.

- Сэр, - Ян на мгновение растерялась, - политические соображения не...

- Минутку, Сяолань, - прервал ее Фокаидес. Он мельком взглянул на Бойла, который закинул ногу на ногу, стараясь не потревожить отдыхающую собаку, и покачивал ногой. - Одно событие - это еще не тенденция. Так что давайте позаботимся о том, чтобы тенденция не развивалась. Давайте отправим в систему кого-нибудь, кому мы доверяем, чтобы он внимательно следил за ним.

- Наблюдателя, - медленно произнесла Ян.

- Напоминание о том, что он находится под пристальным вниманием, - сказал адмирал флота. - Таким образом, все идет так, как хочет мой Овальный кабинет, и другие стороны тоже довольны. Да? - Он адресовал вопрос Бойлу.

- Хорошо. - Бойл махнул рукой. - Пришлите ему кого-нибудь в штат. Возможно, с дополнительными инструкциями, чтобы О'Хэнрати не оказывал слишком сильного негативного влияния?

- Или одной занозой в заднице меньше? - фыркнул Фокаидес. - Это можно устроить. Сяолань, я надеюсь, ты принесла последние данные с Беты Лебедя? У Бойла на кухне настоящий шеф-повар, и он приготовил свежего осьминога для экстаподи. Останься на ужин.

- У меня с собой предварительный отчет, - сказала она.

- Тогда сними шинель и посиди немного. - Бойл махнул рукой в сторону бара. - Война никуда не денется.


ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ


Кормаг Дьюар надел свою парадную форменную куртку и застегнул пуговицы спереди. Он заметил, что куртка была немного тесновата в талии.

- Просто немного по-зимнему тяжеловата, - сказал он себе, глядя в окно. Метель превратила утреннее небо в серую бездну, снежные хлопья хлестали по стеклам и скапливались у основания. - Ах. Надо было помолиться о лучшей погоде.

Кто-то постучал в дверь его кабинета, и он обернулся, когда Патрик Макдауэлл, его помощник, открыл ее.

- Сэр, он здесь!

У молодого Макдауэлла были рыжевато-каштановые волосы, голубые глаза, бледная кожа и обманчиво безвольный подбородок. Дьюар лучше других знал, насколько обманчив этот подбородок, но молодой человек был бледнее обычного.

- Президент здесь в такую рань? - спросил генерал, приподняв брови. - Мы с ним должны были встретиться в космопорте через... - он еще раз проверил время, - через два часа.

- Нет, я имею в виду его. Губернатора Мерфи. - Макдауэлл покачал головой. - Он просто появился и...

Мимо Макдауэлла в кабинет протиснулся крупный главный сержант космопехоты с нашивкой "Хоплон". Он был с непокрытой головой и одет только в легкую спортивную куртку, несмотря на льдинки, прилипшие к его бровям, и его жесткий взгляд, как у тактического сенсорного дрона, обвел кабинет. Затем он фыркнул и отступил в сторону.

Вошедший адмирал оказался выше, чем ожидал Дьюар. И немного уродливее. На нем были черная шинель и берет, запорошенные тающим снегом, и он снял правую перчатку, чтобы протянуть руку генералу.

- Губернатор. - Дьюар пожал протянутую руку. - Ваше оперативное соединение только что прибыло, и мы ожидали вас на земле не раньше, чем через несколько часов. В космопорту есть группа флейтистов и барабанщиков, которые репетируют...

- И я обещаю, что все ваше гостеприимство не пропадет даром, - сказал Мерфи, когда рыжеволосый капитан военно-космического флота последовал за ним в кабинет, где становилось явно многолюдно. - Это О'Хэнрати, мой начальник штаба, - сказал адмирал, показал рукой на все еще дрожащего капитана. - Вы знаете о том, что случилось с Инвернессом?

- Где этот чертов обогреватель? - пробормотал О'Хэнрати, хлопая ладонями в перчатках. Он огляделся, заметил вентиляционное отверстие под окном и направился прямиком к нему.

- Чаю, Патрик, - сказал Дьюар. - Чаю!

Макдауэлл исчез, и генерал указал Мерфи на стол, а сам сел в одно из своих офисных кресел.

Мерфи снял пальто и повесил его на вешалку возле двери, затем сел... на стул, а не за стол.

- Это ваш кабинет, генерал Дьюар, - сказал он. - У меня есть собственное большое кресло в губернаторском особняке, верно?

- Должно... быть, - сказал Дьюар, опускаясь обратно в кресло за своим столом. - Хотя, я полагаю, ваш предшественник, уходя, упаковал изрядную часть мебели.

- Губернатор Бабиков ушел? - Мерфи приподнял бровь.

- Два дня назад. Что-то произнес о семейном долге, и был уверен, что вы поймете. Я не совсем так это понял, но давайте не будем тратить время на слухи. - Он нажал большим пальцем на клавишу связи на своем столе. - Патрик! Чаю!

- Я хотел бы знать, была ли у предыдущего губернатора хорошая репутация, - сказал Мерфи. - Он проработал здесь много лет. Я уверен, что его... деятельность породила определенные ожидания в отношении нового губернатора. Хорошо это или плохо.

Интерес Дьюара возрос. Возможно, этот человек был здесь не просто для того, чтобы провести время.

- У Бабикова было несколько местных... секретарш. Он решил, что уйдет из системы с одной. - Дьюар пожал плечами. - Остальные обиделись на то, что их исключили, и пожаловались своим кланам. Я полагаю, что несколько их родственников мужского пола планировали нанести визит.

- У него не было охраны? - спросил главный сержант.

- У него была охрана, - сухо ответил Дьюар. - Некоторые из них были родственниками по мужской линии. - Губернатор Бабиков не был, э-э... известен своей рассудительностью. Но что вы там говорили о Инвернессе? - Его глаза сузились. - До Шотландии всего несколько недель пути на торговом судне, но там не очень оживленное движение. Итак, отвечая на ваш предыдущий вопрос, губернатор, нет, я ничего не знаю о том, что там произошло.

Боюсь, это было некрасиво, - подумал Дьюар, у Мерфи было отличное бесстрастное выражение лица, но его серые глаза были мрачными. - Несколько недель назад... - начал он, и генерал откинулся на спинку стула, слушая, как адмирал описывает атаку Лиги и спасательные работы.

Дьюар сидел молча, пока новый губернатор не закончил, затем покачал головой.

- И системный пикет даже не произвел ни единого выстрела?

- Они этого не сделали, - сказал Мерфи. - Боюсь, это решение тоже не понравилось экипажам эскадры Семь ноль две. И такая... пассивная реакция вряд ли помешает будущим рейдам. Что подводит меня к тому, почему я в первую очередь обратился к вам. Силы Лиги, разгромившие Инвернесс, вероятно, базировались в Шанхайгуане, и у них было достаточно времени, чтобы вернуться на базу и получить новые приказы. Я не знаю, каковы будут эти приказы, но если они предпримут еще одну атаку, то следующей наиболее вероятной целью будет Нью-Дублин, и атака, скорее всего, будет более масштабной, чем легкая. Насколько система готова к защите от такого же воздействия? Или, если уж на то пошло, от более мощного?

В дверь постучали, и Макдауэлл вернулся с серебряным чайным сервизом. Он расставил чашки и блюдца и разлил чай по чашкам.

- Наконец-то что-нибудь теплое! - О'Хэнрати взял свою чашку и выпил чай так быстро, как только мог, затем взял чайник и налил еще.

- Звонил президент Толмах, сэр, - сказал Макдауэлл, глядя на Дьюара.

- Я обещаю, что появлюсь в космопорте в назначенное время. - Мерфи отхлебнул из своей чашки. - Пожалуйста, передайте мои извинения за нарушение протокола.

- Сию минуту, губернатор.

Макдауэлл повернулся, чтобы поспешить к выходу, но мясистая ладонь, упершаяся ему в грудь, остановила его.

- Нас здесь нет, - прогрохотал главный сержант.

- Кого здесь нет? - Макдауэлл моргнул бесхитростными голубыми глазами, и космический пехотинец ухмыльнулся.

- Ты понял, - сказал он и хлопнул молодого человека по плечу, давая ему пройти.

- Нью-Дублин подвергся нападению почти десять лет назад, - сказал Дьюар. Он провел пальцем по считывающему устройству, и на экране появилось голографическое изображение системы.

Главной звездой системы была звезда F7v, значительно более горячая, чем в Солнечной системе, но Кранн-Бетад - третья из восьми ее планет - имела радиус обращения семнадцать световых минут, что более чем в два раза больше, чем у Старой Земли. Таким образом, несмотря на свою жаркую звезду, это была определенно холодная планета, о чем свидетельствовала погода за окном кабинета Дьюара. С другой стороны, ее ближайший сосед, Гоибниу, находится всего лишь на 34 000 000 километров дальше от звезды, чем Старая Земля от Солнца... и жарче, чем в аду, в том, что касается пригодности для жизни. Несмотря на это, там проживало почти четверть миллиона нью-дублинцев.

В системе был пояс астероидов, расположенный примерно на 250 000 000 километров дальше, чем Кранн-Бетад, за которым следовал не дотягивавший до статуса коричневого карлика газовый гигант типа супер-Юпитера Дагда, с радиусом орбиты 59 световых минут, и газовые гиганты чуть меньшего размера - Бриджит и Кайлих - с радиусами орбиты 115 и 227 световых минут, соответственно. Бодах и Донн, бесполезная пара застывших ледяных шариков, завершали звездное семейство при 445 и 869 световых минутах соответственно.

- Как вы можете видеть, мы здесь, на внешнем краю зоны жизни, немного более уязвимы, чем некоторые, особенно для такой горячей звезды, как Нью-Дублин. - Дьюар пожал плечами. - Тогда они наехали не слишком сильно, и слава богу, что не сделали этого, потому что у нас не было под рукой ничего, что могло бы их остановить. То, что у нас было, - это главным образом около десяти процентов ракет, которые нам действительно были нужны, и то только потому, что половина боевой эскадры проходила пятилетний цикл технического обслуживания. Мы как бы... одолжили ракеты, которые они выгрузили.

- Одолжили? - Мерфи выгнул бровь, и Дьюар пожал плечами.

- На самом деле украли. А потом Олимпия прислала нам счет за них. - Его тон был ровным, и он спокойно встретил взгляд Мерфи. Затем он снова пожал плечами. - Выбор между тем, чтобы увидеть свой дом в руинах, и тем, чтобы разозлить федеральное правительство, становится очень простым.

- Я так и думаю, - пробормотал Мерфи, кивнув. - Но если корабли были на ремонте, как вы запустили ракеты?

- Мы позаимствовали капсулы для беспилотных летательных аппаратов на нашей главной грузовой станции, - сказал Дьюар. - Доступность ресурсов здесь, в Нью-Дублине, помогла принять решение о модернизации наших верфей, а на Гоибниу, - он указал на вторую планету Нью-Дублина, - очень много металлов. Это одна из причин, по которой мы относимся к категории дельта-систем. Использовать магнитные двигатели для запуска грузовых дронов дешевле и проще, чем пилотируемые корабли, и грузы руды не испытывают проблем с ускорением. Итак, Гоибниу запускает их, они используют свои бортовые двигатели, чтобы погасить ускорение на другом конце, а затем пристыковываются. Мы отправляем их обратно тем же способом, за исключением того, что они выводятся на орбиту до тех пор, пока не понадобятся шахтам на земле. И так получилось, что магнитные приводы, которые нам удалось раздобыть, оказались старыми пусковыми установками для беспилотных летательных аппаратов Марк 37. Так что...

- Итак, - сказал Мерфи, и его глаза внезапно заблестели, когда он взглянул на О'Хэнрати, - вы использовали свои грузовые пусковые установки для запуска всех тех ракет, которые вы "одолжили"?

- Совершенно верно. - Дьюар кивнул. - И президент Толмах разрешил нам использовать их все в одном запуске. Так мы и сделали, и, похоже, застали их врасплох. Не думаю, что они вообще заметили их, пока не включились термоядерные двигатели последней ступени. Конечно, у нас не было флотского управления огнем, поэтому они были чертовски неточны, но мы все же добились пары попаданий. Вышедших из строя кораблей не было, но я думаю, это напугало их, и они не знали, сколько еще у нас может быть таких. Наверное, были чертовски напуганы, если так и не стали выяснять, откуда взялись ракеты. В любом случае, они развернулись и убежали.

- Отличный ход, - поздравил его Мерфи. - Я видел, как нечто подобное использовалось в боевой симуляции, и это совершенно ошеломило другого командира.

- Возможно, это и заставило их отступить, - сказал Дьюар, - но эти ублюдки сами нанесли альфа-удар, прежде чем покинуть систему. И, возможно, было бы лучше, если бы они выяснили, откуда взялись ракеты, потому что вместо этого они нацелились на нашу крупнейшую космическую станцию. В тот день погибло четыре тысячи шестьсот двадцать душ.

- Альфа-удары трудно отразить, даже при длительном полете, - тихо сказал Мерфи.

- Знаю. И, как я уже сказал, наша орбита делает нас более уязвимыми, чем некоторые другие. Но, в сочетании с шахтами на Гоибниу и плавильными станциями на орбите вокруг Кранн-Бетада, это также делает нас логичным местом для ремонта кораблей. Наши верфи уже давно активно используются для ремонта военных кораблей и торговых судов - в некоторые годы они обслуживают больше судов, чем Джалал, особенно после модернизации. Вот почему у нас в системе местной обороны обычно есть по крайней мере один сверхсветовой корабль и его вспомогательная группа.

- Я в курсе, - кивнул Мерфи.

Население Нью-Дублина приближалось к ста миллионам. Это было ничтожно мало для любого центрального мира - там существовали отдельные мегаполисы с населением более пятидесяти миллионов человек, - но это было невероятно для системы, расположенной так далеко на Окраине. И, как только что отметил Дьюар, это делало его ценным промышленным узлом, удачно расположенным для поддержки военно-космического флота в секторе Конкордия.

Это также делало то, что произошло в Шотландии, еще более зловещим, и он наклонился вперед, чтобы рассмотреть голограмму системы.

- Если бы Лига снова нанесла удар по Нью-Дублину силами, скажем, вдвое большими, чем те, что нанесли удар по Инвернессу, чем бы вы, ребята, могли поддержать мое оперативное соединение?

- Губернатор, я... я еще даже не показал вам столицу, а вы уже оцениваете возможности системы. Но есть еще Инвернесс и... Я хотел, чтобы орбитальные пусковые установки и реальное управление огнем были установлены много лет назад. - Дьюар слегка прищурился. - Однако у нас никогда не было ни бюджета, ни квалифицированной рабочей силы, чтобы это осуществить, а Олимпия... Ну, поддержание верфей в рабочем состоянии было главным федеральным приоритетом.

Его глаза на мгновение встретились с глазами Мерфи, и адмирал едва заметно кивнул. Федеральному правительству не очень нравилась идея предоставлять системам Окраины огневую мощь, необходимую для отражения налетов Лиги. То же самое оружие может быть использовано против Федерации звездной системой, которая "не соответствует требованиям". Неудивительно, что они были... не готовы к сотрудничеству в укреплении обороны Нью-Дублина.

- Наш местный оборонный бюджет всегда был скудным, - продолжил Дьюар, - и после того, как мы "украли" ракеты военного флота, нам потребовались годы, чтобы просто заплатить за них, вместо того чтобы покупать новые. У меня есть несколько внутрисистемных кораблей для патрулирования внутренней части системы и постоянное ополчение в качестве гарнизона.

- Как вы управляете "постоянным ополчением"? - спросил О'Хэнрати. - Постоянные наземные силы находятся только в ведении федерального правительства. Это означает армию Федерации.

- А когда вы в последний раз видели армию на Окраине, капитан? - сухо спросил Дьюар.

- Примерно в десять раз реже, чем никогда, - признал О'Хэнрати с натянутой улыбкой. - Но как вам удалось провести постоянную армию через Овальный кабинет?

- Я не сказал им, что она у нас есть. Если уж на то пошло, у нас ее нет... технически. Мы распускаем их каждые триста шестьдесят четыре стандартных дня. Затем повторно вносим их в список через два дня утром. Я бы посоветовал вам не разрешать увольнение на берег в течение этого периода. Кранн-Бетад тогда становится немного шумным.

- Отлично сработано, - поздравил его О'Хэнрати, улыбнувшись еще шире. - Но чем вооружены ваши внутрисистемные корабли?

- В основном это старые эсминцы класса Сейбр, которые мы купили по дешевке, когда военно-космический флот списал последний из них, - сказал Дьюар, и О'Хэнрати кивнул.

В свое время Сейбры были эффективными кораблями - по крайней мере, для легких боевых действий, - но те времена миновали почти два десятилетия назад. Они были тяжелее, чем большинство корабликов Окраины, но это не означало, что они могли сравниться с современными конструкциями.

- Мне понадобятся графики ремонта каждого военного корабля в ваших доках, - сказал Мерфи.

- Ну, мы отправили большую часть оперативного подразделения 469 на ежегодный капитальный ремонт, а оперативное подразделение 26 только что завершило свой, - задумчиво произнес Дьюар. - И я полагаю, вы уже знаете о "Паттоне" и "Фоше"? - КФЗФ "Паттон" и "Фош" были двумя другими единицами боевого подразделения 702 Янси Дребина, переброшенными в Нью-Дублин для регулярного, раз в пять лет, капитального ремонта. - Они должны закончить где-то в течение следующих тридцати дней, - сказал Дьюар. - Не думаю, что есть смысл отправлять их обратно в Шотландию, когда они будут готовы.

- Да, это так, - мрачно согласился Мерфи.

- Нас предупредили, что ожидается прибытие еще одной оперативной группы, которая направляется в Сарагосу. Однако у нас нет точного графика их передвижения. Просто сообщение о том, что они подходят к оперативному подразделению 26 и что мы должны быть наготове, чтобы обеспечить любое техническое обслуживание, которое им может понадобиться.

Мерфи кивнул. Учитывая, сколько времени занимает передача сообщений на межзвездные расстояния, не было ничего необычного в том, что информация о движении корабля была неполной. Иногда это было даже совершенно неправильно.

- Кроме того, - продолжил Дьюар, - на данный момент у нас в системе есть боевое подразделение 912 и боевое подразделение 84.

- По пути сюда мы заметили транспондеры "Нинхурсаг" и "Тиамат", - кивнул О'Хэнрати. - Что это за история?

- "Тиамат" словила гармонику в роторе своего привода. Довольно неприятная история. Коммодор Грейнджер решила зайти сюда на обратном пути к центру и посмотреть, не сможем ли мы все прояснить. Мы работаем над этим уже около недели, и на верфи считают, что выяснили проблему, но нам нужно изготовить некоторые компоненты, так что они пробудут здесь некоторое время.

- Интересно, - пробормотал О'Хэнрати, бросив быстрый взгляд на Мерфи.

- Губернатор, - сказал Дьюар, - я знаю, вы сказали, что только что прибыли из Шотландии. Но известно ли вам о реальной угрозе Нью-Дублину? Потому что, если она существует, мы можем мобилизовать больше персонала. Очень много обученных - и когда-то бывших обученными - взрослых здесь, на Кранн-Бетаде. Все ветераны.

- У меня нет никаких достоверных сведений о надвигающейся угрозе. - Мерфи хлопнул ладонями по коленям. - Но мы только что покинули систему, которую Лига уничтожила и оставила умирать. Считайте, что я немного более мотивирован, чем обычно. Гарри, пусть оперативники из группы Дребина организуют разведку. Я хочу, чтобы на каждом объекте, крупнее Ио, были проведены новые обследования гравитационных колодцев.

- Да, да. Они будут недовольны этим.

- Им нужна практика. - Мерфи повернулся к Дьюару. - Итак, нам нужно усилить ракетную мощь Кранн-Бетада. У меня есть несколько мыслей по этому поводу. Что еще нам нужно?

Генерал снова на мгновение встретился с ним взглядом.

- Губернатор... возможно, вы хотели бы распаковать свои вещи, прежде чем мы зайдем слишком далеко в заросли сорняков. Затем есть вопрос о церемонии вашего приветствия.

- Я ценю ваши усилия, но каждый момент, когда мы не работаем над защитой системы, дает Лиге время лучше подготовиться к атаке, - сказал Мерфи.

О'Хэнрати прочистил горло, и Мерфи взглянул на него, а затем снова на нью-дублинца.

- Мы можем поговорить по дороге обратно в космопорт, - сказал он.

- Это далековато для прогулки, - ответил Дьюар.

- Именно об этом я и думаю. Это даст нам время. И, кроме того, капитану О'Хэнрати нужно размяться.

- Меня и так уже тянет обратно на холод, - сказал О'Хэнрати, застегивая куртку, которую он так и не снял. - Спасибо, сэр.

- Свежий воздух на планете полезен для вас, Гарри! Особенно после всего того времени, что мы провели, вдыхая этот анемичный, переработанный корабельный газ.

О'Хэнрати закатил глаза, а Дьюар усмехнулся.

- Но сначала у нас есть время допить чай, капитан, - сказал он О'Хэнрати, наливая ему новую чашку. Он долил себе еще и затем вопросительно поднял бровь, глядя на Мерфи.

- Да, пожалуйста, - сказал адмирал. - Это замечательно. Местный сорт?

- Поступило от поставщика Лиги. - Дьюар снова усмехнулся, на этот раз отчетливее, увидев выражение лица Мерфи. - У контрабандиста на ящиках были не те акцизные марки. Конфисковали товар, вместо того чтобы обратиться к мировому судье. Мы увидим, что на пути к диким мирам за синей линией обнаружится какая-нибудь незаконная торговля. Продать его не удалось. Жаль, что он пропадает зря.

- Действительно, жаль. - Мерфи отхлебнул. - Расскажите мне о снаряжении вашего ополчения.


ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ


Второй адмирал Син стояла перед закрытым люком шаттла, сцепив руки за спиной. Ее сотрудники сидели рядами вдоль переборок, все еще пристегнутые ремнями. Она почувствовала легкую вибрацию маневровых двигателей шаттла подошвами ног и разжала руки, чтобы включить наручный коммуникатор.

- Чем... почему так чертовски долго? - огрызнулась она.

- Одну минуту, мэм, - ответил голос в ее наушнике. - Ваш шаттл заходит на посадку с пульта дистанционного управления.

- Вы заперли меня на своем корабле на все время полета. Не сказали, куда, черт возьми, мы направляемся и сколько времени займет дорога туда. И вот мы прибыли, а я и мои подчиненные даже не можем выглянуть в иллюминатор? Как именно вы оправдываете такое отношение к своему командиру?

- Этот протокол установил первый адмирал, мэм. Очень скоро все станет понятнее. Кроме того, вашему персоналу запрещено покидать шаттл, пока мы не получим окончательного разрешения.

- Разрешение? Одобрение от кого?! - лицо Син исказилось от гнева, затем снова стало нейтральным. - Но ты сказал "скоро". Как скоро?

Грохот шаттла, когда его шасси коснулись палубы, ответил на ее вопрос. Ее помощники начали отстегиваться, но она покачала головой.

- Подожди здесь, Ен Ги. Тан нашел еще одно кольцо, через которое мне надо прыгнуть. - Ран хрустнула костяшками пальцев. - Мы скоро с ним покончим.

- Как пожелаете, второй адмирал, - сказала начальница штаба.

Люк открылся, и трап шаттла опустился на пол помещения, которое, очевидно, было корабельным ангаром, где не было никаких других судов. Там был только Тан, чтобы встретить ее. Она спустилась по трапу и спрыгнула с него прежде, чем успел опуститься край.

- Добро пожаловать на Дию, мэм, - сказал Тан.

- Действительно? - Она покачала головой и закатила глаза. - Система под названием "Ад"?

- Раньше она называлась Юси, - сказал Тан.

- Никогда о такой не слышала.

- Неудивительно. В качестве еще одной меры безопасности мы переименовали ее во всей официальной переписке, - сказал ей Тан. - Это абсолютно бесполезная звезда у черта на куличках. Это одна из тех вещей, которые сделали ее идеальной для проекта "Астра". Но новое название вполне уместно во многих отношениях, в том числе и с учетом того факта, что домой мы не вернемся, пока не завершим проект "Астра". Не пройти ли вам сюда?

- Мои сотрудники готовы поспорить, что все это тщательно продуманная шутка, - сказала она, когда он направился к двойным дверям. - Они правы?

Тан коснулся пульта дистанционного управления на запястье, и трап шаттла поднялся, а люк за ними закрылся.

- И на что вы поставили? - спросил он.

- Они не включили меня в свой список, но я все равно знаю об этом.

- Это не шутка, - заверил ее Тан. - Но у нашего партнера по этому проекту есть ряд протоколов секретности. Мы решили, что лучше всего сотрудничать - это во многом устраняет разногласия. - Они подошли к дверям, и он набрал длинный код на панели. - Только несколько десятков человек в Лиге знают о проекте "Астра" в полном объеме.

- Я немного обеспокоена тем, что никогда не слышала даже намека на это, - сказала она.

- Значит, протоколы секретности нашего партнера сработали, - сказал Тан.

В стене открылся люк, и над их головами выплыл металлический шар. Он повернулся, направив на них встроенную линзу, и его поверхность заиграла мириадами цветов и отражений.

- Один совет, - добавил он. - Сохраняйте спокойствие.

- Это... другое дело, - сказала Син. - Что произойдет, если я не буду "сохранять спокойствие"?

- Был один инцидент. Было откушено лицо. Что-то вроде дипломатического выпада, но это был всего лишь один случай, - сказал Тан, затем дважды хлопнул в ладоши и поклонился плавающему шару. - Военно-космический флот Терранской лиги представляет свой выбор для окончательного принятия командования. Можем ли мы получить аудиенцию у матери войны?

- Подождите. Что?

Син переводила взгляд с шара на Тана и обратно. Затем раздалось шипение, и их обдало затхлым воздухом, когда двери открылись в сферическую комнату. Большой голографический экран на переборке показывал бесконечные верфи, где кипела бурная деятельность: роботы-конструкторы сновали вокруг десятков военных кораблей. Десятки готовых кораблей плавали на парковочных орбитах рядом с ними, окружая бесплодную планету с красным карликом вдалеке. Похожая на ящера инопланетянка с серой чешуей, огромными плечами, покрытыми шипастым сочлененным панцирем, полностью распрямленными алыми черепными оборками и коротким хвостом, похожим на булаву, стояла за пультом управления на возвышении в центре зала. Она была по меньшей мере трехметрового роста, обнаженная, если не считать прозрачных лент, ниспадающих с ее панциря и обрамляющих ее мерцанием ярких, бьющих по глазам цветов. У нее были мощные клыкастые челюсти хищника, но с этого отвратительного чешуйчатого лица смотрели поразительно красивые золотистые глаза.

Ящеры поменьше, не более чем в половину ее роста и без панцирей, столпились вокруг нее.

- Верховная мать войны Найташ, - произнес Тан, еще раз поклонившись. Зависший в воздухе шар перевел его слова в пронзительное, писклявое рычание. - Я приветствую вас. Да умножится ваш клан.

- И да родится у тебя много дочерей. - Шар перевел слова ришатанки так, как перевел слова Тана. - Хотя для тебя и твоей супруги такие времена уже прошли, не так ли?

- У нас достаточно детей. О том, чтобы поднять больше, не может быть и речи. - Тан прикоснулся кончиками пальцев к своему лицу, чуть ниже глаз, затем развел руки в стороны.

- Мать войны Найташ, я представляю вам вторую мать флота Син, - сказал он.

- Подойдите. - Ришатанка протянула руку к людям, затем поочередно согнула все четыре пальца и щелкнула когтями. - Подойди и покажи мне эту новенькую, Тан. Я так много слышала.

Даже грозная Син на мгновение замерла, а Тан положил руку ей на поясницу и легонько подтолкнул вперед.

- Секретность соблюдена, мать войны, - сказал он. - Мать флота Син пока знает... очень мало о проекте "Астра".

- Новая мать флота может говорить, не так ли? - губы Найташ скривились, обнажив острые зубы, и она громко щелкнула челюстями.

- Вопросительный жест, не враждебный, - пояснил Тан для Син.

Второй адмирал взглянула на него, затем ее ноздри раздулись, и она повернулась обратно к ришатанке.

- Что это за место? - спросила она.

- Это мой корабль, продолжение очага моего клана, - ответила Найташ. - Это название... вы бы назвали его "Кинжал", я полагаю. Это достаточно близко к истине. - Она качнула головой, что могло означать пожатие плечами. - Это оружие в руках моего клана, готовое помочь тем, кого мы называем друзьями.

Син мгновение смотрела на нее, затем повернулась и указала на голограмму.

- Сколько здесь кораблей? Это авианосцы класса Фокси. Сколько? Линкоры? Крейсера? Экипажи? Как все это возможно?

- Хорошо... хорошо! - Найташ повернулась к панели управления, и ее когтистые пальцы застучали по кругу кнопок без надписей. - Ответ заключается в том, что у вас есть пятьдесят три сверхсветовых корабля Фокси, каждый из которых предназначен для перевозки шести ваших линкоров Хуан Ди и шести линейных крейсеров Хоу И или ударных носителей Ханел-ним. В настоящее время пятая часть сверхсветовых устройств готова к работе или почти готова, хотя испытания завершены только на восьми из них. Мы ожидаем последнюю партию, чтобы подключить к работе приводы других сверхсветовых устройств и отточить остальные части твоего меча, мать флота. Девяносто процентов наездников прошли стадию проектирования и испытания двигателей, но очень немногие из них все еще вооружены, и еще меньше имеют достаточный экипаж.

Глаза Син сузились, когда на экране появилась текстовая голограмма с подробным описанием всего строящегося флота.

- Это невозможно, - сказала она. - Как это могло оставаться скрытым так долго?

- Из-за интересов Сферы Ришатан, - сказала Найташ. - Мы поставили критически важные компоненты, большинство из которых были изготовлены по вашим спецификациям, хотя мы также улучшили некоторые системы, в которых были допущены ошибки в ваших разработках. - Изогнутый хвост дернулся, что, несомненно, было ришатанским эквивалентом человеческого пожатия плечами. - Лига всего лишь построила верфи и предоставила техников для постройки корпусов и сборки этих компонентов.

- Почему? Затраты... на это составляют несколько годовых бюджетов всего военного флота Лиги, - сказала Син.

- Федерация... ненасытна, - ответила Найташ. - Правда требует правды, мать флота, и мы делаем это не из простого великодушия. И Федерация, и Лига вторглись в большую Сферу ришей, но, как вы знаете, Федерация ближе к нам, чем вы. Она представляет большую, более непосредственную угрозу для нашей территории, и Сфера должна оставаться целой. Большая Сфера, которая ее защищает, также должна оставаться целой. Лига гарантирует нашу целостность. Мы не доверяем аналогичным обещаниям Федерации.

- Риши годами снабжали нас ключевыми двигательными системами и компонентами, - сказал Тан. - А также разведданными. Их помощь изменила ход нескольких сражений. Мы многим обязаны Сфере.

- А теперь они построили нам флот. - Син уперла руки в бока. - Являются ли экипажи... ришатанскими?

Найташ втянула воздух сквозь зубы.

- Смех, - прошептал Тан на ухо Син.

- Наше влияние должно оставаться скрытым, - сказала ей Найташ. - Некоторые из вашей команды уже на борту, готовятся к... вымогательству? - Найташ посмотрела мимо Син на Тана, который кивнул, затем снова посмотрела на Син. - Как я уже сказала, только небольшой процент всех этих кораблей находится в рабочем состоянии, но мне сказали, что дополнительные "дочери войны", необходимые для укомплектования экипажей, будут предоставлены в ближайшее время.

- Это верно, мать войны, - сказал Тан. - Мы возвращаем к работе отставников и других людей с отдаленных планет, у которых закончился срок службы.

- Мои космонавты - старые развалины? - Син нахмурилась.

- Опыт бесценен. - В голосе Тана слышалось разочарование. - Они смогут понять цель проекта "Астра", даже если у них не будет ее прямо перед собой. И многие из них были набраны с планет, подвергшихся нападениям Федерации. Поначалу они могут испытывать некоторое недовольство из-за того, что их отозвали, но как только поймут, что именно они наконец выиграют эту войну, то будут готовы.

- Выиграем войну? - глаза Син загорелись. - Черт возьми, так оно и будет! Когда я выведу это, - она указала на бесконечную вереницу значков кораблей, - из пространства червоточины на Бету Лебедя, федералы обделаются в свои скафандры!

- Он не полетит на Бета Лебедя, - сказал Тан, и она нахмурилась.

- О чем, черт возьми, ты говоришь? - спросила она.

- Несколько лет назад мы поняли, что неправильно вели эту войну, - сказал Тан.

На самом деле, хотя он и не собирался говорить об этом Син, именно он первым указал на это адмиралтейству. Именно поэтому его выбрали - по крайней мере, изначально - командовать флотом Дракона, когда пришло время.

- Когда война только началась, - продолжил он, - борьба за пограничные системы имела стратегический смысл. Наши авианосцы передвигались в пространстве червоточин медленнее, чем сейчас, и было много... проблем с надежностью двигателей Фассета военного класса, чтобы ограничить практический радиус действия примерно пятьюдесятью или шестьюдесятью световыми годами. Так что и мы, и феды создали сеть пограничных систем и узловых баз, чтобы поддерживать такого рода оперативный "пузырь". Но за последние двадцать или тридцать лет технологии изменились - улучшились, и нам пора это осознать. Теперь у нас есть возможность наносить "глубокие удары" за сотни световых лет от линии фронта. Мы не знаем, поняли ли это феды, но мы поняли. Проблема заключалась в том, что мы не смогли отвести войска оттуда, где они уже были сосредоточены. Если мы отведем подразделения, чтобы сконцентрироваться для подобной атаки, феды, вероятно, заметят это. Более того, если наши силы не в состоянии удержать их, то нет причин, по которым они не могли бы ответить своими собственными "глубокими ударами". Но теперь...

- Но теперь у нас есть целый флот, о существовании которого они даже не подозревают! - перебила его Син.

- Совершенно верно. - Тан кивнул. - Однако адмиралтейство не желает полностью придерживаться совершенно новой стратегической парадигмы.

Что, теперь, когда он задумался об этом, могло быть одной из причин, по которой адмиралтейство было готово согласиться с решением Лю назначить Син командиром, которым должен быть он. Первый адмирал был одним из старших офицеров, которого больше всего беспокоил его собственный "возможно, чрезмерный энтузиазм" по поводу новой концепции.

- Что это значит? - спросила Син.

- Они не готовы нанести удар прямо в центр, - объяснил Тан. - Они слишком обеспокоены тем, что оперативные группы с центральных баз федов могут зайти в тыл нашим собственным ударным силам. - Он слегка пожал плечами. - Исходя из предыдущего военного опыта, это не совсем неразумная позиция. - Не совсем... но в основном. - Итак, они готовы санкционировать удар вглубь территории Федерации, но им нужен коридор из очищенных баз в ее тылу. Именно поэтому здесь был построен флот Дракона.

- Здесь? - Син набросилась на него. - Где здесь? Где мы находимся?

Найташ постучала по другой панели, и на экране появилась схема местной звездной системы. В центре виднелась тусклая звезда M5v, едва относящаяся к категории коричневых карликов. У нее был единственный пояс астероидов, и ни одна из ее планет даже отдаленно не была пригодна для жизни, хотя значки показывали как верфи, так и обширные места добычи полезных ископаемых на орбите вокруг ее второй планеты, обозначенной как Сонгди. Хотя Сонгди находилась всего в двух световых минутах от звезды, там было значительно холоднее, чем на Марсе в Солнечной системе.

- Мы выбрали Дию, потому что ни у кого не могло быть причин приближаться к ней, - сказал Тан. - Если только...

Он замолчал, когда Найташ нажала кнопку, и рядом со схемой системы и под ней появилась карта местной галактики.

- О боже! - глаза Син загорелись. - Мы далеко от Беты Лебедя. Это сектор Конкордия. - Она указала пальцем. - Нью-Дублин, Джалал, Маннергейм... - это коридор Асера, ведущий прямо к центральным мирам!

- И именно поэтому первый адмирал держит фронт Бета Лебедя таким активным, - сказал Тан более мрачным тоном. - Флот Дракона составляет треть от численности флота, который мы развернули вокруг Беты Лебедя - скорее, половину, учитывая мощь его отдельных подразделений, - и боевые действия там также истощили силы Федерации. У них нет ничего, что могло бы остановить вас, кроме самих центральных миров, и они не могут даже попытаться передислоцироваться с Беты Лебедя, когда вы атакуете, без того, чтобы не пробить зияющую брешь в обороне. - Он посмотрел Син прямо в глаза. - Мы потеряли много жизней, чтобы создать эту возможность.

- И что ты собираешься делать с этим подарком, мать флота Син? - спросила Найташ. - Если я соглашусь принять твое командование. Что бы сделала такая мать войны, как ты?

- У меня нет моря, к которому можно было бы отправиться, - ответила Син. - С флотом такого размера я нанесла бы рану Федерации и позволила бы центральным мирам истечь кровью до смерти. Я убила Инвернесс - нанесла смертельный удар федам и оставила их умирать. С этим флотом Дракона... С ним я могла бы добраться до самой Старой Земли. Мне даже не нужно было бы стрелять, когда я туда доберусь. Цепочка мертвецов позади меня поставила бы ультиматум, который поймут даже жирные свиньи из Пятисот.

- Нам не нужно вызывать так много жертв среди гражданского населения, - сказал Тан. - Уничтожение всех их ключевых баз привело бы к...

- Вот почему первый адмирал назначил командовать меня, - отрезала Син. - Потому что у меня достаточно сил, чтобы сделать то, что должно быть сделано. На протяжении десятилетий мы довольствовались тем, что проливали кровь против Федерации, в то время как их центральные миры не чувствовали боли. Хватит! Я покажу им, на что похожа эта война на самом деле!

- Она принята, - сказала Найташ. - Мужчины-ришатаны кротки и имеют ограниченное применение. Я рада, что человеческая женщина может оправдать наши ожидания.

- Отлично. - Син потерла ладони. - Когда флот будет готов?

- Как я уже сказала, мы ожидаем окончательной отгрузки, прежде чем сможем завершить сборку приводов сверхсветовиков. Как только они прибудут, нам потребуется, возможно, два месяца на установку и технические испытания. Как только это будет сделано, все зависит от экипажей.

- Идет следующий раунд призыва, - сказал Тан. - Подкрепление для "Бета Лебедя" - такова официальная версия.

- Какой у меня флагман? - спросил Син. - Я хочу, чтобы учения флота с готовыми кораблями начались завтра утром. Ваши авианосцы будут имитировать наших противников-федов.

- Мэм... - Тан заколебался. - Действующие сверхсветовые корабли укомплектованы почти полностью, но это потому, что адмиралтейство отдало им приоритет. Большинство наездников укомплектованы экипажами лишь частично. Я сомневаюсь, что на борту более чем горстки из них достаточно персонала для учений.

- Неприемлемо, - категорично заявила Син, и Найташ с присущим ей шипящим смешком втянула воздух и нажала еще одну кнопку. На экране вместо названий и типов кораблей появилась таблица укомплектования экипажей, и Син нахмурилась, изучая ее несколько секунд.

- У нас достаточно персонала, чтобы полностью укомплектовать наездниками по крайней мере шесть авианосцев, - сказала она. - Это просто вопрос правильного распределения.

- Первый адмирал хочет, чтобы на борту как можно большего количества кораблей были минимальные команды, - бесцветным голосом произнес Тан. - Его намерение состоит в том, чтобы включить восстановленный персонал в существующие матрицы экипажей.

- Тогда, вероятно, уже назначенный персонал обладает исключительными качествами, - парировала Син. - Им не повредит потратить некоторое время на оттачивание своих навыков, пока мы ждем следующего набора персонала. Они всегда могут вернуться на свои прежние корабли, когда появится дополнительный персонал.

- Первый адмирал...

- Его здесь нет, - перебила Син. - И он выбрал меня не для того, чтобы я не принимала самостоятельных решений. Проследите за этим.

- Мэм...

- Проследите. За этим. - Она пристально посмотрела на него, а затем фыркнула, когда он сжал челюсти, готовясь к дальнейшим возражениям. Она снова посмотрела на Найташ.

- Итак, какой флагман?

- "Нюва", - ответила ришатанка. Мгновение она пристально смотрела на Син, затем щелкнула когтями. - Тан... позволь мне поговорить с матерью флота.

- Конечно.

Тан слегка поклонился и направился к дверям. Ришатанские самцы поменьше зашипели на него, когда он уходил.


ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ


- Больше никаких лестниц... и слишком много барахла.

Каллум стряхнул снег с ботинок и бросил дорожную сумку в коридор. Стены были увешаны голографическими снимками морских побережий и гор Кранн-Бетада, которые каждые десять-двадцать секунд показывали новые ракурсы этих мест. Также была одна статичная фотография, и он остановился, когда она привлекла его внимание. На ней была изображена казарма снаружи, отделенная от рядов молодых мужчин и женщин в гражданской одежде белыми веревками, украшенными красными маками. Запечатленный момент вернул его мыслями в Олимпию, когда он впервые явился на службу, и в груди у него шевельнулся страх. Он не был уверен, было ли это из-за воспоминаний или из-за фотографии.

Из-за угла вышла Эйра. На ней была простая рабочая форма, на каждом плече висело по сумке, и ее ноги и спина дрожали от тяжести.

- Эйра, я сам могу нести свое барахло. - Каллум выхватил у нее сумку, и она выбралась из-под другой. Она наклонилась вперед, упершись руками в колени, и глубоко вздохнула.

- Что Логан с вами сделал? Вы как будто наслаждаетесь болью.

- Боль... боль - это слабость, покидающая тело, - сказала она.

- Ладно, это уже слишком для физической подготовки. - Каллум проверил номер на двери и открыл ее. Внутри была одноместная квартира с мебелью в пластиковых чехлах. - Неплохо. - Он бросил сумку и отшвырнул ее ногой в сторону, затем прошел в гостиную, раскинул руки и медленно развернулся. - О, космос!

- Я распакую ваши вещи, - сказала Эйра. Она подняла одну из его сумок и отнесла ее в комнату. - Через девяносто шесть минут у вас торжественный ужин. Адмирал указал следующую форму одежды: береты, медали...

- Я видел сообщение и могу справиться с этим сам. Почему бы вам не устроиться поудобнее? Может быть, вы немного отдохнете от всей этой "промывки мозгов" с хоплонами.

Каллум открыл шкаф, и оттуда вылетел эквивалент мотылька в Кранн-Бетаде.

- Военные казармы находятся по другую сторону губернаторского дворца. - Она поставила сумку, которую несла, и направилась к двери. - Я вернусь через двадцать минут.

- Что? - сказал Каллум. - Ваши покои напротив по коридору. Еще одна пробежка к грузовику, и мы закончим. Хотя, я думаю, Логан хочет, чтобы вы были с ним во время встречи.

- У меня есть комната? - она в замешательстве обернулась.

- Конечно, есть. Мы больше не будем тесниться, как макрель, на "Иштар". Это один из самых больших космических кораблей, и можно подумать, что они могли бы быть более щедрыми в отношении отсеков для экипажа. Поверьте мне, на торговых судах так и есть! Конечно, у них гораздо меньшие экипажи... И, если подумать, экипажи могут уволиться, если захотят.

Он вошел в маленькую кухню.

- Они запаслись продуктами в холодильнике? Они этого не сделали. Не то чтобы я готовлю. Эйра, сколько осталось до... Эйра?

Он выглянул в коридор и увидел, что дверь ее комнаты открыта. Она была внутри и проводила рукой по покрывалу на кровати.

- Здесь неплохо, - сказал Каллум, следуя за ней в комнату. - Мне кажется, или на этой планете термостаты поддерживают температуру чуть выше нуля?

- Раньше мы с Сэмом... шутили о том, что бы сделали, если бы у нас когда-нибудь была кровать, - сказала Эйра. - Все, что у нас было, - это матрас, который я выудила из мусорного контейнера. Когда он лежал на раскладушке в бункере,.. то был так счастлив, что ему больше не приходилось спать на земле.

Глаза Каллума на мгновение напряглись, когда он встал позади нее, но затем он покачал головой.

- И теперь вы помощница помощника адмирала, то есть губернатора, - сказал он. - Думаю, я все правильно понял. - Он задумался над этим. - Да. - Он кивнул, затем нахмурился. - А вы... у вас есть какая-нибудь гражданская одежда? Нет, конечно, у вас ее не было. Позже мы съездим в город. - Он легонько похлопал ее по плечу. - А потом отведем вас к пластическому хирургу. Снимем это клеймо.

- Сколько? Фаэран говорила со мной о расходах, пока мы были в пути. Я понимаю, что мне платят два раза в месяц, но с учетом налогов и удержаний на оплату моей формы... Математически получается...

- Ничего страшного, - сказал Каллум. - Пока что Логан и его подручные научили вас, как убить человека ложкой и собрать карабин, находясь с завязанными глазами в невесомости вниз головой. Я, с другой стороны, научу вас всем премудростям учета расходов. Если вы будете хранить все квитанции, это приведет к гораздо меньшему количеству синяков. - Он погрозил пальцем. - Всегда храните квитанции! И никогда не лгите своему бухгалтеру, он все знает. Я заберу вас утром, и тогда мы определим наш распорядок дня на следующие два года.

Эйра кивнула, и он снова похлопал ее по плечу и ушел. После его ухода она подошла к раковине и уставилась на кран в поисках ручки. Она потянулась к крану, и из него полилась вода, когда датчик зафиксировал движение ее руки. Она отдернула руку, затем осторожно прикоснулась к раковине. Под мраморным фасадом загорелись красные и синие панели. Она нажала на красную, включив воду настолько горячей, насколько это было возможно, и провела пальцами по струе, когда поднялся пар.


* * *


- Иэн Маркел, Нью-Дублин Экстракшен, - прошептал Мерфи начальник штаба О'Хэнрати, когда к ним подошел плотный мужчина и протянул руку.

Коктейльная вечеринка была в самом разгаре, в бальном зале губернаторского особняка было расставлено несколько длинных рядов столов с блюдами, а в баре работали роботы. Помещение было обставлено настоящей деревянной мебелью, которая больше напоминала земную Англию времен до космических полетов, чем более современную обстановку Олимпии. Разговоры гостей показались Мерфи приглушенными, и он задумался, был ли это местный обычай или потому, что после его приезда распространились новости об Инвернессе. Старшие офицеры оперативного соединения расположились поближе к спиртному.

- Губернатор, рад, наконец, познакомиться с вами, - сказал Маркел. - Я правильно понимаю, что вы из семьи Такоре, которая живет в центральных мирах?

- Вижу, что очарование моей жены и здесь обгоняет меня, - сказал Мерфи.

- Знаете ли вы, что на Гоибниу дважды обнаруживались месторождения руд платиновой группы? В том числе с очень высокими концентрациями родия и осмия? В ближайшие несколько лет спрос на них возрастет, учитывая истощение запасов в системе Левкипп. Конечно, добыча полезных ископаемых сопряжена с определенными затратами на преодоление гравитационного колодца, и не только, но мои бригады...

- Иэн, не так ли? Иэн, я здесь не по семейным делам, и Венера Фьючерз в основном инвестирует в судостроение, а не в добычу полезных ископаемых.

- Но они могли бы вывести одну из своих плавильных платформ с микрогравитационной установкой на орбиту Гоибниу. Откровенно говоря, перерабатывающие платформы здесь, в Кранн-Бетаде,... мягко говоря, "не на высоте". Их показатели эффективности оставляют желать лучшего. С одной из ваших плавильных платформ на орбите Гоибниу мы могли бы, по крайней мере, удвоить, а возможно, и утроить прибыль. И, знаете ли, на Гоибниу есть нечто большее, чем просто платиновая группа.

- Их производит Астро Инжиниринг, а не Венера Фьючерз, - с улыбкой сказал Мерфи.

- В чем разница? - тон Маркела стал резким. - Пятьсот - это просто название одного крупного экономического конгломерата. Такоре не знакомы с инженерами из Астро Инжиниринг?

- Моя жена... действительно училась в школе с дочерью генерального директора. - Улыбка Мерфи стала шире, и он притопнул носком правой ноги, давая О'Хэнрати понять, что разговор пора заканчивать.

- Не приставай к губернатору со своими платиновыми мечтами. - Президент Толмах подошел к Маркелу сзади. Он постучал тростью по полу, а затем ударил Маркела по икре. - Он годами пытался уговорить старого губернатора прислать кого-нибудь из разведывательного корпуса, чтобы подтвердить его подозрения о том, что скрыто на Гоибниу, адмирал. Хотя предполагаю, что стоимость разрешений будет выше, чем то, что вы сможете раскопать.

- Это было проверено, - сказал Маркел, глядя на Мерфи. - Он видел отчеты. Я думаю, он просто забыл.

- Продолжай отпускать шуточки по поводу возраста. - Толмах подтолкнул другого мужчину локтем своей протезированной руки, держащей трость. - Они к тебе вернутся. Старость случается и с лучшими из нас, и со всеми остальными. А теперь иди и в третий раз подойди к очереди за едой. У них есть еще те розовые штучки в скорлупках.

Мерфи посмотрел на президента. У старика были свои награды, и взгляд адмирала на мгновение задержался на изящно выполненном стилизованном серебряном листе, украшавшем нагрудный карман Толмаха. На нем была изображена пятиконечная звезда с черными точками. Три черные звезды поменьше образовали колонну рядом с эмблемой большего размера.

- Я знаком с обследованием, - сказал он, поворачиваясь к Маркелу. - Отправьте свои снимки в мой офис.

- Креветки, - сказал Маркел, быстро кивая. - Они называются креветками.

- В наших морях их нет. - Толмах обратил взгляд своего здорового глаза на Мерфи, когда руководитель горнодобывающей компании послушно удалился. - Слишком холодно, я полагаю. У нас действительно есть масляные кальмары, но они отвратительны на вкус, хотя наши киты любят их есть. Конечно, наши "киты", вероятно, тоже не очень похожи на тех, к которым вы привыкли.

- Приятно видеть вас снова, господин президент, - сказал Мерфи. - Прием в космопорте был исключительным.

- Вы мой пятый губернатор с тех пор, как я вступил в должность. Вероятно, последний, если вы продлите свое пребывание, как было и в прошлый раз. Извините, что генерал Дьюар не смог приехать. Вы уже заставили его бегать как с горящими волосами.

- Это кажется разумным, учитывая то, что случилось с Инвернессом, - сказал Мерфи.

- Лига не проводила подобных рейдов в нашем секторе более пяти лет. Интересно, что изменилось?

Толмах повернулся к молодому человеку, который держал тарелку с креветками в красном соусе. Он понюхал одну, затем бросил ее обратно на тарелку.

- Вероятно, Бета Лебедя, - предположил Мерфи. - Тамошний фронт долгое время был довольно статичным, но в обороне Лиги появились трещины. Я предполагаю, что их Согласие санкционировало удар в пропагандистских целях.

- Какой счет? - спросил Толмах. - Семьсот тысяч погибших?

- Семьсот пятьдесят. - Губы Мерфи на мгновение сжались, глаза потемнели. - Конечно, это только наша оценка, основанная на выживших, которых мы нашли. Мы не знаем, насколько выросло население со времени последней переписи.

- Предоставьте Лиге проливать невинную кровь ради нескольких заголовков. Что предпримут центральные миры? Ответные меры? У вас на орбите оперативное соединение. Вы могли бы посетить один из их форпостов и вернуться до того, как Овальный кабинет сможет сказать "нет".

- Лучше попросить прощения, чем разрешения? - спросил Мерфи.

- Всегда. - Одна сторона лица Толмаха дернулась в сторону. - Мира с Лигой никогда не будет, губернатор. Между нами слишком много крови. Хотя я не думаю, что вас нужно в этом убеждать.

- Безопасность Нью-Дублина - моя главная забота, - сказал Мерфи. - Мы можем сотрудничать в этом, да?

- Я присоединился к первому отряду Кранн-Бетада, чтобы защищать Федерацию, - сказал Толмах. - Вернулся, а затем отправил в бой еще три поколения мальчиков и девочек. Помешать Лиге разрушить наш дом - не такая уж большая задача, парень.

- Как только у меня будет более полное представление об обороне системы, мы сможем вместе разработать план.

- Почему именно эта система? - Толмах усмехнулся. - Нью-Дублин - региональная столица сектора Конкордия, и вскоре состоится наша очередная конференция сектора. Я ожидаю, что все остальные руководители будут здесь примерно через два месяца - время в пути из-за этого немного ограничено. И в этом году не прилетит Шотландия. Это правда, что вы посадили Дребина на один корабль со всеми выжившими?

- По необходимости. - Мерфи отхлебнул из своего бокала.

- И это был... медленный корабль?

- Боюсь, я смог выделить только один.

- Неплохо. Совсем неплохо, - с усмешкой сказал Толмах.

- Не совсем понимаю, к чему вы клоните, господин президент, - невинно сказал Мерфи.

- Конечно, нет. - Толмах покачал головой. Затем выражение его лица посерьезнело. - У нас скоро ежегодный День памяти. Вы присоединитесь к нам на церемонии? Это хорошая возможность для людей увидеть ваше лицо.

- Я буду там. Я не собираюсь быть здесь чужим.

- Хех. Они все так говорят. Затем на зиму они выходят наружу и решают впасть в спячку. Привезли ли ваши корабли что-нибудь, кроме этих ужасных панцирных существ?

- Боюсь, ничего похожего на чай Дьюара.

- Ба. Надеюсь, вам понравится картофель, губернатор. Кранн-Бетад готовит его лучше всего по эту сторону синей линии. А теперь, прошу прощения...

Толмах хлопнул своего помощника по колену, чтобы тот не мешал, и направился в туалет.

- Все прошло хорошо? - спросил Мерфи у О'Хэнрати, наблюдая за уходом нью-дублинцев.

- Не совсем уверен, сэр. С тех пор, как мы прибыли, уровень враждебности снизился. Не могу сказать, местные жители так относятся ко всем чужакам, или это местный обычай. Я почти как дома, в Нью-Йорке. И что случилось с вашим персонажем?

- Веселый растяпа Мерфи должен был погибнуть на Инвернессе, - сказал адмирал. - Жизни не стоят того, чтобы держать Пятьсот в блаженном неведении о том, что у меня есть ключ к разгадке. Если я продолжу действовать здесь и сейчас, что тогда? Толмах подумал бы обо мне как о пустом месте из центральных миров, зарабатывающим себе билет, и тогда с защитой системы ничего бы не изменилось.

- Инвернесс действительно сдвинул наше расписание, - согласился О'Хэнрати, слегка поджав губы. - По-прежнему нет ни слова о том, как Фокаидес и Овальный кабинет отреагировали на наши усилия там.

- Что это были за награды? - Мерфи провел рукой по нагрудному карману. - Я видел и другие звезды с черными краями, но не "лист".

- Это duilleog airgid, что в переводе означает "серебряный лист", насколько я могу это перевести, и это настоящий лист, а не что-то, что изготовил какой-то мастер по металлу. И он от очень необычного дерева. Местные жители считают священными гигантские серебристые деревья, разбросанные по всей планете. Существует около дюжины видов более мелких деревьев, но гигантов немного, и они размером со старую земную секвойю, а может, и больше. Я понимаю, что это довольно зрелищно. Никому не разрешается собирать листья или срезать ветку с одного из гигантов... если только Конгресс не наградит вас орденом Крэба Уйснига. Думаю, я произнес это почти правильно; это отсылка к священному дереву на Земле. - О'Хэнрати повернул голову, чтобы посмотреть Мерфи в глаза. - На сегодняшний день только президент Толмах удостоен такой чести.

- Хммм... остальное?

- Черно-остроконечная звезда за боевое ранение. Все черные звезды - за потерю члена семьи. - О'Хэнрати сделал глоток из своего бокала. - Трое сыновей.

- Даже один ребенок - это слишком много для отца, чтобы его потерять, - тихо сказал Мерфи, глядя вслед исчезнувшему президенту. Затем он глубоко вздохнул.

- В любом случае, похоже, что здесь мы справились с Дребином успешно. Вернемся к центральным мирам? По крайней мере, они будут обвинять вас в дурном влиянии. - Его губы изогнулись в легкой улыбке, когда он посмотрел на начальника штаба. - Дребин, с другой стороны, будет таким же невыносимым ослом, когда доберется до центра. Моего отчета и тех данных, которые мы смогли извлечь из-под обломков, должно хватить, чтобы дать адмиралтейству хорошую публичную мишень для отвлечения внимания от нас.

- Вы действительно думаете, что они его распнут?

- Он заслуживает гораздо худшего, чем это, но у него есть кое-какие связи в Пятистах. Вероятно, отдаленные, но как еще, по-вашему, он получил это назначение? Его семья может спрятать его в аркологии, и тогда он выползет из этой дыры через несколько лет с новым лицом и новым именем.

- Тем временем все, кого он бросил на Инвернессе, все равно будут мертвы, - сказал О'Хэнрати. - Вряд ли это справедливо. Логан должен был отдать его этому дикому ребенку.

- Решения были приняты, и мы не можем их отменить. Все, что мы можем сделать, - это извлечь максимум пользы из последствий. Это отчасти объясняет то, как местные жители относятся к нам, не так ли? Центральные миры приходят на Окраину, чтобы потребовать налоги и теплые тела для мясорубки военного времени, а потом Дребин оберегает свою драгоценную задницу, даже не пытаясь защитить их.

- Если бы Лига не была сборищем ублюдочных убийц, Окраины давно бы подняли открытый мятеж, сэр. Вы видели результаты исследований. Нам предстоит чертовски сложная работа. Которая может усложниться, когда прибудет наш связной.

- И когда это произойдет?

- Он не любит вдаваться в подробности. Говорит, что из-за таких деталей его могут убить.

- Вы думаете, ему что-то угрожает на Кранн-Бетаде?

- Это не паранойя, если они действительно охотятся за вами, сэр. Еще креветок? Сомневаюсь, что мы получим еще какую-нибудь партию в ближайшее время. Я просто пойду и попробую раздобыть еще, пока есть время. О, а вот и миссис Эбигейл Шунхаузер. У нее дочь того же возраста, что и Каллум. Будьте осторожны.

- Теперь вы меня бросаете? Ну и начальник штаба из вас получился! - пробормотал Мерфи сквозь стиснутые зубы, затем улыбнулся, приветствуя следующую гостью.


* * *


- Он - проблема, - сказал Толмах, принимая виски. Они с Дьюаром сидели в заставленном книгами кабинете, и женщина лет пятидесяти с небольшим протянула генералу другой бокал.

- Нет, это не так. - Дьюар поднял свой бокал, приветствуя женщину. - Что ты об этом думаешь, Мойра?

- Он пробыл здесь меньше трех дней. Каждый новый губернатор появляется весь в моче и уксусе. А потом у них это выходит из головы. - Она покачала головой. - Просто подождите.

- Это значит, что с ним нет проблем, - сказал Дьюар. - Ты должен доверять своей дочери, Алан.

- Как я могу доверять ей, когда она так разбавляет мой напиток? В нем плавают кубики льда, дорогуша. - Толмах слегка встряхнул свой стакан.

- Тебе не так уж хочется пить, папа. - Она поцеловала его в щеку и похлопала мужа по плечу, прежде чем уйти.

- Она хорошо заботится обо мне, - сказал Дьюар, когда дверь закрылась. - И, говоря о заботе о надоедливых старикашках, ты знаешь, что она делает это, потому что любит тебя.

- Осквернять настоящий Гленн'с мерзкой аш-два-о - преступление. Вода. Ты знаешь, что там делают рыбы?

- Вернемся к тому, что Мерфи не является проблемой. - Дьюар откинулся на спинку кресла, и кожаная обивка заскрипела. - Они с О'Хэнрати на самом деле заботятся о защите системы. Что они задумали для Гоибниу, так это... агрессивность.

- Ты действительно думаешь, что центр одобрит создание "агрессивной" обороны в системе Окраины? - сардонически спросил Толмах.

- Она будет находиться под контролем Мерфи - федерала, а не под нашим. По крайней мере, пока.

- И кто же за все это заплатит, если только у тебя в кармане не найдется парочки лепреконов? - проворчал Толмах. - У нас нет средств, и если мы попросим у центра вооружение - и они согласятся предоставить его нам, что чертовски сомнительно, - все равно потребуются годы на переезды, заседания комитета, голосование... тогда плата за "управление" будет отщипываться по мере того, как деньги будут переходить из рук в руки. Это идея, которую Мерфи не может реализовать.

- Он говорит, что может сделать это с тем, что у него есть под рукой. - Дьюар приподнял бровь. - Он уже одобрил законопроект о выделении федеральных средств на оплату тяжелой работы, так что с этой стороны мы подстрахованы. Возможно, за это придется побороться с бухгалтерами центра, но на заказе стоит его подпись. Кажется, это довольно убедительный признак того, что он настроен серьезно. И он хочет закончить это в ближайшие пару недель.

- Почему так скоро? Он выбрасывает боеприпасы на миллионы долларов, и угадай, кто будет тратить деньги на их содержание?

- Полагаю, из-за Инвернесса, - сухо заметил Дьюар. - Гоибниу приближается к нижнему положению, и, судя по тому, как считают они с О'Хэнрати, это означает, что в течение следующих четырех или пяти месяцев она будет находиться примерно в правильном положении. Было бы лучше, если бы мы противостояли Гоибниу, а не наоборот, но Дагда находится слишком далеко, а в поясе астероидов добывается мало полезных ископаемых, чтобы использовать его в качестве укрытия. Позволь мне показать тебе.

Дьюар взял горсть грецких орехов из стеклянной банки.

- Прекрати. - Толмах зажмурил единственный глаз. - Я был землекопом. Ты попробуй посчитать со мной, и я задремлю. Это тебе покажет. Но я знаю, что планеты движутся по своим орбитам. Что, если Лига нападет, когда Гоибниу окажется в неподходящем месте?

- Мерфи имеет дело с непосредственной угрозой, и это делается для того, чтобы прикрыть нас в краткосрочной перспективе. Если Лига не появится в ближайшие шесть месяцев, он может использовать это время для других приготовлений. Он уже присматривается к неиспользуемым площадям нашей верфи и к тому, что он мог бы с ними сделать. И не беспокойся так сильно о техническом обслуживании! Маркел собирается многое рассказать об этом, знает он об этом или нет. И Мерфи всегда может забрать свои боеприпасы, когда Гоибниу покинет позицию. Но, как твой главный генерал, я полностью поддерживаю этот проект.

- Что потребует привлечения значительного количества нашей рабочей силы для вакуумных работ, а это значит, что мы не будем работать над другими проектами. Что означает потерю времени и денег. Поэтому мне приходится терпеть критику представителей и широкой общественности. Спасибо за это.

Толмах потер костяшками пальцев свой мертвый глаз.

- Это для защиты всех нас. - Дьюар поднял ладонь.

- Это попахивает ерундой. "Посмотрите на меня", чтобы жители центрального мира похлопали Мерфи по спине, когда он, отбыв срок, будет возвращаться домой. Потратит деньги. Создаст видимость компетентности. Пойдет домой. Вот почему он представляет собой проблему.

- Ты бы предпочел, чтобы он занимался самолечением во время своего назначения и ничего не делал для защиты Нью-Дублина? Ты слышал, когда он был уже в пути, и беспокоился, что он станет последним глотком кислорода. Теперь ты ругаешь его за то, что он слишком много делает. Давай, старик. Выбери что-нибудь одно.

- Даже дьяволу нужен защитник, сынок. Допустим, я вступлю в вашу маленькую группу поддержки - что тогда? Мы с Мерфи во всем идем напролом и выглядим слабаками. Мы похожи на жителей Окраины, какими нас считают такие, как он. Центральные миры втянули нас в войну с Лигой. Именно они привели нас туда, где мы есть. Ты действительно хочешь поверить им, что они изменили точку зрения? Только потому, что Мерфи сказал, что они так и сделают?

- Этот центральник только что прибыл из разрушенной колонии. От него все еще пахнет смертью. И у него, по крайней мере, есть родословная, - парировал Дьюар.

- Я доверяю людям, а не их фамилиям, и этот Мерфи для меня все еще в новинку. - Толмах покрутил в руках свой напиток. - Слишком много льда. Но то, что случилось с Инвернессом, - еще одна проблема. Об этом я поговорю с другими руководителями систем.

- Проблема в том, что губернатор системы сбежал, не сделав ни единого выстрела? Или в том, что Лига уничтожила ее?

- И то, и другое. О, я сомневаюсь, что Мерфи сделает то же самое, но не у каждой системы на орбите есть полноценное оперативное соединение. Надвигается паника. - Толмах вздохнул. - Голосование все еще может состояться.

- Отделение? Они же не могут быть серьезными...

- Мы выходим из войны и сохраняем нейтралитет. Мы никогда не примкнем к Лиге; центральные миры знают, что мы их слишком сильно ненавидим, - сказал Толмах. - У Лиги и так дел по горло, чтобы сражаться с Федерацией. Риши оставляют всех в покое. Нам просто нужно немного военного флота, чтобы не дать вернуться центру и отпугнуть пиратов.

Толмах поднял глаза к потолку.

- Значит, ты пожимаешь руку Мерфи, планируя нанести ему удар в спину? - Дьюар резко поставил свой стакан на стол.

- Мерфи еще может оказаться хорошим человеком, мой мальчик. Но мы должны избавиться от центра. Слишком много лет нас отправляли в мясорубку, чтобы мы сражались в их войне. У них нет планов победить в войне, и нет планов положить ей конец, и это наша кровь и сокровища, которые потрачены впустую, а не их. Я отправил на войну трех сыновей. Никто не вернулся. Приближается очередной набор, и я устал смотреть, как будущее Нью-Дублина пропадает даром.

- Значит, ты считаешь, что Мерфи представляет проблему, потому что у него есть твердость характера и план. - Глаза Дьюара сузились. - Ты беспокоишься, что этот человек из центрального мира будет популярен среди людей с улицы, и когда придет время отделяться... у нас начнется гражданская война. Любой, кто захочет остаться в Федерации, просто укажет на Мерфи как на реальную причину остаться.

- Вот это проблема, - усмехнулся Толмах. - Если он хорошо справляется со своей работой, он может спасти нас от Лиги, и тогда мы останемся пушечным мясом. Если он окажется бесполезным человеком, мы можем отделиться и стать мелкой рыбешкой между двумя сражающимися китами. Не очень-то приятно иметь проблемы.

- Решение будет где-то посередине. - Дьюар снова поднял свой бокал и сделал глоток. - Итак, что же нам делать?

- Скоро состоится конференция сектора, и до тех пор еще ничего не решено. Так что давай посмотрим, хватит ли у Мерфи мозгов выполнить то, что он обещает. Мы всегда можем отделиться после следующей атаки Лиги.

- Тогда я поработаю с ним. - Дьюар пожал плечами.

- А я останусь брюзгливым ублюдком, который терпит достаточно неприятностей, чтобы оставаться честным. Это не будет преувеличением для моих актерских способностей.

- Нет, ты брюзга.

- Отвали. - Толмах ткнул Дьюара тростью в голень. - Моя Мойра слышит, что ты так разговариваешь, и мне не придется внушать тебе уважение. А теперь налей мне чего-нибудь приличного.

- У меня будут поводы для беспокойства и похуже, чем у тебя, если мне придется отвозить тебя домой, когда ты совсем пьян. Как насчет партии в шахматы?

- Ты же знаешь, что сможешь победить меня только после того, как я немного выпью.


ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ


Каллум протер заспанные глаза и снова постучал в дверь Эйры. Он посмотрел на часы, затем постучал в третий раз.

- Логан снова утащил ее на физкультуру?

Он достал из кармана брелок дистанционного управления и приложил его к считывающему устройству замка. Магниты отсоединились, и он приоткрыл дверь на несколько сантиметров, не заглядывая внутрь.

- Привет? Эйра? - Он распахнул дверь пошире и увидел идеально заправленную кровать и разложенный на комоде комплект гражданской одежды. - Эйра, вы знаете, что у нас сегодня выходной? Я вхожу. Не выскакивайте из-за угла и не зарежьте меня.

Он заглянул в душевую кабинку и отметил, что там абсолютно сухо. Он перегнулся через перегородку, отделявшую кухню от спальни, и наконец нашел Эйру. Она лежала на полу, завернувшись в тонкое одеяло. Ее глаза были закрыты, а губы дрожали.

- Эйра? - Он наклонился и потряс ее за лодыжку.

- Ах! - Она резко открыла глаза. Вскочила на ноги и ударилась о тумбочку.

- Ах! - Каллум попятился к стене. - Боже милостивый, Эйра! Кто кого сейчас больше напугал?

Она растерянно огляделась и натянула одеяло на грудь, обнажив голые ноги и шорты.

- Простите, сэр. Мой будильник... Простите.

- Нет, все в порядке. - Каллум быстро покачал головой. - Мне даже кофе сейчас не нужен.

- Мне нужно найти... Нет, не нужно. Мне не нужно никого искать.

Она сунула руку под кровать и вытащила компактный пистолет, все еще лежащий в кобуре.

- Кошмары? - спросил Каллум.

Эйра только приложила ладонь к рукоятке, и загорелся голографический прицел.

- У меня они тоже были, - сказал он. - Со времен Инвернесса. И у вас для этого есть более веские причины, чем у меня. Есть много врачей, с которыми можно поговорить. Папа говорит, что это нормально и со временем пройдет.

- Я в порядке.

Она запихнула одеяло в угол рядом с прикроватной тумбочкой, взяла гражданскую одежду и пошла в ванную.

- Эйра... Что-то не так с вашей постелью? - Каллум потрогал верхнюю простыню и отметил, насколько туго она была натянута.

- Слишком мягко, сэр, - крикнула она из ванной. - Не могу уснуть.

- А как же пол? - Он покачал головой. - Может быть, мне действительно нужно выпить кофе.

Он открыл ее буфет и нашел там единственный стакан и тарелку, а также несколько витаминизированных хлебных вафель из "Иштар". В холодильнике стояли две бутылки с водой.

- Я рад, что мы наконец-то можем выйти на улицу, - сказал он. - Вам нужно пройтись по магазинам.

Эйра вышла из ванной, переодевшись. Она уже надела стеганую куртку, которая в зимнем климате Кранн-Бетада считалась обязательной верхней одеждой, а ее волосы свисали на правую половину лица, чтобы скрыть рабское клеймо.

- Разве вы не идете туда с пистолетом?

Она дотронулась до своей талии через куртку.

- А где ваш, сэр?

- В оружейной. Ждет. Зачем вы вообще носите его с собой?

- Чтобы защитить вас, сэр.

- Я не... Это Кранн-Бетад, Эйра. Кому может понадобиться причинить нам вред?

- Как сотрудник вашей личной охраны, я обязана всегда быть наготове. В любое время и в любом месте. Преступность на нашем маршруте низкая, но все же...

Она пожала плечами, а Каллум покачал головой.

- Клянусь, вы становитесь такой же плохой, как папа и О'Хэнрати. Они когда-нибудь спят? Нет, это новости, прогнозы производства и виртуальные тренировки с капитанами боевых кораблей. Это первый день, когда в календаре есть пара часов свободного времени. Давайте сделаем все, что в наших силах, пока они не вспомнили о рапорте, который нужно подать.

- Они все еще могут позвонить нам, если мы понадобимся, - сказала Эйра.

- Только если мы ответим на сообщение.

Каллум подмигнул, и ее глаза расширились.

- Я шучу. Шучу! Возможно. А теперь давайте посмотрим, как можно хорошо провести время в Тара-Сити.


* * *


Каллум свернул в переулок, когда порыв ветра швырнул снежинки ему в лицо и разогнал пар, поднимавшийся от завернутого в жирную бумагу сэндвича, который он держал в руке. Эйра легонько толкнула его к стене и посмотрела вверх и вниз между зданиями.

- Вы уже расслабились? Ешьте свою "баранину-слайдер", пока она не превратилась в сосульку. - Каллум откусил кусочек. - Это баранина? На вкус как баранина.

- Мне кажется, за нами следят, - сказала она. - Двое мужчин в ботинках одинакового фасона следовали за нами последние несколько кварталов.

- Расслабьтесь. - Каллум откусил еще кусочек. - Никто на Кранн-Бетаде не знает, кто мы такие. Мы просто инопланетяне, которые решили перекусить в ларьке чем-то вроде курицы, а может, и баранины. Когда вы в последний раз ели что-то, что не было приготовлено на корабельной кухне или на барачном камбузе?

Эйра осторожно откусила кусочек от своей порции. Затем ее глаза расширились, и она с энтузиазмом принялась за еду. Все исчезло задолго до того, как Каллум доел свою порцию.

- Итак, - сказал он. - Перекусываем по пути. Что дальше? Здесь есть голографический кинотеатр с фильмами многолетней давности, хотя местные и не подозревают, насколько они устарели. Одежда получше? На самом деле, это кажется немного более актуальным, потому что то, что на вас надето, вам не подходит. Я удивлен, что на корабельных складах не нашлось ничего лучше.

- Они не с корабельных складов, сэр.

- Нет? Тогда где вы их взяли?

- Осталось от последнего губернаторского штаба, - сказала она. - Я нашла их... там.

- Мы не можем этого допустить, - сказал Каллум.

- Мне жаль. У меня будут неприятности за воровство? - Эйра сунула обертку от сэндвича в карман. - На Инвернессе судьи...

- Нет, у вас не будет неприятностей. Мы просто отведем вас в ближайший бутик и попросим подобрать гардероб. Может быть, пока будем там, подберем что-нибудь вечернее. В Кранн-Бетаде намечается несколько официальных мероприятий, на которых должен присутствовать папа, и не существует такого понятия, как униформа, которая была бы к лицу леди. Некоторые могут не согласиться, но они не правы. Я бы предоставил это Фаэран, но если бы попросил ее раздобыть вам одежду, она бы взяла вас на охоту и отправила обратно одетой в шкуры и татуировки. - Каллум взглянул на свой планшет. - Всего в нескольких кварталах отсюда есть одно местечко. Множество хороших отзывов от клиентов. Пошли.

Эйра вышла из переулка. Несмотря на холодный воздух, ее плохо сидящая куртка была расстегнута, и она шла впереди Каллума, пока он не оттащил ее назад и не заставил идти справа от него, так что оказался между ней и улицей. Тротуар был слегка припорошен снегом, вдоль него стояли киоски, торгующие одноразовыми планшетами с журналами или уличной едой, и несколько сувенирных киосков.

- Сэр, я должна быть либо впереди, либо позади вас. Если я не могу, главсарж Логан будет...

- Перестаньте обращаться ко мне "сэр", когда мы не в форме. Давайте будем вести себя как обычные люди, отправляющиеся за покупками, а не как потерявшийся маленький ягненок со своим киберзащитником-ниндзя. Разве Логан не хочет, чтобы вы были такой? Незаметной?

- Мне кажется, я видела, как один из мужчин следовал за нами. - Она вытянула шею, обводя взглядом прохожих. - Зашел в магазин, где продавались мужские юбки.

- Килты, кажется, они называются килтами, - сказал Каллум. - И никто за нами не следит. Эй, они выглядят аккуратно.

Он остановился у стенда, где в стеклянных витринах с массивными деревянными подставками были выставлены маленькие деревца, размером примерно с его ладонь. Все деревья были серебряными, с корой, которая поднималась от корней и скручивалась, как бечевка в веревку.

Они зашли в павильон под открытым небом и увидели женщину в сварочных очках, которая подносила металлические полоски к небольшому синему пламени.

- Минуточку, - сказала она, и они наблюдали, как она осторожно наматывает раскаленную деталь на небольшую оправу, а затем снимает защитные очки.

- Добро пожаловать, - сказала она. - Чем могу вам помочь?

- Я просто восхищался вашей работой, - сказал ей Каллум. - Не думаю, что когда-либо видел что-то подобное.

- Ну, мы не зря называем их "серебряными деревьями". Они растут только вблизи залежей серебряной руды, и в их листьях и коре содержится металл. Некоторые люди думают, что это помогает бороться с холодом, но я считаю, что это в основном для того, чтобы отпугивать страшных лосей.

- Страшных лосей? - повторил Каллум.

- Три метра в холке и рога с острыми, как бритва, концами. Лучше оставить их в покое, если увидишь. - Она улыбнулась. - А вам двоим не хотелось бы что-нибудь взять домой? Все это ручной работы.

- Они действительно выглядят красиво, не так ли, Эйра?

Эйра не ответила, и Каллум посмотрел на нее сверху вниз. Ее взгляд был прикован к предмету побольше, не менее четырнадцати-пятнадцати сантиметров высотой, внутри медленно вращающегося стеклянного шара. Свет отражался от причудливых листьев и отбрасывал желтые блики на стекло.

- Эйра? - повторил он, и она встряхнулась.

- Ничего себе, - сказала она. Затем посмотрела на ценник. Поморщилась, а художница улыбнулась.

- Знаю, это дорого, но у меня ушло на него шесть недель, - сказала она. - Создано по образцу великого дерева из Корранского хребта Туатейл, самого Крэба Уйснига - Серебряного дерева.

- Я возьму это. - Каллум снял перчатку и прижал большой палец к считывающему устройству. - Я попрошу своего дрона зафиксировать это. Он закодирован на мой платежный чип.

- О боже. - Художница сияла, когда совершалась транзакция. - Могу я вас еще чем-нибудь заинтересовать?

- Не знаю. Эйра, как вы думаете?

Удивление на лице Эйры сменилось озабоченностью, когда она уловила движение, отразившееся от другого стеклянного шара. Она отступила в сторону, ее рука скользнула под расстегнутую куртку.

- Вы ведь никуда не уйдете, правда? - обратился Каллум к художнице. Она покачала головой, и он кивнул. - Мы вернемся.

Он положил руку на поясницу Эйры и подтолкнул ее, чтобы она шла за ним, направляясь обратно к выходу.

- Извините, сэр. Я клянусь...

- Тогда давайте зайдем в тот бутик, откуда вы сможете наблюдать за дверью, и мы, по крайней мере, сможем согреться и выглядеть параноиками, а не замерзать и стать холодными параноиками.

- Да, сэр.

Они пошли обратно по тротуару, Эйра еще раз обвела взглядом прохожих.

- Я и не думала, что вам так понравилась эта статуэтка, - сказала она, когда они подошли к бутику.

- Это не для меня.

- Вашей сестре? Матери? Кому-то... еще?

- Это вам, Эйра, - сказал он, и она остановилась как вкопанная, уставившись на него.

- Вы ведете себя так, будто вам никто никогда ничего раньше не покупал, - небрежно заметил он, и ее губы сжались в тонкую линию. - Подождите, я не это имел в виду. - Они стояли перед витринами, заполненными манекенами, которые медленно поворачивались, а голографическая проекция их одежды менялась каждые несколько секунд. - Я имел в виду... я... пытаюсь позаботиться о вас, Эйра. И, возможно, пытаюсь загладить часть того дерьма, что обрушилось на вашу жизнь. Вы заслуживаете это.

- Нет, - сказала она. - Не для меня! Вы не должны...

- Лояльность по цепочке командования так же важна, как и лояльность по цепочке управления. Я много раз слышал, как О'Хэнрати говорил это, хотя почти уверен, что это придумал не он. Так что давайте подберем вам гардероб, а потом отправимся на поиски чего-нибудь более существенного, чем эти бутерброды. Мы заслужили передышку и небольшое угощение, раз уж решили, что остаемся надолго.

На мгновение она выглядела взбунтовавшейся, затем закрыла глаза и кивнула.

- Если хотите. Мне просто нужно, чтобы вы держали мое оружие, пока я буду переодеваться.

- Это все снимки и цифровые проекции, Эйра, и ношение оружия на Кранн-Бетаде кажется вполне нормальным. Я начинаю чувствовать себя глупо без оружия. А теперь давайте зайдем внутрь, где тепло.


* * *


- Вот, пожалуйста. - Официантка поставила две белые керамические тарелки между Каллумом и Эйрой. От картофельного пюре с горошком поднимался пар, и он с удовольствием принюхался.

- Отлично, спасибо. - Официантка отошла, а он подцепил ложкой один край и вытащил немного мясного фарша с картофелем. - Видите? Выглядит не так уж плохо. - Он положил его в рот и стал жевать. - На вкус тоже не так уж плохо.

- Я не уверена. - Эйра понюхала свою еду. - Вы уверены в ингредиентах?

- Это не пастушье мясо, которое готовят сами пастухи. - Каллум отхлебнул пива. - На мой взгляд, вкус нормальный. В нем нет такого вкусного химического привкуса, как в комбайнах на камбузе. Мне всегда было интересно, может, это какая-то специя, популярная среди рядовых, и именно поэтому у всего такой привкус пластика.

- У нас проблема, - сказала Эйра, заглядывая ему через плечо.

- Откуда вы знаете? Вы ведь еще ничего не ели.

Кто-то налетел на стул Каллума, и выпивка пролилась на его тарелку. Пивная пена пропитала картошку.

- О, это я сделал? - спросил пьяница с изуродованным шрамами лицом. Он был высок, одет в рабочую одежду, и от него пахло долгими часами, проведенными в баре.

Эйра сунула руку под куртку.

- Я почти уверен, что так оно и было, - сказал Каллум. - У меня есть свой напиток, и я не думаю, что в этом рецепте он должен быть кляром с пивом.

- Инопланетники? - Пьяница покачнулся на ногах. - Не мог сказать, пока не услышал тебя. Скажи, у других было это клеймо. Она сдается, или ты забронировал ее на ужин?

Каллум попытался встать, но пьяница положил тяжелую руку ему на плечо и заставил его опуститься обратно.

- Кто сказал, что все импортное ничего не стоит, а? - сказал он.

Он потерял равновесие и склонился над Каллумом с ухмылкой, пропитанной пивом.

Эйра вскочила на ноги, и в ее руке материализовался пистолет. Она держала его двумя руками, так, чтобы дуло было на расстоянии вытянутой руки, и направила прямо между глаз мужчины.

- Встань, - ровным голосом приказала она.

- Кто дал рабу пулю? - Пьяница рыгнул и медленно выпрямился. - Я думал, оружие будет у сутенера.

- Сэр, вы вне линии огня, - сказала она Каллуму, не отводя взгляда от пьяницы. - Но вам лучше пригнуться, чтобы я не запачкала кровью вашу одежду.

- Теперь просто... - начал Каллум.

Чья-то рука обхватила пьяницу сзади за шею, и он отшатнулся назад, попав в удушающий захват. Кормаг Дьюар оттащил его еще на шаг назад, когда лицо того покраснело.

Эйра подняла дуло своего оружия, направив его в потолок, ее палец лег на курок, но она не убрала его в кобуру.

- Давайте все остановимся на минутку. - Дьюар усилил хватку, и у пьяницы вырвался скрежещущий звук. - Мистер Томас немного перебрал, не так ли? Конечно, перебрал. Вы это знаете. Я знаю это. Любой, у кого есть нюх, может принять взвешенное решение по этому поводу. Но Томас сожалеет о том, что сделал. Верно, Томас? - Дьюар использовал свой удушающий захват, чтобы двигать голову Томаса вверх и вниз. - Итак, теперь агенты Горан и Макманнис заберут Томаса отсюда и убедятся, что он действительно сожалеет о том, что побеспокоил наших гостей.

Дьюар повернулся в сторону и повалил пьяного на пол. Двое мужчин в штатском поднялись из-за ближайших обеденных столов и за руки вытащили нарушителя.

- Генерал, - сказал Каллум, вытирая салфеткой пивные брызги со своей одежды. - Не думаю, что мы были представлены друг другу официально.

- Убери оружие, девочка, - обратился Дьюар к Эйре. - Мы все здесь друзья.

Она досчитала до десяти, ее взгляд был холодным и оценивающим. Затем она поставила пистолет на ручной предохранитель и убрала его обратно в кобуру.

- Уже лучше, - сказал Дьюар с довольной улыбкой. - Я нечасто сталкиваюсь с подобными ситуациями здесь, на Кранн-Бетаде. Вооруженное общество на самом деле очень вежливое... обычно. Не хотите ли пересесть со мной за другой столик? Я угощаю. Мы бы не хотели, чтобы вы так думали о Кранн-Бетаде или Тара-Сити.

Он указал на круглый столик с видом на нижнюю обеденную зону ресторана.

- Почему бы и нет, - сказал Каллум, и все трое пересели за него.

- Что с ним сделают ваши люди? - спросила Эйра, когда они сели.

- Ну, если он раскаивается, то я бы предпочел не обременять его арестом, который ему придется долго объяснять работодателям. Хороший пинок в переулке, и он может идти своей дорогой. Урок усвоен.

- Немного жестоко, - нахмурился Каллум.

- Добро пожаловать в Кранн-Бетад, юный мистер Мерфи. - Дьюар усмехнулся. - Томас может быть немного туповат, и он бригадир лесозаготовителей на южном хребте. Большую часть работы выполняют роботы, но они не могут справиться со всем, и ледяные клинки охотятся за более теплокровными целями. В большинстве случаев их отпугивают часовые-дроны. В большинстве. А люди, которые совершают ошибки, в конечном итоге плохо кончают, так что лучше всего нам научить ошибочности его поступков таким образом, чтобы они запомнились надолго. И я обнаружил, что уроки, которые сопровождаются некоторой болью, как правило, приносят больше пользы, чем жесткая беседа с судьей и билет на встречу с ним.

Появилась та же официантка, что принимала заказы у Каллума и Эйры, и Дьюар оглянулся через плечо на столик, который они покинули.

- Шефердс и Лох-Нег Драфт, не так ли? - спросил он. Каллум кивнул, и Дьюар посмотрел на официантку. - Давай на троих, девочка, - сказал он.

- Вы приказали следить за нами, - сказала Эйра, когда официантка направилась к выходу. - Двое мужчин. Рост сто шестьдесят два сантиметра и сто восемьдесят два. Черные брюки. Темно-коричневые пиджаки...

- Что их выдало? - разочарованно спросил Дьюар.

- Одинаковые туфли, - сказала она. - Выглядят совсем как новые.

Дьюар задумчиво посмотрел на нее, приподняв бровь, затем поморщился.

- Я поговорю с ними. Это непрофессионально - быть замеченным на их территории. По крайней мере, вы видели только двоих.

- Сколько их было? - глаза Эйры сузились.

- Хотите тост? - спросил Дьюар, когда появилось темное пиво с крепким вкусом. - Добро пожаловать в Кранн-Бетад.

Он поднял кружку, и Каллум присоединился к нему, звякнув бокалом. Эйра сидела очень тихо.

Каллум посмотрел в сторону, на посетителей внизу. Большинство из них, казалось, наблюдали за столом генерала.

- Это ваш обычный столик? - спросил он.

- Как вы могли догадаться?

- Хорошее место, чтобы быть на виду. - Каллум расслабился и выпил.

- Меня знают почти везде, - сказал Дьюар. Он пристально смотрел на Эйру. - Эта отметина немного неудачная, - сказал он ей. - Генетический ожог?

- Верно, - сказала она.

- Генный ожог? - повторил Каллум.

- Старый принцип рабства, - сказал Дьюар. - Вы не позволяете рабам смешиваться с хозяевами. Иногда тех, у кого другой цвет кожи, можно было легко отличить по тому, кем они были. Метки и клейма - это варианты, во всяком случае, когда-то были, но медицина усовершенствовалась до такой степени, что большинство увечий можно вылечить, обратившись к автохирургу. Но генный ожог... изменяет базовую ДНК таким образом, что метка всегда остается на том же месте, даже если ее удалить. Мне жаль говорить о чем-то болезненном, моя дорогая.

- Отметина не делает меня той, кто я есть, - сказала она.

- Вот это дух. - Дьюар поднял свою кружку, приветствуя ее.

- Чепуха. Это должно быть излечимо, - сказал Каллум.

- Так и есть. Все, что нужно, - это прикосновение художника, чтобы исправить то, что испортил этот негодяй, - сказал Дьюар. - Слишком дорого, чтобы Федерация могла заплатить.

- Меня никогда не продавали, я просто была помечена для записей, - сказала она.

- Хирург на "Иштар" может легко позаботиться об этом, - сказал Каллум.

- Нет. - Эйра покачала головой. - Он так и сказал. На борту нет антисеквенсера.

- Неудивительно, - сказал Дьюар. - Генетические ожоги - это то, лечением чего служба обычно не занимается. Освобожденные мужчины и женщины редко идут на службу, поэтому это неэффективно с точки зрения затрат. Здесь, в Тара-Сити, есть один врач, у которого, возможно, есть необходимое оборудование. Но это недешево.

- Пришлите мне его контактную информацию. - Каллум опустил кружку на стол чуть сильнее, чем обычно. - Как так получается, что Федерация может позволить себе новый класс сверхсветовиков, но о чем-то вроде ее исцеления не может быть и речи?

- Новичок на Окраине, парень?

- Что меня выдало?

- Дух оптимизма. Забота о ветеранах не входит в число приоритетных направлений расходов. Вы видели шрамы этого говнюка? Заметили нескольких мужчин и женщин с дешевыми кибернетическими приспособлениями вместо ног и рук? Федерация платит минимум, чтобы раненый солдат вернулся на работу. Ты можешь ходить? Достаточно хорошо. Рука с поврежденным нервным шунтом, которая не может поднять яйцо? Нет проблем. Не в интересах Федерации подвергать нас надлежащей биоскульптуре после того, как наше время истечет.

- Кажется, с вами все в порядке, - сказал Каллум.

- Завербовался в космическую пехоту, и на мне ни царапины, хотя Лига старалась. Мне повезло больше, чем многим другим. - Дьюар пожал плечами. - Давайте оставим в стороне мрачность. А вот и наш заказ...


ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ


- Коммодор Грейнджер, сэр, - объявил Каллум, и Мерфи встал, когда в его кабинет вошла невысокая подтянутая женщина.

Харриет Грейнджер немного напомнила ему Симрон. У нее был почти такой же цвет лица, и она была всего на сантиметр или два выше. Она была значительно старше, но выглядела уверенной в себе. Он напомнил себе, что не стоит делать поспешных выводов, но ее послужной список, похоже, подтверждал это первое впечатление.

