# За тонкой гранью души

Ольга Ковальски

As I walk there before me a shadow

From another world, where no other can follow.

Carry me to my own, to where I can cross over...

Close to home - I cannot say.

Close to home feeling so far away.

Evening Falls (оригинал Enya)


Э́рика

Слезы, боль, страх - смешались воедино. Сознания заполнили ужасные образы: кровь, огонь, запах дыма, скрежет металла автомобиля. И крик пронзительный крик. Мой крик. И я проснулась. В холодном поту с бешено колотящимся сердцем и слезами на глазах. Ещё никогда мне не было так страшно. Тело казалось, не слушалось, не поддавалось, словно меня парализовало. Сжавшись в комок, обхватила ноги руками и задрожала. Через какое-то время я успокоилась. Тело снова стало мне подвластно и, спустив ноги с кровати, коснулась босыми ступнями холодного пола. Тихо выбралась из спальни и проскользнула в комнату дочери. Ирэ́н металась во сне и звала меня. Преодолев несколько разделяющих нас шагов, очутилась рядом с её кроватью. Склонилась и коснулась оголенных плеч руками. Она не проснулась, но успокоилась, замерла, и лишь тихий шепот моего имени в последний раз слетал с тонких детских губ. А потом дочка затихла.

- Ничего не бойся я рядом, - аккуратно смахивая прядь янтарных волос, поцеловала девочку в лоб и вышла из комнаты.

Утро. До рассвета считанные минуты. Не могу задержаться тут надолго, нужно идти, хоть в этом и нет необходимости. Хочется остаться побыть с ней рядом, как прежде. Но знаю, как прежде уже никогда не будет. Этого веселого детского смеха, который так радует слух, и семейной идиллии, к которой так привыкла моя девочка. И даже на лице мужа застыло выражение скорби. Мне было так жаль, что не смогла оправдать их ожиданий. Но если бы они только знали, сколько мне ещё хотелось им сказать, этим двум самым дорогим моему сердцу людям, если бы они только услышали.... Но мои слова, как воздух - беззвучны. Я призрак. Душа, бродящая по лабиринтам собственного сознание, выхода из которого нет. И нет ничьей вины, в том, что я застряла в этом мире. Жизнь жестока, она обрывается внезапно, когда меньше всего ожидаешь подвоха. Раз и тебя не стало. Разве это справедливо? Жизнь скажет "да", а я поспорю, но смысл? Она сама устанавливает правила, по которым мы живем. Мы рождаемся, чтобы умирать. Умираем, чтоб рождаться. И так круг за кругом. Но я видимо исключение из этого правила. Мертвая, но в то же время живая. Моя душа - вечна. Тогда почему же мне приходиться жить среди тех, кто ни слышит, ни видит, ни чувствует моего присутствия? Почему я не стала ангелом? Или не родилась снова? Чем заслужила скитаться в этом жестоком мире? Столько вопросы, но ответов нет, как и тех, кто бы ответил на них.

Сожаление, это единственное что не утеряно. Что всегда со мной рядом. Жаль, что мне больше никогда не удастся поговорить об этом ни с кем. Я сама по себе. Одна. Навсегда.

Восходящее солнце оповестило меня о том, что пора. Но кто бы знал, как не хотелось уходить отсюда. В последний раз я заглянула в комнату Ирэ́н и, убедившись, что дочка спит спокойным сном, ушла. Слезы катились по щекам, словно прожигая все чувства, оставляя след обреченности, невыносимой боли. Которую словно громкий назойливый крик невозможно было заглушить. Люди говорят, что призраки не плачут, но что они могут знать об этом. Ведь душа принимает на себя весь груз человеческий переживаний, страданий. Она, а не оболочка, и теперь будучи призраком, я это чувствую сильнее, чем когда-либо. Никто не знает этого, но я знаю, и мне больно. Сегодня ночью, когда погаснет свет в моей квартире и все лягут спать, меня снова будет тянуть в такой родной, но уже не мой дом. А пока буду как всегда бродить по улицам чужого для души города.

Знаю теперь уже ничего не изменить. Время не вернуть назад, как бы мы этого сильно не желали. А ведь я была так молода. Всего каких-то двадцать пять. Вся жизнь впереди. Любящий муж и наша с ним отрада дочурка, но, увы, теперь это ничего больше не значит. Быть тенью, жить наедине с собой, наблюдать за тем как развиваются другие - невыносимо. Но тяжелее всего то, что ты нечего не можешь с этим поделать. Не можешь укрыться или умереть. Просто существуешь отдельно от других, отдельно от всего мира.

