# Гарри Поттер и Волшебная Универсиада

Медведь Бронированный

Продолжение фанфика Гарри Поттер и Маховик времени. Герои, наконец, едут в Хогвартс (в том числе Джо и Дейв). Там они узнают, что в этом году в школе будет проводиться Первая Всемирная Магическая Универсиада (вместо Турнира Трех Волшебников). И конечно же Поттер не сумеет избежать участия в этом эпическом состязании. Страничка фанфика на фикбуке: http://ficbook.net/readfic/3664820

Гарри Поттер и Волшебная Универсиада


## Глава 1. Мы едем в Хогвартс!


- Джо! Джоо! ДЖООО! - от этого крика парень подпрыгнул в постели. Дейв, который крикнул ему прямо в ухо, весело ухмыльнулся.


- Ну, я тебе это припомню! - мстительно пообещал другу Джозеф. - Ты зачем меня будил-то? - спросил он, зевая с щелчком челюсти.


- Как зачем? - удивился Грейстокк. - МЫ ЕДЕМ В ХОГВАРТС!


Едва он это прокричал, как Джо вспомнил. Пару дней назад, когда лохматая парочка перепроверяла, готово ли у них все к школе, Джозеф с Дейвом поинтересовались у Алекса и Вероники, когда же они вернутся в Штаты. Занятия в "Салем Мэджик Акэдеми" тоже начиналось 1 сентября, а они все еще в Великобритании. Какого же было их удивление, когда старшие Грейстокк, переглянувшись, ответили им:


- Извините, мальчики, давно стоило вам все рассказать, но мы заигрались в сюрпризы, - начал Алекс.


- Мы перевели вас на этот год в Хогвартс. Так вы получите уникальный шанс увидеть все "Мероприятие" от начала до конца. Вы точно не пожалеете! - продолжила Вероника.


- А если вам там понравится, то можно будет остаться насовсем, - прибавил Алекс, отслеживая реакцию парней. Сперва они были ошеломлены, но потом на их лицах расцвели широчайшие улыбки. Парни собрались было бежать, делиться новостью с Гарри и Гермионой, но тут Дейв вспомнил о брате:


- А как же Джон? Он тоже едет в Хогвартс? - спросил он родителей.


- Джонни с вами не едет, - ответила Вероника. - Это его последний год в Салемском университете. Нет смысла его переводить, - поснила она "расстроенному" Дейву.


Последние слова матери вселили в парня надежду, что хотя бы в этом году он свободен от плотной опеки старшего брата. Нет, Дейв любил брата, но он уже сбился со счета, сколько хороших шуток тот похерил. Даже учась в Университете, Джон находил время проконтролировать своего братца-приколиста и его не менее шебутного лучшего друга. И как только близнецы живут с Перси?...


Вспомнив об этом разговоре, Джо широко улыбнулся, и буквально выпрыгнул из постели. Приведя себя в порядок, и одевшись, парни отправились вниз, где в столовой их уже дожидались остальные обитатели Пэверелл-Хаус.


На улице еще со вчерашнего вечера шел сильнейший ливень, поэтому после плотного завтрака вся компания воспользовалась портключом до дома Грейнджеров, где сели в заранее приготовленные автомобили, и отправились в Лондон, на вокзал Кингс-Кросс.


Сидя во взятой напрокат машине, Джо игрался со своей мартышкой, и вспоминал последние две недели лета, прошедшие с памятного финала Чемпионата мира по квиддичу.


Вечером 15 августа над Джозефом провели обряд вступления в Древнейший и Благороднейший Род Блэков. Бывший МакКиннон, помня о словах Драко, и своем ему ответе, все-таки согласился стать Наследником. С отцом у него отношения постепенно налаживались, поэтому он довольно легко принял свой новый статус, даже несмотря на появившиеся обязанности. Впрочем, никто не запрещал относиться к ним халатно, как его отец, в свое время. Единственное, нужно было всегда блюсти интересы рода, и ни в коем случае не позорить его, а остальное не так важно.


На следующий день, как и договаривались, вся Холихэдская компания снова собралась на Исла-де-Негро. И там их ждал сюрприз. Подростки думали, что они снова будут просто отдыхать на пляже, но у Сириуса были другие планы. Он предложил им поиграть в пиратов на коллекционных кораблях. Эта идея сорвала бурные овации.


Как уже упомяналось, в большом гроте под особняком Блэков находилось семь "летучих голландцев". Джо, как капитан, выбрал собственного "Черного Скакуна", и две недели с него не сходил. За это время он преобразился в настоящего морского волка, надев пиратский костюм, некогда принадлежавший отцу.


Целью игры было найти спрятанные сокровища, для чего каждому капитану выдавался кусок карты. Только собрав все ее части можно было найти драгоценный сундук. Но для этого нужно было победить всех остальных.


На пути к победе, соперниками Джо были: Гарри на "Серебрянной лани", Джинни Уизли на "Фурии", Дафна Гринграсс на "Ермунганде", Мэган Джоунс на "Каракатице", Чжоу Чанг на "Черном Лебеде", и Эдвард Холиуэлл на "Мунлайте".


С самого начала игры молодой Блэк понимал, что самым серьезным противником были Гарри и Гермиона. Взять их корабль на абордаж, и отобрать кусок карт представлялось крайне трудной задачей.


Поэтому Джо, у которого в команде были только Дейв, Симус и Дин, решил сперва набрать команду побольше, для чего следовало разбить пару соперников, и предложить их командам присоединиться к нему.


Его первой жертвой была "Каракатица". Джоунс и Шеппард были сильными бойцами, и дали неплохой бой, в отличие от Эрни МакМиллана и Джастина Финч-Флетчли. Команды были примерно равны по силам, но команда "Скакуна" выиграла. В результате боя, Джо вдвое увеличил сври силы, что позволило быстро разбить Дафну Гринграсс. Ее команда, включавшая Асторию, Трейси и Блейза, тоже присоединилась к Блэку.


В итоге у Джозефа на трех кораблях было 12 человек. Но Гарри тоже не сидел на месте. Он захватил "Мунлайт", и к Невилл, Рону и Луне прибавились Эдвард, Энтони и Терри, а также Сьюзан и Ханна. Итого 10 человек.


Чуть позже по сквозным зеркалам прошла удивительная новость. Команда Джинни Уизли взяла на абордаж "Черного Лебедя", предложив Чжоу, Мариетте, и трем гриффиндорским охотницами присоединиться.


Таким образом снова наступил статус кво. Все три большие команды были примерно равны по силе. Команда Джинни была самой взрослой, ведь там были охотницы, близнецы и Ли Джордан. Да и сама младшая Уизли показала себя великолепным бойцом и командиром. Единственным слабым звеном была Мэй Тернер.


Команда Поттера не могла похвастаться сильными бойцами, если не считать самой лохматой парочки, Эдварда, Сьюзан и Невилла. Последний тренировался не меньше Джинни Уизли, и потому неплохо сражался. Его заклинания были просто убойными, так как он всегда вкладывал в заклинания много магии. По запасам магической энергии Лонгботтом мог посоперничать с Гарри и Джо.


У самого бывшего МакКиннона была самая большая команда, и целых три корабля, в отличие от соперников, которые могли похвастаться только двумя. Но он все равно опасался выходить против Гарри один на один. Неизвестно, что можно было ожидать от младшей Уизли. Она вполне могла взять весь куш, напав на ослабевших, после боя, противников.


Поэтому Джо предложил Джинни взаимовыгодный союз. Они вместе разобьют Поттера, и поровну поделят трофеи. С большими сомнениями Уизли согласилась. Ей казалось, что Блэк и Поттер пытаются ее обмануть, желая по-дружески поделить сокровище. А это ни много ни мало а сундук с конфетами и двести галеонов лично капитану. Ей очень хотелось добыть эти деньги, и, главное, утереть нос Грейнджер.


Вопреки ее опасениям, капитан Блэк не обманул. Эскадрой из пяти кораблей они напали на "Лань" и "Мунлайт". Закипел бой. Сперва обменялись заклинаниями с палуб, хоть это и не дало большого эффекта. Единственным в кого попало заклинание был Рон. Он вдруг позеленел, и стал квакать, подобно лягушке, из-за чего и выбыл из сражения, т.к. не мог произнести ни одного заклинания.


А потом был абордаж. Команды "Лани" и "Мунлайт" сражались отчаяно, но численный перевес был слишком большой. В конце на ногах оставались только Невилл и лохматая парочка. Последние серьезно потрепали команды Джо и Джинни, и только всемером получилось поразить их Ступефаями...


После боя Блэк увидел младшую Уизли, стоящей над бесчувственной Гермионой, но на ее лице не было заметно удовлетворения. Ведь она победила Грейнджер не в бою "один на один". Джо отлично ее понимал, ему бы тоже хотелось победить Гарри в честном бою, а не так... по-слизерински.


В этот раз никто не предлагал проигравшим войти в команду. Зачем? Они уже победили! Игра почти закончилась! Собрав карту воедино, два капитана быстро нашли нужный остров, откопали сундук и поделили трофеи.


В качестве джентельменского жеста, Джозеф отдал почти все деньги рыжеволосой в обмен на большинство конфет. Золото ему было без надобности, а вот сладости требовала его команда. Джинни была так польщена, что крепко обняла его и поцеловала в щеку...


С тех пор прошло уже три дня, а молодой Блэк все еще помнил ощущение ее губ на своей коже. Он все чаще ловил себя на том, что подолгу разглядывал младшую Уизли. И не понимал почему! Что такого в этой рыжей, что его взгляд сам по себе на ней задерживался? Что же его цепляет?


Может волосы? Рыжий цвет ему нравился, и даже очень, но дело явно не в нем. Иначе он так же разглядывал бы Сьюзан.


Точно не фигура! Та же Боунс выглядит намного женственней. У нее есть и грудь, и бедра, и классная задница. А Уизли пока еще сущая плоскодонка!


Наверное, все дело в веселом и задорном характере! От ее яркой белозубой улыбки на красивом, слегка веснушатом, лице становилось очень легко и радостно. Не девушка, а маленькое солнышко! Так и излучает хорошее настроение.


Впрочем, она может быть и совсем другой. Например, когда видит Грейнджер. Тогда младшая Уизли будто укутывается тучами, становится хмурой и необщительной. А во время абордажа Джинни выглядела настоящей фурией. Рыжие волосы развеваются на ветру, лицо искажено яростью, но все равно остается довольно привлекательным.


Погруженный в раздумья о младшей Уизли, Джо совсем не заметил как машины доехали до Лондона и остановились неподалеку от вокзала Кингс-Кросс. Выйдя из автомобилей, компания направилась к платформам. В частности, к тем, что были под номерами девять и десять.


Между ними был барьер, скрывавшая вход на платформу 9 3/4. Гарри и Гермиона пошли первыми, показывая своим американским друзьям как попасть на ту сторону. Вокзал в этот день был особенно людным, поэтому парочке пришлось схитрить, чтобы не привлечь внимание маглов. Хорошо еще, что все домашние животные были надежно спрятаны в сундуках-апартаментах. Иначе Букля и Трисмегист обязательно привлекли бы внимание.


Поттер прижал девушку к стене, и стал ее целовать. В какой-то момент они вместе незаметно проскользнули сквозь барьер. Никто из маглов не заметил их исчезновения.


- Чур я тебя целовать не буду! - заявил другу Джо.


Дейв обладал слишком хорошим воображением, поэтому от этих слов его чуть не стошнило. Они вместе облакотились на барьер, будто просто ждут кого-то. Через полминуты они тоже проскользнули на ту сторону.


Сразу за ними прошли взрослые, которые еле сдерживали смех. Четверо подростков недоуменно уставились на них.


- На барьере стоят чары отвлечения внимания, - пояснил им Сириус. - Маглы никогда не замечают как кто-то проходят сквозь него! Но вы показали хорошие навыки конспирации! Так держать, ребята!


Друзья синхронно надулись, сердито смотря на шутников. Но это только еще больше их рассмешило. Смех был так заразителен, что подростки сами не удержались, расхохотавшись над собственной глупостью.


"Хогвартс-Экспресс" -- блестящий алый нипаровоз -- выпускал клубы пара, в которых фигуры на платформе виделись смутными тенями. Их было не так много, так как они приехали примерно на полчаса раньше. Оставив свой уменьшенный багаж в свободном купе, четверка друзей снова вышли из вагона.


- Я буду по вам скучать мальчики! - заявила миссис Грейстокк. Она далеко не впервые расставалась с ними на такой долгий срок. Ведь Салем Мэджик Акэдеми тоже школа-пансион, и ее ученики появляются дома толко на каникулах. Но одно дело школа, которую ты сама закончила, и знаешь ее вдоль и поперек, знакома с учителями и т.д. И совсем другое дело Хогвартс, где, как она уже знала, каждый год происходят разные "мелкие" неприятности.


- Обязательно связывайтесь с нами через зеркала! И ведите себя прилично! - потребовала Вероника, еле сдерживая слезы.


- Хорошо, мам! - согласился Дейв, но мысленно добавил, что будет делать это нечасто. Он очень любил мать, но уж очень ему хотелось побыть полностью самостоятельным. Поэтому парень горячо благодарил небеса и Мерлина за то, что родителям пришло в голову отправить его в Хогвартс, и он будет на целых десять месяцев предоставлен сам себе.


Но тут его ждал большой облом:


- Возможно, что мы увидимся раньше чем ты думаешь, братишка, - заявил Джон. От этих слов глаз Грейстокка-младшего задергался. Нарисованная в его воображении картина себя, беззаботно веселящегося с Джо, Гарри и близнецами, пошла большими трещинами.


- Сириус, Тонкс, приглядите за ними, хорошо? - попросила Вероника Грейстокк, и Дейв почувствовал как его мечта со звоном рассыпается кучей битого стекла. Это был конец всему!


А что творилось в мыслях у Джо! Страшно представить, ведь Сириус его отец. У бывшего МакКиннона планов было не меньше, а то и больше. Причем некоторые имели интимный характер. Мда, облом на обломе, и обломом погоняет. Оба парня синхронно повесили голову, не заметив как улыбнулись все взрослые.


- За моими тоже приглядите, пожалуйста! - попросила миссис Грейнджер, имея в виду Гермиону и Гарри. В ее сердце он окончательно занял место родного сына, которого они с Ричардом всегда хотели иметь.


- Обязательно, Хэлен! - отозвался Бродяга, улыбаясь. - Мы не позволим тебе раньше времени стать бабушкой! - добавила Тонкс, заставив лохматую парочку густо покраснеть...


Время шло. Постепенно платформа стала наполняться людьми. Суетливо разбираясь с багажом, студенты стали заходить в вагоны, и также выходить к родителям, прощаться. Стало очень шумно.


Рядом с обитателями Пэверелл-Хаус часто проходили их друзья и знакомые. Луна и Невилл сели в купе к лохматой парочке и американцам. Сестры Гринграсс прошли в соседнее с ними купе, также как и Трейси, Блейз, Сьюзан, Ханна, Эдвард и Терри. Их родители также оставались их провожать, и быстро затеяли разговор с Сириусом и остальными.


Гарри впервые видел бабушку Невилла и отца Луны. Познакомившись с Августой Лонгботтом все поняли почему ее внук такой затюканый, более властной и требовательной женщины представить было нельзя. Даже Сириус был впечатлен, сказав, что по этим двум параметрам престарелая волшебница обошла даже его мамашу.


А мистер Лавгуд оказался довольно странным человеком. Но его ни в коем случае нельзя было назвать сумасшедшим, как поговаривали. Разве что донельзя эксцентричным, почти как Дамблдор. У него были такие же белые волосы, только кудрявые, из-за чего они сильно напоминали сахарную вату. Глаза Ксенофилиуса слегка косили, и потому его собеседникам казалось, что он смотрит куда-то в пространство, и вовсе не слушает, погруженный в какие-то свои бредовые фантазии.


Наверное, именно последнее очень не нравилось проходящим мимо Малфоям. Они молча прошли мимо, к соседнему входу в вагон, наградив мистера Лавгуда, Грейнджеров и Грейстокков презрительными взглядами. Если бы не родители, Драко обязательно сказал бы какую-нибудь колкость в адрес Джо. С той ужасной ночи после чемпионата, слизеринский принц именно Блэка считал своим главным врагом.


Вопреки всем ожиданиям, Джозефу ничего не было за сломанную челюсть Малфоя-младшего. Либо тот ничего не сказал родителям, либо они просто не хотели обострять итак довольно натянутые отношения. Факт в том, что Нарцисса не подняла этот вопрос во время церемонии принятия Джо в род.


Миссис Малфой пообещала подумать над предложением Сириуса и Андромеды о разводе с Люциусом. Она может и не любила мужа, но за столько лет брака свыклась со своим положением. У нее есть сын... Просто так что-либо менять она не хотела, даже несмотря на то, что получила бы возможность быть с любимым Северусом...


Когда часы показывали 11:40, на платформу выбежали Уизли. Они как всегда опаздывали. Впрочем, в этот раз причина была в том, что отца семейства срочно вызвали на работу, и им пришлось самостоятельно добираться до вокзала, заказав такси. Миссис Уизли совершенно это не умела, и если бы не помощь Билла и Чарли, то они бы ни за что не добрались вовремя.


Заметив друзей, младшие Уизли тут же поспешили к ним. Близнецы пошли искать Ли Джордана и гриффиндорских охотниц, а Рон и Джинни оставили багаж в "купе Гарри".


Пока ее дети занимали места в поезде, миссис Уизли тут же накинулась на Гарри. Она, не замечая крайне хмурого взгляда Хелен Грейнджер, крепко сдавила Поттера в своих медвежьих объятиях, и посетовала, что он не навестил Нору.


Смущеный объятием гриффиндорец отговорился тем, что был на Карибах, и познакомил женщину с Сириусом и остальными. Потом Гарри, чувствуя себя неуютно рядом с матерью Рона, предложил зайти в купе, и говорить через открытое окно. Якобы поезд скоро двинется.


Последний раз обняв родителей, друзья согласились с его предложением. Гарри почувствовал себя намного комфортнее, когда между ним и миссис Уизли оказалась стена вагона, а сам он находился слишком высоко для ее объятий.


-- Я, возможно, увижу вас раньше, чем вы думаете, -- усмехнулся Чарли, заметив облегчение Поттера, легкое недовольство матери, и торжество миссис Грейнджер.

-- Это как же? -- мгновенно навострил уши Фред, который с братом снова вышел из вагона. Их выгнали девушки-охотницы, которые решили переодеться заранее.

-- Увидишь, -- махнул рукой Чарли. -- Только не говори Перси, что я упоминал об этом... как-никак "закрытая информация, пока Министерство не сочтёт нужным обнародовать её"... в конце концов...

-- Да уж, хотел бы я вернуться в Хогвартс в этом году, -- протянул Билл, засунув руки в карманы и с завистью поглядывая на поезд.

-- Почему? -- в нетерпении закричал Джордж.

-- У вас будет интересный год, -- сказал Билл, сверкнув глазами. -- Прямо хоть бери отпуск да поезжай хоть чуть-чуть посмотреть...

-- Посмотреть на что? -- спросил Рон, свешиваясь рядом с Гарри и американцами из окна.

Но в этот момент раздался свисток, и миссис Уизли потребовала, чтобы близнецы вернулись в вагон. Когда они выполнили этот приказ, она посетовала на то, что в этом году никто из ее детей не приедет на Рождество: - ...Думаю, вы все захотите остаться в Хогвартсе... по многим причинам.

-- Ма! -- раздражённо воскликнул Рон. -- Что такое вы все знаете, чего мы не знаем?

-- Полагаю, всё выяснится уже сегодня вечером, -- улыбнулась миссис Грейстокк. -- Это так интересно... И я рада, что они ввели так много изменений... Благодаря им Джон тоже сможет поучаствовать...

-- Какие изменения? -- завопили Дейв, Рон, Фред и Джордж одновременно. - В чем он будет участвовать?

-- Уверена, профессор Дамблдор всё вам объяснит... - заявила Молли Уизли. - Ведите себя хорошо, вы поняли меня? Ты понял, Фред? А ты, Джордж?


Но тут паровозные поршни и шатуны с громким шипением пришли в движение, и поезд неспеша тронулся.

-- Скажите же нам, что такое происходит в Хогвартсе! -- заорал в дверях вагона Фред, когда миссис Уизли, Билл и Чарли начали медленно удаляться от них. Сзади его удерживали Сириус и Тонкс, которым Амелия Боунс приказала на всякий случай патрулировать поезд. -- Какие такие правила они изменили?!

Но взрослые, стоя под зонтами, только улыбались и махали вслед. Они трансгрессировали прежде чем состав повернул за угол...

Дождь струями змеился по оконному стеклу, так что видно ничего не было. Настроение подростков было слегка испорчено скрытностью родителей, поэтому сидели молча. Впрочем, тишина недолго царила в их купе.


Луна Лавгуд достала какой-то журнал, и стала его читать вверх ногами. Дейв долго не вытерпел, и спросил что это такое. Беловолосая студентка Рейвенкло молча передала ему журнал.


- "ЗАДИРА! Журнал для острых умов" - прочитал название Грейстокк. - Издатель - Ксеофилиус Лавгуд. - тут американцы удивились. Им никто не говорил, чем занимается отец Луны. Сам мистер Лавгуд представился зоологом.


Открыв первую страницу, Дейв обнаружил статью про Чемпионат мира, и скандал, разразившийся после него. Прочитав ее, Дэвид не смог сдержать смеха.


- Что там такого смешного? - спросил Джо, с интересом заглядывая к другу через плечо.


- Статья в принципе неплохая, но в конце... - Дейв снова засмеялся. - Извини Луна, но твой отец тот еще конспиролог! Он предположил, что та вакханалия две недели назад случилась по приказу Фаджа. Якобы он использовал это как прикрытие для своей важной встречи с представителем гоблинов. Оказывается, дорогой Корнелиус уже много лет отмывает деньги от взяток, и использует для этого Гринготтс. А подземные банкиры в ответ требуют от него лоббирования своих интересов.


- Не вижу ничего смешного, - сказала Гермиона. - Фадж не производит впечатления кристально честного чиновника. Вполне возможно, что это правда!


- Подожди, я зачитаю вам отрывок! - сказал Дэйв. - "...Но в этот раз Фадж замахнулся на немыслимое - подстроил результаты финального матча с помощью мощного артефакта принуждения. Гоблины получили неплохой навар от выигрыша на независимом тотализаторе..."


Услышав последнее предположение, Джо и Рон не выдержали, и рассмеялись. Но остальные к ним и не думали присоединяться. Джинни не хотела обижать подругу, также как Гермиона, Гарри и Невилл.


- Неужели вы думаете, что это правда? - спросил их Рон, когда отсмеялся. - Это же бред! Невозможно подстроить результаты матча, особенно таким способом!


- Вот именно благодаря зашоренности таких людей как ты, Рональд, наш Министр и умудряется проворачивать свои дела. Ну кто подумает плохого на такого "мелкого придурка в зеленом котелке"! - сказала Луна, а Гарри вспомнился Квиррел - "Б-б-бедный, з-з-заикающийся..." Может, действительно не стоило обманыватся безобидной внешностью британского Министра Магии?


Рон хотел что-то ответить рейвенкловке, но Гермиона его резко остановила:


-- Ш-ш-ш! -- потребовала она тишины, указывая на соседнее купе. Все прислушались и уловили знакомый голос с томно растянутыми интонациями, доносившийся из приоткрытой двери:


-- ...отец на самом деле подумывал отправить меня скорее в Дурмстранг, нежели в Хогвартс, вы понимаете. Он знаком с директором, разумеется. Ну, вам известно его мнение о Дамблдоре -- любителе грязнокровок, а в Дурмстранг эту сволочь на пушечный выстрел не подпускают. Но мама не одобрила идеи отослать меня в школу так далеко. Отец говорит, что в Дурмстранге подход к Тёмным Искусствам куда более разумный, чем в Хогвартсе -- студенты их там действительно изучают, а не занимаются всей этой чепухой по защите, как мы...


Гермиона встала и, на цыпочках подойдя к двери, прикрыла её, отрезав голос Малфоя.

-- Итак, он считает, что ему подошёл бы Дурмстранг, я так поняла? -- гневно спросила она. -- Вот бы и катился туда -- нам бы не пришлось его терпеть.

-- Дурмстранг -- это что, ещё одна волшебная школа? -- поинтересовался Дейв.

-- Ну да, -- хмыкнула Гермиона, -- и репутация у неё кошмарная. Если верить "Обзору Магического образования в Европе", основное внимание там уделяется Тёмным Искусствам.


-- Сдаётся мне, я о ней слышал, -- неуверенно произнёс Рон. -- Где она? В какой стране?

-- Что, никто не знает? -- подняла брови Гермиона. Она быстро переглянулась с Гарри.


-- Э-э-э... а что? -- несколько смутился Дейв.

-- Между всеми магическими школами веками существует традиционное соперничество. Дурмстранг и Шармбатон - это две другие европейские школы - предпочитают скрывать своё местонахождение -- чтобы никто не завладел их секретами, -- сухо объяснила Гермиона.

-- Прекрати! -- засмеялся Рон. -- Этот Дурмстранг должен быть размером с Хогвартс -- как это можно спрятать громадный грязный замок?


- Хогварт спрятан! - ответил Гарри. -- Он заколдован. Если на него посмотрит магл, то всё, что он увидит -- это осыпающиеся руины и знак при въезде: "НЕ ВХОДИТЬ. ОПАСНАЯ ЗОНА!"

-- И Дурмстранг со стороны выглядит просто как развалины? - спросила Джинни.

-- Возможно, -- пожала плечами Гермиона. -- Или на нём маглоотталкивающие чары, как на стадионе, где проходил Чемпионат мира. А чтобы его не обнаружили иностранные волшебники, его делают ненаносимым.

-- Так, пожалуйста, ещё раз, - попросил Рон.

-- Ну, ты же можешь заколдовать здание так, чтобы его не было на карте, верно?

-- Э-э-э... если ты так говоришь... -- согласился рыжий.

-- Мы с Гарри как-то гадали, где же он может находиться, - поведала всем Гермиона. - Единственое, что мы знаем о нем наверняка - там холодно. В их форму входит меховой плащ. Поэтому Дурмстранг должен быть где-то на севере.


- Или высоко в горах! - не согласился Гарри. - Вспомни, там учатся большинство чистокровных волшебников центральной и восточной Европы. И основала школу болгарка - Нерида Вулчанова. Сомневаюсь, что она могла открыть школу так далеко от дома. Скорее всего, Дурмстранг спрятан где-то в Карпатах. Тем более - Транссильвания рядом! Места с большей концентрацией темной магии просто нет!


Гермиона и Гарри долго смотрели друг другу в глаза. Чувствовалось, что это не первый их спор на эту тему. Остальные просто уставились на них, не веря своим глазам и ушам. Поттер и Грейнджер казались идеальной парой, органически не способной на споры между собой.


Впрочем, лохматая парочка недолго соревновалась силой характера.


- Слушай, Рон, а что это за скандал в Министерстве? - спросил Дейв, отвлекая Гарри и Гермиону от их спора. Лохматая парочка тут же отвлеклась послушать ответ Рона.


- Все из-за Риты Скитер, - ответил рыжий. - По крайней мере так говорят отец и Перси. Эта журналистка все это время писала обличительные статьи в "Пророке", обвиняя Министерство во всех грехах. Досталось абсолютно всем! Но больше всего она ругала Барти Крауча и Людо Бэгмена, которые провалили организацию Чемпионата мира.


- Перси рассказывал, что целую неделю отбивался от громовещателей, которые спалили ему весь стол, - продолжила Джинни. - Многие волшебники требуют компенсации за попорченое "хулиганами" имущество.


- Транспортников ругают за некоторые оплошности с портключами, - сказал Рон.


- Скитер и до Блэка докопаться пыталась, по поводу убийства Яксли и Корна. Но так как его нигде не было, то потребовала ответа у мадам Боунс. Та ответила, что Сириус находится в отпуске, лечится после долгого пребывания в Азкабане, и что никакого отношения к убийству этих лиц не имеет. "Мистер Яксли и мистер Корнфут были убиты гражданами Соединенных Штатов, на которых те напали в составе замаскированной под Пожирателей группе" - процитировала Джинни слова директора ДМП.


- А папаш Кребба и Гойла Малфой-таки вызволил! - добавил Рон. - Они уплатили штраф за свою "хулиганскую выходку", и все!


- А как с магловским оружием? - спросил Джо, вспомнив про статью Скитер, что вышла перед их о правлением на Исла-де-Негро. - Его запретили?


- Пока еще нет, - ответил Рон. - У отца потребовали подробный доклад на эту тему. По словам мамы, он и Перси все это время работали на износ. Вохвращались поздно ночью, а уходили рано утром. Папа чувствует себя виноватым за те свои слова перед толпой, на выходе из леса.


- Сегодня его тоже вызвали на работу, несмотря на то, что у него выходной, - грустно сказала Джинни. - Папа собирался проводить нас на поезд, но его неожиданно вызвал мистер Диггори через камин. Якобы на дом Грюма напали...


- На Грюма?! - разом удивились лохматая парочка и американцы. - На Грозного Глаза Грюма? - переспросил на всякий случай Гарри.


- Ну, да. А что такое? - удивленно спросил Рон.


- Просто мы только вчера слышали о нем от Сириуса и Тонкс. Грюм учил их обоих, и моего отца... - ответил Гарри, и задумчиво умолк.


- Нам сказали, что он в этом году будет преподавать нам ЗоТИ... - продолжила Гермиона, но Рон ее перебил:


- ТЫ ШУТИШЬ!? - выпучив глаза спросил он.


- Вовсе нет, Рональд, - ответила Грейнджер. - Его Дамблдор уговорил поработать годик в Хогвартсе. Мы слышали, что за ним сегодня должен был зайти некто по имени Бруствер Кингсли, коллега Сириуса и Тонкс. Они вместе будут охранять замок в этом году. А Грюм будет их начальником.


Рон от этих откровений Гермионы бледнел все сильней и сильней. Он уже почти сравнялся по цвету кожи с Луной, когда Гарри неожиданно спросил:


- А мистер Диггори не сказал, что именно поизошло у дома Грюма? - спросил Гарри.


- Сказал, что кто-то пытался проникнуть к нему в дом, но был остановлен его мусорными баками, - вместо брата ответила Джинни. - Они взорвались, начали гореть и шуметь. Грюм и мистер Кингсли выбежали на грохот, но так никого и не застали. Кто бы не активировал сигнализацию Грозного Глаза, успел трансгрессировать. Папа же должен разобраться с зачарованными мусорными баками.


Гарри еще бльше задумался. Гермиона догадывалась, что он размышляет, может ли этот инцидент быть связанным с Волдемортом. Последнее время, он подозревал почти любое неординарное событие в связи с Реддлом и Петтигрю.


И в данном случае он мог быть прав. Не было никакой тайны, что Грюм будет преподавать в Хогвартсе. Может ли быть, Волдеморт посчитал, что присутствие знаменитого аврора в школе каким-то образом помешает его планам? Определенно, да!


## Глава 2. Первая Всемирная Магическая Универсиада


Какое-то время все молчали. Дейв и Джо смотрели в окно на проносящиеся мимо пейзажи. Дождь все лил, и, казалось, даже не думал останавливаться. Поэтому зрелище было достаточно унылое, но все равно интересное тем, кто впервые ехал в Хогвартс.


Джинни сидела, погруженная в учебник по трансфигурации. Две первые недели учебного года она будет сдавать экзамены за третий курс. Об этом уже договорились Дамблдор и ее родители. По собственному мнению рыжеволосой, она имела все шансы сдать их успешно. Большое спасибо Тонкс за помощь!


Невилл и Луна тоже читали. Лавгуд все также листала журнал отца, и даже нацепила какие-то странные очки. Но временами она заинтересованно поглядывала на книгу в руках у Лонгботтома. Тот в десятый раз читал подарок Гарри на его День Рождения - "Полный курс биологии". Это было обычное учебное пособие для магловских школьников.


Сам Поттер, вместе с Гермионой, все также сидели в глубокой задумчивости, очень жалея, что не умеют читать мысли друг друга. Оба хотели обсудить услышанные новости про Грюма, но не желали делать это при друзьях. Но и притвориться, что хотят поцеловаться в укромном месте, они не желали.


Примерно около полудня в их купе заглянули Симус и Дин. Финниган всё ещё носил свою ирландскую розетку -- её магическая сила заметно ослабела, и хотя она по-прежнему выкрикивала: "Трой! Маллет! Моран!", но уже едва слышно.


Вместе с Роном они затеяли оживленный разговор о квиддиче. В который раз вспоминали прошедший чемпионат мира, и гадали на тему: "Какой клуб в этом году нагнет всех соперников, и займет первое место?"


Рон, как всегда, болел за Пушек Педдл, и был уверен, что уж в этом году им обязательно повезет. А его собеседники сомневались в этом, утверждая, что для этого им потребуется сменить почти весь состав, так как нынешние игроки откровенно слабы.


- Только такой недоумок как ты, Уизли, может болеть за Пушек Педдл! - неожиданно заявил Малфой от дверей купе. За его спиной маячили его дружки-громилы Крэбб и Гойл. Каждый из них за лето, похоже, вымахал не меньше, чем на фут. Очевидно, они слышали разговор -- Дин и Симус оставили дверь полуоткрытой.

-- Что-то не припомню, чтобы мы тебя приглашали, Малфой, -- холодно заметил Джо.

- Забыл у тебя спросить, бастард! - огрызнулся слизеринский принц. Он явно нарывался на драку, чувствуя чебя в безопасности со своими гориллами за спиной.


Впрочем, Джо это не остановило. Он собрался было встать, и снова сломать этому хлыщу морду, но его остановил тяжелый взгляд Гермионы. Она явно не одобряла открытое рукоприкладство в их купе. Пришлось отвечать словами.


-- Чтоб тебе дерьмом подавиться, Малфой! -- сказал Джозеф. - Видимо, у тебя во рту его много. Вон как воняет...! - Блэк демонстративно зажал нос, под смех друзей.


Драко сделался примерно одного цвета с волосами Рона, и собрался было достать палочку. Но ему в подбородок тут же уткнулась палочка Джинни, которая была ближе всех к двери. Она выпустила сноп искр слизеринцу в лицо, принуждая отступить на пару шагов в сторону выхода.

-- Что, собираешься принять участие, Уизли? - обратился Малфой к рыжеволосой девушке. - Хочешь принести немного славы родовому имени? Что ж... там и деньги прилагаются, как известно... Сможешь позволить себе приличную мантию, если победишь...

-- Ты это о чём? -- прошипела Джинни, моментально вспыхнув.

-- Ты собираешься принять участие? -- повторил Малфой. -- А, полагаю, этого хочет Поттер? Уж ты-то никогда не упустишь шанса покрасоваться, верно?

-- Или объясни, о чём речь, или убирайся прочь, Малфой, -- с раздражением сказала Гермиона, глядя в него в упор.

Радостная улыбка пробежала по бледному лицу Малфоя.

-- Только не говорите мне, что вы не знаете! -- с восторгом воскликнул он. -- У вас же, Уизли, отец и брат в Министерстве, и вы даже не слышали? Господи боже, да мой отец всё рассказал мне сто лет назад!.. Он узнал от Корнелиуса Фаджа. Впрочем, отец всегда общается с высшими чинами Министерства... возможно, ваш отец занимает слишком незначительную должность, чтобы его посвящали в подобные вещи, Уизли... да... скорее всего, они просто не обсуждают серьёзных дел в его присутствии...

Ещё раз захохотав, Малфой кивнул Крэббу и Гойлу и вся троица скрылась.

Рон вскочил и захлопнул за ними дверь купе с такой яростью, что стекло разлетелось вдребезги.

-- Рон! -- укоризненно покачала головой Гермиона. Она вынула волшебную палочку, прошептала: "Репаро!" -- и осколки, слетевшись вместе, вновь встали в двери целым стеклом.

-- Ладно... Делает вид, будто знает всё на свете, а мы -- олухи, -- со злостью проворчал Рон, -- Отец общается с высшими чинами... да, Па может получить повышение в любое время... ему просто нравится работать там, где он работает...

-- Разумеется, он может, -- спокойно сказала Гермиона. -- Не позволяй Малфою достать тебя, Рон.

-- Это он-то! Достанет меня! Как же, сейчас! -- Рон взял один из оставшихся домашних кексов и сплющил его в лепёшку.

Рон пребывал в скверном расположении духа до самого конца пути. Так же как и Джинни. Девушка была возмущена словами Малфоя по поводу своего гардреоба. Она пообещала себе, что сменит его в первую же поездку в Хогсмид, или закажет все у матери. Деньги у нее, благодаря игре в пиратов, были, поэтому проблемы с этим не было.


Когда до Хогсмида оставалось примерно полчаса пути, девушки выгнали парней, чтобы переодеться в школьные мантии. А потом сами вышли, позволив им сделать то же самое. В коридоре поезда собралось много народу. Весь оставшийся путь девушки провели общаясь с подругами из соседних купе.


Перед самой остановкой в их вагон зашли Сириус и Тонкс. Они поинтересовались как прошла поездка, и поведали, что большую часть времени провели с близнецами, рассказывая анекдоты, и играя в карты, лишь изредка прерываясь на патрулирование совместно со старостами.


Про Малфоя никто им не рассказал. Но Джо совершил еще одну попытку распросить отца про спортивное мероприятие в Хогвартсе. Тот ничего не рассказал, отговариваясь тем, что они все равно все узнают в ближайшие пару часов. Джозеф немного обиделся на отца, и присоединился к хмурому Уизли.


Лишь только двери "Хогвартс-экспресса" отворились, в небе грянул гром. Выходя из вагона, Гарри укрыл Гермиону собственной мантией, спасая от ветра. Он был так силен, что ни о каком зонте и думать не стоило.


Девушка, благодарно поцеловав своего парня, и заколдовала их одежду на непромокаемость, что было очень кстати. Ливень был так силён, что они склонили головы и зажмурились -- струи стояли стеной и били с таким неистовством, будто над головами кто-то непрерывно опрокидывал бессчётное количество вёдер с ледяной водой.

-- Эгей, Хагрид! -- закричал Гарри, завидев гигантский силуэт в дальнем конце платформы.

-- Ты как, в порядке, Гарри? -- прогудел Хагрид в ответ, приветственно махая. -- Увидимся... ну... на банкете... если мы не того, не потонем!

По традиции Хагрид переправлял первогодков в замок по воде -- через озеро.

-- О-о-о, и думать не хочу, каково это -- пересекать озеро в такую погоду, -- поёживаясь, произнесла Гермиона, когда они вместе с остальными брели вдоль тёмной платформы. Возле станции их поджидала сотня карет без лошадей; Гарри, Гермиона, Джо и Дейв с превеликим удовольствием забрались в одну из них. Дверь с треском захлопнулась, и несколькими минутами позже длинная вереница карет, грохоча и разбрызгивая грязь, покатила по дороге к замку Хогвартс.


Примерно после получаса тряски по ухабам, рискованно кренясь под резкими порывами ветра, кареты миновали ворота со статуями крылатых вепрей по бокам и заскрипели по длинной дороге к вершине холма.


В окно Дейв видел всё ближе и ближе надвигающийся величественный замок, множество его освещённых окон расплывались и мерцали за плотной завесой дождя. Когда их карета остановилась перед громадными парадными дверями резного дуба наверху каменной лестницы, небо снова перечеркнула вспышка молнии, будто отмечая их путь.


Те, кто оказались впереди, уже торопились забежать в замок. Гарри, Гермиона, Джо и Дейв спрыгнули на землю и тоже помчались по ступеням, переведя дух лишь под сводами освещённого факелами холла с его величественной мраморной лестницей. Сразу за ними бежали оба Уизли, Луна и Невилл.

-- Вот это да! -- Рон потряс мокрой головой -- вода лила с него в три ручья. -- Если это продлится, того и гляди озеро выйдет из берегов. Я вымок. А, чёрт!

Тяжёлый, красный, полный воды шар упал с потолка прямо на голову Рону и лопнул. Промокший и бессвязно ругающийся Рон шарахнулся в сторону, толкнув в бок Гарри, и тут как раз упала вторая водяная бомба. Она едва не зацепила Гермиону, и взорвалась у ног Поттера, подняв волну холодной воды, которая разбилась об заклинание Импервиус.


Все, кто стоял вокруг, с криками принялись расталкивать друг друга, стремясь убраться из-под обстрела. Гарри поднял голову и увидел парившего футах в двадцати над ними полтергейста Пивза -- маленького человечка в шляпе колокольчиком и оранжевом галстуке-бабочке. Его широкая злобная физиономия была искажена от напряжения -- он снова прицеливался.

-- ПИВЗ! -- загремел сердитый голос. -- Пивз, ну-ка спускайся сюда немедленно!

Профессор МакГонагалл, заместитель директора и декан гриффиндорского факультета, стремительно вышла в холл из Большого зала; она поскользнулась на залитом водой полу и была вынуждена ухватиться за Гермиону, чтобы не упасть.

-- О, большое спасибо, мисс Грэйнджер...

-- Не за что, профессор, -- ответила девушка, которая аккуратно поддерживала свою наставницу за плечи.


-- Пивз, спускайся сюда сейчас же! -- рявкнула профессор МакГонагалл, поправляя свою островерхую шляпу и свирепо глядя вверх сквозь очки в квадратной оправе.

-- Ничего не делаю! -- прокудахтал Пивз, запустив следующей бомбой в группу пятикурсниц, которые с визгом бросились в Большой зал. -- Они всё равно уже мокрые, ведь так? Небольшая поливка! -- И он пульнул очередным снарядом в компанию только что вошедших второкурсников.

-- Я позову директора! -- пригрозила профессор МакГонагалл. -- Предупреждаю тебя, Пивз!

Полтергейст высунул язык, швырнул, не глядя, последнюю гранату и унёсся прочь вверх по лестнице, кудахча как сумасшедший.

-- Ну, пойдёмте! -- строго обратилась к забрызганным грязью студентам профессор МакГонагалл. -- В Большой зал, побыстрее! - поторопила она, и обратила внимание на Джо и Дейва, которых она впервые видела. - А вы должно быть мистер Блэк и мистер Грейстокк, не так ли? - оба парня кивнули. - Следуйте за мной, вас ждет распределение.

Американцы, выглядя несколько обреченно, поплелись за МакГонагалл, а лохматая парочка с друзьями, оскальзываясь, побрели через холл и дальше, направо, в двойные двери. Все они гадали, чем для Дейва и Джо закончится распределение. Никто как-то не подумал об этом, по умолчанию считая этих продолжателей дела Мародеров гриффиндорцами.

Большой зал был, как всегда, великолепен и подготовлен для традиционного банкета по случаю начала семестра. Золотые кубки и тарелки мерцали в свете тысяч свечей, плавающих в воздухе над приборами. За четырьмя длинными столами факультетов расселись студенты, оживлённо переговариваясь; на возвышении, по одну сторону пятого стола, лицом к ученикам, сидели преподаватели.


Здесь, в зале, было гораздо теплее. Гарри, Гермиона, Рон, Джинни и Невилл, проводив Луну до стола Рейвенкло, уселись вместе с остальными за гриффиндорский стол рядом с Почти Безголовым Ником. Последний, как всегда жемчужно-белый и полупрозрачный, сегодня вечером был одет в свой обычный камзол, но зато с необъятных размеров плоёным воротником, служившим одновременно и праздничным украшением, и гарантией того, что его голова не станет уж слишком шататься на не до конца перерубленной шее.

-- Добрый вечер, -- улыбнулся он друзьям.

-- Кто это сказал? -- проворчал Рон, стаскивая с себя кроссовки и выжимая их. -- Надеюсь, они не будут слишком тянуть с распределением, не то я умру с голода.


Услышав эту реплику, его друзья обреченно вздохнули. ЖРУЩИЙ Рон - не самое приятное зрелище, но все уже потихоньку привыкли.

Распределение первокурсников по факультетам проводилось в начале каждого учебного года, но, по странному стечению обстоятельств, Гарри не присутствовал ни на одном, кроме своего собственного, так что ему хотелось взглянуть на церемонию.

Тут за столом раздался слабый и дрожащий от волнения голос:

-- Эгей, Гарри!

Это был Колин Криви, третьекурсник, для которого Гарри был чем-то вроде героя.

-- Привет, Колин, -- настороженно отозвался Гарри. Этот восторженный почитатель всегда доставлял ему немало хлопот. А с недавних пор и Гермионе, как девушке героя. Весь прошлый семестр, с того самого финального матча между Гриффиндором и Слизерином, когда лохматая парочка публично "заявила" о своих отношениях, Криви как с цепи сорвался. Хуже любого папарацци!


-- Гарри, ты себе не представляешь! Нет, Гарри, ты только угадай! Поступает мой брат! Мой брат Дэннис! - как метла с моторчиком тарахтел Колин.

-- Э-э-э... ну... это хорошо, -- пробормотал Гарри, вовсе не думая таким образом.


Если еще и младший Криви будет ходить за ним хвостиком с камерой, то станет совсем не вмоготу. "Может невербально уничтожать их камеры?" - подумал Поттер, вспоминая свои с Гермионой уроки на острове. На самом деле это не так сложно. Как и в любой магии, все что нужно было волшебнику - это его желание и вера в собственные силы.

-- Он так волнуется! -- Колин едва не подпрыгивал на месте. -- Надеюсь, он попадёт в Гриффиндор! Скрести пальцы на счастье, а, Гарри?

-- М-м-м... хорошо, ладно, -- согласился Гарри, мысленно надеясь, что Криви-младший угодит на Хаффлпафф. Несмотря на наглядный пример в виде семьи Уизли, которые все учились на Гриффиндоре, Поттер знал, что родственники не всегда оказываются на одном факультете. Пример тому, как известно, близняшки Патил.


Гарри посмотрел на преподавательский стол. Кажется, там было намного больше пустых мест, чем обычно. Хагрид, ясное дело, вместе с первокурсниками сейчас боролся со штормом на пути через озеро; профессор МакГонагалл, по всей вероятности, руководила уборкой в холле. А Дамблдор наверняка сейчас говорил с Тонкс и Сириусом. Наверняка и Грюм тоже там, на что указывало пустое кресло профессора ЗоТИ.


Не успел Гарри это подумать, как из двери, находящейся сбоку от преподавательского стола, показались Дамблдор, Сириус, Тонкс, какой-то чернокожий аврор, и звероватого вида старик.


Последний привлек больше всего внимания. Гермиона охнула, и было от чего.


Свет висящего поблизости факела резко высветил черты лица пришельца. Таких лиц Гарри ещё не доводилось видеть. Оно словно было вырезано из изъеденного ветрами дерева скульптором, имевшим довольно смутное представление о том, как должно выглядеть человеческое лицо, и вдобавок скверно владевшего резцом. Каждый дюйм кожи был испещрён рубцами, рот выглядел просто как косой разрез, а изрядная часть носа отсутствовала. Но самая жуть была в глазах. Один был маленьким, тёмным и блестящим. Другой -- большой, круглый как монета и ярко-голубой.

Этот голубой глаз непрестанно двигался, не моргая, вращаясь вверх, вниз, из стороны в сторону, совершенно независимо от первого, нормального глаза -- а кроме того, он временами полностью разворачивался, заглядывая куда-то внутрь головы, так что снаружи были видны лишь белки.


Он сел за стол рядом между Тонкс и Сириусом, тогда как чернокожий аврор отделил их от Снейпа. Последний, кстати, был совершенно не рад такому соседству. Подобно ворону на поле боя, он медленно обозревал собравшихся студентов. Взгляд его споткнулся лишь на Гарри, с которым зельевар обменялся презрительными взглядами.


Благодаря занятиям окклюменцией, что проводила для него Гермиона, гриффиндорец смог ощутить, как сальноволосый ублюдок проник в его мысли. Не умея ему препятствовать, Поттеру оставалось лишь намеренно материть зельевара, с расчетом на то, что он это увидит в его голове.


Увидев как желтое лицо Снейпа посерело от злости, парень удовлетворенно улыбнулся, и обратил внимание на Дамблдора. Его длинные серебряные волосы и борода блестели в свете огней, а роскошная тёмно-зелёная мантия была расшита звёздами и полумесяцами. Соединив концы длинных тонких пальцев и положив на них подбородок, словно уйдя мыслями куда-то очень далеко, он устремил взгляд в потолок, глядя сквозь свои очки-половинки.


"Наверняка директор сейчас тоже думает об этом странном нападении на Грюма", - подумал Гарри.


Поттер тоже поднял глаза к потолку. Тот, благодаря колдовству, отображал всё то, что в самом деле происходило в небе, и никогда ещё Гарри не видел его таким хмурым. Там клубились чёрные и фиолетовые тучи, и вместе с ударами грома снаружи по потолку огненно ветвились молнии.

-- Ох, да когда же? -- простонал Рон. -- Я готов съесть гиппогрифа.

Не успели эти слова слететь с его уст, как двери Большого зала отворились и воцарилась тишина. Профессор МакГонагалл провела длинную цепочку первогодков на возвышенную часть зала. Рон, Джинни и Невилл хоть и промокли, казались совершенно сухими по сравнению с первокурсниками -- можно было подумать, что они не ехали в лодке, а добирались вплавь.


Все ёжились и от холода, и от волнения, выстроившись шеренгой вдоль преподавательского стола лицом к остальной школе -- все, кроме самого маленького мальчика, закутанного в огромное кротовое пальто Хагрида. Пальто было ему настолько велико, что казалось, он выглядывает из чёрного мехового шатра. Его острое личико, высунувшееся из воротника, было болезненно-взволнованным. Встав в ряд со своими отчаянно нервничающими товарищами, он поймал взгляд Колина Криви, выставил два больших пальца и свистящим шёпотом произнёс: "Я упал в озеро!" Он явно этим гордился.


За малышами шли Джо и Дейв, привлекая к себе взгляды остальных учеников. Оба явно волновались, и смущались от такого внимания, но старались не подавать вида. Вся Холихэдская компания приветливо им улыбалась, и показывала поднятые вверх большие пальцы, стараясь таким образом немного их приободрить.

Профессор МакГонагалл выставила перед первокурсниками трёхногую табуретку и водрузила на неё необычайно старую, грязную, заплатанную Волшебную шляпу. К ней были прикованы взгляды всего зала. В наступившем молчании у самых её полей открылась широкая щель наподобие рта, и Шляпа запела.

Песня ее явно отличалась, от той, что была на первом курсе Гарри. Впрочем, он уже знал, что шляпа каждый год придумывает новую. В этот раз она спела про историю основания Хогвартса, и то как была создана она сама. Оказывается, она некогда принадлежала Годрику Гриффиндору, и была оживлена магией всех четырех Основателей.


Вопреки ожиданиям, когда песня шляпы закончилась, МакГонагалл не стала сразу открывать свой свиток с именами первокурсников:


- Прежде чем мы начнем наше обычное распределение, нам нужно определить, в какой факультет направить вот этих двух молодых людей, - сказала заместитель директора, указав на Джо и Дэйва. - Они перевелись к нам из американской академии магии в городе Салем. Надеюсь, вы радушно встретите своих новых товарищей! - закончив представление, МакГонагалл назвала первое имя:


- Блэк, Джозеф! - услышав его фамилию, многие студенты в зале громко зашептались, совсем как тогда, три года назад, когда точно так же следили за распределением Гарри Поттера.


После пары минут раздумий шляпа громко проорала на весь зал: - ГРИФФФИННДОООРР!


Стол красных тут же взорвался аплодисментами. Джо, радостный как человек, выигравший в лотерею, быстро уселся на скамейку рядом с Гарри, терпя похлопывания по плечу. Посмотрев на преподавательский стол, он встретился взглядом с не менее радостным Сириусом. Отец явно им гордился...


- Дэвид Грейстокк!


Так же как и с Блэком, шляпа долго раздумывала, но и его тоже отправила за красный стол, под дружные апплодисменты всего факультета. Он уселся рядом с Джо, и тут же повернул голову обратно к шляпе. Пора было распределять первокурсников.


Впрочем, в этом не было ничего интересного. Мальчики и девочки, с большим или меньшим страхом на лицах, один за другим подходили к трёхногой табуретке. Иногда шляпа сразу говорила свой вердикт, а в других случаях ей приходилось повозиться.


К несчастью для лохматой парочки, Дэнис Криви все-таки попал на Гриффиндор. Услышав, как Колин показывает брату "Самого Гарри Поттера!", они распрощались с надеждой, что младший Криви не разделяет его интересов.


Распределение закончилось на "Уитби, Кэвин", и Рон тут же схватился за вилку, ожидая появления еды в тарелке. Он уже неоднократно ныл, что их слишком долго заставляют ждать.


Поднялся профессор Дамблдор. Он улыбнулся всем студентам, приветственно раскинув руки.

-- Скажу вам только одно, -- произнёс он, и его звучный голос эхом прокатился по всему залу. -- Ешьте.

-- Верно, верно! -- с неподдельным чувством закричал Рон, и в это время стоявшее перед ним золотое блюдо волшебным образом наполнились.

Почти Безголовый Ник со скорбным видом наблюдал, как гриффиндорцы нагружают свои тарелки.

-- А-а-а, от эфо лушше, -- пробормотал Рон со ртом, набитым картофельным пюре. Сидящая напротив него Джинни поморщилась, но аппетит на потеряла, привыкла уже за долгие годы жизни с ним под одной крышей.

-- Вам повезло, что банкет поздно вечером, знаете ли, -- продолжил беседу Почти Безголовый Ник. -- Тут немного раньше на кухне были неприятности.

-- Пошшему? Чшо слушшилось? -- поинтересовался Джо сквозь изрядный ломоть бифштекса.

-- Разумеется, дело в Пивзе. -- Ник сокрушённо покачал головой, и та опасно заколебалась. Он осторожно передвинул воротник чуть повыше. -- Обычная склока, легко можно представить. Пивз выразил желание присутствовать на банкете -- тут всё ясно, вы его прекрасно знаете -- совершеннейший дикарь, не может смотреть на тарелку с едой без того, чтобы не швырнуть ею куда-нибудь. Мы собрали Совет призраков -- Толстый Монах был за то, чтобы предоставить ему шанс -- хотя, на мой взгляд, куда более мудрой была позиция Кровавого Барона -- тот решительно воспротивился.

-- Мы так и поняли, что Пивз чего-то переел, -- мрачно отозвался Рон. -- И что же он натворил на кухне?

-- О, всё как обычно, -- пожал плечами Почти Безголовый Ник. -- Учинил разгром и скандал. Повсюду раскиданы горшки и кастрюли. Всё плавает в супе. Домашние эльфы чуть с ума от страха не посходили.

Блямс! Гермиона опрокинула свой золотой кубок, тыквенный сок разлился по скатерти, сделав несколько футов белого льняного полотна жёлтым, но Гермиона даже не обратила внимания.

-- Здесь есть домашние эльфы? -- Она ошеломлённо уставилась на Ника. -- Здесь, в Хогвартсе?

-- Разумеется. -- Почти Безголовый Ник был порядком удивлён её реакцией. -- Одна из самых больших общин в Британии -- около сотни.

-- Но я никогда ни одного не видела! -- поразилась Гермиона.

-- Вероятно, потому, что днём они почти не покидают кухни, -- ответил Ник -- Они выходят только ночью, для уборки... присмотреть за факелами, то да сё... Я хочу сказать, вы и не должны их видеть... Это ведь и есть признак хорошего домашнего эльфа -- что вы его не замечаете, не так ли?

Гермиона вперила в него негодующий взгляд:

-- Но им платят? У них есть выходные? А отпуска по болезни, пенсии и всё такое?

Почти Безголовый Ник фыркнул с таким изумлением, что его воротник соскользнул и голова свалилась, повиснув на том дюйме призрачной кожи, что всё ещё удерживал её на шее.

-- Отпуска и пенсии? -- переспросил он, водружая голову обратно на плечи и ещё раз подпирая её воротником. -- Но домовики вовсе не желают получать отпуска и пенсии!

Гермиона посмотрела на свою тарелку с едой, к которой едва успела притронуться, и отодвинула её от себя, положив нож и вилку.

-- О-м-м, фы фаешь, Эммиона, -- Рон, по-прежнему с набитым ртом, окатил Гарри брызгами йоркширского пудинга. -- О-о, ишвини, Арри. -- Он сделал могучее глотательное движение. -- Гермиона, ты не предоставишь им отпусков, если уморишь себя голодом!

-- Рабский труд. -- Гермиона буквально задохнулась от гнева. -- Вот что создало этот ужин -- рабский труд.

И она больше не взяла в рот ни кусочка, даже несмотря на все уговоры Гарри. Из чувства солидарности к любимой, ему тоже пришлось оставить свою недоеденную порцию пюре и курицы, хотя никто его об этом не просил.

Дождь по-прежнему с силой барабанил в высокие тёмные окна. От очередного удара грома задребезжали стёкла и на грозовом потолке полыхнула вспышка, озарившая золотые тарелки, исчезнувшие на мгновенье с остатками первых блюд и немедленно вернувшиеся с пирогами.

-- Пирог с патокой, Гермиона! Гарри! -- Рон специально помахал над блюдом так, чтобы соблазнительный запах достиг ноздрей лохматой парочки. -- А вот, смотри-ка, пудинг с изюмом! Шоколадное печенье!

Но ответный взгляд Гермионы до того напомнил ему профессора МакГонагалл, что Рон умолк.


Когда были уничтожены и пироги, а со вновь заблестевших тарелок пропали последние крошки, Альбус Дамблдор снова поднялся со своего места. Гудение разговоров, наполнявшее Большой зал, сразу же прекратилось, так что стало слышно лишь завывание ветра и стук дождя.

-- Итак, -- заговорил, улыбаясь Дамблдор. -- Теперь, когда мы все наелись и напились, я должен ещё раз попросить вашего внимания, чтобы сделать несколько объявлений.


Во-первых, позвольте представить вам нашего нового преподавателя Защиты от


Темных Искусств - профессора Аластора "Грозного глаза" Грюма. Многие из вас помнят его имя, и знают, что в прошлом он был героем войны с Гриндельвальдом, и самым эффективным аврором за всю историю.


Ему будут помогать три его ученика-аврора: мистер Сириус Блэк, мистер Бруствер Кингсли и мисс Нимфадора Блэк-Тонкс. Они иногда будут ассистировать профессору Грюму, но их наиглавнейшей задачей будет охрана школы на время одного мероприятия, которое будет проходить в ее стенах в этом году. Но об этом потом.


По залу тут же пошли шепотки. Слизеринцы откровенно боялись нового учителя ЗоТИ, но остальные факультеты отнеслись с энтузиазмом к перспективе поучиться у живой легенды. Единственное, их пугала сама внешность Грюма, и его слава сумасшедшего.


Кроме того, многие нашли забавным, что в прошлом году школу защищали от Блэка, а теперь он сам будет ее охранять. Помимо этого, некоторые старшекурсники помнили Тонкс, как бывшую старосту Хаффлпаффцев, а позже и старосту школы. А теперь оказывается, что она носит фамилию Блэк. Тут же нашлись те, кто предположили, что она вышла за Сириуса замуж. Также возникли вопросы по поводу Джо. Судя по внешности, он явно сын мистера Блэка. Но как тогда он относится к "мачехе"?


Дамблдор, между тем, продолжил:


- Мистер Филч, наш завхоз, просил меня поставить вас в известность, что список предметов, запрещённых в стенах замка, в этом году расширен и теперь включает в себя Визжащие игрушки йо-йо, Клыкастые фрисби и Безостановочно-расшибальные бумеранги. Полный список состоит из четырёхсот тридцати семи пунктов, и с ним можно ознакомиться в кабинете мистера Филча, если, конечно, кто-то пожелает.

Гарри заметил, как директор едва заметно усмехнулся в усы. Он явно сомневался, что найдется хоть один студент, что захочет взглянуть на этот список. Впрочем, Перси же не один такой в мире!

-- Как и всегда, мне хотелось бы напомнить, что Запретный лес является для студентов запретной территорией, равно как и деревня Хогсмид -- её не разрешается посещать тем, кто младше третьего курса.

Также, я обязан сообщить вам, что график межфакультетских соревнований по квиддичу существенно изменился в этом году. Нам придется провести все матчи за один единственный октябрь!


-- Что? -- ахнул Гарри. Он оглянулся на Фреда и Джорджа, своих товарищей по команде. Те беззвучно разинули рты, уставившись на Дамблдора и, похоже, онемев от шока.

-- Это связано с событиями, которые должны начаться в конце октября и продолжиться весь учебный год -- они потребуют от преподавателей всего их времени и энергии, но уверен, что вам это доставит истинное наслаждение. С большим удовольствием объявляю, что в этом году в Хогвартсе будет состояться Первая Всемирная Магическая Универсиада!


Зал разом затих в недоумении. Даже маглорожденные не все понимали что означает последнее слово. Это понял и Дамблдор, потому он беспрепятственно продолжил, больше не вынужденный перекрикивать гудящий до того зал.


- Ранее вы могли слышать о таком старом состязании как Турнир Трех Волшебников. Изначально, в Хогвартсе планировали проводить именно его. Но, учитывая то, что наш мир серьезно изменился со времен последнего Турнира, было решено значительно расширить данное состязание. Слово "Универсиада" же означает, что соревноваться будут все магические школы, предоставляющие своим студентам высшее образование.


Всего их 12. Это: Хогвартс, Шармбатон, Дурмстранг, Колдостворец, Салемский университет, Неблина, Уагаду, Мохоутокоро, Университет острова Мако, Моугхар Суффи, а также сборные делегации из школ Индии и Китая. Представители вышеназванных учебных заведений прибудут 28 октября, и весь год будут гостить у нас.


Вы получите прекрасную возможность беспрепятственно общаться с магической молодежью из различных стран мира. Именно для того и задумывалась Универсиада.


Как и в случае с Турниром Трех Волшебников, призом за победу в соревновани будут вечная слава и три тысячи галеонов. Но участвовать могут лишь те, кто по возрасту достиг 17 лет. Все остальные могут быть лишь зрителями...


Большой зал мгновенно взорвался возмущенными воплями. Установленные возрастные ограничения никому не понравились. Вечная слава и куча золота манили большинство старшекурсников, и многих студентов помладше, таких как Рон, Джо и Дейв. Но Дамблдор и не думал останавливать своих студентов, давая им выплеснуть свои эмоции. Только через пять минут директор воспользовался Сонорусом, и крикнул: "ТИХО!!!" Студенты мгновенно подавились криком, и стали дальше слушать старого волшебника.


- Ограничения по возрасту наложены не просто так. Нужно помнить, что это все-таки соревнования между ВЫСШИМИ школами, и студентами, которые собираются в ближайшем времени сдать свои ЖАБА, или его аналоги. Кроме того, напомню, что Турнир Трех Волшебников перестал проводиться из-за того, что число жертв сталотслишком велико. Организаторы нового соревнования, конечно же попытались значительно снизить опасность планируемых заданий, сделав их нелетальными. Но я все же надеюсь, что все, желающие участвовать, трижды подумают, прежде чем подать свою заявку беспристрастному судье, который и определит Чемпионов школ. Помните, вы Можете погибнуть!


Несмотря на то, что директор специально акцентировал внимание своих учеников на вероятности смертельного исхода, на это мало кто обратил внимания. Даже Гарри больше интересовался подробностями соревнования, чем предупреждением о возможных жертвах. Одна только Гермиона беспокоилась за двоих, и предчувствовала большую беду. И наверняка она свалится на голову ее парня!


## Глава 3. Разговоры в библиотеке


Устало вздохнув, Гермиона закрыла глаза и откинулась на спинку библиотечного кресла. Напротив нее кто-то отчетливо хмыкнул. Девушка тут же открыла глаза.


- Гарри! - чуть не крикнула девушка, удивленно уставившись на собственного парня, который смотрел на нее, положив голову на руку. - Ты давно здесь сидишь? - спросила она, глядя на его слегка насмешливую улыбку.


Вместо ответа он встал и подошел к ней. Трансфигурировав ее кресло в двухместный диванчик, Поттер присел рядом, поцеловал, и ответил: - Не особо. Ты была так сосредоточена на работе, и не замечала меня. Поэтому я решил посидеть тихо, и полюбоваться. Тебе когда-нибудь говорили, что ты очень мило грызешь карандаш?


Гермиона слегка порозовела. В начальной школе одноклассники часто обзывали ее бобрихой именно из-за этой вредной привычки. Девушка надеялась, что избавилась от нее, но видимо, стоило ей привезти в Хогвартс магловские писчие принадлежности, как все вернулось на круги своя.


Но девушке было приятно, что Гарри это нравится. Еще раз его поцеловав, она положила голову к нему на плечо, и спросила: - Как ваша тренировка? Когда будете готовы к матчу?


- Честно? Не знаю! - ответил Гарри. - Мы вроде бы все лето тренировались с Гарпиями, но уход Оливера все равно сказывается, - Поттер ненадолго замолчал, собираясь с мыслями. - Дело в Роне. Он неожиданно потерял уверенность в собственный талант голкипера.


- Но как же так? - удивилась Гермиона. - Он же так хорошо показал себя на отборочных. Не пропустил ни одного гола! Анджелина была в восторге!


- Мы все были впечатлены, - согласился Поттер. - Ты же знаешь какой Рон мнительный. Наслушался сегодня Хорька, и растерял всю уверенность. Сегодня он не поймал ни одного мяча. И это за десять дней до матча! Анджелина уже боится, что мы проиграем Хаффлпаффу по очкам. Ихние охотники тоже неплохо играют, хоть и явно уступают нашей великолепной тройке.


Услышав как ее парень назвал Малфоя, Гермиона широко улыбнулась. Случай, из-за которого Драко обзавелся этим прозвищем, произошел буквально вчера. Первый день занятий вся школа обсуждала Универсиаду. Кто-то мечтал поучаствовать, и ругал организаторов за правило, по которому сделать это могли только совершеннолетние.


Среди когорты недовольных был и Малфой. В холле перед Большим залом он громко возмущался, и обещал всем, что его отец добьется отмены этого "дурацкого" правила маразматика Дамблдора. А уж когда он выиграет...


Устав слушать бред Драко, Джо попытался его заткнуть. С помощью трансфигурации он наколдовал хвастунишке белоснежные заячьи ушки. Студенты дружно взорвались смехом, и громче всех хохотал Блэк. Наверное из-за этого Малфой тут же догадался кто виновник его публичного унижения.


Пытаясь унизить ненавистного ему бастарда, Драко зачитал очередную статью Риты Скитер. Она была про Грюма и Сириуса:


"...нанял двух признанных маньяков, которые теперь будут учить детей Защите от Темных Искусств. Дамблдор, очевидно, окончательно впал в старческий маразм, и... Можно только представить как присутствие Блэка отразится на моральном облике наших детей. Ведь, как известно, еще в школе он показал себя полностью аморальным мерзавцем, задирая одноклассников, и соблазняя всех девушек, не взирая на возраст. Так Элайза Брукс, будучи первокурсницей, была бессовестно расстлена семикурсником Блэком, что полностью сломало ее дальнейшую судьбу. После окончания школы, из-за разрушенной репутации, ей пришлось устроиться проституткой в Лютном переулке. На вопрос о том, как она относится к мистеру Блэку, мисс Брукс ответила: " Мне очень жаль, что этот кобель был выпущен из Азкабана! Там ему самое место!"... Теперь же, зная что Блэк находится в школе, где учатся наши дочери, можно ли быть уверенными в их безопасности?..."


После прочтения статьи, Драко начал накалять обстановку, сказав Джо, что был слишком мягок с ним. Он ошибочно называл его бастардом, а он, оказывается, самый настоящий "сукин сын", ведь только сука может родить от "Кобеля".


Не успел никто опомниться, как Блэк врезал слизеринцу по "солнышку", и разбил ему коленом нос. Если бы не Гарри и Дейв, то Джо наверняка убил бы Малфоя, причем голыми руками. Его аж трясло от бешенства. Парни еле оттащили друга от кровоточащего носом Драко.


- Еще раз скажешь что-нибудь в адрес моей матери, Малфой, и я обещаю, разбитым носом ты не обойдешься. На части порву! - орал молодой Блэк. - Ты слышал, говнюк?


