# Потусторонняя любовь

Николай Владимирович Чернышев

Мистика, сказка о взаимной любви чертихи и человека.

Николай Чернышев

Потусторонняя любовь


ОТ АВТОРА


Несмотря на невероятную, даже фантастичную историю всё изложенное ниже основано на реальных событиях.


Будучи студентом медиком, я подрабатывал на жизнь санитаром в психиатрической больнице, где и повстречался с некоторыми участниками этой удивительной истории. Относясь поначалу к ней как к вымыслу воспалённого рассудка, я постепенно под влиянием некоторых труднообъяснимых фактов, пришёл к убеждению в её искренности.


Первоначально меня поразили телепатические возможности одного больного злокачественной формой шизофрении. Однажды утром заступив на очередное дежурство, я застал этого невменяемого больного в возбуждённом состоянии, он был привязан к кровати простынями, весь в поту он то пытался вырваться из пут, то начинал ритмично раскачиваться, выкрикивая одно и то же имя - Люцифер. Поговаривали, что этот больной очень богат, выдвигался в мэры города, на него было совершено покушение, после которого попал в больницу с ранением, где и сошел с ума. В больнице убил своего охранника, засунув труп под кровать, расчертил пол в палате сатанинскими символами. Перестал что-либо понимать, узнавать знакомых, забыл своё прошлое и даже язык, которому теперь учился заново.


Сейчас больной на окружающее не реагировал, лишь после настойчивых попыток "достучаться" до его сознания, взгляд на секунду прояснялся, и он просил воды. Сколько бы ему не принеси - кружку, литр или два он выпивал всё залпом и тут же опять погружался в свой мир.


Вошедшая в палату пожилая медсестра попросила меня подержать его, для того чтобы сделать успокаивающий укол, и только она собралась ввести лекарство, как вдруг больной перестал вырываться, затих, осмысленно посмотрел на неё, и закричал, коверкая слова каким то акцентом, словно он был иностранец плохо знающий русский язык:


- Толи! Толи! Тилифони!


- Леша, о ком ты? Какой телефон? - переспросила она.


- Анатилий Питрович! Помогите! Ему больна! - прокричав эти слова, тут же вновь погрузился в бред, - Люцифер! Люцифер! - имя, которое он произносил правильно и чисто.


Лицо медсестры побледнело. Забыв про инъекцию, она дрожащими руками достала из кармана халата телефон. По-видимому, вызываемый абонемент не отвечал, так как она снова и снова набирала вызов. Минуты через две ей самой позвонили. Выслушав по телефону, она воскликнула - о Боже! - и тут же бросилась к дежурному врачу отпрашиваться домой.


На следующем дежурстве я узнал о несчастье медсестры. Муж её, Анатолий Петрович, попал в реанимацию с тяжелым инсультом. В том момент, когда мы с ней собирались сделать больному укол, Анатолий Петрович разговаривал дома по телефону со своим братом. Внезапно ему стало плохо, он потерял сознание. Брат слышал шум чего-то упавшего, после чего Анатолий перестал отвечать. Брат пару раз перезванивал, но безуспешно. После чего он позвонил жене своего брата, когда та и сама безуспешно пыталась дозвониться до мужа.


Прибежав домой, она застала Анатолия Петровича лежащим на полу без сознания, рядом валялся выроненный телефон. К сожалению, Анатолий Петрович через три дня не приходя в сознание, скончался в больнице. Для всех нас, коллектива психиатрического отделения, осталось загадкой, как больной в обострении шизофренического припадка, к тому же находясь на расстоянии нескольких километров от квартиры медсестры, мог в реальном времени узнать об апокалиптическом ударе её мужа.


Через несколько недель я сам стал объектом необычных способностей. Разговорившись с другим больным, кстати, поступившим в больницу в один день с телепатом - шизофреником, так вот этот больной в знак доброжелательного отношения ко мне предложил составить мой гороскоп. Астрологию, хиромантию и всякое другое мистическое чудачество я считал чушью, но мне была интересна психология больного. Он долго разглядывал мои ладони, потом производил какие-то странные расчёты в своей записной книжке и примерно часа через два принёс мне заключение на ближайшие несколько лет - два тетрадных листка исписанных мелким почерком. Первым пунктом стояла дата, когда я подверну левую ногу, и мне окажет помощь свет, который будет сопутствовать мне в моей жизни. Помню, я тогда подумал: Какой свет? Причём тут свет? Как свет мне может помочь? Действительно в указанное число я подвернул ногу, но это я ещё мог объяснить самовнушением или психической установкой, но откуда он смог узнать про Свету - девушку, оказавшую мне первую помощь, а через год ставшей моей супругой. И хотя в гороскопе было указано слово свет, для меня теперь не было ни капли сомнения, что под ним подразумевалось Света. Заинтригованный, я стал более внимательно общаться с теми больными, которые, по моему мнению, обладали чем-то непостижимом. Это была непростая задача, многие из них были замкнуты, другие полностью невменяемы, и добиться от них чего-либо мало-мальски связанного не представлялось возможным. Но всё же в течение нескольких месяцев, собирая по крохам их воспоминания или случайно оброненные фразы, наблюдая поведение, я пришёл к выводу, что некоторых из больных связывает одно событие. Более или менее, но собрав в единое целое, я записал эту удивительную повесть.


Заранее прошу у читателя прощения за некоторые литературные огрехи, так как мне пришлось домысливать некоторые эпизоды, чтоб связать всё в одно целое.


И еще, к моему сожалению, я не успел поговорить с одной больной лежащей в женском отделении - она умерла. Но как мне рассказывали санитарки этого отделения, она часто ругала своего первого мужа. Умершая женщина, рассказывала, что Алексей Гусев (телепат шизофреник из моего отделения), притворялся влюбленным мужчиной. Что она, поверив в его чувства, вышла за него замуж. А он оказался бандитом и агентом марсиан. Что у Гусева была богатая любовница, которая платила ему за любовь миллионы. Она также рассказывала, что после того как вышла второй раз замуж, этот Гусев, (который уже в то время находился на лечении в нашей психиатрической больнице) со своей любовницей извращались тем, что по ночам прыгали голыми с потолка в её постель, да еще и чертей с собою приводили.


- В общем сложный был клинический случай, - говорили мне про умершую больную санитарки. Но я так не считал, к тому времени у меня сложилась единая картина произошедшего.


ПРОЛОГ


Высшее общество потустороннего мира кипело от негодования, виданное ли дело, чтобы супруга третьего советника самого Сатаны крутила любовный роман с самым что ни наесть рядовым чёртом.


Разбившись группами, в ожидании бракоразводного процесса, черти и чертихи обсуждали новость:


- Как она посмела изменить Великому Крысину!


- Какая наглость! Казнить её!


- Посмотришь, кажется, она сама невинность, а на деле хуже всякой твари.


- Бедный Крысин, эта проститутка опозорила его, наставив навозные рога.


Свет запредельного мира был оскорблен поступком юной Змеяны, жены Крысина, третьего помощника Сатаны. Огромный сводчатый зал был до отказа забит представителями правящего класса. Ветер зла, состоящий из презрения и жажды мщения с примесью зависти, метался над рогами собравшихся чертей. Этот ветер из шёпота и выкриков, собравшись в одно целое и закрутившись ураганным смерчем, обрушился на очаровательную Змеяну, одиноко стоявшую в углу. Она содрогнулась и, оторвав потупивший взгляд от пола, посмотрела своими удивительно зелёными глазами на бушующую толпу. Тысячи зрачков излучающих чистейшее зло были направлены на неё, как крепкая кислота разъедающая метал, оно обволокло её. Чутьём она почувствовала, что сейчас её растерзают. Толпа колыхнулась раз, другой и медленно двинулась к ней. Наступила гробовая тишина, Змеяна плотней прижалась к стене, смотря на приближающую смерть. Но вдруг в зале раздались спасительные звуки горнов, толпа отхлынула и, прижавшись плотнее, образовала в центре широкий проход. В сопровождении советников в зал вошёл Верховный правитель Сатана. В накинутом тёмно-красном плаще он быстрым шагом прошёл к трону. В конце свиты уныло плёлся опозоренный Крысин.


- Привести виновного,- распорядился Сатана.


Стража ввела в зал раздетого догола, закованного в кандалы молодого симпатичного чёрта.


- Отвечай, как посмел ты прикоснуться к жене моего слуги. Окованный пал на колени:


- Смилуйся, мой Великий Господин. Я не хотел, это она меня совратила. Как я ничтожный мог отказать госпоже, она приказала, говорила, что муж ни о чём не узнает, а если откажусь, расскажет, будто я сам её домогаюсь.


Чёрт на коленях подполз ближе к трону и, взяв краешек мантии Сатаны начал её целовать, преданно смотря на повелителя.


- Господин, я не виноват. Пожалейте меня. Это всё она презренная! - потрясал перстом в сторону Змеяны.


- У тебя есть еще, что сказать в своё оправдание? - презрительно спросил Сатана.


- Клянусь мраком, я исправлюсь, и больше такое не повторится, - залепетал допрашиваемый. Ухмылка промелькнула на устах Люцифера:


- В этом я не сомневаюсь, - и повысил голос:


- Повелеваю отрезать ослушнику рога и на триста лет отправить на каторгу в топку!


Осужденный завопил от отчаяния, но его крик потонул в одобряющем гуле голосов присутствующих.


- Змеяна, жена Крысина! Подойди ко мне.


Зал затих. Юная Змеяна, дотоле с удивлением и презрением наблюдавшая за оправданиями бывшего любовника, подошла к трону.


- Отвечай, как посмела ты изменить своему мужу?


Змеяна посмотрела на восковое лицо Сатаны


"Что она может ответить? Оправдываться что не она, а как раз наоборот её совратили. Впрочем, она и не отвергала настойчивые ухаживания. Да и какая теперь разница, что случилось, то случилось, уже поздно что менять. Ждать прощения на это глупо надеться. Будь что будет".


Решив, что терять больше нечего, чертиха, вскинув голову, молвила:


- Великий Господин, я двести шестая жена Крысина, я юна и хочу любить и быть любимой. За сорок лет моего замужества муж ни разу не удостоил меня своим вниманием. Я не хочу, и не буду существовать в тени своего мужа в мрачной вечности.


Возмущённой дерзостью Змеяны по толпе прокатился глухой ропот. Ни один мускул не дёрнулся в лице Сатаны, таким же холодным взглядом, как минуту назад он продолжал смотреть на Змеяну. В этом взгляде было не то презрение к чувствам и желаниям чертихи, не то брезгливость. Впрочем, она ошибалась, не догадываясь, какое злорадство испытывает Господин, предвкушая свой приговор.


- Что ты желаешь?


Выдержав взгляд Сатаны, Змеяна ответила:


- Желаю свободы, любви, жизни полной.


- Ты получишь всё, сполна, но прежде ответь, почему ты благородных кровей изменила с низшим сословием.


- Потому, мой Господин, что никто другой не решился переступить дорогу Крысину, который заведует работой твоих палачей.


- Значит, ты любишь идиотов, я правильно тебя понял?- с иронией спросил Сатана.


- Нет, Господин, Вы не поняли меня.


- А ты дерзка и страх потеряла. Впрочем, мне жаль твою молодость и красоту, я смягчаю свой приговор, приговаривая тебя к ста годам ссылки в человеческое измерение. Но чтобы наказание не показалось простым, я говорю, что вернешься обратно лишь с условием, что первый человек, которого встретишь, проживет эти сто лет, но если он хотя бы сломает кость на мизинце, ты останешься на Земле в образе смертной.


Выходя из зала, Сатана, полуобернувшись к Крысину, процедил сквозь зубы:


- Если не выполнит условия она твоя.


ГЛАВА 1


Инженер Гусев был в подавленном настроении, сидя у фонтана в сквере Грибоедова он раздумывал о своей нелегкой жизни.


Полтора года назад, после окончания института он устроился на рыбоконсервную фабрику. Мечты открывали перед ним двери радужного будущего: через несколько лет он видел себя ведущим инженером завода, он любовался своей машиной, представлял, как с красавицей женой приезжает на великолепной тачке на уик-энд к друзьям. В мечтах у него всё получалось, было красиво, деньги не считал, владел собственным коттеджем, имел то, что хотел.


В жизни не повезло, с трудом устроившись обыкновенным инженером, он им и остался. Правда на третьем месяце своей работы он женился на Зинке из бухгалтерии, но именно жена оказалась главной занозой в его жизни.


Гусев не блистал красотой, не был и талантлив, хотя и считал себя таковым. На вид немного щупленький, всегда сутулый, он был рядовой посредственностью. До окончания института ни разу не был в близости с женщиной, лишь частенько в мечтах предавался грезам, что в скором времени он встретит ту единственную и неповторимую девушку. И, похоже, мечты стали осуществляться, устроившись на работу, через несколько дней он познакомился с замечательной, как ему казалось, девушкой Зиной, которая работала на этом же заводе бухгалтером. Зинка сама проявила инициативу в знакомстве с ним. Когда он по какой-то текущей надобности зашёл в бухгалтерию, то сразу приметил эффектную блондинку. В то время он ещё не умел отличать настоящих блондинок от искусственных изделий. Хотя какая разница? Главное она была блондинка, от чего его сердце особенно затрепетало. Окинув взглядом робко вошедшего Гусева, глаза Зинки заблестели, мило улыбнувшись ему, спросила:


- Вы наш новый сотрудник?


- Да, я четыре дня назад устроился на завод.


- Думаю вам понравиться работать здесь, и вы будете чаще заглядывать в бухгалтерию, а то мне так скучно целыми днями копаться в этой макулатуре. А как вас зовут?


- Гусев Алексей Федорович.


- Леша - красивое имя. А меня зовут Зиной, - и она весело щебеча о всякой чепухе, помогла ему разобраться в накладных на получения новых станков для цеха. На прощание, она, мило улыбаясь, ещё раз напомнила, что бы он ни забывал к ним приходить.


Гусев не спал всю ночь, сон не шёл. Ворочаясь на койке в съемной комнате, Гусев, улыбаясь, мечтал. Он представлял, как завтра зайдёт в бухгалтерию и, поболтав с девушкой, пригласит в кафе, а потом они пойдут гулять по ночному городу, он будет умён и остроумен и Зина, конечно, полюбит его. Поворачиваясь с боку на бок, он всё мечтал, представляя каждую деталь их завтрашней встречи. Заснул под утро и на час опоздал на работу. Начальник цеха, посмотрев на не выспавшегося Гусева, заметил, что нехорошо начинать карьеру с опозданий. Но сделанное замечание не испортило настроения, Гусев думал о своей Зине.


В течение дня несколько раз под разными предлогами хотел войти в бухгалтерию, но как только подходил к двери, сердце его робело и, делая вид, что куда-то торопится, проходил дальше по коридору.


Ночью опять не мог заснуть, думал о Зине, искал причину, чтоб встретиться с ней.


На следующий день, тупо уставившись в чертежи, он сидел за своим рабочим столом, слушал как Саня Акимов, его сосед по кабинету, весело рассказывал, как в выходные оторвался в пивном баре, и думал о Зине.


В дверь постучали, и вошла она:


- Здравствуй Лёша, я канцелярские принадлежности принесла, а то вы про нас забыли и перестали заходить.


- Да тут у меня работы так много, всё некогда было зайти, - промямлил Гусев, не в силах отвести взгляд от стройных ног Зинки.


Акимов присвистнул и тактично удалился.


- Лёша, у тебя такой замученный вид, ты, наверное, и по вечерам занят работой, нельзя так отдаваться ей.


- Да вот надо поскорее запустить новые станки.


- Ах, Лёша, сегодня такая чудесная погода может, погуляем вечером.


- Ну, если хочешь, давай сходим в кино, - краснея до корней волос, выдавил из себя Гусев.


- Алёша, говорят сегодня такой классный фильм, в одном из кинотеатров идёт, сплошные ужасы, я правда боюсь, но хочу это посмотреть.


- Я буду рядом с тобой, поэтому можешь не бояться,- ответил Гусев, почувствовав себя мужчиной.


Зина, подойдя вплотную, взяла его за руку:


- Ты такой сильный парень.


Гусев таял от счастья, весь сеанс кино Зина от страха прижималась и шептала что фильм очень страшный, он же обняв, успокаивал, говоря, что рядом с ним ничего не надо бояться. И эти слова успокаивали Зину, она лишь всё плотней прижималась к нему. После фильма они пошли по набережной, Гусев хотел, было оторвать с клумбы цветок, но увидев вдалеке двоих в форме, не решился.


- Алёша, а где ты живёшь?


- Снимаю комнату, правда, у меня беспорядок, везде книги раскиданы.


- А что в этих книгах пишется?


- Да разное, в основном я читаю о науке, люблю физику. Говорят вечный двигатель нельзя изобрести, а я думаю это возможно, и уже набросал чертежи этой машины.


- Как интересно, я хочу посмотреть на эти чертежи.


В эту ночь Гусев стал мужчиной. Днем, перебирая в памяти детали прошедшей ночи, удивлялся, как была неопытна в этих делах Зина, краснея, призналась, что он у неё первый мужчина, что никогда в жизни еще не любила.


С этой ночи жизнь инженера изменилась, на работе он большую часть времени проводил в бухгалтерии, ночью Зинка находилась в его постели.


Не успел окончиться месяц, как возлюбленная преподнесла ему сюрприз.


Вечером, после утомительной работы, лёжа в постели, Зинка в очередной раз спросила:


- Лёша, ты меня любишь?


- Люблю.


- Сильно любишь?


- Сильно.


- Лёш, у нас, кажется, ребенок будет.


- Что?


- Не что, а кто.


Гусев не ожидал такого оборота, не потому что боялся стать отцом, просто не предполагал, что это произойдёт так быстро.


Через два месяца состоялась свадьба, свидетелем со стороны жениха был Сашка Акимов. Под белым свадебным платьем невесты довольно отчётливо выпирал живот. Когда после шумного дня они, наконец, остались вдвоём, Гусев, обняв жену, провёл ладонью по её животу:


- Как быстро он увеличивается в размерах.


Зина, обняв Гусева, нежно поцеловала в губы:


- Доктор говорит, что у нас может, будет двойня.


- Я буду самым счастливым отцом,- глуповато улыбаясь, шептал он ей на ухо.


Еще через два месяца после свадьбы светящийся радостью Гусев с букетом цветов и коробкой шоколадных конфет вошёл в родильный дом. Как ему объяснили, у жены были преждевременные роды, но ребенок родился здоровым, вес 4 кг, рост 55 см. Гусев ощутил себя счастливым отцом.


И вот, через год его счастье рухнуло. Вернувшись из очередной командировки, Гусев в конце рабочего дня сидя один в кабинете составлял авансовый отчёт. Ему понадобилась обыкновенная канцелярская скрепка, порывшись у себя и не обнаружив нужного, он подошёл к столу Акимова и выдвинул ящик в надежде найти искомое. То, что он увидел, повергло его в шок. В ящике стола лежали трусики его жены. Нет, он не ошибся, это именно те трусики, которые он подарил своей жене, привезя их однажды из командировки, на них была вышита прикольная фраза: "Давай ещё разок". Схватив подарок, он бросился домой, ворвавшись в квартиру, заорал:


- Где мои трусы!


Зинка ошарашено смотрела на него, таким бешеным она ещё ни разу не видела его.


- Где трусы, которые я тебе подарил?! - кричал он, одновременно тряся перед нею этими трусами.


И тут Зинка врубилась, в чём дело, она не стала оправдываться и юлить, а выложила ему всё. Она никогда его не любила, просто попала в ситуацию, когда была беременна неизвестно от кого, а аборт делать уже поздно. Выход нашла её подруга, работающая в родильном доме:


- Послушай, найди какого-нибудь лопуха, навешаешь ему лапши, что залетела от него, а потом якобы у тебя произошли преждевременные роды, и будет у твоего отпрыска законный отец, к тому же считающий ребёнка своим.


- Гусев, ты недоумок! Ты полный идиот! Такого тупого, как ты, нигде больше не найдётся. Даже, как мужчина ничего не стоишь, только трусы и можешь дарить, а в постели как тюфяк. Катись ты ко всем чертям, идиот!


ГЛАВА 2


Гусев ничего не смог ответить, огорошенный услышанным, взяв по инерции свой дипломат, вышел на улицу. Он ни разу не пробовал курить, даже алкоголем особенно не увлекался, но сейчас ему хотелось куда-нибудь исчезнуть, всё позабыть, и в первом, попавшемся по пути магазине, приобрёл сигареты и бутылку водки, которую тут же откупорив, стал пить прямо с горлышка. Идти было некуда, единственный товарищ в этом городе, переспал с его женой. Шатаясь, побрёл по улицам города, туда, куда вели ноги. Сидел где-то на скамейках, курил, опять куда-то шёл. К утру оказался около фонтана, в каком то сквере. Мысли зашкаливали, он не представлял, что ему теперь делать. Твёрдо был уверен, домой не вернется, на работу больше тоже, пусть увольняют по статье.


"Что же делать? Может решить сразу со всем, покончить с этой жизнью". - Гусев ухватился за эту мысль, ему казалось, что это единственный выход. Сидя на скамейки стал продумывать способ самоубийства. В это время раздался странный шипящий звук, боковым зрением он заметил яркую вспышку света. Повернув голову, встретился взглядом с невесть откуда взявшейся молодой, нагой женщиной, сидящей по другую сторону скамейки, глаза красавицы как-то странно блеснули зелёным огнём.


"Галлюцинация или нет?" - решал Гусев, - "наверное, все-таки галлюцинация" - он перевел взгляд на рядом валявшуюся пустую водочную бутылку, - "допился до белой горячки" - решил он.


Потряс головой, растер лицо руками, поморгал, и снова посмотрел в сторону незнакомки. Галлюцинация не исчезла. Женщина, не просто красавица, а безумно красивая, брюнетка, с правильными греческими чертами лица, с сексуальным телом продолжала сидеть на месте и с каким-то жадным любопытством во взгляде рассматривала его.


С минуту они смотрели друг на друга, потом Гусев не выдержав молчания спросил:


- Ну и зачем ты возникла в моей голове? Что тебе надо от меня?


Она, игнорируя его вопрос, произнесла:


- Человек. Первый раз вижу живого человека.


- А я, первый раз вижу голую женщину в общественном месте. Ты вообще стыд то имеешь?


- А в чем проблема? Разве моё тело некрасиво? Оно вызывает у тебя отвращение? К тому же у меня не было времени приготовиться к встрече с тобой.


- У меня все вы вызываете отвращение! Вы женщины отвратительные создания! - взбеленился Гусев, - выходите замуж, клянетесь в вечной любви, а сами при первой возможности наставляете рога суженым, изменяете им, обманываете, врете ради удовлетворения своих плотских желаний!


- Откуда ты об этом узнал? От Крысина?


- Сама ты крыса! Чертовая тварь! Исчезни! - схватив пустую водочную бутылку, запустил её в сторону своей галлюцинации.


Видение испарилось, а бутылка, пролетев через то место, где только что была голая женщина, разбилась об скамейку.


Гусев, сжав ладонями голову, заплакал:


- Я схожу с ума. Я пропал. Как мне плохо. Я один в этом мире. У меня нет родного, близкого мне человека. У меня ничего нет. За что мне, Господи это наказание? В чем я виноват? Зачем жить в этом мире лжи и обмана? Я не хочу больше жить.


Встав, сильно пошатываясь, пошел совершать суицид.


Для храбрости зашёл в магазин за новой порцией водки, давясь, выпил залпом грамм триста и принялся за дело. Вытащив брючный ремень, стал искать подходящее место, заметив небольшое дерево, шатаясь, направился к нему. Закрепив ремень за сук, сунул голову в петлю и поджал ноги. Раздался треск дерева, и Гусев вместе с суком оказался на земле. Не теряя духа, Гусев выбрал сук толще, покрепче и повторил попытку - и снова оказался на земле, больно ударившись ягодицами о камень. Гусев с удивлением разглядывал разрезанный ремень, недоумевая, как крепкая кожа могла так ровненько порваться:


- Какой же брак выпускает промышленность, - в раздражительности отшвырнул обрывки, стал развязывать шнурки на ботинках, пьяные руки не слушались, и ему никак не удавалось распутать узел. Бросив бесполезное занятие, Гусев зарыдал, жалость к себе заполонила его, покинутого всеми, один во всей вселенной, без друзей и родственной души, плача и вытирая сопли, побрел, не имея определённого направления. Всхлипывая, бормотал, о том, как он несчастен, что если бы у него были деньги, то он не стал бы вешаться, а уехал из этого проклятого города, забыл бы о своих несчастьях и зажил новой жизнью. Заметив скамейку, возле одного из подъездов стоящего неподалёку дома, Алексей пошёл к ней, не почувствовав, как дипломат сильно потяжелел, он лишь машинально перекинул его в другую руку.


Сидя в машине, сержант полиции Сидоров и рядовой Кукушкин заметили пьяного мужика, который вышел из парка и направился к подъезду дома. Сидоров распорядился:


- Будем брать! А то если этот гад живёт в этом доме, то паразит запрётся в своей квартире и сорвёт план по административным протоколам.


Резво тормознув в метре от Гусева, выскочивший из кабины Сидоров схватил нарушителя за шиворот и поволок в машину. Гусев не сопротивлялся, но Сидоров для порядка решил съездить пьянчужку дубиной. Размахнувшись, он опустил дубину на спину Гусеву, но та не долетев до цели пару сантиметров, незаметных для глаз Сидорова, вдруг с удвоенной силой отскочила и заехала ему в лоб. От такого неожиданного удара Сидоров вскрикнул и свалился с ног. Кукушкин увидав упавшего напарника, закономерно решил виновным в этом пьяного Гусева, выпрыгнув из машины с криком:


- Ах ты, гнида! - со всей мочи нанёс удар ногой Гусеву в пах. Все последующие годы Кукушкин так и не смог понять, почему у того пьяни яйца оказались крепче цемента. Сам же Кукушкин отделался тогда закрытым переломом правой стопы.


Дальнейшие события развивались стремительно, упав и по катясь по асфальту, Кукушкин дико орал:


- Мама! Мама! Нога! О Боже, нога! Папа! Мама! О Боже, нога!


Придя в себя от крика товарища, Сидоров выхватил табельное оружие и, выстрелив вверх, заорал:


- Стоять! Ни с места! Стрелять буду!


Гусев из окружающего ничего не понимал, стоять больше он не мог, алкоголь взял своё, и он рухнул наземь, дипломат стукнулся об асфальт, раскрылся, и из него высыпались запечатанные в пачки деньги. Разбуженные криками и выстрелами жильцы дома наблюдали, как полицейский надел на преступника наручники, затащил его в машину, после чего собрал деньги и помог раненному товарищу.


По странному стечению обстоятельств в этом же доме, на первом этаже проживала Вралёва Варвара Степановна, экономист с той самой фабрики. К обеду все работающие этого предприятия знали, что щупленький инженер Гусев оказался из мафии. Утром его задержали с крупной партией денег полученных за наркотики, и во время перестрелки он застрелил полицейского.


Зинка с утра была не в настроении, а тут ещё все на неё косятся. Интуитивно она поняла, что атмосфера недомолвок связана с Гусевым. Не выдержав, спросила:


- Что случилось?


И тут обрушилось:


- Как, ты не знаешь?


- Твой муж убил полицейского.


- Он нёс целый чемодан денег.


- Откуда у него столько?


Зинка не могла ответить, откуда у мужа оказалось оружие и чемодан денег, она попросту не поверила в эту чепуху. Но после обеда на работу позвонил следователь и попросил прийти к нему через час. Вечером Зинке было плохо, сидя в перевёрнутой после обыска квартире, она пила валериану и жаловалась подругам:


- Сволочь, представляете он, оказывается, имел целый миллион евро, а мне гад дарил только цветы и конфеты, а вчера и вовсе бросил меня.


- У него где-то есть тайник, - выдвинула версию одна из подруг. Когда подруги ушили, Зинка повторно, после полиции, обшарила квартиру, разломала кафель, где по её мнению звук от постукивания был другой, кое-где разобрала паркет, и все-таки ничего не нашла.


Гусев пришёл в себя после обеда, из прошедшей ночи помнил только то, что жена его бросила, ребёнок оказался не его, и ещё смутно какую-то женщину с зелёными глазами. Как не пытался припомнить прошедшую ночь, где был, что делал - не смог. Он чувствовал, что с образом женщины, что-то связано, но кроме зеленых глаз ничего в памяти не возникало. Голова раскалывалась, мучила жажда, почему-то сильно болела шея и задница. Сидя в одиночестве на нарах гадал, за что сюда попал. Скоро за ним пришли, надели наручники и отвели в кабинет к следователю, мужчине средних лет.


- Старший следователь по особо важным делам Чупов, - представился ожидавший. Кивком показал Гусеву на стул:


- Садись.


Разложив на столе бумаги, взял авторучку, стал задавать вопросы:


- Фамилия, имя, отчество?


- Гусев Алексей Федорович.


- Год рождения, месяц, число?


Заполнив официальную часть протокола, стал задавать странные вопросы:


- Откуда у тебя миллион евро?


- Чего?


- Не строй из себя придурка, при задержании ты оказал сопротивление сотрудникам полиции, причинил им тяжкие телесные повреждения.


- Чего?


- Твои действия подпадают под статью 111, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, а также 317, посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, в совокупности это даёт до 20 лет лишения свободы.


- За что?


- К тому же скоро выясним происхождение валюты, и думаю, ты согласишься, что после этого тебе засветит пожизненное заключение! - закончил на высоких тонах следователь.


Но как ни колол следователь Гусева, тот упорно молчал. На все вопросы мямлил, что ничего не помнит и в конце допроса разрыдался. Чупов подал стакан воды, выписал постановление об аресте, и велел увести Гусева. Из допроса Чупов понял одно, что трусы единственная вещь, лежащая в дипломате с валютой, были похищены Гусевым из ящика инженера Акимова. Чупов отправил трусы на экспертизу, сам же стал звонить жене Гусева. Встреча с супругой арестованного ничего не дала, узнав о сумме, та потеряла дар речи и только мычала. Чупов предположив, что Гусев мог взять деньги вместе с трусами из ящика Акимова навестил того на рабочем месте.


- Чупов, следователь по особо важным делам, - представился Акимову.


- Чем могу помочь?


- Я веду дело вашего сослуживца Гусева, который дал показания, что обнаружил в ящике твоего стола трусы своей жены. Не смог бы ты объяснить, как они там оказались?


- Понятия не имею, наверное, сама Зина их там забыла.


- Так, так это интересно, а зачем она их туда положила?


- Ну, надеюсь, вы понимаете...


- Хочешь сказать, что любите друг друга. Акимов закивал головой:


- Вот это я и хочу сказать.


- Как часто и сколько за раз?


У инженера выкатились глаза, через секунду завизжал:


- Вы что? Это моё личное дело!


- Цыц, а то посажу,- и, решив взять Акимова на пушку, выпалил, - между прочим, Гусев признался, что деньги вынул из твоего ящика, показывай, в котором.


У Акимова судорогой свело челюсть:


- Не знаю ни о каких деньгах, не было у меня, он специально оговаривает, мстит за то, что я с его женой спал.


- Ладно, разберёмся, - и, не прощаясь, вышел.


В искренность Акимова он поверил, и теперь решил жёстче колоть Гусева. Для


этой цели у него был старый, хорошо отработанный способ, взглянув на мраморную плиту доски почета при заводской проходной, он усмехнулся, предчувствуя скорые признания Гусева.


Через полчаса, сидя в кабинете опер работников следственного изолятора, прихлёбывая из чашки горячий чай, давал наставления:


- Прежде всего, меня интересует этот лимон евро, уверен, что если на Гусева чуть нажать он даст показания.


- Ха, ещё бы, как только его задница прочувствует, сразу забарабанит в дверь, чтобы вывели из хаты, а там мы ему условие, или чистосердечное признание, или станешь сексуальным меньшинством, - прокомментировал план действий молодой оперативник с погонами младшего лейтенанта.


- Надеюсь на вас, за мной не заржавеет.


- Завтра будет всё о"кей.