Ослепительно светит солнце, и я как прежде ощущаю теплое прикосновение его лучей, хотя душой давно завладела пустота. Холодная, темная и поглощающая. Теперь я очень много думаю. Мысли скрашивают одиночество. Теперь мне не обязательно смотреть по сторонам, бояться, что меня собьёт машины или врежется прохожий. Всё это пройдет сквозь меня, а люди даже не задумаются, что вот прямо перед ними обреченная на скитания душа. Шаги легки, словно не иду, а парю над землей, дыхание четкое, но беззвучное. Шум проезжающих машин отдаться в ушах смешиваясь с людскими шагами и разговорами. Открываются маленькие магазины, прохожие спешат на работу, а город просыпается. Жизнь в нём кипит. Всё вокруг становиться живым и ярким. Удивительно, что став призраком я не потеряла ни ощущений, ни чувств, все было как раньше. Только тогда мне не приходилось наблюдать за тем, как просыпается всё живое, как это красиво и больно осознавать, что это не моё.

Я шла, не торопливо, поглощенная своими мыслями, а потом просто уселась на скамью что стояла около фонтана. Большого, каменного, извергающего из своего недра водные потоки. И совсем не заметила, что кроме меня там был кто-то ещё. Паренёк, хотя не думаю, что он даже подозревал о моём присутствие. Просто сидел задумчивый, устремив своё взгляд вдаль. Светлые серые глаза, напоминавшие сталь и темные, свисавшие до подбородка волосы, обрамляли совсем юное лицо. Среднего телосложения, приблизительно лет шестнадцати. Внимательно осмотрев его с сожаление подумала, о том, что он не может увидеть меня. А потом моя ладонь произвольно накрыла его. Парень вздрогнул, а я отдёрнула руку. Обернулся и посмотрел в мою сторону всё с таким же задумчивым взглядом, а потом снова принял привычное для него положение. А я, что я? Просто сидела и не могла понять, что же произошло. Неужели он меня почувствовал. Разве такое возможно?

"Конечно, возможно" - повторилось эхом в моей голове.

И почему же я раньше этого не поняла. Ведь когда я коснулась Ирэ́н, она перестала метаться и быстро успокоилась. Потому что ощутила мои прикосновения. А значит и этот парень тоже. Ещё несколько секунд я продолжала на него смотреть, но попыток коснуться больше не предпринимала. Видимо это так ошеломило меня, что в голову с новой силой хлынули мысли...

Томас

Знаю, это будет повторяться снова и снова. Однажды это уже произошло. И я знал, что это рано или поздно случиться. Но не думал что так скоро. Приятное тепло разлилось по руке, словно кто-то или что-то коснулось её, заставив меня невольно вздрогнуть. Обернувшись, я никого не увидел. А чего я ожидал? Увидеть снова сестру?

Полгода назад она заболела раком и умерла, но ощущения что Мэри-Эн всегда рядом не покидало меня не на секунду. Вначале казалось, что я схожу с ума, но потом когда мы встретились, стало ясно, что это далеко не моё больное воображение. Никто, конечно, мне не верил, да я и не ожидал другого. Но глаза - не врут. Она стояла передо мной, всё, такой же какой запомнилась до болезни. Конечно, мне было известно, что это всего лишь призрак, но на тот момент было все равно, главное удалось увидеть и услышать её. То, что сказала Мэри-Эн, на тот момент показалось абсурдом, но только теперь до меня дошёл смысл тех слов. Неужели это всё происходит со мной? Но я не готов, не готов к этому! Но разве меня кто-то спрашивал? "Так распорядилась судьба..." - вспомнились её последние слова. Значит, остаётся просто смериться.

Я знал, нет, скорее чувствовал, что не один. Чья-то душа находилось рядом со мной, но призрак не проявлял себя. Попытавшись собрать силы, вздохнул и спросил в пустоту:

- Кто здесь?

А потом понял, что выгляжу крайне нелепо. Да и прохожие могут принять меня за сумасшедшего. Встав со скамейки, шагнул вперед и сделал вид, что внимательно наблюдаю за стайкой прожорливых голубей, хотя на самом деле сосредоточился на том, что мне предстояло сказать или сделать. А если честно, то я даже не представлял что нужно делать в подобных случаях. Одно дело, когда можешь видеть призрака, а другое когда просто ощущаешь его. Две разные вещи.

