# Шушпанчик. Днище роскошного мира

Светлана Геннадьевна Ермакова

Судьба не дала Тасе насладиться прелестями мирной жизни с любимым мужем в собственном красивом доме и заслуженным уважением всех обитаемых миров. Пришлось ей отправляться на материк, именуемый в народе Днищем, наполненный криминальным и прочим деклассированным элементом, чтобы разыскать беглого военного преступника, а заодно некоего парня, идеального мужа для сестрёнки, по утверждению инфополя Вселенной. Чтобы внедриться на Днище, Тасе пришлось сменить внешность и имя. Но Шушпанчик - она и в Уганде Шушпанчик, и даже на Днище. Та, кто победитель по своей природе. И так будет всегда, пока есть те, кто в неё верит и ждёт. ЗАКОНЧЕНО. Это третья книга о приключениях Шушпанчика, но она может читаться и отдельно. Полный текст книги можно приобрести на сайте ПродаМан Вся трилогия "Шушпанчик" в одном файле продаётся в интернет-магазине "Призрачные миры"

Вновь порвалось там, где тонко.

Что же делать? И опять

Ждёт Вселенная девчонку,

Что привыкла побеждать.


ГЛАВА 1


Здравствуйте. Не узнаёте меня? Вот и я тоже. Ещё недавно я бы сказала, что я - Тася, и кое-кто на Земле называет меня Шушпанчик - прозвищем, образованным от моей девичьей фамилии. И я тоже мысленно так называю себя, особенно когда обстоятельства требуют от меня выкинуть что-то эдакое. Такое, что мне вообще не свойственно, честно-честно! Ну сами посудите: Я - обыкновенная, относительно молодая женщина, больше всего любящая своих близких и шопинг по акциям, с бонусами и скидками. По профессии я всего лишь расправщик подушек в большом мебельном магазине, со средним педагогическим образованием. Да и внешне я тоже блондинка. Была до недавнего времени.

А теперь смотрю в свои документы - там написано, что зовут меня Анна Айнэнэнай, и с фотографии паспорта на меня смотрит брюнетка с короткой стрижкой и кукольным личиком. Я бы сказала, что оно, это личико, и не моё вовсе, да только зеркала, которые, как известно, не врут, показывают - ты, ты, Шушпанчик, и не отвертишься!

Паспорт, который я упомянула - самый настоящий, российский. И я своей рукой написала заявление, чтобы имя Таисия, данное мне при рождении, заменили на Анна. А ещё в отдел паспортной службы мне пришлось принести документы от врача-косметолога, где указывалось, что я изменила черты лица в клинике. Но, по правде говоря, никакой операции в той клинике мне не делали. Или, вернее, её делали не наши эскулапы. Специально на Землю с Тауина переместился профессионал, который надел на меня шлем-маску, а уж тот чего-то там сотворил высокотехнологичным методом усушки и утруски с моими мышечными, жировыми и кожными тканями по заложенной программе. И - вуаля, через пару часов я - копия жены дяди моего мужа, Анны Айнэнэнай.

Для чего это было сделано? Ладно, постараюсь рассказать кратко. Мне повезло - я вышла замуж за мужчину, которого люблю. Вот только он оказался самым настоящим инопланетянином с красивым именем Клиффорд и дурацкой по звучанию фамилией Айнэнэнай. На его родной планете Тауин мне пришлось выдержать настоящую войну с дядей мужа, Дэниелом, за главенство моего свёкра в древнем и славном роду учёных, традиционно исследующим торсионные поля. А ещё практически в то же самое время мне пришлось воевать в самой настоящей войне на планете Зинтаг, когда меня призвали по приказу о мобилизации. На этой второй войне я нечаянно насовершала подвигов и прославилась, а ещё получила массу плюшек - мне дали звание полковника, несколько орденов и пригласили вместе с мужем работать в высший орган управления миром Зинтаг - Совет.

Дэниел наверняка надеялся, что меня убьют в этой войне, но виду не показывал. Как не показывала виду и его жена Анна. Вот только она в этом своём желании зашла гораздо дальше мужа и приняла участие в заговоре с вражескими силами на Зинтаге, подсказав им, как меня можно поймать в ловушку, чтобы убить. После победы в войне этот заговор раскрылся, и Анну наказали тем, что лишили её всех классов, а муж её бросил. Вернее, оставил, как это называют деликатные жители планеты Тауин, до тех пор, как их сыну Кеннету не исполнится восемнадцать лет. А потом он с ней разведётся.

Ой, простите, придётся ненадолго прерваться, идёт официантка. Да, я сейчас сижу в кафе на Земле, собираюсь с духом перед перемещением на Тауин. А вернее, это только выглядит так, на самом деле я вам всё это рассказываю, прямо в инфополе Вселенной. А вы уже получаете информацию оттуда, с помощью какого-то носителя.

- Кофе и пирожное, вот это, с вишенкой, пожалуйста. Нет, капучино. Ванильный.

Итак, продолжаю рассказ. Во Вселенной есть много обитаемых миров, и некоторые из них, самые высокоцивилизованные, образовали единое содружество, в котором действует несколько общих законов. В частности, законы о классовом обществе. Эти классы образуются по признаку социальной значимости того или иного человека, которая считается по какой-то хитрой формуле с использованием индекса общественной полезности. Вот сделал ты для общества что-то хорошее и нужное - например, родился в уважаемой семье, сам родил ребёнка или научный доклад написал - твой индекс сразу подскочил. Как его показатель достиг какой-то нужной цифры - так и класс вырос. А учёт этого индекса полезности каждого человека осуществляют аналитические программы, подключённые к инфополю Вселенной. У этих программ есть голосовой ассистент с приятным женским голосом по имени Вася, от "войс ассистант", и я горжусь тем, что мой муж Клиффорд и весь его род Айнэнэнай как раз и разрабатывал эту Васю и устанавливает нужную для этого сеть во всех обитаемых мирах. Она и на Земле тоже действует, только для связи с ней нужно иметь допуск в виде какой-нибудь монеты или денежной суммы в валюте содружества - космокредитах. А поскольку у коренных землян космокредитов не водится, ибо сложноуправляемая Земля в содружество не входит, то и вызывать Васю может только кто-то из инопланетян-наблюдателей. Или я, как "особый случай".

Так-то классов всего семь, и правовое значение имеют только два из них - первый и седьмой. Люди с первым, самым низшим, классом - это те, кого остальных классов за что-то лишили. Потому что не может нормальный человек ко взрослому возрасту ну совсем ничего полезного для общества не сделать. А седьмой класс автоматом не присваивается, его получают только те, кто работает в высших органах управления содружеством или отдельных миров. Вот, как я. У меня седьмой класс. Чёрт, был седьмой, а теперь меня его лишили. Никак я не подберусь к главному в своём рассказе! Пироженка виновата, отвлекает.

Всех классов, вплоть до первого, могут лишить за то, что человек совершил какое-то преступление. В этом случае на Тауине его ссылают на небольшой северный материк по названию Глеффат, который все называют просто и незатейливо - Днище. Помимо уголовников на это Днище отправляют всякого рода протестантов против существующих законов, к примеру, против брачных правил. А эти правила обязывают каждого человека, достигшего тридцатилетнего возраста и не создавшего собственную семью, выставить себя на продажу в специальной брачной фирме, где его сможет купить тот, кто по мнению инфополя Вселенной или самого покупателя сочтёт его наиболее подходящим. Браки могут состоять из двух или, максимум, трёх супругов - главное, чтобы в браке присутствовали лица разного пола. Так что чисто мужских или женских "тройничков" не бывает. Ну у меня-то семья классическая, муж да жена - я, то есть. А вот у Анны, которую я сейчас вынуждена отыгрывать, в браке есть и вторая жена. Кстати, одной из причин ненависти ко мне Анны было то, что её муж, Дэниел, взял за себя вторую жену, чтобы противостоять мне во внутрисемейной войне.

Оп-па, кого я вижу! Игорёк в кафе заявился. Вы ещё не знаете, кто это, я о нём в инфополе подробно не рассказывала. Муж это мой. Да не, Клифорд - мой третий муж. А до него я была замужем за Костей Зуевым, одним из героев моего первого рассказа. А вот до Кости, как раз - за этим самым Игорьком Бабуркиным, который... Блин! Ко мне подваливает...

- Да, свободно, но приседать тут нежелательно. И отжиматься тоже, ха-ха, смешно. Послушайте, я занята и разговаривать с незнакомцами не намерена. Нет, не знак... Короче! Если не избавите меня от своего навязчивого внимания, я... всё вам про вас расскажу! Ладно - несмотря на свою брутальную внешность, от шампанского вы икаете, а от переедания - беспрерывно чихаете! Слушаетесь во всём свою мамочку, плачете при просмотре индийских фильмов и так громко материтесь при просмотре футбола, что соседи начинают в стену стучать. По-моему, одного из того, что я назвала, уже достаточно, чтобы вы поняли - вы мне не пара! Даже для кофе и беседы. Можете считать меня ведьмой, хотя вы всё равно в них не верите.

Уфф, ушёл. А прикольно так - высказать ему часть в своё время накипевшего, когда он меня не может узнать. Надо подумать - может, воспользоваться этим и ещё кому отомстить за тёмное прошлое? Хотя ладно, пусть живут. Ибо некогда мне. Подступаю к самому главному в своём рассказе. Во время войны на Зинтаге произошло два события, имеющие сейчас для меня большое значение. Первое. Сбежал самый главный злодей - вражеский военный генерал Фодрич, и по некоторым данным, он спрятался от правосудия на Днище. Содружество не придумало ничего лучше, как обратиться ко мне с просьбой отправиться туда и найти его, чтобы либо уничтожить, либо вытащить на свет божий для суда над ним. Я, конечно, отказалась, несмотря на своё высокое правосознание и облико морале. Ибо жутко не хотелось мне после всех войн и одержанных побед вновь преодолевать какие-то трудности в - будем называть вещи своими именами - "заднице мира". Я ещё не успела отдохнуть и насладиться мирной жизнью с мужем, в строящемся нами светлом доме на Зинтаге.