В тот же день Гусева перевезли в следственный изолятор, где опер работники посадили инженера в одну камеру со стукачом по кличке Мраморный. К этому стукачу обычно подсаживали впервые оказавшихся в тюрьме. Мраморный был сучьим вором, паханом камеры, держал её в своём повиновении, исповедовал воровские законы, рассказывал неопытным птенцам всякие байки про себя, входил в доверие и потом слово в слово пересказывал исповеди товарищей по несчастью в опер части, следователи, получив столь ценные сведения, знали, как достать улики. За эти услуги Мраморный имел ряд льгот. Во-первых, получал хорошую диету, при этом, оправдываясь перед сокамерниками, что болен язвой желудка, во-вторых, до конца своего срока ему была гарантирована сухая, не переполненная камера, а главное это некоторая сумма денег, которую МВД постоянно перечисляло на его счёт. Мраморный был проинструктирован насчёт новенького, и как только Гусев переступил порог камеры, на него сразу наехали:


- Кто таков?


- Гусев я, Алексей Федорович.


- Гусей мы любим, особо запеченных. Зачем прилетел к нам?


- Не знаю я, Был пьяный, а когда пришёл в себя, то сказали, что я ударил и деньги там,- запинаясь скороговоркой невпопад, объяснял он, не решаясь отойти от двери.


- Ах ты, гнида, так ты, значит, избил, изнасиловал и деньги у бедной девочки забрал!


- Не брал я! - прижимаясь спиной к двери, от надвигающегося Мрамора, оправдывался Гусев.


- А откуда они родились?


- Не знаю, не видел!


- А это ты видел? - и Мраморный сбив Гусева с ног, схватив за волосы и подтащив к туалету, стал лицом опускать в толчок. В этот момент вор почувствовал неудержимое желание оправиться, и по большому и по-малому. Позыв был так силен, что он уже не мог сдерживаться. Отшвырнув Гусева в сторону, принялся судорожно расстегивать штаны, но предательская жидкость уже текла в два ручья, среди заключённых, смотрящих на растерянного и похожего на нашкодившего котёнка Мраморного, раздались смешки. Пахан подмывшись и переодевшись в сухое, тут же вновь пропоносил новое бельё. Вся камера хохотала до слёз, а Мрамор стучал в дверь, требуя срочно вызвать доктора. Постовой позвонил в медицинскую часть, дежурный врач, сняв трубку и выслушав, ответил, что подойдет, как только освободится, после чего снова прилёг на кушетку.


Часа через полтора кормушка камеры открылась, и в ней показалось небритое, заспанное лицо врача, разбуженное очередным звонком.


- Что надо?


За это время пахан камеры, успевший раз пятнадцать сходить под себя, был не в силах говорить, в полуобморочном состоянии валялся около толчка в фекалиях и рвотных массах, остальные толпились около единственного окна, вонь ударившая волной в нос доктору, ответила на его вопрос. Больного принесли в санитарную часть, выглядел он плохо, черты лица заострились, вокруг впавших глаз сини круги, живот втянут, а голос беззвучный к тому же его мучили периодически судороги и постоянная икота. Доктор лихорадочно листал врачебный справочник:


- Так и есть, стул обильный, похожий на рисовый отвар с запахом рыбы. Температура тела 34 градуса по Цельсию. Всё хана, - и бросился к телефону, крича, - началась эпидемия холеры!


Деньги, в сумме одного миллиона евро, тщательно пересчитали, номера банкнот переписали, всё сфотографировали, и как вещественное доказательство положено в сейф Чупова. Для верности сохранности денег начальник отделения полковник Крылов распорядился около опечатанного кабинета следователя выставить часового.


Вечером Чупов сидел на кухне, пил портвейн, и размышлял, откуда у замухрышки Гусева такие большие деньги, ладно если бы фальшивые, а то настоящие, новенькие, а главное никто не заявил о краже.


- Везёт некоторым, - думал он, - тут из года в год вкалываешь, отдаёшься весь работе, а отдача крохи, разве можно прожить на эту зарплату. А этот шкет, с виду дурачок, а ведь сумел заработать миллион. Само собой это не честные деньги, неважно стащил он их у кого-то или нахимичил на предприятии, главное он разбогател. Чупов уставился в окно, за которым сгущались сумерки, какое-то время бездумно смотрел вдаль, потом со злостью рубанул кулаком по столу:


- Гноить надо таких гадов!


- Саша, ты о ком? - спросила вошедшая жена.


- Не важно, сколько тебе говорить не лезь не в своё дело.


- Да я только спросила.


- Занимайся своими делами.


- Какими? Обстирывать тебя, готовить тебе, чистить твою обувь?


- За детьми смотри.


- Дети? А ты когда последний раз интересовался ими, вчера? Ни разу не позанимался с Игорьком, не поинтересуешься как дела у Веры. Придёшь с работы...


- Прекрати! Я работаю, зарабатываю деньги для семьи.


- Я зарабатываю не меньше твоего, но в отличие от тебя не забываю про дом.


- Мне уйти? - Чупов, поднялся со стула, намереваясь уйти.


- Саша! Ты изменился за последнее время, и с каждым годом меняешься всё больше. Я прошу, брось свою работу, уйди на какую ни будь фирму юрист консультантом.


- Денег мало?


- Причём здесь деньги? Ты перестал бывать дома, а когда ты тут тебя словно нет.


Последние слова Чупов не слышал, хлопнув дверью, он вышел из квартиры.


На улице моросил мелкий, противный дождь. Чупов застегнув на все пуговицы куртку, подняв воротник, закурил сигарету и пошёл мотать круги вокруг своего квартала. Эти пешие прогулки вошли у него в привычку, почти каждый вечер он выходил на свои одинокие маршруты. Один круг занимал сорок минут ходьбы, иногда он делал до шести, выкуривая за это время пачку сигарет, приходил домой за полночь, когда жена и дети спали, ложился в постель, просыпался в семь утра и уходил на работу.


На работе он считался на хорошем счету, ему поручали наиболее сложные и деликатные дела, через него прошло много человеческих судеб. В судах он добивался наиболее максимальных наказаний, по слухам доходящих до него, подследственные считали его жестоким следователем. Чупов работал на износ, но не, потому что любил свою работу, он её ненавидел. Просто с детства был очень исполнительным, и сейчас став зрелым эта исполнительность мешала ему.


"Если бы кто знал, как мне хочется вырваться из этого замкнутого мира" - думал Чупов, идя вокруг квартала. Он выбросил окурок и тут же достал новую сигарету.


"Ненавижу, всё ненавижу. Как хочется стать свободным. Мне бы этот миллион" - он шёл и мечтал, что бы сделал с деньгами:


"Первым делом уволился, потом переехал из своей однокомнатной квартиры в особняк. Машина, обязательно престижная, и ещё бы...".


Но в глубине души знал, что не посмеет тронуть этот миллион, что, завтра придя на работу, вновь механически начнёт её исполнять. В молодости ему не однократно пытались всучить взятки, но они были или малы или же он боялся взять и попасть сам под статью. Теперь, когда он вёл крупные дела и мог многие из них замять, ему уже не предлагали взяток, сказывалась слава не подкупного следователя.


" Уволься, устройся в фирму", - вспомнил слова жены, - " Болтает, сама не знает что", - раздражённо подумал о ней.


" На кой чёрт я нужен там, идти в подчинение баранам сидящих в креслах из кожи. Ни за что. Когда они попадают в мой кабинет, сразу становятся смирными, ручными ягнятами. А если я приду к этим придуркам проситься на работу, это что же получиться, мне становиться угодливым сосунком. Нет, пусть буду зарабатывать крохи, за то все они бояться меня, всех держу в кулаке. Может скоро место шефа займу, тогда не только буржуи, но и некоторые мои сотрудники узнают меня по-настоящему. Будут лезть из кожи, что бы мне угодить".


Закуривая новую сигарету, вновь подумал о жене:


"Тоже нянька нашлась, не понимает, что лезет в душу".


Как женщину Чупов не воспринимал её уже давно, собственно и к другим относился равнодушно, забыл, когда они последний раз волновали его.


Да и какая любовь может быть в однокомнатной халупе, в присутствие детей. Сплюнув на асфальт, Чупов потянулся за пачкой


сигарет.


Арестованный Гусев, свернувшись калачиком, лежал на нарах в камере, по ресницам текли слезы от жалости к себе, он не понимал за что ему выпала такая тёмная полоса жизни. Вначале жена изменила, потом оказался в тюрьме, где его чуть было "не опустили". Всхлипнув, горячо зашептал, что бы тот злополучный миллион исчез туда, откуда он появился.


В это же самое время сержант Сидоров, нёсший караул около опечатанной двери кабинета Чупова услышал внутри какой-то шорох в, впрочем, звук был очень слабый и кратковременный. "Мыши", - решил Сидоров и успокоился.


Утром его с Чуповым арестовали, обоим задавали один и тот же вопрос:


- Где деньги?


Никаких посторонних следов, не было признаков взлома сейфа, только отпечатки пальцев Чупова и пустой сейф.


ГЛАВА 3


За дело Гусева взялось сразу три влиятельных в городе адвоката. Накануне вечером им позвонила женщина с приятным голосом, а утром на их счета поступила весьма приличная сумма. В результате их совместных усилий обвинения против Гусева были сняты, а следователя Чупова обвинили в незаконном лишении свободы. Главная свидетельница Вралёва Варвара Степановна поведала в прокуратуре о том, как двое в полицейской форме напали на мирно шедшего гражданина, в котором она узнала работника её предприятия. Эти изуверы в полицейской форме без всяких видимых причин зверски избили инженера Гусева. Давая показания, Степановна то и дело приоткрывала свою сумочку и тайком туда заглядывала, глаза её радовались всякий раз, увидев на дне пухлую пачку купюр. Нашлось ещё несколько свидетелей произвола полиции. Адвокаты требовали немедленного освобождения Гусева из СИЗО, возникла, было, некоторая трудность из-за карантина по холере, врачи хотели перевести больного под наблюдение в инфекционное отделение, утверждая, что источник особо опасной инфекции находился в его камере, но нашли компромисс, поместили Гусева в одиночную палату повышенной комфортности обычной больницы. Адвокаты пообещали, что не пройдёт и недели, как снимут карантин и Алексея отпустят из больницы, так же сообщили, что Чупов, который вёл дело, в сговоре с другим полицейским похитили его миллион, защитники уговаривали написать заявление о произволе экипажа полиции напавшего на него. Но Гусев, обрадованный тем, что его освободили, отказался от этого предложения. Он по собственной инициативе подал заявление, что не имеет претензий ни к действиям полиции, ни по поводу пропавших денег, которые не принадлежали ему. Лежа на больничной койке, он блаженно улыбался свободе и раздумывал, о том какие хорошие эти люди адвокаты, так бескорыстно помогли ему, и со счастливой улыбкой на устах заснул.


В это время выпустили поседевшего за несколько часов Чупова, отделался он только увольнением с работы за халатное отношение к своим обязанностям. Вместе с Сидоровым, уволенным по той же причине, они зашли в бар пропустить по рюмочке и поговорить обо всей этой чертовщине. Не доверять друг другу у них не было причин, Сидоров видел, как Чупов положил деньги, а тот был уверен, что ему сейф не осилить. После третьей рюмки к ним за стойку пристроился старичок, возраст которого было трудно определить, ему могло быть и 70 и 90 лет. Чупов с Сидоровым замолчали, старик достал курительную трубку, не спеша, набив и раскурив, смачно сплюнул на пол, пальцем ткнул в сторону официантки и прохрипел:


- Неплохая задница!


Сидоров, достав банкноту, положил её перед дедом:


- Слушай старик, отвали отсюда, дай поговорить.


Дед, взяв банкноту, повертел её в руках, потом дунул на неё, и она исчезла.


"Фокусник" - подумали оба зрителя.


- Нет не фокус, а магия, вы же сами сказали, что без помощи чёрта миллион из сейфа исчезнуть не мог, толькос ошибочкас в определении рода вышлас, этот трюк с вами проделала чертиха, и эта проститутка должна сполна заплатить за причинённую душевную боль моему хозяину, - со злостью закончил речь дед.


- Сукин ты сын, кто ты такой?


- Я и есть Сукин Сын.


Чупов схватив старика за грудки, хотел его, как следует тряхнуть, но руки свело судорогой, он попытался отскочить, но не смог шевельнуться. Дальше, как в замедленном фильме у старика стали вырастать рога, нос превратился в свиной пятак, а изо рта показались клыки. Рядом закричал Сидоров, схватив бутылку, он попытался ударить ею чёрта, но та, описав странный манёвр, обрушилась на голову Чупова.


Вызванному наряду полиции бармен рассказал следующее:


- Пришли вдвоём, распили бутылку, а потом передрались, а что за старик, о котором они болтают, - пожав плечами, продолжал: - я никуда не отлучался и не видел никого постороннего, они всё время были за стойкой одни.


Начальник районного отделения, полковник Крылов подписывая административный протокол о мелком хулиганстве, ухмыляясь, спросил Чупова:


- Что деньги не поделить? Чупов вспылил:


- Да не брал я их, это всё чёрт. Полковник понимающе кивнул:


- Все воры оправдываются тем, что чёрт попутал. Посадили их на 10 суток.


Гусеву снился удивительный сон. Он видел себя студентом, сидящим с однокурсниками вокруг костра на вершине холма. Кругом непроглядная ночь, внизу находится кладбище. Студенты рассказывают девчатам дурные слухи об этом кладбище, девушкам страшно, они то и дело испуганно смотрят в непроглядную ночь. Гусев встаёт и говорит, что один сможет пройти сейчас через всё кладбище. Его пытаются отговорить, но Алексей упрямо идёт к кладбищу, проходя по нему, становится жутко, чувствует, что кто-то появился сзади. Боясь повернуться, он побежал, до него доносится приближающийся храп, Алексей старается бежать быстрее. Вот кладбище закончилось, Гусев вбегает в лес, и здесь становиться легко, он чувствует защиту леса, бежит по еле заметной тропинке, освещённой выглянувшей из-за облаков луной. Ветки и деревья расступаются перед ним, освобождая дорогу, пробегая, он слышит, как они смыкаются, загораживая путь преследователю. Наступает утро, услышав журчание ручья, Алексей вбегает на лесную опушку и видит её. В лучах утреннего солнца, стоя обнажённой на берегу ручья, она поворачивается к нему. Завороженный её красотой, он не в силах отвести взгляд, загорелая кожа, правильные черты лица и изумрудные глаза. Она протягивает к нему руки, и счастливый он берёт её за ладонь, и вдруг всё исчезает, он просыпается от крика Зины:


- Немедленно пустите меня к нему, я его жена!


- Тише, - вы его разбудите.


- Вы не имеете права удерживать меня!


- Да тише вы, сейчас я посмотрю, проснулся ли больной.


Дверь осторожно приоткрылась и показалась лицо дежурной медсестры, но её тут же оттолкнула Зинка, которая ввалилась в палату.


- Лёша, Алёшенька! Прости непутёвую, люблю тебя, не могу без тебя жить, наврала тебе всё, сама не знаю зачем. Я всё тебе объясню. Вот я тебе поесть принесла, вот блинчики сделала с творогом, как ты любишь, - и она принялась выкладывать из сумки продукты.


- Вот молочка тебе принесла, и колбаски.


Гусев не слушал её, счастливо улыбаясь, он продолжал ещё жить сновидением. Зинка, приняв улыбку на свой счёт, начала рассказывать, что чуть с горя не померла, когда он ушёл, всю ночь проплакала, и что будет ноги ему целовать, только бы Леша её простил. Из сновиденческого оцепенения Гусева вывел появившийся врач:


- Алексей Федорович, Вам доставили обед из ресторана, разрешите заносить?


Гусев решив, что врач так шутит, называя больничный обед ресторанным, кивнул, тут же в палату, в белоснежных пиджаках, стали заходить официанты. Тумбочку с Зинкиными блинчиками убрали в сторону, принесли накрытый скатертью стол, который быстро заполнялся разнообразными напитками и снедью. Даже пришедший адвокат, повидавший немало в своей профессиональной жизни, был поражён обилием еды: ломтики мясной вырезки с гарниром, целиком зажаренный поросёночек, запеченный в яблоках тетерев, картофель с вином и жареными боровичками в луковой подливе. Была запеченная осетрина с помидорами, и крабы в молочном соусе. Устрицы, чёрная икра, заливной судак, паштеты и буженина, овощные и фруктовые салаты. А разнообразные напитки, выставлены для количества, нежели для сочетания, бутылки и бутылочки, графинчики и стаканчики, в которых находилось и красное, и белое, десертные и креплёные вина, коньяк высших проб и коктейли. Всем этим можно было накормить до отвала всё отделение больницы.


Через минуту снова появился врач:


- Алексей Федорович, к вам посетитель, говорит, что вы в курсе, пустить? Гусев кивнул, он уже ничему не удивлялся, готов был к разным неожиданностям, только иногда мелькала мысль, а не сошёл ли он с ума, не бред ли это всё?


- Смирнов Павел Эдуардович, директор частного охранного агентства. Я доставил для вашей охраны лучших моих сотрудников.


Гусев удивлённо:


- Но я не заказывал охрану.


- Алексей Федорович, в нашу фирму позвонила женщина, представившаяся вашей женой, она оплатила услуги на полгода вперёд.


- Но я никуда не звонила, - взвизгнула Зинка.


Павел Эдуардович посмотрел на неё, замотал головой:


- Нет не эта. У этой голос визгливый, а у той особый, бархатный, приятный. И продолжил:


- Алексей Федорович, мы с радостью выполним данное поручение, гарантирую вам полную безопасность, ни один волос не упадёт с вашей головы.


Смирнов действительно был рад, его фирма находилась на гране банкротства, и вдруг этот неожиданный звонок. Звонившая женщина попросила всю фирму, а это 86 сотрудников, переключиться на охрану одного человека. Смирнов воспринял это как шутку, и на вопрос женщины, сколько ей заплатить, не думая, назвал цифру раз в пять превышающую необходимую, звонившая сумасшедшая пообещала через час перевести деньги. Каково же было его удивление, когда через полчаса после разговора прибежала испуганная секретарша и сообщила что на счёт фирмы, по её мнению ошибочно, поступила гигантская сумма.


- Алексей Федорович, - обратился к Гусеву адвокат:


- Мне час назад так же звонила ваша вторая жена, и просила заняться бытовыми условиями. С администрацией больницы я всё решил, и как только вы отобедаете, разрешите рабочим приступить к делу.


Он принялся, было перечислять, что будет сделано, одновременно обдумывая, что ответить Гусеву, если тот спросит, зачем это, и не проще ли переехать в пятизвёздочный отель в люкс, где всё уже имеется. Звонившая отметила, что переселять Гусева из больницы пока не нужно, а только создать на месте все удобства, роскошь и покой, а она тем временем сама найдёт жильё. Но, видя что, насытившийся Гусев, его совершенно не слушает а, держа налитый официантом бокал вина, уставившись взглядом в противоположную стену, о чём-то мечтает, замолчал, кивнул ожидавшим рабочим. Те, стараясь не шуметь, стали заносить в палату ковры, новую мебель, домашний кинотеатр, бар и другое барахло, даже аквариум с золотыми рыбками. Прибежал главврач, и сообщил, что заканчивают монтаж высокоскоростного интернета, что во время прогулки соседнюю палату переоборудуют в ванну с гидромассажем, а к вечеру всех больных отделения переселят на другой этаж, но если Алексей Федорович пожелает, то можно очистить и весь больничный корпус. При этом главврач руководствовался не корыстными целями, а обдумывал, какую на вырученные деньги закупить медицинскую аппаратуру и необходимые медикаменты больнице в первую очередь. Финансирование больницы упало до тридцати процентов от необходимого, кормить нечем, не говоря о дорогостоящих лекарствах. Комитет города по здравоохранению уже готовиться ликвидировать данное лечебное учреждение, а тут, о счастье, новоявленный богач объявился.


Гусев замотал головой, заявляя, что никто ему не мешает, и нечего тревожить из-за него больных людей.


Через пять дней адвокат привёз Гусева в трёх этажный особняк, документы на жильё были оформлены на Алексея. Бывший инженер был шокирован роскошью обстановки: шикарная гостиная с камином и огромным, почти во всю стену поразительно прозрачным стеклом, за которым открывался живописный вид на осенний сад. Множество комнат для гостей, спальни и кабинеты были обставлены совершенно новой, дорогой мебелью. Имелась сауна, а рядом русская парная, выйдя из которой попадал в зал с внушительным бассейном, наполненным голубоватой водой. Там и сям были фонтанчики, стояли статуи, выполненные на римский манер, имелся бассейн и поменьше, но оборудованный гидромассажной системой. Алексей не мог понять, зачем ему одному несколько туалетов, к тому же оборудованных электроникой, которая сразу производила анализ испражнений и сообщала об этом вслух клиенту. Гусев пытался отказаться от всего, попросив, что ни будь поскромнее, например комнату в коммуналке, а если таковой нет, то согласится и на однокомнатную квартиру. На его просьбу адвокат пояснил, что его новая жена в телефонном разговоре настаивала, что бы её супруг проживал именно здесь. Адвоката поддержал Смирнов, докладывая, что безопаснее этого жилья нет ничего:


- Алексей Федорович, в доме все наружные стёкла бронированы, они выдерживают не только очередь с Калашникова, но и выстрел гранатомёта. В доме имеется комбинированная, последнего поколения сигнализация, которая обнаружит любое несанкционированное проникновение. Территория особняка обнесена трёхметровым железобетонным забором по периметру, которого несёт службу взвод охраны. Стоит Вам нажать кнопку экстренного вызова, которая находится на брелке, а также имеется во всех помещениях, то не пройдёт 15 секунд, как на помощь Вам придут вооружённые телохранители.


После того как адвокат с начальником охраны испрося разрешения удалились, Гусев долго бродил по просторным, со вкусом оформленным помещениям, размышляя, что с ним происходит в последнюю неделю, зачем и кому он понадобился, кто эта таинственная, так называемая новая супруга. Предположил, было, что кто-то над ним шутит. Но тут же откинул эту гипотезу, ибо такие затраты не каждому миллионеру по карману. "Неспроста всё это", - думал Алексей: "Не к добру, что-то скрывается за всем этим. Но что?"


Войдя в библиотеку, Гусев пошёл вдоль секций с книгами, бегло окидывая взглядом корешки. Какая-то не уловимая мысль завертелась в голове, но Алексей никак не мог сосредоточиться на ней. Придя к библиотечному компьютеру, стал просматривать каталог, и только тогда понял, чего здесь не хватает - Библии. За то в изобилии имелась литература по мистике, чародейству, магии и истории религий.


В столовой, где холодильники ломились от съестного, Гусев наскоро перекусил разогретым на СВЧ окороком, положил на поднос бутерброды и, прихватив бутылку коньяка, ринулся в видеозал. Выбрав, он запустил фильм, устроился в кресле и, закусывая коньяк икрой, уставился на экран. В самый разгар фильма к своему ужасу он увидел, как дверь в помещение с грохотом раскрылась, ворвался шквальный ветер, закрутившись по залу, образовал маленький смерч, внутри которого проглядывалось, очертание человека. Гусев в испуге ткнул кнопку экстренного вызова, смерч в тот же миг растаял, а в зал с оружием наготове ворвались крепко сложенные парни, вопросительно смотря на него. Бледный инженер молча указал в сторону, где только что был смерч, охрана, посмотрев на указанный Гусевым экран, по которому транслировался ужастик, понимающе кивнули и порекомендовали на ночь посмотреть лучше комедию. Гусев уже и сам засомневался, а не галлюцинация у него была. Всё же оставаться ночью в одиночестве не решился и, предложив охране выпивку и закуску, стал совместно с ними смотреть комедийные фильмы.


Утром пригнали три автомобиля: бронированный Роллс-ройс, Ламборджини, Феррари, все машины были оформлены на его фамилию. Почти сразу следом явилась налоговая служба, долго задавала нудные вопросы типа: откуда, кто? Гусев опять оценил помощь адвоката, который взял на себя все заботы, возникшие с приставучими людишками, говорившими о какой-то доходной декларации. Вообще-то день прошёл не плохо, избавившись от телохранителей (это он так считал), Алексей на шикарной иномарке поколесил по городу, заехал на родную фабрику под предлогом забрать трудовую книжку, которую сразу демонстративно разорвал и выкинул в урну. Зинка, увидев его в коридоре заводоуправления, пыталась поговорить, Гусев удивлялся себе, совсем недавно ему казалось, любил её, а теперь никаких чувств, ни любви, ни ненависти. Он относился к ней как к обычной знакомой, Алексей догадывался, что перемена чувств возникла не с новым образом жизни, просто он влюбился в не существующую женщину из своих сновидений.


- Лёша, заедешь вечером? - просяще смотря в глаза, спросила Зинка. Алексей приветливо улыбнулся:


- Знаешь Зин, я не держу на тебя обиды, но между нами больше ничего не будет, так что извини. Деньгами я тебе помогу, - и, развернувшись, пошёл к выходу. Зинка взорвалась, крича ему вслед:


- Сволочь, ты скотина меня всё время обманывал, нашёл богатую шалаву, и нос задрал, да она тебя лопуха через две недели бросит, и окажешься ты в дерме!


Размышляя о таинственной незнакомке, так круто изменившей его жизнь, Гусев отобедал в элитном ресторане, благо теперь у него в банке был открытый счет. После, бесцельно колеся по городу, он приметил купола православного храма, решив исповедоваться, остановился, но неожиданно возникли трудности с его новенькой машиной - заклинило двери, и как только Гусев не пытался их открыть, они не поддавались, к тому же перестали действовать стеклоподъемники. Алексей заехал в ближайшую автомастерскую и, крича из салона, объяснял подошедшему мастеру, что заклинило двери. Автослесарь попробовал открыть дверь снаружи, и та свободно поддалась, стеклоподъемники работали, всё открывалось.


- Чёрт, - выругался Гусев и, развернувшись, поехал обратно.


- Совсем с ума выжили эти нувориши, - объяснял слесарь подошедшему напарнику:


- Представляешь, приехал и кричит из салона, что все двери заклинило, я попробовал всё работает.


- Обкололся, наверное.


- Скорее всего, ну да чёрт с ним. У тебя как там дела, слышал, дочь выдаёшь замуж, - и они, достав по сигарете, заговорили о своих житейских проблемах.


Не успели докурить, как на площадку влетел Ламборджини.


- Во опять приехал.


Гусев возбуждённо кричал из машины, что опять заклинило. Работники автомастерской проверив и не найдя неисправностей посоветовали Гусеву обратиться к психиатру.


Алексей в недоумении снова подъехал к церкви, как и ожидал, двери не работали, отъехав метров двести, остановился, теперь всё было в исправности. Повторив несколько раз эксперимент, так и не поняв причины, решил отправиться в храм пешком. Не дойдя несколько десятков шагов, ему показалось, что его кто-то окликнул, обернувшись, он увидел женщину из сновидений, сердце радостно застучало готовое выскочить из груди, какое-то сладострастное чувство разлилось по телу. Он хотел подойти к ней, но она, окинув его безразличным взглядом, вошла в отходящий трамвай. Гусев бросился к автомобилю, помчался в след, на первой остановке убедившись, что из трамвая она не вышла, он вскочил в него. Обошёл пассажиров, заглянул к водителю, но её нигде не было, тогда снова стал всё обходить, недоумевая, куда она исчезла, даже посмотрел под сиденья, чем вызвал подозрительные взгляды и вопросы со стороны людей. После он несколько часов ездил на машине по маршруту трамвая, разглядывал пассажиров на остановках, надеясь её найти. Хотя поиски окончились неудачей, он был счастлив, теперь знал, что женщина из сна существует, ощущал связь с ней и переменой в своей жизни. Сидя в уютном кресле перед камином Гусев курил сигару и мечтал о том, чтоб эта незнакомка оказалась той неведомой второй женой, которая так невероятно заботится о нём.


ГЛАВА 4


За 10 суток проведённых за решёткой Чупов многое передумал, жизнь прежде стабильная и определённая подставила ему подножку, в этом виноват был только один человек - Гусев. Именно из-за него он потерял свою работу, уважение знавших людей. Пропажа миллиона связана напрямую с этим засранцем Гусевым, - думал Александр.


"Какое унижение испытываешь, когда какой-то мошенник прощает тебе миллион евро украденных им же, пусть хоть и с помощью сообщников. Он оказался впутанным в чужую игру, где его изрядно измяли, а государство, которому он отдал не один год, тут же его выбросило как не нужный хлам. Они даже всерьёз объяснений не приняли, только ухмылялись, когда он оправдывался по поводу пропавших денег. Нет, он не даст обращаться с ним как с какой ни будь выкинутой вещью, отомстит по-настоящему жестоко этому инженеришки, докажет всем кто действительно преступник. Этот чёртов старик из бара, явно что-то знал, надо найти его и использовать".


Чупов потягиваясь на нарах, строил, один хуже другого, сценарий мести.


Когда его с Сидоровым выпустили, и они вышли за ворота на свободу, их встретил старик. Стоя на другой стороне дороге, около новенького джипа, сунув два пальца в рот, он лихо засвистел им.


- Намаялись родимые, - приветствовал старик, - садитесь в тачку съездим похаваем.


За рулём сидел дебильного вида бритоголовый парень.


- Здорово братва. Вован, - представился он им.


После знакомства четвёрка заехала в пару продуктовых магазинов, где отоварились по полной программе. Старик денег не жалел, брал вино и водку ящиками, сигареты блоками, шоколад коробками. Свернув, в какой-то переулок тормознули возле одного из подъездов, поднявшись на четвёртый этаж, позвонили в квартиру. Чупову с Сидоровым и раньше приходилось бывать в притонах, но в то время это были служебные проверки, тогда они обыскивали, надевали наручники, составляли протоколы. Да и сами притоны заметно отличались от этого, в тех царил беспорядок, здесь с порога было видно, что квартира отделана со вкусом. Их встретили не отчуждённо как раньше, а с радостью. Широкоплечий парень принял у Чупова ящик с водкой и коробку с фруктами, учтиво уступил им дорогу. Откуда-то вынырнула симпатичная, полуобнажённая девица и, обвившись руками вокруг шеи Чупова, представилась:


- Я Таня, а ты чудесный кто?


Во всех четырёх обширных комнатах мебели почти не было, полы были устланы коврами, на которых лежали или сидели одетые и голые мужчины и женщины. Несмотря на работающий кондиционер воздух, был перенасыщен сигаретным дымом, то там, то здесь раздавался смех, одна пара на виду у всех занималась любовью, но на них никто не обращал внимания.


Чупов с Сидоровым прошли в столовую, откуда доносились звуки музыки. Вокруг стола сидело несколько человек, и уговаривали девушку, по возрасту только что окончившую школу.


- Лен, ну давай!


- Нет, ребята, я боюсь уколов.


- Да ты не смотри, я сам вколю.


- Боюсь!


- Валь, давай тебе вгоню, - обратился парень к девушке, сидящей рядом со старшеклассницей.


Та с готовностью протянула руку.


- Смотри Лен, Валька не боится уколов, - и парень вколол иглу в вену. Посмотрев на довольную подружку, Лена решилась, и подставила руку:


- Давай, только я отвернусь.


Парень профессиональным движением ввел иглу в вену, глаза Лены закатились, она откинулась на спинку дивана, лицо выражало блаженство, прошло не менее минуты, прежде чем она вымолвила:


- Ребята, как мне хорошо! Как я люблю вас всех!


- А ты боялась, видишь как клёва, - говорил парень, набирая в шприц новую дозу наркотика.


- Тоже в первый раз? - обратился он к ним.


Чупов нерешительно кивнул. Откуда-то вновь появилась Таня и, забрав шприц у парня села на колени Чупову.


- Разреши мне кольнуть тебя, это как первая брачная ночь.


Смотря на обнажённую грудь, чувствуя острое возбуждение, Чупов даже не заметил, как Таня ввела ему иглу. И тут всё перевернулось, мир расширил свои границы, пространства стала больше, краски ярче, музыка громче. Постоянно преследующее чувство неудовлетворённостью жизнью исчезло, по всему телу волнами разливалось блаженство, окружающие люди были добры и внимательны, он наполнялся счастьем до краёв. Чупов не заметил, как оказался на ковре, Танька сидела на нём, целовала и шептала:


- Ты мой, принадлежишь мне на веки вечные.


Он не замечал дней и ночей, его несло в каком-то вихре, Таня была постоянно рядом, они не могли наговориться. Курили сигареты и снова занимались любовью. Принесённый ящик водки так и стоял не тронутый в углу, здесь господствовала наркота. В один из дней встретил в одной из комнат заросшего щетиной Сидорова. Который занимался любовью сразу с двумя женщинами, потом снова его потерял.


Очнулся от наваждения, когда дверь с грохотом вышибли, в квартиру ворвались люди в масках, одетые в бронежилеты на которых большими буквами было написана ОМОН.


