# Рыжая Пляска

Лхаран Эрнан

Смотрите! Моя душа раскрашена в кленовые листья - жёлтые, оранжевые, красные! Сквозь вены проступают тонкие лиственные прожилки...

Я кружусь по ветру, в бешеной пляске ловя свой хвост - так несутся по кругу, играя в догонялки, послания осени.

Тихий шелест, и сорвалась паутинка с кровавых гроздей рябины. Звон - почти хрустальный среди сырого лесного дыхания под луной - и сходятся чаши с огнём. Они поют, смешивая мелодии, как некие алхимические субстанции, сменяя жёлтый вальс падающих берёзовых листьев с пронзительной, как высокая нота скрипки, песней осокори, серебристо-облачным мерцанием ивы под пушистый шёпот камыша. Колыхание осин, словно трепет лебединого оперения в балете и... бешеный пламенный вихрь кленового фламенко - именно он заворожит, закружит, заколдует, обдав огнём с ног до головы, превратив все прежние мечты и желания в улетающие к небесам искры. Пройдёт год или миг - над пламенем время не властно - и они вернутся, падут звездопадом в ладонь, прорастут, распустившись ярым цветком папоротника в купальскую ночь.

О, этот пламенный нектар, танцующий во мне! Я - феникс, и мои крылья, моё тело подёрнулось пеплом, остывая чёрным углем, но сердце - словно солнце в миг затмения. Затаившись, оно пульсирует, и эхом отзываются миры, отсчитывая мгновения, и стучат крохотные каблучки по разноцветному стеклу витража, отбивая ритм. Им вторят чётки - прозрачный сердолик всех цветов: от светлого, почти лунно-жёлтого до ярко-оранжевого и багряного, спелый янтарь с северных вересковых берегов, ягоды брусники, рябины и бересклета - вот мои бусины, собранные заклятием на солнечный луч, как на золотую, хранящую тепло нить. Колышется пламя свечей, отражаясь в сонных, стоящих друг напротив друга зеркалах: сегодняшней ночью этот коридор распахнул все свои врата оголёнными душами дальних дорог. Один шаг, и снова цокот каблучков, или наоборот, тихая мягкая поступь по лепесткам роз, тюльпанов и тигровых лилий. Не потеряться, даже пройдя сквозь сотню зеркальных рам: драконы полудня давно ждут. Их чешуя расцвечена радужным опаловым блеском, их взгляд - витки двойной спирали во тьме, уводящей к звёздам, где обрели себя потерявшие память.

Рыжая Пляска - извивающееся юркое тело ящерицы на авантюриновом песке, два неоконченных завитка, отражающиеся в далёких вспышках молний, терпкое прикосновение змея, прикусившего хвост, сложив свои кольца в восьмёрку бесконечности. Шаг, другой, третий - его полоски - дни, годы, века, и всё сильнее пульсирующий ритм... "Я - Гор, Сетх и Осирис", - беззвучно шепчут сухие губы так, что эти имена растворились став кровью и плотью, пронизав её мельчайшими стрелами-искорками. Всё ярче, пламенея, беснуется в чаше рождённого извержением тёмного камня обжигающее вино. Лишь глоток - и проснувшееся за горизонтом алое сердце обагрит небеса и землю своею кровью в танце Вселенской Саламандры от начала и до конца времён.

Рыжая Пляска...