- Джо пошли уже! Он того не стоит! - убеждал в это время Дейв. Джо постепенно поддался уговорам друзей, и повернулся к слизеринцу спиной. И тот не замедлил этим воспользоваться - достав палочку, он несмотря на плохую дикцию, из-за сломанного носа, смог бросить какое-то проклятие, но, к счастью, промахнулся.


Зато неизвестно откуда взявшийся профессор Грюм попал. Его заклятие превратило Малфоя в белого хорька. Причем заячьи ушки никуда не пропали.


В полной тишине студенты смотрели как старый аврор наказывает ушастого хорька, подкидывая его к потолку, и роняя на каменный пол. Грюм в это время отрывисто приговаривал с каждым шлепком тушкииоб землю, что ненавидит гнусных, подлых трусливых мерзавцев, что нападают со спины.


Если бы не подошедшая МакГонагалл, неизвестно сколько еще длилось бы это жестокое наказание. На месте приземления хорька уже образовалось небольшое кровавое пятно из все еще разбитого носа.


Декан Гриффиндора пришла в ужас от действий своего коллеги, и тут же повела его и расколдованного Драко к мадам Помфри, намереваясь вызвать туда директора и Снейпа. А студенты еще долго обменивались впечатлениями от этого незабываемого зрелища.


- А ты здесь чем занята? - спросил Гарри, из-за чего Гермиона вынырнула из собственных воспоминаний. - Это как-то связано с домовиками?


Той ночью, после приветственного пира, Поттер и Грейнджер серьезно поговорили. Девушка была вне себя от гнева, что все эти годы она невольно пользовалась плодами рабского труда. Она серьезно рассматривала возможность устроить голодовку, не желая есть пищу, приготовленную невольниками.


В ответ на это, Гарри предложил закупить продуктов, и самостоятельно готовить все завтраки, обеды и ужины. Гермиона была очень тронута этим предложением, но, подумав, она отказалась. Девушка поняла, что ее голодовка ни к чему не приведет, и стоит поискать другие способы освободить домовиков.


- Да. Я собираю информацию об истории их рабства. Пытаюсь понять откуда эльфы вообще взялись. Нашла этот текст на староанглийском, и пытаюсь его перевести на современный, - ответила девушка, указывая на книгу перед собой.


- И как, есть результаты? - спросил Поттер, пододвигая к себе текст перевода.


- Немного. Все очень запутанно, - ответила Гермиона. - Оказывается, домовики вовсе не эльфы, как их все называют. На самом деле они когда-то давно были духами - фейри, которым древние волшебники предложили служить в обмен на собственные тела и возможность питаться магией хозяина.


- Но в таком случае освободить их никак не получится! - сказал Гарри, немного подумав. - Они просто не могут существовать, не будучи связанными с каким-либо волшебником. Ты же не хочешь их смерти?


- Конечно же нет! - немного грустно ответила Гермиона. - К сожалению, освободить их действительно никак не получится. Но это не значит, что нужно оставить все как есть! Времена стали другими, и статус домовиков тоже должен измениться. Нужно объяснить волшебникам, что в двадцать первом веке нельзя мириться с рабством, глупыми предрассудками, дискриминацией!


Девушка так страстно и убежденно говорила, и выглядела при этом так одухотворенно, что Гарри невольно залюбовался.


- Создадим свою партию, - продолжила Гермиона, доставая тетрадку. - Но действовать придется потихоньку. Я тут все расписала. Сперва нужно заняться правами домовиков. Иначе нас всякие консерваторы в зародыше раздавят. Пускай поначалу не принимают наше движение всерьез. А мы будем понемного набирать сторонников, прикрываясь правами домовиков как ширмой. Можно и другими волшебными созданиями заняться, наше Министерство необоснованно жестоко относится к некоторым волшебным расам и существам. Я потому и хотела назвать нашу организацию: Движение за Прекращение Возмутительного и Жестокого Обращения с Дружественными Магическими Созданиями и Борьбу за Изменение их Правового Статуса; но это слишком длинно, и сложно. Нужно что-нибудь покороче. Есть идеи?


- Если честно, не знаю даже. Это надо основательно подумать, - ответил Гарри, широко открытыми глазами смотря на любимую. Ее политический план был неожиданно продуманным, и если бы парень не знал как она гениальна, то подумал, что он составлен слизеринцем.


- Может Г.А.В.Н.Е? - неуверенно предложила Гермиона. - Это означает: Гражданская Ассоциация Восстановления Независимости Эльфов.


- Гермиона, прошу тебя, ни в коем случае не называй так партию, - попросил Гарри. С таким названием ты никогда не наберешь сторонников.


Девушка повесила голову, а затем снова уткнулась в плечо к своему парню. Наверное, у нее не было других идей, раз она так расстроилась, решил Поттер. Желая приободрить ее, он постарался придумать вариант получше.


- Может, Движение за Социальный Прогресс Эльфов? Д.С.П.Э.? - предложил он после трех минут раздумий. - Знаю, что не очень хорошо звучит... - начал он, но был остановлен крепким поцелуем счастливой девушки.


- Все отлично, Гарри! Мне нравится! - заявила она, когда у них закончился воздух. - Большое спасибо! - взяв чистый лист пергамента, она на самом верху написала свежепридуманное название. - Теперь нужно подумать, кто согласится вступить...


- Куда вступить? - хором спросили подошедшие Джо и Дейв, с Невиллом на хвосте.


Все трое только что вернулись со своей отработки у Снейпа. Тот в последнее время был злобнее чем когда-либо. Большинство студентов сходились на том, что это как-то связано с тем, что в замке находятся Грюм и Сириус. Только если Грозного глаза он откровенно побаивался, и отводил глаза, то во время коротких встреч с Блэком, между ними разве что молнии не носились.


А сегодня в обед случился первый скандал с их участием. На уроке зельеварения, как уже говорилось, сальноволосый ублюдок был злобней обычного. Откровенно мстя Блэку-старшему, он полтора часа измывался над американцами, и "не заметил" как Малфой отомстил Джо, подбросив ему лишний ингридиент. Пока Ужас Подземелий разбирался с очередным расплавленным котлом Невилла, зелье Джозефа взорвалось едким фиолетовым дымом.


Снейп тут же назначил Лонгботтому и Блэку отработки, и добавил того же Грейстокку, который хотел восстановить справедливость, указав на вину Драко. Он бы с радостью назначил отработку и Гарри, но тот, как назло, сегодня не велся на провокации. Впрочем, зельевар все равно не засчитал ему его идеально свареное зелье, просто уничтожив его взмахом палочки.


Пылая праведным гневом, мальчишки после урока отправились на обед, где обо всей этой истории узнал Сириус. Тот тут же организовал разбирательство, потребовав от Снейпа объяснений своим действиям. Конечно же, зельевар отправил его в Мордредову задницу.


В ответ на это Блэк-старший привлек МакГонагалл, и вместе с ней обратился к Дамблдору. Но тот принял сторону своего ручного Пожирателя, ответив, что любой преподаватель вправе назначать отработки студентам, и ему лучше знать, было ли задание выполнено правильно или нет. Несмотря на все протесты Сириуса наказание осталось в силе.


В итоге парни весь вечер потрошили рогатых жаб, подготавливая ингридиенты для благодарных одноклассников. Но уже завтра они собирались заняться местью Снейпу и Малфою.


Сириус в качестве помощи выдал им толстую тетрадь со всеми наработками Мародеров на ниве волшебных приколов. Сам он, как прикомандированный аврор не мог лично заняться зельеваром, так как получил на то четкие указания от Амелии Боунс. Аврорам запрещалось вмешиваться в "учебный процесс" без просьбы преподавателя. Впрочем, Бродяга обещал помочь если Нюниус совсем оборзеет.


- Мы с Гарри начинаем общественное движение. Оно будет бороться за равные права всех граждан магического мира и социальный прогресс в общем! - ответила Гермиона.


- То есть это организация наподобие Пожирателей смерти, только с обратной идеологией? - спросил подошедший сзади Фред.


- Нам нравится! Да здравствует Лорд Поттер! - заявил Джордж. - Ты, кстати Темный или Светлый?


- Никакой! - ответил Гарри. - И вообще политикой заняться хочет Гермиона. Я буду прикрывать тылы! - добавил парень, и немного смутился, уловив двусмысленность собственных слов.


- О! Такой прекрасный тыл действительно стоит прикрывать! - согласился Фордж. - А ты как думаешь, братец Дред?


- Я думаю, что нам стоит заткнуться, иначе Леди Поттер выберет Темную сторону силы! - ответил он брату, шутливо пятясь.


Друзья посмеялись, и вернулись к обсуждаемой теме. Постепенно начали собираться и остальные члены Холихэдской компании. Отсутствовали только Рон, Симус и Дин, Джинни и Мэй, Луна, гриффиндорские охотницы и Чжоу с Мариеттой.


- Герми, а кто такие Туата де Дананн? - спросила Сьюзан, читая заметки Грейнджер.


- Неужели ты никогда о них не слышала? - удивленно спросила гриффиндорка. - Я думала, что смогу узнать у тебя почему в библиотеке о них нет упоминаний.


- Так кто они? - повоторила свой вовпрос Боунс. - Я впервые о них слышу.


- Ну, в переводе на современный язык, их название означает - Племена богини Дану, - начал Гермиона. - И согласно древнебританской и ирландской мифологии они толи боги, то ли волшебная раса, предшествовавшая людям на этой земле. Многие авторы называли их эльфами, или феями, не очень понимая в чем разница между этими существами. Напомни мне дать тебе почитать "Властелин колец" Толкиена. Профессор использовал образ людей Дану для описания своих эльфов.


- Но почему же о них не сохранилось упоминаний? - спросила Ханна.


- Не знаю, - ответила Грейнджер. - Может специально изъяли?


- И кому это может понадобиться? - вступила в разговор Дафна.


- Министерству! Кому же еще? - ответил Джо. - Вдруг здесь кроется какая-то тайна, которую они тщательно скрывают. Например, что они были инопланетянами!


- Может быть, - согласилась Сьюзан, продолжая читать заметки подруги.


- Д.С.П.Э.? Ты так хочешь назвать свою правозащитную организацию? - спросила Гермиону Дафна, которая присоединилась к чтению.


- Эмм, да, - ответила гриффиндорка. - А что такое? Тебе не нравится?


- Честно говоря, звучит не очень. Но это все равно лучше чем первоначальное Г.А.В.Н.Е.! - ответила Гринграсс.


- Есть идеи получше? - спросила Гермиона. - Мы с Гарри так и не смогли придумать что-нибудь по-лучше.


- Не знаю даже, - ответила Дафна задумчиво. - Это с наскока не решишь. Может использовать не аббревиатуру, а кодовое слово? - предложила слизеринка. - Справедливость, Равенство, или Свобода...


- Двигатели Прогресса! - предложила Сьюзан. - Что? Хорошо же звучит, - заявила она, увидев обращенные на нее взгляды.


- Вообще-то нет. На мой взгляд это звучит глупо, - ответила Дафна. - Лучше еще подумать.


- Бог с ним, с названием. Как вам сама политическая программа? - нетерпеливо спросила Гермиона. Подруги вернулись к чтению "исторического документа".


- То есть ты предлагаешь использовать защиту прав волшебных существ как ширму для прикрытия роста новой политической партии? А когда время придет эта организация перевернет весь магический мир? - спросила Дафна, дочитав до конца. - Вау! Гермиона, тебе шляпа не предлагала учиться на Слизерине? Очень амбициозный план, на мой взгляд.


- Нет, только Рейвенкло. Но я упросила ее отправить меня на Гриффиндор, - ответила Миона.


- Зато мне предлагала, - тихо сказал Гарри, отчего все разом заткнулись.


- Ты шутишь? - спросил Джордж. Но Гарри покачал головой:


- Нет, не шучу. Она уверяла меня, что отучившись на Слизерине, я в будущем могу стать великим! Но мне не хотелось учиться на одном факультете с Малфоем. Да и величие мне ни к чему. Я всегда хотел быть "просто Гарри".


- То есть этот ушастый хорек виноват в том, что ты выбрал не нас, а Гриффиндор? - переспросила Гринграсс. - Я убью этого белобрысого гада.


- Герми, ты хочешь предложить нам вступить? - спросила подругу Сьюзан. Гермиона кивнула. - И сперва собираешься заняться правами домашних эльфов?


- Да! То как с ними обращаются просто возмутительно! Это настоящее рабство! - ответила Грейнджер, снова загораясь праведным гневом.


- Но ты же не предлагаешь их всех освобождать? - спросила Боунс. - Мне кажется, что это неправильно. Большинство волшебников относятся к своим домовикам как к членам семьи. Я понимаю, что это звучит неправильно, и эгоистично, но мне бы не хотелось лишиться своей Винни. Она меня нянчила с самого рождения, и я очень ее люблю! Не думаю, что она хотела бы покинуть меня.


- Успокойся, Сью! Я согласна с тобой, освободить домовиков просто невозможно, - ответила Гермиона. - Они питаются магией своих хозяев, и без них просто вымрут. Поэтому я предлагаю добиваться для них сносных условий труда. Им нужно платить зарплаты и предоставлять отпуска!


- Но им нравится работать! - заявил Фред.


-- Так я же не спорю. Твоему отцу тоже нравится его работа, но он же имеет зарплату и отпуск! -- сказала Гермиона. Близнецы лишь закатили глаза.


-- Да поймите же, -- втолковывала она зачерствелым гриффиндорцам, -- вам меняют простыни, топят камины, моют классы, на вас готовит целая армия крошек-волшебников. И за свой труд они не получают ни сикля. Это настоящие рабы!


В ответ на это Джордж спокойно спросил:


-- Слушай, Гермиона, ты-то хоть раз была на кухне?


-- Конечно, нет, -- отрезала девушка. -- Ученикам...


-- А мы были, -- перебил её Джордж и ткнул Фреда в бок. -- И неоднократно. Воровали еду. И видели домовиков. Они там блаженствуют. Считают, что лучше работы нет!


-- Потому что они необразованны и внушаемы. Им можно внушить что угодно, -- горячо возразила Гермиона, но близнецы ее уже не слушали.


- Как вам первый урок Защиты? - спросил четверокурсников Фред.


- Супер! - заявил Джо, подхватывая тему.


- Фантастика! - согласился Дейв. Остальные четверокурсники тоже подтверждающе загомонили.


- Да, Дед реально знает каково это - быть в пекле, и делать дело, - подхватил Джордж. - Лучшего учителя Защиты у нас еще не было, да простит меня Люпин.


Четверокурсники вынуждены были согласиться.


- Меня только смущает, что он на первом же уроке стал демонстрировать Непростительные, - сказала Гермиона, все еще хмурясь на близнецов. - Надеюсь у него не будут проблемы. Наверняка Министерство не одобрило бы его действия.


- Так вам он тоже их показывал? - спросил Фред. - Во дает, он, наверное, всем курсам их показывал, крича "Постоянная бдительность" на весь класс. А насчет Министерства не беспокойся. Грюм всегда имел натянутые отношения с чинушами, но у тех кишка тонка ему что-либо предъявить.


- Теперь понятно почему на первом занятии не было ни отца, ни других авроров. Ведь использовать Непростительные запрещено, даже в учебных целях, - сказал Джо.


- Ты хотел сказать, против человека нельзя, - поправила Блэка Гермиона. - Пытать и убивать волшебных существ закон не запрещает. Волшебнику, запытавшему гоблина или оборотня ничего не будет! Двойные стандарты!


- Сторонники Сами-знаете-кого лет двадцать назад предлагали разрешить волшебникам безнаказанно убивать маглов... и маглорожденных, - просветила всех Сьюзан. Она из всех присутствующих лучше всех знала историю и право.


- А чем они обосновывали необходимость убийства маглорожденных? - спросил Джон Шеппард.


- Тем что они крадут магию, из-за чего в чистокровных семьях рождаются сквибы, - ответила Дафна.


- Но это же полнейшая чушь! - возмутилась Гермиона. - Вот, даже Невилл теперь знает о законах генетики, и понимает, что дело не в маглорожденных. К тому же наверняка большинство из них на самом деле потомки волшебных семей, как я и Дейв.


Последнее заявление очень заинтересовало всех присутствующих. Лохматая парочка до этого ни словом не обмолвилась об генеологических открытиях миссис Грейнджер.


- Да? И с какой же семьей вы состоите в родстве? - спросила Дафна.


- Бабушка моего отца носила фамилию Люпин, - ответила Гермиона. - А со стороны матери я связана с французским родом Мирабель.


О Греях девушка решила умолчать. Она до сих мор не могла уразуметь, что является дальним потомком Ровены Рейвенкло.


- Ого! Мирабель? Это очень старая фамилия, - заявила Дафна. - У моей матери бабушка была из этого рода.


- А у меня прабабушка была из Люпинов, - сказал Невилл.


- Я до сих пор не могу привыкнуть к тому насколько маленьким является Британский магический мир. Вы тут все являетесь родствениками! - заявил Джо.


- Джо, ты, наверное не знаешь, но из присутствующих здесь почти все твои родственники. Даже мы! - сказал Джордж.


- Наша бабушка, Цедрелла, мама отца, в девичестве носила фамилию Блэк, - пояснил Фред удивленным друзьям.


- Мы отвлеклись от темы, - напомнила всем Гермиона. - Наверняка все "маглорожденные" на самом деле имеют предков-волшебников. Почему бы не проверить их всех? Зачем вырезать?


- Проверить их действительно можно, - согласилась Дафна. - Но ты забываешь о том, что это не единственная причина, из-за которой маглорожденных, мягко говоря, не любят.


- И что же это? - спросила Гермиона.


- Магловское воспитание! Вы приходите в магический мир, совершенно не зная нашу культуру. И исправить это нельзя, в большинстве случаев маглорожденные не понимают и не принимают наших традиций, - ответила Дафна.


- В результате вы вносите в наш мир существенные изменения, что не нравится консервативному большинству. И я уже не говорю о постоянной угрозе разоблачения нашего мира перед маглами, - закончила Гринграсс.


- Все это понятно, но наши консерваторы потеряли чувство меры! - заявила Гермиона. - Я тут провела небольшое исследование. Оказывается, большинство открытий в магии были сделаны полукровками и маглорожденными, теми что сохранили связь как с магическим миром, так и с маглами. Если бы не они, то магический мир Британии все еще жил бы по стандартам семнадцатого века.


- Не факт, Герми! - ответила Сьюзан. - Напомню, что до введения Статута, многие чистокровные семьи в магловском мире имели статус аристократических. Да что тут говорить, две королевы были волшебницами! Елизавета-девственница, правда, была маглорожденной, но не суть.


От последнего заявления Боунс Гарри и Джон широко раскрыли глаза. Гермиона читала об этом. А Дейв и Джо вообще плохо знали историю.


- Я к чему веду, - продолжала Сьюзан. - После введения Статута - впервые предложенного, кстати, той же Елизаветой - эти аристократические рода оказались разделены надвое. Ведь сквибы же и тогда были, и остались при своих титулах! Естественно, что члены одного рода сохранили связи друг с другом. Только к концу восемнадцатого-началу девятнадцатого века оба мира окончательно разделились.


- А почему это случилось? - спросил Гарри.


- Очередное восстание гоблинов, - ответила Сьюзан. - Вспомните, "восстание 1741 года". Мы его сейчас проходим по истории магии.


Все синхронно смутились. Никто, кроме Гермионы и Сьюзи, не слушал на занятиях Биннса, их преподавателя-призрака. Усмехнувшись, Боунс продолжила:


- Мы просили у магловского правительства экономической помощи для борьбы с гоблинами, но оно отказалось. Поэтому следующие сто пятьдесят лет чистокровные семьи, понесшие основной удар, старательно культивировали отвращение ко всему магловскому. Маглорожленных серьезно урезали в правах. И это в то время, когда на континенте гремела Великая Французская Революция, которая принесла равные права всем магическим расам.


- Тогда же и появился миф про кражу магии. Чистокровные рода стали родниться только между собой, и количество сквибов быстро росло. В этом обвинили маглорожденных, как бы нелепо это не выглядело. И так продолжалось пока в восьмидесятых годах девятнадцатого века не появилось движение за восстановления связей с маглами... - Сьюзан еще минут десять пересказывала то, что парням летом поведал патриарх рода Гринграсс.


После этого рассказа, вся компания некоторое время в задумчивости молчала. Если бы не Мэган, никто бы не заметил как к ним присоединились Джинни и Луна.


- Привет, Джинни, Луна! Вы чего такаие уставшие? - спросила хаффлпаффка.


- Привет всем! - за двоих приветствовала друзей рыжеволосая. Лавгуд молча присела на стул рядом с Дафной. - Мы сейчас сдали свой первый экзамен за третий курс.


- Мы? - переспросил Джо. - Разве ты не одна сдаешь их?


- Нет, Луна тоже решила перепрыгнуть один курс. Все равно она учит все вперед. Ей даже повторять ничего не пришлось! - с легкой завистью к подруге ответила Джинни.


- О! И как экзамен? По какому предмету? - спросила Ханна.


- Трансфигурация! - ответила рыжеволосая. - МагГонагалл просто зверь! Она решила провести у нас экзамен первой, и таким образом проверить, способны ли мы вообще перепрыгнуть курс.


- И как? Сдали? - спросил Джо.


- Вроде бы да, - немного неуверенно ответила Уизли. - Нам завтра сообщат результаты. А через четыре дня будет экзамен по чарам. Надеюсь Флитвик будет помягче!


- А где Рон? - спросил Гарри. - Я думал он с тобой. Он после тренировки сказал, что будет в башне, и хочет побыть в одиночестве.


- Я его видела в нашей гостиной. Делал домашнее задание по магловедению, - ответила Джинни. Все присутствующие уставились на нее с выражением крайнего изумления на лице. Чтобы Рон делал домашнее задание в отсутствие Гарри и Гермионы! Тем более магловедение! Неужели неудачи в любимом квиддиче сподвигли его на этот подвиг?


- А как же он его делает? - озвучил Фред всеобщую мысль.


- Дин и Симус ему помогают, - ответила младшая Уизли.


Этот короткий ответ объяснял все. Наверняка, Рон придя в гостиную Гриффиндора, вспомнил о невыполненном домашнем задании по магловедению, и упросил маглорожденного Дина помочь.


- Кстати, Невилл, а как тебе первый урок магловедения? - спросил Гарри, чувствуя себя виноватым. Ведь это они с Гермионой уговорили друщей сменить Прорицания на ихучение маглов. - Проблем нет? Ведь вы с Роном начали сразу с программы 4 курса.


- Спасибо, все отлично. Я... мы летом читали учебник, - немного соврал Лонгботтом. Он, может, и читал, но Уизли наверняка даже не заглядывал туда. - Кроме того, нам очень помогла та экскурсия в мир маглов на наш День Рождения. Неясные моменты я спрашивал у Джинни.


- Но ведь написанное в учебнике не соответствует реальности, - сказала Гермиона. - Как же ты разобрался, что ложь, а что правда.


- А насколько сильно учебник врет? - спросила Сьюзан.


- Процентов на восемьдесят, - ответил Гарри. - Он последний раз переиздавался в конце сороковых. С тех пор мир маглов очень изменился.


- И объяснения, как работают различные технологии, по большей части нелепы! - добавила Гермиона.


- А... А может вы объясните нам, что именно в учебниках неправильно? - попросил Невилл. Остальные согласно закивали головой.


- Проще просто выкинуть их, и преподавать по своему, - сказал Дейв, который интереса ради пролистал книгу. Они с Джо решили не брать этот нелепый предмет, и изучать только руны, нумерологию и УЗМС.


- О, хорошая идея! - согласился Джордж. - Я бы тоже поучился у Грейнджер. Мы с Фредди очень заинтерсованы в магловской технике. Вот бы она еще и в Хогвартсе работала.


- Да вы что, ребята, - запротестовала Гермиона, слегка краснея от смущения. - Вы всерьез думаете, что я смогу вас чему-то научить?


- Конечно, Герми! Ты была бы лучшим учителем, - заверила гриффиндорку Дафна.


- Можно организовать студенческий кружок! - предложила Сьюзан.


- Но... - начала Гермиона неуверенно. Неожиданно ее лицо просветлело от какой-то мысли. - Мы организуем студенческий кружок! Но заниматься будем не только магловедением! И не я одна буду преподавать!


- Как это? - недоуменно спросила Ханна. - Кто же еще будет?


- Каждый из нас силен в каком-либо предмете, так? - начала пояснятт свою мысль Гермиона. - Вот ты, Сьюзи, хорошо знаешь историю, и рассказываешь ее намного лучше Биннса. А ты, Дафна, лучшая в классе зелий! Я хорошо знаю трансфигурацию и нумерологию, а Гарри Защиту и Руны. Остальные тоже имеют собственные таланты. Так давайте поможем друг другу!


Идея всем понравилась. Следующие полчаса студенты обсуждали детали организации своего кружка. Во-первых, необходимо было найти какую-нибудь нейтральную территорию, где все могли собираться. Библиотека для этих уелей совершенно не подходила. Библиотекарь, мисс Пинс, итак косо смотрела на их большую и весьма шумную компанию.


Во-вторых нужно было решить, в какое время они будут собираться. Ведь членами кружка была вся команда Гриффиндора по квиддичу, да и другие уже участвовали в различных секциях.


В итоге все сошлись на том, что сперва Гермиона все разузнает у МакГонагалл. Может она выделит им какое-нибудь помещение? А со временем они разберутся как-нибудь потом...


## Глава 4. Два месяца


Утром 30 октября Большой зал гудел от радостно-возбужденных студентов. Еще вчера их взбудоражили новостью, что делегации иностранных школ прибудут сегодня в шесть вечера. Все как с ума посходили, везде только и слышно было: "Универсиада", "Универсиада". За каждым столом обсуждали: кого допустят к конкурсу, какие виды волшебства войдут в состязания, отличаются ли от них хоть чем-нибудь заморские студенты?

И конечно, замок подвергся генеральной уборке. За ночь хогвартские домовики проделали коллосальную работу. Несколько потемневших портретов хорошенько почистили и помыли, к их вящему недовольству. Рыцарские доспехи заблестели и задвигали руками без скрипа и скрежета. А Аргус Филч теперь в ярости кидался на ребят, требуя соблюдать чистоту, и даже довёл двух девочек-первокурсниц до слёз.


Войдя утром в Большой зал, студенты на миг замерли -- ночью на стены вывесили огромные флаги всех факультетов: Гриффиндорский -- красный с золотым львом, Когтеврана -- бронзовый орёл на синем фоне, жёлтый с чёрным барсуком Пуффендуйцев и зелёное знамя с серебряной змеёй Слизерина. Позади профессорского стола развевалось невероятных размеров полотнище с гербом Хогвартса: большая буква "X" в окружении льва, орла, барсука и змеи.


И вот в такую радостную атмосферу зашел крайне хмурый Поттер. Ни на что не обращая внимания, он сел за за стол Гриффиндора и принялся за завтрак. Остальные студенты удивленно уставились на него, гадая о причинах столь мрачного настроения.


Лишь через пять минут, после того как за Гарри в Большой зал зашли его соседи по спальне, немногие избранные узнали, что Мальчик-Который-Выжил сегодня впервые за начавшийся учебный год проснулся в собственной постели в башне Гриффиндора. Гермиона вчера не пустила его в их общие апартаменты, и причина была... в домовиках.


Несмотря на то, что права эльфов никому не были интересны, Грейнджер не забросила свою идею об их защите. Нет, все были согласны, что их нельзя обижать, и относиться к ним стоит по-человечнее, но предложение платить им зарплаты и предоствлять отпуска ни у кого поддержки не находило. Даже подруги Гермионы вступили в Д.С.П.(Э) лишь формально, и не помогали ей проводить агитационные беседы с остальными обитателям замка.


Уразумев, что вокруг нее одни черствые эгоисты, лохматая гриффиндорка решила пойти с другого конца. Она захотела сподвигнуть самих эльфов бороться за свои права. Для этого ей понадобилось найти хогвартскую кухню, с чем прекрасно помогла Карта Мародеров.


Она привела лохматую парочку, а также Дейва, Джо, Невилла и Рона, в огромный зал, не уступающий размерами Большому. Впрочем, именно под ним кухня и находилась. Чтобы попасть туда, нужно было пощекотать грушу на большом натюрморте, что висела в подземельях, ведущих к гостиной Хаффлпаффа.


К большому сожалению юной правозащитницы, эльфы тоже не горели желанием бороться за свои трудовые права. От слов "зарплата" и "отпуск" они приходили в не меньший ужас чем демоны от святой воды.


Один только Добби разделял взгляды "мисси Гренджи". "Свободный эльф" получал от Дамблдора зарплату в 1 галлеон, и имел право на двухнедельный отпуск. Судя по тому как он радостно подпрыгивал в своей новой одежде - разноцветных носках, шортах, маечке и шапочке - работа в Хогвартсе ему очень нравилась.


Видя это, Гарри почувствовал, что с его плеч свалился тяжеленный груз. С тех пор как мистер Гринграсс рассказал о судьбе бездомных домовиков, Поттера постоянно тревожило чувтво вины.


Кроме Добби в Хогвартсе оказалась и Винки. Но в отличие от него, домовичка вовсе не радовалась свободе, и быстро спивалась от сливочного пива, который для эльфов был слишком крепким напитком. Пьяная, опустившаяся Винки представляла собой донельзя жалкое зрелище.


Гарри было настолько ее жаль, что он предложил бедной домовичке работать на него. Винки с радостью согласилась, трезвея буквально на глазах. Вот только чего Поттер не ожидал, так это того, что Добби, вдохновившись примером домовички, тоже предложит ему свою службу.


Добиваясь вожделенного места, эльф рассказал целую историю. Якобы, он еще работая на Малфов мечтал стать домовиком "Великого Гарри Поттера", и приходил этим августом наниматься на работу в Пэверелл-Хаус, но не обнаружил никого дома. Ведь все его обитатели проводили лето на Исла-де-Негро. Потому ему пришлось устоиться в Хогвартс, где издревле находили приют оказавшиеся без дома домовики.


Гарри согласился нанять и Добби, чем вызвал гнев Гермионы. Если с Винки она еще могла смириться, т.к. сама жалела домовичку, то возвращение в рабство уже свободного эльфа, да еще и руками ее парня, привело ее в ярость. Немного успокоилась она только после того как Поттер пообещал придерживаться тех же трудовых стандартов, что и Дамблдор, т.е. платить домовикам по галлеону в месяц, и предоставлять им обоим двухнедельный отпуск. Кроме того он аргументировал свои действия тем, что подаст пример остальным... "рабовладельцам".


Гермиона согласилась с доводами своего парня, но все равно наказала его - на целую неделю он был лишен доступа "к телу". Т.е. никакого секса! Для немного гиперсексуального Поттера это было страшным наказанием. Соседи по спальне долго смеялись над его шокированным лицом, и весь вечер подкалывали. Чувствуя себя самым несчастным парнем на свете, эту ночь он провел в одиночестве.


Оттого Гарри и проснулся такой хмурый. За время их с Гермионой недолгой совместной жизни, он настолько привык просыпаться с ее головой на плече, и остальным телом, прижатым к его боку, что сегодня ощутил себя буквально разрубленным пополам...


- Здорово, крестник! Ты чего такой кислый? - спросил Поттера подошедший Сириус, присаживая справа от Гарри.


Несмотря на их околопреподавательский статус, Блэк-старший и его очаровательная племянница-метаморф частенько садились за столы для студентов, и легко находили с ними общий язык. Грюм не раз ворчал, что его подчиненные порой ведут себя как малые дети.


Особенно Сириус. Вроде бы взрослый мужик, ну неужели не понимает того, как он выглядит со стороны, флиртуя со старшекурсницами со всех четырех факультетов. Его счастье, что об этом еще не прознала Рита Скитер. Она бы точно написала очередную статью про "Сириуса Блэка - растлителя малолеток"


Хотя, неизвестно как еще отреагировали бы родители девушек. Вполне возможно, что они даже поддержали бы подобное "общение" своих дочерей с Лордом Блэк, надеясь на выгодное замужество. Вполне даже возможно, что некоторые "девочки" уже успели получить родительское благословение.


Как бы того ни было, между старшекурсницами возникло откровенное соперничество за внимание "красавчика Сири". Некоторые даже похвастались подругам, что общались с ним в горизонтальном положении. Слухи быстро расходились по школе, а Сириус был столь же беспечен как и всегда. МакГонагалл частенько ругала его за то, что он своим поведением подает плохой пример мужской части студентов, и собственному сыну в частности.


Глядя на успехи отца, Джозеф действительно активизировался на женском фронте. От папаши он унаследовал довольно смазливую внешность... и статус наследника Древнейшего и Благороднейшего Рода Блэк. Поэтому неудивительно, что Джо быстро приобрел бешеную популярность среди девушек с 3 по 5 курсы. Бывший МакКиннон чувствовал себя как единственный петух на один большой курятник, и такая ситуация более чем устраивала его.


Не менее популярна оказалась и Тонкс. Сногшибательная красавица, аврор, приятная собеседница, метаморф... список ее достоинств можно было перечислять еще долго. Поэтому неудивительно, что она стала объектом ночных грез большей части парней со всех семи курсов. Но, в отличие от любимых "дядюшки Сири" и "нахального кузена" мисс Блэк-Тонкс была доступна только для легкого флирта, что весьма успокоило всплошившихся было девиц, у которых младший аврор стала отбивать поклонников...


На вопрос крестного Гарри ответил лишь невнятным бурчанием, ясно давая понять, что не хочет разговаривать, отчего Сириус лишь еще шире улыбнулся.


- Знаешь, твое поведение очень напоминает мне Джеймса. Он выглядел точго так же когда Лили его отшивала, - упоминание родителей стопроцентно привлекло внимание Поттера. - Неужели проблемы с Гермионой? Что-то сделал не так, да? Сохатый регулярно спал на диване, когда твоя мама наказывала его за наши шалости, - Гарри выгнул бровь. - Я всегда подшучивал, что она так давала себе отдохнуть на то время пока у нее были... ну, ты знаешь... женские проблемы. Так что не кисни, все обойдется!


- Спасибо Бродяга, - поблагодарил Гарри, после чего тихо спросил: - Как идет подготовка к встрече делегаций? Вы нашли способ не допустить в замок агента Волдеморта?


- К сожалению, нет, - также тихо ответил Сириус. - Мы не знаем как можно быстро определять носителя Темной метки. Если бы это было возможно, то наверняка использовалось бы во время прошлой войны.


- То есть вам остается только следить за гостями! - разочарованно констатировал Гарри. - Есть среди них кто-нибудь, кого вы подозреваете больше всего?


- Да, - серьезно ответил аврор. - Директора Дурмстранга, Игорь Каркаров, когда-то был Пожирателем. Он выдал Министерству имена законспирированных подельников, поэтому ему серьезно скостили срок. Практически сразу отпустили на волю!


- Пожирателю позволили возглавить школу? - удивился Поттер.


- Ну, ты же знаешь, что в Дурмстранге традиционно много внимания уделяют изучению темных искусств, или, как они их называют, боевой магии, - ответил Блэк-старший. - После падения Гриндельвальда отношение к ним там немного изменилось, но не намного.


- Могу поставить свою коллекцию карточек от шоколадных лягушек, что с приходом туда Каркарова темные искусства опять стали процветать, - сказал гриффиндорец. - А его студентов вы тоже подозреваете?


- Конечно! Или ты не знаешь Грюма? - ответил Сириус с легкой улыбкой.


И действительно, Грозный Глаз был тем еще пароноиком. Взять хотя бы его последние занятия. Он, наплевав на все запреты Министерства (хотя, возможно что и получил неофициальное разрешение мадам Боунс и Дамблдора) тренировал студентов всех курсов сопротивляться Империусу. Пока что лишь два занятия были посвящено этой дисциплине, и лишь немногие имели достаточно характера, чтобы бороться с заклятием подчинения.


Примечательно, кстати, что на четвертом курсе это могла делать только лохматая парочка. Гарри обладал упертостью осла, а Гермионе стоило благодарить миссис Грейстокк за уроки окклюменции, которая значительно облегчала борьбу с Империусом. Поттер тоже делал успехи в искусстве защиты разума, но ему было далеко до высот своей девушки.


В этом году они продолжили пользоваться Маховиком, посвящая дополнительное время различным тренировкам. Обычные уроки они предпочитали делать вместе со остальными. МакГонагалл поддержала идею своей любимой ученицы насчет студенческого кружка взаимопомощи, и выдала под это целый коридор на третьем этаже.


Бывшая Золотая троица с удивлением узнала в нем те самые залы, в которых располагались ловушки учителей, на пути к философскому камню. Оказывается, с тех пор этот коридор оставался заброшенным, ведь никаких занятий здесь давно не проводилось.


Как бы то ни было, Холихэдская компания довольно быстро обжила зал, где стояли шахматы МакГонагалл, и серьезно его облагородила - нанесли мягкой мебели, ковров, парт из пустых классов - и превратили помещение в аналог факультетских гостиных.


Новообразованный кружок быстро стал популярным среди студентов, особенно четырех старших курсов. И причина была в том, что преподаватели будто с цепи сорвались, задавая им горы домашней работы, и объясняя это близостью СОВ и ЖАБА.


Студенты в унисон стонали от груза уроков, и активно кооперировались друг с другом. В межфакультетской гостиной писались длиннющие эссе, и отрабатывались заклинания. В соседнем помещении, где когда-то обитал тролль Квиррела, организовали комнату отдыха. В следующей комнате варили зелья, а большой круглый зал Дамблдора использовался для тренировок боевых заклинаний.


Там же частенько устраивались учебные магические дуэли. Грюм, ведь, не только непростительными занимался. Он каждое занятие проводил спарринги между студентами, предварительно вдалбливая в них навыки использования боевых заклятий и противодействия им.


Именно из-за этих спаррингов Гарри сильно полюбил ЗоТИ. Его ощущения во время учебного поединка были сродни тем, что он чувствовал в воздухе, летая на метле. Будто он вернулся в родную стихию. Наверное потому он еще никому не проиграл, даже старшекурсникам в кружке, или "Клубе", как его все чаще стали называть. Этот факт сильно поднял уважение старших студентов к Поттеру. Не раз высказывалось мнение, что не будь этого возрастного ограничения он был бы лучшим кандидатом в Чемпионы школы.


Гарри был польщен таким о себе мнением, но участвовать отказывался. Гермиона права, наверняка именно этого хотел бы Волдеморт - чтобы он глупо убился, выполняя одно из заданий Универсиады. Пускай друзья грезят о победе в этом состязании, а он лучше побудет обычным зрителем. Поттер очень надеялся, что присутствие в школе Грюма и авроров помешает планам Темного Лорда, и у него, наконец, будет спокойный год без каких-либо приключений.


- Как там Лунатик поживает? - спросил гриффиндорец, желая поговорить на обыденные темы.


- Хандрит! - коротко ответил Сириус. Гарри недоуменно уставился на него, а потом понятливо кивнул. Дело в беременности миссис Грейнджер.


Эта радостная новость пришла на День Рождения Гермионы. 19 сентября, во время завтрака в Большом зале, Хедвиг принесла небольшую посылку. Внутри находилась небольшая шкатулка, и письмо. Содержимое ларчика девушка никому не показала, как бы ее ни уговаривали. А в письме миссис Грейнджер, помимо поздравлений и прочего сообщила, что Гермионе в следующем году станет сестрой маленького братика.


Оказывается, родители девушки незадолго до отправления на остров Блэк пригласили на дом лекаря из св. Мунго. С этим помогли Вероника и мама Ханны Аббот. Целитель Бургхард без особого труда исправила то повреждение шейки матки, из-за которого Хелен страдала от выкидышей. И она же определила пол ребенка когда с момента зачатия прошло чуть меньше десяти недель.


Новость о беременности матери настолько потрясла и обрадовала Гермиону, что она потом весь день ходила как счастливая сомнамбула, витая где-то в облаках. МакГоннагал даже пришлось впервые сделать ей замечание, чтобы девушка пришла в себя, и выполнила классное задание. Густо красная от стыда, Грейнджер поспешила выполнить задание своей наставницы, и ее подушечка для иголок тут же превратилась в милого ежика. К счастью, после трансфигурации гриффиндорка уже вела себя нормально, и не имела проблем с зельями. Иначе Снейп наверняка назначил бы ей первую в ее жизни отработку.


Конечно же все друзья, и в особенности Гарри, были просто счастливы за Гермиону. Вечером они устроили большой праздник в Клубе, который по размаху превзошел все вечеринки, когла либо устраивавшиеся в замке. Ведь праздновали студенты сразу четырех факультетов, что практически никогда ранее не случалось. В этот вечер даже слизеринцы вели себя на удивление прилично, ничем не напоминая закоренелых снобов, какими их все считали.


Тем же вечером состоялся первый кинопоказ с помощь оборудования, привезенного Сириусом, и установленного близнецами. Это был тот самый старенький кинопропроектор, над которым поколдовали Ремус и мистер Уизли. "Укрощение строптивого" с Адриано Челентано понравился всем, даже слизеринцам.


Последние потом с не меньшим удовольствием смотрели и другие кинофильмы, показываемые каждый вечер, и также задавали Гермионе вопросы по неясным моментам. Кинематограф показал себя лучшим средством ознакомления волшебников с миром маглов.


Следующим утром Тонкс, ехидно поглядывая на страдающих от похмелья подростков (за исключением лохматой парочки и Невилла), рассказала о том как праздновали в доме Грейнджеров. Родители Гермионы пригласили туда всех своих новых знакомых из Годриковой лощины.


Надо было видеть лица чистокровных волшебников, когда им показывали обычное магловское жилище. Культурный шок в чистом виде, ведь все "маглы" в их родном селении на деле были сквибами, и из-за большой концентрации магии не могли пользоваться современной бытовой техникой. Поэтому большинство гостей впервые познакомились с магловской музыкой и кинематографом. Надо ли говорить, что они высказывали не менее восторженные отзывы, чем их дети?


Еще одним открытием для волшебников оказались алкогольные напитки маглов, а точнее их великое разнообразие. Грейнджеры с удивлением восприняли тот факт, что в магическом мире изготавливается только огневиски, сливочное пиво, эльфийские вина, эль и мед. Отец Гермионы, конечно же пожелал продегустировать все эти напитки, с чем ему помогли Бродяга и Лунатик. И в итоге все трое изрядно набрались.


Впрочем, гости тоже ушли домой весьма навеселе, увлекшись коктейлями. Под конец вечеринки они так разошлись, что в дом пришел наряд авроров, привлеченных множественным использованием магии в доме, который считался магловским.


Празднующих приход волшебной полиции нисколько не смутил. Даже наоборот, бедные Сэвидж и Праудфут были так напоены неизвестно откуда взявшейся русской водкой, что получили жесткий выговор от начальства. И им очень повезло, что об этом случае не узнала Рита Скитер.


Подростки рассказ Тонкс слушали с упавшими челюстями. Они никак не ожидали, что предки умеют так веселиться. Особенно их удивило поведение Ремуса. Если в начале праздника он сиял как пятак, радуясь за Ричарда и Хелен, то в конце, уже пьяный, он горько плакал, уткнувшись троюродному кузену в пиджак.


Гарри догадывался что могло быть причиной такого поведения Люпина. Скорее всего оборотень, ежедневно наблюдая за счастливой семейной парой, которая готовится снова стать родителями, остро ощутил собственную ущербность, неспособность самому когда-нибудь стать счастливым мужем и отцом.


- Он, кстати передает свои поздравления в связи с тем, что Гриффиндор снова выиграл кубок по квиддичу, - сказал Сириус, явно пытаясь приободрить снова приунывшего крестника.


И это у него получилось. Гарри невольно улыбнулся, вспоминая недавние события. Ведь финальный матч был всего лишь в прошлую субботу. Гриффиндор снова схестнулся со Слизерином. Хотя в начале этого самого непродолжительного за столетие школьного чемпионата ничто не предвещало победы ало-золотым.


Первый матч с Хаффлпаффом они выиграли лишь потому что Гарри поймал снитч в самом начале матча. Рону просто ничего не успели забить. Но такое везение длилось недолго. Через две недели Гриффиндор играл с Рейвенкло, и рыжему забили целых десять голов прежде чем Поттер поймал юркий золотой мячик. Счет был 170:100. Голкипер воронов в тот день показал все на что был способен.


Рон был полностью раздавлен морально, и хотел уже сам уйти из команды. Анджелина с остальными еле уговорили его остаться. Чтобы спасти ситуацию, охотницы решились на настоящую авантюру. Они подговорили Лаванду Браун, чтобы та оказывала младшему Уизли знаки внимания. Девушка должна была влюбить в себя незадачливого голкипера, и вдохновить его на подвиги.


Как ни странно, это помогло. Уже через пару дней Рон совсем забыл о своем позоре, и буквально млел в объятиях Браун. Это тут же отразилось на его способностях голкипера. На тренировках рыжий снова не пропускал ни одного мяча.


Пока гриффиндорцы приводили младшего Уизли в чувство, свое слово сказали слизеринцы. Играя в своей привычной грубой манере, они сначала обломали крылья воронам, а потом зарыли в землю хаффлпаффцев. В обоих случаях Малфой поймал снитч только из-за того, что загонщики сделали за него всю работу, вырубив Чжоу и Седрика.


В итоге сборные Слизерина и Гриффиндора вышли в финал равным количеством очков. Вся школа гадала, чего же им ждать от последнего матча сезона. Более непредсказуемого соревнования студенты Хогвартса уже давно не видели. Если раньше все знали, что Поттер обязательно поймает снитч, и обеспечит своей команде победу, то теперь у него появился противовес в виде Рона, который ни разу не спас гола.


Большинство студентов ставили на то, что слизеринцы выбьют тройку гриффиндорских охотниц, а дальше все будет зависеть от того, даст ли Поттер сбить себя с метлы. Если да, то Рона будут неспеша закидывать квоффлами, а если нет, то Гарри оьязательно поймает снитч...


Так и случилось. Слизеринские костоломы с самого начала играли жестче чем когда-либо, и даже близнецы не смогли помешать им убрать Анджелину, Алисию и Кэти. А на штрафные броски "змеи" не обращали никакого внимания.


Разобравшись с девчонками, "Слизни" несколько минут безуспешно гонялись за Поттером, но потом плюнули, и принялись за Уизли, оставив Малфоя отвлекать "Шрамоголового". Свою задачу Хорек выполнил на сто процентов. Он мало того, что мешал обзору, так еще и болтал без умолку. Издевательски хохоча, Драко попросил Гарри оценить его последнее творение - песенку "Уизли - ты наш король!", которую распевали с трибун зеленого факультета.


Поттер песню оценил. Она была вполне способна сбить концентрацию Рона. Пока Фред и Джордж были надежно заняты Боулом и Дерреком, Уизли номер шесть остался один на один с Уоррингтоном, Монтагю и Пьюси. К счастью все обошлось, рыжий показал все на что способен, не позволив им забить ни одного гола.


Тут Гарри понял, что ему кровь из носу надо поймать снитч. Уоррингтон скоро прекратит этот фарс, и голыми руками столкнет Рона с метлы. И тогда никто не помешает им забрасывать квоффлы в ворота.


Резко уйдя в пике, Поттер имитировал обнаружение снитча. Малфой, конечно же повелся, и подобно Линчу врезался в землю, когда Гарри под восторженный рев зрителей повторил Финт Вронского. После этого найти снитч было делом пары минут. Золотой мяч оказался в его руках как за секунду до того как капитан слизеринцев пошел на таран.


Как и в прошлом году, болельщики высыпали на поле, чтобы чествовать героя. Только в этом году им оказался не Гарри, а сияющий Рон. К нему сквозь толпу пробралась Лаванда, и тут же впилась в него с поцелуем. Младший Уизли сперва опешил, и покраснел до корней волос, но очень быстро пришел в себя и ответил Браун.


Остальные собравшиеся поддержали их громким свистом и рукоплесканием, что позволило Поттеру незаметно улизнуть. Он хотел, чтобы слава победителя досталась исключительно Рону.


Когда Уизли и Браун закончили, их вместе поднялиина руки, и, под громкое пение переиначенной "Уизли наш король", понесли в гриффиндорскую гостиную, отмечать победу. Только благодаря Лаванде Рон на следующее утро не страдал от очередного похмелья. Девушка весь вечер не отлипала от своего героя, и часто его целовала, отрывая от выпивки.


Впрочем, младший Уизли явно был не против. Он находился на пике эйфории, и воспринимал Браун как еще один трофей, ради обладания которым можно и потерпеть некоторые "мелочи"...


Наутро уже никто не сомневался, что Рон и Лаванда стали парой. Причем довольно экстравагантной, ведь они оба выставляли свои отношения напоказ, целуясь у всех на виду, часто и долго. Остальные парочки предпочитали для этого уединяться в многочисленные укромные места.


Для Гарри такое поведение друга и его подружки было совершенно непонятно пока Гермиона не объяснила ему, что они так самоутверждаются. Младший Уизли давно мечтал о личной славе, и сейчас страдал "звездной болезнью". Рон, оказывается, старался подражать известным звездам квиддича, у которых были слава, женщины и деньги. Первое и второе он получил, а ради третьего готов был ричкнуть жизнью, участвуя в Универсиаде.


А Лаванда, встречаясь с "Королем" (как в шутку стали называть Рона), старалась таким образом сохранить свой негласный титул самой популярной четверокурсницы Гриффиндора. За последний месяц-полтора ее здорово потеснила Джинни, которая значительно изменила свой имидж.

Рыжая фурия все-таки сдала все экзамены за третий курс, чем несказанно обрадовала родителей. Те решили в качестве вознаграждения купить ей сову, вместе с которой прислали также около ста галеонов. Обрадованная девушка присоединила эти деньги к своему выигрышу от игры в пиратов, и во время одного из посещений Хогсмида полностью обновила свой гардероб. Помимо этого, она зашла в салон красоты, где, кроме завивки волос, ей за довольно высокую плату смогли убрать почти все веснушки. Последним штрихом стали две заколки с рубинами, купленные в ювелирном магазине.


Несмотря на солидные траты, Джинни сумела сберечь около полтора сотен галлеонов, две трети из которых она вложила в собственных братьев, а точнее в их проект магазина шуток. Оставшейся суммы ей легко хватило бы до конца года.


Конечно же столь серьезные изменения во внешности младшей Уизли не остались незамеченными окружающими. Ее первое появление в Большом зале в новом имидже вызвало минутную тишину. Студенты в полном потрясении следили как рыжеволосая "незнакомка" спокойна прошла к столуГриффиндора. Только потом до них дошло, кто же она такая. Малфой аж вилку с нанизанной на нее фрикаделькой уронил, да так и остался стоять с открытым ртом.


А Джинни наслаждалась моментом, хоть и хотелось от смущения провалиться под землю. Но она держалась, и вместо того чтобы убежать, девушка как ни в чем не бывало принялась за ужин, украдкой поглядывая по сторонам.


И конечно же она искала Гарри. Но он, как назло, отсутствовал, причем вместе с Грейнджер. Появились они только спустя пять минут, и лишь тепло улыбнулись ей, что сильно огорчило Джинни. Во взгляде Поттера не было так ожидаемого ею обожания, или хотя бы восхищения. Лишь теплая братская улыбка была ей наградой за все затраченные усилия. С трудом пересилив себя, она улыбнулась в ответ, и тут же вернулась к ужину.


Ту ночь Джинни провела тихо рыдая в подушку, стараясь не разбудить своих новых соседок. Да, она теперь спала с Лавандой, Парвати и Гермионой. Последняя, кстати, прекрасно слышала плач своей, некогда, лучшей подруги, но решила не вмешиваться, прекрасно понимая, что сделает только хуже...


На следующий день младшая Уизли была атакована поклонниками. Джинни сперва перепугалась, но потом была даже польщена. Ведь с ней пытались флиртовать не бывшие однокурсники, а парни постарше. Особенно большим шоком стал завуалированный комплимент от Малфоя. Вот уж от кого она не ожидала такого!


Как и стоило ожидать, такая популярность рыжей очень не понравилось признанным красавицам школы, в первую очередь Лаванде и Чжоу. Первая, как уже говорилась, почувствовала в сестренке своего парня сильную соперницу. Она ничуть не уступала ей по красоте, и имела дополнительные достоинства в виде острого ума и увлеченности спортом, что очень нравилось парням. Единственными недостатками рыжей фурии было отсутствие фигуры, хотя это потихоньку менялось к лучшему, и явная увлеченность Поттером.


Если бы Браун не встречалась с Роном, то конфликт обязательно перешел бы в острую фазу. А так Лаванда ограничивалась пока распусканием сплетен, в чем ей активно помогала Чжоу Чанг с подругами. Китаянка взъелась на Джинни за то, что та посмела привлечь внимание Седрика Диггори, которого она уже почти месяц старательно охмуряла.


Хватило лишь одного восхищенного взгляда от капитана сборной Хаффлпаффа, чтобы ловец Рейвенкло посчитала рыжую гриффиндорку соперницей. Только в отличие от Браун, Чанг не гнушалась и грязных методов, вроде неприятного сглаза из-за угла. В первый раз Джинни покрылась целой россыпью огромнейших прыщей. К счастью, мадам Помфри быстро ее от них избавила с помощью мази из гноя бубонтюбера.


Рыжая фурия посчитала поступок Чанг объявлением войны, и сполна ответила китаянке той же монетой, используя поделки своих старших братьев. А те были только счастливы проверить их действенность, так сказать, "в поле". Чжоу наверняка крупно пожалела, что связалась с Уизли.


Успокоились девушки только через две недели. Студентки пришли к удовлетворяющему обеих договору. Джинни "скрепя сердце" согласилась, что не будет покушаться на Диггори, но в обмен попросила у нее помощи с охмурением Поттера.


Чанг в ответ на эту просьбу громко расхохоталась, и посоветовала рыжей забыть о нем. Вместо бессмысленой, наверняка безуспешной, борьбы за сердце национального героя, она предложила найти ему достойную замену. Уизли, с фанатичным блеском в глазах, возразила, что никто и никогда не сможет с ним сравниться, и никто другой ей не нужен.


Понимая, что сделка может сорваться, китаянка предложила гриффиндорке обучить ее всему что знает об искусстве флирта и соблазнения. И посоветовала ей все-таки встречаться с другими парнями, чтобы набраться опыта. Джинни пришлось согласиться с разумностью этого довода...


В итоге младшую Уизли в последнее время часто видели в компании разных парней, с которыми она практиковалась использовать знания, полученные от Чжоу. Дальше флирта она пока не заходила, всего лишь приглядываясь, решая кто мог бы стать ее первым парнем. А желающих было много...


Вот и сейчас она кокетничала с Невиллом, как-то умудряясь еще и завтракать. А Лонгботтом, жутко смущаясь, пытался ей отвечать. Несмотря на заметно подросшую самооценку, он все еще оставался робким малым. Впрочем, многие девушки признавали, что это качество делает его милым. Высокий рост, плотное, даже мускулистое телосложением и легкая неуклюжесть, создавали образ этакого медвежонка.


Не очень понимая, о чем можно говорить с девушкой, тем более такой как Джинни, Невилл болтал о том что знал лучше всего - о Гербологии. Как ни странно, младшей Уизли было интересно. Наверное, это потому что темой разговора были цветы, магические и обычные, их история, легенды и реальные свойства. Правда, сначала он говорил про магловскую генетику и селекцию растений, но быстро уловил, что эта тема Джинни не так интересна.


Другое дело Ханна и Луна. С этими двумя студентками с Хаффлпаффа и Рейвенкло Невилл мог часами говорить о биологии. Очень часто можно было видеть как они втроем что-то оживленно обсуждают, сидя где-нибудь в уголке общей гостиной Клуба.


Узнай остальные студенты о теме этих дискуссий, то их волосы гарантированно встали бы дыбом. Луна не забыла свою идею создать гигантский парк с магическими животными со всего света. Нет, она дополнила свою идею! Поглядев на соплохвостов Хагрида, Лавгуд тут же догадалась, что они искусственно выведены их профессором УЗМС. Девушка предположила, что тот использовал какой-то хитрый метод гибридизации.


Тут к ней и пришла в голову мысль: "А поче у бы, помимо разведения редких зверей и растений в условиях заповедника, не заняться выведением новых видов?". Кто знает, какие волшебные свойства они могут иметь! Луна поделилась своей идеей с Ханной и Невиллом, и те ожидаемо загорелись желанием подключиться к проекту.


Сперва они решили как можно больше узнать о биологии и магловских методах селекции и генной инженерии, а затем попытаться применить эти знания для гибридизации всякой мелочевки из оранжерей профессора Спраут...


- А где Гермиона? - неожиданно спросил Сириус. - Она же не настолько зла на тебя, чтобы не спуститься к завтраку?


- Нет, - ответил Гарри. - Мне Лаванда передала, чтобы я ее не ждал. Сказала, что у них там в спальне какие-то женские дела. Но ее действительно что-то долго нет, - согласился Поттер, глядя на виснущюю на Роне Браун. Да и Парвати здесь.


Что же могло так задержать Гермиону? Не успел Гарри это подумать, как его девушка зашла в Большой зал, находясь в состоянии крайнего раздражения. Если бы не пришибленные близнецы, зашедшие вслед за ней, Поттер подумал бы, что она до сих пор на него сердится.


Но нет, Миона даже не думала его избегать, и как всегда поприветствовала коротким поцелуем, сказав затем: - Доброе утро, милый!. Ее гнев немного улетучился, и она уже спокойно села завтракать.


Фред и Джордж, не долго думая, тоже уселись напротив. А следом за ними и Рон, с американцами. Дейв все это время общался с Асторией, а Джо, как всегда, кружил голову поклонницам.


- А чего это вы такие хмурые? - не удержался от вопроса Рон, обращаясь к старшим братьям.


-- Младший брат слишком приставучий, - сказал Фреду Джордж.


- Нужно напомнить ему... - согласился Фред.


- ...что у коронованных ослов всегда есть шуты,... - продолжил Джордж, намекая на громкое прозвище младшего брата.


- ...которые их высмеивают! - закончили они хором.

- Да ладно вам, - сбледнул Рон. Решив не связываться с близнецами, он задал тот же вопрос Гермионе.


- Братья твои случились! - ответила Грейнджер. - Эти безответственные эгоисты повесили на входе объявление, что набирают добровольцев для тестирования их шутовских товаров. Платят галлеон за раз. И что самое ужасное, я застала группу первокурсников, серьезно обсуждавших, стоит ли записаться! Это уже ни в какие ворота не лезет, ведь они могут серьезно пострадать...


- Да ну! Галлеон за один тест? - перебил ее рыжий. Судя по его тону, он бы и сам не отказался поучаствовать.


Гермиона смерила его презрительным взглядом. Презренный металл ему был важней собственного здоровья, и безопасности младших студентов.


-- А что вы думаете о Турнире? Хотите в нём участвовать? - спросил Дейв.

-- Я спросил у МакГонагалл, как будут выбирать участников, а она не говорит, -- сокрушался Джордж. -- Велела замолчать и заняться трансфигурацией енота.

-- Интересно, что войдёт в состязания? -- задумался Рон, но тут же опять оживился: -- Держу пари, мы всё равно победим, правда, Гарри? Нам к опасностям не привыкать.

-- Не привыкать-то не привыкать. Но не перед судейской бригадой, -- остудил брата Фред.

-- А кто будет судить? -- спросил Джо.

-- Скорее всего директора школ. По крайней мере именно так было на Турнирах Трех Волшебников, -- ответила Гермиона. -- На Турнире тысяча семьсот девяносто второго года все трое получили увечья. Тогда участники ловили василиска, а он возьми и встань на дыбы.

Заметив, что многие с удивлением на неё таращатся, Гермиона, как всегда, начала сердиться: почему все они так мало читают!

-- Об этом написано в "Истории Хогвартса"! - сказала она и вернулась к завтраку, больше не прислушиваясь к разговору мальчишек. Иначе девушка не успела бы наесться до начала занятий, до которых осталось всего около десяти минут...


## Глава 5. Двенадцать школ


В воздухе витало ощущение праздника. На уроках никто себя не утруждал, все мысли были о гостях из других школ. Даже зельеварение показалось не таким противным, ведь урок сегодня кончался на полчаса раньше. Прозвенел звонок, и Гарри с остальными поспешили к себе в башню. Оставили в спальне сумки, надели плащи и помчались вниз по лестнице в холл.


Деканы факультетов построили учеников в колонны.


-- Уизли, поправьте шляпу, -- командовала профессор МакГонагалл. -- Первокурсники, вперёд. И пожалуйста, не толкайтесь!


Вскоре все студенты выстроились перед замком. Был ясный холодный вечер. Сгущались сумерки. Бледная призрачная луна уже взошла над Запретным лесом.


-- Скоро шесть, -- взглянув на часы, Рон устремил взгляд на дорогу, ведущую к главным воротам. -- На чём, по-твоему, они едут? На поезде?


-- Сомневаюсь, -- сказала Гермиона.


-- А как тогда? На мётлах? -- предположила Джинни, глядя в небо, усеянное крупными звёздами.


-- Не думаю. Путь-то неблизкий, - ответил Гарри.


-- Может, портал? -- терялся в догадках Рон. -- А может, у них разрешается трансгрессироваться до семнадцати лет?


-- На территории Хогвартса трансгрессироваться невозможно, сколько раз тебе говорить, -- осекла его Гермиона.


Друзья внимательно обшаривали взглядами небо. Ни малейшего признака летящего предмета. Как всегда, тишь и покой. Студенты стали замерзать. Тут и там звучали согревающие чары.


"Скорей бы уж появились гости!" - думал Гарри. - "Может, они придумали какое-то необычное представление?" - ему вспомнились слова мистера Уизли на стадионе перед матчем на Кубок мира: "Всегда одно и то же. Любим на сборищах распускать павлиньи перья".


К счастью, Дамблдор, стоящий с другими учителями в последнем ряду, в эту минуту воскликнул:


-- Чует моё сердце -- делегация Шармбатона недалеко!


-- Где? Где? -- обрадовались ребята, вертя головами.


-- Вон! -- указал шестикурсник на небо в стороне Запретного леса.


Нечто огромное, куда больше метлы, нет, целой сотни мётел, летело по иссиня-чёрному небу, быстро увеличиваясь в размерах.


-- Дракон! -- пискнул насмерть перепуганный первокурсник.


-- Ты что, дурак? Это летучий дом! -- уверенно заявил крошка Дэннис Криви.


Его догадка оказалась близка к истине. Гигантская чёрная тень почти касалась верхушек деревьев. Льющийся из окон замка свет озарил приближающееся чудо -- огромную синюю карету, подобную башне. Её тянула по воздуху дюжина крылатых золотых коней с развевающимися белыми гривами, каждый величиной со слона.


Первые три ряда учеников подались назад. Заходя на посадку, карета снижалась с бешеной скоростью. И наконец, с оглушительным грохотом, копыта золотых коней размером с хорошее блюдо коснулись земли на опушке Запретного леса. Следом приземлилась карета и покатила, подпрыгивая на гигантских колёсах; кони кивали исполинскими головами, выпучив огромные огненно-красные глаза.


Открылась дверца, украшенная гербом: две скрещённые золотые палочки, из каждой вылетают по три красные звезды; с облучка прыгнул парень в голубой мантии, наклонился, что-то нашарил на полу кареты и развернул золотые ступеньки. Тут же почтительно отпрыгнул назад, и из кареты появилась чёрная лаковая туфля размером не меньше детских санок, и сразу же за ней изумлённым зрителям явилась её обладательница.


Таких великанш Гарри никогда в жизни не видел. Неудивительно, что у кареты и лошадей столь впечатляющие габариты! Только один Хагрид мог бы с ней померяться: вряд ли он хоть на сантиметр её ниже. Впрочем, может, потому, что он привык к размерам хогвартского лесничего.


Женщина, стоявшая уже на первой ступеньке и озиравшая ряды ошеломлённых зрителей, показалась ему всё-таки огромнее Хагрида. Она вошла в полосу света, падающего из окон замка, и обнаружилось, что у неё красивое лицо с оливковой кожей, тёмные волоокие глаза и крупный орлиный нос, блестящие волосы собраны в низкий пучок на шее. Дама была с головы до ног закутана в чёрную атласную мантию, на шее и толстых пальцах поблёскивали превосходные опалы.


Дамблдор зааплодировал. Ученики вторили. Многие вставали на цыпочки, чтобы лучше разглядеть великаншу.


Лицо её расплылось в улыбке. Она подошла к Дамблдору и протянула сверкающую драгоценностями руку. Директор, и сам роста немалого, лишь слегка склонился для поцелуя.


-- Дорогая мадам Максим! Добро пожаловать в Хогвартс!


-- Дамблёдорр, -- произнесла мадам Максим грудным голосом. -- Надеюсь, вы пребываете в добром зд'гавии?


-- Спасибо. Я в превосходной форме.


-- Мои ученики, -- небрежно махнула она назад огромной ручищей.


Студенты Хогвартса, чьё внимание было приковано к мадам Максим, только теперь заметили вышедших из кареты подростков лет шестнадцати-семнадцати. Их было десятка полтора, и все они дрожали от холода в мантиях из тонкого шёлка. Кое-кто обмотал голову тёплым шарфом. Насколько можно было видеть (учеников почти скрыла огромная тень французской директриссы), все с испугом поглядывали на замок.


-- Мы первые?


-- Да. Но, думаю, что остальные скоро появятся, -- ответил Дамблдор. -- Вы будете здесь приветствовать или пойдёте сразу в замок?


-- Лучше пойдём в замок. Тут у вас холодно. Только вот кони...


-- Наш преподаватель ухода за магическими существами сочтёт за счастье о них позаботиться. Он вот-вот вернётся, только уладит небольшое недоразумение. Его... э-э... подопечные требуют повышенного внимания.


-- Моим коням нужен сильный конюший. -- Мадам Максим явно сомневалась, что хогвартский учитель справится с её золотыми жеребцами. -- Они ошшень к'гепкие.


-- Уж поверьте, кому-кому а Хагриду эта работёнка по плечу, -- улыбнулся Дамблдор.


-- Ошшень хо'гошо! -- слегка поклонилась мадам Максим. -- Передайте, пожалуйста, мсье 'Агриду что пьют мои кони только ячменный виски.


-- Непременно передам. -- Дамблдор тоже в ответ поклонился.


-- Следуйте за мной, -- величаво махнула ученикам мадам Максим.


И хогвартцы расступились, пропуская гостей к каменным ступеням.


-- А дурмстрангские кони тоже, наверное, не меньше? -- обратился Симус Финниган к Рону.


-- Будут больше этих -- даже Хагриду с ними не справиться, -- покачал головой Гарри. -- Если, конечно, соплохвосты его уже не прикончили. Интересно, что там у него стряслось?


-- Может, они убежали? -- с надеждой предположил Рон.


-- Не дай бог! -- содрогнулась Гермиона. -- Представь себе: соплохвосты ползают по территории замка!


Ожидание затянулось на несколько минут. Тишину нарушали только фырканье и стук подков золотых коней мадам Максим. Кто-то поглядывал на небо.


-- Слышите? -- вдруг воскликнул Рон.


Откуда-то из темноты донёсся престранный звук -- погромыхивание, сопровождаемое всасывающим хлюпаньем, как если бы гигантский пылесос двигался по речному руслу.


-- Озеро! -- крикнул Ли Джордан. -- Гляньте на озеро.


Стоя на возвышении у замка, они отчётливо видели внизу чёрную гладь воды, которую теперь уже нельзя было назвать гладью. В середине озера появились завихрения, затем огромные пузыри, глинистый берег захлестнули волны, и вдруг в самом центре возникла воронка, как будто на дне вынули огромную затычку. Из самой её сердцевины медленно поднимался длинный чёрный шест. Корабельная снасть, догадался Гарри.


-- Это мачта! -- воскликнул Джо. Величественный корабль неторопливо всплывал из воды, мерцая в лунном свете. У него был странный скелетоподобный вид, как у воскресшего утопленника. Тусклые огни иллюминаторов походили на светящиеся глаза призрака. С оглушительным всплеском корабль наконец весь вынырнул и, покачиваясь на бурлящей воде, заскользил к берегу. Вскоре раздался звук брошенного на мелководье якоря, и на берег спустили трап.