- Коммодор, - сказал он, протягивая руку через стол.

- Адмирал, - ответила она.

Мерфи заметил, что в ее тоне чувствовалась некоторая сдержанность. Возможно, это было как-то связано с тем фактом, что она была на четырнадцать лет старше его и стала коммодором боевого флота, когда он все еще был капитаном разведки. И все же он был здесь, новоиспеченный контр-адмирал с целым оперативным соединением под своим командованием, в то время как у нее была единственная недостаточно укомплектованная оперативная группа.

- Я понимаю, что гармоника "Тиамат" доставляет местной верфи немало хлопот, - сказал он вслух, жестом приглашая ее сесть, а затем посмотрел через ее плечо на своего сына.

- Не мог бы ты приготовить кофе, Каллум? Если только, - он оглянулся на Грейнджер, - вы не решили, что любите местные сорта чая так же сильно, как и я, коммодор?

- Если вы имеете в виду конфискованный чай генерала Дьюара, то, наверное, да, - ответила Грейнджер с едва заметной улыбкой.

- Тогда приготовь чай, - сказал Мерфи, и Каллум кивнул и удалился.

- Насчет "Тиамат"? - сказал затем Мерфи, усаживаясь на угол своего стола и скрещивая руки на груди, вместо того чтобы вернуться в свое удобное кресло.

- Мы, возможно, и смогли бы добраться до центра, - сказала Грейнджер, - но инженеры прогнозировали пятнадцатипроцентную вероятность отказа ротора, и нам пришлось бы понизить скорость всей оперативной группы до трехсот световых. - Она пожала плечами. - В сложившихся обстоятельствах, учитывая, что Нью-Дублин находится прямо на нашем кратчайшем пути домой, имело смысл остановиться здесь для ремонта.

- И каково их текущее состояние?

- По-видимому, они просто столкнулись с очередным сбоем. - Грейнджер поморщилась. - Они готовили замену неисправных узлов, но когда приступили к замене, то провели обычную проверку генераторов Задроги. Мы их об этом не просили, они просто проявили скрупулезность, и, похоже, это к лучшему.

- А?

- Да, сэр. Они обнаружили возможную катастрофическую неисправность в генераторе бета-канала. Наши внутренние датчики ничего не показали, но с верфи сообщили, что эта чертова штука, выглядит так, как будто по основному ингибитору прошла дуга. При одном оставшемся вторичном, есть двадцатипроцентная вероятность полного отказа. Что, я думаю, большинство людей сочло бы плохим исходом.

Мерфи фыркнул, услышав такое преуменьшение. Если бета-канал Задроги выйдет из строя, ничто не сможет остановить звездолет от катастрофической встречи с собственной черной дырой. Это была одна из тех неудач, о которых никогда не сообщалось... потому что, если бы это когда-нибудь случилось, никто бы не смог этого пережить.

- Думаю, мы могли бы согласиться с этим, - сухо сказал он через мгновение. - И как это влияет на ваше расписание?

- Я пока не уверена, сэр, - призналась она. - Когда речь шла только о узлах Фассета, мы рассчитывали на три недели работы. Однако теперь им придется демонтировать треть ротора, чтобы удалить неисправный ингибитор. На верфи мне сказали, что у них на складе нет подходящей замены для военного ингибитора Задроги класса Мардук, поэтому им придется либо адаптировать один из ингибиторов класса Гор, что было бы... неоптимальным, либо изготовить новый, а это может занять до пары месяцев.

- Ой. - Мерфи сочувственно поморщился. - С другой стороны, мне кажется, это чертовски хорошо, что вы все-таки остановились здесь, в Нью-Дублине. Резонанс Фассета и причудливый канал связи Задроги? - Он покачал головой. - Прошло много времени с тех пор, как мы теряли сверхсветовик из-за "опасностей навигации". Только между нами, я бы хотел, чтобы так и оставалось.

- Я полностью согласна, - сказала Грейнджер. - Хотя это заноза в заднице. Из Овального кабинета нам уже сообщили, что не могут выделить авианосец для замены "Тиамат", так что мы застряли здесь, пока не закончим ремонт.

- Понятно. - Мерфи на секунду задумчиво потер подбородок.

- Я понимаю, - повторил он снова, более настойчиво, - и уверен, что для вас это заноза в заднице, но есть старая поговорка о плохом ветре.

- В каком смысле, сэр? - она пристально посмотрела на него.

- Вы читали мой отчет о Шотландии и Инвернессе?

- Я читала. - Ее губы сжались. - Отвратительное, отвратительное дело. Простите, что я это говорю, но людям в Инвернессе чертовски повезло, что вы захотели спасти их. Намного удачливее, чем было при своем "губернаторе". - Она покачала головой, глаза ее потемнели. - Я давно знаю Янси Дребина. Не могу сказать, что в вашем отчете меня что-то удивило по отношению к нему!

- Действительно? - Мерфи склонил голову набок. Это был ответ, на который он не надеялся.

- Нисколько. Это не первый раз, когда он срывается с места и уходит от ответственности. Точно так же, как не в первый раз, - она спокойно встретилась взглядом с Мерфи, - военно-космический флот скрывается. Оставляет неприятный осадок, сэр. Спасибо, что хотя бы подобрали выживших.

- "Наименьшее", пожалуй, подходящее слово, - тихо сказал он. - Это было самое малое, что я мог сделать... И это не имело большого значения для слишком многих людей.

- Делаем, что можем, сэр.

Грейнджер подняла глаза, когда Каллум вернулся с чайным сервизом. Каллум налил чаю своему отцу и гостье, затем снова отошел, и Мерфи отхлебнул из своей чашки.

- Что ж, я знаю, что вам нужно как можно быстрее вернуться в центр, коммодор, - сказал он затем, - но тем временем, как губернатор и старший офицер здесь, в системе, я хотел бы объединить вашу оперативную группу с подразделениями моего оперативного соединения и элементами эскадры Семь ноль две для маневров. Уверен, что верфи починят этот канал так быстро, как только смогут, но я бы солгал, если бы сказал, что ваша оперативная группа не станет настоящей находкой для Лиги, если она решит продолжить свой успех в Шотландии.

- И отвратительная работа Дребина, вероятно, подтолкнет их именно к этому, не так ли? - пробормотала Грейнджер.

- Я не собирался говорить об этом таким образом, но поскольку вы, очевидно, разделяете мое высокое мнение о капитане Дребине, я просто скажу, что это кажется... возможным, - сказал Мерфи, и коммодор фыркнула с горьким весельем.

- Мне кажется, это имеет смысл, сэр, - сказала она через мгновение. - Я попрошу моего начальника штаба связаться с вашим - капитаном О'Хэнрати, не так ли?

- Да. Вы его знаете?

- Не очень хорошо. Я знаю его репутацию, и наши пути пересекались. Это было давно, но мой муж тоже был из Нью-Йорка.

- Я этого не осознавал, - сказал Мерфи, и это было правдой. Этой информации не было в доступных ему досье на нее.

- Брак с жительницей Окраины не способствует карьерному росту, сэр. - В ее тоне снова зазвучала сдержанность, и Мерфи понял, что в этот момент она встречается с членом Пятисот, а не с флаг-офицером, которого перевели на Шотландию. - Конечно, он был гражданским лицом, так что все было не так плохо, как могло бы быть. Но...

Она замолчала, пожав плечами, и Мерфи кивнул.

- Я прекрасно понимаю, о чем вы говорите, - сказал он ей. - Не по собственному опыту, но капитан О'Хэнрати - один из лучших офицеров, которых я знаю.

- Но он не просто с Окраины, он еще и помешан на заговорах ришей, - сказала Грейнджер с кривой улыбкой. - Не волнуйтесь. Я не собираюсь держать на него зла.

- Рад это слышать!

Мерфи снова улыбнулся и встал, давая понять, что беседа окончена. Грейнджер допила свой чай и тоже поднялась.

- Сегодня вечером я ужинаю с генералом Дьюаром, - сказал Мерфи, снова протягивая руку. - Капитан О'Хэнрати и капитан Лоу, мой флагман, тоже будут там. Не хотите ли присоединиться к нам? В девятнадцать часов в особняке губернатора.

- Я буду там, сэр, - сказала она, протягивая руку, чтобы пожать руку адмирала. Она крепко сжала ее. - Знаете, наверное, хорошо, что они проверили этот канал несколькими способами, если подумать. Обнаружение дефекта было действительно неприятным опытом для "Тиамат", но очень удобно, что оно, похоже, обеспечило неожиданное усиление для Нью-Дублина, не так ли? Особенно после Инвернесса, я имею в виду.

- Пути судьбы порой неисповедимы, коммодор, - сказал Мерфи с безмятежной улыбкой. - Очевидно, было бы лучше, если бы у вас не было проблем с ремонтом, но я не собираюсь смотреть в зубы дареным коням.

- Нет, я так не думаю, сэр. - Она улыбнулась и отпустила его руку. - Я с нетерпением буду ждать сегодняшнего ужина, адмирал.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ


- Мне это не нравится, - проворчал Алан Толмах.

- Я не помню, что тебе понравилось в последний раз, - с неподдельным раздражением парировал Кормаг Дьюар. - Черт возьми, это беспроигрышный вариант!

- Это говоришь ты, - парировал Толмах.

- В чем же недостаток? - потребовал ответа Дьюар, вскинув обе руки вверх. - Нам выпадает кардинальная модернизация нашей системы обороны, и каждый пенни оплачивается федеральным правительством. Разве это может быть плохо?

- А когда федералы в последний раз оплачивали такие чертовски большие "несанкционированные расходы"? - парировал Толмах. - Я скажу тебе, когда это было - никогда! Я полагаю, ты помнишь, как они повесили на нас ракеты, которые мы использовали для самообороны десять лет назад.

- Но эти ракеты были экспроприированы правительством системы Нью-Дублина, - отметил Дьюар. - Они могли возразить, что у нас не было законных полномочий для этого. Это был бессмысленный аргумент, но он был юридически обоснованным, черт бы их побрал. Тем не менее, Мерфи, как губернатор, подписывает все, что он планирует потратить. У него есть законные полномочия санкционировать чрезвычайные расходы, а мы не мелкие негодяи-крестьяне, переступающие черту и делающие это вопреки распоряжению главы нашей системы. Они могут обсудить это с ним, если захотят, когда он вернется домой, но мы подстрахованы.

- Если предположить, что они обращают хоть какое-то внимание на свои собственные проклятые законы, - проворчал Толмах. - Знаешь, они и в этом не очень-то преуспевают, если только это не соответствует их целям.

- Да, но у нас есть очень веские юридические основания, и если они будут слишком откровенны в этом вопросе - особенно когда мы сможем указать на то, что один из их драгоценных Пятисот подписался под заказом, - это будет стоить им больших денег. Я знаю, что в большинстве случаев они не слишком беспокоятся о мнении Окраины. Но так близко к этому после того, что случилось с Инвернессом? - Он покачал головой. - Не сейчас.

- Тогда они просто будут ждать своего часа. У них память слона и характер акулы - Старая Земля или Кранн-Бетад, выбирай сам! Они подождут несколько лет, а потом найдут какой-нибудь способ выкачать из нас обратно все эти деньги - черт возьми, мы говорим о годовом или двухгодовом бюджете нашей системы!

- Во-первых, мы должны продержаться достаточно долго, чтобы они смогли это сделать. Не знаю, как ты, но я думаю, что это моя первоочередная задача на данный момент. Во-вторых, - тон Дьюара понизился, и он очень спокойно посмотрел на Толмаха, - я не уверен, что им придется ждать долгие годы. Конечно, ты, вероятно, знаешь об этом даже лучше меня.

В кабинете на несколько секунд воцарилась тишина, затем Толмах фыркнул.

- Я не узнаю, пока не поговорю об этом с другими руководителями сектора, но, возможно, ты не так уж сильно ошибаешься на этот счет. Сопляк.

- Ну и что? - Дьюар откинулся на спинку стула, подняв перед собой сложенные чашечкой ладони.

- Если честно, я отчасти беспокоюсь, что проклятые центральники, скорее всего, будут считать себя молотком, а нас - гвоздем или грецким орехом, если мы создадим то, о чем он просит. Есть причина, по которой у нас нет таких полномочий.

- Все пока под контролем, - сказал Дьюар. - Я действительно не задумывался об этом, пока Мерфи не указал на это, но принтеры нового поколения, которые они установили на верфях, вполне способны печатать ракеты и беспилотные летательные аппараты. Так что, если он готов оплатить нам необходимое количество человеко-часов и подписать контракт на сырье, то нет причин, по которым мы не сможем построить то, что он хочет получить от нас. Заметь, не в том количестве, которое он хотел бы получить. Скорее всего, не хватит принтеров и времени для этого. Но их будет намного больше, чем ожидает Лига.

- И тот факт, что мы это сделали, подскажет центру, что мы можем продолжать это делать, - сказал Толмах. - По правде говоря, именно это меня и беспокоит.

- Мы не можем контролировать то, что они решат делать, Алан, - серьезно сказал Дьюар. - Мы это знаем. Мы можем подталкивать события, настаивать на своем и надеяться изо всех сил. Но если эти проклятые центральные миры что-то и доказали, так это то, что они будут делать все, что захотят, и к черту всех нас. - Он пожал плечами. - Во-первых, я хочу, чтобы моя семья - включая тебя, старый ворчун, - выжила. Во-вторых, я знаю, что не могу контролировать центр, поэтому даже не собираюсь пытаться. И, в-третьих, - он оскалил зубы, - если они решат действовать мерзко, я хочу, чтобы все ракеты, которые смогу найти, полетели в ублюдков, прежде чем мы рухнем.

- Ты же не думаешь, что Мерфи не думал о том же? - цинично спросил Толмах. - У него, должно быть, свои планы, как не дать нам стать непослушными мальчиками и девочками.

- О, я уверен, что так оно и есть. - Дьюар снова оскалил зубы. - И, черт возьми, в конце концов это пойдет ему на пользу.


* * *


Мерфи, заложив руки за спину, стоял на смотровой площадке вращающейся секции Гоибниу Альфа и смотрел вниз через обширное пространство толстого, прочного кристаллопластового пола на ферму беспилотных летательных аппаратов технологической станции. Вращающаяся секция была восемьсот метров в диаметре и совершала медленный, величественный оборот каждые девяносто секунд или около того, создавая комфортную силу тяжести в одно g.

Тот, кто никогда не испытывал этого раньше, вероятно, почувствовал бы некоторую неловкость, стоя на совершенно чистом полу и глядя "вниз" в бесконечные глубины космоса, в то время как центростремительное ускорение создавало бы ощущение, что он погружается вглубь. Большинство людей смогли приспособиться к этому - в конце концов, - но некоторые, например, Симрон, так и не могли. Это была одной из причин, по которой полы, подобные этому, обычно изготавливались из "умного" кристаллопласта, который можно было сделать непрозрачным, прикоснувшись к экрану.

Однако, в отличие от жены Мерфи, для него самого это никогда не было проблемой. По крайней мере, в этом отношении они с тестем были очень похожи... что безмерно раздражало его жену. В данный момент на нем и О'Хэнрати были скафандры с усиленной защитой - промышленные модели, а не боевое снаряжение военно-космического флота. Ян Маркел стоял рядом с ними в скафандре, который был изрядно потрепан и значительно устарел.

- Есть что-нибудь новое о наших гостях? - спросил адмирал своего начальника штаба.

- Нет, сэр. Только одна сигнатура Фассета, так что я сомневаюсь, что это Лига. Пройдет еще, - О'Хэнрати сверился со своим хронометром, - шестнадцать минут, прежде чем мы получим какую-либо информацию на скорости света, которая так или иначе подтвердит это. - Он пожал плечами. - Лоу и Мирвани уже занимаются этим, и, кто бы это ни был, ему еще как минимум семь часов. У мистера Маркела достаточно времени для демонстрации.

- Достаточно хорошо. - Мерфи кивнул и повернулся к хозяину. - Вид и без того впечатляющий, мистер Маркел. Я с нетерпением жду возможности впечатлиться еще больше.

- Мы стараемся угодить губернатору, - заверил его Маркел.

Гоибниу Альфа находилась на геостационарной орбите над базой Гоибниу-Три компании Нью-Дублин Экстракшен, расположенной на раскаленной поверхности планеты, и на увеличенной голограмме сбоку были видны защитные купола горнорудной станции и автоматизированные платформы для добычи руды. Пока Мерфи наблюдал за голограммой, открылись четыре люка на покрытом слоем пыли панцире одной из платформ - массивного герметичного диска добрых семисот метров в диаметре, предназначенного для перемещения дронов антигравитационными тендерами. Четверка антигравитационных беспилотников, каждый размером примерно в половину стандартного грузового шаттла, взмыла вверх по дуге. Как только они поднялись достаточно высоко, чтобы оторваться от платформы, ослепительным, адски ярким светом включились термоядерные двигатели, и они устремились к Гоибниу Альфа.

- Впечатляюще, - сказал Мерфи, наблюдая, как дроны набирают скорость. - Нечасто увидишь активные термоядерные двигатели в атмосфере.

- Антиграв упрощает работу в планетном гравитационном колодце, но как только вы достигаете жесткого потолка, где он дальше не может обеспечить подъемную силу, вам нужно что-то... более энергичное. И поскольку на Гоибниу никто не живет, то есть за пределами куполов, верховный суд системы постановил, что обычные правила не применяются. Я могу вам показать...

- Это было наблюдение, а не обвинение, - успокаивающе сказал Мерфи. - Пожалуйста, продолжайте описание вашей операции.

Он махнул рукой в сторону голограммы пусковой платформы, на которой появились дроны.

- Эта платформа называется "Шейла", - сказал Маркел. - Не самая старая. Не самая новая. Но она может добывать триста тысяч тонн руды в месяц. Прямо сейчас она обрабатывает четыре ствола на глубине от семидесяти пяти до ста метров. В Гоибниу-Три особенно много платиниридия, а рудное тело имеет размеры четыре на три целых семь десятых километра - вы можете увидеть еще две платформы, работающие на нем, там и... там. - Он использовал портативное устройство, чтобы выделить сестер Шейлы. - Кроме того, его глубина составляет триста шестьдесят метров, и, по данным разведки, там содержится около трехсот пятидесяти миллионов тонн руды с содержанием металлов платиновой группы почти по двадцать два грамма на тонну. Мы наметили еще семь рудных месторождений, некоторые из них даже крупнее, но ни одно из них не сравнится по богатству с этими тремя, поэтому мы сосредоточили здесь половину наших платформ. Три из них, вместе взятые, способны перерабатывать чуть более девятисот тысяч тонн в месяц, что составляет...

- Чуть менее двухсот сорока тонн платиноидов в год, - сказал О'Хэнрати.

- Теоретически, - сказал Маркел с гримасой. - Вот почему я хочу разместить плавильные установки здесь, на орбите Гоибниу. К тому времени, когда мы отправим руду обратно в Кранн-Бетад и она проходит через эти устаревшие платформы, очередь на производство становится такой длинной и сложной, что Гоибниу-Три работает только на шестьдесят процентов своей мощности. Если бы мы могли сократить время транспортировки и повысить эффективность в...

- А почему здесь еще нет плавильных заводов? - невинно спросил О'Хэнрати, и Маркел отвернулся, чтобы посмотреть на ферму беспилотников, пока планетные дроны снижали скорость, приближаясь к космической станции.

- ПСДО, - проворчал он, и Мерфи кивнул.

Программа содействия доходам Окраины, принятая на третьем году войны, была направлена на стимулирование производства стратегических ресурсов на Окраине. В дальнейшем, десятилетия назад, она стала жертвой прямых военных расходов - другими словами, корпорациям центральных миров удалось перенаправить свои финансовые средства на более "важные" нужды, но до того, как они были... перенаправлены, программа на самом деле породила довольно много второстепенных отраслей, содействию которых и была предназначена. Особенно в добывающих отраслях, таких как шахты Нью-Дублина и газоперерабатывающие заводы Инвернесса.

Однако одно из положений ПСДО заключалось в том, что финансируемые ею объекты должны, насколько это возможно, располагаться рядом с обитаемым миром любой данной звездной системы. Цель состояла в том, чтобы разместить все критически важные объекты системы в одном и том же пространстве, чтобы уменьшить объем, который необходимо защищать, и облегчить их оборону. Из этого положения можно было бы сделать исключения, но они делались редко. Или, скорее, такое случалось редко, когда ПСДО все еще была жизнеспособной программой.

- Таким образом, администрация была готова помочь финансировать добывающие предприятия на Гоибниу, но не перерабатывающие предприятия, - пробормотал адмирал.

- Точно. - Маркел с отвращением покачал головой. - Мы тогда указали им на то, что транспортировка непереработанной руды на расстояние в семь световых минут - в условиях противодействия! - станет огромным препятствием, но их это не заинтересовало. Типичный подход центральников...

Он резко замолчал, покраснев, и Мерфи усмехнулся.

- Я хорошо знаком с тем, как относятся к людям из центрального мира на Окраине, мистер Маркел. И, между нами говоря, мы, вероятно, чаще всего этого заслуживаем. На самом деле, я впечатлен тем, что вам удается работать там с шестидесятипроцентной эффективностью.

- Мы не смогли бы обойтись без беспилотников для дальнего космоса, - сказал ему Маркел, явно удивленный и обрадованный его реакцией.

- Я понимаю это. - Мерфи снова кивнул. - Не думаю, что где-либо еще видел подобный подход.

- Да, я уверен, что вам не приходилось, - сказал Маркел с легкой самодовольной улыбкой. - Мой дядя Лиам отслужил срочную службу на флоте и вышел в отставку примерно в то время, когда появились беспилотные летательные аппараты с приводом Гауптмана. Именно он указал на то, что все старые пусковые установки Марк 37 только что полностью устарели.

Мерфи взглянул на профиль О'Хэнрати. Начальник штаба, поджав губы, смотрел сквозь кристаллопласт, и по выражению его лица нельзя было понять, насколько внимательно он на самом деле прислушивался к разговору.

Как противокорабельные ракеты, так и противоракеты приводились в действие катушками Гауптмана, применить которые к пилотируемым кораблям еще никто не смог. Двигатель Гауптмана мог развивать более трех тысяч g, но простая протоплазма не выдержала бы и малой доли такого ускорения. Кроме того, существовал тот незначительный факт, что активная катушка испускала поток смертоносной радиации. Ракеты, однако, это не заботило, что делало ее идеальной для них. Потребовалось довольно много времени, чтобы изготовить катушку Гауптмана, которую можно было (а) включать и выключать снова после первоначальной активации и (б) которая не перегорала сама по себе максимум через пятнадцать-двадцать минут. В результате корабельные беспилотники разведки, радиоэлектронной борьбы и противоракетной обороны были вынуждены полагаться на те же термоядерные двигатели, что и на пилотируемых кораблях. По сравнению с ракетами и двигателями Фассета они были медленными и имели относительно небольшой радиус действия, но их ускорение разгона все равно превосходило показатели любого пилотируемого субсветового корабля, а приемлемая выносливость и гибкость делали их полезными.

Однако задача их быстрого развертывания на достаточном удалении в чрезвычайных условиях представлялась тактическим аналитикам весьма актуальной, и ответом на нее стала пусковая установка для беспилотников Марк 37 - магнитный привод необычно большого диаметра, способный запускать беспилотник с начальной скоростью 40 километров в секунду, что на самом деле было на десять процентов выше, чем у бортовой кинетической пушки. Но беспилотники с термоядерным двигателем были огромными, намного больше пилотируемых истребителей и более чем в три раза превосходили по размерам противокорабельную ракету. Затраты энергии на запуск чего-либо такого размера с подобной скоростью были высокими, а сила отдачи - чудовищной. Вот почему Марк 37 устанавливали на сверхсветовых кораблях, а не на субсветовых единицах. Большие авианосцы имели достаточный объем, чтобы разместить пусковые установки, достаточную массу, чтобы поглотить отдачу, достаточный запас мощности, чтобы удовлетворить их ненасытный аппетит, и практически неограниченное ускорение, чтобы сохранять курс, несмотря на отдачу, хотя при каждом пуске полного бортового залпа даже нечто размером с "Иштар" вздымалось, как старый линкор военно-морского флота. С другой стороны, магнитный запуск не требовался более новым беспилотным летательным аппаратам с приводом Гауптмана. Они теперь устанавливались почти на всех классах кораблей, и даже сверхсветовые корабли с радостью использовали объем, потребляемый Марк 37, для других целей.

И все эти ненужные пусковые установки должны были куда-то деваться.

- Нам пришлось перепроектировать дроны дальнего космоса, но они изготавливаются на местных заводах, - продолжил Маркел. - Их вместимость составляет всего около двух третей вместимости стандартного рудного модуля дальнего космоса, но эксплуатационные расходы составляют едва ли четверть от обычных. Первому поколению потребовалось чуть больше месяца, чтобы добраться до Кранн-Бетада, даже несмотря на гравитацию планеты, но мы запустили их в производство в достаточном количестве, и у нас был непрерывный поток. Затем у одного из моих техников появилась еще одна блестящая идея. Он...

Маркел замолчал и кивнул в сторону кристаллопласта, когда вспыхнули предупредительные огни.

- Скоро запуск, губернатор, - сказал он.

Мерфи не смог разглядеть никого на ферме беспилотников, но ему очень понравились эти огни. Если кто-то встанет на пути чего-то подобного, это будет... событием, которое положит конец карьере.

В углу голограммы тикнул цифровой таймер, и затем даже массивная громада Гоибниу Альфа, по меньшей мере в пять раз превышающая массу "Иштар", задрожала под ногами, когда три грузовых беспилотника вылетели из переделанного Марк 37 слишком быстро, чтобы человеческий глаз мог уследить за ними. "Альфа" была оснащена относительно маломощным гражданским приводом Фассета на конце необычайно длинного центрального шпинделя для регулировки и поддержания своей орбиты после таких запусков, хотя его можно было бы - по крайней мере, теоретически - использовать для перемещения всей станции по звездной системе, если бы для этого были бы все основания.

- На самом деле полная начальная скорость больше не нужна, - сказал Маркел, когда погасли сигнальные огни. - Катушки Гауптмана, которые мы установили на дроны, - это была блестящая идея моего техника, - могли бы проделать весь полет без них, но это, по крайней мере, немного сокращает время "выгорания" катушек. Пятнадцать минут разгона, и они разгоняются до двух десятых скорости света. Проделывают весь путь до Кранн-Бетада на нашем нынешнем маршруте менее чем за час, даже с учетом снижения скорости на другом конце. Каждая поездка занимает всего полчаса, так что их хватит на двадцать поездок туда и обратно, прежде чем нам придется снять их для технического обслуживания.

Он просиял, и Мерфи понял, что это была оправданная гордость.

- И вы построили все это из восстановленного военного оборудования? - спросил О'Хэнрати.

- Излишки. - Гордая улыбка исчезла с лица Маркела. - Покупка дешевых комплектующих до дробилки - это экономически выгодный вариант. В чем проблема?

- Я не знал, что существует значительный рынок сбыта излишков катушек для беспилотных летательных аппаратов, - задумчиво произнес О'Хэнрати, и Маркел переступил с ноги на ногу. - С другой стороны, я заметил, что на верфях в Нью-Дублине, похоже, гораздо больше возможностей для производства катушек Гауптмана, чем я ожидал.

Он отвел взгляд от кристаллопласта и приподнял бровь, и Маркел с трудом сглотнул. Федеральный закон ограничивал владение приводными катушками для беспилотных летательных аппаратов текущего поколения военными и относительной горсткой крупных трансзвездных компаний центральных миров с нужными связями.

- Я... - Маркел переводил взгляд с Мерфи на начальника штаба и обратно. - Гм. Несколько лет назад - семь или восемь, я думаю, - когда здесь начали модернизировать верфи. Я... думаю, тогда и установили дополнительные катушки. Это... это будет... проблемой?

- Вся военная техника Федерации стандартизирована для интеграции, - размышлял Мерфи, - так что, вероятно, нет никаких проблем с подключением наших систем текущего поколения к вашей работе, не так ли?

- Что... что вы имеете в виду? Я работаю практически на полную мощность, так что не уверен, что у меня хватит средств...

- Нервничаете? - спросил О'Хэнрати. - Хотите что-то сказать нам?

- Я просто...

- Нам нужно арендовать время запуска, - сказал Мерфи, и Маркел моргнул.

- Извините... Вы сказали "арендовать"?

О'Хэнрати протянул ему планшет и дважды нажал на значок. Глаза Маркела забегали из стороны в сторону.

- Это безумие, - сказал он. - Я даже не думаю, что это возможно. И даже если бы это было так, это... это аннулирует мою страховку!

- Все три ваши космические станции являются логичными целями для Лиги, - сказал О'Хэнрати. - Если они прибудут в полном составе, вероятность того, что ваши станции выживут, довольно мала, не так ли?

- Вот почему у меня такая большая страховка. - Маркел предложил вернуть планшет, но О'Хэнрати его не взял. - Если Лига уничтожит их - не дай Бог - я получу процент обратно на восстановление. Всего около трети от их фактической стоимости замены, но это лучше, чем ничего. На самом деле этого достаточно, чтобы вернуть одну из них в рабочее состояние. Я могу перестроить ее заново. Но если я сделаю то, о чем вы просите, то получу ноль. Ничего.

- Вы застрахованы в Дэл Уэбб, - сказал Мерфи. - Знаете, какое решение их местные специалисты в Джалале вынесли в отношении Инвернесса? Полное списание. Система не подлежит восстановлению, претензии не удовлетворены.

- Эти ублюдки. - Маркел уронил планшет. - Эти абсолютные ублюдки. Как они могут так поступать? Вы хоть представляете, какие у меня страховые выплаты?

- Вы действуете в опасной близости от Лиги, - сказал О'Хэнрати. - Пару лет назад верховный суд постановил, что страховщики не несут ответственности за ущерб, причиненный в результате военных действий в "экономически нежизнеспособных" системах.

- Решение, которое никогда не было бы применимо к центральному миру! - прорычал Маркел. - Я собираюсь уволить своего адвоката. Подождите. Вы думаете, Лига сможет нанести удар по Нью-Дублину с той же мощью, как по Шотландии? У нас на орбите больше военных кораблей, чем было у них, и Кранн-Бетад...

- Сейчас нас интересует Гоибниу, а не Кранн-Бетад, - сказал Мерфи. - Считайте, что это возможность выжать кровь из этого камня, если хотите. Мы размещаем ракеты на ваших станциях, и внезапно ваши старые Марк 37 значительно увеличивают нашу огневую мощь.

- И "милитаризация" станций полностью аннулирует мою страховку по этому пункту о "военном акте", - ответил Маркел.

- Инвернесс, - пробормотал О'Хэнрати. - Инвернесс.

Маркел пристально посмотрел на него.

- Если я уступлю место для этих ваших ракет - и, кстати, о каком объеме мы здесь говорим? - то пожертвую местом для своих собственных беспилотников дальнего космоса, и это увеличит мои накладные расходы, - сказал он.

- Вы можете потерять немного сейчас, - сказал О'Хэнрати, - или потерять все, если появится Лига, а мы не сможем их остановить.

- Каковы шансы на это? - Маркел облизнул губы. - Я серьезно?

- Если бы я мог ответить на этот вопрос, то ответил бы, - откровенно признался ему Мерфи. - Проблема в том, что мы не знаем. Но никто не ожидал увидеть Инвернесс, и тот факт, что они вошли и вышли из игры совершенно беспрепятственно, может только укрепить их уверенность в себе, если они решат повысить ставку и продолжить борьбу здесь. Но идет ли речь о пропагандистских победах или просто о том, чтобы отвлечь нас от Беты Лебедя, на самом деле не имеет значения для Нью-Дублина, не так ли?

- И у нас гораздо больше шансов остановить их при вашем сотрудничестве, - сказал О'Хэнрати.

- Ну...

Маркел наклонился и поднял планшет с пола. Он изучал его несколько секунд, затем пожал плечами.

- Ладно, в этом безумии есть какой-то метод... вроде как. Теоретически. Но если моя страховая компания узнает...

- Мы сохраним вашу причастность как государственную тайну, - сказал Мерфи. - И позаботимся о том, чтобы выплаты вам были... заменяемыми. Только не проявляйте излишней изобретательности, когда придет время уплаты налогов.

- Это обнадеживает, но есть одна... небольшая деталь, которая может стать проблемой.

Мерфи заметил, что Маркел начал потеть.

- Продолжайте, - пригласил О'Хэнрати, скрестив руки на груди.

- Во время строительства я привлек нескольких субподрядчиков для некоторых второстепенных систем, - сказал Маркел. - И за эти годы мы то тут, то там находили запчасти для Лиги. Никогда не возникало проблем! Просто нужно было подлатать кое-какой код, подключить кое-что к источникам питания... возможно, найти запасные компоненты... что-то в этом роде.

- Субподрядчики. Как жаль, - невозмутимо ответил Мерфи.

- Эти типы-однодневки! Уволил их всех, как только узнал, чем они занимаются! - сказал Маркел.

- Как положено, - сказал О'Хэнрати, серьезно и понимающе кивнув.

- Мы можем закрыть глаза на это... мелкое предательство со стороны ваших субподрядчиков, - задумчиво произнес Мерфи. - Если возникнут проблемы с оборудованием, мы вычтем стоимость любых необходимых запасных компонентов из вашей арендной платы. Справедливо?

- Мои ребята не так хорошо разбираются в современных военных технологиях, как мне хотелось бы для чего-то подобного, - сказал Маркел. - Я имею в виду, что они в основном бывшие военные флотские и, вероятно, могли бы справиться с этим, но большинство из них уже много лет как вернулись к гражданской жизни. Мне было бы спокойнее, если бы вы привели кого-нибудь из своих людей погонять стадо.

- Персонал в форме на гражданских станциях может немного усложнить сохранение государственной тайны, - сказал Мерфи.

- Вы могли бы отправить их в штатском, - предложил Маркел. - Пусть они пройдут перекрестную подготовку на шахтеров в целях маскировки.

- Это может сработать, адмирал, - сказал О'Хэнрати.

- Тогда давайте продолжим. - Мерфи решительно кивнул. - Чем скорее, тем лучше.

Планшет в руке Маркела зажужжал новым сообщением. Он протянул его О'Хэнрати, который постучал пальцем для приема. Одна бровь чуть заметно дернулась.

- У нас гость, о котором нужно позаботиться, сэр, - сказал он, глядя на Мерфи. - Сообщение с "Иштар".

- Мне не нравится ваш тон, - сказал Мерфи. - Враждебный?

- Не так очевидно, как то, что оперативная группа Лиги выходит на субсветовую, но может быть примерно так же плохо, - сказал О'Хэнрати. - Мы только что получили код транспондера по сигнатуре Фассета. Это "Папсуккал".

Он сделал паузу, и Мерфи кивнул. "Папсуккал" был одним из сверхсветовых курьерских кораблей класса Гермес. Они были слишком малы, чтобы перевозить какой-либо стоящий комплект наездников - длина класса Гермес едва достигала двух километров - и вместо этого были сконструированы для перевозки пассажиров и особо важных грузов. Однако их двигатели Фассета были почти такими же большими и мощными, как у Мардука, что давало им потрясающее ускорение разгона и делало их одними из самых быстрых космических кораблей в галактике, когда они попадали в червоточину.

- По-видимому, он прибыл прямо с Солнечной системы. С донесениями, - сказал ему О'Хэнрати.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ


Мерфи вошел в свой кабинет на борту "Иштар".

Каллум был там, он сидел, прислонившись к столу, а рядом с ним стоял чайный сервиз. Каллум поднял глаза и улыбнулся, а мужчина, с которым он разговаривал - Мерфи разглядел его затылок и заметную лысину - наклонил чашку, чтобы допить чай.

- Адмирал, - сказал Каллум. - Просто болтаем. Вы знаете нашего новоприбывшего? Капитан Липшен?

- Терренс.

Липшен встал и поправил мундир. Они с Мерфи были ровесниками, хотя новоприбывший был на несколько сантиметров ниже адмирала, а на груди у него красовалась слегка измененная эмблема подразделения "Глаз Гора". Также было заметно отсутствие боевых нашивок. Аристократические черты лица улыбались, когда они пожимали друг другу руки, но Мерфи не заметил на лице Липшена ни теплоты, ни искренности.

- Прошло слишком много времени, - сказал капитан.

- Предпочитаю не превращать официальные расследования в обычное мероприятие, - ответил Мерфи.

- Мне рассказывали о "Звезде Стилмана", - сказал Каллум. - Много деталей, о которых ты раньше не упоминал.

- Это был долгий день, о котором я предпочитаю не вспоминать. - Мерфи обошел свой стол и сел. - Что привело вас сюда, Энди?

- Приказ Овального кабинета. - Липшен достал из чехла на рукаве информационный стержень и вставил его в стол. - Последние данные разведки. Зашифрованные письма. Не совсем обычные.

- Визитеры от генерального инспектора редко бывают "обычными". - Мерфи дотронулся до своего стола, и под облицовкой загорелся экран. - Каллум. Ты нас извинишь?

- Есть новости из дома? - Каллум наклонился к нему, но Мерфи поднял палец, и его сын попятился, унося чайный сервиз. - Думаю, это может подождать, - сказал он и вышел из кабинета.

- Обычная рутина административных задач, которая позволяет О'Хэнрати быть чем-то занятым, - сказал Липшен. - Насколько хорошо он с вами работает? Я был удивлен, узнав, что вы выбрали его своим начальником штаба.

- В высшей степени компетентен и является ключевой частью моего командного состава. - Мерфи поднял взгляд. - А кого именно вы ожидали при моем выборе руководителя моего аппарата?

- Я бы предположил, что это кто-то более... мейнстримный. Но такова прерогатива командира. Могу ли я перейти к сути дела? Здесь выделен файл разведданных - обновленная информация о нападении на Шотландию.

Мерфи провел пальцем вверх-вниз по экрану, и над его столом появился голографический бюст темноволосой женщины в форме адмирала флота Лиги.

- Син Сюэфэн, - тихо произнес он, и Липшен кивнул.

- Она самая, - сказал он. - В инфонете Лиги ее называли "героиней Инвернесса". - Он поморщился. - У меня не было времени узнать много подробностей из их репортажей, прежде чем я отправился в путь - только первоначальное объявление и героические фанфары. Но у нас есть кое-какая дополнительная информация о ней, потому что она была в поле зрения разведки как перспективный командир. У нее был обычный карьерный рост - небольшие корабли, затем командование эскадрой на фронте Бета Лебедя, чтобы посмотреть, повезет ли ей выжить и получить повышение по службе. Очевидно, так оно и было, поэтому ее отозвали домой и выделили ей собственную авианосную ударную группу. Оказалось, что она стала чем-то вроде черного лебедя, когда возглавила рейд на Инвернесс.

- Лига не ставила нас в безвыходное положение в течение последних четырех или пяти десятилетий, потому что они выбирают своих командиров, руководствуясь удачей на поле боя, - сказал Мерфи, просматривая досье, отображаемое на его экране. - Она участвовала в сражениях на Гарганте и Тесее IV, которые стали решающими тактическими победами Лиги. Разве не вы руководили расследованием тех сражений?

- Нет, я вернулся к преподаванию в качестве инструктора, хотя и читал итоговые отчеты генерального инспектора. - Липшен слегка улыбнулся. - Возможно, у вас было время поразмыслить над тем, что вы узнали, когда собирали выживших на Инвернессе? Потому что в ее тактике, как я понимаю, не было ничего особенно блестящего.

- В этом не было необходимости, - сказал Мерфи. - Она прибыла в систему, и Дребин поджал хвост и сбежал. Она была достаточно умна, чтобы знать, как нанести ущерб без собственных потерь... особенно когда на ее пути никого не было.

- Давайте не будем обвинять губернатора Дребина в каких-либо мотивах. - Липшен поднял руки. - Это последнее, что остается делать генеральному инспектору.

- А когда будет расследование резни в Инвернессе? - спросил Мерфи.

- Это рассматривалось, когда я покидал Солнечную систему.

- Не вижу здесь ничего о Син после Шотландии. Есть идеи, где она сейчас?

- У нас не было на это времени, - отметил Липшен. - Все, что мы пока знаем о позиции Лиги в отношении Шотландии, - это только из открытых источников. Нашим источникам информации, работающим на земле, требуется гораздо больше времени, чтобы получить информацию, так что любым реальным разведданным требуются месяцы.

Он приподнял бровь, и Мерфи кивнул. В условиях межзвездной войны, которая бушевала более пятидесяти лет, медленный поток информации был неизбежен.

- Тем не менее, насколько нам известно, адмиралы Юань и Куин все еще командуют на Бете Лебедя.

- Я в курсе. А что насчет Тана? Где он был?

- Какое это имеет значение? - Липшен пожал плечами. - Тан был инструментом пропаганды в течение многих лет. Они не будут рисковать им на фронте. Но Овальный кабинет сделал сбор данных по Син приоритетной задачей на будущее. Она кажется амбициозной и могла бы встряхнуть "Вечно вперед" и привести их к однопартийному правлению в следующем избирательном цикле.

- Который... наступит вскоре?

- Да, вскоре, - подтвердил Липшен. - И именно поэтому я здесь с дополнительным приказом. Пурпурный файл. Код - Виктор Чарли Дельта Шесть-Один-Девять. Я обязан присутствовать при вашем прочтении, чтобы подтвердить получение. - Капитан вытащил маленький диск, который держал в руке, и прикрепил его к груди своей униформы. - Запись.

Мерфи зачитал вслух отрывок из служебной записки, которая сменила досье Син.

- Хэш приказа "Корона Эвереста Девяносто девять". Адмиралу Терренсу Мерфи, командующему оперативным соединением Семнадцать ноль пять. От адмирала флота Фокаидеса, главнокомандующего. - Он помолчал, обдумывая отправителя, затем продолжил. - Система Нью-Дублин, новое обозначение, уровень дельта. Любая серьезная угроза для сверхсветовых кораблей оперативного соединения Семнадцать ноль пять требует перемещения в ближайшую систему уровня гамма. Подписано... приказ получен. Командующий - контр-адмирал Терренс Мерфи.

Липшен снял диск с мундира.

- Этого не может быть, - сказал Мерфи. - На Кранн-Бетаде сто миллионов человек, и Овальный кабинет хочет, чтобы я отступил, если Лига выступит в полную силу?

- Приказы показались мне совершенно ясными, - сказал Липшен. - И это для защиты ваших авианосцев. Сверхсветовые корабли - жизненно важные стратегические объекты, но я не думаю, что должен вам это говорить.

Мерфи развернул звездную карту, и его челюсть сжалась, когда один из значков на ней изменился.

- Я вижу, что ближайшая система гамма - это Эндимион. Это система, занимающаяся добычей полезных ископаемых. Здесь сказано, - он поднял глаза на Липшена, - что общее население системы составляет менее двенадцати миллионов человек.

- Конгломерат Чегул вложил значительные средства в разработку тамошних рудников как стратегического ресурса, - сказал Липшен. - Мы должны иметь в виду долгосрочную перспективу, адмирал.

- Вот почему эта таблица только что обновилась с помощью вашего стержня данных, - бесстрастно заметил Мерфи. - До сих пор Эндимион был системой тета-уровня, занимавшей значительно более низкое положение, чем Нью-Дублин. Или даже Шотландия, если уж на то пошло. Теперь вы говорите мне, что "стратегические капиталовложения" Чегула стоят для Федерации больше, чем каждая жизнь на Кранн-Бетаде? А шахтерская колония стратегически важнее здешних ремонтных верфей?

- Я ничего вам не говорю. Я всего лишь посыльный. - Липшен пожал плечами. - Мы все винтики в механизме, Мерфи. Генеральный инспектор делает все возможное, чтобы убедиться, что все работает правильно.

Лицо Мерфи потемнело.

- Давайте не будем заблуждаться относительно причин, по которым было принято это решение, - сказал он.

- И что же вы предлагаете?

Липшен приподнял бровь, а ноздри Мерфи раздулись. Он отложил звездную карту в сторону и посмотрел на список заголовков документов, которые ее заменили. Ему нужно было угадать, включен ли диктофон Липшена, и он напомнил себе, что сотрудник генерального инспектора, вероятно, заслуживает доверия не меньше, чем любой другой сотрудник его подразделения.

- Очевидно, что... война будет продолжаться в обозримом будущем, и наши долгосрочные материальные интересы имеют решающее значение для этих усилий, - сказал он, не поднимая глаз.

- Опять же, я не из тех, кто строит предположения, - ответил Липшен.

Мерфи откинулся на спинку стула, затем постучал по одному из файлов.

- Вы назначены в Нью-Дублин?

- Да, это было моим следующим делом, - сказал Липшен. - В связи с ростом внутренней напряженности - я не решаюсь назвать это недовольством, хотя, похоже, она движется в этом направлении - во всех пограничных секторах, адмирал Фокаидес хочет, чтобы больше людей следили за происходящим на местах, чтобы Овальный кабинет мог направить любой... соответствующий ответ на местные события.

Он задумчиво посмотрел на Мерфи, и адмирал пожал плечами.

- Нью-Дублин был очень гостеприимным, - сказал он.

- Я слышал! Ваш сын рассказывал мне о тренировках, мероприятиях по культурному воспитанию... Я приятно удивлен, Мерфи. Большинство командиров не торопились бы вводить в действие новую систему. Вы делаете гораздо больше, чем я ожидал.

- После резни в Инвернессе я расставил приоритеты.

Мерфи встал, давая понять, что закончил с Липшеном.

- Тогда я поговорю с адъютантом и распоряжусь, чтобы мои вещи доставили в особняк губернатора, - сказал капитан. - Как вы знаете, моя роль представителя генерального инспектора довольно пассивна.

- Я хорошо осведомлен о вашей роли, - сказал Мерфи, когда они пожимали друг другу руки.

Он улыбнулся и оперся обеими руками о стол, когда его собеседник вышел. Он подождал еще мгновение, затем потянулся под стол, чтобы нажать кнопку.

О'Хэнрати появился через боковую дверь секундой позже со сканером в руке. Он помахал им, и устройство пищало все чаще и чаще по мере того, как он приближался к ряду шкафчиков, встроенных в переборку. Он просунул руку под сканер и снял с поверхности кусочек пластиковой пленки, которую прикрепил сбоку к сканеру.

Последовала небольшая вспышка, звуковой сигнал прекратился, и комнату наполнил запах озона.

- Этот гребаный змей, - сказал О'Хэнрати.

- Полагаю, ты заполучил все "жучки", которые он установил, если говоришь это вслух. - Мерфи откинулся на спинку стула и расстегнул воротник. - Отключить это устройство не составит труда?

- Ты думаешь, он собирается признать, что это был его жучок? - О'Хэнрати убрал сканер в карман. - Мои люди прочесали комнату до того, как Каллум привел его сюда. Тогда там было чисто. Когда он уходил, такого не было. - Он пожал плечами.

- Я был бы почти оскорблен, если бы он не установил "жучка" в моем офисе, - сказал Мерфи. - Хотя его приезд - это небольшая проблема.

- Я думаю, что наша поездка в Шотландию вызвала у некоторых удивление. Они думали, что вы будете не более чем туристом, проводящим время на границе с широко раскрытыми глазами.

О'Хэнрати обследовал место, которое занимал Липшен, и сел на другое.

- И затем Каллум рассказал ему обо всем, что мы делаем в системе, - во всяком случае, обо всем, что он знает. - Мерфи сцепил пальцы за головой и откинулся назад. - Нам придется привлечь его к себе, Харрисон. Нам просто нужно дать ему немного больше времени, чтобы он сориентировался.

- На самом деле, не так уж и плохо, если шпион из Овального кабинета считает, что у Каллума болтливый язык, - заметил О'Хэнрати. - Мы могли бы таким образом скормить ему дезинформацию.

- Только не через моего сына. - Мерфи покачал головой. - Каллум немного наивен, но он не дурак. И, возможно, еще не готов узнать всю правду, но он быстро все поймет, если мы начнем лгать ему, чтобы он мог передать это Липшену. Мы используем его таким образом, и он перестанет доверять мне. Нам. Кстати, доверия будет мало, если Толмах узнает о переназначении в систему гамма. Я не могу в это поверить.

- Не в первый раз центральные миры жертвуют миром Окраины ради чего-то более... экономически выгодного. Держишь это в секрете или информация просочилась?

- Тихо. Толмах относится ко мне с теплотой, но пока не принял окончательного решения. Если он услышит, что его планета вдруг стала стоить меньше, чем добыча полезных ископаемых в звездной системе, где минералов и металлов меньше, чем на Гоибниу, как в одиночку уже доказала Нью-Дублин Экстракшен, он поставит меня в один ряд со всеми остальными жителями центральных миров, которым он не доверяет.

- Как вам будет угодно, сэр. И если я не могу изолировать хотя бы одну змею, значит, не заслуживаю того, чтобы быть в курсе. Но, как бы я ни был согласен с вами насчет Толмаха, мы здесь не для того, чтобы дружить с жителями Окраины. Мы здесь для получения доказательств... И, кстати, у нас еще один посетитель.

- Он здесь? - Мерфи выпрямился и постучал кончиком пальца по столу.

- Сайлас здесь, - кивнул О'Хэнрати. - Прилетел на "Папсуккале" вместе со змеей. У них были разные пассажирские капсулы, и он решил не высовываться, когда понял, что на борту находится Липшен. У меня есть информация о встрече. Это самая сложная часть, сэр. Надеюсь, вы к ней готовы.


* * *


Мерфи неуверенно шагнул с тротуара.

Из-за толстых подошв его ботинок идти по свежевыпавшему снегу в Тара-Сити было труднее, чем обычно. По его глубокому убеждению, они также делали его чрезмерно высоким, учитывая его естественный рост, но О'Хэнрати настаивал на том, что люди, выискивающие мошенников, ожидают, что те, кто склонен к гнусным поступкам, попытаются слиться с толпой. Это означало, что не сливаться с толпой часто было самым эффективным способом слиться с ней.

Бывали моменты, когда ему было труднее, чем другим, понять логику своего начальника штаба.

Он взглянул на витрину архитектурной фирмы и чуть не замер, не узнав своего отражения.

Борода была самой странной частью его нового облика, но не единственной. Более толстый лоб и широкая челюсть были бы неуместны при его худощавой фигуре, если бы его широкие плечи и спина не выглядели так, словно принадлежали рабочему.

Он плечом распахнул дверь отеля и, войдя в тепло, стянул перчатки. Ковер возле двери был вытерт, а в вестибюле стоял затхлый запах старого кофе и переполненных мусорных баков. Робот за стойкой попытался повернуться к нему, но его сервоприводы вышли из строя и при каждой попытке откидывали его назад.

Мерфи снял шляпу, и чересчур длинные волосы упали ему на глаза. В углу вестибюля стояла кофеварка, а по шкафчику под ней стекали две белые полоски, похожие на пролитые сливки.

- Бесплатный напиток с кофеином, - произнес робот-кассир под шипение помех. - Любезно предоставлено Хиберниан Армс Лодж.

Мерфи налил себе кофе и, попутно смахнув две полоски, вытер их полой пиджака. Он закрыл чашку крышкой-защелкой и направился к лифтам. Когда он нажал на кнопку "Вверх", его внимание привлекло небольшое граффити. Грубая шляпа со стрелкой, указывающей на коридор сбоку. Подняв глаза, он заметил табличку с надписью "Туалет" и направился к ней, не обращая внимания на открытые двери лифта.

Он завернул за угол и увидел мужчину в пальто, прислонившегося к стене с грифельной доской в руке.

- Вы здесь по работе консультантом? - спросил мужчина.

- Афф, проточные спектрографы. Старые модели, - ответил Мерфи. Его акцент сильно отличался от обычного.

- Проходите.

Мужчина кивнул на двойные двери, и Мерфи толкнул их. За ними несколько круглых столов были накрыты для свадебного приема. У входа на кухню сидели двое мужчин. Один из них был темнокожим, с копной коротко остриженных волос и золотым обручем в ухе. Другой был одет в пальто, очень похожее на то, что было у Мерфи, и выглядел как затерявшийся во времени викинг-налетчик с растрепанными светлыми волосами, острым носом и длинными вислыми усами.

- Любители, - сказал темнокожий мужчина. - Вы оба.

- Я тоже рад вас видеть, Сайлас. - Мерфи прижал большой палец к подбородку, и его фальшивое лицо раскололось посередине и спряталось под воротником куртки. - Вы даже не потрудились навести блеск?

- Я так и сказал. - О'Хэнрати сжал мочку уха, и образ викинга-налетчика слетел с его лица.

- У вас есть двойник на месте? - спросил Сайлас.

- Мой сын в моем кабинете в особняке занимается очень серьезной бумажной работой, на которую я не давал ему достаточно времени. - Мерфи понюхал свою чашку с кофе, поморщился и отставил ее в сторону, где она присоединилась к прочим. - О'Хэнрати установил защитные экраны на окнах и датчики на полу. Любой, кто следит за моим офисом, увидит меня там, и я дал понять, что меня нельзя беспокоить. Звонки переведены на удержание.

- И что вы сделали со змеей? - Сайлас потянулся через стол за кофейной чашкой, которую Мерфи оставил на столе. Он вытянул руку из-под рубашки, и Мерфи увидел неровные шрамы на его коже, оставленные укусом какого-то огромного и зубастого животного.

- Его шаттл при вылете с "Иштар" столкнулся с проблемой аварийного обслуживания в пусковом отсеке, - сказал О'Хэнрати. - Он все еще застрял в своем кресле на пару часов, пока не будет установлена новая деталь. Нельзя быть слишком осторожным при утечке радиации, даже если показания приборов дают ложноположительный результат.

- Тогда, возможно, вы двое не такие любители, как я опасался.

Сайлас пожал Мерфи руку.

- Не все мы можем работать в разведке Федерации за пределами синей линии, - сказал О'Хэнрати. - Как там жизнь? Должно быть, есть что-то интересное, если вы вернулись с холода.

- Кранн-Бетад просто прелесть. - Сайлас отпил кофе и причмокнул губами. - Свободное пространство есть свободное пространство. Все до единого преступники, подонки и люди с отклонениями поведения, которым тесно в Лиге или Федерации, оказываются там. Ты носишь закон в кобуре и надеешься, что кто-то, проявляющий хоть каплю уважения, позаботится о твоем теле. - Он щелкнул по серьге-обручу. - Действовать недалеко от границ Ришатана немного рискованно, но есть возможности для безжалостных и тех, кто не будет задавать слишком много вопросов.

- И вы столкнулись именно с такой возможностью, - сказал Мерфи.

- Один из моих постоянных источников. - Сайлас слегка наклонился вперед. - На этот раз у нас кое-что есть, Мерфи. Доказательство того, что риши снабжают Лигу. Не безделушками и провизией, а смертоносной военной помощью.

- И зачем сообщать об этом нам? - спросил О'Хэнрати. - Каждый раз, когда вы поднимаетесь оттуда, вы подвергаете себя риску. За синей линией действует не только разведка Федерации. Там есть Лига. Как и доверенные лица ришей.

- На меня работает пара людей Лиги... Не то, чтобы они знали, что я из Федерации. - Сайлас фыркнул. - Вот какую информацию я получил: через двадцать три дня через систему Альрамаль будет проходить корабль. Торговое судно, зарегистрированное как "Святой дуб". Оно часто бывает в этом районе, а у его шкипера есть связи в Альрамале. Он должен совершить одну из своих обычных доставок груза, но, по моей информации, на этот раз совершит еще одну доставку, "потеряв" целую девятисотметровую грузовую капсулу на обратном пути.

- Действительно? - О'Хэнрати откинулся на спинку стула. - Это было бы очень неосторожно с его стороны, Сайлас.

- И к тому же практически не оставив следов, - ответил Сайлас. - Что было бы хорошо, по крайней мере, для него, поскольку в капсуле, о которой идет речь, находятся детали, изготовленные Ришатаном для Лиги.

- Вы в этом уверены? - спросил Мерфи.

- Настолько уверен, насколько это возможно в нашем бизнесе. Груз прибыл с Хардасика. - Мерфи приподнял бровь, и Сайлас пожал плечами. - Хардасик - одна из систем Внешней Сферы, но груз перемещается через пространство Окраины.

- Почему? - спросил О'Хэнрати, склонив голову набок. - Почему бы просто не погрузить его на ришатанский сверхсветовой грузовоз и не доставить прямиком через космическую червоточину к месту назначения?

- Потому что риши мыслят не так, как мы? - Сайлас покачал головой с выражением легкого отвращения к тупости О'Хэнрати. - Инопланетяне, помните? Черт возьми, худшей ошибкой, которую когда-либо совершали люди, было зеркальное отражение мышления ришей! Они мыслят не так, как мы, а мы думаем не так, как они, и иногда они совершают поступки, которые не имеют ни малейшего смысла для человека. Но обычно для этого есть причина, если присмотреться повнимательнее и мыслить достаточно нестандартно.

- И вы нашли вот это? - спросил Мерфи.

- Не совсем, но на ум приходят две возможности. - Сайлас отхлебнул еще кофе. - Первая заключается в том, что Сфера находится чертовски далеко от Альрамаля. Во-первых, чтобы добраться туда с Хардасика, им придется пересечь целую полосу населенного космоса, и если им по какой-то причине придется сбросить там груз, они же не хотят, чтобы ришатанский грузовоз заметили так далеко от дома, не так ли?

Он переводил взгляд с Мерфи на О'Хэнрати и обратно, пока О'Хэнрати не пожал плечами, признавая правоту собеседника.

- Вторая возможность, которая приходит на ум, - продолжил он затем, - это выпендреж. Единственное, что я могу сказать вам о том, что думают риши, это то, что они... коварны. Им действительно нравится это дерьмо с таинственностью, и лучшие ксеноантропологи, с которыми я говорил об этом, говорят мне, что это своего рода ритуальная замена открытой войне между кланами. - Он покачал головой. - Они проделали чертовски хорошую работу, скрывая от нас большую часть своей истории, но мы знаем, что еще пару столетий назад они проводили чертовски много времени, стреляя друг в друга. Поедая друг друга, если на то пошло. Они остановились незадолго до того, как мы столкнулись с ними, но не прекратили борьбу за власть и ресурсы. Просто сейчас они делают это по-другому, и от того, насколько они ловки в этом соревновании, зависят соображения чести - то, что вы могли бы назвать очками престижа. Я думаю, что это может быть, по крайней мере, частично, отражением упомянутой культурной... специфики.

- И в этом есть только "средняя степень уверенности", если говорить на тайном языке белок, - он пожал плечами. - Это часть проблемы. Но я думаю, что эта информация достоверна, иначе я бы не стал сообщать ее вам.

- Я уже знал это, Сайлас. - Мерфи потянулся через стол, чтобы похлопать собеседника по плечу. - Просто от этого зависит многое. Нам с Гарри пришлось подергать за многие ниточки и принять на себя кучу долгов, чтобы вытащить меня сюда, и я не думаю, что мы сможем много раз откусить от этого яблока.

- Ну, в дополнение к тому факту, что мой агент в Крэнстоне - это система, где "Святой дуб" подобрал грузовую капсулу - видел, как ее сбрасывал "свободный торговец", имеющий связи с контрабандистами с Ришатана, вскоре после того, как один из контрабандистов с Ришатана, о котором идет речь, прибыл в Сферу по обратному вектору, на этот раз кто-то прилагает необычные усилия, чтобы смазать полозья. Свободные торговцы всегда платят приличную сумму взяток - или транзитный налог, если вы разбираетесь в семантике хищных ласок - "властям" дикой системы, когда они проезжают по нерегулируемым полосам. Такова цена ведения бизнеса. Но известный агент Лиги расчищает путь для "Святого дуба", платя немного больше, чтобы держать пиратские банды и местных деспотов подальше от нее. И не просто агент Лиги. Этот человек - истинно верующий, из тех, кого используют для проведения секретных операций, после прочтения которых можно перерезать себе горло.

- Хм. - Мерфи нахмурился, потирая верхнюю губу, и взглянул на О'Хэнрати. Начальник штаба оглянулся, затем пожал плечами.

- Заманчиво, - сказал Мерфи.

- Заманчиво, - повторил Сайлас. - Адмирал, здесь и так достаточно дыма. Давайте потушим огонь.

- Как я уже сказал, заманчиво. На самом деле, очень заманчиво, даже если это косвенные доказательства.

- Косвенные доказательства? Вы хотите признание на ришатанском языке вместе с горой вещественных доказательств? Я не из правоохранительных органов, где нормой является "вне всякого разумного сомнения". Это работа разведки, где мне достаточно обоснованного подозрения, чтобы организовать несчастный случай или визит человека, склонного к убийству. Неопровержимый факт, который нам нужен, находится на этом корабле. Это лучшая зацепка, которая у нас появилась со времен катастрофы в Монтклере.

- За двадцать лет, прошедших с тех пор, никаких зацепок не было, - сказал О'Хэнрати. - Риши и Лига были слишком осторожны. Так почему же мы наткнулись на что-то настолько пикантное именно сейчас?

- Потому что в Лиге что-то происходит. - Сайлас встал и начал расхаживать по комнате. - Что-то изменилось. Дело не в том, что они просто цепляются за что попало на Бета Лебедя. Не только. Ходят слухи о призыве отставников и резервистов. Следующие два призывных класса набираются досрочно. Опытные судостроители и инженеры просто исчезают из поля зрения. Они замышляют что-то грандиозное. А тут еще эта партия... - Он покачал головой. - Мне все равно, насколько кто-то хорош, но если то, что он пытается сделать, достаточно масштабно, всегда сложно спланировать финал и не упустить детали из виду. Всегда. Это одна из вещей, которая меня беспокоит. Если они так долго были осторожны, а теперь их система секретности начала давать о себе знать, это говорит о том, что они, возможно, вступают в решающую стадию, чем бы это, черт возьми, ни было.

- Нам нужно прикрытие, - сказал О'Хэнрати. - Какое-нибудь правдоподобное объяснение, почему мы пересекли синюю линию и перехватили этот корабль.

- Ну, вы могли бы это сделать, потому что завтра или послезавтра в системе появится другой агент Федерации с достоверными сведениями о корабле работорговцев, перевозящем выживших из Инвернесса через Альрамаль. - Сайлас перестал расхаживать по комнате и ухмыльнулся. - Вы уйдете сразу после этого и будете в Альрамале, когда появится "Святой дуб".

- Этот другой агент в команде? - спросил О'Хэнрати.

- Нет, он полный идиот, которому я скармливал посредственную информацию с тех пор, как его перевели в "свободное пространство". Теперь у него первый большой прорыв, так что ожидайте, что он будет очень уверен, когда прибудет.

- Это пройдет проверку на вшивость, - одобрительно кивнул О'Хэнрати.

- За исключением того, что мы знаем: на Инвернессе не было работорговцев, - сказал Мерфи.

- Мы достаточно талантливы, чтобы прикинуться дурачками. - О'Хэнрати изобразил свое самое лучшее, искреннее выражение с широко раскрытыми доверчивыми глазами. - Вы знаете, сэр, что все навигационные буи и разведывательные спутники были выведены из строя при первой атаке, поэтому нет данных с датчиков, которые могли бы сказать нам, посещал ли кто-то еще систему сразу после того, как Син нанесла по ней удар. Вполне возможно, что какой-нибудь омерзительный работорговец - какой-нибудь падальщик, живущий на дне, - следующий по пятам за кораблями Лиги - или, возможно, даже в сговоре с ними! - воспользовался возможностью, чтобы прихватить полный добычи грузовой отсек, прежде чем мы смогли туда добраться.

- Понятно. - Губы Мерфи дрогнули. - Конечно, никто из выживших, которых мы спасли, ничего не сказал об этом.

- Сэр, мне неприятно это признавать, потому что, как ваш начальник штаба, именно я должен отвечать за ваши разведывательные сводки, но никогда никого не спрашивал о работорговцах. Знаю, это оплошность с моей стороны, и приношу свои извинения. Никто из них ничего не сказал по этому поводу, но, знаете, все эти люди были в состоянии шока. Вполне возможно, что никому из тех, кто действительно видел этих людей, просто не пришло в голову рассказать нам о них. И мы отправили их всех, кроме маленькой подруги Каллума, на переселение, так что сейчас мы не можем их об этом спросить. И Эйра все равно тоже не знала - она все это время была заперта в бункере и ничего не видела. Итак, это возвращает нас к моему первоначальному вопросу. Хотим ли мы рисковать, не принимая эту информацию за достоверную только потому, что у нас нет положительного подтверждения?

- Это было бы... прискорбно, не так ли? - пробормотал Мерфи. - Я имею в виду, если бы это было достоверно, а мы бы ничего не предприняли.

- Не просто прискорбно, сэр, - мрачно сказал О'Хэнрати. - Это было бы трагично.

Мерфи кивнул, затем оглянулся на Сайласа.

- Завтра? - спросил он.

- Или послезавтра. Я прилетел через Джалал, потому что должен был прибыть раньше него, чтобы рассказать вам, чего ожидать. Я планировал прибыть сюда более двух недель назад, чтобы дать вам больше времени подготовиться к его приезду. Но кто-то, - он пристально посмотрел на Мерфи, - похитил "Калькутту" и отклонил ее от обычного маршрута из Шотландии через Нью-Дублин, так что я застрял в Джалале, пока не прилетел "Папсуккал" из Сола. Наш козел отпущения - простите, я имею в виду моего бесстрашного коллегу-агента, слабоумного - отправляется на одном из независимых свободных торговцев, который регулярно курсирует от синей линии через Нью-Дублин и обратно. Я слышал, что он ведет довольно тихую торговлю здесь, в системе. Не то чтобы я был в этом уверен, как вы понимаете. Не хотелось бы, чтобы вы подумали, что я в этом уверен и чувствую себя обязанным сообщить что-либо о контрабанде местным властям, в конце концов.

- О, конечно. - Мерфи кивнул, а Сайлас потер руки.

- Будет интересно наблюдать за последствиями, - сказал он. - Подобный разведывательный переворот, как правило, встряхивает ситуацию, дает мне шанс заглянуть за завесу и увидеть, что еще задумала Лига. Только представьте, что это будет означать, джентльмены. Доказательство того, что риши поддерживают Лигу. Если Лига потеряет эту поддержку, всей войне может прийти конец.

- Окончание войны... Знаете, несмотря ни на что, это трудно даже представить, - сказал Мерфи. - Пятьдесят шесть лет и миллиарды жизней, потерянных с обеих сторон. Поколения, которые никогда не знали ничего, кроме конфликтов. - Он покачал головой. - Как вы вообще можете думать о том, чтобы покончить с чем-то подобным?

- И мы можем разоблачить ришей, которые поддерживают это и продлевают кровопролитие, - сказал О'Хэнрати. - Это будет совершенно новая галактика.

- Мы не можем взять с собой все оперативное соединение, - задумчиво произнес Мерфи. - Мы не можем открыть Нью-Дублин для нападения. Но нам это и не нужно. Один носитель - "Иштар" - и его наездники. Это все, что нам может понадобиться.

- Было бы неплохо, если бы рядом не было... несчастных наблюдателей, - заметил О'Хэнрати. - Например, недавно появившейся змеи.

- Что ж, очевидно, что время будет иметь решающее значение, - размышлял Мерфи. - Полагаю, вы знаете, Сайлас, каким курсом прибудет ваш бесстрашный агент?

- Знаю.

- Хорошо. Так что, если бы нам просто посчастливилось, что сверхсветовик уже вышел за границу Пауэлла и находился в нужном месте, когда поступила информация, у нас явно не было бы времени тратить часы на торможение обратно в систему, чтобы забрать кого-нибудь из Кранн-Бетада, не так ли?

- Я бы так и подумал, сэр. Как вы и сказали, время будет иметь решающее значение.

- Внезапные учения? - предположил Мерфи.

- Внезапные учения, - кивнул О'Хэнрати. - Не стану популярен среди рядовых, но я здесь не для того, чтобы заводить друзей.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ


- Говорю вам, все это правда! - закричала голограмма краснолицего мужчины. - Корабль с выжившими на борту направляется в систему Виктрикс через Альрамаль. Если вы сможете добраться туда вовремя...

- Я понимаю вашу настойчивость, агент Кортнев, - перебил его Мерфи. - Понимаю. Но это не то решение, которое я могу принять с легкостью.

- ... вы можете предотвратить ужасный поворот судьбы! - продолжил Трент Кортнев.

В данный момент он и свободный торговец "Макмиллан" находились на расстоянии 3 800 000 километров от "Иштар", что привело к задержке связи в одну сторону почти на четырнадцать секунд, но он, похоже, не знал о протоколе, который требовал, чтобы говорящий сделал паузу и дал другому возможность ответить.

- Все эти люди - граждане Федерации, - продолжал он, - и единственный, кто, возможно, мог бы предотвратить то, что с ними случилось, - это вы, адмирал. Они даже не подозревают, что спасение возможно, но, несомненно, они уже достаточно натерпелись! Это не так, как если бы...

- Я говорю, агент Кортнев, - резко сказал Мерфи и отключил входящий звук. Затем он отступил назад, скрестив руки на груди, и наблюдал за движением губ собеседника в течение двадцати восьми секунд, пока Кортнев не замолчал и резко не закрыл рот.

- Спасибо, - сказал он и медленно выдохнул.

Он и остальные его ключевые сотрудники находились на флагманском мостике "Иштар". Большой сверхсветовой космический корабль находился в сорока трех световых минутах от центра системы, на пути к Бриджит, окруженному кольцами газовому гиганту системы Нью-Дублина, в рамках внезапных учений О'Хэнрати. Предполагалось, что он будет играть роль агрессора, приближаясь к остальным из внешней системы на высокой скорости, и его текущее местоположение составляло пятьдесят одну световую минуту от Кранн-Бетада и прочей части оперативного соединения 1705.

"Макмиллан", даже немного меньший, чем "Папсуккал", приближался, тормозя при силе тяжести чуть менее 1100 g вне предела Пауэлла местной звезды. Его текущая скорость относительно этой звезды составляла около десяти процентов от скорости света, в то время как "Иштар" двигалась почти вдвое быстрее, но два звездолета шли по сильно расходящимся векторам, что значительно замедляло их скорость относительного сближения. Еще через семь минут "Макмиллан" приблизится к объекту на расстояние примерно в девять световых секунд. После этого расстояние снова начнет увеличиваться.

"Макмиллану" потребовалось немало времени, чтобы опознать "Иштар" - или, по крайней мере, чтобы капитан свободного торговца согласился разрешить своему пассажиру связаться с крупным кораблем военно-космического флота Земной Федерации, - но Кортнев связался со сверхсветовым кораблем за двадцать минут до этого момента.

Мерфи взглянул на индикатор времени на переборке. "Иштар" отправила срочное приоритетное сообщение в Тара-Сити, как только Кортнев представил свой первоначальный отчет, но оно поступит в Кранн-Бетад только через тридцать одну минуту. Он на мгновение задумался, затем снова повернулся к голографическому дисплею.

- Это очень тревожные новости, агент, - сказал он. - Вы просите меня покинуть эту систему ради нерегулируемого пространства и подвергнуть Нью-Дублин риску нападения Лиги в мое отсутствие.

Он сделал паузу в ожидании. Расстояние сократилось всего до двенадцати световых секунд, и двадцать четыре секунды спустя Кортнев умоляюще поднял руку к своим визуальным датчикам.

- Но подумайте о человеческих жизнях, адмирал. - Он вытер рот. - Жители Инвернесса достаточно настрадались от нападения Лиги, а теперь их угоняют в рабство дикари из-за синей линии. Вы не можете просто сидеть здесь и позволить им ускользнуть в кошмарное будущее! Я...

Он оборвал себя и покачал головой, умоляюще глядя с голограммы.

Мерфи прислонился к командному пульту под голопроекцией и оглянулся через плечо.

- О'Хэнрати, что скажете? - спросил он.

- Кортнев действительно привез с собой достаточное количество вспомогательных разведданных, сэр, - сказал начштаба. - Я изучил материалы, которые он передал нам в срочном порядке, и в них оказалось больше информации, чем ожидалось. Не то чтобы мы просто поверили ему на слово. - Он покачал головой. - Представьте себе это. На самом деле я предлагаю уйти из системы, основываясь на доверии к словам разведки Федерации.

- Постараюсь, чтобы у меня не случился сердечный приступ, - сухо сказал Мерфи. Он снова посмотрел на дисплей. - У вас есть какие-нибудь дополнительные данные, помимо тех, что вы уже отправили нам, агент?

- Все это есть в моем отчете, - сказал Кортнев двадцать секунд спустя. - Но я почти два года не выходил на связь. Моя сеть хорошо развита, и...

Мерфи снова приглушил звук движением пальца и посмотрел на дисплей, подключенный к командной панели "Иштар".

- Капитан Лоу, если предположить, что я решу купиться на эту погоню за дикими гусями, сколько времени пройдет, прежде чем мы сможем отправиться в Альрамаль?

- Коммандер Кройцбург подсчитал, сэр, - ответил флагманский капитан. - К счастью, мы уже вышли далеко за предел Пауэлла. При 1800 g мы достигли бы сверхсветового порога примерно через три целых восемь десятых часа. Нам пришлось бы отклониться от нашего вектора, но запаса времени более чем достаточно. И до Альрамаля чуть меньше двенадцати с половиной световых лет. Мы могли бы быть там за пять дней, если немного поднажать в червоточине.

- Понимаю.

Мерфи кивнул и взглянул на О'Хэнрати. Цифры Сайласа точно соответствовали вектору прибытия "Макмиллана", хотя "свободный торговец" прибыл на несколько часов позже самого пессимистичного расчетного времени прибытия. Это не имело значения. На самом деле, это помогло, потому что означало, что "Иштар" все глубже ввязывается во "внезапные учения"... и еще дальше от Кранн-Бетада, с соразмерно большей задержкой связи.

- У нас на стойках "Румыния", "Кения" и "Россия", - сказал О'Хэнрати. - С добавлением коммодора Грейнджер к обороне системы и возвращением в строй "Фоша" и "Паттона", мы не создадим такой большой бреши в рядах тяжелых субсветовиков, адмирал.

- Что будет слабым утешением, если они нападут на Нью-Дублин, пока нас не будет, и мы оставим недостаточно, - отметил Мерфи.

- Да, сэр, но он прав в том, что произойдет с этими людьми - при условии, что его информация верна, - если кто-нибудь ничего не предпримет. И, по крайней мере, по плану учений "Фурия" заняла шестую стойку. Она и ее истребители принесут гораздо больше пользы, чем любой другой военный корабль, если нам придется прикрывать какой-либо значительный объем.

- Это правда, - признал Мерфи. - Но если присутствие Лиги в Альрамале будет значительным...

- Я не думаю, что это очень вероятно, сэр, - сказал капитан Лоу с экрана. - Альрамаль - автономная система. Она не принадлежит ни одной из сторон. Возможно, время от времени там проходит авианосец, но не полностью укомплектованный. И если мы задержимся с прибытием еще каких-либо боевых кораблей, то сократим время, которое агент Кортнев предоставил нам, чтобы мы успели туда. Если отправимся сейчас - прямо сейчас - то прибудем примерно за двенадцать часов до самого раннего расчетного времени прибытия работорговца. Если же мы снизим скорость, построим обратный вектор на Кранн-Бетад и перераспределимся, а затем снова разгонимся по правильному вектору на Альрамаль, мы потеряем весь этот запас плюс еще немного.

- В этом он прав, сэр, - сказал О'Хэнрати.

- Не люблю, когда меня так торопят, - пробормотал Мерфи, затем глубоко вздохнул. - Но вы оба, конечно, правы.

Он снова взглянул на часы с сосредоточенным, хмурым выражением лица, за которым скрывалось внутреннее ликование. В Тара-Сити была середина ночи. Еще через двадцать три минуты первая передача "Иштар" достигнет Кранн-Бетада, и Энди Липшену придется встать с постели, чтобы посмотреть ее. В этот момент он, несомненно, начал бы лихорадочно планировать, как либо отказаться от любого дела за синей линией, либо, по крайней мере, убедиться, что он будет рядом и присмотрит за происходящим. Но любому сообщению от него потребовался бы почти час, чтобы дойти до "Иштар", а на получение ответа от Мерфи потребовалось бы еще пятьдесят минут. Это означало, что "Иштар" должна была находиться в "червоточине" уже десять минут, прежде чем Липшен получит сообщение.

И в этот момент, блаженно подумал он, поднимется настоящая пена.

Он снова посмотрел на изображение Кортнева. Губы мужчины снова задвигались - или, на самом деле, все еще двигались - и Мерфи включил звук.

- ...клянусь честью агента Федерации, - говорил мужчина. - Я клянусь, что информация поступает с высочайшим уровнем достоверности. И, конечно, я лично буду сопровождать вас. Это совершенно правильно, поскольку именно моя информация может привести к возможной опасности для вас. - Он сделал паузу и слегка вздернул подбородок.

- Это весьма убедительно, - сказал Мерфи. - Однако, я просмотрел расчеты и боюсь, что ваш корабль не сможет встретиться с "Иштар" до того, как мы войдем в червоточину. Нет, если мы собираемся достичь Альрамаля в указанное вами время.

Возникла неизбежная задержка передачи. Затем...

- Но... но это моя операция!

- К вашему сведению. - Мерфи постучал костяшками пальцев по кольцу управления. - Это будет наша операция. И на всякий случай, если мы прибудем в Альрамаль и обнаружим, что это ловушка, я думаю, вам лучше сдаться местным системным властям. Они устроят вас поудобнее, пока мы не вернемся.

- Я... Я арестован?

- Просто рассматривайте это... как... задержку на неопределенный срок, пока мы не разберемся со всем, что вы нам рассказали, - улыбнулся Мерфи. - Если вам от этого станет легче, вы будете моим почетным гостем в губернаторском особняке, и я лично попрошу моего хорошего друга капитана Липшена присмотреть за вами, пока мы не вернемся. Неужели это звучит так ужасно?

- Хорошо. Нет, но я...

Мерфи отключил голограмму агента.

- Что ж, одной головной болью меньше, - заметил О'Хэнрати.

- Капитан, доставьте нас в Альрамаль, - сказал Мерфи Лоу.

- Решение принято, сэр?

- Оно принято. Теперь я должен это объяснить. Начштаба, идем со мной.

- Есть, сэр, - сказал Лоу, когда Мерфи и О'Хэнрати направились к двери, охраняемой двумя хоплонами Логана.

Мерфи пересек дежурную часть в дальнем конце и остановился, глядя на дисплей, наблюдая, как Бриджит и ее впечатляющие кольца скользят по экрану, когда "Иштар" изменила курс. Дверь за О'Хэнрати закрылась.

- Что-то беспокоит, сэр? - спросил начальник штаба.

- Все, что я говорил против использования информации Кортнева, относится и к Сайласу. - Мерфи повернулся к нему лицом и скрестил руки на груди. - Если Сайлас скомпрометирован, он мог заманить нас в засаду в Альрамале. Ему не обязательно было перевербоваться; если его опознали, то могли передать ему необходимую для этого информацию. Или просто отвлечь нас от Нью-Дублина, чтобы ослабить его оборону. Эта адмирал Син, похоже, не из тех, кого можно одурачить.

- Да, сэр, но Сайлас получил информацию задолго до нападения на Шотландию; он просто использовал "работорговцев" как предлог, чтобы науськать Кортнева. Так что, если ему подбросили информацию, чтобы выманить нас из Нью-Дублина, они, должно быть, уже планировали следующую атаку здесь. Это, конечно, возможно, но я, как и вы, считаю, что Шотландия была скорее попыткой прощупать почву. Я не думаю, что они создали что-то настолько сложное, чтобы наметить для себя Нью-Дублин еще до того, как попали в Шотландию.

- Это так, - признал Мерфи. - Но это все еще может быть операция контрразведки, которая использует его, чтобы заманить нас - или того, кому он передал информацию - в ловушку.

- Вы правы. Это могло бы быть, хотя я и считаю это маловероятным. Но если это и так, то только потому, что они опознали его и скормили ложную информацию. Не потому, что они его завербовали.

Мерфи приподнял бровь, услышав мрачную уверенность в голосе О'Хэнрати, и начальник штаба подошел к шкафчику, чтобы достать бутылку виски и два бокала.

- Не забывайте, что у Сайласа... есть прошлое, Терренс. Он хороший агент, у него был длинный список успешных операций, пока Монтклер не превратился в дерьмо. Вы читали отчет. - Он налил виски. - Полноценное оперативное подразделение, лучшие обученные люди, которых могла отправить Федерация, были убиты ришами за синей линией. Все, кроме Сайласа, но он выжил чудом.

- И поскольку это была секретная операция, у Федерации были все основания отрицать и она могла официально... не заметить, что это произошло. - Мерфи кивнул. - Что было удобно для официальной версии, не так ли?

- Так и было. - О'Хэнрати закончил разливать виски по бокалам и сжал их донышко, чтобы активировать охлаждающие подушки внутри. - И не думайте, что власть предержащие не упрятали его под ковер с неприличной поспешностью. Вы не новичок в разведке, поэтому, возможно, не представляете, как быстро и бесповоротно они запихнули его в разведывательный сортир.

- После того, как он заявил, что он и его команда были свидетелями того, как Сфера Ришатан продавала оружие Лиге? - Мерфи резко рассмеялся. - Не нужно быть "новичком в разведке", чтобы понять, как быстро они раскусили это дело, Гарри. Особенно учитывая, что улики были утеряны, когда риши уничтожили корабль его команды. Но это одна из причин, которая меня беспокоит. Все, что ксеноантропологи рассказывают нам о ришах, подчеркивает, насколько они любят длительную игру. Может ли это быть тем, что здесь происходит? Долгая афера? Могли ли они разыграть Сайласа, намереваясь использовать его в качестве подставного лица, с того самого момента, как он вернулся от Монтклера?

- Вот это уже заговор в виде шапочки из фольги. - О'Хэнрати отхлебнул виски. - И это говорит тот, кто так долго верил в безумные идеи в виде шапочек из фольги... возможно, я не лучший судья.

- Если мы правы, поверив Сайласу, это может положить конец войне. Если ошибаемся, мы умрем в засаде. Или пока нас не будет, они обрушатся на Нью-Дублин подавляющими силами, и мы вернемся на еще одну разрушенную планету.

Мерфи чокнулся бокалом со своим начальником штаба.

- Это Сайлас, - сказал О'Хэнрати. - Если бы это был только этот простофиля Кортнев, мы могли бы просто кивнуть, сказать, насколько интересной была информация, а затем отправить отчет обратно в Овальный кабинет и ждать распоряжений. Но это Сайлас, и он не дурак.

- Согласен. - Мерфи глотнул виски и расправил плечи. - А теперь самое интересное. Объясняю все это Толмаху.

- Все будет не так уж плохо, сэр, - ободряюще произнес О'Хэнрати. - Я думаю, он начинает испытывать к вам теплые чувства. Кроме того, это записанное сообщение, а не прямой эфир.

- И я собираюсь солгать ему, - с несчастным видом сказал Мерфи. - Я ненавижу это. Этот человек заслуживает лучшего.

- И мы не можем сказать ему правду, не вовлекая в то, что некоторые стороны могут назвать государственной изменой, - отметил О'Хэнрати.

- Я знаю это. От этого мне не становится легче.

- Что ж, хорошая новость в том, что все, что вы собираетесь записать, основано на официальной версии того, что мы получили от Кортнева. Если повезет, он, возможно, никогда не поймет, что мы просто разыграли ситуацию.

- И что же в этом кровожадном, подлом старикашке заставляет тебя так думать? - фыркнул Мерфи. - Если уж на то пошло, Дьюар, черт возьми, обязательно выяснит то, чего не выяснил бы он сам. Особенно если мы вернемся домой с доказательствами, подтверждающими историю Сайласа.

- Вы действительно думаете, что Толмах или Дьюар будут испытывать какие-либо сомнения по поводу того, как мы получили доказательства, подтверждающие историю Сайласа, если вернемся домой с ними? После того, как Окраина так долго платила такую цену?

- Нет, но если что-то пойдет не так, все ставки аннулируются.

Мерфи глубоко вздохнул, опустился в кресло и активировал станцию связи, встроенную в стол перед ним. Он снова взглянул на О'Хэнрати.

- Будем надеяться, что мы не дураки, - сказал он.

- Так или иначе, мы получим ответ, когда доберемся до Альрамаля.

О'Хэнрати поднял свой бокал в ироническом приветствии.

- Большое спасибо, - сказал Мерфи. Затем откашлялся. - Запись, - сказал он, и дисплей перед ним ожил.

- Здравствуйте, господин президент, - сказал он. - К тому времени, как вы это увидите, я уверен, капитан Липшен уже успеет растолковать вам, как важно, чтобы он попал на борт "Иштар". К сожалению, расчеты не сработали, так что, боюсь, мне придется оставить его здесь. Поверьте, я глубоко и искренне сожалею, что взвалил на вас это бремя.

Мерфи позволил себе улыбнуться, представив... красочный ответ Алана Толмаха на это. Затем выражение его лица стало серьезным.

- Так получилось, что до нас только что дошла информация, которая требует от нас действовать очень быстро, если мы вообще собираемся действовать, - продолжил он. - Вы, вероятно, уже видели первоначальный пакет переданных данных. Однако я прилагаю к этому сообщению более полную версию информации, просто чтобы быть уверенным, и также отправляю вам агента, который его доставил. В настоящее время у нас нет причин сомневаться в его правдивости, и я уверен, что капитан Липшен будет внимательно следить за ним в наше отсутствие, но, честно говоря, буду чувствовать себя лучше, если вы и генерал Дьюар будете в курсе.

- По сути, все это восходит к Инвернессу. Похоже, что между уходом капитана Дребина и нашим прибытием в Шотландию...


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ


- Что ж, он находится примерно в нужном месте и движется правильным курсом, сэр, - сказал коммандер Мирвани.

- И примерно на пятнадцать часов опаздывает, сигнализируя не на том транспондере, - сухо заметил Мерфи.

- В общем, да. Это так, - признал его оперативный офицер.

Мерфи надул щеки, заложил руки за спину и начал медленно расхаживать по командному рингу флагманского мостика. "Иштар" с наездниками на борту достигла Альрамаля двадцать девять часов назад. Она снизила скорость до субсветовой всего в трех световых часах от единственной обитаемой планеты системы, которая, как оказалось, также называлась Альрамаль, и замедлилась до своего текущего положения, в 98 световых минутах от центра системы и в 90 световых минутах от планеты. Никто из сотрудников контроля трафика Альрамаля не вызвал их - вероятно, потому, что Альрамаль привык к посетителям, которые иногда предпочитали обменяться грузами вдали от посторонних глаз. Если уж на то пошло, то, возможно, никто не вызывал их, потому что кто-то в Альрамале, предвидевший появление коммерческого рейдера, смотрел в другую сторону для получения части доходов.

Одной из реалий межзвездной торговли было то, что пиратам или торговым рейдерам было так же невозможно обнаружить добычу в пространстве червоточин, как и сверхсветовым кораблям найти там друг друга. Это означало, что все пираты или их, по крайней мере, предположительно более респектабельные коллеги из регулярного флота были вынуждены охотиться в обычном космосе в непосредственной близости от транспортных узлов. И если их субсветовые наездники собирались напасть на какую-либо добычу, они могли добиться успеха только внутри предела Пауэлла и, будем надеяться, вблизи планеты, поскольку любой сверхсветовой грузовой корабль мог с невероятной легкостью убежать от любого корабля с термоядерным двигателем в любом месте снаружи этого предела.

Для "Иштар" это не было проблемой, но даже ей пришлось подождать, пока муха заберется достаточно далеко в паутину, прежде чем прыгнуть на нее.

- Как говорит Рэйли, в нужном месте и в нужном направлении, сэр, - сказал О'Хэнрати. - Два из трех - это неплохо. И его выбросы также соответствуют конфигурации грузовоза.

- О, не сомневаюсь, что это грузовое судно, - ответил Мерфи. - Вопрос в том, то ли это судно или нет. Потому что, если это не так, и мы будем прилагать все усилия, чтобы перехватить его, когда появится настоящее грузовое судно, все станет очень, очень проблематичным. - Он поморщился. - Я не думаю, что в нашей базе данных есть что-нибудь об этом транспондере?

- Вы правы, - сказал ему О'Хэнрати. - Впрочем, неудивительно, не так ли? В базе данных есть только корабли под флагом Федерации, и единственное, чем этот йэху не является, - это кораблем Федерации.

Мерфи кивнул, наблюдая, как значок, на котором был обозначен транспондерный код "Вал Идрак", замедляется по направлению к внутренней части системы при восьмистах g. Корабль летел на субсветовой скорости в двух с половиной световых часах от планеты... и в 177,6 световой минуты от "Иштар". При нынешнем торможении он находился почти в десяти часах полета от орбиты планеты Альрамаль. Теперь, спустя девяносто минут, он преодолел чуть менее 1,38 миллиарда километров, его скорость снизилась до 233 480 километров в секунду, а расстояние до "Иштар" сократилось до 101,2 световой минуты. Чтобы добраться до места, где находилась "Иштар", потребуется еще три часа и двадцать минут. Ну, во всяком случае, пройти в пределах примерно 900 000 километров от нее. Это в три раза больше расстояния между Старой Землей и Луной - сущий пустяк, когда речь заходит о навигации в дальнем космосе.

- Мы не можем позволить ему пройти мимо нас, если это тот корабль, который мы ищем, - сказал адмирал. - Как только он выйдет на околопланетную орбиту, для абордажных действий все станет намного сложнее.

- Это правда, - согласился О'Хэнрати. - Однако в данном случае форс-мажорные обстоятельства - довольно убедительный аргумент.

- Я бы предпочел не идти этим путем, если бы в этом не было необходимости. И хочу быть уверен, что ничего не исчезнет на планете, прежде чем мы сможем поднять людей на борт. У нас нет достаточного количества космических пехотинцев, чтобы охотиться на бекасов на дикой планете.