- Нелепо, как это нелепо, - сорвался тихий шёпот с моих губ, - знаю ты рядом. И если ты пришла значит не случайно. Я могу тебе помочь.

Тишина. Ничего, но я по-прежнему ощущаю присутствие бессмертной субстанции. Только вот почему она не выходит со мной на контакт? Неужели что-то не правильно делаю? А может быть, это только кажется мне, а на самом деле я просто схожу с ума?

"Нет", - твердо решил я и снова опустился на лавочку и, достав из кармана пачку сигарет, закурил. Никотин позволит заглушить эту чувствительность и даст мне передышку для того что бы решить, что же делать.

Э́рика

Приятный тембр голоса прозвучал рядом со мной, и я приподняла голову, чтобы убедиться, что мне это не показалось. И действительно тот парень стоял, смотря на стаю голубей и вместе с тем что-то говорил. Я настолько ушла в свои мысли о Ирэ́н, что расслышала лишь обрывок фразы. Но этого было достаточно, чтоб понять незнакомец обращается ко мне. И даже больше он предлагает помощь. Вот оно, то чего я ждала. Возможно, этот паренёк знает ответы на мои вопросы. Но как разве это возможно? Неужели он слышит меня? Пока я пыталась найти разумное объяснение всему происходящему незнакомец снова сел на скамейку и закурил.

- Ты меня слышишь? - пробормотала себе под нос, но потом поняла что меня вне зависимости от того кем являюсь, услышу лишь я сама. Поэтому решила повторить, только на сей раз громче. - Ты меня слышишь?

Тишина. Незнакомец по-прежнему не слышит меня, но ведь он точно говорил со мной. Я призрак, но не глухая ведь. Но вот, кажется, он даже не собирается мне помогать. Докурил. Поднялся со скамейки и пошёл. А я что? По-прежнему сижу и смотрю, как он уходит. Нет, нельзя ведь так! Если не сейчас, то потом может и не быть возможности.

Сорвавшись, я побежала за ним пытаясь схватить за плечо, но моя рука лишь прошла сквозь парня.

"Что это было?!" - в недоумение подумала я.

Он остановился и, обернувшись, посмотрел на меня. Его лицо приобрело выражение испуга, а затем удивления.

Томас

Я не понимал, что меня испугало, ведь видел призрака не впервые, да и потом прекрасно знал, что бессмертная субстанция находилась рядом со мной. Но видимо это было неожиданно. И так будет наверно каждый раз. Сначала буду пугаться, а потом удивляться, тому, как получилось, что это душа не упокоилась, а по прежнему бродит по земле.

Девушка (то есть её призрак) стояла передо мной. Высокая, худенькая с приятным личиком. Глаза голубые, огромные и такие печальные. Рыжие волосы струились по спине и, переливались в лучах солнца, напоминая искры огня. Но как такое, чудное на первый взгляд, создание в виде призрака бродило по окрестностям этого городка, оставалось для меня загадкой. Сделав осторожный шаг навстречу, тихим низким голос произнёс:

- Я могу тебе помочь.

- Почему? - её голос дрожал, но внешне она держалась непоколебимо. Оставалось только догадываться, каких трудов ей это стоило.

- Не знаю, - честно признался я, но что-то внутри тормошило меня, давая понять, что всё мне ясно, только пока не понял этого, - просто это моя обязанность.

- Помогать скитающимся душам?

Я уверено кивнул головой давая понять, что во всём прекрасно разбираюсь, так как мне это не впервой. Хотя и не был уверен, что поступаю верно. И она, кажется, поверила мне, так как уголки её губ дрогнули в намёке на улыбку.

- Тебя-то как звать?

- Э́рика.

- Красивое имя, а я Томас, - мне захотелось продолжить разговор дальше, но я остановил себя, потому что понимал, что буду выглядеть как сумасшедшем разговаривающий сам собой, для прохожих, - давай поговорим в другом месте, а тот тут слишком много народу.

Она кивнула, и мы направились в сторону двухэтажных небольших домишек.