С борта потянулись пассажиры, и в иллюминаторах замелькали движущиеся фигуры. Все они величиной не уступали Крэббу с Гойлом! Но вот они вошли в падающий из окон замка свет, и Гарри увидел, что не такие они и большие, просто на них надеты лохматые шубы. Человек, шедший первым, был одет в другие меха -- гладкие, блестящие, серебристые, под стать волосам.


-- Дамблдор! -- радостно воскликнул он, поднимаясь по склону. -- Как поживаете, любезный друг?


-- Благодарю, прекрасно, профессор Каркаров.


Голос у Каркарова бархатный, с льстивой ноткой. Высокий, худой, как и Дамблдор, но седина короткая, а козлиная бородка с завитком на конце едва скрывает безвольный подбородок. Подойдя к Дамблдору он взял его руки в свои и крепко тряхнул.


-- Старый добрый Хогвартс, -- смотрел он, улыбаясь, на замок. Зубы у него желтоватые, а улыбка не вяжется с холодным, проницательным взглядом. -- хорошо снова быть здесь... Как хорошо... Виктор, иди сюда. В тепло. Вы не против, Дамблдор? Виктор немного простыл...


Каркаров поманил одного из учеников, тот подошёл. Крупный, с горбинкой нос, густые чёрные брови... Это был Крам. Студенты Хогвартса синхронно задержали дыхание, едва поняли кто перед ними. Рон так вообще уронил свою челюсть на грудь, выглядя весьма преглупо.


В полной тишине дурмстрангцы зашли в замок, оставив британцев дожидаться остальных гостей. И на этот раз им не пришлось долго томиться в ожидании. Буквально через минуту после ухода северных гостей, Гарри заметил в небе большой светящийся овал.


- Это НЛО! - крикнул Дин Томас. И он был полностью прав.


С небес спускалась самая настоящая летающая тарелка, как она часто изображается в фантастических фильмах. То есть это был круглый металлический диск с мигающими фонарями на днище. А сверху был виден большой стеклянный купол, сквозь который пробивался яркий свет.


Зависнув рядом с каретой французов, летающая тарелка стала медленно опускаться на четыре выдвинувшиеся ножки. Едва она коснулась земли, как из ее днища повалил густой пар, который на секунду скрыл спуск по трапу группы подростков и стройной немолодой рыжеволосой женщины в строгом костюме, как у магловского профессора в университете.


Дамблдор снова зааплодировал, и его ученики не замедлили подхватить. Особенно старались Колин и Денис, которые во все глаза смотрели на летающий аппарат делегации из США. О том, что он именно оттуда говорил флаг, нарисованный на борту корабля.


Среди заокеанские студентов был и Джон Грейстокк. Как и его товарищи, он был одет в обычную магловскую одежду, и единственным элементом формы была куртка, какую обычно носят игроки в американский футбол. На синей ткани были пришиты эмблемы, на белом фоне которых была изображена серебряная птица, стоящая на золотом канате, с палочкой в клюве. Вокруг птицы дугой шла надпись: "Салем Мэджик Юниверсити".


- Рад приветствовать вас в Хогвартсе, доктор Спеллман!


- Дамблдор! Как я рада вас снова видеть. Как поживаете?! Вижу, вы слегка подзагорели с момента нашей последней встречи на симпозиуме алхимиков, - сказала глава американцев.


- Спасибо, я этим летом успел немного отдохнуть от забот дома. Немного поработал в саду. Теперь прекрасно себя чувствую. И ты тоже прекрасно выглядишь, Лорейн, - искренне ответил старый волшебник, целуя ей руку, как мадам Максим до этого. - Олимп и Игорь уже ждут в Большом зале замка. Мой заместитель, Минерва МакГонагалл, проводит вас.


- Спасибо, Альбус, - ответила ректор Салемского Университета, и повела своих студентов внутрь...


Следующая делегация тоже не заставила себя ждать. На этот раз это были представители жаркой Африки. И прибыли они внутри большого каменного шара, зажатого в лапах гигантской птицы. Она была размером с многоэтажный дом! И внешне напоминала орла или коршуна.


- Это птица Рух! - сказала Гермиона. - Я читала о нем...


- В одной толстой и нудной книге, - попытался закончить за нее Рон.


- Вообще-то нет, Рональд! - ответила девушка. - Это было в магловском сборнике сказок о приключениях Синдбада-морехода.


Рыжий изумленно уставился на Гермиону, не веря, что та могла когда-то читать детские сказки.


А между тем из шара, который на их глазах превратился в большой каменный дом с резными барельефами в виде животных, вышли чернокожие студенты школы Уагаду. Над дверью был изображен их герб: усыпанная алмазами печать Соломона, причем окружность создается огромными крыльями птицы Рух, кончики которых указывают на надпись "Уагаду" внизу.


Африканцы носили теплые мантии из звериных шкур, но было видно, что они все равно мерзнут.


Возглавлявший их волшебник, Меджа Огола, был совершенно слеп и жутко стар. Даже Дамблдор рядом с ним казался живчиком. Впрочем, совсем уж развалюхой африканский маг не казался, он вполне твердо держался на ногах, хоть и пользовался посохом, на конце которого были привязаны разноцветные тыковки и перья.


Несмотря на слепоту, старый волшебник уверенно повел свою делегацию к ожидавшим их британцам.


- Директор Оголо! Рад приветствовать вас в нашем замке, - поздоровался с коллегой глава Хогвартса. - Как ваше здоровье?


- Здравствуй, Дамблдор. Спасибо, я в прекрасном состоянии, - тепло ответил старый волшебник из Африки. - Вижу, что и ты в добром здравии, рука еще не почернела, - студенты недоуменно уставились на директоров. Никто не понял последних слов африканца.


Но глава Хогвартса, как ни странно, понял, и слегка нахмурился.


- За вашей птицей нужен какой-то особый уход? - спросил директор Хогвартса, чтобы сменить тему.


- Нет, она улетит домой. Мой ученик, Патрик Оньянго, попросил ее вернуться через семь лун, - ответил африканский волшебник, указывая на парня рядом с собой.


Он был высок, мускулист и совершенно лыс. Его лицо было покрыто мелкими шрамами и татуировками, создававшими замысловатый узор. Гарри, который в начале лета часто смотрел у Грейнджеров документальные фильмы, сразу понял, что это ритуальные знаки африканского охотника. Их наносят когда мальчик признается мужчиной, что обычно происходит в пятнадцатилетнем возрасте.


Несмотря на ритуальные увечья, Патрик не выглядел страшным или свирепым. Наверное, это из-за его широкой белозубой улыбки на иссиня-черном лице. Видно, что он добрый малый, и, судя по всему, любит животных, совсем как Хагрид.


Между тем вернулась МакГонагалл, и Дамблдор снова попросил ее проводить гостей. Гарри подумал, что если и дальше так пойдет, то за этот вечер декан Гриффиндора изотрет себе ноги, ходя между воротами и Большим залом...


Следующими прибыли арабы. Британские студенты очень удивились, когда на границе замквых земель воздух зарябил, будто мираж в пустыне. Оттуда один за другим вышли четыре огромных бегемотоподобных огнедышащих верблюда с шатрами на спине между маленькими горбами.


Коротким караваном они медленно прошли к замку и остановились перед воротами замка. Из шатров вышли пятнадцать юношей в одежде аравийских бедуинов черного цвета, а также высокий худой маг в черно-красном тюрбане.


Увидев лицо этого волшебника, британские студенты еле сдержались от переглядываний и перешептываний. И было отчего. Представьте себе постаревшего и посмуглевшего Снейпа, нацепившего выражение бесконечного презрения и брезгливости. Именно так выглядел Глава арабской школы магии Моугхар Суффи, Ибрагим Зохар аль-Гази.


Чувствовалось, что Дамблдор ему, мягко говоря, не нравится, и это чувство взаимно. Формально, без прежнего радушия, поприветствовав гостя, директор Хогвартса предложил ему проследовать за уже упоминавшимся зельеваром.


Следующих гостей пришлось немного подождать. Прошло минут десять прежде чем глазастый Колин Криви первым обнаружил летящий объект. С выражением полного обалдения на лице студенты Хогвартса наблюдали как над Запретным лесом пролетел гигантский светло-розовый слон. Причем летал он с помощью собственных огромнейших ушей!


На спине этого необычного летуна располагался большой разноцветный шатер, из которого выбрались индийские студенты. Среди них Гарри с друзьями увидели мужа Падме Патил. Рейтан Суреш стоял ближе всех к главе их делегации, который оказался вовсе не директором школы.


В Индии, как известно, волшебники учатся при храмах. И их великое множество, что позволяет обучить тот легион волшебных детей, который ежегодно рождается в стране, где население достигло больше половины миллиарда человек.


Поэтому, чтобы не обидеть кого-либо из настоятелей, правительство Магической Индии решило пойти на компромис. Возглавил делегацию первый помощник Главы Департамента Образования индийского Министерства Магии. Он выглядел как настоящий индийский набоб: невысокий, лысый, и чрезвычайно толстый, мужчина пятидесяти лет, одетый в роскошный, вышитый золотом и драгоценными камнями, разноцветный халат.


По сравнению с главой делегации, индийские студенты были одеты довольно скромно. Парни были одеты в черные штаны-шаровары, подвязаные цветным поясом, белую рубашку и небольшую жилетку с национальным гербом Индии на груди. А девушки носили традиционные индийские платья. Эти наряды были очевидно слишком легкими для британского климата, и потому индусы ежились от холода.


Несмотря на некоторую надменность главы индийской делегации, Дамблдор тепло его поприветствовал. Не желая морозить гостей дольше необходимого, он предложил им проследовать внутрь замка.


И снова потянулись минуты ожидания. Большинство студентов поглядывало на небо, т.к. на данный момент большинство делегаций воспользовалось именно именно этим путем. Некоторые ожидали кого-нибудь с озера. Но никто не предположил, что кто-то прибудет из-под земли.


Неожиданно все почувствовали сильный толчок, и земля рядом с озером вспухла. Оттуда вверх потянулся сияющий золотом росток диковинного растения. Оно быстро росло и разрасталось, постепенно принимая форму красивого трехэтажного здания. Достигнув нужной величины, сияние потускнело, и студенты Хогвартса увидели, что дом сделан из зеленого камня с небольшими вставками других цветов.


Стены продолжали слабо светиться, поэтому было прекрасно видно, как из здания вышла группа подростков во главе с прекрасной темноволосой женщиной в изумрудном с золотом закрытом платье. Определить ее возраст было практически невозможно. Двигалась она столь плавно и величаво, что у студентов помимо воли появилось ощущение, что они лицезреют царственную особу.


Парни за ее спиной были одеты в темно-синие двубортные длиннополые мундиры (шинели) с золотыми пуговицами. К воротнику были пришиты небольшие золотые петлицы с красными звездами. Точно такие же погоны располагались на плечах. На голове у них красовались шапки с меховой оторочкой.


Форма девушек также напоминала военную форму*, и представляла собой темно-синюю широкую юбку длиной чуть ниже колен, и такого же цвета однобортную приталенную куртку с погонами. В отличие от парней, они предпочли остаться без головных уборов.


На левой стороне груди виднелась эмблема школы: в центре разноцветный щит в форме цветка, на котором сидит зеленая ящерица в золотой короне; снизу, из под него, бьют четыре водных источника в виде буквы "Х", а сверху висят скрещенные волшебные палочки, с концов которых выходит огненная лента, образующая надпись "Колдовстворец" на двух языках - русском и английском (скорее всего, последнее сделано ради удобства хозяев Универсиады); надписи разделяет красная звезда.


- Добро пожаловать в Хогвартс, мадам Медногорьева! - поприветствовал главу россиян директор Хогвартса, целуя руку как остальным коллегам-дамам.


- Здравствуй, Дамблдор! - чарующим голосом ответила русская директрисса. - Я тоже рада встречи... Какая у вас, однако, теплая погода. Думаю, зря я приодела своих молодцев в зимнюю форму. Надо было, как девушек, в летнюю...


- Для нее это теплая погода?! - удивился Рон. - У меня зуб на зуб не попадает! Как же холодно у них в Сибири, если наш морозец ей кажется теплым летним бризом? - спросил он, глядя вслед русской делегации, которая уже направлялась внутрь замка.


Не успели они зайти, как пятикурсник с Рейвенкло заметил красную мерцающую точку в небе. Она постепенно росла, и спустя пару минут приняла очертания большого ало-золотого ленточного дракона. Осознание этого заставило британских студентов сильно побледнеть, и спешно искать глазами какое-нибудь укрытие.


Через пару минут, когда летающий змей пролетал над озером, стало понятно, что все опасения беспочвенны. Дракон был не настоящий, а карнавальный. Аутентично извиваясь, он медленно приземлился на лужайку перед замком.


Когда последний ео пассажир покинул пасть бутафорского чудовища, он тут же стал трансфигурировать в большое деревянное здание в виде высокой пагоды. А сами гости из Поднебесной подошли к встречающим их британцам.


Как и в Индии, в Китае не было единой школы магии. Ведь народу там было еще больше, и всех просто невозможно учить в одном учебном заведении. Великий Учитель, мудрец и волшебник Конфуций, построил по школе в каждой провинции. Поэтому делегация китайцев тоже представляла собой сборную солянку из пятнадцати лучших студентов страны. Только, в отличие от индусов, они не стали придумывать какую-либо единую форму, решив предстать перед остальными участниками во всем своем разнообразии.


Так, Хи Чанг, дальний родственник Чжоу, учащийся в ГонгКонге, был одет в уже виденные черные штаны и красную рубашку. А стоящий рядом с ним парень вообще выглядел как шаолиньский монах, т.е. совершенно лысый и одетый в одежду оранжевого цвета.


Как и в случае с индусами, главой делегации был чиновник. Он был высокий, худой, с двумя длинными обвислыми усами, одетый в традиционную одежду китайского мандарина зеленого цвета.


Звали главу китайцаев Ли Фонг, и в родном Министерстве Магии он занимал пост первого секретаря Министра, о чем, как все позже узнали, говорила его странной формы шапочка с золотым шаром на макушке.


Дамблдор снова тепло встретил гостей, и по-быстрому спровадил их в замок. После чего все в очередной раз принялись сканировать небо в поисках летающих объектов. И таковой быстро нашелся. С криком "САМОЛЕТ!!!", братья Криви указали на Запретный лес. Там, над верхушками деревьев действительно летел самый настоящий гидросамолет, плавно спускавшийся к озеру. На крыльях и борту летательного аппарата был нарисован австралийский флаг.


Немногие студенты, знавшие о том, что магловская техника на территории Хогвартса не работает, молча и недоуменно переглядывались. Они не понимали, почему этот самолетик не разбился, и, судя по крутящемуся пропеллеру, продолжает исправно работать.


Подплыв к берегу, гидросамолет остановился, и из него вышла светловолосая волшебница, по-видимому - глава делегации. Направив палочку на гладь озера, она мгновенно ее заморозила, создав таким образом своеобразный пирс. Причем лед явно получился толстым и шероховатым, раз австралийские студенты не имели проблем с ходьбой по нему.


- Мадам Холт! Добро пожаловать в Хогвартс! - поприветствовал главу австралийцев Дамблдор. Теперь, когда женщина была поближе, хогвартцы могли ее рассмотреть. Она была, бесспорно, самой молодой из виденных директоровПомимо пшенично-светлых волос у нее было милое округлое лицо и голубые глаза. Как и доктор Спеллман, она носила магловский професссорский костюм светло-синего цвета.


- Спасибо, Дамблдор! Мы тоже рады находиться тут! - ответила австралийка. - Надеюсь вы в добром здравии. Нас вот немного мутит. Мы двое суток летели, причем без посадок. Так приятно снова оказаться на твердой земле. Наверное, мы последние? Остальные, скорее всего уже прибыли, - женщина частила совсем как Гермиона на первом курсе. Наверное, на нее так сказывалось волнение.


- Нет, Эмма, мы ждем еще две делегации, - ответил Дамблдор. - Может подождете с остальными гостями, в нашем Большом зале? - предложил он наверняка мерзнущим австралийцам.


Они неплохо подготовились к поездке в Британию, где климат значительно холоднее теплой Австралии. Ни один придирчивый магл, вроде дяди Вернона, не смог бы отличить этих студентов от любых других британских школьников. Форма их была цвета морской волны. Парни носили простые брюки, а девушки - клетчатые юбки до колен. Сверху все подростки носили тонкий свитер с оттенком чуть светлее брюк, с бирюзовой рубашкой под ним. За спиной, на тонких завязачках висели длиннополые шляпы.


На левой стороне груди виднелась их эмблема: на темно-синем фоне стоит черный остров с горой, у которой усечена верхушка; над ним висят полная луна и звезды; под островом надпись - "Мако Мэджик Юниверсити".


Несмотря на тонкие свитеры, австралийцы очевидно мерзли. Не привыкли они к таким низким температурам. Поэтому мадам Холт с благодарной улыбкой согласилась с предложением Дамблдора пройти внутрь замка.


И в который раз потянулись минуты ожидания. Новая делегация появилась неожиданно. Их транспортным средством был деревянный дом, обмотанный огромным крылатым змеем с зелеными перьями по всему телу, за исключением бронзового брюха и морды. На его спине был устрашающего вида гребень, да и целиком он создавал довольно жуткое впечатление.


"Что же это за монстр такой?" - такая мысль крутилась у всех в головах.


- Кецалькоатль, пернатый змей! - просветила друзей Гермиона. - Древние американские индейцы поклонялись ему как божеству. Он способен по желанию менять погоду, и мгновенно перемещаться на делекие расстояния, подобно фениксу. Фактически трансгрессия, только никакие щиты не способны ему помешать.


- Круто! - выразили общую мысль Джо и Дейв.


- Скорее всего, это делегация из Eschola de Neblina. Она находится где-то в Южной Америки, предположительно в Бразилии, - продолжила выдавать справку Грейнджер. - Там учатся студенты со всей Латинской америки, и потому язык обучения - церковная латынь. Я читала, что они мастера иллюзий - несмотря на то, что всем известно где находится Туманный пик, никто не смог отыскать там школу. Она замаскирована похлеще любой другой, не говоря уж о том, что вокруг, скорее всего, непроходимые джунгли.


Пока Гермиона делилась своими знаниями, бразильцы, или, скорее, латиноамериканцы, подошли к встречающим. А пернатый змей за их спиной взмыл в небо, и просто испарился. Хагрид наверняка будет огорчен, ведь он не сможет изучить такого интересного монстра.


Гости с Туманного пика были одеты в темно-зеленые костюмы, фасоном напоминающие наряд тореадора. Только золота было значительно меньше. В полку мерзнущих прибыло!


Главой латиноамериканцев оказался низеньким полненьким старичком с большой лысиной на макушке (волосы остались только на затылке) и короткой белой бородой. Как и Дамблдор, он носил очки-полумесяцы, из-за которых добродушно смотрели смотрели светло-карие глаза. В отличие от своих студентов, он был одет в свободную одежду оранжевого цвета, из-за чего здорово напоминал апельсин.


- Антонио, рад снова видеть тебя, старый друг, - теплей обычного поздоровался с ним Дамблдор. Директор Хогвартса даже обнял его, для чего ему пришлось серьезно наклониться.


- Альбус, раздавишь. Ты как всегда здоров как бык. Уже больше та лет тебе, а сил не убавилось, - посмеиваясь прохрипел гость из Южной Америки. - Не то, что я... чертова подагра!


- Ты из-за нее так редко покидаешь свои туманные леса? - спросил Дамблдор. Латиноамериканец лишь кивнул.


- Ну, у нас больше полугода впереди, чтобы наобщаться всласть, - сказал директор Хогвартса. - Прошу в замок, нам осталось только японцев дождаться, и мы к вам присоединимся, - еще раз обнявшись со старым другом, латиноамериканец повел своих студентов в замок.


Хогвартским в этот раз повезло - прошло едва полминуты, как рядом с китайской пагодой раздался громкий хлопок, и на земле оказалось широченное полотнище с нарисованными на ней иероглифами. Спустя миг полотно издало громкий хлопок, и все пространство вокруг нее заволокло дымом.


Когда он рассеялся, хогвартцы увидели на его месте небольшое здание в японском стиле. От китайской пагоды она отличалась значительно меньшей вычурностью, и большей естественностью. Если китайцы стремились вверх, к идеальному, что можно было постичь лишь посветленным разумом, то японцы стремились подчеркнуть и обагородить красоту природы. Поэтому их дом не был как-либо покрашен, и демонстрировал красоту дерева.


Изнутри вышла группа студентов, одинакова одетых в черные длиннополые кимоно (шихакушо), подвязанных белыми поясами**. Эмблема их школы располагалась на наплечной повязке. Там была изображен увитой ветками сакуры белый щит с красными лучами и тремя сложными иероглифами. Сверху висели три золотые звезды, а снизу пролегала лента, на которой было написано латиницей: "Махоутокоро".


Возглавлял их пожилой мужчина с заметной сединой в коротких черных волосах. Лицо его имело исключительно строгое выражение, глядя на которое МакГонагалл казалась очень даже легкомысленной. Одежда главного японца, за исключением длинной белой накидки (хаори), ничем не отличалась от той, что носили его подопечные.


- Добро пожаловать в Хогвартс, директор Накамура! - серьезно и деловито поприветствовал гостя Дамблдор. Хогвартские студенты его прекрасно понимали, с таким суровым человеком, как этот немолодой японец, нет смысла расшаркиваться.


- Спасибо, Дамблдор-доно! - ответил Накамура. - Мы рады присутствовать здесь, - добавил он, совершенно безъэмоционально.


Кивнув, директор Хогвартса предложил гостям проследовать в замок, и сам вызвался проводить их. Ведь больше делегаций не ожидалось.


Дамблдор, учителя и японские гости скрылись за воротами, а британские студенты вздохнули свободно. Это мучение с долгим ожиданием на холоде, наконец, закончилось. Все двенадцать школ-участниц Универсиады, наконец, собрались в Хогвартсе!


*Не совсем военную, на самом деле это почти копия зимней формы советской милиции времен ВОВ) Школа во время войны с нацистской Германией активно готовила боевых чародеев, и с тех пор сохранила форму.

**Я не фанат Блич, но униформа шинигами мне показалась весьма подходящей студентам Мохоутокоро.


## Глава 6. Кубок огня


-- Глазам не верю! -- в который раз повторил Рон, во все глаза глядя на стол Слизерина, где сидел Крам. Рыжий был вне себя от восторга, даже несмотря на то, что его кумир сидит среди "змей".


-- Крам! Нет, ты представляешь себе, Гарри? Сам Виктор Крам!!!


- Да заткнись ты уже! - рыкнули на младшего брата близнецы. Остальные гриффиндорцы благодарно на них посмотрели. Младший Уизли уже всех достал. Он всю дорогу к Большому залу сокрушался, что у него нет даже клочка бумаги и пера, чтобы попросить у болгарина его автограф.


Рон обиженно надулся, но послушно умолк. Но долго унывать рыжий просто не мог, и вскоре снова пялился на своего кумира. И он был в этом не одинок, большинсво шестикурсниц буквально пожирали болгарина глазами, не решаясь прямо сейчас подойти с губной помадой, чтобы заполучить его автограф, и показать свои женские достоинства.


Крам же, совершенно игнорируя такое к себе повышенное внимание, о чем-то оживленно общался с одним из студентов Махоутокоро. Японцы и арабы также сидели за столом Слизерина.


Среди Рейвенкло разместились французы, русские и китайцы. Возможно, это из-за цвета их одежды, у всех она была разных оттенков синего, за исключением некоторых студентов из Поднебесной. Но это было довольно сомнительное объяснение, ведь австралийцы со своей формой цвета морской волны выбрали стол Гриффиндора, где уже сидели представители США и Индии.


Шармбатонцы еще не все сняли свои шарфы, и мрачно озираться по сторонам. Им явно не гравилось оформление замка. Наверное, слишком громоздко на их утонченный вкус.


В отличие от привередливых соседей по столу, русские и китайцы осматривались с интересом. Особенно их впечатлил зачарованный потолок. Студенты Рейвенкло активно их просвещали относительно истории замка, и его распорядка. При этом они еле сдерживались от смеха, слушая акценты своих гостей. Особенно большие проблемы были у китайцев. Только Чжоу Чанг и Су Ли могли их понять, и потому трудились передводчицами. Но и у них были с этим проблемы, чувствовалась отвычка...


Стол Хаффлпаффа принял у себя только африканцев и латиноамериканцев. Впрочем, они были не в обиде, и прекрасно понимали, что больше просто не поместится. Ведь факультет Хельги традиционно имеет больше студентов, чем остальные, да и гости оказались весьма интересными.Особенно одна девушка из Амазонии и тот самый Патрик Оньянго из Африки, или, если быть точнее, из Кении.


"Амазонка" оказалась метаморфмагом, причем могла превращаться не только в людей, но и в животных. Хаффлпаффцы с открытым ртом смотрели как девушка поочередно принимает облик разных зверей со своей Родины. Тонкс тоже была в восторге, хоть и завидовала немного.


Но она сама в этом виновата - решила, что мгновенное превращение в любого человека это предел ее способностей. Хотя если подумать, метаморфмагия - это беспалочковая трансфигурация самого себя, и теоретически не имеет ограничений. Разве что в неодушевленный предмет превращаться не стоит...


А кениец умел удивительную способность разговаривать с животными, что и продемонстрировал, переведя на английский гавкание Сириуса в его анимагической форме. Нужно было видеть ошарашенное лицо Блэка, когда он вернул себе человеческий вид.


Эта способность тоже была врожденной, и многие поколения передавалась в семье Патрика. Из-за нее, Оньянго очень ценились правительством Магической Африки, ведь они существенно облегчали присмотр за различными редкими волшебными тварями.


Гарри смотрел на стол Хаффлпаффа в глубокой задумчивости. Ему было немного стыдно за свою забывчивость, он так и не попросил у Тонкс уроков метаморфмагии. Все время вылетало из головы. А способности Патрика напомнили ему о его парселтанге. Может ли быть, что он способен разговаривать не только со змеями, но и с остальными животными?


За столом Гриффиндора тоже было достаточно интересно. Главными заводилами были, естественно, близнецы и одна девушка из Австралии, та самая, что во время Чемпионата мира наградила пошлого певца-одноклассника длинным языком и ослиными ушами. Звали ее Эрика Шервуд, и она была той еще проказницей с весьма колючим характером. С Фредом и Джорджем она сошлась на большой любви к различным шуточкам.


Близнецы от девушки были в восторге, и очень сокрушались, что она уже занята. Ее парень, Заккари Беннет, который сидел рядом, оказался сыном посла Магической Австралии, что Гарри с друзьями встретили в Министерской ложе. Со стороны Эрика и Зак быои полными противоположностями. Она - веселая и озорная, а он - серьезный и слегка надменный.


Впрочем, они были не единственной иностранной парочкой, попавшей под пристальное внимание гриффиндорцев. Джон Грейстокк, наконец, представил свою девушку, о которой столько говорил летом. Ею оказалась красивая зеленоглазая темная шатенка, родом из Канады. Она чем-то неуловимо напоминала Веронику Грейстокк, хотя и не являлась ее родственницей. Даже звали ее похоже - Виктория.


Наконец, профессора закончили свое таинственное совещание в соседней комнате, и вышли к студентам. Зал тут же умолк, и половина иностранных учеников почтительно встали на ноги. После небольшой заминки, остальные к ним присоединились. Студенты не садились пока их директора не заняли свои места за преподавательским столом.


-- Добрый вечер, леди, джентльмены и привидения, а главное, наши гости, -- наконец начал он, лучезарно улыбнувшись иноземным ученикам. -- С превеликим удовольствием приветствую вас в Хогвартсе! Уверен, что вы хорошо проведёте у нас время. Не сомневаюсь, вы уже успели оценить удобства нашего замка!


При этих словах одна из шармбатонских девушек, до сих пор не снявшая с головы шарф, громко хихикнула, будто спрашивая: "Он что - шутит?" Некоторых хогвартских студентов это обидело.


-- Официальное открытие Турнира, -- как ни в чём не бывало продолжал Дамблдор, -- состоится сегодня вечером, сразу же после ужина. Угощайтесь, дорогие друзья, на славу. Ешьте, пейте и чувствуйте себя как дома!


Дамблдор сел, и золотые блюда, как всегда, начали наполняться едой. На этот раз эльфы-домовики превзошли себя. Каких только кушаний не было, в том числе и заморских!


-- А это что? -- спросил Рон, указывая на блюдо не то с супом, не то с рагу из моллюсков, стоявшее рядом с йоркширским пудингом из говядины с почками.


-- Буйябес, -- объяснила Гермиона.


-- Надо же! -- удивился Рон.


-- Это французское блюдо. Я его ела на каникулах позапрошлым летом. Очень вкусно.


-- Поверю тебе на слово, -- сказал Рон и потянулся к привычному пудингу.


Минут через двадцать дверь за профессорским столом отворилась и в зал вошёл Хагрид. Сев на обычное место, он сразу же помахал толсто забинтованной рукой Гарри, Рону и Гермионе.


-- Как поживают соплы, Хагрид? -- спросил Гарри.


-- Процветают, -- широко улыбнулся лесничий.


-- Никто и не сомневался, -- тихонько сказал Рон. -- Похоже, нашли еду по душе. Пальчики Хагрида.


-- Будьте доб'гы, передайте, пожалуйста, буйя-а-бес! -- громко попросил чей-то голос.


Это была девушка, не сдержавшая смешок во время приветствия Дамблдора. Она наконец-то сняла шарф, и её белокурые волосы волной падали почти до самого пояса. У неё были большие синие глаза и ровные белые зубы, напомнившие незабвенную улыбку профессора Локонса.


Рон покраснел до ушей. Взглянул на девушку, открыл было рот, но вместо слов издал бессмысленное бульканье.


-- Пожалуйста, -- придвинул к ней блюдо Гарри.


-- Вы уже поели?


-- Д-да, о-очень вкусно, -- заикаясь, проговорил Рон. Девушка взяла блюдо и осторожно понесла к своему столу. Рон таращился на неё, как на неземное диво. Привёл его в чувство удар по ребрам от Лаванды. Она явно не обрадовалась, что ее парень пялится на какую-то иноземную красотку.


-- Вылитая вейла! -- осипшим голосом прохрипел Рон, как-бы оправдываясь.


-- Глупости, -- возмутилась Лаванда. -- Ты один уставился на неё с таким идиотским видом.


Но она ошибалась. Многие глядели вслед этой девушке, а некоторые, как и Рон, потеряли дар речи. Браун хотела упереться, и закатить истерику, но неожиданно была прервана Эрикой:


-- Вообще-то твой парень прав. Та девушка действительно вейла, или, по крайней мере, отчасти...


Лаванда свардиво спросила австралийку, с чего она это взяла, но та ее даже не услышала, т.к. смотрела на виновницу их спора. Причем крайне неприязненным взглядом, что было странно, ведь Зак не показал себя таким изменчивым, как Рон.


- О, смотрите, Крауч и Бэгмен проявились! - сказал Дейв, чем овлек всех от дальнейшего спора. Он кивнул на преподавательский стол. Два кресла рядом с Дамблдором, что до того оставались пустыми, наконец обрели хозяев.


-- Что они тут делают? -- удивился Джо.


-- Они -- организаторы Универсиады. -- уверенно ответила Гермиона. -- Полагаю, приехали посмотреть начало состязания.


Скоро появились вторые блюда, и среди них опять незнакомые. Рон довольно скептично рассмотрел зажаренных во фритюре кузнечиков и брезгливо отодвинул их в сторону.


Наконец золотые тарелки опустели, и Дамблдор опять встал с кресла. Зал в ожидании замер. Гарри почувствовал лёгкое волнение. А сидевшие в отдалении от всех близнецы так и впились в директора горящим взглядом.


-- Торжественный миг приблизился. -- Дамблдор оглядел, улыбаясь, обращённые к нему лица. -- Магическая Универсиада вот-вот будет открыта. Перед тем как внесут ларец...


-- Что-что внесут? -- не понял Дейв.-- ...я хотел бы коротко объяснить правила нынешнего состязания. Но прежде позвольте представить тем, кто не знает, мистера Бартемиуса Крауча, главу Департамента международного магического сотрудничества. -- Слушатели вежливо похлопали. -- А также Людо Бэгмена, начальника Департамента магических игр и спорта.


Бэгмену достались щедрые аплодисменты, наверное благодаря его славе загонщика, а может, просто потому, что вид у него был куда приветливее: Бэгмен оценил аплодисменты, осклабившись и помахав залу рукой, а хмурый Бартемиус Крауч и бровью не повёл, когда Дамблдор назвал его имя. На чемпионате мира, вспомнил Гарри, он был в строгом костюме, а сейчас в мантии волшебника выглядел как-то нелепо. Его усы щёточкой и аккуратный пробор странно контрастировали с длинными белыми волосами и бородой Дамблдора.


-- Мистер Бэгмен и мистер Крауч, организаторы Турнира, без устали работали несколько месяцев, -- продолжал Дамблдор. -- И они войдут в судейскую бригаду, которая будет судить состязания.


При слове "судить" зал навострил уши, что от Дамблдора не ускользнуло.


-- Филч, -- улыбнулся он, -- ларец сюда, пожалуйста.


Старый ворчливый смотритель, который до этой минуты прятался где-то в дальнем углу зала, тут же явился к профессорскому столу, неся в руках старинный деревянный ларец, инкрустированный жемчугом. Зал, зашумев, всколыхнулся. Дэннис Криви даже встал на стул, чтобы лучше видеть, но был так мал, что всё равно едва возвышался над соседними головами.


Филч осторожно поставил ларец перед Дамблдором, и тот продолжил объяснения:


-- Инструкции к состязаниям мистером Краучем и мистером Бэгменом уже проверены. Но прежде скажу о небольшом добавлении к программе, о котором мы с остальными директорами договорились перед прошедшим банкетом. Помимо пяти туров Универсиады мы организуем и обычные состязания между студентами по разным дисциплинам, от квиддича до продвинутого зельеварения. Конечно же, за победу в каждом из этих состязаний будет выдаваться награда.


От этой новости студенты радостно загудели. Идея всем понравилась, а то не дело, что только Чемпионам позволят проявить себя. Да и награды хотелось всем!


- А теперь по основному соревнованию. Как я уже упоминал, туров всего пять. Каждому соответствует одна из четырех элементарных стихий, плюс сам человек в качестве пятой. Первый тур связан с огнем, это небольшая подсказка для будущих Чемпионов. Все задания основаны на школьной программе, поэтому, при должном уровне знаний, выполнить их вполне возможно. От участников, в ходе них, помимо демонстрации владения магическими искусствами, предстоит показать свою личную отвагу и умение преодолеть опасность.


При последних словах зал притих, затаив дыхание. А Дамблдор невозмутимо продолжал:


-- В Универсиаде, как известно, участвуют двенадцать чемпионов, по одному от каждой школы-участницы. Их будут оценивать по тому, как они справились с очередным состязанием. Чемпион, набравший во всех турах самое большое число баллов, становится победителем. Участников Универсиады отбирает из школьных команд беспристрастный выборщик -- Кубок огня.


Дамблдор вынул волшебную палочку и стукнул по крышке ларца три раза. Крышка медленно, со скрипом открылась. Дамблдор сунул внутрь руку и достал большой, покрытый грубой резьбой деревянный Кубок. Ничего примечательного -- не будь он до краёв наполнен пляшущими синеватыми языками пламени. Дамблдор закрыл крышку, осторожно поставил на неё Кубок, чтобы все хорошо его видели.


-- Желающие участвовать в конкурсе на звание чемпиона должны разборчиво написать своё имя и название школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, -- сказал он. -- Им на размышления дается двадцать четыре часа. Кубок будет выставлен в холле. И завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в Универсиаде. Конечно, избраны будут достойнейшие из достойнейших. Кубок на всю ночь останется в холле и будет доступен всем, кто хочет участвовать в состязании. К участию будут допущены только те, кто достиг семнадцати лет. А чтобы те, кому нет семнадцати, не поддались искушению, я очерчу вокруг него запретную линию. Всем, кто младше указанного возраста, пересекать эту линию запрещено. И последнее: желающие участвовать в конкурсе, примите к сведению -- для избранных в чемпионы обратного хода нет. Чемпион будет обязан пройти Универсиаду до конца. Бросив своё имя в Кубок, вы заключаете с ним магический контракт, который нарушить нельзя. Посему хорошенько подумайте, действительно ли вы хотите участвовать в этом состязании. Ну а теперь, кажется, самое время идти спать. Всем, всем доброй ночи.


-- Запретная линия! -- воскликнул Фред, выходя из зала, глаза у него возмущённо сверкали. -- Её наверняка можно обмануть зельем, ну, которое набавляет возраст. А когда уже имя в Кубке, кричи "ура"! Кубку -- умора! -- всё равно, сколько тебе лет!


-- Дело не в возрасте, -- возразила Гермиона. -- Мы ещё очень мало знаем, и нам такие состязания не по плечу.


-- Говори только за себя, -- обозлился Джордж. -- Хотя уж ты-то, да и Гарри тоже, прекрасно справитесь с любым заданием. Не хотите ли поучаствовать?


Лохматая парочка синхронно покачала головами. Им уже не первый раз задают этот вопрос, но, похоже, никто не верил.


-- Где же он? -- громко пробормотал Рон, высматривая в толпе Крама. Рыжий, в поисках своего кумира, видимо полностью прослушал перепалку братьев и друзей. -- Дамблдор не сказал, где будут жить гости из Дурмстранга?


Ответ не заставил себя ждать. Друзья как раз поравнялись со слизеринским столом.


-- Всем обратно на корабль, -- распорядился Каркаров. -- Виктор, как ты себя чувствуешь? Хорошо поел? Может, послать на кухню за глинтвейном? -- беспокоился он.


Крам покачал головой и натянул шубу поверх своей школьной формы - кроваво-красной мантии.


-- Профессор, мне бы хотелось выпить вина, -- разохотился другой ученик.


-- Я предлагаю не тебе, Поляков, -- рявкнул Каркаров, и заботливый отеческий вид мгновенно испарился. -- Ты опять, неряха, закапал едой всю мантию! Когда-нибудь, ты меня доведешь, и я исключу тебя из школы. Пойдешь тогда в шарашку к этой Медногорьевой! И отец-помощьник министра тебе не поможет!


Он развернулся и повёл учеников к дверям. Гарри с друзьями как раз выходили из зала. Они пропустили Каркарова вперёд.


-- Спасибо, -- небрежно бросил Каркаров, мельком взглянув на Поттера. И застыл в изумлении -- прямо-таки уставившись на Гарри, точнее, на его шрам. Его подопечные тоже остановились позади директора, с любопытством таращась на Гарри, на многих лицах читался испуг. Парень в заляпанной едой мантии толкнул локтем стоявшую рядом девушку и беззастенчиво ткнул в гриффиндорца пальцем.


Это было довольно странно, т.к., как Поттер уже убедился, за пределами Британии история Мальчика-Который-Выжил не была столь широко известна.


-- Да, это Гарри Поттер, -- прохрипел кто-то сзади. Профессор Каркаров резко обернулся. Грозный Глаз Грюм стоял, опираясь на свою палку, его волшебное око, не мигая, буравило директора Дурмстранга.


Каркаров побледнел, на искажённом лице проступила ярость, смешанная со страхом.


-- Ты! -- только одно слово сорвалось с его губ.


-- Да, я, -- мрачно кивнул Грюм. -- И если тебе нечего сказать Поттеру сделай милость, проходи, не задерживайся. Ты не даёшь пройти.


Что правда, то правда: позади Грюма столпилось ползала, ожидая, когда пробка в двери рассосётся. Ребята заглядывали через плечо, стараясь увидеть, что там впереди происходит.


Не ответив ни слова, Каркаров поспешно удалился вместе с учениками. Грюм долго смотрел ему вслед волшебным глазом, изуродованное лицо выражало острую неприязнь.


Полные впечатлений, гриффиндорцы поднялись в свою башню. Пора было ложиться спать.


Гарри, провожая Гермиону, с надеждой посмотрел ей в глаза, но та ясно, хоть и молча, дала понять, что все еще сердится. Но было видно, что и ей тоже жутко хочется. Поцеловав любимую на ночь, Поттер поднялся к себе в спальню.


Его соседи, как и ожидалось, даже не думали ложиться в постели, обсуждая сегодняшние события.


Симус в порыве патриотизма немного ворчал, что на Универсиаду не позвалу студентов из Ирландской школы волшебства в Таре. Якобы, она лишь чуточку уступает по размерам Хогвартсу, и если бы не Тетя Розмерта, которой некому в нвследство оставить "Три метлы", он бы учился в родной Ирландии. Друзья с удивлением натнего уставились, до этого он ни разу не обмолвился про свое родство с хозякой главного питейного заведения Хогсмида.


Дин же во время ужина выспросил у янки про их НЛО. Оно, оказывается, не имеет никакого отношения к инопланетянам. Просто один из преподавателей повернут на уфологии и на свои личные средства построил эту модель. Летает "тарелка" с помощью магии, а внутри у нее чары расширения пространства.


Дейв предложил отправить колдографию этой НЛО своему отцу, с предложением организовать производство. Ведь ее никак нельзя назвать магловским изобретением, хоть и вдохновлена их фантастикой. Отличный семейный транспорт должен получиться.


Джо представил себе картину, где самолет британских ВВС гоняется за семейной "тарелкой" Малфоев, и истерично заржал. Едва узнав причину столь бурного веселья, друзья к нему присоединились.


Невилл тоже имел повод для радости: директор Неблины - Антонио да Сильва Сантос - очень известный герболог. Лонгботтом уже грезил наяву как будет проститься к нему в ученики.


У Рона же не выходила из головы та шармбатонка, которая возможно являлась вейлой. Симус и Дин его всецело поддержали, утверждая, что в Хогвартсе такой красавицы нет. Джо и Дейв, дурачась, сыграли сценку, где Уизли, Финниган и Томас, перебивая друг друга, признавались француженке в любви.


Рыжий послал их к Мордреду. А Симус пожурил Блэка, напомнив ему, что он сам не подпал под чары только потому что пялился на Джинни. Едва услышав про такое, Рон, как гиперзаботливый старший брат, чуть не кинулся в драку.


Кое-как успокоив рыжего, Джо предложил начать военный совет Мародеров! На повестке... эээ... Ночи!... стояло как-то суметь сунуть свои имена в кубок огня. Дейв поспешил напомнить ему, что Дамблдор вообще-то еще не наложил свою защиту, и наверняка именно сейчас этим занят.


- Так давайте проберемся туда, и посмотрим! - предложил Блэк. - Может, нам потом легче будет ее взламывать...


- Ты что, дурак? - спросил Дейв. - Нас скорей застукают на поличным, чем мы что-то поймем из действий Дамблдора! Нет, надо идти поздно ночью, когда все спят!


- Ну, в этом ты прав... - нехотя согласился Джо. - Встаем в три? Кто за? - спросил Блэк товарищей.


Руку подняли все кроме Гарри и Невилла. Друзья удивленно на них уставились.


- А вы чего... не идете... что ли? - спросил Рон.


- Я уже сто раз всем объяснял, что не хочу участвовать в Универсиаде. Мне не нужны ни деньги, ни слава! - ответил Поттер. Лонгботтом лишь кивнул соглашаясь.


- Так и не надо! - заявил Джо. - Кто вас просит кидать свои имена в кубок? - Гарри скептически на него посмотрел, но уже не так уверенно как раньше. И потому Блэк решил его добить. - Нам без тебя не справиться! Ты чертов гений во всем что связано с рунами, а Дамблдор наверняка именно их использует для установки этой долбаной защиты.


Под весом дружбы Гарри сломался. Невилла никто не уговаривал, но он тоже согласился пойти за компанию.


Договорившись о подъеме, парни спешно приготовились ко сну, и полезли в постели. Там Поттер обнаружил теплую грелку. Видимо ее туда положил Добби или Винки. Еще раз тоскливо вздохнув, чувствуя себя одиноко в постели, Гарри постепенно заснул. Этому серьезно поспособствовали полный желудок и теплота грелки...


Как и дооваривались, проснулись около трех ночи. Накинув на пижамы лишь мантии, парни тихонечко спустились в гостиную. К счастью там никого не было, а то Гарри уже боялся, что Гермиона их поджидает как это было на первом курсе, когда Хорек назначил ему дуэль. Пятой точкой чувствуя, что любимой это не понравится (если она об этом узнает!), Поттер достал мантию-невидимку и карту Мародеров.


К сожалению, под мантией помещался только один человек. Гарри за прошлый год значительно вырос, и больше походил на шестикурсника. Джо и Дейв были не меньше, а о Роне с Невиллом и говорить нечего. Только Симус и Дин кое-как умещались под ней вдвоем, но при этом были видны их ноги, что никого не устраивало.


Поэтому короткий военный совет постановил, что мантию никто не носит, она будет служить мобильной маскирующей ширмой! Основным инструментом для избежания ненужных встреч с учителями должна стать Карта. Джо вызвался всю дорогу смотреть в нее и предупреждать друзей об опасностях.


Так и отправились. Спереди шли Дейв и Джо, за ними Гарри и Невилл, а замыкающими - Рон, Симус и Дин. Как и ожидалось, большинсьво обитателей замка давно спали. Даже самые отчаянные парочки давно вернулись в свои спальни, попав или не попав в руки патрулирующих школу преподавателей и старост, это уже как повезет.


Тонкс и Кингсли обнаружились дежурящими у ворот. А Сириус был в одной из потайных комнат. Да еще и не один! Вместе с ним была Аврора Сноу, семикурсница с их факультета. Довольно красивая девушка, но умом не блещет, и слухи о ней ходят... разные....


"Вот ж кобель, такого только могила исправит!" - мысленно ворчал Джо, хотя не отказался бы сейчас находиться на месте отца.


За исключением Дамблдора и Снейпа все остальные учителя были в своих кроватях. Директор был чем-то занят у одного из шкафов (Гарри вспомнил, что там находится Омут Памяти), а Ужас Подземелий находился именно там где ему и полагалось - в подвале. Достаточно далеко от холла перед Большим залом. Даже Филч с его драной кошкой были в совершенно другом крыле замка. Идеальная обстановка для группы проказников!


Гриффиндорцы медленно спустились в холл, где на табуретке Распределяющей шляпы стоял Кубок Огня. Вокруг него, на полу, виднелась золотая линия, образуя окружность радиусом три метра.


Кубок Огня выглядел завораживающим в полутемном помещении. С большой осторожностью парни приблизились к линии на полу. Гарри тут же принялся ее изучать.


На глазок она казалась обычной, слегка светящейся золотой полосой. Но приглядевшись можно было заметить, что линия проложена не краской, и не выдолблена в каменном полу. Нет, казалось, что это светится сам камень.


Гарри использовал пару диагностирующих заклинаний, которые вычитал в книге про разрушителей проклятий - подарок Гермионы на прошлое Рождество. Эффекта было ноль. Директор, видимо, защитил свое творение от таких простеньких методов. Что же делать?


Повинуясь интуиции, Поттер коснулся золотой полосы кончиком палочки, а затем потянул ее вверх. Линия тут же развернулась как широкое полупрозрачное полотно, на котором была изображена вязь рун и иероглифов на семи мертвых языках.


Парни от такого не сдержались от громкого аха. Гарри же попытался разобраться в этом хитросплетении знаков. Спустя несколько минут Поттер пришел к выводу, что защита директора наголову, или даже на две, выше всего о чем он слышал или читал по рунам и их применению. Не было и речи о том чтобы ее взломать своими силами, несмотря на весь его талант.


Единственное, гриффиндорцу стал понятен принцип работы этой защитной линии. Она создавала поле, которое диагностировало не тело человека, а его сознание. То есть дело было не в физическом возрасте, а в психологии. Чтобы успешно, без последствий, пройти, нужно было действительно верить, что тебе и в самом деле семнадцать лет. Иначе, как с порталом на платформу 9 и 3/4, просто оттолкнет, или вышвернет, смотря сколько усилий ты применил.


Это Гарри и сообщил друзьям. Симус и Рон синхронно выругались. Джо и Дейв ожидаемо задумались, а Невилл и Дин просто смотрели то на одного, то на другого. Наконец, лицо Грейстокка озарилась идеей.


- Постойте-ка! А зачем нам вообще проходить через линию. Может, воспользуемся каким-нибудь орудием? - предложил он. - Палкой, к примеру.


С этими словами американец снял мантию, и трансфигурировал ее в длинную палку с ковшом на конце. Туда он положил одну из заранее приготовленных бумажек со своим именем и названием школы.


Но, когда он попытался просунуть палку сквозь невидимый барьер, она вдруг завибрировала, и ее резко вытолкнуло наружу, чуть не вырвав из рук изобретательного гриффиндорца.


- Нет, не так! - сказал Джо после неудачи лучшего друга. Он также достал палочку, и прошептал Вингардиум Левиоса, заставив свою бумажку с именем взлететь с ладони и медленно поплыть по воздуху в сторону кубка. Но и его ждала неудача, на границе барьера заклинание левитации просто перестало действовать.


Тогда Блэк пошел другим путем. Снова применив Левиосу, он заставил клочок взлететь над куполом барьера. Когда кусок пергамента оказался прямо над кубком, Блэк отменил заклинание, и он стал мелленно падать вниз. Но и это не помогло, бумажка просто скатилась по краю защиты Дамблдора.


Теперь был черед Джо выругаться. Видимо барьер не пропускал никакой чужой магии.


Парни так увлеклись экспериментами, что совсем забыли о необходимости поглядывать на Карту Мародеров. А зря! Снейп как раз покинул свои подземелия, и принялся патрулировать этажи повыше.


- Как думаете, этому клочку обязательно быть расправленным? - неожиданно поинтересовался Дин. Друзья вопросительно на него уставились. - Я думаю, что можно было бы обойтись совсем без магии, если скатать бумажку в шарик, и просто кинуть...


Идея была стоящей. Вдруг Дамблдор забыл о таком примитивном методе, и не учел его в своей защите. Величайшие умы, бывает, так сильно привыкают к сложным многоходовым задачам, что забывают о самых простых решениях. Вспомнить хотя бы Гордиев узел, что разрубил Александр Македонский.


- Мерлиновы подштанники! Неужели все так просто?! - выругался Рон. Он скатал свой клочок бумаги с именем в шарик, и бросил его в кубок...


Вопреки всем ожиданиям ничего не получилось, бумажка снова просто ударилась об барьер. Но прежде чем кто-то успел разочарованно выругаться, Симус взглянул на Карту, и негромко вскрикунул: "СНЕЙП! Уже почти здесь!!!". Вместе с остальными парнями он тут же кинулся к мантии-невидимке, которая была в руках у Невилла.


Снейп появился в холле буквально через три секунды. Неторопливо подойдя к линии Дамблдора, он осмотрелся, и пошел дальше, хотя явно что-то почувствовал. Скорее всего напряженные взгляды парней, которые организовано уселись в углу, натянув перед собой мантию-невидимку в виде своеобразного щита.


К счастью, она сработала как надо, хотя это было довольно нестандартное применение ее скрывающих свойств. Ведь обычно подобные мантии делали невидимым только те объекты, на которые они одеты. Видимо артефакт посчитал это условие соблюденным, т.к. руки парней держали ее края, а сами сидели в углу. Мантия нависала над ними, и, формально, они все были одеты в нее.


Чистой воды импровизация, но сработала же! Как только зельевар покинул холл, и звук его шагов достаточно удалился, парни покинули свое убежище и тяжело перевели дух.


- Фух, пронесло! - сказал Рон, а затем накинулся на Симуса. - Ты почему не следил за Картой? Нас же чуть не поймали!


- Ну... эээ... просто... простите! - Финниган пристыженно уставился в пол.


- Да ладно, Симус, мы не в обиде. - попытался утешить друга Дин. - Думаю, мы бы все точно так же облажались на твоем месте! Не так ли, парни? - в ответ послышался нестройный хор согласных мычаний. Один только Поттер почему-то промолчал.


- А где Гарри? - спросил Рон, который тоже заметил отсутствие друга. Бывшего очкарика действительно нигде не было видно. Кроме того, немного подапрягши память, Уизли вспомнил, что Поттера не было с ними за мантией. Так куда же он делся?


Вдруг к рыжему прямо на голову свалилась здоровенная паутина.


- Ааа! - истошно заорал Рон, лихорадочно стряхивая ее с себя. Он панически боялся пауков. Но их, к счастью, не оказалось.


Покончив с паутиной, Уизли посмотрел на друзей, и увидел на их лицах широченные улыбки. Невилл, при этом удивленно смотрел куда-то на потолок, прямо над Роном. Проследив за взглядом Лонгботтома, рыжий увидел прямо над собой Гарри. Он стоял на потолке, будто приклееный, и вовсе не думал падать. На его лице светилась еще большая улыбка. Такую Рон видел у близнецов, когда они...


- Ах ты! Это ты кинул паутину? - Поттер лишь нахально кивнул, и спрыгнул на пол, кувыркнувщись в воздухе. Уизли от этого аж дар речи потерял.


- Ну ты прямо Человек-Паук! - прокомментировал Дин. - Как ты это сделал? Ты мутант?


- Никакой я не мутант! - ответил Гарри, слегка раздраженно. Слова Дина напомнили ему любимое обзывательство дяди Вернона - Ненормальный. - Это просто беспалочковое приклеивающее заклинание, - объяснил он.


- Круто! Не знал, что ты так можешь. Без палочки ведь могут колдовать только по-настоящему сильные волшебники, не так ли?


- Вообще-то это не совсем так, - ответил Поттер. - Любой может научиться этому, хотя это действительно сложная наука. Дейв и Джо тоже тренируются. Кстати, как ваши успехи? - спросил он Блэка и Грейстокка.


- Ну, мы не так много занимались этим... - засмущался Джо. Американцы действительно маловато занимались этим, уделяя тренировкам всего лишь час в день, и то не всегда. - Уже умеем усиливать движения, но но не всегда получается...


- То есть как это, усиливать? - не понял младший Уизли.


- Вот так, Рон! - сказал Гарри, вновь запрыгнув на потолок. - Я усилил свой прыжок, - пояснил он изумленному рыжему. - Так я и спрятался от Сопливуса.


- Кстати о Снейпе, - сказал Симус, привлекая к себе внимание. - Он возвращается. Наверное, услышал как Рон тут орал...


- Я бы не кричал, если бы не Гарри со своими шуточками! - перебил рыжий Финнигана. - Еще друг называется! - буркнул он обиженно.


- Так что будем делать? - спросил Симус, гдядя на быстро приблидающуюся точку Снейпа на Карте.


- Ну, думаю нам стоит возвращаться в башню Гриффиндора, - ответил Джо. - Здесь нам все равно ничего не светит. Чертова линия Дамблдора! - остальные парни согласно закивали.


Быстро убедившись, что не оставили улик, компания мальчишек стала поспешила обратно в свою гостиную. Причем, Гарри продолжал идти по потолку, а иногда и по стенам.


"Будто призрак какой-то! Или Человек-паук! Кстати, а кто это такой?" - думал Рон, зевая на ходу. - "Надо бы не забыть спросить потом Дина..."


До своей спальни парни добрались без приключений, и тут же повалились спать...


## Глава 7. Чемпионы


По субботам ученики спускались завтракать позже. Но в этот выходной все встали пораньше. В холле уже собралось человек двадцать. Кто-то жевал тосты, и все глазели на Кубок огня.


Он стоял в центре холла на табуретке, на которую обычно клали Волшебную шляпу. Его обегала начерченная на полу золотая линия, образуя окружность радиусом три метра.


-- Интересно, кто-нибудь уже бросил в Кубок пергамент со своим именем? -- спросил у третьекурсницы Рон.


-- Дурмстрангцы бросили все. Еще я слышала, что это сделали арабы, японцы и китайцы. Последние вообще встали ни свет ни заря, и с тех пор тренируются где-то в лесу и у озера. - ответила девочка. - А из остальных, или, тем более, Хогвартса я ещё никого не видела.


Едва она это сказала как с лестницы донесся хохот. Это вниз по ней сбежали близнецы Уизли и Ли Джордан. Вид у них был вдохновленный. Оказалось, что они выпили по капле старящего зелья, и надеялись, что этого будет достаточно. Предупреждение Гермионы эти отчаянные головы пропустили мимо ушей. Сокрушенно покачав головами, девушка отошла в сторону, чтобы не попасть под удар, который непременно последует.


-- Готовы? -- спросил Фред у дрожащих от нетерпения дружков. -- Я иду первый! За мной!


Гарри с интересом наблюдал за ними. У него были некоторые сомнения по поводу того, что сделает линия Дамблдора с подобными нарушителями. Она просто вытолкнет их, или сотворит чего-нибудь похуже?


Фред вынул из кармана кусок пергамента со словами: "Фред Уизли, Хогвартс", подошёл к линии, остановился, переминаясь с мысков на пятки, как пловец перед прыжком с пятнадцатиметровой вышки. И, глубоко вздохнув, у всех на глазах переступил золотую черту.


"Неужели обман сработал?" -- наверняка подумали многие. Джордж тоже поверил. Издав победный клич, он без промедления прыгнул за братом. Тут же раздался громкий хлопок, и близнецов, словно невидимой катапультой, выбросило из золотого круга. Пролетев по воздуху метра три, они приземлились на холодный каменный пол. Было не только больно, дерзость ещё и кончилась бесславно: хлопнуло второй раз, и у близнецов выросли длинные белые бороды.


Все помирали со смеху -- даже Фред с Джорджем, -- поднявшись с пола и увидев бородатые лица друг друга.


-- Я же предупреждал, -- послышался низкий голос Дамблдора: в глазах у него плясали весёлые искорки. -- Ступайте к мадам Помфри. Она уже лечит мисс Фосетт из Когтеврана и мистера Саммерса из Пуффендуя. Им тоже захотелось себя состарить. Но, признаться, их бороды ни в какое сравнение не идут с вашими.


Фред с Джорджем отправились в больничное крыло в сопровождении хохотавшего до колик Ли, а остальные остались смотреть как кладут свои имена только что подошедшие австралийцы. Они явно видели происшествие с близнецами, потому что их лица были все еще слегка красными от хохота.


Первым к Кубку подошел Зак, а за ним Эрика. Гарри почему-то подумалось, что выберут именно Шервуд. Она ему показалась явным лидером среди ее товарищей. К тому же Поттер уже видел как девушка колдует. Еще тогда, на Чемпионате, она показала отличное владение человеческой трансфигурацией. Хотя, возможно, среди ее друзей есть и более талантливые личности.


Когда последний австралийский студент положил свое имя в кубок, они все вместе отправились на свои места за столом Гриффиндора. Гарри, Гермиона, и их друзья шли прямо за ними.


В Большом зале, как и полагается в канун Дня Всех Святых, под волшебным потолком порхали стайки летучих мышей, а из каждого угла подмигивали огоньки в прорезях огромных тыкв. Компания подсела к Дину с Симусом, обсуждавшим, кто из хогвартцев решится бросить своё имя в Кубок.


-- Говорят, Уоррингтон бросил, ещё на рассвете, -- сообщил Дин.


Уоррингтон был капитаном слизеринцев, и Гарри его хорошо знал. Упаси Мерлин этот тип станет Чемпионом! Гриффиндорец вовсе не был против, если Кубок выберет кого-то из старшекурсников Слизерина. Многие их на оказались довольно неплохими ребятами. Хотя, если честно, Поттер хотел бы видеть Чемпионом кого-нибудь не с зеленого факультета.


-- А пуффендуйцы поговаривают о Диггори, -- презрительно пожал плечами Симус. -- Но вряд ли этот красавчик захочет рисковать своей внешностью.


Неожиданно к их компании за столом Гриффиндора подошла какая-то девочка с Рейвенкло. Она направилась прямо к Поттеру.


- Гарри, не мог бы ты дать мне автограф! - смущенно попросила она, доставая кусок пергамента.


- Давай, - очень неохотно ответил гриффиндорец. Ему не хотелось обижать эту милую маленькую девочку отказом.


- Давай я продиктую текст, - предложила рейвенкловка: "Мередит Гордон от Гарри Поттера. Хогвартс будет гордиться ее достижениями!"


Когда Поттер поставил восклицательный знак, и вернул пергамент девочки, она очень обрадовалась, и поцеловала парня в щеку. И тут же убежала, красная как рак.


- ООООО, у нашего Гарри есть поклонницы! - протянули Джо и Дейв. - Не подскажете где можно записаться в фанклуб?


- У Колина Криви! - ответил им Рон, который разрывался между завистью и весельем, глядя на весьма смущенного друга.


-- Тихо, -- вдруг сказала Гермиона.


Из холла донеслись возбуждённые голоса. Гриффиндорцы повернули головы: в зал входила со смущённой улыбкой Анджелина Джонсон, высокая черноволосая девушка -- охотник гриффиндорской команды.


-- Ну вот, -- сказала она, подсев к друзьям. -- Я бросила своё имя.


-- Ты шутишь, -- изумился Рон.


-- Тебе уже семнадцать? -- спросил Дейв.


-- Ты что, не видишь? Бороды-то нет! -- вразумил его Джо.


-- На прошлой неделе исполнилось, -- сказала Анджелина.


-- Как я рада, что кто-то из наших решился бросить! -- повернулась к ней Гермиона. -- Хорошо бы Кубок тебя выбрал! Очень на это надеюсь.


-- Спасибо, Гермиона.


-- Конечно, уж лучше ты, чем этот красавчик Диггори, -- заметил Симус, чем привёл в негодование проходивших мимо хаффлпаффцев.


-- Что мы сегодня будем делать? -- спросил Рон друзей, выйдя после завтрака в холл.


- А давайте посмотрим на тренировку азиатов! Они же, вроде бы, у озера расположились, - предложил Джо.


-- Потопали, -- согласился Рон. -- Посмотрим как они мутузят друг друга. Надеюсь зрелище будет таким же классным, как тот фильм с... как его... А! Брюсом Ли!


- Жратва и Зрелища, вот две доминирующие мотивации нашего рыжего друга! Больше его ничего не интересует! А хотя нет... -- сказал Джо, посмеиваясь. -- Смотри-ка, Рон! Вон девушка твоих ночных грез! - рыжий и вправду полночи стонал во сне, не давая друзьям спать. Уизли моментально вспыхнул, и посмотрел в указанную Блэком сторону.


Из входных дверей в холл потянулись шармбатонцы и среди них девушка, похожая на вейлу. Мадам Максим вошла последняя и гуськом повела свой выводок к Кубку огня. Стоявшие вокруг Кубка вежливо уступили место вновь прибывшим, с любопытством наблюдая за ними. Один за другим гости переступали золотую линию и бросали кусочки пергамента в синевато-белое пламя -- огонь при этом пунцовел и выбрасывал сноп ярко-красных искр.


-- А что будет с теми, кого Кубок не выберет? -- шепнул Рон, наблюдая, как вейла бросает в огонь пергамент. -- Как, по-твоему, они вернутся домой или останутся смотреть соревнования?


-- Не знаю. Наверное, останутся. Мадам Максим ведь будет судьёй.


Наконец все шармбатонцы побросали имена в Кубок, и мадам Максим вывела их строем наружу.


-- Где же они ночуют? -- Рон подошёл к дверям, провожая их взглядом.


- Что, Уизли, хочешь подсмотреть как она переодевается? - подколол рыжего Джо.


- Да иди ты! - буркнул Рон, хотя именно этого он и хотел.


Тут в холле одновременно появились русские и янки. Старые соперники на миг остановились, разглядывая друг друга, и попутно решая, кто будет первым. Ни одна из директрисс не хотела уступать, и со стороны это выглядело довольно глупо.


Так и не решив эту проблему, дамы повели своих студентов в Большой зал, видимо они решили, что пусть их спор решат желудки. Кто первым съест завтрак, тот и выиграл. Проходя мимо брата, Джон Грейстокк поприветствовал их кивком.


Едва они скрылись в зале, как в холл зашли студенты из Бразилии и Африки. Они вообще не заметили никакой проблемы с очередностью, подошли все разом, и дружно клали в Кубок свои имена. Правильно их посадили за стол Хаффлпаффа.


Наблюдая за южанами, парни не заметили как появились Лаванда, Джинни и Луна. Браун тут же повисла на Роне, отчего младшие Уизли слегка поморщились, а Лавгуд не смогла скрыть чуть насмешливой улыбки.


Рональд уже начал уставать от навязчивости своей девушки. А Джиневра высокомерно считала ее дурочкой, и вообще "непарой" ее брату. Хотя кто вообще может стать ему хорошей парой? Наверное, только понимание этого останавливало рыжую фурию от подколок в адрес своей новой соседки.


- Ну что, идем? - нетерпеливо спросил Джо, известный любитель всего, что связано с боевыми искусствами. От дяди Клифа заразился...


Делегации школ расположили свои стоянки между озером и Дракучей ивой в виде широкой улицы. У воды первыми стояли дома русских, японцев и китайцев за ними корабль Дурмстранга и гидросамолет Мако, и последней - карета Шармбатона.


Вчера вечером было довольно темно, и мало что можно было рассмотреть, поэтому компания с большим интересом рассматривала выстроившиеся в две линии жилища гостей.


Палаты россиян поражали своей роскошью. Это был практически маленький двухъэтажный дворец, построенный целиком из драгоценных камней и металлов. Монолитные стены из малахита, причем испещренного золотыми прожилками в виде изображений трав и цветов, птиц и животных. Окна сплошь витражные. Двускатная крыша из темной, почти черной, слюды.

Впечатление все это оставляло несколько неприятное. Пижонство в чистом виде. Нигде в мире подобного не любят.*


Пагода китайцев тоже была достаточно роскошна, но не до такого абсурда, как у русских. Она была целиком из дерева, и только основание было каменным. В отличие от изумрудно-зеленого цвета россиян, китайская башня щеголяла ярко красными округлыми стенами с небольшими декоративными вставками из светлой бронзы.


А дом японцев вообще поражал своей утилитарностью. Вот у кого полностью отсутствовали понты! Деревянный дом мог похвастаться только лакированными поверхностями, и вообще не имел металла в фасаде, не то что драгоценного.


Подойдя к пагоде китайцев, подростки ожидали увидеть крутой махач, крики боли и ярости, но тут их ждал большой облом. Тренировка китайцев проходила на удивление мирно и скучно. Кто-то медитировал, двое парней бегали туда-сюда с ведрами, заполняя огромный бронзовый чан водой, для чего надо было повиснуть ногами на турнике, и подтянуться вверх с ведром в руках. Родственник Чжоу, Хи Чанг, и еще два парня молча отрабатывали удары на больших деревянных макиварах. А остальные выполняли плавные движения тайцзицюань.


Поняв, что ничего интересного они здесь не увидят, подростки решили отправиться к Хагриду, и попутно посмотреть жилища остальных делегаций.


Напротив русских и японцев расположились американцы, как северные, так и южные. Ну, с первыми итак все ясно, летающая тарелка вчера неплохо освещала саму себя, и за ночь никак не изменилась.


А вот у латиноамериканцев "домик" оказался небольшой каменной пирамидой со странными барельефами. Чуть присмотревшись, британские студенты поняли, что их гости таким нехитрым способом рассказали о своей школе. На одной они собирали травы, на другой следили за каким-то зверем, а на третьей варили зелье. Там еще много чего было изображено, но чтобы рассмотреть их все потребовалось бы потратить около часа.


Чуть дальше виднелся дом африканцев. Наверное он специально был сделан в форме огромного круглого гнезда с большим каменным яйцом-куполом на крыше, т.к. птица Рух удобно уселась прямо на нем, как будто высиживая. При этом она плотоядно косилась на пасущихся неподалеку верблюдов. Это арабы разбили бедуинский лагерь в двадцати метрах от Дракучей ивы.


Их низенький широкий шатер почти сливался с землей, и если бы не лениво бродящие вокруг огнедышащие парнокопытные, то он был бы совершенно не заметен. За исключением лилиового дыма, вытекающего из отверстия на крыше, ничего не выдавало, что лагерь обитаем.


