# Личное счастье

Евгений Григорьевич Добрушин

Мы дружили с детства. Я и Вадик. Лучшего друга у меня никогда не было, и вряд ли будет. Он был мне не только другом, но и защитником, покровителем и, пожалуй, даже, учителем. Будучи на два года меня старше, он, несомненно, имел преимущество передо мной. К тому же он был силен, как бык, и умен, как змей. У нас, в Ленинграде он входил в какую-то тайную сионистскую ячейку. Чем они занимались, я, толком, не знал. Единственное, что Вадим еще в восемьдесят седьмом начал подпольно учить иврит, и еще через год уехал в Израиль. А в девяностом уехали мы.

В школе Вадик постоянно дрался. Его боялись все, и старшие, и младшие, и даже учителя. Поэтому и меня не трогали. А в десятом классе он ввязался в какую-то крутую разборку с местной шпаной. Наших было всего трое. Тех - с десяток. В больницу попали всей компашей.

Не могу сказать, что мой друг пострадал больше остальных. Просто ему не повезло. С тех пор, у него "поехала крыша".

Я был свидетелем его болезни, и надо сказать, это было по-настоящему страшно. Он себя возомнил "контактером", что, мол, инопланетяне с ним "на короткой ноге", в общем, еще немного, и заберут его куда-нибудь на Альфа Центавра. Потом его вылечили, но раз в пять-шесть лет он, все же, залетал в психушку. В Израиле Вадим благополучно сел на пособие от Народного Страхования, получил государственную квартирку и жил себе припеваючи, хавая таблетки и пописывая стишки в местные русскоязычные газеты. Иногда он подрабатывал. В начале - на уборке, потом - по уходу за стариками, после - охранником. Родители у него умерли, когда ему еще и семнадцати не исполнилось, так что был он один как перст. Иногда у него появлялась подруга, тоже, как правило, из "системы" (как он называл психических инвалидов), но продолжалось это не долго. К тридцати пяти годам у него не было ни семьи, ни детей, только единственный друг - я. Он мне постоянно жаловался на жизнь, что вот, мол, учился в физматшколе, все было нормально, и тут эта драка...

Вся судьба - пополам!

Мне, конечно, жалко его было. А что я мог поделать?

У меня - жена, двое детей, работа хорошая, квартиру купил, машину каждые три года меняю...

А ему как помочь? Я же не волшебник! Время вспять не повернешь, обратно все не переиграешь.

С одной стороны, в материальном плане у него проблем не было. Но социальный статус в Израиле - первое дело. Девушка с проблемами, если симпатична более-менее, может вполне рассчитывать на неплохую партию. Мужику же, с аналогичным диагнозом, дорога одна - к проститутке. Ну, или "тихо сам с собою"...

И вот, однажды, Вадик мне звонит в десять вечера. И так, гордо, заявляет:

- Ну, Колян, можешь меня поздравить!

- Поздравляю! - говорю я. - А с чем?

- Колька, это свершилось!

- Что?

- "То, о чем так долго говорили большевики".

- И о чем они говорили? - раздраженно спросил я. Жутко хотелось спать. День был тяжелый, никак не удавалось отладить программу для Майкрософта, начальство всю душу из нас вымотало. А тут Вадим...

- Так, срочно дуй ко мне, - говорит он. - Это не телефонный разговор.

- Тут КГБ нет. А Шабаку на тебя наср...

- Послушай, ты хочешь увидеть счастливого человека?

- Да?!

- Ну!

- Ты что, миллион в ЛОТТО выиграл?

- Нет! Лучше! Я выиграл гораздо более крутой приз!

- И какой же?

- Так, все. Я тебя жду.

И он положил трубку.

Чертов шиз!

Да, теперь мне уже не уснуть...

Меня распирало любопытство. Что же стряслось с Вадимом, что он стал такой счастливый? Ну, слава Богу! Может и в самом деле "лед тронулся". Хотя, скорее всего, "тронулся" Вадик.

Я быстро оделся и пошел к двери.

- Ты куда? - спросила жена.

- К Вадиму.

- Случилось чего?

- Похоже, что да.

- Что, опять?

- На этот раз, ничего плохого не произошло. И даже наоборот. То ли в ЛОТТО он выиграл, то ли чемодан с деньгами нашел.

- "Ну, дай-то Бог, нашему теленку да волка съесть..."

- Ну, я пошел. Ложись спать без меня.

- Не задерживайся очень.

- Ладно...

Я вышел на улицу. В пятницу вечером наш городок почти вымирает. Народ справляет приход субботы - машины редки, пешеходы - еще реже.