Э́рика

Поравнявшись с ним, не скрывая любопытства (и пусть теперь он меня видел) стала наблюдать за Томасом. Даже во время пути его лицо было напряжённо и вдумчиво, и он вовсе не был похож на подростка, не смотря на столь юные черты. Мне было даже немного неловко от того что затягиваю мальца в такие дела. Но, в конце концов, он сам сказал, что может мне помочь. Да и вёл он себя уверено. Значит не впервые. Хотя я даже не могла представить, какое произвожу впечатление.

Будучи человеком, я была уверенной в себе особой и без сомнения производила впечатление жесткой, но справедливой начальницы на работе, заботливой и любящей женой и матерью дома. Но сейчас всё в корень изменилось, и мне совсем было неизвестно как должны вести себя призраки. Если верить книгам и кино, то они обычно обитаю в старинах поместьях, тревожа и пугая живущих там хозяев, но не одна из этих перспектив мне не улыбалась иначе бы малец давным-давно убежал.

Свернув за изгородь, которая скрывала небольшой кирпичный домик с песочно-желтой черепицей, Томас тихонько толкнул дверь и та со скрипом распахнулась. Проскользнув за ним в маленькую комнатку и не привлекая лишнего внимания, присела на стул, на который паренёк указал рукой.

- Томас, это ты?! - взволнованный женский голос донес из другой комнаты, и уже через несколько секунд в дверях появилась (как поняла я) мать Тома.

- Да кому же ещё быть? - ответил он, смотря на неё холодным взглядом, от которого мне почудилось, что по спине пробежали мурашки. Неужели и такое бывает?

Женщина посмотрела на Томаса и, не ответив тому ничего, удалилась, оставив нас наедине.

- Что с тобой?

- А что со мной? - развел руками паренёк и присев напротив меня снова задумался.

- Она же твоя мать, а ты! - понимаю, что не имею право критиковать Тома, но ведь он ведёт себе не правильно, - неужели трудно уделить её пару минут?

- Мне казалось ты здесь не для этого? Э́рика, верно? - я кивнула, - начнём с того, что ты расскажешь мне о том как получилось, что твоя душа осталась на земле.

Я с удивление посмотрела на него. Откуда же мне было знать, почему оказалась в таком положение.

- Не знаю.

Теперь удивился Том.

- Ну... будет труднее, чем я думал.

- Но ты, же мне поможешь? - на мгновение, в которое он поселил надежду в, то, что всё может измениться, медленно, но верно рассевалось. "А что если он не сможет?" Мысли терзали меня. Но как только он кивнул, я перевела дыхание и успокоилась. Пытаясь не забивать свою голову лишними "если".

Томас

Как и предполагал так и не смог ничего сделать. Она сидела в моей комнате и с глазами полными надежды смотрела на меня. Отчего сердце съеживалось. Мне было искренне жаль и поэтому я держался так чтобы Э́рика не заподозрила неладное. И хотя пока зацепок совсем не было, когда душа снова посмотрела на меня своими голубыми глазами, в которых металась тревога, я лишь кивнул, тем самым давая обещание, которое мог и не выполнить.

Время шло, часы тикали, а я так и не придумал ничего разумного. Призрачная девушка была терпелива и просто молча, сидела, не сводя с меня глаз. На её месте я бы уже давно закидал своего молчаливого оппонента вопросами, но она видимо была в этом солидарна

- Том, - её голос заставил меня вздрогнуть, - мне нужно идти.

- Разве тебе нужно куда-то идти? Я думал у призраков всё иначе.

- Понимаю, ты хочешь мне помочь, и уверенна, что сможешь, но сейчас мне нужно идти.

- Это из-за того что так долго молчал и ничего не говорил? - мне казалось что она сейчас уйдет и больше никогда не вернется. Испариться. Исчезнет как Мэри-Эн. Но нет Э́рика лишь помотала головой и пообещала вернуться, а потом как положено всем призракам прошла через стену. В комнате воцарилась тишина, которая угнетала. Но меня это мало беспокоило, сейчас я хотел лишь одного - помочь скитающийся душе.

Э́рика

Вечерело. Звезды одна за другой зажигались на необъятном небе, а я тихо шла, направляясь снова к себе. То что было таким родным для души звало и манило и противостоять этому у меня не получалось да и сама этого не хотела. Остановившись около дома, замерла. В окне дочери горел свет.

"Но ведь ей бы пора спать, тогда почему, же Ирэ́н ещё не в кровати?" - эти мысли так, же быстро ушли, как и пришли, а я, пройдя через стенку, оказалась в комнате моей девочки.