Вдруг подростки заметили как один из верблюдов попытался откусить кусочек нижней ветки ивы, что свисала до самой земли. Дереву это явно не понравилось, оно тут же подняло свои ветки, и стало раскачиваться, готовясь обрушиться на тупое животное. Первый удар пришелся вскользь по носу. На это "корабль пустыни" отреагировал громким пламенным чихом, от которого ветки ивы тут же загорелись. Спвсаясь от огня, дерево стало отчаянно биться об землю, а верблюд флегматично вернулся к остальным.


Посмеявшись над увиденной перепалкой, подростки проследовали дальше. За лагерем арабов расположились индусы. Они тоже поставили шатер, только их был высок и ярок, по форме напоминая цирковой, и потому был хорошо заметен издалека. Изнутри доносились звуки музыки и изредка слоновье трубение. Видимо индийские гости решили держать его внутри, спасая таким образом от "сурового британского климата".


Неожиданно из шатра вышли Падма, Парвати и Рейтан. Все трое выглядели донельзя счастливыми, особенно молодые супруги, отчего их подруги понимающе переглянулись. Кое-кто этой ночью скорее всего подтвердил свой брак. Но что там делала Парвати?


Увидев друзей сестры Патил еще больше обрадовались. Поцеловав Суреша в щечку и в губы, девушки побежали к ним.


- Привет, ребята! Куда направляетесь? - спросила Падме.


- К Хагриду. Идете с нами? - сказала Гермиона.


- Эээ... вы соплохвостов кормить собрались что-ли? Сегодня же выходной! - удивилась Парвати.


- Хагриду нужны наши пальчики. Это любимое лакомство соплов! - неудачно пошутил Рон. Близняшки тут же побледнели.


- Рон! - возмутилась Грейнджер, и поспешила успокоить подруг. - Мы просто так идем. Чай попьем, поболтаем. Гарри, Рон и я часто к нему ходили втроем, а сейчас решили наведаться в несколько расширенной компании. Надеюсь он будет не против...


Такое разъяснение несколько успокоило близняшек, и они с радостью присоединились к друзьям.


Немного дальше Рон получил наконец ответ на мучивший его вопрос. Метрах в двухстах от хижины синела гигантских размеров карета, в которой приехали гости из Шармбатона, и сейчас они вереницей лезли в неё по золотым ступеням. А неподалёку во временном загоне паслись слоноподобные крылатые кони.


Уже у самой хижины лесника-преподавателя, хогвартские студенты увидели как из Запретного леса вышли японцы. Вместо своих кимоно, они были одеты в настоящие костюмы ниндзя, защищенные доспехами из драконьей кожи. Внушительно смотрится.


"Интересно, что они делали на своей тренировке? Судя по мечам за спиной, без них явно не обошлось." - подумал Гарри, глядя как они дисциплинированно последовали за своим директором к их дому.


Гермиона постучала в дверь хижины. Клык тотчас откликнулся громким лаем.


-- Давно пора! -- Хагрид распахнул дверь. -- Думал, вы уж забыли, где я живу... Ого, сколько вас!


-- Мы были очень, очень заняты, Хаг... -- Гермиона от изумления поперхнулась, взглянув на Хагрида. На нём был его парадный (чудовищный!) коричневый костюм и оранжево-жёлтый в клеточку галстук. Но не это было самое страшное. Он, видно, пытался укротить свои волосы с помощью дёгтя и даже сделал пробор, разделив одну большую копну на две поменьше. Скорее всего, хотел сделать причёску "конский хвост", но шевелюра оказалась слишком густа. Разумеется, красоты Хагриду это не добавило. Гермиона вытаращилась на него, но взяла себя в руки и спросила: -- А-а... где соплохвосты?


-- Снаружи, рядом с грядкой тыковок, -- расцвёл Хагрид. -- Выросли очень. В длину почти метр. Только вот -- эх, беда! -- стали друг дружку убивать.


-- Не может быть! -- сочувственно воскликнула Гермиона, бросив выразительный взгляд на друзей, которые хотели было высказаться, глядя на фантастическую причёску Хагрида.


-- Да, -- печально вздохнул Хагрид. -- Я теперь их в отдельных ящиках держу. Около двадцати деточек всё-таки ещё осталось.


-- Какое счастье! -- сказал Рон. Хагрид кивнул, не поняв сарказма.


- Какое-то время придется заниматься чем-нибудь другим. Но ничего! Наши иностранные гости оказались очень кстати. Столько по-настоящему интересных и редких зверей с собой привезли. Вам наверняка будет интересно, - "успокоил" ребят Хагрид, ставя чайник. Перспектива быть съеденными птицей Рух или огнедышащими "верблюдами" была не очень приятной.


- И еще! Я говорил с директором этой... как ее... Неблины! Он согласился прочитать несколько лекций по флоре и фауне Южной Америки. А директор... эээ... Гаду, расскажет про африканские виды, - с большим энтузиазмом сообщил преподаватель УЗМС.


Студенты согласились со своим учителем, хотя только Луна и Невилл действительно обрадовались этим новостям. Остальные мало интересовались магозоологией, вынужденно взяв этот предмет.


В хижине была всего одна комната, но компания все равно вполне комфортно устроилась. Скоро все увлеклись разговором о предстоящей Универсиаде. Оказывается, Хагрида она волновала не меньше других.


-- Чуток погодите, -- улыбался он. -- И увидите такое, чего отродясь не видели. Первое задание... Но молчок, как бы оно... не проговориться...


-- Ну скажи, Хагрид, ладно тебе... -- подначивали ребята, но лесничий только тряс головой и улыбался.


-- Не хочу... того... портить вам удовольствие. Одно скажу: славно придумано! И чемпионам как раз под силу! Будет вам что детям рассказывать, и внукам... Я как раз сегодня ходил смотреть одну полянку для первого тура... Она в лесу, не так далеко... Там скалистая возвышенность... В самый раз для... Тьфу, чуть не проговорился!


Подростки снова попытались уговорить его поделиться информацией, но Хагрид был неумолим. Неожиданно он завел разговор о японцах.


- ...Все утро бегали по лесу, будто черти**... Заклинаниями швырялись на ходу... Ловушки всякие хитрые устанавливали... Все зверье в лесу распугали, ироды! - возмущался школьный лесничий. - Они потом, значит, как набегались, на той самой полянке устроились, что для первого тура нужна... Ну и начали мечами махать, да заклинания из них пускать... Я даже и не знал, что так можно...


Подростки еще долго сидели в хижине их преподавателя-лесника. Пили чай, травили байки. Гермиона попыталась убедить Хагрида вступить в ее Д.С.П.(Э). Но он к идее зарплат и отпусков для домовиков отнесся весьма прохладно. Якобы одно лишь упоминание серьезно их обидит. Он был прав, и она сама была тому свидетелем, но признавать это девушка была не намерена, напирая на пример Добби.


Через какое-то время Джо надоело просто так сидеть и болтать, и он предложил Дейву, Гарри и Невиллу устроить свою тренировку. Последние двое занимались боевыми искусствами только последние три месяца, но уже делали большие успехи. По крайней мере, теперь, прежде чем их уложат "лицом в землю", проходило не меньше пяти минут. На большее их пока не хватало, ведь Блэк и Грейстокк занимались этим с детства.


Поттер и Лонгботтом согласились, но этим планам все равно было не суждено сбыться. Неожиданно пошел дождь, и подросткам пришлось остаться у Хагрида. Чтобы не скучать, ребята решили занять себя различными играми.


Компания так увлеклась, так смеялась, что пропустила момент когда закончился дождь, и имела все шансы опаздать на ужин. Спасибо Добби, который ранее принес всем обеды с кухни (Гермиона предпочла "не заметить" этого), а теперь напомнил, что время уже половина пятого. Студенты тут же всполошились, и стали собираться в замок. Никому не хотелось пропустить церемонию определения Чемпионов.


-- И я пойду с вами, -- сказал Хагрид, убирая штопанье. -- Подождите секунду.


С этими словами лесник встал, пошёл к комоду рядом с кроватью и зарылся в один из ящиков. Вдруг подростки почувствовали, что им в нос ударил сильный, неописуемо мерзкий запах.


-- Хагрид, что это? -- закашлялся Рон.


-- А? -- У Хагрида в руке был большой пузырёк. -- Тебе не нравится?


-- Жидкость для бритья? -- спросила Гермиона осипшим голосом.


-- О-де-колонь, -- по слогам выговорил Хагрид и, покраснев, добавил -- Может, я это... чересчур перелил? Одну минутку, я скоро... -- вконец смутился он и грузной поступью вышел из хижины. Из окна ребята видели, как Хагрид рьяно моется над дождевой бочкой.


-- Одеколон? -- изумлённо протянула Гермиона. -- Хагрид?


-- А что с его волосами? И ещё этот парадный костюм? - спросила Лаванда.


-- Глядите! -- Рон вдруг показал в окно.


Хагрид только что выпрямился и огляделся. Если и раньше щёки у него заливала краска, то теперь они полыхали, как пунцовые угли в камине. Все вышли из-за стола и осторожно, чтобы не видел Хагрид, посмотрели в окно: из кареты выходили шармбатонцы, возглавляемые мадам Максим, тоже, очевидно, спешили на праздник. Слов Хагрида не было слышно. Но глядел он на великаншу затуманенно-восторженным взором. Гарри лишь однажды видел его таким, когда он любовался дракончиком Норбертом.


-- Он идёт в замок с ней! -- возмутилась Джинни. -- А говорил, что нас подождёт!


Даже не взглянув на хижину, Хагрид вместе с мадам Максим зашагал к замку, шармбатонцы спешили сзади, подпрыгивая, да разве за этой парой угонишься!


-- Он влюбился! -- не веря себе, воскликнул Рон. -- Если они женятся и родят -- спорим на что хочешь, -- поставят мировой рекорд! Ребёночек будет весить тонну!


Друзья покинули хижину, захлопнув за собой дверь. На улице было уже совсем темно. И, поплотнее закутавшись в мантии, двинулись вверх, к замку.


- А вы чего здесь забыли? - удивленно спросила Эрика, когда компания британцев присоединилась к ним и индусам на пути в замок.


- Мы сидели у нашего преподавателя, -ответила Гермона, указывая на Хагрида.


- Он учитель? Вы серьезно? - еще больше удивилась австралийка. Британцы лишь утвердительно кивнули.


- Он преподает нам Уход за магическими существами, - пояснила Грейнджер.


- О! Это мой второй любимый предмет! - заявила Эрика. - Только я предпочитаю морских животных. Всегда мечтала их изучать!


- У нас в озере водится гигантский кальмар, - сообщил девушке Невилл. - И русалки! - добавида Луна.


- Правда?! - у нее сразу же загорелись глаза. - Надо будет как-нибудь нырнуть... - сказала она, задумчиво глядя на озерную гладь...


Освещённый свечами Большой зал был уже почти полон. Кубок огня стоял на преподавательском столе перед пустым креслом Дамблдора.


Попрощавшись с Луной и Падмой, лохматая парочка и остальные гриффиндорцы уселись рядом с близнецами Уизли. Они вернули себе гладкие лица, и, как видно, стоически перенесли разочарование.


-- Надеюсь, он выберет Анджелину, -- сказал Фред.


-- Я тоже! -- горячо откликнулась Гермиона. -- Теперь совсем скоро узнаем!


Ужин, казалось, никогда не кончится. Может, это потому что праздник длился второй день? Никто не налегал на изысканные блюда. Все вокруг ерзали на стульях, тянули шеи, вставали на ноги. Всеми овладело нетерпение: скоро ли Дамблдор завершит трапезу? Кто будет Чемпионами?


Наконец золотые тарелки засияли первозданной чистотой. Зал шумел, гудел и вдруг смолк -- Дамблдор поднялся с места. Сидящие по обе стороны от него профессора замерли в напряжённом ожидании. Людо Бэгмен, как всегда, сиял, подмигивая то тому, то другому в зале. У Крауча, напротив, вид был безучастный, можно сказать даже - отсутствующий.


-- Кубок огня вот-вот примет решение, -- начал Дамблдор. -- Думаю, ему требуется ещё минута. Когда имена Чемпионов станут известны, попрошу их подойти к столу и проследовать в комнату, примыкающую к залу. -- Он указал на дверь позади профессорского стола. -- Там они получат инструкции к первому туру состязаний.


Он вынул волшебную палочку и широко ей взмахнул; тотчас все свечи в зале, кроме тех, что горели в тыквах, погасли. Зал погрузился в полутьму. Кубок огня засиял ярче, искрящиеся синеватые языки пламени ослепительно били по глазам. Но взгляды всех всё равно прикованы к Кубку, кое-кто поглядывает на часы...


-- Осталась одна секунда, -- сказал Ли Джордан. Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамента. Зал замер.


Дамблдор, протянув руку, подхватил пергамент, освещённый огнём, опять синевато-белым, и Дамблдор громким, отчётливым голосом прочитал:


- Виктор Крам. Дурмстранг.


Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и восторженных криков.


-- Так и должно быть! -- громче всех кричал Рон.


Виктор Крам поднялся с места и, ссутулив плечи, вразвалку двинулся к Дамблдору, повернул направо и, миновав профессорский стол, исчез в соседней комнате.


-- Браво, Виктор! Браво! -- перекричал аплодисменты Каркаров, так что его услышал весь зал. -- Я знал, в тебе есть дерзание!


Постепенно шум в зале стих, внимание всех опять приковано к Кубку. Пламя вновь покраснело, и Кубок выстрелил ещё одним куском пергамента.


-- Флэр Дэлакур. Шармбатон, -- возвестил Дамблдор.


Девушка, так похожая на вейлу, легко поднялась со стула, откинула назад волну белокурых волос и летящей походкой прошла между столов Гриффиндора и Пуффендуя.


-- Вы только гляньте, как они расстроены! -- сказала Гермиона, кивнув в сторону стола, где сидели шармбатонцы.


Расстроены -- слабо сказано, подумал Гарри: две девушки, спрятав лицо в ладони, плакали навзрыд. Флёр Делакур удалилась в соседнюю комнату, зал опять утих. Но напряжение, казалось осязаемое на ощупь, усилилось.


Всё опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры. Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Дамблдор поймал его и прочитал:


-- Джейза Марион да Фариас. Неблина.


Из-за стола Хаффлпафф встала та самая девушка метаморф. Мгновенно обернувшись пантерой, она доскакала до директора Хогвартса, и превратилась обратно. Мимо преподавателей она прошла уже с видом кроткого ангела. Провожали ее оглушительными рукоплесканиями. Особенно старался ее директор, как и Каркаров крича "Браво!"


Едва она скрылась за дверью, как кубок огня снова полыхнул пламенем:


- Рейтан Суреш. Индия.


Муж Падме тут же поднялся со своего места за столом Гриффиндора. Он был определенно рад, что его выбрали. Оглянувшись на счастливую жену, он проследовал за дверь под рукоплескания зала.


Следующей назвали Эрику Шервуд. Австралийка очень обрадовалась избранию, но все же немного виновато посмотрела на своего парня. Видимо, Зак очень хотел участвовать. После нескольких секунд заминки, он все же поздравил свою девушку, хоть и не так искренне, как ей хотелось бы.


В шестой раз кубок выплюнул имя Искандэра Сирина из арабской школы Моугхар-Суффи. Глава арабской делегации явно недолюбливал парня, потому как провожал его за дверь с выражением откровенной злобы и ненависти. А тот отвечал ему дерзкой ухмылкой.


Седьмым Чемпионом назвали Джонатана Грейстокка из Салемского университета. Дэйв был немного шокирован такой удачей брата, но быстро пришел в себя. С громким торжественным воплем, Грейстокк-младший показал ему поднятые вверх большие пальцы.


Следующим Дамблдор вызвал Хи Чанга. Родственник Чжоу был горячо поддержан студентами Рейвенкло, но его собственные товарищи были не столь рады. Что в принципе вполне понятно, ведь они все из конкурирующих школ и знакомы всего несколько дней. Больше всех были разочарованы пара студентов из Пекина и шаолинец, а также глава делегации, который и сам закончил столичную школу волшебства.


Девятой назвали Шизуку Ватанабэ, небольшую японку с черными волосами, собранными в два узла по бокам головы. Услышав ее имя весь зал мгновенно замолк, а затем пошли громкие шептания: "Ватанабэ?", "Это та, о которой я думаю?", "Госпожа Молния?".


Всего несколько человек совершенно не знали этого имени. И среди них была Гермиона.


- Она ловец сборной Японии по квиддичу. Самая быстрая девушка на свете. Потому ей и дали такое громкое прозвище, - пояснил ей Гарри. - Как и с Крамом, я и понятия не имел, что она все еще школьница. Будет классно попросить их о паре уроков в свободное время.


Под громкими криками и аплодисментами толпы студентов, Шизука направилась к столу преподавателей. Даже в такой торжественный момент директор Накамура не смог выдавить из себя улыбки. С каменным лицом он провожал девушку глазами, и лишь неестественная бледность указывала на то, что он что-то почувствовал. Избрание Ватанабэ, видимо, очень напугало его. Японка же почему-то расстроилась от такого отношения своего директора. Слегка повесив голову, она прошла за дверь.


- Патрик Оньянго. Уагаду, - зачитал имя десятого Чемпиона Дамблдор.


Стол Хаффлпаффа снова взорвался бурными овациями. Кениец уже успел им полюбиться. Для полного счастья факультету Хельги не хватало только избрание Чемпионом Хогвартса Седрика Диггори. Но этому не суждено было случиться.


- Гарри Поттер. Хогвартс, - прочитал Дамблдор вслух, после долгой паузы...


*Прежде чем меня кто-либо обвинит в отсутствии патриотизма, вспомним, что персонажи фанфика, от лица которых ведется повествование сплошь британцы, и именно такое у них отношение к кичливым русским, по поводу и без повода раскидывающихся понтами за границей.

Я слышал рассказы американцев о первых русских, появившихся в Штатах после развала Союза. Их очень возмущало, что люди, которых они спасали от "гнета тоталитарного режима" разгуливают по Нью-Йорку в дорогих шубах и украшениях, и привыкли питаться икрой. И это вовсе были не олигархи, и не новые русские!


**имеются в виду "черти" из книги Роулинг "Волшебные твари и где их искать", написанной от лица Ньюта Саламандра, известного магозоолога, автора учебника по УЗМС, по которому учится Гарри Поттер с товарищами.


## Глава 8. Сколько весят волшебные палочки


Гарри сидел как громом поражённый. Он, верно, ослышался... Может, это сон... Но нет, кажется, явь. Преподаватели и ученики -- все устремили на него изумлённые взгляды.


Никаких аплодисментов, только жужжание, как будто в зал залетел рой рассерженных пчёл. Кто-то встал, чтобы лучше рассмотреть приросшего к стулу Поттера.


Профессор МакГонагалл стремительно встала из-за стола, обойдя гостей, подошла к Дамблдору и что-то горячо прошептала ему. Директор школы нахмурился.


Гарри повернулся к Гермионе, к друзьям. Все гриффиндорцы глядели на него, разинув рты.


-- Это не я бросил в Кубок своё имя, -- растерянно проговорил Гарри. -- Вы же знаете, это не я.


Гермиона кивнула, и парню тут же стало легче. Она верит ему! Остальные ответили растерянными взглядами.


Профессор Дамблдор за профессорским столом выпрямился и кивнул профессору МакГонагалл.


-- Гарри Поттер, -- сказал он, -- подойдите, пожалуйста, сюда.


-- Иди, -- шепнула Гермиона, ободряюще улыбнувшись, хотя глаза ее выдавали с головой. Она боялась. Несмотря на все меры предосторожности неведомый агент Волдеморта все же нанес свой удар. Гарри хотел наотрез отказаться куда-либо идти, и остаться с ней, но она сама подтолкнула его к преподавательскому столу.


- Иди! Потом все расскажешь, - сказала Миона.


Поттер поднялся на ноги, и неспеша побрёл к преподавательскому столу. Слева и справа столы Гриффиндора и Пуффендуя. Какой долгий путь -- шагать ещё и шагать! Жужжание становится громче, взоры всех сопровождают его, как лучи прожекторов. Минула целая вечность. И вот наконец он смотрит прямо в глаза Дамблдора, под взглядами всех сидящих за столом.


-- Тебе в ту дверь, Гарри, -- без улыбки произнёс директор.


Поттер двинулся вдоль стола. Сириус был шокирован не меньше крестника, так же как и Тонкс. Оба лишь смотрели с недоумением, и некоторой злостью, неведомый Пожиратель обвел их вокруг пальца. Блэки кивнули парню, обещая во всем разобраться.


Гарри отворил дверь и очутился в небольшой комнате. На стенах портреты волшебниц и колдунов, напротив красивый камин, в котором, постреливая, пылает огонь.


Лица на портретах повернулись к вошедшему. Сморщенная, как печёное яблоко, ведьма выскочила из рамы, впрыгнула в соседнюю к волшебнику с моржовыми усами и что-то зашептала ему на ухо.


Остальные Чемпионы стояли у камина. На фоне яркого пламени их тёмные силуэты выглядели до странности внушительно. Крам, ссутулившись и о чём-то сосредоточенно думая, притулился к каминной полке. Чанг заложил руки за спину и глядел на огонь. Рядом с ним стояли Ватанаби и Сирин. А остальные глядели на стены, рассматривая портреты.


- Гарри? - удивился Джон, увидев кто вошел. - Ты что здесь делаешь? Ты же не можешь быть Чемпионом! Тебе нет семнадцати лет!


- Сам не знаю, как так получилось. Кубок почему-то выкинул мое имя, хотя я его туда не клал, - ответил Поттер.


По глазам остальных участников Универсиады было видно, что никто ему не поверил. Француженка хотела было что-то сказать, но сзади послышался дробный стук шагов, и в комнату вбежал Людо Бэгмен.


-- Невероятно! -- воскликнул он, схватив руку гриффиндорца. -- Необычайное происшествие! Кто бы мог подумать, что Чемпионом Хогвартса станет сам Гарри Поттер.


- Но как это случилось? Ведь он несовершеннолетний! - снова задал тот же вопрос Джон.


- Да-да, он ошшень маленький! - поддержала Флэр.


- Кто бы говорила, он одного с тобой роста! - поддержала Гарри Эрика. Все-таки, она явно недолюбливала француженку.


Остальные Чемпионы тоже начали сравнивать Поттера с собой. Шервуд была права, по виду парня никак нельзя было сказать, что он сильно их младше. Ему запросто можно было дать все шестнадцать лет. Да и по росту он был не самым маленьким, японка была ниже него на полголовы.


- Да, но он всего лишь четверокурсник! - не унимался Грейстокк. - Он может не справиться с заданиями.


Тут уже возразить было нечего. Да Бэгмен и не успел ничего сказать. За его спиной снова открылась дверь, впуская Дамблдора, остальных директоров, деканов, Крауча с Грюмом и тройку авроров.


Последним вошел высокий темноволосый парень с короткой прической. У него были янтарного цвета глаза, мускулистая фигура и плавная, почти бесшумная, походка. Все вместе это невольно вызывало ассоциацию с одним весьма опасным полосатым хищником. Судя по темно-синей форме, он был студентом Колдостворца.


"Наверняка это их Чемпион!" - подумал Гарри, после чего вернул все свое внимание к Дамблдору, который направился прямо к нему.


- Гарри, ты клал свое имя в Кубок? - сходу спросил директор Хогвартса, всматриваясь ему в глаза.

- Нет, сэр, - твердо ответил Поттер, чувствуя как его ментальные щиты моментально рассыпаются под давлением профессионального легиллемента. Перед мысленным взором пробежали все воспоминания о том, как они с друзьями пытались ночью пройти мимо защитной линии. Но там же можно было увидеть, что у них н чего не получилось.


- Он нагло лжет! - немедленно заявил Снейп. - Этот несносный мальчишка с первого дня своего появления в школе нарушает правила.


- Что ты сказал, Сопливус? - тут же вмешался Бродяга. - Да тебя первым нужно подозревать в причастности к случившемуся, Пожиратель хренов!


- Северус, Сириус, прекратите немедленно! - потребовала МакГонагалл, взглядом намекая на присутствие иностранных гостей.


- Гарри, ты просил кого-нибудь из взрослых студентов положить в кубок твое имя? - продолжил допрос Дамблдор.


- Нет, сэр, - снова ответил гриффиндорец. - Я вчера весь день провел у Хагрида, и со старшими студентами не общался. Только с Анджелиной Джонсон за завтраком. Но ее я ничего не просил. Клянусь!


- Тогда как ты можешь объяснить вот это? - спросил директор, протягивая ему тот самый клочок пергамента, что вылетел из Кубка Огня. - Это же твой почерк, не так ли?


Поттер присмотрелся, и разом побледнел. Это явно писала его рука. А небольшая клякса рядом с буквой S была до боли знакома...


- Да, сэр. Это мой почерк, и я узнаю эту кляксу, - не стал ничего утаивать Гарри. - К нашему столу во время завтрака подошла девочка, первокурсница с Рейвенкло, попросила автограф на пергаменте. Этот клочок был вырезан оттуда.


- Ясно, - коротко ответил Дамблдор, глянув на Грюма. Тот кивнул, понимая свою задачу - расследовать это дело.


Остальные преподаватели по разному отнеслись к этому заявлению гриффиндорца. Снейп, услышав про дачу автографа, конечно же, не удержался от сарказма. Сириус тут же попытался набить ему морду. Их опять разняла МакГонагалл, которая была очень встревожена словами одного из ее любимых "львят". Впрочем, не у одной ее проснулось подобие материнского инстинкта.


- Дамблёдорр, что все это значит? - спросила мадам Максим, выпрямившись во весь свой исполинский рост. Макушка красивой головы задела канделябр со свечами, обтянутый атласом внушительный бюст заколыхался. - Неужели этот petite garson будет участвовать?


"Маленький мальчик!" - мысленно возмутился Поттер. Взглянув на остальных директоров, он увидел, что все женщины грозно уставились на главу Хогвартса, требуя от него ответа.


- К сожалению, решать этот вопрос не в моей власти, - выкрутился Дамблдор. - Мистер Крауч, мистер Бэгмен, вы наши беспристрастные судьи, ваше слово?


Бэгмен вытер носовым платком круглое мальчишеское лицо и глянул на Крауча. Тот стоял в тени, в нескольких шагах от камина. Полумрак старил его, делал похожим на призрака. Но заговорил Крауч обычным брюзгливым тоном.


-- Мы должны строго следовать правилам. А в них написано чёрным по белому: тот, чьё имя выпало из Кубка, обязан безоговорочно участвовать в турнире.


-- Ну, конечно! Барти знает правила как свои пять пальцев! -- просиял Бэгмен и взглянул на протестующих гостей, как бы говоря: спор завершён.


- Но Гарри ведь не клал свое имя в Кубок! - запротестовал Сириус. - Почему он должен участвовать? Тот кто это сделал наверняка хотел ему смерти!


- Кубку Огня безразлично кто предложил кандидата в Чемпионы, - жестко ответил Крауч. - Мистер Поттер обязан участвовать, иначе нарушит условия магического договора. Думаю, вы знаете последствия.


Это знали все, поэтому спор был действительно исчерпан. Даже если Гарри откажется от участия, цена будет слишком высока. Волдеморт, можно сказать, добился своего. Даже если Мальчик-который-выжил откажется быть Чемпионом, он лишится своей магии, и, возможно, что и жизни тоже. А участвуя, он рискует умереть в ходе любого из пяти заданий. Неприятная ловушка...


"Ну чтож, один-ноль в твою пользу." - подумал Поттер. - "Но я вовсе не собираюсь погибать в этом состязании! Твой план не сработает!"


Как Гарри и боялся, участие в Универсиаде лишь еще больше его прославило. Ходить по замку стало сущим мучением. С того вечера, когда из Кубка огня вылетело его имя, прошла всего лишь неполная неделя, а гриффиндорец уже лез на стенку от такого повышенного внимания к своей персоне.


И выражение "лез на стенку" было не образным! Поттер теперь ходил на занятия и обеды не иначе как по потолку, скрытый дезиллюминационными чарами. Иначе ему пришлось бы терпеть толпу поклонниц, которые хотели от него автографов. Гарри было искренне жаль Крама и остальных парней-чемпионов, которых каждый день осаждали фанатки.


В первое время друзья очень удивлялись такому поведению Поттера. Особенно Джо и Рон, известные любители покупаться в лучах славы. Парни открыто подшучивали над другом, считая его излишне застенчивым. Они полностью изменили свое мнение, когда узнали, как именно Гарри оказался участником Универсиады.


Гермиона, оказывается, тем же вечером рассказала его соседям по комнате о пророчестве Трелони и о летнем видении про Волдеморта и Хвоста. Бледные как мел, парни тут же выкинули из головы зародившуюся там было обиду на Гарри. Они сперва посчитали, что друг утаил от них способ обойти возрастную линию Дамблдора.


Поттера весьма тронуло, когда Невилл, а за ним и остальные, выразили ему свою полную и безоговорочную поддержку. Но чуть позже он разозлился, когда вся история с пророчеством и видением стала достоянием широкой публики. И все из-за Рона и Симуса, и их неуемной тяги к алкоголю. Хотя, винить скорее следует старшекурсников, которые с помощью ящичка огневиски решили выведать из дружков Поттера, как ему удалось обмануть линию Дамблдора.


Впрочем, чуть позже Гарри должен был признать, что нет худа без добра. Новость об ожидающемся возвращени Волдеморта вызвало панику, сравнимую с вестью о втором пришествии Спасителя. Дамблдору пришлось всех успокаивать, напоминая про зыбкость искусства прорицаний.


А видение Потера списали на его собственный пророческий талант. Трелони потом полдня бегала за гриффиндорцем, упрашивая его вернуться к ней на занятия. "Такой талант нельзя зарывать в землю! - кричала она.


Грюм и Крауч вместе допрашивали ту девочку с Рейвенкло, но та ничего не знала. Кто-то постарался с Обливиейтом, несмотря на то, что она и так ничего не знала. Скорее всего на ней был применен Конфундус, побудивший взять автограф, и положить на видном месте, чтобы было легко украсть его манящими чарами. Заклятье забвения было лишь подстраховкой.

Светлой же стороной сложившейся ситуации было то, что теперь никто в замке не считал Гарри обманщиком. И только Малфой на последнем занятии по УЗМС с издевкой спрашивал у него автограф.


"Ах, если бы я знал, что такая мелочь способна тебя убить, то я бы давно его попросил! Как думаешь, сколько ты протянешь? Я слышал, что Универсиада будет покруче Турнира, а в них погибала половина участников. Буду рад станцевать на твоих похоронах, Поттер! Кто знает, может быть я даже утешу твою грязнокровую вдовушку..." - говорил Хорек, чем вывел гриффиндорца из себя. Слова в свой адрес Гарри пропускал мимо ушей, но упоминание Гермионы в таком ключе он прощать не собирался.


Не успел Драко закрыть свой поганый рот, как был могучим пинком отброшен к ближайшему дереву. С глухим стуком и хрустом в костях шмякнувшись об ствол, Малфой мешком свалился на землю. С затылка слизеринца потекла струйка крови.


Но взбешенному Поттеру этого было мало. Следующий пинок отбросил мерзавца на середину луга. Прокатившись по траве, исцарапшись в кровь об ветки и камни, Хорек безвольно раскинулся на земле, в форме звезды. Его причинное место было полностью доступно, и следующий удар Гарри нацеливал именно туда, чтобы наверняка пресечь род Малфоев. Но именно в этот момент вмешался Хагрид. Сграбастав гриффиндорца в своих медвежьих объятиях, он быстро оттащил его от избитого Драко.


К последнему тут же бросилась Панси и вся их компания. Ревя в три ручья, невеста Малфоя проклинала Поттера, и подгоняла Крэбба и Гойла, чтобы они побыстрее доставили "Дракусечку" в медпункт.


Урок УЗМС в тот день был безнадежно сорван. Хагриду пришлось увести Гарри к директору. Естественно, Дамблдор не был рад такому событию как избиение ученика, а вбежавший спустя минуту Снейп вообще требовал немедленного исключения "вконец потерявшего всякий страх из-за своего чемпионства, Поттера".


Директор, однако, выслушав о том как все было, и попросив у гриффиндорца копию воспоминания, не стал никого исключать. Но это вовсе не значит, что он оставил Поттера без наказания. Вежливо попросив Северуса удалиться, Дамблдор сообщил, что Гарри и Гермионе придется на время вернуть Маховик времени.


Впрочем, это не было наказанием, правила соревнований в любом случае запрещали использование подобных артефактов, поэтому его в любом случае пришлось бы сдать. Нет, в качестве наказания директор лишил лохматую парочку их личных апартаментов за портретом Игнотуса Пэверелла, сроком на два месяца. В новом году они снова смогут им пользоваться для "занятий". Воистину, удар ниже пояса!


Когда Поттер покидал кабинет директора, последний зачем-то попросил его передать мисс Грейнджер и мистеру Грейстокку-младшему, что он ждет их у себя после ужина. Эта просьба немного озадачила Гарри. С Мионой все понятно, нужно забрать у нее Маховик. Но зачем Дамблдору Дейв?


Ответ на этот вопрос оказался донельзя неожиданным. Директор признался, что является Лордом Грей, и дальним родственником представших перед ним студентов. Не дав им опомниться, Дамблдор принялся рассказывать историю Рода.


Греи действительно происходили от дочери Ровены Рейвенкло. Точнее, с женитьбы на ней Говарда Грея начинается известная история рода. С одиннадцатого века семья росла, и приобретала все большее влияние. Пик власти был достигнут в шестнадцатом веке, когда Джейн Грей стала британской королевой. Правда всего на девять дней, но ее до сих пор помнят!


После того как на троне ее сменила маглорожденная Елизавета Девственница, Род Греев потихоньку пошел на спад. Последним по прямой линии был печально известный Дориан Грей, история о котором даже попала к маглам, среди которых он проводил много времени. К сожалению у него не было обладающего магией наследника, поэтому таковым был назначен Дамблдор, его любимый племянник и воспитанник. Но и он не преуспел с возрождением семьи...


Но теперь у Рода появилась Надежда (именно так, с большой буквы), возродиться из пепла небытия подобно фениксу, благодаря Гермионе, Джону и Дэвиду. По словам последнего, у Дамблдора так сияли глаза!


Сказать, что Миона и Дейв удивились - значит ничего не сказать. Дамблдору понадобилось не менее десяти минут, чтобы вывести учеников из их шокового состояния. И это вполне понятно, ведь не каждый день человеку сообщают такие новости о себе.


Поняв, что ничего путного он от подростков в этот день не добьется, директор снова огорошил их, передав каждому по ключу от сейфа в Гринготтсе, и попросил приходить к нему два раза в неделю для специальных занятий. Ведь Лорд Грей обязан был подготовить своих преемников. Еще Дамблдор просил не говорить никому об услышанном, сделав исключение для Гарри и Джо. После этого он отпустил их в свои спальни...


С того вечера прошло всего несколько дней, но Поттеру они показались целой вечностью. Наверное это из-за того, что это время было насыщено событиями.


Естественно, история об избиении Хорька стала известна всей школе, и вызвала бурные перешептывания по углам. К счастью, это нисколько не попортило репутации Гарри, а даже наоборот. Девушки стали только активнее добиваться автографа, и писать ему признания в любви на оконных стеклах, весьма раздражало Гермиону и Джинни.


Эта история, конечно же, дошла и до ушей Малфоя-старшего. Он лично явился в Хогвартс, и попытался добиться исключения Поттера, но ушел ни с чем. Впрочем, никто не сомневался, что месть Люциуса не заставит себя долго ждать. Пока что никаких движений с его стороны не наблюдалось. Скорее всего, "белый король" выжидает момента.


Своему "серебрянному принцу" он, видимо, тоже приказал обождать с местью, потому что Хорек после выписки из медпункта старательно избегал встреч с Поттером. Благо, у них были совместные занятия только на УЗМС и зельях.


Впрочем, на последнем уроке он все же не удержался от маленькой пакости...


- Поттер! Как это понимать! Хотя нет, не трудитесь объяснять. Мне жалко свои мозги, которые сварятся от вашего бреда. Пятьдесят очков с Гриффиндора за разгуливание по потолку! После урока я назначу вам наказание, - процедил Снейп, глядя на приклеившегося к потолку Поттера, и толпу девочек третьекурсниц столпившихся под ним. Еще недавно девочки как безумные прыгали под ним, прося автографа.


- Немедленно зайдите в класс! - студенты четвертого курса немедленно выполнили приказ преподавателя. Малфой при этом чуть ли не в голос ржал. Третьекурсницам же хватило одного лишь взгляда от мрачного зельевара, чтобы понять его безмолвный посыл - "Убирайтесь!".


Уже перед самым началом в класс тихонько прошмыгнула Гермиона. Ее ранее неожиданно вызвали к их декану, чем, видимо, и воспользовались фанатки.


- Что от тебя хотела МакГонагалл? - еле слышно спросил ее Гарри. Они, как всегда, работали за одним столом.


- А она меня и не звала. Это была чья-то шутка! - немного раздраженно ответила девушка.


- Ясно, наверное в этом и заключался план Малфоя, - сказал гриффиндорец, мысленно представляя как Хорек висит вниз головой на стене Астрономической башни.


- Поттер! Со своей девушкой поболтаешь потом. Потрудитесь слушать, что я говорю по теме урока, - сказал Снейп. -- Займёмся противоядиями! Составы у вас готовы? Теперь осторожно заварите их. После чего выберем кого-нибудь и попробуем на нём их действие.


Его глаза встретили взгляд Гарри. И гриффиндорец понял: Снейп сейчас отравит его. Ну-ну, пусть попытается. Поттер уже раза три варил это зелье на своих дополнительных тренировках. Мда, их придется прекратить из-за отсутствия Маховика. И магловедение бросить... Впрочем, о последнем он не жалел.


Когда Гарри собрался уже резать свой первый ингидиент, неожиданно послышался стук в дверь. В класс шмыгнул Колин Криви и, одарив своего кумира сияющей улыбкой, подошёл к Снейпу.


-- В чём дело? -- сухо спросил декан Слизерина.


-- Простите, сэр, но Гарри Поттера вызывают наверх.


Снейп, нагнувшись, приблизил к Колину крючковатый нос, и улыбка сползла с восторженного лица малютки.


-- Поттеру предстоит ещё час работы с зельями. Наверх он поднимется после урока.


Колин покраснел.


-- Сэр, сэр, его ждёт мистер Бэгмен, -- испуганно проговорил он. -- Все чемпионы должны идти. Их, по-моему, будут фотографировать.


Фотографировать! Гарри резко расхотелось куда-либо идти. Лучше терпеть Сопливуса, чем позировать перед фотографом. Итак не знаешь куда деваться от фанаток...


-- Хорошо, хорошо, -- прошипел Снейп. -- Оставь, Поттер, здесь сумку. Ты мне ещё будешь нужен.


-- Пожалуйста, сэр, Гарри надо взять сумку с собой. Все чемпионы там...


-- Очень хорошо! -- рявкнул Снейп. -- Бери свою сумку и вон с моих глаз!


Поттер перекинул сумку через плечо и пошёл к двери. Вслед ему сочувственно глядели одноклассники.


-- Как удивительно, правда, Гарри? -- затараторил Колин, стоило только ему закрыть за собой дверь. -- Только представь себе, ты -- Чемпион!


-- Да, удивительно, -- тяжело вздохнул Гарри, поднимаясь в холл. -- А для чего они будут фотографировать?


-- Думаю, для "Пророка".


-- Только этого не хватало! Будто мне мало известности! В гробу я ее видал! - проворчал Поттер, уже подходя к нужной аудитории..


-- Желаю удачи, -- попрощался у двери Колин. Гарри постучал и вошёл.


Как и ожидалось, он очутился в небольшой аудитории. Большинство столов сдвинуты в конец, образуя образуя в центре пустое пространство. Семь составлены вместе перед доской и накрыты длинной бархатной скатертью. За ними четырнадцать кресел. В одном сидит Людо, беседуя с незнакомой ведьмой в алой мантии.


Алексей Булгаков и Виктор Крам вместе стояли в сторонке, и тихо беседовали на каком-то славянском языке. Джон и Флёр тоже говорили, но на французском. Причем из-за редкой практики Грейстокк делал небольшие ошибки, и это очень веселило девушку, хотя грешила она тем же самым в английском. Улыбаясь, Флер то и дело откидывала голову и длинные белокурые волосы на свету красиво переливались. Пузатый коротышка с большой чёрной камерой, слегка дымившейся, краем глаза любуется ею, вызывая насмешливую улыбку у Эрики, которая сидела, облакотившись на стол.


Джейза и Патрик снова стоят вместе. Гарри не раз слышал гипотезы, что они симпатизируют друг к другу. А что? Многим они казались идеальной парой - парень, умеющий разговаривать с животными, и девушка, умеющая в них превращаться. Никогда не возникнет проблем с недопониманием, хе-хе.


Поттер снова мысленно чертыхнулся. Он так и не попросил у Тонкс уроков метаморфмагии. А вот гипотезу про парселтанг проверил. Увы, говорить он может только со змеями, ни один фамилиар одноклассников не заговорил с ним по человечески. Хотя, может он что-то не то делает, и потому не получается?


Немного в стороне стоят Рейтан, Хи, Искандэр и Шизука. Они о чем-то негромко переговаривались, неприязненно поглядывая на женщину в алой мантии. Кто же она?


Увидев Поттера, Бэгмен вскочил и радостно запрыгал к нему.


-- А вот и двенадцатый чемпион! Входи, Гарри, входи! Не волнуйся, это просто церемония проверки волшебных палочек. Сейчас подойдут члены судейской бригады.


-- Проверка волшебных палочек? -- озадаченно переспросил гриффиндорец.


-- Необходимо проверить, в каком они состоянии, нет ли поломок. Это ваш главный инструмент в соревнованиях. Специалист в этой области сейчас наверху с директором. После церемонии вас будут фотографировать. Познакомься, Рита Скитер. -- Бэгмен жестом указал на женщину в алой мантии. -- Она делает небольшой материал об Универсиаде для "Пророка".


"Теперь ясно почему они так на нее смотрели! - подумал Поттер.


-- Не такой уж и небольшой, Людо, -- поправила Рита, впившись взглядом в Гарри.


Волосы у неё были уложены в причудливое сооружение из тугих локонов, нелепо сочетающееся с массивным подбородком; очки отделаны драгоценностями, толстые пальцы, сжимающие крокодиловой кожи сумочку завершаются длиннейшими ногтями, покрытыми пунцовым лаком.


-- Нельзя ли до начала церемонии взять у Гарри коротенькое интервью? -- обратилась она к Бэгмену, не отрывая от Поттера глаз. -- Самый юный чемпион, несомненно, прибавит статье живости.


-- Разумеется! Гарри, ты не возражаешь?


- Я решительно против! - тут же заявил парень, прежде чем Скитер успела утянуть его за руку. - Дополнительная известность мне ни к чему! И к тому же я не желаю разговаривать с журналисткой, которая написала столько гадостей про моего крестного.


- Но... но... - Бэгмен явно не был к такому готов. - Но это необходимо! Как еще люди узнают о тебе побольше? Для обычных людей ты загадка, и они думали, что теперь, когда ты стал Чемпионом Хогвартса, ты расскажешь о себе...


- Как вы не поймете, я ненавижу свою известность! Она досталась мне ценой смерти родителей от руки Волдеморта, - при упоминании этого имени Бэгмен и Рита синхронно поежились. - Но если вам так уж нужно узнать подробности моей жизни, я отправлю в редакцию свою краткую автобиографию...


К счастью, Бэгмен и Скитер не успели ничего возразить, т.к. в аудиторию вошли Дамблдор, остальные Директора, Крауч, Сириус и... Мистер Олливандер? Первые проследовали к длинному столу, и уселись. Только аврор и мастер палочек остались стоять посреди класса.


-- Позвольте представить вам мистера Олливандера, -- обратился к чемпионам Дамблдор, заняв место за столом судей. -- Он проверит ваши палочки, дабы убедиться в их готовности к турам соревнования.


-- Мадемуазель Делакур, начнём с вас, если не возражаете. -- Мистер Олливандер сделал приглашающий жест.


Флер Делакур лёгкой походкой подошла к нему и протянула палочку.


-- Хм-м, -- протянул Олливандер, повертел её в длинных пальцах как дирижёрскую палочку. Из нее посыпался сноп розовых и золотых искр. Мастер поднёс её к глазам и внимательно рассмотрел. -- Ясно, -- сказал он спокойно. -- Двадцать сантиметров, не гнётся, розовое дерево. Боже милостивый! Содержит...


-- Волос с головы вейлы, моей гран-маман.


"Она все-таки вейла! Надо будет сказать Рону", - подумал Гарри.


-- Да... да, -- сказал Олливандер. -- Я никогда не использовал для палочек их волос. Слишком уж они получаются темпераментные. Но каждому своё, и если она вам подходит...


Мистер Олливандер пробежал пальцами по палочке, проверяя, нет ли царапин или каких неровностей.


-- Орхидеус! -- воскликнул он, из палочки выскочил букет орхидей, и он протянул их Флёр. -- Мистер Грейстокк, ваша очередь.


Флёр полетела на своё место, по пути одарив Джона улыбкой.


- А, изделие Говарда МакФлая. Хороший мастер, - Мастер внимательно рассмотрел палочку Джона. - Двадцать семь сантиметров... Тополь всегда славился своей послушностью, и любит людей с твердыми моральными принципами, а перо грифона хорошо подходит людям гордым инезависимым. Отличное сочетание, молодой человек!


- Опуньо! - из палочки вылетела канарейка, которая тут же скрылась за приоткрытым окном. - Можете забрать ее, мистер Грейстокк, она в отличном состоянии. Мисс Фариа? - позвал он бразильянку.


Девушка подошла и протянула свою палочку.


- Хмм, гевея и шерсть нунды, двадцать три и три четверти сантиметра, хлесткая. Приспособляемость и коварство. И состояние отличное. Изделие Фернанда да Лима? - спросил Олливандер, трансфигурировав один из столов у стены в борова.


- Си, Маэстро! - жизнерадостно ответила девушка, на секунду приняв облик перуанского мастера палочек, а затем большой пятнистой кошки.


- Вижу, эта палочка вам идеально подходит, - сказал Оливандер, возвращая ее Джейзе. - Можете идти. Мистер Оньянго, ваш черед.


- Хмм баобаб и кусочек пера птицы Рух, восемнадцать сантиметров, мастер мне неизвестен, - задумчиво протянул старик. - Хороша для работы с флорой и фауной... Вингардиум левиоса! - одна из парт взмыла в воздух под потолок. - Неужели... хмм, прекрасно подходит для полетных чар. Наверное, это влияние пера... Можете забрать, она в прекрасном состоянии.


Патрик, белозубо улыбаясь, забрал палочку и вернулся на свое место.


- Мисс Ватанабэ, ваша очередь, - пригласил Олливандер японку. - О! Японская вишня и сердечная жила дракона! Двадцать один с половиной сантиметра. Поздравляю, у вас исключительное самообладание и сила ума, раз вы способны совладать со своей палочкой.


- Дифиндо! - еще одна парта пострадала от мастера палочек. На этот раз она была рассечена пополам. - Превосходно! Можете забрать свою палочку, она в отличном состоянии. - Мистер Сирин, будьте добры... - позвал он сирийца.


- Двадцать шесть сантиметров, черное дерево и шерсть красного скального льва! Не боитесь быть изгоем, - скорее констатировал, чем спросил Олливандер. Искандэр лишь кивнул, соглашаясь. Еще одно боевое заклинание подтвердило исправность палочки, и парень вернулся с ней на место.


- Мистер Чанг, ваша очередь, - китаец молча передал ему свою палочку.


- Тутовник, сердечная жила дракона, двадцать четыре сантиметра, очень гибкая, - сделал свое заключение Олливандер. - Превосходна для сильных, но артистичных людей... - с этими словами мастер наколдовал себе удобное кресло, видимо устал стоять. - Замечательно... Кто там дальше? Давайте вы, мистер Суреш.


- Акация и перо феникса, двадцать четыре сантиметра, - задумчиво протянул мастер. - Очень непростая палочка, слушается только весьма одаренных хозяев. Вам повезло, молодой человек, - вызвав ею какой-то серебристый дымок, и удовлетворившись им, старик вернул палочку Рейтану.


- Мисс Шервуд! - позвал Олливандер.


- Хмм, двадцать пять сантиметров, яблоня и волосы русалки? Последняя тоже от вашей бабушки? - спросил мастер. Девушка кивнула, и Гарри почувствовал как у него невольно отвисла челюсть. Он и предположить не мог, что австралийка частично русалка. То-то она так недолюбливает Флер, ведь у них с вейлами давняя вражда.


- У палочек с волосом русалки та же беда, слишком своенравна, - поведал Олливандер, после того как прожег большую дыру в парте. - Кроме того они не ладят с огнем, но, вижу, что для вашей это не проблема, - добавил он, возвращая палочку.- Мистер Крам, ваш черед.


Виктор встал, повёл плечами, ссутулился и вразвалку подошёл к мастеру. Протянул палочку и, сунув руки в карманы, нахмурился.


-- Хмм. Ежели не ошибаюсь, творение Грегоровича? Прекрасный мастер, хотя стиль не совсем тот, какой... Ну, это ладно...


Он поднёс палочку к глазам и тщательно рассматривал её, вертя так и этак.


-- Да... саксаул и сухожилие дракона? -- метнул он взгляд на Крама.


Крам кивнул.


-- Толстовата, довольно жёсткая, двадцать семь сантиметров... Авис!


Палочка из саксаула выстрелила как ружьё, из дула выпорхнула стайка щебечущих птичек и, так же как и канарейка ранее, вылетела в окно навстречу солнцу.


-- Отлично, -- сказал Олливандер, возвращая Краму его палочку. -- Кто у нас ещё остался?.. - взгляд мастера упал на соседа болгарца. - Мистер Булгаков, можно вас?


Русский подошел к Олливандеру своей обычной бесшумной походкой. Молча протянул палочку, и встал смирно, в отличие от Крама без рук в карманах.


- Хмм, сделано в Китежграде, не так ли? Мастер, скорее всего, Ковров, - сказал Олливандер. - Кедр и перо феникса, или жар-птицы, как вы, русские, его называете. Двадцать один сантиметр, упругая, хороша для боевой магии, - с этими словами мастер вызвал небольшой ледяной вихрь. - Не позавидую я тому, кто окажется на вашем пути, молодой человек, - прокомментировал старик, возвращая палочку.


- Как я понял, остался лишь один Чемпион. Мистер Поттер, можно мне вашу палочку?


Гарри поднялся с места, прошёл мимо Булгакова и протянул свою палочку.


-- О-о! -- расцвёл мистер Олливандер, глаза его вдруг вспыхнули. -- Это уже мое творение. Я очень хорошо её помню.


И Гарри тоже помнил. Словно это было вчера. Он очень надеялся, что мастер не будет сейчас рассказывать эту историю. Не хотелось бы чтобы кто-то узнал об родстве его и Волдеморта палочек. Для Риты Скитер это точно было бы сенсацией.


Мистер Олливандер изучал его палочку дольше всех. Наконец пустил из неё фонтан вина и возвестил, что палочка по-прежнему пребывает в безупречном состоянии.


-- Благодарю всех, -- сказал стоящий за судейским столом Дамблдор. -- Советую поспешить на ужин, урок вот-вот закончится.


Чемпионы обрадованно загудели, и поспешили покинуть аудиторию. Гарри был первым, и уже переступил порог когда толстяк с камерой вскочил и прокашлялся.


-- А снимки, Дамблдор, снимки! -- заволновался Бэгмен. -- Всех судей и участников! Что вы скажете, Рита?


-- Да, конечно. Сначала всех вместе, -- она опять впилась взглядом в Гарри. -- А потом по отдельности.


Фотографу пришлось-таки изрядно потрудиться. Невысокого латиноамериканского директора пришлось поставить на стул, а Мадам Максим заслоняла всех. Какой ракурс ни возьми, а фотографу отойти некуда, чтобы великанша попала в кадр. В конце концов ей пришлось сесть, а все остальные встали вокруг.


Сперва хотели поставить всех девушек вперед, а парней назад, но Рита потребовала, чтобы Гарри поставили в прямо посередине. Якобы он недостаточно высок, и потому незаметен. Хотя на деле его рост был лишь на пару дюймов ниже Суреша и Сирина, которые были самыми низкими из "взрослых" Чемпионов-парней.


Сняв групповое фото, Скитер все же настояла на одиночных. В итоге Чемпионы не скоро смогли отправиться на ужин. Перед уходом, им всем напомнили, что первый тур, под названием "Огонь", состоится двадцать четвертого ноября. Он проверит их способность импровизировать в чрезвычайно сложной ситуации...


## Глава 9. Пресса и шпионаж


Статья об Универсиаде в Пророке вышла только к воскресению. Хотя о самом состязании там говорилось мало. К раздражению Гарри, большая ее часть была посвящена о нем, как о Чемпионе Хогвартса. И что бесило больше всего, она была написана Скитер. Неужели нельзя было просто опубликовать его автобиографию, которую он отправил в редакцию газеты буквально за день до этого?


Рита определенно ее читала, т.к. часто цитировала, попутно извращая каждое слово, подобно кривому зеркалу, своими собственными комментариями:


""Моя жизнь с родственниками маглами была тосклива и однообразна. Мне неприятно о них говорить..." - поведал в своей автобиографии наш герой. Можно только догадываться, что же они с ним делали, но их плохое воспитание заметно невооруженным глазом. Мистер Поттер не имеет никакого почтения к старшим, и вечно нарушает правила. Об этом говорит хотя бы тот факт, что он стал Чемпионом школы в четырнадцать лет, хотя правилами состязания дозволено участвовать только совершеннолетним волшебникам..."


Далее Скитер приводила слова Снейпа, который, кто бы сомневался, обвинил "несносного неблагодарного мальчишку" во всех грехах, и пересказала историю с философским камнем. Гарри не стал говорить про Волдеморта, торчащего из затылка Квирелла, а просто сказал, что преподаватель оказался одержим злым духом. История с камнем дала ей повод кинуть первый камень в Дамблдора.


После этого она скрупулезно перечислила каждое приключение Гарри за прошедшие три курса и все использовала как доводы, подтверждающие "авантюризм" и "бунтарство" национального героя, и возмутительное попустительство и безответственность "старого маразматика".


Рассказала Рита и о первой детской любви Гарри. Ею почему-то была названа Джинни Уизли - "ради которой наш герой спустился в саму Тайную комнату, чтобы спасти ее от огромного василиска." Напоминая о событиях 1992 года, журналистка не отказала себе в удовольствии снова втоптать в грязь репутацию директора Хогвартса: "...сомневаюсь, что решение восстановить Дамблдора на посту было разумным решением..."


Закончив чехвостить директора, Скитер принялась за Сириуса и Гермиону. Она, конечно же, прознала про избиение Малфоя, и всю вину за это повесила на Блэка: "Кем вырастет наш герой под опекой Блэка? - спрашиваю я своих читателей. Мистер Поттер уже показал первые результаты воспитания этим монстром. Буквально на днях он серьезно избил мистера Драко Малфоя, сына известного филантропа и мецената Люциуса Малфоя.


Причиной драки стала девушка. Мисс Гермиона Грейнджер, сногшибательная красавица-магла и, без сомнения, одна из лучших студенток школы, уже второй год встречается с нашим героем. Но, нужно признать, она не самая верная девушка. По словам их близкого друга, Колина Криви, мисс Грейнджер и мистер Поттер в прошлом году серьезно поругались, и девушка целую неделю мучила своего парня, заставляя ревновать себя к еще одному их другу - Невиллу Лонгботтому, прежде чем согласилась на примирение.


Наверняка и в этот раз случилось нечто подобное. Но теперь Гарри не стал спокойно смотреть на заигрывания своей девушкой, а предпринял попытку радикального устранения своего сопреника. По словам очевидцев, целью ревнивца было навсегда лишить мистера Малфоя возможности иметь потомство. К счастью, их преподаватель не допустил такого развития событий.


Несмотря на публичный характер этого происшествия, и явную вину мистера Поттера, Дамблдор оставил это ужасное происшествие без последствий. Мистер Малфой-старший явился в Хогвартс на следующий же день, чтобы попытался добиться от директора справедливого наказания, но ушел ни с чем. Поэтому на днях он обратился с просьбой к Визенгамоту, требуя справедливого разбирательства и наказания виновного за преступный умысел пресечь род Малфоев!


Можно лишь гадать, кого сторону примет Верховный суд нашего мира. Лорда Малфоя, известного филантропа, или мистера Поттера, которого мы все почитаем за уничтожение Сами-Знаете-Кого, но показавшего себя крайне испорченным ребенком и зарвавшимся выскочкой. Очень надеюсь, что суд вынесет справедливое решение, и наш герой осознает, наконец, свои ошибки. Возможно, даже, что удастся сменить ему опекуна, т.к. Лорд Блэк и Дамблдор показали себя совершенно никудышными воспитателями."


Едва лохматая парочка дочитала статью Скитер, как перед ними стали приземляться совы с письмами. Ко всеобщему удивлению, ни один из них не был подписан. Последним доставили ярко-красный конверт "кричалки". Подростки тут же бросились его открывать, и не допустили его взрыва.


- Это от миссис Уизли! - удивленно подметила Гермиона, прежде чем вчитаться. По мере того как девушка читала строки, написанные матерью Рона, ее взгляд все больше мрачнел, и под конец Грейнджер была вне себя от гнева. - Да... Да как она смеет!? - взорвалась гриффиндорка, бросив письмо перед собой.


- Что там? - синхронно спросили Гарри, Рон и Джинни. Последняя первой успела схватить конверт с посланием матери, и прочитала. Когда она закончила, ее кожа была бледнее чем у Луны, что было большим достижением. - Герми, мама просто погорячилась! Не принимай близко к сердцу, ладно...


Гермиона прожгла ее взглядом, но ничего не ответила. Вместо этого она стала разворачивать следующее, уже обычное, письмо. Оно явно было ничем не лучше первого. Все остальные письма тоже несли в себе сплошные потоки оскорблений на голову "мерзкой похотливой грязнокровки, наложившей свои лапы на национального героя".


А последнее письмо вообще взорвалось у Гермионы в руках, обдав ее брызгами из гноя бубонтюбера. Взвизгнув от боли, лохматая гриффиндорка вскочила с места. Все ее руки были будто кислотой облиты, и несколько капель попало на лицо. Хорошо хоть в глаза не попало. Гарри немедленно увел свою девушку к мадам Помфри, мысленно желая совершившему это нажраться флоббер-червей и запереться в ящике с соплохвостами...


Если бы не это происшествие, то Гарри бы отнесся к этой статье совершенно по-философски. Но теперь он буквально жаждал крови. К парню было страшно подходить, т.к. он постоянно бил током. И это были не обычные слабые статические электроразряды.


Нет, магия Поттера бурлила как в вулкане, требуя выхода. Из-за этого воздух вокруг него потрескивал от напряжения, как у трансформаторной будки, так как последние несколько месяцев он тренировался в освоении практически забытой стихии молнии.


Успехи, на его неискушенный взгляд, были довольно значительны, хотя он и испытывал определенные проблемы с контролем, которые были присущи скорее маленькому ребенку, чем пятнадцатилетнему (с половиной) парню.


Обычно волшебники постоянно испускают мизерные порции магии, причем дети до одиннадцати лет делали это редко, но мощно. После одиннадцати лет поток стабилизировался, и именно поэтому только тогда начинали обучение.


Проблема Гарри заключалась в том, что его магия, приученная к стихии молнии, совершенно автоматически превращалась в электричество. В обычном состоянии это выглядело как разряд статический тока, собравшегося на поверхности его кожи. Но, когда его обуревали сильные эмоции, находиться рядом с ним было весьма опасным. Малфоя спасло лишь то, что гриффиндорец использовал магию для усиления и ускорения своего тела, иначе он обязательно схлопотал бы парочку весьма чувствительных разрядов тока.


Вспомнив лицо Хорька этим утром, когда Гермиона пострадала, Гарри остро пожалел, что Хагрид не дал ему закончить начатое. И, кажется, сказал это вслух:


- Ты что, совсем дурак?! - неожиданно спросила Дафна, глядя на гриффиндорца с другой стороны стола.


Они все вместе сидели в Клубе, занимаясь уроками. Хотя нет, обычные задания все уже сделали. Ну, за исключением Рона... Лично Гарри был занят тем, что сидел перед зеркалом и пытался усилием воли изменить цвет волос. Это было первым заданием от Тонкс, которая согласилась учить его, несмотря на то, что он давно вырос из подходящего для обучения возраста.


"Когда ты отрастил волосы? В восемь? Вот тогда и следовало начинать!" - заявила младший аврор, когда он, наконец, подошел к ней с просьбой научить. - "Да ладно! Не куксись! Ты еще можешь чему-нибудь научиться, хотя в пятнадцать это намного сложнее. Сомневаюсь, что ты достигнешь высокого мастерства, но попробовать стоит...".


Остальные его друзья решили заняться анимагией, и сейчас заканчивали обязательные для этого нумерологические рассчеты. Это Сириус вдохновился примером племянницы, и решил учить всех желающих. МакГонагалл с него чуть скальп не сняла, когда узнала. После долгих уговоров декан все-таки разрешила этим заниматься, но только тем студентам кто был на четвертом-пятом курсе, и имел твердое "Отлично" по ее предмету. Кроме того, она настояла, что будет лично наблюдать за практическими занятиями. Сириусу, скрепя сердце пришлось согласиться с такими условиями.


В итоге, на данный момент анимагии учились всего около половины Холихэдской компании, и прибившийся к ним Ньют Саламандер с Хаффлпаффа. Остальные либо не прошли по отметкам, или их напугало предупреждение об опасностях и трудностях, стоящих на пути будущего анимага, и о последствиях умения превращаться в животное.


Оставшиеся были согласны потерпеть незначительные изменения в характере и привычках, навеянные их второй, животной, ипостасью. Например, Гермиона не видела ничего плохого в повадках обычной речной выдры. Она всегда любила воду...


Луна и Ханна уже вовсю грызли морковки, готовясь к ролям кролика и зайчихи. При этом Лавгуд предлагала поделиться с Джинни, но та неизменно отвечала натуральным лошадиным фырканьем. Видимо, ей даже превращаться не требовалось. Зато Джо никогда не отказывался - он будет превращаться в гнедого коня, хотя очень хотел быть "гримом", как отец.


Вместо него собакой оказалась Сьюзан. Ее медные волосы должны были превращаться в шкуру ирландского сеттера. С шутливо-хищным оскалом, она обещала незабываемую охоту Дафне, которая должна была становиться черной лаской. Падма, будущий мангуст, обещала ее защитить.


Были и три птицы. Чжоу была вне себя от радости, когда узнала, что ее аниформа - лебедь. А Дейв и Эд устроили небольшой спор на тему: Кто лучше? Сокол или орел?


Смешнее всех была анимагическая форма близнецов. Они были согласны превращаться в парочку огненно-рыжих орангутангов, и потому везде носили с собой бананы. При этом они постоянно пытались накормить ими Невилла и Терри, несмотря на то, что бурым медведям эти фрукты в общем-то без надобности...


- А что такого? - не удержался от вопроса Рон. - Я тоже считаю, что Гарри зря остановился. Таких мерзавцев как Малфой надо принудительно кастрировать!


- За такой поступок ему бы грозил Азкабан! - ответила Гринграсс. - Уизли, ты вроде бы чистокровный, но о наших законах знаешь чуть ли не меньше Герми.


- То есть мистер Малфой действительно подает в суд? - спросила упомянутая Грейнджер, оторвавшись от своей тренировки по беспалочковой магии. Впрочем, гриффиндорка притворялась, что использует палочку, и поэтому мало кто знал о том как все обстоит на самом деле.


Тренировка заключалась в том, чтобы построить двухметровую башню из маленьких кирпичиков за максимально короткий срок. Для этого их нужно было оперировать сразу несколькими и складывать их абсолютно ровно, иначе упадет. У девушки уже был такой филигранный контроль магии, что она умудрялась укладываться в пятнадцать минут.


- Наверняка! - ответила слизеринка. - И твое счастье, что Гарри не покалечил... хмм... тестикулы Драко. Это бы расценивалось как покушение на род Малфоев в целом. Теперь все что ему грозит - это крупный штраф за публичное избиение.


- Но почему? - удивился Дейв. - Мы все слышали его оскорбление. Разве суд не учтет тот факт, что Гарри защищал честь своей девушки?


- К сожалению, нет, - ответила Сьюзан вместо Дафны. - Для этого она должна быть его невестой. Будь они помолвлены, он имел бы полное право даже убить мерзавца. Ведь никто не отменял кодексы чести, оставшиеся с древних времен. Впрочем, в этом случае Люциус Малфой наверняка объявил бы кровную месть...


Эта новость удивила всех. Даже многих чистокровных. Скорее всего упомянутые законы чрезвычайно редко использовались, и о них мало кто помнит. Но никто не сомневался, что адвокаты Малфоев будут лучшими из профессионалов, и потому не упустят этот момент. Лохматая же парочка в очередной раз была поражена такими откровенно средневековыми порядками. Но к сведению приняли...


На том же собрании родилась идея организовать собственную студенческую газету, и самостоятельно и правдиво освещать события Универсиады. Ведь Пророк явно не был в этом заинтересован, судя по тому что о других Чемпионах там было написано чрезвычайно мало, и даже их имена переврали.


Издание должно было быть универсальным, не имея какой-либо явной специализации, и полностью демократичным - написать туда может кто угодно, и главного редактора избирают на выборах сами студенты. На первое время, пока газета не встала на ноги, редактором хотели единогласно назначить Гермиону. Но та вдруг взяла самоотвод, т.к. собиралась посвятить свое свободное время тренировкам с Гарри.


Никто не знал, в чем именно заключается задача первого тура. Известно было только то, что оно как-то связано с огнем. Поэтому лохматая парочка последнее время постоянно пропадала в библиотеке, выискивая любую информацио об использовании огня, или защите от него. В результате они буквально тонули в море информации, но упорно пытались объять необъятное. Последнее время даже Гермиона стала подумывать о небольшом акте шпионажа, с целью выяснить подробности первого задания...


Грейнджер все же немного помогла команде журналистов, которыми на постоянной основе стали: Луна, Джинни, Лаванда, Парвати, Сьюзан и Дафна, Дин Томас, братья Криви, а также Энтони Голдстейн и Майкл Корнер. Последний был сыном журналистов, и хотел пойти по стопам родителей. Ну и подкатить к младшей Уизли он тоже был не прочь, а работая с ней в команде это намного проще сделать.


Поговорив с МакГонагалл, Грейнджер добилась выдачи им помещения рядом с Клубом. Единственная проблема - замдиректора предупредила, что все оборудование они должны будут приобрести сами, ведь в бюджете школы такие траты не были запланированы.


С этой проблемой очень помогла Луна, отец которой издавал "Придиру", и знал где все можно приобрести. Скинувшись все вместе (лохматая парочка и американцы тоже поучаствовали), компания юных журналистов приобрела очень приличные печатные станки, способные выдавать хороший тираж. Все рассчитывали, что спрос на газету будет не только в школе, но и по всей Британии.


Пока оборудование доставили и установили прошла неполная неделя, которая была проведена с пользой. Девушки согласовали дизайн и название. Их газета будет называться "Факелом". Сперва хотели назвать "Кубком огня", который символизирует беспристрастность, но этот вариант плохо звучал, и не отражал в полной мере суть издания. Ведь газета не собиралась заниматься исключительно освещением событий Универсиады. Поэтому кубок трансформировался в факел.


Успели они и собрать первый материал. Каждый журналист взял себе определенную область. Дафна писала про финансы и бизнес, и параллельно работала главным редактором. Сьюзан взяла себе новости политики и законодательства. Луна рассказывала интересные факты о РЕАЛЬНЫХ магических существах. Лаванда и Парвати рассказывали о веяниях моды. Энтони и Майкл писали про то, что интересно парням, и, параллельно, о достижениях современной науки и техники, и неважно - магловской или волшебной. Братья Криви были штатными фотографами, а Дин - художником. Джинни же занялась новостями спорта, и брала интервью у двух самых популярных Чемпионов - Флер Делакур и Виктора Крама.