Пройдя два квартала, я нашел в конце переулка дом друга и позвонил в старенький звонок.

Дверь распахнулась. За ней сияла счастливая рожа Вадика.

- Я знал, что ты придешь! - сказал он.

- Ну, чего? Где твой миллион, показывай!

- Нет никакого миллиона! Только ты не перебивай! Вот. Садись и слушай. Сегодня великий день в мой жизни, Колян! Великий!

Он налил мне в бокал кока-колы, в другой - себе.

- Давай! Рассказывай! - мне не терпелось узнать, что же произошло.

- Значит так. Я сегодня дрых до восьми вечера.

- Поздравляю!

- Не перебивай! Потом проснулся, выпил чашечку кофе...

- Принял ванну...

- Да. Принял ванну... Думаю, чем заняться? Ну, поставил "Кислород" на проигрыватель, включил сурраунд, и вдруг...

- Что?

- Гаснет свет.

- Щит вырубило?

- Нет. Музыка продолжала играть, а люстра погасла.

- Лампочка перегорела?

- Нет. Как видишь, горит!

- Ну, ты ее поменял, наверное.

- Ничего я не менял! Она сама потом загорелась!

- Так, ну а дальше?

- В общем, в полной темноте...

- Кстати, а когда это было?

- Да вот только что!

- Ясно. Ну и...

- В полной темноте прямо передо мной загорается маленький огненный шарик...

- Да ну?! Шаровая молния?

- Что-то вроде этого. Дальше, шарик начинает расти, и вырастает до размеров... - он показал руками, - в общем, метра два в диаметре. Почти до потолка. А внутри шара - человек!

- Врешь!

- Клянусь!

- "Это у женщин клятвы, а у джинов каждое слово - правда", - процитировал я фразу из любимого фильма.

- Тут шар, значит, гаснет, свет загорается, и под аккорды Жан Мишель Жара появляется ахренительная красавица...

- Инопланетянка...

- Ага!

- Блондинка?

- Нет. Представляешь - с виду, типичная "марроканка", но такая красотка - я чуть не умер от разрыва сердца.

- Вот это да!

Вообще-то, честно признаться, я не верил ни одному его слову. Судя по всему, у моего товарища снова началось обострение. Я решил "прикинуться чайником". В конце концов, его шизухи были весьма красочны, и, хотя, все это производило жуткое впечатление, однако лучшего театра и придумать было нельзя.

- На вид ей было не больше восемнадцати, - продолжал Вадим. - Фигурка точеная, кожа - как оливковое масло, волосы - чернее ночи, а глаза... Просто полный отпад - ярко голубого цвета!

- Вот это да-а...

- Представляешь?

- Класс!..А какой у нее рост? Высокая?

- Да. Высокая. Как манекенщица.

- Все манекенщицы - дуры...

- Но не эта! У нее в глазах такой интеллект! Прямо в душу смотрит...

- А ты?

- А я как в трансе - стою рядом с ней, и глаз оторвать не могу...

- А она?

- А она говорит: "Здравствуй, Вадим! Меня зовут Ая. Я пришла за тобой".

- По-русски?

- Что по-русски?

- Говорит она тебе - по-русски?

- Ну да!

- Замечательно! И переводчик не нужен...

- Не веришь?

- Нет, ну, почему же...

- Думаешь, у меня шизуха?

- Честно?

- Да.

- Да. Думаю, что у тебя шизуха.

- Ну, и дурак!

- А ты умный?

- Ну, уж не глупее тебя...

- Ничего. Скоро ты попадешь на "гимел", там все такие умные.

- Скотина ты, Колька!

- Я тебе советую, завтра же пойти в "Гею" и попросится на госпитализацию. Может, тебя еще на открытое отделение возьмут.

- А я тебе советую, прикрыть мурло газетою!

- Ладно, - сказал я, поднимаясь с кресла. - Я пошел домой.

- Подожди, я тебе еще не все рассказал!

- Да и так уже все ясно. Глюки у тебя.

- Ну, и хрен с тобой!

- Спокойной ночи!

- Спокойной ночи.

Когда я был уже в дверях, он мне сказал:

- А хочешь, у меня завтра будет настоящая борода?

- Как это?

- А вот так. Тогда ты мне поверишь?

Вадик сейчас был гладко выбрит.

- Фантаст! Ей богу, фантаст... - я усмехнулся и вышел на улицу.

На небе горели яркие звезды. Было тепло. Октябрь в Израиле теплый месяц.