О'Хэнрати кивнул, и Мерфи совершил еще один круг по командному кругу. Затем он остановился и глубоко вздохнул.


* * *


- Так почему же я должен быть в мягком? - пожаловался Штайнер.

- Потому что в Мурену помещается только три скафандра, если брать с собой больше одного мягкого, а у нас их два. Не считая тебя, - ответила Фаэран, тасуя карты.

- Да, но почему это я не в доспехах?

- Потому что ты провалил последнюю тренировку по взлому и зачистке, - сказал Логан, забирая свои карты, когда Фаэран стала раздавать. - Помнишь, как стрелял башмаками вместо пустотелых наконечников и пробивал корпус? Имитация быстрой разгерметизации? Как я не один раз ругался на полном серьезе, чтобы описать твою ошибку?

- Если он и дальше будет задирать нос, можно мне забрать его броню? - спросила Эйра.

- Нет, - хором ответили хоплоны.

- Это кажется не очень справедливым, - пробормотала она. Игра в пинокль ее не привлекала, поэтому она усердно оттачивала боевой нож, наблюдая за ними.

- Не думаю, что "справедливость" слишком важна для главного сержанта, - сухо сказал Каллум. Он откинулся на спинку кресла в выходном отсеке ударного носителя "Фурия", перечитывая руководство по процедурным действиям при абордаже.

- Черт возьми, это не так... сэр, - согласился Логан. - Штайнер - неудачник, Эйра, но, по крайней мере, он достаточно разбирается в скафандрах, чтобы ошибиться.

- Ставки? - перебил Чавез, глядя на свою руку.

- Оооо! У кого-то двойной розыгрыш или два туза! - сказала Фаэран, ухмыляясь ему через стол.

- Да, у некоторых людей непроницаемое лицо ни черта не стоит, не так ли? - ухмыльнулся Штайнер.

- Эй, - сказал Чавез. - У меня непроницаемое лицо. И...

- Оооо-гааа! Оооо-гааа!

Старинный клаксон оборвал его на полуслове и карты разлетелись.

- Надеть скафандры! - рявкнул Логан и посмотрел на Каллума. - Я имею в виду и вас тоже, сэр.


* * *


- И примерно... сейчас, я думаю, - сказал Мерфи, наблюдая за экраном.

- Да, сэр, - ответила лейтенант Мастроянни с командирской палубы "Иштар". Она коснулась микрофона, поднесла его к губам и четко произнесла: - "Вал Идрак", это КФЗФ "Иштар". Мы - военный корабль военно-космического флота Федерации, и вам приказывается снизить скорость и сблизиться с нами для досмотра на борту. Ответьте.

"Вал Идрак" двигался по субсветовому вектору чуть более четырех часов. Его скорость упала до 15 934 километров в секунду, а расстояние до него сократилось до пяти световых секунд, когда он пронесся мимо укрытия "Иштар" в глубоком космосе.

- Покажите ему наш ротор, капитан, - сказал Мерфи, и капитан Лоу кивнул коммандеру Кройцбургу.

- Включи его, Август, - сказал он.

Кройцбург нажал на элементы управления, включился двигатель Фассета "Иштар", и она начала ускоряться, преследуя добычу.


* * *


- Боже, как я ненавижу это дерьмо "поторопись и подожди", - проворчал Штайнер.

- Ты сегодня просто лучишься солнцем, не так ли? - сардонически поинтересовался Логан.

Три хоплона в силовой броне были закреплены на палубе в носовой части посадочной капсулы, в то время как Штайнер, Каллум и Эйра - все в частично бронированных вакуумных скафандрах - занимали тяжелые противоперегрузочные кресла в конфигурируемом кормовом отсеке.

В данный момент все они находились в условиях микрогравитации, поскольку ударный носитель "Фурия" летел на стойках "Иштар", но рано или поздно это должно было измениться, потому что их капсула была подсоединена к одному из истребителей класса Косатка "Фурии". "Косатка" представляла собой гибкую конструкцию, способную принимать несколько различных модулей вооружения или, как в данном случае, одну абордажную капсулу Мурена. В боевом режиме пилот "Косатки" был способен эффективно функционировать при ускорениях до пятнадцати или даже шестнадцати g, выдерживать двадцать g, прежде чем потерять сознание, и на самом деле выживать при таком огромном ускорении в течение тридцати минут. Это стало возможным только потому, что он находился в плотном фторуглеродном тумане под высоким давлением, поддерживающем его полые органы. Туман также заполнял его легкие... и все остальные полости тела, что привело к предсказуемой серии шуток о метеоризме, когда в его герметизированной камере снижалось давление. Пилоты-штурмовики также были оснащены возможностью подключаться к внешним системам кровоснабжения, которые насыщали их кровь кислородом (чего не могли сделать их легкие, заполненные фторуглеродом) и обеспечивали ее циркуляцию при ускорениях, когда человеческое сердце просто не могло этого сделать.

Однако Мурены были рассчитаны на ускорение не более десяти g. Что было бы достаточно неприятно для их пассажиров.

- Я просто говорю, что мы могли бы по-прежнему играть в пинокль, вместо того чтобы сидеть здесь в этой консервной банке, главсарж, - ответил Штайнер. - Это все.

- Ну, я готов поспорить, что адмирал просто убит горем - убит горем - из-за того, что прервал вашу игру в пинокль.

- Но...

- О, кончай это, - приказал Логан. - Лучше загрузиться пораньше и подождать, чем опоздать и обнаружить, что ваш модуль не прошел проверку! Хочешь пойти и рассказать капитану Бисгаард, как выполнять ее работу?

- Нет...

- Или адмиралу? Нет? Я так и думал, - сказал Логан.

- Нет проблем, главный сержант. Я просто посижу здесь и наберусь храбрости.

- Разумный выбор.

Каллум откинулся на ремни и поднял руку, затем постучал себя по виску.

- О-о-о. Зеро понял, что мы отключили его связь, - сказал Штайнер.

Эйра протянула руку и щелкнула выключателем сбоку шлема Каллума.

- Я что-то пропустил? - спросил он. - Судя по тому, как вертится Штайнер, я подумал, что, возможно, мы получили предупреждение.

- Может быть, у него просто песок в... скафандре, - сказал Чавез.

Штайнер пнул его в спину.

- Присядьте и не двигайтесь, сэр, - сказал Логан. - Добро пожаловать в корпус.

- Да, когда я записывался добровольцем, то не ожидал, что буду сидеть здесь так долго, - согласился Каллум. - Тем не менее, все не так плохо.

- По крайней мере, пока, - согласился Логан. - Однако ускорение будет не из легких, сэр.

- Я переношу его на уровне лучших двадцати процентов, - Каллум пожал плечами. - Не ожидаю, что будет весело, но, думаю, переживу.

- Просто придерживайтесь этой мысли, - сказал ему Логан.

- Сэр, если не возражаете, я спрошу, почему вы вызвались добровольцем? - спросил Чавез. - Если на то пошло, почему вы не остались на Кранн-Бетаде? Вас не было на борту корабля.

- Услышал, как адмирал и капитан О'Хэнрати говорили об учениях, и решил, что мне стоит присоединиться, посмотреть, как все это работает в реальной жизни, а не в сценарии, подобном "Командиру Федерации". - Каллум снова пожал плечами. - Не то чтобы мне не нравилось наше место службы, но время от времени мне приходится хотя бы притворяться, что я серьезно отношусь ко всем этим военно-космическим штучкам. Кроме того, где бы был адмирал, если бы я не отслеживал его сообщения? Потом я узнал об этом перехвате, и, ну...

Он слегка пожал плечами, насколько позволяла его привязь, и очень старательно не смотрел в сторону Эйры.

- Раз уж вы так близко подошли к флагштоку, - сказал Чавез, - может быть, вы знаете о нашей цели немного больше, чем было указано на брифинге? Торговое судно без лицензии, перевозящее рабов из Инвернесса и...? С этим связана какая-нибудь конкретная пиратская организация? Потому что, если они из бывших Лиги, которые ушли в самоволку, это означает, что драка будет отличаться от обычной драки с дикарями в экипировке шестидесятилетней давности.

- Не очень, - сказал Каллум. - Согласно отчету, который привел нас сюда, это партия рабов, отправляемая какому-то мировому деспоту.

- Эйра, ты сохранишь хладнокровие, если мы найдем трюм, полный твоих людей? - спросил Логан.

- Я не... Я даже не знаю, верю ли я, что это возможно, - сказала Эйра. - Я разговаривала с несколькими другими выжившими, когда была в больнице. Никто ничего не говорил о нападавших. Но во всей этой неразберихе после атаки... это возможно. Просто знайте... знайте, что если там и есть заключенные, то они в клетках. У них не будет защиты, если произойдет пробоина в корпусе. По крайней мере... так было со мной. Это было давно.

Неловкий момент миновал.

- Работорговцы получают по заслугам, - сказал затем Логан. - Любой экипаж корабля, перевозящего рабов, получает билет на срочный выход из шлюза. Таков закон Федерации. Так что не бери закон в свои руки, понимаешь меня?

- Да, главсарж.

- Иногда это лотерея для тех, кто нажимает на кнопку. Иногда это добровольцы. В любом случае, я позабочусь о том, чтобы ты была последней, кого увидит работорговец, - сказал ей Логан.

- Это... реально? Я думал, воздушный шлюз - это просто что-то из видео, - сказал Каллум.

- Зачем тратить время и силы на суд над работорговцем? В полевых условиях командир пользуется верховной судебной властью, которая переходит все границы дозволенного, - сказал Логан. - Вылетающие в космос работорговцы удерживают других от подобных мыслей.

- Я...

- Всему экипажу, это капитан, - раздалось контральто по коммуникатору. - Адмирал потребовал, чтобы наш "перехват" остановился и был взят на абордаж, но он продолжает ускоряться. Мы преследуем его. Оцениваемые скорости совпадут примерно через тридцать минут.

- Тридцать минут, - сказала Фаэран. - Видишь, Штайнер? Не намного дольше.

- Да, конечно. Ты не станешь мягкотелой, - парировал Штайнер.

- О, черт, Штайнер, - сказал Чавез, поворачиваясь в своем похожем на башню шлеме и бросая сердитый взгляд через плечо. - Ладно, смотри. Как насчет "игры в кино", чтобы ты заткнулся? Я начну первым. Эллен Орочи.

- "Луна над сверхновой", - сказал Штайнер. - Чувак, это отстой. Кто еще был в этом фильме?.. Трейси Трейс.

- Ты всегда выбираешь Трейс, - сказал Логан. "Задание: Пустота". Ваша очередь, лейтенант.

- Не понимаю, о чем речь, - сказал Каллум.

- Игра в кино. Назовите другого актера из "Задания: Пустота" или другого фильма Трейси Трейс.

- О... Редж Парланд. Как долго это продолжается? - спросил Каллум.

- Иногда часами. Салага, твоя очередь.

Эйра покачала головой, выражение ее лица было озадаченным.

- Не думаю, что она смотрела много фильмов, - сказала Фаэран. - Это несправедливо по отношению к нам, выходцам с Окраины.

- Я из Бремена-на-Стрельце, и ты не услышишь, чтобы я жаловался, - сказал Штайнер. - "Титановые души". Фаэран, твоя очередь.


* * *


- Цель достигла тысячи g, адмирал, - объявил коммандер Мирвани.

- Значит, у него был некоторый запас ускорения, - сказал О'Хэнрати. - И от него пока не было никаких вестей. Можно подумать, что его мучает совесть.

- Нет, правда? - Мерфи посмотрел на него, потом снова на экран.

Торговые суда, по большому счету, были медленнее военных кораблей, хотя частым исключением из этого правила были транспорты, специально построенные для пассажирских перевозок. Как и "Папсуккал", они создавались для повышенных скоростей и оснащались приводами Фассета, которые были слишком большими для их размера, но обычно не имели ракетных установок и средств точечной защиты. В их роторах также использовались узлы военного назначения, которые были более мощными, но требовали больших затрат на обслуживание. С другой стороны, грузу на самом деле было все равно, как быстро он достигнет места назначения, поэтому грузоперевозчики обычно выбирали коммерческие узлы. Они давали меньшее пиковое ускорение, развивали меньшую максимальную скорость в пространстве червоточины и имели более высокий процент отказов, если их доводили до предела, но зато стоили примерно вдвое дешевле, требовали гораздо меньшего обслуживания и их было гораздо труднее сломать при режимах нагрузок, далеких от предельных.

"Вал Идрак", или как там его по-настоящему звали, только что увеличил ускорение на двадцать пять процентов, что вывело его в верхнюю категорию торговых судов. "Иштар", с другой стороны, могла, не перегружая привод, развить ускорение в тысячу восемьсот g здесь, снаружи от предела Пауэлла для звезды. Однако это было намного больше, чем ей требовалось, и она поддерживала неторопливый для нее темп в тысячу шестьсот g.

- Этот идиот должен уметь считать, - сказал О'Хэнрати. - Он ни за что не сможет держаться от нас подальше.

- Возможно, он просто раскручивает ситуацию, - вставил капитан Лоу с командной палубы. - Всегда возможно, что у нас может взорваться сектор ротора. Маловероятно, но возможно.

- Он все еще ничего нам не сказал, - отметил О'Хэнрати.

- Он скажет, - уверенно заявил Мерфи.

"Вал Идрак" пролетел мимо "Иштар" со скоростью 15 934 км/с, и интервал между двумя судами продолжал увеличиваться по мере того, как грузовое судно перестало тормозить и начало ускоряться. К несчастью для "Вала Идрака", невероятное ускорение "Иштар" было на шестьдесят процентов больше, чем у ее жертвы, что означало, что, несмотря на все усилия грузовоза, разница в скорости уменьшалась на 5,8 км/с каждую секунду.


* * *


- ...Маркус Хаммер, - сказала Фаэран. - "Красное небо над Марсом".

- Черт возьми, вы, ребята, смотрите гораздо больше фильмов, чем я! - пожаловался Каллум. Он некоторое время барабанил пальцами по бедру. - Я думаю... Марджи Катерс была в этом фильме?

- Отличная мысль, сэр, - сказал Логан. - По-моему, это была одна из ее первых ролей. Давайте посмотрим... так, это был Джонас Атлан.

- Атлан? - спросил Штайнер. - Он был в "Красном небе"?

- Ты хочешь сразиться? - спросил Логан.

- Ну... да, - ответил Штайнер, и Чавез отлично изобразил звук, похожий на сигнал из игрового шоу.

- Неправильный ответ, но спасибо, что постарался, - сказал он. - Атлан был тем придурком Тиммонсом.

- Тиммонс? Но он пробыл в фильме всего каких-то пятнадцать секунд, прежде чем его взорвали! - возмутился Штайнер.

- Это называется "камео", ты, некультурный придурок, - язвительно заметил Логан.

- И теперь, когда Штайнер отстранен, может быть, мы сможем заняться чем-нибудь более сложным, - сказала Фаэран. - Что скажете, лейтенант?

- Хорошо, - сказал Каллум, немного подумав. - "Касабланка".

- Что "Каса"? - непонимающе спросила Фаэран, и Каллум улыбнулся.

- Да ладно, ребята! Это настоящая классика жанра!

- Никогда о таком не слышал, - подозрительно сказал Чавез.

- Не стесняйтесь обсуждать между собой, пока думаете об этом, - сказал Каллум. - Я никуда не собираюсь уходить.


* * *


- Скорости выравниваются... сейчас, - объявил О'Хэнрати.

"Иштар" преследовала грузовоз в течение тридцати девяти минут, в течение которых ее скорость возросла до 35 851 км/с. Расстояние между ней и "Вал Идраком" увеличилось до пятидесяти четырех световых секунд, но с этого момента оно будет безжалостно сокращаться.

- Интересно, что он собирается делать теперь? - продолжил начальник штаба. - Можно подумать...

- Запрос на связь, - объявила лейтенант Мастроянни.

- Соедините, лейтенант, - сказал Мерфи, и на голографическом дисплее появился смуглолицый, худощавый мужчина.

- Судно Федерации, это капитан Бакли с "Вал Идрака". - У него был странный акцент, который Мерфи не смог определить. - Пожалуйста, изложите свое дело.

Мерфи взглянул на О'Хэнрати, приподняв бровь, затем снова перевел взгляд на Бакли.

- Я контр-адмирал Терренс Мерфи из военно-космического флота Земной Федерации. Думаю, мы уже достаточно ясно дали это понять, - сказал он. - Однако, если вы этого не поняли, позвольте мне повторить. Вы снизите скорость для сближения с нами и будете готовы к досмотру на борту.

Он откинулся на спинку кресла, чтобы переждать задержку связи.

- Я не верю, что у вас есть какие-либо законные полномочия находиться здесь, адмирал, - ответил Бакли две минуты спустя. - Это не территория Федерации.

- Это территория Федерации, если я на ней нахожусь. - Мерфи улыбнулся и покачал головой. - Хотите поспорить со мной и авианосцем, на борту которого в десять раз больше огневой мощи, чем у всей системы Альрамаль? Мы можем сделать это простым способом... или можем принудительно вскрыть корпус, после чего выставим вам счет на наши эксплуатационные расходы и арестуем ваше судно до тех пор, пока вы его не оплатите. Мне подходит любой вариант, - он пожал плечами. - Что бы вы предпочли?

- Что? - спросил Бакли еще через пару минут. - Я имею в виду, почему вы хотите меня осмотреть? Все, что у меня с собой, - это оборудование для терраформирования. - Его лицо уменьшилось в два раза на дисплее, когда рядом с ним появилась товарная декларация. - Если вы хотите сделать мне предложение по этому поводу, я, возможно, просто приму его. В моем последнем порту захода меня облапошили. - Он пожал плечами. - Разработчик-однодневка обанкротился, пока его оборудование находилось в пути.

На экране высветился значок отключения звука, и на голограмме командного мостика появился Лоу. Рядом с ним появилась схема "Вал Идрака". Грузовое судно было типичным для своего класса, с четырьмя семисотметровыми стойками. На данный момент на трех из них были капсулы.

- Адмирал, мы не видим никаких капсул для персонала, - сказал капитан флагмана. - Все они выглядят как стандартные грузовые.

- Работорговцы обычно не беспокоятся о таких вещах, как оборудованные каюты, - заметил О'Хэнрати из-за спины Мерфи.

- Верное замечание, - признал Мерфи. - Можем ли мы отсюда определить, есть ли в них давление, капитан?

- Нет никакой уверенности, сэр. Судя по тепловым характеристикам, это так, но мы не можем этого доказать. Секция вращения "Вал Идрака" тоже намного меньше нашей - как раз для экипажа корабля, поэтому они находятся в условиях микрогравитации. И ни на одной из них нет никаких признаков автономных систем жизнеобеспечения, так что они должны быть подключены к корабельной электросети. Это не позволит поддерживать множество дополнительных дыхательных комплектов. - Голограмма Лоу пожала плечами. - В целом, я не думаю, что в них могло поместиться много людей, но это возможно.

- Принято к сведению.

Мерфи на мгновение задумался, затем пожал плечами.

- Мы зашли так далеко, - сказал он и включил связь с "Валом Идраком".

- Спасибо, что поделились с нами своей декларацией, капитан, - сказал он. - Однако, боюсь, мне придется настоять на проведении хотя бы беглого осмотра, чтобы подтвердить ее точность. Если все так, как вы говорите, то прошу прощения за причиненные вам неудобства. Тем не менее, мы ведем внутрисистемный поиск предполагаемой партии незаконного человеческого груза. Я бы пренебрег своим долгом, если бы не убедился, что вы тот, за кого себя выдаете. - Он обнажил зубы в мимолетной улыбке. - Это, знаете ли, не слишком хорошо отразилось бы в моем отчете.

- Это... это просто нелепо, - сказал Бакли. - Я уже отправил вам свою декларацию: у меня преобразователи атмосферы и океанические сеялки!

- Действительно, отправили, и мы это ценим. Мы все еще собираемся быстро ознакомиться с ней, чтобы убедиться в этом. Боюсь, нам необходимо ваше полное согласие... принимая во внимание, что, если мы будем вынуждены открыть огонь по вашему судну, вы будете нести ответственность за все расходы, связанные с проведением обыска. И, честно говоря, наши боеприпасы довольно дорогие. Я абсолютно серьезен по этому поводу.

Выражение лица Бакли напряглось, когда минуту спустя он услышал сообщение. В уголках его рта появился тик, и он начал что-то быстро говорить. Затем он явно остановился и резко вдохнул.

- "Поверхностный осмотр", не так ли? Отлично! - Он наклонился в сторону и быстро заговорил на языке, которого никто на флагманском мостике "Иштар" не знал, затем снова выпрямился. - Я начинаю торможение при восьмистах g, - объявил он.

- Спасибо, капитан. - Мерфи взглянул на обновленный экран. - При такой скорости, я полагаю, мы встретимся примерно через девяносто шесть минут.


* * *


- Что вы сказали? - резко спросила капитан Чо Су.

- Я сказал, Ирен, что, похоже, у того грузового судна, о котором вы так беспокоились, посетитель, - ответил бородатый мужчина на дисплее ее коммуникатора.

На нем была форма службы контроля трафика системы Альрамаль, и он понятия не имел, как на самом деле зовут Чо Су. Она была уверена, что он чертовски хорошо знает, что фамилия, которую она ему сказала, была фальшивкой, но его это не волновало. Все, что его заботило, подумала она с тщательно скрываемым презрением, - это деньги. Он понятия не имел, что такое преданность делу.

- Что вы имеете в виду? - спросила она теперь.

- Мы только что увидели его, - ответил он. - Однако, судя по схеме, у нас в системе был сверхсветовик федов, и мы об этом не знали. Конечно, наши данные запаздывают, но около двух минут назад мы обнаружили, что они преследуют то, что чертовски похоже на корабль, о котором вы беспокоились. Они были на расстоянии девяноста световых минут от нас, а это значит, что они уже полтора часа гонятся за ним, - он пожал плечами. Ограничения скорости света были реальностью. - Ваш мальчик - если, конечно, предположить, что это ваш мальчик, - тоже по меньшей мере на шестьсот g медленнее, чем они. Судя по цифрам, они, вероятно, все еще в восьмидесяти пяти световых минутах от нас или около того, и я полагаю, он вот-вот оценит достоинства осторожности. Извините за это.

- Вы уверены, что это авианосец Федерации?

- Черт возьми, нет, я не уверен! - фыркнул альрамалец. - Кто бы это ни был, черт возьми, и что бы они ни говорили вашему парню, они не утруждают себя разговором с нами. Но они работают на шестнадцати сотнях g, так что это чей-то сверхсветовой корабль!

- А это не мог быть один из внештатных налетчиков?

- Я в этом сильно сомневаюсь. Привод слишком мощный, и большинство рейдеров, у которых может быть такой большой корабль, не занимаются браконьерством здесь, в Альрамале. Мы слишком ценны как перевалочный пункт.

"Как место для сбыта награбленного", - подумала она. Но это не значит, что он ошибался.

- Спасибо, - сказала она через мгновение. - Пожалуйста, держите меня в курсе.

- Конечно.

Экран погас, и Чо Су вскочила со стула и принялась расхаживать по комнате. Все шло так хорошо - так долго! А теперь это. Она не знала всех подробностей. На самом деле, она практически ничего не знала о деталях; это была простая оперативная безопасность. Но она знала две вещи. Во-первых, груз на борту "Вал Идрака" был необходим для военных действий, это был золотой ключ к окончательной победе над этими кровожадными ублюдками из Федерации. И, во-вторых, поскольку это было так, ни при каких обстоятельствах нельзя было допустить, чтобы он попал в руки Федерации.

В ее обязанности входило обеспечить безопасную доставку груза к этому месту. Это была пятая партия, за которой она наблюдала, и ее непрерывный послужной список предыдущих успехов только усугублял вероятность провала.

Тем не менее, ее инструкции на случай, подобный этому, были четкими, лаконичными и не допускали никаких отклонений.

Она боролась с собой еще около шестидесяти секунд, пытаясь найти альтернативу своим приказам. Но таковых не нашлось. И вот, в конце концов, она расправила плечи, склонилась над клавиатурой рядом со своим коммуникатором и начала вводить длинный, сложный код.


* * *


Вспыхнули красные предупреждающие огни, когда "Косатка" почти остановилась относительно "Вал Идрака" и выпустила Мурену.

Посадочная капсула с бешеной скоростью преодолела оставшийся промежуток между транспортным истребителем и грузовым кораблем, затем с такой же яростью сбросила скорость. Двадцатипятиминутное путешествие от "Фурии" до их цели было именно таким ужасным, как и предполагал Логан, при ускорении и торможении в шесть раз больше нормальной силы тяжести на протяжении всего пути. Однако при заходе на посадку Мурены рассчитывались на пятнадцатикратную гравитацию, и внезапный толчок торможения заставил Каллума вжаться в кресло, а затем его желудок скрутило вбок, когда капсула резко развернулась на своих маневровых двигателях, чтобы достичь цели своим носом. Одна рука взметнулась вверх, и его лицо потеплело, когда последняя вспышка носовых двигателей швырнула его вперед на страховочные ремни, и кровь прихлынула к передней части его тела.

Затем Мурена ударилась о обшивку корпуса со скоростью "всего лишь" 1,5 метра в секунду в результате идеально скоординированного маневра. Амортизирующий пояс сработал именно так, как и должен был сработать... И от удара его отбросило назад на сиденье, так что у него лязгнули зубы.

- Черт возьми, это никогда не надоест! - крикнул Чавез по каналу команды "Альфа".

- Микрофон включен! - зарычал Логан. - Команда "Браво" сейчас захватывает мостик цели. Высадка пока что проходит в штатном режиме, но держитесь хладнокровно.

- Почему не мы берем мостик? - Штайнер хлопнул по центру своих страховочных ремней, они отщелкнулись и убрались в его кресло. - Я думал, что основная нагрузка ляжет на нас.

- Основная нагрузка - это груз. - Логан поднялся в своей броне. - Фаэран, левый фланг. Чавез, в центр. Мягкие... держитесь позади нас.

- О, отлично. - Каллум отстегнулся и поднялся со своего кресла. - Я думал, мы пойдем первыми.

- Сэр, - Эйра похлопала его по руке, затем указала на его карабин, все еще прикрепленный к амортизационному креслу.

- Точно... Чуть не забыл. - Он кивнул. - Вы думаете, мне это понадобится? Я думаю, трио хоплонов выбьет из колеи любого.

- Вы знаете, что нас там ждет, сэр? - спросил Штайнер.

- Не совсем, нет.

- Тогда вам нужно оружие. сэр.

Каллум взялся правой рукавицей скафандра за рукоятку оружия, и на внутренней стороне его визора появился оптический прицел, а также индикатор боезапаса.

Двери в передней части посадочной капсулы распахнулись. В вакууме не было слышно ни звука, но Каллум ногами почувствовал удар, когда они с грохотом передвинулись на свои места. Мурена была расположена почти идеально, хотя и не совсем. Включились движки, перемещая их в сторону, регулируя их положение до тех пор, пока двери грузового отсека не оказались точно по центру. Затем соединительные кабели пристыковались к корпусу, стыковочный узел надулся, чтобы предотвратить катастрофическую потерю давления в случае неисправности воздушного шлюза, и Логан потянулся бронированной рукой к запорной планке. Над ней замигал зеленый огонек, указывая на то, что на командной палубе грузового судна отключены блокировки.

- Оружие наготове, - сказал он. - Браво захватило мостик, и пока они ведут себя хорошо, но я бы предпочел не потерять никого из вас, идиотов.

- Ты говоришь самые приятные вещи, главсарж, - сказала Фаэран.

- Да, конечно.

Он дернул за засов, и внешние двери раздвинулись, открывая стандартный воздушный шлюз.

- Вы в порядке, Эйра? - спросил Каллум по их личному каналу. - Вы кажетесь... более сосредоточенной, чем обычно.

Молодая женщина держала карабин наготове, устремив взгляд вперед.

- Инвернесс никогда не был моим домом, - сказала она. - Но никто не заслуживает быть рабом. Главсарж обещал мне кровь. - Она кивнула.

- Тогда я просто... останусь позади вас, - сказал он.

- Мне не нужно никого убеждать, чтобы хоплоны сделали всю работу, - сказал Штайнер. Он смотрел на контрольные сигналы на переборке. - Определенно, с другой стороны давление. У всех есть какие-то проблемы, верно? Военно-космический флот имеет довольно хороший опыт в лечении тех, кого засасывает во время взрывной декомпрессии, но это не на сто процентов.

Команда "Альфа" двинулась вперед, к воздушному шлюзу. Трем массивным хоплонам пришлось туго, но они справились, и внешние двери за ними закрылись.

- Открывай, Штайнер, - скомандовал Логан, и Штайнер нажал на кнопки управления рядом с контрольными приборами. Хоплону было гораздо труднее активировать их, ничего не сломав.

Внутренние двери скользнули в сторону, правая панель сдвинулась с места, открывая взору пещеру с ящиками, составленными в штабеля. Все они казались одинаковыми, каждый размером с небольшой наземный автомобиль, и ни на одном из них не было никакой маркировки. В стороне пара матросов плавала в невесомости трюма. Они были одеты в потрепанные скафандры и простые шлемы и высоко держали руки.

- Чисто, - сказал Логан. - Народ, головы на шарнирах.

Газовые струи подтолкнули его вперед, в центральный отсек грузовой капсулы. Чавез и Фаэран последовали за ним, каждый из них осмотрел внутреннюю часть и потолок, когда они двинулись вперед, чтобы обойти его с флангов.

- Пока все хорошо, - сказал Каллум.

- Сэр, пожалуйста, не говорите так, - сказал Штайнер, повысив голос на октаву. - Теперь Фаэран придется пожертвовать утку или что-то еще, чтобы нас не сглазили.

- Инспекционный отряд, вперед, - скомандовал Логан.

Каллум поднял карабин и подался вперед. Он поднял забрало и сдвинул его на верхнюю часть шлема. Воздух был необычно теплым для грузового отсека и пах статическим электричеством и озоном.

- Здравствуйте, - сказал он. - Вооруженные силы Федерации. Я здесь для помощи.

Двое матросов, миниатюрные даже по сравнению с Каллумом, не говоря уже о высоченных хоплонах, улыбнулись и кивнули.

- Оба проверены на наличие оружия или дополнительных приспособлений. - Логан повернулся к переднему концу трюма.

- Коносамент, - сказал Каллум. Он протянул руку. Матросы переглянулись, затем снова посмотрели на него и продолжили улыбаться.

- Билл? - Каллум пристегнул карабин за спину и постучал тыльной стороной правой ладони по внутренней стороне левого предплечья. - Иштима. Хуион. Наубхара. Эм... лулан?

Матросы начали переговариваться. Для Каллума это ничего не значило.

- Диалект, похоже, из-за синей линии, - сказал Логан. - Что не так уж и редко.

- Чертовски верно. Мне пришлось заново изучать ваши языческие стандарты, и вы все равно говорите чертовски странно, - сказала Фаэран. - Сэр. Предлагаю вам изложить свою точку зрения, иначе я начну ломать голову.

- Это и есть шарады. - Каллум, оттолкнувшись носком от колоды, подтолкнул себя к ближайшей стопке и указал на нижний ящик, затем изобразил, что открывает коробку.

- Иллата. Иллата! - Один из торговых космонавтов нырнул за спину Логана, чтобы заслонить ящики от хоплона. Главный сержант оттолкнул его в сторону ударом предплечья, от которого тот пролетел через весь трюм и врезался в своего товарища. Космопехотинец повернул массивный ствол своей винтовки и прицелился в матросов.

- Похоже, они не хотят, чтобы вы открывали его, - сказал Штайнер.

- Я достаточно близко. - Каллум снял с пояса сканер и переключил дисплей. Он посмотрел на него и нахмурился. - Хм. В каждый ящик встроено шифрующее поле. Думаю, это объясняет запах озона.

- Есть люди внутри или нет? - спросил Логан.

- Живых нет. - Каллум подкрутил регулятор на сканере. - Такие поля вызывают серьезные неврологические нарушения при длительном воздействии.

- Ну разве это не интересно? - заметил Логан. - Соединяю вас с командой Бета.

- Клянусь, я не знаю, что у нас с собой. - В динамике шлема Каллума раздался голос капитана Бакли. - Меня наняли, чтобы я забрал капсулу и отправил ее в систему, чтобы кто-нибудь другой забрал ее. Это все, что я знаю!

- И кто бы мог быть этот "кто-то еще"? - спросил Каллум.

- О, это новый голос. Кто? Уж точно не Федерация! Все, что я знаю, это то, что контакт здесь, в системе, представился бы, спросив меня, зовут ли "Вал Идрак" "Святой дуб", и мне заплатили бы, если бы я сказал, что это он.

- И где вы должны были его оставить? - спросил Каллум.

- Уже при уходе, - неохотно ответил Бакли. - Я уже однажды проделывал то же самое, и у меня есть вектор сброса, но я не знаю...

- Лейтенант Мерфи, - вмешался О'Хэнрати. - "Иштар" достаточно близко, чтобы вести переговоры с капитаном в режиме реального времени. Продолжайте осмотр и предоставьте его нам.

- Есть, сэр.

Каллум придвинулся поближе к стойке и провел сканером вверх и вниз по металлическому каркасу.

- Скремблеры подключены к внешнему источнику питания, - сказал он. - Это логично, батарейки не продержатся так долго. Давайте посмотрим.

Он огляделся, затем указал на панель на переборке.

- Вы двое, - обратился он к торговым космонавтам, затем быстро включил и выключил сканер и указал им на панель.

Они покачали головами.

- По крайней мере, мы общаемся, - сухо заметил Каллум. - Ну что ж. Мне не составит труда разобраться самому.

Он направился к панели, но Эйра остановила его, прижав руку к груди.

- Не рискуйте, сэр, - сказала она.

Логан щелкнул средними пальцами, разведя их так, что они могли бы уместиться на черепе, и навис над непокорными матросами.

- Я размозжу вам головы, - сказал он.

- И я ущипну вас за лицо, - сказала Фаэран, имитируя тот же жест.

Матросы нервно переглянулись, но по-прежнему не сдвинулись с места.

- Послушайте, - сказал Каллум, - я просто открою панель. Я обещаю, что не буду прикасаться ни к каким кнопкам, пока у вас не будет возможности убедиться, что они не подключены к бомбе или чему-то подобному, Эйра. Но если мы этого не сделаем...

- Каллум! - крикнул Мерфи по коммуникатору. - Что там происходит? Что ты натворил?

- Клянусь, мы ни к чему не прикасались. - Каллум опустил забрало. - А что? Что такое...

Гул защитных полей прекратился, и взорвался ящик в носовой части трюма. Громоподобный взрыв и стена избыточного давления показались оглушительными внутри грузовой капсулы, даже при нахождении под защитой скафандра, и стена пламени ударила в переборку.

- Обрушение! - крикнул Логан.

Еще один взрыв, ближе к команде и высоко над одним из штабелей. По ящикам прокатились еще несколько взрывов, а более сильный взрыв разорвал толстую оболочку капсулы. Воющий ураган выходящей атмосферы отбросил Каллума к пробоине в корпусе, но темная тень метнулась к нему. Что-то врезалось в него, что-то схватило его за правую руку с такой силой, что чуть не вывихнуло плечо, и он развернулся в сторону. Его визор ударился о переборку - сильно, - но, по крайней мере, он больше не двигался. Его окутала темнота, когда весь корабль затрясся от новых взрывов.

Он прикрыл руками тыльную сторону шлема, лихорадочно соображая, что он должен делать на борту корабля во время аварии. Спасательные капсулы?

- Эйра? Эйра! - позвал он.

Ответа не последовало, и, когда дрожь утихла, на него снизошло ледяное спокойствие. Он попытался оттолкнуться от переборки, но огромная рука на его спине помешала этому.

- Пока нельзя, мягкий, - сказал Чавез по рации.

- Гром! Что, черт возьми, произошло? - спросила Фаэран.

- Эвакуация уже в пути, - сказал Логан. - Следите за периметром.

Тени сдвинулись, и Каллум обернулся. В капсуле еще оставалось немного воздуха - достаточно, чтобы его снова отбросило к дыре, когда он потек мимо него, - но Эйра схватила его за лодыжку. Другой рукой она ухватилась за трос на палубе, и, по крайней мере, он смог разглядеть, что это была за темная тень. Двое хоплонов - Фаэран и Чавез - образовали защитную стену между ним, Эйрой и Штайнером, когда вокруг них прогремели взрывы. Оба они выглядели несколько потрепанными, и одна из закованных в броню рук Чавеза неподвижно висела вдоль тела, плечевой сустав был смят каким-то сильным ударом.

Грузовой отсек представлял собой почерневшие руины, остатки стеллажей были скручены, как упавшие ветки. Раскаленные докрасна куски ящиков и всего, что в них находилось, плавали в условиях невесомости, приближаясь к пробоине в корпусе на последних потоках атмосферы.

- К черту мою жизнь, - сказал Штайнер.

- Соберитесь, - сказал Логан, хотя Каллум не мог видеть главного сержанта. - Проверка.

- Один, - ответил Чавез. - Целостность поддерживается, левая рука опущена.

- Два, - объявила Фаэран. - Системы готовы.

- Три, - сказал Штайнер. - Все в порядке, но мне понадобится по-настоящему хорошая внутренняя чистка.

Каллум уперся магнитными подошвами ботинок в палубу и стабилизировал свое положение. Как только он это сделал, Эйра оказалась рядом с ним, с ожесточенным выражением лица проводя руками по застежкам его скафандра. Он увидел отражение своего лица в ее защитном стекле и не смог найти в этом отражении такой же уверенности.

- Я в порядке. - Каллум оттолкнул ее руку. Затем он заметил трещину на одном из краев своего защитного стекла. Он скосил глаза, чтобы посмотреть на нее, и сглотнул. Она не выросла совсем чуть-чуть?

- Подожди, - сказал он. - Это не...

Штайнер схватил его за голову и прижал сопло к забралу шлема. Наружу вырвался туман и закрыл половину поля зрения Каллума, прежде чем превратиться в решетку.

- Он запечатан, - сказал Штайнер. - Не - Эйра! Что за черт?

Эйра стояла перед Каллумом, держа руки под кольцом шлема. Аварийная защелка была уже поднята.

- Дай ему мой! - сказала она.

- Он... запечатан, - сказал Штайнер. - С ним все в порядке. А теперь застегнись, пока не выпустила воздух.

- Где Логан? - Каллум повернулся, удерживая одну ногу на палубе, а другой отталкиваясь от пола. Главный сержант стоял на краю пролома корпуса, толкая перед собой один из ящиков размером с наземную машину. Одна его сторона была оторвана, и сквозь отверстие Каллум увидел изогнутые металлические прутья, сверкавшие инкрустированными золотыми вкраплениями.

- Я провел сканирование, когда сработали шифраторы, - сказал Логан. - Взрывчатку в каждом ящике было легко обнаружить, поэтому мне удалось достать ее оттуда и обезвредить в полевых условиях, прежде чем она взорвалась. Содержимое не выглядит таким уж поврежденным, не так ли?

- Вы рисковали своей жизнью ради этого, - сказал Каллум, протягивая руку, чтобы дотронуться до брызг на своем козырьке. Штайнер оттолкнул его руку.

- Стыдно пройти через все эти неприятности и ничего не получить взамен, - сказал Логан.

- Привет, - сказала Фаэран. - Куда делись матросы?

- Не уверен, но на палубе есть пара пятен, - сказал Чавез.

- Всему экипажу оставаться в боевой готовности, - раздался в коммуникаторе четкий голос капитана Бисгаард. - Всем абордажникам немедленно покинуть корабль. Повторяю, немедленно эвакуироваться!

- Вы слышали леди, - сказал Логан. - Чавез, двигайся первым. Фаэран, мы с тобой с ящиком. - Он похлопал по нему массивной бронированной лапой. - Я не оставлю этого ребенка здесь.

- К чему такая спешка? - спросил Каллум, поворачиваясь к отверстию в корпусе. - О, замечательно! То, что осталось от нашей Мурены, определенно не вернет нас домой.

- Центр, команда "Альфа", - сказал он по коммуникатору. - Наш транспорт вроде сломан. С нами один ящик, более или менее целый, так что мы подождем здесь, пока вы не сможете нас забрать.

- Ответ отрицательный, Каллум, - резко сказал О'Хэнрати. - Немедленно убирайтесь с корабля. А если у вас есть целый ящик, это еще более важно.

- Но...

- Обсуждать некогда. Выполняйте. Активируйте свои маяки. Поисково-спасательная служба подберет вас.

Брови Каллума поползли вверх, он открыл рот и повернул голову в сторону Логана. Именно поэтому он смотрел в нужном направлении, чтобы увидеть, как огромная рука главного сержанта ударила его по пояснице и отправила в полет.

Остальные члены команды последовали за ним более грациозно. Логан и Фаэран замыкали шествие, держа ящик между собой, и трое хоплонов в силовых скафандрах использовали свои реактивные двигатели, чтобы отправить всю команду прочь от "Вал Идрака".

Каллум оглянулся на быстро удаляющийся корабль, когда Мурена команды "Бета" отделилась от передней части корпуса и направилась в их сторону. Если не считать длинной неровной трещины на боку грузового отсека, ему показалось, что корабль не сильно пострадал, и он нахмурился.

- Интересно, что все это значило? - сказал он.

- В основном что кто-то не хотел, чтобы мы узнали, что там внутри этих проклятых ящиков, сэр, - сказал Логан. - Да.

- Я говорил не об этом. С чего такая спешка отправлять нас в плавание? - Каллум покачал головой, все еще глядя на грузовое судно. - Ненавижу выходить в открытый космос! Особенно когда есть более или менее неповрежденный корабль, на борту которого я мог бы подождать. Я имею в виду...

Взрыв был ослепительно ярким, но беззвучным в окружавшем их вакууме.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ


Терренс Мерфи и его подчиненные сидели за столом в комнате для совещаний. Каллум и Эйра стояли, прислонившись к внешней переборке отсека, все еще в скафандрах, в то время как над столом медленно вращалась голограмма, изображающая толстый ромб в натуральную величину.

- Это технология Лиги, - сказал О'Хэнрати. - Сингулярный коллектор для привода Фассета военного образца. Наши двигатели спроектированы немного по-другому, но в этом нет никаких сомнений. Кроме того, - он указал на плоскую панель с индикаторами на передней панели ромба. - Все индикаторы технического обслуживания и системные разъемы выполнены в стандартном формате флота Лиги.

- Каллум. - Мерфи наклонился вперед на своем сиденье и погладил подбородок. - Ты только что закончил инженерное обучение. Сколько стоит один из них?

Каллум, задумчиво нахмурившись, рассматривал свой треснувший шлем, находясь далеко от дежурной части. Внезапно он поднял глаза и задумчиво прищурился.

- На самом деле я не так разбираюсь в военных компонентах, как в гражданских, - сказал он, - но чертовски уверен, что они стоят дороже, а не дешевле, а сингулярный коллектор - самая дорогая часть любого корабля с приводом Фассета. Они должны изготавливаться с соблюдением безумно строгих допусков, но подлинным препятствием является экзотическая материя, входящая в состав каждого. Производство такого количества экзотической материи - настоящая заноза в заднице. Как я уже сказал, лучше разбираюсь в гражданской части, но, насколько понимаю, в военной версии используется еще больше экзотической материи. Я был бы удивлен, если бы на создание одной из этих штуковин не ушли тысячи часов.

- А сколько коллекторов было разрушено на этом корабле? - спросил Мерфи.

- Судя по видеозаписи хоплонов, - О'Хэнрати взглянул на планшет, - две тысячи четыреста девяносто девять. Это при условии, что в каждом ящике был коллектор. Сканирующий импульс команды Логана зафиксировал только то, что смогла увидеть его броня в первой трети трюма, так что, я думаю, разумно предположить, что они везли все это количество.

- Этого достаточно для... сорока сверхсветовых кораблей, - сказал капитан Лоу. - Это почти тридцать процентов всего флота Федерации.

- Почему? - спросил О'Хэнрати. - Мы знаем о кораблестроительных возможностях Лиги, и они не могут построить столько кораблей. Так зачем им столько коллекторов?

- Коллекторы - одно из самых сложных мест в судостроении, - сказал Каллум. - Заложить киль и корпус несложно - на верфях это в основном автоматизировано. Главное - это приводы Фассета, а их сборка - это то, что действительно требует времени. Особенно при изготовлении коллекторов. Когда сверхсветовой корабль выводится из эксплуатации, все, кроме привода Фассета, отправляется на разборку. Но не ротор привода. Вместо этого они строят новый корабль вокруг него. Они могут быть модернизированы путем замены узлов, и ядро привода почти всегда обновляется. Мой брат... большой специалист в этом деле. Семейный бизнес.

- Тогда, если создавать эти штуки так сложно, где они были изготовлены? - спросил Лоу. - И куда они направлялись?

- К сожалению, капитан Бакли и его команда погибли, когда их корабль взорвался, - сказал Мерфи. - У команды Бета, захватившей мостик, не было времени расшифровать бортовые журналы Бакли, прежде чем им пришлось покинуть его. Я не знаю, было ли у них время загрузить копию. - Он печально покачал головой. - Никто из них не вернулся обратно, чтобы сообщить нам.

- Кстати, сэр, - сказал Каллум, - откуда вы знали, что "Вал Идрак" взорвется?

- Я не "знал" ни о чем подобном, - сказал его отец. - Но тот, кто отправлял эти коллекторы, очевидно, не хотел, чтобы о них узнал кто-то еще. Шифраторы и подрывные заряды в каждом ящике доказывали это. Поэтому было разумно предположить, что они хотели бы, чтобы весь корабль - и эти зашифрованные журналы, например, - стали... недоступны и для нас. - Он пожал плечами. - Я подумал, что может быть установлен аварийный заряд с таймером, поэтому мне показалось хорошей идеей вывести всех наших людей. Если бы корабль не взорвался в течение следующего часа или около того, я всегда мог бы вернуть вас на борт.

- Что ж, все, что могу сказать, это то, что рад твоей вере в свою интуицию, - сказал Каллум.

- На самом деле, я не думаю, что это именно то, что произошло, - сказал О'Хэнрати. Он переключил голограмму на системный режим, и тонкая полоска света пересекла график от внутренней части системы до положения "Иштар". - О, догадка была верной, но это передача данных. Она исходила с Альрамаля, и на таком расстоянии даже узкий луч разошелся достаточно, чтобы мы могли его уловить. Он достиг "Вал Идрака" как раз в то время, когда прогремел взрыв.

- Что ставит интересный вопрос, - заметил Мерфи. - Сейчас самое подходящее время для того, чтобы команда на подрыв - и кто-нибудь здесь действительно думает, что это было не так? - достигла "Вал Идрака", если она была отправлена, как только сенсорная сеть системы засекла наш двигатель Фассета, направляющийся в погоню за "Вал Идраком", и передала эту информацию на планету. Итак, кто послал сигнал и зачем?

- Сомневаюсь, что мы когда-нибудь узнаем, - ответил О'Хэнрати, - но я не думаю, что есть какие-либо сомнения в том, что, кто бы это ни был, он работает на Лигу. И тот факт, что они отправили сигнал на уничтожение так быстро, даже не дожидаясь, сможет ли Бакли или скрэмблеры обмануть нас, свидетельствует о том, насколько они полны решимости сохранить все это в секрете. Каллум только что рассказал нам, насколько дороги, как с точки зрения времени, так и с точки зрения промышленного капитала, эти чертовы штуки. И они только что взорвали их запас на сорок сверхсветовых кораблей в расчете на ту вероятность, что мы не сможем их найти. Это чертовски жестоко, и это показывает, на какие потери они готовы пойти ради поддержания секретности.

- Так вот почему они хотели, чтобы "Вал Идрак" выбросил их здесь, а не в системе Лиги? - размышлял Мерфи.

- Возможно, - кивнул О'Хэнрати. - Это дает еще один уровень разграничения с теми, кто построил для них коллекторы.

Каллум положил свой поврежденный шлем на стол и открыл экран.

- Но зачем Лиге вообще заключать субподряд на эту работу? - спросила Танака. - Найти производителя за синей чертой, должно быть, дорого. Здесь, за пределами такого места, как Адский Очаг, почти нет тяжелой промышленности, и они с самого начала придерживались агрессивного нейтралитета. А контроль качества должен был бы стать серьезной проблемой в большинстве диких миров. Кроме того, существует риск при транспортировке, как мы только что видели. Или мы собираемся предположить, что флот Лиги построил целый секретный производственный комплекс к чертовой матери и уехал отсюда? Пожалуйста! Не похоже, что они стремятся найти место поближе к дому, чтобы выполнить эту работу, при условии, что у них есть рабочая сила для ее строительства и деньги, чтобы оплатить ее!

- Я не думаю, что они нашли дикий мир, чтобы построить его, - пробормотал Каллум.

- Извините? - сказала Танака. - Кто-то их построил.

- Конечно, но я не думаю, что это была Лига. Если на то пошло, я не думаю, что это был кто-то из местных. Посмотрите на это. - Он прижал кончики пальцев к считывающему устройству, затем поднял их к голограмме. Снова появилась схема захваченного коллектора, и голограмма увеличила изображение кольца, связанного с загнутыми краями.

- Вы видели квантовые считыватели нитей? Они... буферы удлинения нитей не соответствуют теоремам Грина.

- Не все здесь инженеры, сынок, - сказал Мерфи.

- Они странные! - Каллум поднял руку и хлопнул себя по шлему. - Они не должны работать! Но я подсчитал, и это действительно работает. И я этого не понимаю. Такой подход, черт возьми, не пришел бы в голову ни одному инженеру, которого я знаю. На самом деле, у меня болит голова даже при попытке разобраться в этих уравнениях - я имею в виду, больше, чем это обычно делает квантовая механика. Но как бы странно это ни звучало, я думаю, что на самом деле это более эффективно, чем наши собственные разработки, по крайней мере, незначительно.

О'Хэнрати развернул свой собственный экран и начал стучать по виртуальной клавиатуре. Несколько секунд он смотрел на результаты, затем поднял глаза на Мерфи.

- Думаю, это беспокоит Каллума, потому что человеческий разум не смог бы решить эти уравнения таким образом, - сказал он.

- Подождите. - Танака подняла руку. - Подождите. Что вы предполагаете?

- Каллум прав. Эти коллекторы не были построены Лигой или по проекту Лиги на дикой планете, населенной людьми. Да, они были построены для Лиги. Но если бы ксеноантрополог изучил решение проблем, заложенных в конструкцию, я думаю, он пришел бы к тому же выводу, что и я. Эти коллекторы были построены Сферой Ришатан.

Танака была не единственным офицером, который застонал.

- Только не эта старая теория заговора, - сказала она. - Эта идея витает в даркнете с тех пор, как началась война. Ни один здравомыслящий человек в это не верит.

- Тогда как вы объясните это? - О'Хэнрати махнул рукой в сторону голограммы. - Риши никогда никому не позволяли проверять свои накопители Фассета. А сверхсветовые системы Лиги...

- Беглецы, - сказал Лоу. Он задумчиво нахмурился. - Не все, но чертовски высокий шанс.

- Насколько высокий шанс? - спросил Каллум, все еще глядя на свой экран с данными.

- Может быть, треть? - Лоу посмотрел на О'Хэнрати, и настала очередь начальника штаба нахмуриться.

- Не думаю, что это так уж много, - сказал он. - Скорее, четверть. Но вы правы, многие из них так и поступают, если их берут на абордаж. Или если у них нет возможности выйти из системы. И когда они это сделают, командная и инженерная группы взлетят вместе с кораблем.

- Точно. - Лоу кивнул. - Федерация не настолько... предана своему делу. Я бы просто перегрузил и поджарил коллекторы, если бы у "Иштар" были слишком большие проблемы, и я всегда думал, что флотские Лиги, которые этого не делали, были просто кровожадны. Но если в этой теории что-то есть, то...

- Они не могли позволить нам завладеть их оборудованием... или инженерами, которые могли что-то упустить, - сказал Мирвани. - И, - его глаза сузились, - если в этом что-то есть, это могло бы дать нам приблизительное представление о том, сколько у них коллекторов производства ришей - какой процент от их общего количества сверхсветовиков.

- Это не доказательство, - усмехнулась Танака. - Это предположение. Это то, что мы собираемся сделать, сэр? - спросила она Мерфи. - Отправить это обратно в Овальный кабинет с нашими научными и не очень научными предположениями о том, что риши построили коллекторы на целое состояние для Лиги? Основываясь на ряде все более случайных открытий, пока мы были за синей линией?

- Здесь многое предстоит осмыслить. - Мерфи встал и медленно обошел стол для совещаний. - Но это важное открытие. Кто-нибудь не согласен?

Он остановился рядом с Каллумом, положил руку ему на плечо и сжал, затем продолжил расхаживать по комнате.

- Я бы предостерегла вас даже от упоминания о ришах в вашем отчете, сэр, - сказала Танака. - Это только разозлит психов. Намек на улики...

- Значит, вы согласны с тем, что есть доказательства причастности Ришатана? - спросил О'Хэнрати.

- Да. Я имею в виду, нет. Я имею в виду... никто из нас не обладает достаточной квалификацией, чтобы выносить такое суждение, - сказала она. - Но один только факт, что риши были вовлечены в разработку, еще не означает, что Сфера несет ответственность за их производство.

- Ни один риш никогда не покидал Сферу, - сказал Мерфи. - Они не покидали ее с тех пор, как началась эта война. Мы приходим к ним в назначенные ими торговые миры, они не приходят к нам. Итак, давайте обсудим эту идею в качестве аргумента. Что, если это - гипотетически - доказательство того, что риши оказывают значительную военную помощь Лиге?

- Во-первых, к черту торговлю с этими ублюдками-ящерами, - сказала капитан Бисгаард.

Командир "Фурии" впилась взглядом в голограмму. Команда "Альфа" вернулась домой потрепанной, но невредимой; а в Мурену команды "Бета" попал большой кусок корпуса "Вал Идрака". Никто из ее пассажиров - и "Косатка", которая маневрировала, чтобы вытащить их, - не выжил.

- Еще один вопрос, если позволите, - сказал флаг-адъютант Ортиз, сидевший на дальнем конце стола. - Кто-нибудь сомневается, что эти коллекторы предназначались для военных кораблей Лиги? Нет? Тогда куда они направлялись? Где их ждут корабли? Главные верфи Лиги находятся в Дунгуане и Урумчи. Даже до Урумчи отсюда пять месяцев пути для военных и шесть с половиной для торговых кораблей. Дунгуан еще дальше. И если уж на то пошло, мы получили четкое представление о возможностях Лиги по наращиванию потенциала благодаря пленным и нашим собственным разведывательным операциям. Даже в Дунгуане и Урумчи, вместе взятых, нет производства корпусов для такого количества двигателей.

- И они портятся, - сказал Каллум, отрывая взгляд от экрана с данными.

- Портятся? - переспросил его отец, приподняв бровь.

- Коллекторы должны быть установлены и соединены друг с другом в их окончательной конфигурации, иначе квант...

- Сколько времени потребуется? - спросил Мерфи.

- Пять месяцев - максимум шесть - на строительство, или они придут в негодность. - Каллум покачал головой. - Вот почему видеть так много коллекторов в одном месте - это просто безумие.

Ортиз в отчаянии всплеснул руками. Затем он замолчал.

- Значит, у Лиги должна быть куча корпусов, которые, вероятно, будут готовы в течение пяти или шести месяцев, ожидая их... где-нибудь. - Он нахмурил брови и посмотрел в сторону.

- В конце концов, у этой кроличьей норы есть определенный потенциал, не так ли? - сказал О'Хэнрати.

Мерфи продолжал медленно обходить стол для совещаний, погруженный в свои мысли.

- Если у Лиги есть скрытая верфь... - задумчиво произнес он. - Бакли сказал, что это его вторая поставка здесь, в Альрамале. Если предположить, что оба раза он доставлял один и тот же груз, то у Лиги есть огромный флот, о котором мы не знаем. Что думаете?

- Личный состав Лиги испытывает большое напряжение, но они еще не совсем отчаялись, - сказал коммандер Мирвани. - Если их резервный фонд будет таким же, как у нас, - пропорционально; их базовое население намного меньше, - они, вероятно, смогут укомплектовать еще один флот размером с тот, что сражается на Бете Лебедя, судя по последним подсчетам. Хотя не уверен, что они смогут укомплектовать что-то большее.

- Думаю, что удвоения того, что у них уже есть для борьбы на Бете Лебедя, было бы вполне достаточно, - сухо сказал Мерфи.

- Так что же было на том корабле? - О'Хэнрати почесал подбородок. - Скажем, коллекторы на сорок сверхсветовых кораблей. Это... что? Треть их сил, сосредоточенных вокруг Беты Лебедя?

- Похоже, мы задели медведя, народ. - Мерфи перестал расхаживать по комнате, и выражение его лица стало мрачным. - В худшем случае это была последняя партия, в которой нуждался флот-призрак, чтобы набрать полную силу. В лучшем случае, мы поймали их на ранней стадии, и они еще далеко не готовы. Но в любом случае, тот, кто послал сигнал о самоуничтожении, вскоре отправится на эту скрытую верфь с очень плохими новостями.

- Вы боитесь, что Лига нападет, - сказал Лоу. - Атакует всем, что у них есть, потому что, если Федерация подключит достаточное количество сил, мы сможем узнать, где находятся их скрытые верфи.

- Эти коллекторы уже находились в пути, вероятно, в течение нескольких недель, - сказал Каллум, - и время их деградации уже шло. Куда бы они ни направлялись... это не может быть слишком далеко.

- О'Хэнрати, проведите анализ всех систем Лиги в пределах досягаемости. Мы можем отправить несколько вариантов обратно в Овальный кабинет, - сказал Мерфи.

- Да, да. - О'Хэнрати быстро кивнул.

- Мы достигнем порога червоточины примерно через семь часов, - сказал Мерфи, обращаясь к дежурной смене. - Займитесь своими обязанностями. Мы соберемся снова, когда перейдем на сверхсветовую. Свободны.

Собравшиеся офицеры встали и, щелкнув каблуками, вышли. Мерфи остановил Каллума, не дав ему уйти. Остались только они двое и О'Хэнрати.

- Молодец, сынок, - сказал Мерфи. - Ты меня напугал.

- Я бы не хотел, чтобы у меня вошло в привычку находиться на борту взрывающихся космических кораблей. - Каллум взял свой шлем и повертел его в руках, затем посмотрел отцу в глаза. - Мы ведь пришли сюда не за рабами, не так ли?

- Нет. - Мерфи покачал головой. - Это была легенда для прикрытия.

- Значит, разведка Федерации знает об этом? Они послали нас сюда? - спросил Каллум.

- Это предположение в основном верно, - сказал О'Хэнрати. - У нас есть другой источник разведданных, который привел нас к этой системе. Он был прав во всех деталях, за исключением настоящего названия судна-цели.

- "Святой дуб"? - спросил Каллум. - Бакли упоминал об этом перед взрывом.

- "Святой дуб", - согласился Мерфи. - Наш источник не понял, что это был пароль для подтверждения, а не настоящее название корабля.

- И он рассказал тебе об этом, папа. - Это был не вопрос. - Но не его начальство в разведке.

- Не его начальники. Каллум, О'Хэнрати и я участвуем в попытке предать огласке участие Ришатана в войне.

- Подождите. Вы двое участвуете в этих теориях заговора? - Каллум переводил взгляд с одного на другого. - С этими чокнутыми, которые смешивают все в кучу и носят шапочки из фольги?

- Ты говоришь так, и это звучит намного хуже, чем есть на самом деле, - сказал О'Хэнрати. - Но действительно ли это так неправдоподобно? Посмотри, через что ты сам прошел. Что вы извлекли с того корабля. И ты совершенно самостоятельно нашел конструкцию Ришатана в этом коллекторе, без единого "параноидального" предложения со стороны твоего отца или меня.

- О Боже, меня собираются втянуть в это. - Каллум тяжело опустился на стул. - Мое имя будет в лентах об этом позоре. Даже дедушка не возьмет меня на работу. Мне придется жениться на какой-нибудь девушке, которая считает, что в воде содержится фтор, чтобы эти Пятьсот могли управлять сознанием остального населения!

- Взгляни на это объективно, - сказал Мерфи. - Что, если ксеноантропологи подтвердят твои подозрения? Что ни один человеческий разум не смог бы спроектировать этот коллектор таким образом. Что тогда?

- Тогда ришам пришлось бы что-то объяснять, - сказал Каллум.

- Готов поспорить, - сказал О'Хэнрати. - И мы позаботимся о том, чтобы это не осталось незамеченным. Торговые сделки Пятисот со Сферой прибыльны, но не стоят растущей общественной поддержки борьбы с ришами, которая поднимется в народе.

- Это отдаленная проблема, - сказал Мерфи, - и сейчас у нас есть более насущная. Произошла ужасная ошибка. И я ее допустил.

- Как вы думаете, Терренс? - в голосе О'Хэнрати звучало удивление. - Это не ошибка. Впервые за десятилетия у нас есть доказательства того, чем занимались риши. Доказательства!

- Что мы нашли? Ключевые компоненты для флота Лиги. Учитывая ограничения по времени на их установку, они, вероятно, являются конечными компонентами, по крайней мере, для тридцати или сорока сверхсветовых кораблей. Мы не знаем, где находится флот, о котором идет речь, насколько он укомплектован экипажами и готов к работе, или как выглядит их оперативное планирование. Но скоро они узнают, что мы сделали... и тогда они придут за нами. На Нью-Дублин. Они нанесут удар прежде, чем Федерация сможет организовать оборону.

- Если они где-то ближе, чем их база в Зоаре, они могут оказаться в Нью-Дублине еще до того, как мы получим ответ с Земли, - сказал Каллум. - Математика просто не работает на нас. Сколько еще, папа? Как долго вы были частью этой команды в шапочках из фольги?

- Ого, он догадался о названии нашего клуба, - сказал О'Хэнрати. - Нам следовало пригласить его раньше.

- Я был членом клуба очень, очень давно, сынок. Еще до поступления в Академию. - Глаза Каллума расширились, а его отец криво улыбнулся. - Чем больше я изучал битву, в которой погиб твой дедушка, тем больше приходил к убеждению, что Лига, возможно, использует технологию Ришатана. Я продолжал спускаться в пресловутую кроличью нору и наткнулся на других, которые подозревали то же самое.

- Как и я, - сказал О'Хэнрати. - Каллум посмотрел на него, и тот пожал плечами. - Я говорил тебе, что был в Брин-Гэпе. Чего я тебе не сказал, так это того, что мой дядя был начальником штаба твоего деда. Они погибли вместе. И ублюдок, который приказал твоему деду - несмотря на его протесты - начать этот "удар Альфа", подделал свой отчет, чтобы представить все это как идею твоего деда. Его и моего дяди.

Выражение лица О'Хэнрати было таким мрачным, каким Каллум его когда-либо видел.

- Во время своего мичманского рейса я был занудой, - сказал он. - Я тогда еще толком не знал, но у дяди Симуса были друзья в штабе флагмана. Один из них рассказал мне, что произошло на самом деле. Это заняло некоторое время, но как только я получил свой приказ, то вернулся и копал до тех пор, пока не нашел подтверждение. Я мало что мог с этим поделать, и поиски этого - одна из помарок в моем послужном списке, но я пришел к тому же выводу, что и твой отец, - как и ты, в некотором смысле, - о том, откуда взялось ускорение движения авианосцев Лиги.

- И тот факт, что мой отец и его дядя были друзьями, помог нам обоим наладить отношения и обеспечить нашу скрытность, - сказал Мерфи.

- Мы не рекламируем свое членство, - сказал О'Хэнрати. - Это, как правило, привлекает настоящих сумасшедших. Но мы здесь, и нас больше, чем могут себе представить такие люди, как Танака.

- Здесь будет рукопожатие или что-то в этом роде? - спросил Каллум.

- Жертвоприношение козла, - торжественно произнес О'Хэнрати. - Мы сделаем это как следует, когда вернемся на Кранн-Бетад.

- Харрисон! - рявкнул Мерфи.

- Но выражение его лица бесценно! Нет, Каллум. Никаких жертвоприношений козла. Никаких тайных рукопожатий. Они нам не нужны, потому что, заглянув однажды за завесу, ты уже не сможешь вернуться. Так что до тех пор, пока это не станет достоянием общественности, ты будешь держать при себе все, что касается ришей.

- А как же мама? Или Вайом? - спросил Каллум. - Дедушка?

- Ни в коем случае. - Мерфи покачал головой, выражение его лица было печальным. - Боюсь, они будут одними из последних, кого это убедит. Они так долго были частью системы центрального мира, что буквально ничего другого не знают. Они все далеки от того, чтобы быть идиотами, но все их мировоззрение говорит о том, что это невозможно. Мы должны показать им, чему научились, доказать им это и дать им время принять это. Никогда нельзя заставить поверить силой.

- Если бы я не был на том корабле, я бы в это не поверил, - сказал Каллум. Он мгновение переводил взгляд с отца на О'Хэнрати и обратно, затем глубоко вздохнул. - Мне нужно пойти починить свое снаряжение. Может быть, привести себя в порядок. И вся команда хоплонов спасла мою задницу. Я напишу рекомендации по награждению.

- Защищать тебя - их обязанность, - сказал Мерфи, - и во многих отношениях медали стоят дешево. Вместо этого поблагодари их... и, возможно, получишь несколько дополнительных дней отпуска на берег, когда мы вернемся на Кранн-Бетад. Если у нас будет на это время.

- А тем временем? - спросил О'Хэнрати.

- А пока нам нужно придумать, как защитить Нью-Дублин от превосходящих сил противника. - Мерфи упер руки в бока и повернулся, чтобы посмотреть на голограмму коллектора. - Этот план нужен нам уже к возвращению.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ


- Вы не можете уволить их всех, мэм, - сказал Тан. Он стоял перед столом Син на борту "Нювы", держа на сгибе руки свой вакуумный шлем.

Син расстегнула плечо своего собственного боевого вакуумного скафандра и села.

- Вы указываете мне, что я могу, а чего не могу делать? Есть какая-то путаница в том, кто здесь главный?

- Это были наши первые полномасштабные учения с готовыми кораблями, - ответил Тан. - Некоторые трения были ожидаемы.

- Санвар командовал эскадрой до того, как ему позволили уйти в отставку по "уважительной причине", но он все равно сорвал ракетный залп. - Син положила ладони на стол и посмотрела на Тана. - Неприемлемо.

Пожилой адмирал нахмурился.

- Санвар потерял двух дочерей и брата из-за неисправности боеприпасов. Именно из-за этого он подал в отставку со своего поста и до сих пор решает проблемы. Я понимаю, почему управление кадров направило его сюда... но это не значит, что он действительно лучший кандидат для своей команды.

- Тогда почему мы все еще разговариваем? Пошлите его к черту и поставьте Джина на место капитана. - Син подняла руки ладонями вверх.

- Вы хотите, чтобы я разделался с остальными четырьмя вместе с ним, - сказал Тан. - Им нет замены, и я верю, что их проблемы можно исправить с помощью тренировок. Наши офицеры - мужчины и женщины постарше, они заржавели, но опытны, и управление кадров не пришлет нам больше людей, даже для наездников, пока не будет готово больше авианосцев. Даже когда они это сделают, следующий транш будет ничуть не лучше. А это значит, что нам нужно решить проблему ржавчины здесь, в Дию.

- Так вот почему вы так долго руководили проектом "Астра"... - пробормотала Син. Она некоторое время барабанила пальцами по столу.

- Хорошо. Санвар уйдет. Мы зарежем этого цыпленка, чтобы отправить сообщение остальным обезьянам.

- Я прослежу, чтобы это было сделано, - сказал Тан.

Син откинулась на спинку кресла и постучала по клавиатуре. Появилась голограмма только что завершившихся учений, в ходе которых ее силы сошлись с флотом Федерации под командованием Тана и разгромили его.

- Вы обыграли меня по потерям в тоннаже как один к десяти, - сказала она, нахмурившись. - Я ожидала лучшей работы от своего флота.

- При всем уважении, мэм, ваш подход был слишком агрессивным, - сказал Тан. - Вы атаковали, предполагая, что я попытаюсь отделаться сверхлегко и убежать, а не стоять и сражаться, но не каждая система сдается так легко, как это сделала Шотландия. Когда флот Дракона появится в системе, некоторые командиры Федерации поймут, что битва безнадежна, но все равно попытаются нанести как можно больший урон.

- Феды - трусы. - Син пренебрежительно махнула рукой. - Они побегут, если я укажу им путь к отступлению. Сунь Цзы знал, о чем говорил.

Тан прикусил губу. Син любила цитировать Сунь Цзы; она была менее точна в цитировании по контексту.

- Единственное сражение, которое у нас будет, - продолжила она, - состоится, когда они соберут достаточно кораблей, чтобы справиться с боем, который, как они думают, смогут выиграть. Это та битва, в которой я должна победить.

- Вот почему мы проводим учения, - сказал Тан. - Чтобы быть готовыми к тому, чего мы не ожидаем.

- Пять часов на отдых экипажей, затем мы перестраиваемся. И на этот раз я хочу, чтобы вы развернулись и убежали. Дайте-ка я посмотрю, кто из моих командиров эскадр жаждет славы.

Тан набрал в грудь воздуха, чтобы возразить, затем отдал честь. Он был уже почти у двери, когда на столе Син запищало сообщение. Она взглянула на него и подняла руку.

- Подождите, - сказала она. - Найташ хочет нас видеть. Она говорит, что это срочно.


* * *


Найташ яростно расхаживала по комнате управления, очерчивая круг, в центре которого были Син и Тан. Ее черепные оборки были напряжены, и от нее исходил густой мускусный аромат, когда она разговаривала сама с собой на своем родном языке. Небольшая стайка самцов прижалась к стене.

- Все коллекторы были потеряны?

Зависшая в воздухе сфера перевела вопрос Тана в щебечущее рычание ришей.

- Все! - Переводчик идеально воспроизвел ярость Найташ, когда она ударила когтем по гибкому полу с такой силой, что оставила прокол. - Агент-человек в системе сообщает, что командующий Федерации утверждал, что они ищут рабов, захваченных в Шотландии. Ложь! Где-то произошел сбой в системе секретности. Теперь я должна уничтожить всю сеть, которую мы создали в диких мирах.

- Когда Сфера сможет доставить еще коллекторы? - спросила Син.

Найташ резко повернулась к второму адмиралу. Ее массивная голова метнулась вперед, и челюсти рассекли воздух в десяти сантиметрах от лица женщины.

Син не дрогнула.

- Ты думаешь, что изготовить это оборудование просто? - прорычала инопланетянка. - Что Сфера - это ваша личная литейная мастерская? Мы преподнесли вам этот подарок, и вы жалуетесь, что этого недостаточно?

- Нет, верховная мать войны, - сказала Син. - Этого достаточно. Но мы должны рассмотреть последствия этого... инцидента. Неужели Федерация обнаружила коллекторы?

- Груз был запрограммирован на самоуничтожение, если кто-то без соответствующих кодов проверит его, - прорычала Найташ. - Они не нашли ничего, кроме взорванного металла.

- Вы уверены? - нажала Син.

- Вы сомневаетесь в моих словах? - потребовала Найташ.

- Нет, верховная мать войны. Но если феды что-нибудь обнаружат, даже бортовые журналы, они соберут все воедино.

- Они ничего не обнаружили, - сказала Найташ. - Агент-человек компетентна. Она использовала секретный код, чтобы уничтожить весь корабль.

- Какие выводы они могли бы сделать, второй адмирал? - спросил Тан. - Контрабандист-одиночка. Как говорит верховная мать войны, груз был защищен от сканирования и подготовлен для самоуничтожения, и если...

- В Шотландии не было никаких работорговцев, - категорично заявила Син. - Так что нет никаких причин, по которым они должны были искать рабов из Инвернесса где бы то ни было, тем более в таком месте, как Альрамаль. Это очевидный фальшивый предлог, прикрытие. И если они были там, чтобы перехватить груз, то должны были знать о проекте "Астра" - должны были знать, что он направлялся к нам. Они могут не знать всего его пути и где находится наша стоянка, потому что, если бы они знали, то напали бы раньше - и именно здесь. Но что-то привело их к этому грузу.

- Слишком много переменных, - сказала Найташ. - Это не входило в наши планы.

- Действительно, - сказала Син. - И это означает, что мы должны ускорить наш график.

Найташ остановилась и склонила голову набок.

- Замена этих коллекторов займет... время, мать флота, - сказала она.

- Я понимаю это. - Син потерла подбородок. - Известно ли нам, кто был командиром федов?

- Сообщение "Вал Идрака" было передано агенту-человеку. Она сообщает, что сверхсветовым кораблем был "Иштар" и что старший офицер представился как адмирал Мерфи.

- Никогда о таком не слышала. - Син нахмурилась и приподняла бровь, глядя на Тана.

- Вероятно, Терренс Мерфи, мэм, - ответил Тан. - Он из династии Мерфи и женился на женщине из Пятисот самых высокопоставленных, но до недавнего времени его направляли в разведку. Именно он выиграл ту схватку на "звезде Стилмана". Они объявили, что собираются повысить его в звании до флагмана и назначить губернатором Нью-Дублина.

Все это он очень осторожно произнес вслух. Син и сама знала бы, если бы уделяла должное внимание своим разведывательным сводкам.

- Нью-Дублин? - Син ухватилась за эту информацию. - Значит, это и есть наша цель. Это их единственная настоящая верфь по эту сторону Джалала, так что мы можем быть уверены, что он привлечет их чертово внимание! И у нас есть восемь авианосцев и их ударные группы, готовые нанести удар. Двенадцать, включая "Цай Шэнь", "Ли Шицзи", "Сунь Бинь" и "Чэнь Цинчжи". Я начинаю свою карательную экспедицию прямо сейчас.

- Мы только начали подготовку к объединению, второй адмирал. - Тан поднял руку на уровень своего плеча. - Если мы начнем сейчас...

- ...у нас есть шанс на успех! - рявкнула Син. - Кто, черт возьми, такой этот Мерфи, в конце концов? Может, у него и знаменитая фамилия, но он был офицером разведки, Тан! Он одержал победу на "звезде Стилмана", и они дали ему пост губернатора в качестве награды, но он никто в Овальном кабинете, с именем или без, иначе они не стали бы выбрасывать его сюда.

Выражение ее лица было красноречиво презрительным.

- Он новичок, и у него еще даже не было времени вернуться в Нью-Дублин. Но он вернется. И что бы ни привело его в Альрамаль, он должен что-то знать о проекте "Астра", иначе его бы там не было. Он собирается передать это в Овал, но Нью-Дублин находится в двухстах световых годах от Солнца, так что его отчет дойдет туда только через одиннадцать недель. Именно столько времени у нас есть, пока Овал не узнает все, что знает он. Если мы дождемся новой партии коллекторов, убедимся, что на борту флота отполирована каждая кнопка, у федов будут месяцы - месяцы - чтобы подготовиться к встрече с нами!

- Это при условии, что они поверят Мерфи и немедленно отреагируют, но это далеко не факт, если только он не найдет доказательства - неоспоримые доказательства, - сказал Тан. - Федерация тяжеловесна и капризна. Мы слишком многого не знаем, и если мы...

- Почему ты так напуган, Тан? - спросила Син. - У нас есть флот для того, чтобы наказать федов, не так ли? Что ж, мы можем выпотрошить весь сектор Конкордия, даже нанести столь глубокий удар, как по Гаудену, прежде чем они успеют отреагировать!

Ее глаза загорелись при мысли о том, что она доберется до сектора центрального мира, такого как Гауден.

- Вероятно, сможем, - согласился Тан. - Но будет ли этого достаточно? "Астра" - флот Дракона - должен стать нашим последним ударом. На его создание и укомплектование ушло все, что у нас было, и это должно стать решающим. Все, что меньше, - пустая трата времени.

Найташ схватила воздух, и на экране появилась карта галактики.

- Расписание нарушено, - сказала она. - Великому Совету потребуется время, чтобы провести переоценку, перенастройку...

- У нас нет времени, - сказала Син. - Мы отправимся в Нью-Дублин, как только мои корабли смогут погрузить боеприпасы и необходимые запасы. Сначала мы навестим этого Мерфи и преподадим ему урок. - Она сверкнула зубами. - Исчезновение столь важной для флота Федерации фамилии хорошо скажется на первом появлении флота Дракона, вы согласны?

- Это ошибка, второй адмирал, - сказал он. - Мы еще не готовы.

- Мы ударим по Нью-Дублину превосходящими силами. Против сил обороны федов в одной системе? - Син презрительно фыркнула. - Это будет удар молнии. Мы раздавим этого Мерфи и продвинемся так далеко, как только сможем, прежде чем они, наконец, придумают что-то достаточно серьезное, чтобы дать нам настоящий бой, а затем вернемся в Дию. На это уйдут месяцы, и к тому времени, как мы вернемся сюда, остальной флот будет готов к последнему удару. Не так ли, верховная мать войны?

Найташ прошипела, затем провела когтями по голограмме.

- Пять ваших месяцев, - сказала она. - Столько времени, по крайней мере, и технологии, установленные на оставшемся флоте, могут быть... менее человеческими. Возможно, нам придется привлечь на борт инженеров из числа людей, и доставка будет более открытой.

- Что будет приемлемо, - улыбнулась Син. - Это будет конец войны, так какое значение тогда будут иметь секреты? Пойдем, Тан. Пришло время заставить Федерацию страдать.


* * *


- Но мы оставляем восемьдесят процентов флота.

Су Чжихао потянулся к голографическому дисплею, чтобы прикоснуться к космодромам вокруг спутника газового гиганта.

- Спасибо, начальник штаба, - сказал Тан, подписывая пакет приказов. - Вы уже в третий раз обращаетесь к нам с этим вопросом.

- Сэр, я не... - Су оглянулся через плечо на команду на мостике, которая заканчивала приготовления, затем понизил голос. - Я этого не понимаю. Никто за пределами системы не знает о проекте "Астра".

Тан удивленно поднял бровь.

- Высокопоставленные члены Согласия, хорошо, - быстро сказал Су. - Но к чему такая спешка с червоточиной? Федерация прорвалась через Бета Лебедя?

- Насколько мне известно, нет, - ответил Тан.

- Они начали новое наступление где-то в другом месте? Перебросили флот в Аньянг? Потому что единственное объяснение, которое я могу себе представить, почему мы уходим с четвертью всех сил, заключается в том, что Син хочет легкой победы перед следующими выборами. Я не прав, сэр?

- Выборы... - Тан поджал губы. - Знаете, это вылетело у меня из головы.

- Это была не первая ваша идея? - Су удивленно отпрянул. - Знаю, сэр, что вы адмирал космического флота, но даже я...

- Второй адмирал Син отдала свой приказ. Сосредоточьтесь на пополнении наших погребов, а не на ее мотивах, начштаба.

Тан отложил планшет в сторону.

- Да, сэр. Приношу свои извинения. Мы действительно собираемся так сильно ударить по федам?

- Чжихао, если план Син осуществится, это будет хуже, чем Байкнор.

- Байкнор? Там погибло почти триста миллионов человек. - Су подергал себя за козлиную бородку. - Она направляется к центральным мирам, не так ли?

- Это мы, начальник штаба. Мы. Добрый адмирал предпочла массовые жертвы среди гражданского населения, чтобы положить конец этой войне. Давайте помолимся, чтобы Федерация выбрала мир до того, как Син насытится.

- Сэр, прямые удары по городам - это... Я не знаю, пойдут ли наши люди на это. "Цай Шэнь" - ваш флагман, и вы годами тщательно подбирали командиров своих эскадр. Среди них нет мясников.

- Если мы откажемся... то у Син есть другие, которые даже не будут колебаться. Эта война длится слишком долго. Между нами и Федерацией слишком много крови.

- И это ответ? Еще больше кровопролития? Одно дело уничтожать их военные корабли, убивать их космонавтов. Черт возьми, мы чертовски хороши в этом. Может быть, немного милосердия помогло бы...

- Син оставила Инвернесс умирать медленной, холодной смертью. Вы ждете от нее милосердия? Вот и мы, Чжихао. Это наша война, и от нее никуда не деться. Все, что мы можем сделать, - это сделать все возможное, чтобы закончить битву с высоко поднятой головой.

- Лучше быть живым с нечистой совестью, чем мертвым со спокойной душой? Так думает большая часть этого флота, не так ли? - сказал Су, скривив губы.

- Спекуляции бесполезны. Но мне ведь не нужно гадать о количестве ракет в седьмом погребе, не так ли?

- Он должен был быть заполнен несколько часов назад. - Начальник штаба открыл справочник. - Минутку, сэр. Этот разговор не для деликатных ушей.

- Я оставлю вас наедине с этим делом.

Тан хлопнул его по плечу и подошел к контрольному кольцу флагманского мостика, вглядываясь в отображаемый график. Он наблюдал, как все больше и больше сверхсветовых кораблей выстраиваются вокруг "Нювы". Двенадцать, подумал он. То тут, то там попадались пустые стойки, потому что у них просто было слишком мало людей, чтобы обслуживать такое количество субсветовых наездников. У них все еще оставалось более сотни таких стоек, и эти пустые места служили запасными точками опоры на случай повреждений в бою. Даже без учета остальных сорока авианосцев Дракона, он уже более десяти лет не видел флота такого размера и мощи в одном месте... и то, что должно было принадлежать ему, было передано другой. Той, кто будет управлять флотом совсем не так, как он планировал.

Его лицо было строгим и спокойным, но за маской командирства в душе царило смятение.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ


- Хватит придуриваться.

Алан Толмах отстранился, когда его дочь поправила украшенную орденами ленту на его парадной форме.

- Если бы ты постоял минутку спокойно, мне не пришлось бы все время дурачиться, па, - сказала она. - Один и тот же комплект каждый год - нам почти не приходится его чистить.

- Меня похоронят в нем, так что тебе лучше освежить его для меня. - Он насмешливо фыркнул и посмотрел в окно на серое небо. - Благослови меня Господь, я ненавижу этот день.

- Тогда перестань баллотироваться на переизбрании, - сказала Мойра. - Пусть это сделает кто-нибудь другой.

- Я не позволю другому взять на себя эту боль, - сказал он. - Не сейчас, когда у меня еще есть на это силы.

Глаза Мойры затуманились, и она прижала тыльную сторону ладони ко рту.

- Что? - Он посмотрел на нее. - Это всегда было моей причиной.

- Но в этом году... совсем немного по-другому, - сказала она.

- Господин президент? - дверь открылась, и ополченец прижал ее к стене, впуская холодный воздух. - Пора.

- К тому же, иногда в работе есть свои плюсы. - Толмах ущипнул Мойру за подбородок. - Никто не может начать без меня, поэтому я никогда не опаздываю!

Он рассмеялся собственной шутке и вышел из зала под аплодисменты.

Вдоль ступеней, ведущих к столичному зданию, выстроились ряды молодых мужчин и женщин, все в черных шинелях ополчения Кранн-Бетада без всяких украшений. Священник в белом облачении стоял рядом с металлической аркой, а офицер космической пехоты Федерации - это должна была быть армия, но никто не мог вспомнить, когда в последний раз армию видели в Нью-Дублине - стояла по другую сторону, держа перед собой голографический журнал.

От родителей, выстроившихся вокруг молодых людей, раздались аплодисменты, и они были вежливыми, формальными, а не праздничными. Это был не тот день, чтобы праздновать.

Толмах вышел из-за арки, тонкие прутья которой были украшены медальонами, на каждом из которых был выбит год. Он знал, что в этот самый момент та же церемония повторяется в каждой столице графства по всему Кранн-Бетаду. Он оглядел строй молодых мужчин и женщин. С каждым годом они становились все моложе и моложе, подумал он.

Прямо перед ним завис дрон с микрофоном.

- Кранн-Бетад, как ваш президент, я приветствую выпускной класс 2551 года. - Его голос эхом отдавался из динамиков, установленных по всей Кэпитал Плаза. - Давайте начнем заявления.

Он дважды стукнул тростью по тротуару, и беспилотник улетел.

- О'Брэллаган, Майкл Джей, - раздался из тех же динамиков голос женщины-космопехотинца, отчетливо доносившийся сквозь холодный ветер, и молодой человек со свежим лицом поднялся по лестнице к Толмаху. Он достал из кармана медальон и прикрепил его к арке.

- Твоя мать знает, что ты здесь, сынок? - спросил Толмах.

- Да, господин президент. Она вон там.

О'Брэллаган указал на толпу позади себя.

- Поздравляю вас с тем, что вы стали лучшим в классе, - сказал Толмах. - Не могу сказать, что это большая удача. - Он посмотрел юноше в глаза. - Вы знаете, что делать?

- Конечно, сэр. Ради Бога и Нью-Дублина. - О'Брэллаган повернулся и поднял правую руку. - Предпочтение!

В ответ раздались аплодисменты.

- Предпочтение зарегистрировано, - сказала офицер-космопехотинец.

О'Брэллаган повернулся и прошел через арку, когда священник начал молитву. Он окунул ветку серебряного дерева в чашу с освященной водой и окропил ею новобранца, когда тот появился из-за дальней стороны арки.

Толмах пожал О'Брэллагану руку, когда тот проходил мимо.

- Молодец, парень. Добро пожаловать в профессию воина.

- Энселл, Эрин! - позвала космопехотинка, переходя к оставшейся части класса, и следующая новобранка поднялась по лестнице. Она объявила о желании служить, и Толмах снова пожал руку, сосредоточившись на лице молодой женщины. Он столько лет хранил воспоминания об этом дне, и ни один из тех, кого он встречал, никогда не возвращался с прежним блеском в глазах.

Третья новобранка пружинистой походкой взбежала по лестнице. Она добралась до верха и улыбнулась Толмаху... и его сердце остановилось.

- Дьюар, Кристина Д., - сказала космопехотинка.

- Предпочтение! - крикнула она и сделала широкий шаг в арку.

- Крисси. - Толмах уставился на свою внучку. - Но тебе же не...

- В понедельник исполнится восемнадцать, - сказала она. - Федерация приняла поправку о возрасте. Я буду ударным пилотом. Извини, не хочу быть пехотинцем, как вы и мои дяди, это не для меня, дедушка.

- Нет... ты не можешь...

- Сэр, пожалуйста, - тихо сказала космопехотинка, отключив микрофон.

Все тело Толмаха превратилось в ледяную пустоту. Где-то глубоко внутри этой пустоты протестующе взвыл голос, говоря ему, что он не может этого допустить. Но у него не было выбора, и поэтому он протянул онемевшую руку, и его внучка пожала ее. Затем она быстро поцеловала его в щеку и поспешила обратно в здание капитолия, чтобы продолжить оформление документов для поступления на службу.

- Она не может, - прошептал президент Нового Дублина, его единственный глаз горел, а вокруг него бушевал ветер. - Она не может...

- Фарджиг, Эдриан Р., - продолжила космопехотинка.


* * *


Толмах спустился по тускло освещенным ступеням, держась одной рукой за перила, а другой тростью нащупывая следующую ступеньку внизу.

- Разве я не лучший пример сильного лидера? - Он усмехнулся про себя, почувствовав боль в коленях. Лестница закончилась дверью в подвал, выложенный из скользких от влаги кирпичей. Этот подвал был частью первой волны застройки Нью-Дублина, он никогда не был подключен к новой подземной инфраструктуре - или к ее осушительным мощностям - и это было одно из немногих мест, где наверняка не было подслушивающих устройств, которые могли бы донести информацию не до тех ушей.

Двое людей Кормага Дьюара стояли по обе стороны двери.

- Господин президент, - сказал один из них, почтительно кивая. - Все приглашенные здесь.

- Надеюсь, я не заставил их ждать слишком долго. - Толмах шагнул вперед. - Иначе они будут пьяны и ничего не успеют сделать. Мужчины и женщины вдали от дома, да?

- Я бы об этом ничего не знал, - сказал другой охранник с легкой улыбкой.

- Я знаю твоего отца, - сказал ему Толмах. - Лучше следи за собой.

Он ударил в дверь своим протезом, и она открылась, выпустив запах затхлости и пота. Дюжина мужчин и женщин сидели в креслах с кожаной обивкой напротив единственного антикварного кресла с табуреткой и стаканом воды. Большинство из них были одеты в простую, удобную одежду типичных жителей миров Окраины, но один мужчина, похожий на медведя, был одет в мантию, подбитую мехом, а одна женщина, чье лицо скрывала фарфоровая маска, была одета в серебристо-белое кимоно. Дьюар стоял в дальнем конце зала, позади них, и одно место среди них было пустым.

Они поднялись как один, когда Толмах вошел в комнату.

- Садитесь. Садитесь все! - Толмах махнул им тростью. - Завтра у нас будет время для соблюдения формальностей. А пока я призываю к порядку на этом неофициальном и не для протокола собрании лидеров сектора Конкордия. Не то чтобы мы вели протокол, не так ли?

- Мы можем видеться с вами только раз в четыре года, - сказал человек в мантии. - И эти неофициальные встречи - единственная причина, по которой многие из нас вообще удосуживаются прибыть. Нет ничего плохого в том, чтобы быть вежливым, когда ты наконец появишься.

- Спасибо, Сол. - Толмах сел и вынул свою искусственную руку из сустава, затем повесил ее на трость, лежащую на маленьком столике. - Но мы ведь здесь не все, не так ли? Мисс Джиновезе из Шотландии не присоединится к нам. Жаль, что Лига вот так убила ее.

- Это не Лига убила ее, - сказал другой мужчина. - Это была трусость Федерации.

- Где твой новый правитель, Алан? - спросила женщина в маске. Ее голос прекрасно доносился из динамика под накрашенными губами. - Мне перезвонили по "срочному семейному делу", как только мы получили известие о резне.

- Томико, это ты там? - прищурился Толмах.

- Айко. - Женщина склонила голову. - Моя мать больна. Я пользуюсь ее полномочиями.