Рудольф вместе с дочерью сидел на кровати и, стирая слезинки с детского лица, успокаивал Ирэ́н. Моё сердце от такого зрелища рвалось на части. Мне было невыносимо видеть, как убивается самое дорогое моей душе дитя.

- Моя маленькая малышка, - прошептала я чувствую как задыхаюсь от невыносимой боли, от того что страдает моя единственная кровиночка. - Я тут моя маленькая принцесса. Рядом.

Склонившись над дочкой, коснулась её влажной от слез щеки и она вздрогнула

"Значит, она чувствует меня", - промелькнула мысль.

- Что с тобой, Ирэ́н? - Рудольф провел рукой по волосам дочери и прижал её к себе.

- Мама...

- Знаю тебе нелегко ангелочек, но она всегда рядом. Пока мы помним её, мама тут милая, в нашем сердце.

Я видела, как при этих словах лицо мужа стало ещё печальнее, чем было. Успокоив и уложив дочку в кровать, он поцеловал малышку в лоб, выключил свет и вышел из комнаты. Когда в спальне воцарилась тишина, я склонилась над дочуркой и, убедившись, что она спит вышла.

Муж сидел за столом спиной ко мне. Подойдя к нему, заглянула за плечо и увидела, что он смотрит на фотографию 10×15, где были изображена наша семья. Я сидящая на кровати и держащая нашу малютку на руках и Руд, обнявший меня за плечо. Фото сделанное ещё при рождение Ирэ́н. Глаза его были опущенные и со вздохом он что-то тихо причитал себе под нос, но мне всё таки удалось расслышать:

- Эх, Эрика, Эрика, на что же ты меня покинула...?

Мне так хотелось закричать, что я тут, рядом с ним, но это всё было бессмысленно, он меня не слышал. Даже когда я дотронулась рукой до плеча, муж не вздрогнул, не обернулся, Рудольф просто не чувствовал меня. Он даже не мог подумать, что я нахожусь прямо за его спиной. Если б я только могла ему хоть как-нибудь помочь. Облегчить его страдания...

Тут мне в голову пришла удачная мысль. Я не могла предупредить его, но Том он видит меня и может об этом сказать Руду. Только вот сможет ли он это сделать?

"Конечно, сможет, - вторил внутренний голос моей неуверенности, - он ведь сказал что поможет".

Томас

Вся ночь ушла у меня на то, что хоть как-нибудь помочь Эрике. Но, увы, мои попытки были счетны. Как не старался так и не сумел ничего придумать. Но утром пришла она, как и обещала и все мои проблемы решились почти в миг. Призрачная девушка попросила меня сказать её семье о том, что её душа все ещё с ними. И хоть мне было не по себе от мысли, что снова придётся говорить кому-то о моих способностях (тем более незнакомому человеку) я всё равно согласился пойти в дом Эрики.

Добрались мы до её дома очень быстро, и когда пришло время, я долго медлил, но Эрика была как всегда терпелива. И спустя несколько минут все-таки постучался. Дверь мне открыл мужчина, выше меня на целых две головы. Янтарные волосы были аккуратно собраны в пучок. Смуглая кожа и черные, пронзительные глаза, смотрели на меня с удивлением. Мужчина явно не ожидал увидеть меня.

- Парень, ты к кому?

- Э... - честно не думал, что так растеряюсь. Глаза бегали из стороны в сторону, то на душу, то на мужчину. Но то, как смотрела на меня девушка в глазах, которой читалось "ну смелее же" подтолкнуло меня заговорить, - это на счёт Эрики.

От моих слов мужчина ещё больше удивился, от чего его брови взметнулись вверх. Но к моему изумлению пригласил войти. Проводив меня до просторной светлой комнаты, он уселся на диван.

- Эрики нет, - с жестким выражением лица сказал мужчина.

- Знаю, поэтому и пришёл поговорить, - не сдаваясь, гнул своё.

- О чём о моей жене? Зачем?

- Вы должны меня выслушать, - продолжал я, - Эрика попросила меня вам сказать...

- Послушай парень, - перебил он меня, и с суровым лицом продолжил, - её нет, и не будет уже никогда. Понимаешь? Пожалуйста, уходи.

- Папочка, - из угла показалась янтарная головка, а за ней миленькое личико и большие голубые глазки, - у нас гости?

Э́рика

- Нет, милая. Он уже уходит верно?