Пахло какими-то цветами, тихо работали поливалки, разбрасывая по газонам струи воды. Я шел и думал, что скоро опять буду навещать своего друга в психбольнице. Как, все-таки, это грустно...

На следующий день Вадик мне позвонил после обеда.

- Хочешь полюбоваться на мою бороду?

- Да? - удивился я.

- Приходи.

Меня разбирало любопытство. Через пятнадцать минут я уже был у него.

Вот это да!

- Как ты это сделал? - спросил я удивленно, предварительно проверив, что борода не приклеена, а самая, что ни на есть, настоящая.

- Месяц не брился, - спокойно ответил друг.

- Как месяц?! Мы же только вчера расстались!

- Правильно. А потом я отправился в параллельный мир, и месяц провел вместе с Аей. Кстати, мы ждем первенца. Ая уже беременна.

- Какая Ая? Какой мир? Что за чушь ты несешь?

- Я тебе вчера рассказал правду.

Я сел в кресло и обхватил голову руками. На миг я представил, что Вадим не врет...

- Да ты не переживай, Колян, все нормально. Просто я стал самым счастливым человеком на земле. Вот и все.

- Вот и все, - повторил я. - Ни хрена себе! У чувака жена инопланетянка, а так все нормально. Контакты третьего рода, так сказать. Очень близкие контакты...

- Ну, тебе интересно, как это произошло?

- Еще бы мне было не интересно!

- Ладно, только я пойду, вначале побреюсь. Не люблю бороду.

- Так ты это только для меня придумал, с бородой-то?

- Конечно! В качестве доказательства. Ая только тебе разрешила обо всем рассказать. Так что, учти - никому ни слова!

- Дык, ясное дело!

Пока Вадим брился, я понаблюдал за ним. Да, он не врал. Зарос он по-настоящему, без всякой бутафории.

- Значит, - сказал я, когда мы вернулись в комнату, - ты говоришь, что вчера к тебе прилетела инопланетянка, чтобы, так сказать, выйти за тебя замуж?

- Ну да!

- А что, у них там с мужиками напряженка?

- Все у них в порядке. Просто она полюбила меня с детства. Я был ее кумиром. И когда она стала совершеннолетней и получила право распоряжаться своей судьбой, пришла ко мне.

- Значит, ты ее кумир?

- Ага.

- С чего бы это?

- Помнишь, как я чудил тогда, в Ленинграде?

- Еще бы мне не помнить! Ты тогда миры спасал. Или что-то вроде этого.

- Смеешься? А, тем не менее, это все оказалось правдой.

- Что?

- Я проделал работу, и эта работа изменила очень многое в расстановке сил Добра и Зла.

- Что ты говоришь! - я опять начал сомневаться во вменяемости моего товарища.

- В общем, я не хочу тебе ничего рассказывать. Просто я помирил две враждующие вселенные, благодаря чему спас миллионы цивилизаций.

- И нашу тоже?

- Про нашу - не знаю. Думаю, все у нас будет нормально.

- Это тебе Ая сообщила?

- Она самая.

- Слава тебе, Господи! - сиронизировал я, воздев руки к небу. - А то я думал, скоро ядерная война, пора заказывать место на кладбище...

- Дурак ты, Колька!

- Хорошо. Где твоя Ая? Покажи мне ее, хотя бы, и я тебе поверю!

- В том то и дело, что я не могу этого сделать!

- Почему?

- Мне запрещено кому-либо ее показывать. Она приходит за мной, каждый раз из этого шара, забирает меня с собой туда, потом возвращает. Причем, в то же время, из которого забрала. А там я могу прожить хоть тысячу лет. Кстати, я больше не старею, и может, даже, начну молодеть. Видишь, у меня уже и лысина заросла...

- Да, я это заметил.

- И зрение стало лучше. И лекарство принимать не надо...

- Ах, вот в чем дело! Ты перестал принимать лекарство...

- Успокойся, Колька, я здоров. Никакой болезни у меня нет.

- Ну, хорошо. Допустим, Ая инопланетянка. Но почему она при этом является человеком? Кто может дать гарантию, что на других планетах должна быть точно такая же жизнь, как и у нас? Те же гены, те же люди. Ведь она ждет от тебя ребенка, значит, ваши гены не просто очень близки, а совместимы! Ты понимаешь, что даже в пределах нашей Вселенной это совпадение крайне маловероятно?

- Ая - потомок землян, покинувших Землю тысячи лет назад. Их забрали пришельцы и поселили у себя на планете. Теперь там две расы - земная и местная. Фирштейн?

