# На футбол

Димыч Чваков

Ехали мы в Симферополь...

На футбол


В сезоне 1981-1982 года Киевское "Динамо" вышло в четвертьфинал Кубка Чемпионов Европейских стран по футболу. Да-да, в те времена ещё не существовало нынешней Лиги Чемпионов. Победители первенств своих стран разыгрывали Кубок по схеме "плей-офф" без проведения предварительных групповых турниров. Первый матч с английской "Астон Виллой" из славного города Бирмингема должен был состояться в столице Украины весной 1982-го, но погодные условия не благоприятствовали. Поэтому матч перенесли в Симферополь.

Что ж - Крым так Крым. Нам со Стасом, моим институтским приятелем, не привыкать. Посещали мы и раньше сей красочный уголок земли - провели здесь всё лето 1978-го в стройотряде. Решили ехать, во что бы то ни стало. Мы должны видеть предстоящую игру только на стадионе - вы себе не представляете, какой Стас фанатичный болельщик! Проблему с билетами на матч урегулировали через нашего же выпускника, который в Симферопольском аэропорту тогда работал после распределения. Оставалось только как-то незаметно слинять с занятий, чтобы на два-три дня покинуть Киев. Это обстоятельство тоже не стало роковым камнем преткновения, который так часто разбивает чьи-либо хрустальные мечты.

Командир нашей учебной группы, понял недвусмысленные намерения болельщиков совершенно правильно и согласился прикрыть нас со Стасом своей бескорыстной орденоносной грудью старшего сержанта запаса.

Итак, все мосты наведены, запасные варианты предусмотрены, теперь пора основательно подумать о том, как мы поедем, чтобы понапрасну не потерять дорогого учебного времени. Всё-таки четвёртый курс - он определяющий для дальнейшего формирования всесторонне грамотного специалиста. Но читать конспекты и учебники в трясущемся вагоне - это не для нас. Мы избрали другой, более традиционный путь. Пиво в дороге - вот панацея от всякого рода комплексов "не выученных уроков".

Взяли мы со Стасом десятилитровую канистру и в гастроном пришли, что напротив первого учебного корпуса. Туда к нашему вящему удовольствию "завтрашнего" "Светлого" завезли в бутылочной таре. Перелить ящик ячменного напитка в канистру не настолько простое дело, как представляется на первый взгляд. Всё дело в пене, знатоки меня поймут. Нам было трудно, но многочисленные лабораторные работы в "Бризе", "Янтаре", "Казематах", "Байконуре"* не прошли бесследно - мы справились. Бутылки сдали в пункте приёма неподалёку. Вырученные от операции деньги пойдут на питание в пути. Дальше нас ждала железная дорога и купейный вагон скорого поезда - более дешёвых билетов в кассе не оказалось. Поезд следовал по маршруту Киев - Симферополь.

Молодёжь, наверное, не знает, что такое "завтрашнее" пиво. Поясню. Раньше никаких консервантов для бутилированных напитков не применялось, потому хранилось пиво в магазинах недолго - четыре-пять дней, потом его уже никто не брал - кому захочется пить кислятину. Дату изготовления можно было прочитать на этикетке. Если на пивзаводе предполагался вечерний завоз расфасованного продукта, то на готовом продукте штамповали грядущую дату. Вот вкратце история появления "завтрашнего", самого свежего пива.

По дороге на вокзал Стас заметно нервничал. Я спросил его, в чём дело. Он ответил:

- Представляешь, если к нам в купе подсядут халявщики... Тогда нам с тобой пива до Крыма не хватит. Мы же не сможем не угостить соседей... как люди интеллигентные. Такая незадача.

Я тоже взволновался, а вдруг! Ладно, садимся в вагон. Купе ещё пустое. Пригубили из канистры. С напряжением ждём соседей. Вот они, голубчики. Первым зашёл сухопарый мужичок неопределённого возраста и звания. Он быстро осмотрел купе и, высунувшись в коридор, чётко доложил:

- Всё в порядке, Николай Сергеевич, можете заходить. Тут два парня приличных сидят.


Зашёл Николай Сергеевич - очень солидный мужчина в костюме явно индивидуального пошива, с галстуком за сто долларов на шее (это уже сейчас я такой догадливый), итальянских туфлях из мягкой телячьей кожи. Он вежливо поздоровался и присел на нижнюю полку. Сухопарый внёс красивый кейс крокодиловой сущности и плащ своего спутника. Мы несколько расслабились, разглядев стильного босса (то, что он босс, было написано у него на очках вензелем дорогущей оправы с Апеннинского полуострова). Этот пива пить не станет. Слава, как говорится, железнодорожному богу и министру путей сообщения!