Вы ещё помните, что важных событий было два? Ну это я на всякий случай. Второе событие - это моя встреча с младшей сестрёнкой моего мужа, Деброй. Она, будучи старшиной взвода курсантов космодесантного училища, отважно помогала мне в Зинтагской войне на её финальном этапе. А когда мы с ней вернулись домой в родовое гнездо Айнэнэнаев на Тауин, родственники попросили Васю показать, кто будет для Дебры идеальным мужем. Ну Вася и ответила честно - так, мол, и так, есть некий Серг Донофрай, вот его голографическое изображение, узрите пожалте. А живёт этот Серг - та-дам! - на Глеффате, оно же Днище. Семь лет назад был деклассирован за нападение на сотрудника безопасности при исполнении. И тут все Айнэнэнаи такие - да нуу, не нать нам такого в нашу уважаемую семью! А Дебра, дурочка, влюбилась. Прямо вот с первого взгляда на его изображение и втюрилась.

Я ведь говорила вам, что люблю в своей жизни только близких людей и шопинг? Вот и Дебру я люблю. И поскольку предложение отправиться на Днище в поисках генерала Фодрича и влюблённость Дебры случились в один день, я поняла - это судьба. Она диктует, что придётся всё-таки Шушпанчику отправиться туда и разобраться, что там за Днище и с чем его едят.

Нет, вы посмотрите, какой настырный, а, опять прётся! Игорёк, кто ж ещё!

- Чего?! Будущее вам предсказать? Я что, похожа на цыганку-мошенницу? Это только моя фамилия похожа на цыганский напев, а так я вообще... Короче, Игорёк, иди уже куда подальше, понял? Да, знаю, твоё имя у тебя на лбу написано. А на спине написано "Пни меня!" Да, я хамлю, потому что ты достал уже. Не знаю я будущего, знала бы, что тебя тут встречу - пошла бы в другое кафе.

Отошёл, за другой столик сел. Вот и пусть сидит там. А то куда ни плюнь - в какого-нибудь моего мужа попадёшь. Шутка, конечно. Основное я вам уже рассказала, осталось только непосредственно предшествующее сегодняшнему дню поведать.

Как это ни смешно, на Днище не так-то легко попасть. Там своя таможня есть и Вася с аналитическими программами инфополя только на территории этой таможни действует. Засели на ней какие-то собственные спецслужбы и они принимают к себе настоящих деклассированных уголовников и протестантов против брачных законов, которые не хотят создавать семьи, несмотря на достижение тридцатилетнего возраста. Таких тоже деклассируют. А никого другого те спецслужбы не принимают, сразу назад заворачивают. Содружеству очень трудно туда агентов внедрить, как-то их сразу вычисляют. Хотя и есть там кто-то из наших, но он глубоко засекречен. И вот, было принято решение, что я отправлюсь на Днище под видом моей несостоявшейся убивцы Анны Айнэнэнай. А чтобы никто, включая роботов, запитанных на инфополе, не опознал во мне прославленной Таисии, мне не только изменили внешность и наклеили на ладони кожу с копией её папиллярных линий, но и имя я изменила по-настоящему, и классов меня лишили тоже по-настоящему, секретным указом. Настоящая-то Анна спрятана где-то специально, Таисия вот, на Землю переместилась, родственников да друзей повидать, а я должна появиться на Днище уже как самая настоящая Анна, без подделанных документов и данных. Хотя, конечно, российский паспорт я на Днище с собой не беру - вот было бы, как говорит современный слэнг, палево!

Ну вот и всё. С мужем я ещё на Тауине попрощалась, на Земле с родственниками и своей подружкой Маринкой повидалась, паспорт сменила, внешность тоже. Пора отправляться да скорей покончить с этим делом под названием "Миссия невыполнима - 43". Потому что сорок вторая уже была, в моём прошлом рассказе.

- Девушка, счёт, пожалуйста.

Тьфу, чуть четвертаком космокредита не расплатилась. Вот был бы номер, если бы кто-то из случайных людей к Васе подключился. Впрочем, надо будет прошерстить местные психушки на предмет содержания в них таких случайных людей, которым никто не верит, что они слышали голос ниоткуда. Не я, конечно, буду шерстить, но я скажу кому следует. Да, я добрая. Особенно когда поем вкусно.

Всё, беру саквояж, выхожу из кафе, иду за угол, где нет никого и ... одновременно происходят две вещи:

- Вася, скажи там, я готова, пусть перемещают меня на Днище.

- Девушка, простите, ещё один вопрос, - и за локоть меня - цоп!


ГЛАВА 2


Всем известно - иногда наше прошлое преследует нас и никак не хочет отпускать. Прямо как "родимые пятна капитализма" не хотели исчезать из социалистического общества Советского Союза, как мне бабушка говорила. Вроде она Ленина при этом цитировала. И вот - наглядный пример неотвязного прошлого перед вами. С локтя-то я Игорька моментально стряхнула и шаг в сторону от него сделала, да поздно было. Вы правильно догадались, переместился он со мной.

Но у меня, конечно, чувство долга стоит на первом месте, а скандалы с бывшими мужьями - на тридцать восьмом. Ладно, вру. Ни на каком месте они у меня не стоят вообще, ибо дело это пустое и безнадёжное. Поэтому я первым делом огляделась, чтобы оценить обстановку, как и советовал мой личный авторитет, а по совместительству гуру... сэнсэй... лао ши... в общем, учитель высокого воинского искусства Сунь Цзы, краткое изложение учения которого я читала ещё во время войны, чтобы хоть чему-то научиться в тактике и стратегии.

А обстановка была следующей: большой зал, в котором иногда появляются люди, а иногда - реже - исчезают. Вроде всё как на тауинской и на зинтагской таможне, только народу меньше. Так, да не так. Андроид-таможенник тут тоже был, но выглядел он паршиво. В заклёпках каких-то, одноглазый, и вместо лёгкой улыбки - неподвижный оскал. Кроме того, рядом с таможенником стояла пара накачанных парней, а за ними располагался кабинет, в который по очереди входили все прибывшие люди. Ни одно из лиц на всей таможне не излучало доброжелательности или любезности, не было даже просто нейтральных. Все были угрюмыми и хмурыми. На меня, как обычно, пялились. Ну а теперь-то что? Выгляжу как классическая тауинка! Впрочем, нет. Я выгляжу как тауинка из высшего общества, если судить по одежде, ухоженности и драгоценным серьгам в моих ушах. А ещё я банально была тут самой красивой. Неудобная внешность, слишком яркая.

- Девушка, а мы где?

Бабуркин очнулся, придурок. Что я только в нём нашла в своё время? Молодая была, глупая. Маринка Климова ещё под руку подпевала да ахала от неземной красоты нашей пары, вот я и повелась. Отправить его назад на Землю я не могла. Это бы увидели, как я Васю вызываю, оплачиваю и разъясняю Игорьку суть своих действий перед его добровольной - никак иначе - отправкой. И вся моя операция была бы сразу провалена. Необходимо было сделать вид, что я вообще его впервые вижу. Я повернулась к разинувшему рот Игорьку и тихо сказала, помогая себе отсутствующе-холодным взглядом:

- Жить хочешь?

- Д-да, конечно.

- Тогда слушай, не перебивай и запоминай. В кафе ты меня не видел. Встретился случайно со своей первой женой Таисией, выпили кофе, поболтали о своей прошлой совместной жизни. Запомнил?

- Почему первой женой? Второй у меня не было.

- Да? Ну и дурак. Ещё один раз перебьёшь, и тебя тут похоронят. Я спрашиваю - запомнил?

- В кафе с Тасей поболтали - запомнил.

- Тася расплатилась с официанткой и ушла, а потом в её деньгах обнаружилась незнакомая монета. Ты эту монету взял в руки и услышал женский голос, который тебя спрашивал, что ты хочешь. Ты ответил, что мечтаешь попасть в другой мир. Монета сразу исчезла, а ты оказался тут. Запомнил? Повторяю - Тасина монета тебя привела сюда.

Игорёк кивнул. Было видно, что ему до ужаса хочется задать вопросы, но мой ледяной взгляд и окружающая недоброжелательность его отпугивали. Не говоря уж о самом факте нахождения неизвестно где.

- А после того, как ты сможешь всё это рассказать, ты попросишь об одном - чтобы тебя вернули на Землю. Вежливо и слёзно попросишь, понял? Но самое главное во всём этом - меня ты никогда раньше не видел! - прошипела я, - Просто полез ко мне с вопросами уже тут, а я с тобой на незнакомом языке заговорила. Имей в виду, Игорёк, тут тебе не игрушки. Тут правит криминал. Не послушаешься меня, и за твою жизнь никто гроша ломаного не даст. На сегодня ты свой лимит ошибок уже исчерпал. Иди давай вон к тому роботу.

Я демонстративно махнула рукой у андроиду и отошла от Игоря. Он пошёл, куда я его послала. Лучше бы он ещё в кафе это сделал. Я, немного ещё постояв и уняв волнение, тоже пошла сдавать багаж на проверку вместе с отпечатками ладоней. Встала в очередь, пропустив между собой и Игорьком какого-то мужчину.

- Игорь Бабуркин, вы не перенесли на Тауин ничего запрещённого! - громко по-русски оповестил андроид после проверки его ладоней и вдруг добавил, - Игорь Бабуркин, вы не имеете иммунитета к местным болезням! Вам необходима комплексная инъекция! Оплатите препарат и медицинскую манипуляцию!

- А сколько это стоит? - озадачился мой первый бывший.

- Игорь Бабуркин, комплексная медицинская и обучающая инъекция стоит полтора космокредита!

- А в рублях это сколько?

- Игорь Бабуркин, валюта планеты Земля на материке Глеффат хождения не имеет и к оплате не принимается!

- Но у меня нет никаких кредитов.

- Игорь Бабуркин, без инъекции вы не можете покинуть здание таможни и пройти на Глеффат! Возвращайтесь обратно!

- А как это сделать?

- Игорь Бабуркин, оплатите перемещение на Землю и будете возвращены!

- Дай угадаю - перемещение я тоже должен оплатить местными деньгами? - поймал кураж Игорёк.

- Игорь Бабуркин, вы угадали верно!

За мной уже очередь образовалась, все недоумевающе слушали чужую речь.

