# Жизнь номер 2. Глава 17

Таня Финн

## Глава 17. Нейтральная земля. Заброшенный военно-исследовательский комплекс. Штурм


Сигнал от командира отделения был неожиданным, но прямым и увесистым, как железный лом: "План Омега. Выполнять".

Группа диверсантов - всё, что от неё осталось - перестроилась. Командир отделения погиб. В силу вступал план Омега.

***

Двое бывших игроков, а теперь - бойцов диверсионной группы - стреляли поверх бортика. Отличная вещь - перископ. Пламя огнемёта сбило настройки, и на какой-то момент вражеский снайпер пропал из виду. Но он был там, на крыше, загнан в угол, как крыса.

Выбить снайпа, заодно отомстив за своих, потом занять выгодную позицию и с крыши зачистить подходы к главной цели - отличный вариант.

Вот он! Потрёпанный, весь в копоти и разводах серой пыли, экзоскелет мятежного снайпера возник на противоположном крае крыши.

Беги, беги, всё равно не сбежишь.

Снайпер швырнул гранату - надо отдать ему должное - точно к бортику. Перископ заметил размазанное движение, реакция игроков не подвела, и они успели скатиться ниже. Бортик изрядно посекло, однако никого не задело. Вторая граната, судя по всему, рванула возле люка на крышу.

В охотничьем азарте один боец перескочил через кирпичное ограждение. Второй, сидя на крае пожарной лестницы, прикрывал сзади. Надо прикончить снайпа, не дать ему уйти. Это дело чести, не говоря уже о прямом приказе начальства.

Люк возле вытяжной трубы, ведущий внутрь здания, открылся, и из него показалось щупальце перископа - диверсанты нашли потайной лаз врага. Всё - ловушка захлопнулась.

Боец-диверсант припал на колено и задействовал подствольник. Сейчас не до сантиментов. Крупная или мелкая дырка в чужом экзоскелете, большие или маленькие кусочки останутся от врага - неважно. Пленных не брать.

Вражеский снайпер сделал скачок - так быстро, что размазался в воздухе - и оказался за краем крыши. Спрыгнул?

Оба бойца кинулись следом. Проклятье! За бортиком, скрытые от глаз и вообще не обозначенные на карте, оказались мостки. Они шли поверх пары труб и тянулись прямо к противоположному зданию.

Закопчённый экзоскелет врага, пошатываясь на трясущихся мостках, передвигался широкими шагами. Прыгни он посильнее, и вся конструкция обрушится вниз.

Нет, не уйдёт - не успеет.

Диверсант дал очередь, потом ещё - вражеский снайпер качался как пьяный, взмахивал руками, но всё-таки продвигался вперёд. Кажется, ни одна пуля его до сих пор не задела.

Теперь уже оба бойца стреляли ему вслед, соревнуясь, кто первый свалит упрямого подлеца вниз, на асфальт.

В неверном свечении сигнальных ракет, вспышках прожекторов фигура вражеского снайпера дёргалась и мелькала, как на дискотеке при включённом стробоскопе.

В этом мелькании света и тени бойцы не заметили, как снайпер на ходу обернулся, взмахнул рукой - но не для поддержания равновесия. Просто один из диверсантов вдруг замер и медленно повалился навзничь. В забрале его шлема появилась чёрная дырка.

Второй боец не заметил потери товарища, продолжая вести огонь по убегающему противнику.

Снайпер был уже у стены противоположного здания. Неужели уйдёт?

Боец оглянулся и увидел неподвижное тело товарища.

- Ааааа! Стас! - диверсант кинулся к краю крыши и принялся садить очередями.

Снайпер сделал очередной шаг, и внезапно мостки стали заваливаться. Выгнулись смятой лентой перила, плашки мостков разлетелись веером и посыпались вниз.

Боец увидел, как экзоскелет противника в последнем отчаянном прыжке ринулся вперёд и обрушился животом на край бортика противоположного здания.

- На, получай!! - орал диверсант, вбивая в чёртов механизм пулю за пулей. - Получи, гад! За Стаса!

На какой-то момент ему показалось, что мятежный снайпер всё-таки сбежит. Механизм отчаянно скрёб конечностями по кирпичу, и почти уже перевалился за бортик. Но видимо, ему не хватило опоры, или выстрелы диверсанта наконец сделали своё дело. Экзоскелет конвульсивно процарапал пальцами по кирпичам, чертя в штукатурке борозды, сорвался и полетел вниз.

Боец остановился, хрипло дыша. Вниз можно было уже не смотреть, но он глянул. Внизу, во вспышках света, на асфальте скорчился разбитый механизм. Конец снайперу. Высота больше десяти метров - после такого не выживет никто.


Скорпион Ника проскочил в разбитый оконный проём. Бока восьминогой машины заскрежетали о рамы, но окно было хорошее, большое.

Взметнулись обломки асфальта, скорпион сделал скачок и мигом пролетел оставшиеся несколько метров до угла цеха.