- Руки на стену! Ноги расставить! Не двигаться! - эти фразы с трудом доходили до сознания. Его обыскали, защёлкнули наручники и вместе с другими отвели в автобус. На следующий день он стоял в кабинете полковника Крылова:


- Не стыдно? Посмотри на себя, до чего ты докатился! Ты бывший следователь, причём до определённого момента хороший работник, стал бандитом, вором, наркоманом! А твоя жена, она с ног сбилась, разыскивая тебя по больницам и моргам. Наконец Чупов, у тебя есть дети, о них ты думал, им, наверное, не очень приятно знать каким ты стал!


- Крылов, может, остановишь свой словесный понос. Ты мне не родственник и даже не начальник.


- Увести в камеру!


Продержав несколько дней в ИВС, его с Сидоровым выпустили за недостатком против них улик. Старик снова встретил:


- Ну, ребята отдохнули, теперь за дело.


На этот раз Вован привёз их в сауну, потом был магазин одежды, где его с Сидоровым одели по последней моде, вечером так и не побывав дома, они со стариком сидели в одном из ресторанов и возбуждённо что-то обсуждали.


ГЛАВА 5


Прошло несколько недель, прежде чем произошла встреча Гусева с незнакомкой. За эти недели он, страдая от безделья, стал завсегдаем баров и клубов. Однажды вечером немного перебрав, сумев отвязаться от своей охраны, захватив для компании молодую леди, привязавшуюся к нему в баре, ринулся кататься по городу. На одном светофоре с ним поравнялась БМВ, из окна высунулась бритоголовая башка, которая оценивающе осмотрев машину Гусева, предложила:


- Слышь, мужик, тачка у тебя класс.


Гусев довольно развёл руками. Бритоголовый предложил:


- Слышь, давай до следующего столба кто быстрее, на кон по штуке баксов, идёт?


Захмелевший Гусев загорелся:


- Давай! - и, посмотрев на счастливую попутчицу, добавил:


- Я его сделаю!


Скорость стремительно нарастала, две машины не уступая друг другу ни метра, неслись по пустующему шоссе, и вдруг впереди стоявший до этого на обочине КамАЗ резко выехал на полосу. Может, если бы он был трезвый, то успел бы среагировать, но, сейчас промедлив, он упустил нужный миг, резко вывернув руль, дабы избежать столкновения с КамАЗом, он вылетел с трассы, врезавшись в неподалёку росшее дерево. Удар был чудовищным. Автомобиль сложился в гармошку, время остановилось, кадр за кадром он видел, как стойкой машины раздробило голову его попутчице, брызги из мозга и крови разлетались по сторонам. А он как в вату попал, какая-то неведомая сила вынесла его из взрывающей груды металлолома и плавно опустила на землю, и тут время вернулось на своё место.


Она, бледная, стояла перед ним и хлестала ладонями по щекам.


- Идиот! Ну почему мне достался такой идиот. Не прошло трёх месяцев, а ты чуть не уничтожил меня. Лучше бы я тебе оформила пожизненное заключение в тюрьме, по крайней мере, хлопот было бы меньше. И чуть не плача, повернувшись, она пошла прочь от него. Утром, добравшись до дома, Алексей застал незнакомку сидящей в гостиной и слушающей классическую музыку. При его появлении она лишь окинула его взглядом и более не обращала на него никакого внимания. Гусев, подойдя, выключил проигрыватель, обратился:


- Не пора ли тебе объяснить всё происходящее?


- Что конкретно ты хочешь знать?


- Во-первых, кто ты?


- Я с того света.


- С Америки, что ли?


- Не из нового, а из потустороннего мира.


Мировоззрение Гусева было ближе к атеистическим взглядам, но после всего произошедшего он воспринял ответ в серьёз.


- Зачем я тебе нужен?


- Ты моё наказание и спасение, я тебе многое дала и сделаю ещё больше, но прошу, не делай глупостей, веди размеренную, спокойную жизнь, все заботы предоставь мне. Перестань шататься по кабакам, пить без меры спиртное и трахать подряд всех проституток. Я хочу, что бы ты вёл здоровый образ жизни, перестал курить, занимался физкультурой. Я найду тебе женщину, которая родит тебе кучу детишек, думаю из тебя получиться хороший отец.


Пару, тройку месяцев назад Гусев мечтал о такой жизни, но теперь хотел только одно, её сидящую перед ним, красота которой опьяняла, он желал быть рядом с этой женщиной и ни о какой женитьбе на ком-то другом не думал.


- Я согласен, если этой женщиной станешь ты. Она грустно усмехнулась:


- Я бы тоже согласилась и, набравшись терпения, прожила сотню лет твоей женой, но проблема заключается в том, что ты влюблён в оболочку, а не в существо, а эту видимую форму я могу поддерживать лишь короткое время.


- Не понял, объясни доходчивее.


- Я не человек, ты видишь лишь внешний образ, в котором я могу пребывать пару часов в сутки.


- У тебя есть крылья?


- Нет, я не ангел, а чертиха и у меня есть небольшие рожки и нос, напоминающий свиной пяточек.


- О Господи, глядя на тебя, я не могу поверить в это, покажись такой, какая ты есть.


- Хватит, раз уже попробовала, так ты перетрусил и охрану вызвал.


- Но всё же я хочу увидеть тебя в твоём первозданном виде.


- Гусев, пока видишь меня красавицей, ты влюблён, у тебя сейчас отсутствуют мысли о бессмысленности жизни, увидев такой, какая я на самом деле, возможно, снова начнёшь проверять ремни на прочность.


- В смысле?


- В ту ночь, когда я встретила тебя впервые, ты пытался отправиться к своим праотцам.


- Я этого чего-то не помню.


- Немудрено. Ты был настолько пьян, что кидался в меня пустыми бутылками.


- Прости. Но, наверное, были на то причины?


- Ты был зол на всех женщин мира, ненавидел свою жизнь, и жаждал с нею распрощаться. Мне пришлось принять меры.


- И ты решила подсунуть мне этот злополучный миллион, из-за которого я оказался в тюрьме.


- Ты сам попросил.


- Я? Когда?


- Ты молился, говорил, что несчастен, просил денег, уверял, что не будешь больше вешаться, а уедешь в другой город и забудешь о своих несчастьях и заживешь счастливой жизнью. Я поверила тебе, и дала то, что ты хотел. А история с полицией произошла не по моей воле.


- Но даже если это так, я обращался с просьбой о помощи не к тебе, а к своему ангелу хранителю.


- Не смеши меня. Какой может быть у тебя ангел хранитель? Ты, отказавшийся от своего создателя, не верующий, не почитающий его. Разве ты вспоминал его в своей жизни? Только иногда вставляя в свою речь слово "Боже", ты не вкладывал в него истинный смысл, а просто использовал как сорняк. Ты никогда не стремился к чужим, вернее сказать к вашему Богу, а теперь уверяешь меня в обратном? Твой ангел хранитель Я. Мне суждено оберегать твою никчемную жизнь, заботиться о здоровье, спасать тебя от опасностей этого мира.


- Я что марионеточная кукла, дёрнула за одну ниточку, туда пошёл, потянула за другую, обратно вернулся. Я свободный человек, и своей жизнью буду сам распоряжаться.


- Гусев перестань говорить чепуху, ты ничтожный человечек, у тебя узкое сознание. К несчастью мне не повезло с тобой, как только встретила, ты уже шёл вешаться, я спасла тебя, осуществила твои меркантильные мечты о богатстве, даже влюбила в образ человеческой красавицы, и всё для того, что бы ты наслаждался жизнью, оценил её прелести. Вместо этого ты опустился вниз на грязное дно, быстро докатился до роковой черты.


- Не читай мораль, я этого не люблю и вообще противно, что моей жизнью кто-то распоряжается.


- Если бы я предложила то, что предлагаю тебе, другому человеку, он в благодарность ежедневно мне приносил жертвоприношения, ты же действительно идиот. Не захотел по-хорошему станет по-плохому, я помещу тебя в психиатрическую больницу, где стены обиты войлоком, а за тобой круглые сутки будут наблюдать санитары.


- Послушай, чертиха с того света, ты сказала, что я твоё наказание и спасение, не знаю, за что тебя наказали, но понял одно, страшно боишься, что я умру. Как бы ты не оберегала, я, если захочу, могу покончить с собой, и никакие санитары этому помешать не смогут. Так что будем играть по моим правилам! - закончил Гусев на повышенных тонах.


Змеяна возмущённая тупой неуступчивостью Гусева сорвалась с кресла, пронеслась по залу небольшим вихрем, затихла на том же месте, где находилась до этого. Но только в кресле сидела не красотка, а очень уродливая женщина, большой нос с вывернутыми ноздрями, чёрные волосы космами спадали на плечи, кривоватые зубы выступали изо рта, чуть зеленоватые до этого глаза светились изумрудами.


- Теперь ты видишь меня в первозданном виде, и ошибешься, назвав меня уродиной, в своём мире я красавица. Ты прав, своей смертью ты обречёшь меня на несчастье, но ошибаешься, что сможешь этим воспользоваться. Условия ставлю я. Посмотрю, как долго ты продержишься. И она растворилась в воздухе.


- Ешь!


- Не буду!


- Я зачем покупала тебе это пирожное, чтобы выкинуть его на помойку?


- Не буду, я его есть, не хочу!


- А зачем ты тогда просила, чтобы я его тебе купила?


- Я думала, что оно будет вкусное, - ответила малышка своей маме. Женщина забрала у ребенка надкушенное пирожное и завернув его в салфетку, положила в сумку.


Гусев сидел на другом краю скамьи. Наблюдая эту сцену, у него сводило от голода желудок. Шли четвёртые сутки, как он не держал во рту ни крохи. Чертиха выполнила свою угрозу, на следующее утро он оказался ни с чем в буквальном смысле слова. С утра пришли адвокаты, прежде милые люди, вдруг превратились в злобных. Заявили Гусеву, что с сего момента не может находиться в этом помещении, что он вообще лишается всех прав на имущество. И будет лучше, если он по-доброму сам уйдёт.


- А если не уйду? - поинтересовался Гусев.


- Алексей Федорович, - вперёд выступил начальник охраны Смирнов, я получил указание при необходимости применить силу.


- Указание от кого?


- Как от кого? От вашей хозяйки.


- Кто вам сказал, что она моя хозяйка? - взбесился Гусев,


- Эта болотная кикимора считает, что может распоряжаться моей судьбой как ей захочется, перетопчится. Больно мне нужна её помощь.


Не взяв, даже документов Гусев покинул особняк.


Три дня он шатался по городу, ночуя то на вокзале, а если выгоняла полиция, то шёл коротать время на скамью в парк. Есть было нечего, как заработать денег он не представлял, воровать было противно. И вот он сидел и давился слюнями, слушая, как мама уговаривает дочку скушать пирожное.


- Есть хочу.


Гусев, поглощённый мыслями о еде вначале даже не понял, что произнес вслух, и только потом, потому как мама с дочуркой уставились на него, сообразил, что сболтнул лишнее.


- Мама, дядя есть хочет, давай отдадим ему пирожное.


Женщина молча достала пирожное, положив его на скамейку.


- Всё Валюша, нам пора идти, - взяв дочку за руку, они поднялись.


- Спасибо, - подмигнул Гусев обернувшемуся ребёнку.


Проглотив пирожное, Гусев почувствовал новую волну голода.


- Надо что-то предпринимать, - поднявшись со скамьи и осмотревшись вокруг, заметил двух бомжей собиравших пустые пивные жестяные банки.


-А что, по крайней мере, на еду насобираю, - решил Гусев.


В рваном пакете у него уже позвякивало с десятка два смятых банок, когда его окликнули:


- Мужик тебе, что глаз подбить? - в десяти метрах от него стояли те два бомжа, которых он видел полчаса назад.


- Не понял?


- Чаво, не понял, это наша территория, вали от сюда! - бомжи угрожающе начали надвигаться на него.


- Ладно, мужики, ухожу.


- Пакет оставь, он наш!


- Хорошо оставляю, - пятясь, отвечал Гусев, но, вдруг развернувшись, крепче прижав пакет к груди, рванул со всех ног.


Какое-то время он слышал топот преследователей, но видно дыхалка их подвела, так как мат-перемат скоро стих далеко позади.


Поднабрав еще, сдал мятый алюминий в приёмный пункт втор сырья. На вырученные деньги купил целую половину буханки дешевого хлеба.


До чего же замечателен хлеб, Алексей ел и удивлялся, как же он раньше не замечал этого вкуса, что там колбаса или шоколад, хлеб намного вкуснее. Впервые за эти дни почувствовал радость, окружающее уже не казалось таким безнадёжным, раз сумел раздобыть хлеб, значит, голодать не будет, и можно потом придумать, что-то ещё. Что произойдет в будущем, он пока не представлял, но был теперь уверен, что всё образуется.


Он шёл по набережной где-то в черте города, остановившись у плотины, наблюдал как дети, соревнуясь в меткости, метали камни в проплывающую пластиковую бутыль. Вот мальчуган лет семи зачем-то влез на изгородь дамбы и вдруг неожиданно исчез из поля зрения Гусева, проходившая мимо женщина, ахнула и закричала. Гусев, подбежав к изгороди, глянул вниз, там, в семи метрах внизу бушевал водоворот. Страх, не за себя, за мальчика охватил Гусева, сбросив обувь, он прыгнул вниз.


"Главное найти, суметь схватить", - думал Гусев, а водоворот крутил, раз больно ударился плечом о бетонное дно, второй раз, когда его на мгновение вышвырнуло наверх, в сантиметре от головы просвистело бревно, но он успел глотнуть воздуха, прежде чем пучина вновь поглотила. Чудо произошло, его руки обхватили мальчика, мягкое безжизненное тело, дальше он знал, что надо делать, попробовал сконцентрироваться и когда почувствовал удар о дно, резко оттолкнулся от него, стремясь вырваться из водоворота. На вторую попытку он не успел вдохнуть воздуха и в тот момент, когда оттолкнулся от дна, заглотнул воду, но тело мальчика не выпустил.


- Вот они! - закричало сразу несколько голосов. Впрочем, Гусев ничего не слышал, затухающим сознанием он успел отметить, что сумел вырваться из водоворота. То, как люди, встав цепочкой, и крайний мужчина, стоя по грудь в воде и сопротивляясь стремительному течению воды, сумел дотянуться до него и схватить за шиворот, потащил к берегу, он не видел и не чувствовал. Очнулся он от раздирающего кашля, в грудной клетки горело, будто там полыхал пожар.


Их взгляды встретились, она стояла неподалёку, косматая, носатая с зелёными глазами, во взгляде было и недоумение, и восхищение, и что-то ещё такое чего Алексей понять не мог, нет, не плохое, наоборот что-то очень-очень хорошее, Гусев слабо улыбнулся.


- Молодец парень!- мужик хлопал ладонью по его спине, стараясь облегчить кашель, - мальчонку уже откачали, спас ты его. Вот и скорая помощь уже подъезжает за вами.


Она протянула ему руку, красивая, стройная с чуть зеленоватыми глазами, помогла подняться на ноги и молча, лишь улыбаясь, они пошли прочь.


- Где второй утопленник? - спросил бородатый врач скорой помощи зевак.


- Ушёл он со старухой, - ответила ему женщина из толпы.


- Сама ты старуха, его такая красотка увела, что у меня слюни потекли, - перебил женщину мужик, хлопавший по спине Гусева.


- Ну, ты и извращенец, это была настоящая уродина, - доказывала женщина.


- Если сама мордой не вышла, то нечего хаять красоту, - встряла в разговор с виду интеллигентная бабуля.


- Страшная была, - высказал своё мнение двадцатилетний качок.


- Красивая, - тихо произнёс подрастающий очкарик.


ГЛАВА 6


Чупов с жадностью глотал воду, но выпитой жидкости хватало на несколько минут, и снова одолевала жажда.


- Что такой угрюмый, - спросил вошедший Сидоров.


- Башка трещит по швам, пошли Вована за пойлом.


- Уже послал, скоро будет.


- Слушай, что-то тускло припоминаю, где мы вчера были и с кем-то сцепились?


- Ну, ты даешь, что совершенно ничего не помнишь? Чупов поморщился.


- Помнишь, нас Хотабыч в казино отвёз, ты там ещё джекпот сорвал? Чупов кивнул:


- Продолжай дальше,


- Потом взяли девок и в город кататься,


- И, что было?


- Ну, когда проезжали по улице мимо твоего дома, ты Вовану сказал нажать на тормоз, взял кучу бабла и понёс своей бывшей. Потом вернулся озверевший, сказал, что жёнке дал двести тысяч баксов, а она тебя вместе с ними выставила за дверь, заявив, что не деньги нужны, а муж и отец. После тебе башку снесло, ты Вована согнал с места, сел за руль и такое начал вытворять, что я чуть было не облажался: скорость двести, менты на хвосте, а ты разворот на сто восемьдесят и в лобовую атаку, хорошо мусора не выдержали в витрину магазина въехали. Они там план перехвата объявили, пришлось линять в соседнюю область, там заехали в кабак, где с местной братвой познакомились, столы сдвинули всё бы ничего, но тебе не понравилось, как один брателло о женщинах отозвался, назвав их суками. В общем, врезал ему, и после понеслось, он за нож ты за вилку, его дружки стволы доставать, а Вован из своего УЗИ поверх голов очередь дал и скомандовал: " Сидеть, дернитесь, убью, сами разберутся".


- В общем, пушки убрали, заключили пари, если тебя уделают, мы за ужин платим, если ты его, они заплатят.


- Ну и кто кого?


- А тебе не догадаться, если ты тут и живой? Ты его вилкой так распотрошил что патологоанатому работы на год не меньше. После этого в дискуссии ни с кем не вступал, а только наливал и пил, как нас Хотабыч нашёл, уму не приложу, но Вовану приказал тебя загрузить в тачку и везти на базу.


Раздался звук подъехавшего автомобиля, и через минуту с полными пакетами провизии ввалился Вован.


- Это тебе, - выставил батарею бутылок с виски перед Чуповым,


- А это твоё, - кинул Сидорову пакетик с белым порошком.


- А это моё, - с довольной рожей достал себе большой брикет мороженного.


- Шприцы привёз? - спросил Сидоров.


- А забыл совсем заехать в аптеку, ширнись старым. Сидоров, недовольно бурча, полез в помойное ведро.


Опохмелившись, Чупов почувствовал себя намного лучше. Голова перестала болеть, жажда прошла, вернулась ясность мысли.


"Значит, вчера я стал убийцей. Что же поздравляю тебя с этим. Но кто в этом виноват? Не ты ли создатель всего и вся, - рассуждал про себя Чупов.


Господи, это ты сделал меня несчастным. Ты лишил меня семьи. По твоей воле я потерял работу, стал бандитом. Почему другим ты помогаешь, а меня возненавидел, за что? Разве я раньше грешил? Что я сделал в своей жизни не так? Я никогда ничего не клянчил у тебя в отличие от некоторых? Никогда я не влезал в твою епархию, а ты разрушил мою жизнь. Я обвиняю тебя в моих бедах. Поэтому я отворачиваюсь от тебя. Отныне я буду служить другому Богу".


- Слышите, вы! - обратился он к подельникам, - Сатана есть истинный бог! Сидоров посмотрел на него мутным взором, но ничего не ответил, Вован молча пожал плечами и тоже промолчал.


- Вы не согласны со мной?!- взревел Чупов.


- Они ещё не пришли к этой истине, но рад за тебя, что ты понял это. Чупов обернулся, в дверях стоял старик.


- Посвятив свою жизнь Сатане, ты обретёшь всё то, что тебе не дал самозванец.


Подойдя к Чупову, старик, положив ему на плечо руку, взглянул ему в глаза.


"Совершенно пустые глаза" - промелькнуло в голове у Чупова, но отвести взор он не смог, две чёрные, бездонные дыры держали его цепко.


- Ты прав Саша, Сатана истинный бог, который поможет осуществить тебе все твои заветные желанья, но и ты должен оказать ему небольшую услугу.


- Отдать ему свою душу?


- Твоя душа и так уже принадлежит нам. Великий Сатана хочет большего, ему надо чистые души, те которые идут за богом. Чем больше благостных попадут в ад, тем сильнее мы будем, следовательно, ослабнет власть Бога.


- Что я должен сделать? Где я смогу добыть светлых душ?


- Саша, я заключу с тобой договор, согласно которому тебе гарантируется защита моего хозяина, ближайшего помощника Сатаны. Ты станешь его слугой, проводником его воли. Обретешь власть над людьми и над своими врагами.


- Гусевым?


- И над ним тоже, ведь он издевается над тобой, подставил с миллионом, после чего ты потерял работу, семью, друзей. Это всё он, ничтожный, жалкий человечек, который обделал тебя всего с ног до макушки. Убей его! И после этого ты обретёшь всё, что только пожелаешь.


- Старый, я только одного не понимаю, ладно я его ненавижу, у меня есть на это причины. Но какую цель преследуешь ты?


- Этот Гусев не одному тебе портит жизнь, он препятствует моему хозяину очиститься от подлой скверны, опорочившей его великое достоинство. Этого человечишку оберегает изменница из нашего мира. Власть хозяина велика, и ему ничего бы не стоило раздавить Гусева, но Сатана по каким-то причинам запретил моему боссу вмешиваться напрямую. Убить, или хотя бы покалечить его должен тоже человек. Сделай это для моего хозяина, и Крысин отблагодарит тебя. Он наделит тебя властью, ты восстановишь справедливость, прекратишь тот бардак допущенный Богом в этом мире. Пойдем, я покажу тебе его, какой он в действительности.


Чупов, не успев сделать шага, оказался в другом месте, он парил в воздухе, в большой комнате, внизу у камина на разостланном ковре сидело двое. От неожиданности Александр дёрнулся, чуть не потеряв равновесия, но его поддержал старик.


- Не бойся, не упадёшь, ты всего лишь фантом, образ в другом измерении, способный видеть и слышать, а теперь смотри: эти внизу два человека влюблённые, они в действительности любят друг друга, сейчас они клянутся друг другу в вечной любви.


Чупову и так было понятно, это влюблённые, потому как он обнимал, как она шептала нежные слова, как они смотрели друг на друга.


- Идём дальше, - старик слегка подтолкнул Чупова.


Картина внизу сменилась, то же помещение, но люди казались другими. Приглядевшись, Чупов узнал в них тех влюблённых. Мужчина располнел, в волосах седина, на лице женщины появились малозаметные морщины. Теперь они не говорили нежных слов, они кричали друг на друга:


- Хочешь знать правду? Так знай твой друг мой любовник!


- Но почему ты так поступила? Ведь я дал тебе всё, новую машину - пожалуйста, коллекцию украшений из бриллиантов - возьми, что тебе не хватало?


- Я не люблю тебя!


- Но у нас есть дети!


- А ты уверен, что они твои?


Он её ударил, падая, она ударилась головой об угол камина, агония продлилась не долго, через минуту она была мёртвой.


- Бытовуха, - прокомментировал ситуацию Чупов.


Мужчина, позвонив по телефону, кого-то вызвал, вошедшему приказал, кивнув в сторону трупа:


- Отвезешь это в лес и закопаешь.


- Идём дальше, - позвал старик.


Это была война, кругом шёл бой. Группа солдат, заняв круговую оборону в разрушенном здании, упорно сопротивлялась. Они решили вырваться из окружения, во время прорыва тяжело ранило одного из солдат, его товарищ, рискуя своей жизнью, вытаскивает его из-под перекрестного огня, командир кричит оставить раненых, вести бой, но тот упорно тянет друга. Они вырвались, Чупов видит, как офицер трясёт пистолетом перед солдатом, крича, что из-за него могли погибнуть остальные, что каждый ствол был на счету, что надо стрелять, а не милосердием заниматься. А солдат стоял и улыбался, он только что спас жизнь товарищу.


- Идём, - зовёт старик.


Внизу довольно большой город, они спускаются туда, где на высокой набережной, освещённые лучами заходящего солнца, разговаривают двое, те самые солдаты, но возмужавшие:


- Начиная бизнес, мы договаривались с тобой, всё пополам расходы и доходы, зачем ты меня кинул на два миллиона?


- Я не кидал тебя, эти деньги не из общего котла.


- А с каких пор новоприобретённая сеть магазинов стала принадлежать только тебе?


- Посмотри документы, где написано кто хозяин.


- А ты сволочь.


- Извини, дружба и бизнес, разные вещи.


- Я тебя спас, я тебя и убью.


Раздался выстрел, постояв минуту над телом погибшего друга, бывший товарищ, что-то напевая, пошёл к машине.


- Ещё хочешь посмотреть? - спросил старик.


- Довольно, и так всё понятно.


- Что именно?


- Нет ничего вечного, ни любви, ни дружбы.


- Я не это хотел тебе объяснить, а то, что самозванец позволяет людям творить добро и любовь. Зачем это людям? Ты сам видел, что сделала любовь с любящей парой. А солдат, если бы он оставил своего товарища тогда на поле боя, то не потерял бы в будущем денег. Сатана может восстановить справедливость в мире, страх поможет искоренить из людей, все эти так называемые высшие чувства. Став рабом Крысина ты обретешь власть, о которой давно мечтаешь, будешь карать людей, сможешь навести порядок в этом мире. В прошлом такие великие люди, как Гитлер и Сталин, тоже подписали договор, правда, каждый из них хотел быть первым в иерархии, победил Сталин. И если ты готов так же как они поставлять в наш мир испорченные Богом души людей мы наделим тебя той силой, имя которой страх. Внушая ужас людям, ты обретешь власть над ними. Будешь искоренять все те нежности, который самозванец внушает им. Спрашиваю тебя, Саша, хочешь ли ты служить делу Сатаны?


- Да, хочу, - не сомневаясь, ответил черту Чупов.


- Тогда подпишем договор, - Сукин Сын из воздуха материализовал рулон бумаги, развернул его. После чего достал маленький, очень острый нож, рукоятка которого была выполнена в форме змея обвитого вокруг человека.


- Дай руку, - потребовал он у Чупова.


- Зачем?


- Подпись под договором ставится кровью.


- Я думал это анахронизм. Двадцать первый век на дворе, а у вас все как в старину.


- Ты много ещё не знаешь. Кровь обладает некоторыми качествами, которые неизвестны вашей науке. Подписывая кровью договор, ты закрепляешь его своей душой. А душа, черная или белая, без разницы, обманывать не может.


Александр посмотрел на рукопись договора, буквы там извивались, словно живые змеи, это был текст из странных знаков, не кириллица и латиница, даже не арабская вязь, они напоминали неведомых животных, фантастических тварей.


- Что там написано?


- О твоём обязательстве поставлять человеческие души в ад. Поставь свою подпись и получишь власть над людьми, ведь ты хочешь этого?


У Чупова при мысли об этом по телу растеклась сладкая истома, он почти на яву увидел страх в глазах людей, всех недругов. Он сможет запросто распоряжаться судьбами, одних миловать, других казнить. Стать королём, да ради такого шанса он готов поставить не одну подпись.


Он подставил запястье Сукиному Сыну.


- Вот и ладненько, - чёрт сделал надрез, обмакнул в кровь Чупова старинное перо, и протянул ему, - подписывай!


Как только Чупов расписался, буквы твари как голодные звери накинулись на его кровь в свитке.


Когда они вернулись, Вован держа одной рукой мороженое, другой протёр глаза:


- Фу ты, показалось.


- Что показалось? - уточнил Чупов.


- Вы вдруг исчезли, а через секунду опять появились.


- Глюки, однако, у тебя.


- Галлюцинации? Откуда им быть? Я употребляю только это, - Вован показал мороженное, - это у него бывают заскоки, - кивнул он на лежащего в прострации Сидорова.


- Пора делами заняться, - старик сел за стол и развернул карту местности. Вовчик не видел, откуда он её достал, ему показалось, что она просто появилась из воздуха, но интересоваться не стал.


- Здесь в центре особняк, в котором они проживают, здесь проходит дорога, ведущая в парк, - кривым когтем отчеркнул старик, и продолжал:


- Наша цель на первом этапе установить режим охраны, распорядок дня объектов, сегодня ты, - дед поглядел на Вовчика, - отправишься сюда и здесь, - палец уткнулся в непонятную точку на карте, - начнёшь наблюдение.


Вовик не понял, что обозначает место на карте, где он должен начать наблюдение, поинтересовался:


- А что это за кружок?


- Дебил, этот кружок обозначает возвышенность, - стал объяснять Чупов.


- Подожди, - прервал его старик.


- Смотри, - обратился он к Вовану и щёлкнул пальцами:


Они стояли на том пригорке, о котором только что шла речь, старик не торопясь, обстоятельно разъяснил им, что и как нужно делать. Когда они вернулись, Вовик поинтересовался:


- Дед, если ты такие чудеса умеешь творить, не легче будет тебе всё самому провернуть?


- Говорю, не легче, краля, что живёт с умственно отсталым Гусевым, может многое делать, если узнает обо мне, станет ещё более осторожной, поэтому работе вы, а я буду консультантом.


ГЛАВА 7


Прекрасней взаимной любви на свете ничего нет. Счастье видеть любимого, ощущать его рядом, чувствовать его кожу, слышать его сердце, что может с этим сравниться? Змеяна смотрела на спящего Алексея, думая о том что, наконец, узнала, что такое любовь. Она, чертиха с того света, влюбилась в простого смертного, почему и когда это произошло, её не интересовало, она просто любила, отдавшись этому чувству.


Свадьба была скоротечной, по настоянию Гусева, зарегистрировались в ЗАГСе. Бывшая было заупрямилась, не хотела давать развода, но когда Гусев достал пачку банкнот, то перешла к торгу, и когда содрала достаточно денег, написала заявление на расторжение брака.


Минуя церковь, приехали в ресторан, где пробыли минут пятнадцать, после чего Гусев сев за руль авто увёз красавицу жену, оставив немногочисленных гостей, адвокатов и Смирнова, отмечать торжество без них.


Посторонний наблюдатель мог заметить, как от ресторана отъехал Мерседес со счастливыми новобрачными, следом джип с охраной, а секундой позже тронулась чёрная иномарка, за рулём которой сидел бритоголовый парень. На шоссе чёрная иномарка нагнала машину сопровождения, при обгоне из окон высунулся столетний дед и седовласый мужик, которые расстреляли из автоматов охрану, после чего, пристроившись за автомобилем Гусева, следовали за ним, не отставая ни на метр. Бритоголовый водитель, давя на газ, возбуждённо кричал:


- Слышь, Чуп, ты только её не трогай, оставь мне, я о такой красотке мечтал весь срок в зоне! Договорились, Чуп?


Чупову не было дела до этой девки, он представлял, как через несколько минут поставит Гусева на колени, как увидит страх в глазах, как тот будет просить о пощаде, и выстрелом разнесет ему голову.


Вован всё ныл:


- Чуп, если хочешь, я тебе тонну зелени дам, только дай мне первому...


- Заткнись, - перебил бритоголового старик, - её ты не тронешь, я займусь ею.


- Ты? - Вован обернувшись, выкатил глаза,- да ты же совсем старый?


- Лучше смотри за дорогой, а если не перестанешь вякать, выкину из машины на помойку, с которой тебя подобрал. Бритоголовый замолк.


- Пора, - распорядился старик. Чупов достав рацию, стал передавать:


- Сидор, перегораживай!


Гусев видел в зеркало заднего вида, что случилось с охраной, но оставался совершенно спокойным, надеясь на способности своей жены колдуньи.


- Сзади сразу за нами бандиты, наших ребят постреляли, проучи их, - повернулся он к ней.


Змеяна превратившись в чертиху, смотрела в заднее стекло на преследовавшую машину.


- Чего медлишь, сделай так, чтобы у них все четыре колеса отлетели.


- Я пытаюсь, но не получается, мешает преграда созданная тем, кто находится в машине.


- Не понял, ты хочешь сказать, что за нами едут твои родственники?


- Один из них точно из моего мира, скорее всего бывший муж послал кого-то из своих головорезов отомстить мне.


- Ты мне так и не рассказала, из-за чего твой бывший на тебя окрысился?


- Обычная история, думаю, тебя она не заинтересует. Поезжай быстрее, постарайся оторваться от них.


- Мы и так несемся на предельной скорости. Но все же, за что хочет твой бывший отомстить?


- Я ему изменила.


Гусев нервно закашлялся:


- Ну почему мне так везёт на изменщиц, земная изменила, женился на оборотне и та оказывается не святая. Наверно во всей вселенной нет преданных жен, - философски заключил Гусев.


- Лёша, у меня была другая ситуация, - попыталась оправдаться чертиха.