- Так что ты мне посоветуешь, с учётом того, что у меня нет этих космокредитов? - спросил, между тем, Игорь.

- Игорь Бабуркин, у вас нет права находиться на Тауине без иммунитета и знания языка и обычаев! Вы должны вернуться на Землю! Вы не можете быть перемещены на Землю без оплаты!

- За меня может заплатить кто-то другой?

- Игорь Бабуркин, за вас может заплатить кто-то другой!

- Кто это может сделать?

- Игорь Бабуркин, это может сделать кто-то другой!

Тут сзади начали потихоньку скандалить:

- Ты чё напираешь? Думаешь, если будешь тереться о мою спину, тот чувак быстрее с андроидом побазарит?

- Да кому сдалась твоя спина, у меня своя есть!

- Вот и трись ею об кого-то другого, а не об меня!

- Ты офигел, что ли? Когда я своей спиной об тебя тёрся?

- Да вот только что! И не спиной, а передом! Чё ты мне вообще тут про свою спину загибаешь?

- Моя спина - загинаю, как хочу!

- Вот и загинай свою, раз хочешь, а мою не загинай!

- Эй, андроид, чё там за дела, сколько мы тут стоять будем? - спросили у меня из-за плеча.

- Смард Чекушка, сколько вы будете стоять, мне неизвестно! Дела здесь связаны с отсутствием денег на инъекцию или на обратное перемещение на другую планету!

Вообще-то у того человека фамилия звучала по-другому, но переводилась она именно как чекушка, поэтому я и назвала вам её, подозревая, что это просто кличка. Как оказалось впоследствии, правильно подозревала.

- Вызывай кого-то из банды Однорукого, им рабы нужны, они за него заплатят!

Ой, чего-то дело куда-то не туда пошло. Я, конечно, судьбой Игорька все годы после нашего развода не интересовалась, и он мог уже миллион раз влипнуть в неприятности, но вот так, на моих глазах... Шушпанчик этого допустить не может. Хм... даже с риском провалить операцию? Я вздохнула. Будем рисковать по минимуму.

- Андроид, сколько там стоит эта инъекция? - громко спросила я, - Я заплачу за этого человека, чтобы нам тут до конца жизни не застрять.

- Анна Айнэнэнай! - громко обратился ко мне робот, и я вздрогнула, так как впервые меня назвали этим именем, - Вы согласны заплатить полтора космокредита за комплексную инъекцию Игорю Бабуркину?

- Да! - неприязненно ответила я.

Я бы могла заплатить и за его перемещение на Землю, но это было слишком дорого для постороннего человека, и у всех такое сразу вызвало бы много вопросов. Хотя полтора космокредита - это тоже довольно много. И так все дружно повернули ко мне свои заинтересованные лица. Ах, да - андроид назвал моё имя, и им стало ясно, кто я. Ну, как они думают.

Откуда-то из-за стола, за которым сидел робот, выдвинулось искусственное щупальце и вкатило в плечо Игорьку инъекцию. Он пошатнулся. Накачанные парни, всё это время равнодушно стоявшие возле андроида, подхватили Бабуркина и отнесли к стене, где положили его на пол. После этого очередь двинулась. Мужчина передо мной быстро прошёл проверку у робота и отправился в кабинет позади него.

- Анна Айнэнэнай! Вы не имеете при себе ничего запрещённого! Вы деклассированы и обязаны находиться на Глеффате!

Ну славтегосподи, первую проверку прошла. Дверь в кабинет позади андроида не открывалась - предыдущий посетитель ещё не вышел. Оттуда не доносилось ни звука - шумоизоляция была на высоте. Подождём. Между тем, вскоре за мной и тут заняли очередь.

- Госпожа, вы так прекрасны и щерды, позвольте по древнему обычаю облобызать вам ручку? - спросил Смард Чекушка.

Я брезгливо отдёрнула руку.

- Осмелюсь просить щедрую госпожу и мне пожертвовать на поправку здоровья, - ничуть не смутился Чекушка, - А если госпожа готова платить только за устранение неудобств, то я всегда готов эти неудобства для неё создать.

Я взглянула на него как на идиота и промолчала.

- Вижу, госпожа мне не верит, - вздохнул этот прилипала, - Тогда я скажу господину проверяющему в этом кабинете, что вы появились на таможне вместе с тем инопланетянином, которому давеча оплатили инъекцию, а потом вроде его и знать не знаете.

Упс, Шушпанчик, тебя шантажируют. Конечно, в фильмах часто говорится о том, что шантажистам уступать нельзя, иначе они так и будут тянуть, пока у вас есть что тянуть. Но создатели фильмов не были в такой ситуации, как я. Я ему, конечно, заплачу, чтобы он промолчал. Вот только надо это как-то замаскировать.

- Не интересно, - лениво сказала я, - можете предложить что-то более полезное, чтобы заработать пожертвование на поправку здоровья?

- А что госпожу интересует? - оживился Чекушка.

- Мне понадобятся советы о том, как здесь устроиться. Вы ведь здешний, живёте на Днище?

- Госпожа чрезвычайно проницательна! - деланно восхитился Чекушка, - Буду счастлив побыть её советчиком.

Я бросила ему четвертак, который он ловко поймал и сразу сунул за щёку. Я отвернулась и мы ещё немного постояли молча. Потом вышел предыдущий посетитель и оставил гостеприимно раскрытой дверь в кабинет. Ну что же, пойдём и мы к господину проверяющему.

Проверяющий был не один. За ближним столом сидела полная женщина, которая попросила меня выложить из саквояжа все свои вещи, а также снять ювелирные украшения. Для осмотра, как пояснила она.

- Это фамильные серьги и перстень, я не могу их отдать, вдруг вы их украдёте? - заартачилась я.

Я говорила, что это женщина? Нет, это бабища. Она медленно поднялась из-за стола, нависла надо мной и вдруг ткнула мне в шею шокером. А потом равнодушно повторила приказ. Было больно. Я реально испугалась и послушалась. За всем происходящим внимательно наблюдали глаза мужчины, сидящего за дальним столом. Бабища перебирала и трогала мои вещи, а также проводила над ними какой-то штукой, искателем... уж не знаю чего. Этой же штукой она поводила и вдоль моего тела. Не найдя ничего предосудительного, разрешила забрать всё обратно, а потом кивнула мне в сторону дальнего стола.

- Госпожа Айнэнэнай, присаживайтесь, - по-доброму улыбнулся мне мужчина с голубыми глазами-буравчиками.

Я бы даже поверила в эту доброту, если б не видела, как он спокойно наблюдал за нападением на меня его сотрудницы.

- Вы уж простите нашу Фрю, она делает то, что положено по инструкции, - всё же счёл нужным объясниться он.

- Фрю? - растерянно нахмурилась я.

- Ну да, Фря - это её прозвище, или кличка. У нас на Днище, видите ли, почти все носят прозвища вместо имён или фамилий. Это часть местной культуры, морально подбадривает жителей и способствует, если угодно, чувству патриотизма.

- А у вас какое прозвище? - спросила я.

- Можете обращаться ко мне "господин Смотрящий", - ответил мужчина, - но мы сейчас будем говорить о вас. Видите ли, мне надо убедиться, что вы - именно та, за кого себя выдаёте.

- Да кто же сам сюда захочет перемещаться? - фыркнула я.

- О, содружество постоянно пытается внедрить сюда своих агентов.

- Зачем? - индифферентно спросила я.

- Боюсь, если я стану это объяснять, мы опять удалимся от вашей персоны, а там ведь ждут своей очереди и другие прибывшие.

- Подождут, - продолжала я отыгрывать жену Дэниела, - А что будет, если вы решите, что я - шпион?

- Да ничего страшного. Мы просто отправим вас обратно.

- Да? Ладно, признаюсь. Я - шпион!


ГЛАВА 3


Смотрящий испытующе посмотрел на меня. Рентген у него в глазах, что ли? Может сидит, разглядывает сейчас мою черепную коробку, проверяя, есть ли в ней вообще содержимое.

- И вы готовы оплатить своё обратное перемещение? - спросил, наконец, он.

- А почему я? Нет, я не отказываюсь, если это поможет мне остаться там, куда я вернусь.

- Если вы - шпион, то там и останетесь.

- А если нет?

- То вас вернут назад, и с вашего счёта будет списана оплата за два новых перемещения.

- Эдак я все деньги со своего счёта истрачу, скакать туда-сюда.

- Вам доводилось стрелять, госпожа? - неожиданно спросил Смотрящий.

- Доводилось, - не стала я отрицать, - Из бластера в голографической игре. Мы играли с моим сыном.

- "Войнушка-заварушка", наверное? - спросил мужчина и после моего кивка добавил, - Последняя версия?

- Понятия не имею, последняя или нет. Мы её полтора года назад покупали.

- И каковы ваши успехи в этой игре?

- Выиграла один раз. Когда монстров сына в овраг с осами загнала.

- Я смотрю, у вас с собой очень необычный груз - пачка древних изображений.

- Это не древние изображения, это изображения, сделанные на древней технике. Я специально приглашала специалиста в семью Айнэнэнай, чтобы он сделал снимки. Потому что здесь, как мне сказали, связи с Васей нет нигде, кроме таможни. И я долго никого не увижу.

- Странно, за все эти годы никто из осужденных и сосланных сюда до такого не догадался... Просто никто не знал, что существует такой специалист. И я не знал.

- Таисия знала. Она приглашала этого специалиста, чтобы показать такие же снимки у себя на Земле. А потом её призвали в армию, и она просила меня отдать другие, древние снимки, тому человеку - ну так они договорились. Тогда я и узнала и познакомилась с ним.

- Но почему у вас не только изображение сына? Почему вся семья? Даже муж, который вас бросил без помощи.

- Это не мой муж, которого вы мне показываете. Мой муж - вот этот, Дэниел. Я уверена, что он меня вытащит отсюда. Просто пока должно всё утихнуть и подзабыться в обществе.

- А это вот что за прелестная девушка? Не припомню такой в роду Айнэнэнай.

- Дебра, младшая дочь Стивена. - махнула я рукой, хотя больше всего мне хотелось вырвать фотографии из рук этого человека, чтобы он не пялился на дорогих мне людей.