На мгновение мне показалось, что Том растеряется и уйдёт, а ведь я была уверена, что у него всё получиться, но нет, он лишь отрицательно покачал головой и посмотрел на меня.

- Ты должно быть Ирэн? - парень подошёл к малышке, но Руд преградил ему путь, встав между ними.

Я видела лицо мужа, и прекрасно осознавала, что это была плохая идея послать шестнадцатилетнего мальчишку, но было слишком поздно. И самая большая проблема была в том, что я ничего не могла поделать. Хотя зная Рудольфа, прекрасно видела по его глазам, в которых кипела боль и в тоже время ненависть, он глазом не моргнет и выкинет Тома на улицу. И чтоб хоть как-то остановить то, что может произойти с минуту на минут подбежала к парню и, схватив за плечи от чего малец вздрогнула начала шептать:

- Ты будешь вечна для меня, я сделаю тебя счастливой, и не пройдет такого дня.... Скажи ему, скажи...

- Ты будешь вечна для меня, я сделаю тебя счастливой, и не пройдет такого дня..., - вторил мне Том.

- Что? Что ты сказал?

Лицо мужа быстро изменилось. И я поняла, что попала в точку. Мне хотелось ещё кое-что сказать пареньку, но он как оказалось, и без меня знал, что делать дальше.

- Это не столь важно, просто вы должны верить мне. Как бы это не звучало странно, но душа Эрики осталась в этом мире. И она попросила меня, что бы вы знали об этом. Она стоит за мной, я слышу, чувствую и вижу её призрак.

Повисла тишина. Оба и Том и Рудольф молчали. И возможно это бы тянулось ещё неизвестно сколько, если бы ни дочурка. Ирэн выпорхнула как маленькая пташка из-за спины мужа и начала щебетать свои заливным детским голосочком:

- Правда? Ты тоже значит, чувствуешь её? Да?

Теперь не только я, но и муж с пареньком оглянулись и с удивлением посмотрели на малышку. Первым опомнился Томас и быстро выпалил:

- Да. Она сейчас стоит рядом с тобой.

Ирэн тряхнув своими длинными волосами, обернулась, а я присев на корточки склонилась и, заглянув в её глаза, увидела своё отражение.

- Мама...

- Моя маленькая принцесса...

Томас

Всё произошедшее на моих глазах казалось мне всего лишь вероятностью случая. Ирэн дочь Эрики тоже, как и я видела призраков и чувствовала их. Возможно, для кого-то это было бы находкой. Но для меня осознания, что не я один такой вселяла долю счастья, что я смог помочь ещё одной душе. Казалось вот оно произошло то чего каждый из них ждал с того времени как эта девушка ушла из мира живых. Но муж Эрики стоял с таким же печальным выражением лица, и я понял, он не видит её.

- Эй, - задел его локтем, чтобы хоть как-то разредить сгущающую обстановку, - это её судьба понимаешь?

Мужчина посмотрел на меня, но ничего не сказал. А потом вышел из комнаты, предоставив меня себе самому. А я в свою очередь вышел вслед за ним, предоставив возможность побыть на едине матери с дочерью.

Э́рика

Я смотрела на дочку, и пелена слез застилала глаза, но на душе было спокойно. Она же просто улыбалась, малышка даже не плакала. Наверное, впервые за всё то время, которое ей пришлось пережить. Её худенькие пальчики коснулись моей щеки, но лишь прошли. Это было странное чувство и вместе с тем приятное и холодящее. Мне хотелось притянуть её к себе и обнять. Но понимала что это сейчас в прообразе призрака невозможно. Казалось мне совсем ненужно говорить ни слова, в её взгляде всё было и так ясно. Пятилетняя дочурка так осознанно смотрела на меня, от чего волнение накатило, заставив забеспокоиться. И хотя я не понимала от чего в моей голове зародились новые путаные мысли, меня пугало то что будет с Ирэн после того как моя душа упокоиться с миром. И хотя я уже смерилась с тем, что буду вечно бродить, (и потому после встречи с Томом в моём сердце посилилась надежда, что мне удастся обрести покой), не хотелось уходить и оставлять дочку одну. Ведь теперь, когда она, наконец, смогла видеть меня оставить её будет бесчеловечно. Но я понимала, что иначе не смогу и рано или поздно уйду.

"И что тогда будет - никто не знает. Хотя..." - мысли снова вертелись в голове.

- Милая, ты подождешь меня? У меня есть для тебя подарок.