- Любимая, я же не обвиняю тебя. Думаю дело не в женщинах, а во мне...


Сзади раздался удар, ещё один. Гусев в зеркало заднего вида узнал хохотавшее лицо выбритого на лысо парня, который разгоняя свой автомобиль, периодически врезался в них.


- Это тип, который предлагал мне пари и метод тот же самый! Впереди показался грузовик, перегораживающий дорогу.


- Сбрасывай скорость, сворачивай на второстепенную!


Гусев круто свернул на примыкавшую к шоссе дорогу, преследователи последовали за ними.


Теперь они неслись по грунтовке, дорога постоянно виляла, впереди показалась деревня. Гусев не снижая скорости, нёсся по центру посёлка, давя не успевших отбежать в сторону кур. Ошарашенные жители что-то кричали им в след, но он, нажимая на клаксон и акселератор, летел вперёд, вдруг впереди появилась старушка с вёдрами на коромысле, она явно растерялась и застыла на месте стоя посреди дороги, с ужасом смотря на приближающийся автомобиль. Гусев свернул в сторону, сбил забор из жердей и влетел на огород, где колёса погрузившись в рыхлую почву, забуксовали, выпрыгнув из машины, они, петляя, побежали к лесу.


- Что вылупилась, старая карга! - крикнул ей выскочивший из следующей машины дед, стукнув её по голове прикладом оружия.


Жители деревни наблюдали, как трое преследователей стреляя на ходу из автоматов, бросились догонять убегающего молодого парня со старухой, причем по всему было видно, что командовал старик, он отдавал приказы, несмотря на свой преклонный возраст, довольно шустро побежал, то и дело, припадая на колено, вскидывал оружие, прицельно посылая короткие очереди.


Они видели, как бритоголовый верзила ненадолго задержался около застрявшего на огороде автомобиле, быстро осмотрел его, и потом кричал, спрашивая у старика, где молодуха и откуда взялась старуха. Через минуту преследуемые и преследователи скрылись в лесу, ещё некоторое время доносилась стрельба, потом всё стихло.


Прибежал участковый полицейский, вооружённый пистолетом Макарова, следом председатель посёлка с двустволкой. Полицейский по мобильному телефону требовал прислать спецназ, так как в деревне идёт бой с террористами, а он с Петровичем держит круговую оборону, отражая натиск врага. Но бандиты к брошенной машине так и не вернулись, прибывший ОМОН долго прочёсывал окружающий лес, но так и ничего, кроме стреляных гильз, не обнаружил. Жители деревни ещё много недель после этого события судачили, что, мол, старик, по всему видать старый уголовник, застал свою старуху с молодым любовником и за это решил обоих убить.


Алексей со Змеяной сумели уйти от гибели, преследователи потеряли их. Пробираясь через болото Алексей выбился из сил, с трудом продвигаясь в болотной жиже, он делал шаг, падал в воду, и вновь вытаскивал ноги. Змеяне тоже приходилось нелегко, но сил у неё явно было больше, и она то и дело помогала уставшему Гусеву. К вечеру они выбрались на сушу, как позже они выяснили, это оказался внушительный остров посреди болота. Обессиленный Гусев лёг на траву под большой берёзой и, несмотря на тучи комаров, уснул, когда открыл глаза, была ночь, рядом горел костёр, идущий жар приятно согревал тело, языки пламени причудливо извивались, отбрасывая отблески света.


Змеяна, превратившаяся в земную женщину, сидела по другую сторону костра, смотря на пламя, о чём-то думала, в отблесках света она была ещё прекрасней, Гусев не шевелясь, любовался ею, ради этих минут он готов терпеть все трудности жизни.


- Знаю, ты проснулся, - перевела взгляд на Гусева, - где бы я не находилась, чувствую когда ты спишь, а когда бодрствуешь.


Она встала, сняла с лианы высохшую одежду Гусева и подала ему.


- А твой родственник не сможет нас обнаружить по костру?


- Отойди не много в сторону.


Гусев отошел, всё погрузилось во мрак, стояла кромешная темень, налетело комарьё, но стоило ему сделать шаг обратно, и он как будто переступил невидимую грань, костёр горел с той же силой, изливая свет с теплом.


- Я создала защиту вокруг нас.


- Костёр тоже развела с помощью волшебства?


- Добывать огонь нас учат с детства, это самое лёгкое в магии.


Змеяна подняла лежащую рядом ветку и та вспыхнула пламенем.


- Видишь как просто.


- А почему мы сидим в этом болоте, может, переместимся домой?


- Сама я могу перемещаться в пространстве, но не знаю, как перемещать других.


- Может, тогда слетаешь за едой?


- Лёша, у тебя сложилось впечатление обо мне, как о всемогущей волшебнице. На самом деле, какие-то чудеса в твоём понимании, я помогу творить. Но есть вещи, которые невозможны, или я просто не знаю, как это сделать. К тому же без моей защиты они тебя быстро найдут


- Я могу подождать и без костра.


- Ты не понимаешь, костёр не главное, каждый человек излучает так называемые, по-вашему, биополя, а мой преследователь умеет их определять, он ищет нас в этой местности. Я не умею закреплять защиту на месте, поэтому через некоторое время они обнаружат тебя.


- Это я не знаю, этого не умею, ты, наверное, была двоечницей в школе?


- Всё невозможно знать.


- А когда я попал в аварию, ты же успела меня спасти в последний момент.


- Тогда помощь пришла со стороны чуждого мне мира.


- Как это?


- Я не могла постоянно охранять тебя, мне тоже требовался отдых. В тот вечер была спокойна, ты кутил в баре, нанятые телохранители, были рядом с тобой, гуляя по улицам города, я оказалась около небольшой старинной церкви, уже свернула в сторону, чтобы обойти этот храм чуждого мне мира, как вдруг от него пошли волны информации о будущем. Я увидела аварию, которая должна была произойти с тобой, тебя мёртвого, твоё искалеченное тело горело в искорёженном автомобиле. Тогда я очень испугалась за себя, что останусь в этом земном мире навсегда. Извини, но в то время я была другая, тебя воспринимала как средство, с помощью которого могу вернуться назад в свой мир. Если бы ты тогда погиб, дорога назад мне была бы закрыта. Но чужие помогли мне, показав, где тебя найти, поэтому я успела спасти твою жизнь и свою надежду на возвращение.


- Почему вы не ладите с Богом?


- Не знаю, я никогда не видела ни одного существа с того мира, нам запрещено входить в то пространство.


- Я читал, что ваш правитель взбунтовался против Бога.


- Может быть, я не интересовалась политикой.


- Школы есть в твоём мире?


- Есть, но такого предмета как история нет, нам преподавали другое, потом я отвечу на вопросы, а сейчас твоя жена красавица очень хочет спать. Змеяна превратившись в чертиху, легла около костра и вскоре заснула. Алексей, смотря на спящую жену, поймал себя на мысли, что перестал замечать в Змеяне облик чертихи, её превращения он воспринимал как надеваемую маску. Подкидывая хворост в костер, долго рассуждал, что же всё-таки такое любовь. Змеяну он впервые увидел во сне, если не считать их туманную встречу у фонтана, о которой он практически ничего не помнил. Тогда во сне он влюбился в неё. Теперь, несмотря на то, что знает, это была всего лишь оболочка демона, используемая для возбуждения чувств, продолжал любить. Любить её такую, какая она в действительности. Она была прекрасна не только в человеческом облике, но и такая, как сейчас. Каждая черточка её лица вызывала в нем наслаждение, ему до бесконечности хотелось им любоваться. Прошло немного времени, а он перестал замечать перевоплощений любимой, она оставалась для него одной и той же милой, прекрасной женщиной. Осознавал, что любит что-то ещё, помимо её человеческого облика, и это другое притягивало намного сильнее. Подумал, что возможно для неё безразличен и нужен только для возвращения, мысль не слишком расстроила, пусть не любит, он счастлив уже, потому что она рядом.


Подул прохладный утренний ветерок, Гусев, сняв с себя пиджак, накрыл Змеяну, заметив, что жена улыбается во сне.


Змеяна проснулась, когда утренние лучи солнца осветили её. Открыв глаза, она не сразу сообразила, где находится, ведь только что она маленькой девочкой бежала по полю навстречу солнцу, она, смеясь, собирала цветы и разговаривала с птицами. Змеяна вдруг испугалась, это был сон, но ведь она не неспособна видеть сны, никому из её мира это не дано. Люди могут, но она же не человек.


"Неужели я превращаюсь в смертную", - она испуганно взглянула на Гусева. Алексей мирно спал около потухшего костра, протянула руку и дотронулась до его щеки, провела пальцами по губам, почувствовала себя виноватой, она существо с другого мира вторглась в чужую жизнь, изменила судьбу человека. Отобрала у него право распоряжаться жизнью, используя для своего возвращения. Там, откуда она, людей презирают, человечество это мир почти животный, а она пробывшая здесь всего несколько месяцев испытывает угрызения совести перед спящим существом. Этот парень стал нравиться ей, он изменился и продолжал меняться. Это был теперь не тот рохля у фонтана, он становился сильней уверенней в себе. Ей захотелось поцеловать его, осторожно, стараясь не разбудить, она прикоснулась к губам. Алексей открыл глаза, она попыталась отстраниться, но он только крепче прижал её к своему телу.


Солнце пекло во всю, а они обнажённые лежали под лучами, целовались, смеялись и снова обнимались. Всё произошедшее показалось Змеяне удивительным, это было прекрасней, чем сон. Теперь она понимала, зачем некоторые её подруги любили тайком посещать человеческий мир.


Через несколько дней скитаний по лесу нашли заброшенное охотничье зимовье.


- Домик ещё добротный, - Алексей отставил в сторону подпиравший дверь полусгнивший кол.


Снаружи дом был не большой, войдя внутрь, он показался им ещё меньше. Особых удобств не было: посреди стол, сделанный из не строганых досок, один торцевой край был впритык к единственному небольшому окну, по бокам от которого были нары, слева от входа сложенная из камня печь, справа на стене пару полок, а внизу кучка дров. На полках мешочек соли, спички, две алюминиевые кружки и ложки, так же из утвари они нашли чугунные котелки, сковороду, ведро и ещё по мелочи. На чердаке Гусев обнаружил топор и пилу. Змеяна привела жильё в порядок, вымыла полы, отскребла стол. Затопив печь, вскипятили чайник, заварив лесных трав. Они были счастливы.


- Дай твою руку, погадаю и предскажу судьбу, - обратился Алексей к Змеяне.


- А ты умеешь? - смеясь, спросила жена.


- Однажды цыганка гадала, водила пальцем по руке, рассказывая, что меня ждёт, я запомнил какие линии, что обозначают, вот смотри, - Гусев взял ладонь Змеяны и начал показывать.


- Это линия жизни, она у тебя большая и ровная, значит, будет долгая и здоровая.


- Лёша, ты перепутал, это же линия ума, а ветка жизни здесь, - показала Гусеву, - а вот рядом идёт стезя судьбы, у меня она немного странная, в самом начале пути разрывается и потом ровной стрелой уходит в другую сторону.


- Почему странная? У меня такая же, - Гусев показал свою ладонь, на которой линия судьбы имела те же очертания. Значит, наши судьбы связаны.


- Да, и я рада этому, - Змеяна счастливыми глазами смотрела на Гусева, - я не представляю, как могла существовать без тебя.


- У тебя на родине было куча поклонников, - ревниво заметил Гусев.


- Да нет же, я была одинока. Представь гарем богатого и могущественного султана, у которого около трехсот жён, среди фавориток я не числилась, и за исключением нескольких подруг, таких же несчастных, я больше ни с кем не общалась. Остальные как чокнутые жили одним желанием, угодить своему господину, чтобы попасть в число приближённых к нему, всё это продолжалось десятками лет. Эта была тоскливая, однообразная жизнь, что бы ни сойти с ума, я и согрешила с одним смазливым чертом, - Змеяна вздохнула, - жалко беднягу, пострадал из-за меня.


- Выходит не веселая жизнь на том свете?


- Не всё так плохо, у меня было счастливое детство, у меня были любящие родители, а старшая моя сестра меня просто обожала.


- Чем занимаются твои родители, сестра?


- Мама домохозяйка, отец ректор в университете. Сестра давно вышла замуж за видного ученого.


- Ого, у вас там и университеты есть?


- В нашем мире есть много общего с этим, но есть и фундаментальные различия. Наша цивилизация старше человеческой, мы развиваемся другим путём, уделяя основное внимание развитию своих способностей, вы же люди изначально ленивы и для удовлетворения собственной лени создаёте различные механизмы, которые вас перевозят, готовят, ублажают и даже думают за вас.


- Разве это плохо?


- Но вы со временем создадите такой механизм, который превзойдёт вас во всём, он же погубит человечество. Как вы не понимаете, что чужие используют вас как инструменты для создания новой цивилизации, которая должна помочь им разрушить мой мир.


- Не понимаю тебя, недавно говорила, что политикой не интересуешься, а сейчас рассказываешь фантастические вещи, обвиняя мир Бога в агрессии, а нас в пособничестве.


- Вы люди ненавидите нас, обвиняете во всех несчастьях, зачастую в которых виноваты сами. Гусев вскочил:


- Ну, нет, всё плохое от нечистого, - шагая от стола к двери и обратно, он возбуждённо доказывал:


- Кто чуму насылал на нас? Кто повинен в войнах, где погибли миллионы моих предков? Взять, например сказки, теперь то я знаю, что это не выдумки, так вот них колдуны и ведьмы измываются над людьми, унижают и вредят нам.


Гусев вдруг осёкся, его жена, превратившись в чертиху, молча сидела и плакала. Защемило сердце, ему стало невыносимо стыдно, какое право он имел обвинять её? Он обнял Змеяну:


- Милая прости, я говорил о том, чего не знаю. Я не хотел тебя обидеть. Я люблю тебя.


Она вытерла влажные глаза.


- Это ты прости меня, Лёша. Я ведь ничего на самом деле не знаю. У нас все знания о мироздании относятся к тайне, её знают только несколько особ приближённых к верховному правителю. Во вселенной существуют множество миров, главные из них два, мой и чужой, ваш находится на перепутье и за него идет борьба, я не знаю, почему так важно к кому вы примкнёте. У нас с рождения воспитывают неприязнь к чужим, пренебрежение к миру людей и другим подобным цивилизациям. Прости меня, я всегда была высокомерной и думала только о себе. Когда меня сослали на Землю, встретив тебя, поначалу хотела сделать слабоумным, запереть в подземелье, кормить и оберегать от всех напастей, заботясь о здоровье тела, не обращая внимания на твою душу, так что ты прав, что все несчастья от нас. Алёша, я не желаю тебе несчастья, не хочу очернить твою душу. Прости меня, я люблю тебя. Гусев ласково прижал плачущую жену к себе:


- Змейка, ты же говорила что душа у людей редкое явление.


- Я соврала тебе, душа есть у всех людей и даже все животные и растения обладают ею. Жёны моего бывшего мужа болтали между собой, будто именно в количестве этих душ заключается победа над Чужими. Леша я хочу только одного быть любимой тобой, и никогда не расставаться.


- Я люблю тебя, милая, и поверь, я не могу и не хочу жить без тебя. Клянусь, я никогда не покину тебя.


- Только попробуй, - улыбнулась Змеяна, - я тогда применю всю свою колдовскую силу, чтобы очаровать тебя.


- Любимая мы будем всегда вместе.


Она сняла со своей шеи амулет в виде дерева:


- Леша, это символ жизни. Он защитит нашу любовь. Я хочу, чтобы этот талисман всегда был с тобой. Он объединяет энергетические потоки, направляя их не только на самого человека, но и на всех его близких. Он укрепляет любовь, защищает семьи от болезней, порч и проклятий. Прошу не снимай его никогда.


- Он всегда будет со мною, - обещал Алексей, прижимая талисман к груди.


Утром Гусев занялся строительством бани, взяв топор, он долго бродил среди рядом растущих деревьев, помечая подходящие зарубками. Ближе к полудню начал валить лес, вскоре взмокла рубашка, пот стекал ручьями, руки отяжелели, Алексей, несмотря на усталость, продолжал рубить, отодвигая время отдыха.


- Может помочь, - спросила подошедшая Змеяна.


Гусев остановился, оттёр рукавом рубашки заливавший глаза пот, поцеловав её в губы, отстранил в сторону:


- Не мешай, я развиваю свои способности, - и, улыбаясь, согнул в локте руку, показав бицепс.


- Видишь?


- Мелковат.


- Это сейчас, через месяц удивишься.


- Обед готов, правда, вегетарианский, на первое грибы, на второе грибы, на третье лесной чай.


- Завтра пойду охотиться.


- Возьми меня с собой, мешать не буду, а зверя помогу выследить.


- Вообще-то охота не женское дело, но свои способности не буду переоценивать, и впервые выходы не откажусь от твоей помощи.


- Пойдём домой, а то еда остывает.


Как только забрезжил рассвет, они вышли из дома, до восхода солнца оставалось ещё время, а воздух уже становился теплей, небо ясное и день обещал быть прекрасным. Они шли по звериной тропе к маленькому лесному озеру, расположенному на болотном острове. Накануне вечером Гусев из небольшого деревца сделал себе оружие, обтесав ствол, он к концу привязал нож, получилось неплохое копьё. Сейчас держа его на весу, он двигался по тропе, ощущая себя первобытным охотником, сзади шла Змеяна, согласно её инструкции где-то в этом районе находилось пара зверья. Что за звери, лось или волк. Она определить на таком расстоянии не могла, а ему было всё равно. Понимая, что это смешно, но ему казалось, что сейчас он может справиться хоть с медведем. Километра через два, возле корневища вывороченного дерева, Гусев заметил небольшой след медвежонка.


- Два дня назад прошёл со своей матерью, - пояснила жена.


- Откуда такая точность?


- Я сужу по исходящему затухающему полю следа.


Алексей послюнявил два пальца и приложил их к отпечатку, земля почти не прилипала.


- Твоя физика права, - разглядывая результат, подтвердил Гусев.


- Собственно говоря, ты и сам пользуешься физическим методом. Они пошли дальше, не смотря, что след оказался старым, Алексея охватило возбуждение. Слух и зрение обострилось, ему казалось, что зверь где-то рядом, Змеяна подтвердила, что действительно прямо на их пути находится животное, они пошли медленнее.


На пути лежало поваленное дерево, толстый ствол которого плавно поднимался, звериная тропа, обогнув, вывороченный корень, параллельно уходила далее, густая растительность мешала разглядеть что впереди. Гусев жестом приказал жене оставаться на месте, осторожно ступая, стал подниматься по стволу, держа копьё наготове. Это была косуля, Гусев заметил её раньше, чем она услышала едва уловимый шорох от шагов. Как только она повернула голову в его сторону, он метнул копьё, несмотря на ранение, она быстро скрылась в лесной чаще, далее Гусев ориентировался по оставленным каплям крови. Погоня длилась около часа, Гусев настиг обескровленное животное. Ранее в жизни ему не приходилось заниматься чем-то подобным, максимум это купить в магазине полуфабрикат и довести его до готовности. Теперь, руководствуясь древним инстинктом, перерезал у ослабленного животного шейную вену, повесив за задние ноги на дерево, довольно быстро снял шкуру. Радость от победы заполняла его, он наслаждался охотничьей удачей, ощущением того что становился хозяином жизни, мог самостоятельно добывать пропитание.


Вечером, заночевав на берегу озера, сидя у костра, на огне которого поджаривалось, источавшее аппетитный аромат, нанизанное на палочки мясо, Гусев осознал, что изменился, вернее, стал таким, каким должен быть от природы, все приобретенные жизненные наслоения, как неуверенность, неспособность принять решение исчезли. Теперь что бы ни случилось в будущем, он уже ни за что не выберет ту, прозябшую, скучную жизнь с её бесконечной монотонностью, суетой и подавленностью.


- Пойдём купаться, - потянула его в воду Змеяна.


Они плескались в тёмной воде, разбрызгивая искры отражённых звёзд, и не было на Земле счастливее этих двух влюбленных.


ГЛАВА 8


- Саша! Саша, постой!


Чупов не сразу сообразил, что зовут его, остановивши, обернулся.


- Саша! Боже мой, как ты исхудал, что с тобою, Саша?


Чупов пустым взглядом смотрел на женщину, пытаясь вспомнить, где её видел.


- Сашенька, ты разве не узнаёшь меня? Это же я, Аня, твоя жена. Саша, милый, ты заболел? Пойдём домой, я вызову врача.


Чупов отстранился от пытавшейся взять его за руку женщины.


- Не надо домой, не надо врача. Что тебе нужно?


Он достал из кармана дорогого пальто пухлую пачку денег:


- Возьми, - протянул женщине. У неё на глазах появились слезы:


- Зачем они мне? Нашим детям нужен отец, вернись к нам.


Он бросил деньги на асфальт и медленно пошёл прочь.


- Мы будем ждать, Саша!


Он шёл и пытался вспомнить. Безусловно, он знал раньше эту женщину, когда-то очень давно что-то их связывало. Говорит, что жена, что есть дети, но он не помнит, что был, когда-нибудь женат. Он вообще смутно помнит прошлое, Чупов попытался представить себя ребёнком, но не смог, он не знал, было ли у него детство, родители, школа. Прошлое, исчезло в каком-то тумане, чем глубже он погружался в свою память, тем менее очерченные становились эти образы. Единственное что ясно помнил, лицо одного негодяя, для него оно ассоциировалось с оскалом хищного зверя, не знал почему, но ненавидел этого человека каждой клеточкой своего тела.


- Да Гусев, ты зверь!


Прохожие с удивлением оборачивались, рассматривая одетого в стильную одежду, истощавшего, говорившего с самим собой человека.


- Ты зверь! Ты пожиратель моей жизни, я найду и убью тебя. Я посажу тебя в клетку, из которой ты никуда не вылезешь. Рядом тормознула машина:


- Коток, я ищу тебя по всему городу, что ты тут делаешь?


- Танюша, я одного гада ищу.


- Где? Здесь на улице?


- Я его везде ищу, я должен его найти.


- Милый, ты меня последнее время пугаешь. Как мужчина ты мне нравишься, но с психикой у тебя явно проблемы, садись, поедем. Чупов сел в машину, Татьяна вырулила на автостраду.


- Почему ты не расскажешь о своих проблемах, я бы могла тебе помочь.


- Тебя это не касается.


- Саша, я чую, что меня это касается. Я ведь ведьма, Саша.


- Ну и что из этого?


- Ты даже не удивляешься? Я права меня это касается. Поначалу я восприняла тебя как всех других мужчин, но со временем меня стал настораживать твой знакомый, старик. Саша, кто он?


- Сукин Сын.


От резко нажатых тормозов машину понесло юзом на встречную полосу. Чудом избежавший столкновения водитель Жигулей орал:


- Сука трахнутая, ты что делаешь? Тебе что, распорки в глазницы вставить? Побледневшая Татьяна переспросила:


- Саша, ты не ошибся? Чупов пожал плечами:


- Зачем мне тебя обманывать, говорю, черта зовут Сукиным Сыном.


- Саша, скажи, он охотится за мной? - Чупов недоумённо смотрел на спутницу. - О чём ты?


- Сукин Сын является главным палачом Великого Крысина.


- Успокойся, мы охотимся за зверем.


- Саша, он что ни будь, спрашивал обо мне?


- Недавно заметил, что для наркоманки ты ведёшь себя странновато, и что у тебя биополе шалит.


- Если он догадался, меня ждут большие неприятности.


Татьяна сильнее сжала руль, бессмысленно смотря на разъярённую толпу скопившихся в пробке водителей.


- Стерва, ты в сторону съедешь или твою шикарную тачку помять, - колотя кулаками по стеклу и капоту, кричали люди. Татьяна отъехала на обочину.


- Ты должен мне всё рассказать. За кем вы охотитесь?


Чупов неожиданно взбесился, схватив за волосы Татьяну, грубо повернул лицо к себе:


- Сказал же, это тебя не касается, моя проблема и решу её сам.


Татьяна скрестила на левой руке пальцы, в ту же секунду у Чупова перехватило дыхание, он силился сделать вдох и не мог, лицо его побагровело, шейные вены вздулись. Казалось ещё несколько секунд и его сердце остановится.


- Не смей больше разговаривать со мною в таком тоне, - Татьяна расслабила пальцы.


Прошла минута, прежде чем Чупов смог отдышаться:


- Ладно, ведьма, твоя взяла, спрашивай.


- Кого вы преследуете?


- Зверя.


- Это ты мне уже говорил, как зовут твоего зверя?


- Алексей Гусев.


- За что ты его ненавидишь? Чупов молчал.


- Ты не ответил, - повторила вопрос Змеяна.


- Просто ненавижу эту сволочь.


- Что он сделал такого, из-за чего стремишься убить?


Чупов молчал.


- Ну? - ждала ответа Татьяна.


- Я не знаю.


- Как это так?


- Я не помню.


- Постой, а ты помнишь, кем ты был раньше, где жил прежде? Чупов отрицательно мотнул головой.


- Саша, старик высасывает из тебя твою память, когда ты станешь ему не нужным, он превратит тебя в живого мертвеца.


- Мне это безразлично, главное уничтожить гниду. Татьяна, посмотрев на Чупова, вздохнула:


- Да, тяжёлый случай, - произнесла она про себя.


Включив передачу, отвезла Чупова к себе на квартиру. Что-то происходило с ощущениями, какое-то новое чувство, ранее не знакомое ей, поселилось в её душе. Проанализировав своё сознание, она пришла к выводу, что это - жалость.


"Жалость к другому существу, это свойственно людям, как я смогла этим заболеть? Смешно и грустно. Смешно оттого, что я чертиха, и вместо презрения испытываю жалость к человеку, а грустно потому, что я не знаю, как ему помочь".


Впервые Татьяна побывала на Земле в позапрошлом веке, она видела первые паровозы, наблюдала попытки человечества подняться в небо на аппаратах тяжелее воздуха. Она была свидетелем взлёта и падений многих выдающихся личностей, но в отличие от простых смертных ясно представляла всю подноготную сторону дела. Она знала, почему один человеческий ребёнок рождался гением, а другой как не силился, не мог выбраться из тупика. Ей приходилось наблюдать, как люди убивали себе же подобных ради власти, наживы и места под солнцем. Она знала, кто ими явно или тайно управляет, Земля была полем битвы между враждующими мирами. Она не принимала активного участия в этих дрязгах, просто наслаждалась жизнью, когда надоедал один любовник, меняла на другого, белого на чёрного, старого на молодого. Когда ей наскучила Европа, она перебиралась в Африку, а из богатой аристократки могла стать бедной прачкой. Главное это постоянная смена ощущений, радость на разочарование, обожание на брезгливость, но что бы жалость, нет, это впервые.


Она была замужем в своём мире, отношения с мужем давно охладели, хотя и продолжали жить вместе. Она не обращала внимания на загулы супруга на стороне, а ему были безразличны её частые отлучки в человеческое измерение. Всё это продолжалось уже пару сотен лет и не создавало никаких проблем, но теперь, когда Великий Крысин развернул бурную деятельность за непорочность отношений, это могло не только создать некоторые неудобства, зная характер Крысина, Татьяна вполне резонно предполагала её похождения становятся опасными. Пора было возвращаться домой и на время остепениться, она так и поступила бы, если только не эта бы, невесть откуда-то взявшаяся жалость к человеку.


Ночь прошла бурно, странно, грубый днём, Чупов в постели превращался в нежного, неутолимого любовника. Татьяне временами казалось, что он хочет слиться в одно целое, раствориться в ней, когда обнимал, то почти горел, настолько сильно пылала страсть. Но с восходом солнца он менялся, превращаясь в грубого, недовольного миром человека, она ощущала те невидимые нити, в которые опутал Александра слуга Крысина. Осознавая грозящую ей опасность, тем не менее, решила остаться и попытаться спасти душу Александра, ставшего ей небезразличным.


Стараясь не привлекать внимание старика, попытается узнать причину его появления здесь, и ту роль, которую он готовит Чупову.


ГЛАВА 9


Она проснулась, опять снился сон, прекрасное сновидение об Алексее. Улыбаясь, смотрела на спящего мужа и думала о том, как повезло, что встретила Алешу, казалось, что даже минуты не сможет существовать без него. Стараясь не разбудить мужа, встала с постели, приготовлять завтрак и собрать ему обед в дорогу. Алексей хочет сегодня выбраться на охоту за озеро. Последнее время перестала сопровождать мужа на охоте, объяснив, что много работы по дому, а зверей он обнаруживает теперь гораздо быстрей, чем она находила. Но причина была в другом, она готовилась стать матерью, Змеяна осторожно положила на живот руку, там у неё под сердцем зародилась новая жизнь, её с Алексеем ребёнок. Она ещё не говорила Алексею, скажет ему это завтра вечером, когда он вернется с охоты, знает, он обрадуется. Змеяна разожгла огонь в печи, приготовила еду и, подойдя к постели, поцеловала мужа в губы:


- Просыпайся любимый, пора вставать. Алексей потянувшись, обнял жену:


- Звёздочка моя, я люблю тебя. Счастливая она прижалась к нему.


- Милый, мне так хорошо с тобой. Мы всегда будем вместе?


- Всегда, всю жизнь и потом тоже будем вместе.


- Знаешь Лёша, я не вернусь в свой мир, хочу вечно быть с тобой здесь на земле.


- Только попробуй сбежать от меня, - Алексей, шутя, погрозил ей кулаком, - я тебя везде найду и задам такой трёпки. Что и думать забудешь убегать от меня.


Змеяна засмеялась:


- Это ты всё время со своей охотой и рыбалкой от меня убегаешь.


- Ничего не поделаешь, я мужчина и должен добывать еду.


Снег искрился под яркими лучами солнца, Гусев не торопясь, продвигался на самодельных лыжах по лесу, наслаждаясь окружающей природой. В поставленные накануне петли попались два зайца, к тому же ему удалось из самодельного арбалета подстрелить тетерева. Удачная охота обеспечила им пропитание на несколько дней, и теперь Алексей возвращался домой, лыжня спускалась в небольшой овражек, Гусев, оттолкнувши палками, стал съезжать со склона к застывшему ручью, русло которого через несколько десятков метров делало крутой поворот. Именно за этим поворотом они встретились:


- Что, сычонок, допрыгался? - ухмыляющийся Чупов достав из пачки сигарету, закурил, - долго я искал тебя.


Рука Алексея потянулась к ремню арбалета, который был, перекинут через плечо.


- Не дёргайся козёл, - Сидоров вскинул карабин, - а не то снесу твою глупую башку.


- Нет, так просто не подохнешь, - Чупов положив на снег своё огнестрельное оружие, достал широкий охотничий нож, - выпотрошу и повешу тебя на твоих кишках на том дереве, - он указал на неподалёку стоявшую ель.


Бросив окурок, держа нож перед собой, он двинулся навстречу, играючи помахивая лезвием, скалил зубы, когда между ними осталось не более трёх шагов, Алексей неожиданно нанёс удар самодельными лыжными палками по голове Чупову. В тот же миг острая жгучая боль от вонзившейся пули пронзила правое плечо Гусева, потеряв равновесие, он упал. Сидоров матюгаясь, подбежал к лежащему Гусеву, собираясь нанести удар прикладом оружия, но сдвинутый падением арбалет оказался нацеленный на него, и Алексею осталось лишь нажать только на спуск. Вылетевшая стрела воткнулась в грудь Сидорову, у того на мгновение расширились глаза, открытым ртом он пытался вдохнуть воздух, но оттуда хлынула кровавая пена, и бывший полицай, покачнувшись, рухнул на Гусева. Всё это произошло за считанные секунды, Чупов поднявшийся на ноги попытался броситься с ножом, но Алексей, схватив карабин убитого, выстрелил. Он промахнулся, тем не менее, Чупов не рискнул продолжить атаку, петляя, бросился за поворот русла ручья. Кровь залила весь рукав, Алексей ножом разрезал одежду и с помощью ремня остановил кровотечение, сняв с мёртвого Сидорова куртку, раскроил её на полосы и этим импровизированным бинтом туго перебинтовал рану, после чего отпустил жгут. Поднявшись, его зашатало, голова кружилась, сказывалась кровопотеря. Подобрав оставленное Чуповым оружие, вынул из него затвор, зашвырнул в снег, ствол Сидорова взял с собой. С трудом передвигая лыжи, направился тропой домой.