Утром 13 ноября произошел первый выпуск. Газету расхватывали как горячие пирожки, и тут же зачитывали за завтраком. То тут, то там вырывались возгласы "Я же говорил!" - это читали интервью прекрасной француженки, которая подтвердила свое родство с вейлами.


Флер еще многого о себе рассказала. Выяснилось, что она дочь известного драматурга, а сама в будущем хочет заниматься финансами в качестве брокера. Деньги от победы в Универсиады она планировала использовать как стартовый капитал. Из увлечений она смогла назвать Чары и театр, что вполне понятно, учитывая кто ее отец.


Гриффиндорка опросила не только французскую Чемпионку, но и ее одноклассниц, тех самых, что плакали во время выборов. Они объясняли это тем, что каждая из них очень долго и упорно готовилась, и им обидно, что и в этот раз все лавры достанутся Флер. Оказывается, в родном Шармбатоне Делакур не раз побеждала в ежегодных состязаниях между студентами: по красоте, по Чарам, и даже квиддичу.


Задавала Джинни и несколько личных вопросов. Нарпимер, какие парни нравятся прекрасной француженке? Оказалось, что ей нравятся парни по-старше, веселые, умные и красивые. А красота, оказывается, не главное, ее хватит на двоих. Последняя новость привела большинство хогвартских парней в уныние. Зато оживился Сириус, который был весьма не прочь "приударить за вейлочкой".


Следующей жертвой "допроса" младшей Уизли стал Виктор Крам. Он происходил из семьи потомственных авроров. На метлу сел в первый раз еще в раннем детстве, и с тех пор почти не слезает. Спортивная карьера началась на пятом курсе, после того как его игру в школе увидел главный тренер сборной Болгарии.


В Универсиаде он участвует не ради дополнительной славы, а чтобы проверить собственные силы и умения в чем-то помимо квиддича. Оказывается, он не собирается полностью посвящать себя спорту. Желая продолжить семейную традицию, болгарин хотел получить звание аврора. Кроме того, "для меня большая честь представлять свою страну на этом важном международном состязании".


Виктор тоже не избежал вопроса, аналогичного заданному Флер. Болгарин на секунду задумался, будто решая, отвечать или нет, и признался, что ему нравятся умные и тихие девушки, для которых не важна его слава. Джинни решила попытать счастья, и поинтересовалась, есть ли в Хогвартсе девушка, которая тронула сердце сурового воздушного аса. Крам снова замешкался, но признал, что ему очень понравилась одна девушка, которую он часто видел в библиотеке. Какие-либо подробности, позволяющие понять кто эта счастливица, болгарин назвать отказался.


Конечно же интервью с Крамом вызвало не меньший фурор чем с Флер. Особенно последняя его часть, с признанием о девушке. Поклонницы болгарина даже потасовку устроили, пытаясь определить кто ОНА.


Отсмеявшись после такого представления, студенты направились в Клуб, чтобы потом снова вернуться в Большой зал. Там в этот день был запланирован один из обещанных дополнительных соревнований между школами - Турнир по Зельям.


Несмотря на количественный перевес, у Хогвартса было не так много студентов, талантливых в этом искусстве. Поэтому количество британских студентов-участников было равно таковым от остальных школ. Впрочем, преимущество все равно было, так далеко не все иностранцы были талантливы именно в зельеварении. В каждой иностранной делегации было по двое-трое сильных претендентов против пятнадцати хогвартских.


Среди них был "весь цвет" шестого и седьмого курсов. А из знакомых Гарри это: Седрик Диггори, Фред и Джордж Уизли, Анджелина Джонсон, Пенелопа Клируоттер. За завтраком вся школа делала ставки, разрываясь между "красавчиком Хаффлпаффа" и "грозой Рейвенкло".


Многие ожидали, что участвовать будет и "гений Гриффиндора", как частенько называли Гермиону. Но ее имя до сих пор не появилось в списке претендентов. Друзья собрались было спросить об этом у Грейнджер напрямую, но ее нигде не нашли. Как и Гарри. Впрочем, это никого не удивило, так как лохматая парочка часто исчезала в неизвестном направлении.


Знали бы они, что в этот раз они направлялись в Запретный лес, намереваясь собрать какую-нибудь информацию по Первому туру. Поттеру все же удалось убедить свою девушку, что подобное жульничество оправданно, ведь состязание смертельно опасное. Кроме того, для поддержания честной игры, можно было бы передать собранные сведения и остальным Чемпионам.


Гермиона в конце концов сдалась, и они вместе стали решать, где лучший источник информации. В середине мозгового штурма, Гарри вспомнил, что Хагрид рассказывал им о какой-то поляне в лесу, на которую планируется использовать как площадку для Первого тура. Стоило найти ее, и пронаблюдать за строительством чего бы там ни было.


Поэтому парочка и шла сейчас сквозь лес, на всякий случай скрыв себя дезиллюминациоными чарами и держа палочки наготове. Мало ли кто им в лесу встретится. Хотя Хагрид вроде говорил, что японцы все зверье распугало своими взрывами, но лучше перестраховаться.


Не имея никакого представления о том куда идти, Гарри и Гермиона почти два часа безрезультатно прочесывали лес. Уже через полчаса сей прогулки Поттер шестым чувством стал ощущать чье-то пристальное внимание. Кто-то за ними наблюдал!


Гермиона явно тоже что-то почувствовала. Переглянувшись, парочка резко ускорилась, попытавшись уйти от преследователя. Но все было тщетно, он умулрялся поспевать за ними даже несмотря на активное использование магии для ускорения бега. И, что самое странно, неведомый охотник до сих пор никак не выдал себя. Лохматая пврочка была уверена, что, несмотря на дезиллюминационные чары, они произвели достаточно шума, демаскировав себя перед всем лесом. А преследователь передвишался совершенно бесшумно, будто тень...


- ВЫХОДИ!!! Мы знаем что ты здесь! Кто бы ты ни был... - прокричал на весь лес Гарри. Он решил поступить по-гриффиндорски, вызвав противника на открытый бой. Довольно глупо с его стороны, как считала Гермиона (и он сам тоже), но девушка не смогла его остановить.


Неожиданно от одного из деревьев, на высоте в двадцать метров от земли, отлипли две тени. Приглядевшись, гриффиндорцы поняли, что это японцы. Парень и девушка, если быть точнее. И последняя была Шизукой Ватанабэ!


- Зачем вы за нами следили? - спросил их Гарри, когда они оказались на земле рядом с ним и Гермионой. Они явно пользовались магическим усилением тела, иначе никак нельзя было объяснить ту легкость, с которой эта парочка спрыгнула с дерева.


- Зачем вы пришли в лес? - вопросом на вопрос ответил неизвестный японец с почти незаметным акцентом. У него были довольно жесткие черты лица, прямоугольные очки и волосы, покрашенные по середине в желтый цвет. Кажется это именно с ним говорил Крам в тот вечер, когда прибыли иностранные делегации.


- Я первый задал вопрос! - настоял Гарри, смотря парню в глаза. Тот оглянулся на Ватанабэ, будто спрашивая разрешение. Та кивнула.


- Мы увидели как вас во время тренировки, и решили проследить. Уж очень подозрительно вы видели, Поттер-сан, - ответил японец. - Простите, если напугали. - добавил он. - Так что вы здесь забыли? Разве для студентов Хогвартса этот лес не является Запретным?


- Мы проводим расследование, - ответил Гарри, переглянувшись с Гермионой. Не было смысла скрывать цель их поисков, поэтому гриффиндорец продолжил. - Мы хотели узнать что-нибудь про Первый тур. Мой... друг... упоминал одну поляну, связанную с ним. Мы хотели ее найти.


Японцы снова переглянулись, а затем заговорила Шизука:


- Мы проведем вас к нужному месту. Вы шли в противоположную сторону.


- Но? - спросил Гарри, чувствуя какой-то подвох.


- Вы нам поможете найти ответ на тот же вопрос: "Что будет в Первом туре". - ответила Ватанабэ.


- Ясно... Я и так собирался все рассказать остальным Чемпионам, - вот тут японцы удивились, вопросительно уставившись на гриффиндорца. - Что? Это состязание смертельно опасное, а я не гонюсь за победой. И к тому же никто не отменял правила честной игры.


Такой ответ вызвал уважительные взгляды от Ватанабэ и ее спутника. Тот махнул рукой, призывая следовать за собой.


- А как вы передвигались так бесшумно? - спросила Грейнджер, и тут же предположила: - По деревьям? - Шизука лишь кивнула.


- Вот так что-ли? - Поттер взобрался по гладкому стволу дерева, и попытался допрыгнуть до следующего. Не рассчитав силы, он не успел ихвернуться в воздухе, и потому просто ударился боком, прежде чем упасть. Свалившись на землю, парень поднял тучу опавшей листвы.


- ГАРРИ! - испуганно крикнула Гермиона, и тут же бросилась к нему. - Ты цел? - парень рассеяно кивнул, потирая шею. - Идиот! Ты меня до смерти напугал! О чем ты только думал?!


- Прости! Я хотел попробовать, ведь так будет быстрее, - пояснил гриффиндорец. - Это несколько сложнее, чем я думал. Уверен, если немного потренироваться, у нас все получится!


- Ну уж нет! - припечатала Гермиона. - Пойдем пешком! Целее будем. Ведь до цели не так далеко? - спросила она японку.


- Н-нет, - ответила Ватанабэ. - Вы полны сюрпризов, Поттер-сан. Не знала, что в Британии учат подобному.


- Мы многому научились самостоятельно, Ватанаби-сан, - ответила Гермиона, блеснув эрудицией, добавив суффикс к фамилии японки. - Гарри и я много раз читали про вашу школу, и ваше... дзютсу. Это правда, что Махоутокоро был основан императором Мейдзи, чтобы объединить искусства шиноби и шинигами*?...


Гриффиндорка всю дорогу до поляны, задавала свои вопросы. Шизука терпеливо на них отвечала, хоть и не на все. Например, про применение ручных печатях она разъяснила охотно, но местополодение школы обсуждать отказалась. На предположение Грейнджер, что японская школа магии располагается в регионе Кинки, в префектуре Миэ, на месте старого горного поселения ниндзя клана Ига, разбитого много лет назад сегуном Токугавой.


Эту версию Гермиона придумала когда вместе с Гарри заинтересовалась вопросом настоящего местоположения иностранных школ магии. Они долго сидели с подробным атласом мира, выискивая удобные места. У них было большое подозрение, что большинство из них располагаются в национальных парках, куда ограничен доступ людей. Например, Хогвартс скорее всего находится Кэйрнгормсе, который занимает огромную территорию посреди шотландских гор


Гарри тоже попытался поговорить со своим спутником. Его, оказывается, звали Райотаро Танака, и он тоже был членом сборной Японии по квиддичу. Поттер весьма обрадовался, узнав об этом. Всю оставшуюся дорогу парни обсуждали различные тактики и финты, быстро найдя общий язык.


Вскоре они были на месте. На небольшом скалистом возвышении посреди большой лесной поляны, строилась арена. Она имела округлую форму, и была способна вместить как всех студентов вместе с иностранными гостями, так и много других зрителей со стороны.


По сооружению перемещались строители. Их было от всего три человека и один гоблин. Неужели они вчетвером построили это немаленькое здание, да еще и на таком сложном фундаменте? Или это лишь малая часть строительной бригады? Арена выглядела практически готовой, так что вполне возможно, что последнее...


- Кто-нибудь из вас знает гоблинский язык? - неожиданно спросил Райотаро. Гарри и Гермиона покачали головами. - Тогда нам нечего здесь делать. Вся проектная документация написана на гобблидукке, мы с Шизу-чан уже проверили.


- Зачем же вы нас сюда привели? - спросил Поттер. - Могли бы сразу сказать про эту "маленькую" деталь. Язык гоблинов мало кто знает...


- Подожди, Гарри, может мы по внутреннему устройству арены что-то сможем понять? - предложила Гермиона. - Нужно подняться повыше, если не хотим пробраться внутрь...


Подростки вчетвером взобрались под самую крону дерева, откуда открывался отличный вид на все сооружение. Внутренность округлой, с радиусом в полторы сотни метров, арены представляла собой чрезвычайно неровный скальный ландшафт. Сложно было представить, что на ней предстояло делать. Впрочем, пара подсказок у них было - Первый тур был связан с огнем, и Чемпионам предстояло показать свои способности к импровизации в чрезвычайно сложной ситуации.


- У меня все те же два предположения, - заявила Гермиона. - Либо огонь будет применен против вас, и нужно как-то от него защититься, либо вам самим нужно как-то оригинально его использовать, чтобы пройти какое-то препятствие. Например, хитрый замок, допускающий к сокровищу только если попасть с помощью Инсендио сразу в несколько целей в разных углах арены. Но это не выглядит опасным...


- Может они задумали объединить оба варианта? - предположил Гарри.


- Вполне возможно, но я думаю, что нам следует найти еще один источник информации, - сказала Ватанабэ. - У вас есть какие-либо предложения? - спросила она лохматую парочку.


- У нас была одна бредовая идея на крайний случай... - неуверенно протянул Поттер.


- Забраться в кабинет Дамблдора, - закончила за него Грейнджер...


- Нет, я точно псих! - бормотал себе под нос Гарри через три часа, находясь на потолке в коридоре с горгульей. - Сказал бы мне кто-нибудь раньше, что я, подобно ниндзя, попытаюсь проникнуть в кабинет директора и копаться в его бумагах...


Расположившиеся рядом Гермиона, Шизука и Танака его не слушали. Оба японца будто застыли на месте, а Гермиона и сама волновалась, но молча. Вчетвером они ожидали когда кто-нибудь из преподавателей пропустит их в кабинет. Неумышленно конечно. Ватанабэ и Поттер собирались тихонько проскользнуть незамеченными, передвигаясь по потолку, а Грейнджер и Райотаро должны были остаться на стреме.


Специально для этого гриффиндорка захватила их с Гарри сквозные зеркала, Карту Мародеров и мантию-невидимку. Без последней было невозможно пользоваться картой, ведь от дезиллюминационных чар она тоже станет прозрачной. Да и не стоит показывать ее временным союзникам.


Судя по карте, Дамблдор был все еще в своем кабинете. Но он должен был вскоре ее покинуть, чтобы принять участие в сегодняшнем конкурсе по зельеварению. Гермионе было очень жалко, что она не сможет на это посмотреть, или даже участвовать. Хотя насчет последнего девушка была не уверена.


Они с Гарри много занимались в "дополнительное" время, но явно недостаточно, чтобы соперничать с выпусниками разных школ. Свои знания она оценивала как отлично по стандартам СОВ, а по трансфигурации и чарам даже на уровне ЖАБА.


Дамблдор встал из-за рабочего стола только за десять минут до начала конкурса. Гермиона тут же сообщила об этом Шизуке и Гарри, и те заняли свои места над головой у горгульи. Наконец, она отпрыгнула в сторону, открывая проход, и подростки, передвигаясь по-паучьи, заползли внутрь пока директор выходил. К счастью, он ничего не заметил, и продолжил свой путь вниз по коридору.


Оказавшись внутри, Гарри спрыгнул с потолка, но скрывающие чары не снял. Нужно было действовать строго по плану, который они выработали ранее. Гриффиндорцу совсем не хотелось чтобы портреты бывших директоров подняли тревогу. К счастью большинство из них "дремали", а остальные отсутствовали в своих рамах.


Стараясь двигаться бесшумно, "ниндзя" осторожно переместились к столу, на котором была аккуратная стопка бумаг. Дамблдор оказался очень аккуратным человекам, несмотря на образ рассеянного чудака. Поттер решил быстренько их просмотреть, а Ватанабэ взяла на себя ящички и полку с документами, где лежала вся корриспонденция.


Большая часть бумаг были счетами и накладными. За продукты, за канцелярские принадлежностями и т.д. Но среди них были не только расходы, но и доходы. Школа имела большую прибыль со своих оранжерей, ренту с Хогсмида, земля под которым, оказывается, является ее собственностью. Кроме того это была плата за учебу от учеников и пожертвования благотворителей. Гарри тихо хмыкнул, заметив в списке последних фамилию Малфоя.


В целом просмотр стопки бумаг ничего не дал, если не считать крупного счета за говядину. Можно было бы подумать, что это для кухни, но внизу была приписка, что это экстренный заказ для Первого тура. Зачем понадобилось столько мяса?


Поттер как раз обдумывал этот вопрос когда его внимание привлек шкафчик с Омутом памяти. Он был открыт, и оттуда лился призрачный свет. Видимо Дамблдор забыл его закрыть. Предположив, что ответ может быть среди воспоминаний директора, Гарри решил "окунуться".


Опустив на секунду палочку в омут, гриффиндорец привел артефакт в активное состояние. Молочно-белая поверхность жидкости стала прозрачной как стекло. Наклонившись, парень проткнул ее носом, и тут же погрузился в чужое воспоминание.


Он оказался в том же самом зале, где судили Сириуса прошлым летом. Но что-то неуловимо отличалось. Осматривая помещение, Поттер повернулся налево, и чуть не подпрыгнул от страха - рядом с ним сидел Дамблдор. Впрочем, Гарри бысто успокоился, вспомнив что директор не настоящий. К тому же он выглядел слегка моложе, а это значит, что события, которые он увидит, происходили давно, но не слишком.


Прямо за старым волшебником сидел Грюм. Было странно видеь его без могих шрамов и с двумя здоровыми глазами. Но кусок носа уже отсутствовал. Знаменитый аврор, как и Дамблдор, смотрел на дверь, через которую пара дементоров ввела в зал какого-то узника.


Гарри с удивлением узнал в нем Каркарова. Он выглядел гораздо моложе, волосы и бородку седина ещё не тронула. Вместо теперешней шёлковой, струящейся мантии на нём было жалкое потрёпанное рубище. Цепи кресла на глазах у парня ожили, сверкнули золотом и обвили руки пленника, приковав его к креслу.


Как только это произошло, раздался скрипучий голос мистера Крауча, который потребовал у Каркарова ту информации, что он обещал предоставить.


-- Да, сэр. -- узник был смертельно испуган, и всё-таки гриффиндорец различил в его голосе знакомые елейные нотки. -- Я хочу быть полезным Министерству. Хочу помочь. Я... мне известно, что Министерство намерено задержать... э-э... последних сторонников Тёмного Лорда. Я очень хочу помочь... чем могу...


По скамьям пронёсся шёпот. Одни смотрели на Каркарова с интересом, другие с откровенным недоверием. Грюм рыкнул:


-- Мразь! - Гарри наклонился вперёд, чтобы послушать разговор преподавателей. -- Крауч собирается выпустить его, -- тихо прошептал аврор директору. -- Они договорились. Я полгода его выслеживал, наконец поймал. А Крауч хочет отпустить его... если он назовёт ещё несколько имён. А я считаю, пусть назовёт имена и катится обратно к дементорам...


Крауч снова повторил свое требование, и будущий директор Дурмстранга поспешил назвать несколько имен. Первые два суду ничего не дали. Долохов был уже пойман, а Розье убит. Следующими были названы Трэверс, Мальсибер и Руквуд. Первый был ответственнен за убийство Маккиннонов. Гарри пообещал себе сообщить это имя Джо, несмотря на то, что он уже сидит в Азкабане.


Второй был мастером Империуса, и заставил многих людей совершать ужасные поступки. А третий был работником Отдела тайн и начальником разведывательной сети Пожирателей. Он собирал информацию изнутри Министерства за его пределами.


Именно последнее имя больше всего заинтересовало судей. Но его одного было явно недостаточно, чтобы Каркарова отпустили прямо в зале суда и не вернули в Азкабан. Поэтому он назвал еще и Снейпа, но Дамблдор еще раз подтвердил суду, что зельевар был его шпионом в ближнем круге Волдеморта. Узника на время вернули в Азкабан...


После этого воспоминание сменилось на другое. Гарри оказался в том же зале, но уже на другом месте. А в кресле подсудимого сидел Людо Бэгмен. Крауч попытался осудить его за пособничество Пожирателям. Якобы он передавал сведения тому самому Руквуду. Но оказалось, что бывший загонщик сборной Англии понятия не имел, что сведения доставляются Волдеморту а не Министерству. Он передавал сведения Руквуду как другу отца, который обещал устроить его на работу после ухода из большого спорта. Крауч уже тогда презирал Бэгмена, и откровенно говорил, что день когда Людо станет сотрудником министерства, будет для всех черным днем. Но эти его слова потонули среди возгласов ликования толпы...


Воспоминание снова сменилось. Все тот же зал суда, но на этот раз Крауч выглядел особенно изможденым, с землисто-серым лицом и бьющейся жилкой на виске. Да и атмосфера была другая. Гробовую тишину нарушали лишь судорожные всхлипы тоненькой хрупкой волшебницы, сидящей рядом с Краучом. Он приказал ввести подсудимых.


Шесть дементоров ввели четырех человек: плотного мужчину, пустыми глазами глядевшего на судью; худощавого -- с нервно подёргивающимися губами; женщину с тяжёлыми веками и короной блестящих, чёрных волос -- она сидела в кресле как на королевском троне; и юношу, которому не было и двадцати, соломенные волосы рассыпались по лицу, молочно белая кожа в веснушках. Всё его тело сотрясала дрожь.


Он оказался сыном Крауча, и пытался давить на жалость отца и матери, в то время как всей четверке зачитывали приговор по обвинению в использовании заклятия Круциатус на чете Лонгботтомов. Никакие вопли о собственной невиновности не помогли парню избежать наказания.


Дементоры вернулись в зал. Трое взрослых узников поднялись с кресел; женщина, взглянув на Крауча из-под тяжёлых век, воскликнула:


-- Тёмный Лорд вернётся, Крауч! Можете запереть нас в Азкабане! Мы и там будем ждать его! Он освободит нас и осыплет милостями! Мы одни остались ему верны! Старались найти его!


Светловолосый юноша пытался вырваться из рук дементоров. Но весь зал, и даже Гарри, чувствовал -- дементоры высасывают из него силы. Со скамей неслись насмешливые выкрики, многие вскочили на ноги. Женщина с короной волос быстрым шагом вышла из зала, а юноша всё продолжал неравную борьбу.


В полном отчаянии, он умолял отца, пытался напомнить Краучу, что является его сыном. Но тот отказался от него, пожелав им всем сгнить в тюрьме. Худенькая волшебница захлебнулась рыданиями и обмякла без чувств в кресле. Крауч, казалось, этого не замечал...


Воспоминание снова сменилось. В этот раз Гарри оказался вовсе не в зале суда, как ожидал, а на каком-то банкете. Куча народу стояла вокруг в нарядных одеждах, и говорило о научных проблемах. А непосредственно рядом с Поттером стояли Дамблдор, мадам Спеллман и мадам Холт. Судя по тому, что они выглядели точно так же как и обычно, происходило все недавно. Скорее всего это тот самый симпозиум алхимиков, который упоминала ректор Салемского университета.


Дамблдор и австралийская волшебница поздравляли мадам Спеллман с блестящей презентацией ее последней работы - исследования структуры и объяснение свойств квирионов. Оказывается, это остатки особой колонии микроорганизмов, способных выращивать кристаллы силой магии.


Чуть погодя к обсуждению присоединился мрачный директор Моугхар-Суффи. Мадам Спеллман посетовала, что после изобретения им веритасерума он почти перестал печатать свои работы, и поинтересовалась какие исследования он проводит...


К сожалению, до конца увидеть воспоминание Гарри не смог. Его отвлекла Ватанабэ, просто оттащив от Омута памяти.


- Я нашла! - заявила она, показав на лист бумаги в руках. - И нам нужно поскорее уходить. Твоя девушка только что сообщила, что ваш директор возвращается...


Следующим утром стол Гриффиндора был оживленней обычного. Причиной были результаты прошедшего конкурса по зельеварению. Задача участников заключалась в том чтобы подобрать и изготовить противоядие к одному их двух десятков сложных ядов. Первое место занял Хуан Фернандес из Неблины, но зато второе и третье досталось близнецам Уизли!


Гриффиндорцы радовались так, будто снова выиграли кубок по квиддичу. Но Гарри и Гермиона были не в состоянии поддержать их триумфальное настроение. Как бы друзья их не тормошили, они лишь молча ковырялись в еде, вовсе не имея аппетита.


- Да что это с вами? - не выдержал под конец младший Уизли. - Вы выглядите так, будто из вас всю кровь откачали. Бледные как не знаю кто! Вы где вчера пропадали?


- Мы ходили узнать что будет в первом туре, - ответила Гермиона.


- И что же это? - тут же спросил Рон. Остальные тоже сгорали от любопытства.


- Драконы! Двенадцать, Мерлин их подери, драконов!...


## Глава 10. Затишье перед бурей


-- Раз! Два! Три! Начали! -- Джо и Дейв, спрятавшись под мантией-невидимкой у стола Слизерина, принялись колдовать со всей возможной скоростью, еле слышно шепча заклинания.


Остальные присутствующие рядом студенты увидели довольно занятную картину -- наложенная в тарелки еда стала складываться в миниатюрные человекообразные фигурки, хватать столовые приборы, и собираться в маленькую армию прямо перед Малфоем. Последний был слишком шокирован, чтобы хоть как-то воспрепятствовать.


Когда последний "солдатик" встал в строй, вся армия издала "грозный" боевой клич, потрясая ножами и вилками. Тут в Хорька, и сидящих рядом Крэбба и Гойла, полетели кусочки еды с ложек-катапульт. Малфой тут же пришел в себя, но было поздно! Летающие тарелки бомбардировали его фруктовыми снарядами, повалив на пол, и войска пошли в наступление. Издав еще один боевой клич солдатики (предварительно бросив "холодное оружие") бросились на врага...


В результате на полу Большого зала в полной прострации сидела троица слизеринцев, покрытых с ног до головы едой, а студенты вокруг чуть под стол не падали от смеха. Последнего Хорёк стерпеть не мог, и с совершенно красным, даже винным, оттенком лица, выбежал из зала. Его гориллоподобные миньоны последовали за ним, также как и шутники, все еще скрытые мантией-невидимкой.


-- Класс! Надо будет как-нибудь повторить... -- заявил Джо, когда он с Дейвом сняли мантию в одном из потайных ходов, ведущих в холл.


-- Ага! Будет знать как задирать первокурсников! -- согласился Грейстокк. -- Только повторить вряд ли получится, Хорек в следующий раз будет настороже. Лучше придумать что-нибудь другое...


-- Да знаю я, знаю! -- отмахнулся Блэк, выходя обратно в холл. Его мысли были уже далеки от Малфоя. Заходя в Большой зал он тут же стал искать глазами Джинни Уизли. Она все так же сидела за столом Гриффиндора, в компании Эрики и братьев. Обе девушки что-то весело обсуждали, и Джо очень надеялся, что темой разговора является его последний розыгрыш. Ведь настоящей его причиной была она...


Не успели американцы сесть за стол, как к ним подошёл профессор Снейп с искажённым от ярости лицом.


-- Двадцать очков с каждого! -- выпалил декан Слизерина. -- За эту возмутительную выходку с едой! И отработки на десять дней! Начиная с сегодняшнего вечера! Жду вас в десять вечера в своем кабинете!


-- Постой-ка, Северус! -- имя давнего врага подошедший Сириус произнёс со всем презрением, на которое был способен. Уж лучше бы назвал Сопливусом, как обычно. Но нельзя -- МакГонагалл потребовала не называть так зельевара при студентах. -- С какой стати ты оштрафовал моих парней? У тебя есть доказательства, что это их рук дело?


-- А кто же еще? -- Снейп ничуть не смутился. -- Уизли были все время на виду! Поттер, правда, где-то отсутствует. Но невелика разница, наверняка он их сообщник! Только его отсутствие мешает мне снять с Гриффиндора еще двадцать очков!


Блэк уже собирался взорваться от возмущения, но в их перепалку успела вмешаться МакГонагалл:


-- Прекратите немедленно! Северус, я отменяю ваше наказание, и возвращаю отнятые баллы. Ваши доказательства сильно притянуты за уши, -- зельевар собрался было возразить, но заместитель директора не дала ему этой возможности: -- Мы не будем использовать веритасерум на учениках! Может быть, в некоторых школах это и практикуют... -- короткий взгляд в сторону арабов, -- но в Хогвартсе это запрещено!


Раздражённо фыркнув, Снейп развернулся и ушёл с развевающимися полами мантии.


-- А вы, молодые люди, -- декан Гриффиндора повернулась к Блэкам и Грейстокку. -- Только попадитесь мне со своими шуточками. Сниму по сто очков с каждого! И наказание профессора Снейпа покажется вам курортом!


-- Да, мэм! -- хором ответили все трое. МакГонагалл была так грозна, что Сириус даже позабыл, что давно не является ее учеником. Как только профессор ушла, мародер и его молодые последователи облегченно выдохнули, и присели за стол Гриффиндора.


-- Хорошая была шутка! -- похвалил парней Блэк-старший, отчего парни просияли. -- Нечто подобное мы устроили для Сопливуса на пятом курсе. Вы нас обогнали на год! Отличные чары анимации для четверокурсников! -- Бродяга взлохматил им волосы.


-- Гарри точно не участвовал? -- спросил Блэк, пока парни накладывали себе завтрак.


-- Нет. Он слишком занят с Герми и этими японцами в Выручай-комнате. Даже завтракает там, -- ответил отцу Джо.


Сириус лишь вздохнул. Крестник его помощь не принял. Точнее, совет пальнуть дракону в глаз он выслушал, но посчитал это слишком рискованным планом. Ведь огнедышащий ящер после этого наверняка придёт в бешенство, что не очень поможет выполнить задание Первого тура -- выкрасть золотое яйцо.


Скорее всего, оно будет раздавлено самим драконом, и Гарри дисквалифицируют, и неясно, какие у этого будут последствия. Кубок огня вполне может посчитать это уклонением от выполнения условий магического договора Чемпиона. Об этом недвусмысленно сказал Барти Крауч, когда Гермиона однажды попыталась расспросить его в коридоре замка.


Оба "беспристрастных" судьи остановились в Хогвартсе, и студенты довольно часто их видели. Хотя Глава департамента международного сотрудничества появлялся значительно реже Бэгмена. Последний активно участвовал в жизни замка, совершенно не беспокоясь о стопках документов, которую ему ежедневно доставляли на подпись из Министерства. Крауч же наверняка заработал себе геморрой, скрупулезно занимаясь своей работой.


Гриффиндорка спросила старого бюрократа, может ли Чемпион саботировать собственные выступления на соревновании. Участвовать в турах, но стараться больше выжить, чем победить. Начальник Перси сухо ответил, что правила состязания запрещают подобное. Чемпионы обязаны были показать всё, на что способны, иначе либо погибнут, либо лишатся своей магии.


Напоминание о скверном нраве и огненном дыхании побудило Гарри срочно научиться уворачиваться, и действовать максимально скрытно. А кто это умеет лучше всех? Правильно -- японские шиноби... или их наследники из Махоутокоро! Поэтому Поттер и попросил Ватанабэ и ее друга помочь ему, научить его этому искусству.


Шизука неожиданно согласилась, хотя ее соотечественники были явно против. Их недоброжелательность по отношению к британскому сопернику их Чемпионки была так сильна, что тренировки пришлось перенести из Запретного леса в школу. Добби как-то раз подслушал жалобы Поттера, что ему негде заниматься, и предложил Выручай-комнату. С тех пор Гарри проводил там всё своё свободное время.


-- Эх, жалко что мы не узнали про эту удивительную комнату лет двадцать назад! -- со вздохом сказал Сириус. -- Она бы... -- Блэк замолчал, заметив, что сын его не слушает. Джо делал вид, что ест, но на самом деле "исподтишка" разглядывал младшую Уизли. Мужчина усмехнулся, глядя на это.


-- Почему ты не пригласишь ее на свидание? -- спросил у сына Сириус, взлохматив ему волосы. -- У вас же сегодня поход в Хогсмид.


-- Да... поход... -- подтвердил одновременно смущенный предложением и возмущенный порчей "прически" Джо. Слегка успокоившись, Блэк-младший уставился в тарелку, и продолжил говорить, делая короткие паузы для размышлений: -- Она уже занята... Идёт на свидание с Майклом Корнером... Он, конечно, самовлюбленный баран, но все равно лучше чем Малфой... Наверное... И, кроме того, я уверен, что она всё ещё влюблена в Гарри... Мне... мне было бы неприятно чувствовать себя запасным аэродромом...


Вместо ответа Сириус положил руку на плечо сына в знак поддержки. Лицо парня было донельзя печальным, и напомнило Бродяге о том как много лет назад Джеймс точно так же мучался, видя Лили в обществе Нюниуса. Хотя здесь ситуация несколько другая... Блэк даже на миг испугался, что младшая Уизли станет тем клином, что разобьет дружбу его сына и крестника. Но он быстро отмёл эти мысли, убедив себя, что это маловероятно. Ведь девчонок в школе полно...


Завтрак подходил к концу, и настало время почты. На стол перед двумя Блэками и Грейстокком приземлились три совы. Одна из них передала Сириусу письмо из Министерства, а две другие несли газеты -- новые выпуски "Факела" и "Пророка недели"*.


Школьную газету взял Джо, и сразу же пролистал, прежде чем углубиться в чтение. В этом выпуске были очередная пара интервью с Чемпионами от Джинни. После Крама и Флер она напечатала про Джейзу да Фариас и Джона Грейстокка.


Бразильянка оказалась чистокровкой, уроженкой Рио-де-Жанейро. Её родители очень удивились, когда заметили у нее способности метаморфа, но не стали презирать её из-за этого. Вместо этого они нашли ей хорошего учителя в Амазонии. Он научил ее всему, что знал сам, в том числе и превращению в животных. К своему учителю Джейза относилась как к любимому дедушке, но отказалась назвать его имя -- якобы он не любит известности, предпочитая жизнь лесного отшельника.


Да Фариас назвала своим хобби фотографирование, а в будущем она собиралась работать разрушителем проклятий и заниматься раскопками сокровищ Мезоамерики. Участие в Универсиаде бразильянка рассматривала как способ проверить свои силы перед тем, как начать полную опасностей работу разрушителя.


Спросила Джинни и про отношение девушки к Чемпиону африканской школы Уагаду. По школе давно ходили слухи, что между ними начался бурный роман. Но Джейза заверила мисс Уизли и читателей, что ее и Патрика связывает только дружба. Впрочем, этому никто не поверил, даже когда кениец стал общаться с афроамериканкой из Салема -- Талией Фрейзер.


Чемпион Салемского университета, Джонатан Грейстокк, тоже поведал много интересного. Многие знали, что он старший сын преуспевающего американского финансиста, и продолжит в будущем дело отца. Все замечали, что по характеру он напоминает более адекватный вариант Перси Уизли. И потому большинство не понимали чего этот домашний и правильный мальчик забыл на таком опасном состязании, как Универсиада.


Но оказалось, что это своеобразная маскировка, как у Кларка Кента из сериала про Супермена. Признание Джона, что с раннего детства его тренировали в лучших традициях морской пехоты специального назначения, вызвал полнейший разрыв шаблона. Студенты Хогвартса как раз недавно посмотрели Рэмбо, и стали ожидать от Грейстокка таких же подвигов, и даже большего.


Нельзя сказать, что Джона это обрадовало. Он даже пожалел, что поддался своему тщеславию и сделал это глупое признание. Теперь ему приходилось соответствовать не только высоким ожиданиям одноклассников и отца, но и всей общественности. Хорошо, что никто не знает, что он наследник рода Грэй, и что Дамблдор приходится ему "как бы дедушкой".


Сам он, как и Гарри, хотел тихой и спокойной жизни, хоть и понимал, что это невозможно с капиталами и "связями" его семьи. На отца уже было несколько покушений, да и его с братом пытались похитить пару раз. Если бы не Клиф МакКиннон и его уроки, то мальчики не смогли бы себя защитить, а отец уже давно был бы в могиле.


В отличие от предыдущих интервью, Джинни не стала спрашивать Джона про его отношения с Викторией Хайтауер, его девушкой. Она планировала чуть позже написать о ней целую статью, когда закончит с Чемпионами. И не только про нее, а про всех пассий участников Универсиады. Младшую Уизли немного коробило, что ей придется однажды взять интервью и у Гермионы, и расспрашивать ее об их отношениях с Гарри.


Сегодняшняя же газета была про Эрику Шервуд и Шизуку Ватанабэ. Наверное именно из-за этого австралийка так возбужденно что-то обсуждает с Джинни. Скорее всего, та хвалит её за отличную статью, судя по смущению рыжей.


Эрика имела за плечами довольно интересную историю. Её дед был обычным маглом-океанологом, влюбившимся в русалку. В отличие от своих северных сородичей, южные девы моря были красавицами, способными посоперничать с вейлами. Поэтому нет ничего удивительного в том, что Джерард Гринвелл десять лет искал виденную мельком русалку, и в конечном итоге нашел бабушку Эрики.


Их дочь не была ведьмой, но имела некоторые особенности русалки, вроде способности отрастить жабры и управлять водой. Некоторые русалки могли превращать свой рыбий хвост в человеческие ноги. Мать Эрики не имела хвоста вовсе. Все чего она могла добиться -- это удлиненные перепончатые ступни, как от жаброслей.


Джерарду повезло, старейшины поселения русалок разрешили влюбленным совместно воспитать свое дитя. Шелли Гринвелл выросла на берегу моря неподалеку от острова Мако, где находилась одноименная академия магии. Девушка часто заплывала на их территорию, и однажды встретила отца Эрики -- Джэка Шервуда. История старая как мир -- учился, влюбился, чуть позже женился. А через год молодожёны обрадовали родителей внучкой...


Сейчас её отец был владельцем популярного бара в магической части Мельбурна, и очень гордился дочкой-чемпионкой, как и мать и остальные родственники, в том числе и подводные. Австралийка наследовала русалочьи способности матери, и много времени проводила в океане, изучая рыб и других подводных жителей. Подобно любимому дедушке она хотела стать океанологом. Магическая подводная флора и фауна, оказывается, почти не исследованна, и Эрика хотела восполнить этот досадный пробел.


История японки была более трагичной, чем у австралийки. Ватанабэ оказалась внучкой директора Махоутокоро -- Кинтаро Накамуры. Его единственная дочь, мать Шизуки была убита неизвестным шиноби во время последней войны кланов, которая закончилась всего пятнадцать лет назад.


Для Магической Японии они были привычны, и отчасти именно из-за них американское правительство не стало настаивать на разоружении японской магической аристократии. Ведь таким образом они значительно ослабляли сами себя, и потому переставали быть проблемой.


На фотографии, которую сделал Колин, Шизука выглядела совершенно спокойной, но в ее глазах был намек на застарелую боль. Джо оглянулся на японского директора. Накамура явно читал статью, и имел то же выражение глаз, что и у его внучки. Становилось понятным, почему он выглядел таким напуганным, когда из Кубка огня вылетело имя Шизуки. Он опасался, что и она погибнет.


Правда, тогда становилось непонятным, как он допустил, чтобы его любимая внучка играла в квиддич. Ведь это весьма опасный спорт, стоивший многим игрокам жизни. Вон, судя по рассказам, даже Гарри чуть не погиб в прошлом году. Сама Ватанабэ опустила этот момент в интервью, поведав лишь, что начала играть на третьем курсе, и была почти сразу замечена тренером сборной Японии. В национальную команду девушку пригласили два года назад, и для неё большая честь представлять свою страну на международных соревнованиях.


В отличие от предыдущих Чемпионов, Шизука проигнорировала вопрос о своей личной жизни. Джо мог поспорить на что угодно, что в скором времени это будет темой для сплетен номер один. Лучше бы она ответила хоть что-то, меньше бы привлекла внимания. Блэк-младший решил, что чуть позже обязательно заскочит в Выручай-комнату, чтобы предупредить ее. Она может быть еще не стала его другом, но её помощь Гарри вызвала большое уважение бывшего МакКиннона.


Но сперва следовало узнать, что там пишут в Пророке и в письме к Сириусу:


-- Что там? -- спросил Джо у Дейва.


-- Ничего особенного... -- отозвался Грейстокк, дочитывая последнюю статью. -- В Черном лесу завёлся какой-то суперпрожорливый жук-короед. Он поел многие деревья, и нанес большой ущерб обитающим там лукотрусам. В ближайшем будущем может быть дефицит древесины для волшебных палочек.


Блэк протянул руку, чтобы забрать газету. Тема волшебных деревьев его вообще не интересовала. Уж лучше самому быстренько пролистать: -- Скитер чего-нибудь писала?


-- Нет. Зато редактор "Пророка", на второй странице, обратился с открытым письмом к нашим журналистам из "Факела". Отметил их несомненный талант в журналистике, но посетовал на их общую неопытность. Предложил направить к ним опытного наставника... Не удивляюсь, если он имел в виду именно Скитер.


-- Не, это навряд ли, -- вдруг возразил Блэк-старший, закончив хмуро читать свое письмо. -- Этот редактор наверняка уже в курсе, что Дамблдор запретил этой сучке показываться на территории школы. С учетом того, что случилось с Гермионой после ее статьи, это очень верное решение. Теперь она не может говорить со студентами и собирать материал. К сожалению, я не обладаю достаточным влиянием на редакцию Пророка, чтобы ее вконец уволили. Люциус и кто-то ещё высокопоставленный в Министерстве её прикрывают.


-- Па-ап! А что от тебя Министерство хочет? Что в письме? -- полюбопытствовал Джо.


-- Да ничего особенного, -- ответил Блэк, спрятав письмо во внутренний карман своей красной аврорской мантии. -- Просто уведомили, что слушание дела об избиении Драко Малфоя Гарри Поттером состоится первого декабря, в десять часов утра. Желательно, чтобы мы оба присутствовали, но "Министерство понимает, что школьные занятия могут не позволить мистеру Поттеру участвовать в заседании суда" -- процитировал он письмо сухим канцелярским тоном, как у Крауча.


-- То есть ты пойдешь один? -- уточнил Джо. -- А приговор не будет суровее, если Гарри останется здесь?


-- Может быть, и так, -- честно ответил Сириус. -- Но Люциус вряд ли добьется большего, чем крупный денежный штраф. Судьей будет Амелия, и она точно не допустит какой-либо несправедливости.


Парни согласно кивнули. Мадам Боунс они еще не встречали, но ее репутация честного чиновника была всем известна. Хотя многие удивлялись, как она удерживает свой пост, и до сих пор не заменена на более верного Министру сотрудника. Сириус объяснял это тем, что за нее работает ее репутация, и все просто-напросто боятся ее трогать. А очернить ее светлый образ образца справедливости за все тринадцать лет ее службы на этом посту так и не получилось. Впрочем, вполне возможно, что это тоже не очень-то помогло ее сместить, ведь у Главы ДМП наверняка тоже полно компромата на кого угодно...


-- Может, пойдем уже? -- предложил Дейв, нетерпеливо поглядывая в сторону Астории. Та мило улыбалась ему со стола Слизерина. Грейстокку крупно повезло, младшая Гринграсс согласилась пойти с ним на свидание в Хогсмид.


Джо вздохнул, коротко взглянув на Джинни, к которой подошел Майкл Корнер. Ох, как же ему хотелось набить этому индюку рожу, и самому повести рыжую красавицу на свидание. Но увы и ах! Кипя от злости, Блэк встал со стола, и поторопился выйти из Большого зала, напоследок бросив Дейву, что выдернет лохматую парочку из Выручай-комнаты.


Поднявшись на седьмой этаж, он всё-таки дал волю своим чувствам и с силой ударил по стене. Почувствовав резкую боль, он тихо выругался, и сполз по стене, баюкая руку. Злость не уходила. Он даже не понимал, на кого больше злится. На Джинни, за то, что влюблена в Поттера, и никого больше не воспринимает всерьёз? На Гарри, за то что он "парень мечты" младшей Уизли, этакий прекрасный принц на белом коне? Пфф! Или на себя?!


Черт! Джо даже не понимал, когда успел влюбиться. Просто как-то раз поймал себя на том, что постоянно разглядывает Джинни, а когда она с ним говорила или улыбалась, то хотелось горы свернуть. Сперва он был в замешательстве. Но вспомнил поведение лучшего друга, когда тот видел Асторию, и ему все стало ясно...


А когда позавчера они с Дейвом подслушали как Малфой говорил своим тупицам, что отец разрешил ему немного "позабавиться с этой девчонкой Уизли"... Джо хотелось разорвать его прямо на месте, и только вмешательство друга помешало ему это осуществить.


Он, видимо, совсем потерял связь с реальностью, так как в себя Джозеф пришел только когда ощутил на своем плече чью-то руку. Подняв голову, он увидел Луну Лавгуд. Она ободряюще ему улыбнулась, и спросила:


-- Ты почему сидишь на холодном полу? Нарглы одолели? Бывает...


Слова девушки ввели Блэка в ступор. Луну он знал уже давно, но это был первый раз когда она упомянула при нем своих воображаемых животных, о которых ему столько рассказывали. Нарглы что делают? Разжижают мозг, вроде бы... А что! Вполне похоже на его состояние. Может быть Герми права, и все эти существа являются забавными иносказаниями?


Так ничего и не ответив светловолосой студентке Рейвенкло, Джо встал с действительно холодного пола, и отряхнулся. Судя по часам, он просидел так около получаса. За это время его тело успело порядочно занеметь. Нужно было срочно выпить бодроперцового зелья, чтобы не заболеть. Но сперва нужно позвать Гарри и Герми, ведь он ради этого сюда поднялся.


В сопровождении молчаливой Лавгуд он дошел до стены напротив портрета Варнавы Вздрюченного, и три раза прошел туда-сюда, думая о месте, где можно потренироваться в боевой магии. Тут же появилась знакомая дверь.


Джо ожидал увидеть просторное округлое помещение, в котором Гарри, Райотаро и Шизука носились бы туда сюда и бросались друг в друга заклинаниями. От них нужно было либо уклониться, либо прикрыться одним из крупных валунов, что устилали весь пол. Для последнего использовалась обычная Левиоса. Именно так проходило большинство тренировок. Иногда Джо и Дейв к ним присоединялись, но не могли угнаться, они только учились бегать по стенам и потолку.


Вместо привычной картины боя всех против всех Джозеф увидел Гермиону, склонившуюся над книгами на столе, в то время как Гарри, Райотару и Шизука возились с огромным валуном посреди зала. В руках Поттер держал палочку с активированным Люмосом Гладиусом, и выжигал им на камне разные символы. Судя по недовольным возгласам японцев, он явно делал что-то не так.


Джо примерно представлял что именно им не нравилось. Все это было частью плана, составленного еще в первые дни тренировок. Гарри собирался использовать против драконов их естественную слабость -- воду. Для этого он намеревался заключить огнедышащего ящера в огромный водяной купол, созданный системой рунных камней, расположенных по периметру арены. Весь расчет был на то, что водная стихия сильно ослабит дракона, позволив без труда похитить золотое яйцо из гнезда.


У этого плана были очень большие недостатки, и самая первая из них -- необходимость постоянно находиться в движении. Ведь ящер навряд ли будет спокойно наблюдать за тем как вокруг его гнезда будет "прогуливаться" какой-то человек. Поэтому Гарри и нужны были тренировки по уклонению -- ему нужно было уметь избегать попаданий драконьего пламени, когтей и хвоста.


Вторая проблема -- количество силы, необходимой для создания такого количества воды. Фактически весь план держался на предположении, что рунные камни на Арене смогут воспользоваться запасами мощного магического источника, расположенного под школой. Если это не так, то придется использовать Конъюнктивитус, как советовал Сириус.


Или же воспользоваться теми бредовыми заклинаниями, что Луна, Гермиона, Дафна и Сьюзан нарыли среди книг, предоставленных комнатой: отсекающее когти, превращающее чешую в кожу, или клыки в сахарные палочки, и т.д. Впрочем, все эти заклинания требовали огромного количества магии и вряд ли даже у МакГонагалл получилось бы в одиночку трансфигурировать дракона, пусть даже частично. Но девушки не унывали, и продолжали искать.


Райотаро, Шизука и Гарри сейчас отрабатывали начертание рун. Получалось у Поттера откровенно плохо, волшебная надпись напоминала его конспекты, которые тоже будто куриной лапой писаны. Японцы смотрели на гриффиндорца как на покойника. Если он и на Арене будет так чертить, то о плане "А" можно забыть.


Гарри смущенно, но с большой ноткой раздражения в голосе, отговаривался, что ему просто нужно потренироваться. Ведь он вполне аккуратно вырезал руны на маленьких камнях! А световой меч просто больше размером, и потому нужно контролировать моторику не только кисти, но вообще всей руки! Ватанабэ была с этим полностью согласна, и потому предложила натаскать гриффиндорца в искусстве каллиграфии. И вот тут Джо решил вмешаться:


-- Эм, ребята! А вы не забыли, что сегодня поход в Хогсмид? -- спросил Блэк.


-- У меня Первый тур на носу, а ты мне развлекаться предлагаешь? -- немного сварливо спросил Поттер.


-- Да, предлагаю! Тебе это сейчас необходимо, а то крышу уже начинаешь терять от переживаний и постоянных тренировок! Еще чуть-чуть, и ты на нас сорвещься! И, чтобы это не произошло, тебе нужно развеяться! -- заявил Джозеф, глядя другу прямо в глаза. -- Ну даваааай! Отдохнешь немного, в себя придешь, а потом продолжишь тренировку с новыми силами... -- продолжал уговаривать Гарри Джо, а затем тихо, на ухо, прошептал: -- Ты хоть Герми пожалей! Она же не меньше тебя старается, наверняка устала, -- этот аргумент проломил стену упрямства Поттера. Он внимательно посмотрел на Грейнджер, подмечая ее нервное перелистывание страниц. Лицо парня тут же поникло от осознания своей вины.


-- Сходите на свидание, -- продолжил между тем Джо. -- Снимите комнату... сбросьте напряжение... -- Блэк еле увернулся от тумака Гарри, с хитрой улыбкой отпрыгнув за камень.


Поттер пару мгновений еще пытался прожечь дыру в своем друге, но потом плюнул и вопросительно посмотрел на японцев.


-- Я согласна с Джо-куном, нам всем нужно отдохнуть, -- ответила Шизука. -- Завтра утром мы вернемся к нашим планам. Ты успеешь отработать свою каллиграфию за оставшиеся два дня.


Гарри кивнул, и снова повернулся к своей девушке. Та будто и не слышала весь этот разговор, погруженная в книгу. Поттер неторопливо подошел к ней, и обнял со спины. Поцеловав ее в щеку, он что-то тихо ее спросил. Наверняка пригласил на свидание. Грейнджер удивленно развернулась к нему, но ничего не сказала. Ей хватило одного лишь его взгляда, полного уверенности в правильности своих действий.


Радостно улыбнувшись, девушка впилась ему в губы с поцелуем, и остальные почувствовали себя лишними. Вместе они тихо покинули Выручай-комнату. Японцы тут же куда-то испарились, Джо даже не понял в каком направлении, не говоря уж о Луне, которая имела отсутствующий взгляд, витая в облаках.


Идя вниз по лестнице Джозеф задумался о собственных планах на день. Дейв и Гарри оба заняты своими девушками. С Невиллом и Роном будет скучно. Впрочем, последний наверняка будет с Лавандой. Может погулять с Симусом и Дином? Или лучше закадрить девчонку на день? Кто там из пятикурсниц нынче свободен?


Тут взгляд парня упал на Лавгуд, и в его голову закралась идея...


-- Луна! -- позвал он девушку, та его будто не услышала. -- ЛУНА! -- снова позвал девушку Джо. Она, наконец, вернулась на грешную землю из страны грез. -- У тебя есть планы на сегодня? -- спросил Блэк, глядя в ее светло-голубые глаза.


-- Я обычно не планирую свой день... -- ответила рейвенкловка.


-- Ну... раз так, то как насчет того чтобы провести его со мной? -- спросил Джозеф. -- В Хогсмиде! -- зачем-то уточнил он.


-- Не имею ничего против, -- ответила Лавгуд, внимательно его разглядывая. -- Это свидание?


-- Эмм... Да! -- ответил Джо. -- А... что-то не так?


-- Нет-нет, все хорошо.


-- Ну... тогда встретимся через двадцать минут у ворот замка, -- предложил Блэк, мысленно спрашивая себя, не сошел ли он с ума.


-- Хорошо, -- ответила Луна, и они разошлись в разные стороны, туда где располагались их факультетские гостиные.


У портрета Полной Дамы Джо увидел небольшое столпотворение из младшекурсников, в центре которой на Рона, со слезами на глазах, орала Лаванда:


-- Мне надоело смотреть как ты пялишься на эту французскую сучку! Ты меня совсем не уважаешь! Смотришь на нее, как баран на новые ворота, и это в то время как я тебя целую! У тебя совсем нет совести! Видеть тебя не хочу! -- истерила Браун.


Все эти крики сопровождались ударами тяжелой сумочки и острых ногтей. Рыжий еле успевал уворачиваться, и на его лице уже багровела длиннющая царапина от кончика глаза до подбородка. Окружающие их студенты откровенно наслаждались зрелищем, подзуживая ту или другую сторону.


Блэк-младший прошел мимо этого балагана, назвал пароль и прошел через проход за портретом Дамы. Прямо за ним он столкнулся с близнецами Уизли, которые подслушивали за тем, что происходит в коридоре, угорая от смеха.


-- А чего вы здесь слушаете? Не проще ли было бы посмотреть снаружи? -- спросил их Джо.


-- Неа, нам бы тогда пришлось принять сторону! -- ответил Фред. -- Подслушивать намного интереснее! -- добавил Джордж. -- Кстати, ты же сегодня в Хогсмиде будешь? -- Джо кивнул. -- Приходи к двум часам в Визжащую хижину!


-- А что там будет? -- поинтересовался Джозеф, с легким подозрением в голосе. -- Это же не какой-то розыгрыш?


-- Обижаешь! Своих мы не разыгрываем! -- заявили близнецы хором. Но Блэк им не поверил, его скепсисом можно было огурцы мариновать. -- Да ничего не будет! Нас Сириус просил передать тебе приглашение туда. А также Гарри, Гермионе, Дейву и остальным...


-- А, ну раз так, то я обязательно приду, -- заверил близнецов Джо, прежде чем подняться в спальню четверокурсников. Внутри он обнаружил только Невилла, который зачитывался очередной книгой по магловской биологии.


-- Привет, Нев! -- поздоровался с Лонгботтомом Блэк. -- А ты в Хогсмид что-ли не собираешься?


-- Что? ... -- Невилл был так погружен в чтение, что не сразу осознал сути вопроса. - А, нет, не собираюсь. Что я там не видел? Думаю, мы с Луной проведем это время в теплицах, посмотрим на клетки мандрагор через тот микроскоп, что прислала мам Гермионы.


-- Эмм... Нев, мне неприятно тебе говорить это, но я только что пригласил Луну на свидание... -- сообщил Джо, чувствуя себя неловко перед другом. -- Ты как? Нормально к этому относишься? -- спросил он шокированного любителя гербологии. Меньше всего Блэк хотел встать на пути его романтических чувств. Ведь он сам пригласил Лавгуд со скуки, и был к ней совершенно равнодушен.


-- Да, вполне... Желаю вам приятно провести время! -- преувеличенно бодро пожелал Лонгботтом, но Джозефа он обмануть не сумел:


-- Ты совершенно не умеешь врать, Нев! -- со смешком заявил Блэк. -- Как давно она тебе нравится?


-- Эмм... почти два месяца, -- смущенно признался герболог-любитель.


-- И почему сам не пригласил ее на свидание? Впрочем, не надо, не говори, все и так ясно! -- Невилл еще больше смутился от такого заявления друга. В замке давно спорили, кто более стеснителен: он или Ханна Аббот. -- Давай сделаем так...


***


Хогсмид в этот теплый субботний день был особенно приятен. Утренний туман уже ушел, и землю прогревало слегка теплое осеннее солнышко. Студенты медленно продвигались от одного магазинчика к другому, и с удовольствием подставляли лица под последние теплые солнечные лучи уходящего года.


Скоро придет зима, а вместе с ней -- пронизанные холодом дожди, а затем и снег. До самого Рождества, когда землю укутает сплошным снежным покровом, на улице будет делать нечего...


-- Тебя за смертью посылать надо! -- проворчал Джо, принимая от Корнера пинты со сливочным пивом, и передавая один сидящей рядом Луне.


-- Сам видишь, какая там толпа! -- огрызнулся в ответ парень Джинни. Последняя уже жалела, что предложила подруге устроить двойное свидание. А сама Лавгуд совершенно не обращала внимание на постоянные пикировки Блэка и Корнера.


Помимо этого, Луна совершенно не волновалась из-за того, что невольно стала местным центром внимания. Буквально все обсуждали тот факт, что "Полоумная Лавгуд каким-то образом захомутала красавчика Блэка!" Если бы это были только студенты, можно было бы беспокоиться, но Джо отчетливо видел среди толпы Риту Скитер, которая уже бросила пару занитересованных взглядов в их сторону.


Блэк-младший сидел спиной ко входу, поэтому не мог видеть как в Три Метлы зашли лохматая парочка, Невилл, и Дейв с Асторией. Они тут же заметили друзей и направились к их столику, который более чем наполовину свободен.


-- Привет, ребята! -- поздоровался за всех Гарри. От его утренней раздражительности не осталось и следа. А Гермиона аж светилась от счастья и любви, тесно прижавшись к парню, и положив свою голову ему на плечо.


Идущие за ними Грейстокк и Гринграсс выглядели не менее счастливыми. Не знай Джо своего лучшего друга как облупленного, он наверняка предположил бы, что эта парочка тоже заперлась на часик в гостиничном номере. Неужели простая романтическая прогулка так на них подействовала? Или они зацеловались до отказа мозга?


Видимо, Джинни тоже пришла к такому же выводу, так как стала активно строить из себя влюбленную дурочку, в лучших традициях Лаванды Браун. Майкл был только счастлив от такого оборота, ведь за все время их свидания младшая Уизли очень вяло отвечала на его ухаживания: обниматься не хотела, говорила мало, и больше с Лавгуд и Блэком, и даже в щечку поцеловать не позволила.


Корнер уже начал жалеть, что позвал эту недотрогу, а тут такие приятные изменения. Решив ковать железо, пока горячо, рейвенкловец вовлек девушку в затяжной поцелуй, совершенно не заметив как недобро сверкнули глаза Блэка. В будущем его ждала веселая жизнь, такая, что он даже Драко позавидует.


Чтобы там не планировала рыжая, это явно не получилось. Поттер к целующейся Джинни отнесся совершенно безразлично, разве что глянул в сторону близнецов и Рона, что расположились в двух столах от них, ближе к стойке, где Симус и Дин помогали дяде Финнигана разливать напитки. Фред и Джордж болтали с Ли Джорданом, и совершенно не замечали действий младшей сестренки, а Рон, которого накануне окончательно бросила Лаванда, пытался уподобиться василиску.


-- Мы вашему двойному свиданию не помешаем? -- спросила Астория. Блэк и Лавгуд синхронно покачали головами. Джо и Невилл пересеклись глазами, и Лонгботтом коротко кивнул, хотя и волновался как космонавт перед вылетом. Стеснительный гриффиндорец уселся с другой стороны Луны, и завел с ней тихий разговор о биологии, который вывел девушку из заоблачных мечтаний.


Обе пришедшие парочки сели напротив друг друга. Едва они это сделали, как всю компанию сфотографировали.


-- Спасибо, Филипп, -- поблагодарила своего фотографа Скитер, нагло подсев к компании школьников во главе стола. -- Молодые люди же не откажутся ответить на пару вопросов прессы? -- Джо тут же отправил ее в пеший эротический маршрут, но та даже не шелохнулась, лишь сузила глаза в сторону "грубияна", взглядом обещая "громкую славу". Блэк только фыркнул.


-- Так что, я задам пару вопросов? -- повторила она вопрос, но не стала дожидаться ответа. -- Ты уже готов к Первому туру, Гарри? Взволнован? Нервничаешь? Знаешь ли ты, что вам приготовили? -- спросила она, достав Прытко-Пишущее Перо.


Поттер с самого начала игнорировал Скитер, и сейчас тоже не видел причин отвечать ей, жестом показывая Финнигану, что им не помешали бы несколько кружек сливочного пива. Подождав минуту, и так и не дождавшись ответа, журналистка слегка разозлилась, но не отчаялась:


-- Ты помнишь своих родителей? Как тебе кажется, они бы обрадовались, узнай, что их сын -- участник Первой в мире Универсиады? Гордились бы тобой? Беспокоились? Или бы это им не понравилось? Как мисс Грейнджер к этому относится?


Едва она закончила последний вопрос, как от пальца Гарри к шляпке гвоздя, вколоченного в стол, пробежала еле заметная искра. Это был единственный знак того, что гриффиндорец разозлился. А Джинни, между тем, прочитала то, что успела написать Скитер:


"Когда наша беседа затронула его родителей, эти изумрудные глаза наполнились слезами..." -- процитировала рыжая вслух. -- Но это же вранье! Я вообще ни разу не видела, чтобы Гарри плакал! И эту ложь вы собираетесь скормить читателям?!


-- Мисс Уизли, если не ошибаюсь? -- Джинни зло кивнула. -- Читала твои статьи про Чемпионов. Впечатляет, но чувствуется недостаток опыта. К примеру, тебе стоило бы уделять внимание чувствам своих собеседников! Конечно, в случае Крама и Ватанабэ сухое изложение их биографий оправданно, но вот мисс Делакур и мисс Шервуд, и уж тем более горячая мисс Фариас, вовсе не создают впечатления бесчувственных големов! То же относится и мистеру Грейстокку...


Гневный ответ Джинни застрял у нее в горле. Ведь упреки были очень даже справедливы. Девушка растерянно оглянулась на друзей, но те сами были в шоке. Никто не ожидал подобного от Скитер. Все были настолько поражены, что не заметили как к их столу подошли Грюм и Хагрид. Учитывая размеры последнего...


-- Что ты здесь делаешь, Рита? -- грозно спросил преподаватель ЗоТИ. Но журналистка ничуть не смутилась. Даже ее ядовито-зеленое перо не перестало что-то писать на пергаменте.


-- О, здравствуй, Аластор! Я всего лишь преподала детишкам небольшой урок журналистики. Наш редактор предложил мне помочь талантливому молодому поколению из "Факела", и я с радостью согласилась. Мисс Уизли оказалась сущим брилиантом! Но, к сожалению, неограненным. Очень надеюсь это исправить... -- Джинни от этой похвалы невольно смутилась. -- Ну чтож, мне пора. Очень приятно было с вами пообщаться, дети!


С этими словами Скитер закинула свое любимое перо в сумочку и поспешила удалиться. Ее недавние собеседники проводили ее долгими шокированными взглядами, пока она не скрылась за дверью бара. Луна первой обратила внимание на то, что скандально известная журналистка забыла на столе свой пергамент с записями. Придвинув его к себе, она с интересом взглянула на них...


-- Хмм, как интересно... -- протянула рейвенкловка.


-- Что там? -- поинтересовался подошедший Рон. Он и близнецы давно присматривались к происходящему за их столиком. Вместо ответа Лавгуд зачем-то протянула пергамент Гарри. Читая их Поттер постоянно морщился, но достигнув конца его глаза невольно расширились до размера галеонов. -- Может скажете уже, что она там такого понаписала? -- снова попросил младший Уизли.


-- Она предупредила меня насчет драконов... -- ответил Мальчик-Который-Выжил, все еще потрясенно разглядывая две последние строчки записей Скитер. Остальные подростки, услышав ответ друга, так же удивились. Грюм нахмурился, а Хагрид расстроился:


-- Я сам хотел тебе все рассказать, Гарри. Точнее, показать... Приходи сегодня ночью к моему домику, нужно будет в лес прогуляться...


-- Спасибо, Хагрид, но я уже видел Арену, -- ответил Поттер, передав записи Скитер Гермионе. -- Мы уже две недели как знаем о драконах. Друзья помогают мне подготовиться, -- о помощи Ватанабэ гриффиндорец предпочел умолчать.


-- Вот как? А откуда ты о них узнал, Поттер? -- поинтересовался Грюм, напряженно уставившись тому в глаза.


-- Провел небольшую разведывательную операцию, -- сухо ответил Гарри, твердо смотря в глаза профессора. Ему незачем знать, что он и Шизука вломились в кабинет директора. А потом к Рону пришло письмо от Чарли Уизли с подтверждением. Все ожидали, что Грюм потребует деталей, но тот лишь одобрительно хмыкнул.


-- О как! Молодец, Гарри! -- порадовался Хагрид, и хлопнул парня по плечу, отчего тот слегка качнулся. Не успей он укрепиться магией, то наверняка ударился бы носом об стол.


-- Кстати, Сириус просил меня напомнить вам, что ждет в Визжащей хижине, -- сказал старый аврор. -- Там у него еще несколько гостей... Это сюрприз, -- добавил он, заметив вопросительные взгляды подростков.


Все уже допили свои напитки, поэтому их ничего не держало в Трёх Метлах. Кивнув на прощание Симусу и Дину, вся компания направилась к выходу из бара. На улице они встретили Дафну, Трейси и Блейза, которые наоборот хотели зайти внутрь. После короткого разговора с друзьями, они решили последовать за ними.


Ко всеобщему удивлению, Визжащая хижина полностью преобразилась. На окнах исчезли доски, все стекла были заменены на новые. Стены покрасили в гриффиндорские тона, а перед входом построили широкую веранду, посередине которой стояла будка с надписью "Касса", а поверх большими буквами сияла надпись -- "Кинотеатр"


Неожиданно Гермиона сорвалась вперед, и с криком "Мама!" обняла Хелен Грейнджер, вышедшую из здания...


## Глава 11. Первый тур. Часть первая


-- Добрый день, дамы и господа, уважаемые зрители! Рад вас приветствовать на Первом туре Всемирной Магической Универсиады! -- гремел над Ареной голос Главы департамента магического спорта и игр. -- Наверняка вы все помните меня по прошедшему Чемпионату мира по квиддичу, поэтому вместо себя я представлю вот этого молодого человека, -- Бэгмен указал на кучерявого темнокожего гриффиндорца в алом шарфе рядом с собой. - Ли Джордан! Студент пятого курса Хогвартса, бессменный комментатор всех квиддичных матчей школы! Он будет помогать мне комментировать наше маленькое шоу. Прошу любить и жаловать!


Зрители начали аплодировать парню, который сейчас выглядел так будто выиграл джекпот в казино. Мистер Грейнджер навел на него объектив телекамеры, и сделал небольшой зум, запечатлевая его сияющее от счастья лицо. Его можно было понять, ведь сейчас исполнялась его мечта. Он будет комментатором на крупнейшем международном спортивном соревновании за двести лет!


И мало того, это снимут на камеры, чтобы потом показывать запись Универсиады всем желающим (за сравнительно небольшую плату) в том маленьком кинотеатре, что они с Ремусом и Алексом построили внутри Визжащей хижины. Если запись будет удачной, то эти двое будут знамениты на весь мир, как первые телеведущие-спортивные комментаторы волшебного мира.


Бэгмен чуть ли не прыгал от восторга, когда ему предложили стать телезвездой, что уж говорить про обычного парня, который мечтал после школы комментировать квиддичные матчи, но имел мало шансов на реализацию этой мечты.


Ричард вспомнил как все начиналось... В начале сентября он пересматривал финал Чемпионата мира по квиддичу на омнинокле, и громко сетовал на то, что изображение нельзя перенести на большой экран. Люпин ответил, что в магии нет ничего невозможного, и Грейнджер уговорил его попробовать. Едва вскрыв волшебный бинокль-камеру, и оценив сложность его рунной "схемы", Рем попытался было отказаться от идеи, но Рич сумел его переубедить.


У него уже тогда зародилась идея полноценного волшебного кинематографа. Обычные, "магловские", фильмы, без сомнения, великолепны, но магическому миру больше бы подошли "родные" киноленты, снятые такими же магами по их сценариям и с участием актеров-волшебников. Кинопроектор уже был, дело оставалось за полноценной кинокамерой.


Рем почти месяц убил на то, чтобы разобраться в схеме омнинокля и узнать принцип, по которому он записывал увиденное. Оказалось, внутри был занятный блок памяти на основе кристалла кварца. Вытащив его, и разработав за месяц специальный "дисковод" для кинопроектора, компания изобретателей смогла, наконец, посмотреть финал Чемпионата мира по квиддичу на привычном широком экране домашнего кинотеатра.