- Таковы обычаи Рюкю, - сказал Толмах. - Отвечая на ваш вопрос, Мерфи охотится за работорговцами за синей линией. Вы все, возможно, заметили, что у нас в системе есть несколько дополнительных носителей, но его в данный момент среди них нет.

- Работорговцы? Центральник, который беспокоится о работорговцах? - спросил кто-то еще, и Толмах пожал плечами.

- Он - Мерфи, - сказал президент. - Те из вас, кто достаточно взрослые, должны помнить его деда, того самого Мерфи, который помог военно-космическому флоту Федерации объединиться как раз вовремя, прежде чем выяснилось, что нам это нужно, а его отец погиб в военной форме. Этот парень выиграл битву за Федерацию, и теперь он делает все возможное, чтобы разозлить меня, переворачивая Нью-Дублин с ног на голову ради новой системы обороны. Вы бы слышали, как визжат владельцы бизнеса, но как только я упоминаю Инвернесс, они внезапно становятся гораздо более сговорчивыми.

- Мне все равно, какая у него фамилия, - сказал худой, как жердь, мужчина с длинной белой козлиной бородкой. - Он центральник, до мозга костей. Вы знаете, из какой семьи его жена.

- Мы можем посплетничать о нем позже. - Толмах постучал культей по табурету. - Инвернесс важнее всего. Потеря. Что это значит для нас в будущем. У всех вас было четыре года, чтобы обдумать наше последнее предложение. Джонс? В прошлый раз вы были самым решительным противником отделения. Как у вас на Грегоре II дела с тех пор?

Поднялся моложавый мужчина с волосами, собранными в конский хвост.

- На Грегоре проживает девять миллионов человек, - сказал он. - У Федерации там есть небольшая станция обслуживания и поддержки, но на ней едва ли больше кораблей, чем было в Шотландии. Если бы прибыла эта мясничиха Син, мы бы не справились. - Он указал на свободное место. - Я из года в год требовал большего от центральных миров, и каждый год это "обсуждалось комитетом" или они говорили мне о "бюджетных ограничениях". И все же, каким-то образом, у Федерации всегда есть средства, чтобы посылать свои черные корабли собирать налоги и забирать наших сыновей и дочерей для их войны. Они берут кровь и сокровища, а взамен раздают банальности.

По залу пронесся одобрительный ропот.

- Федерация сохраняет свои корабли, а не людей! - взревел Сол, но тут же взял себя в руки. - Инвернесс мертв, потому что они поступили именно так, - решительно заявил он. - И они примут такое же решение в отношении наших планет.

Мужчина с козлиной бородкой поднялся.

- Если мы покинем Федерацию, что тогда? - спросил он. - Мы никогда не присоединимся к этим ублюдкам в Лиге, но мы все знаем, что сделала Федерация, когда восстали Гобелены.

- Но Гобелены были одной системой, - сказал Толмах. - Один губернатор обезумел от власти. Мы - сектор, и этот сектор долгие годы был на передовой в этой войне. И мы не единственные, кто в этом замешан. Звезды Шивон и Сектор Тесей облагаются налогами и призываются на службу по еще более высоким ставкам, чем мы. Если мы проявим твердость духа...

- Измена, - сказал мужчина с козлиной бородкой. - Давайте будем честны.

- Измена? - Толмах потер костяшками пальцев свой мертвый глаз. - Я помню первый раз сбора призывников, хотя тогда у него еще не было такого названия. Я был первокурсником колледжа, и все до единого юноши из моего класса, а также изрядное количество девушек - нас было пятьдесят человек - толпились на вербовочных пунктах, как только до Нью-Дублина дошла весть о войне против Лиги. Что это было за время! Мы были Федерацией, а эти ублюдки из Лиги посмели напасть на нас? Неужели они убили Минотавр кинетическими ударами, а потом лгали сквозь зубы и смеялись над этим? Война казалась таким замечательным приключением. Пришлось поторопиться, - он провел кулаком по груди в ленивом приветствии, - иначе все было бы кончено до того, как у нас появился шанс стать частью этого. Затем был Изонзо и все эти дни под солнцем. Затем битва при Кровавой луне. Затем Чанша.

- Я вернулся домой после пяти лет службы. Вернулся с меньшим количеством органов, чем когда уезжал, но, как оказалось, мне повезло больше, чем многим. Вернулся и узнал, что из всего моего класса, который записался сражаться с Лигой... нас выжило только одиннадцать, и только двое из них не потеряли свои собственные кусочки. Затем черные корабли прилетели за следующей партией наших юношей и девушек и забрали с собой двух других. Их звали Райан и Кори. Им удалось набрать достаточно высокие баллы на экзаменах, чтобы получить техническую подготовку, и "нужды службы" снова одели их в форму после того, как они сочли, что их обязательства перед Федерацией выполнены. Больше я их никогда не видел. Что касается меня, то я был слишком изломан, чтобы быть полезным дальше.

Затем, десять лет спустя, начались ежегодные сборы каждого десятого. Каждый год мы отдаем Федерации наше будущее, и каждый год они возвращают нам измученных, покрытых шрамами ветеранов. Три сына. Я отправил трех сыновей на войну, и все они были переданы Федерации. Все, что я получил взамен, - это свидетельства о прохождении службы, которые я передал своим невесткам. И я только что принял заявление моей старшей внучки о прохождении службы.

- Мы знаем вашу боль, - сказал Сол. - Каждый мир на Окраине знает эту боль. Но центральные миры? Их бедняки могут испытывать боль, оплачивая счета мясника, но Пятьсот и любой, кого они посчитают жизненно важным для их прибыли? Они едва ли знают, что идет война.

- Прошло пятьдесят шесть лет. Я не верю, что эта боль когда-нибудь закончится, - сказал Толмах. - Я не могу, потому что центральным мирам все равно, закончится она или нет. Им это не нужно. Я был верен Федерации, отдавал Федерации все, что мог, и чем она мне отплатила? Отплатила ли кому-нибудь из нас? Федерация предала всех нас. Так что, мы будем просто сидеть здесь и истекать кровью или все-таки поднимемся и вернем себе наше будущее?

Одобрительные возгласы раздались от всех, кроме Джонса и Дьюара.

- Все не так просто! - Джонс перекрикивал другие голоса. - Мы не можем просто щелкнуть выключателем и объявить себя новой нацией. Федерация не может позволить себе потерять нас, хотя бы потому, что мы стали бы примером для подражания многим другим секторам. И даже если бы Олимпия согласилась нас отпустить, мы стали бы легкой добычей для Лиги или пиратов за синей линией. Не делайте вид, что это будет легко.

- В каждой системе есть гарнизоны, - сказал Сол, - и наши люди знают, как сражаться. Видит бог, Федерация забрала у нас достаточно людей и научила нас этому! Мы можем забрать корабли, считать это частичной компенсацией от Федерации за уплату налогов и быть в такой же безопасности, какую когда-либо обеспечивала нам Федерация!

- Гарнизонные силы здесь, в Нью-Дублине, просто немного болтливее, чем у большинства, - сказал Дьюар, - и у руля стоит Мерфи. Что сделает Федерация, если мы захватим кого-то с таким именем?

- Он не его дедушка, - сказала Айко. - Но у его семьи есть деньги... Выкуп?

- Это еще даже не официально, а ты уже рассуждаешь как варвар, - сказал Толмах. - Но что, если Мерфи вернется с полным кораблем спасенных рабов? Мы восстанем против этого? Что подумают наши люди? "Спасибо, что спасли всех этих женщин и детей. А теперь, будьте добры, наденьте эти наручники и отправляйтесь в хорошую камеру". Чушь собачья.

- Если он вернется с чем-нибудь получше охоты на бекасов, - сказал Дьюар. - В таком случае нам нужно, чтобы Федерация отстранила его от должности. То... это сыграло бы на руку инфоканалам. Вишенка на торте против центральных миров.

- Итак, зачем Федерации это делать? - спросил Толмах.

- Капитан Липшен затаил злобу. Не знаю точно, почему кто-то на родине может охотиться на Мерфи, но если Липшену шепнут на ухо нужные слова, он передаст их нужным людям в Овальном зале. И потом, Боб - твой дядя.

- Я не знаю, - сказал Джонс. - Мерфи, похоже, хороший человек. Он заслуживает этого?

- Его репутация может пострадать, - сказал Толмах. - Возможно, его даже отправят в отставку. Полагаю, на Земле ему пришлось бы довольствоваться тем, что он до неприличия богат. О, без сомнения, он будет страдать.

- Можно ли это сделать без пролития крови? - спросил Джонс. - Без жертв, которые могли бы сплотить Федерацию?

В зале воцарилась тишина.

- Давайте сначала примем решение, - сказал Толмах. - Затем мы решим, как лучше это сделать. Давайте сделаем это официально. Поименное голосование за выход из состава Федерации.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ


Каждый вдох вонзался ледяным лезвием в легкие Кормага Дьюара. Ветер вздыхал в голых ветвях над ним, и он хлопал руками в перчатках, когда тот же ветер развевал клубы пара от его дыхания. Слабый серебристый свет упал на него, рассеиваясь в темноте, и он поднял глаза, когда над далекими горами на востоке забрезжил рассвет.

Массивное дерево, ствол которого был толще его дома, стояло на страже позади него. Оно было таким высоким, что его величественная крона освещалась лучами рассвета задолго до того, как солнце поднималось над горами, у подножия которых стоял Дьюар. Витки серебристой коры вились высоко, переплетаясь друг с другом, и свет Нью-Дублина освещал мерцающую поверхность верхних ветвей с таким блеском, что было почти больно смотреть на фоне все еще темных небес над ними. За деревом на запад уходили укутанные в ночь склоны гор.

Отряды ополчения выстроились в две шеренги за длинными, туго натянутыми веревками, которые обозначали широкий коридор, ведущий к насыпи у основания дерева. Веревки были белее снега, увитые красными маками, темными, как свежая кровь, в слабом свете, и Дьюар стоял на вершине холма.

- Шествие по расписанию, - сообщил ему наушник.

- Подтверждаю. Отключите радиосвязь, если не возникнет чрезвычайной ситуации в области гражданской обороны, - сказал он, и в его ухе раздался щелчок.

- Повторите? - спросил капитан Липшен. На офицере генерального инспектора было надето значительно больше одежды для холодной погоды, чем на старших членах ополчения Нью-Дублина, собравшихся позади них, но, несмотря на это, его зубы все еще стучали.

- Тише. - Дьюар приложил палец к губам. - Вы же не хотите это пропустить.

Вдалеке, все еще глубоко в тени гор, река света медленно текла через перевал.

Дьюар закрыл глаза, слушая, как ветер доносит тихие одобрительные возгласы.

- Немного по-язычески, не так ли? - спросил Липшен. - Шествие с факелами на рассвете к священному... дубу? Будет ли друид? Всегда так интересно быть частью обычаев отдаленной системы.

- Это Крэб Уйсниг. - Дьюар сохранял спокойный, непринужденный тон, несмотря на более сильное, чем обычно, искушение придушить кретина из центрального мира. - Он настолько велик, что первые поселенцы заметили его с орбиты. На самом деле, они впервые приземлились неподалеку, так что могли приехать и увидеть это своими глазами. Как только они это сделали, они перенесли основное место высадки в Тара-Сити и создали постоянный природный заповедник вокруг Крэб Уйснига. Доступ туда запрещен, за исключением дня окончания учебы.

Липшен поднял глаза и увидел, как одинокий серебряный лист, размером меньше детской ладони, порхнул вниз, сверкая в лучах рассвета. Он скользнул из света в тень, ближе к земле, и Дьюар отступил в сторону, когда он падал. Лист упал на поросший травой холмик тусклой стороной вверх, и Дьюар посмотрел на него, затем вытянул правую руку в сторону и повернул ладонь большим пальцем вниз.

По рядам ополченцев пронесся обеспокоенный ропот.

- Я что-то пропустил? - спросил Липшен, и Дьюар резко втянул воздух. Затем он сжал челюсти и медленно выдохнул.

- Дурной знак, - сказал он, не глядя на жителя центрального мира. Он взял лист, поцеловал его и сунул в карман. - Если он упадет серебряной стороной вверх, новобранцы будут хорошо служить. Вниз, и будущее уже не так радужно.

- Опять же, все это немного по-язычески. - Липшен посмотрел на приближающуюся процессию с факелами. - Тем не менее, позволить системам... расположенным немного дальше от центра, проводить свои собственные базовые учебные курсы было отличной идеей со стороны Овала, вы согласны? Меньше затрат для федерального бюджета, больше стимулов для новобранцев, и они готовы к прохождению углубленной подготовки еще до поступления на службу. Все, что им нужно, - это пройти отбор и проверку на профпригодность для прохождения виртуального обучения во время транспортировки в часть для замены. Это действительно была отличная инициатива.

- Это была идея миров Окраины, - безапелляционно заявил Дьюар. - Наши призывники прошли подготовку в центральных мирах и поставили в неловкое положение слишком многих инструкторов по строевой подготовке. И наши потери были слишком высоки, если мы полагались на системы центральных миров при их подготовке. Поэтому мы решили сделать все правильно. Сделать это самим. И это главное упражнение: выйти к дневному свету. Сегодня вечером все они пересядут на черные транспортные средства для личного состава. Последний день с домашним очагом.

- Более драматично, чем в некоторых отдаленных системах, - сказал Липшен.

- Мы считаем это более торжественным, - отрезал Дьюар. - А теперь будьте так добры, оставьте свои дальнейшие замечания при себе. Президент Толмах проводил церемонию в течение последних многих десятилетий, но он... заболел. Так что это ложится на меня.

Липшен пожал плечами, и Дьюар поднялся на три ступеньки к задрапированному маками подиуму на возвышении и проверил уже установленное табло. Он постучал костяшками пальцев в перчатке по экрану, и на голографическом экране появилась его речь. Он позаимствовал многое из предыдущих выступлений Толмаха, но за последние годы они не сильно изменились. Что можно было сказать молодым мужчинам и женщинам, собирающимся покинуть свой родной мир - большинство из них впервые - и присоединиться к войне, которая уже унесла жизни шести миллиардов человек? За эти годы Толмах научился говорить то, что можно было сказать, гораздо лучше, чем большинство других, и это была не та тема, которая позволяла импровизировать.

Тот факт, что именно Дьюар произнес эту речь, станет сюрпризом для новобранцев, когда они доберутся до конца пути. Что ж, справедливо - Дьюара это тоже удивило.

Толмах был в особенно плохом настроении с тех пор, как на закрытом совещании лидеров сектора был принят проект Декларации об отделении. Он все еще оставался полностью "неофициальным" - само его существование держалось в строжайшем секрете до тех пор, пока не наступит момент его оглашения, - но Дьюар подозревал, что единственной причиной, по которой он прошел, было то, что Толмах перестал бороться с ним и вместо этого приложил все усилия. Он знал, что Инвернесс был одной из причин, по которой он так поступил, но были... и другие факторы. Факторы, которые также двигали Дьюаром. Однако в последние недели враждебность его тестя по отношению к Федерации стала более явной, и это стало источником напряжения для Дьюара, как члена семьи, так и начальника обороны системы. И вот теперь, ни с того ни с сего, он объявил, что слишком болен, чтобы председательствовать на церемонии в этом году.

На самом деле, Дьюар был совершенно уверен, что Толмах чувствует себя прекрасно. Во всяком случае, настолько близко к этому, насколько старик был когда-либо близок в эти дни. Он подозревал, что внезапная болезнь была в основном уловкой, чтобы заманить Дьюара на эту церемонию, и для этого была только одна причина: его дочь Кристина.

Большая часть Дьюара была благодарна Толмаху за подарок, но какая-то часть его самого...

Он был настолько плох, что отправил ребенка на войну, но стать последним офицером Кранн-Бетада, который наблюдал за процессом, отправившим его ребенка на мельницы смерти, прежде чем отделение навсегда положит конец этому?

Это задело. Дьюар сам присутствовал на церемонии, несколько раз отправлялся за пределы планеты и приезжал сюда год за годом, начиная со своей службы, чтобы попрощаться с новобранцами и поприветствовать останки - те несколько раз, когда их находили, - и увидеть, как их доставляют скорбящим семьям. Было достаточно сложно служить частью этого процесса для чужих детей, но отправить Кристину в ту же мясорубку...

Сверкающие листья продолжали падать, наполняя воздух мерцанием близких звезд, прежде чем упасть в тень у подножия могучего дерева. Сам Крэб Уйсниг оплакивал своих детей, подумал он.

Первые ряды процессии приблизились, выступая из темноты, и Дьюар наклонился вперед над своим подиумом, недоверчиво щурясь, когда тусклый свет факелов позволил ему разглядеть детали. Во главе процессии шел мужчина в черной шинели, по бокам от него двигались двое факелоносцев в военной форме, которая отличалась от обычной полевой формы новобранцев.

- Какого черта он здесь делает? - пробормотал Дьюар.

- Это... Мерфи? - спросил Липшен у него за спиной.

- Похоже на то. - Дьюар схватился за края своего подиума.

- Это необычно, не так ли? Я знал, что "Иштар" вернулась в систему, но не ожидал, что он приземлится так скоро, - сказал капитан.

- Я тоже не ожидал. Мне больше интересно узнать, как ему удалось попасть на планету, присоединиться к процессии и проделать весь этот путь сюда так, чтобы я об этом не слышал.

Дьюар искоса взглянул на Патрика Макдауэлла, и его помощник покраснел и смущенно отвел взгляд.

Шеренги ополченцев вытянулись в струнку, когда Мерфи и двое его помощников - Дьюар узнал Каллума Мерфи и бывшую рабыню - прошли по коридору между веревками, увитыми маком. Они неуклонно продвигались к подножию холма, ведущего к Крэбу Уйснигу и трибуне. Все трое вставили свои факелы в металлические цилиндры, врытые в землю, и затем Мерфи поднялся наверх. Поток света тек по тому же проходу, затем остановился позади него. Колонна новобранцев подняла факелы повыше, чтобы поприветствовать их в лучах серебристого утреннего света, исходящего от Крэба Уйснига.

- Добро пожаловать обратно, губернатор, - сказал Дьюар, когда Мерфи поднялся на платформу. Лицо адмирала было красным и покрытым испариной, и он морщился, преодолевая последние несколько шагов до трибуны, но его дыхание было на удивление ровным. - Я был немного удивлен, увидев вас здесь.

- Я решил присоединиться к вам, - сказал Мерфи. - Все, с кем мне нужно поговорить, случайно оказались здесь, а полеты ограничены в непосредственной близости от...

Он посмотрел на дерево.

- Это великолепно, - тихо сказал он. - Даже больше, чем я ожидал. Я бы не осмелился подвергать его опасности из-за жесткой посадки, даже если бы воздушное пространство было чистым. И у нас действительно есть немного времени; О'Хэнрати приводит в движение некоторые части.

- Время? Какие части? - Дьюар наклонился в сторону, чтобы убедиться, что хвост процессии и ее лидеры поравнялись. - В этой церемонии есть особый процесс, который я...

Мерфи схватил его за плечо и наклонился, чтобы что-то сказать ему на ухо. Дьюар побледнел и посмотрел на него широко раскрытыми глазами. Мерфи медленно кивнул, и генерал сглотнул. Затем он кивнул в ответ, и Мерфи посмотрел вниз, на море поднятых факелов. Он поманил его пальцами правой руки, и Каллум взял из держателя факел, который принес его отец, и поднес к нему. Адмирал поднял факел над головой, медленно сосчитал до тридцати и повернул его основание.

Пламя погасло... и в то же мгновение все факелы на этом длинном-предлинном столбе погасли, и река света растворилась в лучах рассвета.

Дьюар посмотрел на голо-суфлер. Затем он постучал по своему планшету странно решительным жестом. Ожидающая его речь исчезла, и он снова постучал, чтобы активировать плавающий перед ним микрофон. Он прочистил горло, глубоко вздохнул и начал петь.


На полях Фландрии качаются маки.

Между крестами, ряд за рядом,

Это наше место; а в небе

Жаворонки по-прежнему смело поют, летают.

Но их почти не слышно из-за орудий внизу.


Ряды ополченцев присоединили свои голоса к его голосу в третьей строфе. Кранн-Бетадцы пели, и гармония а капелла звучала как медленный, торжественный раскат грома. В конце куплета колонна новобранцев присоединила свои голоса к голосам старших, пока вся долина не зазвенела от величавого звучания древних-престарых слов.


Мы мертвы. Еще недавно

Мы жили, ощущали рассвет, наблюдали закат,

Любили и были любимы, а теперь мы лежим,

На полях Фландрии, на полях Фландрии.


Вступив в схватку с врагом,

Тебе слабыми руками мы кидаем

Факел; он твой, держи его высоко.

Если утратишь веру в нас, тех, кто пал,

Мы не заснем, хотя маки растут

На полях Фландрии, на полях Фландрии.


Снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра в могучих ветвях Крэба Уйснига, и Дьюар вытер ладонью глаза, а затем перекрестился. Он посмотрел на эти молодые, полные ожидания лица, почувствовал, что они ждут его слов, но ничего не сказал. Вместо этого он отступил назад и жестом пригласил Мерфи подойти поближе к микрофону.

- Солдаты Кранн-Бетада, это уникальное время, - мрачно произнес губернатор, и громкоговорители разнесли его слова по всей долине. - Я благодарю класс 2551 за то, что позволили мне присоединиться к вашему главному упражнению. Крэб Уйсниг - это даже больше, чем я себе представлял, и для меня большая честь быть частью этой церемонии. Этой традиции. Потому что традиции имеют значение. Это то, что делает нас теми, кто мы есть. И все же, какой бы торжественной ни была эта традиция, мы должны внести некоторые изменения в то, что ожидает выпускников в будущем.

- О чем он говорит? - прошипел Липшен на ухо Дьюару.

- Просто подожди.

Генерал набрал код на своем наручном коммуникаторе и открыл прямую трансляцию на номер Толмаха.

- Лига приближается, - сказал Мерфи, - и я уверен, что они атакуют Нью-Дублин силами, намного превосходящими те, что уничтожили Инвернесс.

Он остановился на мгновение и окинул взглядом эти юные лица, и тишина была глубже моря, пока сверкающий рассветный свет медленно спускался по массивному дереву позади него, окутывая могучий ствол огненными жгутами.

- Настоящим я объявляю чрезвычайное положение, - сказал он затем. - Как генерал-губернатор Нью-Дублина, я отменяю последующие тренировки для класса 2551. Ваша служба необходима здесь, и мы направим вас по всей системе туда, где вы будете наиболее необходимы. Кроме того, все корабли военно-космического флота Федерации, находящиеся в системе, переходят под мое командование, и эта мера вступает в силу немедленно.

- Сейчас, секундочку... - Липшен двинулся вперед, но Дьюар прижал руку к груди и остановил его.

- Мне было нелегко принять эти решения, - продолжил Мерфи, - и ответственность за последствия - хорошие или плохие - будет лежать только на мне. Но я побывал в одном умирающем мире. Я не хочу видеть, как подобная судьба постигнет другой, если у меня будет возможность предотвратить это. За каждую жизнь в Федерации стоит бороться. Каждый дом, находящийся под угрозой, - это призыв к оружию. Сегодня вам пора защищать свой дом, и я буду с вами на каждом шагу. Мы остановим это нападение... или умрем вместе, пытаясь это сделать. Давным-давно другой древний земной поэт сказал: "Человек может умереть только один раз; мы обязаны Богу смертью, и пусть все идет своим чередом, тот, кто умрет в этом году, уходит в следующий." Я не собираюсь умирать здесь, но если это случится, то умру, зная, что выполнил свой долг перед Богом и своей совестью, и чего лучшего может еще желать человек?

Он оглядел эти лица, Крэб Уйсниг видел за своей спиной мощный столб серебряного огня, и все глаза были устремлены на него.

- Вот и все, - тихо сказал он. - Да благословит Господь всех нас и да благословит Бог Нью-Дублин.

Он сошел с трибуны. На мгновение тишину нарушал только свист ветра, а затем раздались радостные возгласы, которые усилились подобно грому, когда лучи рассвета достигли основания Крэба Уйснига, и собравшиеся мужчины и женщины осознали, что он только что сказал.


* * *


Наконец аплодисменты стихли, и к Дьюару подошел полковник ополчения, выглядевший очень растерянным. Они коротко переговорили, и полковник кивнул - сначала медленно, затем все быстрее. Дьюар похлопал его по плечу, а затем он, Мерфи и Липшен отошли в заднюю часть платформы, когда к полковнику подплыл микрофон, и он начал давать указания новобранцам.

- Адмирал, - Липшен побледнел, и Дьюар подумал, было ли это от холода или от шока, вызванного заявлением Мерфи, - вы не можете этого сделать. Эти новобранцы и все, что находится на верфях, принадлежат Федерации. Их ждут в других системах. Для всего этого есть определенный порядок, но это не все.

- Генерал-губернатор - глава исполнительной власти, - сказал Дьюар. - Мне кажется, он может делать все, что ему, черт возьми, заблагорассудится. Пока это законно.

- Чрезвычайные полномочия, - сказал Мерфи. - Все это предусмотрено четвертым разделом распоряжения моего губернаторства. И совершенно необходимо в свете текущей угрозы. Генерал, мы можем вернуться в вашу штаб-квартиру? Требуется срочное планирование, и я предполагаю, что вы не пришли сюда маршем.

- У меня есть наземная машина, - сказал Дьюар. - Давайте проедемся и поговорим.

- Подождите. Подождите! Я представляю генерального инспектора здесь, в Нью-Дублине, и любое объявление чрезвычайных полномочий требует немедленного доклада в Овальный кабинет. На самом деле...

Дьюар ударил его прямой рукой в грудь, и невысокий мужчина пошатнулся.

- Извините, капитан. - Генерал одарил его вежливой улыбкой. - Мерфи займет ваше место в моей машине. Может быть, найдется место в другой машине? Если нет, не стесняйтесь присоединиться к выпускникам на следующем этапе их шествия. Вы же хотели присутствовать на церемонии.

Липшен стоял ошеломленный, когда двое других оставили его позади.


* * *


- Я не могу в это поверить.

Алан Толмах, прихрамывая, подошел к окну своего кабинета и посмотрел на город, в небе которого метался снег.

- Технические данные коллектора привода Фассета соответствуют его теории. - Дьюар, сняв форменную куртку, грелся у камина. - Я не уверен, что могу поклясться, будто дизайн выполнен в стиле Ришатана, но, черт возьми, никто из наших людей на верфях никогда не видел ничего подобного. И я видел видео, снятое участниками высадки. - Он пожал плечами. - По счастливой случайности, они просто оказались в системе в поисках работорговцев, когда вместо этого наткнулись на контрабандиста.

- "Счастливый случай", говоришь? - Толмах мрачно посмотрел на него. - Не знал, что тебе известно значение этих слов. По правде говоря, не уверен, что ты его знаешь, судя по тому, как ты его только что употребил!

- Мы можем остановиться на этом, если только у тебя нет ничего получше. - Дьюар медленно раскрыл и закрыл ладони перед огнем, и тепло вернулось в его суставы. - Эта старость ужасна. Я не знаю, как ты с этим справляешься.

- Не меняй тему, - прорычал Толмах. Мгновение он сердито смотрел на своего зятя, затем пожал плечами. - Я так понимаю, змею все это не нравится?

- Он не был счастливым, когда мы оставили его у Крэб Уйснига, и сомневаюсь, что с тех пор он стал счастливее. - Настала очередь Дьюара пожимать плечами. - С другой стороны, я не думаю, что Мерфи есть дело до мнения змеи.

- Это означает, что Мерфи сошел с ума, - прорычал президент.

- Ты снова играешь в адвоката дьявола или действительно сомневаешься в этом человеке? Его теория прошла проверку на вшивость. У Лиги есть секретный комплекс верфей; он находится где-то в пределах досягаемости, и коллекторы были последней частью их конструкции. Если у них есть боеспособное оперативное соединение, они развернут его прежде, чем Федерация успеет отреагировать, и Нью-Дублин - наиболее вероятная цель. Итак, Мерфи объявил, что наши новобранцы остаются здесь, а его оперативное соединение - и все остальные корабли, которые ему удалось собрать с тех пор, как он прибыл сюда, - будут нашей защитой. Мы производим эти его беспилотные летательные аппараты уже более трех месяцев, и теперь, когда он вдавил педаль газа, производительность вот-вот взлетит до небес. Если Лига будет основывать свои планы на том, что было у нас, когда они приходили в последний раз, он надерет им задницы с одной стороны и с другой. Как он сам сказал, этого может быть недостаточно, но это, черт возьми, намного лучше, чем то, что было бы без него! У тебя есть какие-то проблемы с этим?

- А что, если он ошибается? - спросил Толмах. - Он раскручивает Нью-Дублин, а потом Лига не появляется?

- Тогда мы улучшим нашу систему обороны и сможем для разнообразия оставить наших детей дома. Ничего страшного.

- Пока Федерация не отзовет его за то, что он кричал "волк" и наступал на пятки слишком многим военным. Они заберут его домой и поставят вместо него марионетку с приказом отменить все, что он сделал. Включая задержание мальчиков и девочек здесь, в системе.

- А если он прав и Лига действительно придет за нами со своим призрачным флотом?

- И если он прав, да поможет нам всем Бог. - Старик оперся о подлокотник дивана, чтобы не упасть, и, прихрамывая, направился к своему столу. - Садись, - скомандовал он, указывая на стул перед столом, и Дьюар уселся на него.

- Как далеко вы продвинулись с этой своей отравленной пилюлей? - спросил президент.

Губы Дьюара скривились в усмешке.

- Хм... Забыл об этом. - Он нахмурился в раздумье. - Подделки еще не были доставлены змею, но у него есть кое-какие документы. Ты же не хочешь нажать на курок сейчас, не так ли?

- Нет. На самом деле, давай отменим все это. Федерации не нужны ложные подозрения, чтобы паниковать из-за Мерфи; он просто привел им множество собственных причин. Черт возьми! Каждый раз, когда я ожидаю, что он поведет себя как некомпетентный, эгоистичный человек, каким я хочу его видеть, он вместо этого поступает как настоящий лидер. - Толмах тяжело опустился за стол и отставил больную ногу в сторону. - Почему он не может быть некомпетентным?

- Если бы это было так, мы бы понятия не имели о призрачном флоте Лиги. - Дьюар откинулся назад и скрестил ноги. - Если, конечно, это реально.

- Если, - вздохнул Толмах.

- Как на улицах и в переулках восприняли его появление у Крэба Уйснига?

- Они его любят, - сказал Толмах. - А рядовые?

- Тоже любят. Никому не нравится дневной марш ради главного камня - ты это знаешь. Это задумано как нечто адски трудное, и тот факт, что Мерфи присоединился к нему вместе со своим сыном и этой... их девушкой и прошел с ними весь этот проклятый путь... - Дьюар покачал головой. - Мужчина тоже умеет подбирать слова. Из центра он или нет, но мыслит как нью-дублинец. Службы системы и ополчение заинтересованы в осуществлении его планов настолько, насколько это возможно.

- Никто не упоминал, что мы можем потерпеть крушение из-за того, что Мерфи потревожил улей Лиги?

- Непредвиденные последствия доброго поступка по спасению рабов. - Дьюар скрестил руки на груди и начал крутить большими пальцами. - Как будто Лиге нужна причина, чтобы убить нас. Каждый мужчина и женщина на этой планете знают, что им просто нужны средства и возможности, и я думаю, Мерфи прав насчет того, почему они собрали эти силы здесь, на задворках нашей галактики. Они видят в нас "слабое место Федерации" - по крайней мере, по сравнению с Бетой Лебедя, - и это означает, что они, несмотря ни на что, пойдут через Нью-Дублин, Алан. Все, что он там сделал, - это, возможно, заставил часы начать отсчет чуть раньше... и проредил их примерно на сорок авианосцев.

Толмах кисло хмыкнул, а Дьюар приподнял бровь.

- Так что же все это дает нам с нашим объявлением о независимости?

Толмах поставил локти на стол и закрыл лицо руками.

- Отложено, - сказал он. - Конференция сектора продлится еще пять дней, и я могу отложить ее на неопределенный срок, учитывая чрезвычайный указ Мерфи. Посмотрим, смогут ли люди держать язык за зубами. Но, честно говоря, единственный способ, которым я вижу, как это происходит сейчас, - это чтобы атака никогда не осуществилась, а затем Федерация убрала Мерфи. В противном случае мы превратимся в элиту, которой придется объяснять причины восстания против губернатора, который наконец-то делает все правильно, и я позволю тебе догадаться, чем это обернется.

- Если мне суждено быть повешенным на площади суда, я предпочел бы, чтобы это сделала Федерация, а не мой собственный народ, - сказал Дьюар.

- Я буду так же мертв рядом с тобой, но если это произойдет, пусть история считает это событие трагическим, а не праведным. Я полностью поддерживаю план Мерфи, и ты тоже в нем участвуешь. Просто нужно, чтобы ты позаботился об этой змее.

- Обвинения не могут быть отозваны, но я прослежу, чтобы все было улажено настолько хорошо, насколько это возможно.

- Хорошо. - Толмах надул губы и покачал головой. - Мы живем в интересные времена, сынок. Я до сих пор не знаю, является ли Мерфи благословением или проклятием.

- Думаю, мы скоро это узнаем, - сказал Дьюар.


* * *


Эйра бросила свою дорожную сумку в изножье кровати. В крошечной квартирке было безукоризненно чисто, на простынях - идеальные уголки, как в образцовой больнице, и нигде не было видно ни пылинки. В воздухе витал стойкий запах дезинфицирующих средств. На самом деле, единственным намеком на то, что здесь кто-то жил, была модель Крэба Уйснига, стоявшая на углу ее стола. Свет, исходящий от основания стеклянного шара, падал снизу, придавая крошечным листочкам серебристый блеск.

Она открыла пакет и достала верх униформы. Она разгладила его и снова сложила.

- Вот как вы проводите свой первый небольшой отпуск за последние недели? - спросил Каллум, стоя в дверях.

- Главный сержант дал нам шесть часов на то, чтобы собрать вещи и решить личные проблемы, прежде чем мы вернемся на службу, - сказала она. - Нас направили на "Колыму". Вы видели объявление?

- Помощник корабельного инженера. - Каллум выпятил грудь. - Полагаю, адмиралу не нужен его лучший разносчик кофе на случай появления Лиги. В некотором смысле, я бы предпочел не находиться на одном из кораблей Дребина, но О'Хэнрати говорит, что они прошли долгий путь со времен Шотландии. И приятно, что в кои-то веки тебя считают хоть немного значимым. Можно мне? - Он указал на одно из двух кресел за маленьким круглым столиком. - У меня ноги подкашиваются.

- Вам не обязательно спрашивать, сэр. - Она достала из сумки вакуумный шлем и быстро проверила герметичность.

- Мне следовало послушать вас насчет моих носков. - Он сел и закинул лодыжку на бедро, чтобы можно было надавить на каблук ботинка. - Марширую. Фу. Я поступил на службу в военно-космический флот, чтобы избежать всего этого.

- Главный сержант заставил нас пройти по всей длине основного корпуса "Иштар" - туда и обратно, четыре раза, в полном снаряжении - несколько раз, пока мы были в пути. Каждый раз мы преодолевали четырнадцать с половиной километров, и это не считая люков, лестниц - никаких подъемов, сэр. - Она слегка улыбнулась. - У нас даже не было проблем на марш-броске.

- Вы называете меня слабаком? - спросил Каллум.

- Я говорю, что вы нетренированы, сэр. У вас появятся мозоли. Они не чувствуют боли.

Она сняла шлем и пошла на кухню.

- Вижу, вы достали эту модель, - сказал Каллум. - Я по-прежнему считаю, что она великолепна, но на самом деле это не соответствует действительности, не так ли? - Он пошевелил ногой взад-вперед. - На Кранн-Бетаде все по-другому. Люди здесь более... осведомлены, чем в центральных мирах. Я побывал на сборе новобранцев в Олимпии, и можно было подумать, что те люди готовились к тюремному заключению. Мы присоединились к этому набору, и новобранцев переполняло волнение. Странно, если вдуматься. Они идут на один и тот же бой, но на самом деле у них была мотивация.

- Это было окончание их базовой подготовки, - сказала Эйра из кухни. Затем она вернулась с двумя чашками лапши быстрого приготовления, от которых шел пар, и протянула одну из них ему. - У меня больше ничего нет, сэр.

- Вы так добры. - Он поднял свою чашку в ироничном приветствии.

- И отчасти их "мотивация" заключается в том, что по нью-дублинскому обычаю выпускникам дают двухдневный отпуск после церемонии, - продолжила она. - Семья, друзья...

- ...и выпивка! - Каллум приподнял бровь. Но затем он задумчиво нахмурился. - Хотя, кажется, они не слишком расстроились, когда адмирал отменил отпуска.

- Лига приближается. Лучше быть готовым и находиться на месте, чем отсыпаться с похмелья, когда флот снизит скорость до субсветовой.

Эйра села и помешала ложкой лапшу.

- Вы думаете, они приближаются? - спросил Каллум.

- Не имеет значения, что я думаю. Нас направили на "Колыму".

- Для меня это важно, Эйра.

Она перестала есть, затем убрала волосы за ухо, обнажив свою рабскую метку, и пристально посмотрела на него.

- По крайней мере, мы будем готовы - настолько, насколько это возможно, - сказала она. - У Инвернесса не было ни единого шанса. В какой-то момент все было так же нормально и ужасно, как всегда; в какой-то следующий момент... стало еще хуже. Лига, как известно, наносит кинетические удары по планетам, и иногда Федерация делает то же самое. Единственная причина, по которой что-то выживает в мертвой зоне между ними, заключается в том, что иногда командиры считают, что лучше начать наземную атаку и захватить ресурсы. Люди на менее ценных планетах? - Она поморщилась. - Просто мишени, сэр. Просто мишени. Это все, чем я была на Инвернессе. Теперь я могу дать отпор. Итак, если нас раскатают... по крайней мере, мы погибнем, сражаясь, как говорит ваш отец. Он дал мне это... и я смирилась с этим. Мне действительно жаль. - Она пожала плечами. - Ваша лапша остывает, сэр.

- Да. - Каллум помешивал в своей чашке, наблюдая, как кусочки моркови и горошка плавают в курином бульоне. - У папы и О'Хэнрати, по крайней мере, есть план, - сказал он. - Но планы и враг... Вы же знаете, как это работает.

- Как?

- Понятия не имею, кто первый это сказал, но это было очень, очень давно, - сказал ей Каллум. - Ни один план не выдерживает столкновения с врагом. - Он пожал плечами. - Заставляет задуматься, зачем мы вообще беспокоимся, но это работает в обоих направлениях. Если Лига объявится, у них будет план, как разгромить нас, мерзких федералов. А папа и О'Хэнрати готовят для них кое-какие сюрпризы - примите это, ребята из Лиги! Но никто понятия не имеет, как это будет на самом деле, когда начнется стрельба. Должно быть интересно.

Лицо Эйры вытянулось.

- Если все так плохо, может, мне стоит попросить Штайнера заменить меня в вашей охране, - сказала она.

- Чепуха. Я не хочу, чтобы кто-то, кроме вас, прикрывал мне спину. Если уж на то пошло, если бы это был Штайнер, он бы проявил пассивную агрессию до предела, потому что не сможет влезть в своем скафандре хоплона в инженерный отсек "Колымы" вместе со мной. Кроме того, что бы Логан заставил вас делать на "Иштар"?

- Наверное, убирать вещи.

- Вот так. Гораздо лучше, если вы будете со мной. Кто знает? Может быть, нам действительно понравится на "Колыме".


* * *


- Лейтенант Каллум Мерфи и его сопровождающая прибыли, мэм!

Каллум несколько более резко, чем обычно, встал по стойке "смирно" перед столом лейтенант-коммандера Кунигунде Зайдель. Он сказал себе, что это потому, что он представлял своего отца перед офицером, который стал одним из командиров кораблей адмирала Мерфи при... необычных обстоятельствах. Однако подозревал, что, по крайней мере, отчасти это объяснялось тем, что он знал: как бы хорошо ни проявлял вежливость, Эйра сделает это еще лучше.

Он наблюдал за ней краем глаза и понял, что не ошибся в своих ожиданиях. Напряженная осанка Эйры, ее расправленные плечи и прямой взгляд могли бы послужить рекламным плакатом для новобранцев. Или иллюстрацией в учебном пособии.

Светловолосая женщина-офицер за столом откинулась на спинку стула, ее голубые глаза пристально посмотрели на них, затем она взмахнула правой рукой.

- Вольно, лейтенант. Капрал.

На мгновение Каллум задумался, помнит ли Эйра, что слово "капрал" относится к ней. В конце концов, на рукавах ее идеально отглаженной формы было по одному шеврону, которые она носила меньше тридцати минут.

Он увидел, что она действительно помнит, когда вместо того, чтобы "стоять смирно", приняла жесткую стойку "вольно", заложив руки за спину и по-прежнему пристально глядя вперед, в точку на переборке в двух сантиметрах над головой лейтенант-коммандера. Зайдель мгновение смотрела на нее, затем слегка покачала головой и снова повернулась к Каллуму.

- Хотела бы я сказать, что рада видеть вас, лейтенант Мерфи, - сказала она. Она сделала паузу, словно ожидая ответа, но он просто стоял и ждал, и в его голубых глазах промелькнуло что-то похожее на веселье. - Заметьте, я не говорила, что не рада вас видеть, - продолжила она через мгновение. - Честно говоря, в данный момент я отчаянно нуждаюсь в еще одном инженере, вот почему я рада вас видеть. Однако у вашего задания есть и недостатки.

- С чисто эгоистической точки зрения, позволить кому-то со связями вашей семьи погибнуть под моим командованием было бы ужасно для того, что они называют "карьерным ростом". С другой стороны, если вас убьют, велика вероятность, что и меня убьют вместе с вами, так что я смогу с этим смириться. Более насущной проблемой является тот факт, что по причинам, которые, я уверена, вы поймете, не все мужчины и женщины на борту "Колымы" придерживаются благоприятного мнения о вашем отце. Это не столько из-за того, что они были исключительно привязаны к капитану Дребину, сколько из-за обстоятельств, при которых мы перешли под командование адмирала. - Ее губы сжались, а глаза, которые до этого смеялись, стали холодными. - Нью-дублинцы, однако, не колеблясь, проводят сравнения между его поведением - и, соответственно, нашим собственным - и поведением вашего отца. Трое из моих людей провели несколько дней в лазарете, где их подлатывали после того, как одно из этих сравнений - одно из нескольких, на самом деле, - привело к физическим травмам. Уверена, вы можете понять, почему некоторые из них могут чувствовать себя... обиженными.

Каллум решил, что дальнейшее молчание, несомненно, было лучшим вариантом действий.

- Я разъяснила им, что, во-первых, действия вашего отца были полностью оправданы и привели к спасению почти сорока пяти тысяч граждан Федерации, которых наш командир оставил умирать. Любые последствия этих действий для нас, на мой взгляд, вполне приемлемы.

- Во-вторых, вы - не он, и, следовательно, не несете ответственности за эти действия. И, в-третьих, ни мне, ни старпому лучше не слышать никаких сообщений о неподчинении или расхлябанности. Потому что вам лучше понять, что вы совсем не ваш отец. Вы очень младший лейтенант с ограниченным опытом, и вам следует помнить об этом, общаясь с людьми, которые во многих случаях прослужили вместе на борту этого корабля более четырех лет. Есть ли необходимость в том, чтобы я подробнее остановилась на этом?

На этот раз она явно ожидала ответа, когда сделала паузу, и Каллум покачал головой.

- Нет, мэм. Думаю, я вас понимаю.

- Хорошо.

Язык тела Зайдель немного смягчился, и она позволила себе выпрямиться на своем стуле.

- Честно говоря, лейтенант, я была немало удивлена, когда ваш отец отправил вас на "Колыму". В свете того, что я поняла из его оперативного плана, ожидалось, что он захочет оставить вас на борту "Иштар".

- Он не объяснил мне своих доводов, мэм. - Это была не совсем правда, не вся правда и ничего, кроме правды, но Мерфи не объяснил свои доводы полностью. - Что он мне сказал, причем довольно убедительно, так это то, что моя инженерная подготовка, вероятно, была бы более полезной для "Колымы", чем "еще один зеленый, как трава, недоиспользуемый, недостаточно квалифицированный лейтенант, который мог бы оказаться на флагманском мостике авианосца в разгар боя".

Каллум позволил себе мимолетную улыбку, а Зайдель даже усмехнулась.

- Если говорить более серьезно, мэм, то я закончил курс по корабельным двигательным установкам - я специализировался на двигателе Фассета - в Академии Гарримана как раз перед нашим отправлением. Понимаю, что на "Колыме" нет двигателей Фассета, но мы также в течение двух семестров изучали термоядерные двигатели флота. И, возможно, более того, семья моей матери на родине является крупным игроком в судостроении. - Судя по тому, как Зайдель закатила глаза, она сочла, что "крупный игрок" - это явное преуменьшение. - Мой дедушка верит в практический опыт. Во время окончания средней школы и учебой в Академии Гарримана я провел почти два года в отделе энергетических систем в Венера Фьючерз, как на верфи, так и на борту корабля. Мы построили большую часть кораблей этого класса, и я досконально знаком как с его планировкой, так и с системами. - Он слегка пожал плечами. - Думаю, папа решил, что пришло время воспользоваться тем опытом, который у меня есть.

Зайдель задумчиво склонила голову набок на пару секунд, затем кивнула.

- Я задавалась этим вопросом, - сказала она. - Ваш опыт работы в энергетических системах не указан в вашем послужном списке.

Каллум понимающе кивнул, и она наклонилась вперед, положив руки на стол.

- Я собираюсь вскоре пригласить сюда лейтенанта Пешрю. Он мой старший инженер, и думаю, будет рад вас видеть. Он дежурит уже два месяца, с тех пор как произошел скачок напряжения, из-за которого вашу предшественницу отправили в госпиталь базы. Однако, прежде чем я это сделаю, хочу поделиться своей мыслью о том, почему адмирал, возможно, назначил вас на этот корабль.

- Мэм? - осторожно спросил Каллум.

- Возможно, вы не в курсе, лейтенант, но я уроженка Нового Бремена на Окраине. Не буду вдаваться в подробности того, как это могло повлиять на мои чувства по поводу действий вашего отца в Шотландии. Однако должна сказать, что понимаю образ мыслей жителей Окраины, знаю своих людей здесь, на борту "Колымы", и, судя по послужному списку вашего отца, он понимает образ мыслей этих жителей лучше, чем большинство людей из центрального мира. И именно поэтому, лейтенант, я подозреваю, что адмирал направил вас к нам как обещание.

- Обещание, мэм?

- Обещание, что он будет поддерживать всех нас точно так же, как поддерживал бы своего собственного сына, - сказала Зайдель, и ее голос был очень, очень мягким. - Обещание, что, что бы ни натворил капитан Дребин в Шотландии, ни Нью-Дублин, ни экипажи кораблей в системе не являются в его глазах бесполезными.

В каюте Зайдель было очень тихо, когда она досчитала до десяти, удерживая взгляд Каллума. Затем она протянула руку и постучала по планшету, лежащему на ее столе.

- Да, мэм? - ответил голос.

- Пожалуйста, шеф, передайте лейтенанту Пешрю, что ему пора познакомиться со своим новым помощником по инженерному обеспечению, - сказала Зайдель и с улыбкой откинулась на спинку кресла.


* * *


- Я думаю, в тот раз все прошло намного лучше, - сказал Мерфи, устало потирая глаза.

Они с О'Хэнрати сидели в комнате ожидания рядом с флагманским мостиком "Иштар", на столе между ними стояли чашки с кофе, воротники их форменных кителей были расстегнуты. Трудно было бы решить, кто из них выглядел более измученным, подумал Мерфи.

- Все прошло намного лучше, - признал О'Хэнрати. - Конечно, по большей части это симуляция, а не реальное движение кораблей, но они действительно начинают работать как единое целое. Честно говоря, Карсон и Серминаро сделали с боевым подразделением 702 больше, чем я мог бы себе представить.

Мерфи кивнул. Он забрал коммандера Карсон с "Бергойна", когда Дребин отправился объясняться с Овальным кабинетом. Он подозревал, что во время долгого путешествия все могло пойти... не так. Кроме того, ему нужны были компетентные офицеры, поэтому он присвоил ей звание капитана и передал линкор "Фош", как только смог ввести корабль в эксплуатацию.

Аурика Куосайте, предыдущая капитан "Фоша", была старшей из командиров кораблей Янси Дребина. Она также была одной из его закадычных подруг и воспользовалась запланированным капитальным ремонтом линкора, чтобы совершить "быстрое путешествие" домой, в Солнечную систему, задолго до нападения на Шотландию. Насколько мог судить Мерфи, никто на борту "Фоша" по ней не скучал, и Карсон сотворила чудеса, чтобы поднять моральный дух подавленной корабельной команды и заставить своих людей работать.

Прайс Черминаро, командир "Макмагона", был следующим по старшинству после отсутствующей Куосайте - и, как человек, сильно отличался от нее. Они с Карсон ладили, как в горящем доме, вероятно, из-за того, как сильно они оба презирали Дребина, и их энтузиазм распространился по небольшой оперативной группе, которую Мерфи "позаимствовал" у ее командира.

- Я думаю, правда в том, что, хотели они это признать или нет, каждому из них было стыдно, когда в Шотландии Дребин сорвался с места и сбежал, - сказал адмирал, откидываясь на спинку стула и держа чашку кофе обеими руками. - Думаю, что есть много людей в форме - во всяком случае, тех, кто действительно "видел слона", - которым стыдно, Харрисон. Больше, чем я предполагал.

- Вы так думаете? - криво усмехнулся О'Хэнрати. - Терренс, есть только два типа офицеров, которые могут проводить много времени на фронте, не испытывая стыда: те, кто занят игрой ради собственной выгоды и продвижения по службе, и те, кто слишком глуп, чтобы выливать мочу из ботинка. Конечно, им стыдно. Дребин не первый губернатор системы, который убегает вместо того, чтобы защищать людей по долгу своей службы. Я бы очень хотел, чтобы это было так, но здесь все устроено именно так, и он чертовски хорошо знал, когда баллотировался, что в центре - черт возьми, в Овальном кабинете - найдутся те, кто сочтет, что он поступил правильно. Умный поступок. В конце концов, зачем выбрасывать корабли только для того, чтобы защитить жителей Окраины? Не то чтобы они имели значение, не так ли?

Его кривая улыбка стала горькой, и он покачал головой.

- Слишком многие из наших офицеров - выходцы из центральных миров, и почему-то именно они всегда тяготеют к высшему командованию. Перспективные жители Окраины не представлены на самом верху. Такого не было, по крайней мере, последние двадцать-тридцать лет, и люди Окраины, которые, напомню вам, составляют добрых пятьдесят-шестьдесят процентов наших судовых экипажей, знают это. Если уж на то пошло, я знал это, когда отправился из Нью-Йорка в Академию, полный негодования. Но люди здесь - они все еще люди, Терренс. Они наши люди. Я знаю, вы это знаете, вы это понимаете, но иногда мне кажется, что, несмотря ни на что, вы на самом деле не осознаете, насколько необычно это слышать от члена Пятисот.

Мерфи пристально посмотрел на него. Возможно, О'Хэнрати был прав. Возможно, это потому, что ему все было так ясно. Он знал, как далеко ему пришлось зайти, через какие преграды пришлось перепрыгнуть, чтобы получить эту должность, и его ужасно возмущали коррупция, инертность и просто слепое высокомерие, которые ему приходилось преодолевать на этом пути. Но, как ни странно, он никогда по-настоящему не задумывался о своих собственных мотивах, в первую очередь побудивших его сделать это. Восстановить репутацию своего отца, доказать то, о чем он начал подозревать, сделать что-то для защиты жителей Окраины, возможность приблизить окончание мрачной, безжалостной бойни...

Все это было заложено в нем, но он никогда не думал о том, что это делает его особенным. Это было то, что делал человек чести, если у него была такая возможность. Действительно ли вера в это отличала его от других офицеров военного флота?

Конечно, нет. Человек, сидевший напротив него за столом, верил в то же самое, не так ли? Конечно, он верил!

- У меня состоялся интересный разговор с коммодором Грейнджер, - сказал О'Хэнрати через мгновение, уже более спокойным тоном.

- Действительно? - улыбнулся Мерфи.

Ему нравилась Грейнджер. Она согласилась включить эскадру 912 в состав его оперативного соединения, и эта эскадра увеличила его боевую мощь на пятьдесят пять процентов. На самом деле, это удвоило численный состав линейных кораблей оперативного соединения 1705, хотя за последние несколько месяцев он стал думать о кораблях Дребина также и как о "своих".

- Да. - О'Хэнрати отхлебнул кофе. - Я не думаю, что "обзор ущерба" на "Тиамат" хоть на секунду ввел ее в заблуждение, Терренс.

- Действительно? - повторил Мерфи. О'Хэнрати опустил чашку с кофе и посмотрел на него так, что адмирал усмехнулся. - На самом деле, я подозревал, что она догадалась о том, что произошло на самом деле, когда я впервые заговорил с ней о канале Задроги, - признался он.

- Теперь в этом не осталось особых сомнений, - сухо сказал О'Хэнрати.

- Да?

- Скажем так, она казалась совершенно спокойной, когда верфь внезапно начала собирать ротор привода "Тиамат" вокруг его "поврежденного" ингибитора. На самом деле, ее попросили стать частью Молота. Я не думаю, что она сделала бы это, если бы считала, что с каналами Задроги "Тиамат" действительно что-то не так.

- Она умная женщина, - мягко сказала Мерфи, и О'Хэнрати фыркнул.

- Она достаточно умна, чтобы не подвергать сомнению расходы верфи, потому что это покрывает ее - и ваши, я полагаю, - расходы на ее... длительное пребывание здесь, в Нью-Дублине. Она также достаточно умна, чтобы ясно дать понять в своей официальной переписке, что готова рискнуть и оперировать только вторичным ингибитором исключительно из-за характера чрезвычайной ситуации. Но она ни за что не стала бы подчеркивать это как часть проблемы, если бы действительно считала, что первичный ингибитор был плохим.

- И достаточно умна, чтобы быть полезной в трудную минуту, - кивнул Мерфи. - И она, и Карсон. У нас здесь хорошие люди, Харрисон. Надеюсь, из-за нас не слишком много их погибнет.

- Это лучшее, что мы можем сделать, сэр.

- Я знаю. - Мерфи потянулся, чувствуя, как на него наваливается усталость. Он опустил взгляд в свою кофейную чашку. Он не помнил, как допил ее, но там было пусто, и он провел рукой по волосам.

- Шесть часов до следующей симуляции? - спросил он.

- Да, сэр. Мне нужно потушить несколько пожаров, но ничего такого, что требовало бы вашего внимания. Могу я предложить вам немного вздремнуть на это время?

- Думаю, это очень хорошая идея, - криво усмехнулся Мерфи. - Однако, если вам понадобится меня побеспокоить, действуйте в соответствии с критериями оповещения!

- Понял, - кивнул О'Хэнрати.

Мерфи кивнул в ответ, затем встал и направился к боковой двери в спальную каюту, отведенную для него. Бывали времена, когда адмиралу не нужно было тратить время на то, чтобы подняться на флагманский мостик, и койка, ожидавшая его, в данный момент выглядела более привлекательно, чем обычно.

Защитный слой его вакуумного скафандра был разложен рядом с койкой, и он сел, снял ботинки и почувствовал, как усталость распространяется от затылка по всему телу. Он был уверен, что никогда в жизни так сильно не уставал, просто не мог вспомнить, когда.

Планшет, лежавший в набедренном кармане его "корабельных принадлежностей", защемил ногу, и он вытащил его. На экране запульсировало множество входящих сообщений, но если бы там было что-то действительно важное, О'Хэнрати уже обратил бы на это его внимание. Он хотел было бросить его на прикроватный столик, но остановился, когда его взгляд упал на заголовок сообщения.

Оно было от Вайома. Судя по временным меткам, оно, должно быть, было доставлено во время последнего рейса "Калькутты" из Джалала - старый сверхсветовик вернулся на свой обычный маршрут после доставки беженцев в безопасное место - и он удивился, почему до сих пор этого не видел. Он задумчиво нахмурился, затем вздохнул. С момента возвращения с Альрамаля он просматривал каждую секунду, и это сообщение было помечено как личное, а не для "губернатора системы", так что, вероятно, оно просто было отодвинуто в конец очереди более срочными, официальными сообщениями.

Может быть, это и хорошие новости, - вздохнул он, откидываясь на койку. Он открыл сообщение, и на экране высветился Вайом. На заднем плане было изображено что-то тропическое, пальмы и голубые океанские волны, а его старший сын выглядел счастливым, его волосы развевались на ветру.

Мерфи слегка улыбнулся и нажал на значок воспроизведения.

- Папа! - воскликнул Вайом. - Я надеюсь, ты делаешь великие дела там, на Окраине. Не знаю, слышал ли ты, но испытания корабля класса Корморан прошли гладко. Ничего из этого не засекречено - дедушка позаботился о том, чтобы новости были разнесены по всем каналам. Что-то о совещании по ассигнованиям. Так что, да... все идет хорошо.

- Мама, конечно, по уши в работе и планирует еще одно мероприятие. Она...

- Просто скажи ему, - сказала женщина за кадром, и Мерфи нахмурился, услышав незнакомый голос.

- А Рейган, как всегда, получает те же средние оценки, - быстро добавил Вайом, затем сверкнул улыбкой. - Хватит напряжения? Верно. Ну, ты же помнишь Ингрид. Высокая. Блондинка. Великолепная. Рядом с которой весело?

- Прекрати! - женщина рассмеялась.

Вайом снова улыбнулся, еще шире, чем раньше, и направил камеру на высокую, светловолосую - и, да, великолепную - молодую женщину, стоящую рядом с ним. Она подняла левую руку, и в лучах тропического солнца блеснуло огромное обручальное кольцо.

Мерфи чуть не уронил планшет.

- Она сказала "да"! - Вайом обнял ее и быстро поцеловал. - Но со свадьбой особой спешки нет. Мама и Грета - моя будущая свекровь, она тоже замечательная - проводят переговоры на высшем уровне, чтобы спланировать этот важный день. Похоже, это будет после твоего тура, так что не думай, что тебе придется уходить в самоволку или что-то в этом роде, чтобы вернуться.

- Я не могу дождаться встречи с вами! - сказала Ингрид.

- Что происходит? - спросил Мерфи у пустой хижины. - Подожди... когда ты...?

- Итак, это важная новость для возвращения на Землю, - сказал Вайом. - Не могу дождаться, когда увижу тебя снова. Рейган уже не терпится приехать к нам в гости, но я не думаю, что мы с мамой сможем отказаться от работы на время поездки. Ты понимаешь. Как там Каллум? Скажи ему, чтобы держался подальше от этих фермерских дочек!

Ингрид закатила глаза.

- Это все, что у меня есть, папа. Люблю тебя, - сказал Вайом.

- Пока, папа! - Ингрид помахала в камеру, и видео закончилось.

- Папа? - Мерфи устало посмотрел на чистый экран и бросил его на стол.

Он ущипнул себя за переносицу, его усталый мозг двигался по спирали, пока он пытался осмыслить последнюю выходку своего старшего отпрыска. Он снова потянулся к планшету, чтобы отправить сообщение, затем закрыл глаза.

Нет, - сказал ему тихий голос. - Лучше разобраться с этим позже, когда его не будут отвлекать такие мелочи, как потенциальное вторжение Лиги. И когда мозг снова начнет работать. - Он покачал головой и откинулся на койку.

- Поговорю с ним хорошенько позже, - пробормотал он. - Да. Вот и все. Позже...

Он задремал.


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ


Напряжение на флагманском мостике КФЗФ "Иштар" можно было бы распилить и использовать для изготовления брони.

Корабль, путешествующий на сверхсветовой скорости, не мог видеть в обычном пространстве, но он гнал перед собой "головную волну" искажений вдоль границы между своим личным пространством-червоточиной и остальной Вселенной. Это искажение границ может быть обнаружено из обычного пространства на расстоянии нескольких световых месяцев. Хотя, учитывая, что корабль с приводом Фассета, особенно с ротором военного образца, мог двигаться со скоростью, в девятьсот пятьдесят раз превышающей скорость света, это не было слишком большим предупреждением.

Эта конкретная сигнатура Фассета была обнаружена на расстоянии двадцати шести световых недель, и планы Мерфи по обороне были приведены в действие. Двести девяносто одну минуту спустя сигнатуры двигателей исчезли, поскольку корабли, которым они принадлежали, перешли на субсветовой режим, примерно в шести световых часах от Кранн-Бетада.

Это один из самых неприятных моментов в обороне системы, - подумал Мерфи, сердито глядя на экран. Пока нарушитель находился в пространстве червоточины, его можно было увидеть на расстоянии световых месяцев в режиме реального времени. Однако, как только он сбросил скорость до субсветовой, защитники стали полагаться на датчики со скоростью света, что означало, что он приблизительно знал, куда прибыли его посетители, а также их начальный субсветовой вектор, но это было буквально все, что он знал в течение нескольких часов.

- Сигнатура недостаточно сильна, чтобы быть соединением Лиги, - раздался голос у него за спиной. Коммандер Мирвани и коммандер Ортиз обсуждали один и тот же аргумент с тех пор, как исчезли входящие сигнатуры Фассета. - Это не может быть больше двух или трех сверхсветовых кораблей!

- Возможно, и нет, - упрямо ответил Ортиз. - Это не значит, что это не разведывательная экспедиция. Они могут слоняться без дела и неделями посылать беспилотники во внутреннюю систему, чтобы получить гораздо более полную информацию о наших диспозициях, чем нам бы хотелось! Так что, если они умны, то это именно то, что нужно.

- Они, вероятно, уже думают, что знают почти все, что у нас есть, - парировал Мирвани. Как оперативный офицер Мерфи, он принимал участие в разработке плана обороны Нью-Дублина. - Обычно в Нью-Дублине размещается оперативная группа. К нему не прикреплено полноценное оперативное соединение, и единственный из наших сверхсветовых кораблей, который они действительно видели, - это "Иштар". Так что они, вероятно, не будут предупреждать нас о разведывательных миссиях, а будут действовать быстро и грязно и рассчитывать на подавляющую огневую мощь, а не на изящество.

- Согласен с вами, что если командует такой человек, как эта Син, "утонченность", вероятно, не будет выделяться на общем фоне. Но если у них есть кто-то с другой стороны, у кого есть хоть капля мозгов, тогда...

- Входящие сигнатуры Фассета, - объявил тактический отдел. - Две сигнатуры на расстоянии шести световых часов. Соответствуют сверхсветовым кораблям.

- Значит, либо это разведчики Ортиза, либо Мирвани прав, и это вообще не Лига, - пробормотал О'Хэнрати, и Мерфи кивнул.

Данные с сенсоров, которые видел тактический отдел, на самом деле были шестичасовой давности, но офицеры флота научились учитывать это в своих рассуждениях. На таком большом расстоянии они могли видеть немногим больше, чем сами двигатели Фассета, но скоро будут доступны дополнительные данные, и...

- Извините, адмирал.

Мерфи повернулся к главному голографическому дисплею, на котором появилась лейтенант Мастроянни.

- Да, лейтенант? - голос Мерфи звучал спокойно и учтиво - на его собственный взгляд, это было нелепо, учитывая, как сильно он напрягся.

- Мы только что получили срочное сообщение, адресованное вам.

- В самом деле? - Мерфи приподнял бровь. - Выведите его, пожалуйста.

- Есть, сэр.

Лицо Мастроянни исчезло, сменившись лицом темнокожего мужчины с выразительными карими глазами. На нем была форма военно-космического флота Земной Федерации со звездами коммодора по бокам воротника.

- Адмирал Мерфи, - представился он, - я коммодор Эстебан Трамбле, оперативная группа Сто семьдесят пять. Ожидаю выхода на орбиту Кранн-Бетада примерно через десять часов. У меня на борту есть депеши, переданные с Солнечной системы. С нетерпением жду встречи с вами. Трамбле, конец связи.

- О, черт.

Голос О'Хэнрати звучал так тихо, что его мог слышать только Мерфи, а начальник штаба сохранял невозмутимое выражение лица, но отвращение в его тоне было глубоким.

- Проблемы, Гарри?

- Я думал, что это должен был быть адмирал Фитцджералд, сэр.

- Так было сказано в сообщении о передвижении. - Мерфи кивнул, не пытаясь скрыть своего огромного облегчения от того, что прибывшие не были боевыми силами Лиги. - Но все меняется. Вы это знаете.

О'Хэнрати кивнул. Межзвездная связь, подобная "улитке", была фактом жизни, и не было ничего необычного в том, что об изменениях в структуре командования узнавали много позже.

- Должен ли я понимать так, что вы не в восторге от встречи с добрым коммодором? - сухо спросил Мерфи.

- Давайте просто скажем, что у нас со Стиви Трамбле... разные взгляды на жизнь. Он настоящий сукин сын из центрального мира с ручкой от метлы в заднице и терпеть не может наглых парней с Окраины, особенно в форме.

- Понятно. - Мерфи повернулся к нему лицом, и его губы дрогнули. - Но, помимо этих прекрасных качеств, что вы на самом деле к нему чувствуете?

- Как насчет "не самый любимый человек"? Кстати, некоторое время назад он был младше меня по званию, когда ездил в турне с разведкой.

- Один из тех, кто отрицает ришей?

- Он сформулировал это так - на самом деле, так и сделал - что любой, кто верит в эту "безумную теорию заговора", должен уйти в отставку, пока не навредил себе или кому-то еще.

- Очаровательно.

Мерфи на мгновение поджал губы, затем пожал плечами.

- Что ж, возможно, на этот раз у нас есть доказательства, которые заставят его передумать.

Выражение лица О'Хэнрати красноречиво говорило о его мнении относительно такой возможности, и Мерфи ухмыльнулся. Но затем выражение его лица стало серьезным.

- И даже если мы не заставим его передумать, - сказал он гораздо более серьезным тоном, - это добавит к нашему боевому порядку еще два сверхсветовых корабля и их наездников. Еще одна оперативная группа - это просто находка в данных обстоятельствах, Гарри.

- Если мы сможем удержать его, сэр, - мрачно сказал О'Хэнрати, и глаза Мерфи сузились.

- О, я уверен, что мы сможем, - тихо сказал он.


* * *


Каллум Мерфи лежал на спине в инженерном отсеке с контрольным планшетом на груди. Изображение, получаемое с помощью многоногого пульта дистанционного управления, когда он проворно перемещался по кабелям с другой стороны контрольной панели, было далеко не идеальным, но его было достаточно для визуального осмотра распределительной коробки. Крышка коробки скользнула в сторону, когда пульт дистанционного управления нажал на кнопку отключения, и Каллум вздохнул.

- Я в деле, сэр, - сказал он.

- И что? - раздался в наушнике голос лейтенанта Дадьяра Пешрю.

- И все снова переведено в режим ожидания. Сейчас выполняется сброс настроек.

Пульт со звоном опустился в коробку и начал переустанавливать разомкнутые переключатели. Красные светодиоды по краям планшета Каллума один за другим сменялись зелеными, когда схемы снова включались в работу, и он терпеливо ждал, насколько это было возможно - что было не очень удобно - пока все они не были задействованы. Затем он приказал пульту дистанционного управления закрыть коробку и подождал, пока тот не доберется до него и не заползет обратно в нишу для подзарядки в его комплекте.

- Здесь все в порядке, сэр, - сказал он. - Ваш конец?

- Зеленый... пока. - Отвращение Пешрю было очевидным. - Думаю, тебе лучше вернуться. Хотя в ближайшие три часа нам все равно придется прислать кого-нибудь еще, попомни мои слова!

- Возвращаюсь, - ответил Каллум с легкой улыбкой. Он решил, что Пешрю ему нравится, но худощавого, бритоголового лейтенанта никто бы не назвал чрезмерно оптимистичным. На самом деле, он явно был настроен мрачно.

Каллум быстро продвигался по проходу. Из-за его роста и плеч проход для него казался более тесным, чем для других, и он предпочел бы управлять пультом дистанционного управления из отсека второго реактора с кондиционером. Но выходы так глубоко засели в обычаях "Колымы", и, по крайней мере, в отличие от некоторых людей - вспомнился его брат Вайом - клаустрофобия его никогда не беспокоила.

Он добрался до последнего поворота, ухватился за поручень в проходе над головой и, изогнувшись, ногами вперед выбрался в реакторный отсек. Эйра ждала его, скрестив руки на груди, выражение ее лица было таким же недовольным, как и обычно, когда он исчезал из виду, но она знала, что лучше промолчать. Он криво усмехнулся и повернулся к Пешрю.

- На месте все прошло нормально, сэр, - сказал он. - Пока у меня был - ну, у пульта был - доступ к физическим переключателям, проблем не было.

- Я знаю, - проворчал Пешрю, хмуро глядя на диагностическую панель. - Это тот самый седьмой... нет, это происходит уже в восьмой раз, и я понятия не имею, в чем причина, - он покачал головой. - Это сводит шефа Паллареса с ума!

Главстаршина Морено Палларес был старшиной инженерного отдела "Колымы", и все, что хоть отдаленно напоминало неисправность, он воспринимал как личное оскорбление. Хотя, судя по тону Пешрю, Каллум заподозрил, что Палларес был не единственным инженером на "Колыме", эта невыносимая, периодически возникающая неисправность сводила с ума.

- Это всего лишь одна коробка, сэр? - Каллум задумался, скрестив правую руку на груди и потирая подбородок указательным пальцем левой руки.

- Нет, - сказал Пешрю, поворачиваясь к нему и поднимая бровь. - Блок гамма-три делает то же самое. Это одна из причин, по которой меня это беспокоит не меньше, чем сейчас. Мы можем прекрасно обойтись без любого из них, но если они оба выйдут из строя, мы останемся без почти трети наших коробок контроля повреждений. И учитывая то, что, вероятно, произойдет здесь очень скоро...

Он пожал плечами, и Каллум кивнул, сосредоточенно нахмурившись. Затем он подошел к Пешрю.

- Можно, сэр? - спросил он, указывая на диагностический прибор, и Пешрю фыркнул.

- Пожалуйста.

Каллум начал вводить команды, и диагностический прибор замерцал и сменил картинку. По правой стороне экрана поползли блоки буквенно-цифровых данных, которые он быстро просматривал. Очевидно, он что-то искал, и Пешрю склонил голову набок. Он только открыл рот, когда Каллум ткнул пальцем в экран, и изображение замерло.

- Что это у нас тут? - пробормотал он. Некоторое время он внимательно читал, затем ввел другой запрос. Затем еще один.

- Вы ищете что-то конкретное, лейтенант? - немного раздраженно спросил Пешрю.

- Хм? - Каллум моргнул, затем встряхнулся. - Извините, сэр. Я проверял историю технического обслуживания.

- Почему? - Пешрю пожал плечами. - Мы с шефом уже дважды разбирали бета-три и перенастраивали ее заново. Почему-то я не думаю, что это проблема технического обслуживания.

- О, я думаю, что это так, сэр, - сказал ему Каллум. Пешрю бросил на него недовольный взгляд, и Каллум быстро покачал головой. - Не с нашей стороны, сэр. Или, по крайней мере, не напрямую.

- О чем вы говорите?

- Здесь сказано, - Каллум указал на журнал технического обслуживания, - что "Колыма" провела три недели на верфях здесь, в Нью-Дублине.

- Да. - Пешрю нахмурился, глядя на него. - Скачок напряжения, из-за которого лейтенант Симмонс попала в больницу, вывел из строя полдюжины соединений, прежде чем мы отключили его. Работники верфи сразу же отреагировали на это - видимо, после того, что случилось с Инвернессом, они не хотели, чтобы мы оставались без действия дольше, чем могли.

Как и у большинства членов экипажа "Колымы", у Пешрю на мгновение сжались губы при упоминании Инвернесса, но он уверенно продолжал:

- Они также не пытались отговорить нас от замены проводов или перестройки. Мы не были уверены, что вызвало скачок напряжения, поэтому они вырвали всю эту часть сети и заменили ее с нуля. Все компоненты новые.

- Да. - Каллум кивнул. - И так уж получилось, что они приобрели бету-три и гамму-три с одного склада. Отсюда и наша проблема.

- Как можно назвать "проблемой" совершенно новые, сертифицированные по базовому стандарту ретрансляционные узлы? - скептически спросил Пешрю.

- Потому что мы имеем дело не с аппаратным сбоем, а с программным обеспечением, - сказал ему Каллум. Инженер выглядел еще более скептичным.

- Как вы думаете, есть какая-то причина, по которой мы с шефом не прошлись по этому коду построчно? - сказал он.

- О, я в этом не сомневаюсь, сэр. И я уверен, что все подтвердилось. Но проблема не в управляющем программном обеспечении, а во внутренних процессорах коробок.

- О? - одна бровь Пешрю приподнялась, и Каллум кивнул.

- Просто так получилось, что эти коробки были изготовлены компанией Венера Фьючерз, сэр. И когда они впервые поступили в эксплуатацию десять-пятнадцать лет назад, у них возникла проблема с контроллером. Поэтому компания временно внедрила патч для внутреннего программного обеспечения, пока мы выслеживали гремлинов. Оказалось, что это была проблема с нанопринтерами. Это один из первых компонентов, которые мы изготовили на основе настоящих моллицирков, и в процессе работы все еще было несколько... ошибок. Пострадало только около двух процентов единиц техники, но этого было достаточно, чтобы создать проблемы, о которых сообщал флот. Мы исправили это в процессе производства, и с тех пор с этим не возникало никаких проблем.

- Все это очень интересно, лейтенант, но какое отношение это имеет к нашей проблеме?

- Сотрудники верфей Нью-Дублина хотели, чтобы вы вернулись в строй как можно скорее, сэр. Поэтому они привезли эти коробки - сертифицированные коробки, как вы заметили, - со складов. Здешние заводы имеют лицензию на изготовление новых, но эти не местного производства. Согласно декларации, они находятся на складах уже двенадцать лет.

- Двенадцать?

- Не похоже, чтобы у них истек срок годности, сэр. И они были сертифицированы и прошли все испытания после установки. Но, - он поднял правую руку с вытянутым указательным пальцем, - держу пари, что когда мы посмотрим, то обнаружим, что у них в процессорах спрятан "временный" патч. И если это так, то каждые несколько дней, может быть, раз в пару недель, коробки получают информацию о том, что код исправления помечен как потенциальная неисправность. Затем исправление отправляет запрос на компьютеры службы контроля повреждений, чтобы убедиться, что это не неисправность. Если бы все работало нормально, компьютеры посоветовали бы им заткнуться и просто делать то, что им говорят. Но компьютеры не знают о патче, поэтому не реагируют, и...

- И этот проклятый патч отключает все настройки, пока кто-нибудь не восстановит их физически!

- И отправляет для поиска другой код, который компьютеры не распознают, сообщая им, что они сделали. - Каллум кивнул. - Если я прав, это именно то, что происходит. И выяснить это будет не так уж трудно.

Каллум на мгновение задумался, затем по памяти ввел код авторизации. Секунду или две ничего не происходило, но затем на диагностической панели замигал красный код.

- Вот оно. - Он отступил назад, покачал головой и скрестил руки на груди. - Может быть, дедушка не был таким неразумным во всей этой "практической" чепухе, как я думал.

- Что вы имеете в виду? - спросил Пешрю.

- Он настоял на том, чтобы дома я прошел обычную практику по энергетическим системам. И большая часть работы в классе включала в себя "реальные" задачи из архивов. - Каллум усмехнулся. - Чувак, поговорим о скуке! Я бы с радостью проспал, по крайней мере, две трети этого времени, если бы не знал, что старина Рантала в мгновение ока сдаст меня дедушке. Это было бы... плохо. Мой дедушка, когда речь заходит о работах на верфях, с бездельниками не церемонится. Его отец подвергал его точно такой же программе еще в Темные века, и я думаю, он считает, что его кармический долг - навязывать это каждому поколению, которое придет после него!

Глаза Пешрю расширились, когда он понял - впервые по-настоящему осознал, - что "дедушка" - это Канада Такоре, генеральный директор, председатель правления и мажоритарный акционер Венера Фьючерз.

- В любом случае, - продолжил Каллум, по-прежнему глядя на диагностическую панель, а не на выражение лица своего начальника, - одна из проблем, с которыми мы встречались в архивах, была связана с этим. Не в этой коробке, в частности, а в проблемах, связанных с некачественным изготовлением, и в различных исправлениях для них, которые включали патч для наших бунтующих реле. И так получилось, что у меня что-то вроде ментального сбоя. Я помню коды и команды намного лучше, чем кто-либо другой. Вот почему я запомнил это.

Он указал подбородком на мигающий код.

- И что мы будем с этим делать теперь, когда вы это нашли? - медленно спросил Пешрю, пристально глядя на него, и Каллум пожал плечами.

- Ну, мы могли бы просто очистить процессоры, но я бы не рекомендовал этого делать. Маловероятно, что наши коробки неисправны, но это не исключено, и я бы предпочел не узнавать об этом только после того, как мы начнем обнаруживать повреждения. Поэтому я бы посоветовал обратиться в службу контроля повреждений и передать компьютерам, что им нужно искать, чтобы сообщить коробкам, что все в порядке, поэтому, пожалуйста, не переключайтесь в режим ожидания по умолчанию к заводским настройкам!

- По-моему, это отличная идея, - сказал Пешрю. - На самом деле, я думаю, нам, вероятно, следует немедленно заняться этим вопросом. При условии, что вы знаете, как сказать им, на что обращать внимание?

- О, с этим нет проблем, сэр. - Каллум взмахнул правой рукой. - Проще простого.

- Что ж, возьмите шефа с собой. Я думаю, он заслуживает того, чтобы разобраться с этой маленькой проблемой.

- Есть, сэр, - с улыбкой ответил Каллум, и Пешрю покачал головой.

- Не поймите меня неправильно, лейтенант Мерфи, но, взглянув на вашу служебную куртку, я усомнился в том, насколько вы можете быть полезны. Похоже, я ошибался на этот счет. Так что, на случай, если я забыл сказать это раньше, - он протянул руку, - добро пожаловать на борт.


* * *


- Добро пожаловать на Кранн-Бетад, коммодор, - сказал Мерфи, вставая из-за своего губернаторского стола и протягивая правую руку. - Признаю, вы не тот, кого мы ожидали, но мы все равно рады вас видеть.

- Спасибо, губернатор.

Трамбле несколько небрежно пожал руку Мерфи и посмотрел поверх правого плеча губернатора на Харрисона О'Хэнрати. Его глаза были холодными, а кивок, который он бросил начальнику штаба, был коротким.

- Пожалуйста, присаживайтесь, - пригласил Мерфи, указывая на удобное кресло перед своим столом, и Трамбле уселся в него.

- Могу я предложить вам чего-нибудь горячего? - спросил Мерфи и усмехнулся. - К зимам Кранн-Бетада нужно привыкнуть!

- Спасибо, сэр. Возможно, позже.

- Хорошо.

Мерфи откинулся на спинку кресла, положил локти на подлокотники и сцепил пальцы под подбородком.

- Могу я спросить, что стало с адмиралом Фитцджералдом? - спросил он.

- В Олимпии неожиданно скончался отец адмирала, сэр. Ему был предоставлен отпуск по семейным обстоятельствам, чтобы разобраться с ситуацией.

- И вам выделили его оперативную группу?

- Они так и сделали. И поскольку я направлялся в Нью-Дублин, чтобы забрать оперативную группу 469, они поручили мне доставить депеши из Овального кабинета, когда я буду проходить мимо. - Он сунул руку в карман туники и извлек стержень с данными. - Боюсь, я немного тороплюсь на свое место назначения, поэтому хотел бы получить квитанцию и покинуть вас, чтобы продолжить свой путь. Без обид, сэр, но, - его взгляд снова метнулся к О'Хэнрати, - мне важно как можно скорее добраться до Акантуса. Я и так опаздываю на несколько дней.

- Понимаю.

Мерфи разжал пальцы и протянул руку, чтобы взять информационный стержень. Затем он откинулся на спинку стула, повертел его в руках и скрестил ноги.

- Понимаю важность ваших приказов, коммодор, - сказал он, - но, боюсь, с тех пор, как они были написаны, произошло несколько изменений, которые могут потребовать внесения изменений.

- При всем моем уважении, сэр, никто из присутствующих здесь не имеет права "изменять" мои приказы, - сказал Трамбле.

- Это не совсем так, Эстебан, - сказал О'Хэнрати с выражением, которое можно было бы назвать улыбкой. - Четвертый раздел.

- Четвертый раздел? - повторил Трамбле.

- Раздел четвертый о полномочиях губернатора. Раздел, в котором перечисляются его чрезвычайные полномочия. В частности, параграф третий: "Имеет полномочия осуществлять контроль и командование всеми военными и военно-космическими силами Федерации в системе, находящейся под его юрисдикцией, на время объявленного чрезвычайного положения".

- Это абсурд! - сказал Трамбле. - Я не дислоцируюсь в этой системе, я всего лишь проездом!

- Там не написано "все военные и военно-космические силы Федерации, дислоцированные в системе", Эстебан. Там написано "в системе", и, если я не ошибаюсь, вы сидите на стуле прямо в центре города Тара-Сити.

Трамбле уставился на него, сжав челюсти, затем перевел взгляд на Мерфи.

- Губернатор, я думаю, вам лучше прочитать эти депеши, прежде чем продолжать в том же духе, - сказал он.

- О? - Мерфи зажал информационный стержень между большим и указательным пальцами. - Вы знаете, что в них, коммодор?

- Я... - начал Трамбле, но тут же осекся. - Я получил некоторое представление об их содержании, когда они были доставлены мне в Джалале, - осторожно начал он.

- Мне бы не хотелось думать, что вы были ненадлежащим образом посвящены в какие-либо конфиденциальные разделы моих официальных депеш, - сказал Мерфи.

- Уверен, что все вопросы конфиденциальности были соблюдены, когда они были переданы для доставки мне, сэр.

- Но вы сами их не просматривали?

- Конечно, нет, сэр!

- А-а. - Мерфи наклонился вперед, открыл ящик своего стола и бросил в него информационный стержень. - Что ж, уверяю вас, я внимательно изучу их при первой же возможности. Тем временем, однако, я официально сообщаю вам, что в соответствии с четвертым разделом моего приказа я перевожу вас и вашу оперативную группу под свое командование.

- При всем моем уважении, сэр, - процедил Трамбле сквозь стиснутые зубы, - я не признаю за вами права совершать что-либо подобное.

- Я советую вам не делать поспешных заявлений на этот счет, пока у вас не будет времени проконсультироваться со своим юридическим советником, - мягко сказал Мерфи. - Уверяю вас, цитата капитана О'Хэнрати была точной, и в случае с системой Дубровник в 2378 году его интерпретация была подтверждена следственным судом... и последующим военным трибуналом.

В его голосе больше не было и намека на мягкость, а глаза впились в Трамбле.

- А если я откажусь признать вашу власть? - спросил Трамбле.

- Что ж, в таком случае, коммодор, у меня не будет иного выбора, кроме как арестовать вас и поместить в изоляцию здесь, на планете. Я бы не хотел этого делать по нескольким причинам, в том числе - верите вы в это или нет - из-за последствий для вашей карьеры и потери системой отличного командира.

Трамбле недоверчиво посмотрел на него, и Мерфи позволил своему креслу выпрямиться.

- Я сейчас говорю совершенно неофициально, коммодор, - сказал он. - Возможно, депеши, которые вы мне доставили, содержат инструкции, требующие от меня делать что-то, отличное от того, что я действительно намеревался делать. По закону я имею право изменять - или игнорировать - инструкции, которые устарели, на основании имеющейся у меня информации, которой не было у составителя этих инструкций. Я располагаю именно такой информацией. Я ожидаю, что в ближайшие две-три недели, максимум, начнется массированное наступление на Нью-Дублин. Я готов поделиться с вами доказательствами, которые приводят меня к такому выводу. Возможно, вы не сделаете из них того же вывода, к которому пришли капитан О'Хэнрати и я. Однако, если есть хоть малейшая вероятность того, что мы правы, в Овале не останется достаточно глубокой ямы, чтобы похоронить вас, если вы не будете сейчас сотрудничать со мной.

Глаза Трамбле расширились, и Мерфи постучал указательным пальцем по своему столу, продолжая.

- Мы оба из центрального мира, коммодор. Если уж на то пошло, мы оба - часть Пятисот. Вы знаете, как это работает. Центр, возможно, и готов списать со счетов любое количество второстепенных систем, лишь бы не "рисковать критически важными стратегическими активами", но и Овальный кабинет, и правительство были очень осторожны и никогда официально не сообщали своим гражданам ничего подобного. Если я прав - если мы правы в наших подозрениях, - эта система вскоре будет атакована силами, которые вполне могут содержать до восьми или девяти сверхсветовых носителей, а возможно, и больше. Я понимаю, что это звучит нелепо, особенно здесь, на Конкордии, но это произойдет. И когда это произойдет, я буду защищать систему.

Глаза адмирала были серыми, как кованое железо.

- На Нью-Дублине проживает сто миллионов граждан Федерации. Я не буду ставить ценность своих кораблей и их персонала выше жизней этих гражданских лиц, что бы ни говорилось в постоянных приказах Овального кабинета. Итак, независимо от того, решите вы сотрудничать со мной или нет, битва за Нью-Дублин состоится, и мы либо выиграем ее, либо окажемся на мертвой планете с разрушенными остатками ее обороны... и защитниками. Это история, которая попадет в новостные ленты, и она попадет в них раньше, чем Овальный кабинет успеет раскрутить ее, прежде чем Пятьсот смогут разобраться в грязных деталях. И если это произойдет, и найдется офицер, который откажется помогать в защите Нью-Дублина, кто-то, чей отказ, возможно, может быть истолкован как причина провала обороны, они пригвоздят этого офицера к кресту, чтобы прикрыть задницу Овального кабинета и не дать никому внимательно присмотреться к политике, которая отказывается от защиты одной системы Окраины за другой. Я буду мертв, так что для меня это не будет иметь значения, но если вы не умрете, я гарантирую, что они заставят вас пожалеть об этом.

На долгое, неподвижное мгновение повисло напряженное молчание. Затем О'Хэнрати прочистил горло.

- Эстебан, я вам не очень нравлюсь, а вы мне не очень нравитесь. Вы считаете меня помешанным на теории заговора, и я думаю, намеренно отказываетесь рассматривать доказательства. Я думаю, что доказательства, о которых сейчас говорит губернатор, действительно могут изменить ваше мнение - по крайней мере, немного, - если вы готовы рассмотреть это открыто. Но согласны вы с нами или нет, он абсолютно прав насчет того, что сделают с вами ваши друзья в центральных мирах, если им понадобится живой козел отпущения за катастрофу, которой это может обернуться. Вы знаете это так же хорошо, как и я.

Трамбле пристально посмотрел на него, и начальник штаба криво улыбнулся.

- Все это правда, но, как бы сильно вы мне не нравились все эти годы, я никогда не считал вас трусом. И я не думаю, что вы сможете смириться с тем, что кто-то другой говорит или делает, если мы с губернатором правы относительно того, что надвигается на Нью-Дублин, и вас здесь нет, чтобы попытаться остановить это вместе с нами. Я могу назвать множество людей, с которыми я предпочел бы умереть, и я уверен, что вы могли бы умереть так же, но, - улыбка исчезла с его лица, - я предпочел бы сделать это, чем допустить, чтобы то, что случилось с Инвернессом, произошло здесь, на Кранн-Бетаде, где на линии фронта в сто раз больше гражданских лиц.

Трамбле нахмурился. Затем он снова посмотрел на Мерфи.

- Две-три недели, вы сказали, губернатор?

- Это наш прогнозируемый срок. - Мерфи кивнул. - Очевидно, что мы можем немного отклониться в обоих направлениях. Итак, скажем так, я почти уверен, что молот падет в течение следующего месяца. Кстати, я уже отправил депешу непосредственно на Землю с той же информацией.

- Значит, вы говорите о том, чтобы задержать мою оперативную группу здесь, в Нью-Дублине, не более чем на месяц?

- Нет, - сказал Мерфи. - Честность требует, чтобы я сказал, что задержу вашу оперативную группу здесь до тех пор, пока не начнется ожидаемая атака или я не получу ответ из Овального кабинета. Я отправил свое донесение пять недель назад, так что оно достигнет Солнечной системы еще через шесть недель. Тогда у нас есть еще как минимум одиннадцать недель, прежде чем мы получим какой-либо ответ.

Трамбле нахмурился, а Мерфи пожал плечами.

- Все, что я говорил вам о том, что Пятьсот и Овальный кабинет сделают с вами, наверняка произойдет со мной, если я ошибаюсь, коммодор. Вы, с другой стороны, будете защищены моими приказами как губернатора в условиях объявленного чрезвычайного положения. - Он внезапно улыбнулся. - Поверьте мне, они будут так заняты, превращая меня в собачий фарш, что у них не останется ни времени, ни внимания на вас!

- И подумайте о плюсах, Эстебан, - сказал О'Хэнрати. - Если мы ошибаемся, вы станете главным свидетелем на следствии, которое окончательно уличит меня в том, что я параноик, каким всегда был. В этой мысли должно быть определенное удовлетворение!

Трамбле бросил на него свирепый взгляд, но, очевидно, вопреки его желанию, его губы дрогнули.

- Коммодор, - сказал Мерфи, - я не верю, что вы могли быть настолько осведомлены о нашей оперативной позиции, насколько я знаю, и не понимать, что слишком долго происходило с Окраиной. Это должно прекратиться. Даже если бы это было не так просто из соображений элементарной порядочности - и моральной ответственности, которую мы несем, - срок подчинения Окраины близок к концу. Последнее, что нужно Федерации, - это чтобы Окраина была охвачена пламенем, и если мы позволим разрушить Кранн-Бетад так же, как разрушили Инвернесс, - особенно когда у нас здесь были значительные силы для его защиты, - именно это и произойдет. Даже не думайте, что этого не произойдет. И когда мы уже на пределе сил на фронте Бета Лебедя, а Лига начинает новое наступление здесь, в Конкордии, действительно ли нам нужно одновременно вести гражданскую войну?