Он перестал замечать боль, рука онемела и как бы замёрзла, понимая, что Чупов, зная о его ранении, будет его преследовать, тем не менее, не мог себе позволить устроить засаду. Волновался, что с женой, Чупов с Сидоровым пришли со стороны дома, значит там, что-то произошло, не потому ли с напавшими бандитами, не было старика и дебила. Даже если Змеяне удалось вырваться от преследователей, то теперь после его ранения она согласно приговору потеряла свою магическую силу, превратившись в обыкновенную смертную женщину. Алексей переживал, превозмогая усталость и тошноту, он всё шёл, не останавливаясь на отдых, стремясь быстрее добраться до дома и помочь своей возлюбленной.


Ранение руки сказалось, до дома добрался только в сумерках, ещё не доходя, предчувствия начали подтверждаться, в окне не было света, подойдя ближе, он разглядел, что оно вообще разбито, дверь в зимовье была распахнута настежь. Гусев, зайдя в студёную избу, оглядев пустое, перевёрнутое жильё, в отчаянии упал на колени, схватившись руками за голову, застонал. Он лежал на полу и плакал:


- Милая, Змейка моя, - шептал он засохшими губами, - где ты? Как мне найти тебя? Любимая, что они сделали с тобой?


Ночь он провёл сидя на полу, прислонившись спиной к стене, периодически погружаясь в дремоту, сквозь неё он услышал скрип снега, стараясь не производить лишнего шума, снял предохранитель, и как только в разбитом окне что-то мелькнуло, выстрелил. В ответ послышалась нецензурная брань Чупова:


- Что, сычонок, дрожишь от страха, я ведь здесь, стою за стеной, рано или поздно ты обессилишь, и тогда я прикончу тебя. Алексей не ответил.


- Что молчишь, или свою мымру оплакиваешь? Знаешь, что с ней сделаем, мы разрежем её на кусочки, перекрутим в фарш и скормим собакам. И твоего не родившего выродка тоже отдадим собакам. Гусев вздрогнул:


- Что ты мелешь, Чупов?


- А, так ты не знал, значит, стерва не сказала что брюхатая, но не переживай, ты сдохнешь первым, а потом они.


- Я убью тебя, - Гусев встал и пошёл к двери, соблюдая осторожность, вышел, но по еле доносимому скрипу снега понял, что Чупов ушёл в лес. Алексей выстрелил в темноту.


- Если с ней что ни будь случиться, я убью вас! - закричал он.


В ответ донёсся смех.


Как только начался рассвет, Гусев, покинув убежище, отправился в город. У него не было никакого плана, просто слабая надежда, что в городе он найдёт, какую ни будь ниточку, которая прояснит ему, где искать жену. В пути он дважды пытался устроить засаду на Чупова, но тот вёл себя осторожно, и обе попытки закончились неудачей. Следующая ночь прошла для Гусева тяжело, от усталости он то и дело проваливался в сон, Алексей понимал что замерзает, пальцы раненой руки не хотели слушаться и выглядели белыми, глядя на которые, подумал, что если он выживет, то их наверно придётся ампутировать.


Может быть, он и сдался и умер, но надежда спасти свою жену заставила его подняться. Следующий день он шёл, падал, вставал, не зная дороги, двигался наугад, держа путь на юг, ориентируясь по солнцу. Преследователь, видя, что Гусев слабеет, обнаглел и шёл за ним на расстоянии прицельного выстрела. Алексей периодически останавливался и стрелял в Чупова, но, держа карабин одной левой рукой, мазал. И всё-таки ему повезло, уже смеркалось, и он терял надежду на спасение, когда выбрался на пустую трассу. Идти по наезженной дороге стало легче, через полчаса он услышал рокот мотора, движущейся навстречу машины. Водитель автобуса не решился проехать мимо голосовавшего человека с ружьём. Гусев зашел в полупустой автобус и сел в кресло рядом с водителем:


- Не бойся, поехали, денег нет, расплачусь с тобой этим карабином. У пожилого водителя затряслись руки.


- Я имею в виду, что подарю тебе его. Шофёр немного успокоился.


В тепле руки и ноги стали отогреваться, будто тысячи мелких иголок впились в них, после того как боль прошла, Гусев уснул. Разбудила его полиция, водитель автобуса рассказывал о произошедшем инциденте в дороге. Гусеву разрешили позвонить адвокату, через час он был в больнице, охрану палаты взяло на себя частное охранное бюро Смирнова. Адвокат рассказал, что всё это время их искали, по номерам брошенных машин в деревни полиция установила, что одна принадлежала Гусеву, вторая, преследовавшая, нигде не числилась, и никто о пропаже автомобиля не заявлял. Полиция ничего не смогла узнать и о тех преследователях. Так же доложил о финансовом положении Гусева, которое благодаря заботам с его стороны, не только не уменьшилось, но даже немного увеличилось.


По настойчивой просьбе адвоката, Гусев рассказал полиции о нападавших, но не смог правдоподобно объяснить, почему полгода жили в лесу, ни причину нападения преступников. Понимал, стоит рассказать правду и за него возьмутся психиатры, а в том, что правоохранительные органы помочь не смогут, был уверен.


На следующий день после операции, несмотря на протесты врачей, он ушёл из больницы. Дома он перебрал и пересмотрел кучу чертовской литературы, попробовал несколько рецептов вызова духов, но ничего не получилось. Тогда отослал одного телохранителя за свежими газетами, просматривая которые он нашёл нужное ему объявление:


"Чёрная и белая магия,


снятие порчи и сглаза,


вызов душ умерших".


Созвонившись по указанному телефону, договорился о намеченной встрече. Дверь открыл мужчина средних лет, с большими залысинами и очками в роговой оправе.


Гусев объяснил магу, что ему нужно встретиться с женой, которая возможно находится сейчас на том свете. Чародей запросил за услугу круглую сумму, Алексей, достав бумажник, сразу расплатился.


Гусева провели в тёмную комнату, где усадили в кресло, зажгли две свечи находящиеся у него по бокам, прямо перед ним было зеркало, занимавшее всю стену, сзади такое же огромное зеркало, более ничего не было. Отражение зеркало в зеркало, создавало бесконечный коридор. Колдун встал в сторонке, несколько минут была сплошная тишина, потом экстрасенс начал читать на не понятном языке заклинания, затем завыл, и вдруг в зеркале появился бесформенный белый шар, в комнате прозвучал загробный женский голос:


- Я здесь.


Колдун шепнул Гусеву:


- Спрашивайте.


- Змеяна, ты слышишь меня? - спросил Гусев.


- Я вижу и слышу тебя.


- Где ты находишься?


- Я нахожусь вне твоего мира.


- Змеяна, как мне попасть к тебе? Может покончить с собой?


Возникла непродолжительная пауза, потом голос продолжил:


- Не делай это, иначе мы с тобой никогда не встретимся. Лишив, себя жизни ты совершишь грех, и тогда мы с тобой не соединимся.


- Но почему, ведь я после смерти окажусь в твоём мире?


- Нет! Ты окажешься в аду.


- А где ты?


- Я в раю, в окружении ангелов Господа.


- Что за чушь? - угрожающе обратился Гусев к колдуну и, поднявши с кресла, пошёл на пятившегося мага. - Интересно, как чертиха могла попасть в рай к ангелам? - заорал он на него.


Тот вдруг резво развернулся и бросился убегать, раскрытая им дверь в соседнюю комнату осветило помещение, Гусев увидел, что бесформенный белый шар в зеркале, это всего лишь висящая на тонкой леске, кусок пушистой белой материи. Выбежав за колдуном в смежное помещение, он заметил испуганную женщину, отскочившей от монитора, на экране которого была таинственная комната, рядом с телевизором стоял микрофон.


- Оля, убегай, он сумасшедший, - крикнул женщине экстрасенс, одновременно лихорадочно пытаясь открыть входную дверь.


Алексей вёл машину и думал, что рухнула ещё одна надежда найти любимую, чародей оказался самым обыкновенным мошенником. Не имело смысла обращаться по другим объявлениям, несомненно, там будет то же самое. Оставался ещё один вариант, попытаться найти Чупова, понаблюдать за ним, вдруг повезет и тогда возможно следователь выведет к старику.


Алексей сильней надавил акселератор, чем быстрее неслась машина, тем яснее и чётче становились мысли, движения стали четкими, обгоняя, действовал автоматически, если бы его сейчас остановить и спросить, что происходило на дороге, по которой только что проехал, не вспомнил ни разбитого автомобиля справа, ни дорожных работ слева. Мозг разделился, лишь небольшая часть его следила за дорогой, весь остальной продумывал план выхода на Чупова, не зная где его найти, Гусев принял решение сделать себя центром внимания прессы. Алексей решил использовать себя в качестве наживки, выбрать удобное место, куда заманить Чупова и захлопнуть капкан.


Прибыв, домой, тут же обзвонив несколько издательств жёлтой прессы, пригласил к себе нескольких журналистов, решив их финансовые проблемы, Гусев конкретнее обрисовал, что ему нужно от них.


На следующий день Алексей стал центром внимания, уличные газеты рассказывали о новом чокнутом миллионере, заявившем, что в ближайшие выборы, будет баллотироваться в мэры города. В свою программу он включил такие пункты, как разрешение заниматься древнейшей профессией, открытие сети публичных домов, заявляя, что сделает в городе мировой центр проституции, чем наполнит местный бюджет. Газеты наперебой кричали, что новоявленный политик создаёт партию голубых, которая, по его мнению, в союзе с зелёными сможет завоевать большинство мест в городской думе. Бульварные газеты, местные радиостанции и телеканалы сообщали, что в ближайшие выходные на площади в старой части города состоится митинг, где со своей программой выступит кандидат в мэры Гусев. Социальные сети интернета наполнились слухами, что на митинге будет раздаваться бесплатное пиво, гамбургеры, сэндвичи и хот-доги. Планируется выступление популярных рок исполнителей.


Сидя в кресле перед камином, Алексей перечитал статью, он подробно проинструктировал начальника охраны Смирнова, что как только засекут Чупова, за ним должно быть установлено самое осторожное наблюдение, главная цель это местонахождение старика.


- Докладывать каждые полчаса.


- Не волнуйтесь, шеф, если он появится, то моя служба скрытого наблюдения не упустит его, - заверил Смирнов.


Оперативный штаб-квартиру детектив развернул в ближайшем доме у площади. Начальник охраны с высоты второго этажа просмотрел окрестности в мощное оптическое устройство, после чего, откинувшись на спинку стула, достал из внутреннего кармана футляр с сигарой, не торопясь, отвинтил колпачок, аккуратно ножницами обрезал шапочку, прикурив, стал по мобильному телефону докладывать Гусеву.


- Шеф, квартал и площадь оцеплены, наши люди замаскированы и ведут наблюдения с помощью самой современной аппаратуры. Используем новейшую программу опознавания лиц. Шеф, уверен, незамеченным ему не пройти, только что просмотрел посты, даже зная, где находятся агенты, с трудом их обнаружил, уверяю это настоящие асы своего дела.


- Павел Эдуардович, если вы его выследите, я со своей стороны обещаю премиальные с шестью нолями.


- Будем стараться, - Смирнов довольно улыбался.


- Держи меня постоянно в курсе.


- Алексей Федорович, об изменении оперативной обстановки буду докладывать не медленно.


После доклада начальнику, Смирнов ещё раз просмотрел скрытые посты, опросил по рации агентов, все были на чеку, но ближе к вечеру обстановка начала осложняться. Если до этого сыщики успевали просматривать каждого проходившего, то ближе к часу икс народ так сказать повалил, шумиха, поднятая газетами, сделала своё дело, люди не традиционной ориентации, а также защитники окружающей среды, да и просто всякие халявщики, которые рассчитывали на обещанную бесплатную выпивку и закуску, валили на площадь толпами. Смирнов нервничал, и было от чего, площадь, на которой находились его лучшие агенты, уже не вмещала всех прибывших, и люди заполняли окружающие улицы, громко скандируя:


- Лёха! Лёха!


Все жаждали увидеть новоявленного кумира, а более всего втиснуться на площадь, где находилось множество палаток, из которых бесплатно раздавали пиво и бутерброды.


- Лёха! Лёха! - кричал с народом Гусев.


Одетый в джинсы и кожу, перекрасив волосы и добавив немного грима, он с трудом пробирался сквозь толпу к двухэтажному строению на границе площади. Гусев, потратил немало времени, объездив почти половину города, прежде чем сделал выбор на этой небольшой городской площади, именно старый двух этажный особняк напротив, был частью плана. Дело в том, что невероятно удобно было вести наблюдение с этого дома, не только сам объект просматривался, но и большинство подступов к нему. Зная, что опытный следователь Чупов поймет, вся эта шумиха является ловушкой, тем не менее, рассчитывал, что жаждущий крови, всё же придёт.


- Лёха! Лёха! - скандировала толпа.


Алексей сквозь крик еле расслышал зуммер мобильного телефона.


- Алексей Федорович, - докладывал Смирнов, - у входа на площадь с восточной стороны обнаружили клиента загримированного под объект, очень похож на Чупова.


- Вы уверены, что это не он?


- Агент опытный, ошибиться не мог. Явно нас пытаются отвлечь, ввести в заблуждение. Алексей Федорович, думаю, вам безопасней будет находиться здесь, в доме.


- Хорошо, скоро я поднимусь к тебе.


Гусев пробираясь между скопившимися фанатами направился к подъезду, войдя в него, стал подниматься, но, не успев сделать несколько шагов по лестнице вверх, как в пролёте площадки появилась знакомая фигура, державшая в руке нож.


- Гадёныш, - прохрипел Чупов и бросился на встречу.


Алексей попытался уклониться от удара, но нож, проткнув одежду, резанул живот, теряя равновесие, упал на раненую руку, от боли в которой потемнело в глазах. Чупов, с разбегу нанеся ножом не совсем удачно первый удар, по инерции проскочил пару ступеней вниз, развернулся для повторного нападения, в это время раскрылась входная дверь на лестничной площадке, появилась массивная фигура охранника, вышедшего встречать шефа. Реакция у Смирнова была мгновенной, выхватив револьвер, не целясь, открыл стрельбу, три выстрела, и три пули легли кучно: лоб, глаз, шея. Чупов умер мгновенно.


- Ничего страшного, - говорил хирург Алексею, накладывая швы, - проникающее ранение, но внутренности целы, разрезана только кожа, и так сказать сало, через недельку всё заживёт, а пока придётся полежать у нас.


Гусева из операционной перевезли в палату, он попросил включить телевизор, по местному телеканалу транслировались новости, главным событием было покушение на жизнь кандидата в мэры города. Прослушав выпуск, Алексей выключил приёмник. Вновь вошёл доктор, пощупал пульс, посмотрев на унылого Гусева, ободряюще похлопал по здоровому плечу:


- Что загрустили? Всё же хорошо для вас кончилось, главное живы. Гусев, посмотрев грустными глазами на хирурга, ответил:


- Всё пустое.


Врач неодобрительно покачал головой.


- Я назначу вам успокаивающий укол.


Гусев промолчал, дождавшись, когда доктор удалился, взял из аккуратно разложенных вещей в тумбочке перочинный нож, раскрыв швейцарское лезвие, осторожно провёл пальцем по холодной стали.


- Змеяна, милая моя, я не знаю где ты, что они сделали с тобой? Если покончить жизнь самоубийством считается грехом, то тогда я попаду в твой мир. Если ты там, то надеюсь, мы встретимся.


Но прежде чем он успел вспороть вены, раздался стук в дверь, Гусев торопливо спрятал нож, в палату в сопровождении охранника вошла медсестра.


- Добрый вечер, - поздоровалась сестра с Гусевым, - больной, доктор вам назначил укол.


Она поставила лоток на стол, убрав с него салфетку, взяла набранный с лекарством шприц, намереваясь сделать укол.


- Минуточку, - перехватил её руку охранник, - разве врач не передавал указание, чтобы лекарство из ампулы набирали в моём присутствии? В глазах медсестры промелькнуло раздражение, но она тут же взяла себя в руки.


- Извините, но мне ничего по этому поводу не говорили. Впрочем, я сейчас наберу лекарство по-новому, - и, кладя шприц обратно в лоток, вдруг невероятно проворно развернулась, воткнув иглу в шею охранника, выдавила туда содержимое. Тот не успев понять происходящее, рухнул замертво. Медсестра, с той же проворностью, схватив, рядом лежащее полотенце, закинула его на горло Гусеву, принялась душить с несвойственной для женщины силой. Инстинкт самосохранения взял своё. Алексей даже не вспомнил, как минуту назад думал покончить с собой, сейчас схватив полотенце, не чувствуя боли в раненной руке, он пытался отжать удавку от горла. Выкатившимися от потуги глазами он смотрел на разъяренное лицо медсестры, которое превращалось с каждым мгновением во что-то иное, человеческие черты исчезали, на месте их появлялись другие. Её округлившие глаза смотрели с ненавистью, ранее чувственные губы превратились в мизерные бахромки с вылезавшими из-под них клыками.


- Ты смертный, умрёшь раньше своего часа, за то, что убил мою любовь, я заберу тебя в ад, - она всё сильнее стягивала удавку. Алексей почувствовал, как тело лишается сил, сознание затухает, как в тумане возник образ возлюбленной, и он, улыбаясь, предсмертной улыбкой, прохрипел:


- Я иду к тебе, Змеяна, - разжав руки, перестав сопротивляться, рванул рубашку, судорожно вцепился в амулет, висящий на груди.


Но странно, полотенце не затянулось вокруг его шеи, оно ослабло, в глазах душительницы появилось удивление. Она разжала пальцы его кулака, с изумлением рассматривая амулет на его ладони:


- Змеяна? Ты сказал Змеяна? Кого ты называешь этим именем? Алексей, судорожно хватая ртом воздух, выдавил из себя:


- Змеяна жизнь и любовь моя из иного мира.


Лицо медсестры начало приобретать человеческие черты.


- Амулет моей сестры, - расстегнув сверху халат, она достала точно такой же, - где она?


Алексей, отдышавшись, вспылил:


- Тоже мне сестрой называется, твои родственники её похитили. Я и сам хочу знать, куда они её упрятали, - Алексей растирал шею, пытаясь унять боль. - Чтоб тебе гореть в адском пламени.


- Успокойся, и не кричи, - ногой затолкав труп охранника под койку, села на стул, - Змеяна моя единственная сестра, знаю, что приговорена к ссылке в ваш мир, но поверь, несмотря на все старания, не смогла узнать, в какую параллель человеческого измерения её сослали. А теперь расскажи мне всё по порядку, меня можешь называть Татьяной.


Выслушав краткий рассказ, новоявленная чертиха, немного задумчиво посидев, поделилась своими мыслями:


- По всей видимости, Сукин Сын, слуга бывшего мужа сестры, тайком вернул её назад в родной мир, если её ещё не казнили, есть шанс спасти Змеяну.


- Что за казнь? - нетерпеливо поинтересовался Гусев.


- Они могут разложить её сознание на отдельные составные, внесут в них изменения, например в виде комплекса вины, после собрав всё опять вместе, превратят её в какое-либо существо низшего порядка, обретя эту вновь созданную жизнь на череду страданий, в одном из миров.


- Я что-то не совсем понял.


- Не важно, главное спасти её, как не знаю, думать будем потом, сейчас необходимо перенести тебя на мою родину. Только бы мне хватило сил удержать тебя при перемещении.


- Так чего ждешь? Действуй!


- Есть ещё небольшая проблема. Ты не можешь появиться в человеческом теле в моём мире, и даже как мы, не умеешь временно принимать другую оболочку.


- И как ты решишь эту небольшую проблему?


- Я могу поместить твою душу и сознание в тело жителя из моего мира, а его в человеческий организм. Это временно, как только мы освободим мою сестру, я верну все обратно.


- Это, что так легко делается, менять сознание и тела существ с разных миров?


- Не просто. Но я это сумею провернуть. Мой муж крупный специалист по демонизации человеческих тел.


- Как это, демонизации?


- Вселению бесов в человеческие тела. Будет время, тогда расскажу подробнее. А сейчас будем решать обратную задачу, вселять человеческую душу в тело жителя моего мира. Так сказать очеловечим черта.


- Какой черт согласится на это?


- Ты прав, дураков согласных на это нет. Но есть одна мразь, душу которой мы и пересадим в твоё тело.


- Сколько времени уйдёт на эту процедуру?


- Если я смогу заставить моего мужа заняться этим, а я знаю, как это сделать, то всё должно пройти быстро. Жди, я скоро обернусь.


Чертиха вышла из палаты, при этом Гусев мог поклясться, дверь она не открывала. В течение следующего часа к нему заходил доктор, интересовался самочувствием, пытался завести разговор, но Алексею было не до этого. Отвечал на вопросы односложно, делая вид что устал, хочет отдохнуть, и врач ушел. После приходила медицинская сестра, снимать показания с мониторов контроля сердечно-сосудистой деятельности. Гусев все опасался, как бы она не заглянула под кровать, где был труп охранника. Но все обошлось и медсестра, поинтересовавшись, не нужно ли ему что-либо, удалилась. Ещё Гусев обратил внимание, что во время последних визитов врача и медсестры, в дверь высовывалась голова старика, который с любопытством осматривал помещение, и только после сделанного замечания медицинской сестры, о том, чтобы больной шел к себе в палату, удалился.


Наконец посреди комнаты раздалось шипение и в том месте, где возникло слабое свечение, материализовались три черта. Татьяну он узнал, с ней был солидного вида черт, с седыми волосами, мощными рогами и властным взглядом.


"Муж Татьяны", - решил Гусев.


Третий черт, лежал на полу без сознания, что сразу бросилось в глаза Алексею, у чёрта не было на голове рог. То есть они когда-то были, но теперь на этом месте только спиленные малюсенькие пеньки.


Солидный черт стал быстро рисовать на полу пентаграмму, чертить непонятные знаки:


- Ложись, - приказал Алексею, указывая в центр, где уже лежал чёрт с обрезанными рогами.


После того как Гусев расположился рядом с бесчувственным телом чёрта, муж Татьяны начал произносить заклинания.


Все произошло на удивление быстро, в какое-то мгновение Гусев почувствовал помутнение сознания, но потом все вновь прояснилось.


- Вставай, - приказали ему.


Гусев поднявшись, увидел себя на полу, лежащего без сознания. Вернее сказать увидел своё бывшее тело, в то время как он уже находился в организме того чёрта с обрезанными рогами.


Татьяна, довольная проделанной работой, рассматривала его в теле чёрта. Потом она спросила на непонятном языке о чем-то своего мужа, указывая рукой на его новую голову. Тот также непонятно ответил, после чего Татьяна, превратившись в человеческий вид, накинув медицинский халат, вышла в коридор. Скоро она вернулась с тазиком в руках, в котором были гипсовые рулоны и начала что-то лепить. Вскоре он понял что, чертиха сделала из гипса рога, которые стала крепить вместо обрезанных на голове у Гусева.


- Ну вот, другое дело, - довольно прокомментировала она по окончанию монтажа рог.


Бывшее тело Алексея, в котором сейчас находилась в бессознательном состоянии душа черта, положили на кровать.


- Что с ним теперь будет? - поинтересовался Гусев.


- Скоро очнется, и будет очень удивлен произошедшими переменами. Мой муж его отключил прямо возле топки, где это паршивец работал. Конечно, человеческий мир, в котором он окажется, когда придет в сознание, покажется ему блаженством по сравнению с каторгой, но это же ненадолго. Как только освобожу сестру, и этого гада верну обратно.


Татьяна вновь поговорила на непонятном языке со своим мужем. Тот что-то резко ответил, после чего растворился в воздухе.


- Боится, не хочет помогать перемещать тебя в наш мир.


- Это настолько опасно? - поинтересовался Гусев.


- Опасность заключается в том, что при сошествии в ад, тебя надо вычленить из общего потока падших душ, которые прямиком следуют в концлагеря Великого Крысина. Несмотря на то, что с виду ты вылитый чёрт, душа у тебя человеческая. Великая пропасть, через которую тебе предстоит пройти, затягивает души грешников к месту вечных мучений. Просила помочь мужа, вырвать тебя из потока, он отказался. Опасается, что эти действия могут вызвать сильное возмущение притягивающих сил, которые заметят внизу. Заявил, что рассчитался вполне и более помогать не будет.


- Я думал, он тебе помогает, как любимой жене.


- Не смеши меня, он любит только себя. Помочь переместить тебя в другое тело он согласился только после моего шантажа. Я ведь кое-какие тайны его знаю. Но вырывать чужеродную душу из потока действительно опасно, тут его можно понять. Если мы попадемся на этом преступлении, нас будет ждать участь похуже этого гоблина, - она кивнула на бывшее тело Гусева, лежащее на кровати.


- Какое преступление он совершил?


- Предал мою сестру.


- Так это бывший любовник Змеяны!


- Ну да. Вот будет сюрприз сестренки, когда она встретиться с тобой. Что не говори, а этот чмо был красавчиком. Теперь и ты стал неотразим.


Гусев взглянул на себя в зеркало. То, каким он увидел себя, было отвратительно. Лицо скорее напоминало клиновидную морду страшного зверя, бугристая кожа волнами покрывало это рыло, зубы выпирали из ротовой полости, а уши были один в один как у летучей мыши.


"Хорошо, что это только временно", - подумал Гусев.


Тем временем Татьяна поверх ранее начертанной пентаграммы на полу, очертила круг, ввела себя с Алексеем в него:


- Приготовься, сейчас нам предстоит нелегкое испытание, - и продолжила читать заклинания на совершенно непонятном языке.


ГЛАВА 10


Его трясло как в ознобе, он перестал понимать, где явь или сон, всё перевернулось, завертелось. Алексей проваливался в бездну, в которой перед его внутренним взором мелькали полупрозрачные силуэты с искажёнными от ужаса лицами. Они протягивали к нему руки, стараясь, схватиться за него, будто он был последней надеждой на спасение, но кисти призраков проходили сквозь его тело, подобно камням летящих в пустоте, и приведения, кружась в вихре, уносились с возрастающей скоростью вниз, в мрачную глубину. Все возрастающий страх заставлял его сердце бешено колотиться, ему казалось, что умирает, становится таким же прозрачным существом. Он почувствовал, как тело начинает раскалываться на куски, как вдруг какая-то неведомая сила стала выталкивать его из ураганного смерча, страх начал улетучиваться, на смену призракам приходили видения его прожитой жизни, они мелькали в калейдоскопическом темпе. Неведомая сила начинала приобретать облик, с начало это только тепло, но постепенно вырисовывались контуры тела, потом лица.


Алексей узнал Татьяну в образе чертихи, по напряжённым чертам лица он видел каких титанических усилий стоит ей вытянуть его из эпицентра. Прижимая к себе, кричала на ухо, но слова тонули в грохоте и свисте смерча, Алексей скорее догадался, чем услышал, что её силы на исходе и нужно включаться в борьбу, обхватив руками, прижался как можно сильнее к её телу. С каждой секундой он ощущал, как его проводница в потусторонний мир теряет силы, тяжесть центробежной нагрузки ложилась на мускулы его тела, время почти застыло, превращая секунды в вечность. Два тела обвитых между собой руками и ногами ураган бешено вертел внутри чудовищной тёмной пропасти, спиралью опуская вниз. Он видел, как мимо пролетают силуэты людей, животных и, что его поразило, даже деревьев, всё это стремилось к центру бездны, ужасом были покрыты лица и морды созданий.


"Она здесь своя", - подумал Алексей о Татьяне, ощущая, как ураганный смерч стремится оторвать его от чертихи. Это было неминуемо, руки их слабели, силы на исходе. Татьяна своими клыками впилась ему в плечо. Алексей не обратил внимания на боль, понимая, что потерявшая силы, чертиха стремится удержать его любой ценой, и тоже вцепился зубами в её тело. С этого момента он перестал замечать окружающее, мысли остановились, остался только образ Змеяны, стараясь не растерять это видение, Алексей, мобилизуя остатки сил, сжимал крепче руки и зубы. Внезапно ураган стих, одновременно яркий свет осветил их, они, кувыркаясь в воздухе, неслись по касательной траектории к земле. Алексей посмотрел на Татьяну, она была без сознания, руки болтались по сторонам и только её сжатые челюсти были стиснуты на его плечевой кости. Появилось ощущение боли, он попытался привести чертиху в чувство, хлестав ладонью по щекам, открыв глаза, она инстинктивно разжала челюсти, Алексей, не успев, схватится руками за её тело, тут же отделившись, полетел вниз.


Очнулся от забытья из-за щекотания в носу, ещё не открывая глаз, он глубоко вздохнул, набрав в лёгкие воздуха, чихнул. Щекотание в носу прекратилось, но раздался весёлый детский смех. Подняв веки, ещё окончательно не пришедший в себя, не помня, что с ним произошло, Алексей содрогнулся от увиденного. Прямо над ним стояли трое чертенят, при том одна из них была девочкой, так как рожки на голове были значительно меньше, а между ними завязан пышный красный бант, в руках она держала прутик, которым по-видимому щекотала Алексею в носу. Увидев, что он проснулся чертенята, смеясь, бросились убегать, скрывшись в чаще странных цветущих кустарников.


От окружающих запахов приятно закружилось в голове. Он чувствовал ранее незнакомые запахи окружающего мира, и как бы ощущал их по-иному. Запахи были ярче, создавали в его мозгу образы необычных растений. Эти ощущения были ни понятны, ни знакомы ему ранее. Поднимаясь с земли, зацепился, чем то находящимся на голове за ветки кустарника, под которым лежал. Потрогав руками этот довольно ощутимый предмет на голове, сообразил, что это не что иное, как рога, которые минуту назад видел у чертенят. Только в отличие от тех, его рога были значительно больше в размере. А, разобравшись в этом, он вспомнил всё, осознав происшедшие с его телом перемены.


- Слава тебе Господи, получилось! - воскликнул обрадованный Гусев.


- Не в нужном месте поминаешь сё имя, - послышалось за кустарником.


- Татьяна? - сомневаясь, спросил Гусев, морщась от боли, потрогал раненое, прокушенное и ушибленное плечо.


- Татьяна это моё земное имя, на самом деле меня зовут Выдрой, - вышедшая чертиха, осмотрев рану, поискав вокруг, нашла лист фиолетовой травы, приложила его к укушенному месту, которое затянулась прямо на глазах.


- Выдра, - повторил Гусев, - как не красиво звучит.


- Здесь другие реалии, а значит иные ценности, то, что прекрасно на Земле здесь зачастую отвратительно и наоборот. Поэтому имей это ввиду, будь осторожен, несмотря на то, что превращение тебя в чёрта и твоё сошествие в ад прошло успешно, ты должен стать нем как рыба. Внешностью ты похож на симпатичного чёрта, но нашему языку не обучен. Ты не знаешь наши порядки, уклад жизни, неосторожным действием ты можешь быть разоблачен. Поэтому повторяю, будь особо осторожен, и во всем слушайся моих указаний, а теперь вставай и пошли. Гусев вскочив, пошёл было рядом с чертихой.


- Иди за мною, ты должен изображать слугу.


Гусев подчинился и на расстоянии двух, трёх шагов последовал за госпожой. Вскоре вышли на тропу, петлявшую между деревьями. Гусев ранее никогда не видел столь разнообразную флору, деревья высотою с пятиэтажные дома, крона которых состояла из одних только цветов, причём цветы были всевозможной формы, некоторые напоминали тюльпаны, другие нарциссы, третьи ещё что-то, всё это различие росло на одном стволе. Тропа резко сворачивала в сторону, далеко огибая следующее странное дерево, похоже на ель, но иглы были толще, с которых капала вонючая слизь. Дерево шипело как змея, и разбрасывала по сторонам иглы, которые недолетав до тропы, втыкались в почву, трава в этом месте сразу увядала, превращаясь в чёрную слизкую массу. Лесные опушки были поистине восхитительны, покрытые белыми цветами разнообразной формы, травой голубых и фиолетовых тонов. Всё это источало такой аромат, что появлялось желание лечь и забыть все заботы, наслаждаться только окружающей природой. А небо, оно было ясным, но не голубым, скорее светло-зелёным, а Солнце сиреневым. Гусев отметил, что цвета здесь намного ярче, чем в его родном мире. "Вот так и ад", - думал Гусев, - "интересно, а что тогда в раю?"


- Мне пришлось побегать по лесу, прежде чем нашла тебя, хорошо, что оторвался от меня на небольшой высоте, иначе превратился бы в лепёшку.


Чутьё моё на родине ослабевает, звать тебя человеческим голосом рискованно, повезло, детей встретила, объяснили, где ты спишь.


Минут через двадцать они вышли из леса на пустырь, на горизонте виднелся город.