- Подааарок? - протянула удивленно Ирэн, её глазки оживленно забегали, заставив меня улыбнуться.

Поднявшись с корточек, кинулась в спальню и, сняв с шеи кулон в виде ключа, подошла к шкафу, но к большому моему сожалению руки вновь прошли сквозь резные дверки, и мне не удалось вытащить с полки шкатулку. От отчаянья руки затряслись и слезы полились, но теперь лишь от обиды. Став призраком мои возможности оказались ограниченными, и это болью отразилось в душе, скрутив меня. Крик раздался по комнате, и только когда в комнату вбежал Томас вместе с Ирэн, до меня дошло - то были мои вопли.

Томас

Муж Эрики стоял на террасе, не обращая внимания на моё присутствие, словно меня не было. Да и не удивительно, какое ему было дело до мальчишки? Его сейчас волновали, куда важнейшие думы, особенно, судя по напряженному выражению лица. И поэтому меня не покидало ощущения, что я тоже стал призраком, но всё прояснилось, когда из дома раздался крик. Без сомнения принадлежавший призрачной девушке.

Не думая ни о чём я бросился в дом, когда наткнулся на малышку, которая была напугана не меньше меня.

- Где она?

Ирэн указала худенькой ручкой в сторону спальни и, не теряя ни минуты, ноги понесли меня по заданной траектории.

Оказавшись рядом с Эрикой, которая лежала на полу и, содрогаясь всем телом, рыдала, склонился над призраком и коснулся её померкших огненных волос. Моя рука утонула в её прекрасной призрачной шевелюре. Но она лишь продолжала дрожать, не обращая внимания ни на кого, и мне никак не удавалось её успокоить.

- Мамочка..., - Ирэн присела рядом со мной на корточки. Её голубые глаза, напуганные и растерянные бегали из стороны в строну.

- Шкатулка..., - Эрика поднялась и указала пальцам на лакированный темно-красный шкаф, - медальон в шкатулки.

Почти поняв душу с полуслова, поднялся и раскрыл дверцы, вынув оттуда маленькую шкатулку, сделанную из какого-то хрупкого, на первый взгляд материал и отдал малышке, которая вставила ключ, что ранее я видел на шее призрака. Два поворота и раздался щелчок, а потом моему взору представился сияющий сделанные, похоже, из меди медальон. Когда девочка развернула его, мне удалось разглядеть гравировку, на которой было четко каллиграфическими буквами выведено "Грань души".

Ирэн держала в руке медальон, и, рассматривая выгравированную надпись вздыхала. Я не знал, как помочь девочке, хотя и понимал, что ей далеко труднее, чем было мне. Ведь она совсем малышка. Возможно, она даже не осознает, что ей предстоит сделать в ближайшем будущем. Ну, это и к лучшему, по крайней мере, пока она ребёнок ей не стоит познавать мир мертвых, а уж я обязательно сделаю так, чтобы ничего не волновало эту малышку.

Э́рика

Сумев, наконец, подняться с пола я подошла к Томасу.

- Ты как? - по его лицу было видно, что паренёк беспокоился, - если ты о Ирэн, то я не дам её в обиду. Знаешь ведь у неё такая же судьба, как и у меня.

- Всё в порядке. Знаешь, я верю тебе, ты позаботишься о ней. И передай Рудольфу, что я всегда буду рядом. В его сердце.

- А ты?

- Я должна уйти. Но мне будет проще, если буду знать, что ты действительно позаботишься о моей малышке. Потому что Руд и так в подавленном состояние и вряд ли сможет её чем-то помочь.

- Эй, ты можешь верить мне, - парнишка улыбнулся, впервые за то время, сколько мы виделись.

- Почему ты помогаешь мне? - меня до сих пор удивляло его великодушие.

- Потому что это моё предназначение помнишь?

Я кивнула и ещё разок, взглянув на дочурку, которая до сих пор рассматривала медальон. Скупая слезы скатилась по щеке и, развернувшись, пошла прочь из этого дома. На террасе остановилась, чтобы ещё раз запомнить лицо мужа, который был подавлен, и вся моя душевная сущность остро чувствовала это. А потом пустилась в бесконечный и вечный путь...

Я - душа, бродящая по лабиринтам собственного сознание, выхода из которого нет. И нет ничьей вины, в том, что я застряла в этом мире. Просто это моя судьба. Просто существовать отдельно от других, отдельно от всего мира...