- Скажите, госпожа, - мужчина словно услышал мои мысли и вернул пачку фото, - какое прозвище вы хотели бы носить здесь?

- Кличку? Мне? - округлила я глаза.

- Просто если вы не выберете её сами, вам её с удовольствием подберут окружающие, но тогда я не поручусь в том, что она будет не обидной.

- Но... - растерялась я, - у меня нет привычки носить прозвища. Мне нужно подумать.

- Хм... хорошо. Проверку вы прошли и можете пройти на Днище. Осталась одна небольшая формальность, - сказал Смотрящий, когда я уже с огромным облегчением в душе вставала с места.

А этот человек полез в ящик стола, чем-то там пошуршал, вытащил и бросил в меня... ААААА! Крыса! Огромная, серая, с длинным голым хвостом! Она вцепилась мне прямо в одежду!

Я не помнила, как я задёргалась, сбросила её с себя, а потом вскарабкалась по какому-то дереву и оказалась на его ветке, держась за ствол. Когда ко мне вернулась способность соображать, я обнаружила себя стоящей на толстой женской руке, которая лежала на столе, и держащейся руками за кудрявую голову, вонзив в неё свои наманикюренные ногти. Это по Фре я сюда влезла, что ли, по её спине?

Смотрящий хохотал. Фря сидела, боясь шелохнуться. Ажно глазки-изюминки закатила. То ли от страха, что я ей их нечаянно выткну, то ли любит какое-нибудь садо-мазо, которое ей сейчас прилетело ненароком. Не удивлюсь, между прочим.

- Слезайте, госпожа, это была простая проверка. Агенты спецслужб крыс не боятся, они сразу хватаются за оружие или то место, где привыкли его носить.

- Теперь всё, или меня ещё ждут новые подобные проверки? - спросила я с содроганием. Слезла с Фри и даже её волосы пригладила за собой машинально.

- Теперь точно всё. Добро пожаловать на Днище! Вы забыли свою сумку.

Самые морально уродливые моральные уроды живут на Днище! Когда я вышла на подгибающихся ногах, я даже не соображала, куда я иду и зачем. Пока мой взгляд не наткнулся на просыпающегося Игорька. Совсем мною позабытого. Пожалуй, не буду я выходить из таможни. Подожду, чтобы увидеть, остался ли он жив после этой проверки.

Но сначала я дождалась Чекушку. Тот, увидев меня, подошёл вихляющейся походкой, довольно оглаживая бородёнку.

- Госпожа ждёт меня?

- Жду твоих советов, которые оплатила. Советы должны действительно стоить так же дорого, как их оплата.

- Тогда совет первый. Дождитесь ещё и того инопланетянина, с которым вы... ой, которому вы инъекцию оплатили. По нашим понятиям... ну, негласным законам, если у человека нет денег для чего-то нужного, и за него платит другой, то должник попадает к своему благодетелю в рабство, пока не вернёт сумму долга. Проценты на усмотрение рабовладельца, но в сумме не выше первоначального долга.

- Не нужны мне никакие рабы! - возмутилась я.

- Я не договорил, госпожа. Тот, кто имеет раба, да ещё и деньги, сам не рискует угодить в рабство. Такого человека на Днище уважают и пускают в некоторые заведения, недоступные для нас, бедных. Ему открыты многие двери и его ждёт лучшее общество.

- Лучшее общество? Наподобие упомянутого в очереди Однорукого? - поёжилась я.

- О, конечно, здешнее общество - не чета тому, к которому госпожа привыкла. Но мне надо знать, к чему госпожа стремится, чтобы предложить ей наилучшие для этого условия.

- Для откровенности мне нужно знать, с кем я имею дело. Кличку я твою знаю, вид и повадки у тебя довольно низкопробные. Однако же ты был на таможне, значит, перемещался откуда-то. Это стоит приличных денег. Так чем ты занимаешься, Смард Чекушка, когда не даёшь платных советов?

Тот расплылся в широкой улыбке, продемонстрировав рот, в котором не хватало изрядного количества зубов.

- Я, госпожа, использую свою репутацию надёжного человека для различных поручений. Меня порой нанимают, чтобы я что-то купил или сделал в большом мире. Большего сказать не могу, потому что чужие секреты я тоже хранить умею, - на этих словах он подмигнул мне.

- Не хочу тебя обидеть, но ты не выглядишь тем, у кого хорошая репутация для такого рода поручений. В смысле, кто хорошо на этом зарабатывает.

- Ох, госпожа, как же вы правы! - расстроенно покачал головой Чекушка, - Мне платят за это совершенно недостаточно! Да ещё порок я имею, пьянство. Совсем в моих руках деньги не держатся. Но тут много людей, которым перемещение на другие материки запрещено, и они вынуждены обращаться ко мне. Я-то ведь благодаря своей работе второй класс имею.

- Зачем же ты возвращаешься сюда? Ты мог бы жить в гораздо лучших условиях.

- Что вы, госпожа! В большом мире я был бы самым презираемым человеком, из-за своего порока, которому не без удовольствия предаюсь регулярно. А тут я - уважаемый человек.

- Ну-ну. Так что, говоришь, раба иметь очень полезно? Ладно, подождём, посмотрим, как этот инопланетянин пройдёт проверку, - сказала я, проследив взглядом за Игорем, вошедшим в кабинет Смотрящего, - А где мне тут устроиться жить? Я уверена, что больше чем на полгода тут не задержусь. Мой муж вытащит меня, как только шумиха в обществе утихнет и подзабудется.

- На чём основана такая уверенность, осмелюсь спросить? Он обещал это госпоже?

- Не твоё дело, - нахмурилась я, намекая своим видом, что нет, не обещал.

- Тогда, если средства госпоже позволяют, и она намерена только ждать максимум полгода и ничего не делать, есть возможность поселиться тут, недалеко от таможни, в "Диком зайце" - самом лучшем отеле на Днище. Но я бы посоветовал госпоже быть осмотрительней. Потому что даже более, чем каждый второй, попадая сюда, говорит о том, что он тут не задержится. Однако население Днища не убывает. И эти люди, быстро истратив все свои деньги, опускаются на днище Днища, простите мне этот каламбур, - Чекушка довольно зафыркал, что, видимо, означало у него смех.

- А где селятся более осмотрительные приличные люди?

- Если бы госпожа была протестанткой против брачных порядков, я бы посоветовал ей отправиться в город Принси, там у них порядок и обеспеченность, почти как в большом мире. Но они к себе уголовников не принимают, - развёл руками Чекушка, - а госпожа-то ведь самая что ни на есть уголовница.

Я внимательно посмотрела на собеседника. Этот алкаш бомжовского вида что, старается унизить меня?

- Простите, я ни в коей мере не хотел вас обидеть! - правильно расшифровал мой взгляд Чекушка, - Просто госпоже самой будет легче, если она смирится с этой реальностью. Иначе её душа будет израненной, а эти раны - незаживающими.

- Пока что я не услышала обещанного совета, - отчеканила я, - о том, где селятся приличные и богатые уголовницы.

- Самые приличные и богатые покупают себе дома и селятся здесь неподалёку, на южном побережье Глеффата. По правде говоря, почти все селятся на юге - в других местах очень холодно и неприютно. Но дома покупают только те, кто оставил мысли покинуть Днище. А так, чтобы осмотреться несколько месяцев, лучше всего поселиться в каком-нибудь пансионе с хорошей репутацией. Вот, к примеру, у госпожи Удавки.

- Даже знать не хочу, почему она носит такую кличку. А ты, конечно, с этой Удавкой имеешь договор на поставку постояльцев?

- Нет, что вы! Такие состоятельные и знатные уголовники как госпожа - редкость у нас. Но я, конечно, получу свой процент от госпожи Удавки, если вы там поселитесь. Она живёт в центре столицы, это на поезде всего два с половиной часа.

Я слушала Чекушку и мною овладевало какое-то странное чувство. Будто я и в самом деле уголовница, и мне нужно решить, как сэкономить деньги на своём счёте, потому что я обречена жить на этом Днище всю оставшуюся жизнь. Мне пришлось встряхнуться и напомнить себе, что моя задача состоит в совершенно ином.

- А скажи мне, Смард Чекушка, как мне узнать, кто и где живёт здесь, на Глеффате? Просто боюсь, что этот твой пансион Удавки - обыкновенная дыра, из которой ни я не увижу общества, ни оно меня не увидит. А мне хочется вращаться среди равных мне по... воспитанию.

- Так выходить ведь можно! В театр, в ресторан, даже и в казино пустят такую знатную даму!

- Ладно, уговорил. Ждём инопланетянина и едем в столицу, к этой твоей Удавке.

Через некоторое время Игорь, пошатываясь, вышел из кабинета. Вышел и встал в растерянности. Так, печаль - назад его не отправили. Вдруг из кабинета выплыла Фря и стала повязывать на шее Игорька красный вязанный шарфик. Она что, Бабуркина усыновить хочет?

Я решительным шагом подошла к ним и заявила:

- Я оплатила этому инопланетянину прививку. Он мой.

- Я готова выкупить его долг у вас, - ответила Фря и с нежностью посмотрела на Игорька, - в двойном размере.

- Не продаётся, - заупрямилась я.

Обалдевший Бабуркин попеременно переводил взгляд с меня на Фрю.

- Он же протестант, всё равно уедет от вас в Принси, когда отработает долг, - сказала Фря, - зачем он вам нужен? Вы любовника и получше себе найдёте, а мне такой - в самый раз.

Тут Игорёк очнулся и шарахнулся от Фри в мою сторону, чуть ли ко мне за спину.

- Я пойду с этой девушкой! - заявил он весьма огорчённой этим Фре.

- Дурачок, она же тебя заездит, - сказала помощница Смотрящего.

- Я потерплю! - героически отвечал Бабуркин. Аж грудь колесом выставил.

- Конечно, ты потерпишь! - зло проговорила я и, взяв его за ухо, повела к выходу из таможни, - Иначе я быстро тебя Фре отправлю!