- Это город низшего сословия, - пояснила Татьяна, - у вас землян есть кварталы бедноты, у нас как таковой нищеты нет, но строго соблюдается иерархия, причём существует несколько каст и каждая живёт в своём выделенном месте.


- Да у вас здесь почти, что рабовладельческий строй.


- В некотором смысле, да, так как сословие передаётся по рождению, и какими бы выдающимися способностями не обладал слуга. Он им и останется навек.


- Жестокий мир.


- Нет, не жестокий, у нас нет преступности, голода, болезней, наш народ счастлив.


- Интересно, а в раю как живут?


- Меня это не интересует, чужие наши враги, - замолчав, Выдра прибавила шаг.


Они шли по мощёной улице, все дома в городе были из дерева, иногда попадались в два этажа. Встречные черти, увидев знатную особу, останавливались, отворачивались в сторону и ждали пока Алексей с Татьяной пройдут мимо.


- Это обычай такой, младший по званию должен пропустить старшего, а отворачиваются, чтобы не оскорблять своим взглядом господина.


- Чокнутые у вас здесь все.


- А у тебя дома лучше? Сильный бьёт слабого, умный насмехается над глупым человеком.


- Но наш мир развивается, так сказать идёт вверх, каких то сорок тысяч лет назад мы и говорить не умели, а теперь в космос летаем.


- Нашёл чем хвастаться, знаешь ли ты, что сто тысяч лет назад твои предки умели не только к звёздам летать, но время во всех направлениях преодолевать.


- Как это?


А так, все мы были единым народом, но после случившегося раскола твои предки из-за своей глупости поплатились памятью и сообразительностью.


Они были сосланы на Землю, где оставлены самим себе, забыты богом и чёртом.


- В чём же наша вина?


- А в том, что суёте свой нос, куда не следует, - огрызнулась Татьяна, и свернула к двухъярусному дому.


- Здесь проживает наш садовник, временно будешь жить у него. По поводу твоей немоты и незнанию наших обычаев не беспокойся, он слуга сносный, языком не треплет, знает своё дело, к тому же исполнительный. Так что научит премудростям нашей жизни.


Они вошли во двор, огороженный высоким деревянным забором.


"Зачем забор, раз нет воров?" - подумал Гусев, но спросить не успел, так как огромная тварь со стрекозиными крыльями зашипела и бросилась к нему, но цепь, которой она была прикована к ноге, натянувши, остановила чудовище в метре от Алексея.


Тварь, бешено вращая чёрными зрачками, клацала ротовыми клешнями, пытаясь дотянуться до него.


- Не обращай внимания, - потянула его за рукав Татьяна, - это вроде ваших собак.


Они вошли в дом, сверху по лестнице спускался хозяин, что-то громко выкрикивая на непонятном языке.


Дни тянулись невыносимо медленно. Алексей жил в небольшой комнатке на втором этаже стараясь как можно меньше выходить из неё. Хозяин дома видимо принимал его за знатную особу и лишний раз старался не беспокоить своим присутствием. Пищу Алексею приносили в строго определённое время, постучав в дверь и услышав ответное покашливание, хозяин лично заносил поднос со снедью, ставил на стол и молча удалялся. Когда Лёха в первый раз увидел, что ему принесли перекусить, его готовому ко всем неожиданностям, тут же стошнило. Первые два дня он не притрагивался к пище, садовник приносил новое блюдо, взглянув на которое у Алексея срабатывал рвотный рефлекс, возвращаясь через час за посудой, хозяин дома заставал нетронутое яство. По мимике садовника Гусев видел, что тот переживает из-за плохого аппетита гостя. Алексей скорей из жалости, чем из-за голода решился попробовать очередное блюдо. Когда садовник, оставив блюдо с яствами на столе и молча удалился, Гусев осторожно приблизился, стараясь дышать ровно и не глубоко, заглянул в посуду. Самое неприятное заключалось не в отвратительном виде, Гусев смог бы съесть её с закрытыми глазами, и даже не в зловонном запахе, а в том, что пища была живая. Трудно сказать, что это было за существо, напоминающее то ли комок водорослей, не то овсяную кашу. Но эта еда копошилась, шипела и булькала, а иногда на поверхности слизистой массы выныривал настоящий глаз, по вращав зрачком, он уставился на Гусева, во взгляде пищи не было чувств и эмоций, это был холодный взор живой мертвечины. Немного помедлив, Гусев решился, схватив рядом лежащую вилку, метя в глаз, ткнул в него, но тот успел нырнуть внутрь, а вынырнул уже с боку пищевой массы. Лёха попытался снова проткнуть, но тот за мгновение до контакта с вилкой исчез внутри и вынырнул с другой стороны. Гусев вошёл в азарт, в бешеном темпе тыкал вилкой, но тот всё время ускользал, Алексей, отбросив столовый прибор, попытался руками поймать, это ему удалось, схватив пальцами скользкий глаз, боясь, что сейчас выскользнет, стремительно проглотил, намотав на вилку остальную слизь, стараясь не жевать, заглотил внутрь. Не притрагиваясь к другим блюдам, в полуобморочном состоянии плюхнулся на диван. Лёжа уставился на потолок, с которого свисали разнообразные комнатные растения, а в мозгу крутилась лишь одна мысль, как он смог съесть такую гадость. В животе съеденное шевелилось, дёргалось и вместо отрыжки у Гусева из желудка раздавалось повизгивание. Он всё размышлял не вызвать ли ему рвоту или подождать, а между тем шевеления в животе становились слабее, желудок забурчал переваривая долгожданную пищу и постепенно Алексей стал погружаться в сон. Проснулся он довольно скоро, сиреневое солнце за окном едва сдвинулось на два пальца в низ, но за то, что за сон был! Алексей чувствовал себя полностью отдохнувшим, бодрым и необыкновенно посвежевшим. Сновидения поистине шикарные, сказочные моря и райские птицы и не только это, он видел во сне Змеяну, он был с ней. Гусев не сомневался что такой эффект произвёл съеденный им глаз. Садовник, придя забирать посуду, увидав съеденное блюдо, расцвёл и, кланяясь Гусеву, что-то проквакал на своём чёртовом языке. После этого дня он стал постоянно на завтрак, обед, ужин приносил Гусеву съедобные глаза. Алексей, уразумев, что у чёртовой пищи главное не вид и запах, а то, что происходит во время переваривания, теперь стремился попробовать и другие сатанинские блюда. Будь то плюющиеся тараканы или казалось не съедобные драконовые зубы, так он окрестил про себя крохотные по размерам живые челюсти, которые постоянно клацали, а чтобы их проглотить, надо было постараться, иной раз они умудрялись укусить за язык или губу, не сильно больно, но приятного мало. Зато после лёжа на диване, Гусев погружался в кратковременный сон полный удивительных, фантастических сновидений, после которых несколько часов ощущал необыкновенный прилив сил. В зависимости от меню сновидения менялись. Жидкие и киселеобразные вызывали романтические сны, а более твёрдая пища настраивала на деловые сновидения. В некоторых Гусев был то Эйнштейном, то Менделеевым, но самое интересное, что по пробуждению Алексей хорошо помнил таблицу химических элементов или теорию относительности, но забывал более простое, например правила сложения или умножения.


Довольно скоро, Алексею жившему замкнуто и осторожно, удалось познакомиться с сыном садовника. Первая встреча произошла неожиданно. На первой неделе своего существования в потустороннем мире решил, чем ни будь заняться и первое это привести себя в порядок. Душевая находилась напротив его комнаты, осмотревшись и никого не обнаружив, Гусев быстренько перебежал в ванную. Оказавшись внутри, ему пришлось немного покумекать, прежде чем разобрался в тонкостях местной сантехники, а уяснив принцип действия, пришёл в восторг. Чтобы помыться в душе, в отличие от человеческих душевых, здесь не надо было крутить вентили, ни нажимать, ни становиться на что-то, тут росло странное растение, встав под которое, попадал в её объятия. Оно тут же начинало тебя поливать тёплыми струями приятно пахнущей воды, пожелав по горячей или холодней, достаточно было подумать и температура, запах менялись. Требовались некоторые навыки, что бы сдерживать свои эмоции, так Гусев, экспериментируя несколько раз, умудрился облиться горячим жидким навозом или холодным бензином, но зато, разобравшись, наслаждался под струями шампанского или просто под идеально чистой родниковой водой. Испытал восторг и, плескавшись в бассейне, Гусев, увидав его, даже удивился, как такое приличное водовместилище могло уместиться в довольно небольшом доме, позже он понял, в чём дело, в этом мире замкнутое пространство расширяло свои границы. Небольшой дом снаружи, мог быть внутри в несколько раз больше. Поплавал в бассейне, где вода переливалась всеми цветами перламутра, попарился в настоящей русской бане, главным отличием которой было в вениках. Эти веники парили тебя сами, а сделаны были из веток растений, которые по желанию парящегося меняли объём своих листьев от величины лопуха до иголок.


Когда его парили, Алексей невольно подумал о кактусе, и растение веник тут же среагировало, Гусев, с оглушительным рёвом вылетев из парилки, нырнул в бассейн, вода которого оказалась ещё и целебной, так как моментально сняла боль и залечила ранки от иголок. После всех процедур, отдохнув на лежаке, Гусев подошёл к зеркалу, стал рассматривать своё отображение. Внешность обыкновенного чёрта, нос задран пяточком, округлые красноватые глаза, на голове витые искусственные рога. Единственно, чем остался недоволен Алексей, чёрной козлиной бородой, в отличие от хозяина, у которого она была серебристо седого цвета ровненько подстрижена, у Гусева косматая, неровная и клочкообразная. Алексей, найдя ножницы, стал приводить бороду в порядок, глядя в зеркало, он аккуратно отрезал торчащие куски, когда вдруг увидал, как в отражённую дверь вошёл чертёнок, Гусев инстинктивно обернулся, но никого не было. Вновь взглянул в зеркало, увидел опять чертёнка, нерешительно стоявшего у входа, казалось, он не знал, что ему делать, не то выйти, или ещё что-то. Лёха протёр глаза, чертёнок оставался на месте, к тому же стал что-то спрашивать на лягушачьем наречии. Ничего не поняв, Гусев на всякий случай кивнул и покашлял, чертёнок быстро подбежал и вылез из Зазеркалья, чуть поцарапав своими острыми рожками Алексея, смотрящего на это чудо с открытым ртом. Мальчик быстренько выбежал из ванной комнаты, а Гусев ещё некоторое время с застывшей мимикой смотрел в зеркало, пытаясь осознать в какую же дверь вошёл мальчуган, а куда вышел. Решившись, он протянул руку к зеркалу, пальцы коснулись холодного стекла, но стоило чуть посильней нажать, и его конечность провалилась внутрь, от неожиданности Гусев выдернул обратно, его охватил не понятный ужас, быстро собравшись, не достригши бороду, Алексей убежал к себе в комнату. Но и там, где раньше чувствовал себя в относительной безопасности, страх не покидал его. Поджав под себя ноги, он сидел на диване, неотрывно смотря на стену, где висело зеркало, ожидая, что из него вот сейчас что-то вылезет. Но шли минуты, их сменяли часы, но в зеркальном отражении кроме его самого и окружающей обстановки ничего новенького не появлялось. Из ступора его вывел стук в дверь, садовник принёс обед. Как только дверь за ним закрылась, у Гусева созрело решение, с криком:


- Да катись всё к чертям! - он набросился на еду. Не пользуясь столовыми приборами, он руками хватал горстями пищу и, засовывая в рот, старался быстрее её проглотить, пока она не выскочила обратно. Скоро наступил кратковременный сон. Проснувшись, Гусев чувствовал бодрость и радость жизни, ему даже стало смешно, как это он испугался зеркала. Собственно Гусев и рассчитывал на этот послеобеденный эффект, не теряя времени, Алексей, разбежавшись, нырнул в зеркало. Он упал на ковёр, посланный на полу, точно такой же, как и там, откуда он выпрыгнул. Поднявши, посмотрел в зеркало:


- О Господи! - Гусев почувствовал, как страх возвращается, в зеркале отражалась комната, но своего отражения он не видел.


"Чего мне ещё осталось бояться?" - пытался успокоить себя Гусев.


"Я и так нахожусь в аду. Что ещё может быть хуже этого?" - стоя в середине зеркальной комнаты, рассуждал Алексей.


Подумав о Змеяне, он успокоился.


"Без неё мне всё равно жизнь не в радость", - Лёша вышел в коридор. Он шёл в этом дважды потустороннем месте к лестнице, чтобы спуститься на первый этаж в гостиную, зачем он решился на это, не знал, просто устал ждать, не предпринимая никаких действий. Выдра, оставив его в этом доме, до сих пор не прислала ни каких известий. Надо было что-то предпринимать. Лёша дошёл до лестницы, но та, вместо того чтобы опускаться вниз, наоборот поднималась. Ступеньки, в отличие от прежних, страшно громко скрипели, Алексею казалось, что сейчас на этот скрип сбегутся все жильцы дома, он на минуту остановился и только тогда понял, что доски гремят обычно, просто здесь была абсолютная тишина. Замерев, он слышал не только стук своего сердца, но и шум движения ребер при дыхании. Алексей поднялся или может, опустился на второй, так называемый первый этаж, осторожно открыл дверь в гостиную.


Мальчик сидел посреди комнаты и строил из разноцветных кубиков замок. Поглощённый игрой он не замечал вошедшего Гусева, что-то говоря себе, мальчик составлял кубики, стремясь сделать свой замок более высоким. Алексей не громко кашлянул, чертёнок, замерев, посмотрел на Гусева, в его взгляде чувствовалось какое-то печальное одиночество. Лёха подойдя к нему, присел на корточки, взял один, другой кубик, приладил их к замку. Взгляд чертёнка просветлел, и он придвинул часть кубиков Алексею. Они строили замок вдвоем, говорили каждый на своём языке, и казалось, понимали друг друга. Алексей, остро чувствующий своё одиночество, увидел то же чувство у мальчика. Построив замок, они играли, катая и кидая друг другу мяч, потом вместе смотрели книги с картинками. Гусеву были интересны эти детские книжечки, он видел в них то, что никогда ранее не встречал, а чертенок, чувствуя его не поддельный интерес, доставал всё новые книги. Они расстались друзьями, когда они разошлись по разным зеркалам, Гусев застал в комнате оставленный ужин, он даже не заметил, как прошло столько времени.


На следующий день они вновь встретились, мальчик сам пришёл к нему как к своему старому хорошо знакомому другу. В этот раз они играли в Зазеркалье в прятки, поочерёдно прятались и водили. Зеркальный дом был пуст, почему? Гусев не находил ответа на этот вопрос, но Андрею, так стал называть Алексей чертёнка, тут нравилось. Он водил его по помещениям, показывал разные штучки и вещицы. Гусев восхищался, а чертёнок весело смеялся, что доставил радость своему большому другу. Андрей с помощью игры стал обучать Гусева своему языку, показывая на какой ни будь предмет, говорил, как это называется, и заливался смехом, если Алексей, повторяя название, коверкал слово. В свою очередь Андрей повторял названия вещей на человеческом языке, после чего уже Гусев от неудержимого смеха хватался за живот.


В один из дней гуляя в зазеркалье, Алесей, подойдя к выходу во двор, потянул дверь на себя, собираясь выйти наружу. Мальчик схватил его за руку, замотал головой.


- Почему? - удивился Гусев.


- Это нельзя, там... - Андрей быстро объяснял на своём языке, из которого Алексей улавливал единично знакомые ему слова.


Чертёнок боялся того, что находится за пределами дома зазеркалья. Из объяснений Гусев понял, что властями наложен запрет на посещения зеркального мира. Вечером, оставшись один, Гусев, сидя на диване, рассуждал об этом. Ему было непонятно, почему, несмотря на запрет посещать зазеркалье, садовник дозволял сыну находиться дома в нём, ведь не мог отец Андрея быть в неведении о посещениях чертенка зеркального мира. Ещё одна загадка волновала Гусева, это мать чертёнка, когда сегодня он спросил о ней у Андрея, у того вдруг на глазах навернулись слезы, ничего не ответив, он убежал. Алексей нашёл его в чулане, где тот, съежившись, сидел, забившись в угол, плакал. Гусев больше не спрашивал о матерее, боясь причинить боль другу.


Пошёл дождь, крупные капли которого барабанили по стеклу, Гусев уснул. Утром его разбудил стук, открыв глаза, он, было, подумал, что проспал более чем обычно, и уже принесли завтрак, вставая с постели, посмотрел в окно, где солнце только появилось из-за линии горизонта, со смутной надеждой бросился к двери. Садовник молча протянул ему свиток бумаги.


"Мне удалось узнать о Змеяне", - сообщала Татьяна Гусеву, - "Спешу тебе сообщить, моя сестра жива. Но согласна предначертанному приговору, она вместе с твоим ранением, полученным в человеческом мире, превратилась в смертную, потеряв свои магические способности. Крысин держит её в темнице, куда пробраться я сейчас не имею никакой возможности. Единственное что знаю, он ещё не решил какой казни подвергнет Змеяну. Я ищу способ связаться с ней, к сожалению пока неудачно, так как все её ненавидят, желая ей худшего. Я опасаюсь что, у нас нет возможности спасти её".


- Как это нет возможности?! - кричал он, в ярости шагая по комнате из угла в угол, - ты, её единственная сестра, не можешь спасти её? - обращался он к воображаемой Выдре, - так дай сделать это мне, зачем держишь меня здесь? Алексей рванулся к двери, сбежав по лестнице, выбежал во двор, не сразу заметив, что спущенное на ночь чудище ещё не посажено на цепь. Оно среагировало мгновенно, мощным броском сбило Гусева с ног, вонзив ядовитые ротовые клешни в грудь. От острой боли Алексей потерял сознание.


Очнулся он ночью, горящие свечи неровным пламенем освещали его комнату, дремавший садовник, сидел на стуле рядом с его постелью. Алексей хотел повернуться на бок, но испытал такую боль, что, не выдержав, застонал. Проснувшийся садовник помог Алексею удобней улечься, после чего поднес к губам чашку с зеленой вонючей гадостью.


- Господин, не делайте так больше, зверь опасен, он мог убить вас.


- Плевать мне на ваших зверей, зачем мне жизнь без неё, - ответил на человеческом языке Гусев, он не чувствовал как из глаз льются слезы, не боль, а бессилие было виной.


Услышав человеческую речь, взгляд садовника просветлел, положив ладонь на плечо Алексею, он заговорил, медленно, выделяя каждое слово, стараясь, чтобы Лёша понял его язык.


- Я сразу почувствовал в тебе чужестранца, но не предполагал что ты человек. Я не знаю, зачем ты пришёл в наш мир, но поверь, я и мои друзья окажем тебе помощь, которая будет в силах. Гусев не поверил своим ушам, боясь, что он не правильно понял смысл сказанного садовником, осторожно спросил его:


- Почему вы хотите оказать помощь человеку?


Садовник, упёршись локтями в колени, обхватив ладонями голову, несколько минут сидел молча, сейчас он переживал что-то нехорошее произошедшее в его жизни.


- Я уже стар, - заговорил старик, - мне перевалило за тысячелетие, я не отношусь к вечным и являюсь обыкновенным чёртом. Раньше было много детей, весёлые, забавные, я любил их, но господа забрали, остался единственный, и если его постигнет та же учесть, не знаю, что со мною произойдёт.


Усилием воли Гусев приподнявшись, сел на постель, протянув руку, дотронулся до садовника, тот, оторвав ладони от лица, взглянул на Алексея. Из глаз старика капали крупные капли слез, у Гусева защемило сердце. "Боже, неужели этот мир не так совершенен, как говорила о нём Змеяна", - думал Гусев, - "ведь здесь нет голода, нет болезней, так почему несчастлив старик?"


- Что они сделали с ними?


Старик обшлагом рукава вытер глаза:


- Они забрали их жизни для своей вечности.


- Как это? - удивился Гусев.


- Господа могут существовать вечно, если будут время от времени подпитываться юностью.


- А как же вы?


- Мы простые черти такие же смертные, как и вы люди, только наш жизненный цикл в несколько раз больше вашего.


- Они, эти господа, питаются, что ли вашими детьми?


- Не знаю, как они поступают с ними, но когда исполняется тринадцать лет, приходит посланный, он забирает детей, и никто из них не возвращается.


- Может, они живы?


- Нет, мы установили, что наших любимых детей среди живых нет. "Кто это мы?" - промелькнуло в голове у Гусева, но задал другой вопрос:


- А как вам удалось дожить до старости?


- Иногда Высшие оставляют одного ребёнка для продолжения рода, я и есть оставшийся среди своих братьев и сестёр.


"Какой ужас" - думал человек, - "но как же Змеяна не рассказала мне об этом, ведь она принадлежала к вечным жителям. Неужели она скрыла от меня эту ужасную правду? Или она не знает об этом, или считает пустяком. Но этот старик страдает, как и остальной народ. Господи, это действительно Сатанинский мир".


До этого Гусев обращался к садовнику, никак не называя его, но теперь почувствовал себя неудобно из-за того, что не знает имени хозяина дома.


- Извините, как вас зовут?


Старик произнёс какое-то мудрёное слово на своём языке, Гусев не понял, что оно означает, попросил разъяснить. Из объяснений он понял, что это что-то между листьями деревьев и каменными стёклами.


- Мне трудно выговорить ваше имя, ничего, если я буду вас называть поземному, просто Саныч?


Черт, улыбаясь, кивнул.


Они ещё поговорили некоторое время на разные темы, о погоде, пище и о другом. Саныч разъяснил ему о некоторых порядках царящих в этом мире.


- Почему такой высокий забор вокруг дома? - повторил вопрос Гусева старик, - Это защита от изгнанных из города правителей, которые раньше принадлежали к высшим кастам. Они провинились перед правителем, и он сослал их в ночь, на определённый срок. Когда наступают сумерки, изгнанные материализуются из так называемого окружающего эфира, не получая от властей подпитки юностью, их плоть начинает разлагаться. Они бродят по городам, в которых проживает простое население, проникая в дома жителей, нападают на спящих. У беззащитных чертей высасывают жизнь, для продолжения своего существования. Сатана допускает творить им эти бесчинства, никак нас не защищая. Поэтому мы и зверя держим для защиты дома. Старик глубоко вздохнул:


- Один из них погубил мою жену.


Некоторое время они молчали, потом Алексей спросил:


- За какие это грехи Сатана наказывает своих приближенных?


- Власти хотят, - просто ответил чёрт.


- Скажи Саныч, почему твой сын не дозволяет мне выходить из-за зеркального дома?


- Если элитные заметят кого в Зазеркалье, они сразу убивают. Гусев попросил разъяснить подробнее.


- Существует строжайший запрет на посещение Зазеркалья, кто его нарушит, того уничтожают. Дело в том, что господа теряют все свои магические способности в Зазеркалье, становятся похожи на обыкновенных чертей. Боясь, что население узнает об этом, зеркальный патруль карает тех ослушников, посмевших войти в зеркало. В дома они не заходят, ограничиваясь патрулированием улиц, поэтому я разрешаю играть сыну в отражённом мире.


- Не легче было им запретить все зеркала?


- Да разве запретишь, когда в нашем мире зеркал полно, есть не только отдельные каменные, но даже целые зеркальные скалы, есть даже растения. Легче весь народ посадить в темницу, чем спрятать все зеркала.


Занималась заря. Странная она была, не такая, как на Земле, постепенно и равномерно начинающаяся. Здесь резкая и быстрая она охватывала сразу всё небо, нарушая законы оптики, отдельные лучи бороздили небосвод, напоминая сполохи северного сияния. Садовник принёс завтрак, после кратковременного сна, Гусев почувствовал себя вполне здоровым, даже рубцы на теле от ядовитых клешней затянулись. Днём играл с Андреем, при этом уделял особое внимание освоению чертового языка, который давался Алексею легко, а почему, он и сам объяснить не мог. Учась в школе, институте он не проявлял особых лингвистических способностей, а тут сам себе удивлялся, как легко усваивает не человеческую речь, может быть, это было связано с его решимостью быстрее освободить любимую. Вечером пришёл Саныч и с загадочным видом пригласил Алексея следовать за ним.


ГЛАВА 11


Саныч привёл Алексея в освещённую множеством свечей гостиную, подошёл к настенному зеркалу и, уступив дорогу, предложил Гусеву войти в Зазеркалье, где уже находилось около двадцати чертей. Садовник, как только влез в Зазеркалье, сразу сняв зеркало, развернул его лицевой стороной к стене, потом, подойдя к двери, закрыл её на засов. Алексею уступили место за треугольным столом, который не вмещал всех присутствующих, некоторые бесы расположились на скамьях у стен. Саныч представил Алексея:


- Друзья, имею честь познакомить вас с человеком, который волею судьбы попал в наш мир, в надежде найти свою возлюбленную. Он, так же как и мы, ненавидит господ.


Гусев встал, и в знак приветствия наклонил голову. Сидящие за столом внимательно его рассматривали, по-видимому, он был здесь самым юным, так как витые, сильно закрученные рога присутствующих, свидетельствовали что им, по крайней мере, около тысячи лет.


- Я человек, по сравнению с вами молод, и моя жизнь скоротечна. Я пришёл в ваш совершенно не знакомый мне мир за своей половинкой, похищенной Сукиным Сыном.


Услышав сие имя, многие черти загалдели, другие начали плеваться, демонстрируя сколь ненавистно им это имя. Гусев поднял руку вверх, прося тишины.


- Я не опытен в ваших краях, не знаю законов и порядков, не ориентируюсь в местности и плохо владею языком, поэтому прошу помощи. Помогите спасти Змеяну. После того как Алексей сел, поднялся один престарелый чёрт.


- Человек, - обратился он к Алексею, - ты посланец от Бога, которому поклоняется наше тайное общество. Я чувствую, что твоё появление в нашем мире знаменует скорые перемены, ты предвестник новой жизни. Наш долг помочь тебе ибо, помогая тебе, мы приближаем конец тиранству, - произнеся эту речь, притопнув копытом и вскинув правую руку вверх, чёрт прокричал, - свободу, равенство, братство.


Со своих мест повыскакивала другая нечисть, крича тот же лозунг. Гусеву всё это что-то смутно напомнило, то ли фильм, то ли ещё что. После его осыпали разнообразными вопросами.


- Мы слышали, что ваш мир посещал Сын божий? Какой он?


- Это было две тысячи лет назад, я при этом не присутствовал, - оправдывался Алексей.


- Как надо правильно креститься слева направо, или с право налево. Гусев продемонстрировал крёстное знамение. Все черти тут же принялись креститься. Вообще их интересовало всё, что касалось Христа. Они с благоговейным вниманием слушали рассказ Алексея о спасителе, об его жизни и смерти на кресте, и Воскресении Господнем. Алексей раньше не был верующим, знал не слишком много, но одну молитву помнил.


- Отче наш, Иже еси на небесах! Да святится имя твоё,- повторяли за ним черти, - да будет воля твоя, как на небе, так и на земле, - продолжал Гусев, и видел, как преобразились бесовские лица, как просветлели их глаза, с какой одухотворённостью произносили молитву.


- Прости нам грехи наши, как и мы прощаем согрешившим против нас, - Гусеву казалось. Что он стал апостолом. Посланцем бога в тёмный мир.


Они говорили долго, обсуждали способы освобождения Змеяны, но всё упиралось в невозможность проникнуть в царство Ирода, все надежды возлагались на Выдру это, по словам чертей, была единственная возможность.


- Мы простой народ, - объяснял Саныч Алексею, приходим в город господ только для работы, и только тот, кому это дозволено. Даже находясь в городе, с нас не спускают глаз, кругом одни надзиратели. Гусев понимающе кивал головой.


- Пойми, сейчас всё зависит от Выдры. Как только она что придумает, сразу начнём действовать. Понадобится, мы и в открытую выступим. Расходились они под утро, предварительно сын садовника вышел на улицу и осмотрел её. Все черти, прощаясь с Гусевым, поочерёдно подходя к нему, горячо жали ему руку, после чего, крестясь, выходили из Зазеркалья. Оставшись вдвоём с садовником, Алексей присел на стул, обхватив голову руками, задумался.


"Безвыходных положений не бывает, сумела же Татьяна за всю историю человечества впервые тайно провести человека в свой мир. Значит должен быть способ пробраться дальше, в самое логово зверя, а там, - думал Лёша, - там я смогу выручить Змеяну, главное успеть".


- Ты можешь связаться с Выдрой? - обратился он к Санычу.


- Три раза в неделю, по два часа я бываю в городе господ.


- Постарайся встретиться с Выдрой, передай, что мне необходимо оказаться в городе.


- Хорошо человек, я сделаю всё, как ты мне сказал.


Гусев, вернувшись к себе в комнату, позавтракав и отдохнув, попросил Андрея показать ему местный город. Они вышли на улицу, яркое солнце слепило глаза, жара создавала духоту, но Гусеву всё же было хорошо, наконец, он выбрался на волю. Следуя по улице, Гусев с любопытством рассматривал окружающее, на ряде домов имелись вывески, что, по-видимому, означало, что там находится магазин или что-то в этом роде. "Почти как на Земле", - подумал Алексей.


Не умея читать местный язык, Гусев попросил перевести одну из вывесок, где текст напоминал арабскую вязь. Может чертёнок Андрей, не правильно его понял, ничего не сказав, направился в данный дом. Гусеву ничего не оставалось, как следовать за ним. Открывая дверь, мелодично звякнул колокольчик, Алексей улыбнулся до чего много общего с человеческим миром.


Появился хозяин, который, поприветствовав Гусева, предложил следовать за ним, выйдя из гостиной, оказались в небольшой комнате, беглого взгляда было достаточно, он очутился в парикмахерской. Алексея постригли, побрили, мастер принялся полировать рога, смотря в зеркало, Гусев не узнавал себя, выглядел помолодевшим на десяток лет.


- Золотить будем? - заканчивая полировку, спросил мастер.


- Как будет лучше? - уточнил Гусев.


- Ну, знаете молодой чёрт, сейчас мода на золочёное, так сказать высший шик.


- Давай, - согласился Гусев.


Парикмахер достал позолоту и стал аккуратно покрывать рога, после покраски он несколько минут махал полотенцем, стремясь быстрее высушить краску.


- Готово, - заявил мастер, удовлетворительно осматривая Алексея. Андрей расплатился с мастером серебряной монетой, и они вышли на улицу. Гусев, высоко вскинув голову, шествовал по улице, золотые рога под ярким солнцем отбрасывали удивительные световые отблески.


- Дядя человек, - Андрей восторженно смотрел на Гусева, - вас теперь и не узнать.


Алексей и сам заметил, как встречные чертихи восхищённо провожали его глазами. Некоторые, встречаясь с ним взглядом, улыбались ему милыми улыбками. Вообще Гусев не увидел ни одной не красивой, казалось все женщины в этом мире прекрасны и симпатичны.


"Самая из них прекрасная Змеяна", - сердце кольнуло, - "Боже, как мне не хватает тебя, милая, как ты там без меня?" - мысли Гусева окутал образ возлюбленной, его глаза погрустнели.


Андрей, видя переменившее настроение друга, постарался его немного отвлечь:


- Пойдём в зоопарк, - предложил он.


Но ни зоопарк, где в клетках кроме диковинных животных были звери и с его мира и даже обезумевший человек, ни удивительные аттракционы не смогли растормошить Алексея. Он ощущал себя виноватым, проводя время в праздности, он мог опоздать спасти Змеяну. То, что её бывший муж собирается сотворить что-то ужасное, Гусев не сомневался, но что предпринять не знал. Он мысленно начал опять ругать Выдру за её не расторопность, но потом спохватился, ведь она и так много сделала, доставила его в этот мир, внешне изменила его, замаскировав под местных жителей.


"Разве этого мало", - думал Гусев, - "теперь всё зависит от меня, я должен действовать, если Саныч завтра не сможет связаться с Татьяной, отправлюсь в драконовый город сам" - решил он.