На волне эйфории от успеха, Рич, Рем и Алекс договорились о создании первой кинокомпании магического мира. Тут же было решено заняться освещением Волшебной Универсиады, о которой рассказала дочка. Мистер Грейнджер посмотрел влево, туда где сидела его жена и должна была находить еще и дочь. Но нет, Мия все еще не вернулась из палатки Чемпионов, куда она сбежала, чтобы поддержать Гарри.


Ричард тоже очень за него волновался. Но его беспокойство было намного менее острым, чем у Хелен. С тех пор как им сообщили об участии Гарри в этом смертельно опасном состязании, она себе места не находила. А это было опасно для их еще не рожденного ребенка. Пришлось даже обратиться к Хайди Аббот, чтобы та непрерывно следила за ходом беременности. Даже сейчас она сидела с ней и следила за состоянием пациентки и плода.


Мистер Грейнджер тяжело вздохнул, жалея что жена ни за что не соглашалась остаться в Визжащей хижине, и не смотреть первый тур Универсиады. "Здесь я буду только еще больше волноваться! Лучше я своими глазами увижу, что с Гарри все хорошо, и дракон не покалечил его... и не убил..." -- заявила Хелен вчера вечером, когда они в очередной раз спорили по этому поводу. Ну почему он не настоял на том, чтобы она оставалась дома, в Севеноукс?


Между тем Бэгмен закончил с объяснением правил Первого тура, и Ли объявил, что первым на Арену выйдет Флер Делакур, противником которой будет Уэльский зеленый дракон. Тут он попросил всех зрителей обратить внимание на экран, где еще минуту назад горели строчки рекламы, как на чемпионате мира.


Экран тут же замигал, и неожиданно для всех показал сияющее лицо Джинни Уизли.


-- Здравствуйте дамы и господа! Я Джинни Уизли, ваш проводник за кулисы соревнования, -- заявила девушка, и показала вид за ее спиной, где виднелись клетки с беснующимися, плюющими во все стороны огнем драконами и волшебники, пытающиеся их утихомирить. Их было около сотни, и на каждого ящера приходилось около семи-восьми человек.


Зрители синхронно ахнули, когда особенно крупный дракон черного цвета, с шипами на хвосте, пустил струю огня на пятнадцать метров и испустил леденящий душу вопль. Ему вторил еще более крупный дракон стального цвета с мощными броневыми плитами на брюхе.


Все драконологи достали свои палочки, и стали осыпать своих подопечных усыпляющим заклятием. Ближайший к зрителям, изумрудно зеленый дракон опасно заколыхался на задних лапах, пасть раскрылась в беззвучном рыке, пламя из ноздрей больше не вырывалось, хотя дым всё ещё валил. Очень медленно дракон повалился на землю -- несколько тонн мышц и чешуи -- и упал с таким стуком, что содрогнулись деревья. Вслед за ним упали и остальные его сородичи.


Когда стало ясно, что все ящеры крепко спят, драконологи затянули потуже цепи и открыли клетки, чтобы отлевитировать внутрь нечто вроде решета с одеялами, на которых лежали гранитно-серые драконьи яйца, среди которых выделялось одно золотое.


Когда они закончили, от группы драконологов отделился невысокий рыжий парень, в котором Ричард без труда узнал Чарли Уизли, несмотря на то, что его лицо было слегка измазано в копоти. Смущенно улыбаясь, он подошел к сестренке, стараясь не обращать внимания на камеру.


-- С честью могу заявить, что сей храбрец-драконолог -- мой старший брат, Чарли Уизли, -- немного пафосно представила его Джинни.


-- Здравствуйте! -- отчаянно краснея поздоровался он, посмотрев, наконец, в объектив камеры.


-- Чарли будет моим гидом и поможет мне рассказать вам об участвующих в состязании драконах. Об их повадках, истории, удивительных свойствах и строении, -- поведала Джинни зрителям, радостно улыбаясь. Впрочем, в ее взгляде все равно можно было увидеть волнение, аналогичное тому, что испытывал ее брат под камерой, и большие опасения. Ведь ей предстояло очень близко подойти к клеткам с драконами, и если хоть один из них проснется не вовремя, она может серьезно пострадать.


- Уже можно подходить? -- спросила она брата, но он немного оцепенел, и ничего не ответил. Поэтому рыжая с ехидной улыбкой приблизилась к объективу камеры, чтобы доверительно сообщить зрителям: -- Он такой стеснительный! Неудивительно, что у него совсем нет девушки. Мама боится, что однажды он вернется домой, и объявит свою женитьбу на драконе. ДАМЫ, СПАСИТЕ МОЕГО БРАТА!!!


Зрители взорвались смехом, глядя как старший Уизли на экране покраснел до корней волос, и попытался убить сестренку взглядом василиска. Боязнь камеры исчезла, как будто ее и не было.


Ричард тоже смеялся, хоть и не в первый раз видел эту запись, ведь она была снята им же только вчера. Чарли потом долго упрашивал его вырезать этот момент, но ему пришлось уйти ни с чем -- технология была еще очень несовершенна, и они просто не умели еще редактировать записи.


Между тем женская часть зрителей горячо поддержала просьбу Джиневры. Чарли наверняка в самое ближайшее время получит тонну писем от "поклонниц". Но Грейнджер все равно сомневался, что младший брат Билла когда-либо женится. Он создавал впечатление вечного холостяка, сердце которого будет всегда принадлежать работе. Хе-хе, может быть страхи миссис Уизли не столь уж и необоснованны...


Так и не ответив нашкодившей сестренке, Чарли молча развернулся к клеткам, и направился к той, что содержала не очень крупного дракона светло-изумрудного цвета.


-- Данный вид называется Уэльским Зеленым драконом. Как видите, его окрас хорошо сочетается с сочными травами его родины, где он когда-то охотился на овец и гнездился высоко в горах Сноудонии. Сейчас там построен небольшой заповедник, -- начал объяснять Чарли, позаимствовав лекторский тон Перси. -- Данный вид относится к одним из самых спокойных и наименее опасных, так как, если его не провоцировать, он стремится избегать человека. Единственным зафиксированным случаем нападения считается Илфракомбский инцидент 1932 года, когда уэльский дракон напал на многолюдный пляж, где отдыхали маглы...


-- И что же там произошло? -- не выдержала Джинни. Чарли вопроса не ждал, поэтому невольно растерял весь свой лекторский настрой. Ответил он уже своим нормальным тоном, больше не подражая младшему брату.


-- К счастью, никто не погиб, хотя и было много раненых, -- успокоил Чарльз сестренку и зрителей. -- Среди отдыхающих оказалась семья волшебников, Фостеры. Они сумели отогнать дракона, после чего осуществили самое массовое применение чар забвения в истории. За этот подвиг они получили Орден Мерлина первой степени.


-- О, как замечательно! А что потом случилось с драконом? Его ведь поймали? -- спросила младшая Уизли. -- Насколько сложно поймать дракона? Этим тоже занимаются драконологи?


-- Того дракона не поймали... -- хмуро ответил Чарли. -- За ним выслали министерскую команду драконоборцев из Департамента по контролю магических существ, которая и убила его.


На минуту Арена погрузилась в молчание. Зрители, как и гриффиндорка на экране, пытались осмыслить услышанное, и мало в этом преуспевали. До уха Грейнджера донесся голос одного толстого лысеющего мужчины в дорогой мантии, который высказался в том ключе, что Министерство сделало глупость: "Из-за кучки маглов убили целого дракона!"


Ричард чуть не бросил камеру, чтобы набить этому гаду морду, но сумел сдержаться. И дело не в том, что тот волшебник, а он нет! Съемка была намного важнее! Кинематограф -- это мощный идеологический инструмент. Причем, весьма прибыльный! Полученные от показов деньги пойдут в том числе и на борьбу с этими нацистами, считающими, что один дракон намного ценнее жизней обычных людей.


Пока парочка Уизли на экране обсуждали повадки и особенности Уэльского зеленого, который, к слову, не выделялся чем-либо особенным, драконологи не теряли времени. Большинство зрителей совсем не обращали внимания на арену, и не видели как открылись ворота, через которые вынесли драконье "гнездо" с яйцами. Драконологи установили их в центре арены, и тут же скрылись, чтобы установить напротив ворот клетку с трехтонной изумрудно-зеленой тушей. Установив спящего дракона, волшебники синхронно пустили в него чары, от которых ящер стал медленно просыпаться.


К тому времени как Уизли закончили свой разговор, и экран погас, дракон полностью пришел в себя, и вылез из клетки. Он испустил на удивление мелодичный* рев и тонкую струю ярко-алого пламени, после чего стал осматриваться по сторонам в поиске какой-либо угрозы. Не найдя таковой он подошел ко гнезду и собрался было улечься вокруг яиц, но тут:


-- Настало время начала первого тура! -- прогромыхал Бэгмен на всю Арену, и ящер тут же встрепенулся, принявшись искать источник громкого человеческого крика. -- Первой со своим драконом встретится чемпионка Волшебной академии Шармбатон -- Флееееер Делакуууур! -- продолжил представление Ли. -- А вот и онааа! Прекрасная, как всегда...


Мистер Грейнджер перевел камеру на мисс Делакур, которая остановилась, как вкопанная, у входа на Арену, пораженно уставившись на зеленого дракона, который гулко зарычал, когда увидел девушку. В следующий миг в ее сторону была пущена семиметровая струя пламени. Дракон будто предупреждал, что не потерпит дальнейшего приближения.


Но француженка и не думала подходить. Потоки пламени вывели ее из оцепенения, и чуть не вызвали паническое бегство, но она смогла взять себя в руки. Подняв палочку к горлу, Флер использовала Сонорус и запела, глядя дракону прямо в глаза.


Судя по лицам зрителей, никто не понимал слов песни. Впрочем, это и не было нужно -- голос девушки и так завораживал. Заслушавшемуся Ричарду Флер показалась настоящим ангелом, спустившимся с небес, чтобы песней избавить его душу от всех тягот мира. Хотелось закрыть глаза и медленно погрузиться в сон, будучи полностью уверенным, что там он окажется в истинном раю.


И не он один поддался чарам французской красавицы. Большинство зрителей, как мужчин, так и женщин, прикрыло глаза с блаженной улыбкой на устах, не в силах устоять перед успокаивающим эффектом этого волшебного, совершенно неземного, голоса.


Да что там говорить, даже дракон начал поддаваться действию этих чар. Его желтые глаза начали слипаться, а голова стала медленно покачиваться, будто в трансе. Вскоре он совершенно перестал обращать внимание на окружающее, и девушка решилась сделать шаг. Затем еще один... и еще! Продолжая петь, француженка медленно добралась до кладки с яйцами, и подняла золотое. Дракон все так же ничего не замечал, будучи погруженным в транс.


Совершенно успокоившись, Флер развернулась к ящеру спиной, и торопливо отправилась в обратный путь, все также продолжая петь. Слишком поздно она поняла свою ошибку. Иди она лицом к дракону, она увидела бы как тот всхрапнул во сне, и из его рта вырвался небольшой поток пламени, который поджег подол ее юбки. Жутко перепугавшись, француженка понеслась к выходу со всех ног, и, только оказавшись в полной безопасности, она потушила одежду водой из палочки.


Побежав, мисс Делакур прекратила петь, и ящер тут же пришел в себя, о чем сообщил яростным ревом и очередным потоком пламени. Этот звук заставил очнуться и зрителей, которые тут же принялись недоуменно переглядываться.


-- Ииииии, у нас есть ПЕРВЫЙ, успешно справившийся с заданием, ЧЕМПИООООН!!! -- торжественно провозгласил на всю Арену Бэгмен. -- Флер Делакур справилась за пятнадцать минут и сорок семь секунд, применив некие чары, погрузившие дракона в сон. Если честно, не думал, что подобное возможно... Может, это одно из способностей вейлы? -- предположил Людо, вызвав целую волну громких, местами гневных, возгласов от зрителей.


-- Через несколько минут судьи огласят свои оценки, и, надеюсь, пояснят нам что же это были за чары... Оу! А я и забыл, что тоже являюсь членом жюри! ... -- с этими словами Бэгмен поспешил к судейской коллегии, оставив Ли в одиночестве. Гриффиндорец чуть не поддался панике, но вовремя догадался включить следующий ролик с участием Джинни и Чарли Уизли.


Впрочем, мало кто из зрителей обращал на экран внимания. Все были поглощены обсуждением выступления француженки, и лишь единицам было интересно послушать про Шведского Тупорыла, следующего дракона состязания.


Этот ящер был чуть крупнее предыдущего, особенно в ширину. У него была голубовато-серая чешуя и действительно очень короткая морда, обрамленная настоящей гривой из рогов. Наверное, морда этого дракона настолько коротка именно из-за них. Они покрывают все основание носа, и почти скрывают из виду глаза, отчего они похожи на две желтые сверкающие лампочки, горящие внутри глубоких плафонов.


Со стороны его голова напоминала огромную палицу, и Чарли на экране подтвердил, что именно так он ее и использует. Этот, обычно довольно флегматичный и, скажем прямо, довольно глупый дракон, в драке становился настоящим берсерком и, когда дело доходило до ближнего боя, начинал молотить по противнику головой, вышибая из него дух. Рога были достаточно остры, чтобы нанести противнику серьезные повреждения, и, кроме того, служили неплохой защитой шеи, которая является основной целью дракона в схватке.


В этот раз открытие ворот не прошло незамеченным. Зрители с интересом наблюдали как драконологи установили клетку со свинцово-серым ящером и принялись дожидаться сигнала. Они не могли разбудить дракона, пока жюри не вынесло свой вердикт по предыдущему выступлению.


-- ДАМЫ И ГОСПОДА!!! -- воззвал Бэгмен, вернувшись к комментаторской трибуне. -- Судьи готовы объявит вам свои оценки выступления мисс Делакур: профессор Дамблдор и мадам Максим дали ей по десять очков "за великолепное исполнение древней кельтской магии в форме Песни Вечного Сна!"; профессора Оголо, да Сильва, мадам Спеллман и мадам Холт снизили ей оценку на один бал за "потерю бдительности после получения яйца", и за то, что "чары подействовали не только на дракона, но и на зрителей"; профессор Накамура и мадам Медногорьева показали себя чуть строже -- по восемь баллов; представители Китая и Индии оценили выступление в семь очков, не очень вдаваясь в причины; профессора Каркаров и Аль-Гази присудили мисс Делакур по четыре очка, попеняв ей на то, что выступление было не очень зрелищным... -- оценка славянина и араба вызвала волну громкого недовольства со стороны зрителей. -- Итого, наша прекрасная Чемпионка из Франции получает девяносто четыре очка! -- с этими словами трибуны взорвались аплодисментами, после чего драконологи расколдовали дракона.


Спустя пять долгих минут ящер занял свое место у кладки яиц, из платки Чемпионов показался Патрик Оньянго. В отличие от своей французской "коллеги", кениец не показал и намека на слабость. Он тут же подошел к дракону на расстояние в тридцать метров, и что-то крикнул.


К изумлению зрителей ящер, вместо того чтобы яростно накинуться на наглеца, на миг замер, а затем ответил темнокожему парню, издав несколько рыков, в которых отчетливо распознались вопросительные интонации. Парень в ответ тут же разразился длинной речью, на своем родном наречии, активно пользуясь языком жестов. Дракон изредка отвечал ему, весьма недоверчиво, внимательно поглядывая на свою кладку, в частности -- на золотое яйцо.


-- Ох-хо-хо! Вы только поглядите на это! Судя по всему, Патрик Оньянго, Чемпион африканской школы колдовства Уагаду, решил попытаться договориться с драконом, используя свой редкий дар "звероязычия", -- прокомментировал Людо. -- Выражение "устроил дипломатию с драконами"* приняло совершенно новый смысл! Не правда ли, коллега? -- спросил он Ли Джордана.


-- Полностью согласен, коллега! -- ответил темнокожий гриффиндорец с широкой ухмылкой. -- Никогда бы не подумал, что кто-то и в самом деле попытается договориться с одним из этих чудищ. Это ведь как если бы овца вдруг стала убеждать стаю волков стать вегетарианцами, или если бы жертва насильника вдруг начала бы уговоривать его раскаяться и постричься в католические монахи, приняв целибат!


-- В яблочко! -- согласился Бэгмен. -- Впрочем, вполне возможно, что у мистера Оньянго бы все получилось. Но, увы, он не учел, что наши драконологи наложили на ящера заклятие Конфундус, убеждающее его, что все яйца настоящие, хотя на самом деле они все липовые. Не будем же мы и в самом деле рисковать настоящими драконьими яйцами?


-- Они и в самом деле не настоящие? -- переспросил Ли, а затем рассмеялся. -- Бедный Хагрид! Я слышал он уже пару дней ведет себя как настоящая наседка, ухаживая за ними. Видимо, это очень качественные подделки, раз его так легко удалось обмануть!


Кениец к этому времени уже тоже осознал, что что-то не так. Ведь дракон давно уже должен был понять, что одно из яиц не настоящее, как его убеждали вот уже десять минут. На одиннадцатой минуте ящеру надоело слушать болтливого и "лживого" человечишку, и он встал на лапы с совершенно явными намерениями. Патрик еле успел спрятаться за валун, прежде чем ускорившийся дракон успел испепелить его своим пламенем. Если бы не прочная цепь, он наверняка был бы мертв, или, в лучшем случае, серьезно ранен. Но, к счастью, она не позволяла ящеру добраться до укрытия парня.


-- Чего и следовало ожидать! -- снова прокомментировал Людо. -- Конфундус оказался сильнее дипломатических способностей африканского чемпиона!


-- Интересно, что он придумает теперь, когда его план А полностью провалился? -- спросил Ли, и тут же пораженно закричал, когда Патрик просто уселся за камнем, и закрыл глаза, что-то нашептывая. -- Вы только посмотрите! Он, что, молится?


-- Странно, я вроде бы предупреждал всех Чемпионов, что они могут в любой момент сдаться, -- задумчиво сообщил Бэгмен, глазами спрашивая у остальных судей, не стоит ли вмешаться. Но глава школы Уагаду почему-то покачал головой, давая знать, что все в порядке.


И в самом деле, не просидев за камнем и пяти минут, Патрик закончил свои шептания и приготовился покинуть свое убежище. Едва дракон прекратил поливать раскаленный камень своим огнем, кениец выскочил из-за валуна, и напрвил свою палочку прямо ящеру в глаз, выкрикнув какое-то длинное заклинание на незнакомом языке. После этого парень просто рухнул, очевидно потеряв сознание.


-- Немедленно выпускайте спасателей! -- закричал на весь стадион Бэгмен. -- Пока эта ящерица не прикончила Чемпиона. К сожалению, мистер Оньянго, очевидно, не справился с заданием и получает... Что? -- Людо, наконец, увидел знаки, которые показывал ему глава африканской делегации. -- Вы просите меня подождать? Он же его растерзает!


Вместо ответа, древний африканец просто указал на арену, где дракон вовсе не спешил убивать Патрика. Полминуты он стоял, будто в нерешительности, а затем аккуратно выбил золотое яйцо из гнезда, и подкатил его к кенийцу, чтобы оно оказалось прямо под его рукой. После этого ящер спокойно направился к воротам, и постучался...


В полном обалдении зрители смотрели на то, как драконологи медленно, нерешительно, раскрыли створки и впустили дракона обратно в его клетку. Едва он оказался внутри, как рухнул на пол, а клетка захлопнулась. А Патрик начал постепенно приходить в себя. Дракон, тем временем, стал недоуменно оглядываться, будто не понимая, как он снова оказался в клетке, но, увидев "свое" яйцо в руках человека, взревел от ярости.


Чемпион школы Уагаду медленно, пошатываясь, встал на ноги, а затем издал торжествующий вопль, подняв свою добычу над головой. Зрители тут же поддержали его громом оваций.


-- Поразительно! -- воскликнул Бэгмен, оправившись от шока. -- У нас есть второй Чемпион, что без особого вреда для собственного здоровья справился с огнедышащим ящером! А мои коллеги из иностранных Департаментов спорта и игр еще спрашивали меня, не слишком ли крутую задачу я приготовил для первого тура... Ой, мне снова пора присоединиться к жюри. Ли, ты знаешь что делать...


Бросив парня самому разбираться со зрителями, Бэгмен поспешил к остальным судьям Универсиады, которые оживленно обсуждали выступление африканского Чемпиона.


-- Что. Это. Моргана меня подери. Было?! -- спросил Людо, едва оказался внутри поля действия заклинания конфиденциальности. Профессора и Крауч немного поморщились от его громкого требовательного крика, более характерного для капризного ребенка в магазине.


-- Мистер Оньянго подчинил дракона, Людо, -- спокойно ответил главе департамента игр и спорта Дамблдор.


-- Это я и сам видел! -- ответил Бэгмен. -- Меня, да и зрителей тоже, интересует, как он это сделал!


-- Успокойся, Людо! -- раздраженно заткнул коллегу Крауч. -- Мы и сами, до того как ты ворвался сюда с глупыми воплями, пытались понять произошедшее с драконом мистера Оньянго. К сожалению, профессор Оголо отказался просветить нас отосительно действий своего ученика.


Бэгмен вопросительно уставился на старого африканца, но тот со своими слепыми глазами отлично делал вид, что мысленно отсутствует и вопросов в свой адрес не замечает. И такое поведение нервировало не только Барти, остальные главы школ, за исключением разве что Дамблдора, который знал кенийца долгие годы и привык к его странностям. Остальные директора о нем знали крайне мало, так как Оголо жил настоящим затворником, и почти никогда не покидал священные пещеры горы Элгон, рядом с которой когда-то располагались копи царя Соломона.


-- Мне кажется, что мистер Оньянго применил к дракону легиллеменцию, -- сказала мадам Спеллман. -- Но я даже предположить не могу, как он умудрился это сделать, и выжить. Исследователями магии разума давно установлено, что в сознание хищных зверей не следует проникать даже опытным легиллементам. Не рекомендуется "читать" также оборотней и вампиров, из-за их хищной внутренней сущности. А тут целый дракон! Разум парня должен был быть растерзан!


Остальные директора были в целом согласны со своей американской коллегой. Но в отношении причины успеха африканского Чемпиона они к согласию прийти так и не смогли. Спор, наверное, продолжался бы еще долго, но Бэгмен напомнил всем об их невыполненных судейских обязанностях.


А Крауч неожиданно потребовал от Людо, чтобы он ни словом не упоминал легиллеменцию, напомнив ему, что политика Министерства в отношении этого искусства однозначна: "Никто не должен знать!". Т.е. граждане должны быть в неведении, что мысли можно читать, и что это может быть к ним применено. "Для недопущения паники и роста всеобщей паранойи!" -- так было написано в тайном законе, принятом Визенгамотом еще в 1776 году...


Бэгмен вернулся на свое место комментатора только под самый конец информационного ролика про Магрибского Песчанного Скорпиона -- дракона, который в древности промышлял охотой на торговые караваны в пустыне. Для этого он закапывался в песчаные барханы и таким образом нападал из засады.


Торговцам волей-неволей приходилось нанимать драконоборцев, пока в Турция, под давлением британского и французского министерств, не подписала Международный Статут Секретности и не построила драконий заповедник на западе нынешнего Судана, куда свезла всех своих драконов, не только африканских, но и ближневосточных.


Последние, кстати, из-за этого вымерли, не перенеся смены климата и дефицита воды. В отличие от песчаных драконов, которые докапывались до пещер с подземными реками, Анатолийские Золотые и Палестинские Серые драконы не умели копать, что в условиях засушливого плато Дарфур оказалось фатальным. Турки не очень горевали по этому поводу...


-- Дамы и Господа, судьи сообщили мне свои оценки выступления мистера Оньянго. Профессора Дамблдор и Оголо, мадам Спеллман и мадам Максим присудили ему по десять очков за великолепное исполнение своих тайных родовых чар, позволяющих контролировать животных. Как оказалось, им подвластны даже драконы! Профессор да Сильва и мадам Медногорьева снизили оценку на один балл за крайне рискованный план. "Договариваться с высиживающей потомство самкой дракона не самая лучшая идея. Даже если обман с яйцом был бы обнаружен, ящер все равно, для собственного спокойствия убила бы человека перед собой." С ними согласны мадам Максим, мадам Холт и профессор Накамура, только они отняли по два очка, а не по одному. Большое влияние на их решение оказало мнение профессора Каркарова, снизившего свою оценку на пять очков за "жульническое использование родовых способностей". Профессор Аль-Гази, мистер Фонг и мистер Бурсун присудили ему по семь очков, как и ранее, не поясняя своего решения. В итоге у мистера Оньянго ровно сто очков...


Зрители к такой оценке предыдущего выступления отнеслись неоднозначно. Немало людей было согласно с мнением главы Дурмстранга, но были и те, кто посчитал оправданным использование любой магии. Ведь в самом начале Бэгмен сам утверждал, что целью первого тура является оценка способностей Чемпионов к импровизации в крайне тяжелой ситуации. Значит, против смертельно опасных драконов можно употреблять все! Им возражали, что у того же Крама нет родовых способностей, и поэтому ему придется использовать только то, чему он научился в школе, что более достойно Чемпиона. Таким образом вейла Флер и говорящий с животными Оньянго жульничают, используя заклинания не из школьной программы, а из семейных библиотек!


Этот спор наверняка продолжался бы еще долго, и даже мог бы перейти в драку, но вскоре открыли ворота с драконом, и все разговоры сразу прекратились. Из клетки выбрался крупный, около четырех тонн весом, коричневых ящер с узкой рогатой головой, у которой ноздри были неестественно задраны вверх. Как объяснил Чарли Уизли в информационном ролике, это было необходимо для дыхания. Дракон зарывался в бархан, и единственное, что торчало снаружи -- это ноздри, которые издалека походили на камень с выемками. Этот нос имел исключительную чувствительность, и был способен учуять любой, даже самый слабый, запах с расстояния в пару километров.


Еще одной особенностью ящера были мощные передние лапы, заканчивающиеся чем-то наподобие ужасных клешней вместо кистей. С их помощью дракон, подобно кроту, рыл глубокие подземные ходы в поисках воды. Кроме того, они были замечательным оружием, способным разрубить лошадь или верблюда пополам. Вместе с худыми худыми, немного короткими, задними лапами, которые ящер использовал только для придания себе ускорения во время взлета с бархана, эти клешни придавали дракону вид гигантского скорпиона. Этот образ завершал длинный гибкий хвост с острым наконечником, которым зверь протыкал своих жертв, действуя из засады. В общем, Магрибский Песчаный Скорпион вызывал просто ужасающее впечатление.


-- Вау! Вот это страшилище! -- неожиданно для всех вспомнил о своих комментаторских обязанностях Ли Джордан. -- Мне уже даже жалко Рейтана Суреш, нашего следующего Чемпиона из далекой Индии. Поприветствуем его!


Зрители разразились аплодисментами, встречая появившегося на Арене индуса. Тот же будто и вовсе не заметил ничего. Все внимание парня было приковано к свирепому ящеру перед ним. Дракон тоже его поприветствовал своим рассерженным ревом. Хотя это скорее можно было назвать громким скрежетанием. Но Рейтан даже ухом не повел, продолжая смотреть на своего противника и при этом что-то нашептывая. Постепенно этот шепот становился все более громким, и через какое-то время зрители услышали, что Чемпион как мантру читает какое-то длинное заклинание на санскрите, причем в стихотворной форме.


-- Что это, мистер Суреш намеревается впечатлить дракона поэзией своей Родины? -- прокомментировал ситуацию Бэгмен. -- Ну что ж, посмотрим что у него из этого получится. Хотя я очень сомневаюсь, что этот ящер знает язык индусов. Вот если бы это был арабский, то шансов было бы чуточку больше. Эти драконы столько веков охотились на их караваны, что вполне могли выучить язык.


Едва Людо это сказал, как Рейтан закончил чтение своего стихотворного заклинания, и его глаза засветились ярким белым светом, а тело взмыло в воздух и тоже слегка засияло от переполняющей его энергии. Она начала вырываться волнами, создавая порывы ветра, будто Суреш был не способен удержать в себе всю эту силу. Впрочем, это и не было ему нужно.


Не доставая палочки, Рейтан произнес еще одно длинное заклинание на санскрите, и вокруг ящера, на земле, возникло семь сияющих точек. Через миг от них взметнулись яркие золотые путы, которые принялись быстро оплетать дракона. Голова. Туловище с крыльями. Передние лапы. Задние. И, наконец, хвост. Скорпионоподобное чудовище было окончательно обездвижено посреди Арены, и даже реветь не могло, ибо его пасть была надежно заткнута путами. С триумфом оглядев поверженного дракона, Суреш направился к его кладке, забрать золотое яйцо. Вот он уже наклонился, и слегка погладил гладкую золотистую поверхность, как...


Непредставимым способом извернувшись, драконий хвост выскользнул из пут, и чуть не пронзил грудь индийского чемпиона. Только собственная гибкость и усиленные магией рефлексы спасли Рейтана от гибели. Резко отшатнувшись и изогнувшись вбок, Суреш избежал сквозного удара наконечником. Но хвост все же задел его по касательной, из-за чего парень покатился прочь от кладки. Впрочем, задачу первого тура Рейтан почти выполнил!


-- Мистер Суреш завладел золотым яйцом! -- завопил на всю Арену Бэгмен. -- Теперь посмотрим, сможет ли он донести его до безопасной зоны. Хотя, о чем я говорю? Конечно же, сможет! Дракон, ведь, надежно связан!


-- Эмм... Босс, я не был бы в этом так уверен, -- Ли дернул старшего комментатора за рукав и указал пальцем на ящера. -- Глядите!


Золотые путы, которые еще недавно надежно сковывали скорпионоподобного дракона, под давлением вырывающегося зверя начали тускнеть и мерцать, грозя исчезнуть в любой момент. А индийский чемпион, к несчастью, катился в совершенно не ту сторону. Теперь, чтобы достичь безопасной зоны, ему нужно будет как-то обогнуть разъяренного дракона.


Бэгмен, глядя на эту ситуацию, судорожно размышлял, стоит ли немедленно послать на поле драконологов. Собственная идея, с драконами в виде препятствия на первом туре, уже не казалась ему такой великолепной. Стоит кому-то умереть, и... он может лишиться поста, причем весьма доходного, а это значит, что ему нечем будет выплачивать долги гоблинам. И тогда... НЕТ, НЕ НУЖНО ОБ ЭТОМ ДУМАТЬ!


Бэгмен слишком долго думал. Золотые путы последний раз мигнули, и окончательно исчезли. Дракон тут же поднялся на ноги, и развернулся в сторону все еще катящегося индуса с яйцом. С душераздирающим скрежетом вместо рева, монстр кинулся на остановившегося, наконец, наглеца. А тот, слегка очухавшись от падения и катания по земле, еле успел оглянуться и заметить опасность, прежде чем ему пришлось уворачиваться от мощных ударов "клешнями" магрибского дракона-скорпиона.


Каждый удар сопровождался разлетающимися осколками камней, которые царапали парню руки и впивались в спину. Но Суреш терпел, и крепко держался за яйцо, защищая его от ударов. Превозмогая боль, Рейтан ринулся прямо под дракона, намереваясь проскользнуть у него под брюхом. Это у него вполне получилось, но он снова забыл о хвосте...


-- У этого дракона глаза на затылке, что-ли? -- воскликнул Людо, когда пятая конечность дракона в очередной раз сбила Суреша с ног. Она, вообще-то, собиралась проткнуть ему бок, но парень снова умудрился отклониться в последний момент -- он просто упал на землю, пропуская оружие ящера над головой. Ему тут же пришлось откатиться в сторону, чтобы не быть раздавленным хвостом дракона, ударившим по земле как молотом об наковальню, а затем тут же вскочить и высоко подпрыгнуть, пропуская его под собой, когда монстр решил развернуться.


Приземлившись после прыжка, Рейтан тут же побежал к безопасной зоне, не оглядываясь на несущегося за ним по пятам скорпионоподобного чудовища. Ведь до спасения было всего около пяти метров...


Ему не хватило всего около полуметра! Дракон, остановленный прочной цепью, тянущейся от ворот с клеткой, не пускающей его в сторону безопасной зоны, в ярости пустил пятиметровую струю пламени, которая самым кончиком опалила спину чемпиона.


Рейтан, горя подобно живому факелу, свалился в пределах безопасной зоны. К нему тут же метнулись подоспевшие в последний момент драконологи. Они затушили огонь, а затем принялись загонять разъяренного зверя обратно в клетку, в то время как Сурешом занялись подбежавшие следом колдомедики. Вскоре страшно обожженый чемпион был транспортирован в медпункт за Ареной, ящер загнан в свое узилище за воротами, а зрители снова принялись оживленно обсуждать увиденное...


Бэгмен, белый как мел, снова сбежал к остальным судьям, которые были не менее обеспокоены. Через минуту к членам жюри присоединился разгневанный мистер Патил, и вместе с главой индийской делегации потребовал объяснения произошедшему. Ли Джордан со своего места лишь вздохнул и покачал головой, понимая, что спор в судейской коллегии затянулся надолго. Мысленно костеря шефа, гриффиндорец объявил очередной пятиминутный ролик с участием парочки Уизли, которые должны были рассказать о Венгерской хвостороге.


Впрочем, мало кто из зрителей обращал внимания на экран. Уж слишком яркими были впечатления от выступления индийского чемпиона. На трибунах споры были не менее жаркими, чем в судейской ложе. Обсуждалось все: предположения о том, что же такое применил индус, что засветился изнутри и взлетел без метлы, и зачем это было нужно; рассуждения о природе созданных золотых пут, которыми связали ящера; надежды о несерьезности полученных Чемпионом повреждений; гадания о заслуженных им результатах...


На последнюю тему было особенно много разговоров. Все понимали, что из-за травмы судьи снизят оценку. Вопрос был только: "На сколько?". Тем более, что у этого выступления были и положительные моменты, способные несколько поднять балл Рейтана. Например, никто не знал, что именно он применил, но это, без сомнений, было весьма впечатляющим колдовством. И кроме того, Суреш был первым участником, не имевшим никаких преимуществ в виде особых даров.


Большинство сходилось на том, что ему следует присудить около семи очков, максимум восемь. Но последнее слово было за судьями, а они не торопились заниматься своей главной обязанностью. Жюри все еще спорило, и, судя по всему, это надолго. Пожтому Ли ничего не оставалось как объявить пятнадцатиминутный перерыв, чтобы зрители могли отлучиться "по делам" или спокойно поесть, благо некоторые студенты вызвались за небольшую мзду поработать разносчиками хотдогов.


Приготовить их была идея мистера Грейстокка. Т.к. Дамблдора на месте не оказалось, он обратился к МакГонагалл. Та согласилась выделить домовиков для их приготовления, и весьма удивилась когда близнецы Уизли вызвались возглавить команду разносчиков. Свои мотивы они объяснили желанием немного подзаработать, и в этот раз декан Гриффиндора была склонна им верить. И зря!


***


-- Не хотите ли хот-дог, сэр? -- спросил Фред плотного мужчину в черной шляпе и четырехугольной накидке с отверстием для головы и четырьмя кистями по углам. Когда он повернулся, достойный продолжатель дела Мародеров не смог не заметить его сходство с с одним четверокурсником-рейвенкловцем. -- Вы отец Энтони Голдстейна, верно?


-- Ты не ошибся, парень. Знаешь моего сына? -- откликнулся мистер Голдстейн.


-- Да, мой младший брат учится с ним на одном курсе, -- скромно ответил Фред, хотя мог бы заявить, что знает всех и каждого в замке. И вряд ли найдется кто-то, не знающий его самого!


-- Вот как, ясно... Так что ты там говорил про хот-доги? -- спросил мистер Голдстейн, обратив внимание на широкий лоток в руках гриффиндорца. -- Честно, не ожидал я, что мне здесь предложат подобное. Вот если бы это было в Штатах, я бы не удивился. Янки обожают эту еду!


-- Руководство школы и организаторы соревнования заранее подумали о том, что выступления Чемпионов могут затянуться, поэтому мы ходим по трибунам и предлагаем всем хот-доги, -- скороговоркой продекламировал промо-текст Фред. -- Идея, кстати, действительно принадлежала янки -- отцу другого однокурсника вашего сына. Вам стандартный хот-дог, с овощами, майонезом и кетчупом?


-- Да, спасибо. Только без огурцов! У меня на них аллергия...


-- Без проблем, -- ответил Фред, готовя свой десятый за день хот-дог. Отдавая лакомство мистеру Голдстейну, он завернул его не в обычную бумагу, а в специально напечатанную рекламную листовку, где всех желающих приглашали на открытие первого в магическом мире кинотеатра.


-- Ого! Кинотеатр! -- заинтересовался листовкой отец Энтони. -- Открытие в десять утра, в Хогсмиде, у Визжащей хижины. Если показывать будут фильм ужасов, то та развалюха будет действительно достойна своего имени, -- мистер Голдстейн, очевидно хорошо знакомый с миром маглов, широко улыбнулся. -- Надо показать эту листовку Буту. Он отлучился... Кстати, а дай-ка еще парочку хот-догов! Эта вкуснятина наверняка понравится Барри. Он, как настоящий британец, наверное, никогда не пробовал подобное. Это я постоянно в разъездах по миру, из-за работы...


-- К сожалению, бесплатно выдается лишь один хот-дог. Сами понимаете, желающих много. Второй вам обойдется в три кната. Деньги пойдут в казну школы, -- Голдстейн молча кивнул, и потянулся за кошелем на поясе. -- Кроме того, у нас есть специальное предложение... лично от меня, -- мужчина заинтересованно изогнул бровь, отсчитывая три медяка. -- Вы любите шутки? -- ответом была хитрая улыбка...


Спустя несколько минут, когда отец Терри Бута, наконец, вернулся на свое место и съел дожидавшийся его хот-дог (о том что его кетчуп не совсем обычный, мистер Голдстейн коварно умолчал), зрители их сектора стали свидетелями маленького представления. Съев лакомство, Барри Бута минуты две нахваливал вкус, пока неожиданно не покраснел, а из ушей не пошел дым. Из его живота донеслось громкое бурление, которое вызвало оглушительную отрыжку. Да не простую! А огненную! Струя огня, воняя керосином, подпалила высокую прическу сидящей впереди ведьмы, что стало причиной громкой потасовки, которая продолжалась до самого начала следующего выступления.


А Фред Уизли, весело насвистывая, искал следующую жертву...


***


-- Дамы и Господа! Мы, наконец, закончили оценивать выступление индийского Чемпиона. Вот к каким выводам пришли судьи. Мистер Суреш исполнил древнее заклинание индийских брахманов, позволяющее на короткое время усилить мощь своих заклинаний. До уровня сопоставимого с самим Мерлином! При этом он заплатил несколькими годами своей жизни. К сожалению, Чемпион не учел уникальную подвижность и гибкость хвоста своего противника, поэтому примененное им заклинание золотых пут оказалось недостаточно эффективным. Эта ошибка обошлась ему в многочисленные травмы, самым серьезным из которых является обширный ожог спины. Впрочем, наши колдомедики заверили меня, что все они будут излечены в самом скором времени...


БАААММММ!!! Железные ворота к драконьим клеткам сотряслись от могучего удара. БАААММММ!!! Ворота снова затряслись от еще более мощного удара, после чего из-за них донесся столь чудовищный вой, что остальные драконы показались котятами. Спустя миг ворота окутались дымом, и из всех щелей показались языки пламени.


-- ВAАУ! Ну и монстр! -- пораженно воскликнул Бэгмен, выразив общее мнение. -- Что ж, мне тут сигнализируют, что дракон заждался своего звездного часа. Поэтому я не буду зачитывать результаты мистера Суреша, а выставлю их на наше табло.


По черной поверхности экрана прошла рябь, и зрители увидели таблицу с оценками:


Профессор Дамблдор -- 9 баллов


Мадам Максим -- 7 баллов


Профессор Каркаров -- 2 баллов


Мадам Спеллман -- 7 баллов


Мадам Медногорьева -- 7 баллов


Профессор Накамура -- 5 баллов


Мадам Холт -- 7 баллов


Профессор да Сильва -- 8 баллов


Профессор Аль-Гази -- 3 баллов


Профессор Оголо -- 6 баллов


Советник Фонг -- 7 баллов


Советник Бурсун -- 10 баллов


Бартемиус Крауч -- 6 баллов


Людо Бэгмен -- 8 баллов


Итого -- 92 балла


Между тем драконологи, наконец, выпустили заждавшегося дракона. Из заметно покореженных ворот появился громадный угольно черный ящер с бронзовым спинным гребнем и огромными пиками на хвосте. Хвосторога тут же направилась к кладке с яйцами и воссела на нее, подобно огромной наседке. Полурасправив большие кожистые крылья, монстр принялся свирепо озираться вокруг в поиске злоумышленника. Шипастый хвост при этом бил по промерзлой земле, оставляя глубокие, метровой длины следы.


Большинство зрителей были так заворожены видом свирепого дракона, что совершенно проглядели появление очередного Чемпиона. Это оказался россиянин, Андрей Булгаков, о чем и сообщил Бэгмен, моментально насторожив ящера своим громогласным объявлением. Хвосторога встретила россиянина широкой пятнадцатиметровой струей пламени, раскалившей камни между ними -- довольно внятное предупреждение не приближаться.


Но Андрей даже не думал подходить к дракону ближе. Нагнувшись, он поднял с земли небольшой камешек. Пробормотав парочку коротких заклинаний, парень взмахнул палочкой и камень стремительно полетел в сторону кладки с яйцами и приклеился к золотому. Манящее заклинание завершило дело, камень с яйцом на буксире вылетел из гнезда и понесся обратно к Булгакову, который легко поймал свою добычу. Отсалютовав пораженным зрителям, россиянин в полной тишине направился на выход. Похоже, даже Хвосторога еще не осознала, что только что произошло, и потому не ревела яростно ему вслед...


## Глава 12. Первый тур. Часть вторая


Ричард Грейнджер тщательно закрепил волшебную камеру на штативе, намереваясь немного отдохнуть от работы оператора. Все равно снимать пока было нечего. Жюри в очередной раз замешкалось с оценками, предпочтя яростно спорить в своей ложе. Казалось бы оценка россиянина очевидна, но некоторые судьи, по-видимому, имели на этот счет собственное мнение.


Впрочем, и среди зрителей тоже не было единого мнения насчет выступления Чемпиона Колдостворца. Многим оно показалось самым настоящим жульничеством. Ведь Булгаков достал золотое яйцо без всякого труда или демонстрации сложной и впечатляющей магии.


"Да любой четверокурсник, изучивший манящие и приклеивающие чары, смог бы повторить фокус этого русского!" -- возмущенно заявил высокий представительный мужчина, сидевший в двух рядах сзади от Грейнджера. И он был в чем-то прав...


Нет-нет, Ричард не думал, что россиянин сжульничал. Скорее, это организаторы не учли такой сценарий. Но не будут же они из-за этого требовать от русского Чемпиона повторного выполнения задания. Или будут? .. Решив не ломать свою голову этим вопросом, Ричард встал на ноги, потянулся, и направился к жене. Увидев его, миссис Аббот легонько кивнула, и ушла, давая им время побыть наедине.


-- Как вы тут? -- спросил он супругу, поцеловав ее и нежно погладив ее уже весьма заметный животик.


-- Все хорошо, дорогой, -- заверила мужа Хэлен. -- Хайди не дает мне переволноваться. Хотя, глядя на то, как эти дети выходят один на один против огромных огнедышащих ящеров, я все больше беспокоюсь за Гарри...


-- С ним все будет хорошо, дорогая. Он не слабее остальных Чемпионов, и с ним наша дочь. Он обязательно справится со своим драконом! -- попытался успокоить жену Ричард. Она, вместо ответа, положила голову ему на плечо, и крепко прижалась. Слова мужа успокаивали, но беспокойство все равно никуда не уходило.


Неожиданно, откуда-то сбоку появились Ремус и близнецы Уизли. Последние были отчего-то весьма довольны. Впрочем, ясно от чего! Ричард, обозревая через объектив трибуны, все время замечал то там, то здесь различные странные происшествия: то один начнет дышать огнем, то другой покроется разноцветными перьями, как у попугая, а третий раздувался подобно воздушномк шарику и взлетал на несколько футов ввысь. Наверняка, ко всему этому безобразию приложили руки эти молодые гении проказ.


-- Здравствуйте, мистер и миссис Грейнджер! -- хором поприветствовали чету рыжие шутники. -- Не хотите попробовать наших конфет? Для вас совершенно бесплатно! -- спросил Фред, протягивая круглую конфетку в ярко-красной обертке.


-- На вашем месте я бы не стал есть что-либо из рук этих проказников, -- предупредил кузена Ремус, строго глядя на своих бывших учеников. -- Я несколько минут назад видел, как они обронили целый пакет с конфетами. Они рассыпались по полу, и два мальчика со Слизерина, Винсент Крэбб и Грегори Гойл не удержались перед искушением умыкнуть несколько. Видимо, они съели сразу несколько, потому что их туловища покрылись перьями и раздулись, потащив их вверх, а языки стали длиной с садовый шланг...


-- Ха-ха-ха! -- смеялись близнецы, по мере рассказа. -- Расскажи, что еще с ними было, Лунатик! Не утаивай! Это была самая смешная шутка за всю нашу карьеру! -- потребовал Джордж. Люпин строго на них поглядел, но все же продолжил:


-- Отцы мальчиков попытались спустить своих сыновей, неожиданно превратившихся в большие пернатые надувные шары, и не нашли ничего лучше, чем тащить их вниз за длинные фиолетовые языки. Это привело к совершенно неожиданному результату... -- близнецы уже буквально катались по полу, сотрясаясь от хохота. -- Едва отцы дернули мальчиков за языки, как у них произошло мощное извержение газов с другого конца...


-- Они... пердели... огнем! .. -- смеясь, добавил Фред.


-- Летали... вокруг... как ракеты... на привязи! .. -- добавил Джордж.


-- В этом нет ничего смешного, ребята! Вы переступили черту! Они могли погибнуть! -- начал отчитывать идиотов Ремус. -- Вы что, не понимаете, что их отцы могли затаскать вас по судам, будь их повреждения серьезнее обгоревших штанов...


Ричард уже еле сдерживал себя от смеха. Помогало только осознание того, что Хэлен точно не одобрит, и что парни и в самом деле перегнули палку. Если он сейчас засмеется, весь воспитательный спич кузена будет насмарку и близнецы никогда не задумаются о рамках, за которые лучше не переходить. Впрочем, вряд ли нотации Рема их в чем-то убедят...


-- Я правильно поняла, что отцы пострадавших мальчиков не стали выдвигать обвинений? -- неожиданно спросила Хэлен, прожигая близнецов взглядом.


-- Нет, к счастью, к ним быстро подоспела Макгонагалл. Она бысто разобралась в произошедшем, и убедила мужчин, что судебные иски несколько преждевременны. Ведь у них не было никаких доказательств, что близнецы нарочно выронили конфеты. Но это вовсе не означает, что они остались безнаказанными. За то, что они злоупотребили ее доверием, и занимались подпольной торговлей, прикрываясь разносом хот-догов, Минерва лишила Гриффиндор сотни очков, и близнецы теперь будут наказаны до конца года -- ежедневные отработки со Снейпом. Она надеется, что так у них не останется времени на разработку и приготовление новой шутовской продукции, -- судя по хитрым улыбкам обоих Уизли, надежда их декана была тщетной.


-- Это она еще не узнала про наше букмекерское начинание, -- похвастался Джордж, нахально полагая, что никто из присутствующих взрослых не сдаст их "Маккошке".


-- Сначала все ставили на Крама. И, как это не странно, на Гарри. Но после выступления этого русского, зрители будто с ума сошли, -- подхватил Фред. -- Многие кинулись менять свою ставку, посчитав, что Булгаков наверняка будет победителем.


-- Ну, судя по оценкам судей, они серьезно просчитались, -- ответил мистер Грейнджер, кивнув на табло, где высветились оценки россиянина:


Профессор Дамблдор -- 10 баллов


Мадам Максим -- 9 баллов


Профессор Каркаров -- 2 балла


Мадам Спеллман -- 8 баллов


Мадам Медногорьева -- 10 баллов


Профессор Накамура -- 9 баллов


Мадам Холт -- 8 баллов


Профессор да Сильва -- 10 баллов


Профессор Аль-Гази -- 6 баллов


Профессор Оголо -- 10 баллов


Советник Фонг -- 7 баллов


Советник Бурсун -- 7 баллов


Бартемиус Крауч -- 9 баллов


Людо Бэгмен -- 9 баллов


Итого -- 114 баллов


-- ... решение! И, должен сказать, оно далось им нелегко, -- говорил Бэгмен. -- Мистер Булгаков справился с заданием за рекордное время в пять секунд, остроумно применив сначала приклеивающее заклинание на камень, а затем манящее заклинание... Честно, говоря, мы, организаторы соревнования, просто не учли такой способ добыть яйцо. Иначе мы бы поставили блок на манящие чары не на само яйцо, а на область вокруг него... -- снова послышались вопли зрителей.


-- Его результат лишь немного выше, чем у француженки. А ведь чемпионов выступило пока всего лишь четверо! -- сказал Ричард, глядя на яростно кричавшего мужчину в предпоследнем ряду. -- Русские потом будут жаловаться, что их засудили...


-- У них есть все основания для этого, -- присоединился к обсуждению Люпин. -- Они много лет возмущались, что на матчах по квиддичу судьи относятся к ним предвзято, а тут такое...


-- Как бы не говорили, что спорт независим от политике, но последняя все равно влияет на судей. Ведь они читают газеты, слушают радио, а значит не могут быть полностью беспристрастными, когда, к примеру, много всякого слышал о ГУЛАГЕ, -- сказал мистер Грейнджер.


-- Но ведь коммунисты больше не правят Россией! -- удивилась Хэлен. -- Почему же судьи продолжают засуживать их?


-- Ну, скорее всего причина в случайности, -- ответил Ремус. -- Рефери на матчах со сборной России были представители арабских стран. А там очень остро воспринимают ситуацию вокруг Чечни. Тамошние местные власти требуют независимости от России, а в Москве не спешат эти требования удовлетворять. Отделение Кавказа может привести к цепной реакции и еще одному "параду независмостей", что означает полный развал страны. Думаю, не стоит говорить, что российские власти этого совершенно не хотят, -- взрослые согласно кивнули, а близнецы ухмыльнулись, гордые, что их не гонят от взрослого разговора о магловской политики.


-- Но и давить силой русские тоже пока не осмеливаются, опасаясь реакции янки и европейцев, -- продолжил между тем оборотень, долгое время проживший в той самой России. -- А наши политики тоже не спешат с изъявлением поддержки той или иной стороне. С одной стороны они боятся возвращения к власти коммунистов. Пока не пройдут выборы, и Борис Ельцин не будет переизбран, вряд ли кто-то поддержит сепаратистов. А с другой им выгодно дальнейшее ослабление России, поэтому не заявляют о своей полной поддержке российской политики на Кавказе. Идеальным вариантом для них будет ситуация, при которой Россия будет втянута в долгую кровопролитную гражданскую войну, и возьмет на себя еще больше наших кредитов.


-- И когда, по-твоему, эта война начнется? -- спросила Хэлен, но ответить ей Ремус не успел.


Ворота стали медленно открывались, выпуская на Арену очередного дракона. Название "Южноафриканский Костяной латник" очень ему подходило. Ящер, благодаря свое прочной матово-белой, как кость, броне, действительно напоминал рыцаря в латах. Даже крылья были покрыты тонкой "костяной" защитой.


Там, где у драконов был большой палец, находился мощный долотовидный коготь. Как сообшил в ролике Чарли Уизли, это главное оружие ящера, которое использовалсь в борьбе с себе подобными. Самец Латника использовал свой Коготь, чтобы мощными ударами пробивать броню соперника, и наносить глубокие колющие ранения.


Этот дракон был одним из самых редких (осталось всего двадцать особей) и жил в Драконовых горах Южной Африки, где охотился, нападая на своих жертв сверху. Тут была одна особенность. Ящер, из-за брони был не самым лучшим летуном, поэтому он предпочитал вскарабкиваться на высокий утес, где долго высматривал свою добычу, всматриваясь на многие мили вдаль. Углядев жертву (обычно это зебра, антилопа гну, бегемот, или даже редкий нынче слон), дракон спрыгивал со скалы и летел, подобно дельтаплану, почти не взмахивая крыльями. При этом он развивал довольно приличную скорость, и буквально вбивал добычу в землю, пронзая своими когтями одновременно шею и сердце.


Яйца Костяного латника тоже были матово-белого цвета. Оказавшись на Арене, ящер тут же их заметил, и двинулся к ним. При этом, каждое его движение соповождалось звуком, похожим на громкое клацанье зубов. Это стучали друг об друга "костяные" пластины брони.


Едва дракон занял свое место у фальшивого гнезда, как Бэгмен объявил выход Чемпиона аравийской школы магии Моугхар-Суффи, Искандера Сирина. Сириец не стал тянуть и сразу взял быка за рога -- из его палочки стала быстро струиться поток кирпично-красного песка.


Он не опадал на землю, а закручивался вокруг молодого волшебника, медленно формируя самую настоящую песчаную бурю. Спустя минуту парень был полностью скрыт от глаз. Еще десять минут и вся Арена превратилась в местный филиал ада, скрытый сплошной песчаной завесой.


А зрители замерли в ожидании, пораженные мощью использованного заклинания. Они даже дышали через раз. Помимо шума бури, единственными звуками были клацание брони дракона и его же редкие ревы. О том, что творится внутри бури, можно было лишь гадать, но никакой борьбы точно не было. Рев дракона больше походил на кряхтение старика, укладывающего свои старые кости на лавку.


Буря прекратилась неожиданно. Сирин обнаружился все также в безопасной зоне. Он тяжело дышал и выглядел очень раздраженным.


-- Вот это неожиданный оборот! -- вернуося к обязанностям комментатора Ли. -- Осмелюсь предположить, что Чемпион хотел использовать песчаную бурю, чтобы под ее покровом незаметно стянуть яйцо. Но он не учел реакцию дракона.


-- Совершенно верно, Ли. Мистер Сирин совершенно не учел, что дракон будет защищать свое потомство от бури. Тем более, таким способом... -- сказал Бэгмен, глядя на костяного дракона, свернувшегося вокруг гнезда и накрывшего его крылом. Яйца оказались в надежном бункере, совершенно непроницаемом для Искандера. То-то он так злобно смотрел на ящера...


-- Он что, с ума сошел? -- не веря своим глазам спросил Ли, после того как сириец взмахами палочки заставил песок принять форму плотного шара и чувствительно врезаться в крыло. Ответом ему были возмущенный рев ящера и не менее громкая ругань на арабском от Искандера.


Сирин отнюдь не остановился на одном песчаном ядре. Следующие три минуты парень методично осыпал противника песчаными оплеухами. Но нельзя сказать, что дракон как-либо от этого пострадал. Песчаные ядра, покрытому костяной броней ящеру, были как снежки -- мелкая досадная неприятность, за которую шутнику и в лоб дать не грех.


Вконец разозлившись, дракон полностью встал на ноги и двинулся в сторону чемпиона арабов, с очевидным желанием прибить наглеца. Но тот не показал даже тени страха, что говорило либо о его невероятной смелости, либо о прогрессирующем сумасшествии.


Ящер отошел от кладки на тридцать метров, когда Искандер неожиданно сменил тактику. Его песчаные ядра больше не били дракона в лицо. Теперь они нацеливались на суставы, где смыкались пластины брони, образуя полость. Песок, при этом больше не скатывался вниз, а плотно забивался в туда, отчего сустав переставал двигаться.


-- Ааа, я догадался! -- воскликнул Ли Джордан. -- Чемпион специально дразнил дракона! Он его выманивал, а теперь пытается обездвижить! Песок в щелях брони сковывает движения ящера!


-- Молодец, Ли! Похоже, что все так и есть, -- поддержал своего помощника Бэгмен, глядя как сириец обездвиживает правую заднюю лапу дракона. Она была последней свободной конечностью, не считая головы. Последняя была полностью свободна от песка и остервенело моталась из стороны в сторону, поливая все огнем. Песок перед драконом, от жара даже застекленел.


Но и голова, в конце концов, была пленена песчаными оковами, отчего дракон застыл живым памятником самому себе посреди Арены, яростно смотря на своего пленителя. А он лишь победно ухмыльнулся, и поспешил забрать свою добычу. Подняв, золотое яйцо, Искандэр потер его рукавом, будто лампу с джином, а затем поцеловал и с триумфом поднял над головой.


Этим он сделал ту же ошибку, что и его соперник из Индии. Дракон за спиной героя рвал и метал, и постепенно освобождался от песка, на котором стремительно ослабевали чары уплотнения. Искандэр совсем забыл, что шкура этих ящеров способна поглощать магию, из-за чего ее и используют для изготовления всякой защитной одежды. А костяная броня в этом отношении была особенно хороша, ведь недаром она считалась одним из лучших материалов, используемых в работе мастерами рун.


Когда Чемпион Моугхар-Суффи, наконец, услышал хруст ломаемого между броней песчанника и обернулся, ящер уже наполовину избавился от песка, и медленно двигался в его сторону. Сириец тут же рванул к безопасной зоне в обход монстра, но недостаточно быстро -- дракон освободился от остатков песка и уже бросился ему наперехват.


Искандер не растерялся, а взмахом палочки бросил в ящера стену поднявшегося, как морская волна, песка. Дракон без особого труда пробился сквозь и понесся дальше. Увидев ничтожный результат своей атаки, Сирин предпринял новую попытку. Но вместо волны в этот раз был мощный поток, который ударил бронированному монстру прямо в морду. Ящер отшатнулся, как от сильного удара кулаком, и слегка притормозил что дало парню еще немного времени. Но он все равно не успевал...


Ящер догнал наглого человека и прыгнул на него сверху, замахиваясь лапой, чтобы пронзить его спину своим Когтем. Но сириец в последний момент ушел от него перекатом, и огрызнулся еще одной песчаной оплеухой. Тряхнув головой, Латник сделал еще попытку, и еще, но оба удара прошли мимо. Человек оказался намного проворней и ловчее закованного в броню монстра.


Взревев от ярости, дракон решил спалить обидчика своим пламенем. Широкая струя огня, казалось, неминуемо уничтожит арабского чемпиона, но тот снова всех удивил. Из его палочки, навстречу пламени вырвалась широкая струя песка, которая поглотила весь жар.


На минуту Арену заволокло дымом, скрыв дракона и Чемпиона. А когда он развеялся, зрители увидели, что сириец почти добрался до безопасной зоны, двигаясь задом наперед и не спуская глаз и палочки с дракона. И не зря! Повернись он к нему спиной, то получил бы сильный ожог спины, как Рейтан Суреш, т.к. ящер решил снова попытаться спалить вора огнем.


Вновь встретились огонь и песок. Но в этот раз пламя было намного мощнее, и продолжительнее. Искандер, который продолжал пятиться назад, начал тяжело дышать от усталости. Пот градинами стекал с его лица, а дракон и не думал прекращать атаку.


Наконец, Сирин переступил ту красную черту, обозначавшую безопасную зону, и тут же повалился на землю, споткнувшись о камень. Огонь дракона ему был больше не страшен. К парню тут же бросились колдомедики, которые констатировали потерю сознания от магического истощения.


***


Джинни быстро-быстро строчила в тетрадке, сидя на самой галерке трибун. Она полагала, что тут она сможет немного поработать и никто ей не помешает. Нужно было поскорее записать свои мысли о проведенных интервью с уже выступившими Чемпионами.


Флер поведала, что жутко перепугалась впервые увидев своего дракона, и только гордость заставила ее собраться с силами. Француженка захотела показать всем, что она может и хрупкая девушка, но далеко не слабачка. Оценки судей ее вполне устроили, хоть она и ворчала на некоторых vieux cons*, что незаслуженно дали ей низкий балл.


Патрик и Рейтан были настолько вымотаны, что мадам Помфри никого к ним не пускала. Ну, за исключением сестер Патил, которых никакими силами нельзя было оторвать от индийского чемпиона. Падма вся зареванная сидела у постели своего бессознательного супруга, и ни на что другое не обращала внимания. А Парвати тихо ее утешала, обнимая через плечо, хотя и сама не меньше сестры беспокоилась за него.


Здоровее всех, конечно же, был Андрей Булгаков. Он и на минуту не задержался в палатке колдомедиков, а сразу направился на трибуны, туда, где сидели его друзья. Последние были очень возмущены решением судей, в то время как сам российский чемпион относился к ним по-философски. Его больше интересовала девушка, что уткнулась ему в грудь. Джинни тактично отступила, решив не мешать влюбленным.


К сожалению, Искандэра Сирина тоже эвакуировали в палатку колдомедиков, поэтому младшей Уизли ничего другого не оставалось как ждать и пытаться работать с теми крохами информации, что она сумела добыть. Получалось, емли честно, не очень...


- Привет, рыжая! -- неожиданно донеслось сзади. Джинни сперва не обратила никакого внимания на это приветствие, но тут прямо перед ней, на ряд ниже, уселся Джо Блэк. Он нахально стащил у нее черновик статьи, и собрался уже читать, но девушка опомнилась, и отобрала свою тетрадь обратно.


-- Ты что творишь?! Какого хрена ты мне мешаешь?! Не видишь, я занята! -- зашипела на парня Джинни.


-- Да ладно... Может я тебе помочь решил! -- насмешливо заявил Блэк, откинувшись назад и задрав голову к небу.


-- Да чем такой балбес как ты может мне помочь? -- ответила ему младшая Уизли скептично-уничижительным тоном.


-- Ну, я не знаю... Может быть мне птичка по секрету шепнула порядок выступлений Чемпионов, -- все так же насмешливо протянул Джозеф, и посмотрел в глаза девушки. Увидев в них интерес, он пояснил свою мысль: -- Ты могла бы заранее собирать о них информацию у их друзей. Они ведь наверняка помогали им с тренировками. Кто лучше них может знать, что на душе у героев дня?! Ведь сами Чеипионы после драконов не в самом лучшем состоянии, чтобы отвечать на вопросы, не так ли?


-- И кто будет следующим? -- недоверчиво, и в то же время нетерпеливо, спросила юная журналистка. -- Только если это окажется одной из твоих глупых шуточек... -- начала было грозить рыжая, но, увидев серьезное выражение глаз парня, умолкла. Судя по всему, он не шутил и действительно хотел помочь.


-- Следующим будет Хи Чанг, -- ответил Джо. -- Насколько я помню, Чжоу его родственница. Я часто вижу ее в его компании. Можно взять у нее небольшое интервью. Я слышал, что китайские маги имеют особености, о которых мы можем у нее спросить...


-- Спасибо! Я пошла! -- коротко бросила рыжая, и тут же сорвалась с места. -- Подожди! Я с тобой! -- крикнул Блэк и сорвался вслед за ней.


Чжоу они нашли в третьем секторе, куда усадили большинство студентов Рейвенкло. Рядом с ней, как всегда, были ее подруги, которые всеми силами пытались развлечь свою предводительницу, которая была бела как мел и не находила себе места от беспокойства за "брата". Если бы не их поддержка, китаянка давно бы свалилась в нервном припадке.


-- Привет, Чжоу! -- спросила китаянку Джинни. -- Ты не против, если мы составим вам компанию и немного поговорим? -- спросила она. Глядя на состояние старшей подруги, рыжая была не очень уверенна в положительном ответе. Тем более, что подруги Чанг отнеслись к ней явно враждебно, т.к. справедливо опасались, что разговор с Уизли ухудшит состояние их предводительницы


-- Нет, Джинни, не против, -- ответила Чжоу, приветливо ей улыбнувшись. -- Я даже рада, что ты здесь. Возможно, что ты сможешь помочь мне... отвлечься, -- Клика тут же позабыла о своих опасениях, и теперь смотрела на рыжую с нескрываемой надеждой.


-- О, с радостью! -- согласилась младшая Уизли, доставая блокнот и магловскую ручку. Последнее время, с подачи Грейнджер, они начали входить в моду. Сначала среди журналистов факела, а затем и среди остальных учеников. -- Джо мне сказал, что китайская система колдовства имеет некоторые особенности... Сможешь рассказать, какие именно?


-- Хмм... -- задумчиво протянула китаянка. -- Я мало что знаю. Все-таки я выросла, а Англии, и училась только вашей магии. Но я попытаюсь рассказать обо всем, что мне известно.


- А почему тебя дома не учили китайской магии? -- спросил доселе молчавший Блэк.


-- Я полукровка. Моя мама англичанка, и даже не волшебница... А папа мой обычный торговый агент-посредник... эмм, различные китайские компании через него ищут клиентов на рынке Магической Британии, -- пояснила девушка, увидев непонимание в глазах рыжей. -- Папа не думал когда-либо возвращаться на родину, да и времени у него нет учить меня премудростям китайской магии... Тем более, что учился он в Гонгконгской школе, где почти нет отличий от британской системы. Практически, все что я об этом знаю, я слышала от отца или "брата"... больше от последнего...


Чжоу немного помолчала, погрузившись в воспоминания... немного печальные, судя по ее лицу. Через минуту она опомнилась, и продолжила свой рассказ:


-- Извините, я немного отвлеклась, -- Джинни и Джо тепло ей улыбнулись, показывая, что все в порядке и они понимают. -- Со времени приезда иностранных делегаций я много времени проводила со своими соотечественниками, и многое от них узнала... -- Чжоу немного помолчала, собираясь с мыслями.


-- Думаю, стоит начать с того, что волшебники Китая лишь относительно недавно начали пользоваться волшебными палочками... Причина этого в том, что китайцы выше всего почитают свои древние традиции. Наши ритуалы, в том числе и магические, для нас священны, как память о наших предках...


-- А причем тут волшебные палочки? -- удивленно воскликнул Джо, перебив Чанг. Все девушки неодобрительно на него посмотрели. -- Или ты хочешь сказать, что вам религия не позволяла ими пользоваться?


Чжоу кивнула: - Да, можно и так сказать. Волшебная палочка, как один из сложнейших артефактов, придуманных человечеством, заменяет собой огромное количество предметов, используемых в ритуалах. Фактически, сам ритуал становится ненужным, заменяясь на обычное заклинание. И с точки зрения такого этико-философского учения, как конфуцианство, заменившего нам религию, это настоящее святотатство.


Блэк чуть снова не перебил Чжоу, бестактно высказавшись в том ключе, что отказываться от палочек из-за каких-то там древних традиций или догм религии кажется ему верхом идиотизма, но Джинни сумела вовремя его остановить, сильно наступив ему на ногу и наградив очень грозным взглядом.


-- Впрочем,.. -- продолжала Чанг. -- ... китайская система магии состоит не только из ритуалов. В частности, ее боевая часть основана на боевом искусстве ушу и пяти элементарных стихиях, которые понимаются как определенные состояния* "ци". Причем, их состав отличается от принятых в большей части мира, где цивилизация берет свои корни из Греции или Индии. Например, если у вас "круг стихий" состоит из огня, воды, земли, воздуха и эфира, то у нас последние два заменены на дерево и металл. Объясняется это тем, что воздух считается порождением огня и воды, и потому не является первоэлементом, или стихией. А Эфир это и есть "Ци", то есть -- чистая, нейтральная, жизненная энергия, или, как называете ее вы, европейцы, Магия.


-- Я правильно понял, китайские боевые маги пользуются такими приемами как "Каменный кулак" или "Огненный пинок короля драконов", или "Разрезающая длань богини рек", или "Железная рубашка бога обезьян", или..? -- снова перебил девушку Джо, в котором проснулся фанатик боевых искусств. Услышав вопрос парня, и увидев его горящий взгляд, Чанг не смогла удержаться от смеха:


-- Джо, ты, видимо, слишком много пересмотрел гонгконгских боевиков! -- заявила Чжоу, тихонько хихикая. -- Но суть ты уловил верно. Даже похожие названия встречаются...


