# Летний снег - Глава 3

Аноним Dtprince

Кунай летел мне прямиком в лицо.

В последний момент я отвёл голову немного в сторону и выставил палец, чтобы поймать его, однако не попал в колечко, лишь зацепив. Мне пришлось мгновенно подавать чакру из пальца, чтобы он прилип и не улетел в деревянную стену.

- Ну и что это было? - цокнув, спросил учитель у меня.

- Инстинкты самосохранения? - наигранно вежливо спросил в ответ я, крутя кунай на пальце.

- С такой медленной реакцией они тебе не помогут, - язвительно заметил он, с ленцой оперевшись на дверной косяк. Я не стал комментировать тот факт, что нормальные люди не кидают оружие вместо приветствия, так как учитель был явно не из таких. - Если у тебя возникают проблемы с одним ничтожным куском железа, тебя и младенец зарезать сможет.

- Чей младенец? Рикудо? К тому же, вы меня всего пару месяцев учите, Забуза-сан. Я бы сказал, что справляюсь просто отлично. Я ведь увернулся от вашего броска, разве нет?

Учитель посмотрел на меня, как на умалишённого.

- Бросок? Был бы это бросок, ты бы и моргнуть не успел. С теми скоростью и силой, что я тебе его бросил, у нас разве что в академии кидали. И что за пижонство было в конце? Если увернулся и не поймал, забудь. Ты открылся, потратив время и внимание.

Я смущённо почесал затылок.

- У меня... Неосознанно выходит. Как вы меня научили чувствовать и контролировать чакру, меня постоянно тянет поэкспериментировать с ней. Ничего не могу с собой поделать.

- Придётся, - отрезал Забуза. - Если не хочешь подохнуть раньше времени. Баловаться с чакрой - удел сильных.

Я стыдливо отвернулся. В его словах была правда.

- Похоже, мне нужно повысить интенсивность твоих тренировок, Хаку, - протянул учитель. В его голосе слышалась усмешка. - Раз уж у тебя остаются силы и энергия на всякую ерунду.

Я содрогнулся и с немым ужасом посмотрел на него.

- Пфф, не изображай мученика. Ты всё равно ничем полезным в свои два часа отдыха не занимаешься.

- Занимаюсь! Ещё как занимаюсь! Я отдыхаю! Вы меня даже в пути заставляете тренироваться!

Признаться честно, в этом я мог винить лишь себя. Я догадывался, что постигал чакру семимильными шагами, особенно после того как через пару недель медитаций продемонстрировал свои успехи по её ощущению и управлению учителю, в ответ на что у того задёргался глаз. Оказалось, что у меня был талант. Именно это дало Забузе идею заставить меня тренировать её контроль, когда я не был занят чем-то другим. И ходьба не считалась за занятость.

Поскольку Забуза технически всё ещё был на задании, ходили мы много. Тренировки контроля чакры же тратили в том числе и выносливость. При этом учитель не забывал и о физических тренировках. В итоге в конце каждого дня я отрубался в независимости от того, где, или на чём мы ночевали. И снились мне все те же проклятые ручные печати, болевшие пальцы, и менявшая форму капля воды.

Упомянутые два часа служили моей драгоценной добавкой ко сну! Я не собирался с ними расставаться из-за такой глупости!

- В любом случае, тренировкам придётся подождать. Моим тренировкам, по крайней мере, - внезапно сказал учитель, серьёзно посмотрев на меня. - Мне пора возвращаться. В Кири, - пояснил он. - Моё "задание" подошло к концу.

Я вопросительно поднял бровь.

- Не придуривайся, Хаку, я знаю, что ты умнее своего возраста, - фыркнул он. - Ты понимаешь, что с тобой будет, если я притащу тебя с собой.

- Да, но... Что мне делать? Вы снимите и оставите мне комнату на пару недель?

- Во-первых, я не знаю, насколько задержусь. Во-вторых, я потратил слишком много усилий и своего времени, чтобы оставлять тебя без присмотра. Бьюсь об заклад, не пройдёт и недели, прежде чем ты вляпаешься в приключения.

- Вы так говорите, будто я какой-то магнит для проблем, - буркнул я.

- Мелкий пацан, один, в съемной комнате, в этой дыре, на протяжении долгого времени? Без разницы какой у тебя характер, проблемы сами тебя найдут, - голосом, не терпящим возражений, сказал он.