Он увидел, как развалилась труба - согнулась и треснула пополам. Как рассыпались на отдельные планки мостки поверх труб, как закрутилась бесполезной лентой полоса ограждения. Увидел, как летят искры от броневых пластин снайпера, в которые угодила очередь из автомата. И увидел, как срывается с края крыши и падает вниз экзоскелет Елены. Падает и ударяется об асфальт.

С крыши цеха, свесившись через бортик, орал что-то невнятное и палил из автомата боец противника. Ник, со свистом дыша сквозь оскаленные зубы, снял его одним выстрелом в голову.

Кажется, он кричал. Кричал что-то злое, ненавидя всех и вся. За то, что они сделали. За то, что сделали с ней, с ними всеми.

На крыше был кто-то ещё. Этот кто-то пробежал, как крыса, наискосок поверху, высунул рыло перископа. Жахнул гранатомёт скорпиона. Получай. Старая кирпичная кладка - не преграда, особенно с края.

Ник развернулся. Верная машина, повинуясь малейшему движению хозяина, отпрыгнула в сторону. Чутьё (и сенсоры) не подвело - из-за угла выскользнула вытянутая, приземистая фигура незнакомого скорпиона. Ник промедлил совсем немного - ему показалось, что это Фамус.

Незнакомый скорпион выстрелил.

Красные лампочки тревожного извещения враз вспыхнули и замигали у лицевой панели.

"Броня повреждена. Повреждение - пятнадцать процентов. Повреждены пластины груди и сочленений..."

Ник оскалился. Ну, давай, детка, иди к папочке.

Давно он не надирал задницу такому же, как он, кентавру. Даже обидно.

Чужой скорпион отскочил с линии огня, присел за кучей кирпича, согнув ноги. В передних конечностях появился крупный калибр.

***

Ноги кентавра бессильно скребли по асфальту. Лицевая панель, прикрывавшая головогрудь, исчезла. Вместо неё из уплотнительной рамы во множестве торчали осколки броневого стекла. Обломки торчали блестящей бахромой, разбитые, как челюсть динозавра, по которому проехал бульдозер.

Кабина, вся липкая и заляпанная багровыми пятнами, дымилась. Дым от горящих пластика и резины расползался едким облаком, забивал горло и жёг огнём лёгкие.

Ник надрывно закашлялся и открыл глаза.

Он ведь почти победил. Почти достал этого выродка на восьми ногах. Тот был хорош, но Ник был лучше. Ещё немного, и он выбил бы чужака из игры. Только откуда взялась та граната, которая в последний момент подлетела под брюхо верному механизму?

Он откашлялся и сплюнул. Кровавый комок упал на грудь, по губе, по подбородку потекло что-то горячее и солёное.

Зашуршали обломки камня, посыпался асфальт, металлический скрежет пробивался даже сквозь шум и свист в ушах. Ник с трудом повернул голову. На него смотрел человек - водитель чужого скорпиона.

Вражеский скорпион навис прямо над головой. Ник заметил, что стекло лицевой панели чужака пошло трещинами, и едва удерживается в раме. Что металл брони изрядно помят и поцарапан.

Да, врагу тоже досталось. Жаль, не повезло довести дело до конца. Это финал, детка...

Скорпион вытянул правую "руку" и ухватил Ника за ухо. Вторая "рука" сделала быстрое движение, блеснуло лезвие ножа - и ухо, отделённое от головы, отправилось в кармашек на броне вражеского скорпиона.

Чужой механизм склонился совсем близко, так, что Ник увидел над собой лицо противника. Глаза водителя смотрели прямо на него, с той хорошо знакомой ухмылкой победителя, который опустил сильного врага - может быть, даже с помощью читов. Но зато вот он - наверху, а ты - валяешься в грязи, убитый.

Боли от отрезанного уха он не чувствовал, как и тела ниже поясницы. Кажется, там натекла лужа крови, и сиденье теперь влажно хлюпает.

Вражеский водитель широко улыбнулся - улыбка была дикая, неровные зубы со щербиной посередине - желтоватыми, нечищенными. "Пока, неудачник!" - неслышно произнёс враг.

Ник поднял руку и нажал спусковой крючок.

Последний патрон, маленький пистолет в сиденье - выстрел, который он оставил для себя. Просто он умирал, и знал это. Просто не было сил смотреть в эту рожу. Получай, гад. Получите - вы все.

Уже побитое, дышащее на ладан стекло кабины скорпиона разбилось. Пуля попала в паутину трещин и легко прошла внутрь. Водитель вражеского скорпиона откинулся на спинку сиденья. Лицо его сохранило ухмылку, рот так и остался открытым, только зубов там стало поменьше.

Подскочил инженер-диверсант, окуляры специального шлема сверкали в отблесках огня. За ним шустро подкатился ветеран на механическом ходу - его тележка несла солидный боезапас.

Полыхнул выстрел огнемёта, и пламя сожгло в мятежном скорпионе всё, что могло гореть.