-- Круто! Надо будет попросить твоего брата поучить меня. Всегда мечтал научиться какому-нибудь "стилю дракона" или нечто в этом роде. Замолвишь за меня словечко? -- попросил Блэк, состроив щенячью рожу, и сложив руки, как при молитве, чем вызвал еще один взрыв смеха, но уже у всех девушек. Причем, Джинни скрывала свою широкую улыбку за фейспалмом.


-- Хорошо, Джо, я поговорю с ним, -- согласилась Чжоу, но тут же опечалилась, вспомнив о ближайшем будущем своего "брата". Чтобы бороться с печалью, она решила продолжить свою мини-лекцию. -- Только не жди быстрых успехов, ведь мастера ушу покоряют стихию без использования палочки! Для изучения безпалочковой маги нужны годы! -- предупредила китаянка.


-- Да знаю я! -- отмахнулся Джо, уже мечтая о крутых боях. -- Гарри учит меня и Дейва колдовать без палочки. Неделю назад я смог, наконец, пробежаться по потолку. Правда, я сорвался вниз спустя пять минут... концентрация подкачала..., но успехи в беспалочковой маги у меня уже есть!


Девушки весьма удивились такому признанию. Парни не афишировали свои занятия этим. Когда Блэк, Грейстокк, Поттер и Лонгботтом куда-то исчезали на пару часов, все считали, что они занимаются боевыми искусствами.


-- В любом случае, твоя мечта изучить "стиль дракона"... -- Чанг снова не удержалась от улыбки. -- ...может оказаться несбыточной, -- Джо недоуменно на нее посмотрел. -- Видишь ли, за тысячи лет, что китайские маги изучают "стихийную магию", они выявили, что у разных людей имеется предрасположенность к разным стихиям.


-- Т.е. вполне возможно, что мне не подойдет стихия огня? -- спросил Блэк.


-- Да, -- кивнула Чжоу. -- Но это не значит, что ты будешь неспособен к применению огня. Просто он будет несколько хуже даваться, чем "родная" стихия -- успокоила она парня, отчего тот сразу воспрял духом.


-- А склонность к стихии передается по наследству? -- неожиданно спросила Джинни. -- Как ее вообще определяют?


-- Ну, стихия далеко не всегда передается по наследству. Механизм предрасположенности так и не поддался изучению. Все, что смогли сделать, это заметить закономерности между движениями небесных светил и стихиями. Поэтому уже через один лунный месяц после рождения ребенка ему составляют гороскоп. На его основе затем проводят сложные расчеты и проводят ритуалы, которые помогают с довольно высокой точностью определить предрасположенность к стихии.


-- А зачем это определять в младенчестве? -- поинтересовалась младшая Уизли. -- Почему это нельзя сделать в раннем детстве, когда начинаются случайные магические выбросы? Ведь в этом случае можно было бы использовать какой-нибудь артефакт-определитель, который "продегустирует" магический выброс ребенка.


-- Хороший вопрос, Джинни, -- похвалила свою младшую подругу Чанг. -- Дело в том, что чистокровные маги в Китае с самого младенчества приучаются к предназначенной им Небом стихии. Например, если у ребенка предрасположенность к стихии воды, то ему обеспечивают постоянный контакт с водой. Такой ребенок чуть ли не живет в воде... С другими стихиями поступают аналогично.


-- А какая стихия у твоего брата? -- неожиданно спросил Джо, при этом пытаясь представить свое детство, если бы ему пришлось постоянно контактировать с той или иной стихией.


-- Он владеет огнем, -- ответила Чжоу, к которой тут же вернулось ее волнение.


-- О, так это же прекрасно! Ему не нужно беспокоиться о драконьем пламени! -- воскликнула Джинни, желая приободрить подругу. К сожалению, большого успеха она не добилась. Чанг несколько тягостных минут молчала, а потом сказала:


-- Сегодня у брата экзамен на право зваться Мастером Огня... Это древняя традиция... Соискатели этого титула должны были сразиться с драконом, и победить его силой своего пламени... Он справится! Я верю в него... Он обязательно справится!


***


В этот раз зрителям не пришлось слишком долго ждать решения судей. Не прошло и пятнадцати минут, как черное табло высветило короткое "Внимание", а затем появились те самые оценки:


Профессор Дамблдор -- 10 баллов


Мадам Максим -- 9 баллов


Профессор Каркаров -- 9 баллов


Мадам Спеллман -- 9 баллов


Мадам Медногорьева -- 8 баллов


Профессор Накамура -- 8 баллов


Профессор Оголо -- 8 баллов


Профессор Да Сильва -- 9 баллов


Мадам Холт -- 8 баллов


Профессор Аль-Гази -- 9 баллов


Советник Фонг -- 5 баллов


Советник Бурсун -- 4 балла


Барти Крауч -- 8 баллов


Людо Бэгмен -- 10 баллов


Итого: 114 баллов


-- Дамы и Господа! Судьи вынесли свой вердикт. Как видите, большинство членов жюри оценило выступление мистера Сирин в 8 баллов. Это объясняется тем, что первая попытка арабского чемпиона провалилась, хотя использованное при этом заклинание было очень впечатляющим, и наколдованный песок позже пригодился для второй попытки. Профессор Каркаров же наоборот посчитал это плюсом выступления мистера Сирина. "Очень зрелищный вышел бой! Это именно то, что я ожидал от остальных Чемпионов!" -- заявил он коллегам, и потому снизил балл лишь из-за того, что парень весьма опрометчиво посчитал дракона полностью побежденным, и оставил его без присмотра. В итоге мистер Сирин получает в целом 114 баллов и временно делит второе место с российским чемпионом, Андреем Булгаковым, у которого такой же общий балл...


Решение судей как всегда вызвало неоднозначную реакцию у зрителей. С одной стороны они были согласны, прошедшее выступление было самым зрелищным, т.к. никто из предшествующих чемпионов не сражался с драконом, не отвечал ударом на удар. С другой стороны было непонятно, почему в таком случае общий балл сирийца равнялся таковому у россиянина, который выступил наименее зрелищно.


Одни возражали, что русский решил поставленную перед ним задачу самым быстрым и эффективным путем, и не только на зрелищность нужно полагаться. А другие предполагали, что тут снова вмешалась политика. Ведь индус, из всех судей, поставил сирийцу самую низкую оценку. Кто-то предположил, что это связано с Индийско-Пакистанским конфликтом, и эта версию многие посчитали очень вероятной...


Спустя пару минут вновь открылись ворота, и на поле выползло настоящее ЧУДОВИЩЕ. Этот дракон был просто огромным! Нет, все слышали слова Чарли Уизли, что этот ящер настоящий рекордсмен по размерам и весу, что он способен раздавить дом или унести немаленький корабль. Но никто до сих пор не мог представить, насколько эти слова правдивы.


Серо-стальной, с мощными пластинчатыми наростами на брюхе, с огромными когтищами на лапах, ящер, грозно набычившись и гневно поглядывая по сторонам, неспешно двигался к кладке яиц. От его шагов довольно ощутимо подрагивала сама земля. Зрители с большим интересом ждали, ожидая того, кому так не повезло стать противником этого монстра.


И Чемпион не заставил себя долго ждать. Это был Хи Чанг из Китая. Парень был одет в свободную одежду красно-черного цвета с золотым драконом на спине и не показывал даже тени страха при виде ящера. Его лицо выражало лишь холодную маску спокойствия...


Бронебрюх, при виде парня сильно насторожился и испустил оглушающий рев, предупреждая о недопустимости приближения к гнезду. Свою угрозу монстр подкрепил длиннющей струей пламени, что лишь немного уступала огненному дыханию Хвостороги.


Чанг на этот акт устрашения лишь хмыкнул, и неожиданно для всех сорвался вперед, прямо на дракона. Оба комментатора были слишком поражены, чтобы что-либо сказать. Да и зрители застыли от удивления, лихорадочно рассуждая, не идиот ли китайский чемпион, раз нападает на монстра практически в лоб. Или же он имел какой-то козырь?


Поэтому бежал парень при полном безмолвии трибун, и единственным источником шума был разъяренный ящер посреди Арены. Причем, ярость последнего еще и подпитывалась инстинктом. Ведь так нагло на драконов нападали только другие драконы. Например, самцы, желающие уничтожить сушествующую кладку, чтобы самка снова захотела спариться.


Бронебрюх встретил китайца повтором своего огненного дыхания, от которого он даже не думал уворачиваться. Вместо этого он подпрыгнул навстречу пламени, полностью им окутавшись. Получившийся шар продолжал лететь на ящера, и в двух метрах о него неожиданно разделился. Целый и невредимый чемпион полетел вниз, под ноги дракону, в то время как огонь вернулся к своему создателю, врезавшись ему прямо в пасть.


-- Смотрите! Хи Чанг добыл золотое яйцо! -- закричал Ли на всю Арену, увидев как китаец, упав под ноги ящеру тут же кинулся к кладке, находившейся там же. БУУМММ!!! Вставший на задние лапы от боли и ярости дракон, грузно опустился на землю, отчего всю скалу, на которой был построен стадион, ощутимо тряхнуло. -- Невероятно! Китайский Чемпион потерял яйцо! -- сотрясение земли было настолько сильным, что Чанг навернулся, выронив свою добычу.


Дезориентированный парень не увидел как его противник стал разворачиваться, и не сумел увернуться от мощного удара хвостом, из-за которого Чанга отбросило метров на двадцать, весьма болезненно протащив по земле.


Судя по всему, помимо рваной кровоточащей раны на плече, у него было сломано несколько ребер или нечто похуже, потому что при попытке встать китайца буквально скрутило от боли. Ему пришлось лечь и попытаться немного залечить свои раны, надеясь, что дракон не станет преследовать обидчика.


Увы, ящер оказался злопамятным и потому решил добить наглого человечишку, посмевшего ответить огнем на огонь. Чангу пришлось обойтись фиксирующими и обезболивающими заклинаниями, и поскорее отпрыгнуть в сторону. Спустя миг в том самое место, где он лежал, приземлилась шеститонная туша дракона. Его когти погрузились в скалу, как в масло, подняв фонтан крошки.


Чанг, увидев, что ящер немного отдалился от гнезда, решил развить этот успех. Он начал яростно осыпать дракона огненными заклинаниями, при этом медленно пятясь назад. Бронебрюху эти чары были как комариные укусы, но они достаточно раздражали его, чтобы монстр последовал за ним, не прекращая попыток прихлопнуть его.


Таким образом они отдалились от кладки метров на сорок, и Чанг решил, что пора действовать. Подняв палочку и прокричав какое-то заклинание на китайском, он сделал ею несколько быстрых, но плавных, движений и выпустил из кончика артефакта длинную струю пламени. Она все удлинялась и ширилась, потом отрастила несколько отростков и стремительно развивалась пока не приняла форму огромного змеевидного Огненного дракона.


Бронебрюх принял его за настоящего и грозно заревел, готовясь к схватке не на жизнь, а на смерть. Наглый человечишка был полностью забыт, чего он, собственно, и добивался. Подчиняясь приказам китайца, пламенный дракон ответил ему оглушительным ревом испепеляющего пламени.


Серо-стальной ящер принял это за атаку и потому тут же бросился вперед, желаю схватить противника когтями и вцепиться зубами в шею. Естественно, никого схватить у него не получилось, когти просто прошли сквозь огонь. Огненный Змей в ответ тоже кинулся вперед и мгновенно обернулся кольцами вокруг Бронебрюха. Украинский дракон от этого взвизгнул от боли, его чешуя начала дымиться от длительного контакта с пламенем.


А Чанг между тем медленно обходил драконов по кругу, не спуская с них глаз. Между огненным змеем и палочкой Чемпиона продолжала существовать связь в виде тонкой нити пламени, и, судя по всему, именно благодаря ей парень контролировал свое создание.


Зрители и судьи смотрели на происходящее на Арене в почти полном безмолвии, пораженные видом схватки драконов. Бронебрюх не оставлял попыток освободиться из захвата своего пламенного противника. Но все было тщетно, лапы украинца просто проходили насквозь, не причиняя огненному магическому конструкту никакого вреда. Чешуя дракона горела все сильнее, и производила много дыма. К счастью для ящера, броня на брюхе и спине была достаточно толста, и поэтому ему не грозили серьезные ожоги.


Теперь уже никто не сомневался, что китайский чемпион победит. До заветного яйца, лежащего на дне гнезда, оставалось всего лишь каких-то десять метров. Но именно в этот момент судьба решила еще раз подшутить над Чангом.


Доведенный до бешенства Бронебрюх в попытке скинуть своего пламенного противника, начал кататься по земле. Это, конечно же, не давало никакого эффекта... до тех пор пока хвост ящера не разрубил ту красную нить, что тянулась от Чемпиона к его созданию. Это дало весьма неожиданный эффект...


Чанг потерял контроль над своим заклинанием. Но огненный дракон вовсе не исчез! Нет, вместо этого пламя будто сошло с ума. Магический конструкт стал быстро терять форму и разрастаться. Зрители раскрыв рты смотрели как огонь стремительно распространяется по Арене, принимая форму различных птиц и зверей, сжигая в прах даже камни на своем пути. Бронебрюх полностью потонул в беснующемся пламяни, и отчаянно ревел, горя заживо.


Чанг, естественно, заметил все это, и после секундного замешательства кинулся к гнезду. Достав золотое яйцо, он поспешил покинуть Арену, преследуемый по пятам диким пламенем в виде волков и львов. Те уже почти настигли его, когда парень, наконец, добежал до спасительного выхода из огороженной барьером Арены.


К счастью для него и зрителей волшебный барьер был достаточно мощный, чтобы сдержать Адское пламя (никто из взрослых волшебников уже не сомневался, что Чанг использовал китайский аналог именно этого заклинания). Но проблемы на этом не кончились, ведь на Арене остался дракон, поэтому огонь нужно было как-то потушить...


## Глава 13. Первый тур. Часть третья


Адское пламя было воистину ужаснейшем из огненных заклятий! Подобно обезумевшему демону, оно не потухнет, пока есть чему гореть, и его чрезвычайно трудно сбить. Этот печальный факт на своей собственной шкуре установили гоблины, когда во время предпоследнего их восстания волшебники запустили Адское пламя в их подземелье.


В данном случае "пищей" для огня являлся Украинский бронебрюхий дракон, который уже перестал яростно бороться, катаясь по земле, пытаясь сбить жгучее пламя, и теперь лишь жалобно ревел посреди Арены, смирившись со своей ужасной участью.


Каждый из пятиста пятидесяти зрителей сейчас искренне сочувствовал ему. Все были едины в своей надежде, что организаторы соревнований найдут способ спасти ящера. А это было весьма нетривиальной задачей. Было всего два надежных способа потушить Адское пламя: залить все большим количеством воды или откачать весь воздух. Но ничто из этого нельзя было сейчас применить. Иначе мог пострадать дракон. В воде он захлебнется, а без воздуха он задохнется. Поэтому спасатели были в панике, пытаясь придумать способ спасти ящера из пламени, и при этом не убить его.


Наконец, чья-то светлая голова додумалась использовать портключ, чтобы перенести дракона в безопасность его клетки. Зрители с интересом наблюдали, как профессор Дамблдор зачаровывает большой металлический обруч, чтобы пара драконологов на метлах пролетели с ним на Арену через маленькую дыру-отдушину в самом верху куполообразного барьера и сбросили его на дракона.


Едва портключ скрылся в пламени, как зрителей ослепила яркая вспышка, сообщившая о том, что дракон был успешно перемещен в его клетку, где команда драконологов должна была постараться сбить пламя и приступить к немедленному лечению полученных ящером ожогов.


Адское пламя, упустив добычу, будто живое взметнулось на десятки метров вверх, к отдушине. Видимо, под куполом закончился кислород, и Пламя стремилось к единственному его источнику. Огромный гриб огня успел выскользнуть из барьера, но был тут же обрезан, когда мадам Спеллман закрыла отверстие, окончательно изолировав бушующее пламя от поступлений воздуха.


После этого огонь, лишенный всяких источников подпитывать себя, начал постепенно съеживаться. Спустя пятнадцать долгих минут он окончательно исчез, открыв взору Арену, которая напоминала сейчас Помпеи после извержения Везувия. Земля была раскалена докрасна, и местами расплавилась до состояния лавы, которая медленно стекала в многочисленные углубления, образуя светящиеся золотом лужи. Под самым куполом скопилось большое черное облако, которое медленно оседало на землю в виде черных хлопьев из пепла.


Но на этом профессора не закончили. Неожиданно вперед вышли профессора Оголо, Да Сильва и Накамура и мадам Холт. Главы школ Уагаду и Неблина запрокинули голову и стали водить своим посохом и палочкой, будто рисуя на небе некую картину. Ко всеобщему изумлению это привело к тому, что поднялся ветер и в вышине стали собираться тучи, которые начали скручиваться, постепенно образуя настоящий смерч. А главы школ Махоутокоро и Мако сделали так, чтобы он устремился прямиком во вновь возникшее отверстие в куполе, и за считанные мгновения разогнал облако пепла, одновременно пролившись на раскаленную землю Арены мощнейшим ливнем.


Царивший до этого на поле вулканический ад стал на глазах превращаться в наглядную картину Земли на заре жизни. Лава постепенно застывала, и в многочисленных ямах стали образовываться лужи с кипящей водой.


Вскоре и они остыли, после чего мадам Медногорьева показала мастер-класс по терраформингу. Подчиняясь движениям ее палочки, почти гладкая поверхность Арены стала быстро принимать свой прежний вид: появились невысокие редкие скалы, от них откололись большие валуны и камни поменьше. Все это было нужно в качестве укрытий для Чемпионов, на случай если им понадобится спрятаться от драконьего пламени. Впрочем, до сих пор никто не воспользовался ими по назначению...


-- Невероятно! -- ошеломленно заявил Ли Джордан. -- Вот это магия! Вот это мощь! Это... у меня просто нет слов! Арена полностью готова к следующему выступлению! Но начнется оно не скоро. Судьям нужно выдать свои оценки. Интересно, что же они решат... Это займет некоторое время, поэтому мы... Мы пока устроим еще один большой перерыв!


Несмотря на то, что уже шел четвертый час соревнований, народ не стал возмущаться очередной долгой задержкой. Все понимали неординарность произошедших событий, и даже рады были перерыву -- так было больше времени на то, чтобы перемыть косточки китайскому Чемпиону.


Многие требовали призвать его к ответу за жестокость и необдуманное применение крайне опасного заклинания, классифицированного как "темное". Но конечно же находились и те, что оправдывали Чанга, упирая на то, что на кону была его жизнь и "все средства хороши". На это им справедливо отвечали, что остальные Чемпионы смогли выполнить задание Первого тура не калеча своего дракона, и не использовали для этого темную магию. Крыть было нечем...


Видимо, Ли Джордан тоже очень впечатлился недавними событиями. Иначе нельзя объяснить, что он забыл поставить ролик про следующего дракона, и спохватился лишь через семь минут. Смущенно извинившись, он включил запись про Индонезийского Чревовещателя.


Это был не очень крупный, сильно вытянутый в длину, что характерно для Востока, дракон, который в давние времена был широко распространен по всей южной Азии, от Индии до Китая. Но сейчас этот вид водился только на одном-единственном острове в Индонезии, который объявлен заповедником.


Особенностью этого почти трехтонного ящера было то, что, обитая в густых тропических джунглях, он, подобно хамелеону, мог менять свой окрас, идеально скрывая свое присутствие. И, кроме того, у него был весьма любопытный способ охоты, отраженный в названии вида. Эти драконы были способны манипулировать своим голосом, как чревовещатели, заставляя предметы вокруг себя издавать различные звуки. Это может быть блеяние козленка, или крик обезьяны, и даже человеческий голос.


Последний факт принес много неприятностей американским войскам во время войны во Вьетнаме. Местные партизаны наловчились заманивать американцев в логова этих коварных ящеров. Из-за этого Министерством Магии США было принято решение уничтожить всех Чревовещателей, направив туда своих магов. К счастью, пацифистически настроенная общественность и защитники животных заставили правительство изменить свое решение, и драконов вывезли на тот самый островной заповедник...


Спустя десять минут после конца ролика, на табло, наконец, высветились оценки китайского чемпиона:


Профессор Дамблдор -- 5 баллов


Мадам Максим -- 3 балла


Профессор Каркаров -- 7 баллов


Мадам Спеллман -- 5 баллов


Мадам Медногорьева -- 5 баллов


Профессор Накамура -- 7 баллов


Профессор Оголо -- 6 баллов


Профессор Да Сильва -- 5 баллов


Мадам Холт -- 3 балла


Профессор Аль-Гази -- 7 баллов


Советник Фонг -- 10 баллов


Советник Бурсун -- 4 балла


Мистер Крауч -- 3 балла


Мистер Бэгмен -- 7 баллов


Итого: 77 баллов


-- Дамы и господа! Прошу внимания! -- попросил Бэгмен, вернувшись на свое место комментатора. -- Спасибо! Для начала, спешу вас обрадовать -- дракон будет жить, несмотря на то, что повреждения крайне тяжелые. Если бы не знаменитая защита Украинского Бронебрюха, то последствия были бы непоправимы. А так лечение займет довольно много времени, и драконологи полагают, что к лету ящера можно будут транспортировать обратно в румынский драконий заповедник. До тех пор дракон будет находиться в Хогвартсе, точнее, на этой самой Арене, и студенты получат прекрасную возможность изучить его на уроках Ухода за магическими существами...


Голос Людо потонул в поднявшемся на трибунах оживленном гвалте студентов Хогвартса, обрадовавшихся этой новости. Радовались даже те, кто никогда не брал уроков УЗМС, справедливо полагая, что смогут уговорить Хагрида провести для них внеклассное занятие. Поднявшаяся со своего места профессор МакГоннагалл, усилив свой голос Сонорусом, смогла призвать студентов дать комментатору продолжить:


-- Кхм... Спасибо, профессор, -- поблагодарил декана Гриффиндора Бэгмен. -- Теперь я могу пояснить вам оценки судей, которые вы можете видеть на табло. Большинство членов жюри осудило мистера Чанга за применение Адского огня, и потому оценки довольно невысоки. Кроме того, из-за жара лопнули все драконьи яйца, что тоже снижает оценку за выступление. В итоге китайский чемпион получает всего 77 баллов и занимает последнее место в нашем рейтинге...


Арена снова потонула в громком гвалте, который затих едва открылись драконьи ворота, впуская полусонного Индонезийского Чревовещателя. Резко встряхнув головой, прогоняя остатки сна, ящер пополз в сторону кладки с яйцами, но почему-то остановился в нескольких метрах от нее, среди небольшой груды камней. Аккуратно втиснувшись между ними, дракон улегся на брюхо и положил голову на землю, после чего стал медленно менять окрас своей чешуи...


-- Поразительно! -- воскликнул Бэгмен. -- Его действительно невозможно отличить от камней. Интересно, как же с этим справится наш следующий Чемпион? А вот и он! Дамы и господа, позвольте вам представить Чемпиона Салемского Университета Магии -- Джонатана Грэхема Грейстокка!


Старший брат Дейва появился на Арене под громкие аплодисменты зрителей. Он выглядел крайне сосредоточенным на предстоящей задачей, но все же поднял руку в ответном приветствии, приближаясь к границе безопасной зоны. С каждым шагом на его лице все больше проявлялось недоумение. Скорее всего, он не мог понять, куда подевался дракон.


После пары мгновений недоуменного разглядывания Арены в поисках большого огнедышащего ящера, Джон неожиданно услышал детский плач, доносящийся из-за большой груды камней. Это Чревовещатель решил применить свою обычную тактику.


Грейстокк, услышав плач, чуть было не бросился вперед на помощь, но быстро спохватился, здраво рассудив, что никто не позволил бы ребенку находиться на Арене. Хмыкнув, американец взмахнул палочкой, и из нее вылетела маленькая канарейка. Та быстро облетела всю Арену без каких-либо последствий. Ящер не обращал внимание на всякую мелочь. Поэтому в следующий раз Джон отправил зайца, который тоже показался дракону слишком мелкой добычей, а затем и небольшого кабанчика.


Вот последний уже сумел привлечь внимание скрывающегося монстра. Детский плач прекратился, сменившись на визг раненого порося. Несмотря на искусственное происхождение, свин Джона имел инстинкты, и потому тут же бросилась на помощь детенышу и...


-- Фуу! Ну и гадость! -- не удержался от восклицания Бэгмен, глядя, как хряк медленно разлагается под действием какой-то желтовато-зеленой жижи. -- Что это такое? Кислота?


-- Нет, сэр, -- ответил Ли. -- Чревовещатель не умеет дышать огнем. У него есть специальная железа в горле, которая вырабатывает едкую... эмм... слюну. Вот ею он и плюется, чтобы убить и частично переварить жертву. Он еще дает ей немного протухнуть, прежде чем съесть...


-- Фууу! Ли, можно же ведь было обойтись без последней подробности! Меня сейчас стошнит, -- Людо ощутимо позеленел. -- Если этот ящер не может дышать огнем, то почему он считается драконом? У него даже крылья не очень-то заметны... Он может летать?


-- Сэр, ящер не может летать, но хорошо плавает. И, хотя он не может дышать огнем, но его "слюна" хорошо воспламеняема. У него просто нет платины в зубах, с помощью которой драконы ката... катали... католически* воспламеняют вырабатываемый ими горючий газ...


Кабан уже пару минут как превратился обратно в камень, а Джон все также продолжал стоять на краю безопасной зоны, напряженно обдумывая свои дальнейшие действия. Тот плевок кислотой был настолько быстр, что Грейстокк просто не успел определить направление, из которого он прилетел. Поэтому нужно было придумать способ заставить дракона обнаружить себя.


Спустя пару минут Джон пришел к какому-то решению. Он снова применил трансфигурацию, превратив несколько камней в стаю волков. Эти звери были осторожнее своего предшественника, но все-таки недостаточно быстры, чтобы избежать смертельного попадания. Но в этот раз целей было много, поэтому американец успел заметить, что один из камней в груде рядом с кладкой еле заметно сдвигается, чтобы попасть по очередной мишени. Приглядевшись, Грейстокк понял, что это вовсе не камень, а голова дракона.


-- ...остался последний волк! -- вещал с трибуны Бэгмен. -- Да уж, "слюна" дракона это весьма неприятная штука. Разъедает даже камни! Интересно, что предпримет наш Чемпион, ведь теперь он знает, где его дракон.


-- Думаю, это будет что-то связанное с трансфигурацией, -- предположил Ли Джордан. -- Судя по всему, Джон предпочитает именно этот раздел магического искусства.


-- В самом деле... думаю, что ты прав, Ли! -- ответил Людо. -- Но я поставлю об заклад любимых флоббер-червей своего дядюшки, что наш американец не так прост, и может еще удивить нас неожиданным ходом... Глядите, он начинает!


Джон и в самом деле закончил придумывать план, и приступил к его реализации. Он начал методично превращать все камни на Арене в каменные статуи различных зверей, после чего анимировал их, подобно памятным Золотой Троице шахматным фигурам профессора Макгонагалл. Среди них были волки, львы, гепарды, кабаны, козлы и бараны, быки, и даже слон! Помимо каменных зверей Грейстокк отправил в бой целую тучу наколдованных птиц, которые буквально заполонили все воздушное пространство Арены, создавая видимость полнейшего хаоса.


Сперва дракон продолжал притворяться камнем, но видя, что статуи подбираются к яйцам, не выдержал и бросился их защищать. В ход пошли кислота, которая была не столь эффективна против каменных зверей, и когти, способные крушить статуи в крошки. Впрочем, последнее тоже не очень-то помогало ящеру -- разрушенные каменные звери на глазах вновь становились целыми.


-- Вау! -- восхитился Бэгмен. -- А парень не прост! Анимировать столько неодушевленных объектов и заставить их самовосстанавливаться. Насколько я знаю, с такими достижениями он ведь может претендовать на звание Мастера по трансфигурации.


-- А разве для этого не нужно несколько лет учиться у другого Мастера? -- поинтересовался Ли.


-- Вообще-то, да. Но бывали гении, которые еще в школе сумели добиться этого звания. Например, ваш декан, профессор Макгонагалл, по слухам, получила звание Мастера еще на шестом курсе Хогвартса! Училась и защищалась у Дамблдора! -- поведал Бэгмен, понизив голос, будто рассказывал старую сплетню в баре. -- А ваш профессор зельеварения... Постойте-ка, что происходит? Ли, ты что-нибудь видишь?


Пока Людо отвлекся на старые сплетни, Джон окружил себя тучей птиц. А когда они исчезли...


-- Куда он подевался? -- озвучил всех интересующий вопрос Ли Джордан, после чего тут же предположил: -- Может, он анимаг, и превратился в одну из птиц?


-- Возможно... -- ответил Бэгмен, пристально рассматривая всех пернатых на Арене. -- Все возможно! Сумел же Сириус Блэк еще в школе стать анимагом! Может, и наш американец изловчился повторить этот подвиг. Тем более, что они дружат...


-- Смотрите, сэр! -- воскликнул младший комментатор, указывая на слегка размытую фигуру, направляющуюся в сторону кладки с яйцами. -- Это дезиллюминационные чары! Джон стал невидимым.


-- Ты совершенно прав, Ли! Это точно дезиллюминационные чары, -- согласился с помощником Бэгмен. -- Когда применяющий быстро двигается, то становится видным его силуэт. Это серьезный недостаток этих чар, который почти отсутствует у мантий-невидимок.


Но не только зрители заметили силуэт Чемпиона. Дракон, который привык охотиться в густой чаще, имел невероятно острое зрение, слух и обоняние. Поэтому он прекрасно понял, что кто-то скрытно подбирается к его потомству, и это сильно его разозлило.


Яростно взревев, Чревовещатель бросился вперед, раскидывая каменных зверей. Некоторые из них не стали восстанавливаться, что говорило о выдыхающихся чарах анимации. Дракон быстро пересек расстояние до гнезда, и махнул когтистой лапой, сбивая невидимого вора с ног. От зрителей донеслись пронзительные крики ужаса.


От удара чары невидимости спали, и все увидели тяжело раненого Грейстокка. С распоротой грудной клеткой он неподвижно лежал в пятнадцати метрах от гнезда и не подавал признаков жизни. Но ящер все равно решил убедиться в смерти неприятеля, и возможно даже закусить им. Он медленно приблизился к парню, и внимательно принюхался, после чего окатил его с ног до головы своей "слюной". Труп чемпиона стал разлагаться на глазах, и с трибун снова донеслись крики ужаса.


Бэгмен от вида поверженного, быстро разлагающегося американца впал в ступор. На краю его сознания мелькала мысль, что нужно объявить о смерти Чемпиона, и срочно принять какие-то меры. Но все произошло так быстро, и выглядело так ужасно, что он был слишком шокирован, чтобы действовать. Неожиданно до его слуха, как сквозь вату, донесся голос Ли Джордана: -- Глядите! Вон там! У яиц!


Повернув туда взор, Людо увидел золотое яйцо, которое неподвижно висело в воздухе и стало потихоньку исчезать, будто истаивать в воздухе. Бэгмен тут же узнал дезиллюминационные чары. А это значило...


Что бы это не значило, но дракон увидел момент исчезновения яйца, принюхался, а затем рванул в погоню. Заметив это невидимка ускорился и стал виден как размытый силуэт. Он взмахнул палочкой, и лежавшие доселе останки статуй начали снова собираться вместе, превращаясь в фигуру огромного каменного мамонта. Дракон уже почти настиг Джона (а это наверняка был он), когда статуя древнего слона врезалась в него на всей скорости, с силой разогнавшегося поезда оттолкнув монстра на пару десятков метров назад.


Но Грейстокк не ушел безнаказанным! Самый кончик драконьего когтя успел полоснуть его по голени, отчего парень упал на все еще теплую от Адского огня землю, потеряв невидимость. Впрочем, ужасная боль в растерзанной ноге не остановила американского чемпиона. Истекая кровью, он начал медленно ползти в сторону границы безопасной зоны, которая была совсем недалеко...


-- Джонатан Грейстокк, Чемпион Салемского Университета Магии, успешно справился с заданием Первого тура, -- заявил Бэгмен, едва Джон пересек заветную границу безопасной зоны. К нему тут же подбежали колдомедики, которые тут же остановили кровотечение. -- Невероятно! Мы же собственными глазами видели, как он погиб. Интересно, как же он провернул этот трюк?


-- Эмм... Сэр, посмотрите на тело, -- посоветовал Ли, указав туда, где недавно лежал растерзанный "труп" американца. Сейчас же там находилась лишь куча камней, уложенных в форме человека.


-- Оу! Это много объясняет! Видимо, наш Чемпион обманул дракона, использовав в качестве наживки каменного голема, трансфигурированного в себя. Пока ящер отвлекался на растерзание статуи, Джон по-тихому подкрался к яйцам и захватил свою цель. -- высказал свою версию произошедшего Бэгмен. -- Как коварно! Как умно! Но лучше бы он так не делал. У нас ведь нервы не железные! -- с этими словами Людо снова ушел на совещание жюри...


***


-- Я скоро вернусь! -- горячо заявил Дэйв, целуя Асторию в щеку. Он хотел бы в губы, но их отношения, к его большому сожалению, еще не доросли до этого. -- Может, все-таки пойдешь со мной?


-- Беги уже! Помфри меня все равно не впустит, -- отвечала девушка. Ей тоже не хотелось расставаться, но она понимала правоту собственных слов. И, кроме того, ей было о чем подумать в одиночестве.


Обреченно вздохнув, Грейстокк-младший убежал догонять родителей, которые спешили проведать старшего сына в палате колдомедиков. Младшая Гринграсс грустно смотрела ему вслед. Она и не заметила, когда привязалась к парню, отношения с которым изначально воспринимала как игру...


-- Как всегда, по твоим глазам можно прочитать настоящую историю, -- неожиданно послышалось сбоку. Астория повернула голову и увидела свою старшую сестру, Дафну. -- Мне почему-то кажется, что ты грустишь вовсе не из-за травмы Джона. Я права, Стори? -- спросила она, усаживаясь на место Дэйва.


-- Да, ты права... -- ответила младшая из сестер Гринграсс, после взглянула на родителей, которые сидели в трех рядах позади и пятнадцати метрах сбоку от нее. Рядом с ними были два пустых места, где недавно сидели старшие Грейстокки.


-- Ты гадаешь, о чем они говорили? Беспокоишься, не обсуждали ли твою помолвку с Дэйвом? -- предположила Дафна. Астория ничего не ответила, пристально разглядывая свои ногти, но легкий румянец на щеках выдал ее с головой.


-- Тебе не о чем беспокоиться, Стори! -- мягко и успокаивающе сказала старшая Гринграсс, взяв сестру за руку. - Ну, сама подумай, можно ли в таком месте обсуждать такие вопросы? -- Астория покрепче стиснула руку сестры и отрицательно замотала головой. -- Вот видишь, твои опасения совершенно беспочвенны!


-- Но... Отец говорил, что пора нам подыскивать женихов! -- не согласилась Астория. -- Помнишь ту кучу предложений о помолвке от Лордов-Пожирателей. Бррр, как представлю себя замужем за Малфоем или Ноттом, или... о ужас... Крэббом!


-- Папа отклонил все эти предложения, и ты об этом знаешь! Он дал нам обещание, что мы сами выберем себе мужей. С чего бы ему нарушать его? -- ответила Дафна. Астория неожиданно развернулась и твердо посмотрела сестре в глаза.


-- Ты слышала? -- спросила она. Ледяная королева Слизерина каким-то образом поняла, что подразумевает ее сестренка, и прикрыла глаза в знак подтверждения. На змеином факультете с начала года ходили слухи о том, что Темный Лорд возвращается.


-- Ты боишься, что отцу сделают предложение, от которого он не сможет отказаться? -- спросила Дафна. -- Что кроме верности Сама-Знаешь-Кому от него потребуют нас? -- Астория кивнула. -- Или... ты думаешь, что папа попытается заручиться поддержкой Дамблдора... заключит с ним союз с помощью твоего и Дэйва брака? -- на каждое предположение сестры Астория отвечала кивком.


-- Все это очень вероятно... -- согласилась Дафна. -- Но в последнем случае я не очень понимаю твоих опасений. Ты не любишь Дэйва? Он тебя чем-то не устраивает, как жених?


-- Нет-нет! .. Я... я... я запуталась! -- младшая Гринграсс чуть ли не плакала. -- Дэйв замечательный парень. Я рада, что мы стали встречаться... Хоть сперва я и воспринимала наши отношения как забавную игру, но... я не заметила, когда перестала играть! -- призналась смущенная и растерянная Астория. -- Все так быстро изменилось... и это... это пугает...


-- Понятно... -- тихо ответила Дафна. -- Ты боишься, что помолвка еще больше "осерьезнит" ваши с Дэйвом отношения? Что он... начнет распускать руки? -- от последнего предположения Стори густо покраснела, но ничего не сказала. Даф в ответ лишь тихо рассмеялась.


-- Что? -- обиженно спросила младшая Гринграсс. -- Вспомни кто его лучший друг!


-- Ну, в чем-то ты права, Стори... -- успокоившись, ответила старшая. -- Парня более озабоченного сексом, чем Джо, я еще не встречала, -- тут уже обе девушки рассмеялись. - Но, не думаю, что Дэйв такой же извращенец, как Блэк. Обрати внимание на то, как он к тебе относится, -- Астория недоуменно посмотрела на сестру. -- Он восхищается твоей красотой и стремится защищать тебя...


-- Защищать? -- лицо младшей стало еще более недоуменным.


-- Да, у Дэйва настоящая потребность кого-то защищать, почти "комплекс героя". Не удивлюсь если и розыгрышами он занялся только из-за друга и желания как-то наказать парней, которые обижали девочек в их бывшей школе. Я бы предположила, что он в детстве начитался рыцарских романов и теперь воспринимает тебя, как свою "даму сердца".


-- Но..., но от кого он меня защищает? Мне же никто не угрожает! -- спросила Астория. Дафна снова не удержалась от смешка.


-- Похоже, ты чуть более влюблена чем думаешь. Ничего вокруг не замечаешь! -- младшая из сестер от таких слов насупилась. -- И не обижайся, это правда. Но, возвращаясь к твоему вопросу, ты когда-нибудь замечала как на тебя смотрит Нотт? Или другие парни с нашего факультета?


Астория задумалась, пытаясь вспомнить выражения лиц однофакультетников мужского пола за завтраком сегодня. Получалось не очень, т.к. девушка не очень-то обращала на них внимание, смотря на Дэйва. Осознание этого заставило ее еще раз покраснеть.


-- Я так и думала, -- сокрушенно, будто у постели безнадежно больного человека, покачала головой Дафна. -- Ты в зеркало давно смотрелась? Тебе всего двенадцать лет, но ты так развита и красива, что на тебя обращают внимание парни постарше. Кроме того, не стоит забывать, что мы, Гринграссы, всегда были очень выгодной партией для брака. Все те, кто отчаялся заполучить Ледяную королеву, переключились на тебя, посчитав более доступной...


-- Ладно-ладно, я поняла! -- подавленно ответила Астория, которой было очень стыдно за свою слепоту и недальновидность. Каждый знал, что расслабляться на Слизерине нельзя ни в коем случае. А она настолько расслабилась, что позволила считать себя ценной дичью, за обладание которой парням можно устроить небольшую "охоту". - Так, значит, Дэйв все это время защищал меня от них?


-- Да, и я с Трейси и Блэйзом в этом ему помогали, -- призналась Дафна. -- Иначе Нотт давно бы сделал свой первый ход. Именно он главный соперник Дэйва за твою руку и сердце. Мы его сдерживали с начала года, чтобы он к тебе не лез в нашей гостиной.


-- Спасибо, -- ответила Астория, в очередной раз коря себя за глупость.


-- Все еще боишься, что Дэйв будет распускать руки? -- поинтересовалась Дафна.


-- Нет, -- ответила Астория. -- Мой рыцарь меня не тронет. "А я, как его "дама сердца", просто обязана быть осмотрительнее" -- добавила девушка про себя.


-- О, привет Дафна! -- донесся сзади голос вернувшегося Дэйва. -- А с Джоном все в порядке. Это чудище чуть ногу ему не оторвало, на лоскутке кожи все держалось. К счастью, снадобья Помфри творят чудеса! Они в момент прирастили его ногу обратно. Впрочем, немного полежать в медпункте Джону придется, попьет костерост... -- только сейчас он заметил напряженность во взгляде сестер Гринграсс. -- Эмм... что-то случилось?


-- Я, пожалуй, пойду, -- вместо ответа сказала Дафна, тепло улыбнувшись сестренке.


-- Все в порядке? -- спросил Дэйв, когда они остались одни (насколько это возможно, находясь посреди трибун, наполненных несколькими сотнями зрителей).


-- Как называется твоя любимая книга? -- неожиданно, вместо ответа, спросила Астория.


-- Ээм... Робин Гуд, -- ответил младший Грейстокк, недоумевая, откуда растут ноги у этого странного вопроса. -- Что-то не так? -- спросил он, увидев на лице своей девушки выражение удивления и... осознания.


-- Все просто замечательно! -- с улыбкой ответила Астория, обхватывая Дэйва руками вокруг шеи, и впервые целуя его губы...


***


В этот раз судьи удивительно быстро справились со своими обязанностями. Едва закончился ролик про очередного дракона, как на табло высветились оценки американского Чемпиона:


Профессор Дамблдор -- 10 баллов


Мадам Максим -- 10 баллов


Профессор Каркаров -- 6 баллов


Мадам Спеллман -- 10 баллов


Мадам Медногорьева -- 8 баллов


Профессор Накамура -- 8 баллов


Профессор Оголо -- 9 баллов


Профессор Да Сильва -- 10 баллов


Мадам Холт -- 10 баллов


Профессор Аль-Гази -- 6 баллов


Советник Фонг -- 7 баллов


Советник Бурсун -- 7 баллов


Мистер Крауч -- 9 баллов


Мистер Бэгмен -- 10 баллов


Итого: 120 баллов


-- ... И таким образом Джон Грейстокк на данный момент занимает первое место по общему количеству очков, -- комментировал решение жюри Бэгмен, сопровождая свои слова оглушительными апплодисментами, подавая всем пример. -- Очень надеюсь, что последующие выступления будут столь же хороши! Тем более, что следующим на Арену выхо-о-о-одит Ви-и-иктор Кра-а-ам!


В этот раз апплодисменты были столь громогласны, что не на шутку встревожили стоящего посреди Арены Китайского Огненного шара. Ближайший родственник Индонезийского Чревовещателя имел такую же, характерную только для дальневосточных драконов, удлиненную форму, но в остальном они резко различались.


Во-первых, он не подражал голосам, а его шкура не могла произвольно менять окрас, позволяя дракону сливаться с местностью. Она была насыщенно-красного цвета, которая на солнце ярко блестела золотом. Такими же золотыми были драконий гребень и широкий "венец" из множества рогов вокруг основания головы. Еще одной яркой особенностью являлись два длинных золотых уса, отходящих от верхней губы ящера. Их функция являлась давней загадкой, и многие исследователи полагали, что они нужны лишь для красоты.


Во-вторых, зубы Огненного шара имели в своем составе платину, и поэтому "слюна" дракона прекрасно загоралась на воздухе, выстреливаясь из пасти в виде больших огненных шаров, которые и дали название данному виду. В отличие от пламени остальных драконов, этот огонь был жидким, и, подобно напалму, цепко держался за свою жертву, и ни за что не хотел потухать, даже в воде.


Когда-то давно этот дракон обитал по всему Дальнему Востоку, за исключением разве что бассейна Амура, где жил другой, ныне уже вымерший, вид. Огненный шар считался священным драконом Китайской империи и вывоз его был строжайше запрещен. Их правительство даже построило самый первый заповедник, чтобы ограничить доступ иностранцев к дракоценным яйцам.


Китайская монополия на красную драконью кожу закончилась только к девятнадцатому веку, когда, по результатам Первой Опиумной войны, китайцы были вынуждены поделиться яйцами Огненного шара. С тех пор он распространился по миру, по различным драконьим заповедникам, где он, и его гибриды с другими драконами, активно "изучались" драконологами.


Встревоженный апплодисментами, Огненный шар тут же продемонстрировал свое уникальное умение, обстреляв трибуны со зрителями. Точнее, попытался это сделать, так как барьер вокруг Арены надежно укрыл людей от залпов жидкого пламени. Впрочем, народ все равно был очень впечатлен, и звуки апплодисментов утихли сами собой, как раз к появлению Чемпиона Дурмштранга.


Дракон тоже заметил болгарина, и поприветствовал его очередным огненным шаром, который разбился об участок, прикрывающий безопасную зону Арены. Виктор не стал тянуть резину и тут же ответил ему каким-то заклинанием в виде широкого красного луча, который ударил ящеру в глаза...


-- Вау! Это должно быть больно! -- прокомментировал Ли Джордан, глядя на то как ящер бесится от боли, круша все вокруг. -- Смотрите, половина яиц раздавлены! И где же золотое? Как же Крам выполнит задание? Он дисквалифицирован?


-- Не спеши, Ли! -- остановил своего помощника Бэгмен. -- На золотое яйцо наложены чары неразрушимости. Скорее всего, дракон вбил яйцо в землю или куда-то запнул его. Мистеру Краму придется постараться, чтобы его найти.


-- Ааа, ясно! Но за остальные яйца оценку же все равно снизят? -- спросил грифииндорец. -- Я имею в виду, Чангу же снизили! Хотя, у него ведь все яйца зажарились в Адском пламени, а тут половина уцелела!


-- Скорее всего... -- согласился Людо и тут же восторженно воскликнул: -- Какая дерзость! Похоже, что мистер Крам решил уподобиться легендарным рыцарям-драконоборцам! Использовать "Бомбарду" и "Конфринго", чтобы отогнать ящера подальше от кладки! Довольно смелый план! Посмотрим, что из этого выйдет!


Ослепленный дракон яростно ревел и плеваплся во все стороны огненными шарами. Они громко взрывались и оставляли в местах попадания большие лужицы жидкого пламени. Последнее очень мешало Виктору двигаться вперед. Чтобы не поджариться, болгарину приходилось делать короткие перебежки и уклоняться от раскаленных брызг драконьего "напалма".


-- Здорово! Дракон потихоньку отступает, -- продолжал комментировать происходящее Бэгмен. -- Но мистеру Краму стоит поспешить, ведь заклятие Конъюнктивитус, которое он использовал, действует не так долго!


Виктор тоже так считал, поэтому поспешил к освободившейся кладке. Ни от кого не ускользнуло его раздраженное выражение лица, когда болгарин убедился, что золотое яйцо было и в самом деле крепко вбито в твердь скалы.


А дракон, между тем, ослепленный и дезориентированный, ежесекундно ощущающий болезненные удары от человеческих заклинаний, и не думал прекращать бесноваться и бомбардировать все вокруг своим "напалмом". Скорее всего, ему казалось, что он окружен бесчисленными врагами и потому отбивался со всей яростью на какую был способен.


Но, когда Крам занялся яйцом и перестал осыпать ящера заклинаниями, тот слегка успокоился и пришел в себя, осознав, что боль в глазах уже не так сильно чувствуется. Временно ослепленный, дракон начал принюхиваться и прислушиваться, стараясь обнаружить своего обидчика. В этом ему очень помогали действия самого болгарина...


Пока Огненный шар приходил в себя, Виктор методично осыпал скалу теми же Бомбардами, медленно освобождая золотое яйцо от каменной породы. Последняя не очень-то спешила поддаваться. Закаленный в Адском пламени гранит оказался очень крепким орешком.


Неожиданно совсем рядом с Крамом пролетел огненный шар. Это дракон, ориентируясь по звуку от Бомбарды, продолжил играть в бешенного китайского артиллериста-гранатометчика. Если бы Виктор стоял прямо у кладки, снаряды ящера быстро нашли бы свою цель, но он стоял в стороне, чтобы не пострадать от каменной шрапнели. Впрочем, иногда болгарину все же приходилось уворачиваться от редких снарядов, пущенных в его сторону.


-- Ну и нервы! Не человек, а машина! -- восхитился Бэгмен, когда Крам отбил очередной огненный шар дракона с помощью некоего мощного заклинания-щита и тут же продолжил добывать золотое яйцо из скалы. Мало-помалу она все же поддавалась, и уже большая часть яйца тускло сверкала под неярким ноябрьским солнцем.


К несчастью для Виктора, именно в это время дракон осмелился открыть глаза и, судя по всему, все последствия Конъюнктивитуса уже прошли. Ящер пару раз моргнул внутренним веком, смывая лишнюю влагу, и тут же сфокусировал взгляд на источнике шума. И тут же взревел от ярости, так как картина того, как какой-то человечишка методично разрушает остатки его гнезда, дракону жутко на понравилась.


С другой стороны, болгарину очень повезло, так как именно в этот момент скала окончательно сдалась и выпустило золотое яйцо. Под действием взрывной волны от заклинания, оно подскочило вверх и упало недалеко от Крама...


-- Да!!! Он схватил яйцо!!! -- завопил на всю Арену Бэгмен, пока Виктор со всех ног бежал к границе безопасной зоны, двигаясь зигзагом, чтобы не попасть под один из пламенных снарядов китайского дракона. Последний плевался огнем как никогда, но не спешил бежать за "наглым человечишкой", так как со своими не очень длинными лапами был не очень приспособлен к быстрому бегу.


-- Ура!!! Чемпион Дурмштранга, Виктор Крам, успешно выполнил задание Первого тура!!! -- завопил Бэгмен, когда болгарин, наконец, добежал до безопасной зоны и с триумфом поднял золотое яйцо над головой. Апплодисменты зрителей сотрясли морозный воздух, как будто разбилось огромное зеркало.


Несмотря на то что Крам очевидно не получил никакиз серьезных ранений, к нему все равно кинулась пара колдомедиков. Немного поспорив, Виктор все же дал им увести себя в медицинскую палатку на обследование. Едва он скрылся, как Бэгмен еще раз поздравил его с успешным выполнением задания и поспешил к остальным судьям. Ли тут же включил следующий ролик с репортажем из-за кулисы, повествующий об очередной драконе.


Впрочем, мало кто обращал внимания на экран. Большинство зрителей было слишком увлечено обсуждением увиденного, и даже шуток Джинни Уизли или интересной информации о драконах было недостаточно, чтобы отвлечь их от этой пустой болтовни.


Как и в прошлый раз, судьи с оценками справились быстро, и их показали на экране:


Профессор Дамблдор -- 9 баллов


Мадам Максим -- 7 баллов


Профессор Каркаров -- 10 баллов


Мадам Спеллман -- 8 баллов


Мадам Медногорьева -- 8 баллов


Профессор Накамура -- 8 баллов


Профессор Оголо -- 8 баллов


Профессор Да Сильва -- 9 баллов


Мадам Холт -- 9 баллов


Профессор Аль-Гази -- 8 баллов


Советник Фонг -- 7 баллов


Советник Бурсун -- 7 баллов


Мистер Крауч -- 7 баллов


Мистер Бэгмен -- 9 баллов


Итого: 114 баллов


## Глава 14. Первый тур. Часть четвертая


Зашедшая на Арену Джейза Морион да Фариас очень удивилась обнаружив на ней густой лес, характерный скорее для Австралии, чем Шотландии. Невысокие изветвленные деревья, покрытые тонким слоем нежно-зеленого мха. Крона не очень плотная, поэтому солнечный свет легко проникает между ветвей, освещая густой ковер из опавшей листвы и редкие островки изумрудно-зеленой травы. Казалось бы -- райское местечко! Вот только никакой лес не бывает таким тихим, и девушке это не нравилось. Очень не нравилось!


Джейза подошла к границе барьера, которая не пускала лес за пределы Арены. Где-то там, в глубине, находилось золотое яйцо и дракон, который его охранял. И бразильянке требовалось как-то забрать первое, избежав столкновения со вторым. Девушке понадобилось лишь пара мгновений, чтобы принять форму маленькой птицы-колибри и полететь вглубь этого волшебного леса. Он никак не отреагировал. Не было ни звука, ни одного движения, будто само время... застыло.


Колибри пролетела совсем недалеко, до ближайшей ветки. Попыталась на нее сесть и... прошла насквозь. Девушка так удивилась, что непроизвольно вернула человеческую форму и упала вниз. К счастью, у самой земли она превратилась в большую черную дикую кошку. Отряхнувшись от листвы и встав на все четыре когтистые лапы, она хорошо принюхалась, прикрыв глаза.


Спустя несколько секунд она их широко раскрыла и тут же подскочила к одному из деревьев. Понюхав мшистый ствол, волшебница в облике пантеры, попыталась до него дотронуться, но ее лапа просто-напросто прошла насквозь. Чтобы окончательно убедиться в своих выводах, она прыгнула сквозь дерево и тут же превратилась в маленькую змейку.


К большому сожалению зрителей, они не могли видеть всего этого. Иллюзорный лес надежно скрывал все происходящее на Арене. Им приходилось довольствоваться общим пониманием ситуации и ждать развязки. А последняя могла стать очень... интригующей.


Крам сразился с последним драконом из Старого света. Нынешнего дракона можно было называть жителем Нового. Новозеландский Опаловый глаз был весьма необычным представителем семейства драконовых. Он отличался очень миролюбивым и тихим характером и практически никогда не нападал на людей. Хотя стычки были, и довольно часто.


До постройки драконьего заповедника в 1896 году, этот ящер был бичом новозеландских и иногда даже австралийских овцеводов. Кроме того, именно самцу этого вида приписывают вину за волну убийств кенгуру в начале 1970-х. Якобы один из них сумел сбежать и несколько лет скрываться в австралийской глубинке.


Многие сказали бы, что Опаловый глаз -- самый красивый из всех драконов. Этот ящер покрыт радужной чешуей с жемчужным отливом, а его сверкающие разноцветные глаза не имеют зрачков, отсюда и его название. Оставалось полнейшей загадкой, как он ими видит, и предназначены ли они для зрения вообще.


Дело в том, что именно опаловые глаза новозеландского дракона были его главным оружием. Они были способны создавать очень качественные оптические иллюзии, наподобие той, что сейчас видели на Арене. Поэтому ящер использовал их как для охоты, так и для защиты своего гнезда. Его излюбленной тактикой было залечь где-нибудь у водопоя и создать вокруг себя маскировочную иллюзию. А уж свои яйца они прятали очень надежно...


Джейза это тоже начала понимать. Передвигаясь в обличье змеи, она пыталась ориентироваться с помощью датчиков инфракрасного, расположенных между глазами и носом. Но земля после Адского пламени была до сих пор весьма теплой, и потому даже дракон был практически невидим на ее фоне, а уж о кладке с яйцами и говорить нечего.


-- Вау!!! -- воскликнул Бэгмен, когда бразильянка неожиданно взлетела в небо. -- ОНА АНГЕЛ!!! ОНА САМЫЙ НАСТОЯЩИЙ АНГЕЛ!!! -- в экстазе кричал он, глядя на то как девушка зависла под самой верхушкой купола барьера, размахивая белоснежными крыльями.


Джейза на эти восклицания комментатора лишь улыбнулась, помахала зрителям рукой и отправила им воздушный поцелуй. После этого она направила свою волшебную палочку вниз и отправила туда телесного патронуса в виде райской птицы. Последний был столь ярок, что без труда просвечивал сквозь иллюзорные листья и ветки. Поэтому зрители, наконец, смогли увидеть хоть что-то.


Тут же стало ясно зачем девушка так поступила. Опаловый глаз засек нечто чужеродное в пределах досягаемости и раскрыл свое местонахождение, попытавшись сожрать патронус. Конечно же у него ничего не получилось, светящаяся райская птица просто истаяла, как дым.


Чемпионка Неблины тут же воспользовалась моментом и пустила в дракона несколько взрывных заклинаний. Они не смогли серьезно повредить ящеру, но изрядно его напугали. Опаловый глаз попытался снова скрыться с помощью иллюзии, но Джейза уже прекрасно знала его местонахождение и не прекратила бросать вниз Бомбарды. Иллюзия просто не могла нормально установиться, поэтому ящер был прямо как на ладони.


Спустя минуту Опаловый глаз сдался и перестал поддерживать иллюзию. В результате, тут же стала видна кладка с яйцами. И Джейза не стала ждать. Она сложила крылья и ушла в крутое пике, чтобы позже изменить курс параллельно земле...


-- Она сделала это!!! Мисс да Фариас добыла золотое яйцо!!! -- радостно закричал Людо, когда девушка прямо на лету схватила свою цель. - Ой, это должно быть больно... -- дракон не стерпел подобной наглости и струей ярко-алого пламени сжег ангельские крылья бразильянки. К счастью, она успела перед падением превратиться в броненосца, и упругим мячиком покатиться в сторону границы барьера. В десяти метрах от кладки, девушка превратилась в кенгуру и, спрятав яйцо в сумке на животе, быстро попрыгала в сторону безопасности.


Опаловому глазу, который, даже несмотря на тяжелую цепь, был слишком медлительным, оставалось лишь злобно реветь, наблюдая как девушка-метаморф успешно уносит свою добычу. Не менее громкий рев издавали ликующие зрители.


Но они тут же заткнулись, увидев как чемпионка Неблины свалилась с ног, едва перепрыгнув границу барьера. К ней тут же подбежали колдомедики и, вернув ей человеческий облик, немедленно констатировали сильнейший ожог спины в области лопаток. Очевидно, сожженные крылья все-таки отразились на истинном облике девушки...


Как и раньше, после выступления очередного Чемпиона зрители тут же принялись за его обсуждение. И большинство сошлось на том, что она достойна оценки чуть ниже, чем у Патрика Оньянго, т.к. получила серьезную травму, но повыше, чем у Флер Делакур, за мастерское владение метаморфомагией. Хотя многие считали это ничуть не меньшим жульничеством, чем использование чар вейлы. Фактически, бразильянка не показала никакой впечатляющей магии, за исключением телесного патронуса.


Спустя десять минут жюри показало, что оно согласно с мнением остальных зрителей:


Профессор Дамблдор -- 10 баллов


Мадам Максим -- 9 баллов


Профессор Каркаров -- 5 баллов


Мадам Спеллман -- 8 баллов


Мадам Медногорьева -- 9 баллов


Профессор Накамура -- 8 баллов


Профессор Оголо -- 9 баллов


Профессор Да Сильва -- 10 баллов


Мадам Холт -- 9 баллов


Профессор Аль-Гази -- 5 баллов


Советник Фонг -- 7 баллов


Советник Бурсун -- 7 баллов


Мистер Крауч -- 9 баллов


Мистер Бэгмен -- 10 баллов


Итого: 115 баллов


***


-- Чарли, а почему над этим драконом в клетке идет дождь? -- спросила Джинни Уизли на экране. -- И почему у него нет крыльев?


-- А, это Тихоокеанский Синий Гребень. Он живет в море, под водой, поэтому крылья ему ни к чему, -- ответил Уизли номер два, начиная очередную лекцию. -- Русалы Океании называют его еще Зверем Тангароа. Последний -- это полинезийское морское божество. Согласно одной из их древних легенд, этот бог однажды прогневался и натравил на них ужасных чудовищ, дышащих синим пламенем, даже под водой. Подводный народ сражался с ними много лет и терпел огромные потери, пока не изобрел особый щит и оружие, способное поразить этого монстра.


-- Ого! -- восхитилась Джинни. -- И что это за щит? Как это оружие работает?


-- Ну, щитом является обычный барьер. Очень сильный, правда, -- ответил Чарли. -- А вот оружие представляет собой мощную тепловую пушку. Луч тепловой энергии настолько сконцентрирован, что способен поразить все, что угодно, а не только дракона, у которого шкура легко выдерживает температуру магмы, -- увидев недоумение сестренки, Уизли номер два пояснил. -- Синие гребни гнездятся у подводных вулканов. Их яйца чуть ли не в жерлах лежат.


-- Хмм, а как же драконологи присматривают за этими драконами? -- поинтересовалась младшая Уизли. -- Судя по всему, гнездятся они очень глубоко под водой. Да и контролировать их передвижения должно быть намного сложнее, чем у остальных...


-- Ты совершенно права, -- согласился с сестренкой Чарли. -- Следить за Синим гребнем было бы очень непросто... если бы это делали люди. Передвижение и размножение этого дракона контролируется русалами. Они же и получают всю прибыль от реализации кож и других органов ящера. Правительство Магической Океании не имеет к этому никакого отношения!


-- А эти драконы водятся только в Океании? -- спросила Джинни. -- Или они обитают и в других океанах?


-- Вообще-то этого дракона не просто так называют "Тихоокеанским", -- ответил Чарли. -- Ареал его обитания ограничен южной и центральной частью Тихого океана, вплоть до Японии, Гавайских островов и Калифорнии. Дело в том, что Синий гребень является высшим хищником, вершиной местной цепочки питания. А в других океанах существуют свои "ужасы глубин". В северных морях это Ермунганды, или морские змеи. В Южной и Центральной Атлантике владычествуют кракены -- гигантские осьминоги. В Средиземноморье и Индийском океане свирепствуют левиафаны -- огромные морские львы. Все они стараются не лезть на территории друг друга.


-- А каким образом они дышат огнем под водой? -- спросила Джинни уже порядком уставшего брата.


-- Никто не знает. Русалы не допускают исследователей в свои владения. Они вообще очень настороженно относятся к нам, живущим на поверхности. Я слышал, что у них когда-то даже были призывы устроить Великий Потоп, чтобы вообще не существовало суши. К счастью, людей, призывавших к такому, русалы объявили вне закона -- правительство подводного народа традиционно выступает за нейтралитет с жителями поверхности.


-- Вау! -- сказала Джинни, которая начала активно интересоваться политикой из-за профессиональных интересов. -- А конфликты когда-нибудь были?


-- Конечно же были, -- ответил Чарли. -- В конце прошлого века и в начале нынешнего был расцвет китобойного промысла. Но не только маглы вышли в море с гарпунами. Многие волшебники на зачарованных судах устраивали морскую охоту за уже упомянутыми мною "ужасами глубин". Популяции Синего гребня и других морских монстров сильно пострадали, что чуть не привело к полномасштабной войне с подводным народом. Но к счастью все обошлось. Очень помогли гибриды людей и русалов, которые выступили послами между конфликтующими сторонами.


-- Как интересно! -- заявила младшая Уизли. -- Нужно написать статью на эту тему. Думаю, Эрика Шервуд, Чемпион Университета Мако мне поможет. Она как раз потомок русалов... И она хочет стать океанологом! Возможно, что она знает, каким образом Синий гребень дышит огнем под водой...


Сидевший на трибунах Заккари Бэннет от этих слов рыжей журналистки еще крепче сжал перила ограждения. Недавно мимо него пробегал Джо Блэк, который сообщил ему имя следующего Чемпиона.


-- Тебе повезло, рыжая. Эрика хорошо знает, как эти твари дышат огнем... -- пробормотал он. -- Слишком хорошо... -- добавил парень, прекрасно понимая, что его девушка через несколько минут встретится со своим самым страшным кошмаром...


Ролик про дракона закончился, вместо него высветились оценки бразильянки, после чего ворота к драконьим клеткам снова открылись. Оттуда вышел ящер, который уместней смотрелся бы в кино про динозавров, вроде нашумевшего недавно Парка Юрского периода, чем на магической Арене.


У Тихоокеанского дракона были длинные и мощные задние лапы и хвост. Из-за этого он очень напоминал какого-нибудь раптора или тиранозавра. Вот только передние лапы тоже были довольно длинными, хоть и уступали значительно задним. Каждая конечность заканчивалась совершенно черными, острыми, как бритвы, когтями.


Такого же цвета была спина ящера и тыльные стороны лап и хвоста. А вот брюхо и соответствующие стороны конечностей имели светло-серый оттенок и на вид казались значительно мягче, чем мощная спинная броня с двумя большими ярко-синими роговыми наростами. Последние были всем, что осталось на месте крыльев. Между ними пролегал такого же цвета гребень, начинающийся от основания шеи и продолжающийся до середины хвоста...


Чемпионка Университета Мако, Эрика Шервуд, появилась на Арене с довольно заметным опозданием. Она выглядела настолько напуганной, что зрители всерьез обсуждали, не подумывала ли она об отказе от участия. Находились даже те, что были готовы освистать австралийку до ее выступления. Просто за трусость.


Наконец, девушка дошла до границы барьера. Достав палочку, она наколдовала вокруг себя большой, светящийся лиловым, пузырь, в котором взрослые волшебники (в том числе и старшекурсники) легко узнали заклинание Эбублио. От водяной тюрьмы Гермионы оно отличалось назначением. Если первое, что видно из названия, не позволяло человеку внутри выйти, то второе, наоборот, защищало от любого физического нападения снаружи. Впрочем, абсолютно все сомневались, что оно способно выдержать удар дракона.


Но тут Эрика всех удивила. Закончив создавать защитный пузырь, она начала заполнять его водой. Большинство зрителей забыло о ее не совсем человеческой природе. Поэтому, когда вода вытеснила весь воздух из пузыря, они очень удивились, что девушка не показывает признаков удушения. Зависнув ровно посередине, она легко дышала под водой.


Ящер тоже видел все ее манипуляции. Яростно сверкнув своими оранжевыми глазищами, он поднял голову и выпустил в небо узкую струю синего пламени. Ричарду Грейнджеру, не понаслышке знакомому с подводным плаваньем, показалось, что этот огонь очень напоминает пламя подводного факела. Стало ясно, каким образом оно горит в воде.


Эрика при виде синего пламени мелко задрожала, зажмурив глаза. Но спустя миг она снова их открыла и продолжила свои приготовления. Ровно посередине пузыря начала образовываться широкая ледяная полоса, которая чуть позже распалась на две равные части, соединенные перемычками. Зрители какое-то время гадали зачем эти полосы нужны, пока они вдруг не пришли в движение.


-- Ого! -- удивился Ли. -- Да это же колесо! Эта ледяная штука работает как колесо! -- высказал свою догадку он. И правда, со стороны трибун было не видно, но ледяные полосы были шероховатыми снаружи, и потому имели приличное сцепление с поверхностью Арены. Его было достаточно, чтобы пузырь начал медленно ехать вперед, быстро набирая скорость.


Подчиняясь воле девушки, пузырь направился прямо к кладке с яйцами. Очевидно, австралийка была достаточно уверена в крепости своей водяной брони, чтобы так безрассудно ехать напролом. И, как оказалось, у нее были все основания на это.


Синий гребень тут же накинулся на едущий в его сторону пузырь и сходу попытался его схватить и сжечь своим водостойким пламенем. Вот только огонь не смог пробить поверхность воды, перейти из одной среды в другую. Кроме того сказалось наполненность пузыря водой. Не будь ее, и он наверняка бы лопнул, не выдержав мощи драконьих лап.


Выдержав первый натиск, Эрика решила напасть самой. Ведь невозможно выиграть бой, только обороняясь! Подчиняясь ее воле, пузырь резко оброс длинными и острыми ледяными пиками, которые смогли немного ранить не ожидавшего подобного дракона. Взревев от боли, ящер отшатнулся от ледяного "ежа", чтобы в ту же секунду отшвырнуть его хвостом в другой конец Арены...


С ужасным грохотом ледяной шар австралийки врезался в барьер. От удара весь лед растрескался и осыпался вниз, на Арену. Через секунду за ним последовал и пузырь, содержащий в себе немного оглушенную Чемпионку. Видимо, ей все же хватило концентрации, чтобы сохранить водяной шар в целостности и использовать его как буфер. Иначе она бы не выжила после такого удара.


Оказавшись на земле, девушка некоторое время думала, после чего стала менять форму своей водяной брони. Пузырь стал постепенно сплющиваться в горизонтальной плоскости, параллельно земле, значительно снижая свой центр тяжести. Теперь у Синего гребня точно не получится так запросто отфутболить ее. Образовавшемуся подобию магловского танка не хватало только гусениц и пушки, что Эрика тут же быстро исправила.


Закончив с приготовлениями австралийка снова ринулась в бой. Подняв тучу ледяной крошки из-под гусениц (чисто чтобы пофорсить), ее танк быстро понесся навстречу дракону, на ходу стреляя большими ледяными снарядами, которые хоть и не ранили ящера, но жутко его раздражали. В конце концов он снова ринулся в бой, желая растерзать обидчицу на маленькие кусочки.