Снаружи мы с Игорьком оба разинули рты - тут тоже, как и на большом материке Тауина, было подобие города-улья, только по нему словно прошлись чем-то плавящим. Линии домов были неровными, сами дома прилеплены друг к другу в какой-то кривоватой несуразице. В общем, разглядывать мне это не хотелось, моё землёвское... земельное... землянское... эстетическое чувство страдало от чуждой архитектуры местных алкашей.

- Веди! - рявкнула я Чекушке.

И мы пошли. Игорёк попытался было о чём-то спрашивать, но я ему зловеще пообещала, что мы поговорим потом, когда останемся наедине. По его лицу было видно, что он стал подумывать о том, что надо было соглашаться на Фрю. Правильно, вообще-то. Там его ждало всего-навсего сексуальное рабство, а со мной он замучается делить тяготы секретного порученца содружества.


ГЛАВА 4


В дороге Игорёк молчал. Видимо, до него начала доходить вся глубина той... ямы, в которую он попал. По собственной, причём, дурости. Можно было встать мысленно на его место и постичь разочарование человека, который реально примерил на себя роль попаданца, прославленную в - думаю, не ошибусь - миллионах произведений разнокалиберных писателей. Я решила подбодрить его, напомнив, что далеко не все книжные попаданцы стартовали в телах царей и прочих аристократов. И не все попадали в неразвитые миры и времена, где можно было легко пробиться наверх, "изобретя" канцелярские скрепки или спев песни Высоцкого. Нет, скажу это, когда лишних ушей рядом не будет.

Чекушка, чей билет на поезд оплатила я, ибо он, видите ли, сам не собирался никуда ехать (врал, конечно), тоже был мало разговорчив. Видимо, решил, что полученный четвертак космокредита он уже отработал, осталось за малым - содрать с Удавки свой процент и быть совершенно свободным.

- Ты мне не ответил на один заданный раньше вопрос, - решила я подпортить ему настроение, выкатив претензию, - я тебя спрашивала, как можно узнать, кто тут где живёт. Есть здесь какое-нибудь адресное бюро?

Тот залился фыркающим смехом.

- Госпожа, у нас тут и адресов-то никаких нету! Опять же, что бы дали вам те адреса, в которых перечислены Сэмо Толстобрюх, Миг Траченный и Лира Брошенка? Настоящими именами и фамилиями тут, в среде уголовников, никого не называют.

- А где можно узнать, кто когда появился на Днище, чтобы уже подобрать себе общество ну... не закоренелых уголовников, а тех, в ком ещё остались привычки цивилизованного общества?

- В Принси протестанты наверняка ведут такой учёт, у них там порядок, говорят. А в остальных землях Днища... - Чекушка покачал головой, - Разве только на таможне. Если, конечно, вы нашли общий язык с господином Смотрящим и он любезно согласится вам помочь с такими поисками.

И он опять зафыркал. Сближаться со Смотрящим не хотелось - опасно и неприятно, но на заметку взять надо.

- А на кого работает господин Смотрящий?

- Ни на кого и на всех сразу. Таможня - его личный бизнес. Давным-давно авторитеты решили, что таможня нужна - чтобы, значит, Совет Тауина, раз уж ссылает сюда тех, от кого хочет избавиться, не лез бы к нам со своими законами. Но если Смотрящий будет плохо "смотреть", у него этот бизнес отберут.

- Так что, тут вообще нет никакой власти? - спросила я его.

- Ну почему же? Тут есть власть, над своими подчинёнными людьми. А другой нету. Народ Днища свободен! - гордо ответил бомжеватый Чекушка.

Ага, особенно рабы тут свободны.

- А свои законы тут есть?

- Нет законов, госпожа, потому что за их исполнением некому присматривать. Но есть понятия, за которыми присматривает всё общество.

- Ну и где, у какого "пахана" мне узнать все эти "понятия"? - спросила я, чувствуя, как во мне опять нарастает раздражение.

Потому что не хочу я впускать в свою душу всю эту уголовную парадигму!

- Постепенно научитесь, госпожа, - зевнул мой собеседник, вновь продемонстрировав свой щербатый рот, - Главное, поступайте по справедливости, это убережёт вас от ошибок. Ну и деньги тут добавляют авторитета, конечно. Или, у кого нет денег, то - сила. Но на вас сейчас нападать не будут, вы пока - молодая... в смысле, новенькая тут. Молодых давить западло. Вдобавок вы с деньгами, а главное, с рабом, значит - авторитет. Держитесь за это, чтобы его не потерять... Посплю я, с вашего позволения, госпожа. Нам до конечной ехать.

С этими словами Чекушка закрыл глаза и прекратил общение. Да и ладно. Мне самой надо многое обдумать. Я закрыла глаза и уснула. Дурацкие тут поезда у них - окна снаружи грязные, да и поздно уже, не видно ничего, вот все пассажиры и спят.

Удавку я бы лично переименовала в Улитку. Женщина лет шестидесяти с настороженным взглядом выглядывала из окошка, проделанного во входной двери. Смард Чекушка отрекомендовал нас всех, и мы прошли в дом. Дом был одноэтажным, но сравнительно уютным внутри, чему способствовали деревянные панели на стенах и многочисленные коврики на полу.

- У меня приличный пансион, - поджав губы, начала было она заготовленную речь, но встретив мой взгляд, который я постаралась сделать как можно более надменным, а также быстро оценив дороговизну моего костюма и драгоценностей, бросила в руки Чекушке несколько монет и отправила его восвояси, подбадривая тычками в спину.

- Я буду заходить, госпожа, - напоследок успел сказать он мне, - если вам вдруг что-то понадобится, Смард Чекушка к вашим услугам!

- Идёмте, я покажу вам комнаты, госпожа... - вопросительно осеклась хозяйка.

- Анна, - ответила я.

- Просто Анна? - усомнилась Удавка.

- Если вам так удобнее, можете называть меня госпожа Айнэнэнай, - насмешливо ответила я.

- А, так вы - молодая! - обрадовалась Удавка, - Как господин Винтиль-то обрадуется, это мой другой постоялец, он просто обожает давать клички молодым.

- А уж я-то как рада буду познакомиться с господином Винтилем, который одарит меня уголовной кличкой! - ответила я, но мой сарказм, кажется, понял только Игорь.

Комнаты, которые нам предоставили, внутри напоминали торцевую трёхкомнатную хрущёвку - одна гостиная и две смежные комнатки. Впрочем, удобства и даже головизор тут имелись.

- Головидение идёт к нам в записи, без интерактивной связи, - вздохнула Удавка.

Наверное, мечтает принять участие в каком-нибудь интеллектуальном шоу, раз так печалится.

- Оплата помесячная, равная для всех постояльцев, деньги вперёд, - сообщила хозяйка, - питание трёхразовое, но только для госпожи. Для её раба оплата питания идёт отдельно. Вы согласны?

Я ответила "да", полагая, что эта сумма тут же списалась с моего счёта, и не понимала, чего эта Удавка продолжает на меня так выжидательно пялиться. Потом до меня дошло - тут нет Васи, нет подключения к аналитическим программам, и моё "да", не подкреплённое наличностью, почти ничего не значит.

- Деньги можете обналичить и разменять в местном банке, госпожа Анна, - поняла мои затруднения хозяйка, - У молодых вечно проблемы с наличностью. Ужин вы пропустили, но я принесу вам перекусить.

Получив часть денег, она, наконец, удалилась. А я приступила к своей прямой шпионской деятельности - заняла одну из спален, вторую отдав Бабуркину, заперлась в ней и, сняв левую серьгу, сковырнула имеющимся маникюрным ножичком самый крупный камень. Как вы понимаете, не могло содружество отправить такого большого и ценного человека как я, в такой чуждый и опасный мир, фигурально выражаясь, в одних трусах. Внутри камешка, который, в свою очередь, имел маленькую каверну, в которую тоже можно было сунуть кончик ножа и приоткрыть его, имелись три микроскопические горошины. Одна из них, чуть потемнее прочих, была защитой от прослушки и скрытого наблюдения. Диаметр действия - всего два метра, но поговорить с человеком можно было, не опасаясь. Я оставила эту горошинку в выложенном на стол блокноте и сплющила её там. Активировала, то есть. Вставила камешек обратно в серьгу и надела её. Постучалась к Игорю, который с потерянным видом сидел на кровати, и позвала его к себе.

- Я не хочу секса, - заартачился он и, по-моему, сам удивился своим словам. Умным и храбрым.

Я-то, тут, конечно, только о сексе с ним и мечтаю. Специально его затащила в этот мир и няньчусь с ним, чтобы надругаться и попользовать. С особым цинизмом.

- Не хочешь, значит, останешься без сладкого к чаю, - усмехнулась я.

Развернулась и пошла к себе. Игорёк за стенкой посопел, попыхтел, повздыхал, провожая, видать, свою непорочность, и пошёл за мной. Решил отдаться, никак.

Я показала ему на стул возле стола, сама села по другую сторону, положив блокнот с активированной горошиной возле себя.

- У тебя должно было много вопросов накопиться. Но я сначала сама скажу тебе главное. Ты, придурок чёртов, пристал к незнакомой женщине, как банный лист. Несмотря на её явное нежелание с тобой разговаривать. Теперь ты огрёб последствия. Поздравляю - ты попаданец! Мир, в который ты попал - высокоцивилизованный и, по земным меркам, роскошный. Вот только именно здесь - днище этого мира. Материк, на который ссылают уголовников и протестующих против брачного законодательства. Тебя, как я поняла, признали таким же протестующим. Подробности твоего разговора со Смотрящим меня не интересуют, кроме одного - ты не сказал, что перенёсся вместе со мной?

Игорёк отрицательно покрутил головой.

- Вот и славно. Теперь - главное. Мы здесь с тобой в почти равном положении. Я тут быть не хочу и ты не хочешь. Я тут, на Днище, ничего не знаю, и ты не знаешь. Моё преимущество - у меня есть деньги, а у тебя нет. Твоё преимущество - ты свободен, а у меня дело. Поэтому, уясни, Игорёк: я тебе - не нянька, не жена, не экскурсовод, и всё остальное "не". Я тебя спасла на таможне от рабства у местных бандитов, оплатив твою инъекцию. Все долги между нами считаю закрытыми. Ты можешь идти, куда хочешь. А можешь пока продолжить играть роль моего раба. Мне это не сильно надо, это может быть для меня как плюсом по здешним понятиям, так и обузой в моих личных делах. Но если всё у меня сложится как мне надо, я смогу тебя отсюда вытащить и вернуть на Землю. Выбирай сейчас.