- Вы действительно думаете, что это может произойти, сэр?

- Я не думаю, что это может произойти; я думаю, что это произойдет, если мы покинем Нью-Дублин, - категорично заявил Мерфи. - И я думаю, что это было бы полностью оправдано с точки зрения Окраины. И считаю, что это было бы самой катастрофической вещью, которая могла бы случиться не только с Федерацией, но и со всем человечеством.

- Я вынужден поверить, что вы ошибаетесь на этот счет, - сказал Трамбле через мгновение. - Но я понимаю, что это то, во что я должен верить, потому что если ситуация действительно зашла так далеко, то...

Его голос затих, и Мерфи кивнул.

- Боюсь, что это так. Но я не думаю, что дело зашло так далеко, что мы все еще не можем что-то с этим поделать, и именно поэтому я здесь. Вот почему эту систему нужно защищать.

Он несколько секунд не сводил глаз с Трамбле, затем снова откинулся на спинку стула.

- Итак, коммодор. Мне вызвать главного сержанта Логана и попросить его отвести вас на долгое заключение, или вы хотите, чтобы я сначала вкратце рассказал вам о том, что мы обнаружили, и ознакомил с планом нашей операции?


* * *


Коммандер Уиттен поднял пустую бутылку.

Бармен-человек взглянул в его сторону, затем взял новую бутылку "Крейгмор Нуа". Он снял фольгу, вытащил пробку и пересек паб, направляясь к столику Уиттена. Затем он снова наполнил бокал коммандера и поставил бутылку на стол, и Уиттен кивнул в знак благодарности.

- Добро пожаловать, - ответил бармен с широкой улыбкой и направился обратно на свой пост.

- Немного отличается от того, когда мы прибыли, - заметила Элайна Иглесиас, потянувшись за односолодовым напитком, чтобы наполнить свой бокал. У них было еще четыре часа до того, как они должны были явиться на борт корабля, и не останется лишнего времени на берегу, пока не произойдет то, что должно было произойти.

- Это так, - согласился коммандер Гао. - Я имею в виду, по-другому. - Он посмотрел через стол на коммандера Стэнли. - Ты все еще злишься на Мерфи за то, что он так рано вытащил нас из Джалала, Джо?

- Я по-прежнему считаю, что экипажи имели право жаловаться на это, - упрямо сказал Стэнли. Затем пожал плечами. - С другой стороны, Инвернесс стал... большим толчком к пробуждению, чем я на самом деле хотел. И, может быть, - может быть, - я был немного... поспешен в своей первоначальной оценке адмирала.

- Поспешен? - повторила Иглесиас со смехом.

- Скажи мне, что ты ожидала чего-то подобного от центра, от этих проклятых Пятисот, - с вызовом произнес Стэнли. - Давай, скажи мне!

- Ладно, ты меня раскусил, - признала она. - Я готова признать, что была неправа - что мы все были неправы - насчет Мерфи. Насчет того, был ли он просто еще одним продавцом билетов. Или марионеткой в руках О'Хэнрати, если уж на то пошло! Это в некотором роде освежает - узнать, насколько мы были неправы на самом деле.

- Ты хочешь сказать, что это чертовски страшно, - сказал Уиттен с кривой улыбкой. - Если разведданные хоть немного соответствуют действительности, нас, скорее всего, вот-вот накроют. Такая взбучка, из-за которой ближайшим родственникам приходит целая куча писем с выражением "с сожалением вынужден сообщить вам".

- Да, я знаю, - сказал Гао. Он поднял свой бокал, глядя сквозь медово-янтарную глубину на верхний свет, затем опустил глаза на своих коллег-командиров крейсеров. - Но, знаете, это беспокоит меня не так сильно, как должно было бы. Интересно, почему?

- Может быть, потому, что впервые за многие годы мы сами не просто раздаем билеты, - тихо сказала Эдриана Лоусон. Она и Иглесиас были двумя женщинами-капитанами в оперативном подразделении 1102, и, несмотря на разницу в происхождении, были близкими подругами. Физически они были совершенно противоположны. Иглесиас была рыжеволосой, мускулистой, зеленоглазой и ростом 173 сантиметра. Лоусон была хрупкого, почти птичьего телосложения, с темными волосами и карими глазами, ростом едва достигая 160 сантиметров. Однако недостаток массы тела не повлиял на ее способность справляться с алкоголем, и она сделала глоток виски, наслаждаясь его теплом и легким привкусом торфа. Затем посмотрела на остальных.

- Признайте это, - сказала она им. - Я, конечно, соглашусь. Какой смысл было подставлять свои задницы? Эта чертова война длилась почти шестьдесят проклятых лет - шестьдесят лет и шесть миллиардов погибших. Сто миллионов в год. И что мы можем этим доказать? А? - Ее темные глаза с вызовом смотрели на других офицеров, сидевших за столом. - Ни хрена себе, - сказала она им. - Это то, что мы можем показать. Абсолютно ничего. На Бете Лебедя почти десять проклятых лет фронт не двигался с места, и не собирается этого делать. Так в чем же был смысл? Получаем комиссионные, отбываем свой срок и пытаемся выбраться отсюда живыми. Скажите мне, что это было не совсем то, о чем вы думали.

Шум в пабе и звон бокалов казались громче в тишине, окутавшей стол.

- Я - из центра, - сказала она через мгновение. - Ты и я, Винни, мы оба - люди оттуда. И, конечно, у нас есть "друзья" с Окраины, такие, как и вы, ребята. Ну, может быть, не ты, Джо. Ты такой придурок, что я всегда думала о тебе скорее как о "коллеге".

Стэнли поднял правую руку, выставив средний палец.

- Но я хочу сказать, - продолжила Лоусон более серьезно, - что, за исключением тех, с кем я непосредственно общалась, я была о них невысокого мнения. Кучка невежественных деревенщин, которые продолжают ныть о том, что военно-космический флот не выполняет свою работу дома. Как сильно они возмущены тем, что их отправляют на Бета Лебедя, где происходят важные боевые действия, потому что никто не заботится об их мамах и папах на Окраине. Вот как я о них думала.

Ее голос был тихим во время признания, и она глубоко вздохнула.

- Но знаете что? Причина, по которой я так о них думала? Это потому, что я знала, что они правы. Я знала, что Окраина всегда получает по заслугам. По любой причине. Они обложены удушающими налогами, мы забираем их детей, чтобы они погибали, наши Пятьсот режут любые промышленные инвестиции, которые могут повлиять на их прибыль, а эти придурки - эти отъявленные придурки - в Олимпии и Овале, они просто списывают их звездные системы со счетов, потому что они не "достаточно важны" для нас, чтобы стоило их защищать. И я знала это, так же как и вы, ребята, знали это на протяжении всей своей карьеры. Так что каждый раз, когда кто-нибудь из этих плакс с Окраины начинал твердить мне, что Окраину всегда подставляют, я говорила себе, что они идиоты, которые не понимают, что на самом деле нужно делать. Потому что если бы я этого не сделала, то мне пришлось бы столкнуться со всем тем, чего мы еще не сделали.

Остальные переглянулись, затем снова посмотрели на нее, и Сергей Циммерман, капитан "Ла Като" и флагманский капитан оперативного подразделения 1102, бородатый мужчина, похожий на медведя, кивнул.

- Это обоюдоострое решение, Эдди, - прогрохотал он. - Что касается меня, то я точно понял, почему Кранн-Бетад не был в восторге от нас, когда мы приехали сюда. Как ты и сказала, я с Окраины, и я всегда думал, что большинство центральников - придурки. В конце концов, совершенно очевидно, что им на все это наплевать, за исключением того, что они могут выжать из нас для таких мест, как Бета Лебедя, или для того, чтобы набить карманы чертовых Пятисот! Так что, если они не собираются рисковать своими драгоценными задницами ради моих людей, то почему мы должны рисковать своими ради них? Почему я должен? Так что, да, я тоже разбираюсь в билетах. Отслужу службу, вернусь домой целым и невредимым, и пусть эта проклятая Федерация сгорит дотла.

Они снова посмотрели друг на друга, их глаза потемнели, и они задались вопросом, что в этом разговоре произошло из-за бутылки "Крейгмор Нуа". Задаваясь вопросом, как флот Земной Федерации дошел до такого. К этому цинизму - почти безразличию - относились те клятвы, которые они давали, ответственность, которую они обещали выполнять, и насмешки над любым, кто думал, что они на самом деле имели в виду эти клятвы, это обещание.

До такой степени, что им было стыдно за то, что они и их товарищи подвели форму, которую они носили.

До тех пор, пока Терренс Мерфи не ткнул их носом в это дело. В Инвернесс. В Альрамаль и его открытия. И до тех пор, пока он не расширил все правила до предела, чтобы защитить Нью-Дублин. Все они догадывались, что элита центрального мира собирается сделать с ним, когда все это закончится, при условии, что он выживет, но ему было все равно. Ему было все равно.

- Послушай, - сказал Стэнли через мгновение, - не думай, что вы с Эдди заставите меня встать и начать петь флотский гимн, Сережа! Имею в виду, я все еще планирую доставить свою задницу домой живой и невредимой, спасибо вам большое. Но... - Он поджал губы, затем пожал плечами. - Но, может быть, вы не так уж и полны дерьма. И, возможно, Мерфи прав. Я ничего не знаю об этом, и, по правде говоря, я бы предпочел, чтобы у меня не было возможности это выяснить.

Его спутники захихикали, а Стэнли взял бутылку и наполнил их бокалы. Затем он поднял свой.

- Но я скажу вот что. Выпьем за нас - таких, как мы, чертовски мало, и большинство из нас уже мертвы! Может быть, некоторые из нас вскоре будут там же, но я последую за этим ублюдком из центрального мира, куда бы, черт возьми, он нас ни повел. - Он обвел взглядом лица остальных. - Крепкие корабли, крутые двигатели и к черту Лигу!

Шесть бокалов чокнулись как один.


ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ


- Все это будет в моем отчете, адмирал, - гласила голограмма капитана Липшена с плотно сжатыми губами на командном пункте Мерфи.

- Да, вы уже упоминали об этом несколько раз. - Мерфи слегка улыбнулся. - Конечно, мои полномочия как губернатора системы значительно расширяются во время объявленного чрезвычайного положения. Это также будет отражено в вашем отчете. Без сомнения.

- Ваши полномочия не распространяются на военную технику и персонал, не приписанный к Нью-Дублину. - Голос Липшена был ледяным. - Вы можете быть защищены в том, что касается отряда Семь ноль две, учитывая, что они не были официально переведены на другое место с тех пор, как была заброшена Шотландия. Но ни коммодор Грейнджер, ни коммодор Трамбле даже отдаленно не могут считаться подчиняющимися вашим приказам!

- Не думаю, что мы с вами придем к согласию в этом вопросе, - ответил Мерфи. - И коммодор Трамбле признает мои полномочия. - И было бы неплохо получить хотя бы одну серию депеш, в которых не содержалось бы ничего, кроме обычной информации о передвижении судов, - подумал он. - Похоже, у него нет с этим никаких проблем.

- Так это или нет, не имеет значения! - огрызнулся Липшен. - Его мнение не меняет закон. И это не меняет того факта, что у вас нет никакой власти над коммодором Грейнджер или призывниками! Они...

- Энди, тут что-то не так, - сказал О'Хэнрати непринужденным тоном. Он встал рядом с сидящим Мерфи и широко улыбнулся, когда капитан генеральной инспекции пристально посмотрел на него. - Видите ли, во время обучения новобранцы находились под командованием ополчения Нью-Дублина. Как только они будут признаны годными для федеральной службы, их официально переведут в отдельное подразделение. Пока что их не перевели туда, поэтому на данный момент они не являются федеральным активом. И хотя коммодор Трамбле опротестовал приказы губернатора, как говорит адмирал Мерфи, ему пришлось признать, что четвертый раздел дает нам полномочия взять его корабли под командование на время чрезвычайной ситуации. Что касается других кораблей, о которых вы беспокоитесь, то, если вы ознакомитесь с постоянными приказами ремонтных верфей, все единицы, которые пришвартованы здесь для капитального ремонта, направлялись в Нью-Дублин. Это означает, что любое судно, направленное в Нью-Дублин для ремонта, официально входит в состав нашей команды до тех пор, пока оно не завершит свои испытания и начальник дока не подтвердит его ремонт. В том числе и корабли коммодора Грейнджер, - услужливо добавил он.

- Вы хватаетесь за соломинку! - прорычал Липшен.

- Вы связывались с начальником порта? - спросил Мерфи. - Я не думаю, что у коммодора было время провести испытания своего двигателя Фассета.

- О, да. Я довольно долго разговаривал с ним. - Липшен сжал челюсти. - На мой запрос он был весьма щедр в своих ругательствах, и коммодор Грейнджер отказалась отменить его решение и "подвергнуть опасности свое командование" из-за несертифицированного ремонта. Что, как я заметил, не помешало ей принять участие в ваших учениях по "обороне системы". Это тоже будет отражено в моем отчете. - Капитан слегка вздернул подбородок. - У Федерации есть системы, которые не позволяют губернаторам захватывать слишком много власти для себя, адмирал. Для этого есть причина. И то, что вы делаете, создает опасный прецедент.

- Возможно. Но на данный момент Лига представляет беспрецедентную угрозу, - сказал Мерфи. - Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, вы согласны?

- Мое личное мнение не имеет значения. Здесь имеет значение только закон Федерации. - Липшен отвел взгляд в сторону, затем постучал по экрану перед собой. - Мой шаттл отправляется на "Иштар" через два часа. Некоторые другие вопросы, которые привлекли мое внимание, требуют личной беседы.

Взвыл сигнал тревоги, и Мерфи резко выпрямился в своем командирском кресле и выключил голограмму Липшена взмахом руки.

- Поговори со мной, Гарри!

- Сигнал Фассета на расстоянии двадцати семи световых недель, сэр, - натянуто ответил начальник штаба. - Он крупный и приближается быстро. Действительно быстро. Кто бы это ни был, он очень сильно крутит свои роторы. Расчетное время прибытия... четыре целых семь десятых часа.

- Есть какие-нибудь предположения по точечным источникам?

- Нет, сэр. Пока это невозможно, - с мрачным выражением лица ответил О'Хэнрати. - Похоже, что эти силы по меньшей мере в два раза больше, чем у Трамбле. И, - он повернул голову, чтобы посмотреть через плечо на Мерфи, - они приближаются почти точно по прогнозируемому курсу. Так что я не думаю, что это корабли Федерации, которые мы можем "одолжить".

- Это действительно кажется маловероятным, - сухо согласился Мерфи.

Адмирал поднялся и пересек флагманский мостик, чтобы встать рядом с О'Хэнрати перед главным экраном. Ярко-красный значок неопознанной сигнатуры Фассета мигнул ему из глубины, быстро приближаясь, и он почувствовал себя так, словно только что проглотил замороженный шар для боулинга. Это была не звезда Стилмана. Тогда у него было так мало времени подумать, предвидеть... почувствовать страх. Сражение началось задолго до того, как командование перешло к нему. "Но не в этот раз", - подумал он.

О, нет. Не в этот раз.

- Я рад, что у нас была пара недель, чтобы вовлечь Трамбле в оперативный план, - сказал он. Он вложил в свой тон всю уверенность, на которую был способен, и задумался, достаточно ли этого. - И, похоже, они действительно появляются там, где мы ожидали.

- Должен ли я уведомить Гоибниу о начале запуска? - спросил командир Мирвани.

Этот вопрос, по мнению Мерфи, был признаком нервозности оперативного офицера, потому что Мирвани уже знал ответ.

- Пока нет, Рэйли, - ответил он. - У нас нет неограниченного запаса боеприпасов, и пока мы не разглядим этих людей, мы не будем знать наверняка, что они собираются делать, не так ли?

- Нет, сэр, - смиренным тоном признал Мирвани. - Простите. Я...

- Вы просто проверяли, - перебил его Мерфи. - Именно так поступают хорошие подчиненные. Они следят за тем, чтобы их высокородные начальники не упустили свой шанс, потому что им просто не пришло в голову об этом подумать.

Он похлопал коммандера по плечу, и Мирвани улыбнулся.

- Сэр, - напомнила лейтенант-коммандер Танака, - капитан Липшен все еще на связи.

- Ах, да! Капитан Липшен.

Мерфи вернулся на свой командный пункт и включил звук голограммы.

- ...и еще кое-что, - продолжал Липшен. - До меня дошли тревожные сообщения о некоторых ваших... административных мерах и мерах по закупкам здесь, в Нью-Дублине. Нам также необходимо обсудить это. Расходы, которые вы санкционировали, откровенно говоря, выходят за рамки "чрезмерных". Они находятся в зоне астрономически несанкционированных, и...

- Боюсь, с этим придется подождать, - прервал его Мерфи.

- Я представитель генерального инспектора в этой системе, адмирал, - холодно произнес Липшен. - Когда и где мы будем обсуждать мои проблемы, решать мне.

- При нормальных обстоятельствах, возможно, - согласился Мерфи. - Однако в данный момент мы только что обнаружили сигнатуру Фассета, направляющуюся в нашу сторону в пространстве червоточины. Расчетное время прибытия составляет около, - он взглянул на дисплей, - двухсот восьмидесяти минут. Думаю, будет лучше, если вы останетесь в безопасности на планете, пока мы не разберемся, что именно здесь происходит.

- Что?! - Липшен резко выпрямился в кресле. - Лига атакует прямо сейчас?!

- Да, это было бы наихудшим предположением, - согласился Мерфи. - Но это вполне могло быть и обычное торговое судно. Или другие силы, подобные силам коммодора Трамбле, которые просто проходят мимо. Не могу сказать ничего более определенного, пока они не перейдут на субсветовую скорость и я не получу подтверждение на скорости света.

Мерфи услышал, как что-то удивительно похожее на смешок пронеслось по флагманскому мостику, несмотря на напряжение его персонала, но Липшен выглядел как человек, чей мозг вот-вот взорвется.

- Ваши приказы на случай атаки превосходящими силами очень ясны, губернатор! - сказал он.

- Я пока не уверен, что это вообще атака, капитан, - отметил Мерфи. - И уж тем более атака "превосходящими силами". Я не узнаю, что это, пока не получу подтверждение на скорости света. После чего я, конечно, буду помнить о своих постоянных приказах.

Лицо Липшена приобрело самый неподобающий оттенок красного, а глаза вылезли из орбит.

- Адмирал!

- Я свяжусь с вами, как только мы узнаем больше, - успокаивающе сказал Мерфи. - Не волнуйтесь. Мы будем держать вас в курсе. Мерфи, конец связи.

Он отключил связь и с улыбкой откинулся на спинку стула.

- Боже, это было весело, - сказал он. - Такая возможность заставляет думать, что отчаянная битва не на жизнь, а на смерть стоит того, не так ли?

На этот раз это был не смешок.


* * *


- Так было лучше, - сказала Син Сюэфэн.

Она стояла на мостике флагмана флота Лиги "Нюва", и выражение ее лица было свирепым, когда она смотрела на крошечную точку звезды, ради которой проделала такой долгий путь. Остальные одиннадцать сверхсветовых кораблей флота Дракона вышли на субсветовой режим почти в идеальном строю вместе с ее флагманом, и на заднем плане раздавались доклады о готовности.

- Ну, теперь они знают, что мы здесь, мэм, - сказала капитан Ран.

- В лучшем случае, в пределах пяти или шести световых минут, - нетерпеливо ответила она. - На таком расстоянии это не имеет значения.

- Нет, конечно, нет, мэм.

Син одарила свою начальницу штаба короткой улыбкой, затем повернулась к дисплеям, на которых отображались лица командиров дивизионов авианосцев.

И, конечно, Тана.

- Очень хорошо, - сказала она. - Мы будем действовать по плану. Капитан Дин, - она посмотрела на своего флагманского капитана, - начните торможение через два часа и десять минут.


* * *


- Я почти уверен, что капитан Дин уже знал, что означает "действовать по плану", сэр, - очень тихо сказал Су Чжихао на ухо адмиралу Тану.

- Никогда не помешает быть уверенным. - Тон Тана был более спокойным, чем он себя чувствовал.

- Хотите заключить небольшое пари на то, попадет ли в сети видео на ее флагманском мостике? - спросил Су. - Воительница со стальным взглядом, горящая нетерпением сразиться с безбожниками?

- Войны выигрываются и с помощью пропаганды, - немного сурово заметил Тан. - Хотя, - выражение его лица смягчилось, - я бы, конечно, не стал ставить на это.

Су фыркнул, но тоже не стал возражать и направился к коммуникатору, подключенному к мостику "Цай Шэня". Тан слушал, как он разговаривает с капитаном Сунь Лоян, командиром сверхсветовика, но его мысли были сосредоточены на том, как огромные силы флота Лиги надвигались на Нью-Дублин.

Он знал, что сильно разозлил Син, выступив против ее первоначального плана атаки, но сверхсветовые корабли были ценными подразделениями, особенно после уничтожения сингулярных коллекторов флота Дракона. И, в отличие от Син, он просмотрел последнюю атаку на звездную систему. Он указал, что они не могут позволить себе подвергать ее авианосцы подобной засаде, особенно учитывая, что "Иштар" и Мерфи должны были вернуться в Нью-Дублин самое позднее несколько недель назад. Син, очевидно, была права в том, что Мерфи безнадежно отставал в вооружении, но Тан был менее уверен в том, что этот губернатор Федерации планировал сорваться с места и сбежать, как последний, с кем столкнулась Син. Если он этого не сделал, то у него было достаточно времени, недели, чтобы составить - и осуществить - все возможные планы. А если он сделал последнее, то единственное, с чем они не столкнулись бы, - это с поспешной, отчаянно импровизированной обороной, с которой встретилась последняя атака.

Потери во время этой атаки едва ли можно было назвать сокрушительными, но и смеяться над ними было не к чему. У него не было желания давать Нью-Дублину возможность улучшить свои показатели, и, как он указал второму адмиралу, каждый сверхсветовой носитель, выведенный из строя на устранение повреждений, означал на двенадцать линкоров меньше для следующей системы в ее списке.

Син была в ярости, когда он рассказал о последней атаке. Он был уверен, что она не удосужилась изучить это сама. С чего бы ей это делать, если у нее было такое подавляющее преимущество в силах? Но, по крайней мере, он заставил ее отказаться от первоначального плана вывести авианосцы в зону обстрела Кранн-Бетада.

Он вообще не был уверен, зачем ей это понадобилось. Фокси были большими, мощными кораблями, на целых тысячу триста метров длиннее, чем его собственный "Цай Шэнь" - а "Цай Шэнь" был больше, чем все, что было у федералов, за исключением их Титанов, - но на каждом борту у них по-прежнему было всего по двадцать четыре ракетные установки. Они не были нужны, чтобы превратить Кранн-Бетад в выжженную, безжизненную пустошь, и добавка их ограниченной огневой мощи к холокосту определенно не стоила риска для них во внутренней системе. Возможно, Су был прав. Возможно, она просто хотела лично запустить снаряд в свою жертву и понаблюдать за появлением огненных шаров.

Тан Цян был бы рад предоставить это удовольствие ей. Мысль о том, что руки его людей вот-вот обагрятся кровью, наполняла его стыдом и отчаянием. Но они не могли рисковать авианосцами, находясь так близко. По крайней мере, до тех пор, пока не убедятся, что Нью-Дублин не подготовил еще одну неожиданную партию ракет.

Таким образом, авианосцы должны были замедлиться до нулевой скорости относительно Нью-Дублина в десяти световых минутах от Кранн-Бетада. Этого было бы более чем достаточно, чтобы обстрелять планету ракетами - даже кинетическими пушками. В конце концов, не похоже, что она смогла бы уклониться.

И если замедление наступления дало жителям Кранн-Бетада больше времени на то, чтобы укрыться в своих убежищах и бункерах и запечатать за собой двери, то Цяна это вполне устраивало.


* * *


Сирены завыли по всему Тара-Сити, а также в других городах и поселках Кранн-Бетада. Это был не Инвернесс, где практически не было предупреждений. С расстояния в триста световых минут враг мог достичь зоны поражения планеты немногим более чем за пять часов, если бы он вообще не снижал скорость и ограничился одним разрушительным залпом. Но это была катастрофа, к которой нью-дублинцы готовились - и репетировали - десятилетиями. Запланированное время для полной эвакуации в убежища составляло всего три часа, и ополченцы и назначенные ответственные за гражданскую оборону задействовали свои коммуникационные сети, собрали добровольцев и приступили к действиям с той слаженностью, которая стала возможной благодаря многолетним репетициям. Однако тот факт, что они были подготовлены настолько, насколько это было в человеческих силах, был самым слабым утешением, и жители Кранн-Бетада ждали дополнительной информации, в то время как страх и неуверенность терзали их нервы.


* * *


- Мы получим сигнал через пятнадцать секунд, адмирал, - сказал Мирвани, и Мерфи, прервав негромкий разговор с О'Хэнрати и капитаном Лоу, снова повернулся к главному экрану.

Красный значок в его глубине мигал, указывая на неопределенность. Сигнатура Фассета червоточины исчезла почти пять часов назад, когда "незваные гости" снизили скорость до субсветовой. Предполагая, что точка появления, построенная на основе их сверхсветовой характеристики, была точной, она находилась примерно в пяти световых часах от Нью-Дублина, что означает, что они находились в 282,7 световых минутах от Кранн-Бетада и "Иштар". Так что, если они были правы, они вот-вот должны были увидеть что-то...

- Господи Иисусе, - пробормотал кто-то, и у Мерфи сжались челюсти, когда стробоскопический значок внезапно перестал мигать и рядом с ним появился буквенно-цифровой блок данных.

- Сэр, - осторожно произнес О'Хэнрати, - в боевом информационном центре двенадцать бандитов. У нас пока нет данных о торможении, но они приближаются со скоростью 297 000 километров в секунду, и внешние платформы наблюдения говорят, что все они сверхсветовые.

- Спасибо, начштаба, - сказал Мерфи. Он смотрел на экран около минуты, затем глубоко вздохнул и пожал плечами. - Что ж, это, безусловно, должно сделать "Наживку" убедительной.

- Можно и так сказать, сэр, - признал О'Хэнрати.

Его глаза встретились с глазами Мерфи, и адмирал понял, о чем тот думает. В глубине души ни один из них не ожидал нападения такой мощи. Они знали, что такое возможно, и говорили об этом на совещаниях по планированию, но на самом деле не верили в это. По их подсчетам, они изъяли компоненты для сорока сверхсветовых кораблей. Неужели Лига строила флот из пятидесяти авианосцев? Планировала использовать что-то такого размера на секторе Конкордия? Смешно!

Но не тут-то было, и даже с присоединившимися к защитникам оперативными группами Грейнджер и Трамбле у них было всего семь сверхсветовых кораблей, чуть больше половины того, что им противостояло.

Двенадцать носителей, подумал он. У каждого по шесть стоек для наездников. Предположим, что на каждой из них были линкор и линейный крейсер. Это дало Лиге сто сорок четыре субсветовых боевых корабля, а у него было двадцать семь.

Двадцать семь.

- Мы знаем, где они сейчас находятся, - сказал он. - Проинструктируйте Гоибниу, чтобы они подготовились к выполнению плана "Азенкур".

- Что насчет грузовых контейнеров, сэр? - тихо спросил О'Хэнрати. - Мы могли бы сбросить один...

- Нет. - Мерфи покачал головой. - Если "Наживка" сработает, нам понадобятся все контейнеры, чтобы справиться с этим.

- А если "Наживка" не сработает? - еще тише спросил начальник штаба.

- В таком случае, для "Зонтика" они все равно не имели бы большого значения, - мрачно сказал Мерфи, и О'Хэнрати понял, что он думает не только о жителях Нью-Дублина. - Не то чтобы я мог спокойно спать по ночам, если эти ублюдки доберутся до планеты. И, конечно, если мы переживем это.

Он взглянул на дисплей с указанием времени.

- Думаю, мы колебались достаточно долго, чтобы быть убедительными, так что, полагаю, нам пора начинать. Капитан Лоу, включите двигатель Фассета. Служба связи, соедините меня...

- Извините, адмирал, - прервала его лейтенант Мастроянни, - но у меня входящий приоритетный сигнал. Это капитан Липшен.

- Черт возьми, это быстро - даже для Энди, который намочил штанишки! - сказал О'Хэнрати. Они с Мерфи переглянулись.

- Стоит ли нам беспокоиться? - спросил адмирал.

- Сделаем это официально, - сказал О'Хэнрати. - Он достаточно труслив, чтобы добавить к этому нужный для нас элемент.

- Верно, - согласился Мерфи и кивнул Мастроянни, чтобы та вывела сигнал.

Над пультом управления появилась голограмма Липшена. Его лицо было бледным, покрытым капельками пота, и казалось, он вот-вот начнет задыхаться.

- Вы... вы видите их? - спросил он.

- Да, я хорошо осведомлен о противниках.

- Адмирал, вы получили приказ от адмирала флота Фокаидеса. У них гораздо больше сил, чем у нас. Выводите наши мобильные подразделения и отступайте, пока у нас еще есть время!

- А что насчет жителей Кранн-Бетада? Это вполне может быть тот же монстр, который уничтожил Инвернесс.

- К черту их! У нас есть приказ, Мерфи.

- Именно так, - согласился Мерфи и посмотрел на О'Хэнрати. - Двенадцать сверхсветовых кораблей. Наша нынешняя численность и дислокация ставят нас в явно невыгодное положение. Вы согласны, начальник штаба?

- Боюсь, что да, сэр, - ответил О'Хэнрати.

- Тогда капитан Липшен прав, и у нас нет выбора. Капитан Лоу, уводите нас с орбиты. Я запускаю запасной план "Браво".

- Да, сэр. Немедленно сходим с орбиты.

"Иштар" и "Гильгамеш", единственные сверхсветовые корабли на орбите Кранн-Бетада, развернулись и начали ускоряться, удаляясь от планеты к пределу Пауэлла звезды. Кратчайший путь до предела, который не привел бы их прямо в зубы атакующим силам Лиги, заставил их двигаться перпендикулярно вектору приближения атакующих сил, и на таком расстоянии от предела их максимальное ускорение составляло всего около девятисот g. Они почти наверняка могли быть перехвачены бдительным атакующим, но это привело бы к максимально краткому столкновению, прежде чем они смогли бы скрыться в пространстве червоточины. И хотя их ускорение так далеко в системе могло быть значительно снижено, оно оставалось значительно выше, чем могло бы достичь любое судно с реактивным двигателем, например, пассажирский шаттл.

- Мерфи! - крикнул Липшен из коммуникатора. - Мерфи, куда, черт возьми, ты направляешься?

- Выполняю инструкции адмирала флота Фокаидеса о том, чтобы отступить и сохранить свои авианосцы любой ценой, - сказал Мерфи.

- Ты понимаешь меня - я имею в виду, сначала выведи наш персонал с этой проклятой планеты!

- Извините, капитан, но я не могу этого сделать, учитывая, что они, вероятно, заметят наши двигатели Фассета примерно через сорок минут. Если вы посчитаете, мне понадобится каждая минута. И вы правы в том, что мои приказы не носят обязательного характера. Так что, боюсь, вам просто придется укрыться в бункере губернаторского особняка и переждать там. Удачи.

Он отключил связь и одарил О'Хэнрати быстрой злобной улыбкой. Затем кивнул Мастроянни.

- Пожалуйста, связь со всей системой, лейтенант.

- Да, да, - ответила она. - И... вы... в прямом эфире.

Главный дисплей мигнул, показывая, что офицер связи только что подключил Мерфи к общесистемной сети связи Нью-Дублина.

- Жители Нью-Дублина, эта система атакована превосходящими силами противника. В соответствии с обязательным приказом адмиралтейства, я осуществляю стратегический вывод всех сил, находящихся под моим командованием. Да благословит и сохранит вас Господь. Ясное утро приносит удачу.

Он снова кивнул Мастроянни. Она прервала связь, и он отступил назад, к О'Хэнрати.

- Ничего не происходит, - сказал его начальник штаба.

- Действительно. Продолжайте, мистер О'Хэнрати. Продолжайте.


* * *


- Как ты, черт возьми, смеешь?! - крикнул Толмах в микрофон. Командный бункер под столицей был полон ополченцев и женщин, сгрудившихся вокруг рабочих станций. - Ты трус! Ты абсолютный трус, Мерфи! Ты все тот же бесполезный, безродный, бесхребетный мешок дерьма, каким я раскусил тебя сразу после твоего появления в системе! Я просто надеюсь, что Лига убьет меня достаточно быстро, чтобы мой призрак смог закрепиться на твоем корабле и преследовать тебя до конца твоих бесполезных гребаных дней! Ублюдок!

Он взглянул на Дьюара, который поднял вверх большой палец.

Толмах кивнул в ответ, щелкнул выключателем и откинулся на спинку своего кресла.

- Он действительно уходит? - спросил президент.

- "Иштар" и "Гильгамеш" в процессе, - сказал Дьюар. - "Уход" - это, пожалуй, слишком сильно сказано. Похоже, он тоже не очень хороший астронавигатор. Он ни за что не сможет убежать от них, и они поймают его далеко за пределами той небольшой поддержки, которую может оказать ему оборона системы. Глупо с его стороны. Должно быть, он запаниковал.

- Все это розыгрыш. - Толмах опустился на стул и вытянул больную ногу. - Мерфи сыграл это так здорово, не правда ли? Но, знаешь, даже сейчас какая-то часть меня удивляется. Это хитрость Лиги... или нас самих?

- Думаю, узнаем через несколько часов, - ответил Дьюар, пожав плечами. - Несмотря на то, что на нас надвигается, без него мы все равно были бы трупами. Так что, на мой взгляд, нам, по крайней мере, не стало хуже.

- И разве ты не лучик солнца? - Толмах пристально посмотрел на него. Затем выражение его лица стало серьезным.

- Как проходит эвакуация?

- Пятьдесят процентов убежищ, по сообщениям, уже опечатаны, - сказал Дьюар. - Немного опережая прогнозы, мы достигнем ста процентов в ближайшее время, чего бы это ни стоило. Думаю, отмена Мерфи отправки новобранцев дала всем понять, что что-то не так.

- Пригласите капеллана Гибсона. Нужно помолиться, - сказал Толмах. - И, возможно, выпить в придачу.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ


- Две сигнатуры двигателей Фассета покидают орбиту Кранн-Бетада, сэр! - напряженно объявил Су Чжихао.

- Два? - третий адмирал Тан приподнял брови.

- Да, сэр. Ускорение - девятьсот g. Пока невозможно сказать, к какому классу относятся корабли, но они почти должны...

Начальник штаба замолчал, прикрыв ладонью наушники, словно для того, чтобы лучше слышать, затем посмотрел на своего командира.

- Мы кое-что получили из нью-дублинской коммуникационной сети, сэр, - сказал он.

- Вызов? - удивился Тан.

Это казалось маловероятным. Нью-Дублин должен был примерно знать, куда направился флот Дракона в субсветовом режиме, и если бы он хотел бросить им вызов, то мог бы передать его еще до того, как флот Дракона покинул пространство червоточины. Если предположить, что их обнаружили за тридцать минут до того, как они вышли в обычное пространство, то вызов, посланный в тот момент, когда их заметили, достиг бы координат их прибытия примерно через четыре часа после того, как они перешли на субсветовой режим. По крайней мере, четыре часа по меркам остальной Вселенной; по времени флота Лиги, при скорости, составляющей девяносто девять процентов скорости света, это заняло бы всего двадцать пять минут.

Флот Дракона летел по баллистической траектории со скоростью 297 000 километров в секунду чуть более двух часов - восемнадцать минут по своим часам, - за это время он преодолел расстояние в 124,27 световых минуты в направлении Нью-Дублина, что сократило время передачи любого вызова на два часа. С тех пор его корабли замедлялись при 1800 g еще в течение трех часов и девяти минут, что снизило их скорость до всего лишь 91 130 километров в секунду, где замедление времени было незначительным фактором. За это время они пролетели еще 125,8 световой минуты, не дотянув всего 3,5 световой минуты до звездного предела Пауэлла, в 49,9 световой минуты от Нью-Дублина, в 32,7 световой минуты от Кранн-Бетада и все еще находились в более чем двух часах полета от запланированной точки атаки.

- Нет, сэр. Это не вызов, - ответил Су. - На самом деле, нам его вообще не передавали. Он был всенаправленным, транслировался тридцать девять минут назад, примерно в то время, когда двигатели Фассета вышли на орбиту. Мерфи уходит, сэр! Он только что подтвердил это всем в звездной системе.

Тан нахмурился. Тридцать девять минут - это примерно то, что нужно, подумал он. Это означало бы, что защитники потратили около десяти минут, колеблясь между получением первых данных с датчиков на скорости света о флоте Дракона и тем временем, когда они бросились наутек. Отбывающие корабли с приводами Фассета, казалось, определенно подтверждали это, и Тан всегда подозревал, что у Мерфи должен был быть, по крайней мере, еще один сверхсветовой корабль. Он никогда бы не поверил, что губернатор Федерации оставил бы Нью-Дублин совершенно незащищенным, отправившись в Альрамаль. Особенно после Инвернесса.

- У нас есть проекция вектора его носителей?

- Да, сэр. Они приближаются к пределу Пауэлла. Боевой информационный центр сейчас обновляет схему.

Тан повернулся к дисплею и нахмурился еще больше. Данные были получены более получаса назад, но ломаная линия предполагаемого вектора движения беглецов проходила прямо от Кранн- Бетада по линии, перпендикулярной вектору движения флота Дракона.

- Странно, - задумчиво произнес Тан, сцепив руки за спиной.

- Сэр?

- Судя по тому, что мы видели и слышали об этом Мерфи, я ожидал, что он поступит умнее.

Су выглядел озадаченным, и Тан пожал плечами.

- Это глупое развертывание, - третий адмирал разжал руки и указал на экран. - Если он с самого начала планировал побег, орбита Кранн-Бетада - худшая отправная точка, которую он мог бы выбрать, - единственное место во всей звездной системе, к которому мы направимся, в чем он мог быть уверен. И бежать сейчас, когда у нас все еще такая высокая скорость...

Тан покачал головой, и озадаченное выражение лица Су сменилось задумчивым.

К настоящему времени убегающие сверхсветовые корабли могли развить скорость до 17 000 километров в секунду или около того и пролететь около 0,9 световой минуты, но третий адмирал был прав. Это было на 73 000 километров в секунду медленнее, чем текущая скорость флота Дракона по направлению к планете, и приросты ускорения двух сил были практически одинаковыми. Что означало...

- Они не могут уйти, сэр, - глаза начальника штаба загорелись.

- Да, они не могут, - согласился Тан.

Если бы флот Дракона изменил курс, чтобы перехватить корабли Мерфи внутри предела Пауэлла, его вектор стал бы самой длинной стороной прямоугольного треугольника, но основание этого треугольника было бы очень коротким. Атакующим силам предстояло пройти гораздо больше, чем ему, но он не мог развить достаточную скорость, чтобы избежать столкновения с ними до того, как они настигнут его. Это по-прежнему был его лучший способ уклониться от них - любой другой путь только увел бы его еще дальше к пределу и дал бы ему еще меньше времени для набора скорости, - но "лучший бросок" и "хороший бросок" - это совсем не одно и то же. Все, на что он мог надеяться, - это на то, чтобы это было мимолетное столкновение, потому что флот Дракона не мог снизить скорость обгона и все равно настигнуть его в зоне поражения. Он пронесся бы по его следу с относительной скоростью более 120 000 километров в секунду, что определило бы очень короткий огневой контакт, но если бы он сбросил своих наездников во время пересечения, их массированный огонь разорвал бы на мельчайшие кусочки любые когда-либо созданных два сверхсветовых корабля.

Если бы Мерфи был настолько умен, насколько Тан от него ожидал, все было бы по-другому. Если бы он разместил свои сверхсветовые корабли за пределом Пауэлла, на той же стороне Нью-Дублина, что и Кранн-Бетад, он был бы в состоянии перехватить любую угрозу вне планеты, и его корабли имели бы вдвое большее ускорение, чем сейчас. И с этой точки зрения, если бы он хотел избежать боевых действий против более сильного врага, все, что ему действительно нужно было сделать, это залечь на дно, погрузиться в радиомолчание и позволить флоту Дракона прорваться мимо него к планете. Как только они миновали бы его, оказались внутри предела Пауэлла и направились прочь от него, он мог бы без особых усилий уклониться от них, просто ускорившись в противоположном направлении.

И наоборот, он мог оставаться там, где был, прячась в глухом радиомолчании, пока флот Дракона не снизит скорость, чтобы замедлиться относительно Кранн-Бетада, а затем сбежать. Его скорость разгона была бы такой же, как у преследователей, они оба стартовали бы с относительной нулевой скоростью, и у него была бы фора в десять световых минут. Действительно, разведывательные дроны флота Дракона направлялись в систему. Они могли заметить его авианосцы. Но если бы он держал сверхсветовые корабли под строгим контролем выбросов, позволяя флоту Дракона видеть своих наездников, но не их носители, он мог бы использовать оборону наездников, чтобы уничтожить беспилотники, не выдавая присутствия их материнских кораблей.

Но он не сделал ничего из этого. Вместо...

- Сигнал от второго адмирала, сэр, - сказал офицер связи, и Тан встряхнулся.

- Спасибо, Раксмей, - сказал он и повернулся к дисплею связи, на котором появилось лицо второго адмирала Син.

- Я же говорила тебе, что они убегут! - ликующе воскликнула она.

- Да, мэм. Вы были правы, - сказал он. - Но, по-моему, это немного странно, что они сделали это так поздно. Я ожидал...

- Они сделали это так поздно, потому что им потребовалось слишком много времени, чтобы понять, что на самом деле надвигается на них, - перебила Син. - Тан, проверь время. Они запаниковали и бросились наутек, как только увидели, насколько мы сильны!

- Я согласен насчет времени, но...

- Это подтверждает их собственный поток сообщений. И не только трусливое заявление Мерфи о том, что "я выполняю приказы и бегу за своей задницей", - торжествующе заявила Син. - Мы получили ответ главы местных федов. - Она гадко улыбнулась. - Он был не очень доволен своим федеральным губернатором.

- Не думаю, что он был доволен, мэм. Я бы тоже не был доволен на его месте. Просто я ожидал более разумного поведения, чем это.

- Это потому, что ты слишком доверяешь федам, - сказала ему Син. - Я говорила тебе, что Мерфи не был бы здесь, если бы не был второсортным.

- Похоже, вы были правы, - сказал Тан. - Не отправиться ли нам в погоню и не показать ли ему ошибочность его действий?

- Я возьму Альфу и Бету, чтобы разобраться с ним. Вы продолжаете работать по плану и разбираетесь с Кранн-Бетадом.

Тан сжал челюсти.

- Могу я предложить сосредоточить флот, пока мы не будем уверены, что о Мерфи позаботились, мэм?

- Зачем? - в голосе Син звучало недоверие. - У вас в Гамме три сверхсветовых корабля и их наездники. Этого более чем достаточно, чтобы справиться с Кранн-Бетадом.

- Я не думал о планете, мэм. Она никуда не денется, так что мы всегда сможем вернуться и разобраться с ней позже. Я думал о том, чтобы сконцентрировать наши боевые силы до тех пор, пока авианосцы Мерфи не будут уничтожены. Время начала боевых действий будет...

- Их два, Тан, - сказала Син тоном человека, разговаривающего с особо тупым ребенком. - У меня будет девять носителей. Я знаю, вы считаете, что у нас было недостаточно времени для надлежащего обучения, и, возможно, вы правы. Но я совершенно уверена, что даже наши люди могут победить при перевесе пять к одному. И, конечно, - в ее улыбке на дисплее связи было немало презрения, - у вас будут наши самые обученные и опытные корабли, чтобы справиться с этой планетой.

Тан начал было отвечать, но осекся, увидев насмешку в ее глазах. Он подумал, не считает ли она его таким же поверхностным, как и она сама. Это было так похоже на нее - исключить его из командной сети во время первого столкновения кораблей флота Драконов. Чтобы убедиться, что сокрушительная победа, которую она ожидала, была приписана только ей.

Но, конечно, это было еще не все. О нет, не все. Оставив его одного, чтобы он совершил именно то нападение, против которого так яростно выступал, она удовлетворила свою нездоровую садистскую натуру. Она будет командовать флотом в решающем сражении, в то время как он будет тем, кого Федерация - и история - запомнят как "Мясника Кранн-Бетада".

И не было абсолютно никакого смысла спорить дальше. Это только позабавит ее.

- Как вам будет угодно, мэм, - сказал он вместо этого.

- Отлично! - На главном экране Дракон Альфа и Дракон Бета уже начали отделяться от целевой группы Тана, когда они подняли ускорение до 1800 g, в то время как Гамма продолжал замедляться, и разница в скорости увеличивалась на 35,3 км/с каждую секунду. Всем им пришлось бы снизить ускорение до 900 g, когда они достигнут предела Пауэлла, но это давало Син десять с половиной минут, чтобы совершить дополнительный обгон Мерфи с удвоенным ускорением. - Это не займет много времени, а затем мы сможем перейти к нашей следующей цели. Син, конец связи.


* * *


- Я чертовски надеюсь, что твой отец знает, что делает, Каллум, - сказал Дадьяр Пешрю с главного экрана связи второго реактора. - Если он этого не сделает, здесь станет немного одиноко.

- Он знает, что делает, - сказал Каллум, чуть более уверенно, чем он на самом деле чувствовал, если честно. - Конечно, есть старая поговорка о том, как планы выживают после контакта с врагом.

- Тебе просто нужно было это добавить, не так ли?

- Ну, мне показалось, что лучше всего использовать то, что капитан О'Хэнрати называет "запасным якорем". В конце концов, если нас взорвут, не хотелось бы, чтобы вашей последней мыслью было, будто я был неправ.

На том конце провода, где находился Каллум, связь была включена, и несколько человек громко рассмеялись, услышав это.

Их реакция была далека от той настороженности, с которой они встретили его, когда он и Эйра впервые прибыли на борт, и он задавался вопросом, насколько это было вызвано тем, что они тоже поняли то, что коммандер Зайдель назвала "обещанием" его отца. И иногда он задавался вопросом, как он относится к тому факту, что она, вероятно, хотя бы отчасти права.

Мысль о том, что его собственный отец хладнокровно рассчитал, что подвергнуть его угрозе смерти было бы полезно для морального духа, была... пугающей. Но с другой стороны, Каллум был уверен, что еще несколько месяцев назад это не пришло бы ему в голову, и это было еще более обнадеживающим. Как в доказательство того, что адмирал Терренс Мерфи сделает все, что в его силах, чтобы выиграть эту битву и защитить жителей Кранн-Бетада, так и в доказательство того, что отец Терренс Мерфи верил, что его сын достаточно опытен, многому научился и вырос, чтобы понять, почему это так. И чтобы понять, что его отец, адмирал, принял правильное решение, если Каллум действительно осознавал, что именно по этой причине его направили на "Колыму".

Экипажи "арендованных" кораблей Дребина прибыли в Нью-Дублин угрюмыми и обиженными. Сердитыми, потому что все осуждали действия - или бездействие - их эскадр в Шотландии. Возмущенными тем, что их коллективный интерес был подорван из-за их "трусости", когда они даже не могли принять решение бежать к черту на кулички. И, прежде всего, злыми и обиженными, потому что их действия, по сути, были постыдными. Потому что, кто бы ни отдал приказ, его честь была запятнана безвозвратно.

И Терренс Мерфи был тем, кто продемонстрировал это.

Именно Мерфи поступил правильно в Шотландии. Тот, кто заставил их корабли и персонал сделать все возможное, чтобы хотя бы частично смягчить ущерб, и заставил их встретиться лицом к лицу с людьми, чьи семьи, чьих детей они оставили умирать. И именно Мерфи принял на себя командование их кораблями, доставив их в Кранн-Бетад, где нью-дублинцы со всей очевидностью продемонстрировали свое презрение к шотландским трусам. И вот именно Мерфи стал воплощением всех этих запутанных эмоций - стыда, унижения, гнева, обиды...

Список можно продолжать бесконечно, и поэтому неудивительно, что у них были сомнения по поводу сына Терренса Мерфи.

Но еще до того, как Каллум появился на борту "Колымы", мужчины и женщины из боевого подразделения 702 и оперативного подразделения 960 снова начали обретать себя. Они осознали - неохотно, почти против своей воли, - что Терренс Мерфи как руководитель системы обладал всем, чего никогда не было у Янси Дребина. И они поняли, что он давал им шанс стать такими, какими они никогда не были - какими им никогда не позволяли быть - под командованием Дребина.

Если бы все шло в точном соответствии с планом Мерфи, был бы очень велик шанс, что кто-то из них или все они погибли бы. Им это не нравилось, но они обнаружили, что есть вещи, которые нравятся им еще меньше. Например, бегство. Например, бросить мирных жителей, которых они поклялись защищать.

Например, жить с чувством стыда за то, что команды снова так поступили.

- Что, черт возьми, такое "запасной якорь"? - подозрительно спросил Пешрю.

- Не знаю, - признался Каллум.

- Довольно ясно из контекста, сэр, - сказал шеф Палларес. Шеф находился в первом реакторе, заменяя офицера инженерной службы, который должен был быть на "Колыме", и был подключен к тому же каналу связи.

- Да? - зарычал Пешрю.

- Я почти уверен, что это означает прикрытие задницы, как в случае с лейтенантом, - сказал Палларес, и настала очередь Каллума рассмеяться.

- Но "запасной якорь" звучит намного культурнее, шеф! - запротестовал он.

- Эй, сэр, я всего лишь невежественный житель Окраины, - ответил Палларес. - Не отличу от культурного.

Каллум снова рассмеялся, на этот раз со скрытой благодарностью. После Шотландии и Инвернесса он узнал, как сильно жители Окраины в целом презирают людей из центрального мира. Что еще хуже, он узнал, что их презрение к центральникам - таким людям из центрального мира, каким был Каллум Джагадис Мерфи до того, как отец уволок его на Окраину, - было полностью, на сто процентов оправданным.

Этот урок запал ему в душу. Он запал туда глубоко. Ему было достаточно взглянуть на Эйру, чтобы увидеть холодное, ужасное доказательство последствий... отстраненности от центрального мира. И он знал, что никогда не сможет загладить свою вину перед ней, как бы сильно ни старался. Никто не мог. Все, что они могли сделать, - это извлечь из этого урок и, как всегда говорил его отец, "двигаться дальше".

Он хотел умереть не больше, чем экипажи боевого подразделения 702 и оперативного подразделения 960. Он не хотел так поступать со своей матерью или с Рейган, и было еще чертовски много вещей, которые он хотел сделать в своей собственной жизни. Но, как ни странно, если ему и суждено было умереть здесь, он был... согласен с этим. По крайней мере, он умрет, делая то, что должны были делать проклятые, черствые, трусливые, чертовски невежественные люди из центрального мира, такие как Дребин.

И, может быть, только может быть, тот факт, что такие люди, как Палларес, были готовы обвинить его в различиях между ними, говорил о том, что они пришли к выводу, что между Каллумом Мерфи и жителями центрального мира, которых они так ненавидели, есть разница.

Он надеялся на это.

- Черт возьми, шеф, - сказал он в ответ, - я полагал, что, вероятно, так оно и есть, но потом вы взяли и выдали такое слово, как "контекст". Какой невежественный человек знает, что это значит?

По коммуникатору прокатились смешки, и Каллум оглянулся через плечо.

Эйра была там, парила у него за спиной, как и всегда, настороженная и готовая даже здесь. Потребовалось немного хитрости, чтобы она попала к боевым постам во втором реакторе, из-за отсутствия у ней подготовки к выполнению каких-либо обязанностей в энергетическом отсеке. Но в том, что касалось роли в охране "Колымы", она была, по сути, статисткой, поэтому Зайдель разрешила сторожевой собаке Каллума повсюду ходить за ним по пятам. Лейтенант-коммандер Макги, старпом Зайдель, даже выдал ей нагрудный знак "мастер оружия", что официально сделало ее частью бортовой полиции "Колымы". Это позволило ей открыто носить оружие и делало ее счастливой.

Не то чтобы она в любом случае не придумала бы какой-нибудь способ носить его, подумал Каллум со скрытой улыбкой.

Она почувствовала на себе его пристальный взгляд и посмотрела на него, приподняв бровь, а он покачал головой с выражением "не беспокойся об этом". Еще мгновение она с сомнением смотрела на него, затем пожала плечами и снова приняла оборонительную позу.

- Что ж, - сказал Пешрю, - поскольку шеф обратил внимание на то, что у нас на борту много невежественных людей, я полагаю, не в назидание им повредит провести несколько тренировок, пока мы ждем начала бала. Лейтенант Мерфи?

- Да, сэр.

- Реактор номер один только что получил прямое попадание лазерного заряда, что делает вас единственным источником энергии на "Колыме". Это огромная ответственность, и вы можете пострадать от скачка напряжения из-за повреждения первого реактора. Что вы собираетесь с этим делать?

- Клэнси, отключи автоматические выключатели! Изолируй нас от первого реактора! - рявкнул Каллум, даже не задумываясь об этом. - Джейкобсон, перенаправь командные сигналы на мою станцию. Шапиев...


* * *


Удар отдачи пробежал по подошвам космических ботинок лейтенант-коммандера Ульфа Даниэльсена, когда еще один залп капсул вырвался из пусковых установок Гоибниу Альфа.

- Ну, вот и последний, сэр, - сказала главстаршина Ронин, стоявшая у его локтя.

- Значит, мы можем начать эвакуацию прямо сейчас, коммандер Даниэльсен? - спросил Иэн Маркел. Выражение лица руководителя компании было напряженным, и одна его бровь слегка дернулась.

- Вы можете забрать последних из своих людей, мистер Маркел, - ответил Даниэльсен. - Просто оставьте нам ключи от энергетических отсеков и пусковых установок.

- Но, как сказала шеф Ронин, это был последний запуск! - запротестовал Маркел.

- Последний для Азенкура, - поправил Даниэльсен. - У нас все еще есть резервные капсулы. В любом случае, - он пожал плечами, - все каналы управления огнем находятся прямо здесь, на Альфе. Если нам придется вносить какие-либо коррективы, они пойдут отсюда.

- Но...

Даниэльсен подумал, что к чести Маркела, его забота о флотском персонале на борту его космических станций была искренней. Конечно, его беспокойство по поводу того, что случится с теми же космическими станциями, если Азенкур не сработает, или если Лига выяснит, откуда взялись беспилотники, было еще более искренним. Хотя его трудно за это винить. Этот человек всю свою жизнь трудился, чтобы создать свою корпорацию, и теперь, возможно, все это вот-вот полетит в тартарары.

С другой стороны, у Маркела было гораздо больше шансов, что вся его тяжелая работа и пот не пойдут прахом, когда за дело берется Терренс Мерфи.

Даниэльсен был одним из офицеров оперативного соединения 1705, у которого были большие сомнения по поводу службы под началом офицера разведки. В разведку отправлялись некомпетентные или трусливые люди - это все знали.

Но "все", очевидно, ошибались по крайней мере в отношении одного офицера-разведчика.

- Мистер Маркел, мы отключаем все наши активные источники излучения, так что нет причин, по которым Лига должна смотреть в нашу сторону. Но если нам придется активировать команды управления огнем, это может измениться. Так что давайте, уводите отсюда своих людей. Они все отлично справились. С этого момента все зависит от военно-космического флота.

- Вы уверены, коммандер?

- Уверен. И, - Даниэльсен внезапно ухмыльнулся, - я торжественно обещаю, что мы не оставим здесь царапин и вмятин, если сможем!

- Вот за это спасибо.

Маркелу удалось выдавить улыбку, но он также кивнул и быстрым шагом направился к выходу, а Даниэльсен улыбнулся Ронин.

- На самом деле, сэр, старый ублюдок не так уж плох, - ответила Ронин. Главстаршина была из центральников, осталась на службе после того, как отслужила обязательный срок после призыва, и многое повидала. - Должна сказать, он мне нравится больше, чем то, как отреагировали бы на его месте некоторые центральники, о которых я только могу подумать!

- В точку, шеф. Определенно в точку, - признал Даниэльсен.

Он подошел к станции управления огнем, которая была подключена к центральной компьютерной сети управления трафиком Гоибниу Альфа. Он был уверен в ее установке настолько, насколько это было возможно, но это не означало полной уверенности. Тем не менее, в ходе пробных запусков станция показала себя в соответствии со спецификациями, и, скорее всего, им в любом случае не потребуется существенно корректировать порядок стрельбы капсул. Он потер бровь, глядя на тактическую схему.

Последние три волны дронов были отчетливо видны его собственным сенсорам, их ускорение достигало 3,9 км/с2. Это составляло лишь половину их максимального ускорения при использовании катушек Гауптмана, которые были включены в их конструкцию, и было достаточно низким, чтобы они были практически невидимы для датчиков Лиги на таком расстоянии. Однако очень скоро они снизили ускорение. Они разогнались так только для того, чтобы нагнать первые запуски роя беспилотников.

На самом деле не было никакой технической причины, по которой сильно модифицированные дроны должны были запускаться с пусковых установок космической станции. Первоначальное ускорение было почти бесконечно малым по сравнению с тем, которое их катушки могли поддерживать в течение десяти часов до исчерпания энергии. Но старые, перепрофилированные пусковые установки все еще имели оригинальные схемы управления огнем военного флота и каналы передачи данных, которые были важнейшим компонентом планирования адмирала Мерфи.

Если бы им пришлось посылать резервные капсулы, они бы не использовали пусковые установки. Резерв, расположенный в космосе вокруг Гоибниу Альфа, был бы менее точным без передачи данных перед запуском на их полезные нагрузки, и он, несомненно, был бы запущен одним залпом, с самого начала используя катушки Гауптмана, потому что не был бы сюрпризом, которым должен стать Азенкур.

Это и должно было стать сюрпризом, Ульф, - напомнил он себе. - Так и должно было быть.

Это было интересно, подумал он. Если Мерфи справится с этим, он, вероятно, только что произвел революцию в стратегии защиты звездных систем, и это было чертовски просто. Недешево, но просто. Что было еще одной отличной причиной не дать представителям Лиги выяснить, откуда взялись атакующие ракеты. Нет смысла давать им советы о том, как в будущем сделать то же самое с Федерацией!

- Ну что ж, Эви, - сказал он. - Как говорится в каждой плохой военной голограмме, которую когда-либо делали: "теперь мы ждем".


* * *


- Через тридцать секунд "Точка удачи", сэр, - объявил коммандер Мирвани, и Мерфи посмотрел на О'Хэнрати. "Иштар" и "Гильгамеш" "бежали" уже более часа и десяти минут, и их скорость достигла 60 000 километров в секунду. С другой стороны, скорость преследующих кораблей Лиги вернулась к 113 200, безжалостно сокращая пространство между ними.

- Есть какие-нибудь признаки присутствия "Молота"?

- Нет, сэр. - Начальник штаба покачал головой. - Ну, это не совсем так. Мы улавливаем небольшой тепловой след, но кораблям Лиги будет чертовски сложно его обнаружить, даже если они будут его искать. Хотя, должен сказать, я так не думаю. - Он ехидно улыбнулся. - Они движутся почти по тому вектору преследования, который вы предсказали.

- Мы предсказывали, Гарри. Мы предсказывали, - почти рассеянно поправил Мерфи, глядя на график.

На самом деле в этом предсказании не было особого предвидения, размышлял он. По крайней мере, если командующий Лигой хотел поймать "Иштар" и "Гильгамеша". Но он рассчитывал на меньшие силы противника и надеялся, что у командующего Лигой хватит ума не разделять свои силы. Если мобильных защитников Нью-Дублина удастся уничтожить или отогнать, Кранн-Бетад всегда можно будет атаковать позже. Так зачем же растрачивать свою боевую мощь, когда в этом не было необходимости?

Он спланировал свой "вектор отхода", чтобы побудить сверхсветовые корабли флота Лиги преследовать его. В конце концов, кто мог отказаться от уничтожения пары авианосцев? Конечно, их векторы пересеклись бы на расстоянии более 13,3 световых минуты от Кранн-Бетада, и скорость флота Лиги относительно планеты - его скорость прохождения относительно планеты - составила бы почти 120 000 километров в секунду. Ни одна ракета не обладала ускорением и выносливостью, достаточными для снижения и доли такой скорости, поэтому, пока они не смогут затормозить, остановиться и вернуться в зону действия, Кранн-Бетад и его люди будут в безопасности от них.

Но эта другая проклятая тройка...

Я должен был показать им, по крайней мере, еще один сверхсветовой корабль, - мрачно подумал он. - По крайней мере, один. Я не рассчитывал, что у них будет так много собственных авианосцев, что они не побоятся "распылить" боевую мощь, чтобы справиться всего с двумя нашими.

- Каково положение их второго подразделения, Гарри? - тихо спросил он.

- Все еще снижают скорость, - ответил О'Хэнрати. - Они нацелились на точку в десяти световых минутах от Кранн-Бетада. С точки зрения Азенкура, не идеально, но чертовски хорошо.

- Но хватит ли Азенкура? - голос Мерфи был слишком тихим, чтобы его мог услышать кто-то еще, и О'Хэнрати посмотрел на него.

- Я не знаю, - откровенно признался он. - Но я точно знаю, что эти кровожадные ублюдки пострадают гораздо сильнее, чем они могли себе представить. И, по крайней мере, мы оставили страховой полис.

Мерфи внутренне содрогнулся при этом напоминании. Но на его лице ничего не отразилось. Он посмотрел на Мирвани, и его голос звучал спокойно и уверенно.

- Развертывание по плану, Рэйли.


* * *


- Они будут в зоне досягаемости через двенадцать минут, второй адмирал, - сказала капитан Ран.

- Очень хорошо. Развертывайте наездников. - Син Сюэфэн злобно улыбнулась. - Пришло время показать зубы Дракона.

Это было бы неплохо для видеотрансляций, - подумала она, стоя в центре флагманского мостика "Нювы", подбоченившись и положив правую руку на рукоятку пистолета в кобуре.

- Немедленно, мэм.

Большие авианосцы прекратили разгон, и пятнадцать секунд спустя сорок восемь линейных кораблей класса Хуан Ди и пятьдесят линейных крейсеров класса Хоу И сорвались с места и развернулись в боевой порядок, в то время как сверхсветовые корабли изменили ускорение, чтобы избежать боя. Вряд ли что-либо из того, что было у двух авианосцев Федерации и их наездников, могло пройти мимо девяноста восьми крупных кораблей, которые она только что задействовала, но не было смысла рисковать. Без сомнения, сверхосторожный Тан одобрил бы это, презрительно подумала она.


* * *


- Пошлите сигнал Азенкур, лейтенант Мастроянни, - сказал Мерфи, не отрывая взгляда от главного экрана, в то время как расстояние между ними неуклонно сокращалось.


* * *


Разрыв между "Нювой" и наездниками быстро увеличивался по мере того, как они продолжали двигаться по баллистической траектории, а скорость авианосца снижалась с темпом 8,83 км/с2, и Син переключала свое внимание между хронометром и графиком, по мере того как проходили минуты. Феды скоро запустят своих собственных наездников. Они должны были это сделать, если у них была хоть какая-то надежда выжить под градом ракет ее собственных кораблей. Не то чтобы это помогло им, что бы они ни предприняли. Все зависело от численности, и численность была на ее стороне. Примерно через...

- Сигнатуры Гауптмана! - внезапно рявкнула офицер слежения. Син повернулась к лейтенант-коммандеру с недоверчивым выражением на лице.

- Они пока не могут запускать! - рявкнула она.

- Нет, мэм, - коммандер Цзян подняла голову, широко раскрыв глаза. - Я только что заметила вспышку. Это больше похоже на сигнал беспилотника, чем на ракету.

- Беспилотники? Здесь?

- Да, мэм. Почти прямо перед нами.

Син нахмурилась. Это было нелепо. Единственный способ, которым дроны могли оказаться прямо на пути ее замедляющихся носителей, состоял в том, что Мерфи запустил их на добрых пятнадцать минут раньше, а зачем бы ему это делать? Или просто выронил их на бегу и позволил ей догнать себя? Но это тоже не имело никакого смысла. Это было не так...

- Запуск ракет! - закричала Цзян. - Дистанция двести...

Вселенная взорвалась.


* * *


Система вооружения, созданная Терренсом Мерфи, была большой, уродливой и нескладной. Ее происхождение от старого Марк 37 было очевидно любому, кто смотрел, но она была на двадцать пять метров длиннее, чем даже Марк 37. Она сохранила то же поперечное сечение, но инженеры Нью-Дублин Экстракшен хотели увеличить вместимость, поэтому они значительно переработали носовую часть корпуса. Мерфи предложил свои собственные изменения, и в результате получился самоходный "грузовой беспилотник", оснащенный тремя противокорабельными флотскими ракетами Биджали.

Верфи Нью-Дублина работали круглосуточно, выпуская как модифицированные грузовые дроны, так и загружая в них ракеты. Изготовление собственных боеприпасов без специального разрешения правительства нарушало по меньшей мере шесть правил, два из которых теоретически карались смертной казнью - пункт, который капитан Липшен с некоторым трудом включил в свои отчеты для генерального инспектора. Мерфи понимал, почему военный флот, возможно, неохотно разрешает системам Окраины производить самое современное вооружение. Никогда не знаешь, когда кто-то из них решит, что с него, наконец, хватит, и "перестанет подчиняться". Если дать ему возможность дать отпор, когда в дело вступят военный флот и космическая пехота, чтобы показать ошибочность его действий, это, вероятно, будет плохо.

Однако это не означало, что у них не было средств для их производства, и модернизированные верфи в Нью-Дублине с готовностью взялись за дело, как только поняли, что он настроен серьезно. Перепрофилированные автоматизированные производственные линии также начали изготавливать их более четырех месяцев назад, и "Иштар" и "Гильгамеш" уже закрепили по паре грузовых контейнеров на двух своих стойках для наездников. В каждом контейнере находилось сто тридцать два модифицированных беспилотника, и Мерфи разместил все пятьсот двадцать восемь в "Точке удачи", запрограммировав их на ведение огня, когда дистанция сократится до 250 000 километров. Если бы авианосцы Лиги следовали доктрине, они бы развернули своих наездников задолго до этого момента... и они это сделали.

Это означало, что беспилотники находились между наездниками - и всеми их системами противоракетной обороны - и сверхсветовыми кораблями Дракона Альфа и Дракона Бета.


* * *


Полторы тысячи ракет полетели прямо в лицо Син Сюэфэн. Ни одна из них не была оснащена боеголовками радиоэлектронной борьбы или активного наведения. На каждой ракете Биджали была установлена либо лазерная, либо кинетическая боеголовка, а их сенсоры были отключены и включали пассивное слежение с момента запуска контейнеров.

На таком коротком расстоянии и при такой высокой скорости сближения - авианосцы Син уничтожили бы контейнеры чуть более чем за две секунды - высокая точность была маловероятна. С другой стороны, Син была права, когда говорила, что все дело в количестве. Она просто ошибалась насчет того, на чьей оно стороне. Экипажам противоракетной обороны сверхсветовых кораблей было предоставлено не больше времени для совместных тренировок, чем остальному персоналу флота Дракона. Впрочем, это не имело особого значения, потому что, даже если бы они были так же великолепно обучены, как экипажи Тан Цяна, у них буквально не было времени среагировать. Если бы Син приняла меры предосторожности и включила свою систему противоракетной обороны, у компьютеров, возможно, было бы время, чтобы отразить хотя бы часть приближающегося огня, но она знала, что находится в безопасности за пределами досягаемости презираемых федов. Ее команда была всего лишь людьми, такими как коммандер Цзян. У них было время - едва заметное, мимолетное - осознать, что с ними произошло, и тут это обрушилось на них.

В переводе с хинди Биджали означает "удар молнии", и в тот ужасный момент "молнии" Терренса Мерфи оправдали свое название.

Восемьсот двенадцать лазерных зарядов взорвались как один, вонзив свои лазеры с накачкой взрывом глубоко в корпуса кораблей и людей внутри них. Семьсот восемьдесят четыре ядерных боеголовки были выпущены на крошечную долю секунды позже. Шестнадцать из них на самом деле были уничтожены кинетическими снарядами; остальные взорвались адскими пузырями, работающими на термоядерном топливе, и флот Дракона вспыхнул, как трут в сердце печи.

Не было времени на уклонение, не было времени на активную оборону - не было времени даже на то, чтобы закрепить боевую амуницию, - и шестикилометровые корабли с мощной броней раскачивались, как галеоны, попавшие в пасть урагана.

Корпуса разлетались вдребезги, атмосфера вырвалась через зияющие дыры, оружие, сенсоры и стойки наездников были сметены, расколоты, превращены в шрапнель и обломки, а простые смертные люди, оказавшиеся на пути разрушения, были сметены, как мотыльки паяльной лампой.

Все произошло так быстро, что большинство людей погибли, не успев ничего узнать, но им повезло. Тем, кто не оказался запертым в разрушенных отсеках, истекая кровью и без шансов на помощь. Тем, кто не сгорел в результате внезапного пожара, вспыхнувшего прежде, чем успел выйти воздух. Кто не был застигнут врасплох в разгерметизирующихся отсеках без шлемов, потому что, как и их адмирал, знали, что находятся вне досягаемости федов. И тем, кого не сбило с ног, не выбросило из командирских кресел, не сломало руки и ноги - или не раздробило позвоночники и черепа, - когда жестокая контузия проникла в кости их кораблей.

Авианосцы "Ао Цинь", "Сежжи", "Хуанглонг", "Шу" и прежний флагманский корабль Син "Чэнь Цинчжи" погибли почти мгновенно. Какое-то мгновение "Сюаньво" казался неповрежденным, но затем весь его корпус распался в огненной волне внутренних взрывов. "Баллонг" на баллистической тяге устремился в глубины межзвездного пространства, двигатель Фассета был разбит, а семьдесят процентов экипажа погибло.

На самом деле выжили только "Нюва" и "Пангу". Возможно, больше как обломки, чем космические корабли, но они выжили, и их двигатели Фассета действовали.


* * *


Син Сюэфэн с трудом поднялась на ноги, сломанная левая рука свисала вдоль тела, из глубокой раны на голове текла кровь, и она недоверчиво уставилась на отвратительный сюжет. Обе оперативные группы разбиты - не просто разбиты, а вдребезги - менее чем за мгновение. Это было невозможно.

Дисплеи "Нювы" замерцали, когда целые квадранты погасли, а схема контроля повреждений превратилась в море багрового цвета. Син не могла запомнить слишком много кодов повреждений, но ей и не нужно было этого делать. Даже ее уцелевшие авианосцы представляли собой не более чем неуклюжие обломки.

- Максимальное торможение, - услышала она свой голос. Никто не ответил. - Ран! Черт возьми, я приказала "максимальное торможение"...

Она яростно повернулась к своей начальнице штаба и остановилась на полуслове. Ран Ен Ги тоже не была пристегнута к своему креслу. Она ударилась головой о консоль, и ее раздробленный череп вывернулся под невероятным углом.

Син пробралась к пульту связи на командной палубе через мостик, заваленный неподвижными телами и другими, которые корчились и кричали. Она хлопнула здоровой рукой по экрану, и он ожил.

- Капитан Дин! - рявкнула она.

- Я... я боюсь, что капитан мертв, второй адмирал, - сказала лейтенант, с которой Син никогда не встречалась. - Я думаю... - Молодая женщина замолчала и покачала головой, как боец, которому только что нанесли удар. - Думаю, что у меня все в порядке с управлением, мэм.

- Переходим на один-девять-ноль, один-восемь-ноль и даем максимальное торможение! - приказала Син.

- Но, мэм... Наездники...

- Наездники сами по себе, - проскрежетала Син. - У нас нет стоек, чтобы их отловить. А даже если бы и были, мы не можем рисковать и нарваться на еще одну засаду, пытаясь это сделать! Это понятно, лейтенант?

- Да... да, мэм.

- Тогда сделайте это. И есть ли у нас офицер связи?

- Это поручено главстаршине Сюню, мэм. Боюсь, командир...

- Да! Да, я понимаю, - прервала ее Син. - Пусть он соединит меня с четвертым адмиралом Се.


* * *


Четвертый адмирал Се Пен в ужасе уставился на свой тактический дисплей на борту линкора "Тидишен". Только что на экране были показаны две эскадры авианосцев в полном составе. А в следующее мгновение... кровавая бойня. Как, во имя всех богов, феды это сделали? Сначала они перехватили и уничтожили сингулярные коллекторы остальных авианосцев флота Дракона, а теперь еще и это! Кем был этот Мерфи и какой демон его породил?!

Он нуждался в ответах на эти вопросы, и они были нужны ему очень сильно, потому что "Тидишен" был флагманом 183-й эскадры, главной эскадры "Нювы". Это оставляло Се тактическим командиром сил наездников, и теперь, когда их авианосцы были разбиты...

- Сэр, вас спрашивает второй адмирал, - голос офицера связи звучал так же ошеломленно, как и у Се.

- Конечно, - сказал Се.

Он был удивлен, что Син все еще жива, учитывая, насколько сильно была повреждена "Нюва". Ускорение сверхсветового корабля снизилось, что говорит о том, что он получил повреждения привода Фассета, и вокруг него образовался ореол, указывающий на серьезную пробоину в корпусе. Но, похоже, ее флагманский мостик уцелел. Он отнесся к этому немного неоднозначно, потому что на самом деле не очень-то ждал приказов Син. К сожалению, у него не было выбора, и он перешел на командный пост на флагманском мостике "Тидишена".

- Четвертый адмирал, - сказала Син, как только увидела его. - Крайне важно, чтобы вы продолжили атаку. Нажимайте на цель! Нельзя позволить авианосцам федов ускользнуть. Это ясно?

К этому времени расстояние составляло более двух световых секунд, и она вытерла кровь со лба, пережидая задержку передачи.

- Конечно, мэм, - ответил Се. - Но как мы собираемся возвратить наши субсветовые единицы?

- Мы не можем, - резко сказала Син пять секунд спустя. - Возможно, у "Нювы" и "Пангу" есть три исправных стойки, но я в этом сомневаюсь. Мы должны вывести их отсюда и вернуть на базу для ремонта.

- Но если вы не сможете вернуть нас...? - голос Се затих.

- Мы не можем вернуть вас сейчас, - сказала Син. - Но у меня есть ваш вектор. Я отправлю спасательный отряд, чтобы забрать ваши корабли - или, по крайней мере, ваш персонал - как только вернусь на Дию. У вас на борту более чем достаточно средств жизнеобеспечения при большой долговечности, чтобы продержаться до тех пор, пока мы не найдем вас и не доставим домой.

Се уставился на нее, задаваясь вопросом, понимает ли она, насколько безумно это звучит. И еще сильнее задаваясь вопросом, настолько ли она безумна, чтобы ожидать, что он поверит хоть одному ее слову. Единственными неповрежденными авианосцами, которые остались у флота Дракона, были носители третьего адмирала Тана, и у него не было и малой доли грузоподъемности - или жизнеобеспечения - для спасения кораблей и людей Се.

- Знаю, что это не то, чего мы ожидали, - продолжила Син, - но я полагаюсь на вас, Пэн. Вся Лига зависит от вас. Я знаю, что вы нас не подведете.

- Конечно, нет, мэм, - сказал Се. Это было все, что он мог сказать.

- Молодец! А теперь, боюсь, мне пора идти. Мы все здесь немного... заняты.

Дисплей коммуникатора погас.


* * *


Возгласы и приветствия на борту КФЗФ "Иштар" оглушили Терренса Мерфи, когда тактические дисплеи заполнились показаниями разрушительного удара беспилотников "Альфа". Он уставился на главный экран, в то время как Харрисон О'Хэнрати хлопал его по спине.

- Их семь! - прокричал ему в ухо начальник штаба. - Семь ублюдков - абсолютно убиты! Боже мой, Терри! Семь!

Мерфи кивнул, все еще пытаясь переварить услышанное, и часть его съежилась, когда он подумал о девяти или десяти тысячах мужчин и женщин, которых он только что убил.

- И, похоже, выжившим тоже досталось. Посмотрите на эти цифры ускорения! Лига уже несколько десятилетий не получала такого пинка под зад! - ликовал О'Хэнрати. - Это изменило ход войны! Мы только что перевернули всю их генеральную стратегию с ног на голову! Это был их сокрушительный удар, их решающий сюрприз, нож, который должен был вонзиться нам в спину, а вы просто вырвали у них все внутренности! Они никогда не оправятся от этого!

- Возможно, - сказал Мерфи, наблюдая, как два сильно поврежденных выживших авианосца меняют направление, удаляясь от Нью-Дублина. Он видел, что, несмотря на повреждения, они останутся за пределами зоны действия "Сил Молота". Жаль, что так получилось. А тем временем...

- Возможно, вы правы, Гарри, - сказал он. - Однако у нас все еще есть небольшая проблема.

Он ткнул пальцем в лес значков, все еще движущихся к ним по экрану. Ни одна субсветовая единица не могла сравниться по ускорению со сверхсветовиком, но в этом и не было необходимости. У них была такая высокая скорость, что они не смогли бы не пересечь кильватерную струю "Иштар", даже если бы захотели. И, между прочим, у этих девяноста восьми кораблей было достаточно ракетных установок, чтобы сделать с авианосцами Мерфи то, что он только что сделал с их собственными носителями. Такая возможность всегда существовала.

- Теперь, я думаю, вам лучше поговорить с ними, - сказал О'Хэнрати. - И они уже должны были встретиться с Грейнджер и Трамбле.

- Да, я так и думал. - Мерфи слегка улыбнулся. - Лейтенант Мастроянни, пожалуйста, соедините меня со старшим офицером Лиги.


* * *


- Откуда они взялись? - потребовал начальник штаба Се Пена. - Их здесь быть не может!

Се искоса взглянул на него. В большинстве случаев коммандер Е был хорошим человеком.

- Не думаю, что нам понравился бы ответ на этот вопрос, если бы мы знали, какой он, - сказал четвертый адмирал через мгновение. - Хотя трудно понять, насколько это ухудшает наше положение.

Он посмотрел на экран, где пять новых, неповрежденных сверхсветовых кораблей Федерации только что включили двигатели Фассета. Они находились далеко за пределами дальности, с которой могли бы открыть по нему огонь, но при этом обладали неограниченным ускорением, в две тысячи раз превышающим все, что могли выдержать его экипажи. И он очень сомневался, что их гнезда для наездников пусты.

Мы никак не сможем убежать от них, но Син, безусловно, сможет, с горечью подумал он, наблюдая за удаляющейся иконкой "Нювы" на экране. И если только...

- Извините, четвертый адмирал, - сказал офицер связи "Тидишена".

- Да, Сунь? - Се Пену удалось не оторвать мужчине голову.

- Сэр, у меня для вас сообщение. Это... это от адмирала федов. От адмирала Мерфи.

Се долго и неподвижно смотрел на лейтенанта. Затем его ноздри раздулись.

- Выведите это на мой дисплей. Звук только в моем наушнике.

- Да, сэр!

На экране Се появился гвайло с волевым подбородком и волосами песочного цвета. Взгляд его серых глаз был на удивление жестким и непоколебимым.

- Я адмирал Терренс Мерфи, - говорилось в записанном сообщении. - Я только что уничтожил или вывел из строя все ваши сверхсветовые средства. Для вас нет пути домой, и я очень сомневаюсь, что на вашем секретном объекте найдется достаточное количество носителей, чтобы прилететь и забрать вас, даже если бы ваши командиры заботились о вас настолько, чтобы сделать это. Я полагаю, что к этому времени вы уже наблюдаете сигнатуры Фассета других моих носителей. У нас есть возможность спасти весь ваш персонал. Или выследить вас и уничтожить до последнего корабля. И, учитывая то, что, я уверен, вы планировали сделать с Нью-Дублином, в данный момент это очень заманчиво.

- Итак, вот мое предложение. Вы не будете стрелять по моим кораблям, когда будете проходить мимо. Вместо этого вы сбросите все ракеты и беспилотники, находящиеся на борту ваших кораблей. После этого вы будете снижать скорость эскадрами, так, чтобы каждая эскадра находилась на расстоянии как минимум одной световой секунды друг от друга. А затем вы сдадите свои корабли моим абордажным группам без сопротивления, по мере того как мы будем сближаться с каждой эскадрой по очереди.

- Вам не нужно делать ничего из этого, и вы, несомненно, можете нанести серьезный урон двум авианосцам перед вами, если решите это сделать. Однако, если вы это сделаете, я обещаю вам, что ни один мужчина или женщина под вашим командованием не выживут.

Эти твердые, как агат, серые глаза впились в него, и у Се не осталось никаких сомнений. Это был человек, который спас израненных людей, оставшихся в живых после резни, устроенной Син в Шотландии. Человек, который каким-то образом нашел и уничтожил последние важные компоненты конструкций флота Дракона. И человек, который - каким-то образом - только что организовал невероятную резню готовых авианосцев флота Дракона.

Он говорил искренне, и когда он закончил, в его голосе звучала холодная сталь.

- Выбор за вами.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ


- Задействуйте беспилотники, - сказал Тан.

Флот Лиги обеспечивался разведывательными платформами хуже, чем Федерация. Это был недостаток, о котором он несколько раз говорил оперативным аналитикам адмиралтейства, но они предпочитали сосредоточиться на платформах атаки и противоракетной обороны. Сверхсветовые корабли класса Сунь Цзы, такие как "Цай Шэнь", несли десять дронов (дроны с катушками Гауптмана, как правило, были большими, поэтому никто не мог нести их много), и только один из них представлял собой платформу Ванюньцзин ("Подзорная труба"), оптимизированную для разведывательной миссии. Субсветовые линкоры несли по две таких платформы на каждом, но это было в основном из-за того, что их термоядерным двигателям не хватало ускорения и выносливости звездолета с приводом Фассета. Из-за того, что они были намного медленнее и с меньшим запасом хода, у них было больше шпионов, которых они могли отправлять вперед, так что его загруженные крупные корабли дали бы ему еще более семидесяти двух таких... в конечном счете.

Однако в данный момент все его наездники все еще были на своих местах. Им не хватало топлива для торможения на скоростях, с которыми корабли с приводом Фассета справлялись с легкостью, и он не собирался запускать их, пока его сверхсветовые корабли не снизят скорость и не остановятся относительно Кранн-Бетада. Он также не планировал посылать их туда, пока не узнает точно, что они найдут во внутренней системе. Вот почему оперативный план, который он в конце концов заставил Син принять, требовал оставаться на расстоянии десяти световых минут, пока они тщательно не прочешут местность вокруг Кранн-Бетада, что вернуло его к ощущению нехватки Ванюньцзиней. До тех пор, пока наездники не запущены, их дроны были неработоспособны. что ограничивало его доступ только тремя его носителями - "Цай Шэнь" и его братьями "Сунь Бинь" и "Ли Шицзи".

К сожалению, радиус действия Ванюньцзиня был меньше, чем у Хеймдаллара, его аналога во флоте Федерации. Большой беспилотник Федерации был более современного - и дорогого - дизайна, он мог действовать почти двенадцать часов, в то время как Ванюньцзин - только семь. Это заставляло командиров флота Лиги опасаться расходовать больше этого времени, чем было необходимо, но в данном случае Тан мог распоряжаться ею так, как ему заблагорассудится, потому что его цель никуда не денется.

Дроны отделились от своих кораблей-носителей и продолжили движение по баллистической траектории к Кранн-Бетаду со скоростью чуть более 22 850 километров в секунду, в то время как носители продолжали замедляться при 900 g. Торможение для остановки относительно цели стоило бы дронам сорока девяти минут автономной работы, а Дракон Гамма находился на расстоянии 11,56 световых минуты от планеты, так что они могли двигаться по баллистической траектории чуть более двух часов, прежде чем начать замедляться.

- Второй адмирал уже поймала их, сэр, - тихо заметил Су Чжихао, стоявший рядом с ним. Тан посмотрел на него, и начальник штаба нахмурился. Его взгляд был прикован к индикатору времени. Окончательные результаты будут известны не раньше, чем через тридцать-сорок минут, но Син, должно быть, пересекла кильватер Мерфи пять минут назад.

- Это должны были быть мы, сэр, - с горечью в голосе произнес Су. - Это должны были быть вы. Именно вы создали флот Дракона. И вместо того, чтобы позволить вам вести его в бой, она превратила вас в своего мясника. Вся слава за кампанию достанется ей, а вас обвинят во всей этой крови.

- Достаточно, Чжихао. - Тан говорил тихо, но его тон был резким. Начальник штаба с вызовом посмотрел на него, и Тан пожал плечами. - Мы не можем этого изменить. Мы можем только выполнять свой долг. И после почти шестидесяти лет бойни вокруг было предостаточно, не так ли? Что такое еще одна уничтоженная планета?

Су начал быстро отвечать, затем стиснул зубы и кивнул.

- Конечно, сэр. Мне уже следовало бы знать, что справедливость - это абстрактное понятие.


* * *


- Сигнал от адмирала Мерфи, сэр, - объявил старшина первой статьи Сантолария, и лейтенант-коммандер Даниэльсен оторвал взгляд от экрана, который техники верфи Кранн-Бетад установили на борту Гоибниу Альфа.

- Это Азенкур! - сказал Сантолария.

- Ну что ж. - Даниэльсен с нарочитым спокойствием поставил чашку с кофе на стол. Затем он посмотрел на Ронин. - Наша очередь, шеф?

- Да, сэр. Геометрия не идеальна, но все будет чертовски хорошо, - ответила главстаршина с чувством глубокого удовлетворения. - Мы наблюдаем... вспышки капсул в течение четырех с половиной минут, так что они будут на подходе. Правда, не знаю, насколько это им поможет. - Она сверкнула акульей улыбкой. - Они все еще снижают скорость, а их наездники все еще на стойках. Там не так уж много противоракетной обороны!

- Только между нами, шеф, я рад, что нам не пришлось стрелять до того, как адмирал был готов. Давайте отправим обновление и включим птичек.

- Есть, сэр! - сказала Ронин с широкой и голодной улыбкой.


* * *


- Мы только что обнаружили кое-что... странное, сэр.

- Странное? - Тан отвернулся от экрана. - Что вы имеете в виду, Чжихао?

Дракон Гамма развернул Ванюньцзини восемью минутами ранее, и начальник штаба снова нахмурился. На этот раз с озадаченным выражением лица.

- Это была внезапная передача, сэр. Мерфи, должно быть, отправил ее за восемь или девять минут до того, как второй адмирал встретила его, и он отправил ее без промедления.

- Все в порядке? - что-то дрогнуло глубоко внутри Тана. Сигнал от Мерфи в последние минуты перед тем, как на него напали превосходящие силы противника? Что могло быть такого важного?..

- Да, сэр. Мы не уверены, кому оно было адресовано - на таком расстоянии сигнал расходится так широко, что это мог быть практически кто угодно, - и там не было ни заголовка, ни адреса. На самом деле, это было всего лишь одно слово. Или, я полагаю, это слово, в любом случае.

- Вы предполагаете, что это слово?

- Ну, если это и так, то его нет ни в одном языке, о котором я когда-либо слышал.

- Что это? - спросил Тан немного нетерпеливо.

- Это семь символов, сэр, стандартный алфавит: А-З-Е-Н-К-У-Р.

Тан моргнул.

- Это какая-то тарабарщина, - сказал он. - Может быть, это какой-то код для замены букв?

- Не знаю. Лейтенант Ху прогоняет это через компьютеры, но пока ничего.

Тан потер подбородок, сосредоточенно нахмурившись, затем резко выпрямился и повернулся к лейтенант-коммандеру Юаню, оперативному офицеру Дракона Гамма.

- Прекратите торможение, - сказал он. - Мне нужен альфа-запуск наездников прямо сейчас.

- Сейчас, сэр? - в голосе Юаня прозвучало удивление. Дракон Гамма все еще находился почти в двух миллионах километров от запланированной точки атаки с непогашенной остаточной скоростью 5 636 километров в секунду.

- Сейчас. - Тон Тана был резче, чем раньше. - Мерфи никому не посылал любовных писем непосредственно перед тем, как Син взорвала его корабли в космосе! Одно слово - или что бы это ни было, черт возьми, - это все равно не сообщение. Это код для выполнения.

Юань мгновение смотрел на него, затем начал отдавать приказы по коммуникатору. Индикаторы состояния мигали и менялись на табло готовности, когда "Цай Шэнь", "Сунь Бинь" и "Ли Шицзи" внезапно отключили свои двигатели, и наездники взлетели со своих мест на одиннадцать минут раньше запланированного. Они взмыли в космос, уходя от внезапно ставших баллистическими носителей с ускорением в десять раз больше нормальной силы тяжести. Альфа-запуск был экстренным маневром, который люди Тана тщательно отработали, и экран внезапно покрылся алмазной пылью, когда они развернули свои защитные беспилотники.

Су посмотрел на табло, затем на Тана.

- Что это за код, сэр? - спросил он.

- Не знаю, - нахмурился Тан.

- Какая-то ловушка? - Су потер бороду, в глазах его было беспокойство.

- Я не знаю, - повторил Тан. - А если и есть, то не могу придумать ни одной разумной причины, по которой кто-то мог бы попытаться согласовать это - связать с приказом о выполнении - с расстояния в половину светового часа!

- Может быть, они собрали еще несколько ракет, подобных той, что использовали против нашей последней атаки? - Су сильнее потер бороду. - Нет. В этом нет никакого смысла. Мы все еще слишком далеко - их птичкам потребовалось бы больше двадцати минут, чтобы долететь до нас!