Но танк неожиданно круто изменил направление движения. Вместо того, чтобы продолжать идти на таран, он поехал вбок. Ящер недолго думая бросился вдогонку, совершенно забыв о кладке с яйцами. Именно это австралийской чемпионке и надо было! Сделав широкую дугу она снова направила свой танк к центру Арены, но дракон теперь был за ней и не мешал добраться до ее цели. Девушке нужно было лишь немного поднажать...


-- ДАААА!!! ОНА СДЕЛАЛА ЭТО!!! МИСС ШЕРВУД ЗАХВАТИЛА ЗОЛОТОЕ ЯЙЦО!!! -- закричал на всю Арену Бэгмен, после того как Эрика проехалась прямо поверх кладки и схватила свою цель. -- Теперь ей нужно лишь добраться до барьера!


Казалось бы успех у девушки в кармане. Австралийке нужно было лишь снова немного поднажать, увеличить скорость или просто сохранить имеющуюся. Но вот сил у чемпионки уже не осталось. Из ее носа неожиданно потекла кровь, что сигнализировало о близком магическом истощении. Водяной танк стал замедляться, и Синий Гребень сумел догнать его.


Повторилась та же ситуация, что и в начале выступления австралийской чемпионки. Дракон чуть ли не сидел на броне водяного танка и безуспешно пытался добраться до спрятавшейся за ней девушки. Ни пламя, ни когти не были способны преодолеть поверхность воды, многократно усиленной магией русалок.


Но долго так продолжаться не могло. Эрика все больше слабела и был недалек тот миг, когда ее магия больше не сможет поддерживать броню. И тогда случится именно то, чего она боялась с самого детства... Зверь Тангароа жестоко растерзает ее...


Чтобы этого не произошло, девушка сжалась в позу эмбриона и последними остатками выстрелила себя, как из пушки, в водяном ядре. Оно беспрепятственно вылетело из танка, пересекло оставшееся до барьера расстояние и пролетело его насквозь, чтобы тут же упасть на землю.


Более не поддерживаемая волшебством, вода немедленно потеряла форму шара и растеклась вокруг, оставив обессиленную девушку без своей защиты. Впрочем, она ей была уже не нужна. Эрика Шервуд, Чемпионка Университета Мако, полукровка морского народа, выполнила задание Первого тура и теперь была в полной безопасности...


***


Сириус с большим чувством облегчения вышел из туалета, и тут же столкнулся с появившейся, будто из ниоткуда, Ритой Скитер. Блэк поморщился, его чуткий нюх снова ощутил запах давленных клопов или какой-то другой гадостью, связанной с насекомыми, которыми вечно пахла это назойливая журналистка.


-- Аврор Блэк, не могли бы вы ответить на несколько моих вопросов? -- попросила она, мгновенно доставая свое любимое "прытко-пишущее перо". -- В частности, почему вас, мисс Тонкс и мистера Шэклболта откомандировали в школу, которая позиционирует себя как самое безопасное место во всей Британии? Разве что-то может угрожать ученикам? Мадам Боунс утверждает, что это просто предосторожность, но, учитывая произошедшее на Чемпионате мира, я не очень верю ее заявлению прессе.


-- Чему верить, а чему нет, это ваше дело, -- ответил ей Сириус. -- Лично я не верю ни одному твоему слову, Рита! -- добавил он, попытавшись пройти мимо нее.


-- Ооо, зато мои читатели очень даже верят. Да, у меня весьма одиозная репутация, но и у тебя не лучше, Сириус. Мажор, сорвиголова, бабник... совратитель несовершеннолетних девочек... -- последние слова Скитер произнесла особенно ехидно. -- До меня тут дошли слухи... про некую старшекурсницу Гриффиндора, Аврору Сноу... Говорят, вы очень близки...


-- Чего ты добиваешься, Рита? -- раздраженно спросил Блэк, отойдя подальше от туалетов, где было слишком много лишних ушей. -- На шантаж я не поведусь! Аврора совершеннолетняя девушка, и сама может решить, с кем ей спать!


-- Оу, так это правда?! Как... мило... Так и запишу, -- Рита с мерзкой интонацией зачитала только что написанный отрывок" "Лорд Блэк честно признался в своей преступной связи со школьницей -- гриффиндоркой Авророй Сноу. Необходимо спросить Главу Департамента Магического правопорядка, Амелию Боунс, как она могла откомандировать подобного монстра, не имеющего ни стыда, ни совести, в школу Хогвартс. По официальной версии, он должен защищать учеников от неведомой угрозы, но лично мне кажется, что единственной угрозой для наших невинных детей является необузданное либидо аврора Блэка...". Сразу предупреждаю, мой фотограф следит за нами, поэтому не пытайся воспользоваться Обливиэйтом, -- добавила Скитер.


Чем больше эта сволочь говорила, тем больше Сириус начал осознавать, как сильно он вляпался. Читатели не станут разбираться, является ли Аврора совершеннолетней, или нет. Их также не будет интересовать, что это не он совратил "невинную девушку", а главная блядь школы весело запрыгнула к нему в постель. В который раз Бродяга проклял свою кобелиную сущность, не способную пройти мимо течной сучки.


-- Чего ты хочешь, Рита? -- снова повторил Блэк, стиснув кулаки.


-- Я? Всего лишь информацию. Этот же, все-таки, мой хлеб! -- ответила журналистка.


-- И что ты хочешь знать? Зачем в Хогвартсе авроры? -- предположил Сириус. Скитер, гаденько ухмыльнувшись, кивнула. -- Ты была права. Мадам Боунс не хочет повторения ситуаций, вроде той, что случилась на Чемпионате мира.


-- Не нужно считать меня дурой, Блэк! Оставь эти сказочки кому-то другому! Назови мне настоящую причину! -- потребовала Рита.


-- А ты уверена, что хочешь знать? -- вкрадчиво спросил Сириус. "Многие твои покровители очень не хотели бы распространения этой информации. За одно лишь обладание ею, тебя могут захотеть ликвидировать. Трижды подумай, готова ли ты рискнуть, -- Скитер слегка побледнела, но твердо настояла на своем. -- Темные метки, Рита. Они темнеют. Последователи Волдеморта в ужасе. Они боятся, что их повелитель скоро вернется... и покарает всех тех, кто отказался от него в восемьдесят первом, когда он исчез. Поэтому Люциус и его дружки вынуждены устраивать различные мелкие террористические акты, чтобы показать свою лояльность. Понимаешь теперь, зачем мы здесь?


-- Но это же смешно! С чего бы им устраивать террор в Хогвартсе, где учатся их собственные дети? -- голос Скитер был полон скепсиса. -- Ты опять что-то недоговариваешь! Отвечай, и немедленно! Иначе вся Британия точно узнают о твоей "маленьких интрижке"!


-- Прежде, чем я отвечу, мне хотелось бы прояснить один момент, -- после минуты раздумий сказал Сириус. -- Ты понимаешь, что ничего из этого не может быть напечатанным в газете. Твои же покровители прихлопнут тебя, попади туда хоть слово... Впрочем, если хочешь, можешь сама рассказать им то, что я тебе сейчас поведаю... -- Бродяга еще пару минут помолчал, размышляя о том, правильно ли то, что он сейчас собирался сделать. -- В конце прошлого года было произнесено пророчество... истинное пророчество. В нем говорилось о том, что слуга Темного лорда обретет свободу и попытается вернуть своему Хозяину могущество. Это ему удастся, и тогда Волдеморт вернется, ужасней и сильнее, чем когда-либо. Мадам Боунс и Дамблдор уверены, что "слугой" был Петтигрю, который сбежал в ту самую ночь, когда было дано пророчество.


-- Но это не объясняет, что в Хогвартсе делают авроры! -- продолжила допытываться уже весьма бледная Скитер. -- Есть что-то еще! Что, или кто, может быть таким важным, чтобы школу усилили боевым отрядом? -- тут Рита широко раскрыла глаза, очевидно догадавшись, кого на самом деле защищают. -- Это Поттер, не так ли? Он все-таки Избранный? -- Сириус лишь кивнул, подтверждая.


-- Есть еще одно пророчество? -- спросила Скитер после минуты раздумий. -- И в нем говорится, что лишь Поттер сможет уничтожить Темного Лорда, не так ли? Ты знаешь точный текст пророчества? -- неожиданно спросила она с маниакальным блеском в ее маленьких жучьих глазах, спрятанных за очками в броской оправе.


-- Пророчество есть..., но его полный текст я не знаю, -- твердо ответил Сириус, отчаянно желая, чтобы эта мерзавка ему поверила и доложила своим хозяевам. Пусть они сомневаются, стоит ли поддерживать Темного лорда, если его гибель уже заранее предсказана. -- Полный текст знает лишь Дамблдор, который слышал его в оригинале.


-- Хорошо... считай, что я тебе поверила, -- резко сказала Скитер, торопливо складывая перо и пергамент в сумочку. -- Доброго дня! -- добавила она, попытавшись протиснуться мимо Блэка к выходу из их закутка. Но он придержал ее за руку...


-- А. А. А... Рита, хитрая Рита... Неужели ты думаешь, что я отпущу тебя без всяких гарантий? -- насмешливо спросил Сириус, заталкивая женщину обратно. -- Мне нужно, чтобы об Авроре никто не узнал, и поэтому... Ты сейчас же дашь Непреложный обет!


-- Ха! Вот еще, обойдешься обычным обещанием молчания! -- ответила Скитер, сделав еще одну попытку уйти. Сириус не позволил. -- Отпусти, а то я закричу, -- прошипела она.


-- На здоровье! Я поставил заглушающие чары, -- спокойно ответил Блэк. -- Я ничему и никому не позволю помешать мне оставаться рядом с крестником! -- с нажимом сказал он, глядя в испуганные глаза Риты. -- Поэтому ты сейчас же дашь мне этот чертов Обет и можешь катиться на все четыре стороны...


***


Когда Сириус вернулся на свое место среди зрителей, на табло уже высветили оценки австралийской чемпионки:


Профессор Дамблдор -- 10 баллов


Мадам Максим -- 9 баллов


Профессор Каркаров -- 5 баллов


Мадам Спеллман -- 9 баллов


Мадам Медногорьева -- 8 баллов


Профессор Накамура -- 8 баллов


Профессор Оголо -- 9 баллов


Профессор Да Сильва -- 9 баллов


Профессор Холт -- 10 баллов


Профессор Аль-Гази -- 4 баллов


Советник Фонг -- 7 баллов


Советник Бурсун -- 7 баллов


Мистер Крауч -- 8 баллов


Мистер Бэгмен -- 10 баллов


Итого: 113 баллов


-- ...И таким образом мисс Шервуд занимает пятое место в нашем общем зачете! -- комментировал решение судей Бэгмен. Пока он это делал, на Арене открылись ворота, впуская очередного огнедышащего ящера.


На этот раз это был Перуанский Змеезуб. Этот сравнительно небольшой, скорее даже миниатюрный (всего четыре метра в длину и полтора в высоту), дракон медного цвета с черными отметинами на спине и гребне был самым быстрым среди своих сородичей. И, что самое неприятное, он славился своим людоедством. Эти ящеры в конце девятнадцатого века настолько распоясались, поедая жителей Анд, что Международной Конфедерации Магов пришлось отправить туда специальную группу, дабы снизить численность их популяции.


Кроме того, упорно ходили слухи, что данный вид был источником страшного заболевания, имевшего в магическом мире ту же славу, что и бубонная чума у маглов. И последние исследования ученых, историков волшебной медицины, подтверждали, что да, Драконья оспа действительно пришла в Старый свет из Нового.


Первое упоминание заболевания было в 1535 году, в записях одного доминиканского монаха. Сам он волшебником не был, но по долгу службы тесно общался с перуанскими магами. Он описал симптомы, наблюдавшиеся у пятнадцатилетнего сына местного вождя: "...мальчик покрылся зелено-фиолетовой сыпью... из ноздрей при чихании вылетали искры, как у маленьких детенышей этих богомерзких тварей -- драконов...".


После этого начался буквально девятый вал сообщений о новом заболевании с похожими симптомами. Волшебники Старого света умирали пачками! Тогда же и заметили интересную закономерность -- взрослые маги не выживали почти никогда, а вот дети переносили заболевание сравнительно легко. Поэтому, когда первая эпидемия закончилась, почти никто не удивился, что на одного взрослого волшебника приходилось по десять, или даже пятнадцать, детей.


Тогда же начались и первые проблемы с маглами. Дети-волшебники остались без присмотра и очень часто попадали в неприятные ситуации из-за спонтанных выбросов магии или собственной дурости. Ведь чистокровные и полукровки тоже остались беспризорниками, и им приходилось как-то выживать, выполняя работу взрослых. Но знаний-то им не хватало!


Вот такие вот недоучки и вызвали то, что позже назовут "Охотой на ведьм". Маглы, настрадавшиеся от ошибок и проказ молодых да горячих беспризорников, взялись за вилы. Если бы не Министерства Магии, которые были хоть и обескровленными, но все еще функционирующими, и некоторые известные маги, вроде Николаса Фламели, Парацельса и других, то последствия были бы намного катастрофичнее.


Впрочем, все, что им удалось, это загнать всех способных к магии детей в школы волшебства. И то, далеко не всех маглорожденных и полукровок удалось вовремя обнаружить и изъять из опасного окружения. А что касается образованных и взрослых магов, то они легко избегали судов линча и костров инквизиции, о чем и говорится в современных учебниках...


Заболевание еще не раз показывало свое уродливое зеленое лицо, но последствия были уже не столь катастрофичными. А в 1585 году, ровно через пятьдесят лет после первого упоминания, появилось первое, и пока единственное, лекарство от Драконьей оспы, открытое Ганхильдой из Гросмура. Оно не было суперэффективным, волшебники старше пятидесяти лет все равно умирали. Но все, кто был младше этого возраста, стабильно излечивались...


Последний факт должен был быть особенно приятным для Шизуки Ватанабэ, которой во время жеребьевки попался именно Перуанский змеезуб. Она появилась на Арене под не меньшие овации, чем Крам, и была столь же сосредоточенной, показывая яркий пример настоящего самурайского духа. С каменным лицом она переступила границу барьера, оказавшись во временных владениях дракона.


Последний, кстати, тоже заметил японку и злобно оскалился по-змеиному, предвкушая кровавое пиршество. Видимо, эти ящеры стали людоедами уже даже на генетическом уровне. Иначе никак не объяснить то вожделение, с которым он смотрел на девушку.


Низко пригнувшись, дракон начал медленно подкрадываться к своей "жертве", смотря ей в глаза, будто гипнотизируя ее. А Шизука почему-то не шевелилась, стояла, как вкопанная, и чего-то ждала. Подкравшись к девушке на расстояние в пятнадцать метров, ящер резко атаковал, прыгнув вперед и прямо в полете расправил крылья. Он двигался так стремительно, что ужасная кончина японки казалась неизбежной...


Но все обернулось ровно наоборот. Ватанабэ резко взмахнула своей палочкой и тут же поднялся сильнейший порыв ветра, который сумел сбить дракона с крыла. Его малый размер и легкость, что обеспечивали непревзойденную скорость, моментально обернулись самой ужасной слабостью. Ящер беспомощно свалился на землю, переломав себе крылья собственным невеликим весом. А Шизука не стала терять времени и быстро помчалась к золотому яйцу, помогая себе магией.


К несчастью, перуанец пришел в себя раньше, чем девушка успела завладеть яйцом. Молниеносно вскочив на все четыре лапы и не обращая внимание на чудовищную боль в сломанных крыльях, дракон тут же метнулся в погоню. Японка успела схватить свою цель и даже подпрыгнуть вверх, чтобы избежать удара, но ящер все равно успел довольно сильно поцарапать ее за ногу одним из своих длинных клыков.


Увы, яда в ране оказалось достаточно, чтобы приземлившаяся Ватанабэ тут же почувствовала небольшое головокружение. Мышечные нагрузки и учащенное сердцебиение сыграло с девушкой плохую шутку -- змеиный яд быстро распространялся по кровеносной системе и уже начал действовать на нервную. Стремясь ограничить его распространение, Шизука немедленно наколдовала себе жгут чуть выше раны...


-- Уууу... это должно быть больно, -- прокомментировал произошедшее Бэгмен. -- Одного моего знакомого тоже кусал Перуанский змеезуб. Он описывал ощущения весьма красочно: "Будто тысяча игл вонзились в каждый миллиметр твоей кожи... потом появился жар, который, как мне казалось, буквально плавил мои кости до состояния раскаленного металла, который медленно поднимается по твоим жилам..." -- по памяти процитировал Людо, стараясь точно передать интонацию своего знакомца. -- Бедняга! Он еще и Драконьей оспой заразился после этого...


Судя по болезненной гримасе на лице японки, Бэгмен правильно передал ощущения от яда перуанца. Но мешкать ей было нельзя, т.к. ящер снова пошел в наступление. Девушка взмахнула палочкой и снова создала чудовищный порыв ветра. На этот раз он был такой силы, что сумел оттолкнуть дракона на добрых тридцать метров. Перекувыркнувшись несколько раз, он врезался головой об один из валунов, что немного оглушило его. Это дало Шизуке время, чтобы начать осуществлять свой план спасения...


-- Это что, веер? -- удивленно спросил Ли, после того как японская чемпионка встала на только что наколдованную деревянно-бумажную конструкцию треугольной формы. Оно действительно очень напоминало веер. А уж если вспомнить, что девушка до этого момента использовала только магию воздуха... -- Вот это да! ОНА ЛЕТИТ!!! Она летит!!! -- закричал гриффиндорец-комментатор после еще одного взмаха палочкой от японки.


-- Согласен, Ли, -- это впечатляет! -- заявил Бэгмен. -- На метлах сам провел полжизни, на ковре-самолете тоже пару раз катался, даже о летающем автомобиле в новостях читал... Но вот, чтобы кто-то летал на веере! В первый раз вижу подобное! -- Людо был действительно впечатлен. -- Давай-те, мисс Ватанабэ, осталось совсем чуть-чуть!!! -- крикнул он, устав изображать из себя безучастного судью.


Через пару мгновений после крика Бэгмена, Шизука пересекла барьер и спокойно приземлилась посреди безопасной зоны. Она даже успела сделать несколько шагов к выходу, прежде чем упасть от действия распространившегося по организму яда...


Через пятнадцать минут на табло появились оценки японской чемпионки:


Профессор Дамблдор -- 10 баллов


Мадам Максим -- 9 баллов


Профессор Каркаров -- 7 баллов


Мадам Спеллман -- 9 баллов


Мадам Медногорьева -- 9 баллов


Профессор Накамура -- 10 баллов


Профессор Оголо -- 9 баллов


Профессор Да Сильва -- 10 баллов


Мадам Холт -- 9 баллов


Профессор Аль-Гази -- 7 баллов


Советник Фонг -- 4 баллов


Советник Бурсун -- 7 баллов


Мистер Крауч -- 9 баллов


Мистер Бэгмен -- 10 баллов


Итого: 117 баллов


## Глава 15. Немножко Гармонии


Гарри открыл глаза и увидел на своей груди голову мирно спящей Мионы. Ее горячее тело было тесно прижато к его боку, а нога закинута поверх его. Одна из ее рук лежала прямо поверх его мужского достоинства, отчего оно начало стремительно крепнуть. Поттеру нестерпимо захотелось разбудить любимую и повторить все то, что они проделывали перед сном. Но он сдержался... уж слишко спокойной выглядела девушка во сне.


"Пусть поспит..., " -- подумал гриффиндорец, любуясь ее умиротворенным личиком. "Она и так много волнуется в последнее время... Из-за меня..." -- снова принялся за самобичевание Поттер, вспоминая каким встревоженным, бледным, бывает лицо Гермионы в дневное время.


Она не говорила об этом, но Гарри понимал, чего она боится. Он и сам боялся того же... Нет, не гибели в лапах огнедышащего ящера..., а того, что смерть разлучит их навсегда. От одной только мысли об этом, гриффиндорцу хотелось рвать и метать... или проклясть того мерзавца, что положил его имя в кубок огня...


Поттер настолько погрузился в свои мрачные мысли, что непроизвольно напрягся. Рука парня еще теснее обернулась вокруг Гермионы, отчего она сонно застонала, начиная просыпаться. Через минуту ее глубокие карие глаза открылись и тут же встретились с любящим взором его изумрудных.


-- Доброе утро, милый! -- поздоровалась Миона, слегка приподнимаясь, чтобы поцеловать его. Гарри потянулся навстречу и тут же застонал ей в губы, когда ее рука машинально обхватила ствол его напрягшегося члена...


-- Доброе утро, -- ответил Поттер через тридцать минут, нависая над счастливой Грейнджер, медленно возвращавшейся из царства экстаза. Вместо ответа она снова клюнула его в губы и звонко расхохоталась, пытаясь уворачиваться от его ответных поцелуев. Делая это она повернула голову и увидела висящие на стене часы...


-- Гарри! Ты посмотри сколько времени! -- воскликнула девушка. -- Уже половина восьмого! Если мы не поспешим, то точно опаздаем на занятия!


-- В такой день могли бы и вовсе освободить от занятий... -- проворчал Поттер, откинувшись на подушке.


Гермиона, уже вставшая с постели и начавшая соблазнительно потягиваться, от этих слов резко повернулась и побледнела. Она совершенно забыла, что именно сегодня состоится Первый тур. Впрочем, это не удивительно -- Гарри своим напором в постели просто заставил ее об этом забыть.


-- Извини, Гарри... Если хочешь, мы можем все утро провести здесь, в Выручай-комнате, -- предложила Миона, присев обратно на кровать. -- Думаю, профессор МакГонагалл все поймет...


-- Нет уж, -- ответил Поттер. -- Как бы мне ни хотелось провести все утро с тобой в постели, но надолго нас не хватит... -- тут гриффиндорец ухмыльнулся, осознав двусмысленность собственных слов. -- Лучше пойдем на занятия, может они смогут хоть немного отвлечь нас от всех волнений... К тому же, если мы вообще не появимся, то наши друзья точно забеспокоятся.


Вместо ответа Миона наклонилась вперед и крепко поцеловала своего лежащего парня, после чего убежала в ванную, принимать душ. Гарри немного посомневался, стоит ли ему броситься за ней или приготовить любимой завтрак.


Поттер отлично знал, как Гермиона любит его стряпню, и потому частенько просил Винки принести немного ингридиентов с кухни. Та хоть и ворчала, что "благородному сэру" не стоит утруждать себя готовкой, но исправно носила все, что попросят...


На первый урок парочка все же опаздала. Миона отказалась есть завтрак в одиночестве и подождала пока Гарри помоется. А когда он вышел из душа с мокрыми волосами, то она все равно не очень торопилась идти на занятия. Завтракали они не спеша.


Как оказалось, Гермиона передумала идти на занятия, которые все равно не могли ничему их научить. Вместо этого она собралась на длительную прогулку куда-то вне школы. Вызвав Винки, Грейнджер попросила ее отнести записки профессору МакГонагалл, Сириусу и их друзьям, после чего дождаться ответных посланий от первых двух.


Гарри догадался, что таким образом она хотела оградить его от необходимости встречаться с людьми и отвечать на их глупые вопросы. И он был за это очень ей благодарен.


Вскоре вернулась Винки с двумя ответными записками. МакГонагалл разрешила им не ходить на сегодняшние занятия и ненадолго покинуть школу. А Сириус сообщил, что он и Тонкс будут ждать у Главных ворот. Бродяга также согласился подкинуть "голубков" до Эдинбурга и ненавязчиво приглядывать за их спонтанным свиданием...


В десять часов утра Гарри и Гермиона, одетые в магловскую одежду, уже неторопливо расхаживали по серой брусчатке Королевской мили -- главной туристической дороге столицы Шотландии. Начали они с Эдинбургского замка, что возвышался над городом. Со стороны крепость казалась совершенно неприступной. Настоящая Твердыня! А Поттер, кроме того, заметил ее небольшое сходство с Хогвартсом.


В ответ на это замечание, Грейнджер в который раз посоветовала ему почитать "Историю Хогвартса". В одной из глав говорилось о том, что волшебный замок много раз перестраивался, и образцами для этого многовекового процесса служили многие архитектурные шедевры Британии. От оригинального Хогвартса ныне остались только две башни Основателей, Большой зал и подземелия под ними. Все остальное добавилось намного позже.


Рассказав об этих фактах, Гермиона начала перечислять, что откуда взялось. А Гарри лишь задумчиво кивал, слушая лишь вполуха. Архитектура точно не входила в перечень его интересов. Зато Поттер любил историю (при условии, что рассказывал не Бинс), и поэтому привлек внимание девушки к гербу Шотландии, что висел над воротами. Уж очень сильно красный лев на золотом щите напоминал знамя Гриффиндора.


К сожалению, Миона не знала, какая связь объединяет королей Шотландии и род Гриффиндора. Она смогла лишь предположить, что некоторые монархи учились в Хогвартсе, и, вполне возможно, именно на алом факультете.


После замка был Каслхилл -- не очень широкая открытая площадка под крепостью, на которой располагались: трибуны, с которых зрители наблюдали за ежегодным парадом военных оркестров; церковь св. Джона -- знаменитый Хаб эдинбургских фестивалей; Шотландский центр наследия виски; и музей "Мир иллюзий или Камера Обскура". Последним местом очень заинтересовалась Гермиона, недавно занявшаяся изучением оптических иллюзий. Оторвав Поттера от дегустации виски, Грейнджер за каких-то двадцать минут рассмотрела всю коллекцию иллюзий и даже затащила парня в башню, в саму камеру-обскуру, где величественная панорама города отображалась на большом круглом столе.


После Каслхилла Королевская миля продолжилась в виде улицы Лаунмаркет. Когда-то на ней был обычный рынок, где торговали полотном. А ныне там расположились главные сувенирные магизины города. У парочки глаза разбегались от пестреющей повсюду шотландской клетки. Они медленно переходили от магазинчика к магазинчику, постепенно обзаводясь: клетчатыми шарфами гриффиндорской расцветки, соответствующими варежками и шапками.


Эти покупки были очень кстати, т.к. погода постепенно портилась. Небо пока еще было ясным, но ветер дул уже весьма ощутимо. И солнце почти не грело, что, в принципе, было совершенно нормальным для конца ноября.


Проходя мимо одного из магазинчиков, Гермиона заметила целую выставку шотландских килтов. Насмешливо сверкнув глазами, она предложила Гарри примерить один, но тот, ожидаемо, отказался. Вместо этого он приобрел большой шерстяной плед, в который они и завернулись вдвоем.


В настоящее время парочка шла по Хай-стрит. Миона читала свежекупленый буклет и громко сетовала на отсутствие маховика, из-за чего они были ограничены по времени. В Эдинбурге было столько всего интересного! Девушка негромко перечисляла: Шотландский национальный музей современного искусства, музей авторов, музей детства, Национальная портретная галерея, "Национальный музей Шотландии", часовня Росслин, информационный центр полиции Эдинбурга, национальный военный музей, королевская яхта "Британия", зоопарк... естественнонаучный музей "Наша динамическая Земля"!!!


Гарри буклетом почти не интересовался. Он собрался было глазеть на достопримечательности, но, в очередной раз посмотрев на читающую Грейнджер, ему в голову вдруг закралась шальная идейка. Пора было оторвать любимую оттчтения и немного повеселиться...


Аккуратно переставив руки под пледом, он тихонько пощекотал любимую за талию, отчего она заерзала, но не прекратила чтение. Тогда Поттер начал действовать настойчивее...


Негромко взвизгнув от дикой щекотки, Гермиона вырвалась из объятий смеющегося парня, после чего притворно-возмущенно уставилась на него. Но он и не думал устыдиться своего ребячества. Вместо этого он насмешливо продемонстрировал успешно уворованный у нее буклет и начал дразнить девушку, двигая книжицу из стороны в сторону, как рыбку перед кошкой.


Грейнджер тут же кинулась ее отбирать. Так начался их большой и веселый забег по всей площади Хай-стрит. То они метались между Верховными судами (гражданским и уголовным), расположенным напротив друг друга. То они пугали прохожих, носясь между памятников великих шотландцев у церкви/собора св. Джайлса -- центра шотландского пресвитерианства.


Пробежав мимо Адама Смита и Дэвида Юма, Гарри бросился к возвышающейся рядом высокой ступенчатой башне, посвященной великому Вальтеру Скотту. Этот монумент, пожалуй, был самым высоким памятником, построенным в честь писателя. Он был шестьдесят метров в высоту и каждый его уровень располагал собственной панорамной смотровой площадкой. Поттер забрался на последнюю и только там сдался на милость запыхавшейся от долгого бега Гермионе.


"Избиение" Поттера через минуту перешло в страстные поцелуи лохматой парочки. Им понадобилось минут десять, чтобы отлипнуть друг от друга и обратить внимание на открывшийся перед ними вид на город.


Взгляд Гарри тут же зацепился за высоченный памятник какому-то политику, некий крупный отель, за которым возвышался зеленый холм Калтонхилл и виднелись ребристые крыши местного вокзала. Оглянувшись обратно на замок, гриффиндорец увидел сады Принцес-стрит (Prince's street), где они с Гермионой начали свою прогулку.


Вдоволь полюбовавшись, парочка спустилась вниз и продолжила свою прогулку. Хай-стрит потихоньку сужался и перешел в следующую улицу -- Кэнонгейт. Гарри с удивлением воспринял факт, что название улицы происходит от Холирудского аббатства августинского ордена. Поттер совершенно не мог понять где связь между католическими монахами и воротами, оснащенными пушками. Увидев замешательство своего парня, Гермиона объяснила ему, что священнослужителей называют еще и "канонинками", от слова "канон". После этого она потащила его смотреть могилы уже виденных "в камне" известных шотландцев...


Неподалеку от кладбища, парочка встретила того самого работника Министерства, что контролировал прибытие болельщиков на Чемпионат мира -- Бэзила Робинсона. Он еще в килте был. Тот поведал, что в городе есть своя магическая улица. Правда, она была не торговая, как Косой переулок, а жилая. Там обитали некоторые известные шотландские магические семьи, вроде МакМилланов, Абботов или тех же Робинсонов.


Вход на волшебную улицу располагался в небольшом тупичке -- "Dunbar's close", в конце которого разбит садик. Если коснуться палочкой одного из кирпичей, то появятся кованые ворота с привратником, который спросит, зачем прибыли посетители -- обитатели Дунбар-стрит не любили непрошенных гостей. Если вспомнить террор Волдеморта против неприсоединившихся к нему чистокровных, то это было совершенно понятной предосторожностью.


По словам того же мистера Робинсона, в Эдинбурге была еще одна волшебная улица -- аналог Лютного переулка. Она располагалась под землей, в старых катакомбах, где еще сто лет назад селились различные отбросы общества. Даже сейчас эти туннели имели дурную славу, несмотря на регулярные экскурсии по ним.


Напоследок Гарри спросил, где же шотландские маги закупаются всем необходимым. Шотландец очень удивился этому вопросу и ответил: "Разумеется, в Хогсмиде!". Поттер слегка покраснел, понимая, что и сам мог бы догадаться...


Рапрощавшись с Бэзилом, парочка прошла через короткую Эбби-Стрэнд к Холирудскому дворцу -- шотландской резиденции британских монархов. По традиции королева должна была жить в нем хотя бы одну неделю в году. Гермиона просто горела энтузиазмом посмотреть этот памятник архитектуры.


Поэтому следующие полчаса они провели на экскурсии по дворцу. Им рассказали легенду о том, как шотландский король Давид I в одиннадцатом веке построил здесь монастырь. Потом поведали о том, как в 1501 году Джеймс I поставил рядом дворец. Показали покои его внучки -- королевы Марии, сто десять портретов шотландских королей...


В общем, в отличие от Мионы, Гарри немного заскучал. Ему было интереснее разглядывать изысканные дворцовые интерьеры, чем слушать гида (который оказался живым клоном профессора Бинса). Впрочем, на счастливую улыбку своей девушки ему смотреть было еще приятнее...


Королевский дворец они покинули в одиннадцать часов утра. До времени возвращения в Хогвартс было еще около часа, поэтому парочка решила посвятить его прогулке по Холирудскому парку, который был настоящим олицетворением природы Шотландии. В нем было множество холмов, плотин, долин, взгорий и утесов, а также огромное количество исторических и археологических памятников, дошедших до нас из глубины веков.


Через "парк" проходило множество весьма ухоженных тропинок. По ним без особого труда прохаживались туристы, влюбленные парочки и обычные горожане. Кроме того была окружная Королевская дорога, которая перекрывалась от транспорта по воскресениям. Немного посовещавшись, Гарри и Гермиона выбрали дорожку, ведущую к озеру святой Маргариты.


Путь их был весьма живописен, несмотря на осеннюю пору. Обширные лужайки зеленели травой, а деревья были прекрасны в своих рыже-золотых уборах. У озера многие отдыхающие устраивались прямо под ними, на теплых пледах, положенных поверх толстого ковра из опавших листьев.


Так же поступила и наша лохматая парочка. Устроившись у самой воды, они принялись прикармливать уточек и лебедей, бросая в воду кусочки хлеба. Точнее, кормила одна лишь Гермиона, Гарри же просто наслаждался окружающим его покоем и ощущением любимой девушки на своем плече.


К сожалению, эта идилия продолжалась недолго. Внимание Поттера привлек Сириус, который просто указал на часы, напоминая, что время их спонтанного свидания подходит к концу. Пора было возвращаться в замок, быстро обедать и направляться к Драконьей Арене.


Гарри тут же поник и тяжело вздохнул..., но после этого неожиданно улыбнулся. Гриффиндорец только сейчас осознал, что за четыре с лишним часа их прогулки он ни разу не вспомнил об ожидающем его Первом туре. И все это благодаря Гермионе!


Увлеченная кормлением уточек, девушка совершенно не заметила подаваемых Сириусом знаков, и потому очень удивилась, когда Гарри неожиданно вовлек ее в нежный, полный благодарности, поцелуй. Впрочем, это не помешало ей ответить с не меньшей глубиной чувств.


Тонкс, понимая, что эти подростки могут еще долго так сидеть и целоваться у всех на виду (при этом вызывая понимающие, ностальгические, улыбки у всего старшего поколения отдыхающих), решила вмешаться:


-- Эй, голубки! Мне неприятно это говорить, но пора возвращаться в школу. Или вы решили еще и обед пропустить?


-- А почему бы и нет? -- недовольно спросила Гермиона, прекращая поцелуй. -- Вот придем мы в Большой зал, а там Малфой... Он наверняка наговорит нам гадостей и испортит Гарри настроение перед Первым туром. Лучше здесь где-нибудь перекусить.


Поттер был с ней полностью согласен. Со всякими хорьками ему встречаться не хотелось, да и друзья все предупреждены, что они не появятся до выступлений Чемпионов.


-- Давай купим пару сэндвичей и продолжим прогулку? -- предложила Миона, улыбнувшись. -- Я слышала, что вон за теми развалинами старой часовни есть гора -- "Трон короля Артура". Заберемся на вершину? -- Гарри лишь кивнул и помог любимой встать.


Стараясь не обращать внимание на слегка офигевших авроров, Поттер и Грейнджер спокойно пересекли приозерный луг и купили себе обед в передвижном киоске, что разъезжал вокруг парка. С сэндвичами в руках они направились к тропинке, что вела мимо старой часовни вверх по склону. Она привела их к небольшому перевалу, за которым находилась небольшая безлесая долинка между двумя "хребтами".


Наверное, летом здесь было очень красиво. Наверняка, здесь цвел символ Шотландии -- чертополох. Возможно также: иван-чай, колокольчики и другие полевые цветы. Но сейчас, в эту довольно пасмурную погоду, холмы казались суровыми и неприветливыми.


Дорожка шла практически по дну и почти напрямую вела парочку к их цели -- "Трону Артура". Путь был на удивление легким -- в Хогвартсе склоны и то круче. Только в самом конце, под самой горой, дорога резко пошла вверх, да еще и завиляла зигзагом, протискиваясь между каменными кручами.


Зато на самой вершине открылся просто потрясающий вид! Ведь с "Троном Артура" возвышающимся над Эдинбургом на целых двести пятьдесят метров, не могла сравниться ни одна смотровая площадка. Город был как на ладони, даже море было видно...


Из-за этого Поттер почувствовал странное чувство эйфории. Будто он находится на не очень высокой горе, с которой даже Астрономическая башня могла сравниться, а на самой вершине мира. Гарри вдруг захотелось поделиться этим чувством с Гермионой, но повернувшись к ней он увидел, что это не нужно. Глядя в ее счастливые глаза, парень наклонился к ее губам...


Неожиданно облака немного расступились и в просветы хлынули солнечные лучи. Столпы света осветили различные части города, отчего он заиграл новыми красками, став еще более красивым. Один из лучей осветил и "Трон Артура" и стоящих на нем подростков. Но Гарри и Гермиона ничего не замечали -- они были слишком заняты поцелуем...


***


В палатку Чемпионов Гарри заходил в весьма приподнятом настроении. Даже относительно скорая встреча с драконом не могла омрачить его сияющую улыбку. Остальные участники Универсиады, глядя на нее, тоже немного приободрились, гадая при этом о причинах такого счастья.


Точнее, все прекрасно знали, что Поттер и Грейнджер решили куда-то исчезнуть на целый день. Этот факт вызвал бурные дискуссии во время завтрака. Друзья парочки отказывались что-либо говорить по этому поводу, поэтому каждый фантазировал в меру своей испорченности.


Например, Малфой громко предположил, что "Шрамоголовый", наконец, осознал, во что он ввязался, став Чемпионом Хогвартса, и теперь спешно пытается зачать наследника, с чем ему охотно помогает "грязнокровая подстилка Грейнджер".


Эти слова, особенно последние, хоть и принесли Драко так желаемое им внимание, но уж точно не вызвали к нему симпатии. Джо, Дейв и Рон даже в драку полезли, желая оторвать этому белобрысому гаду его мерзкий язык. К счастью, их перехватили по дороге к столу Слизерина, и все было хорошо, но Уизли в запале косвенно подтвердил слова Малфоя. По Большому залу тут же пошло шушуканье: "Грейнджер спит с Поттером, и уже давно".


Впрочем, об этой свежей сплетне Гарри еще не знал и потому чувствовал себя довольно счастливым.


-- Привет, Гарри! -- радостно воскликнул Бэгмен. -- Входи, входи! Чувствуй себя как дома! -- Людо был одет в старую мантию с чёрно-жёлтыми, как у осы, полосками. Толстый, весёлый, он выглядел карикатурой в окружении бледных, напряжённых чемпионов.


-- Итак, все в сборе. И я сейчас сообщу вам, что делать! -- бодро заявил Бэгмен. -- Когда зрители соберутся, я открою вот эту сумку. -- Он поднял небольшой мешочек из красного шёлка и потряс им. -- В ней копии тех, с кем вам предстоит сразиться. Все они разные. Каждый по очереди опустит руку и достанет, кого ему послала судьба. Ваша задача -- завладеть золотым яйцом.


Гарри огляделся. Большинство из его товарищей по несчастью облегченно выдохнули, узнав, что задача намного проще, чем им всем казалось. Впрочем, Джон все равно продолжил нервно ходить туда-сюда, Флер и Эрика были на грани обморока, а Патрик и Рейтан были неестественно бледны, если так можно сказать об их смуглой коже. Только Крам, Булгаков и Ватанабэ выглядели спокойными -- их волнение выдавали лишь напряженные позы и крепко стиснутые кулаки. А Искандер вообще сидел с закрытыми глазами и делал вид, что обращает внимания на происходящее вокруг.


Так они и сидели минут десять, пока не послышался топот множества ног. Зрители шли, шутя, смеясь, возбуждённо переговариваясь... Гарри невольно сравнил их с гражданами Древнего Рима, желавшими хлеба и зрелищ... Тем временем Бэгмен развязывал шёлковый мешочек.


-- Леди, прошу вас, -- объявил он, предлагая мешочек Флёр.


Она опустила внутрь руку и вынула крошечную точную модель валлийского зелёного с биркой номер один на шее. Вроде бы самый простой из вариантов, но Флер все равно стояла с видом осознанной обреченности.


Вторым выбирал Крам. Ему выпал китайский огненный шар с номером восемь. Крам не моргнул и глазом, просто смотрел под ноги. Третьим был Патрик, который вытащил сине-серого шведского тупорылого под номером два. Дракончик тут же начал биться своей булавоподобной головой о ладонь кенийца.


Четвертым выбирал Джон. Он вытащил Индонезийского Чревовещателя под номером семь. Тот мгновенно обернулся своим гибким телом вокруг пальца американца и начал ее сжимать, подобно удаву. Если бы не ситуация, это выглядело бы забавно.


Следующей в мешок залезла Джейза. Ей достался Новозеландский Опаловый глаз, который флегматично разлегся на ее ладони. Вот уж повезло, так повезло... За бразильянкой была очередь русского. Булгаков вытащил свирепую Венгерскую Хвосторогу под номером четыре.


Седьмым был Рейтан Суреш. Муж Падмы Патил вытащил из мешка Пустынного дракона-скорпиона под номером три, который тут же ужалил парня своим острым хвостом... За ним был Искандер Сирин, вытащивший из мешка Южноафриканского Костяного под номером пять.


Девятой вызвалась Шизука. Ей достался Перуанский ядозуб, который тоже не преминул покуситься на большой палец чемпиона, впившись в него своими змеиными зубами. Японка в ответ просто сжала руку, раздавив тело миниатюрного дракона. Его голова с биркой "одиннадцать" на шее тут же отпустила палец, дернулась... и безвольно обвисла...


Десятым Чемпионом, погрузившим руку в мешок, был Хи Чанг. Ему достался Украинский Бронебрюх -- серо-стальной дракон, который почти не уступал Хвостороге в сверепости, а в размерах даже превосходил. Впрочем, на руку Чемпиона он не покусился...


Следующей была очередь Эрики Шервуд. Девушка вытащила черно-серого бескрылого дракона с синим гребнем с биркой десять... и тут же выронила его, отшатнувшись в полнейшем ужасе. Австралийка смотрела на миниатюрную копию Тихоокеанского Синего гребня, как на самого дьявола во плоти, и мелко дрожала. Казалось, что она вот-вот расплачется, столько обреченности было в ее глазах...


Наконец, Бэгмен предоставил мешок Гарри. Поттер погрузил в него руку и вытащил довольно крупного дракона черного цвета с длинным рогом на голове, вся спина которого была покрыта мелкими шипами. В общем-то ящер не выглядел особенным, из-за чего гриффиндорец даже обрадовался, посчитав, что удача в этот раз на его стороне. Он так обрадовался своему везению, что нечаянно прослушал название дракона...


-- Ну вот! -- сказал Бэгмен. -- С этими драконами вам предстоит встретиться. На шее у дракона номер очереди. Всё ясно? Тогда вынужден вас оставить, я сегодня ещё и комментатор. Мисс Делакур, по свистку первой войдете в загон, ясно? Гарри, можно тебя на два слова?


-- Э-э... -- протянул Гарри и вышел из палатки вслед за Бэгменом. Тот отошёл за деревья и обратился к нему с отеческой заботой в голосе:


-- Как ты, Гарри? Могу я чем-то тебе помочь?


-- Что? -- не сразу понял Поттер. -- Нет. Ничем.


-- У тебя есть план действий? -- Бэгмен заговорщически понизил голос. -- Я хотел бы подкинуть тебе пару советов. -- Бэгмен понизил голос почти до шёпота. -- Ты младше всех, Гарри, я бы помог тебе, если, конечно...


-- Ни в коем случае, -- перебил Поттер и, чтобы смягчить свою грубость, добавил: -- Благодарю, я уже знаю, что делать.


-- Никто не узнает, Гарри, -- подмигнул Бэгмен.


-- Нет. Я чувствую себя прекрасно, -- ответил Поттер. -- У меня есть план действий, и не один...


Прозвучал свисток.


-- Боже! Мне пора бежать! -- спохватился Бэгмен и поспешил прочь. Гарри вернулся в палатку, а ему навстречу вышла ещё сильнее побледневшая Флер. Парень пожелал ей удачи...


Зайдя внутрь, гриффиндорец сел на одну из скамеек, и тут же почувствовал, как кто-то невидимый сел рядом и крепко обнял его. По тонкому цветочному запаху знакомого шампуня, Гарри тут же понял, кто это -- Миона! Поттер остро пожалел, что не может обнять ее в ответ.


Впрочем, некоторые Чемпионы все равно подозрительно косились в их сторону. Шизука так вообще подмигнула и тонко улыбнулась, ясно давая понять, что знает о присутствии гриффиндорки. Русский тоже явно был в курсе. Учуял он ее, что-ли? Характерные движения носом это вроде бы подтверждали...


"Может, он оборотень?" -- подумал Гарри, вспомнив о суперчувствительном нюхе Лунатика. -- "Или анимаг? Сириус тоже отлично все чует, даже не превращаясь..." -- припомнив рассказы Римуса о России, гриффиндорец пришел к выводу, что оба варианта равновероятны...


За размышлениями о таинственном русском, о котором практически ничего не было известно, Поттер как-то пропустил окончание выступления Флер и выход из палатки Патрика. Очнулся он только, когда сидящий рядом Рейтан Суреш, все это время монотонно бубнивший что-то себе под нос, встал и направился к выходу из палатки.


Гарри было обрадовался, что выступления проходят довольно быстро, но все оказалось далеко не так. Индус провел на Арене чуть ли не втрое бьше времени, чем кениец и, судя по испуганным крикам зрителей и Бэгмена, получил какую-то серьезную травму.


Следующие выступления тоже не отличались быстротой, если не считать Булгакова, который отстрелялся быстрее всех. Так Чемпионы, постепенно, один за одним, покидали палатку и больше не возвращались. И последнее все больше нервировало Поттера. Если бы Гарри имел хоть какие-нибудь сведения о судьбе "коллег", то он чувствовал бы себя намного лучше.


Но организаторы Универсиады посчитали, что Чемпионам не следует наблюдать за выступлениями друг друга, и поэтому им оставалось мучиться в неизвестности. Кроме этого их донимала банальная скука. Так Гарри просидел почти пять часов, прежде чем из палатки вышла Ватанабэ, чье выступление было предпоследним. Едва японка скрылась из виду, как Гермиона скинула мантию-невидимку, и Поттер, наконец, получил возможность обнять ее в ответ.


Девушка ощутимо дрожала и наверняка была очень бледной. Скорее всего она беспокоилась даже сильнее него. Но при этом она нашла в себе силы сдерживать свои слезы, чтобы не грузить его еще больше. Гарри, повинуясь сильному чувству благодарности, сжал ее еще крепче, зарывшись носом в ее густые волосы. Так они и стояли, пока Миона не перестала дрожать...


Когда парочка разомкнула свои объятия, Поттер убедился в своих подозрениях. Гермиона была бела, как мел, а в уголках глаз застыли небольшие слезинки. Нежно смахнув эти соленые капельки своими большими пальцами, Гарри поцеловал ее...


-- Все будет хорошо... -- тихо, но уверенно сказал Поттер, когда оторвался от ее мягких губ. Миона немного порозовела от объятий и поцелуя, но все еще очень беспокоилась. Гарри понял, что нужно предпринять что-нибудь еще. Увы, выбирать приходилось лишь между молчаливой поддержкой и романтичной и возвышенной речью, говорить которые он откровенно не умел и... боялся...


-- Я обещаю... Слышишь? ...Что бы со мной не происходило, где бы я ни был... я всегда буду возвращаться к тебе. Я хочу прожить жизнь рядом с тобой... Нет, не так... Ты моя жизнь, Миона!!! Ведь я уже не представляю своей жизни без тебя...


Девушка неожиданно замерла и широко раскрытыми глазами посмотрела ему в глаза, будто ища в них ответ на какой-то вопрос. Так как она все еще была тесно к нему прижата, то Гарри почувствовал, как бешено ускорилось ее сердцебиение. Сперва Поттер удивился такой ее реакции на его сбивчивую и  (на его взгляд) черезчур пафосную речь, но потом он представил, как она могла быть воспринята Гермионой, и тут же понял, на что он нечаянно намекнул.


Теперь сердце парня застучало не менее часто, чем у девушки. Он тут же взмок от волнения и страха, что все испортил. Но Миона не показывала признаков страха или даже... злости. Нет она смотрела все так же выжидающе... с надеждой? Осознав это, Поттер решил -- "будь, что будет!", и опустился перед ней на одно колено:


-- Гермиона Джин Грейнджер... Ты станешь моей женой? -- спросил он, держа ее за руку, и смотря ей прямо в глаза, которые начали стремительно увлажняться. И без того напуганный, Поттер аж похолодел внутри... -- Прости, я... я слишком... --, но говорить он уже не успел.


-- Да! -- сказала Миона, пока он не успел наговорить ненужных глупостей.


-- Что, да? -- переспросил Гарри, искренне недоумевая.


-- Я согласна! -- все так же непонятно ответила Грейнджер. Впрочем, парень ее понял и тут же переполнился чувством безграничного счастья.


-- Но почему же ты, тогда, плачешь? -- спросил он, поднимаясь с колена и снова обнимая девушку.


-- Это слезы счастья, дурачок! -- ответила Гермиона, счастливо улыбаясь. Гарри тут же завертел ее в своих объятиях по всей палатке, после чего снова приник к ее губам в самом долгом, за все время их отношений, поцелуе...


Спецвыпуск 1. Бой Поттера. "Я. НЕ. ПРОИГРАЮ!!!"


На бренную землю парочка вернулась лишь тогда, когда до них донесся громогласный рев торжествующих зрителей. Это означало, что Ватанабэ успешно справилась со своим драконом и очень скоро Поттеру прийдется встретиться со своим. Но никакой тревоги по этому поводу, ни Гарри, ни Гермиона, уже не ощущали. Уж слишком большим было их совместное счастье.


Впрочем, это не означает, что парочка отнеслась к предстоящему легкомысленно. Нет, еще раз коротко поцеловавшись, гриффиндорцы стали деловито проверять, все ли готово для осуществления их плана: куртка из драконьей кожи, доставшаяся от отца, была и так на нем (как надел утром, отправляясь на свидание, так и не снимал); палочка, конечно же, тоже была на месте; а вот самого главного элемента плана как раз и не было - световой меч остался в башне Гриффиндора. Гарри вызвал Добби, чтобы тот срочно принес ему его.


Домовик быстро принес артефакт, и Поттер на всякий случай проверил наличие и исправность в нем квириона. Этот кристалл был важным элементом их плана, так как должен был запитать рунную схему, которую Гарри собрался нарисовать мечом. Для этого парочка несколько дней сбрасывала в него всю имеющуюся у них магическую энергию. Они очень надеялись, что собранного хватит, для осуществления задуманного.


- Удачи тебе! - пожелала парню Гермиона, взяв световой меч и собираясь уходить. Ей пора было возвращаться на трибуны, к родителям. Во время боя с драконом она должна была поднять артефакт высоко в воздух, чтобы парень мог притянуть его заклинанием. Гарри еще раз напоследок ее обнял, и ответил:


- Спасибо! Передавай привет маме с папой, и успокой их там. Со мной все будет хорошо, обещаю! - Миона лишь кивнула. Поцеловав его напоследок, она нехотя направилась к выходу из палатки. - Я люблю тебя! - произнес Поттер, когда она обернулась у порога.


- Я люблю тебя сильнее! - заявила девушка в ответ. Ослепительно улыбнувшись ему на прощание, она оставила его одного...


Гарри ожидал, что его вот-вот позовут на Арену, но этого не произошло. Чертыхнувшись, гриффиндорец сел обратно на скамейку. Свисток, сообщавший о том, что следующему Чемпиону пора на выход, прозвенел только через пять минут, показавшиеся парню целой вечностью. Под звуки еще одного торжествующего рева зрителей, которым объвили оценки японки, Гарри твердым шагом направился к выходу, чувствуя непоколебимую решимость. Он не имел права проиграть!


Выйдя из палатки, Поттер прошелся по небольшой тенистой аллее и вскоре очутился на Арене. Зрители тут же приветствовали его восторженными криками, отчего у парня чуть полегчало на душе. В кои-то веки остальные ученики школы полностью его поддерживали.


Парень только сейчас осознал, что подсознательно ожидал мертвой тишины и осуждающих взглядов. Как будто он вернулся в тот вечер, накануне распределения на факультеты, когда ему казалось, что кто-то ошибся, что он вовсе не волшебник и шляпа отправит его домой... или как тогда, когда стало известно о его способности говорить со змеями...


"Мерлин! О чем я сейчас думаю?!! Мне нужна предельная сосредоточенность! Без нее я пропаду..." - сердито напомнил себе гриффиндорец, оглядываясь в поисках дракона.


Тот, как Гарри и ожидал, нашелся рядом с гнездом и сейчас очень напоминал разъяренную кошку: голова наклонена к земле, крылья растопырены, спина выгнута, усеявшие ее шипы стоят дыбом, а длинный кривой рог на голове - потрескивает и искрится. Кроме того, следует добавить громкое рычание, напоминающее раскаты грома и пронзительный взгляд ярко-синих глаз с круглым (!) зрачком.


Последнее больше всего поразило гриффиндорца. Еле отвернувшись от этого завораживающего взора, Гарри принялся осматривать трибуны. Он довольно быстро обнаружил там Миону, которая сидела в окружении родителей и друзей. В своей руке она уже держала его световой меч. Пора было действовать.


- Акцио "лайтсейбер"! - сказал Поттер, направив палочку в сторону Гермионы. В ту же секунду артефакт слетел с рук девушки и полетел к вершине барьера, чтобы оттуда проникнуть внутрь Арены. Через несколько длинных секунд рукоять неактивированного меча влетела в отдушину и понеслась дальше, к ожидающему его гриффиндорцу. Тот с лекгостью поймал артефакт, при этом выйдя из безопасной зоны.


- Теперь порисуем, - пробормотал Гарри, активировав меч и резким движением руки вытряхнув волшебную палочку из кобуры на предплечье. Теперь он был во всеоружии, что придало ему еще чуточку уверенности.


Ускорив и усилив свое тело магией, Поттер тут же ринулся к одному из удачно расположенных валунов. Он был достаточно далеко от дракона, и Гарри наделся, что тот не бросится в атаку. Но, увы, едва гриффиндорец сдвинулся всего на шаг вперед, как ящер яростно взревел своим громоподобным голосом и швырнул в наглеца... Молнию?


- Воу! - не удержал я от восклицания Бэгмен. - Это было близко! Молния американского дракона чуть не поджарила нашего Чемпиона. К счастью, Поттеру удалось уклониться. Потрясающая скорость!


Приземлившись в десяти метрах от взорванного на куски камня, гриффиндорец тут перекатился вбок, избегая столкновения с еще одной молнией дракона. Вскочив, наконец, на ноги, он увидел, что ящер готовится к еще одному залпу, концентрируя электричество на кончике своего длинного рога.


Гарри чертыхнулся. Он никак не ожидал, что дракон умеет бить молнией. А все из-за того, что прослушал его название во время жеребьевки!


Американский Ловец Молний был очень редким видом. Обитал он ныне только в горах Аляски и промышлял охотой на китов. С последним ему помогала способность аккумулировать и высвобождать огромные количества электрической энергии, собираемой им во время грозы. Попадающие в дракона молнии просто "впитывались" в его шипастую кожу, которая почти полностью состояла из материала с просто чудовищной электроемкостью.


Ящер не дал Поттеру даже полминутки, чтобы перевести дух и подумать над своим незавидным положением. Новая молния сорвалась с рога американца так же неожиданно и стремительно, как и предыдущие две. Гарри еле успел уклониться, но следующая молния застала его прямо в воздухе...


Гриффиндорец заслонился световым мечом, но его все равно отбросило назад и протащило несколько метров по твердой земле. А вслед ему летел еще один разряд электричества...


Не обращая внимание на жжение от множества ссадин и мелких царапин, Гарри жестом руки отлевитировал большой камень, который был удачно расположен прямо на траектории полета молнии. Тот мгновенно взорвался, раскидав во все стороны волну каменной шрапнели. Последние только добавили Поттеру еще больше царапин.


"Черт! Надо было щит выставить!" - запоздало подумал он. В ту же секунду гриффиндорца окружил себя последней разработкой Гермионы - кинетическим щитом. От молнии он, может, и не защитит, но против механических опасностей точно поможет.


Ведь он и разрабатывался-то именно для защиты от быстро летящих объектов, вроде пуль. Грейнджер отлично помнила тот разговор о магловском оружии, который состоялся на следующее утро после Чемпионата мира. Ей вовсе не хотелось когда-нибудь стать жертвой случайной пули... или неслучайной...


Щит Гермионы создавал невидимое поле, которое обнуляло вектор движения предметов, перемещающихся со скоростью пули. Последние просто застывали в воздухе, после чего падали на землю. Заклинание действовало ровно час, после чего его необходимо было обновить.


Конечно, можно было бы использовать обычное Эбублио. Но оно было создано еще в далекое Средневековье и было рассчитано на гораздо более медленные предметы, вроде копий, стрел и арбалетных болтов, максимум - старое огнестрельное оружие и артиллерия.


Кроме того, водяной пузырь был слишком заметен и поэтому его нельзя было использовать в обычном мире. А кинетический щит Гермионы был совершенно невидим и неощущаем для "медленных" предметов. Удобно, не правда ли?


К большому сожалению Гарри, против молнии кинетический щит был совершенно бесполезен. Уж слишком много потребуется сил, чтобы остановить разогнанные до чудовищных скоростей электроны. Удивительно, что Поттер вообще успевал хотя бы уклоняться. Видимо, дракон не вкладывал в свои атаки слишком много энергии, и потому его молнии распространялись намного медленнее обычных.


Используя щит и создание больших гранитных валунов, гриффиндорец какое-то время успешно защищал себя от молний североамериканского дракона и разлетающейся шрапнели. Это позволило ему, наконец, нарисовать нужную ему рунную схему. Активировав ее ударом рукояти светового меча, в которой находился квирион, Гарри поспешил переместиться на тридцать метро вправо, чтобы нарисовать еще одну.


Но дракону, видимо, надоело стоять на месте и безрезультатно осыпать человека молниями. Взяв резкий старт, ящер понесся Поттеру наперерез. Гарри еле избежал удара когтями, сделав быстрый перекат прямо между лапами американца, и выскочил сбоку от него. При этом он успел самым кончиком светового меча случайно полоснуть дракона по ладони.


Вой ящера, полный боли и ярости, вдохновил гриффиндорца продолжить ближний бой. Вскочив на ноги после переката, он тут же бросил в дракона свои собственные заклинания-молнии. Но они не оказали никакого эффекта, лишь немного подзарядив элктроемкую шкуру ящера - в месте попадания разрядов наблюдались лишь светящиеся голубые пятна, которые быстро темнели.


Тогда Поттер бросил в монстра заклинание немколько Бомбард и Конфринго, которые американский дракон все так же не заметил, благодаря уже волшебным свойствам своей антрацитово-черной чешуи, отталкивающей любую чужеродную магию.


Разозлившись из-за неудачи, Гарри сам бросился на ящера, намереваясь проткнуть его чешуйчатый бок. Но американец быстро остудил его боевой азарт, наэлектризовав свою эбонитово-черную шкуру. Световой меч тут же словил довольно сильный разряд электричества...


Гарри тут же разорвал дистанцию, от греха подальше и получил несколько секунд, чтобы перевести дух, так как ящер больше не рвался в ближний бой. Поттер предположил, что тот опасается новых ран от светового меча, который без особого труда прорубил даже его супертвердую шкуру.


Стараясь не слушать громкие комментарии Бэгмена и Джордана, Гарри пытался решить, что делать дальше. С одной стороны, можно было продолжить выполнение первоначального плана и приступить к рисованию второй рунной схемы. Дракон, скорее всего, не будет ему препятствовать или просто продолжит обстреливать его молниями. Либо можно было рискнуть, и броситься к гнезду, надеясь, что рана задержит ящера.


Если бы не молнии, что будут лететь ему вслед, Поттер наверняка бы рискнул не думая. А так приходилось гадать, кто быстрее: дракон на трех лапах, или петляющий, как заяц, подросток.


Решив-таки не рисковать, Гарри осторожно переместился к нужной точке Арены и принялся выжигать на камне нужные руны, ежесекундно поглядывая на злобно рычащего ящера, который снова встал над гнездом. Под его правой лапой постепенно образовывалась кровавая лужа.


"Почему он не швыряет свои молнии?" - гадал Поттер, заканчивая свою вторую рунную схему. "Может, он просто устал? Или ему требуется подзарядка? Или же он просто ждет, когда я совершу ошибку? Пора переходить к следующей точке, не спровоцирует ли его мое перемещение?" - думал он, нервно поглядывая на американца...


На всякий случай Гарри не пошел напрямик, а обошел ящера по большой дуге. И это, судя по всему, оказалось верным решением - Ловец молний в ответ лишь грозно зарычал, но накапливать электричество в своем роге не стал...


Таким образом Поттер без проблем начертил все восемь необходимых ему рунных схем (печатей) и теперь готовился их активировать. Для этого он наколдовал не очень большой каменный диск и нанес на него еще одну печать, которая должна была послужить этаким спусковым крючком.


Вырезав все нужное специальным заклинанием, Поттер отлевитировал диск к самой вершине барьера, чтобы он не нервировал ящера и не спровоцировал бы его раньше времени. Но дракон все равно заметно напрягся, наблюдая за действиями гриффиндорца. И это было совершенно понятно, если учитывать любимую тактику этих монстров - стремительный захват жертвы атакой с воздуха.


Когда камень застыл ровно посередине Арены, на высоте в сотню метров, Гарри запустил в него специальным заклинанием-триггером. Тот тут же ответил волной магии, которая активировала все печати на Арене...


Засветившись, они стали формировать вокруг дракона мощный барьер, который спустя минуту стал быстро наполняться водой. Напор был столь сильным, что ящера буквально мотало по всему объему шарообразной камеры барьера, будто кота в стиральной машине.


По мере наполнения водой шар постепенно приподнимался над каменистой поверхностью Арены, снова открывая взору гриффиндорца заветную кладку с яйцами. Поттер, не теряя времени, тут же бросился к ней. Тридцать метов! Двадцать! Десять! Пять! Один! Сердце парня гулко отбивало каждые десять метров, постепенно ускоряясь. Он уже почти схватил вожделенное яйцо, когда...


Дракону явно не понравилось болтаться как "нечто" в засоренном унитазе. Несколько раз безрезультатно попытавшись покинуть барьер (настроенного таким образом, чтобы не выпускать никакие живые объекты), он вновь применил свой главный калибр. Только в этот раз он выделил столько энергии, что через все пространство барьера, а затем и Арены, пронесся настоящий электрический шторм!


Гарри чудом избежал столкновения с одним из тысяч высоковольтных разрядов, резко отпрыгнув в сторону. Но несколько печатей все же были уничтожены, что серьезно нарушило стабильность создаваемого ими барьера. В результате немного сбоку от центра образовалось большое отверстие, через которое хлынула наэлектризованная вода.


Напор был столь сильным, что гриффиндорца мгновенно смыло к противоположному краю Арены, в то время как кладка с яйцами почему-то осталась на месте. Рядом с ней из барьера выпал весьма потрепанный дракон. Видимо, даже ему не поздоровилось от такого мощного электрического разряда в воде.


- Похоже, что план мистера Поттера потерпел полное фиаско! - прокомментировал произошедшее Бэгмен, отдавая знак драконологам и колдомедикам, чтобы они поскорее забрали с Арены лежащего на ней гриффиндорца. Его тело иногда дергалось от остаточных электрических разрядов, и кроме этого он не подавал каких-либо признаков жизни. - Он сейчас, скорее всего, без сознания, поэтому я с большим прискорбием вынужден объявить...


- Сэр! - попытался перебить начальника Ли Джордан, но Людо был слишком занят своим трагическим спичем...


"Я. НЕ. ПРОИГРАЮ!!!" - стучало в мозгу у Поттера, когда он, превозмогая последствия сильного электроудара, поднимался на ноги. Будь на его месте кто-либо другой, то его сердце бы не выдержало такого мощного разряда, сравнимого с подключением ванны, полной воды, к домашней электрической сети. А так его защитила магия, которая, подчиняясь подсознанию, отклонила все электрические потоки от жизненно важных органов. Без ежедневных тренировок в овладении стихии молнии это было бы невозможно...


Кроме того, ему повезло, что вода из рунных печатей была практически дистиллированной, и потому плохо проводило электричество. Если бы не кровь, что все еще сочилась из раны у дракона на ладони, и грязь с его чешуи, то Гарри бы и вовсе не почувствовал электроудара.


- Чего тебе, Ли? - спросил своего помошника Бэгмен. Тот вместо ответа лишь указал на хогвартского чемпиона, что пошатывался на нетвердых ногах посреди Арены. - Оу! Кажется, я немного поспешил с выводами. Судя по всему, мистер Поттер хочет продолжить свое выступление. Может, у него припрятан какой-то козырь? Я много раз слышал, что он способен очень сильно удивить в самый неожиданный момент...


Людо продолжал говорить без умолку, но Гарри его уже не слушал. Чувствуя, что силы потихоньку возвращаются, он лихорадочно думал над планом Б. К сожалению, о варианте с метлой можно было забыть - парень не был уверен, что в таком состоянии сможет летать. Придется и дальше подчиняться закону гравитации...


"ТОЧНО!!!" - мысленно воскликнул Гарри, в голову которого пришла неплохая идея плана В. Честно говоря, она предлагалась и раньше, и принадлежала Гермионе, как и используемое в нем заклинание, но парочка ранее посчитала этот способ пройти Первый тур очень ненадежным и опасным, как для самого Поттера, так и для дракона...


Окончательно решившись и собравшись с силами, гриффиндорец приманил открытой ладонью свой световой меч и тут же активировал его. Ящер воспринял это крайне негативно и угрожающе зарычал. Не обращая на это внимание, Гарри снова принялся рисовать вокруг себя, на земле, рунную печать...


Наученный горьким опытом, в этот раз Ловец молний не собирался дожидаться, пока Поттер закончит свои приготовления. Запустив в парня слабенькую молнию, ящер бросился вперед, через всю Арену, имея вполне очевидные намерения.


Гриффиндорец в ответ лишь привычно подставил под электрический разряд крупный камень, размером с человеческую голову, и продолжил чертить. Закончил он, когда Ловец молний был уже в пяти метрах от него. Гарри тут же отпрыгнул назад, предварительно активировав печать.


Но... чего он не ожидал, так это того, что американский дракон все же умеет дышать огнем. Короткая струя желтого пламени, хоть и не была такой горячей, как у остальных драконов, но все равно могла запросто сжечь его дотла...


Гарри резко вскинул руки, выставляя самый мощный щит "Протего", вложив почти весь свой магический резерв. Но увы, это лишь ненадолго сдержало силы драконьего пламени, хоть и позволило избежать самого пика его мощи. Когда защита рухнула, гриффиндорец быстро развернулся и согнулся, подставляя огню спину и плечи, защищенные отцовской курткой из драконьей кожи...


Пламя охотно лизнуло самым кончиком красную поверхность кожаной куртки и кончики растрепанных волос Поттера. Последний тут же взвыл от боли, ведь защита от огня не означала защиту от самого жара. Поэтому Гарри пришлось, стиснув зубы, перетерпеть обжигающую боль, растекшуюся по его спине и плечам...


Дракон же успешно попал в ловушку хогвартского чемпиона, застряв в наспех нарисованной гравитационной ловушке. Впрочем, было неизвестно, насколько она его задержит (из-за этой неизвестности лохматая парочка и отмела сей способ обойти дракона). Поэтому Поттер поспешил, шипя от боли, обойти ящера и забрать, наконец, золотое яйцо из кладки.


К счастью, печать оказалась намного надежнее, чем казалось ранее, и Американскому Ловцу Молний оставалось лишь яростно реветь, в полной мере ощущая свое бессилие. Гарри предусмотрительно настроил печать именно на центр тяжести ящера, и потому тот был надежно придавлен к зачарованной земле и не давал ему приподнять брюхо и грудь даже на миллиметр.


Силы заклинания хватило ровно настолько, чтобы хогвартский чемпион смог беспрепятственно доковылять до гнезда, схватить сияющую золотом в свете зажженых софитов добычу, и спокойно покинуть Арену под громогласные поздравления зрителей и комментаторов...