- Конечно, я с тобой. Пока что.

Постучалась Удавка, принесла поднос с бутербродами и чай. Для Игорька был стеклянный стакан, для меня - чашка, как я поняла.

- А, прости за нескромный вопрос, за что тебя сюда сослали? - спросил Игорёк, наворачивая бутерики. Самые вкусные, гад, выбирает!

Был соблазн не отвечать, но всё равно ведь узнает - новости тут люди смотрят.

- За соучастие в убийстве. Кстати, моя несостоявшаяся жертва - твоя бывшая жена Таисия.

- Тася?! - выкатил глаза Игорёк, - Зачем ты хотела её убить?

- Временное помешательство, - ответила я, - на почве разлада в семейной жизни.

- А меня ты откуда знала ещё там, в кафе? - спросил Игорёк, глядя на меня враждебно.

Надеюсь, его враждебность связана с внезапно возникшей личной неприязнью на почве переживания за бывшую жену. За меня, то есть.

- Видела Тасины фотографии и слышала, как она рассказывала о тех, кто на них изображён.

- И узнала, через столько лет после времени, когда были сделаны снимки? - недоверчиво спросил Бабуркин.

- Ты мало изменился, - соврала я.

- А что ты на Земле делала? Хотела довести до ума задуманное преступление?

Хм... спасибо, Игорёк, подсказал версию, если Чекушка всё-таки донесёт на меня.

- Хотела попросить у Таси прощения. Мы ведь с ней родственницы, обе замужем за членами одной семьи. Я была неправа, когда винила её в... неважно. Это все вопросы?

- А какие у тебя тут дела? Ну, ты говорила...

- Мне надо найти двух человек и уговорить их вернуться в большой мир. Только где они тут - я понятия не имею. Кстати, это - секрет ото всех остальных, понятно? Всё на сегодня, иди, отдыхай.

- А...

- Ну что ещё? - спросила я устало.

- Ну... секса сегодня не будет, что ли?

Вот смотрю я на него, такого разочарованного, и в голове у меня проносятся варианты ответа - один другого уничижительнее. Но я решила быть доброй к этому озабоченному и больному на всю голову, и выбрала самый щадящий вариант:

- За сексом, Игорёк, это к Фре. А я не по этим делам.


ГЛАВА 5


Винтиль походил на бухгалтера. Такого, из какого-то старого фильма, с нарукавниками на локтях из чёрной сатиновой ткани. Нет, на Винтиле нарукавников не было, но они к нему напрашивались. Светлая рубашка, брюки, чисто выбритое лицо, плавно переходящее в шею, без обозначенного подбородка.

- Рад безмерно приятному обществу, - улыбался он, наливая себе винишка в стакан из стоящей рядом бутылки.

- Взаимно, - выдавила я, не особенно, впрочем, показывая эту взаимность. Которой не было, как вы правильно понимаете.

- Помню вашу историю, по головидению не так давно показывали, и помыслить не смел, что судьба сподобит познакомиться, - продолжал разливаться соловьём Винтиль.

- Это всё мой психолог. Он загипнотизировал меня, вот я и согласилась на его требования. А я совершенно не виновата, - похлопала я глазками.

- Полноте, госпожа, - осклабился Винтиль, - такие речи уместны в большом мире, а тут они вам не принесут ни сочувствия, ни жалости. Тут, наоборот, уважают упорство в своих пороках. Слышал, вы уже успели рабом обзавестись?

- Да вот, случайно вышло. В самом деле случайно, - усмехнулась я, - Я и понятия не имела о существовании рабства на Днище. Кстати, а не скажете ли мне, господин Винтиль, как люди перестают быть рабами? Я имею в виду, как другие люди узнают, что этот человек уже расплатился по долгам? Тут что, существует какая-то перепись рабов и свободных?

- Нет, конечно. Просто достаточно вам сказать об этом в своём кругу, и об этом скоро будут знать все, кто интересуется. А что, неужели ваш раб успел за одну ночь отработать свой долг?

- Что? А, нет, Игорёк вообще не в этом смысле. Я замужем, и уверена, что скоро вернусь домой, к мужу. Мне не нужны здесь никакие любовники.

- Как вы сказали? Игорёк? Это его имя?

- Не совсем. Это прозвище, образованное от имени Игорь.

- Игорёк, - покатал это слово Винтиль, - интересно звучит. Сгодится на кликуху. Если вы не обзаведётесь в ближайшее время своей, я с удовольствием подберу вам какое-нибудь красивое слово.

- Благодарю вас, - ответила я, стараясь не показать своего желания высыпать ему в суп всю соль из солонки.

- Подскажите, господин Винтиль, где я смогу познакомиться здесь с людьми, подходящими мне по... статусу.

- Не обещаю, что ваш статус знатной семьи, к которой вы принадлежали в большом мире, соответствует здешнему понятию статусности... Но, пожалуй, самые авторитетные тут люди собираются по вечерам в казино "Маржа". Женщин, кстати, туда пускают только в вечерних нарядах.

Я выяснила у Винтиля, где находится это казино, лучший магазин готового платья и банк. А потом мы с Бабуркиным отправились посещать эти заведения в обратном порядке. В банке я обратила внимание, что у охранников имеется оружие - неры и пистолеты. Неры - это знакомое мне по войне на Зинтаге парализующее оружие, и я научилась стрелять из него практически идеально. Жаль, что они, хоть и лёгкие, но крупноватые, такое оружие в дамскую сумочку не спрячешь. А вот пистолет я решила приобрести, если можно. Главное, научиться с ним обращаться - заряжать и снимать с предохранителя. А прицелиться и выстрелить я и так смогу.

Поэтому, обналичив часть денег со счёта, я спросила клерка, где тут продаётся оружие. До оружейного магазина путь был не очень близким, и мы взяли местное такси - велорикшу.

- Да, мечтал я в Индии побывать, думал, в частности, с рикшей прокатиться, а оказалось, что увидел их только на другой планете, - сказал Бабуркин.

- Ещё побываешь в своей Индии, - улыбнулась я, и добавила, правды ради, - Может быть.

Продавец в оружейном магазине, суровый усатый дядька, цепко взглянул на нас, и, не дав мне раскрыть и рта, выложил на прилавок малюсенький пистолетик.

- Он хотя бы фанеру пробивает? - с сомнением спросила я, примеряя пистолет к руке. Он чуть ли не терялся в моей ладони, - Боюсь, я его в сумочке не сразу найду среди пудренницы, помады и зеркальца.

Не изменившись в лице, продавец молча выложил второй пистолет, побольше. Красивенький такой, весь в инкрустации. Вот только всего на два патрона, потом перезаряжать придётся. Я положила пистолет на прилавок и сказала:

- Мне нужно небольшое многозарядное оружие, стреляющее точно и с приличной дальностью. С возможностью быстрой смены обоймы. Желательно с двумя или тремя режимами стрельбы - автомат, очередь, одиночный.

Во взгляде продавца что-то промелькнуло и он ушёл из небольшого помещения торгового зала. Тут я обратила внимание, что Игорь смотрит на меня, приоткрыв рот.

- Муха залетит, - пошутила я, - не бойся, я просто в голографической игрушке стрелять научилась. Из бластера.

- А что, тут и бластеры продаются? - загорелся Игорёк. Ну чисто дитя малое.

- Нет, к сожалению. Бластеров не бывает, это фантастика.

Пришёл продавец и положил передо мной два пистолета.

- Этот с тремя режимами, - расклеил он губы, показывая на тот, что крупнее, - тот с двумя.

- Где их можно опробовать?

- Оба?

- Оба.

Мы спустились в подвал, в котором был оборудован примитивный тир. Впрочем, главное в нём было - освещённый длинный коридор с мишенями вдали, стол для оружия, бинокль и даже наушники.

Я опробовала оба пистолета, стреляли мы с ними метко. Продавец, отложив бинокль, стал смотреть на меня с уважением. Более крупный пистолет был для моей руки тяжеловат, а спуск у него - туговат. Да и отдача ощутимая. Нет, всё это было бы терпимым, если бы второй пистолет не подошёл мне практически идеально. Марка его называлась "Луша".

- Игорь, хочешь попробовать? - позвала я.

Игорёк обрадовался и с увлечением расстрелял остатки обоймы в обоих пистолетах. Ну... стреляет он лучше, чем я, когда начинала играть в "Войнушку-заварушку". Было заметно, что ему больше понравился крупный пистолет, "Брегиши", который продавец коротко и уважительно называл "Брег".

Как вы уже могли догадаться, я купила оба. Ещё снаряжение к ним - кобуру с перевязью и кучу патронов. Торговаться и просить скидку я не рискнула - уж больно продавец был суров, да и Игорь мог бы тогда безошибочно опознать во мне свою бывшую жену. Утешилась тем, что нам подарили прочную брезентовую сумку для переноски сегодняшних покупок. Какой-никакой, а всё же бонус.

Одежды у меня с собой было мало, я не могла взять на Днище мой старый армейский рюкзак, в который вошло бы всё, что угодно - пришлось обойтись небольшим саквояжем. Для вечернего платья там места не нашлось. За его покупкой мы и отправились в магазин, рекомендованный Винтилем. Там я выдала Игорю денег на покупку белья и сменной одежды - он-то, попав сюда, даже такого саквояжа не собрал.

- Так и становятся мужики альфонсами, - грустно заметил он, принимая наличность.

- Как - так? Попадая в иные миры? - пошутила я, - Не переживай, мой бюджет позволяет делать почти любые покупки.

По правде говоря, мой бюджет был вообще неограниченным, но всем об этом знать было необязательно. Зайдя в отдел готового платья, я разочарованно смотрела на тряпьё, висящее на вешалках. Мне даже перебирать его не хотелось.

- Здесь что, вечерних нарядов нет? - спросила я продавщицу с невообразимо завёрнутыми мелкими косичками и кольцом в одной ноздре.

- Вещи индпошива - там, - махнула она пальцем с окрашенным в чёрный цвет ногтем в сторону неприметной двери.