- И что же делать?

- У меня есть... знакомая, - слегка замешкался Забуза. Я, кажется, слегка открыл рот от удивления, потому что он сразу продолжил. - Не смотри на меня так, малец. У меня есть знакомые люди. Я тебе не отшельник какой-то.

- Ага. Да-да. Конечно. Я и не сомневался, - поспешно ответил я.

Учитель скептически посмотрел на моё, выражающее невинность, лицо.

- Но... Знакомая? - не удержался я. - В смысле, женщина?

Забуза тяжело вздохнул, раздражённо потерев лоб.

- Да. Женщина. Нет, не старушка. Да, мы действительно знакомы. Да, мы обменялись больше, чем двумя репликами. Ещё тупые вопросы будут?

Я посмотрел в его глаза и увидел молчаливое обещание физической расправы, поэтому благоразумно промолчав, отрицательно повертев головой.

- Вот и отлично. Её зовут Мадока, и она одна из самых опасных людей, кого я знаю. Она тоже будет учить тебя. Если мы договоримся.

- Она тоже шиноби? - спросил я заинтересованно. Такая рекомендация от Забузы дорогого стоила.

- Вроде того, - уклончиво ответил он, закрыв тему. Меня начинало распирать любопытство.

- И когда мы к ней пойдём? И где она, вообще?

- Прямо сейчас. В этом городе.

- Она здесь живёт? Почему не в Киригакуре?

- Она живёт там, где нужно, - туманно ответил он, прежде чем сузить глаза. - Собирайся давай, пока я за шкирку тебя за собой не потащил.

- Сэр! Есть, сэр!

Спустя пять минут мы уже спешили по узким улочкам, следуя одному учителю ведомым ориентирам. За последнее время я попривык поспевать за Забузой и его широкими шагами, но теперь он шёл ещё и быстро, и постоянный полубег никакой радости мне не приносил. Сложности создавал и густой, постоянный туман, из-за которого дальше, чем в десяти метрах, не было видно ни зги. Я не представлял, как местные вообще находят дорогу домой в таких условиях. Я бы из дома выходить опасался.

Через некоторое время мы вышли к уютного вида трёхэтажному особняку с классическими китайскими наклонными крышами и пузатыми красными бумажными фонарями.

На пороге одиноко стояла женщина в тёмно-сиреневом кимоно и с похожего цвета, но более светлой тональности, зонтиком. Её лицо, обрамлённое идеальными линиями её короткой причёски, было слегка наклонено вбок и выражало тоску, от которой щемило сердце. Она смотрела куда-то далеко, за горизонт, будто отчаянно надеясь, что из тумана выйдет тот, кого она так долго ждала...

Я слегка тряхнул головой, прогоняя наваждение. Её образ выглядел, словно картина художника, и заставлял замирать дыхание.

Учитель коротко кашлянул, привлекая внимание. Женщина повернулась к нам.

- Ах. Забуза-кун. Я скучала, - задумчиво поведала она нам тихим, мелодичным голосом.

Она не была красоткой в привычном понимании слова, но назвать её непривлекательной у меня не повернулся бы язык. Миловидные черты лица и слабая, таинственная улыбка Мона Лизы создавали ощущение хрупкости и тайны, которую хотелось раскрыть. Но больше всего выделялись её пурпурного цвета пронзительные глаза, создававшие впечатление, что она смотрела тебе прямо в душу.

- Ты знаешь, зачем я здесь, Мадока, - сказал учитель. Мне показалось, или я услышал нехарактерный легкий хрип в его голосе?

- Да. Я знаю, Забуза-кун. Сколько бы я тебя не просила слать мне весточку, если тебе нужна помощь, ты всегда заставляешь эту бедную женщину добывать информацию своими хрупкими руками, - сказала она печально, прикрыв рот рукавом кимоно и стреляя в учителя укоризненным взором.

Забуза поддержал тонкий язык разговора жестов, неуклюже пожав плечами, и поковыряв мизинцем в носу.

Мадока тяжело выдохнула и покачала головой.

- И вот так всегда с тобой, чурбан бесчувственный. Ладно. Проходи, поговорим в более уединённой обстановке. И своего милашку-ученика с собой возьми. Раз уж о нём речь пойдёт.