Алексей не заметил, как Андрей затащил его в местный ресторанчик. Хозяин заведения оказался знакомым по тайному собранию, с особым вниманием он стал потчевать Гусева, угощая его всяческими деликатесами. Только, чтоб не обидеть старика Алексей попробовал всё, но чего это ему стоило, он потом старался не вспоминать. Один только местный алкогольный напиток, прозванный Гусевым живым водяным, доставил ему немало хлопот. Эта была тягучая, подвижная, чуть горьковатая жидкость, которая всё время стремилась вылезть обратно из желудка наружу, но потерпев поражение, так как Алексей силой удержал её внутри. Для чертей напиток был подобен вину, а для человека, хоть и в сатанинском образе, оказалась не по нутру. Вначале отказалась подчиняться одна нога, она вдруг задёргалась, застучала копытом о пол и пустилась в пляс, совершенно не слушаясь Алексея. Затем её примеру последовала другая, ладно бы в такт, так нет, каждая нога стала плясать на свой манер. Ноги дёргались, крутились и выписывали различные финты. Далее ещё хуже, действия местного алкоголя стало распространяться выше по телу, в пляс пустились руки. Андрей с хозяином ресторана, а так же немногочисленные посетители, раскрыв рты, уставились на него, не понимая, что это он такое вытворяет, а тут ещё голова задёргалась, глаза завертелись, и Гусев потерял сознание. Очнулся в своей коморке, страшно болела голова, всё тело ныло, тянуло на рвоту.


Пришёл Андрей, принёс воды, извиняющим тоном стал оправдываться, мол, не знал, что так выйдет.


- Ладно, уж там, - махнул рукой Лёха, - я сам виноват. Внешне я ваш, а нутро у меня другое, и с моей стороны не благоразумно было пробовать местное вино. Скажи, как долго я был в отключке?


- Долго, светать уже начинает.


- Отец ушёл в город господ?


- Ещё вчера, обещал вернуться к полудню.


"Скорее бы", - подумал Алексей, уставивши в окно за которым занималась заря. Мысли опять потекли, мучительно искав способ спасти Змеяну.


Из задумчивости его вывела открывающаяся дверь, на пороге стояла Татьяна:


- Привет, герой любовник, собирайся в дорогу.


ГЛАВА 12


Гусев спарился, пот струился градом, в горле пересохло, ужасно хотелось пить.


- Господи, быстрей бы закончилась, эта чёртова пустыня, - молился Гусев про себя.


В слух, едва ворочая языком, прохрипел:


- Скоро придём?


Татьяна ничего не ответила, продолжая путь. Пройдя ещё некоторое время,


Алексей остановился, опустился на колени:


- Всё, отдых, - и злым взглядом осмотрел окружающую местность, спросил, - вы, так называемая развитая цивилизация, не могли изобрести для передвижения, какое ни будь средство, кроме своих двоих, - хлопнул ладонями по ногам.


- Нам не нужно никаких дополнительных средств, - с иронией ответила она, мне переместиться пару пустяков, это ты существо из класса простейших плетёшься как черепаха.


- Сама ты копытное, - огрызнулся Гусев.


- Раз тебя не устраивает моя компания, иди один, я тебя буду ждать впереди, - обиделась чертиха, растаяв в воздухе.


Появилась она примерно в миле от него. Гусев встал, шатаясь, пошёл к ней, но когда уже оставалось пройти несколько шагов, она снова растворилась, и материализовалась опять на расстоянии мили. Она словно стала миражем для Гусева. Он же продолжал злиться, пытался, но не мог её понять.


- Допустим, - рассуждал Гусев, - нет здесь ни вездеходов, ни мотоциклов, сама перемещается в пространстве без всяких трудностей, ну не может меня также передвинуть, по крайней мере, слетала бы на метле за водой, - ругался он, - нет у Выдры жалости, они все тут со странностями. Нет не все, - успокоился Алексей, подумав о Змеяне, - она не такая, как все, хотя и родилась в этом мире.


Засохшими губами он улыбался, вспоминая свою возлюбленную. Казалось, прибавились силы, забылась жажда. Думая о своей любимой не сразу заметил, как на горизонте показалась синяя полоса леса. Когда Алексей добрёл до него, Татьяна поджидала его на берегу ручья вытекающего из лесной чащи, и через несколько десятков метров исчезающем в пустыни, только влажный песок продолжал указывать направление, куда стремилось русло. Гусев жадными глотками пил прохладную воду, она была на вкус такой же вкусной, как в его далёком детстве. Алексей родился в деревне, и первые несколько лет рос среди природы, он на всю жизнь запомнил вкус родниковой воды с едва уловимым запахом земляники. Напившись, он перевернулся на спину, на какое-то время ему показалось, что он на Земле, яркое жёлтое солнце, белые облака, синее небо, от неожиданного видения он присел и огляделся. Нет, всё было по-прежнему, синий лес, зелёное небо.


- Померещилось, - решил он.


Татьяна с усмешкой наблюдала за ним:


- Мы находимся на краю леса иллюзий, эти растения живые существа, они считывают твои воспоминания, и с помощью видений воспроизводят их. Как бы в подтверждение слов вдруг увидел, как из-за куста выходит первая жена Зинка - бухгалтерша, вертя на указательном пальце подаренные злополучные трусики, двинулась к нему, словно рыба, выброшенная на берег беззвучно открывала рот, что-то говоря. Не дойдя до Гусева десятка шагов видение, рассыпалось на множество кусков и окончательно растворилось в воздухе. Мимо пролетело насекомое, Гусев готов был поклясться, что это самая настоящая пчела, но та, приземлившись на чёртовом цветке, исчезла. За то вдруг из дерева выехал танк времён второй мировой войны, точно такой он видел в старых кинохрониках, в броневик видимо попал фугас, он завертелся волчком, со всех щелей повалил дым, открылся люк, показалась голова в шлеме, в ту же секунду видение исчезло. Гусев протёр глаза, пытался прогнать наваждение.


- Ничего не поделаешь, придётся тебе претерпеть эти неудобства, пока не пройдём лес. Твоя слабая психика не может противостоять этому. Гусеву пришлось терпеть, самое неприятное было то, что это небыли галлюцинации, видимые только ему одному, это были особые иллюзии, которые кроме него наблюдала Татьяна. Понял это, по заинтересованному взгляду, которым она смотрела на некоторые эпизоды этого театра. Иногда ему становилось, не выносимо стыдно за те картины, возникающие из его прошлого, особенно когда в качестве видения выступал он сам. Управлять этими миражами он был не в силах, и только густо краснел, когда после очередной не совсем пристойной сцены чертиха сдерживая смех, пыталась сделать вид, что мол, она ничего не видит.


- Ну, что такого! - не выдержав, крикнул Гусев, - подумаешь, голого мужика увидела, чего тут особенного.


- Лёш, не обижайся, - примиряюще ответила чертиха, - просто иногда ты такой смешной бываешь.


- О Господи, куда меня занесла нечистая сила, - вздохнул Гусев, стараясь не обращать внимания на видения, прибавил шагу, стремясь быстрее выбраться из леса.


Город господ поразил его воображение, здесь не было домов в привычном смысле понимания, скорее это был мегаполис, состоящий из бесчисленных дворцов изумительной красоты, они словно соревновались между собой, стремясь, затмить друг друга изяществом, роскошью, и бог знает, чем ещё. Татьяна предупредила Алексея, что бы он строго шёл за ней на расстоянии трёх метров, опустив голову.


- Не глазей по сторонам, главное не встречайся взглядом со знатью, это большое оскорбление.


- А если я буду смотреть на этих господ?


- Тогда пеняй на себя сам, помочь не смогу, по закону обязана передать тебя оскорблённому, который вправе сделать с тобой все, что заблагорассудится.


- Да, порядочки у вас, - пробормотал Гусев.


По пути Выдру несколько раз приветствовали, она раскланивалась, говорила со встречными на общие темы, о погоде, о готовящемся торжестве. Гусев боковым зрением разглядывал встречных.


"Нет, эти женщины, - рассуждал Гусев, - явно уступают своим согражданам из низшего сословия. Может они и симпатичны, но так размалёваны и расфуфырены, что кажутся матрёшками"


Следующие пару дней Гусев провёл в доме Татьяны. Его поселили в апартаментах, выходящих в сад, который принимал очертания, форму и саму сущность в зависимости от желаний существа находящегося в нём. Странный это был сад, скорее это было единое живое существо, он никогда не принимал крайних форм, никаких экстремальных ситуаций. Напротив, он приносил одно лишь наслаждение, причём образы этого счастья он доставал из глубин подсознания существа, в данный момент Гусева. Когда Алексей впервые открыл заднюю дверь своих покоев, застыл в изумлении, круговорот летящих цветов вначале ослепил великолепием, мелодия, возникшая в душе, захватила чувства, он не просто слышал, он видел и осязал эту музыку, которую порождала гармония окружающих красок. Приятные запахи сада успокаивали, расслабляли, исчезла тревога и боль последних недель. Он видел Змеяну, мог с ней общаться, хотя одновременно и понимал, что это только видения, стоит ему сделать один шаг назад и всё сотрётся. Он мог часами бродить в этом саду и никогда не встать на одну и ту же тропу, каждый раз новый вид и другие впечатления, но если надо было вернуться во дворец, стоило только пройти всего несколько шагов. Там были диковинные звери, воплощения живой красоты, удивительные птицы, чудные насекомые, все эти твари не вызывали опасения или угрозы, лишь только удивление возможностям природы. Великолепные фонтаны, морские гроты, горные вершины, всё вмещалось в этом небольшом саду.


Вечером они ужинали вдвоём, Татьяна сделала сюрприз, всё меню было не живое, а состояло из мертвечины, даже чем-то напоминало человеческую пищу. И если бы не прислуга, подающая яства, у которой из белоснежных колпаков торчали рога, сзади свисали хвосты, а по мраморному полу цокали копыта, Гусев подумал бы, что он находится дома на Земле в человеческом измерении.


- Татьяна, я поражен твоим садом, честно скажу, мне не хотелось его покидать.


- Его создал садовник, у которого ты проживал, он великий был мастер.


- Почему в прошедшем времени?


- Он стар и не вечен, его время истекает.


- Почему в вашем мире такая несправедливость, одни обеспечивают себе вечность за счёт жизней других? Выдра изумлённо посмотрела на Гусева:


- Откуда тебе это известно? Об этом не все вечные знают.


- Змеяна знает об этом?


- Нет, я сама недавно узнала об этом от мужа. Официальной версией считается, что детей забирают на военную учёбу, когда они достигают совершеннолетия, они отправляются на защиту нашего мира от посягательств чужих. Это считается большой честью.


- Вы в это верите?


- Раньше я не сомневалась, что это так. Нам с пелёнок внушают ужас к чужим, что для защиты нам приходится воевать с ненавистным миром. Много позже от мужа я узнала, что прямые военные действия закончились в далёкой древности. Он мне рассказал, что наш верховный господин Сатана поднял восстание против Бога, началась гражданская война, в которой мы потерпели поражение и были изгнаны из того мира. Но об этом мало кто знает, простому народу внушают, что война продолжается, их дети служат отечеству.


- Ранее ты мне говорила о своём муже как о крупном специалисте по демонизации тел. Проблема вечной жизни то же его епархия?


- Он ведущий специалист по трансплантации сознания, но его близкий родственник как раз занимается в области вечности.


- Татьян, тебя совесть не мучает? Ты со своим мужем, как и остальные избранные, продлеваете жизни за счет народа. Вы, убивая детей своих подданных, присваивая их жизни себе, вершите величайшее преступление во Вселенной. Теперь я понимаю, почему в моём человеческом мире относятся к Аду как к месту сосредоточения мук и страданий. Вы настоящие изверги!


- Лёша, а чем лучше твой человеческий мир? Чем он отличается от моего? Только тем, что ваши правители, не владеют методами продления своей жизни, а жажда власти и богатства такая же сильная. Ради этого в твоём мире ведутся все войны, только ради этого ваши правители убивают свой народ.


- Неправда! В последнюю большую войну, мой народ воевал, защищая свою страну от напавшего врага.


- Вот именно воевал народ, за интересы своих правителей. Как мне рассказывал муж, такие великие деятели твоего мира, как Гитлер и Сталин продали свои души Сатане за возможность властвовать в человеческом измерении.


- Возможно, Гитлер и продался. Но Сталин был другим. После своей смерти он оставил только курительную трубку, другого личного имущества у него не было. Он жил только для своего народа.


- Ему и не нужно было личного имущества. То, что ему требовалось, он мог получить вполне и сразу. Сталин жаждал власти, которая также требует человеческих жертвоприношений. Твой враг Сукин Сын, посоветовал Сталину создать для этих целей организацию под названием Главное управление исправительно-трудовых лагерей. И если ты по наивности думаешь, что смысл в этих лагерях есть изоляция преступников, или экономические причины, будь то освоение новых земель, добыча золота, урана, угля, то ты ошибаешься. Сталину нужны были жизни людей. Чем более мучились люди, тем больше была подпитка энергетики его власти. Эти две личности, Сталин и Гитлер, не исключение. Поверь мне, твой мир весь пропитан жаждой власти, богатство лишь один из ключей к господству. Все правители в твоём мире уже заключили сделку с дьяволом, и карьера каждого из них зависит от количества погубленных жизней.


- Не верю тебе. В нашей истории множество примеров, когда лидеры жертвовали собой ради своего народа.


- Я не собираюсь тебя переубеждать. Это твой мир, и как ты относишься к нему, меня не волнует. Не отрицаю, в человеческом мире есть люди, которые не поддаются нашему влиянию. В этом и есть причина, почему мы вынуждены использовать для продления вечности своих же жителей. Муж говорит, что нам нахватает человеческих душ. Энергия, выработанная из мучений душ ваших грешников, используются для нашей вечности. Если бы все жители вашего мира отвернулись бы от чужих, наполнили наши фабрики по извлечению жизненной силы, нам бы не пришлось бы добывать энергию из своего народа.


- Теперь я понял для чего вам наши души. Вы отвратительные твари продлевающие своё существование за счет других цивилизаций.


- Всё так, - согласилась Выдра с Чуповым, - только и вы не лучше нас. Не зная других цивилизаций, не владея секретами вечной жизни, вы довольно успешно мучаете своих жителей, вытягивая из них жизненные соки для обогащения, для приобретения власти над себе подобными.


Алексею нечего было возразить. Действительно многие люди, которых он знал лично, или из истории человеческой цивилизации стремились обрести власть. И если не хватало способностей обрести власть над миром, народом, то эксплуатировали ближайшее окружение, либо человека оказавшего слабее их. Но в его мире были и другие люди, такие же как в этом простые черти, друзья садовника Саныча. Жизненными ценностями, которых была ни власть, ни жажда наживы, а счастье ближнего.


- А про тот, чужой для вас мир, супруг тебе что рассказывал? Почему вы стали враждовать?


- Я мало что знаю о тех временах, ведь меня ещё не существовало. Из рассказов мужа мне известно, что Создатель всего мира узурпировал власть. Он не позволял, что-либо менять в мире, воплощать в нём новые идеи. Сатана не захотел мириться с этими правилами, заявив Богу, что он тоже может творить и создавать вселенную. После того как Создатель ему отказал в этом праве, Сатана со своими друзьями поднял восстание, пытаясь забрать власть у Бога. Мы проиграли войну, так как нас поддержала меньшинство.


- Скажи мне, как в том мире решается вопрос вечной жизни?


- Поговаривают, у чужих есть неиссякаемый источник жизни, который называется любовью. Как он действует, я не знаю. Но со слов супруга, именно после того как Бог нас лишил доступа к нему, нам пришлось продлевать жизнь другими способами.


Разговор перешёл на планы спасения Змеяны.


- Что ты думаешь предпринять?


- Одной мне с этим не справиться, завтра я проведу тебя во дворец Крысина.


- Как ты это сможешь сделать?


- Садовник Крысина стар. Слышала, ему требуется замена, думаю выдать тебя за кандидата.


- Надеюсь, твой план сработает.


- Есть ещё проблема. У всех посторонних при входе на территорию Великого Крысина сканируют мысли. Это наподобие вашего детектора лжи.


- И как я смогу обмануть этот детектор.


- Усилием воли. Будешь думать только о растениях.


Следующие несколько дней ушло на тренировки концентрации мысли. Гусев тренировался в саду, создавая своей мыслью растения и деревья по эскизам Выдры. Она требовала от Алексея не просто формы, а полной детализации этих объектов, точности всех малозначительных изгибов, трещинок коры, оттенков цвета. Вся эта работа требовала умения концентрации, и всё получалось лишь тогда, когда он забывал окружающее, отдаваясь только творчеству. Лишь после того как Татьяна перестала находить в заданиях ошибки или неточности, они отправились в апартаменты Крысина.


ГЛАВА 13


От удара по голове Чупов покатился по лестнице, не понимая, что с ним произошло, всё ещё горя желанием зарезать Гусева, вскочив на ноги, попытался схватить выроненный во время падения нож. Ладонь руки, прошла сквозь рукоятку ножа, погрузившись далее в бетонную текстуру лестницы.


- Алексей Федорович, как вы?


Подняв взгляд, он увидел как плотный мужчина, в котором он узнал охранника Гусева, убирая пистолет в кобуру, наклонился над его врагом.


- Ничего Павел, только немного порезал меня этот гад, - Гусев посмотрел куда-то вниз.


Чупов проследив за его взглядом, увидел позади себя лежащее в крови тело. Он приблизился к нему, всматриваясь в своё мёртвое лицо. Один глаз был открыт и остекленевшим взглядом смотрел вверх, на месте другого сияло кровавое отверстие, точно такое же было во лбу.


- Берём шефа и несём в машину, - распорядился Смирнов, отдавая указание подбежавшим сотрудникам.


- Может вызвать скорую?


- Пока эта твоя скорая доедет сюда, мы уже будем в больнице, - Смирнов, разорвав поданный ему перевязочный пакет, лично наложил повязку на рану Гусеву.


- Если вы думаете что избавились от меня, то ошибаетесь, - подойдя к ним, проговорил Чупов.


Никто не обратил на него внимания, не поднял голову, не слышали произнесённых слов.


- Я не умер! - закричал он, и с яростью бросился на лежащего Гусева, стремясь схватить руками его горло.


Но вместо тела он опустился на бетон лестницы, стал погружаться в него, и провалился на пролёт ниже. Он состоял теперь из невесомого эфира, невидимый и неслышимый живыми, он мог лишь наблюдать. В злобе проследовал за охранниками несущими Гусева к машине, он всё ещё пытался найти способ физически воздействовать на своего врага, когда сквозь крики скандирующей толпы фанатов, до его слуха донёсся новый, неслышимый ранее им в жизни звук. В этом звуке казалось, смешалось всё, и стоны мучающихся людей, и рёв льва, и шипение змеи. Он оглянулся, пытаясь увидеть источник этого звука. Но тот раздавался одновременно со всех сторон. Этот пугающий звук был не только неприятен, он нёс в себе угрозу, он почти физически воздействовал на эфирную субстанцию Чупова, которая непроизвольно начала дрожать от этого воя. А потом он увидел их, чёрные сгустки массы, вылезали прямо из земли, эта тьма налетела на него и, схватив, стала рвать. Он почувствовал боль, похожую на физическую, ту, которая есть у живых, только с тем отличием, что она была одновременно везде, снаружи и внутри его эфира. Эта боль была в каждом сантиметре, во всех кубических миллиметрах нового состояния, она захватила его целиком, дергающая, колющая, ноющая. Боль была не выносимой, острой, режущей. Он закричал, пытался избавиться от схватившей его тьмы. Но чёрные сгустки не имеющие, определённых очертаний, держали его цепко, они поволокли его вниз, в землю. Провалившись вниз, он попал в струю некой субстанции, как будто где-то в глубине работал чудовищный пылесос, всасывающий в себя души людей. Теперь, когда чёрные твари, кинули его в этот втягивающий вихрь, он увидел и других таких же, как он, воздушных людей. С искажёнными от ужаса лицами, они летели в глубину, хватались за пролетавшего мимо несчастного, такого же, как сами, состоящего из эфира существа. Иногда мимо пролетали дикие звери, морские твари, которые всё ещё пытались своими мнимыми челюстями схватить бывшую плоть.


Всё это месиво стремительно ускоряясь, неслось в глубину.


После того как его душу, словно перемолотый фарш выбросило из мясорубки, он оказался внутри пространства не имеющего ни стен, ни каких либо видимых границ кроме низа. Как только его эфирное тело упало на гранитное ложе, к нему тут же подбежали черти. То что это были черти не вызывало ни малейшего сомнения, лохматые от сколоченной шерсти, со свиными рылами, почему-то отпиленными рогами, они цокая по граниту копытами подбежали к нему, зацепив его душу баграми, с хрюканьем потащили.


- Стойте! Подождите! - пытался кричать Чупов.


Но его крик тонул в окружающем общем шуме. Вокруг продолжали шлёпаться на шершавый гранит десятки тысяч душ, все они кричали, визжали от боли, просили у кого-то прощение, а потные черти, не обращая на их вопли ни малейшего внимания, цепляли и волокли.


Несмотря на то, что его тело состояло теперь не из плоти, боль осталась. Он чувствовал её и от удара о камень при падении, и от впившихся в его эфирную душу острых багров чертей. Сейчас он завидовал живым людям на земле, которые при такой боли теряли сознание, переставав чувствовать эти мучения. Здесь никто не терял сознание, ни один попавший сюда не вырубался, не впадал в отключку. Все грешники чувствовали боль, которая была постоянной и всё возрастающей. Именно боль была всё усиливающей, это было невероятно, но она не имела верхней границы, со всякой минутой, с каждым промежутком времени она становилась чудовищней в своей бесконечности.


Черти приволокли его к площадке, где как он понял, был сортировочный пункт. Здесь командовал бес, у которого уже на половину отросли отрезанные рога, на плече у него красовалась красная повязка со свастикой. На непонятном квакающем языке чёрт отдавал команды своим подчинённым, ткнув в сторону Александра корявым когтем, он квакнул. Его тут же схватили и подволокли к куче, состоящей из несколько тысяч грешников. Что ни будь спросить у своих товарищей по несчастью, не представлялось возможным, каждый поглощен болью, все кричали, просили, умоляли не мучить. Когда группа грешников была сформирована, её всю обмотали колючей цепью и огромные, омерзительные, ростом напоминающие гору, имеющие множество конечностей твари, подгоняемые чертями, потащили всех их.


Эта была топка. Поместив внутрь, служители ада зажгли огонь. Зелёное пламя, охватив грешников, не испепелило их, оно обожгло новой болью. Это была боль не физическая, куда хуже. Боль духовная, о которой живущие на земле люди так любят рассуждать, не имея истинного представления о ней. Это были мучения, не ведомые живым, таких ощущений страданий нет в верхнем мире, так как ни одно живое существо не сможет перенести это. Если попытаться сравнить с обычной физической болью, то отдалённо это напомнит страдание дерева, которое лесоруб спиливает, не обращая внимания на новые побеги на стволе, или мучения кошки, когда живодер губит её подрастающих котят. В этой боли умещается все переживания и страдания от потери близкого, родного, в ней все затухающие надежды на счастье. Страшная эта боль, она освобождает загнанную в угол совесть и сострадание человека, показывает последствия поступков. Грешник видит не только, то зло, которое он лично причинил, но и последующую череду несчастий, вызванных его преступлением. Кажется, он сейчас раскается в содеянном преступлении, но нет, в нём также возрастает злоба на совесть и сострадание, причиняющие ему такие мучения. Он ещё больше начинает ненавидеть эти состояния души.


Зелёное пламя не только причиняла боль, оно также впитывало в себя её. Боль грешников в адской топке приобретало некую физическую субстанцию, которую черти с красной повязкой на рукаве в форме пятиконечных звёзд, аккуратно собирали в ёмкости.


Это было все, что успел заметить Чупов, далее охватившие его мучения полностью забрали его внимание. Он подобно соседям заревел и закричал, вливаясь в общий хор боли.


Ему показалось, что прошли столетия как он жарится в адском пламени, хотя на самом деле всего лишь минуты. Черти, вдруг засуетившись, погасили пламя в топке, и ударами плетей заставляли расступиться грешников. По-видимому, прибыла важная персона, черт с целыми рогами на голове, осматривал грешников, кого-то выискивая в этой толпе. Когда его взгляд упал на Александра, он указал на него перстом, приказав рабочим вытащить его из топки.


Взмахом руки чёрт приказал Чупову следовать за собой. Отойдя от топок, чёрт с целыми рогами стал подниматься по невидимой лестнице. Душа грешника поплыла следом за ним. Невидимая лестница скорее напоминала эскалатор, так как подъём происходил стремительно. И когда зеленые огни топок остались глубоко внизу, превратившись в небольших зелёных светлячков, они вошли в новую сферу.


- Куда ты ведёшь меня? - задал Чупов вопрос.


Но тот по-человечески не разумел, лишь властно квакнув в ответ.


Они шли по переходу, связывающему два здания. Так как окон в прямом понятии не было, а была сплошная прозрачная стена, Чупов мог видеть раскинувшийся город. Слева и справа были роскошные дворцы, выложенные из разноцветного камня. Дворцы окружали великолепные сады, состоящие из причудливых деревьев. Там и сям взлетали струи фонтанов.


"Ничего себе черти жируют", - думал Чупов, наблюдая окружающую роскошь.


Они подошли к дверям, где золотой вязью было крупно о чём-то написано. Сама надпись была живой, постоянно переползала на новое место, мигала, шипела, а иногда отделялась от двери и подлетала к Чупову, словно принюхиваясь к нему.


Провожатый квакнув, открыл дверь, и жестом предложил войти.


- Дорогой! - к нему на встречу, раскинув руки в объятьях, шел Сукин Сын в образе черта, таким они с Сидоровым его когда-то увидели в баре.


- Дорогой мой человечек, я же говорил тебе, что мы в долгу перед тобой не останемся. Извини, конечно, за несколько минут проведенных в топке, сам понимаешь, бюрократия не только у вас людей, здесь тоже есть. Проходи, садись, - чёрт усадил фантом Чупова в кресло, сам же вернулся за внушительный стол.


- Итак, поговорим о твоём будущем, - Сукин Сын многозначительно уставился на Александра, выдержав паузу, выдал:


- А не хочешь ли обратно на землю?


Ещё бы! Чупов даже не поверил услышанному, подумал, ослышался:


- Ты предлагаешь мне вернуться к людям?


- Ну да.


- Разве это возможно? Моё же тело изуродовано. Там в затылке дыра величиной с кулак от выходного отверстия пули.


- А зачем тебе тело?


- А как же иначе? Что я буду делать на земле без тела?


- Для начала поработаешь пару сотен лет барабашкой.


- Кем?


- Барабашкой. Вы так называете наших духов, которые раскидывают тарелки, ложки и другую утварь в домах, стучат и шумят, проказничают.


- Ты предлагаешь мне двести лет кидать тарелки с вилками в живых людей?


- Почему же только кидать, это так сказать побочное явление деятельности духов. Пьяные люди тоже бывает, ведут себя не адекватно, на самом деле работы будет невпроворот. Нужно будет совращать, обольщать и собирать людские души для нашего мира. Я говорю для нашего мира, и имею в виду также тебя. Теперь это твой новый дом.


- И каким же способом я буду воздействовать на живых людей, если они меня не видят и не слышат?


- Научим. На самом деле не обязательно чтобы тебя видели или слышали, достаточно продолжительно внушать людям нужные догмы, и если среди них найдешь слабака, то он воспримет внушение за свои собственные мысли, и тогда делай с ним что хочешь.


- А могу ли я причинять вред людям?


- Так это и будет твоей первоочередной задачей.


- Значит, я смогу мучить и издеваться над человеком?


- Я вижу, что тебе не терпится кой-кому задать взбучку.


- Да тому уроду, что ошивался с вашей бабой.


- А, вспомнил, кажется, его зовут Гусевым.


- Он самый.


- Это ещё тот придурок, когда Великий выносил проститутке приговор, из всех живущих на Земле идиотов, он выбрал Гусева, как одного из самого недолугого из всех. Ну что же нет проблем, вот с него и начнёшь своё служение нам.


Сукин Сын взял со стола рупор, проквакал на своём языке, Чупову пояснил:


- Дал распоряжение найти его на земле, как только определим пространственно-временной континуум, сразу отправим тебя.


Чёрт достал деревянную коробку с сигарами:


- Угощайся, - протянул Александру.


Тот недоумевающе посмотрел на Сукиного Сына.


- А, совсем забыл, ты же не материален. Ладно, так и быть я покурю, подую в твою сторону дымом, тебе и этого достаточно.


Закурив, он выпустил колечко сигарного дыма в сторону Чупова, при этом оскалив в ухмылке свою пасть.


- Через двести лет, какие у меня дальше перспективы? - не обращая внимания на издёвки Сукиного Сына, задал вопрос Чупов.


- Особо отличившихся барабашек мы поощряем, мы возвращаем их душам физические тела.


- Те, которые у них были до смерти?


- Нет, конечно, старые тела уже давно съедят черви. Мы даём душам новые тела независимые от болезней, которые не старятся и живут тысячу лет.


- И где потом живут эти ваши тела?


- Не на Земле. Наш мир намного лучше и краше. Я имею в виду не сферу с топками, а тот где сейчас находимся мы с тобой. Видел наши прекрасные дворцы?


Чупов кивнул.


- А великолепные сады?


- Удивительное зрелище.


- Вот в этих дворцах и живут отличившиеся души людей, - сказав это, Сукин Сын довольно захохотал.


В дверь нерешительно постучали.


- Ква, - недовольно крикнул палач.


Вошёл лысо выбритый чёрт и, запинаясь, начал квакать.


Сукин Сын от услышанного пришёл в бешенство. Кваканье смешалось с визгом, от которого лысый покрылся весь острыми мурашками став отчасти похожим на ёжика. После того как лысый выбежал из кабинета, Сукин Сын успокоивши перешёл на человеческую речь:


- Видишь ли, они не могут его обнаружить. Тело есть, а души нет. Вместо её обнаружили в его теле находящего в бегах с нашей каторги преступника. Доложили что души Гусева вообще не обнаружена в человеческом измерении. Втирают мне чушь, что возможно он попал в другую параллель измерения. Но это без санкции верховного, или помощи со стороны чужих невозможно.


- Может он помер?


- Наблюдатели сообщили, что чужие за ним не приходили, в ад мы его тоже не забирали.


- Так, где же тогда эта гнида? На Земле нет, в раю и аду тоже нет, где он может быть?


- Вот ты и займись этим расследованием. Сейчас сразу и отправляйся на Землю. На первых порах, если потребуется, можешь воспользоваться своим телом, пока оно ещё полностью не разложилось.


Чёрт достал из стола толстую книгу, нашёл нужный текст с заклинанием, и как только начал его читать, Чупов ощутил, как его невесомую душу захватил вихрь и понёс наверх.


Выкинуло его как раз напротив того места, где был застрелен. Мимо проходили люди, не замечая парящую душу. Что-то в этом было приятно, он мог видеть, следовать за человеком, подслушивать его разговор, и быть при этом совершенно невидимым. Увлекшись этим ощущением, он проследовал за тучным мужчиной, который вел под руку стройную девушку. Он вклинился между ними, и парил рядом, слушая разговор. Жирный был явно богат, и вёл свою молодую жену в ювелирный салон. Между собой люди говорили о своих знакомых, об украшениях, и прочей ерунде, ничего интересного для Чупова. Раздосадованный этой пустой болтовней, Александр попытался с размаху дать этому типу затрещину. Мужик ничего не почувствовал, зато сам Чупов, по инерции влетев в мозг жирдяя, услышал его помыслы. Нет, он не слышал мысли, он просто ощутил намерения этого человека, его желания. Он чувствовал как из того так и прет выпендреж, мол посмотрите, я сказочно богат, я пользуюсь успехом у женщин, я обладаю властью. Чупов влетел в мозг, спутницы богача, там были похожи мысли, о том, как раскрутить супруга на колье из брюликов подороже, желания видеть в глазах подруг зависть, а ещё восхищение любовника.


- Вы идиоты! - прокричал он им.


Но те ничего не услышав, продолжали болтать об одном, а думать о другом.


Александр поплыл далее. Впереди по курсу шёл мужичок, неряшливо одетый. Влетев к нему в голову, и ничего не понял. Там были сплошные цифры и логарифмы. Покинув цифровой мозг, он услышал как окружающие, показывая на этого человека, шушукались:


- Сам Перельман. Великий математик.


Затем Чупов увидел священника:


- Во, поп! - воскликнул сам себе, и ринулся в мозг священнослужителю.


Но на этот раз он был обнаружен, и изгнан, даже выкинут:


- Изиде нечистый! - монах, крестясь, стал читать молитву, от слов которой невесомой душе Чупова сделалось дурно, и он поспешил убраться подальше от священнослужителя.


Для начала он решил навестить Вовчика, отправился на купленную ими общую квартиру.