Тан кивнул. Это было именно то, что Нью-Дублин сделал во время последней атаки Лиги, но им это сошло с рук только потому, что коммодор Яо был идиотом, который бросился в атаку с наименьшим запасом времени и оказался прямо на пути роя ракет. Но Су был прав насчет времени их полета, и они будут баллистическими с того момента, как перегорят их катушки Гауптмана, через шестьдесят секунд после запуска, до включения термоядерных двигателей в трех минутах от цели. Это давало Дракону Гамма семнадцать минут на уклонение при ускорении 900 g, и это означало, что они могли с невероятной легкостью уклониться от любого ракетного удара с Кранн-Бетада.

- Не знаю, - сказал он в третий раз, - но что бы это ни было, я не позволю им поймать нас со спущенными штанами. - Он наблюдал за субсветовыми кораблями, расположившимися защитной полусферой между своими авианосцами и внутренней частью системы. - Может быть, я зря беспокоюсь, но у нас достаточно времени и расстояния для работы, и я не собираюсь торопить события, по крайней мере, до тех пор, пока мы не получим вестей от адмирала Син. Что, - он взглянул на дисплей с указанием времени, - должно произойти примерно через четыре минуты.

- Это просто кажется таким... безумным поступком для Мерфи в такое время, - сказал Су.

- Я знаю, - мрачно сказал Тан. - Вот почему это меня беспокоит, я...

- Третий адмирал!

Это был Юань, и Тан обернулся, услышав неподдельный шок - ужас - в голосе лейтенант-коммандера. Он открыл рот... и застыл, его собственные глаза широко раскрылись, когда он увидел главный экран.

Зеленые значки с надписями "Ао Цинь", "Сежжи", "Чэнь Цинчжи", "Хуанглонг", "Шу", "Сюаньво" и "Байлонг" исчезли. Их просто... не стало. Остались только "Нюва", "Пангу" и развернутые наездники Драконов Альфа и Бета, и векторы движения сверхсветовых носителей изменились, когда он увидел, как они начали отчаянно ускоряться, удаляясь от двух кораблей, которых преследовали последние два часа.

- Что, черт возьми, они сделали? - потребовал Тан.

- Мы... мы не знаем, - сказал Юань. - Это просто... случилось.

- Датчики дальнего действия ничего не зафиксировали?

- Мы ничего не заметили на пассивных устройствах, сэр, - голос Юаня звучал ошеломленно. - Ни о чем. До... этого.

Он нажал команду повтора, и кровь Тана застыла в жилах, когда внезапная, жестокая, совершенно катастрофическая вспышка массированных ядерных взрывов поглотила пространство вокруг авианосцев Син, словно недолговечное солнце. Это было похоже на вспышку старомодного фотографа, сверкающую в пространстве - так быстро и так внезапно, - а потом остались только "Нюва" и "Пангу".

Ракеты. Это, должно быть, были ракеты. На таком расстоянии они бы не засекли сигнатуры Гауптмана. Но как Син их пропустила? Если уж на то пошло, она задействовала своих наездников. Как, черт возьми, федам удалось нанести такой сокрушительный альфа-удар сквозь строй субсветовых кораблей, не потеряв ни одной ракеты? И при этом наездники не обнаружили ни одной из них до того, как были сбиты авианосцы? Это было...

Это случилось полчаса назад, - произнес тихий голосок в глубине его сознания. - Полчаса назад. Ты не можешь позволить этому парализовать тебя сейчас, Цян!

Он был офицером флота. Всю свою профессиональную карьеру он провел, приспосабливаясь к задержкам в сигналах о скорости света и данных датчиков. Но, как он понял, это никогда не было для него таким тяжелым ударом.

- Думаю, хорошо, что вы запустили наездников, - сказал капитан Су, стоявший рядом с ним.

- Не похоже, что это принесло Син какую-то пользу, - резко заметил Тан.

- Нет, но вы не она, - сказал начальник штаба.

- Может, и нет, но...

Тан оборвал себя на полуслове и потряс головой, чтобы прочистить мозги.

- Проследите, чтобы это было передано всем нашим субсветовым подразделениям, - сказал он более решительно. - Скажите им, что мы не знаем точно, как это произошло, но все они должны быть начеку.

- Да, сэр!

- И тогда нам с тобой нужно будет начать рассматривать все возможные варианты, - сказал Тан, понизив голос. Су посмотрел на него мгновение, затем кивнул. "Нюва", возможно, выжила; это не обязательно означало, что выжила Син, и если Тан сейчас командует тем, что осталось от флота Дракона...

- Понял, сэр, - сказал он так же тихо.


* * *


- Третий адмирал, у нас сообщение, - сказал коммандер Ван. - Это от второго адмирала Син, лично для вас. Только для ваших глаз.

Тан оторвался от своего разговора с Су. Прошло шесть минут с тех пор, как поступили данные с датчиков на скорости света об уничтожении Дракона Альфы и Беты. Он взглянул на своего начальника штаба, затем кивнул офицеру связи.

- На моем дисплее, - коротко бросил он, опускаясь в свое командирское кресло. Су начал отворачиваться, но Тан быстро покачал головой, и начальник штаба остановился.

Син Сюэфэн появилась на маленьком дисплее связи на месте Тана. Ее волосы слиплись от крови, на одной щеке уже был синяк и припухлость, а глаза были дикими.

- Это была ловушка! - заявила она без предисловий. - Они заманили нас на какое-то развернутое ракетное поле. Наши капитаны-идиоты даже не ожидали, что это произойдет! Я приказала Се уничтожить их авианосцы, но "Нюва" и "Пангу" серьезно повреждены. Они не могут принять наездников, и я должна доставить их оба обратно на Дию для ремонта. Я оставляю вас за главного. Уничтожьте их гребаную планету - сожгите ее дотла; я хочу, чтобы там остался только шлак, когда вы закончите! - а потом посмотрим, что вы сможете сделать, чтобы собрать как можно больше людей Се. Син закончила.

Экран погас. Тан сжал челюсти и услышал, как Су резко вздохнул рядом с ним.

- Сэр, - сказал начальник штаба, - мы никак не сможем вернуть все эти корабли. Даже если бы у нас были стойки или системы жизнеобеспечения для этого, мы...

- Сигнатуры Фассета! - Юань внезапно прервал отслеживание и резко обернулся. - Пять сигнатур Фассета, - продолжил оперативный офицер. - Они только что появились.

Тан взглянул на схему. На ней больше не было двух сверхсветовых кораблей Федерации. Их стало семь.

- Это невозможно, сэр, - очень, очень тихо сказал Су Чжихао. - Семь авианосцев федов в одной системе Окраины, такой как Нью-Дублин? Это должно быть что-то еще, какой-то трюк. Может быть, грузовые суда притворяются авианосцами?

- И откуда в Нью-Дублине могли взяться семь грузовых судов? - спросил Тан, в то время как его мозг пытался справиться с информационной перегрузкой.

- Но если у Мерфи их было семь, зачем было бросать пять из них на всем пути к черту на кулички и отправляться туда? - спросил капитан.

- Я не знаю, где он их раздобыл, но они не "катятся ко всем чертям". Это именно то, к чему он стремился с самого начала, и они находятся снаружи предела Пауэлла, где могут развить максимальное ускорение. Син была права. Это была ловушка. - Тан сильно нахмурился, наблюдая, как новые векторы проецируются на экран, затем кивнул. - Он хотел отвлечь нас от Кранн-Бетада. И это то, что он сделал, по крайней мере, с Альфой и Бетой. Они никогда не входили в зону поражения планеты, так что не могли достать ее даже баллистическими ракетами. Это сработало не идеально - похоже, "Нюва" и "Пангу" все еще могут уклониться от них, - но, черт возьми, этого было достаточно. И взгляните на математику. При восемнадцати сотнях g они могут обогнать нас и перехватить до того, как мы уйдем в червоточину, если не уберемся отсюда в течение следующего часа или около того.

- Но если бы мы не заглотили наживку... - медленно произнес Су. - Он оставил Кранн-Бетад совершенно беззащитным, если бы мы не погнались за ним!

- Не преследовать пару авианосцев федов? - Тан фыркнул. - Когда вы в последний раз видели командира Лиги, который не ставил бы задачу поимки авианосцев выше того, чтобы нанести удар по захудалой окраинной планете, к которой он всегда мог вернуться и разнести ее позже? И если бы я был командиром, это тоже сработало бы.

Его голос звучал ровно. Глаза Су сузились в знак протеста, и начальник штаба открыл было рот, но Тан оборвал его.

- Конечно, сработало бы! - с горечью сказал он. - Я пытался уговорить Син не разделять наши носители, и если бы она согласилась, мы бы попали под удар вместе с ней.

- Итак, эта охочая до славы сучка наконец-то сделала что-то правильное, - сказал Су.

- Можно и так сказать, и по совершенно неправильным причинам. Но, - взгляд Тана заострился, - вы правы. Если бы мы не клюнули на приманку, Кранн-Бетад был бы совершенно беззащитен. Если только это так.

- Сэр? - тон Су был игривым, но он явно отставал от своего адмирала.

- Человек, который смог все это устроить, не оставил бы Кранн-Бетад без защиты, - сказал Тан. - Так что же он сделал в...

- Сигнатуры Гауптмана! - внезапно сказал лейтенант-коммандер Юань. - Много сигнатур Гауптмана! Ноль-ноль-два, ноль-ноль-пять, дальность четырнадцать и семь десятых миллиона километров. Скорость два-два-восемь тысяч километров в секунду, ускорение восемь-ноль-ноль g и приближаются!


* * *


Тан Цян был прав: план Терренса Мерфи сработал не идеально.

Все пошло гораздо лучше, чем он на самом деле ожидал, когда они с О'Хэнрати сводили все воедино.

В идеальной вселенной все сверхсветовые корабли флота Дракона преследовали бы "Иштар" и "Гильгамеша" и попали бы в ловушку. Была ли бы столь же разрушительной внезапная атака, охватившая все двенадцать авианосцев Син, - это другой вопрос. Однако это все равно было бы разрушительно, и скрытые носители Сил Молота были бы там, чтобы разнести все по кусочкам, если бы они продолжали наступать.

Но это была не единственная оперативная альтернатива, которую он придумал. Если бы авианосцев Лиги было меньше, он бы настоял на своем вместе с "Иштар" и "Гильгамешем", используя их грузовые контейнеры с беспилотниками для усиления огня с Гоибниу. В этом случае он попытался бы ударить по ним подальше, а затем вывел бы Грейнджер и Трамбле с периметра, чтобы отрезать им путь к отступлению.

Он не решился на такой риск против двенадцати сверхсветовых кораблей. Слишком велики были шансы, что по крайней мере некоторые из них - или их наездники - выживут, чтобы нанести сокрушительный баллистический удар по Кранн-Бетаду. И он был так же уверен, как и Тан, что ни один адмирал флота Лиги, достойный своих звезд, не упустит шанса использовать все свои собственные сверхсветовые корабли, чтобы догнать и уничтожить два корабля Федерации.

Амбиции второго адмирала Син - и ее мелочность - помешали этому, а это означало, что "страховой полис", которым Мерфи надеялся никогда не воспользоваться, стал последней надеждой Кранн-Бетада. Космические станции Гоибниу запустили не так много беспилотных летательных аппаратов, как "Иштар" и "Гильгамеш", которые оказались на пути Дракона Альфы и Беты. Отчасти потому, что у них было не так уж много пусковых установок, но также и потому, что, несмотря на весь энтузиазм и неустанный труд Нью-Дублина, у Мерфи их просто было не так много, как ему хотелось бы.

Таким образом, космические станции развернули "всего" триста двадцать единиц, но они были запущены неравномерными волнами. Ведущая волна после запуска разогналась до восьми g; заключительная волна разогналась до двухсот g, а затем замедлилась, как только поравнялась с лидерами. Все триста двадцать достигли одинаковой скорости чуть более чем в восьми световых минутах от старта, в одной световой минуте от орбиты Кранн-Бетада, при конечной скорости 47 533 км/с.

Они достигли этой точки за тридцать девять минут до того, как Син встретилась с их братьями и сестрами, и продолжили движение наружу. Если бы все прошло идеально, Даниэльсен отдал бы команду на запуск ракет, как только дроны вошли в зону действия своих ракет Биджали, как раз перед тем, как они затормозили почти до упора и были почти готовы задействовать свои ракеты, и в этот момент его носители были бы так же уязвимы, как и у Син.

Но Мерфи знал, что пассивные сенсоры Тана обнаружат то, что произошло с Син, почти в тот же момент, что и сенсоры Даниэльсена... И потребуется не менее шестнадцати минут, чтобы лейтенант-коммандер Даниэльсен отдал приказ беспилотникам о запуске. Если бы адмирал Лиги не был идиотом, он бы задействовал своих наездников, как только был предупрежден об опасности, и поэтому Мерфи отправил код выполнения за шесть минут до фиаско Син. Это должно было дать сигнал Даниэльсену об атаке.

К несчастью для Земной Федерации в тот день, инстинкты Тан Цяна оказались слишком хороши для этого.


* * *


Триста двадцать модифицированных дронов разогнались до восьмисот g, когда они бросились на Дракона Гамма. Это ускорение было ниже, чем у корабля с двигателем Фассета, даже здесь, далеко внутри предела Пауэлла для Нью-Дублина. Но их базовая скорость сближения уже составляла почти 48 000 километров в секунду, и каждую секунду она увеличивалась на 7,84 километра в секунду, когда они неслись к кораблям Тана подобно смертоносным метеорам, несущим разрушение.

Но Дракон Гамма не был Альфой или Бетой... и Тан Цян не был Син Сюэфэн. Большинство его подчиненных служили под его командованием долгие годы. Они знали его, они доверяли ему. В отличие от зеленых бойцов, которых Син бросила в бой, он оттачивал их навыки, как мастер-кузнец, и...

- Это адмирал Тан. - Раздался спокойный голос, который они знали и на который полагались, по общекорабельному каналу. - Вы все видели, что случилось с адмиралом Син. Мы не знаем, как они это сделали, но это, должно быть, какие-то ракетоносцы. Возможно, то, что мы видим, и есть ракеты, но они больше похожи на сигналы беспилотников. Таким образом, они, вероятно, собираются запустить стандартные противокорабельные ракеты, как только мы окажемся внутри дистанции поражения ракет. По нашим расчетам, это триста семнадцать тысяч километров при данной скорости сближения, так что ожидайте увидеть настоящих атакующих птичек через сто восемьдесят секунд от... отметки. - Цифровые индикаторы времени на борту каждого из его кораблей начали отсчитывать время. - Мы остановимся на противоракетной обороне номер шесть. Повторяю, противоракетная оборона номер шесть. Удачи, и да пребудут со всеми нами боги. Тан закончил.


* * *


- Около трех минут, сэр, - сказала Эви Ронин, следя за показаниями времени.

- Да, и мы не узнаем, что произошло, в течение четырнадцати минут, - кисло сказал Даниэльсен.

- Ничего не поделаешь, все стало лучше, чем было бы без нас, - заметила Ронин.

- Вы правы, шеф. - Даниэльсен надул щеки, затем пожал плечами. - Начинайте готовить резервные дроны на случай, если они нам понадобятся.

- Есть, сэр.

Ронин кивнула, хотя ни один из них не сказал того, чего они оба боялись. Если бы понадобились резервные дроны, у выживших кораблей Лиги было бы более полутора часов, чтобы уничтожить Кранн-Бетад до их прибытия.


* * *


- Вот и они, - пробормотал капитан Су.

Тан очень сомневался, что его начальник штаба вообще понял, что произнес это вслух. Все взгляды на флагманском мостике "Цай Шэня" были прикованы к тактическому дисплею, когда к ним устремились дроны Федерации. Было трудно точно подсчитать количество сигнатур Гауптмана, отчасти потому, что дроны были спроектированы так, чтобы действовать незаметно, но главным образом потому, что их было так чертовски много, что лидеры постоянно закрывали сенсорам обзор тех, кто находился позади.

- Расчетный запуск ракет... сейчас, - сказал лейтенант-коммандер Юань.

Он опоздал менее чем на три секунды, и дисплей внезапно покрылся сплошной пеленой гораздо более ярких и отчетливых сигналов ракет Биджали, разгоняющихся при трех тысячах g. Они обрушились на Дракона Гамма сплошной стеной, как снежная буря на фары наземного автомобиля, но каждая из этих "снежинок" была заряжена лазерным зарядом термоядерной смерти.

Взревели девятьсот шестьдесят ракет - шестьдесят четыре процента ракетного шторма, который встретил второго адмирала Син, - они приближались с такой скоростью, какой не видели даже расчеты противоракетной обороны, и нацелились только на три сверхсветовых корабля и выводок их наездников, а не на девять кораблей Син.

И все же здесь было отличие, потому что эти корабли принадлежали Тану. И по сравнению с Син, его линкоры и линейные крейсера находились между авианосцами и угрозой. У них было более пяти минут на подготовку, а не менее двух секунд, и, в отличие от экипажей четвертого адмирала Се, они были великолепно обучены и закалены в боях под командованием адмирала, который завоевал их железное доверие. На борту кораблей хватало страха, но паники не было, и навстречу угрозе устремились противоракеты.

Точечные удары разбивали вдребезги стену приближающихся ракет, противоракеты с лазерными головками вспыхивали, как пузыри серы, а ядерные боеголовки с неконтактным взрывом полыхали, как щели во вратах ада, уничтожая ракеты Федерации десятками. Но те наступали сотнями, и многие из них прорывались мимо противоракет. Дроны противоракетной обороны прыгнули им навстречу, пронзая рой лазерными разрядами. Корабельные лазеры точечной защиты - более мощные, более точные, более дальнобойные, но гораздо менее многочисленные - пронзали выживших стилетами когерентного излучения, разбивая фюзеляжи ракет, выжигая системы наведения. А затем военные корабли Лиги задрожали, когда последние автоматические пушки включились непрерывным беглым огнем.

Ракетам потребовалась всего минута, чтобы завершить свой полет. Всего шестьдесят секунд. Но это были шестьдесят секунд безумного, вихревого разрушения, прожигающего себе путь сквозь рой смерти, словно какая-то огромная паяльная лампа, и обжигающее глаза сияние, вспыхивающее на визуальных дисплеях, было еще более ужасающим из-за своей полной тишины.

А затем они нанесли удар, сопровождаемый какофонией раздирающих, рвущих на части разрушений, которые крушили корпуса кораблей - и экипажи - как игрушки капризного ребенка.


* * *


"Цай Шэнь" вздрогнул и дернулся, когда лазеры с накачкой взрывом глубоко вонзились в него. Современная броня была прочной, с поглощающими фотоны и тепло слоями керамики, перемежающимися слоями того же суперплотного материала (СПМ), из которого изготавливались снаряды кинетических пушек. Но даже у самой прочной брони есть свои пределы. Взвыли сигналы тревоги, обшивка корпуса раскололась, на дисплеях контроля повреждений вспыхнули зловещие значки, и жестокое сотрясение потрясло судно до самого киля, когда глубоко внутри корпуса перегрелись и взорвались заполненные воздухом отсеки.

Адмирал Тан вцепился в подлокотники своего командирского кресла с напряженным выражением лица, когда его флагманский корабль получил серьезные повреждения и понесся по волнам разрушения. Он и раньше бывал в бою, на борту кораблей, которые подвергались вражескому обстрелу. Это было хуже всего, что он когда-либо переживал, но, по крайней мере, все произошло, к счастью, быстро. Прежде чем он успел ощутить истинный ужас, все закончилось, и он услышал треск кратких разговоров команд по устранению повреждений в центральных сетях.

- Поговори со мной, Чжихао! - рявкнул он.

- Мы... сильно пострадали, сэр, - сказал Су. Он уже отстегнулся от кресла и стоял за плечом Юаня, пристально вглядываясь в подробную схему слежения, и его тон был мрачным. - Думаю, мы потеряли больше половины наездников. Похоже, что по меньшей мере еще дюжина также будет полностью списана. И привод Фассета "Сунь Биня" вышел из строя. Это выглядит плохо. Я не думаю, что их службы контроля повреждений смогут восстановить его работоспособность. Но - он оглянулся через плечо на Тана, - и "Цай Шэнь", и "Ли Шицзи" все еще действуют!

Тан почувствовал, как из его мышц уходит часть железного напряжения, а вместе с ним и чувство вины. Сотни - тысячи - его людей только что погибли. Он не имел права испытывать облегчение, потому что его авианосцы выжили. Ну, по крайней мере, два из них; если двигатель "Сунь Биня" был выведен из строя навсегда, он не вернется домой со своими братьями. И все же он чувствовал благодарность. Потому что, в конце концов, эти два выживших носителя были единственной возможностью вернуться домой для тех из его людей, кто не погиб.

- Мы потеряли две стойки на "Ли Шицзи", и вторая стойка "Цай Шэня" тоже слишком сильно повреждена, чтобы ее можно было восстановить. Похоже, что у нас, вероятно, хватит стоек для всех, кто остался. И у нас должно быть достаточно места для всех выживших. Ведутся поисково-спасательные работы. У меня нет никаких предположений о том, сколько времени это займет. Пока нет.

Судя по тону Су, он чувствовал то же, что и Тан, и третий адмирал мрачно улыбнулся ему.

- Мне тем временем подготовиться к бомбардировке планеты, сэр? - неуверенно спросил Юань и встретился взглядом со своим начальником штаба на флагманском мостике.

Приказы Син были достаточно ясны, подумал он, когда его захлестнула волна отчаяния. И на этот раз, после того, что с ними только что произошло, даже его люди, вероятно, не стали бы возражать против уничтожения мира.

Но я сделаю это, подумал он. О, да. Сделаю это, и я тот, кто все еще должен отдать приказ.

- Думаю, нам нужно еще немного разобраться с ущербом, прежде чем мы приступим к этому, - сказал он вслух, осознавая, что ему отчаянно нужно оттянуть этот приказ как можно дольше. - И...

- Простите, сэр, - прервал его коммандер Ван. Его тон был неуверенным, но решительным, и Тан посмотрел на него, приподняв бровь.

- Мы только что получили еще одно сообщение, адмирал.

- От второго адмирала Син?

- Нет, сэр. От федов. Они передали сообщение без помех. Они говорят, что это адмирал Мерфи.

Тан сжал челюсти и снова взглянул на Су. Затем он кивнул офицеру связи.

- Соедините, - сказал он.

На дисплее Тана появился сероглазый мужчина с волосами песочного цвета в защитном скафандре флота Федерации.

- Меня зовут Терренс Мерфи, - сказал он с четким спокойным акцентом центрального мира, с резкими конечными согласными. - Полагаю, что разговариваю со старшим выжившим офицером Лиги. Если так, у меня есть для вас сообщение. К настоящему времени вы уже знаете, что случилось с другими вашими авианосцами. Чего вы еще не знаете, так это того, что четвертый адмирал Се полностью сдался моему командованию.

Лицо на дисплее слегка улыбнулось, а затем резко вздохнуло. Сдался? Се сдался?

- Я надеюсь, вы не будете слишком сурово о нем думать, - продолжил Мерфи. - У него не было других вариантов. Не хочу плохо отзываться о чьем-либо офицерском корпусе, но, если на меня надавят, я должен сказать, что ему, похоже, не очень нравится ваша второй адмирал Син. - Тонкая улыбка превратилась в нечто, гораздо более похожее на оскаленные клыки, а серые глаза стали холодными. - Я вижу, что со времени нашего последнего разведывательного отчета о ней она заметно выросла в звании, и с нетерпением жду того дня, когда лично встречусь со вторым адмиралом. Мне нужно обсудить с ней ее героические поступки на планете под названием Инвернесс.

Жгучее презрение, прозвучавшее в этом голосе образованного человека, было глубоким.

- В данный момент, однако, она, похоже, спасается бегством. Очевидно, что на таком расстоянии я пока не могу сказать, насколько серьезно вы пострадали от внутренней обороны системы, но я был бы весьма удивлен, если бы ответ не был чертовски плохим. Учитывая послужной список Син, я не сомневаюсь, что ее последним приказом вам было дотла сжечь Кранн-Бетад. Очевидно, я не могу помешать вам сделать это, если вы достаточно больной ублюдок, чтобы подражать ей. Но, прежде чем что-либо предпринимать, знайте следующее. Я собираюсь спасти порядка шестидесяти трех тысяч человек из вашего персонала, не считая тех, кто, возможно, еще жив на борту единственного из ваших авианосцев, который все еще более или менее цел, и ожидаю, что то, что уже произошло здесь сегодня, будет иметь... значительные последствия для войны в целом. Спросите себя, как бы вы хотели, чтобы относились к вашим людям. И как бы вы хотели, чтобы вас помнили, когда все это закончится, потому что, так или иначе, кем бы вы ни были, вас будут помнить. Так что подумайте об этом.

Эти серые глаза еще пять секунд буравили Тана взглядом с экрана. Затем...

- Мерфи, конец связи... пока.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ


- Закройте люк, - сказал Тан, когда капитан Су последовал за ним в маленькое помещение для совещаний.

Начальник штаба нажал кнопку, затем повернулся к своему адмиралу с обеспокоенным взглядом. Тан начал что-то говорить, но Су поднял руку.

- Сэр, прежде чем вы что-то скажете, я знаю вас и знаю, о чем вы думаете, но я также узнал Син. Если вы не ударите по Кранн-Бетаду, она потребует вашей головы.

- Знаю. - Тан скрестил руки на груди и прислонился спиной к переборке, выражение его лица было напряженным. - Я знаю, что она потребует. Но если я сделаю то, что она хочет, что случится с людьми Се? Если уж на то пошло, вы знаете, что у нас нет времени, чтобы забрать всех наших людей с потерпевших крушение кораблей. Что с ними произойдет? Если мы нанесем удар по Кранн-Бетаду, как того хочет Син, с точки зрения Федерации наши люди - люди Гаммы - станут "военными преступниками", а не сама Син. Что случится с теми, кого мы оставим здесь?

Су мгновение смотрел на него, затем покачал головой.

- Все это правда, сэр. Но я знаю вас. Вы воспринимаете все это как оправдание, отговорку, чтобы не делать того, что, как мы оба знаем, вам не понравится. - Он снова махнул рукой. - Я не говорю, что это не веские аргументы. Я просто спрашиваю вас, не слишком ли вы... доверяете им, потому что вы не убийца и не хотите им быть. - Начальник штаба впился глазами в адмирала. - Я совсем не уверен, что адмиралтейство купится на это. Эта операция обернулась самой страшной катастрофой в истории военного флота. Многие люди вложили огромные средства во флот Дракона, и есть чертовски большая вероятность, что все это просто пошло прахом. Люди, которые ожидали, что это поставит их в известность о победе в войне, захотят найти козла отпущения - очень сильно - и Син, по крайней мере, сделает все возможное, чтобы убедиться, что они найдут именно вас.

- Может быть, и так. Но есть такая вещь, как порядочность, Чжихао. Она должна быть. И если кто-то захочет меня переубедить, я всегда могу указать, что Син была слишком занята спасением собственной задницы, чтобы командовать тем, что осталось от ее флота. В данный момент я флагманский офицер, старший по званию, и адмиралтейство наградило меня звездочками не для того, чтобы я уклонялся от своих обязанностей.

- А как же?..

Тан прервал вопрос Су быстрым кивком головы, и начальник штаба закрыл рот с почти слышимым щелчком. Конечно, третий адмирал понимал, что последствия любого официального недовольства падут не только на него самого. Или не только на его офицеров. Су Чжихао, как начальник штаба Тана, был готов принять все, что бы ни случилось, но его сердце болело при мысли о том, что это может означать для семьи Тан Цяна.

Этого он никогда не смог бы сказать Тану.

- Так что же мы будем делать? - спросил он вместо этого.

- Я не собираюсь уничтожать планету, но, черт возьми, разнесу к чертовой матери их орбитальную инфраструктуру, - мрачно сказал Тан. - Чем бы они по нам ни ударили, это не стандартное оружие федов, иначе мы бы увидели это раньше. Я думаю, это что-то, что Мерфи придумал сам, и это означает, что он смог создать так много чертовых вещей исключительно на промышленной базе Нью-Дублина, и я буду чертовски удивлен, если он не начнет нас искать - при условии, что произошедшее в Альрамале не означает, что его разведка уже сообщила ему, где находится Дию. Последнее, чего я хочу, - это дать ему возможность сделать их еще больше, прежде чем он найдет нас, и очевидно, что федералы модернизировали здешнее оборудование гораздо тщательнее, чем предполагала разведка. Итак, учитывая, что наша наступательная мощь была значительно снижена из-за потерь, которые мы понесли, выполняя приказы второго адмирала Син, - он обнажил зубы в почти улыбке, - я собираюсь поручить нашим уцелевшим ракетным силам вывести из строя этот завод. Уничтожение такого рода стратегического актива в любом случае является законным актом войны... и, вероятно, самой эффективной краткосрочной мерой, которую я могу предпринять, чтобы защитить Дию и остальной флот Дракона.

Су нахмурился, усиленно размышляя. Любой, кто действительно прислушался бы к рассуждениям Тана о "снижении наступательной мощи", понял бы, что это всего лишь фиговый листок. Но это не означало, что он ошибался в необходимости нейтрализации промышленной базы Нью-Дублина, особенно после сокрушительных потерь флота Дракона. И он также был прав в том, что это был бы законный акт войны. Син, без сомнения, стала бы утверждать, что убийство всех жителей Кранн-Бетада также "нейтрализует" их промышленную базу, но Су было все равно, что она думает. Будет ли решения Тана атаковать орбитальную промышленность напрямую, вместо того, чтобы наносить удары по планете, достаточным, чтобы удержать адмирала Федерации от вымещения своей ярости на пленных, это другой вопрос. Особенно если...

- Вы скажете...? - Он замолчал и вопросительно поднял бровь, глядя на адмирала.

- Мерфи? - фыркнул Тан. - Это было бы уже слишком, Чжихао! Вы можете быть чертовски уверены, что кто-нибудь внимательно изучит наши журналы сообщений, и я не могу предложить Мерфи явную услугу за услугу. - Он покачал головой, выражение его лица было более обеспокоенным, чем он хотел бы признать. - Мы просто должны надеяться, что он сам во всем разберется. И, - он посмотрел на часы, - что бы мы ни делали, нам лучше сделать это быстро. Мы все еще в одиннадцати световых минутах от Кранн-Бетада, но у нас не так много времени на танцы, если мы не хотим, чтобы десантные суда Мерфи поймали нас прежде, чем мы успеем убраться в червоточину. Если мы не вернемся к пределу Пауэлла в ближайшие тридцать пять минут, то не будет иметь значения, что с нами может сделать адмиралтейство.

- Это правда. - Су кивнул, а затем просиял. - Знаете, в какой-то степени это может сработать для нас. Если мы отправим их по баллистической траектории, нашим птичкам потребуется - сколько? Девять часов, чтобы долететь отсюда до планеты? - а до входа в червоточину с момента начала у нас будет всего шесть часов или около того. Так что нас не будет рядом, и наши сенсоры не смогут точно определить, куда они были нацелены и во что попали.

- Это хорошая мысль, - сказал Тан. - Хотя я не стал бы слишком в это верить.

- Уверенность? Кто говорит об уверенности? - Су на самом деле усмехнулся. - Я говорю о хрупких надеждах, сэр!

- Что ж, в таком случае, не позволяйте мне разуверять вас, - сказал Тан. - А теперь, я думаю, нам лучше привести себя в порядок.


* * *


Спасательные команды Лиги героически трудились, пытаясь найти и вернуть каждого космонавта своего флота, но, когда тридцать минут спустя у них закончилось отпущенное время, слишком многие все еще были заперты в разбитых корпусах, направляющихся к Кранн-Бетаду.

Тан действительно должен был взорвать уцелевшие обломки, особенно остов "Сунь Биня", но он не смог. Не с таким количеством его людей, оставшихся на борту. В конце концов, он все-таки запустил подрывные заряды на борту двух линкоров и трех линейных крейсеров, которых не смог разместить на своих уцелевших стойках для наездников, но только после того, как убедился, что все до единого мужчины и женщины покинули их.

И пока его поисково-спасательные службы занимались этим, его офицеры-тактики запрограммировали и запустили свои ракеты.

Как заметил Су, с этого расстояния потребуется несколько часов, чтобы что-то, движущееся с базовой скоростью Дракона Гамма, достигло Кранн-Бетада. Выгорание катушек Гауптмана ракет при запуске сократило бы время полета на двадцать пять процентов... но это также лишило бы их максимальной скорости разгона, когда пришло бы время преодолевать любую противоракетную оборону, с которой они могли столкнуться.

Их мало что могло остановить - не в системе Окраины, когда все мобильные подразделения обороны ушли с Мерфи. А космические станции могли уклоняться не больше, чем планеты. Так что им, вероятно, не понадобились бы их катушки, но Тан был профессионалом, и его люди заплатили высокую цену, чтобы подобраться так близко к Кранн-Бетаду. Его прощальный выстрел был сделан со всеми возможными преимуществами.

Он пожалел, что не может рискнуть и остаться в системе достаточно долго, чтобы оценить результаты своего удара. К сожалению, об этом не могло быть и речи. Пяти сверхсветовым кораблям Федерации, о существовании которых никто не знал, предстояло пройти гораздо больше, чем его двум уцелевшим авианосцам, но потрепанным звездолетам Дракона Гамма потребовалось бы более двух часов, чтобы добраться до предела Пауэлла, а затем еще три с половиной часа, чтобы достичь критического порога скорости и прорваться в пространство червоточины. Они могли перехватить его на кратчайшем пути к уходу менее чем за шесть часов с учетом их текущих относительных скоростей и местоположения. Как бы сильно его сердце ни протестовало против того, чтобы оставить кого-либо из своих людей позади, у Дракона Гамма не было времени.

- Разворачивайте нас, капитан Сунь, - сказал он, глядя на изображение флагманского капитана на экране связи. - Пора отправляться.

- Да, сэр. - Сунь была с ним уже давно, и он заметил беспокойство в ее глазах - беспокойство за него, а не за себя, - но она выдавила улыбку. - Не могу сказать, что мне будет жаль в последний раз видеть Нью-Дублин, - сказала она.

- Я тоже, Лоян, - вздохнул Тан. - Я тоже.

"Цай Шэнь" и "Ли Шицзи" развернулись и понеслись прочь от Кранн-Бетада с ускорением девятьсот g.

Позади них восемьсот семнадцать противокорабельных ракет - все, что у них осталось после разгрома Азенкура, хотя Тан и не осознавал горькой иронии этого числа, учитывая то, что Мерфи выпустил в зубы Син, - устремились к Кранн-Бетаду... в сопровождении 1369 противоракет.


* * *


- Знаете, иногда я жалею, что мой отец в чем-то не прав, - сказал Каллум Мерфи со своего кресла-качалки, когда КФЗФ "Колыма" на ускорении удалялся от платформы верфи Нью-Дублин Альфа.

- Уверен, что иногда так и бывает, - ободряюще ответил Дадьяр Пешрю с экрана Каллума.

- О, когда я был ребенком, он все время ошибался! - Каллум закатил глаза. - Единственная проблема заключалась в том, что я обычно не мог убедить в этом маму. Она всегда принимала его сторону, как бы несправедливо это ни было!

- Родители такие.

- И ваши тоже, да?

- Все они, лейтенант Мерфи. Все они.

Каллум усмехнулся. Этот смешок, возможно, был немного натянутым, и он поймал себя на том, что жалеет, что в инженерном отделе нет тактических дисплеев. Он привык видеть их на флагманском мостике "Иштар" и не предполагал, насколько... слепым он будет чувствовать себя без них.

Однако лейтенант-коммандер Зайдель предупредила о том, что их ожидает. Вот почему в тот момент у него было такое ощущение пустоты в желудке.

Хорошей новостью было то, что корабли Лиги почти наверняка не знали, что "Колыма" и ее спутники были там. По логике вещей, их не должно было быть. Они должны были быть со своими сверхсветовыми кораблями, преследуемыми носителями Лиги. Использование сверхсветовиков для чего-то подобного без участия всех субсветовых наездников, которых они могли сбросить, было... противопоказано. Каллум однажды попробовал это на "Командире Федерации", и результат был неприятным.

Но его отец предпочел пойти на этот риск, отдав приказ самому себе. Как он и сказал, "Иштар" и "Гильгамеш" были приманкой. Если им понадобились бы наездники, то они уже были бы в заднице, поэтому он добавил оба ударных авианосца коммодора Грейнджер и все имевшиеся у него крупные корабли к сверхсветовым кораблям "Сил Молота" и отправился в путь с пустыми стойками... не считая ракетных беспилотников в грузовых контейнерах.

И он оставил все крейсеры, включая легкие - и оба ударных носителя - из своей собственной оперативной группы на орбите Кранн-Бетада скрытыми в сенсорном беспорядке верфей и промышленных платформ под строгим контролем, чтобы обеспечить планете противоракетный щит.

Кораблей было всего тридцать семь, но они усилили свои беспилотники противоракетной обороны, все тридцать шесть истребителей ударных носителей были настроены на противоракетную оборону, и "Колыма" подготовит каждую из своих противоракет, когда достигнет назначенного места в системе обороны. Пусковые установки крейсера были масс-приводами, предназначенными для того, чтобы как можно быстрее выводить птички из пусковых труб, но не придавать им скорость. Это было сделано для того, чтобы увести их подальше от корабля, прежде чем включатся их катушки Гауптмана и облучат все вокруг. Однако в данном случае "Колыма" защищала неподвижную цель, и заблаговременное размещение противоракет в космосе увеличило бы мощность оборонительного огня, который она могла бы открыть, в восемь раз. Это было бы не так точно, как могло бы быть, но этого было бы много.

Оставалось выяснить, хватит ли этого.


* * *


- Сэр...

- Я понимаю, Чжихао. - Тан покачал головой. - Похоже, наш друг Мерфи еще более омерзительно способен, чем я думал.

"Цай Шэнь" и "Ли Шицзи" ускорялись в течение двадцати пяти минут, за это время они погасили оставшуюся скорость по отношению к Кранн-Бетаду и пролетели чуть более четырнадцати миллионов километров от точки запуска своих ракет к пределу Пауэлла. Их скорость снова возросла до 7600 километров в секунду, и звезда системы удалялась - далеко не так быстро, как хотелось бы Тану - позади них.

Однако они все еще находились достаточно близко, чтобы поддерживать связь со своими развернутыми беспилотниками, и те по-прежнему двигались по баллистической траектории с отключенными активными датчиками. Это означало, что они почти наверняка были невидимы для защитников системы. Тан был почти уверен, что так оно и есть, поскольку теперь они были достаточно близко, чтобы их пассивные сенсоры могли засечь субсветовые корабли флота Федерации, которые только что запустили свои термоядерные двигатели и начали разгоняться, выходя из укрытия среди орбитального беспорядка Кранн-Бетада. Он очень сомневался, что они так быстро перестали бы скрываться, если бы знали, что их видит противник.

- Я должен был предвидеть это, - продолжил он. - Любой, кто думал достаточно далеко вперед, чтобы организовать все, что он сделал с Син - и с нами - должен был учитывать, что произойдет, если что-то все равно попадет в зону действия. Похоже, нам, возможно, придется привыкнуть к мысли о компетентных флагманских офицерах флота Федерации.

- Я не думаю, что у них достаточно возможностей, чтобы остановить удар, - сказал Су. Начальник штаба наклонился вперед через плечо лейтенант-коммандера Юаня, изучая тактическую схему. - Но их более чем достаточно, чтобы оторвать от него большой кусок.

- И умереть, пытаясь, - мрачно согласился Тан.

Су похлопал Юаня по плечу и направился обратно к Тану.

- Сэр, мне не хотелось бы это говорить, - сказал он очень тихо, - но еще есть время перенастроить ракеты. Возможно, им удастся спасти значительную часть промышленности Нью-Дублина, но...

Тан покачал головой. Это было легкое, но выразительное покачивание, и Су остановился на полуслове, испытывая смутное чувство стыда.

Тридцать или около того крейсеров Федерации действительно могли бы "откусить большой кусок" от удара по инфраструктуре. Но если бы ракеты были перенацелены на населенные пункты Кранн-Бетада, даже действительно "большого куска" было бы недостаточно для спасения планеты. Су был уверен, что кто-нибудь - возможно, один из тех, кто ищет козлов отпущения, - укажет на это. Благоразумный человек приказал бы повторно привлечь их к ответственности именно по этой причине, но он знал, еще до того, как задал вопрос, каков будет ответ Тан Цяна. Он знал. Но в обязанности начальника штаба в любом случае входило задавать именно такие вопросы... независимо от того, насколько сильно он будет ненавидеть себя после этого.


* * *


- Что вы об этом думаете, сэр? - тихо спросил лейтенант-коммандер Мендес. - Было ли достаточно небольшого предупреждения адмирала, чтобы эти ублюдки передумали?

- Ваше предположение так же хорошо, как и мое, старпом, - ответил Эбрэхэм Уиттен.

Он сидел на мостике "Аустерлица", глядя на дисплей связи, подключенный к станции Мендеса во вспомогательном центре. Вспомогательный центр связи находился прямо за боевым информационным центром, в центре корпуса тяжелого крейсера. Хотелось надеяться, что это означало, что Мендес выживет, если с Уиттеном случится что-то неприятное.

- Должен признать, что он меня чертовски удивил, - продолжил Мендес, темно-карие глаза которого следили за основным сюжетом в БИЦ. На данный момент он показывал, как выжившие сверхсветовики Лиги ускоряются к пределу Пауэлла. Они оба были уверены, что ракеты, оставленные этими авианосцами, еще не были видны. - Я не думал, что он сможет это провернуть. Даже через миллион лет.

- Прихожу к выводу, что все, включая вашего покорного слугу, недооценили адмирала Мерфи, - сказал Уиттен. - Не более чем на пять или шесть тысяч процентов, вы понимаете. Ничего страшного. - Он натянуто улыбнулся, затем покачал головой. - Будь я проклят, если этот человек не умеет мыслить нестандартно. Еще в Джалале я бы не догадался об этом. Но думаю, что это все равно игра в кости, независимо от того, примется Лига за Кранн-Бетад или нет.

- Если он действительно собирается взять в плен шестьдесят три тысячи человек из Лиги, это довольно веская причина для остального флота не устраивать геноцид на других планетах, - заметил Мендес.

- Согласен. Конечно, адмирал был достаточно осторожен, чтобы не сказать, что он перестреляет их всех, если тот, кто там командует, нанесет кинетический удар по планете. Думаю, он все-таки донес свою точку зрения.

Послание Мерфи адмиралу Тану дошло также и до каждого из своих кораблей. Эбрэхэм Уиттен впервые услышал, как его команда - любая команда - приветствует флагманского офицера флота Федерации.

- Проблема, - продолжил он, - в том, насколько сильно мы им навредили. - Он покачал головой. - Мы не истребляли флот Лиги таким образом - особенно при практически нулевых потерях наших собственных... ну, в общем, никогда. Я не думаю, что мы когда-либо так ослабили флот Лиги! Это должно задеть за живое. И если тот, кто тащит свои задницы в космическую червоточину, так же кровожаден, как эта сука Син, его может не волновать, что случится с этими пленными. Он может просто послать все к черту и все равно уничтожить планету.

- Если мы его не остановим, сэр, - сказал Мендес.

- Что ж, это возможно, - согласился Уиттен.


* * *


- Итак, внимание всем, - объявил капитан Джордан Пенски своей команде по общекорабельной сети с тесного флагманского мостика тяжелого крейсера "Ла Като". - У внешних беспилотников есть для нас данные. К нам летит чуть больше двух тысяч, так что скоро будет интересно.

Мужчины и женщины на борту "Зонтика" из кораблей, защищающих Кранн-Бетад, наблюдали за ним в напряженном молчании. Как старший командир оперативного подразделения 1102, Пенски был старшим офицером по званию. Он был хорошо известен и пользовался полным доверием экипажей своей собственной эскадры и остальных кораблей оперативного соединения 1705. Он был менее известен на других кораблях, которые Мерфи выпросил, одолжил или прибрал к рукам.

- Хорошая новость заключается в том, что мы почти уверены, что многие из них должны быть противоракетами, потому что после Азенкура у них в погребах не осталось такого количества противокорабельных ракет, но мы не знаем, сколько их. Мы предполагаем, что где-то около половины, основываясь на стандартных загрузках погребов Лиги, что означает "всего лишь" около тысячи ударных птичек.

Многие из его слушателей поморщились, услышав эту оценку.

- Они приближаются по баллистической траектории, - продолжил Пенски. - Это значит, что у них есть катушки Гауптмана, а также термоядерные реакторы, для конечных маневров. Мы отслеживаем их, и к тому времени, когда они прибудут сюда, у нас должны быть надежные данные о них всех. В баллистике есть одна особенность - ее легко построить.

Он улыбнулся, и по крайней мере некоторые из командиров его кораблей усмехнулись. Поразить чисто баллистическую цель, какой бы маленькой и быстрой она ни была, было детской игрой.

- Проблема, - его улыбка исчезла, - в этих проклятых катушках Гауптмана и противоракетах. Я готов поспорить, что каждая из этих гребаных противокорабельных ракет запрограммирована на то, чтобы атаковать совершенно другую цель в финале. Хуже того, когда они пересекут наш оборонительный периметр, им придется туго, а у них наготове эти чертовы противоракеты.

Обычно было невозможно объединить противокорабельные ракеты и противоракеты в одном залпе, потому что противоракеты просто не успевали за ударными ракетами. Они были меньше, дешевле и менее боеспособны, чем ударные - так и должно было быть, если корабли хотели перевозить их в достаточном количестве, - но на самом деле у них было ускорение на пятьдесят процентов больше. Им нужна была эта... живость, чтобы обеспечить дальность перехвата ракет, летящих со скоростью тысячи километров в секунду. Проблема заключалась в том, что повышенная нагрузка на катушки Гауптмана ограничивала их время разгона двумя третями времени разгона ударной ракеты. Это позволяло достичь почти такой же максимальной достижимой скорости, как и в предыдущем случае, - 1765 километров в секунду, - но противоракета выгорала на дальности полета всего в 35 000 километров, в то время как радиус действия катушки Гауптмана противокорабельных ракет составлял 52 960 километров. Кроме того, их термоядерные двигатели увеличивали время полета максимум на три минуты, что не было поводом для насмешек, когда речь заходила о решениях для ведения оборонительного огня, но только при ускорении, которое было ничтожно мало по сравнению с достижимым с катушкой Гауптмана.

Можно было настроить скорость разгона противоракеты так, чтобы она соответствовала скорости ударной ракеты, но не ее дальности, и в этом заключалась дилемма. При обычных обстоятельствах даже гауптмановская катушка "убийцы кораблей" перегорала задолго до того, как ракета достигала цели, и на самом деле не было проблемы в том, чтобы просто продлить ее баллистическую фазу по сравнению с обычной. Но в то время как у "убийцы кораблей" была эта термоядерная ступень для коррекции в полете и конечных маневров, у противоракеты ее не было. С того момента, как сгорала ее катушка, это был всего лишь дорогой, инертный кусок железа, беспомощно путешествующий в космосе.

В данном случае, к сожалению, ничего из этого не имело значения, поскольку все облако ракет при запуске двигалось по баллистической траектории с базовой скоростью Дракона Гамма. Ничто из этого вообще не тратило время на свои гауптмановские катушки.

- Мы не знаем, какую пользу принесут им противоракеты, но они должны ослабить наш оборонительный огонь. Не говоря уже о том, что из них получатся чертовски хорошие приманки, пока система слежения не научится различать скорость. Так что, ребята, это будет адская перестрелка.

- "Ла Като" возглавит и распределит наш огонь, но следите за этими шутами! Я оставляю ваши корабельные лазеры и автопушки для самообороны, если только "Ла Като" не переопределит иначе, но наш приоритет номер один - это планета. После этого - орбитальные платформы. Боюсь, наши драгоценные задницы сегодня на третьем месте.

Теперь уже никому не хотелось смеяться.

- Дело в том, что... И это не только для вас, ребята из ударного подразделения Семь ноль две и оперативного подразделения Девять шесть ноль. Я знаю, что вы чувствуете себя дерьмово из-за Инвернесса. Что ж, все остальные из нас тоже покинули достаточно планет, чтобы напиться. Весь этот чертов флот пострадал. Но это наш шанс исправить положение. На этот раз мы не уйдем. Не сегодня. Не с этой планеты. Мы остановим эти чертовы ракеты или не вернемся домой. Это всем ясно?

Его суровый взгляд скользил по квадрантам дисплея связи на флагманском мостике на борту "Ла Като". Каждый из командиров его кораблей оглянулся на него, точно так же, как они видели друг друга на своих дисплеях, и - все как один - кивнули.

- Хорошо, - сказал он затем. - А теперь давайте надерем задницы этим ракетам.


* * *


Время тянулось, пока персонал "Зонтика" ожидал нападения. Космонавты смирились с этим. Поля их сражений были настолько обширны, их сенсоры могли видеть так далеко, а их оружие имело такую относительно малую дальнобойность, что им обычно приходилось ждать часами, а то и днями, надвигающейся катастрофы, о которой они знали. В некотором смысле это было похоже на возвращение к временам плавания под парусом на Земле, когда моряки могли наблюдать, как приближающиеся паруса вражеского флота надвигаются со скоростью не более двух-трех узлов. И, как и во времена плавания, тяжелее всего приходилось личному составу, который больше всего участвовал в боях. Они знали, каково это, по горькому, пугающему личному опыту, и все эти воспоминания о других временах, сидевшие в глубине их сознания, шептали, что на этот раз удача, возможно, отвернется от них.

В "Зонтике" было много таких мужчин и женщин.

А потом появился Каллум Мерфи.

Он чувствовал, как внутри у него все сильнее и сильнее скручивается напряжение. Каждый раз, когда он был уверен, что хуже быть уже не может, то удивлялся, когда делал именно это. Он обвел взглядом лица персонала реакторного отделения в поисках признаков своего собственного парализующего страха, но почти ничего не увидел. Все ли они были настолько сильнее его? Или они просто лучше умели это скрывать?

- Не волнуйтесь, сэр, - очень, очень тихо произнес голос рядом с ним.

Он повернул голову, и Эйра, сидевшая рядом с ним на противоперегрузочном кресле, едва заметно улыбнулась. В тот момент они находились в условиях невесомости, но пристегнулись не по этой причине.

- С вами все будет в порядке, - сказала она. - Не так, как сейчас, но будет.

- Не уверен в этом, - сказал он так же тихо. - Не могу решить, то ли меня сейчас стошнит, то ли я описаюсь. Или, - его губы изогнулись, - выпущу что-нибудь еще более пахучее.

- Если не считать рвоты, никто об этом не узнает, - отметила она, похлопывая по груди защитного скафандра, какие были на всех. - Но это не имеет значения. Важно делать то, что нужно.

- Я боюсь, что оцепенею. - Он был немного удивлен, что смог признаться в этом даже ей, но это оказалось проще, чем он ожидал. - Боюсь, что облажаюсь и из-за меня кто-нибудь погибнет. Может быть, даже вы.

- Главсарж говорит, что вы, скорее всего, совершите какую-нибудь глупую храбрость по незнанию и из-за этого меня убьют. - Она пожала плечами. - Я рискну. Вы больше похожи на своего отца, чем, возможно, думаете. Не думайте, что он оцепенеет, и я не думаю, что вы оцепенеете.

Каллум заглянул в эти бледно-голубые глаза и задумался, что же именно они видят, глядя на него в ответ. Они были неподвижны и спокойны, но в глубине их было что-то темное и холодное. Интересно, подумал он, много ли в этом было воспоминаний о том, что она пережила в Инвернессе?

- Что ж, постараюсь, чтобы никто из нас не погиб. Как вам такое предложение? - сказал он намеренно бодрым тоном, и она кивнула.

- Я бы с удовольствием, сэр, - сказала она с улыбкой чуть шире.


* * *


- Откачайте воздух, мистер Макги, - спокойно сказала Кунигунде Зайдель.

- Есть, мэм! - ответил лейтенант-коммандер Макги, и в каждом интеркоме и наушнике на борту "Колымы" раздался пронзительный сигнал.

По всему кораблю захлопнулись люки и противопожарные двери. Все надели шлемы, в последний раз проверили герметичность скафандров, и весь персонал, который еще не сделал этого, уже пристегнулся к противоперегрузочным креслам. На этот раз эти кресла пригодились не для ускорения, они обеспечили своих пользователей полузакрытыми бронированными панцирями. И когда люди пристегнулись, вентиляторы системы жизнеобеспечения включились на откачку с максимальной скоростью и мощностью. Давление воздуха быстро падало, поскольку атмосфера "Колымы" откачивалась в сильно бронированные цистерны высокого давления, расположенные в центре корпуса крейсера, - это был последний шаг, который полностью переводил корабль в боевое положение. Отчасти, сброс давления был задуман для сохранения атмосферы в случае пробоины корпуса. Что более важно, он также лишал пожары кислорода на борту судна и удалял воздух, который в противном случае мог бы привести к взрывам и контузиям.

Сверхсветовые корабли редко сбрасывали давление полностью. Они были крупнее любого субсветового наездника, и такой процесс занял бы гораздо больше времени. Были также области, в которых сверхсветовые корабли не могли сбросить давление, например, секции гидропоники, которые служили их легкими. С другой стороны, их размеры также означали, что они имели целые пояса отсеков между жизненно важными секциями и космическим пространством. Эти отсеки могли быть разгерметизированы, а сверхсветовые корабли были гораздо более бронированы, чем любой субсветовой корабль. Масса буквально ничего не значила для корабля с двигателем Фассета, поэтому прирост массы из-за одного-двух метров брони - даже брони из суперплотной материи - был для них вполне приемлемым.

Как испытали на себе корабли третьего адмирала Тана, даже самая лучшая и толстая броня в галактике не могла справиться с катастрофическими повреждениями при достаточной плотности встречного огня, но - как они только что продемонстрировали - требовалось немало усилий, чтобы пробиться к герметичным основным секциям сверхсветового корабля. Если же повреждения были такими глубокими, атмосфера обычно была наименьшей из проблем корабля.


* * *


Долгое, томительное ожидание медленно тянулось, а затем - как это всегда бывало - минуты, которые тянулись так бесконечно, превратились в секунды, улетающие в вечность со сверхсветовой скоростью.

Способность защитников так долго отслеживать приближающиеся ракеты была бесценным преимуществом, хотя оно было бы гораздо значительнее, если бы скорость приближения не была такой безумно высокой... или если бы у них было оборонительное оружие, способное поражать угрозу на большем расстоянии. Но их противоракеты действовали не только ближе их потенциальных целей, но и ударные ракеты были умными и, в отличие от противоракет, имели эти чертовы термоядерные двигатели. Если бы флот Федерации попытался перехватить их раньше, бортовые системы искусственного интеллекта "убийц кораблей" просто дождались бы, пока противоракеты не станут баллистическими, а затем израсходовали бы ту малую часть своей термоядерной тяги, которая им понадобилась для уклонения. Таким образом, если противоракеты хотели перехватить свои цели, они должны были быть способны к финальным маневрам... это означало, что их нельзя было запускать, пока ударные ракеты не окажутся в зоне досягаемости для их собственных маневров финальной атаки.

При максимальной скорости атаки ударные ракеты Лиги имели дальность поражения чуть более полумиллиона километров. Это предполагало максимальную мощность их конечных ступеней, работающих на термоядерном топливе, и то, что их ускорение не использовалось для маневров уклонения. Но это дало специалистам по оборонительному планированию "Зонтика" надежный ориентир для определения максимальной дальности, с которой они могли начинать свои атаки, и нервы у них были напряжены до предела, когда ракеты Лиги пересекли этот периметр и продолжили приближаться. Они летели по инерции еще тридцать четыре секунды, преодолев расстояние в 300 000 километров, а затем...

- Гауптманы, активация! - рявкнул офицер слежения "Ла Като", и все взгляды устремились на тактические дисплеи сил обороны.

"Зонтик" знал, где находится каждая из этих приближающихся ракет. Ракеты обладали меньшей скрытностью, чем беспилотники, и слежение Пенски знало, откуда они летят, и могло направлять разведывательные беспилотники по их баллистической траектории. Эта траектория, заданная вектором Дракона Гамма при запуске залпа, пересекалась "за" орбитой Кранн-Бетада, так что огонь велся под косым углом, что еще немного упрощало задачу. Следящие компьютеры проанализировали потенциальные конусы прицеливания для каждой из птичек флота Лиги, но это не сильно помогло. Это были очень большие конусы - достаточно большие, чтобы охватить всю планету, - и пока катушки ракет не были приведены в действие, невозможно было предсказать, какая ракета куда полетит. И с такой дальности они могли достичь своих целей всего за сорок семь секунд... это означало, что они будут выполнять свои завершающие атаки при трех тысячах g, а не при максимальных шестистах g своих термоядерных двигателей.

- План стрельбы "Браво", коммандер Циммерман, - официально объявил капитан Пенски.

- Есть план ведения огня "Браво", - ответил Сергей Циммерман, и с крейсера посыпались команды о распределении огня.

Еще семь с половиной секунд пролетели как вечность, а затем на тактических дисплеях вспыхнули, словно степной пожар, одинаковые сигнатуры Гауптмана.


* * *


Противоракеты запустили свои катушки и устремились навстречу приближающемуся огню. Если бы убийцы кораблей активировались на отметке в полмиллиона километров, то была бы вторая волна, запущенная двадцатью секундами позже, чтобы поразить первых перехватчиков, после того как они включили свои термоядерные двигатели и их стало бы гораздо легче убивать. Фактический профиль атаки означал, что на это не было времени. Даже при полном ускорении в 4500 g противоракеты должны были пролететь всего 26 260 километров - и за три с половиной секунды - до того, как надвигающийся молот нанесет удар.

Это была потрясающая концентрация оборонительной огневой мощи. Корабельные погреба приходилось делить между убийцами кораблей и противоракетами, и в случае флота Федерации крейсера обычно отводили сорок процентов объема своих погребов на защиту корабля. Корабельные погреба Пенски несли 5032 противоракеты, и "Зонтик" заранее подготовил их все. Таким образом, на каждую приближающуюся птичку приходилось чуть более 2,3 противоракет, а против не уклоняющихся целей или даже целей, работающих исключительно на термоядерных двигателях, этого было бы достаточно, чтобы насмерть остановить любую атаку. К сожалению, цели, с которыми они столкнулись, были не только способны маневрировать для уклонения при очень высоких ускорениях, но и защищены средствами поражения... и своими собственными проклятыми противоракетами.

Тактические офицеры Лиги снизили скорость противоракет, чтобы она соответствовала скорости убийц кораблей, что сделало их практически неотличимыми друг от друга. Но только на мгновение. Только до тех пор, пока противоракеты Федерации не были готовы к запуску и сенсоры ракет Лиги не смогли их увидеть.

Ракетные сенсоры были не так хороши, как у военных кораблей или разведывательных беспилотников, но все же они были чертовски хороши. Безусловно, они могли обнаруживать и отслеживать приближающиеся вражеские ракеты. ИИ на борту противоракеты был немного более простодушным, чем на борту убийц кораблей, и ИИ флота Федерации в целом был лучше, чем ИИ флота Лиги. Однако перевес был незначительным, и противоракеты Лиги точно знали, что они должны были делать, когда увидели такое количество приближающихся гауптмановских сигнатур.


* * *


- Господи Иисусе! - пробормотал лейтенант-коммандер Брайан Денби, тактический офицер КФЗФ "Ла Като".

- Ты думаешь? - ответил Сергей Циммерман, наблюдая за тем же сюжетом. Циммерман знал, что тактик разговаривал сам с собой, но в его словах был смысл.

На самом деле, очень большой.

Более тысячи трехсот приближающихся пиктограмм внезапно увеличили ускорение на пятьдесят процентов, устремляясь навстречу противоракетам защитников. Расстояние между ними по-прежнему превышало 200 000 километров, но базовая скорость приближающихся ударных ракет сокращала расстояние, как нож, а сопровождающие их противоракеты опережали их с ускорением в полторы тысячи g.

И их было на тридцать процентов больше, чем предполагал кто-либо в "Зонтике".

- Время до перехвата противоракет - тридцать две секунды, - объявил Денби.

Циммерман кивнул головой в шлеме, не отрывая взгляда от экрана, и включил выделенную связь с Джорданом Пенски.

- Это сильно ударит по нашим защитникам, сэр, - сказал он.

- Возможно, - согласился Пенски. - Но взгляни на это с другой стороны, Сережа. Если у нас были низкие оценки противоракетной обороны, это означало, что у нас были высокие показатели по убийцам кораблей. Значит, нам приходится иметь дело с меньшим их количеством, верно?

- При всем уважении, сэр, но это довольно слабая "светлая сторона".

- Да. С другой стороны, это единственное, что у нас есть.


* * *


Две огромные тучи камикадзе устремились навстречу друг другу.

Обороняющиеся противоракеты не проявляли никакого интереса к своим коллегам из Лиги. Их бизнес был связан с убийцами кораблей, и повысившееся ускорение противоракет Лиги вывело их из этой категории. К несчастью для "Зонтика", противоракеты Тан Цяна были запрограммированы на поиск именно такого ускорения, чтобы идентифицировать свои цели. Никто в Драконе Гамма не ожидал, что им действительно придется расчищать дорогу для своих ударных ракет, но третий адмирал Тан не имел привычки оставлять все на волю случая.

Кинетические снаряды - поражающие пули - были предпочтительным режимом для обоих флотов, но обычно противоракеты оснащались бесконтактными боеголовками и лазерными зарядами в качестве запасных. Федерация отдавала предпочтение лазерной боеголовке из-за ее большей дальности действия и способности поражать цели "вне ствола", в то время как Лига предпочитала более простую и надежную неконтактную боеголовку с облаком осколков, но оба флота использовали и то, и другое.

Через тридцать четыре с половиной секунды после запуска огневого плана "Браво" траектории полета 6400 ракет совпали в 26 263 километрах от Кранн-Бетада.

Вакуум вспыхнул, когда противоракеты образовали стену молний. Их скорость сближения составляла более 8437 километров в секунду. При такой скорости весь перехват завершился так быстро, что даже компьютеры не смогли в нем разобраться. Это был один ослепительный, обжигающий глаза катаклизм, мгновение, позаимствованное у Армагеддона, в результате которого 853 противоракеты флота Федерации были уничтожены огненными шарами кинетического удара, стилетами лазеров с накачкой взрывом и шрапнелью осколочно-фугасных боеголовок.

А затем катастрофа исчезла так же быстро, как и возникла. Облака обломков устремились вперед, потенциально уничтожая все, что попадалось им на пути, но космос снова стал пустым и темным.

По крайней мере, на краткий миг. Затем, спустя 3,1 секунды, уцелевшие противоракеты атаковали ударные ракеты Дракона Гамма.

Их по-прежнему было более четырех тысяч, и у них было всего 800 целей, но эти цели были намного сложнее противоракет. Противоракеты не были щедро снабжены средствами уклонения; убийцы кораблей, подобные "чжанчжу" флота Лиги, несли их.

Ложные цели - залпы головных ракет, недолговечные, но мощные, имитирующие сигнатуры Гауптмана настоящих убийц кораблей. Оснащенные системами активной защиты ракеты "бобиао" нацеливали на приближающиеся противоракеты сверхскоростные снаряды, оставляя за собой дорогу для "чжанчжу", а ракеты "мингкин" - специализированные платформы радиоэлектронной борьбы, установленные на всем протяжении залпа, - излучали мощные всплески активных помех, которые ослепляли датчики противоракет.

Ничто не могло бы обмануть или победить шесть тысяч угроз. Не все из них. И вторая, меньшая по масштабам катастрофа вспыхнула с такой же яркостью - и быстротой - когда огонь "Зонтика" прорвался сквозь сердце атакующей волны Дракона Гамма. Массированный, заранее спланированный встречный пуск было невозможно остановить, и, несмотря на все средства защиты, все контрмеры, восемьдесят пять процентов ударных ракет погибло в тот титанический момент столкновения.

Но если погибло восемьдесят пять процентов, это означало, что немногим более ста двадцати "чжанчжу" прорвались сквозь горнило целыми и невредимыми, с ревом приближаясь к своим целям со скоростью семь тысяч километров в секунду.

У "Ла Като" не было времени на какие-либо дополнительные приказы. У "Зонтика" было всего три с половиной секунды, чтобы определить оставшиеся в живых угрозы. Все корабли под командованием капитана Пенски непрерывно следили за массированным залпом. Вероятные цели неуклонно уточнялись по мере того, как текли секунды до попадания, а прицельный конус каждой ракеты уменьшался. Тактический отдел "Ла Като" установил иерархию целей, но у флагмана Пенски не было иного выбора, кроме как передать управление отдельным кораблям своего командования, когда уцелевшие "чжанчжу" перешли в атаку.

Человеческое командование и контроль были безнадежно неадекватны скорости и жестокости момента. Все зависело от компьютеров и безразличных, невозмутимых, не обладающих самосознанием ИИ на борту каждого корабля, которые управляли каждым беспилотником, назначали критерии прицеливания каждому пилотируемому истребителю, меняли приоритеты огневых решений, если противоракеты пробивали дыры в назначенной иерархии "Ла Като". Ни у кого из людей, находившихся на борту любого из этих кораблей или пилотировавших любой из этих истребителей, не было времени точно осознать, какие цели были поставлены их кораблям, их истребителям. У них было время только на то, чтобы почувствовать ужас, понять, что на них надвигается Апокалипсис, а затем все оборонительные орудия, которые они установили, вспыхнули как одно целое, и волна огня поглотила их.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ


"Колыма" содрогнулась от отдачи орудий последних рубежей обороны.

Она и ее противоракеты, как и остальные силы "Зонтика", были размещены на оси угроз. Даже при ничтожном ускорении в одно g его кораблям потребовалось всего полчаса, чтобы достичь своих позиций, расположенных в пятнадцати тысячах километров от Кранн-Бетада и прямо между планетой и приближающимися убийцами кораблей. Два ударных носителя типа Косатка представляли собой передовой заслон, расположенный на расстоянии сорока тысяч километров и сконфигурированный для противоракетной обороны кинетическими пушками малой дальности и лазерами. При любой обычной атаке они должны были быть уверены в своей способности остановить ее, но эти ракеты летели с гораздо большей скоростью, чем обычно, и сама скорость во многих отношениях была их защитой. Не потому, что более высокая скорость затрудняла их отслеживание или перехват, а потому, что это ограничивало количество попыток перехвата.

Противоракетная пушка "Колымы" - тридцатимиллиметровые гиперскоростные рельсотроны - открыла огонь всего через семь секунд после того, как приближающиеся ракеты отключили катушки Гауптмана, за 26,5 секунды до того, как стартовали противоракеты "Зонтика", когда расстояние до цели все еще составляло почти 260 000 километров. Трудно было надеяться попасть в цель на таком расстоянии, потому что начальная скорость снарядов пушки составляла всего 33 500 метров в секунду. Этого было достаточно, чтобы доставить энергию, эквивалентную почти 130 килограммам старомодной химической взрывчатки, к неподвижной цели, но с того момента, как пушка начала стрелять, у нее было всего сорок секунд до того, как ее достигнут ракеты, летящие со скоростью, в тысячу двести раз превышающей скорость кинетических снарядов докосмической танковой пушки. Учитывая это время, ее снаряды могли достигать максимальной дальности стрельбы всего в 134 километра. Против ракетной атаки это была отмашка, даже не ножом, а бритвой.

Многоствольная пушка точечной защиты имела гораздо более высокую скорострельность, чем противоракетная пушка. Максимальная скорострельность кинетической пушки крейсера составляла всего около восьми выстрелов в минуту, при использовании чередующихся конденсаторных колец; на крупных кораблях с третьим конденсаторным кольцом могло быть произведено двенадцать выстрелов. Пушка точечной защиты, использующая более легкие источники энергии, несколько "стволов" и дополнительные конденсаторы, могла выпускать двадцать пять снарядов в минуту. Сорок секунд давали "Колыме" время сделать всего по шестнадцать выстрелов из каждой из четырнадцати бортовых пушек, и экономить боеприпасы было бессмысленно.

Тактический отдел "Ла Като" определил отдельные цели еще до того, как "Зонтик" открыл огонь, хотя было почти математически ясно, что они промахнутся. Но "Зонтик" мог выставить в общей сложности 174 орудия точечной защиты и за сорок секунд произвести более 2780 выстрелов. Несмотря на астрономически малые шансы, ракета, которая уклонилась от одного снаряда из суперплотной материи, все же могла столкнуться со снарядом, предназначенным для одного из ее сестер. СПМ-снаряды были дорогими, но не настолько. Если бы им удалось сбить хотя бы одну из налетающих птичек, экономическая эффективность была бы на стороне защитников.

Не говоря уже о том, что та, которую они остановили, могла бы быть той, которая уничтожила бы Тару-Сити.

На самом деле, в две из атакующих ракет действительно попали снаряды, предназначавшиеся для одной из их сестер.

"Косатки" открыли огонь через несколько секунд после корабельных кинетических пушек. У них было меньше времени на то, чтобы вступить в бой, но они были на пять секунд ближе к убийцам кораблей, и их действия были более эффективными. Ни одной из приближающихся ракет не было приказано искать только истребители, и когда они устремились к крейсерам позади, "косатки" развернулись, полыхая лазерами.

Не было времени на решение по принципу "стреляй-смотри-стреляй" - на последующие выстрелы, чтобы поразить цель, которая уклонилась от первого выстрела до того, как оказалась в зоне перехвата. Нужно было сделать по одному выстрелу на цель, а затем перейти к следующим в очереди прицеливания, и даже когда они стреляли, каждый человек в "Зонтике" чертовски надеялся, что назначенная цель будет сбита одной из их противоракет, а не корабельными системами.

По мере уменьшения дальности стрельбы вероятность поражения увеличивалась, но уменьшалась дальность перехвата. "Чжанчжу", которые выжили после противоракет, уже были вне зоны поражения "косаток", и у тех было время сделать только еще один выстрел из каждой пушки точечной защиты, прежде чем ракеты достигнут своих целей. У лазеров на борту развернутых противоракетных беспилотников "Бастет" и лазерных систем защиты на каждом борту было время для трех выстрелов, а у лазеров на противоположном борту было время для одного выстрела по любой ракете, которая прорвется мимо защитников, прежде чем она вылетит за пределы зоны поражения. Пушка этого не сделает; снаряд, летящий со скоростью 3,35 км/с, не сможет догнать ракету, летящую со скоростью 7000 км/с.

Скорость сближения ракет Лиги увеличила кинетическую энергию снарядов пушки со 130 килограммов взрывчатого вещества старого образца до более чем 760 мегатонн. Они не могли направить всю эту энергию на свои цели, но зато пронзали любую ракету "чжанчжу", в которую попадали, как сверхскоростные шилья, испаряя материал на своем пути. На самом деле они были больше похожи на легендарные "лучи смерти" из популярных развлечений докосмической эпохи, чем на лазеры, и ударные фронты, создаваемые их прохождением, расходились во все стороны, разбивая корпуса ракет и полностью разрушая внутренние компоненты, прежде чем они разлетались по дальней стороне раскаленными шарами из плазмы.

Никакая активная защита, установленная на любом из когда-либо созданных убийц кораблей, не смогла бы остановить такой огонь. Любая ракета, в которую попал один из этих снарядов, становилась мертвой... как ракета. К сожалению, она оставалась угрозой. То, что от нее осталось, продолжало двигаться вперед, и хотя воздействие перехвата привело бы по крайней мере к некоторому изменению вектора движения, это изменение было бы минимальным. Фактически, с точки зрения времени до столкновения, его не было бы, что означало бы, что обломки продолжали бы лететь точно по тому же вектору... и что-то размером с "чжанчжу", движущееся со скоростью 7000 километров в секунду, обладало кинетической энергией в 210 мегатонн.

Хорошей новостью было то, что эти ракеты все еще ускорялись, чтобы достичь своих целей, когда они вошли в зону поражения "Зонтика", а это означало, что если они перестанут ускоряться, то не смогут поразить намеченную цель, какой бы она ни была.

Плохая новость заключалась в том, что, хотя они и не попадали в намеченные цели, они все равно могли попасть во что-то.

В худшем случае этим "чем-то", о котором идет речь, может оказаться Кранн-Бетад, хотя попадание в атмосферу, как правило, приводит к разрыву обломков на куски, вероятность того, что они попадут в населенный пункт, невелика, и все жители планеты укрылись в своих убежищах. Однако, предполагая их изначальную нацеленность на планету, они все равно с большой вероятностью могли нанести удар по ней где-нибудь, и если это место было населенным пунктом, потери могли быть огромными, несмотря на все возможные меры предосторожности.

В самом худшем случае это "что-то" могло оказаться одной из орбитальных платформ, которые были настоящими целями Лиги. У платформ не было атмосферы, способной дробить и испарять летящие обломки, и они были гораздо более хрупкими, чем любая планета, но защитникам были даны часы на то, чтобы отключить внутренние процессы и эвакуировать с них весь персонал, кроме самого важного. Разрушения все равно были бы огромными, если бы они были сбиты, и потеря орбитальной промышленности системы стала бы серьезным ударом, но, по крайней мере, человеческие жертвы должны быть минимальными благодаря эвакуации.

В лучшем случае, предполагая, что они должны были поразить что-то, это "что-то" было бы одним из обороняющихся военных кораблей. Конечно, космос огромен, корабли представляют собой относительно небольшие цели, и обломки ракет не могут перенацелиться, чтобы поразить один из них, если они изначально не были нацелены на него. Однако это все еще может случиться - случиться с любым из них.

Как с обороняющимся военным кораблем под названием КФЗФ "Колыма".

Это была не одна из ракет, выпущенных по "Колыме". На самом деле целью ракеты был однотипный с ней корабль "Юкон", и попавший в нее кинетический снаряд прошел сквозь нее под углом, разбив корпус ракеты на множество фрагментов, самый крупный из которых весил всего около четырех тысяч килограммов. Но эти четыре тысячи килограммов летели со скоростью семь тысяч километров в секунду, что означало, что они несли с собой "всего" 23,4 мегатонны кинетической энергии. Что еще хуже, там было множество осколков.

"Юкон" попал в ракету на расстоянии 92 километров от "Зонтика", в десятой доле секунды лета до "Колымы". Даже у ИИ не было времени среагировать на это, а даже если бы и было, это не имело бы значения. Было время - едва-едва - для того, чтобы обломки начали разлетаться, но три осколка ракеты поразили крейсер практически одновременно.

Один удар пришелся в поперечную секцию. Он глубоко вонзился в корабль, разорвав его термоядерный двигатель и топливо в диком огненном шаре, который потряс его, как игрушку в челюстях разъяренного мастифа. Затем он вылетел с другой стороны, оставив за собой шлейф топлива, обломков и тел.

С двумя другими было еще хуже. Они попали в него чуть впереди, менее чем в двенадцати метрах друг от друга, почти посередине, и раскололи его пятисотметровый корпус на две половины.


* * *


Конец света наступил для Каллума Мерфи с громом и молнией.

Одно мгновение его вторичный канал связи заполнялся напряженной профессиональной болтовней тактических расчетов. В следующее мгновение корабль пронзило чудовищное сотрясение, связь с мостиком внезапно оборвалась, и до него донесся звук разбивающегося материала, но не сквозь окружающий его вакуум, а сквозь саму обшивку корабля. Его бронированное противоперегрузочное кресло дернулось, подпрыгнуло, казалось, скрутилось кренделем. Лампочки во втором реакторе мигнули, погасли, затем снова включились от местного источника питания, и его руки начали возиться с застежкой страховочного ремня еще до того, как он осознал, что они двигаются.

В ушах у него зазвенела какофония сигналов тревоги, а на дисплее шлема вспыхнули красные предупреждения о повреждениях. Их было слишком много, чтобы в них разобраться, и он нажал клавишу, чтобы отключить их, а затем поднялся с кресла. Он слишком сильно оттолкнулся в условиях невесомости - настолько сильно, что ему пришлось ухватиться за один из сброшенных страховочных ремней, чтобы закрепиться, - но на самом деле это было не свободное падение, понял он. Не совсем. Корабль, казалось, вращался достаточно сильно, чтобы указать ему очень слабое, но узнаваемое направление "вниз". К сожалению, "вниз" находилось примерно под углом в тридцать градусов от расчетной перпендикулярной оси отсека.

Остальные члены экипажа из шести человек в реакторном отсеке все еще были пристегнуты ремнями к своим креслам, но, как он понял, Эйры там не было. Конечно, нет. Она уже была на ногах, просунув носки обуви в удерживающую петлю на своем противоперегрузочном кресле, такая же собранная и внимательная, как любой тридцатилетний ветеран военного флота.

Это было удивительно, насколько... успокаивающим он это находил, осознал крошечный уголок его мозга. Но только крошечный уголок. Все остальное было слишком загружено.

- Мостик, второй реактор, - сказал он по коммуникатору.

Ответом была тишина. - Вспомогательное управление, реактор два, - попробовал он. Тишина. - Центр контроля повреждений, второй реактор.

Тишина.

- Сэр, у нас проблема.

Каллум развернулся в воздухе, чтобы посмотреть через просторный отсек на главстаршину Хилара Свионтака, старшего члена его команды. Спинка кресла Свионтака была полностью выпрямлена, а его пальцы в перчатках порхали по панели управления.

- Поговорите со мной, шеф.

- Сэр, мы получили что-то похожее на адский всплеск, когда на нас обрушилось это, чем бы оно ни было. Это дестабилизировало все вокруг, и мы потеряли половину питания реактора. Я не могу добраться внутрь, чтобы перекрыть подачу водорода, а мощность реактора уже на восемь процентов превышает максимальную номинальную... И продолжает расти.

Каллум прикусил губу изнутри. Не очень хорошо, подумал он. Совсем не хорошо.

- Бутылка?

- Пока держится, сэр, - ответила старшина-техник первой статьи Шейла Клэнси. Голос техника-электрика звучал немного ошарашенно. - Выглядит, однако, не очень хорошо. На магнитном кольце загорелись сигнальные лампочки, и бутылка начинает колебаться. Пока не так уж плохо, но...

Она покачала головой в шлеме.

- Что у нас тут, Грин? - спросил Каллум.

- Ничего от службы контроля повреждений, - сказал Треджин Грин. - На самом деле, ничего ниоткуда, но я задействовал наши местные пульты дистанционного управления.

На главном дисплее появилось изображение, передаваемое ремонтным дроном, ползущим по одному из трубопроводов между вторым и первым реакторами. Сам трубопровод был всего около тридцати сантиметров в поперечнике, но на дисплее выглядел как изображение старомодного туннеля метро, заполненного мощными электропроводами.

- Пока не вижу ничего плохого, но...

Он замолчал, и Каллум с трудом сглотнул.

- Вот дерьмо, - пробормотал кто-то по коммуникатору.

Беспилотник достиг конца трубопровода немного раньше, чем следовало. Но это было потому, что трубопровод был перерезан зазубренным тесаком какого-то разъяренного бога. И не только трубопровод. Вся передняя часть корабля исчезла. Просто... исчезла.

Каллум мог видеть далекие, безразличные точки звезд на том месте, где должен был находиться реактор один и вся его команда.

По крайней мере, он знал, почему никто не ответил с мостика, или из вспомогательного центра управления... или из службы контроля повреждений.

- Как тебе эта бутылка, Клэнси? - спросил он.

- Не очень хорошо. Мы скоро проиграем. Я думаю...

- Магнитное кольцо повреждено ударной волной, сэр, - вмешался Грин. Каллум посмотрел на него, и старшина пожал плечами. - Наблюдаю по одному из пультов, и Шейла права. По всему основному кольцу проходит чертова трещина. Единственное, что удерживает его, - это запасное кольцо, и не думаю, что оно прослужит нам долго.

- Извлеките бутылку, - приказал Каллум.

- Есть извлечь бутылку, сэр! - ответил Свионтак.

Он ввел требуемый код, затем нажал клавишу "ВЫПОЛНИТЬ", и по корпусу прошла вибрация.

Раздался новый сигнал тревоги.

- Катапультирование отказало! - рявкнул Свионтак. - Не сработало, сэр!

- Нет, но сработал катапультирующий заряд, - сказал Грин. - Реактор взорвался к чертовой матери!

- Я теряю запасное кольцо! - голос Клэнси стал более высоким.

- Народ, пора уходить, - Каллум услышал, как кто-то говорит его голосом. - Треджин, передай сообщение по любому каналу, который у тебя есть. Второй реактор эвакуируется, и бутылка вот-вот взорвется? - Он посмотрел на Клэнси.

- Может продержаться еще пять минут, сэр. Возможно.

- Бутылка взорвется через четыре минуты, - сказал Каллум.

- Передаю сигнал, сэр. Одному богу известно, слышит ли кто-нибудь это!

- Лучшее, что мы можем сделать, - это все, что мы можем сделать. А теперь вперед, люди!

- Вы все правильно поняли, сэр! - сказал Свионтак. - Вы слышали лейтенанта! Давайте двигаться!

Четверо из команды Каллума отстегнули ремни, но не старшина-техник Клэнси и не Арнольд Шапиев, дублер Грина на ремонтных дронах. Клэнси попыталась расстегнуть ремни, но они не поддавались. Шапиев даже не пошевелился.

- Дерьмо! - Каллум, преодолевая слабую гравитацию, бросился к Шапиеву. - Свионтак, помогите Клэнси!

- Выполняю, сэр!

Каллум добрался до Шапиева и выругал себя, когда добрался туда. Ему следовало бы отключить звук. Возможно, тогда он понял бы, насколько серьезно пострадал Шапиев.

В корпусе была пробоина. Небольшая. Как раз достаточного размера, чтобы то, что прорвало ее, пробило спинку амортизационного кресла Шапиева, и на медицинском дисплее старшины вспыхнули зловещие предупреждающие коды. Внутреннее кровотечение, сломанные кости, пробитое легкое... Легкое, должно быть, было задето осколком кости, потому что единственной хорошей новостью было то, что броневая накладка на его вакуумном скафандре, похоже, предотвратила повреждение, не дав ему даже проколоться.

Кто-то оказался рядом с Каллумом. Он ничуть не удивился, увидев, что это была Эйра.

- Я справлюсь, сэр, - сказала она. - Идите. Сейчас.

- Ни за что. - Каллум покачал головой и потянулся к медицинскому блоку на противоперегрузочном кресле.

- Сэр, вы нужны своим людям.

- Ни за что! - повторил он более твердым голосом.

- Сэр...

- Или помогите мне, или убирайтесь к черту с дороги! - рявкнул он.

Он нажал на кнопку, и амортизационное кресло отделилось от обшивки палубы с тихим в вакууме треском небольших зарядов взрывчатки. Медицинские показатели Шапиева вспыхнули ярче, затем немного стабилизировались, когда встроенная в кресло аптечка начала прокачивать коагулянты и кровезаменители по его организму.

Каллум ухватился за изножье кресла, а Эйра - за голову. Боковая тяга из-за микрогравитации, вызванной вращением, оказалась более серьезной проблемой, чем он ожидал, но они смогли направить ее в нужное русло.

- Сэр, первая капсула вышла из строя, - доложил Свионтак. - Отказывается катапультироваться.

- Черт. Конечно, так и есть. Ладно, вы, ребята, займите третью. Мы с Эйрой посадим Шапиева во вторую.

- Сэр, я возвращаюсь...

- Нам с вами не хватит места во второй.

- Но, сэр...

- Забирай. Их. В. Третью, - проскрежетал Каллум.

- Есть, сэр.

Каллум почувствовал неодобрение Эйры. Ни одна из запасных спасательных капсул не могла вместить весь экипаж реакторного отсека. Каждая была рассчитаны только на четырех эвакуируемых. Установить амортизационное кресло Шапиева в одну из них было бы чертовски сложно, а третья капсула была ближе второй. Шансы на то, что кто-то из людей второго реактора спасется до того, как бутылка взорвется, были не более чем равными, но их с Эйрой шансы только что резко упали.

Если меня убьют, она никогда меня не простит, - сказал ему какой-то безумный уголок его сознания. - И, на мое счастье, рай все-таки есть, и она проведет следующий миллион лет, причиняя мне горе.

- Третья капсула отделяется, - сказал Свионтак. - Удачи, сэр!

Корабль слегка задрожал, когда капсула вылетела из аварийной шахты и отделилась от корпуса. Каллум представил, как включаются двигатели, уводя ее от обломков "Колымы" при пятнадцатикратной силе тяжести, когда они с Эйрой, тяжело дыша, спускались по подъездному пути вместе с Шапиевым. Люк, ведущий в отсек третьей капсулы, был задраен, и Эйра бросилась к люку, ведущему во вторую капсулу. Он открылся, и она отползла в сторону, чтобы просунуть в него передний конец амортизационного кресла.

Каллум поднатужился с другой стороны, проталкивая его дальше в отсек, но кресло заклинило. Эйра скользнула рядом с ним, упершись плечами в спинку кресла, а подошвами ботинок - в противоположную переборку. Затем она выпрямила спину с громким стоном, отчетливо слышным по коммуникатору, и кресло внезапно влетело в люк.

- Хорошая девочка! - Каллум, тяжело дыша, ударил ее в плечо. - Сейчас...

Что-то вспыхнуло.

Он не знал, что это было. У него не было времени выяснять. У него было время только на то, чтобы броситься к Эйре, обнять ее и наклонить к ней голову в шлеме.

Затем левиафан пнул его в спину, и осталась только темнота.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ


Звуковой сигнал.

Именно этот звуковой сигнал не давал ей уснуть, когда она слегка покачивалась на стуле рядом с кроватью Каллума. К носу у того была прикреплена трубка подачи воздуха, правый глаз закрывала пластиковая повязка, а обрубок правой ноги был накрыт одеялом.

Острая боль пронзила ее руку. Зашипел подключенный к шунту на ключице крошечный насос для подачи лекарства, и, когда обезболивающее подействовало, дискомфорт прошел, но в голове у нее поднялся туман, размывая видимость.

Она отломила использованный флакон для лекарства и бросила его на металлическую подставку рядом с кроватью Каллума.

Кто-то сжал ее плечо. Она подняла глаза и увидела, что рядом с ней стоит Мерфи. Попыталась вскочить на ноги, но он мягко усадил ее обратно на стул.

- Спасибо, - сказал он.

- Нет... я была слишком медлительна. - Она покачала головой, в ее голосе звучала горечь. - Я делала все, что могла, но если бы я просто была... лучше, быстрее поняла, что происходит, он бы не пострадал.

- Он жив. Вы спасли его для меня. - Мерфи подошел к Каллуму.

- Он не должен был этого делать. - Она опустила голову, слезы застилали ей глаза. - Он не должен был!

Мерфи нежно положил руку на лицо Каллума и сморгнул навернувшиеся слезы.

- Конечно, он должен был, - мягко сказал он. - Это то, что делаешь для людей, которые вам небезразличны, Эйра.

- Но...

Она оборвала фразу на полуслове, когда Каллум пошевелился и медленно открыл свой единственный глаз.

- Хм. - Он медленно моргнул. - Папа? - Его голос звучал невнятно, и он облизал потрескавшиеся губы. - О, нет. - Потрескавшиеся губы чуть заметно улыбнулись. - Я в аду, не так ли? Ни один ангел не был бы таким уродливым, как ты.

Его голос все еще звучал невнятно, но отец вытер глаза и искренне рассмеялся.

- Никогда не суди о книге по обложке, сынок, - сказал он, убирая руку с лица Каллума и сжимая его плечо. - Возможно, ты захочешь это записать.

- Нет, я слишком слаб, чтобы беспокоиться о таких вещах.

- Я это заметил. - Мерфи снова сжал его руку. - Как ты себя чувствуешь?

- Как будто у меня болит все. - Каллум снова закрыл глаза и откинул голову на подушку. - Что, черт возьми, произошло? - спросил он через мгновение.

- Ты получил пару хороших ударов, когда "Колыма"...

- Боже мой! - Каллум снова открыл глаза. - "Колыма"! - Он уставился на своего отца, затем резко повернул голову. - Эйра - Эйра!

- Сэр! - она подскочила рядом с Мерфи.

- О, хорошо, - он запрокинул голову. - Вы пострадали?

- Не важно, - сказала она.

- Да. Так и есть, - сказал он, снова закрывая глаза. - Прости, папа. - Он выдавил из себя еще одну улыбку. - Ты что-то говорил?

- Я сказал, что ты получил пару ударов, - сказал его отец.

- Так вот почему я не могу... - Рука Каллума потянулась к повязке на глазу. - Глаза нет, не так ли? - Он открыл оставшийся глаз и посмотрел на обе руки, затем поднял одну ногу... и обрубок другой. - О... о, нет...

- Это моя вина, сэр, - жалобно произнесла Эйра.

- Нет, это не так, - строго сказал Мерфи.

- Взрыв. - Каллум нахмурился, вспоминая. - Что, черт возьми, это было? Это не могла быть бутылка...

- Насколько мы можем судить, это был катапультирующий заряд для первой капсулы, - сказал его отец. - Они оставили люк капсулы открытым, когда она не запустилась. Должно быть, произошел сбой в цепи запуска, и она каким-то образом замкнулась, пока вы с Эйрой переносили старшину Шапиева во вторую капсулу. Сработал катапультирующий заряд, затем включился двигатель, по крайней мере, часть его вылетела обратно через люк. Вам обоим повезло, что вы остались живы.

- Только потому, что вы встали между им и мной, сэр, - сказала Эйра с напряженным выражением лица. - Это моя работа, а не ваша! Я должна быть вашей охраной!

- Вы бы выглядели глупо, пытаясь прижаться к кому-то с моим ростом, - сказал Каллум, снова закрывая глаза. - Я знаю, вы бы так и сделали. И не думайте, что я просчитал это до конца. Я недостаточно храбр, чтобы намеренно сделать что-то подобное. Конечно, вы сказали, что главный сержант предупреждал вас о "глупой храбрости".

- Но...

- Он прав, Эйра. - Мерфи протянул свободную руку и слегка встряхнул ее. - Вы бы сделали это для него, он сделал это для вас. Так поступают друзья и семья.