Ну что же, идём в нору за белым кроликом. А там я увидела приличных размеров полупустой зал, в центре которого стояла... я. Таисия Айнэнэнай, блондинка в красном облегающем платье, точно таком же, как на памятном новогоднем балу на Зинтаге, который ознаменовался танцем с голограммой моего любимого мужа Клиффорда и показанный по всем новостным каналам содружества. Нет, конечно, здесь это был не живой человек и не голограмма. Здесь был манекен, которому искусно придали мою родную внешность. С трудом взяв себя в руки, я подошла к манекену. Вблизи он выглядел не так шокирующе схожим с живой Тасей. Да и платье всё-таки было на пару тонов темнее, но ткань, фасон и размер - те же.

Ко мне подошёл пожилой мужичок маленького роста.

- Простите, госпожа, это платье не продаётся, - печально поведал он, - выставочный образец. Но вы можете приобрести у нас другие прекрасные вещи, Беня Иголка шьёт только лучшее.

- А где мне найти этого Беню? - спросила я, не в силах оторвать взгляд от платья.

- Он перед вами, госпожа.

- И всё-таки, почему бы вам не продать мне это платье? А лучше, сдать его напрокат на один вечер.

Ибо зачем мне два практически одинаковых, правда?

- Это платье сшито по точной копии фигуры Таисии Айнэнэнай. Боюсь, если у вас другие выпуклости, которые сейчас скрыты этим тёплым костюмом, вы деформируете ткань платья.

- А если нет? - усмехнулась я, - Если оно придётся мне совершенно впору? Давайте так - я плачу вам один космокредит только за то, чтобы его померить. А там вы уже решите.

Надела я в примерочной платье и посмотрелась в зеркало. Однажды я сказала, что блондинка в красном струящемся платье - смерть мужчинам. Так знайте - брюнетка в таком платье - смерть не менее верная. Как раз более тёмный тон расцветки подошёл к моим тёмным волосам. Явила я Бене Иголке самоё себя, на что он, едва обретя речь, оповестил, что за одно такое зрелище он готов мне подарить это платье. То есть был бы готов, если бы не нужда в деньгах. Торговался этот "даритель" как чёрт. Может, его и правда, нужда заставила, а может, просто, как и я, он получал удовольствие от процесса. В общем, платье я взяла напрокат, но заплатила за это его полную стоимость. Но я бы заплатила и больше - настолько меня ностальгия по минувшему торкнула. Так что ничуть не расстроилась такой финансово невыгодной сделке. А чего расстраиваться, если платит содружество?

- Дорогой Беня, - сказала я ему на прощанье, - Весьма дорогой Беня, предупреждаю - если сегодня в казино я увижу другую женщину в точно таком же платье, пристрелю тебя лично.

- Что вы, госпожа, - в ужасе замахал он руками, - Беня Иголка дорожит репутацией и больше одного экземпляра от самых известных нарядов не копирует!

И только когда я вышла из этого зала, меня прошила мысль - а нафига я купила такое шикарное платье, чтобы посетить какое-то вшивое казино на каком-то говённом Днище? Тут мне голограммы мужа никто не организует. Эта мысль заставила меня даже дёрнуться обратно к двери, из которой я только что вышла, остановило только предчувствие, что если я сейчас верну наряд и потребую деньги назад, то наверняка получу на Глеффате самую обидую кличку из всех возможных.

Удавка, вручая нам с Игорьком будерброды, поведала, что господин Винтиль, оказывается, был огорчён тем, что я не присутствовала на обеде. Но я почему-то подумала - обойдётся этот Винтиль без моего общества. Перетопчется как-нибудь. Эти мысли Удавка тут же прочитала у меня на лице и потребовала оставшиеся деньги за комнаты. Вот какая связь, а?

Казино "Маржа" гостеприимно распахнуло перед нами двери в положенное время. Бабуркин в своих чёрных джинсах и новой рубашке тёмного индиго смотрелся рядом достойно. Впрочем, народ тут был одет действительно неплохо, даже странно. Купив Игорю фишки и усадив его за один из игровых столов, я немного походила по залу, давая всем привыкнуть к своему присутствию. Никого похожего на генерала Фодрича и, тем более, на Серга Донофрая, здесь не было. Покрутилась возле рулетки, ставя попеременно на красное и чёрное. Даже выиграла немного.

- Вы позволите вас угостить шампанским? - спросил мужской голос из-за плеча.

- Да, спасибо, - слегка улыбнулась я крупному мужчине лет сорока.

Пока он подзывал официанта и вручал мне бокал, я обратила внимание, что его левая рука не двигалась и оканчивалась кожаной перчаткой. Протез.

- Насколько я знаю, вас зовут Анна? - попытался быть обходительным мужчина.

- Да, а вас, как я понимаю - Однорукий?

- Правильно понимаете, - усмехнулся он, - Знаете, Анна, как ни прискорбно, а у нас с вами возникла маленькая проблемка. Мне сказали, что на таможне вы увели у меня из-под носа одного раба.

- Увела у вас? - удивилась я, - Нет, этот парень был совершенно свободен до того, как я за него заплатила.

Вокруг вдруг образовалось пустое пространство, но ставшие в отдалении люди с интересом прислушивались к нашему разговору.

- И тем не менее. Видите ли, это моя прерогатива - забирать рабов на таможне, - громко, для всех, оповестил Однорукий, - Но мы можем решить этот пустячок полюбовно. Вы отдаёте мне раба и на первый раз я вас прощаю.

- А если нет? - равнодушно спросила я, внутренне напрягаясь, поставила бокал на ближайший столик и сделала маленький шаг влево и вперёд, чтобы ему было неудобно стрелять или бить.

- Тогда мне придётся вас убить, - с сожалением цокнул Однорукий.

- Не пойдёт. Видите ли, я обещала завтра вернуть это платье Бене Иголке. А своё слово я привыкла держать, - разъяснила я, подходя почти вплотную к Однорукому.

Ну до любого ведь дойдёт, что эта причина - уважительная! Вон даже кивает кое-кто - мол, да, это по понятиям. Но Однорукий не внял. Он полез за пазуху и достал пистолет.


ГЛАВА 6


- Игорёк! - громко позвала я.

Однорукий довольно и предвкушающе осклабился, а увлечённо игравший в покер Бабуркин поднял голову.

- Ты расплатился со мной, и больше не раб!

Игорь удивлённо поднял брови, кивнул и... опять уткнулся в карты. Да, с ним только в разведку ходить. Между тем, зрители, которых становилось всё больше, оценивали новый расклад, и кое-кто уже начал одобрительно или насмешливо ухмыляться. Как я решила думать, одобрительно - касательно меня, и насмешливо - касательно Однорукого.

- Всё? - спросила я его, - Больше нам с вами спорить не о ком?

Однажды я уже рассказывала вам собственные выводы о преимуществах женщин перед мужчинами в личностных конфликтах. О том, что мужчины, в отличие от женщин - заложники собственных амбиций, гордости и честолюбия. У женщин тоже есть слабые, больные места - недостатки внешности и непривлекательность для мужчин, но обычно мужчины давить на них в спорах избегают - либо не придают таким вещам значения, либо им это, говоря местным языком, западло. Кстати, самые умные женщины, которым в силу их ума и натуры приходится быть на виду, лишают и этого единственного преимущества тех, кто с ними конфликтует, уничтожая эту уязвимость, нарочито показывая, что собственная внешняя красота их заботит не в большей степени, чем мужчин. В моей родной стране, России, можно найти несколько примеров этому. Если вы из России, сами их знаете. Мужчинам избавиться от своей уязвимости тоже можно, и некоторые делают это. Но реже.

Хотела покончить с лирическим отступлением и перейти к продолжению своей истории, но потерпите ещё капельку, пожалуйста. Потому что мне пришла в голову одна смешная мысль, вернее, смешная она в силу аналогии с вышесказанным. Если вы этого не знали, причиной того, что в корриде всегда гоняют именно самцов - быков, но никогда не самок - коров, является то, что разозлённый бык наливает глаза кровью и плохо видит перед собой, особенно периферию. У коров, представьте себе, этого не происходит, и они даже в самом злом виде сохраняют своё зрение полностью, а поэтому более опасны для тореадора.

Вот сейчас я бы на месте Однорукого, видя, что общественность не за него, а за хрупкую, но смелую, красивую и находчивую меня, весело б рассмеялась, сказала очередной незначительный комплимент, и осталась бы главой положения. Потом бы отомстила. Но на месте Однорукого была не я, а низкопробный самец крупнорогатого скота, злость которого от уязвлённого самолюбия залила ему глаза. Он заорал:

- Ты! Теперь сама ответишь! - и, уже успокаиваясь, разрабатывал план дальше, - Будешь в моей банде, чтобы сопровождать меня на такие тусовки, как эта. До тех пор, пока не надоешь мне или не поплохеешь внешне.

- Молодых прессуешь, Однорукий? Разве на Днище это по понятиям? - воззвала я к его патриотизму.

Народ начал смотреть на бандита хмуро и, я б сказала, укоризненно. Вон, даже Игорёк кивнул. А, нет, это он оставшемуся партнёру в покере сказал "принимаю".

- Ты на кого бурлишь, овсянка?! - завёлся вновь бандит с полуоборота, - Ты чо, в натуре страх потеряла? Я ж тебя щас замочу тут!

- А чо ты мне чокаешь? - возмутилась я, незаметно засовывая руку в висящую на плече сумочку - Ты чо, чокалка?!

Такого немыслимого оскорбления Однорукий вынести уже не мог. Он отщелкнул пальцем предохранитель пистолета и стал разворачиваться ко мне корпусом. Выстрелили мы почти одновременно. Я была лишь на долю секунды быстрее, поэтому его пуля перебила ремешок в виде крупной цепочки, на котором висела моя сумочка. Моя пуля прошила ему сердце. Я оглядела зал, грациозно присела, красиво откинув назад длинный подол платья, и подняла упавшую сумочку, в которую спрятала пистолет. Ибо видела, что все окружающие в полном обалдении, и угрозы мне никто не транслирует. Точку в инциденте поставил Игорёк, который торжественно сообщил:

- Флеш-рояль!