На этих словах она повернулась и плавно зашагала внутрь здания. Нам с учителем не оставалось ничего, кроме как последовать за ней. Пару раз я кидал выразительные взгляды в сторону Забузы, но тот делал вид, что не замечает их.

Мадока провела нас через изысканную прихожую и длинный коридор, благоухающих почти неуловимым цветочным ароматом, незнакомым мне, в небольших размеров комнатку с приглушенным светом и роскошными, поразительно мягкими на ощупь диванами.

- Я знаю, что закон для тебя не писан, Забуза-кун, но ты должен был понимать, что засветился с учеником, - начала она разговор, когда мы удобно расселись. Кубикирибочо Забуза облокотил на стену рядом, и под весом громадного меча дорогого вида пол заметно продавился, наверняка оставив след. Я то и дело ловил её раздражённый взгляд, обращённый на него.

- Это моё дело. Хочу - беру учеников, не хочу - не беру, - вяло отмахнулся учитель.

Мадока переменилась в лице, пытаясь прожечь взглядом дырку в голове учителю, видимо, чтобы найти подтверждение тому, что там пусто.

- У АНБУ не может быть "своих дел"! И уж тем более они не могут брать учеников с неизвестным прошлым! Ты прекрасно знаешь, насколько разрослась паранойя в деревне. На любого жителя есть подробный профиль, в котором есть всё - от секретных техник до точного количества посещения туалета и суточного потребления калорий. Тебе нужны эти проблемы, скажи мне?

- Что, и на тебя такой есть?

- Разумеется. Целых два. Один секретный, другой - очень секретный. Оба пишутся мной. Не меняй тему. Что ты собираешься делать, Забуза-кун?

- Тц, вот же пристала. Я - один из Семи. Только я выбираю своего преемника. Не Мизукаге. Не совет джонинов. Я.

- Это лишь твоя официальная отговорка? Или ты и вправду решил?.. - лукаво спросила она.

- Ты - мастер в своём деле. Вот и скажи мне, - ровным тоном сказал Забуза.

Я не удержался и кинул быстрый взгляд на него, но его лицо не выдавало ничего.

Я подозревал, что наши отношения отличались от тех, что были между оригинальными Хаку и Забузой. Хотя бы по той простой причине, что он не называл меня своим "инструментом", за что я был премного благодарен судьбе. Но... Преемник?

- Надо же. Многие из твоей братии ждут до самого упора, когда даже просто поддерживать форму становится всё трудней и трудней. Но тебе ведь ещё и двадцати нет. Не рановато ли?

Забуза ничего не ответил. Маленькая улыбка Мадоки постепенно разрослась до широкой, словно лисьей, усмешки.

- Я поняла, - наконец сказала она, прежде чем перевести взгляд на меня. - И я согласна. Я присоединюсь к его обучению.

- Что? - невольно вырвалось у меня. - Так просто?

- Всё это время ты следил за нашей мимикой и жестами. Ты понимал, о чём мы говорим. И ты удивился лишь раз, - перечислила она, довольно прикрыв глаза.

Она всё это время следила за моими реакциями? Чёрт, а я не спалился, случаем?

- Видишь ли, Хаку-чан, Забуза-кун до ужаса прямолинеен. У него никогда не было таланта к моему ремеслу. Как и у меня - к скрытному маханию шпалами. Но мы уважаем навыки друг друга. Поэтому я догадывалась, о чём пойдёт речь, когда узнала о тебе. И мои наблюдения лишь подтвердили догадку. Но... Для начала, контрольный вопрос, - внезапно сказала она, вновь посмотрев на меня своим острым взглядом. - Как я познакомилась с Забузой-куном?

Забуза насмешливо хмыкнул, но никак не прокомментировал вопрос.

Но откуда я мог знать такую информацию? Я не имел ни малейшего представления, как...

Как...

Сцена начала рождаться у меня в голове. Два персонажа. Нелюдимый, страшный на вид, тяжело идущий на контакт Забуза. Утончённая, легко читающая людей, разговорчивая Мадока.

- Вы навязали ему свою помощь в трудную для него минуту, - наконец сделал предположение я. - После академии. Но, скорее всего, до АНБУ. Может, помогли со вступлением?

