# Правдивейшая история "мира".

Нукитэ Эльбрюс

Индуцировано, одним кретиноджем. Это финальная "правдивейшая" зарисовка, никак несвязанная с предыдущими. Слегка эротична.

Правдивейшая история "мира".


- Мозгов нет совсем? Я что вам битый час говорю? Кретины! Дауны! У вас что в ушах? Помет обезьяны? Да не ори ты, кто-нибудь пофигачьте ему по пяткам.

Сразу несколько лошаков бросились выполнять поручение. Схватили обливающегося соплями и слезами бедолагу за ноги, принялись со всей дури колошматить куда сказано. Парень только всхлипывал, баюкая ладошками ушибленное хозяйство.

- Ну, хватит. Хватит! Ты, отползи в уголок. А вы послушайте еще раз!

Я внимательно обвел суровым взглядом идиотов, пришедших на семинар. Двадцать трое обдуренных, взрослые, внешне адекватные люди, за исключением пары акне-носителей. Каждый раз удивляюсь! Неисчерпаема наша страна, рай для депутатов, воров и шарлатанов. Лап-тап-типа-дудай. Сколько меня развенчивали в интернете, обзывали шарлатаном, снимали выводящее на чистую воду видео (некоторые, я сам заказал), тщетно! Олигофрены не переводились. Я собрал с носа по пять тысяч и легко проведу еще сотню таких семинаров.

- Повторяю еще раз! Когда к вашему паху приближается нога противника, вы должны сделать маятниковое движение тазом, - я показал. - Ваши яички при этом стремятся к пупку. Если вы делаете правильно в момент удара яички находятся вне точки поражения. И нога противника попадет не в болевой центр.

- Простите мастер! - поднял руку здоровенный парень с перебитым носом. - А что делать с писей?

- В смысле? - удивился я писи.

- Куда должна она устремляться?

На этот вопрос у меня была масса ответов, которые покажутся настоящими открытиями некоторым адептам, но я лишь мысленно хрюкнул и ответил лаконично:

- Пися не критична. Я мастер ударов и защиты мошонки. Итак, движение должно быть резким и четко выявленным во временном отрезке. Ваш противник будет обескуражен, пока он стоит открыв рот, вы складываете ладонь в положение медвежья лапа и наносите волнообразный удар по яичкам агрессора. Для наглядности покажу на себе.

Я снял шорты, медленно стянул семейные трусы. В зале раздались восхищенные вздохи. Да, бубенцы у меня как у Штрауса. Он еще писал такие медленные вальсы.

- Действительно не критично, - заметил боксер...сука.

- Так, вот ты, иди сюда!

Указал на долговязого парня лет двадцати. Он выглядел таким забитым и потерянным, что хотелось его растормошить. Неуверенно ковыляя суставами забитыш подошел, что-то в его внешности показалось знакомым. Наверно не впервой ко мне ходит, такие экземпляры встречаются и довольно часто. Именно они голосуют каждый раз за "Единую Россию" и верят что Тимоти гений.

- Смотрите, - я принял стойку всадника и сделал то самое движение. Шлеп разнеслось по залу, шлеп-шлеп-шлеп. - Вот так резко, с максимальной отдачей, что бы яички парили, как птички. Всем понятно?

Народ потрясенно молчал. Сегодня у меня был дебют, я впервые решил привнести в семинар что-то максимально живое, достоверное, надежное.

- А теперь наглядно. Вы бьете меня ногой в пах ногой на счет три, - забитыш как-то чересчур понятливо закивал. - Готовы? Раз...Два...

- Три! - выкрикнул он и зафутболил мне в гнездо, от неожиданности я слишком рано сделал маятниковое движение и подъем стопы словно в рапиде соприкоснулся с мошонкой. В этот миг я узнал в забитыше известного блоггера, который неудачно троллил меня целый год. Свет выключили...


***


- А... Кряяяя! Помогите! Что происходит!?

Кругом вода, она бьет наотмашь, шпарит, кусает, я захлебываюсь, но чудом продолжаю дышать. В воду вмешивается кислота, кожа горит огнем, беззвучно рычу, отплевываюсь чем-то желтым. И снова водопад, пытающийся сбросить, но я цепляюсь, врастаю в рыжую пожухшую траву. Наконец мучение заканчивается. Где я? Мне холодно и страшно.

Сверху падает гигантская тень, она накрывает плотным саваном, окутывает тьмой и неизвестностью.

- Кто вы, что вам от меня надо?

Все тело сжимают невидимые тиски, они мнут, давят, выворачивают на изнанку, так натягивают лицо, что кажется еще миг и окровавленный скальп покатится в неизвестность.

Я безвольной куклой падаю, посередке двух пупырчатых валунов, поросших каким-то лишаем и седыми кустиками. Позади опушка леса, впереди холмистая равнина.

Вдруг все вздрагивает, я оказываюсь подвешен между гигантских самодвижущихся колон. Меня несут, зрение расфокусированное, полная потеря ориентации. В голове ни одной связанной мысли, лишь страх и вопрос: за что? Кому я помешал? Нельзя же всерьез думать, что кто-то из обманутых идиотов устроил все Это? Среди моих адептов просто не водятся люди, способные провернуть подобное.

- Иди ко мне милый.

Голос прозвучал! Он был объемный, женский, нежный. Такой как надо голос. Сразу представляешь, что-то "сисясибл", "ногасибл", "губасибл", "попасибл", "интимнострижкабл". Но мне решилось, что обращение явно не в мой адрес.

Против воли понесло на голос.

- Кто вы? Что происходит? Отпустите! - что было силы закричал я. Однако, как в колодец выл. Вместо этого услышал.

- А что мы такие маленькие? А что мы такие неуверенные? Ну-ка иди ко мне. Мой ручной, мой кожаный. Снупи! Ты же Снупи!

- Оляша! Сколько раз просил, не называй его Снупи, - донесся раскатистый мужской, чуть картавый бас.

- Тогда я буду называть его Мир! - торжественно ответила, нареченная Оляшей.

- Почему Мир? - удивился мужина.

Мне почему-то страшно захотелось узнать о чем идет речь.

- Потому что в наших руках он крепнет.

И тут зрение адаптировалось и я увидел, как гигантская рука с красивыми наманикюренными пальчиками хватает меня за тело. Нет! Нееет! Не может быть! Оёёё...ёй! Я расту. На меня, как на Маугли, надвигается "красный цветок" и я понимаю, что все оставшуюся жизнь мне работать в горячем цеху... Прежде чем охватывает пожар слышу слова:

- О член, ты Мир!