Я невозмутимо взяла подаренный упокоенным бандитом бокал, попивая шампанское, подождала, пока Игорёк заберёт свой нехилый выигрыш, и мы с ним чинно покинули заведение под всеобщее гробовое молчание.

Заговорил Игорь, только когда мы уже подходили к дому Удавки.

- Прости. Я ничем не смог помочь тебе.

- Ты смог. Ты не мешался, - утешила я его, ощущая, как с последними потряхиваниями организма меня покидает избыток адреналина, - Вдобавок я сама говорила тебе, что мы друг другу - никто.

- Ты взяла с собой оружие, а я даже не подумал сделать этого...

- Игорь, это не имело бы смысла. Чтобы выстрелить в человека, нужно быть готовым к причинению смерти другому. То есть к убийству. Это очень сложно на самом деле.

- Ты имеешь в виду, что ты - убийца, потому что готова была убить Тасю, а я - не убийца? - отодвинулся от меня Бабуркин.

Вообще-то я имела в виду, что я прошла войну, на которой было всякое, но сказать об этом я не могла. Поэтому ответила:

- Вроде того.

Ужин мы опять пропустили, и сонная Удавка, открыв дверь, была крайне недовольна. Пришлось сказать ей, что мы обойдёмся без бутербродов. Бабуркин молчал и в глаза мне не смотрел. Фигню какую-то задумывал, явно.

В своей комнатке я аккуратно, стараясь не деформировать ткань, как опасался Беня Иголка, сняла платье. По своему фасону оно не предполагало ношения лифчика, и я стояла с голой грудью, когда в мою комнатку без спроса и стука решительно зашёл Бабуркин.

Я инстинктивно прикрылась руками и заорала:

- Ты что врываешься?

- Тася? - ошарашенно спросил Игорёк, глядя на мою грудь, - Шушпанчик?!

Аллес капут. Вся конспирация полетела к чёрту - мужики хорошо помнят, простите, сиськи своих бывших женщин.

- Выйди, Игорь, - вздохнула я, - Я оденусь и мы поговорим.

Вновь активировав горошинку в блокноте, я кратко рассказала Игорьку мою историю, ничего не скрывая. Потом мы ещё немного поговорили, и я ответила на его вопросы.

- А я-то собирался тебе сказать, что ухожу, - сказал Игорёк, - уезжаю в Принси. Там, вроде, говорят, нормальное общество, не уголовщина, и работу найти можно. Просто не мог принять, что ты хотела убить Тасю. А ты, оказывается...

- Так может, тебе действительно лучше уехать?

- Ну нет, я тебя теперь не брошу. Бывшая жена - хоть и бывшая, а всё же своя! - туманно пояснил Игорёк, - Ты ведь меня тоже по этой причине не бросила.

- Может быть, - улыбнулась я.

- Мне надо потренироваться в стрельбе, - решил Бабуркин, - Завтра узнаю, где это можно сделать.

- Хорошо. До завтра, попаданец Игорь.

- Спокойной ночи, Шушпанчик, - улыбнулся он и ушёл, покачивая головой, - И как я раньше не догадался...

Утром меня разбудил стук в окно. За ним стоял Смард Чекушка и протягивал в мою сторону бутылку из-под водки с воткнутым в неё цветком.

- Доброе утро, госпожа!

Я открыла окно и высунулась, чтобы взять подарок.

- У меня нет для тебя поручений, Чекушка.

- Зато у Чекушки есть поручение к госпоже! - провозгласил тот.

Тут открылось соседнее окно и из него высунулась взлохмаченная Игорькова голова.

- Он пристаёт к тебе, Шушпанчик? - грозно спросил Бабуркин. Не иначе, примерил ночью на себя рыцарские доспехи.

- Нет, Игорёк, говорит, его привело какое-то дело.

- Игорёк? Шушпанчик? - расплылся в улыбке Чекушка, - Хорошие погоняла, так и доложу, значит.

- Кому доложишь? - насторожилась я.

- Так я и говорю, на сходняк авторитетов зовут вас, госпожа Шушпанчик. Через час в ресторане "Три таракана". Это вон туда, а там через три перекрёстка налево. Минут сорок ходьбы.

- Тьфу, ну и название для ресторана. Там кто-нибудь ест вообще? - брезгливо поморщилась я.

- Что вы, госпожа, это старейшее заведение, название сохранилось с древности. Там очень престижно кушать и кухня изумительная. Говорят. Сам-то я дальше порога не заходил никогда.

- Ладно, доложи там, я буду.

- Я с тобой! - безапелляционно заявил Игорь.

- Мы будем, - поправилась я.

Пока я наводила марафет, Игорь сгонял за рикшей, так что к "Трём тараканам" мы прибыли в аккурат за пару минут до назначенного времени. На этот раз Бабуркин надел куртку, под которой была спрятана кобура с брегом. Ну как - спрятана... Желающие увидят, конечно.

Красиво оформленный зал ресторана был пуст от обычных посетителей. Закрыто на банкет, называется. Нас с Игорем вежливо попросили сдать на хранение оружие, сказав, что это же сделали все, кто будет присутствовать. За стоящим посередине зала сервированным столом сидели пятеро человек. Среди них был знакомый нам Смотрящий, который, прищурившись, внимательно смотрел на меня. Свободными были два стула, на которые мы с Игорем и уселись.

- Игорьку тут вообще-то не место, - сказал один из мужчин, с кучерявой шевелюрой, - но мы решили не прогонять его, пока не прояснится, собственно, статус нашей молодой, но прыткой гостьи.

- А какие есть варианты? - вежливо улыбнулась я. Манеры прежде всего!

- Вот сейчас и обсудим, - ответил кучерявый, подзывая стоящего вдалеке официанта, - Вы ведь не завтракали? Сделайте заказ.

Мы с Бабуркиным заказали омлет и творожный десерт. Мелькнуло неуместное воспоминание, что во время недолгой семейной жизни у нас с ним по субботам была традиция готовить по очереди омлет на завтрак, и каждый изощрялся в его рецептуре и добавленных продуктах.

- Давай, Перо, ты складней всех говоришь, веди базар, - сказал кучерявый, обращаясь к худощавому сравнительно молодому человеку, обладающему холодным змеиным взглядом зелёных глаз. Впрочем, тёплых взглядов тут вообще не наблюдалось.

- Варианты тут такие, Шушпанчик, - немного насмешливо выделил он моё родное прозвище, - либо ты едешь на север и тихаришься там, либо мы тебя мочим тут, либо ты берёшь банду убитого тобой Однорукого и становишься одним из авторитетов уголовной части Днища.

- А как есть, нельзя всё оставить? - спросила я, прожевав и подумав.

- Неа, - усмехнулся Перо, - Эдак все, кому не лень, начнут авторитетов отстреливать на мелкой бузе.

- Нельзя мне на севере тихариться, - вздохнула я, - Я... холод не люблю. Много ем, когда мёрзну, и от этого фигура портится.

Игорёк, не поднимая глаз от тарелки, фыркнул. За ним усмехнулись все остальные. Кроме Смотрящего.

- Почему - Шушпанчик? - спросил вдруг он.

- Игорёк так назвал, - безмятежно ответила я, - Сказал, что это такой вымышленный зверёк на его планете, милый пушистый зубастик.

- А чо, подходит, - гыгыкнул накачанный мужик, стриженный под ноль, быстро мечущий в рот еду с нескольких поставленных возле него тарелок, - Банда Шушпанчика - прикольно будет звучать.

- Помолчи, Дрын, - сказал вдруг пятый, незаметный мужчина. Сухонький такой, невзрачненький, с волчьим оскалом, выглядывающим из-под короткой верхней губы во время речи.

- А ты не затыкай меня, Волчара, - набычился Дрын, подтвердив мою мысленную кличку незаметному.

- Не верю я ей, - сказал, между тем этот Волчара, игнорируя Дрына, - Только появилась, обозначилась случайно, и сразу - в авторитеты?

- Да я не напрашивалась вообще-то, - заметила я, - и действительно почти ничего ещё не понимаю тут. Как вы знаете, моё воспитание и прежняя жизнь, к которой я собиралась вернуться, совершенно непохожа на Днище.

- Собиралась? - переспросил Смотрящий, - А что, больше не собираешься?

- Ну если вы не оставляете мне выбора, куда ж деваться? Не убиваться же тут. Придётся принимать банду.

- А потянешь? - насмешливо спросил Перо.

- Ну... посмотрим, как пойдёт, - похлопала я глазками.

- Тут тебе не ясельки! - оскалился Волчара, и обратился ко всем, - Мы - авторитеты и не можем признавать равным себе человека, который будет лажать на каждом шагу! Что про нас потом пацаны будут говорить?

- Что мы тут отымели её толпой и за это поставили над бандой, - поддакнул ему Перо.

- И всё-таки мы не можем мочить её просто так, - сказал кучерявый, - не по понятиям это.

- Колун правильно говорит - не по понятиям. А понятия выше наших хотелок. Тем более, она сказала, что берёт банду, - кивнул Дрын, за что удостоился от меня благодарного взгляда.

- Так что решим? - спросил кучерявый, он же Колун.

- Я против, - сразу сказал не убеждённый ни в чём Волчара, - Мочить её надо, да и всё. Банду Однорукого разобрать по нашим.

- Я тоже против, - сказал Перо. По-моему, он просто выслуживался перед Волчарой.

- Я за то, чтобы дать ей банду, - покачал головой Колун.

- Дать банду, - сказал Дрын, опрокидывая после этого над собой стакан с компотом и постукав по его дну, чтобы в его раскрытый рот высыпались ягоды.

Все взоры устремились на Смотрящего. За столом напряжение достигло апогея. Особенно наше с Игорем. А Смотрящий сидел, поставив локти на стол, сложив руки в замок, и задумчиво похлопывал себя по подбородку. При этом не сводя с меня своих голубых глаз-буравчиков.


Полный текст книги можно приобрести на сайте ПродаМан.


Вся трилогия "Шушпанчик" продаётся в интернет-магазине "Призрачные миры".

https://feisovet.ru/магазин/Шушпанчик-Светлана-Ермакова?utm_content=286304229_286307320_0