Вместо ответа Мадока выразительно посмотрела на Забузу, словно спрашивая, мол, видишь, о чём я говорила? Тот в ответ закатил глаза, но устало кивнул.

- Значит, решено. Я буду его вторым учителем, - подвела она итог, довольно улыбнувшись.

- Проследи, чтобы он не забрасывал свой режим. А то он ещё тот лентяй. И да, Хаку. Ты можешь гордиться. Мадока до этого момента никогда не брала учеников. Это её первый раз, потому будь с ней нежнее, - добавил учитель, посмеиваясь.

Мадока бросила на него не читаемый взгляд, но ничего не сказала.

Внезапно, когда я моргнул, мы остались одни. Я заозирался в поисках учителя, но его нигде не было. Как он?..

- Даже не попрощавшись. И вот так всегда, - тяжело вздохнула Мадока, печально прикрыв рот рукавом. - Впрочем, он довольно сильно изменился с нашей последней встречи. Стал теплее. Он никогда не шутил раньше при мне, представляешь, Хаку-чан?

Посмотрев ей в глаза, мне показалось, что я увидел боль, которую не должен был заметить, и тут же смущённо отвернулся.

- Твой учитель очень одинокий человек. Я рада, что он нашёл тебя, - наконец сказала она негромко после короткого, неловкого молчания. - Но хватит об том. Пойдём, я покажу тебе твою комнату.

Так и началось моё обучение у моего второго учителя.


***


Сложно сказать, чего именно я ожидал от уроков Мадоки. В моём уме был мутный образ подготовок супер-шпиона, малолетнего мастера над шептунами, только ниндзя.

Естественно, эти мысли не имели ничего общего с реальностью. Моими первыми уроками у неё стали письмо, история и каллиграфия.

- Не дуйся, Хаку-чан, - говорила мне Мадока, посмеиваясь в рукав кимоно. - Забуза-кун ведь тоже ещё не учил тебя чему-то серьёзному, разве нет? Физические упражнения, контроль чакры - это база, фундамент, на котором он будет строить твои будущие навыки. Каллиграфия и история - моя база. Понимаешь?

Я понимал, и полностью соглашался с её объяснениями, но, к моему глубочайшему сожалению, моё понимание не делало эти уроки более интересными.

По крайней мере, у меня была фора. Язык оказался мне знаком.

Наконец-то, спустя несколько месяцев после попадания в этот мир, я заметил, что говорю на чистом японском.

Для оригинального Хаку японский был, очевидно, родным, и поэтому я ни разу не заметил неправильности, когда говорил. Даже когда я наконец понял, что говорю на нём.

При этом знание письменности меня подводило. Хаку, судя по всему, читать и писать не учили, а моё знакомство с ней было лишь поверхностным. То, что японский был теперь мне родным, помогало до тех пор, пока мы не переходили на каллиграфию.

Терпение. Внимание. Аккуратность. Самые важные качества для этого искусства.

Довольно быстро я осознал, что мне не хватало всех трёх.

Я занимался каллиграфией несколько часов, каждый божий день. Тысячи повторений движений, тяжёлая, монотонная рутина. Мои пальцы, всё ещё привыкавшие к складыванию печатей, чувствовали приближающийся конец, ежеминутно сигналя противной, ноющей болью. К моему бестиарию кошмаров добавились три закадычных друга - Томэ, Ханэ, и Харай*.

История, к счастью, оказалась не такой утомительной. Период войны кланов и мировые войны шиноби размешивались историями о крахе династий и интригах двора Даймё разных стран, превращая каждый урок в захватывающую историю с драмой, боями и неожиданной развязкой. В Мадоке явно пропадал писатель.

Я ожидал, что она, сконцентрировавшись на этих занятиях, лишь проследит, чтобы я не отлынивал от комплекса упражнений учителя, но... Я ошибался. Оказалось, что сама Мадока находится в отличной форме, и не брезгует физическими тренировками. И очень даже рада со всей строгостью заменить Забузу на посту моего персонального армейского сержанта.

Благодаря этому свободного времени у меня не оставалось. Даже то, что вне комнаты меня всегда сопровождала Мадока, я заметил лишь дней через десять. Но я так ни разу и не увидел в особняке никого, кроме нас.

В таком темпе прошло около трёх недель.