- А чего же они не войдут с нами в полноценный контакт? К чему такая конспирация?

- Земля еще не готова для этого контакта. Мы для них дикари, причем очень опасные. Они за нами постоянно наблюдают, но при этом остерегаются вступать с нами в серьезные отношения.

- А как же Ая?

- Она меня давно знает. Мою биографию они изучают в школах.

- С чего бы это?

- Я у них, как пример человека новой формации, нового духовного уровня. Человек будущего.

- Да? Так что, в будущем все будут шизофрениками?

- Ты зря иронизируешь. Просто я пожертвовал своим здоровьем для спасения совсем незнакомых мне существ. Иных цивилизаций и миров. При том, что ничего не просил взамен.

- Ну, ничего. Судя по всему, ты свою награду уже получил.

- В общем, да. Слава Богу, есть в мире справедливость!

- И ты счастлив?

- Да.

- Но ты же почти ни с кем не можешь поделиться своим счастьем! Даже рассказать об этом никому, кроме меня не можешь. Да и я, честно говоря, не до конца тебе верю.

- Человек счастлив для себя, а не для других. Это, как дышать...

- Хорошо. Допустим это так. Ну, и где вы там живете?

- В Ленинграде, где же еще.

- Чего?

- У Аи есть собственная планета. Так, небольшая планетка, площадь которой приблизительно равна ленинградской области. А гравитация - земная. Ну, там ядро просто более плотное. А так - все как на земле. Леса, реки, озера, Финский залив, Нева, город. Людей там нет. А город точно такой же. Только на нашей Синопской набережной вместо старого дома - большой красивый дворец, в котором мы и живем с ней вдвоем.

- Здорово! А вам не скучно?

- Нет. Знаешь, я там начал учится. Ая меня учит высшей математике, физике, химии. У меня сейчас голова работает лучше, чем когда бы то ни было. Летом на байдарке катаемся, на велосипедах, осенью - грибы собираем, зимой - на лыжах. В Кавгалово.

- А там и зима есть?

- Система искусственного климата полностью имитирует земную. Так что, я как бы вернулся в свое детство, только теперь все по-другому. А во сне я общаюсь со своими родителями. Бабушками, дедушками... Ая может управлять снами, и вышла на реальный контакт с тем миром. Ну, ты понимаешь...

- Да, классно. А с кем вы еще там общаетесь?

- К нам иногда приходят в гости ее друзья, подруги, родители, учителя и коллеги. Она ведь очень крутой ученый. Создает различные модели вселенных. Наш "Ленинград" - ее первая работа.

- Слушай, а нашей цивилизации они не могли бы помочь?

- В чем?

- Ну, покончить с войнами, террором, преступностью, болезнями...

- Все они могут. Но не считают нужным это делать. Все должно идти своим естественным путем.

- А если мы сами себя уничтожим?

- Значит так нам и надо. Наш генофонд у них есть, а все остальное - не их проблемы.

- И ты так спокойно об этом говоришь?

- А что? Как ты думаешь, они должны поступить? Захватить нашу Землю и навести на ней порядок? Пинками в рай? Или всех превратить в добреньких зомби? Послать Месссию, чтобы он каким-то волшебным образом построил идеальное общество на нашей планете? Как ты себе это представляешь?

- Насчет Мессии - интересная идея. Давай объявим Мессией тебя?

- И что я смогу сделать? Устроить вселенский диктат? Кто будет меня слушать? А если и будут? Кому нужны послушные тупые рабы? Люди должны творить добро по велению сердца, а не потому, что кто-то так приказал, даже если это божий посланник.

- И когда же, по-твоему, люди начнут повсеместно творить добро?

- Оо-о... Это произойдет очень не скоро. Лет так через двести. Если вообще произойдет.

- А ты все это время будешь жить в своем "Ленинграде" с красавицей женой?

- Там, или еще где. Здесь я тоже буду появляться. Когда захочу с тобой поболтать.

- И тебя устроит это единоличное счастье?

- Вполне.

- А разве можно быть по-настоящему счастливым, когда в мире столько несчастных людей?

- Во всяком случае, это лучше, чем быть несчастным в мире счастливых...

Я шел домой и думал о своем друге. Нет, я не завидовал ему. Фактически, он покинул наш мир, хотя иногда и возвращался сюда. "Живой труп". Да, можно сказать, что для нас он умер. Тут его уже ничего не удерживало. Возможно, больше я его не увижу. И все-таки, я был рад: одним счастливым человеком стало больше. Хотя, может, я и ошибался...


24.04.2005