- Друзья? - Эйра посмотрела на них обоих. - Семья? Но... Я просто...

- Очень необычная молодая женщина, - закончил за нее Мерфи. - Одна из самых необычных, с кем я когда-либо имел честь встречаться.

Она недоверчиво уставилась на него, а он снова перевел взгляд на своего сына.

- Единственной причиной, по которой ты выжил после того, как стал - как ты там это назвал? "глупым храбрецом"? - была Эйра. Она все сделала в правильном порядке. Затащила тебя в капсулу, когда ты все еще терял воздух через отверстие в своем шлеме. Закрыла люк и подняла давление в капсуле, уложила тебя на кресло, запустила капсулу, затем наложила жгут на твою ногу, прежде чем наложить экстренную повязку на твой глаз. И после этого она что-то сделала со своей рукой.

- Вы ранены? - Каллум снова открыл глаз, потемневший от внезапного беспокойства.

- Ты недостаточно велик, чтобы полностью прикрыть ее, - сказал Мерфи. - Большая часть взрыва пришлась на ее левую руку. Скафандр пробило в трех местах. Два осколка корпуса попали ей в бицепс. Слава богу, они были маленькие, и автогерметизатор сработал так, как и должен был сработать! О, я забыл упомянуть, что она проделала все необходимые действия в нужном порядке только одной рукой?

- Только посмотрите на себя! - Каллум улыбнулся и протянул ей руку. - Поговорим о больших вещах в маленьких упаковках!

Она нерешительно взяла его за руку, и он крепко сжал ее.

- Мне кажется, мы, вероятно, квиты, - сказал он.

- Нет. - Она покачала головой, но все же выдавила из себя слабую улыбку. - Пока нет, сэр. Я помню, кто нес меня по лестнице из бункера.

Каллум неловко отмахнулся другой рукой, затем оглянулся на своего отца.

- Шапиев?

- Он выкарабкается, - сказал Мерфи. - Спасибо вам двоим, и я не хочу начинать новый спор о том, кто из вас сделал больше для его спасения. Давайте назовем это командной работой.

- Меня это устраивает, - сказал Каллум, откидывая голову назад. - Не думаю, что благородный воин должен так говорить, но прямо сейчас я действительно чувствую себя дерьмово, пап.

- Неудивительно. Ты на некоторое время выбыл из строя. - Мерфи покачал головой. - Но мы вернем тебя домой и проведем курс реабилитации. Ты сможешь полностью восстановиться, сынок. Вот что важно.

- Мама убьет меня, - пробормотал Каллум, затем фыркнул. - Нет, она убьет тебя, папа. У тебя будут настоящие неприятности, когда она узнает. Не думаю, что мы с Эйрой вместе сможем спасти тебя от нее!

- Мне действительно достанутся одно-два резких слова, - признал его отец.

- Тебе повезет, если это останется на словах! - сказал Каллум. - Итак, полагаю, следующий классический вопрос - где я? На "Иштар"?

- Угадал с первого раза. Оборудование доктора Барбо, по крайней мере, не хуже, чем где-либо на Кранн-Бетаде. Я все же думал отправить тебя на планету, прежде чем мы отправимся в червоточину.

- Черт! - Каллум покачал головой. - Я даже не подумал о Кранн-Бетаде! Насколько все было плохо?

- Достаточно плохо, но, черт возьми, намного лучше, чем могло бы быть, благодаря вам и остальному персоналу "Зонтика", - сказал Мерфи. - На планете вообще ничего не произошло, но мы полностью потеряли платформу Нью-Дублин Браво, и два нефтеперерабатывающих узла тоже пострадали. К счастью, мы убрали почти всех со всех трех платформ, так что там мы потеряли всего около двухсот человек. - Настала его очередь покачать головой. - Всего двести.

- Папа, на Кранн-Бетаде было сто миллионов человек. Поверь мне, "только" работает, как бы сильно это ни ранило.

Мерфи задумчиво посмотрел на своего сына, осознавая, что за этой невнятной фразой, произнесенной с таким трудом, стоит зрелость.

- Ну, может быть, - сказал он. "Но "Зонтик" дорого заплатил. "Колыма" и "Чанша" потеряны полностью. "Нанга Парбат" тоже сильно пострадал, но на верфи говорят, что его можно починить. Боюсь, на "Колыме" мы потеряли еще триста человек, включая коммандера Зайдель. "Чанша" отделалась легче - она потеряла всего около ста пятидесяти человек.

Каллум кивнул. Это составляло шестьдесят пять процентов от всего экипажа "Колымы", но было чудом, что хоть кто-то из ее людей остался жив. Потери "Чанши" были намного ниже - "всего лишь" (опять это слово) около тридцати процентов экипажа.

- Но до планеты ничего не дошло?

- Ничего особенного. На самом деле, я не думаю, что они вообще стреляли по планете. "Колыму" и "Чаншу" уничтожили обломки ракет. "Нанга Парбат" получил удар лазерного оружия, но я сомневаюсь, что он был намеченной целью. Больше похоже на ракету, которая получила повреждения по пути к цели, поняла, что не попадет ни во что "стоящее", и довольствовалась тем, во что могла попасть. Но Кранн-Бетад даже не заметил никаких обломков, кроме тех, что упали с платформы Браво, когда она развалилась, - Мерфи покачал головой. - Если бы они целились в планету, по крайней мере, часть обломков ракет попала бы в атмосферу, и, вероятно, большая их часть.

- Что ж, это хорошо, я думаю. - Каллум слегка улыбнулся. - Но я бы чувствовал себя более героичным, если бы мы спасли миллионы жизней.

- Героизма в мире хоть отбавляй, сынок. И экономия - я не знаю, примерно на триллион кредитов - промышленной инфраструктуры и всех людей, которые все еще находились на ее борту, вероятно, тоже чего-то стоит.

- Может быть. - Каллум пожал плечами. Затем его глаза сузились. - Ты сказал, что думал о том, чтобы отправить меня на планету до того, как мы войдем в червоточину. Мы в пространстве червоточины?

Его отец покачал головой.

- Пока нет. Это займет еще часов тридцать или около того. Но мы уйдем, как только сможем.

- Почему? Неужели мы все-таки проиграли? Мы направляемся в Джалал?

- Проиграли? - Мерфи улыбнулся. - Нет, я не думаю, что это можно сформулировать именно так. На самом деле проблема в том, что мы все еще имеем дело с военнопленными и захваченными кораблями.

- Захваченными? - Каллум подумал, что он чувствует себя таким растерянным, должно быть, не только из-за наркотиков.

- Да. Мы взяли целыми всех наездников Син - допрос пленных подтвердил, что она была главной. На самом деле, мы все еще находимся в процессе их сбора. У нас не хватает достаточного количества стоек для наездников, чтобы забрать их всех за один подъем. Или даже за два. И они все еще летят за пределы системы со скоростью около сорока пяти процентов световой, так что каждый перелет туда и обратно занимает около двадцати часов. Но я обещал, что мы соберем их всех, и О'Хэнрати получает от них хорошую информацию. Если уж на то пошло, мы захватили достаточное количество их боевых кораблей, и, возможно, стоит передать их на вооружение флота Федерации! Однако, как только мы захватим их все, мы уйдем.

- Но не на Джалал? - Каллум потер пластик на своем отсутствующем глазе.

- Нет. - Слово прозвучало немного медленно, и Каллум нахмурился.

- Тогда куда мы направляемся?

- Что ж, это интересный вопрос, - сказал Мерфи. - Внешним разведывательным платформам повезло. Мы получили точные данные о векторах ухода обоих компонентов флота Лиги. Мы почти уверены, что силы, которые на самом деле атаковали Кранн-Бетад, изменили направление, потому что они направлялись не в пространство Лиги. Они направлялись вглубь Конкордии. Но другой, тот, который мы разнесли к чертям собачьим, направлялся прямиком в Лигу. Возможно, это был отвлекающий маневр, и их настоящая "секретная база" находится где-то прямо здесь, в секторе Конкордия, но я в этом сомневаюсь.

- Значит, вы выяснили, где находится их база?

- Мы вычислили их пункт назначения по конусу, предполагая, что они летели по прямому вектору домой. Он пересекает часть пространства, на которое претендует Лига, но в нем всего несколько звезд. Мы уже сузили круг возможных мест назначения примерно до семи, и два из них населены. Кажется маловероятным, что они разместили свою базу где-нибудь, где есть кому посмотреть, поэтому мы с О'Хэнрати считаем, что это, скорее всего, одно из других мест. Опрос пленных и данные, полученные в ходе расследования, должны позволить нам еще больше сузить круг наших пяти оставшихся кандидатов - надеюсь, не более чем до пары. И как только мы это сделаем, мы узнаем, правы ли мы.

- Я ударился головой? - Каллум посмотрел на Эйру, которая кивнула. - Так и думал. И, должно быть, ударился очень сильно. Ты делаешь... что, папа?

- Пользуюсь случаем. Одной победы в Нью-Дублине недостаточно. Если мы перенесем сражение на призрачные верфи Лиги, это вполне может изменить ход всей войны. Это рискованно, но таково было мое решение.

- Может быть, я смогу... найти зацепку или что-то в этом роде. Как-нибудь помочь.

- Доктор Барбо говорит, что ты еще не готов к бою, - сказал Мерфи. - Просто сосредоточься на отдыхе. Эйра, Логан хочет, чтобы вы были с ним, когда мы доберемся до системы Лиги. Вы сможете драться?

- Да, сэр. Доктор говорит, что все наниты будут введены через три-четыре дня. Но Каллум...

- О нем позаботятся. Я хочу, чтобы вы были с Логаном. Нам понадобятся все... если вы готовы.

- Да, сэр. Я умею драться.

- Хорошо. - Мерфи улыбнулся ей, затем снова посмотрел на сына, выражение его лица стало более серьезным. - Я должен продолжить обход. Слишком много раненых. Слишком много потеряно навсегда. Не делай из этого привычку, сынок.

- Всего лишь легкое ранение. - Каллум провел рукой по промежности и преувеличенно облегченно вздохнул. Мерфи покачал головой. Затем он кивнул Эйре и направился к выходу из палаты, чтобы присоединиться к группе ожидающего медперсонала.

- Как я выгляжу? - спросил Каллум у Эйры.

- Ваше лицо по-прежнему прекрасно.

- Ну разве вы не прелесть? - Он положил руку на край кровати и слегка согнул пальцы. Эйра взяла его за обе руки, и он поднес ее пальцы к своим губам для поцелуя. - Теперь вы скажете Логану, что вам больше нельзя причинять боль. С одной ногой или без, я надеру ему задницу.

- Я не скажу ему этого. - Она покачала головой. - Вы ему не нравитесь.

- Всегда заботитесь обо мне. Спасибо, что затащили меня в эту капсулу.

- Я могла это сделать только потому, что...

- Эйра. Заткнись. - Он повернул голову, чтобы улыбнуться ей. - Помнишь, ты говорила, что из-за меня ты погибнешь из-за глупой храбрости? Что ж, именно это я и совершил - глупую храбрость. И после того, как я это сделал, ты вытащила нас обоих - черт возьми, всех троих, считая Шапиева, - живыми из этой аварии. Я твой должник. Я твой должник и не думаю, что когда-нибудь смогу по-настоящему отплатить тебе.

- Сэр... просто... просто позвольте мне остаться рядом с вами. Вы и адмирал. Вы - все, что у меня есть.

- Я думаю, мы справимся с этим. - Он снова закрыл глаза, откидываясь на подушку. - Думаю, мы сможем. - Его голос стал более невнятным, и она крепче сжала его руку. - Иди к Логану. Покажи ему, как убивать членов Лиги. Я останусь здесь и... приму еще немного обезболивающих. Они хорошие.

- Позвольте мне остаться. Еще немного.

- Конечно, ты можешь. Конечно, ты можешь.

Каллум задремал.

Она все еще держала его за руку.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ


Адмирал флота Фокаидес сидел неподвижно, пока Ян в голограмме рассказывала о последних моментах битвы за Нью-Дублин перед высшими руководителями Федерации. Большинство из них лично присутствовали на борту Овального офиса, включая собравшийся объединенный комитет начальников штабов. Некоторые из них, включая премьер-министра Шлейбаум, присутствовали при этом через голограмму.

- ...и затем, вскоре после того, как сдались последние подразделения Лиги, контр-адмирал Мерфи покинул систему, взяв курс на пространство Лиги, - сказала она.

- Капитуляция подразделений Лиги, - сказала Шлейбаум. - Вы намекаете, что он захватил их корабли целыми и невредимыми?

- Да, премьер-министр. - Для человека, описывающего сокрушительную победу, голос Ян звучал на удивление ровно.

- Сколько их было?

- Девяносто восемь, мэм, - вздохнула Ян. - Сорок восемь линейных кораблей и пятьдесят линейных крейсеров.

- Боже мой, - пробормотал кто-то. Было практически неслыханно, чтобы военные корабли захватывали целыми, а не взорванными до того, как их экипажи попытаются сдаться. Никому никогда не удавалось захватить более дюжины неповрежденных кораблей за один раз.

- Как? - спросила Шлейбаум. - Как это произошло?

- Госпожа премьер-министр, - Ян слегка вздернула подбородок, - адмирал Мерфи захватил несанкционированное торговое судно за синей линией. Он настаивал на том, что груз предназначался Лиге и что это подразумевает существование значительных сил Лиги, о которых нам неизвестно. Очевидно... адмирал был прав.

- Лига построила это и управляла этим без нашего ведома? - голограмма Шлейбаум встала, когда она посмотрела на адмирала. - Вы знаете, что случилось бы с Федерацией, если бы Мерфи проиграл? Фокаидес! Зачем ты вообще здесь? Ответь мне.

- Лига прорвалась бы прямо через сектор Конкордия. - Фокаидес постучал по панели, и на экране появилась карта Федерации. - Они бы уничтожили Джалал, - пока он говорил, значок системы Джалал запульсировал кроваво-красным, - а затем пробили коридор Асера. - Другие значки тоже окрасились кровью, прослеживая линию вглубь от границы. - По нашей наилучшей оценке, основанной на силах, которые фактически нейтрализовал Мерфи, эта Син могла продвинуться еще через девять систем бета- и гамма-уровней, прежде чем мы даже начали бы развертывать стратегический резерв. К тому времени, когда мы действительно смогли бы перехватить ее, она могла быть уже в районе Траскотта, в секторе Гауден. Потери среди военных и гражданского населения были бы катастрофическими. И если бы она была готова рискнуть и вступить в бой с флотом, то, возможно, добралась бы до Хемпстеда.

Кровавый след обрывался на отметке HR 5209, в 356 световых годах от Беты Лебедя... и всего в шестидесяти пяти световых годах от Солнечной системы.

- Она могла бы разрушить экономический центр центральных миров, - гласила голограмма Амадео Бойла. - Это была бы катастрофа похуже, чем в Кальяо, хуже, чем в Первом Телемарке!

- Но вместо этого Мерфи одержал победу. - Канада Такоре, присутствовавший в качестве голограммы напротив Бойла, поднял обе руки. - Почему мы не празднуем, вместо того чтобы паниковать?

- Минутку, пожалуйста, Канада, - сказала Шлейбаум и пристально посмотрела на Фокаидеса. - Что вы имели в виду под "силами, которые фактически нейтрализовал Мерфи"?

- Адмирал Мерфи идентифицировал двенадцать сверхсветовых кораблей Лиги, - ответил Фокаидес. - Восемь из них были класса Фокси - на шестьсот метров длиннее наших Титанов и лишь немного меньше нашего совершенно нового класса Корморан. На всем фронте Бета Лебедя мы идентифицировали только четыре таких. Если верить прогнозам Мерфи, сделанным на основании перехваченного им торгового груза, - адмирал флота выглядел как человек, которому грозит ампутация, - они, возможно, строили до сорока дополнительных авианосцев.

Ошеломленная тишина воцарилась в конференц-зале.

- Сорок, - повторила премьер-министр после долгой паузы. - Сорок. Вы хотите сказать, что они могли бы поразить нас пятьюдесятью своими новыми монстрами?

- Если бы прогнозы Мерфи были верны, - сказал Фокаидес. - Но никто из моих аналитиков не верит, что это возможно. Мы не смогли бы построить пятьдесят Корморанов, не увеличив втрое наши бюджеты на строительство и производственные мощности, а наши производственные мощности наполовину больше, чем у Лиги. Мои люди признают, что факты свидетельствуют о том, что он был прав и что у Лиги есть секретная строительная верфь где-то недалеко от Конкордии, но они просто не могли построить столько кораблей.

- В этом адмирал прав, премьер-министр, - сказал Такоре. - Я думаю, очевидно, что Мерфи переоценил окончательный размер предполагаемого флота Лиги. Однако произошедшее ясно показывает, что он был прав в том, что они строили флот. Итак, я повторяю - почему мы паникуем вместо того, чтобы праздновать?

- Ян. Продолжайте, - сказал Фокаидес.

- Пользуясь своими полномочиями губернатора системы, адмирал Мерфи санкционировал расходование федеральных средств и задействование вспомогательных объектов военного флота на Нью-Дублине для создания большого количества ракет, - сказала Ян. Это предложение было встречено совсем другим молчанием. - Очень большого количества. И он, по-видимому, снабдил их каким-то модифицированным корпусом грузового беспилотника, что позволило ему наносить чрезвычайно тяжелые ракетные удары на ранее недостижимых дистанциях. - Тишина вокруг нее стала еще более глубокой. - И одновременно с сообщением о битве на Нью-Дублине мы получили сообщение от нескольких командиров сборных пунктов о том, что миры в секторе Конкордия не доставили своих призывников для дальнейшего обучения и назначения. Налоги также... не поступили.

- У нас на руках военный вождь, не так ли? - произнесла премьер-министр в звенящей тишине.

- Это уже слишком! - Такоре хлопнул рукой по своему рабочему столу, но его голограмма не издала ни звука от удара. - Терренс Мерфи - мой зять! Признаю, что иногда он бывает немного романтичным дураком. Но это не значит, что он настолько амбициозен - или настолько глуп - чтобы думать, что сможет провернуть что-то подобное только потому, что его фамилия имеет хоть какой-то вес! Все, что он делал, он делал потому, что должен был, если хотел остановить это!

Он ткнул пальцем в цепочку кровавых значков на карте Фокаидеса.

- Вы сказали, что после битвы он направился на территорию Лиги, - сказала Шлейбаум. - Почему? И вы в этом уверены?

- Согласно его отчету, он полагает, что, возможно, идентифицировал звездную систему, из которой была произведена атака, - ответила Ян. - Его намерение состоит в том, чтобы атаковать ее и уничтожить все еще недостроенные корабли. Отвечая на ваш второй вопрос, скажу, что у нас нет независимого подтверждения места его назначения, но, похоже, нет причин сомневаться в этом.

- Я думаю, нам пора начать расспрашивать обо всем, что касается нашего друга Мерфи, - мрачно сказала Шлейбаум. - Насколько нам известно, он действительно может направляться прямо сюда.

Такоре издал нечленораздельный звук протеста, но Бойл покачал головой.

- Верена права, Канада, - прорычал он. - Перехватил груз Лиги за синей линией. Разгромил флот Лиги, который мог прорваться к самому порогу Земли. И теперь он преследует их, чтобы прикончить? - Он снова покачал головой. - Я считаю, что пора перестать недооценивать его.

- Мы не можем допустить, чтобы это произошло, - сказала Шлейбаум. - С тех пор, как в Инвернессе распространились слухи, обстановка накалилась. А теперь еще и это. Похоже, мы теряем контроль, а мы не можем себе этого позволить.

- Жители Окраины - это большая часть наших вооруженных сил, - отметил Бойл. - Системы начинают стекаться к Мерфи, и вся война оказывается под угрозой. И подумайте, как это отразится на наших экономических интересах!

- Вы все беспокоитесь о результатах, - сказал Фокаидес. - Но как Лиге удалось построить этот флот? Прогнозы Мерфи, возможно, сильно преувеличены, но только те Фокси, которые он на самом деле выявил, доказывают, что Лига смогла создать гораздо больше крупных кораблей, чем мы даже подозревали. Я не хочу давать волю теориям заговора, но...

- Достаточно, адмирал, - сказала Шлейбаум. - Нам нужно восстановить и поддерживать контроль над Окраиной. Мы не можем допустить, чтобы Терренс Мерфи стал героем. Он не может стать символом сплочения Окраины... или центральных миров.

- Он одержал победу, но все еще находится в двухстах световых годах от Солнца, - сказал Бойл. - Это означает, что мы можем контролировать сообщение об этой победе.

- Есть отчет генерального инспектора. - Тон Ян был лишен всякого выражения. - Обвинения Мерфи в получении взяток. Кроме того, нарушение директивы Фокаидеса. Победил он или нет, но приказы ему были четкими.

- Предложения? - Шлейбаум скрестила руки на груди.

- Измените сообщение. - Бойл поднял руки. - Размер флота Лиги в Нью-Дублине не поддается описанию, поэтому измените его. Объявите официальный подсчет в соответствии с ожиданиями. Фактическая цифра рано или поздно просочится, поэтому мы добавляем примечание о том, что количество может измениться после того, как... проведем дополнительное расследование. Затем привлекаем Мерфи к ответственности за эти откаты и снижаем его рейтинг в глазах общественности на пару пунктов. Герой войны или нет, но во флоте Федерации нет места коррупции.

- Нет! - Такоре стукнул кулаком по столу. - Вы не можете так обращаться с ним!

- Каков статус контракта с Корморанами? - спросила Шлейбаум. - Не думаю, что уже подписан окончательный заказ на поставку. - Она уставилась на Такоре ледяными глазами. - Насколько я понимаю, у Астро Инжиниринг все еще есть приемлемая заявка.

- Верена, - Такоре покачал головой, - вы же не серьезно.

- Вы входите в Пятьсот, - холодно сказала Шлейбаум. - Это означает, что есть еще четыреста сорок девять человек, которые могут подойти вместо вас.

Такоре посмотрел на нее долгим, неподвижным взглядом. Затем он заставил себя улыбнуться.

- Обвинения... действительно звучат серьезно, - сказал он.

- Мы так беспокоимся о том, чтобы Мерфи стал героем, что готовы превратить его в мученика, - сказал Фокаидес. - Мы собираемся уничтожить человека, который только что спас центральные миры, одержал самую одностороннюю победу в истории военного флота и, возможно, переломил ход войны в нашу пользу. Это то, чего вы все хотите?

- В чем проблема, адмирал флота? - спросил Бойл. - Через несколько недель вы уходите на пенсию.

Фокаидес переглянулся с Ян. Послание Бойла было ясным. Фокаидес подпишет приказы против Мерфи. Он возьмет на себя вину за любые последствия... и ему придется нести это бремя на очень хорошо оплачиваемой должности, которую Бойл уже подготовил для него. Ян была бы ни в чем не повинна, когда получила бы звезды адмирала флота. Все было бы аккуратно... если бы Фокаидес не оказался настолько глуп, чтобы опрокинуть тележку с яблоками.

- В Федерации существует система подчинения, - сказал он через несколько секунд, обводя взглядом лица членов объединенного комитета начальников штабов. - Система, необходимая для поддержания порядка и стабильности в ходе военных действий. Система, которую нельзя нарушать в такой ответственный момент. Фронт Бета Лебедя стабилизируется в нашу пользу, и потери Лиги в Нью-Дублине могут фактически вынудить их сесть за стол переговоров. Мы должны поблагодарить Мерфи за это, но нельзя допустить, чтобы его амбиции и напыщенность поставили под угрозу эту возможность, и эти отчеты генерального инспектора вызывают... беспокойство. Есть возражения против того, чтобы приструнить его?

Остальные члены объединенного комитета начальников штабов покачали головами. Ян на мгновение замерла с каменным выражением лица, затем покачала головой.

- Тогда сделайте это, - сказала Шлейбаум. - Полная цензура на новостях Нью-Дублина. Я хочу, чтобы общественность поверила, что Мерфи - коррумпированный офицер, которому повезло с рейдом Лиги. Верните его на Землю в цепях.


* * *


- Досветовая скорость через двадцать секунд, - объявил коммандер Кройцбург, и Мерфи оторвался от разговора с О'Хэнрати, чтобы посмотреть, как на цифровом дисплее отсчитываются последние секунды.

Ни в одном из компьютеров наездников Лиги не было ровно ничего об их системе назначения, и никому из захваченного персонала никогда не сообщали даже названия этой звездной системы. "Дию" не фигурировала ни на одной карте Лиги, так что, очевидно, это было псевдонимом для настоящей звезды. Все, что они действительно знали о ней, это то, что это был красный карлик, который, как оказалось, был самым распространенным типом звезд во Вселенной, и что он был необитаем, если не считать верфи флота Лиги, имел два газовых гиганта и, по крайней мере, один пояс астероидов.

Они сузили круг возможных кандидатов - предполагая, что вектор отступления Син действительно был направлен прямо на базу - до двух, так что, если он был верным, у них был пятидесятипроцентный шанс, что им повезет в первый раз.

Или что им не повезет в первый раз, напомнил он себе.

- Субсветовая, - сказал Кройцбург, и на экране появились визуальные изображения, внезапно засверкавшие россыпью звезд.

Такие изображения никогда не были видны в пространстве червоточин. Только тот, кто побывал внутри червоточины, знал, как выглядит настоящее небытие, и очень немногие из тех, кто это видел, когда-либо хотели увидеть это снова.

Мерфи улучил момент, чтобы полюбоваться этим звездным пейзажем, разглядеть далекие точки света. При скорости "Иштар" те звезды, что находились впереди сверхсветовика, были очень заметно смещены в синюю сторону, а те, что находились сзади, - в красную, и звезда M3, которую первооткрыватели Лиги назвали Хэфэй, виднелась яркой точкой, когда корабль и его спутники мчались к ней со скоростью 297 000 километров в секунду. На самом деле, конечно, Хэфэй была у них за кормой, а звезды с красным смещением - впереди, когда "Иштар" повернула корму к внутренней части системы и резко сбросила скорость.

Он вчитался в изображение, затем повернулся к голографическому дисплею флагманского мостика.

- Полагаю, - сказал он своим подчиненным командирам, - что настоящий адмирал должен сейчас продемонстрировать свое хладнокровие, так что считайте, что с этим покончено.

Несколько офицеров, смотревших на него из витрин, усмехнулись. Коммодор Трамбле не был одним из них, но даже его губы дрогнули. Его отношение к происходящему сильно изменилось после того, как второй адмирал Син появилась в Нью-Дублине, как и было предсказано.

- Мы должны что-то увидеть в ближайшее время, если предположить, что это действительно база Син, - продолжил Мерфи. - Как только мы здесь, на "Иштар", что-нибудь узнаем, то передадим это всем вам.

- Предварительное сканирование выглядит не очень обнадеживающим, сэр, - сказал О'Хэнрати, глядя из-за плеча Мирвани, наблюдая за поступлением данных. - Конечно, на таком расстоянии нельзя ожидать большой детализации.

Мерфи кивнул. Он также постарался сохранить нейтральное выражение лица. Его усиленное оперативное соединение вышло на субсветовой режим в 2 633 400 000 километров от Хэфэя, что на 138,8 световой минуты превышало предел Пауэлла в 7,5 световой минуты. На таком расстоянии, составляющем девяносто шесть процентов расстояния Нептуна от Солнца, "нельзя ожидать много деталей" звучало... небольшим преуменьшением. С другой стороны, любое строительное предприятие, способное строить корабли, которые они видели в Нью-Дублине, должно было излучать чертовски много энергии. Если они уже не видели чего-то подобного...

- Они бы опередили нас здесь, сэр, - сказала Харриет Грейнджер из коммуникатора. Он оглянулся на нее, и коммодор пожала плечами. - Им пришлось бы прибегнуть к самым жестким мерам безопасности, какие только были возможны. Если уж на то пошло, они могли бы быть и по ту сторону звезды.

Губы Мерфи чуть заметно дрогнули. Тон Грейнджер напомнил ему Симрон, пытающуюся подбодрить подростка в день выпускного экзамена.

- Согласен, - сказал он вслух. - Конечно, есть предел тому, насколько жестко они могут контролировать свои выбросы. Но вы правы в том, что если они находятся на дальней стороне от основного источника, нам потребуется некоторое время, чтобы их рассмотреть.

- Что ж, мы достигнем скорости, достаточной для развертывания Хеймдалларов, примерно через два часа, - сказал О'Хэнрати, и Мерфи кивнул. Как только сверхсветовые корабли снизят скорость до 169 500 км/с, они смогут выпустить разведывательные дроны и позволить им самостоятельно направиться внутрь, чтобы осмотреть дальнюю часть системы. Они могли бы сбросить скорость до нуля относительно Хэфэя за шесть часов, что оставило бы им шестичасовой запас хода для маневров, но они даже не начали бы снижать скорость, пока не приблизились бы к звезде на расстояние шестидесяти световых минут или около того.

Прошло десять минут. Затем пятнадцать.

Двадцать.

Мерфи сидел в своем командирском кресле, заставляя себя сохранять спокойствие, которого на самом деле не испытывал. Из системы, расположенной перед ними, поступало все больше и больше сенсорных данных и чем больше он видел, тем меньше это было похоже на Эльдорадо. Глубоко внутри него грыз червячок неуверенности, и он задавался вопросом, только ли гордыня привела его сюда. Был ли он настолько убежден в собственной непогрешимости? Не вселила ли победа в Нью-Дублине в него ложную уверенность, которая подтолкнула его к безрассудной погоне в никуда?

Он заставил себя пересмотреть свои рассуждения, еще раз проверяя каждое звено в цепочке, и каждый раз, когда он это делал, это все равно всплывало...

- Сигнатура Фассета! - внезапно объявил О'Хэнрати.

Мерфи резко выпрямился в кресле, поворачиваясь к главному экрану, на котором замигала яркая малиновая иконка.

- Расстояние одиннадцать световых минут! - продолжил О'Хэнрати, затем повернулся к Мерфи. - Сэр, они снаружи нас!

- Конечно, это так. - Мерфи вскочил со своего командирского кресла и направился к командирскому рингу в центре флагманского мостика, в то время как снова ожили значки его оперативного соединения и командиров эскадр. - Похоже, адмирал Тан так же хорош, как и его пресс-релизы, Гарри.

О'Хэнрати посмотрел на него, и Мерфи пожал плечами. Допрос пленных также показал, что Тан был командующим флота Дракона, а не заместителем, пока его не сменила Син... и что его люди были не очень довольны этим. Мерфи ни в коей мере не винил их, и он поймал себя на том, что задается вопросом, насколько хорошо сработала бы его стратегия против такого хитрого и опытного человека, как Тан.

- Если это не Хэфэй, то "Дию" должно быть Юси, - сказал адмирал. - И если он действительно загнал свои роторы в пространство червоточины, то мог бы вернуться в Юси как раз вовремя, чтобы организовать пикет в Хэфэе до того, как мы приедем сюда. Ему пришлось бы довольно близко подойти к перегрузке приводов, особенно учитывая его отвлекающий маневр - сначала отправиться в другую сторону, но он мог бы это сделать, учитывая то время, которое мы потратили на то, чтобы собрать сирот Син.

- Но почему... - начал О'Хэнрати, затем закрыл рот и покачал головой - себе, а не Мерфи, - когда понял, к чему клонит адмирал.

- Вы правы, он хорош, - сказал начальник штаба.

- Я не совсем понимаю вас, сэр, - сказала Грейнджер с дисплея связи, и Мерфи повернулся к ней лицом.

- Они не могли знать, каким объемом информации мы располагали еще до их атаки, - сказал он. - Полагаю, тот факт, что мы перехватили сингулярные коллекторы, должно быть, вызвал у них множество вопросов о том, как много мы знаем и как давно нам это известно. Но он, вероятно, вполне уверен, что мы не знали, где находится его верфь-призрак, иначе мы бы напали на нее, вместо того чтобы пытаться перекрыть его цепочку поставок или предоставить Син инициативу атаковать Нью-Дублин.

- Но он также знает, что Син направилась прямо в этом направлении, когда убегала, и он, очевидно, понял, что мы пойдем по ее следам. Он также не знает, что мы могли узнать из допросов пленных или о том, как мы копались в компьютерах, которые, возможно, были очищены не так тщательно, как предполагалось, но это, - он указал на значок ускорения на графике, - говорит о том, что он смог предсказать наш вероятный выбор. Поэтому он отправил один из своих уцелевших авианосцев или, возможно, какой-нибудь другой сверхсветовой корабль, чтобы тот сел на Хэфэй и предупредил его, если мы появимся.

- Почему вы так уверены, что это Тан, а не Син, сэр? - спросил Трамбле. Вопрос был искренне любопытным, и Мерфи пожал плечами.

- Все, что мы видели по Син - или узнали от пленных, - указывает на то, что она столь же высокомерна, сколь и порочна, - сказал он. - Она не тратит время впустую, пытаясь проникнуть в мысли оппонента, потому что, по ее мнению, для этого нет причин. Важно то, что она собирается с ним сделать, а не то, что он, возможно, планирует сделать с ней. Это, - он снова махнул рукой в сторону сюжета, - не ее стиль мышления. Кроме того, мы заметно повредили роторы приводов на обоих ее выживших сверхсветовиках. Сомневаюсь, что они могли бы показать больше четырехсот-пятисот световых скоростей в пространстве червоточины. Даже если бы они летели прямо домой, Тан опередил бы ее на базе. Она не смогла бы добраться туда достаточно быстро, чтобы отправить пикет в Хэфэй до того, как мы приедем сюда... если предположить, что один или оба носителя просто не вышли из строя по пути домой.

Трамбле медленно кивнул, и Мерфи заметил, как в голографических глазах коммодора промелькнули тени. С неисправным двигателем Фассета никто бы не вышел из пространства червоточины. Это был один из самых страшных кошмаров межзвездного путешественника, потому что никто не мог спасти или даже найти другой корабль внутри червоточины. И так они будут дрейфовать по этим пугающим, просто неправильным глубинам, пока не закончатся энергия, воздух и еда, и их корабль не превратится в гроб на веки вечные.

- Но почему они так быстро включили двигатель? - спросила Грейнджер, потирая бровь указательным пальцем. - Должно быть, они включили свой ротор почти сразу же, как только заметили нас. Почему бы просто не полежать спокойно, пока мы не сдадимся и не уйдем, вместо того чтобы предупреждать нас о том, что они пикетировали систему?

- Потому что он так же хорош, как и его репутация, - ответил Мерфи. - Если мы продвинулись достаточно далеко по логической цепочке, чтобы оказаться здесь, в Хэфэе, то мы, очевидно, исключаем возможные варианты. И он знает, что мы бы искали: пустынную систему с большим количеством астероидов, где можно было бы найти ресурсы, и без гражданских лиц, которые могли бы понять, что происходит. Итак, я бы сказал, что совершенно очевидно, что он исходит из предположения, что мы вычислили, что это должны быть либо Хэфэй, либо Юси. И если да, то мы отправимся в Юси, как только убедимся, что его здесь нет. Так что его отряд не мог позволить себе ждать, пока мы уйдем, чтобы мы его не опередили.

- Но таким образом, у него будет время, пока мы сбросим скорость и переориентируемся на правильный вектор выхода, - кивнула Грейнджер.

- Именно так. - Мерфи пожал плечами. - Мы не можем замедляться для остановки быстрее, чем уже тормозим, так что таким образом они опережают нас по меньшей мере на шесть или семь часов. Они просто ждали, пока не смогут подсчитать количество наших единиц.

Грейнджер и Трамбле кивнули, и Мерфи повернулся к голограмме капитана Лоу.

- Тормозите до нуля, затем ложитесь на курс на Юси, капитан, - сказал он.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ


- Я все еще не понимаю, как Син умудрилась потерять так много кораблей, - гласила голограмма капитана Санвара Кана.

По крайней мере, он не сказал, "как это удалось даже Син", - подумал адмирал Тан. - Вероятно, только потому, что это было официальное сообщение, которое было записано и занесено в журнал. Кстати, об этом...

- Чрезмерная самоуверенность и командующий Федерации, который был более компетентен, чем предполагал наш оперативный план, - ответил Тан.

Он не был уверен, что это было... достаточно прямолинейно, но это было лучшее, что он смог придумать. И, по крайней мере, это звучит лучше, чем "слепая глупость и флагманский офицер, который не смог отлить мочу из ботинка", - подумал он.

- Этот Мерфи... мыслит нестандартно, - продолжил он. - Мы до сих пор не определили, как он получил такую дальность полета ракет, или что именно он сделал со вторым адмиралом, но что бы он ни использовал, это не было стандартной системой вооружения флота Федерации. Никто никогда не видел ничего подобного, поэтому никто не принял мер предосторожности.

И это, подумал он, было чистой правдой.

Потрепанные остатки Дракона Гамма прибыли в Дию четырьмя неделями ранее. Он направил оба своих уцелевших сверхсветовых корабля на изрезанный край провала Фассета, чтобы настолько быстро доставить их сюда, но у него не было выбора. Не после того, как он понял, что Син, словно желая усугубить свой идиотизм, полетела непосредственно на Дию. С таким же успехом она могла бы дать Мерфи план действий.

Успокойся, сказал он себе. Это всего лишь общий план действий. У Мерфи, должно быть, не было достаточно хорошего анализа векторов, чтобы определить Дию как пункт назначения. Все, что он может сделать, это получить общую картину. Но все же...

Он был немного удивлен, что Син не опередила его дома, но лишь немного. Из того, сколько времени ей потребовалось, чтобы войти в червоточину, было очевидно, что ее двигатели Фассета получили значительные повреждения, и такого рода повреждения имели неблагоприятные последствия для устойчивого полета на сверхсветовой скорости, потому что масса черной дыры в ее двигателе Фассета - или, скорее, соотношение между массой черной дыры и остальной массой корабля определяла максимальную скорость, которую он мог развить и удерживать. Собственные корабли Тана поддерживали в рабочем состоянии чуть более девятисот световых скоростей, но с очень реальным риском выхода из строя даже двигателей, которые получили незначительные повреждения или - в случае с "Цай Шэнем" - вообще не получили повреждений.

- Вы действительно ожидаете, что он нападет здесь? - с тревогой спросил Санвар, и Тан подавил вздох.

Он смог хотя бы немного спасти репутацию Санвара, повысив его до должности командира верфи в Дию, когда Син приказала отстранить его от командования эскадрой. Эта задача вполне соответствовала его опыту работы в управлении кораблестроения и боеприпасов, и он хорошо с ней справлялся. Но как бы сильно Тан ни был не согласен с Син по целому ряду вопросов, тот факт, что Санвару больше не место на командной палубе в бою, не был одним из них.

Как наглядно продемонстрировал заданный им вопрос.

Третий адмирал напомнил себе, что на самом деле Санвар ни в чем не виноват, но от этого вопрос не стал менее раздражающим.

О, будь справедлив, Цян! Если Мерфи хотя бы наполовину так умен, как ты думаешь, то не имеет значения, был ли Санвар тактическим гением! Мы в полной заднице из-за этой идиотской сучки.

- Если бы он смог с достаточной точностью определить вектор отступления второго адмирала, я уверен, он бы так и сделал, - сказал он вслух. - Это то, что я бы сделал на его месте, - мрачно добавил он.

- Но он не может знать, что у нас есть для защиты системы, - заметил Санвар, и Тан кивнул.

- Это правда, и, честно говоря, я надеюсь, что он тоже так думает. Если он знает, сколько коллекторов было на борту перехваченного им грузового судна, то у него должно быть довольно четкое представление о численности предполагаемого авианосного компонента флота Дракона. Но у него нет никаких подтверждений - если только кто-то из наших людей не сказал ему после того, как он спас их - о том, насколько далеко продвинулись субсветовые группы авианосцев. Так что, возможно, он ожидал гораздо более сильной защиты, чем мы могли бы на самом деле организовать, и предпочел остаться дома, чем рисковать. Но не думаю, что этот человек так считает. - Тан покачал головой. - Я думаю, он рассчитывает на то, что без наших собственных сверхсветовиков все, что могли бы сделать наши наездники, - это защитить территорию непосредственно вокруг объектов на верфях. Он придет со своими собственными носителями и хорошенько осмотрит окрестности. И - третий адмирал обнажил зубы в невеселой усмешке, - когда он пошлет свои разведывательные дроны и поймет, что мы не можем его остановить, он отплатит нам за то, что мы сделали с верфями Нью-Дублина.

Санвар кивнул, выражение его лица было крайне несчастным, и Тан его не винил. По строительным площадкам, оборудованным докам, орбитальным плавильным заводам и производственным платформам были распределены более семидесяти тысяч мужчин и женщин. И, в отличие от системы Нью-Дублина, в Дию не было пригодных для жизни планет. Не было места, куда Санвар мог бы эвакуировать этих мужчин и женщин.

- Мы всегда можем надеяться, что я ошибаюсь, - сказал Тан, - Но...

- Извините, третий адмирал.

Тан отвернулся от коммуникатора, когда Су Чжихао постучал в открытую дверь его корабельного кабинета. Выражение лица начальника штаба было почти таким же несчастным, как и у Санвара.

- Да, Чжихао?

- Оперативная служба базы сообщает, что антенные системы дальнего действия только что зафиксировали сигнатуру Фассета, - ответил Су. Ни один корабль, даже сверхсветовой, не был достаточно большим, чтобы установить антенные системы дальнего действия. - Движется по прямому вектору от Нью-Дублина, но я не думаю, что это Мерфи.

- Нет? - Тан почувствовал озноб.

- Нет, сэр. Она находится на расстоянии двадцати одной световой недели, но ее скорость составляет всего около двухсот световых. Расчетное время прибытия - семнадцать и шесть десятых часа.

- Понимаю.

Тан кивнул. На такой низкой скорости это почти наверняка была Син, которая, прихрамывая, наконец-то добиралась домой. И разве не удивительно, что он предпочел бы, чтобы это был Мерфи.

- Я перезвоню вам, Кан, - сказал он Санвару.

- Конечно, сэр, - ответил Санвар.

Его голограмма исчезла - вероятно, с чувством большего облегчения с его стороны, чем он думал; вероятно, это был один из тех разговоров, в которых благоразумный подчиненный не хотел бы участвовать, - и третий адмирал отодвинул свой стул и указал Су на тот, что стоял напротив его стола.

- Что она собирается делать, сэр? - спросил начальник штаба, приступая к разговору, когда он устроился поудобнее. - У нее наверняка было время обдумать свой следующий шаг.

- Хороший вопрос. - Тан потер щеку. - Представьте, что вы только что проиграли крупнейшую битву за последние десятилетия с минимальными потерями для другой стороны, а возможно, и вовсе без таких потерь. Что бы вы сделали?

- Что ж... если в Аньянге меня ждет расстрельная команда, то дикий космос и пиратство на моих уцелевших кораблях должны выглядеть очень привлекательно. Предполагая, что у меня нет чувства чести. - Су пожал плечами. - Что, вероятно, означает, что она думала именно об этом... и усердно.

- Расстрельная команда?

- Сейчас сезон выборов, сэр, и наше политическое руководство во многом зависит от успеха флота Дракона. Что она принесла им взамен? - Су покачал головой. - Лучший способ доказать, что ты не несешь ответственности за то, что пошло не так, - это застрелить кого-нибудь другого и убедить всех, что этот человек несет за это ответственность.

- Возможно, вы правы, - признал Тан. - И лучший способ избежать расстрела - это переложить ответственность на кого-то другого. Скажем, на какого-нибудь подручного подчиненного.

- Знаю, - сказал Су. - Вот почему я так беспокоюсь о том, что ей пришлось долго думать.


* * *


- Сэр?

Су снова появился в дверях кабинета Тана, и третий адмирал оторвал взгляд от бумаг, которыми маскировал свое нежелание работать. Он заметил выражение лица Су и взглянул на индикатор времени. Син будет отсутствовать еще более десяти часов, так что это не могло объяснить, что вызвало такое... странное выражение на лице его начальника штаба.

- Да? - сказал он.

- Мы только что получили еще одну входящую сигнатуру Фассета. Расстояние до этого объекта составляет двадцать шесть световых недель, и скорость чуть более девятисот световых.

Тан напрягся и выпрямился на своем рабочем стуле.

- Вектор приближения? - спросил он более резко.

- Он прибывает из Хэфэя. - Голос Су был ровным. - Похоже, только один корабль.

- "Ли Шицзи". - Голос Тана был таким же ровным.

- Я, в некотором роде, надеялся, что вы были излишне параноидальны, когда отправили его туда. - Су сверкнул невеселой улыбкой.

- Расчетное время прибытия?

- Чуть меньше шести часов. Примерно за пять часов до Син. Конечно, если предположить, что первым бандитом будет она. "Ли Шицзи" предстоит пройти еще больше, но он движется почти в пять раз быстрее.

- И он бы не двигался, если бы адские псы - или Мерфи - не преследовали его по пятам, - мрачно сказал Тан.

- Полагаю, нам следует посмотреть на это с другой стороны, - сказал Су.

- Я, должно быть, что-то упускаю. В этом есть и светлая сторона?

- Что ж, если нам придется погибнуть в безнадежной битве, то, по крайней мере, Син должна прибыть сюда вовремя, чтобы присоединиться к нам.

Тан фыркнул, но его глаза тоже сузились, и он откинулся назад, потирая подбородок.

- Наверное, вы правы насчет этого, - сказал он через мгновение. - С другой стороны, я бы предпочел оказать хоть какое-то сопротивление. И я не могу сделать это, находясь на дне звездного гравитационного колодца.

- Сэр?

- Скажите капитану Сану, чтобы он убрал нас с орбиты. Направьте нас на перехват три.

Брови Су поползли вверх. Из четырех возможных точек перехвата, выбранных Таном, перехват номер три был той, использования которой начальник штаба ожидал меньше всего, если враг появится на направлении от Хэфэя. Это было чуть дальше предела Пауэлла, установленного для Дию, но очень, очень близко к вектору наискорейшего подхода с Хэфэем. Он хотел спросить, о чем думает Тан, но выражение лица третьего адмирала отбило охоту задавать вопросы.

- Перехват номер три, - повторил он. - Да, сэр. Мы будем на месте примерно через два часа.

- Хорошо. И я хочу, чтобы "Ли Шицзи" получил приказ присоединиться к нам, как только прибудет.

- Я прослежу за передачей.

- Хорошо, - повторил Тан и печально вздохнул. - А теперь, полагаю, мне следует поговорить с Санваром.

- Не завидую вам, сэр, - тихо сказал Су, затем кивнул и удалился.

Тан щелкнул по своему настольному дисплею. Мгновение спустя над его столом снова появилась голограмма Санвара Кана.

- Третий адмирал, - сказал Санвар. Выражение его лица было напряженным. Ну, конечно, так оно и было. Именно его сенсоры засекли след "Ли Шицзи".

- Если Мерфи так резво преследует капитана Пэня по пятам, как я опасаюсь, то он, вероятно, отстал от него всего на семь или восемь часов, - категорично заявил Тан.

- Вы уверены, что он следует за "Ли Шицзи", сэр?

Тан успешно подавил внезапное желание откусить этому человеку голову. Тон Санвара был почти отчаянным, и третий адмирал точно понял, почему он так сильно хотел, чтобы Тан оказался неправ. К несчастью...

- Приказы капитану Пэню были весьма конкретными, - сказал он почти мягко. - Только две вещи могли заставить его вернуться в Дию. Приказ об отзыве от меня или второго адмирала Син или прибытие федеральных сил в Хэфэй, и я не посылал никаких отзывов.

- Конечно, сэр. - Санвар заметно напрягся. - Каковы будут ваши приказания?

- У меня нет ничего, что я мог бы вам дать, - сказал Тан. - На самом деле, ничего. "Цай Шэнь" и "Ли Шицзи" - единственные корабли в системе, способные к сверхсветовому передвижению, или, в случае "Ли Шицзи", которые вот-вот будут в системе. И у нас нет возможности вывести ваших людей оттуда. Я бы чертовски хотел, чтобы мы это сделали, но у нас этого нет.

- "Бишу" все еще здесь, - начал Санвар.

- Забудьте об этом. "Бишу" не заберет наших людей.

- Черт возьми, этого не произойдет! Я могу доставить команду охраны на борт в течение часа и...

- Не надо, - отрезал Тан. Санвар уставился на него глазами, полными протеста, и адмирал покачал головой. - Никто не поднимется на борт этого корабля без приглашения, несмотря ни на что. Вы это знаете.

- Но в сложившихся обстоятельствах...

- Обстоятельства не имеют значения. И вы никогда больше не увидите на его борту ни одну из команд охраны, которых вы отправили бы на борт. Поверьте мне.

Лицо Санвара превратилось в маску.

- В таком случае, сэр, я повторяю - каковы будут ваши приказы?

Тан глубоко вдохнул, задержал дыхание, затем выпустил воздух из легких. Санвар был прав, признал он. Ответственность зависела от ранга Тана.

- Адмирал Син вернется в систему менее чем через восемь часов. Я собираюсь скорректировать свою дислокацию в свете появления "Ли Шицзи". Мои приказы - до тех пор, пока адмирал Син не отменит их - заключаются в том, чтобы переместить как можно больше вашего персонала, предпочтительно всех, со строительных и вспомогательных платформ в любое субсветовое подразделение, где есть система жизнеобеспечения, позволяющая их принять. А затем вы должны отодвинуть эти корабли как минимум на четверть миллиона километров от платформ.

- Они станут легкой добычей, - запротестовал Санвар. - Ни один из них изначально не был полностью боеспособен, а затем второй адмирал Син сократила их персонал для атаки на Нью-Дублин!

- Я знаю об этом, капитан. - Голос Тана был ледяным. - Но строительные объекты и недостроенные сверхсветовые корабли будут основными целями противника. И, честно говоря, единственная реальная защита, которую мы можем предложить нашему персоналу, - это поместить его на борт кораблей, на которые феды, возможно, не станут тратить ракеты. - Его губы сжались в мрачную линию, когда он встретился взглядом с Санваром. - Если бы я мог сделать что-то еще, то сделал бы это, капитан. Поверьте мне.

На мгновение их взгляды встретились, а затем плечи Санвара опустились.

- Знаю, - сказал он. - Я знаю это, сэр. Это просто...

- Только то, что это ваши люди и вы за них отвечаете. Что ж, они и мои тоже, Кан, и я бы чертовски хотел, чтобы у меня получилось лучше. Но все, что мы оба можем сделать, - это сделать все, что в наших силах.

- Да, сэр. Удачи.

- И вам, Кан. Тан, конец связи.

- Ах, сэр, - деликатно произнес Су, - насчет "Бишу"... Следует ли нам также предупредить посланницу?

- Посланница подключена к системам Санвара, - ответил Тан. - Она и так знает обо всем, что мы делаем. Я не знаю, что она собирается с этим делать, но это не наша проблема и не наша ответственность. Ее начальство совершенно ясно дало это понять, когда посылало ее сюда.

- Значит, мы остаемся в стороне?

- Значит, мы остаемся в стороне, - мрачно подтвердил Тан.


* * *


- Это Мерфи, все так, - сказал капитан Пэнь Ханьин.

Передача, в которой "Ли Шицзи" предписывалось присоединиться к "Цай Шэню" на третьем перехвате, ожидала, когда сверхсветовик выйдет на субсветовую. Теперь он резко снижал скорость, приближаясь к флагману Тана. Хорошей новостью было то, что они встретились как раз вовремя, чтобы перейти на строгое молчание задолго до того, как его преследователи выйдут из червоточины. К сожалению, это были все хорошие новости.

- Итак, вы установили перечень? - тон Тана превратил вопрос в утверждение, и Пэнь кивнул.

- Семь сверхсветовых кораблей, и два из них соответствовали сигнатурам излучения Мардуков, за которыми Син гналась в Нью-Дублине. Я полагаю, это может быть и не Мерфи собственной персоной, но это определенно его корабли.

- Хотел бы я удивиться, - вздохнул Тан.

- Единственное, что меня удивляет, сэр, так это то, что он на самом деле ошибся в своих предположениях и сначала отправился в Хэфэй, вместо того чтобы прийти прямо сюда. У этого человека, должно быть, есть собственный ручной демон, который нашептывает ему на ухо!

- Сомневаюсь, что это что-то настолько таинственное, - сухо заметил Тан. - Однако, я согласен с вами, что он выглядит немного... агрессивно компетентным.

- Что мы собираемся делать, сэр?

- Я не уверен. - Тан слегка пожал плечами. - Адмирал Син должна быть здесь к тому времени, как он прибудет.

- Адмирал Син? - Голос Пэня стал более напряженным, чем раньше. - Она здесь? Вернулась в Дию?

- Не совсем. Но, похоже, у богов есть чувство юмора. - Тан натянуто улыбнулся. - Она вернется примерно... за три с половиной часа до прибытия Мерфи, согласно данным вашего слежения. - Даже системы базы еще не засекли Мерфи, но, учитывая данные, полученные от "Ли Шицзи", это должно было измениться в течение следующих сорока минут.

Или были бы, если бы Тан не приказал Санвару закрыть их.

- При всем моем уважении, я бы предпочел не быть объектом божественного юмора.

- Ах, но на то они и боги. У нас, несчастных смертных, нет другого выбора, кроме как играть за них свои роли.

Глаза Пэня сузились. Единственное, чем Цян никогда не был, так это фаталистом. Конечно, он никогда не сталкивался в битве на уничтожение с противником, втрое превосходящим его по силе.

- Как скажете, сэр, - сказал капитан через мгновение.

- В данный момент просто сосредоточьтесь на подготовке встречи. Затем мы оба погрузимся в темноту, выкопаем дыру в космосе и заползем в нее.

- Понял, сэр.


* * *


Син Сюэфэн расхаживала по флагманскому мостику "Нювы", когда большой потрепанный авианосец наконец-то снизил скорость.

Обычный восьминедельный рейс из Нью-Дублина в Дию превратился в девятнадцатинедельный кошмар, и во многом по ее собственной вине. Максимальная поддерживаемая скорость "Нювы" и "Пангу" составляла всего 400 световых, и капитан Ген, командир "Пангу", убедил ее снизить даже эту скорость из-за поврежденных двигателей Фассета. Но она отвергла его предложение, потому что ей было необходимо вернуться в Дию как можно скорее.

И, как Ген очень предусмотрительно не указал постфактум, следствием этого стала еще дюжина лопнувших узлов. Им пришлось ограничиться этим жалким ползаньем, и с тех пор Син была похожа на саблезубого тигра, страдающего зубной болью. Единственной хорошей новостью было то, что девятнадцать недель, которые она провела в путешествии по остальной Вселенной, были для нее лишь немногим более двух с половиной.

Это были самые долгие две с половиной недели за всю ее жизнь.

Но в конце концов они вернулись, хотя их астронавигация была такой же плохой, как и все остальное. Их максимальное ускорение в обычном космосе составило всего 850 g, даже снаружи предела Пауэлла. При таком ускорении им потребовалось бы почти десять часов, чтобы затормозить и остановиться относительно местного пространства, а они вышли из червоточины менее чем в трех световых часах от звезды Дию. Это означало, что они вот-вот пролетят над звездой на пятнадцать световых минут, а затем проползут семнадцать световых минут обратно к верфи.

Тем не менее, у них получилось, и ее ноздри раздулись, когда сенсоры "Нювы" начали улавливать сигналы навигационных буев и корабельных ретрансляторов.

- Очевидно, феды не знали, где Дию, - заметила она коммандеру Се Кай, преемнице Ран Ен Ги на посту начальницы ее штаба. Темно-каштановые волосы Се намекали на происхождение гвайло, но Син сочла ее... адекватной. По крайней мере, пока.

- Учитывая, сколько времени нам потребовалось, чтобы вернуться сюда, - продолжила она, - они бы уже наверняка атаковали, если бы знали, где нас найти.

- Как скажете, второй адмирал, - Се кивнула головой.

- Однако я не вижу передатчика "Цай Шэня", - продолжила Син, хмуро глядя на экран. - На самом деле, я не вижу ни одного из кораблей Тана.

- Это странно, - пробормотала Се. - Мы знаем, что, по крайней мере, двум из них удалось выбраться. Как вы думаете, их двигатели Фассета были повреждены еще сильнее, чем наши?

- Судя по их скорости разгона до того, как мы потеряли их из виду, это не так. - Син нахмурилась. Затем ее ноздри раздулись. - Тан есть Тан, он, вероятно, прячется где-то там, пока не убедится, что мы не большие и злые феды.

Се начала что-то говорить, затем прикусила губу и просто снова уважительно склонила голову.

Син впилась в нее взглядом, услышав слова, которых коммандер не произносила. Те же самые слова скажут слишком многие, если она быстро не разберется с ситуацией. Насколько она знала, Тан уже отправил свой собственный отчет о битве, и это было бы... плохо.

- Передайте в службу связи, что я хочу получить всенаправленную связь с "Цай Шэнем". Мы найдем его, где бы он, черт возьми, ни был.

- Да, мэм.


* * *


- Боже мой, - пробормотал О'Хэнрати. - Я ожидал чего-то грандиозного, но это...

Голос начальника штаба затих, когда они с Мерфи, не веря своим глазам, уставились на общую схему, в то время как на экране появлялись деталь за деталью. "Иштар" вышла на субсветовой режим в ста сорока пяти световых минутах от звезды M3v, обозначенной на их картах как Юси, и что бы там ни говорилось о "необитаемых звездных системах", очевидно, это была ошибка. Расстояние было велико, но оптические системы Федерации были очень хороши, и даже если бы это было не так, по всей внутренней системе было множество источников энергии. Размеры сооружений поражали воображение. Главная верфь Венера Фьючерз могла бы уместиться в крошечном уголке гигантского строительного комплекса.

- Как, черт возьми, Лиге удалось построить что-то подобное? - спросил коммандер Ортиз, качая головой.

- Я не знаю, - ответила лейтенант-коммандер Танака, затем взглянула на О'Хэнрати. - Если только у них не было помощи, - медленно добавила она.

Начальник штаба поднял бровь, и она раздраженно пожала плечами.

- Я по-прежнему считаю, что нет рационального объяснения тому, почему риши должны помогать Лиге, но Эд прав. Лига никак не могла создать что-то подобное за счет собственных ресурсов. Не настолько грандиозное, как показывают все наши отчеты. Так что, да. Им нужна была помощь, и это должны были быть риши, каковы бы ни были их причины. - Она посмотрела прямо на Мерфи. - Вы были правы с самого начала, сэр.

Она выглядела не слишком счастливой, когда делала это признание, но выражение ее лица оставалось непреклонным.

- Что ж, возможно, в ближайшие несколько часов мы лучше поймем, что все это значит, Амари, - сказал ей Мерфи, и она мрачно кивнула.

- Мне бы этого хотелось, - сказал О'Хэнрати. - Мне бы этого очень хотелось, сэр.


* * *


- Тан, где ты, черт возьми, пропадаешь? - спросила Син Сюэфэн, глядя на дисплей связи.

Тан посмотрел на Су и приподнял бровь.

Син подошла к Дию на субсветовой скорости гораздо ближе, чем ей, вероятно, хотелось, а "Цай Шэнь" находился в десяти световых минутах от звезды. Однако между ними все еще оставалось чуть более ста световых минут. Это приравнивалось к полуторачасовой задержке связи - в одностороннем порядке - в любом разговоре.

Очевидно, в конце концов ей пришло в голову, что ожидание, которое в лучшем случае составляет три часа между передачами, также не имеет особого смысла.

- "Нюва" получила серьезные повреждения, - продолжила она пять минут спустя. - Запустите свой двигатель, где бы вы ни находились, и как можно скорее встретьтесь со мной. Я передаю свой флаг "Цай Шэню", это вступает в силу немедленно. Я должна как можно быстрее сообщить об этом Аньянгу. Это наш новый приоритет в миссии. Я оставляю вас командующим проектом "Астра", чтобы вы руководили строительством и ремонтом и были главным офицером связи до моего возвращения.

Су нахмурился.

- Эта... сука, - процедил он сквозь стиснутые зубы. - Она собирается бросить вас и сбежать обратно в Аньянг со своей собственной версией того, что произошло в Нью-Дублине.

- Отбросьте плохие новости и контролируйте повествование, - кивнул Тан. - Это делалось и раньше. Хотя мне любопытно, как, по ее мнению, кто-то может приукрасить потерю стольких жизней и кораблей.

- Она даже не попытается, - с горечью сказал Су. - Зачем ей это, если она может обвинить во всем вас? И используя для этого ваш собственный флагман! Нет. Эта команда - наши люди - они не позволят ей бросить вас на съедение волкам!

- Я не особенно обеспокоен, - безмятежно ответил Тан.

- Вы... - горячо начал Су, но замолчал, когда внезапно раздался хриплый звонок. Начальник штаба посмотрел на экран, затем снова на Тана.

- Вы подлый сукин сын, - сказал он очень, очень тихо.

- Простите, начштаба, что это было? - спросил Тан.

- Ничего. - Су искоса взглянул на своего командира. - Ничего, сэр. Совсем ничего.

- Хорошо, потому что то, что, как мне показалось, я услышал от вас, было бы крайне неприличным. Я рад обнаружить, что ошибся.

- Как скажете, сэр.

- Что ж, - Тан переплел пальцы и хрустнул костяшками. - Полагаю, мне следует ответить ей.

- Конечно, сэр.

- Второй адмирал, - сказал он в микрофон с мрачным выражением лица, - С сожалением вынужден сообщить вам, что у меня не будет возможности выполнить ваши инструкции. Несколько часов назад системы базы зафиксировали входящие сигнатуры Фассета. Они только что вышли на субсветовую скорость примерно в ста сорока пяти световых минутах от звезды. Основываясь на отчетах "Ли Шицзи", я полагаю, что это по меньшей мере семь сверхсветовиков Федерации. Их входной вектор находится в пределах сорока пяти градусов от вашего, что, к сожалению, не позволяет "Цай Шэню" встретиться с "Нювой" с моей нынешней позиции, не будучи перехваченным. Инструкции в подобной ситуации ясны. Соответственно, чтобы сохранить стратегический актив в виде моих кораблей для будущей службы Лиге, я, к сожалению, должен немедленно покинуть систему. Как вы сказали, важно, чтобы мы отчитались перед Аньянгом. Теперь это является приоритетной задачей нашей миссии, и я уверяю вас, что мы выполним эту работу за вас. Тан, конец связи.

Ему каким-то образом удалось сдержать улыбку, пока он не закончил записывать сообщение.

- Вот почему мы на третьем перехвате, не так ли? - почти обвиняющим тоном произнес Су. - Потому что математика не позволяет сопоставить скорости "Нювы" с ее входного вектора!

- Какой неприятный мотив, чтобы списывать его на чисто тактическое решение, - ответил Тан. Затем он постучал по дисплею своей связи, и на нем появилась капитан Сунь.

- Да, третий адмирал?

- Боюсь, мы ничего не можем с этим поделать, капитан. Выполните вывод Альфа.

- Да, сэр, - ответила флагманский капитан и откинулась на спинку сиденья, когда "Цай Шэнь" и "Ли Шицзи" начали ускоряться, удаляясь от Дию, что было почти - почти - противоположно курсу Мерфи.

Он мог "видеть" Мерфи не больше, чем Мерфи мог видеть его, но, в отличие от адмирала Федерации, у него было преимущество в том, что он знал, где должен быть его противник. Его текущий курс на самом деле проходил бы не более чем в паре световых минут от авианосцев Мерфи, но к тому времени, когда Мерфи увидел бы его, его базовая скорость значительно превысила бы 75 000 километров в секунду. Более того, их скорость сближения все равно была бы близка к 297 000 км/с, потому что ускорение Тана было бы в пределах нескольких процентных пунктов от торможения Мерфи в их противоположных направлениях. "Цай Шэнь" и "Ли Шицзи" проскочили бы мимо сил флота Федерации в непосредственной близости от зоны поражения, и у Мерфи не было бы возможности затормозить и выйти на траекторию преследования до того, как Тан ушел бы к Аньянгу.

- А как насчет людей на платформах верфей, сэр? - тихо спросил Су.

- Я никак не могу их спасти, - с искренним сожалением ответил Тан. - Если только...

Он взглянул на схему, изучая прогнозируемые векторы, затем кивнул. Его корабли и корабли Мерфи действительно должны были пролететь друг мимо друга на очень близком расстоянии, что составляло очень малую дистанцию в масштабах звездной системы. И при этом они не могли стрелять друг в друга...


* * *


- Что ж, эти два ублюдка собираются уйти, - прорычал О'Хэнрати, свирепо глядя на два привода Фассета, которые только что появились на сенсорах "Иштар". В данный момент эти датчики фактически смотрели в прошлое, поскольку корабль продолжал тормозить при 1800 g. Спустя чуть более часа его скорость снизилась до 220 740 километров в секунду. Но излучение приближающихся к ним авианосцев флота Лиги также было получено датчиками на скорости света более часа назад. Компьютеры показали, что их текущее местоположение находится всего в шестидесяти девяти световых минутах от сил Мерфи.

- Они знали, что мы приближаемся, сэр, - сказал Мирвани. - Их патруль вернулся вовремя, чтобы сообщить им об этом, еще до того, как они засекли нас в своей системе.

- И они решили проявить немного наглости, - признал Мерфи. Он покачал головой в невольном восхищении. - Они заняли позицию, и у них было достаточно времени, чтобы замолчать и оставаться в таком режиме, по крайней мере, за два часа до нашего появления. К тому времени, когда мы перешли на субсветовой режим, смотреть было не на что... пока они снова не включили свои роторы.

- Я удивлен, что они просто не побежали в другую сторону, сэр.

- Нет причин. - О'Хэнрати пожал плечами. - Мы достигнем максимального сближения через... сколько? Еще семьдесят минут? Когда они пронесутся мимо нас, то все еще будут на расстоянии как минимум пары световых минут, и мы будем двигаться в совершенно неправильном направлении, чтобы замедлиться и догнать их. Так почему бы не показать нам средний палец, когда они будут пролетать мимо?


* * *


- Извините, адмирал, - сказала лейтенант Мастроянни.

- Да, лейтенант?

- Сэр, я только что получила сообщение от адмирала Тана. Сообщение для вас.

- А? - Мерфи вопросительно поднял бровь, глядя на О'Хэнрати. Прошло тридцать минут с тех пор, как они впервые обнаружили сверхсветовые корабли Лиги. Их собственная скорость снизилась до 194 265 км/с, но корабли Лиги увеличили свою скорость до более чем 102 000 км/с, и скорость сближения осталась неизменной. Однако фактическое расстояние между ними сократилось до чуть более светового часа.

- Выведите это на мой дисплей, - сказал Мерфи.

- Да, сэр, - ответила она, и на дисплее появился смуглый высокий мужчина.

- Адмирал Мерфи, - сказал он, - я третий адмирал Тан. Уверен, что для вас так же очевидно, как и для меня, что вы не сможете перехватить меня до того, как я покину систему, но у меня есть к вам предложение. Что-то, чего, я думаю, вы очень хотите, но предложение, которое потребует от меня доверия к вашему слову.

- Дерзкий ублюдок, не так ли? - с кривой усмешкой произнес О'Хэнрати. - Слишком самоуверенный.

- Боюсь, что не без оснований, - согласился Мерфи и оглянулся на Мастроянни.

- Хорошо, лейтенант. Приготовьтесь записать ответ.

- Я готова, сэр.

- Спасибо. - Мерфи повернулся к приемнику. - Что за предложение, адмирал Тан? - спросил он, затем откинулся на спинку стула и стал ждать.

Дальность передачи составляла почти семьдесят световых минут, но с каждой секундой эта дальность сокращалась чуть менее чем на световую секунду. К тому времени, как сообщение дошло до Тана, сорок восемь минут спустя, его корабли преодолели еще двадцать световых минут... а корабли Мерфи - тридцать две.

- На борту верфи в звездной системе находится более семидесяти тысяч мужчин и женщин, - ответил Тан через шестьдесят минут после того, как Мерфи отправил свой ответ. - Они беззащитны. Несколько субсветовых боевых кораблей способны передвигаться, и часть из них действительно вооружена, но их погреба пусты, и сверхсветовые корабли не могут даже маневрировать. Я хочу, чтобы вы пообещали, что, если люди сдадутся, вы оставите их в живых.

- Я не могу взять столько пленных, - ответил Мерфи. - Это не Нью-Дублин, и у меня нет возможности вывезти их отсюда.

- Я понимаю это, - сказал Тан после еще одной 3,3-минутной задержки, как раз когда их противолетящие силы достигли своего минимального сближения на расстоянии двух световых минут. - Но, как я уже сказал, корабли никуда не могут улететь. На данный момент у них даже нет экипажей, а даже если бы и были, они застряли здесь, в системе, без авианосцев. Дайте мне слово, что вы оставите их в живых - эвакуировавшимися на эти корабли и ожидающими спасения, - когда уничтожите оборудование верфи, и я дам вам кое-что взамен.

Челюсть Мерфи напряглась. Несколько долгих секунд он ничего не говорил, пока два отряда проходили мимо друг друга. Зона поражения снова начала расширяться, когда Тан мчался в безопасное место, а затем Мерфи расправил плечи и набрал команду на своей консоли. Изображение на его коммуникаторе разделилось, и на экране появился файл с данными. Это был очень длинный файл... в котором содержались фамилии и серийные номера всех военнопленных Лиги, оставшихся в Нью-Дублине.

- Я не монстр, Тан, - сказал он, в то время как список высветился перед ним. - И я знаю о вашем решении выбора цели в Нью-Дублине. Вы не могли пропустить Кранн-Бетад так случайно. Даю вам слово... и мою благодарность.

- Один из этих двух сверхсветовых кораблей перед вами - "Нюва", - сказал Тан три минуты спустя. - Это флагман офицера, которого, я думаю, вы, вероятно, ищете, и пару часов назад она была еще вполне жива. Зная ее, я скорее подозреваю, что в записях будет написано нечто иное, чем правда, если вы позволите "Нюве" сдаться. Однако я бы очень хотел, чтобы у других офицеров и космонавтов на борту была возможность выжить, поэтому, пожалуйста, не смешивайте их в одну кучу и просто не выбрасывайте "Нюву" из космоса.

- Мы заключили сделку, - сказал Мерфи. - Предполагая, что "Нюва" готова сдаться. Однако мои сенсоры засекли по крайней мере еще один корабль в системе, у которого, похоже, есть исправный двигатель Фассета. Это торговый корабль.

- Я... боюсь, у меня нет полномочий управлять этим кораблем, - ответил Тан со странным выражением лица. Задержка двусторонней передачи снова увеличилась до четырех минут. - Он вполне может попытаться покинуть систему, но уверяю вас, что ни один сотрудник Лиги не попытается сбежать на его борту, если это произойдет.

Мерфи нахмурился, пытаясь разобрать эти два предложения. В них было что-то... странное. Затем он пожал плечами.

- Если он попытается сбежать, то это не подпадает под действие нашего соглашения, - сказал он.

- Конечно, нет, - согласился Тан шесть минут спустя. Затем он поморщился. - Вы мне не нравитесь, Мерфи. Чиновники Федерации, обладающие хотя бы намеком на компетентность, представляют проблему для Лиги.

- Я не приму это на свой счет, - сказал Мерфи. - Полагаю, вы направляетесь в Аньянг. Возможно, это может стать последней великой битвой в войне.

- У вас достаточно влияния в Федерации, чтобы начать мирные переговоры?

Задержка связи снова увеличилась до семи минут и продолжала увеличиваться по мере того, как ускорение Тана начало увеличивать разницу в скорости, а не уменьшать ее.

- Нет. По крайней мере, пока. Но я могу попытаться. Может быть, у вас тоже получится.

- Я ничего не могу обещать. Не думайте, что я сохраню свой ранг или влияние, как только слухи дойдут до столицы. У Федерации тоже есть привычка расстреливать гонцов?

- Я уверен, что скоро узнаю, - ответил Мерфи.

- Тогда удачи, - ответил Тан девять с половиной минут спустя. - И пусть наши пути больше никогда не пересекутся. Сомневаюсь, что наша следующая встреча будет такой же вежливой. Тан, конец связи.


* * *


Тан кивнул Мерфи и отключил канал.

- Сотри все записи этого разговора, Чжихао.

- Какого разговора? - спросил его начальник штаба, когда голографический экран включился, а затем погас из-за внезапного скачка напряжения.

Тан улыбнулся, затем надул щеки.

- Три часа до сверхсветового полета. Может быть, у нас будет достаточно времени, чтобы посмотреть, сдержит ли Мерфи свое слово или он просто еще один мясник.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ


- Итак, как нам с этим справиться? - спросил О'Хэнрати.

По мере приближения масштаб объектов становился все более невероятным. Расстояние до них сократилось до половины светового часа, что более чем достаточно для того, чтобы оптические системы начали различать детали, и эти детали были... отрезвляющими. Гигантский строительный комплекс был не только намного больше, чем они предполагали, но и гораздо более автоматизирован, чем флотская разведка могла предположить для мощностей Лиги. Строительные технологии Лиги всегда были более трудоемкими, чем у Федерации, но это сооружение, по-видимому, в еще большей степени зависело от робототехники, чем большинство верфей центральных миров Федерации.

Однако, что по-настоящему потрясло их, так это количество установленных на своих стапелях сверхсветовых кораблей, которые, по-видимому, были полностью укомплектованы, если бы не приводы Фассета. Их было более сорока, что превысило их худшие оценки, основанные на коллекторах, потерянных в Альрамале. Если бы все они вырвались на свободу в Конкордии и просто появились в тылу у центральных миров...

Общая численность стратегического резерва Федерации составляла всего двадцать пять авианосцев, ни один из которых не был таким большим и мощным, как корабль класса Фокси. И во всей системе не было ни одного некапитального корабля-наездника. Самой легкой боевой единицей был линейный крейсер.

- На самом деле не знаю, - пробормотал Мерфи, стоя рядом с ним на площадке. - Знаю, что обещал Тану, но...

Он покачал головой, затем глубоко вздохнул.

- Хорошо, первое, что нужно сделать, это посмотреть, на скольких из этих сверхсветовиков установлены и работают экологические системы. Мы можем разместить много людей - возможно, до десяти тысяч - на борту каждого из них, если у них нет наездников на стойках.

- Но это стратегический золотой стандарт, - отметил О'Хэнрати.

- Верно. Но, как отметил Каллум в Альрамале, приводы Фассета, в большей степени, чем корпуса или броня, являются самым дорогостоящим компонентом как с точки зрения времени, так и ресурсов. Мы используем демонстрационные заряды, чтобы удалить конструкцию привода и стрелу, и все, что после этого корабли на самом деле представляют собой, - это цилиндр. У авианосцев даже нет термоядерных двигателей, если не считать маневровых движков. Мы поместим гораздо больше людей в каждый из них, а затем сможем взорвать остальные - и субсветовые единицы - не нарушая моего обещания Тану.

О'Хэнрати хмыкнул, наполовину скептически, наполовину в знак согласия. Логически он не мог найти недостатков в анализе Мерфи. Однако он подозревал, что их начальство вряд ли будет руководствоваться логикой, когда пожалуется на носители, которые Мерфи собирался оставить "нетронутыми".

- Что ж, можем попробовать, - с сомнением произнес он, - но если только...

- Контакт с новыми приводами Фассета! - крикнул Рэйли Мирвани. Мерфи и О'Хэнрати переключились с визуального дисплея на тактическую схему, и на ней вспыхнули два новых ярко-красных значка. Они находились на расстоянии 20,2 световых минуты от звезды и 31 световой минуте от "Иштар", и их первоначальный вектор и вектор "Иштар" были сложены под углом в тридцать четыре градуса.

- А, второй адмирал Син! - объявил Мерфи.

- Похоже, они тоже заметили нас, - ответил О'Хэнрати, указывая на значки "Нювы" и "Пангу". Они прекратили торможение и снова начали ускоряться, хотя всего на восьмистах пятидесяти g.

- Они никуда не денутся, - сказал Мерфи с холодной улыбкой. - У нас скорость сближения почти двадцать тысяч километров в секунду, наше ускорение в два раза больше, чем у них, и мы знаем, что у них нет ничего на стойках, потому что захватили их все в Нью-Дублине. Думаю, мы позволим Грейнджер и Трамбле охранять главную верфь, пока у нас будет... серьезный разговор с нашими друзьями. Думаю, только с "Иштар" и "Гильгамешем". - Его улыбка стала еще холоднее. - Давайте закончим так, как мы начали, хорошо?

- Меня это устраивает, - согласился О'Хэнрати.

Мерфи кивнул и повернулся к дисплею связи на флагманской палубе.

- Коммодор Грейнджер, я бы хотел, чтобы вы и коммодор Трамбле проследовали в зону строительства. Я не думаю, что нам нужно беспокоиться о том, кто куда пойдет, прежде чем мы разнесем к чертям все сооружения - пока нет. "Иштар" и "Гильгамеш" разберутся с этими двумя, - он указал на значки "Нювы" и "Пангу", - а затем вернутся, чтобы присоединиться к вам. А пока просто будьте начеку и следите за происходящим. Давайте не будем ни в кого стрелять, пока они ведут себя прилично, но сохранение ваших собственных кораблей и вашего собственного персонала стоят на первом месте.

- Поняла, адмирал, - ответила Грейнджер, и Трамбле кивнул. Последние его сомнения явно улетучились, когда он тоже увидел невероятную армаду, неподвижно лежащую на опорах стапелей... и представил, что произошло бы, если бы она обрушилась на центральные миры.

- Не думаю, что это займет много времени, - продолжил Мерфи. - Мы свяжемся с вами в ближайшее время. Если что-то прояснится, не стесняйтесь, звоните!

- Полагаю, у меня есть ваша комбинация клавиш, сэр, - со смешком ответила Грейнджер, и дисплей погас.

- Я так понимаю, вы все это слышали, капитан? - сказал Мерфи, просматривая свой канал связи с командной палубой "Иштар".

- Я действительно слышал, сэр. Через тридцать секунд мы поднимемся до тысячи восьмисот g и пойдем на перехват.

- Отлично, - сказал Мерфи и повернулся обратно к О'Хэнрати.

- Вы знаете, - сказал начальник штаба, - на самом деле я немного больше беспокоюсь об этом, чем о ком-либо из Лиги.

Он указал на значок, мигающий на транспондере с надписью "Бишу".

- Да, было что-то... странное в том, что Тан сказал по этому поводу, не так ли? - Мерфи потер подбородок, глядя на буквенно-цифровую метку на иконке. - Здесь также говорится, что он под флагом Адского Очага. Это может быть рискованно.

О'Хэнрати невесело усмехнулся, соглашаясь. Адский Очаг был третьим по могуществу человеческим государством. Это не обязательно имело большое значение, поскольку за пределами Федерации и Лиги подавляющее большинство политических единиц человечества состояло из колоний в одной системе с населением не более нескольких сотен или, самое большее, пары миллионов граждан. Несколько диких миров объединялись в ассоциации взаимной обороны, но даже они состояли не более чем из трех-четырех систем в каждой.

Однако Адский Очаг был звездной нацией, состоящей из четырех систем, и в одной из них была пара планет, похожих на Землю, и на обеих проживало довольно значительное население. Это была компактная в пространственном отношении, сильно промышленно развитая единица - возможно, даже отдаленно не сравнимая с системой центрального мира, но более чем достаточно серьезная, чтобы обеспечить такую степень местной обороны, которую ни Федерация, ни Лига не хотели бы нарушать в регионе за синей линией. Мало того, Адский Очаг делил одну из своих звездных систем с Кварном в уникальном сочетании. Похожие на морских звезд, живущие при высокой гравитации обитатели Кварна не интересовались землеподобными мирами, но Адский Очаг III мог похвастаться суперземлей, которая показалась им вполне уютной... и вокруг которой вращался кислородно-азотный мир с массой около семидесяти пяти процентов массы Земли. В результате Адский Очаг стал единственным человеческим государством, заключившим настоящий военный союз с кварнами. И, несмотря на заслуженную репутацию самых опытных торговцев в исследованной галактике, военные корабли кварнов были вполне способны позаботиться о себе сами.

Это придавало убедительный вес нежеланию Федерации и Лиги затевать ссоры с обитателями Адского Очага. Их суда считались нейтральными, и их реестр защищал их от досмотра или захвата любой из воюющих сторон.

Конечно, присутствие "Бишу" здесь, в центре сверхсекретной верфи Лиги, ставило под сомнение его "нейтралитет".

- Странное название для корабля, зарегистрированного в Адском Очаге, - заметил начальник штаба.

- Почему "странное"? - спросил Мерфи, приподняв бровь.

- Потому что основные группы населения Адского Очага произошли от североевропейских народов Старой Земли и китайцев, населявших Бишу. Означает "кинжал" или, возможно, "острие кинжала". Я бы ожидал, что корабль Адского Очага будет называться как-то вроде "Долк". И это довольно... воинственное название для торгового судна - даже из Адского Очага.

- Это мало что значит, - ответил Мерфи, хотя его взгляд был задумчивым. - В Адском Очаге сильно влияние Лиги. У них почти столько же иммигрантов из Лиги, сколько и из Федерации.

- Согласен-согласен. И если бы не реакция Тана, когда вы спросили его об этом, мне бы это тоже не показалось особенно странным. Но нам придется решать, что с ним делать.

- Пока что он просто сидит там и мигает своим транспондером, - сказал Мерфи. - На самом деле, я не могу винить его за это, учитывая, что вокруг роится так много военных кораблей. Но пока он ведет себя прилично, мы можем не торопиться с этим. И не похоже, что он куда-то пойдет без нашего разрешения.

- Совершенно верно, - согласился О'Хэнрати. Ни одно торговое судно не могло бы сравниться по ускорению со сверхсветовиком, и "Бишу" оказался бы в безнадежно невыгодном положении, если бы попытался стартовать с места.

- Итак, давайте пока сосредоточимся на наших друзьях из Лиги, - сказал Мерфи. - На самом деле, я думаю, нам пора поговорить с ними. Лейтенант Мастроянни, вы готовы к записи для передачи?

- Да, сэр, - ответила офицер связи с командной палубы.

- Очень хорошо. - Мерфи глубоко вздохнул. - Второй адмирал Син, я адмирал Терренс Мерфи, военно-космический флот Земной Федерации. Я призываю вас снизить скорость для сближения с моими кораблями, чтобы сдаться... или быть уничтоженной. И, если быть до конца честным, - он слегка улыбнулся, - я был бы счастлив, если бы вы предпочли не сдаваться. Мерфи, конец связи. - Он помолчал, обдумывая последнее предложение, затем пожал плечами.

- Отправьте это, лейтенант.


* * *


Расстояние до "Нювы" сократилось до четырнадцати световых минут, и векторы "Иштар" и "Гильгамеша" неуклонно отклонялись к базовому курсу авианосцев Лиги. При их нынешних скоростях и предположении, что скорость Син останется неизменной, корабли Мерфи могли бы догнать беглецов примерно за сорок четыре минуты, хотя тогда они пролетели бы мимо с относительной скоростью 94 000 километров в секунду. На самом деле, "Иштар" резко снижала скорость, чтобы выровнять курс и скорость через восемьдесят девять минут. У сверхсветовых кораблей Лиги не было возможности скрыться. Лучшее, на что они могли надеяться, - это продлить агонию, но четырнадцать световых минут - это все равно четырнадцать световых минут, когда речь заходит о задержках связи.

Конечно, расстояние сокращалось примерно на световую секунду каждые три секунды.

- Я получил ответ с флагмана Лиги, адмирал, - сообщила Мастроянни по коммуникатору Мерфи двадцать шесть минут спустя.

- Воспроизведите его.

- Да, сэр.

Мастроянни исчезла, и его место заняла женщина с узким лицом и каштановыми прядями в черных волосах.

- Адмирал Мерфи, - произнесла она на безупречном, хотя и с акцентом, стандартном английском, - я коммандер Се Кай. Мне было поручено сообщить вам, что, к сожалению, второй адмирал Син скончалась от ран, полученных в Нью-Дублине. Капитан Дин также погиб в бою. Коммандер Чень принял командование в качестве старшего офицера на борту. Он поручил мне передать вам, что готов сдаться на определенных условиях.

- Нет никаких "условий", кроме безоговорочной капитуляции, - холодно сказал Мерфи. - Я готов относиться к честным врагам как к таковым, но вы - и ваш коммандер Чень - не в том положении, чтобы требовать от меня каких-либо условий. И, чтобы было предельно ясно, мое единственное предложение заключается в том, что я позволю вам сдаться, а не вышвырну в космос. Это единственные "условия", которые вы получите от меня, и, если быть до конца честным, учитывая... послужной список второго адмирала Син, вам повезло больше, чем вы заслуживаете. Я ожидаю, что вы немедленно снизите скорость после получения этого сообщения. Если вы этого не сделаете, второго шанса сдаться у вас не будет. Мерфи, конец связи.

Он выключил запись, откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, а О'Хэнрати с усмешкой покачал головой.

- Черт возьми, - сказал он. - Это было круто, Терренс. Мне это нравится!

- Ну, если только Тан не лгал нам - а я не думаю, что он лгал, - то они лгут, и мне это не очень нравится.

- Я заметил, что вы не обвинили их в этом, - заявил О'Хэнрати.

- Да, не обвинил, не так ли? - улыбка Мерфи была как бритва. - Нет смысла сообщать ей, будто мы знаем, что она все еще жива.

Двенадцать минут спустя корабли флота Лиги "Нюва" и "Пангу" снизили скорость.

- Я приму это как знак того, что вы сдались, коммандер Се, - сказал Мерфи в микрофон. - Вы будете ждать, пока мои космические пехотинцы поднимутся к вам на борт. Имейте в виду, что любое сопротивление моим абордажным командам будет немедленно встречать смертельный исход и что это также нарушит условия, на которых вам было разрешено сдаться. При таких обстоятельствах я без колебаний уничтожу оба ваших корабля и всех, кто находится на их борту. Мерфи, конец связи.


ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ.


- Я вижу, вам все-таки не понадобилась наша помощь, сэр, - сказал Эстебан Трамбле, когда "Иштар" плавно вышла на орбиту вокруг второй планеты системы в сопровождении своих развернутых наездников. Флагман Трамбле, "Кишар", находился на орбите в четырехстах километрах впереди "Иштар", а остальные сверхсветовые корабли были разбросаны по окружности планеты, и каждый из них был окружен защитой собственных субсветовых наездников.

- Да, они были готовы к сотрудничеству... когда альтернативой стало уничтожение в космосе, - согласился Мерфи.

- Вы обнаружили адмирала Син? - спросила Харриет Грейнджер из своего сектора дисплея связи.

- Нет, но об этом еще рано говорить. Поверьте, мы не прекратим поиски, пока не найдем ее, - с легкой улыбкой сказал Мерфи, наблюдая за визуальным отображением того, как "Нюва" и "Пангу" также вышли на орбиту. - Я не думаю, что Овальный офис будет возражать против того, чтобы мы прихватили пару действующих Фокси для проверки, - добавил он. - Хотя на обратном пути в Нью-Дублин они будут двигаться чертовски медленно.

- Это высокоавтоматизированная верфь, сэр, - сказал Трамбле. Мерфи посмотрел на него, и коммодор пожал плечами. - Она на несколько световых лет ближе к нам, чем к Лиге, если уж на то пошло, - отметил он, - и все свидетельства указывают на то, что мы только что уничтожили все, что они могли использовать в контратаках, чтобы вернуть ее.

- Заманчиво. Очень заманчиво, - признал Мерфи. - Но давайте не позволим гордыне привести нас к тому, о чем мы все будем сожалеть в будущем. На данный момент я согласен на то, чтобы просто отобрать это у Лиги.

- Вероятно, вы правы. - Трамбле покачал головой. - Просто это кажется такой бессмысленной тратой времени. И, возможно, вы захотите исправить ущерб, нанесенный вашим двум призам, прежде чем все это взорвать, сэр. Мой старший инженер проводил здесь виртуальную экскурсию по возможностям верфи. Благодаря вам, коллекторов нет, но если их накопители Фассета не повреждены намного серьезнее, чем кажется на первый взгляд, они, вероятно, смогут подключить новые узлы - в любом случае, достаточно, чтобы развить приличную скорость в пространстве червоточины - всего за две-три недели. Вы бы наверстали все это время только на обратном пути в Нью-Дублин.

- Хм. - Мерфи потер подбородок, затем взглянул на О'Хэнрати.

- Мне кажется, это хорошая идея, - сказал начальник штаба. - При условии, что мы сможем понять, как нажимать на все нужные кнопки, и что предыдущие владельцы не оставили каких-нибудь неприятных мелких деталей диверсии, которые могли бы разнести нас всех на куски.

- Я не думаю, что это произойдет, - сказал Трамбле, обращаясь к О'Хэнрати с большей теплотой, чем обычно. Коммодор на самом деле улыбнулся. - Мы, э-э, очень ясно дали им понять, что что-либо подобное приведет к аннулированию гарантий адмирала Мерфи. На данный момент, думаю, это последнее, чем они хотят рисковать.

Мерфи хмыкнул в знак согласия. Довольно редко побежденным защитникам системы позволяли сдаться, не говоря уже о том, чтобы им гарантировали безопасность, в то время как победители уничтожали промышленные мощности системы. Он был уверен, что военнопленные Лиги не собирались делать ничего, что могло бы разозлить их победителей.

- Посмотрим, - сказал он через мгновение. - Я думаю, что это, вероятно, хорошая идея, если предположить, что ущерб можно устранить, и что мы сможем устранить его, не полагаясь на "рабский труд Лиги". Принуждение к этому может завести некоторых из них слишком далеко. И никому из них не пойдет на пользу, если Лига "спасет" их и начнет искать примеры и козлов отпущения.

Трамбле кивнул, и Мерфи переключился на другую тему.

- Что слышно от "Бишу"? - спросил он.

- Ни звука, - ответила Грейнджер. - Мы выполнили ваше указание оставить спящих собак в покое, пока вы не вернетесь, но, должна сказать, я немного удивлена, что они до сих пор ничего не сказали.

- Никаких заявлений о нейтралитете? Требований, чтобы мы пообещали уважать святость флага Адского Очага?