На подозрении оставался сухопарый. Он точно "тёмная лошадка". Такие за милую душу могут литров пять в один присест приговорить и не поморщиться. Но надежда ещё теплилась. Поезд тронулся. Начиналась обычная дорожная жизнь. Пока мы со Стасом курили, Николай Сергеевич переоделся в новёхонький "адидас", а его спутник в синее трико с Чебурашкой, склоняющим старуху Шапокляк к строительству Дома Дружбы людей и животных, на заднем кармане. Как раз в духе евротолерантности нынешнего времени.

Босс сидел за столиком вполоборота, перед ним - дорогой хрустальный фужер - наверное, из дома прихватили соседи по купе - с НАШИМ пивом. Вот тебе и здрасьте! А с виду вполне приличный мужчина! Стас было открыл рот, чтобы заслать комментарий по поводу своего отношения к несанкционированным действиям упакованного в "фирму'" гражданина, но Николай Сергеевич его опередил.

- Извините, ребята, я тут без спроса похозяйничал. Просто Володя минералку не успел купить... Пить вот очень сильно захотелось. Да, и соскучился я, честно говоря, по пиву, - изрёк он.

Нам ничего не оставалось делать, как только принять данную сентенцию к сведению. А чёрные мысли тем временем кружили в наших головах с циклической навязчивостью бешеной карусели. Теперь точно до Симферополя не хватит. Вот ведь загнул, Демосфен недоделанный, по пиву он соскучился. Мы, например, может, больше его скучали! А денег-то у нас совсем в обрез, студиозы всё-таки - и без того денюжку на билеты по всей общаге "стреляли". Благо, ещё бокал хрустальный один. А, ну как этот самый Володя свою кружку достанет - с него станется.

От посетивших наше буйное воображение невесёлых размышлений мы со Стасом начали быстренько реализовать свой продукт, чтобы соседи всё выпить не успели. Но странное дело, Николай Сергеевич продолжал мелкими глотками цедить свои полфужера, а сухопарый так, вообще, ни словом, ни делом на нашу канистру не реагировал. Но кто знает, какая блажь придёт ему на ум в следующую секунду. В купе висела напряжённая тишина, будто на поминках, в их начале. Наше со Стасом дружное бульканье в попытках отстоять своё пиво, прервал мягкий голос босса:

- Ребята, покушать не хотите? Студенты, наверное. Всё по общагам... Володя доставай.

Сухопарый открыл кейс и вывалил на стол банку с крабами, шпроты, сервелат, балык, нежинские огурчики в мелкий вельветовый рубчик, красную икру, севрюгу холодного копчения, три пучка зелени и ещё кое-что. Затем из кейса, как бы сами собой, выпрыгнули на стол две красивые бутылки с армянским коньяком и виски "White horse", а следом выкатился лимон, нарезаясь на ходу тонюсенькими ломтиками в умелых руках Володи. Оттуда же, из рукавов референта-наперсника, прибыли маленькие коньячные рюмочки в количестве - три, и немного побольше - видно, под виски. Николай Сергеевич сделал широкий жест "чем богаты", дескать, и спросил:

- Я угадал - вы студенты? Угощайтесь. Когда ещё доведётся. А то меня всегда в дорогу так снаряжают, будто неделю ехать. Не пропадать же добру.

"Не пропадёт их скорбный труд!" - отметил я мысленно классической фразой деяния неизвестных мне людей, собирающих Николая Сергеевича в путь-дороженьку.

И мы угостились. Сам же хлебосольный владелец яств выпил рюмку коньяку с лимоном, закусил чайной ложечкой икры и полез на верхнюю полку спать со словами:

- Вы на меня не смотрите, молодёжь. Пейте, закусывайте. А моё дело стариковское, да и день завтра трудный.

Когда босс захрапел, Володя ретиво присоседился к столу и начал метать деликатесы, как будто это была обычная картошка. Он по-прежнему ничего не пил. Мы удивились. Сухопарый засмеялся:

- Нет-нет, ребята, нельзя! Мне ещё завтра по Симферополю Сергеевича возить - чужим-то водителям шеф не доверяет, - а он страсть как не любит, когда перегар. Вот разве что я у вас пива стаканчик попрошу...

Почему-то возражать ему совсем не хотелось. Мы, мучимые стыдом, поглощали продукты, подаренные нам судьбой и родной партией (Николай Сергеевич оказался не простым функционером, а вторым - то есть, далеко не последним - секретарём какого-то райкома) и думали о том, что пива можно было и не брать вовсе. Ну, может быть, только два стакана для попутчиков.


* - автор перечисляет названия популярных в среде студентов КИИГА заведений, где они, не щадя здоровья и времени, отдавали себя практическим занятиям по борьбе с хмелем и солодом.