- Нет, сэр. Ничего. Совсем ничего.

- И есть еще кое-что, сэр, - сказал Трамбле. Мерфи посмотрел на него, и коммодор нахмурился. - У нас было мало времени, чтобы провести допрос пленных, но мы как бы скользнули по поверхности, если вы понимаете, что я имею в виду. - Он помолчал, пока Мерфи не кивнул, а затем продолжил. - Весь персонал Лиги держится немного... странно, когда дело касается этого корабля. Похоже, никто из них вообще ничего о нем не знает... кроме того, что он был здесь постоянно.

- Что? - настала очередь Мерфи нахмуриться.

- По словам военнопленных, оставшихся на Нью-Дублине, все, кто был задействован в этой операции, - по крайней мере, за исключением эскадры третьего адмирала Тана, - находились здесь все время, - сказал Трамбле. - Вот насколько строгой была охрана. Они никуда не собирались выходить, пока не запустят флот Дракона.

- В этом есть смысл. Немного грубо по отношению к задействованному персоналу, но смысл есть, - вставил О'Хэнрати, и Трамбле кивнул.

- Согласен. Но "Бишу" не только находится здесь с незапамятных времен, что кажется немного странным для "нейтрального судна", - сказал Трамбле, - но и в отличие от всех остальных, бывших частью постоянного состава системы, он покидал систему, а затем каждый раз возвращался... на точно ту же парковочную орбиту. И - это скорее предположение, пока мы знаем об этом только из нескольких источников - очевидно, что каждый раз, когда он отправлялся и возвращался, вскоре после этого поступала очень, очень крупная партия дорогостоящих компонентов.

- Увлекательно, - медленно произнес Мерфи.

- И чертовски страшно, - добавил О'Хэнрати. - Если в этом замешан Адский Очаг, значит ли это, что в этом замешаны кварны? Мы предполагали, что это должны быть риши, но что, если это было не так?

- Это... кажется маловероятным, - сказал Мерфи. - Кварны проявляют жестокость в торговле, а не в таких глупых вещах, как войны. Это означает, что они очень серьезно относятся к международным обязательствам и межзвездному законодательству. Я готов поспорить на все, что у меня есть, что они к этому не причастны. На самом деле, я удивлен, что они позволили Адскому Очагу быть замешанным в чем-то подобном. Если, конечно, предположить, что в этом замешан Адский Очаг.

- Прошу прощения? - Последнее предложение, похоже, удивило Грейнджер меньше, чем могло бы, и Мерфи невесело фыркнул.

- Учитывая точку зрения, которую только что поднял капитан О'Хэнрати, нам нужно быть чертовски уверенными, что мы выявили правильную группу инопланетных заговорщиков, и прямо в эту минуту поведение "Бишу" вызывает у меня множество подозрений. Кем бы они ни были, они реагируют не так, как любой нормальный нейтральный человек, столкнувшийся лицом к лицу с превосходящей военной силой. Эстебан прав - они уже должны были нам что-то сказать, и им следовало бы потребовать обещаний безопасного обращения и, в конечном счете, освобождения. Они этого не делают. Добавьте это к тому, что только что рассказал Эстебан, и получится, что кому-то есть что скрывать.

- Они должны понимать, что рано или поздно им придется поговорить с нами, сэр, - почтительно сказал коммандер Мирвани. - Если уж на то пошло, они должны знать, что мы почти наверняка потребуем провести досмотр на борту. В сложившихся обстоятельствах мы, безусловно, были бы в пределах своих прав! Так что же они выигрывают, держа рот на замке? Если уж на то пошло, почему они ожидают, что это принесет им какую-то пользу?

- Это действительно кажется все более и более странным, - признал Мерфи. - Так что, возможно, нам пора связаться с ними.


* * *


- Я капитан Магнар Трещоу, - сказал высокий, худощавый блондин из коммуникатора Мерфи. Его лицо практически ничего не выражало. - Я - капитан "Бишу". С кем я говорю?

- Контр-адмирал Терренс Мерфи, военно-космический флот Земной Федерации. Я старший офицер оперативного соединения, которое только что взяло под свой контроль систему.

- Понимаю.

Трещоу, должно быть, осознавал, насколько... щекотливой была его ситуация, но, судя по его тону, Мерфи мог просто заметить, что солнце, скорее всего, взойдет следующим утром, и его лицо оставалось невыразительным. "Он, должно быть, чертовски хороший игрок в покер", - подумал адмирал.

- Уверен, вы понимаете, что у меня может возникнуть несколько вопросов по поводу присутствия вашего корабля в чисто военной звездной системе Лиги в разгар войны, - сказал он вслух.

- "Бишу" - обычное торговое судно, адмирал. Мы доставляем груз туда, куда нам приказано доставить, и доставляем его тому, кому нам сказали доставить. Что это за груз и для чего он может быть использован, меня не касается.

- Напротив, капитан. - Мерфи позволил своему тону звучать сурово. - Если вы перевозите военные материалы для Лиги, то вы перевозите контрабанду в соответствии с межзвездным законодательством. А это означает, что ваше судно может быть подвергнуто обыску и захвату военными кораблями воюющей державы. В данном случае это я и мои корабли.

- Адский Очаг был бы очень... недоволен, если бы наш нейтралитет был нарушен подобным образом, - ответил Трещоу. - Последствия были бы серьезными.

- Но Адского Очага сейчас здесь нет, а я здесь. У меня также есть свои обязанности как у офицера Земной Федерации, и они заменяют собой любые обязательства, которые могут быть у меня перед Адским Очагом. Ваше правительство может заявить протест и даже потребовать возмещения ущерба в адмиралтейском суде, но это не отменяет моих обязанностей прямо здесь и сейчас.

- Значит, вы намерены подняться на борт и обыскать мое судно, несмотря на мой решительный протест? - И снова его тон был ровным, почти... незаинтересованным, и Мерфи постарался скрыть, что нахмурился.

- Да, - сказал он.

- Я не могу этого допустить.

- Капитан Трещоу, у вас нет выбора, - ровным голосом произнес Мерфи.

- Выбор есть всегда, адмирал.

На этот раз Мерфи нахмурился не на шутку. Конечно, этот человек не имел в виду...

- Адмирал, "Бишу" запускает свой ротор! - резко сказал Мирвани. - Активация ориентировочно через шесть минут!

- Капитан Трещоу, выключите двигатель Фассета! - рявкнул Мерфи.

- Нет, - просто ответил Трещоу и прервал связь.

- Черт, - выругался О'Хэнрати. - У этого идиота, должно быть, есть яйца! Или так, или нет мозгов.

- Во всей этой ситуации есть что-то очень, очень странное. - Мерфи решительно покачал головой. - И мы собираемся разобраться во всем этом.

Он повернулся к пульту управления и постучал по экрану. Появилось изображение капитана Бисгаард на мостике "Фурии".

- Да, адмирал?

- Капитан, это грузовое судно запускает двигатель Фассета. Я был бы признателен, если бы вы проследили, чтобы этого не произошло.

- Разрешите открыть огонь, сэр?

- Разрешаю, - ровным голосом произнес Мерфи. - Старайтесь вести огонь подальше от основного корпуса, но не стесняйтесь стрелять по ротору его привода и по связанной с ротором стреле.

- Есть, сэр!


* * *


- Фокстрот Альфа-Один, на связи Фокстрот. Приказ на задание, - раздался в наушниках лейтенанта Тиммермана голос лейтенант-коммандера Эбшера, командира истребительной группы 1020.

- Фокстрот, на связи Альфа-один. Слушаю, - ответил Тиммерман.

- Альфа-один, вы должны отключить привод Фассета грузового корабля, готовящегося покинуть орбиту планеты. Мы хотим, чтобы он был в целости и сохранности для посадки и досмотра, так что не увлекайтесь.

- Альфа-Один вас понял, отключить привод Фассета, но не разбивать яйца.

- Подтверждаю, Альфа-Один. И лучше поторопиться.

Тиммерман фыркнул - это был фторуглеродный туман, а не кислород, - но Эбшер был прав, говоря о том, что пора двигаться дальше. Как только грузовое судно включило двигатель Фассета, догнать его мог только один из сверхсветовых кораблей оперативного соединения 1705. При восьмистах или девятистах g он практически просто исчез бы, если бы речь шла о любом реактивном космическом корабле, включая его "Косатку".

Однако до тех пор, пока он не разогнал ротор своего привода...

Для этой операции "Косатка" Тиммермана была оснащена модулем ближнего боя. Это давало ему возможность использовать лазер или пушку, и он выбрал пушку. Лазер, возможно, был более дальнобойным, но СПМ-снаряды обладали гораздо большей кинетической энергией.

Он покрутил пустым правым кулаком, и его тактильная перчатка преобразовала это движение в команды с помощью виртуального универсального "джойстика". Его "Косатка" - крошечная по меркам военно-космического флота штуковина, немногим больше докосмического реактивного самолета-гиганта со срезанными боевыми пилонами вместо крыльев - развернулась вокруг своей центральной оси, нацелившись носом на грузовое судно.

Тиммерман подумал, что в корпусе привода Фассета было что-то странное, когда его радужная оболочка расширилась. Что-то было не так с углом расположения узлов или... что-то в этом роде. Большим пальцем правой руки он набрал команду, чтобы убедиться, что сенсоры его истребителя зафиксировали подробные визуальные, электронные и гравитационные изображения, затем щелкнул большим пальцем левой руки в перчатке.

Установленные на истребителях рельсотроны были легче и стреляли даже быстрее, чем системы точечной обороны обычного военного корабля. Три из них были установлены на носу "Косатки", а еще два - на креплениях на брюхе. Все пять выпустили четырехсекундную очередь, и двадцать пять двадцатипятимиллиметровых снарядов из суперплотной материи, каждый из которых содержал "всего" 2,2 килотонны энергии, вылетели из их жерл. Истребитель содрогнулся, когда его двигатели компенсировали отдачу, и СПМ-снаряды устремились к своей цели, преодолевая короткий промежуток.

Они ударили с сокрушительной силой, врезаясь глубоко, а требования к целостности привода Фассета были... экстремальными. Узлы и конденсаторы разлетелись вдребезги, в неповрежденных компонентах вспыхнули электрические разряды, и весь привод Фассета диаметром более двухсот сорока метров разлетелся на части в результате катастрофического разрушения.

Треть силовой установки вылетела вместе с ним, распавшись на множество обломков, но основной корпус грузового судна оказался неповрежденным, и Тиммерман удовлетворенно хмыкнул.

- Фокстрот, это Альфа-Один. Как вам это понравилось? - спросил он.

- Отлично, Альфа-Один. А теперь, полагаю, дело за космопехотинцами.

- Пора бы этим ленивым ублюдкам оправдать свое жалованье.

- Альфа-Один, это Альфа. Я этого не слышал. Потому что, если бы слышал, пришлось бы согласиться с вами, и это было бы прискорбно.


* * *


- Какая пустая трата времени, - сказал Штайнер.

Логан пошевелил руками в своей броне хоплона, чтобы отрегулировать на дисплее проекцию "Бишу", вместе с подвешенными к нему посадочными модулями Мурена. Торговый корабль медленно вращался, окруженный ореолом обломков двигателя Фассета. Корпус двигателя разрушился по меньшей мере на дюжину крупных обломков, а трехсотметровая стрела разлетелась вдребезги. Учитывая, насколько основательно разнесло ротор на куски, он был удивлен, что весь корабль не развалился на части.

- Развертывайтесь, - сказал он. - Абордажные команды не докладывают о прибытии.

- Вероятно, потому, что сообщать не о чем. - Когда системы Штайнера включились в работу, значок его брони загорелся зеленым на дисплее Логана. - Торговец с чем? Командой из пары десятков человек? Думал, что их замечательный "нейтральный" статус позволит им отсидеться в бою. Только Старик сказал им другое. И тогда они запаниковали и подумали, что могут сбежать, потому что были такими "нейтральными" и все такое. - Он пожал плечами под своей броней. - Мы уже видели это раньше.

- Я имею в виду, что они ничего не сообщают, - сказал Логан. - Связь на нуле.

- Глушат? - спросил Чавез. - Как это вообще возможно?

- Черт. Еще один корабль-ловушка? - включился скафандр Фаэран, и Логан включил питание на свои собственные сервоприводы.

- Там наши люди. Это все, что имеет значение. - Логан отправил сообщение пилоту "Косатки", к которой была прикреплена Мурена, и они ускорились, направляясь к незанятому воздушному шлюзу в хвостовой части грузового судна. - Эйра. Оставайтесь здесь. Вы можете понадобиться нам для эвакуации пострадавших.

- Подтверждаю, - сказала она, напрягаясь, чтобы справиться с давлением, когда грохот главного двигателя "Косатки" сотряс посадочный модуль.

- Возможно, мы наконец-то сможем освоить некоторые навыки Лиги, - сказал Штайнер. - Слишком долго мы не получали как следует.

- Это правда, - сказала Фаэран. - Возможно, у нас есть время поменять местами тебя и новичка. Это повысит наши шансы.

- О-хо-хо... Это задело, - сказал Штайнер.

- Боевая среда, хоплоны, - сказал Логан. - Незнакомая обстановка. Присутствуют дружественные лица. Отслеживайте свое проникновение.

Мурена, как обычно, остановилась внезапно. Показатели Эйры на дисплее Логана резко подскочили, но она не жаловалась. Носовые двери распахнулись, открывая стыковочный узел и бежевый портал одного из грузовых шлюзов "Бишу".

- Чисто! - Логан ударил по стенке правым кулаком, и костяшки пальцев его перчаток пробили отверстия во внешней стенке шлюза и отправили изображения с камер на каждый из скафандров. Внутри не было никакого движения... и никаких признаков абордажных команд Федерации.

- Брешь.

Логан отвел кулак назад, и Чавез ударил кольцом диаметром с баскетбольный мяч по внешней двери шлюза. Эйра присела на корточки за хоплонами, подняла с палубы металлическую оболочку и опустилась за ней на колени, укрыв опущенную голову в шлеме.

- Защищена, - сказала она.

- Огонь в дыре! - объявил Чавез, и кольцо расширилось, стало раскаленным докрасна. Затем добела. Центральная часть огромной двери воздушного шлюза взорвалась внутрь, усеяв внутреннее помещение осколками размером с дверь жилого дома.

Логан отстегнул карабин и выбрал магазин с патронами ПКЛБТ. Первые четыре буквы аббревиатуры означали "подкалиберный, летальный боеприпас"; космопехотинцы были космопехотинцами, и добавление последней буквы было предрешено заранее. Он еще раз проверил количество патронов в карабине, а затем поднялся на борт корабля.

Он подошел к внутренней двери шлюза. Ему потребовалось некоторое время, чтобы найти нестандартный механизм открывания - тяжелый механический засов, а не кнопки, как у большинства коммерческих моделей. Он обхватил его левой перчаткой своего скафандра и потянул, не ожидая, что он открыт. Но дверь послушно открылась, и его брови удивленно приподнялись. Затем они опустились в еще большем удивлении. Воздушный шлюз такого размера явно предназначался для перевозки грузов, но на внутренней стороне не было ни трюма, ни складского помещения.

- У нас есть атмосфера, - сказал он. - Прикройте периметр и следите за углами.

Он и его команда двинулись вперед, к проходу. Он дошел до перекрестка и выглянул из-за угла с помощью камеры, вмонтированной в его карабин. Фаэран сделала то же самое в противоположном направлении. Видеозапись с обеих камер передавалась на экран каждого скафандра.

- Какого черта? - спросил Штайнер.

Воздушный шлюз, через который они вошли, был, очевидно, фальшивкой, камуфляжем. Предполагалось, что он будет выглядеть как грузовой шлюз для грузового отсека, но помещения вокруг него, очевидно, предназначались для персонала, а не для перевозки грузов, и их дизайн был далек от индустриальной и утилитарной эстетики любого грузового судна. За перекрестком проходы становились круглыми, с перекрытиями, похожими на чешую гигантского дракона. Палуба представляла собой длинный коврик с неровными углублениями, расположенными по всей длине.

- "Фурия", вы это читаете? - Логан отправил картинку в Мурену, чтобы та передала на ударный носитель.

Ответа не последовало.

- Нет связи с Муреной, - сказала Фаэран. - Нам стоит установить инфракрасные ретрансляторы?

- Или отступить и взять остальных хоплонов? Я за это, - сказал Штайнер.

- Как ты можешь быть таким трусливым в своем скафандре? - спросил Чавез. - Нам действительно следовало заменить тебя на Зелененькую. Хотя ей пришлось бы терпеть запах твоей мочи.

- У нас здесь все еще есть команды, - сказал Логан. - Я не знаю, что это за корабль, черт возьми... но адмирал должен знать. Если мы не вернемся, по крайней мере, это покажет ему, что есть о чем беспокоиться. Мостик выходит на первый план, если корабль спроектирован как обычный торговый объект. Выдвигаемся.

Логан обошел сбоку, сканируя сенсорами любой намек на движение или температурные аномалии.

- По крайней мере, просторно, - заметил Чавез, и Логан хмыкнул в знак согласия. Проход был намного выше, чем обычно, по крайней мере, не было ни низких выступов, ни постоянных уклонов, которые он когда-либо встречал при высадке.

Переборки из простого сплава превратились в сложную мозаику. Это были абстрактные конструкции, с обилием узоров и цветов, которые сильно противоречили друг другу, и Чавез покачал головой.

- Мне неприятно соглашаться со Штайнером, - сказал Чавез, - но это становится странным, главсарж.

По коридору пронесся крик.

- Вперед!

Логан перешел на бег, и удары сабатонов его команды о палубу прозвучали в унисон. Они миновали овальные дверные проемы высотой наполовину выше хоплона, на рамах которых были выгравированы инопланетные письмена, пульсирующие красным светом.

В конце коридора крики стали громче, и из-за стыка вылетело размытое пятно и ударилось о переборку. Верхняя часть тела капрала космопехоты широкой блестящей красной полосой стекала по изогнутой стене. Она с глухим стуком упала на палубу, мертвые глаза слепо уставились на него, а вокруг растеклась лужа крови.

Логан резко остановился.

В поле зрения появилась старшина военного флота. На ней не было шлема, ее бронированный скафандр был порван. Из одного из разрывов хлынула кровь, и она, подняв глаза на Логана, отчаянно потянулась к нему.

Массивная рука схватила ее за лодыжку и оттащила за угол.

Раздался еще один крик... который закончился влажным бульканьем.

- Хранят нас предки, - пробормотала Фаэран.

И тут в поле зрения Логана появилась первая ришатанка, которую он когда-либо видел во плоти. Ящероподобная инопланетянка тащила мертвую космонавтку, когти вонзились в ее тело прямо через вакуумный скафандр. Она была трехметрового роста, сутулая, в неактивном бронежилете. Ее шлем был скроен таким образом, чтобы закрывать челюсти, предназначенные для разрывания, красная кровь была разбрызгана по ее торсу и рукам, а в свободной руке она держала винтовку с ленточной подачей - достаточно большую, чтобы служить оружием для двух человек в экипаже - так же легко, как Логан нес свой карабин.

Пришелица швырнула труп в хоплонов, и Логан поднял левую руку, чтобы принять удар на себя. Тело ударило его по шлему, на долю секунды закрыв обзор, и коридор огласился выстрелами. Хоплоны и инопланетянка обстреляли друг друга, и Логан упал, его ноги подкосились, когда пули попали в лодыжки и голени его скафандра.

Ришатанка бросилась в атаку. Она промчалась по коридору, отталкиваясь когтистыми лапами от палубы и переборок, чтобы менять направление и сбить с толку хоплонов. Логан, все еще лежавший лицом вниз на палубе, вскинул карабин и выстрелил. Попадания пришлись в пришелицу от бедра до плеча, но пули с пустотелым наконечником заискрили на ее броне и едва замедлили ее движение.

Из ее винтовки выскочил штык, зазубренное лезвие засветилось энергией. Ришатанка зашипела и отступила с винтовкой в руках, затем взмахнула острием вверх, направив его прямо в нагрудник Чавеза. Оружие пробило сплав боевой стали так же легко, как и любой другой силовой клинок, и глубоко вошло в грудь бронескафандра. Сквозь него пробежал электрический разряд, и показания Чавеза на дисплее Логана упали до нуля.

Логан отвел карабин в сторону и ударил ришатанку в колено. Та врезалась в переборку, а Фаэран и Штайнер продолжали стрелять. Их пули ударились о шлем пришелицы и срикошетили в проход, и Логан опустился на одно колено. Он поднял левый кулак своего скафандра для апперкота с сервоприводом, который пришелся ришатанке в подбородок и отбросил ее голову в шлеме к стене.

Он уронил карабин и потянулся за ним правой рукой в перчатке, но ришатанка оказалась невероятно проворной. Она увернулась от его правой руки, проскользнула мимо и ударила его в бок. Шипы на броне пришелицы оставили вмятины на скафандре Логана, и удар фактически приподнял его на сантиметр над палубой. На его дисплее высветились предупреждения о мерах предосторожности.

Он резко повернулся. Его левый локоть врезался в ришатанку, впечатав ее обратно в переборку, а правый кулак врезался ей в лицо. Бронепластовый щиток пришелицы разлетелся вдребезги, и металл прогнулся от удара. Пришелица упала, и Логан навалился на нее сверху. Он опустился коленом ей на грудь, обрушивая на ней град ударов, превращая ее шлем в массу фиолетовой крови и искореженного сплава.

Он остановился только тогда, когда пришелица перестала биться в конвульсиях.

Он еще мгновение стоял на коленях, тяжело дыша, а затем сервоприводы взвыли, когда он поднял свой карабин и выпрямился.

- Чавез умер, - сказала Фаэран у него за спиной. - У меня его жетоны.

- Что... что, черт возьми, это было? - спросил Штайнер.

- Как ты думаешь, что это было? - зарычал Логан. - Это риши. Гребаные риши. - Он покачал головой в своем похожем на башню шлеме. - Я думал, адмирал сумасшедший. Теперь думаю, нет.

Чавез лежал на палубе, и кровь сочилась из раны, которую штык пришелицы проделал в его груди.

- Зарядите пенетраторы, - сказал Логан. - Против этого подкалиберные не работают...

Он осекся, когда из швов брони ришатанки внезапно повалил дым. Резко сработали тепловые датчики его скафандра, и он невольно отступил назад, когда зажигательное вещество вспыхнуло так сильно, что расплавило палубу. Когда ослепительное свечение погасло, от трупа остался только пепел.

- Боже мой, они все так делают? - потребовал ответа Штайнер.

- Давай убьем еще кого-нибудь и выясним, - прорычал Логан. Он прикоснулся дулом карабина к шлему, отдавая честь Чавезу. - Нужно найти остальных абордажников, пока мы этим занимаемся. - Он извлек почти пустой магазин подкалиберных и зарядил барабан из чехла на спине.

- Это действительно было круто... - сказала Фаэран, когда они завернули за угол, чтобы найти еще несколько фрагментов человеческих тел.

- Знаешь еще каких-нибудь высокотехнологичных ящеров в округе? - прорычал Логан.

- У меня есть двоюродный брат, - сказал Штайнер. - Настоящий псих. Всегда говорил, что за всем стоят риши. Я имею в виду, что он далек от истины, понимаешь? И теперь я должен сказать ему, что он был прав? О, черт возьми!

- Импульс радара показывает открытое пространство за той дверью впереди. - Логан указал карабином вперед. - Там есть движущийся объект. Если это не человек, убейте его.

Он бросился бежать, опустил правое плечо и врезался в дверь. Его скафандр прорвал тонкий металл, как бумагу. Помещение внутри - больше, чем он думал - окружало большую сферу, по меньшей мере, пятнадцати метров в поперечнике, которая вздымалась над палубой, как какой-то высокотехнологичный гриб. Толстые кабели соединяли ее как с палубой, так и с потолком, а в стороне, обращенной к нему, был герметичный люк.

Между ним и люком также находились трое ришатан, двое в доспехах и один в более тонком скафандре, который оставлял голову пришельца открытой.

Логан перевел взгляд на толстые челюсти и костлявый лоб риша без шлема, но затем отвел оружие в сторону, когда закованные в броню пришельцы бросились в атаку. Он выпустил три пули в первую ришатанку, и та с воплем опустилась на одно колено.

Стреляли от бедра, и удары молота пришлись на нагрудник Логана. Одна пуля отскочила от его куполообразного шлема, чуть не пробив двухсантиметровый бронепласт, и он покачнулся назад. Штайнер поймал его локтем и удержал в вертикальном положении.

Фаэран стреляла короткими, контролируемыми очередями, но пришелицы были невероятно выносливы. Ей потребовался почти весь магазин, чтобы уложить их.

- Господи, какие же они крутые, - сказал Штайнер.

- Проверьте боеприпасы, - сказал Логан.

- У меня... пятьдесят один пенетратор, - сказал Штайнер.

- У меня кончились, - сказала Фаэран, вставляя в свое оружие запасной магазин подкалиберных. - Мне плевать, даже если это "просто абордажная операция". В следующий раз захвачу с собой дюжину магазинов пенетраторов!

- У меня их сорок восемь, - сказал Логан.

- Не так уж много боеприпасов для войны, главсарж, - заметила Фаэран.

- Да, это так, - согласился Логан. Дым клубился вокруг сферы, когда мертвые инопланетяне приносили себя в жертву. - Так что нам лучше двигаться дальше. Давайте войдем туда.

- Ты думаешь, остальные участники в...

- Нет, - оборвал Штайнера Логан. - Но они защищали то, что внутри. Давайте взломаем оболочку, пока сюда не добрались другие.

Логан нашел на круглой двери ручку, достаточно большую для его закованной в броню руки. Она была заперта, но он повернул ее в сторону, и механизмы внутри сломались. Он пинком распахнул дверь и нырнул внутрь.

Еще одна ришатанка стояла на возвышении, окруженная голограммами только что произошедшей битвы. Среди них плавали схемы корабля и бегущий текст, который Логан не мог прочитать. Инопланетяне поменьше столпились вокруг возвышающейся матриархини, их головы едва доставали ей до пояса. Они были ростом как человеческие подростки, с выпученными глазами и тупыми зубами.

- Ты убил моих дочерей, паразит, - сказала Найташ через дрона-переводчика. - Мы никогда не проливали кровь за пределами Сферы. Я бы взяла ваши имена обратно. Отметила свой клан во имя чести и смерти. Но, увы, я этого не сделаю.

- Где остальные из моего народа? - Логан медленно двинулся вперед, когда инопланетяне поменьше зашипели на него. Фаэран и Штайнер последовали за ним.

- Мы все здесь умрем, - сказала Найташ. - Люди Лиги провалили миссию в Сфере, и пути назад нет. - Она наклонилась и погладила по голове одного из маленьких ришей, затем быстрым движением свернула ему шею. Остальных она убила без каких-либо признаков эмоций. - Мы играли слишком долго, - сказала она. - Теперь настал финал.

Она поднесла к губам светящуюся желтую таблетку и раздавила ее. Ее плоть вокруг таблетки почернела и потрескалась, распространяясь ужасным пламенем, вырывавшимся из ноздрей и попадавшим в глаза. Она упала на палубу, и голографическая сфера погасла. На помосте зашипело электричество, а из компьютерных блоков вырвалось пламя.

- Главный сержант... Предлагаю нам уйти, - сказал Штайнер.

- Команда Мурена Альфа, доложите о состоянии дел! - в коммуникаторе затрещал голос капитана Бисгаард.

- Покинуть корабль! - крикнул Логан по общей сети. Он втолкнул Фаэран в дверь и вытолкнул Штайнера. - Всем абордажным командам, если вы меня слышите, немедленно возвращайтесь к своим посадочным аппаратам!

Они побежали обратно тем же путем, каким пришли, когда осветительные системы замкнуло, а через вентиляционные отверстия вырвался огонь. Корабль задрожал вокруг них, сотрясения отдавались в его сплавленных костях.

Они вернулись к точке входа, но их десантный модуль исчез. Ураганный поток воздуха хлынул через пробитый воздушный шлюз, теперь, когда стыковочный узел был снят.

- Черт! - закричал Штайнер.

- Это было самое разумное, что они могли сделать! - парировал Логан. - Прыгайте!

Трое хоплонов бросились навстречу урагану и улетели в вакуум, в то время как "Бишу" рассыпался у них за спиной. Они сцепили руки и ноги, сжавшись в комок для защиты, опустив шлемы и выставив бронированные панцири своих скафандров.

А затем "Бишу" превратился в обжигающий огненный шар. Логан почувствовал, как по его броне прокатился град осколков, а Штайнер прокричал по коммуникатору что-то невыразимо непристойное. Нижняя часть его скафандра на дисплее Логана стала темно-красной, но, по крайней мере, верх все еще светился зеленым, свидетельствуя об успешном сохранении воздуха.

Звездное поле головокружительно кружилось вокруг них, пока они вращались по спирали от столкновения с обломками, пока струя газа из маневрового ранца Фаэран не остановила их движение.

- Это уже второй раз, - прорычал Штайнер. - Риши дважды выбивали корабль у нас из-под ног!

К ним подплыла пара Косатка-Мурена. Логан был удивлен, что они не пострадали от осколков. Если бы он был их пилотом, они бы отошли еще дальше, мрачно подумал он. Но тут на его дисплее замигал код транспондера, и он понял, почему этого не произошло.

Будь я проклят, если бы стал спорить с ней.

На его дисплее появилось текстовое сообщение. Оно было от Эйры. - ТРОЕ. КТО?

- ЧАВЕЗ, - написал он в ответ.

- Нет тела для его семьи, - сказала Фаэран. - И вообще ничего от других команд.

- Он умер праведно, - сказал Логан. - Могу ли я последовать за ним на небеса.

- Могу ли я, - сказал Штайнер.

- Могу ли я, - закончила Фаэран, затем начала бормотать что-то на своем родном языке и отключила связь.

Логан больше ничего не сказал, пока они в темноте ждали, когда их найдут. Но он снова и снова просматривал видео с ришатанской матриархиней.


ГЛАВА СОРОКОВАЯ


Син Сюэфэн спокойно сидела на сиденье шаттла, устремив взгляд прямо перед собой, и наблюдала за космопехотинкой Федерации в переднем конце пассажирского салона. На пехотинке был бронированный скафандр, забрало шлема поднято, а в руках она держала штурмовую винтовку на одноточечной подвеске. Ее рука обхватила пистолетную рукоятку винтовки, а указательный палец легонько постукивал по ствольной коробке. Из-под открытого шлема, плотно прилегающего к голове, виднелись светлые волосы длиной не более одного-двух сантиметров, а ее серо-зеленые глаза были холодными и жесткими.

Позиция охранницы была выбрана тщательно. Она находилась между пленными - все они были офицерами - и кабиной экипажа. С того места, где она стояла, ей был виден весь пассажирский салон. Она также могла убить всех, кто находился в нем, если бы у нее возникло такое желание. Ей даже не понадобилась бы винтовка. Кнопка на передней переборке у нее за спиной мигнула ярким, зловещим красным светом, указывая на то, что она была задействована. Все, что ей нужно было сделать, - это опустить забрало шлема левой рукой, нажать на кнопку тыльной стороной правой ладони и наблюдать, как каждый из шестидесяти четырех военнопленных Лиги, пристегнутых ремнями к своим креслам, пытается вдохнуть вакуум, пока она срывает затвор аварийного люка.

Значение этой мигающей кнопки было тщательно объяснено пленным, когда они поднимались на борт. Не то чтобы кто-то из них действительно нуждался в объяснениях.

Син незаметно сглотнула, почувствовав вибрацию тормозных двигателей и поняв, что шаттл вот-вот состыкуется.

До сих пор ее маскировка держалась лучше, чем она смела надеяться. Изменить запись в медицинском журнале, чтобы показать, что второй адмирал Син умерла от ран на обратном пути в Дию, было просто, учитывая ее доступ к командному коду. Исправить командный журнал было намного сложнее, но она справилась с этим, просто удалив все оперативные данные из файлов "Нювы" и "Пангу". Мерфи специально не запрещал этого, когда оговаривал, что корабли должны быть сданы в исправном состоянии. Это могло бы иметь последствия для командного состава, но поскольку Син была благополучно "мертва", на нее это не обрушилось бы.

Она не понимала, откуда у федов могли быть точные биометрические данные о ней, но не могла исключить такую возможность, и было вполне возможно, что среди обломков, оставленных в Нью-Дублине, были ее фотографии. Поэтому она воспользовалась промыванием, чтобы придать своим глазам еще более темный оттенок, почти черный. Срок годности косметики давал гарантию всего на пару недель, но она надеялась, что этого времени ей хватит для прохождения первоначальной обработки и укрытия в анонимности еще одной военнопленной. Оставалось продержаться достаточно долго, чтобы ее отправили на один из субсветовых кораблей, которые Мерфи по глупости согласился оставить нетронутыми.

Длинная, похожая на корону коса, которая так долго была ее визитной карточкой, ушла в прошлое по той же причине. Ее волосы были почти такими же короткими, как у космопехотинки с холодными глазами, и стали каштановыми, а не соболиными. Она подумывала о чем-нибудь более похожем на гвайму, просто чтобы как можно дальше отойти от своей естественной внешности, но передумала. Рыжие или светлые волосы были такой редкостью в Лиге, что они автоматически привлекали внимание федов, даже если они не искали ее активно.

Она носила свою левую руку с шиной на перевязи и была одета в форму лейтенанта. Лейтенанту Нгуен Кхан Тхи это больше не требовалось - она действительно погибла в Нью-Дублине, - и она была высокой, почти такого же роста, как у Син - сто семьдесят пять сантиметров. Второй адмирал немного нервничала из-за использования идентификационного чипа настоящей Нгуен, но у нее не было особого выбора. Она заменила изображение Нгуен в ее личном деле своим собственным изображением - командные коды флагманского офицера были замечательной вещью, - но ничего не могла поделать с кодом ДНК, встроенным в чип настоящей Нгуен. Маловероятно, что у федов был генетический образец ее или Нгуен, но если они по какой-то причине сверили ее ДНК с чипом...

Вибрация тормозных двигателей прекратилась. Затем нос шаттла врезался в стыковочный узел, и она на мгновение почувствовала головокружение, когда восстановилось ощущение силы тяжести вверх и вниз. Должно быть, они пристыковались к одной из вращающихся секций сверхсветовика федов. Субъективная вертикальная ось шаттла была не совсем перпендикулярна его структурной оси. На самом деле, она отклонилась на добрых пятнадцать градусов, и ее кресло сдвинулось, чтобы приспособиться к этому. Примерно через минуту выдвинулась посадочная труба и соединилась с люком по левому борту.

- Всем встать, - скомандовала космопехотинка-фед на поистине отвратительном китайском. Она указала дулом винтовки на левый люк. - Пора выходить.

Син поднялась вместе с остальными пассажирами, опираясь здоровой рукой о переднее сиденье и преодолевая силу тяжести, в который раз напоминая себе, что она скромный лейтенант, самый младший офицер на шаттле, а не адмирал. Она стояла на месте, позволяя коммандерам и лейтенант-коммандерам выйти перед ней. Насколько она могла судить, никто из остальных не узнал ее благодаря маскировке, и она исчезла в кубрике младших офицеров "Нювы" до того, как команда сверхсветового корабля и ее собственный персонал были сняты с корабля. Так...

Подошла ее очередь, и она сделала глубокий, незаметный вдох и шагнула в посадочный туннель, почувствовав, как градиент силы тяжести снова сместился в соответствии с уровнем поверхности туннеля. Она прошла по нему до конца и вышла из него в похожий на пещеру отсек.

Два других посадочных люка, соединенных с воздушными шлюзами по обе стороны от того, к которому пристыковался шаттл Син, извергали свои собственные потоки офицеров Лиги с угрюмыми лицами и объединяли их. Потери "Нювы" и "Пангу" у Нью-Дублина составили двадцать три процента, но в бой они вступили с экипажами численностью более тысячи человек в каждом. Это оставляло достаточно живого персонала, чтобы заполнить тридцать таких шаттлов, и она задавалась вопросом, все ли они проходят через один и тот же сверхсветовик. Она сомневалась в этом. Где они могли бы разместить столько дополнительных людей в условиях охраны? Конечно, они должны были держать их только до тех пор, пока не переведут на один из досветовых тюремных кораблей, не так ли?

Небольшая группа старших офицеров федов стояла на широком помосте в трех метрах над палубой отсека. Один из них был выше всех остальных, а за его спиной стояли двое закованных в тяжелую броню космических пехотинцев федов - "хоплоны", как они их называли. "Это, должно быть, Мерфи", - подумала она. Без сомнения, пришел позлорадствовать. Что ж, пусть у нее снова будет твердая почва под ногами, и они увидят, кто будет злорадствовать последним! По крайней мере, как только она закончит наказывать Тана за предательское бегство с занимаемого поста. В конце концов, все по порядку. Но как только с Таном разберутся, она будет...

На ее плечо легла рука.

- Остановитесь, - сказал кто-то, на этот раз на почти безупречном китайском, и ее сердце сжалось.

Она повернула голову и обнаружила, что смотрит в зеленые глаза высокого, рыжеволосого гвайло, капитана флота Федерации. Другой космический пехотинец, на этот раз молодая женщина, ростом на тринадцать сантиметров ниже Син, стояла рядом с ним, положив правую руку на рукоятку пистолета, висевшего в кобуре на боку. Ее волосы были такими же светлыми, как у космопехотинки в шаттле, над правой бровью виднелась какая-то отметина, а бледно-голубые глаза гвайму были еще жестче, чем у офицера флота.

- Да, сэр? - спросила Син на стандартном английском. Ее голос немного дрожал, но она сказала себе, что это естественная реакция для любого, особенно для такого младшего офицера, как "лейтенант Нгуен", на то, что ее выделили из толпы военнопленных.

- Английский, - сказал капитан. - Хорошо. - Его губы дрогнули в улыбке, которая так и не коснулась глаз. - Идите сюда... лейтенант Нгуен.

- Прошу прощения? - спросила Син, стараясь не обращать внимания на то, как рука женщины-космопехотинки сжимала рукоятку пистолета. - Я думала, - она подняла правую руку и указала вдоль очереди, которая остановилась позади них, - что процесс обработки проходил таким образом, сэр?

- Да, - ответил капитан. - Однако у адмирала Мерфи есть к вам пара вопросов.

Бешено колотящееся сердце Син, казалось, замерло. Сердце ушло в пятки, и она покачала головой.

- Это, должно быть, какая-то ошибка, сэр. - Она попыталась улыбнуться ему в ответ и поняла, что у нее ничего не вышло. - Я всего лишь...

- Поверьте мне, это не займет много времени, - сказал капитан. - Если, конечно, вы не хотите, чтобы это заняло больше времени, - добавил он более холодным голосом, и что-то, казалось, промелькнуло в льдисто-голубых глазах космопехотинки.

- Нет, сэр! - быстро ответила Син.

- Хорошо, - повторил он. - Сюда.

Рука на ее плече развернула ее, указывая на решетчатую лестницу, ведущую на подиум. Он стоял слева от нее, положив правую руку ей на левое плечо, и она остро осознавала, что это не только ставит его с ее слабой стороны, но и убирает его с прямой линии между ней и молчаливой космопехотинкой с суровым лицом, следовавшей по пятам за ними.

Они дошли до лестницы. Она уверенно взбиралась по ступенькам, немного удивляясь, что колени держат ее. Они казались слишком хрупкими, слишком шаткими для этого, а ее дыхание было тяжелее и чаще, чем можно было объяснить подъемом.

Она ступила на мостик, и капитан отпустил ее плечо и подошел, чтобы встать рядом с еще более высоким адмиралом, которым, должно быть, был Мерфи.

Космопехотинка остановилась позади нее, поняла она, когда вытянулась по стойке смирно и резко отдала честь Мерфи.

Он не ответил на приветствие. Он только смотрел на нее.

Молчание затянулось, сжимая ее нервы, как клещами, и она почувствовала, что начинает потеть. Она пыталась переждать его, но не смогла. Она просто... не смогла и облизнула губы.

- Вы... хотели поговорить со мной, сэр?

- О, я давно хотел с вами поговорить. - Его голос был глубоким и очень, очень холодным. - Можно сказать, я ждал этого с нетерпением.

- Я... Прошу прощения? - Она услышала страх в своем голосе, и ей стало стыдно, но она ничего не могла с этим поделать. - Я не понимаю?

- О, я думаю, вы понимаете... адмирал Син.

Ее пульс гулко отдавался в ушах, и она покачала головой.

- Это... это какая-то ошибка! - сказала она. - Я не адмирал! Я всего лишь лейтенант!

- Действительно?

Мерфи приподнял бровь. Затем он отступил в сторону, и Син увидела, кто был скрыт за его спиной из-за его роста и массивных тел хоплонов. Се Кай и капитан Ген стояли там, глядя на нее без всякого выражения.

- Вы ужасно похожи на пропагандистский ролик Лиги об адмирале Син, героине Инвернесса. - Голос Мерфи мог бы заморозить сердце ада.

- Что? - Син покачала головой. - Нет! - Она постучала пальцем по ленте с именем на своей униформе. - Я Нгуен... Нгуен Кхан Тхи! Син... она мертва! Она умерла в Нью-Дублине! Я... я не... - Она умоляюще посмотрела на Се и Гена. - Скажите ему!

- Вы командовали в Шотландии, - решительно заявил Мерфи. - Три четверти миллиона человек погибли от переохлаждения, голода и болезней. Три четверти миллиона мирных жителей, которые наблюдали, как их дети замерзают насмерть у них на глазах.

- Нет, никогда! - Син подняла руки. - Вы обратились не к тому человеку, адмирал! Я просто... просто военнопленная. Нгуен Кхан Тхи, личный номер... Личный номер... - Она уставилась на Се. - Скажите ему, что адмирал Син мертва, коммандер! - отчаянно взмолилась она.

Се ничего не ответил.

Испуганный взгляд Син метнулся к Гену, и ее душа сжалась, когда она увидела холодное, неприкрытое презрение в глазах капитана.

- А теперь, адмирал, - сказал Мерфи, снова привлекая ее внимание к себе, - пришло время.

Она услышала слабый звук позади себя, поняла, что это был звук оружия, вынимаемого из кобуры, и покачнулась, когда кровь, казалось, прилила к ее ногам.

- Повернись, - сказала космопехотинка. Это был первый раз, когда она заговорила, и Син никогда прежде не слышала такой застывшей, дистиллированной ненависти в человеческом голосе.

Ее ноги повиновались этому голосу, а не ее собственной воле, и, повернувшись, она обнаружила, что смотрит прямо в дуло пистолета.

- Коммандер Се и капитан Ген не опознавали вас для нас, адмирал, - сказал Мерфи. - Они здесь исключительно в качестве свидетелей.

Широко раскрытые глаза Син метнулись в сторону, она посмотрела на своих подчиненных, затем оглядела помещение. Все присутствующие замерли на месте, глядя на нее, и Мерфи подошел к перилам мостика.

- Эта женщина - преступница, - сказал он им всем, повысив свой низкий голос так, что его услышали и все остальные пленные. - Чудовище. Она сражалась без чести. Она ничего не заслуживает и ничего не получит. Но к тем членам Лиги, которые сражаются как воины, а не как мясники - открыто, с честью, не пачкая форму, которую они носят, помня, кто они такие, - к этим людям будут относиться с уважением, и им будет позволено сдаться с почетом. Я адмирал Терренс Мерфи, военно-космический флот Земной Федерации. Когда-нибудь вы вернетесь домой. Когда вернетесь, вспомните мои слова.

Он долго и неподвижно смотрел в эти сосредоточенные, безмолвно наблюдающие глаза, затем отступил назад и повернулся к космопехотинке. - Эйра, - сказал он. Только это, ничего больше. Взгляд Син снова метнулся к женщине.

- Семьсот пятьдесят тысяч погибших, - сказала Эйра. - Но я беспокоилась только об одном.

- Пожалуйста, - прошептала Син. - Пожалуйста!

- Я видела, как свет погас в глазах моего брата, - сказала ей Эйра, когда дуло было в шести сантиметрах от лба Син. - Там, в бункере, перед тем, как погасли фонари. Я видела это. И сейчас я увижу это снова.

- Пожалуйста!

- Это за Сэма, - сказала Эйра очень-очень тихо.

Пистолетный выстрел прозвучал оглушительно в похожем на пещеру помещении.


ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ


- И на этом мы завершим заключительный отчет. - О'Хэнрати выключил голопроектор в зале совещаний Мерфи. Каллум был там со своим отцом, он сидел в инвалидном кресле, его глаз был закрыт повязкой.

- Ваш отчет о казни Син приведен в приложении. - О'Хэнрати налил стакан виски, подошел к столу Мерфи и предложил ему. Адмирал отказался, слегка покачав головой, и начальник штаба вместо этого пригубил виски сам.

- Мы могли бы опустить все это... - сказал он.

- Нет. - Мерфи снова покачал головой. - Юридически мы защищены моими полномочиями как местного командира. - Он поморщился. - Люди, которые и так уже склонны жаловаться на наши... проделки, вероятно, подольют масла в огонь. Но когда нарушаешь столько правил, сколько я... - Он пожал плечами. - Давайте просто скажем, что Син не станет той соломинкой, которая сломает спину этому верблюду.

- Син получила лучшую смерть, чем она заслуживала, - фыркнул О'Хэнрати. - Но когда мы приводили доводы в пользу материальной помощи ришей Лиге, нам следовало привезти живую второго адмирала Син в цепях, чтобы засвидетельствовать это. Даже самый мошеннический факс, отправленный Пятьюстам, не смог бы проигнорировать эту улику.

Лицо Мерфи потемнело.

- И что заставляет вас так думать? Очевидно, Син сказала бы все, что мы хотели от нее услышать, чтобы предотвратить свою казнь за военные преступления. Очевидно.

- Терри, она была бы лучшим свидетелем, которого мы могли бы предоставить. Свидетель, который говорит неправду, становится все менее и менее заслуживающим доверия по мере того, как расследование продолжается. Этого не происходит, когда люди говорят правду. На самом деле, как раз наоборот. - О'Хэнрати постучал по столу.

- Но люди лгут, - Мерфи опустил плечи, - и какие бы показания ни дала Син - при условии, что она сотрудничала бы, - они посеют семена сомнения. Те, кто прятал голову в песок, когда дело касалось ришей, не сдвинулись бы с места. Вещественные доказательства более убедительны, даже если они косвенные. Правосудие ради Эйры и убитых Син невинных людей было важнее. Вы внимательно слушали. Что думают наши космонавты о том, как мы поступили с Син?

- Никаких претензий, - сказал О'Хэнрати. - Все разговоры только о том, чтобы казнить Син прямо здесь и сейчас. Не то чтобы обычный космонавт знал о ришах.

- И оставить Син в живых, чтобы выслужиться перед родиной, - это именно то, что сделал бы центральник, - Каллум поднял палец. - Это то, что я услышал в медотсеке. Кроме того, куча парней спрашивали, есть ли у Эйры парень. Но затем главный сержант Логан дал понять, что... ни один из них не будет ее беспокоить. Давайте просто оставим все как есть.

- Немедленное отправление правосудия в отношении Син, возможно, было "неправильным" решением с точки зрения Макиавелли, - сказал Мерфи. - Но наш флот должен доверять мне. Избавление Син от выхода через шлюз или от пули не соответствовало бы их ожиданиям. Я сею сомнения, а урожай мы соберем позже. Кроме того, так я смогу спокойно спать по ночам. Присутствие этого монстра в камере заключения не принесло бы мне такого же комфорта.

- В Овальном зале вас должны встретить как героя, - сказал Каллум. - Вы не просто спасли Нью-Дублин, вы отбросили Лигу на десятилетия назад. И мы нашли доказательства того, что риши поддерживали нашего врага. Эти ублюдки-ящеры, должно быть, десятилетиями поддерживали войну и помогли убить Бог знает сколько людей, а мы и не подозревали.

- Без нашего ведома. - О'Хэнрати поднял свой бокал. - Мы подозревали многое. Просто мы никогда не могли доказать это раньше. Теперь можем.

- Можем ли? - спросил Мерфи. О'Хэнрати посмотрел на него. - Риши взорвали себя прежде, чем мы смогли вернуть кого-либо из них на Землю.

- Может быть, и так, - ответил начальник штаба, - но остается еще целая чертова верфь. Меня не волнует, насколько хорошо ящеры умеют скрывать свои следы. Должны же быть доказательства их технологии, спрятанной в чем-то столь большом. Все, что нам нужно сделать, это убедить власть имущих выйти и поискать их!

- Это все равно, что пройти пешком от Земли до Марса без скафандра... только сложнее, - сухо заметил Мерфи. - Если на то пошло, дело не только в том, чтобы убедить их взглянуть на это. Это также вопрос того, получили бы они такой шанс или нет, даже если бы захотели. Мы оставили Грейнджер присматривать за военнопленными, пока Лига не получит возможность их забрать, но она никак не сможет удержать верфи, если они явятся за ними с одной-двумя оперативными группами в кармане. Именно поэтому, если вы помните, я специально сказал ей, чтобы она даже не пыталась. Она держит палец на спусковом крючке, чтобы, если понадобится, взорвать верфи, и у нее есть система раннего предупреждения, чтобы избежать драки, покинуть систему и вернуться в Нью-Дублин.

- Ну, нет, - признал О'Хэнрати. - Но для Лиги это тоже не самое ближнее место, Терри. Высвободить сколько-нибудь значительные силы, чтобы отбить верфи, а затем доставить эти силы туда, - это, можно сказать, нетривиальная задача. И это даже не учитывая того, что вы только что нанесли удар их боевой мощи прямо по яйцам. Я бы сказал, что, по крайней мере, у Грейнджер даже есть шансы сохранить это для "показа и рассказа", если мы вообще сможем убедить Овальный кабинет прислать кого-нибудь посмотреть.

- А если она не сможет?

- В таком случае, у нас все еще есть видеозапись, сделанная хоплонами. И, если уж на то пошло, ДНК с кулаков Логана, которыми он превращал ту ящерицу в гамбургер!

- Но ничего от пленных Лиги. - Мерфи поднял указательный палец. - Они ни разу не видели ришей и даже не слышали об их участии. По их словам, проект "Астра" был просто долгосрочным, тщательно скрываемым проектом Лиги.

- Терренс... на чьей вы стороне?

- Представьте, что я Фокаидес, - Мерфи поднял обе руки, - и настроен скептически. Скептически, потому что я должен донести это до премьер-министра Шлейбаум, и она будет настроена еще более скептически, прежде чем представит это общественности.

- Разве она заботится о людях? - спросил Каллум. - Ей просто нужно поговорить с Пятьюстами, верно?

- Теперь до него начинает доходить, - вздохнул О'Хэнрати. - О, ей действительно нужно беспокоиться о последствиях выборов, если избиратели в целом узнают, что их бесстрашные лидеры систематически закрывали глаза на причастность Ришатана, по крайней мере, в течение тридцати или сорока лет. Это не поможет ее партии на следующих выборах.

- Но это наименьшая из ее проблем, потому что Пятьсот, помимо всего прочего, контролируют основные новостные ленты. Они формируют повествование так, как им хочется, и зарабатывают бешеные деньги на торговле предметами роскоши с ришами. Возможно, их не слишком волнует все, что касается военно-космического флота и армии, но они не захотят мириться с тем, что их втянут в народную войну против ришей. Вполне возможно, что именно это и произойдет, если широкая общественность тоже сможет убедиться в том, что задумали ящеры. Итак, поскольку они контролируют эти новостные ленты...

Он пожал плечами.

- В любом случае, сомневаюсь, что обычный человек захочет войны со Сферой, - сказал Мерфи, качая головой. - Только не после пятидесяти семи лет борьбы с Лигой. Человечество заработало дивиденды мира, не так ли?

- Если мы сможем привлечь Лигу к участию в турнире, - сказал О'Хэнрати. - Вероятно, после этого у нас будет неплохой шанс на победу. Их партия "Вечно вперед" возьмет на себя вину за потери в Нью-Дублине и Дию, а они - самая многочисленная партия в Согласии. На самом деле, это может привести к падению всего их правительства. Или, может быть, Тан сохранит достаточно влияния для переворота, чтобы положить этому конец. - Он нахмурился, обдумывая это, затем пожал плечами. - Но вернемся к тому, что вы Фокаидес. Даже без учета захваченных верфей, количество косвенных улик огромно, Терренс.

- Но это все еще косвенные улики, - сказал Мерфи. - Если Грейнджер не удержит верфи, единственными вещественными доказательствами, которые у нас останутся, будут одна деталь привода Фассета странной конструкции и ДНК на костяшках перчатки хоплона. Все остальное - цифровое. Это можно легко подделать. По крайней мере, я думаю, что Фокаидес объяснит это именно так.

- Но для всех в Федерации, кто подозревал, что в этом замешаны риши, это доказательство, - сказал Каллум. - И это убедит больше людей, особенно на Окраине, в том, что риши нечисты на руку.

- Что должно повергнуть в ужас Пятьсот и центральные миры, - мрачно ответил О'Хэнрати.

- Наверное, вы правы, - сказал Мерфи, - но что должно их пугать - всех нас - так это то, что мы понятия не имеем, каков финал игры.

- У них есть финал? - спросил Каллум. - Помимо того, что они зарабатывают кучу денег, наблюдая, как глупые обезьяны - мальчики и девочки - убивают друг друга?

- У ришей всегда есть развязка, - сказал ему О'Хэнрати.

- Но на самом деле они никогда ни на кого не нападали за пределами своих границ, - отметил Каллум. О'Хэнрати приподнял бровь, и он пожал плечами. - У меня было время провести кое-какие исследования с тех пор, как я превратился в более молодую версию президента Толмаха, - сказал он. - И все источники, которые я нашел, в том числе и такие ненадежные, как вы с папой, согласны с этим. Так не кажется ли вам, что на самом деле все это лишь способ заставить нас и Лигу обескровливать друг друга, а не вынюхивать что-то на их границах?

- Разумное замечание, - сказал О'Хэнрати, но Мерфи покачал головой.

- Действительно? - он откинулся на спинку стула за своим столом. - А что насчет той матриархини с "Бишу"... Помните, что она сказала? "Люди Лиги подвели Сферу". Это звучит намного серьезнее, чем просто спекуляция на войне или удержание Федерации и Лиги занятыми друг другом и подальше от границ Сферы.

- Например, что? - голос О'Хэнрати звучал скептически.

- Гарри, вы относитесь к ришам с подозрением даже дольше, чем я. Вы действительно думаете, что они так долго вели такую серьезную игру только для того, чтобы заставить нас и Лигу гоняться за собственными хвостами?

- Итак, пока мы уничтожали друг друга, - сказал Каллум, - риши были...что? Готовились к тому моменту, когда мы станем достаточно слабы?

- Или пока не ослабнет Лига. Или и то, и другое, - сказал его отец, а затем фыркнул. - Послушай меня! Я снял свою шапочку из фольги с надписью "Риши помогают Лиге" и надел другую с надписью "Риши идут, чтобы убить нас всех". Давайте заставим центральные миры поверить, что Сфера поддерживала Лигу в течение многих лет, прежде чем мы перейдем к следующему... в некотором роде логичному выводу.

- По одной невозможной вещи за раз, - согласился О'Хэнрати. - Жители Окраины в это поверят. Военные...? Может быть. Рядовые военные, вероятно, так и поступят. Может быть, не армия, но огромный процент военнослужащих военно-космического флота и космопехоты - офицеры и рядовые - из нашей среды. Убедить кого-то вроде адмирала Радженды Такоре будет сложнее.

- И как нам вообще начать их убеждать? Мы говорим правду? - спросил Каллум.

- Мы говорим правду. - Мерфи подвинулся вместе со стулом вперед и оперся локтями о стол. - Что еще может кого-то убедить?

- А если они не захотят слушать? - О'Хэнрати покачал головой. - Давайте не будем забывать, что мы говорили Каллуму минуту назад. Заставить высшее руководство и их Пятьсот начальников признать правду, даже если мы сможем это доказать, будет нелегко. Они бы скорее выбросили все улики за борт. И, вероятно, сделали бы то же самое с курьером, если бы не это.

- Мне не нравится ваш намек.

- Терренс, мы довольно сильно раскачали лодку. Во-первых, мы выигрываем самое стратегически важное космическое сражение за последние десятилетия, а может, и дольше. Затем мы разрушаем систему Лиги и отбрасываем нашего врага на годы - десятилетия - назад в плане производства и численности персонала. Затем мы обнаруживаем много дыма - может быть, не от пожара, а от довольно горячих углей - свидетельствующих о причастности ришей. И то, как мы все это делали, включало игнорирование и нарушение директив командования направо и налево, что выставляет людей, которые их издавали, в крайне невыгодном свете. Статус-кво не сможет выдержать всего этого. Он должен измениться, когда наш отчет вернется на Землю. Но что-то подсказывает мне, что система все равно будет бороться за то, чтобы сохранить это на месте.

- Предполагается, что я маленький мальчик, который говорит, что король голый? Или я маленький цыпленок, указывающий на приближающегося убийцу динозавров?

- Трудный вопрос, сэр. Что-то подсказывает мне, что нам придется какое-то время действовать осторожно. Мы вернемся в Нью-Дублин, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок. Думаю, мы довольно быстро почувствуем реакцию центральных миров.

- Именно этого я и боюсь, - со вздохом признался Мерфи.

- Пап, помнишь, ты говорил, что на этом задании мы будем два года просто топтаться на месте? - Каллум указал на свою повязку на глазу. - Ну, я решил, что волнение на самом деле довольно неприятное занятие. Может, мы как-нибудь вернемся к скуке?

- События разворачиваются, сынок, и они уже продвинулись быстрее и дальше, чем я когда-либо предполагал. Нам решать, что делать дальше: взять ситуацию под контроль или быть раздавленными последствиями, которые мы сами же и создали. - Мерфи криво улыбнулся. - Добро пожаловать на флот.

- Да... все прямо как на плакатах.


ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ


Мерфи смотрелся в зеркало, поправляя парадную форму. Из-за стены донесся топот ног и радостные возгласы.

- Почти пора, - сказал Дьюар, заглядывая в комнату Мерфи. На нем была темно-зеленая парадная форма ополчения Нью-Дублина. - Не беспокойтесь о том, чтобы быть безупречным. Большинство людей уже на пути к тому, чтобы напиться, так что я сомневаюсь, что они заметят, если ваши ленточки будут кривыми.

- На Кранн-Бетаде все церемонии награждения такие? - спросил адмирал.

- Нет, только хорошие. И чем выше награда, тем больше шума. Некоторые просто счастливы, что у них есть повод надраться после битвы, и нам действительно пришлось месяцами ждать вашего триумфального возвращения, чтобы все это началось. Вы же знаете. Почетный гость, герой торжества - вот так?

- Давайте не будем заходить так далеко, - сказал Мерфи.

- Я не гном, но, если хотите, могу шепнуть, что вы всего лишь человек на пути к...

Дьюар замолчал и повернул голову в сторону. Он стоял, прислушиваясь к своему наушнику, и его лицо напряглось.

- Они здесь? - спросил Мерфи.

- Так и есть. - Дьюар потянулся к своему наручному коммуникатору. - Выбор времени не случаен. Я могу задержать их до тех пор, пока...

- Нет. - Мерфи покачал головой. - Они сделали все возможное, чтобы скрыть свое присутствие с тех пор, как прибыли в систему. Они выбрали именно этот момент.

- Ублюдки! Неужели они не понимают, что это значит для нас?

- Лучше приписать что-то глупости, чем злому умыслу, - сказал Мерфи. - Но здесь может быть и то, и другое. Давайте продолжим. Мы не так уж и не готовы к этому.

На мгновение Дьюар выглядел взбунтовавшимся, его рука зависла над пультом связи. Но затем он пожал плечами и кивнул.

- Если они будут вести себя глупо, то так оно и будет, а глупость - это единственное, что никто не может исправить, - он глубоко вздохнул.

- Я знаю, - сочувственно сказал Мерфи. - Поверьте мне, я знаю.

- В таком случае, проходите, генерал-губернатор.

Дьюар придержал дверь для Мерфи, и они прошли по узкому проходу. Он заканчивался пологой лестницей, а тяжелые занавеси закрывали от них шумное сборище, сопровождавшееся звоном столового серебра, бокалов и смехом.

- Ублюдки! - прошипел Дьюар, снова нажимая на свой наушник. - Они...

- Могу себе представить. - Мерфи поднял руку. - Как я уже сказал, они выбрали подходящий момент и выбрали его не по своей прихоти. Мы все будем помнить их за это.

- Как скажете, сэр. - Дьюар расправил плечи. - Не похоже, что вы нуждаетесь в представлении. Просто следуйте указаниям Толмаха.

Они поднялись по ступенькам, и Дьюар распахнул занавеси. На Мерфи упал яркий свет прожекторов, и он шагнул вперед. Толпа взревела, увидев его, и начала ритмично скандировать его имя в унисон, когда он вышел на сцену.

Пока Толмах медленно поднимался с нижнего этажа по еще одной пологой лестнице, его глаза привыкали к ослепляющему потоку света - по большей части, полутемному. Президент стал еще более сутулым, чем раньше. Его трость сильно ударяла по ступенькам, и радостные крики стали еще громче, когда Мерфи потянулся вперед, чтобы помочь ему преодолеть последние несколько ступенек.

Толмах улыбнулся, морщины на его лице стали глубже, и он обнял Мерфи одной рукой.

- Не то, к чему вы привыкли, не так ли, сынок?

Несмотря на витавший в воздухе запах алкоголя, Мерфи не смог уловить его запаха от президента.

- Церемонии награждения обычно проходят более мрачно, - сказал он. - Особенно боевые награды.

- Что ж, вы находитесь на Кранн-Бетаде, и мы делаем то, что хотим. Камеры включены, и это транслируется по всей системе. После этого мы их отключим, так что не стесняйтесь добавить несколько шуток позже. Только не пытайтесь пойти со мной выпить за компанию. Моя печень пережила больше испытаний, чем вы можете себе представить.

- Это не входило в планы, - сказал Мерфи, оглядывая бальный зал. Офицеры флота, космопехоты и ополчения, политики Кранн-Бетада и несколько дипломатов со всего сектора сидели за длинными столами. О'Хэнрати сидел за ближайшим столом, на его лице было написано беспокойство. - Кстати, о планах, Дьюар говорит...

- Планы... они никогда не выполняются. - Президент на мгновение заглянул в глаза Мерфи, затем легонько постучал по своему наушнику и улыбнулся свирепой, бесшабашной улыбкой гораздо более молодого Алана Толмаха. - Я надеюсь, вы готовы, парень!

Мерфи снова открыл рот, но прежде чем он успел заговорить, Толмах повернулся лицом к столам и схватил адмирала за запястье своей рукой из плоти и крови. Он высоко поднял руку Мерфи, и над аудиторией замелькали камеры-дроны. Он щелкнул переключателем на своей трости.

- Кранн-Бетад! - Его слова донеслись сквозь тот же гул. - Среди нас есть мужчина!

- Слушайте, слушайте! - раздалось из зала.

- Адмирал Мерфи спас наш мир от Лиги. В процессе этого у меня чуть не случился сердечный приступ, но думаю, что могу простить его за это. - Толмах сделал паузу, чтобы посмеяться. - Но ему было недостаточно того, что он разгромил Лигу здесь. После этого он загнал их обратно в пещеру и снова надрал им задницы!

Кулаки застучали по столам.

- Крэб Уйсниг священен для нас. - Он прикоснулся к вырезу на своей одежде. - Для многих наших людей это последнее воспоминание о доме перед тем, как они погибнут на войне. Итак, чтобы мы взяли у него, чтобы мы украсили его листом другого... это самая высокая честь, которая у нас есть. Вот почему, Терренс Мерфи, генерал-губернатор нашего дома, настоящим я дарю вам свой серебряный лист.

В зале внезапно воцарилась тишина, когда Толмах коснулся серебряного листа на лацкане своего пиджака. Он потянул, и тот расстегнулся.

Двери бального зала распахнулись, и в них с важным видом вошел капитан Липшен в сопровождении двух федеральных маршалов и полудюжины солдат в армейской броне "хоплон" с эмблемой столичной дивизии.

Это не было неожиданностью, но взгляд Мерфи посуровел. Столичная дивизия считалась элитой армии Федерации, но армия никогда не перебрасывалась на Окраины. В ее высших чинах, даже в большей степени, чем во флоте, преобладали выходцы из центрального мира, и особенно потомки Пятисот. Они были слишком важны, чтобы "разбрасываться" на защиту Окраины. И это было в полной мере справедливо для столичной дивизии, самой престижной и востребованной из всех, которые предлагала армия. Если остальная армия никогда не перебрасывалась на Окраину, то столичная дивизия никогда никуда не перебрасывалась.

Но если Пятистам нужна была вооруженная сила, на которую они наверняка могли положиться, то столичная дивизия была тем местом, где можно было ее найти.

Армейские хоплоны были вооружены, их оружие было опущено, но наготове.

Толпа в замешательстве зашепталась.

- Терренс Мерфи! - Липшен показал конверт кремового цвета. - Моими полномочиями как представителя Федерации, возложенными на меня командованием флота и одобренными для федерального правительства генеральной прокуратурой... настоящим я прекращаю вашу деятельность в качестве генерал-губернатора Нью-Дублина.

Он прошел по центральному проходу, все еще держа в руках документы. Маршалы последовали за ним, один из них неприятно улыбался, доставая из-под туники комплект наручников. Тяжелые шаги армейских хоплонов, следовавших за ними по пятам, эхом отражались от стен в полной недоверия тишине.

- И я также арестовываю вас, - сказал Липшен. - За неподчинение, взяточничество и незаконное присвоение военной техники и персонала Федерации.

Он взбежал по лестнице и направил ордер на арест на Толмаха, как пистолет.

Мерфи только посмотрел на него и чуть приподнял подбородок.

- Это исходит от Фокаидеса? - спросил он.

- И премьер-министра. - Липшен торжествующе улыбнулся. - Давайте не будем устраивать шоу из этого, Мерфи. Снаружи ждет автобус. Сотрудничайте, и я не позволю маршалам надеть на вас наручники перед камерой, когда мы будем выходить.

- Ты, скользкий маленький засранец. - Лицо Толмаха исказилось от гнева. Его голос был тихим, но дроны все еще работали, и слова заполнили тишину.

- Документы в порядке, - сказал Липшен. - Я бы предпочел не привлекать вас к ответственности за препятствование, господин президент.

- Я сделаю больше, чем...

Толмах двинулся вперед, но Мерфи остановил его легким прикосновением к плечу.

- Итак, я сдаюсь. И что дальше? Вы возвращаете меня в Овальный зал, и все, что здесь произошло, замалчивается? Я отправил подтверждение того, что риши поддерживают Лигу. Я разгромил Лигу и погнался за ними, чтобы завершить начатое. Я захватил или уничтожил более пятидесяти сверхсветовых кораблей Лиги. И какова реакция центральных миров? Это... мой арест?

- Мы уже почти перестали быть вежливыми, - холодно сказал маршал с наручниками.

- Ну же, Мерфи. Мы сможем разобраться со всем этим на Земле.

Липшен потянулся к руке Мерфи, но адмирал схватил его за китель и рывком поднял на цыпочки.

- Да, мы разберемся с этим на Земле, - сказал Мерфи. - Но не на ваших условиях - на моих.

Он похлопал себя по ноге свободной рукой, и двери по дальним сторонам бального зала открылись. Дюжина хоплонов космопехоты ввалилась в помещение, держа карабины наготове и целясь в маршалов и их армейских коллег.

- Если вы одеты не так, как я, предлагаю вам уйти. - Громкость внешних динамиков скафандра Логана резала слух, отражаясь эхом от стен бального зала.

Никто не ушел.

- Мер-фи! Мер-фи! Мер-фи!

Скандирование нарастало, как медленно нарастающий гром, и Липшен с трудом сглотнул.

- У меня есть приказ, - сказал он. - Мы... мы вас не боимся.

- Мер-фи! Мер-фи! Мер-фи!

Скандирование становилось все громче и громче.

- Не будьте дураком, - сказал Мерфи. - Возвращайтесь на свой шаттл. Никто вас не остановит. Я отправлюсь на Землю и отвечу за то, что сделал, но отправлюсь на своем корабле, а не на вашей гауптвахте.

Толмах стоял плечом к плечу с Мерфи.

- Мерфи! Мер-фи! Мер-фи!

Поющие голоса заполнили бальный зал, ревя, как разъяренное море.

- Вы блефуете. - На лбу Липшена выступил пот. - Не добавляйте измену к своим преступлениям!

- Это измена только в том случае, если мы являемся частью Федерации, ты, паршивое, жалкое подобие дворняжки! - зарычал Толмах. - На этот раз вы зашли слишком далеко - ты и твои ублюдочные хозяева! После этого Нью-Дублин покончит со всеми вами. И остальной сектор тоже!

Глаза Липшена расширились, и он потянулся к своему оружию. Двое армейских хоплонов бросились вперед.

Толмах ткнул Мерфи острым локтем в грудь, застав его врасплох и заставив отступить на шаг. Старик ударил Липшена тростью по плечу, отчего капитан, вскрикнув от боли, упал на одно колено.

Хоплоны космопехоты проталкивались между столами к маршалам и атакующим армейским хоплонам, в то время как гости расступались с их пути.

- Стоп - стоп!

Мерфи потянулся к Толмаху, но старик выскользнул из его хватки, зарычал на Липшена и снова занес трость.

Раздался одиночный выстрел.

Левый бок Мерфи пронзила боль, когда пуля пробила плоть, и Толмах остановился. На спине у него расплывалось красное пятно. Трость выпала, и он упал навзничь. Мерфи подхватил его, и густая горячая кровь потекла по его рукам, когда он осторожно опустил президента системы Нью-Дублина на сцену.

Еще несколько выстрелов - отрывистый лай карабинов "хоплонов" - разнеслись по бальному залу, заглушая крики нью-дублинцев, бросившихся на пол.

- Ты сделал это! - Липшен стоял над ними, целясь из пистолета в голову Мерфи. - Это все из-за твоего...

На капитана упала тень, и он поднял взгляд, когда над ним навис скафандр Фаэран. Механическая рука стиснула его запястье и пистолет. Металлические пальцы сомкнулись, сокрушив и оружие, и руку, и он закричал от боли, когда она отшвырнула его, как тряпичную куклу, подбросив в воздух, и он рухнул среди перевернутых столов, в то время как остальные космопехотинцы быстро расправлялись с армейскими хоплонами.

- Сынок, - выдохнул Толмах. - Сынок, где мой серебряный лист?

Он тяжело дышал, с каждым словом на губах у него появлялись пузырьки крови.

- Ничего не говори. Мы отвезем тебя к медикам...

- Возьми... возьми мой лист, - прошептал Толмах. - Зажги огонь... в небе, сынок. Скажи... скажи Кормагу, он...

Веки Толмаха дрогнули, и он отвел взгляд.

- Медик! - крикнул Мерфи с горящими глазами, но в бальном зале царил хаос: все больше раненых уносили прочь, а его хоплоны разрывали на части армейских хоплонов.

Адмирал увидел вспышку серебра в луже крови. Он выхватил лист Крэба Уйснига и вложил его в руку Толмаха.

- Это ваше. - Голос Мерфи дрогнул. - Это всегда было вашим. Я этого не заслуживаю!

Толмах яростно замотал головой и прижал лист к груди более молодого человека.

- Сделай, - выдавил он сквозь рот, наполненный кровью.

Он попытался сказать что-то еще, но больше не мог говорить. Он снова слабо прижал листок к груди Мерфи, и адмирал накрыл своими пальцами его внезапно ослабевшую руку... и листок. Он посмотрел в эти свирепые старые глаза, огонь в которых наконец погас, и медленно кивнул.

- Хорошо, - прошептал он, касаясь морщинистого лица другой рукой. - Хорошо.

Две минуты спустя Алан Кэлан Толмах, президент системы Нью-Дублина, скончался.


ГЛАВА СОРОК ТРЕТЬЯ


- Чувствуешь себя лучше? - спросил О'Хэнрати, обернувшись, когда Мерфи вышел на балкон губернаторского особняка, чтобы присоединиться к нему. Небо на востоке занимала заря, освещая виселицу, установленную на площади суда, и уже собравшуюся толпу.

- Чешется. - Мерфи дотронулся до повязки под своей униформой. - На самом деле, она ужасно чешется. Но наниты работают над этим, и мне повезло - кости не повреждены, а только немного восстановлены мышцы. Другим повезло меньше.

- Пятеро погибших - из Нью-Дублина, я имею в виду. Только один из армейских придурков выжил. - О'Хэнрати покачал головой. - Удивительно глупо со стороны Липшена. Он говорит, что был приказ арестовать вас как можно более публично. Очевидно, центр хотел донести сигнал до Окраины. Так что, возможно, он не единственный, кто был удивительно глуп. Но "выполнение приказов" - не оправдание, и ему еще предстоит этому научиться.

- Кстати, об ошибках. - Мерфи облокотился на перила, чувствуя, как пронизывающий утренний холод обжигает его лицо и уши. - Это еще один случай, Гарри.

- Толмаха убили. Этого было достаточно, чтобы Кранн-Бетад послал толпу линчевателей вытащить Липшена и его помощников из камер. По крайней мере, вы настояли на суде, который прошел довольно быстро. В конце концов, повсюду были камеры.

- Казнь Липшена и маршалов, не говоря уже о капитане столичной дивизии, имеющем массу связей с Пятьюстами, не поможет нашему делу, - сказал Мерфи. - Центральные миры будут использовать это как еще одно доказательство измены.

- Теперь президентом является Дьюар, - ответил О'Хэнрати. - И, по их словам, он и остальная часть сектора больше не являются частью Федерации. Так что это не государственная измена, а просто применение внутреннего законодательства.

- Как, черт возьми, мы могли этого не заметить? - спросил Мерфи. - Мы знали, что там беспорядки, но...

- Не уверен, что это было сделано специально ради нас, - ответил О'Хэнрати. - О, не сомневаюсь, что то, что произошло здесь и в Дию, во многом было связано со временем, но что-то подобное не происходит спонтанно. Вы не хуже меня знаете, что они, должно быть, планировали это уже давно. И не то чтобы кто-то из нас думал, что у них нет достаточных оснований!

- Оправдано это или нет, но центр взбесится.

- Ну, а почему это должно как-то отличаться от всего, что происходило раньше? Вы ведь помните тот день, когда рассказали мне о "Законе Мерфи", не так ли? Что может пойти не так, то пойдет не так? - О'Хэнрати пожал плечами.

- В какой момент вся эта ситуация вышла из-под нашего контроля, Харрисон? Мы приехали сюда, чтобы найти доказательства того, что риши были...

- И мы их нашли. А затем это превратилось в снежный ком - вот и все.

О'Хэнрати замолчал и указал на дверной проем в основании особняка, откуда ополчение Нью-Дублина вывело Липшена, двух маршалов и единственного выжившего армейского хоплона навстречу ледяному рассвету. У Липшена отсутствовала нижняя часть правой руки, хоплон сильно хромал, и все четверо были одеты в ярко-оранжевые комбинезоны, когда их вели сквозь толпу вооруженных ополченцев к виселице.

В толпе раздался свист, и что-то полетело. Оно ударило Липшена в грудь, и еще несколько предметов размером с кулак полетели в осужденного.

- Хотите попытаться остановить это? - спросил О'Хэнрати.

- Кранн-Бетад требует крови. - Мерфи покачал головой. - Толмах был... он был единственным президентом, которого когда-либо знало большинство из этих людей. Они любили этого старика, и не без оснований, и ситуация уже выходит из-под контроля. Если есть хоть какая-то надежда вернуть сектор в состав Федерации, они должны знать, что, по крайней мере, сначала добились справедливости для него.

- Вы действительно думаете, что есть большая вероятность этого? - тон О'Хэнрати был почти сочувственным. - Вернуть их обратно в Федерацию?

Мерфи пожал плечами.

- Не знаю. Я действительно не знаю. Но я точно знаю, что мы не можем позволить Федерации развалиться в такое время, как это. Только не тогда, когда Лига только что потерпела поражение, и у нас нет ни малейшего представления о том, каков настоящий финал Сферы. И я - единственное сочувствующее Федерации лицо, которое есть у нее здесь, на Окраине. Если я попытаюсь остановить это...

Он покачал головой.

- Мы собираемся поддерживать репутацию, - сказал О'Хэнрати почти с иронией. - Сначала Син, теперь Липшен и его подручные. У центральных миров будет отличный повод для этого.

- Мы держим этого волка за ухо, старый друг. Лучше не отпускать его.

Мерфи скрестил руки на груди, пока приговоренные к казни взбирались на виселицу. Палач в капюшоне закрепил петли на их шеях, и Мерфи дотронулся до серебряного листа на своей груди и пожалел, что рядом нет Толмаха, чтобы разобраться с этой ситуацией. Но теперь это была его битва.

Воцарилась тишина, нарушаемая только воем ветра. Палач посмотрел на балкон Мерфи, и остальная толпа повернулась, чтобы сделать то же самое.

Мерфи вытянул руку. Если бы он поднял ее, казнь прекратилась бы.

Он полоснул ею себя по горлу.


* * *


Ваза пролетела сквозь голопроекцию и разбилась о стену.

- Он не предатель!

Симрон сжала кулаки и направилась к другой цветочной композиции.

- Это все предварительные сообщения, - сказал ее отец. Такоре было направился к хрустальной вазе, на которую Симрон положила глаз, но передумал. - У меня все под контролем.

- Под контролем?

Симрон схватила вазу за край и запустила ею в голографическое изображение, на котором был изображен Терренс Мерфи, его лицо стало мрачным и угрожающим, в то время как голос за кадром говорил о коррупции, должностных преступлениях и военном диктаторстве. Вайом наклонился вперед на кушетке, поставив локти на колени и сложив руки под подбородком.

- Выключить голографию, - приказал Такоре и покачал головой. - Все это может быть просто недоразумением. Я уверен, что как только мы вернем его на Землю, то выясним, что все... не так плохо, как кажется. Мои влиятельные лица в лентах уже публикуют разные истории, которые мы можем использовать для лучшего... понимания ситуации.

- Мой отец разгромил огромный флот Лиги в Нью-Дублине, - сказал Вайом.

- Все еще есть некоторые сомнения относительно того, насколько "огромным" он был, - быстро сказал Такоре.

- Затем он улетел, чтобы уничтожить систему Лиги... и, вероятно, взорвал космодромы, о существовании которых мы и не подозревали, - продолжил Вайом. - И никто даже не стал выяснять, что происходит! Значит, когда он вернется в Нью-Дублин, он обнаружит, что генеральный инспектор ждет его, чтобы арестовать? За взяточничество?

- Были... серьезные обвинения. - Такоре сел. - Если я - и, соответственно, Венера Фьючерз, включая вас обоих, - откажусь от Пятисот, или военного флота... это погубит меня. Нас. Все.

- Значит, ты просто позволишь им бросить Терренса на растерзание волкам? - потребовала ответа Симрон.

- Он не просто раскачивает лодку, Симми. Он проделал дыру в днище и заливает в нее воду. - Такоре провел руками по лицу. - А потом он снова распространяет эту нелепую теорию заговора о ришах... - Он покачал головой. - Я делаю это, чтобы защитить тебя. И своих внуков. Ты еще молода, Симми. Развод и...

Вайом вскочил на ноги и выбежал из комнаты.

- Ты губишь его отца, - холодно сказала Симрон. - Моего мужа.

- Тогда ладно. - Такоре всплеснул руками. - Венера Фьючерз на сто процентов поддерживает Терренса Мерфи, как публично, так и в частном порядке. Что будет дальше?

- Центральные миры... - Симрон подошла к окну, выходящему на Олимпию. - Они откажутся от контрактов с Венера Фьючерз, и мы останемся без Пятисот. Разоренными.

- Должен ли я отказаться от работы поколений Такоре ради Мерфи? Человека, который собирает флот в секторе, находящемся на грани восстания, и разрешает находящейся под его контролем военно-космической верфи производить оружие, которое, по-видимому, превосходит все, что у нас есть? Человека, который не подчиняется прямым приказам командования флота? Который собирается поджечь фитиль, от которого загорится вся Окраина? Будь благоразумна, Симрон. Мы сможем пережить это... но не в том случае, если поддержим твоего мужа.

Симрон заплакала.

- Они убьют его, - сказала она.

- Это... я, наверное, могу прекратить. Просто, чтобы ты знала, мне пришлось поставить на карту больше, чем я хотел, чтобы защитить нашу семью. Но Радженда стал командующим Пятым флотом. Твой брат приведет его с Беты Лебедя так быстро, как только сможет, чтобы помешать Мерфи действовать против центра.

- Радженда всегда ненавидел Терренса, - сказала Симрон, - а теперь ты заставляешь их сражаться лицом к лицу?

- Но мы-то с тобой знаем, что Терренс не предатель, верно? Не какой-то там второстепенный военачальник, который позволил титулу вскружить ему голову, верно?

- Конечно, нет!

- Значит, он встретится с Раджендой где-нибудь за пределами центральных миров, и тогда сможет как-нибудь сохранить лицо. Поверь мне, Симми. Я знаю, как работают Пятьсот. Прямо сейчас премьер-министр обливается потом, она так напугана, но, в конце концов, они предпочли бы, чтобы он публично сотрудничал с официальной линией, заливая огонь водой, чем становиться каким-то мучеником. Мы публично отрекаемся от него сейчас, а потом позаботимся о том, чтобы позже он вышел из игры. Поверь мне.

Он положил руку ей на плечо и нежно сжал.

- Ты приказал Радженде не драться с Терренсом? Он собирается помочь покончить с этим так, чтобы ни он, ни Каллум не пострадали?

- Конечно, - пообещал ее отец и мысленно сделал пометку удалить все следы своих последних сообщений Радженде.

- Конечно, Симми. Я все продумал.


ЭПИЛОГ


Терренс Мерфи стоял на флагманском мостике "Иштар". Его руки были сложены за спиной, и над его лентами поблескивал серебряный лист ордена Крэба Уйснига, очищенный от крови Алана Толмаха, пока он наблюдал за основным экраном. Входящая сигнатура Фассета только что высветила свой идентификатор.

- "Нингишзида" с оперативной группой Один шесть четыре, - сказал О'Хэнрати, прослушав сообщение, сопровождавшее идентификатор. - Капитан Йилдиз на связи. Говорит, что они прибыли, чтобы присоединиться к нам.

- Оперативная группа Один шесть четыре вышла из Страммера... и, если я правильно помню, не подчинялась Йилдизу, - сказал Мерфи.

- Так точно, сэр, - сказал Ортиз. - Йилдиз родом с Рюкю, а не из центра. Чтобы добраться сюда так быстро, похоже, он, должно быть, поднял мятеж против своего командира, когда до Страммера дошли новости об отделении сектора.

- Мы не в первый раз слышим эту историю, - заметил О'Хэнрати. - Учитывая все эти случаи дезертирства...

Он взглянул на табло о статусе организации сил и пожал плечами. Корабли прибывали уже несколько недель, поскольку слухи о событиях в Нью-Дублине распространялись как лесной пожар по сектору Конкордия и его соседям. Немногие из здешних системных пикетов были столь же сильны, как первоначальные силы Мерфи, но большинство из них были построены вокруг по крайней мере одного сверхсветового корабля. Даже учитывая, что Грейнджер все еще сидит на Дию - по крайней мере, они надеялись, что она все еще сидит на Дию, - прибытие "Нингишзиды" довело число авианосцев Мерфи до дюжины. И он захватил достаточное количество наездников Син, чтобы оставить Нью-Дублину огромный отряд субсветового прикрытия и тем не менее заполнить все стойки, которые были на его сверхсветовых кораблях.

- Дома это будет выглядеть не слишком хорошо, - заметил он.

- Что это вы там говорили о волках? - спросил О'Хэнрати в ответ, затем покачал головой. - И это касается не только таких людей, как Йилдиз. Я не был так уж удивлен, когда Грейнджер только улыбнулась и кивнула, когда вы велели ей сесть на Дию, но Трамбле? - Он снова покачал головой. - Не скажу, что он рад этому, но у этого человека есть выдержка, и как только вы ткнули его в это носом, он не смог продолжать лояльно отстаивать линию партии. И он не единственный. - Он указал на значок на дисплее. - Мы еще посмотрим на это, Терренс. На самом деле, я не сильно удивлюсь, если мы увидим кого-нибудь из соседних секторов.

- Хорошо и плохо, - сказал Мерфи.

- Плохо? Что может быть плохого? - Каллум прихрамывал на негнущемся протезе ноги. Он потер костяшками пальцев висок рядом с повязкой на глазу.

- Я хотел вернуться на Землю с достаточной боевой мощью, чтобы отговорить кого-либо стрелять в нас, - сказал ему отец. - Но если у нас будет слишком много военных кораблей, это будет выглядеть так, будто я совершаю государственный переворот.

- Папа, они все равно скажут, что это государственный переворот. Это логично.

- Мы послали Сайласа вперед, чтобы он сообщил своей сети, что это не государственный переворот, - сказал Мерфи. - Я собираюсь изложить Пятистам и Овальному кабинету свои доводы в пользу того, что риши представляют реальную угрозу Федерации, и сделаю все, что в моих силах, чтобы отправить исследовательскую группу на Дию. И затем... Я собираюсь подать в отставку со своего поста и сдаться властям. Надеюсь, я смогу поговорить... кстати, как называется этот сектор?

- Альянс свободных миров, - сказал О'Хэнрати. - Только сегодня утром было принято официальное решение. И это больше не просто сектор Конкордия. Также было заявлено участие еще трех систем из сектора Асера.

- Замечательно. - Ноздри Мерфи раздулись, и он покачал головой, затем глубоко вздохнул. - Надеюсь, я смогу уговорить Дьюара и остальных спуститься с этого обрыва до того, как погибнет еще кто-нибудь. Это разменная монета, которая, возможно, спасет нас всех от тюрьмы.

- Ура, - сказал Каллум без особого энтузиазма. - Изгнание из центральных миров - наш лучший выбор. И все же это звучит лучше, чем позволить Федерации прятать голову в песок из-за ришей.

- Ни одно доброе дело не остается безнаказанным. - Мерфи вздохнул, затем расправил плечи. - Но мы не можем позволить продолжаться этому, - он указал на входящий значок "Нингишзиды". Мы должны спасти Федерацию... а не уничтожить ее в процессе.

Он оглянулся через плечо на канал связи с командной палубой.

- Капитан Лоу, коммандер Кройцбург проложил курс назад на Землю?

- Да, сэр. С первой остановкой на станции Джалал.

- Хорошо. Начштаба, как только мы соберем "Нингишзиду" и его выводок, прикажите флоту пристыковать наездников, а затем сойти с орбиты и направить нас в пространство червоточины, - сказал Мерфи.


* * *


Космический корабль КФЗФ "Иштар" сошел с орбиты Кранн-Бетада и повернул к границе Пауэлла.

Терренс Мерфи прибыл с тремя сверхсветовыми кораблями; он улетал с двенадцатью, включая космические корабли КФЗФ "Нюва" и "Пангу", полностью отремонтированные и действующие благодаря автоматизированным системам Дию.

- У меня плохое предчувствие, Эд, - тихо сказала Амари Танака. Они с Ортизом стояли в задней части флагманского мостика "Иштар", далеко позади Мерфи и О'Хэнрати, наблюдая за дисплеями. - Для любого в центре это, - она ткнула подбородком в сторону главного экрана, - будет ужасно похоже на флот вторжения.

- Выбор невелик, - так же тихо ответил Ортиз. - Если у него не будет достаточно большой дубинки, они его не послушают. - Он криво улыбнулся. - Я думаю, ты знаешь, как это работает?

- Да. - Танака больше не выглядела так, будто это признание причинило ей физическую боль, но она покачала головой. - Проблема в том, что, боюсь, они все равно не станут слушать. Мне было достаточно тяжело, и я была там. Косвенные улики, которые они могут опровергнуть? - Она пожала плечами. - Мнение истеблишмента устоялось довольно прочно. В последнее время я смотрю на многие вещи в другом свете, особенно после того, как Липшен попытался арестовать его, но Пятьсот? - Она снова покачала головой. - Я не хотела принимать правду, потому что она казалась такой нелепой. Вся эта история с арестом говорит мне о том, что они не захотят соглашаться на это из-за того, что это грозит лишениями. Это означает, что они не отправят никого в Дию и не рискнут поискать улики, которые не являются косвенными.

- Конечно, они этого не сделают. - Ортиз выглядел не намного счастливее, чем она.

- Так что же происходит, когда они не хотят признавать правду, а мы появляемся с такой огневой мощью?

- Если они умны, они прислушиваются к нему и отправляют свои собственные команды в Дию. Или, по крайней мере, хорошенько присмотрятся к внутренностям "Нювы" и "Пангу". Особенно к их приводам Фассета.

- Умные? - Танака посмотрела на него. - Мы говорим о Пятистах, Эд. Когда в последний раз "ум" стоял выше "прибыли корпорации", если речь шла о Пятистах?

- Тогда мы не пойдем легким путем, - мрачно сказал Ортиз. - Мы пойдем трудным путем.

- Эд, он один - одинешенек - против всего центра. Я согласна с тобой, что он намного умнее, выносливее и опаснее, чем я думала, когда мы только отправились в путь. Но он все еще всего лишь один человек.

- Один человек с двенадцатью авианосцами за спиной. - Улыбка Ортиза была как бритва. - На самом деле, я не заглядывал намного глубже, чем ты, когда мы впервые отправились в путь. Теперь я это сделал. Эти люди, - он взмахнул рукой, охватывая все оперативное соединение, нет, весь флот, - будут следовать за этим "одним человеком", куда бы он ни направился. И, черт возьми, Амари, могу с уверенностью сказать тебе одну вещь о Терренсе Мерфи.

- Что? - Танака приподняла бровь.

- Чего бы ни стоило выполнить эту работу, он ее выполнит.


Copyright Н.П. Фурзиков. Перевод. 2024.