ГЛАВА 14


Вова после последнего рейда в лесную глушь, вернулся один. Тогда в лесу, сидя в машине, он прождал почти сутки. Мобильная связь в этом безлюдном месте не работала, когда стало заканчиваться топливо, вышел, и попробовал пройти по оставленным следам своей банды. Но пройдя несколько километров по заснеженному лесу без лыж, выдохся. Вернувшись в машину, решил возвращаться в город. Дома он и застал угрюмого Чупова с перевязанной кровавым бинтом головой.


- А где Сидор?


- Хана Сидору. Мерзавец застрелил его.


- А старки куда делся?


- Хрен его знает где. Забрал тёлку и свалил.


- Баба молодуха была или старуха? - Вова пытался разрешить волновавшую его дилемму.


- Не знаю. Когда мы к зимовью подошли, старик отправил нас по лыжным следам, сказав, что здесь он сам справится. Более я его не видел.


- А с головой что?


- Мерзавец палкой заехал.


Потом потянулись нудные дни. Чупов каждый день пытался найти способ подобраться к Гусеву, с раннего утра он поднимал Вована, и на машине подъезжали к коттеджу. Он постоянно фиксировал в блокноте, кто прибыл, кто выехал, время, количество людей. Но никак не мог найти способ проникнуть в жилище Гусева. Начальник охраны мерзавца, Смирнов, знал своё дело, и так обложил здание охранными системами и персоналом, что и вправду говорят, мышь не проскочит.


Приезжая обратно на квартиру, Чупов срывался, от злости, кипевшей в нём, начинал пить, и только, когда была выпита третья по счёту бутылка водки, выключался. Тогда Вова тащил своего нового шефа на диван, бережно подкладывал под голову подушку, и только после этого шёл к холодильнику. Он очень любил мороженое, иногда всерьёз подумывал, а не питаться ли только им. Своё детство провёл в детском доме, потом был интернат для сирот, где это лакомство перепадало только в исключительных случаях. Позже он стал бомжем. Как сироте ему была положена жилплощадь, но руководство интерната, учитывая его умственные способности, провели аферу, в результате которой он очутился на помойке. Лучшее лакомство, которое иногда он находил, это было недоеденное мороженое. Разумеется, это было возможно только зимой, когда был мороз. На помойке его и нашел старик. Он отвёз его в элитный салон, где заставил мастера выбрить на лысо вшивую голову Вовика. Парикмахер вначале рыпался, кричал, что не будет стричь бродяг, заявляя, что он мастер-класс. Но с каждой добавленной дедом денежной купюрой его тон на альт становился тише. В конце концов, он удовлетворённый полученной суммой, выстриг голову Вовчику. Выйдя из салона, старик долго хихикал, на вопрос, над чем он смеётся, ответил, что расплатился со жмотом - парикмахером фантиками от конфет. Вова ему тогда не поверил, так как сам видел, что это были деньги. Но когда, зайдя в автосалон, и выбрав там машину, старик стал доставать из пустых Вовкиных карманов наличность, он убедился что это настоящий Хотабыч из виденной им по телевизору в детстве сказки. Старик приодел Вована, нарисовал ему вместо утерянного новый документ личности и права на управление автомобилем. Вова, который в детстве очень любил играть в игрушечные машинки, в этом оказался настоящим талантом. Он моментально освоился с управлением машины, водил её быстро, и профессионально. Правила уличного движения для него, никогда их не учившего, были ему также понятны, как курице отличающей съестное зёрнышко от несъедобного. Недаром говорят, что в каждом человеке есть запрятанный талант, который большинство людей так за прожитую жизнь и не обнаруживают. У Вовика этот талант оказался способностью управлять транспортом.


Сидя вечером в одиночестве в квартире, он вспоминал Чупова, как тот однажды прочитав в газете статью, что его враг собирается баллотироваться в мэры города, и с этой целью, наконец, покинет свою берлогу, пришёл в неописуемое возбуждение. Он бегал по квартире и орал, что на этот раз не допустит ошибки, что точно пришьет Гусева.


А наследующий день Вовчик видел в теленовостях репортаж о гибели Чупова, там крупным планом показали мёртвое тело его напарника. Он тогда заплакал, впервые, будучи взрослым мужчиной, ревел от потери близкого ему человека. Чупов для него стал не только шефом, но и как считал про себя Вова, братом. Не зная родительской ласки, не имея родственной души, он привязался к Чупову, он полюбил его, как дитя любит свою мамку. Теперь он ел мороженое, и горевал о своём убитом друге. У него была квартира, машина, крупная сумма денег, но не было близкого родного человека. Ради друга, он готов стать вновь нищим, только бы друг был бы жив.


Он откусил кусок мороженого, когда почувствовал пробежавший по телу холод.


"Сквозняк или слишком большой кусок мороженого проглотил", - подумал он.


Вдруг упал и разбился стакан с кока-колой. Вова соображал, как это может произойти, что бы стакан прямо стоявший на ровном столике, ни с того ни с сего упал на пол. А тем временем фантом Чупова пытался войти в контакт с ним.


- Кретин! - кричал Вове. - Я здесь!


Но тот лишь кусал очередной кусок мороженого. Мороженное, этим продуктом был забит не только весь холодильник, в голове у Вовы, кроме мороженого ничего не было. Там были образы пломбира, крем-брюле, эскимо и других видов мороженого. Чупов носился кругом, пытаясь хоть как то воздействовать на материю. Наконец, ему удалось, как то сдвинуть стакан, который покатившись, упал на пол и разбился. Это произвело на Вову впечатление, но не настолько сильное, что бы он начал мыслить. Требовалось что-то иное, более действенное. И тут он вспомнил слова Сукина Сына, что пока его мертвое тело полностью не разложилось, он может им пользоваться.


Какое-то время ушло на поиски нужного морга. Своё тело он нашёл в морге судебно-медицинской экспертизе. Оно лежало на анатомическом столе, в окружении студентов, а патологоанатом с воодушевлением рассказывал им о внутренностях.


- Уважаемые коллеги, сейчас я вскрою брюшную полость трупа, - и, ткнув лезвиям скальпеля в плоть, стал её разрезать.


Чупов от увиденного пришёл в бешенство, влетев в своё родное тело, он открыл целый глаз, и рявкнул:


- Убери лапы от меня!


Часть девушек и парней в белых халатах попадали в обморок, другие, неистово визжа, бросились выбегать из анатомички. Врач - патологоанатом, побледнев, схватился за сердце. Чупов слез со стола, подобрав выпавшие из брюха внутренности, засунул их обратно в живот.


- Зашивай обратно, Сука! - заорал на патологоанатома, лицо которого стало белее снега.


Видя что от того толка нет, вышел из патологоанатомического зала, увидел на вешалке белый халат, им и прикрылся. Так босиком, в белом халате и отправился на квартиру. Так как на улице был вечер, прохожих в этой части города было не очень много, но те которые сталкивались с ним, панически убегали. Чупов увидав припаркованное такси, подойдя сел на заднее сидение.


- Куда? - спросил таксист, поглядев на пассажира в зеркало заднего вида.


На него смотрела мёртвое лицо, с запёкшейся кровавой коркой дырой в центре лба и отверстием вместо глаза.


- Куда! - Чупов схватил за плечи таксиста, пытавшегося улизнуть из машины, - поезжай прямо.


Тот послушно тронулся. Так указывая дорогу словами: прямо, налево, направо, они доехали до нужного квартала. Далее, чтобы таксист не знал конкретного адреса Чупов пошёл пешком. Убивать таксиста не стал, не из жалости, просто его занимали сейчас другие мысли.


"Я живой мертвец" - он подумал, что не прошло и года, как его жизнь круто изменилась.


"Совсем недавно, я был живым человеком. Пусть я не ценил жизнь, но я жил, дышал воздухом, общался с другими людьми. А теперь, я потерял всё, даже не чувствую своё тело, не могу вдохнуть свежего воздуха. Люди шарахаются от меня, даже прокажённые не так одиноки как я".


Подойдя к двери в подъезд, набрал на домофоне номер квартиры.


- Кто? - раздался вопрос Вовика.


- Посмотри на экран монитора, - со злостью ответил Александр.


В микрофоне послышалась нечленораздельная речь.


- Открывай!


- Чуп, ты?


- Я! Открывай!


Дверь разблокировалась, и Чупов на лифте поднялся на нужный этаж. Напуганный Вова ждал возле двери в квартиру.


- Тебя же убили? - прошептал он, со страхом рассматривая ходячий труп.


- Я вернулся с того света, - он отодвинул в сторону остолбеневшего напарника, и прошёл внутрь квартиры.


Подошёл к бару, достал виски, налив в стакан залпом выпил:


- Ничего не чувствую, ни вкуса, ни запаха, даже не понял, проглотил или нет, - схватив бутылку бросил её в стену.


- Как ты выбрался с того света? - немного придя в чувство, задал вопрос Вова.


- Хотабыч помог, он там важная шишка.


- А где ты был? В раю?


- Ты что вообще дебил полный? Какой может быть рай? Мы же бандиты.


- Значит из ада, - с сожалением констатировал Вова.


- Ну да из ада.


- Как там?


- Попадешь, узнаешь, - Чупов сел на диван. Сел не потому, что устал стоять на ногах, ему в его состоянии было совершенно безразлично, в каком положении он находится, его мёртвое тело не чувствовало усталости. Оно совершенно ничего не чувствовало, ни чего не желало и ничего не могло. Душа Чупова ещё имела остатки власти над своим телом, могла поднимать ноги, чтобы передвигать труп, производить движения руками, брать и хватать. Он мог говорить, но голос был неестественный, так как звук вырабатывался уже не эластичными голосовыми связками. Для голоса требовалось пропустить через эти связки воздух, а это было не так просто как при жизни. Когда Чупову надо было что-то ответить или сказать, ему требовалось приложить волю, чтобы сделать вдох, наполняя лёгкие воздухом, а потом, также прикладывая усилия, выпустить его наружу. Всякий раз, когда он отвечал Вовику, тот съёживался. И когда Чупов увидел себя в зеркале, он понял реакцию Вовы. Действительно это было жутко, он открывал рот, и из него изливалась замогильная речь, при этом он почти не шевелил губами, не двигал челюстями. Чтобы хоть немного успокоить Вовчика, он и сел на диван.


- Может, покушаешь? - предложил напарник.


- Мне ничего не надо. Сядь и успокойся. Я тебя не съем.


Вова с опаской сел напротив в кресло.


- Ты кушай, - Чупов кивнул на недоеденное мороженное, - кушай, а то растает.


- Я не хочу, - всё ещё съежившись, ответил Вова.


- Володя, я нуждаюсь в твоей помощи.


- Конечно, я помогу тебе.


- Я не закончил в этом мире одно дело. Ты не знаешь где Гусев?


- В больнице, ты же его ножом задел.


- Дело в том, что агентура Хоттабыча уверяет, что Гусева на Земле нет.


- А где же он тогда?


- Вот это и я хочу знать. Поэтому Вова мы с тобой будем работать в паре. Я буду руководить, а ты, исполнять мою волю.


- Я согласен.


- Вот и молодец. Прямо сейчас мы и отправимся в эту больницу.


- Так ночь скоро.


- Для меня время теперь имеет значение. Моё тело скоро начнёт разлагаться, и тогда мне будет затруднительно общаться с тобой. Поэтому тебе Вова придётся быстренько выучить азбуку Морзе. Слышал о такой?


- Не, - замотал тот головой.


- Это для общения стуком, когда моё тело сгниёт и я стану невидимым, то не смогу больше говорить на человеческом языке, поэтому буду тебе стучать. Вот так, - труп Чупова костяшками пальцами постучал по столу, сначала один раз, а потом сразу подряд два, - это Вова, буква а. Таким образом каждая комбинация ударов обозначает свою букву, из них ты будешь складывать слова. Мне можешь отвечать словами, слышать я буду. Уразумел?


- Так это значит, ты разбил стакан?


- А ты не так глуп, как кажешься.


- А я-то думаю, что это стакан стал прыгать.


Чупов захохотал.


Вовчик как то вновь сразу съёжился.


- Что такое?


- Ты очень страшно смеёшься. Открываешь рот, а оттуда вылетают звуки, как будто внутри твоего тела кто-то ещё сидит.


- Не обращай внимания. Тело не может дышать, значит и звуки не издаёт.


- А кто?


- Моя душа, это она внутри мёртвого тела. Ты же Володя никогда покойников не боялся, так почему теперь трясёшься?


- Так непривычно живого покойника видеть.


- Да не бойся, тебе я не сделаю ничего плохого. Ты же мой друг?


- Друг.


- Значит по рукам, - труп Чупова протянул ладонь Вовику для рукопожатия.


Тот с опаской пожал:


- Холодная у тебя рука.


- Я же не живой.


- Так что идём в больницу?


- Сначала надо меня немного привести в порядок, спрятать это, - Чупов указал на дырки во лбу, глазе, шее. - Принеси мне мою одежду, не в этом же халате я буду по городу рассекать.


Одевшись, Чупов подошёл к зеркалу, придирчиво себя рассмотрел. Рваную рану на шее он замотал лёгким шарфом, на глаза надел тёмные очки, дырку во лбу и выходное отверстие в затылке закрыл глубокой кепкой.


- Сойдет, - пробормотал он.


По дороге в больницу, Вова всё время косился на соседа. Чупов рявкнул:


- На дорогу смотри!


- Да вижу я дорогу. Тебе то что, ты и так холодный? - обиженно ответил он.


Александр смягчил тон:


- Володя, ты один из живых с кем я могу общаться. Поэтому я и волнуюсь за тебя.


- Только лишь поэтому? Я думал мы друзья.


Труп Чупова, повернув голову, посмотрел на напарника:


- С каких это пор ты стал таким сентиментальным?


- С тех пор как тебя убили.


- Да ладно, не грузи! - и Чупов хлопнул Вову рукой по плечу.


Александр мог управлять своим телом, но никак не чувствовать его. А так как он ещё не имел опыта нахождения в мёртвом теле, то его шлепок по плечу Вовы произвёл совершенно другой эффект. Вместо дружеского хлопка, каким Чупов хотел, как бы извиниться перед ним, он, не осознавая силу этого жеста, нанёс Вове сильный удар, от которого тот на секунду потерял контроль над машиной. Автомобиль на большой скорости вильнул в сторону на встречную полосу, зацепил другую машину, развернулся на сто восемьдесят градусов, пошёл юзом, вылетев за обочину дороги, где со всего лёта врезался в толстое дерево.


- Бля, - выругался Вова, выскочив из автомобиля, он разглядывал повреждённую машину, и казалось, что сейчас начнётся истерика по поводу разбитой его игрушки, - была как новенькая, я так ухаживал за ней, так лелеял мою малышку. Что мне теперь делать без неё?


Взглянув на Чупова, замолчал, тот выбравшись из машины, стоял без очков, которые видимо, разбились, и одним мёртвым глазом смотрел, куда-то внутрь автомашины. Проследив за его взглядом, он увидел внутри человека, находившегося на месте водителя.


- А это кто ещё? Откуда он там взялся?


- Вова, это ты, - произнёс замогильным голосом Чупов.


- Я? - он подошёл ближе к исковерканной двери водителя, наклонился, что бы лучше разглядеть этого человека.


Он узнал себя, закатив глаза, он лежал с откинутой головой, а тонкая струйка крови текла из раны в височной области за шиворот сорочки, которая из белоснежной превращалась в алую.


- Я умер?


- Похоже на то. Сейчас за тобой придут черти.


Вова лихорадочно стал оглядываться по сторонам.


Но в это время тело Вовы с хрипом вдохнуло в себя воздух.


- Ты видел! Оно дышит, я не умер! Я живой! - закричал Вова.


Чупов видел, действительно тело его напарника дышало, не ровно, с большими задержками, оно с хрипом, резко втягивало в себя воздух.


- Я дышу! - закричала душа Вовика. - Я не умер!


Подбежали люди из проезжавших мимо машин:


- Водитель дышит! - крикнул один из них.


- А ты как? - задавали вопросы рядом стоящему с машиной Александру.


Чупов молчал.


- Парень в шоке, - сказал кто-то.


- У него глаз вытек, - добавил другой.


Люди вытащили тело водителя из машины, и положили на траву.


- Живой, без сознания, - услышал Вова комментарии про себя.


Скорая помощь приехала довольно быстро. Она в присутствии невидимой ими души Володи, осмотрела его тело, и вынесла вердикт:


- Пациент в коме. Везем в нейрохирургическое отделение.


- Доктора! - обратился к ним один из свидетелей аварии, - есть ещё один пассажир из этой машины. Он в шоке, потерял глаз, окажите помощь!


- Где он?


Как только Чупов услышал, что начали говорить про него, он моментально принял решение покинуть своё тело, иначе выбраться из этой собравшейся толпы любопытных он сейчас по-другому не смог бы.


- Где второй? - повторил вопрос доктор.


Все стали оглядываться:


- Да только что стоял здесь, - недоуменно высказал один из присутствующих.


Кто-то догадался посветить фонариком вниз:


- Да вот он!


Врач бегло осмотрел тело:


- Вы шутите? Этот человек мертв уже давно.


- Он живой был. Он стоял рядом с нами. Как он мёртвый мог выбраться из машины?


- Видите трупные пятна! - и доктор в доказательство показал их на теле Чупова.


- Да нет же доктор! Ей богу он только что стоял здесь!


- Этого не может быть! Он мёртв давно!


- Тогда объясните, откуда здесь на месте свежей аварии старый труп?


- Может потерпевший перевозил его. Пусть в этом разбирается полиция.


Вовино тело на скорой помощи перевезли в больницу. На этой же машине приехали и души приятелей. Тело Володи врачи подключили к аппарату искусственного дыхания, воткнули в вену иглу капельницы, установили на груди датчики.


Чупов предложил Вове пройтись по больнице. Но тот категорически отказался, мотивируя тем, что если его душа оставит тело, то организм перестанет дышать, и тогда он точно умрёт.


- Ну как тебе угодно, а я пойду, - ответил Чупов.


Он вышел, правильней будет сказать, выплыл из палаты интенсивной терапии через закрытую дверь, и полетел по коридору отделения.


Что почувствовала дежурившая постовая медсестра, может быть электризованные волновые поля, или дуновение эфирного ветра, только когда он проплывал мимо её, молоденькая сестричка с испугом оторвала свой взгляд от читаемой книги и посмотрела на него. Нет, она не увидела его, но что-то почувствовала, так как вся съёжилась, будто повстречала в ночном лесу волка.


- Дурочка, да не нужна ты мне, - подлетев вплотную, почти в самое лицо сказал ей Чупов.


Девушка закричала. Она выскочила из-за стола и бросилась убегать по коридору. На её крик из палат выглянуло несколько ходячих больных, с любопытством наблюдая за испуганной медсестрой.


- Дочка, ты чего? - спросил старичок, больной из седьмой палаты.


- Тут кто-то есть! - медсестра с беспокойным взглядом осматривала коридор.


- Где?


- Здесь, только что сказал, что я ему не нужна.


Молодой парень из той же палаты повертел указательным пальцем у виска:


- Оля, ты что, обкурилась?


- Сам ты наркоман, - огрызнулась она.


Чупов вновь подлетел к ней:


- Оля, значит, ты меня слышишь?


Девушка заорала, заметалась по проходу, пытаясь спрятаться за спинами пациентов.


Те же решив, что медсестра помешалась на самом деле, поймав её, стали связывать как буйно помешанную.


- Вызывайте дежурного врача! - воскликнул молодой парень, который обматывал простынь вокруг тела девушки.


- Прекрати орать, тебе же хуже будет. Они меня не слышат, поэтому твои слова принимают за бред, - нашептывал ей на ухо Чупов.


Та продолжала рыдать, и твердить только одну фразу:


- Пожалуйста, не надо...


- Дура, - сказал он ей напоследок, так и не сумев успокоить девушку.


Конечно, если бы ему удалось сейчас установить контакт с этой медсестрой, ему легче было бы найти то отделение, где лечился Гусев. Он надеялся получить информацию у лечащего доктора, о местонахождении своего врага.


Но теперь, когда Вовчик находился в коматозном состоянии, сам он вновь вне своего тела, а трусливая медсестра в истерике, ему приходилось надеяться только на себя.


"Ничего страшного нет, времени теперь уйма", - думал он, - "Пройду все отделения больницы, обследую палаты, может, что и наскребу".


И он начал планомерно обследовать больницу. Первый этаж ничего не дал, и он уже заканчивал второй, где оставалось лишь одно крыло, над входом которого была надпись: "Детское нейрохирургическое отделение".


Чупов заколебался, думая о том, есть ли смысл искать в детском отделении тело Гусева.


"Этот гад очень хитёр", - подумал он, и решил всё же просмотреть это отделение.


Он влетел в очередную палату. Небольшое помещение, в центре находилась кровать с лежащим на ней больным, к которому была подключена система внутривенного капельного вливания. Рядом с кроватью, спиной к нему, сидела женщина.


Он подлетел ближе. Больной ребёнок был девочкой, её глаза закрыты, она или спала или находилась без сознания. Он всматривался в лицо этой девочки и пытался вспомнить. Где-то, когда-то он видел её. Черты лица этой девочки были ему знакомы, они будили в его душе какие-то неясные воспоминания. Что-то близко знакомое, но далеко забытое было в них. И это ощущение, чего-то очень важного, охватило его душу. Он всматривался в лицо девочки и усиленно пытался вспомнить, где мог её видеть. Ведь он знал этого ребёнка, в этом был уверен, так как та дрожь, что охватила его душу, не могла возникнуть на пустом месте.


- Папа!


И только тут он увидел душу этого ребёнка, небольшая, светлая и чистая, она находилась напротив него.


- Папа! Папочка! Где ты так долго был?


- Вера? - воспоминания лавиной охватили его, он неожиданно вспомнил всю свою телесную жизнь. - Дочка! Доченька!


То потрясение, которое он испытал, лишило его способности удерживаться в пространстве, как живой человек лишённый последних сил, падает от усталости, так и душа Чупова рухнула вниз, пролетев первый этаж и подвальное помещение больницы, стала погружаться в землю.


- Папа! - дочь протянула ему свою эфирную руку. - Папа! Папочка! Не уходи больше! Останься!


Он ухватился за частичку души своего ребёнка. И девочка с трудом, но с таким огромным упорством потянула обратно наверх, что Чупов не сомневался, что даже если ребёнку не хватит сил, то она скорее последует за ним в ад, чем отпустит. И страх за это маленькое создание вернул ему силы. Постепенно он смог выбраться из земли, и теперь своими эфирными обрубками обнять дочь.


- Вера! Как же я мог забыть про вас!


- Папа! Где ты был столько времени? Зачем ты ушёл от нас? - плакал ребёнок в объятьях отца.


- Дочка, я не знаю. Я ничего не знаю и не понимаю того что произошло со мною.


Сейчас Александр пытался вспомнить, с чего всё началось.


"Нет. Всё началось раньше, гораздо раньше", - думал он, вспоминая свою первую встречу с Гусевым в полицейском кабинете.


"Намного раньше, тогда когда я написал заявление на работу следователем. Именно тогда я стал меняться. Постепенно и неумолимо изменялся мой характер, я стал жестче и грубее, а потом меня сгубила зависть. Стал завидовать всем, бедным - потому что свободны и спокойны, богатым - за то, что всесильны. Стал ненавидеть людей, а потом возненавидел жену. Как я так мог измениться?"


- Пойдём, там в палате мама, - девочка увлекла его за собой.


Когда они вновь оказались в палате, там было полно врачей. Они, склонившись над телом девочки, делали ей закрытый массаж сердца с искусственным дыханием. Когда Вера подлетела к своему телу, медсестра, следившая за монитором, воскликнула:


- Есть кривая!


Чупов увидел как на мониторе, доселе прямая линия, стала вычерчивать зубцы.


- Сердцебиение в норме, дыхание восстановилось, - долетали до него слова, а он смотрел на неё, свою жену, она стояла позади врачей, а по лицу безмолвно текли слёзы.


"Как она постарела", - подумал он, и тут же почувствовал давно забытое, ставшее почти незнакомым ему чувство жалости.


- Папа, я не могу покинуть своё тело. Если я отлучусь, оно умрёт. Я не могу оставить маму одну.


- Дочь, что с тобой случилось?


- Я заболела.


- Чем? Когда?


- Несколько месяцев назад, почти сразу, когда ты ушёл от нас, у меня начала часто болеть голова. С каждым разом боли становились сильнее, и меня положили в больницу на обследование. Однажды, когда лежала с закрытыми глазами, и взрослые думали, что сплю, я услышала, как врач говорил маме про неоперабельную опухоль головного мозга, он сказал что нет никаких шансов. А несколько дней назад я вдруг однажды ночью вышла из своего тела, и больше не смогла вернуться. Врачи называют это моё сегодняшнее состояние комой.


- Дочь, тебе страшно?


- Нет, боюсь только за маму, всё время находится рядом и говорит со мною, я её слышу, а она нет. Однажды она вышла из палаты, я последовала за ней, и произошло то, что сейчас, у меня остановилось сердце. С тех пор мама боится отходить от меня, она думает, если отлучится, то я умру.


- Вера, прости меня. Я найду способ вылечить тебя. Я верну тебя к жизни.


- Папа, - свет её души коснулся его эфира, - папа, пожалуйста, не исчезай больше.


- Обещаю, я скоро вернусь.


Он вылетел из здания больницы, стремительно летел над городом, который был когда родным. Он летел над человеческим миром, ставшим для него чужим. Всего полчаса назад ему было наплевать на мир, на живущих в этом городе, даже ненавидел этих людей. И вот в один миг, встретив душу своего ребёнка, всё изменилось. К нему вернулась отцовская любовь, которая всколыхнула давно забытые чувства. Теперь осознавал всю свою ответственность перед Верой. Он должен был спасти её от смерти, во что бы то ни стало.


"Да я пал. Я предал своего Создателя, стал слугой Врага. Но это я, причём здесь невинное дитя?" - думал он, пролетая над домами людей.


"Раз я оказался на тёмной стороне мира, если такова моя судьба, то я подчинюсь ей. Но дочь, она должна быть счастлива! Как мне помочь ей?"


Он резко остановился, зависнув в воздухе над шоссе, по которому проносились автомобили.


- Так, - рассуждал Чупов, - помочь мне может Сукин Сын, ведь я же ему помогал, значит, он сможет с помощью своих заклинаний вылечить дочь. Надо найти его.


Александр долго думал, как связаться с чёртом, ведь тот не оставил никаких инструкций по этому поводу.


Попытался было нырнуть в землю. С лёту ринулся вниз, туда, где по асфальту проносились машины. Со скоростью метеора пробив покрытие, погружался в ставшую для него теперь вязкую почву.


В это время наверху произошла авария. Машина, та перед которой проклятая душа Чупова врезалась в асфальт, вдруг резко затормозив, вылетела на встречку, где столкнулась с другим автомобилем, а следом в них въехало ещё одно авто.


Славу Богу обошлось без жертв и травм. Разъярённые водители пострадавших автомобилей орали на виновника, устроившего аварию:


- Пес, ты чо сделал! Куда выкатил? Куда твоё моргало смотрело?


Тот только виновато пожимал плечами:


- Мужики, промелькнуло, что-то перед глазами. Испугался я, и по тормозам, вот и вынесло на встречную полосу.


- Что у тебя там мелькнуло? - кричали на него, - на дорогу надо смотреть, а не по сторонам!


Впрочем, Александр этого не слышал, погружаясь всё глубже в землю, он пытался достичь ада. Но почва, поначалу напоминавшая по составу жидкость, с каждым метром делалась твёрже, и ему становилось всё сложнее погружаться. Дело было даже не в земле, какая-то иная сила выталкивала его, словно магниты, имеющие одинаковый заряд, его выбрасывало наружу. Он уже напоминал червя, извиваясь и вкручиваясь, пытаясь проникнуть глубже в землю, с раздражением подумал, что даже не предполагает, на какой глубине расположен ад, как вдруг провалился в пустоту.


Хотя не было никакого света, с помощью своих новых органов чувств он мог ощущать окружающее пространство. Это была огромного диаметра труба, по дну которой струился небольшой поток воды.


- Какая-то труба, - рассуждал сам с собой Чупов, - ну да, если после смерти душа человека попадает к Богу через туннель, почему бы не предположить, что и к Чёрту можно попасть через трубу.


И как бы в подтверждение слов, впереди показался яркий свет, который приближался к нему.


Промелькнула мысль, что если свет это Бог, то у Чёрта должна быть тьма, не осмыслив это до конца, ринулся навстречу, всем своим существом взывая к Сукиному Сыну.


Чупов не зная ещё всех премудростей жизни после смерти, не умея управлять своим умершим состоянием, эмоциональным криком вызвал возмущение духовной энергии души. Вследствие чего его эфирное состояние проявилось в материальном мире, засветившись в темноте.


Как раз в этот момент диггеры увидели, как из темноты, навстречу к ним мчится какая-то хрень.


- Ни фига себе! - воскликнул идущий впереди группы парень.


Развернувшись, они все, кроме одного очкарика, бросились бежать обратно. А парень в очках, нацелив видеокамеру на приближающее к нему привидение, бормотал себе под нос:


- Сенсация! Вот это да! Настоящее привидение!


Чупов остановился перед ним, рассматривая парня, он уже понял, что провалился в обыкновенную канализационную трубу. А парень вовсе не служитель ада, а обыкновенный человек.


- Кто ты? - задал вопрос Чупов.


- Оно ещё и разговаривает? - сам себе удивился бесстрашный молодой человек, совершенно не испугавшись замогильного голоса.


- Я спрашиваю, кто ты? - повторил вопрос бывший следователь, радуясь, что парень не только видит его, но и слышит.


- Я Пашка-Коллектор, - продолжая снимать флюктуирующий образ демона, представился юноша.


- А те, кто убежал?


- Мои друзья. Мы есть команда диггеров, обследуем подземные туннели. А ты, приведение, из какой эпохи?


- Я умер недавно.


- Даа..., - разочарованно произнес студент.


- А что тебя не устраивает?


- Да я думал ты древний, сможешь показать нам, где находится библиотека Ивана Грозного.


- Извини друг, я понятия не имею, о чём ты говоришь, - душа Чупова успокоившись, перестала светиться.


Пашка-Коллектор услышал только слово - извини, и далее голос привидения затих.


Паша выключил камеру, зажёг свет своего фонаря, осмотрелся:


- Умерший! - позвал он. - Ты ещё здесь?


- Здесь я! Напротив тебя! - прокричал в ответ Чупов.


Но парень не услышал, лишь разочарованно произнёс:


- Ну вот, исчез. Я даже не успел, как следует всё расспросить.


Отмотав отснятый материал назад, удовлетворённо стал просматривать:


- Всё получилось, - бормотал про себя, - сегодня выложу в интернет.


В конце записи он услышал записанную на камеру полную фразу произнесенную привидением:


"Извини друг, я понятия не имею, о чём ты говоришь".


- Стоп! - вскрикнул от осенившей его мысли Пашка. - Я его не видел и не слышал, а камера продолжала всё записывать.


- Умничка! Молодец! - выговаривал ему Александр, довольный сообразительностью парня.


А тот вновь включив видеокамеру, направив её перед собой, задал вопрос:


- Эй, привидение, ты ещё здесь?


- Тут я, тут, - ответил на камеру Чупов.


Парень, отмотав запись, увидел на дисплее камеры махающее в возбуждении светящимися "обрубками рук" привидение, кричащее:


- Тут я! Тут!


- А чему ты радуешься? - задал вопрос студент.


После просмотра записи получил ответ:


- Тому, что могу разговаривать с живым человеком.


- Тогда понятно. Я тоже рад, что могу поговорить с призраком. Представляю физиономию Унитаза, когда он просмотрит это.


- Унитаза? - переспросил Чупов.


- Да это кликуха лидера наших конкурентов. Мы с ними на форуме обмениваемся информацией. Они позавчера нашли в одном коллекторе разложившийся труп человека, так выпендривались на форуме, что они самые крутые диггеры в городе. А теперь, когда я покажу тебя, посмотрим, кого будут считать настоящими сталкерами.


- Слушай, Паша-Коллектор, мне помощь твоя нужна.


- Даже не знаю, чем я могу помочь призраку?


- Ты можешь на время стать моим переводчиком для живых. В ответной услуге я могу помочь тебе.


Паша задумался. А потом спросил:


- А что ты можешь?


- Могу предметами кидаться.


- Это как?


Чупов изловчившись, поддал по каске на голове Пашки, благо та была не пристёгнута.


- Впечатляет, - подобрал Коллектор катившуюся по полу каску, - договорились, я буду твоим проводником в мир живых, ты организуешь мне вечеринку для команды Унитаза.


- Замётано.


Привидение с человеком не спеша направились в направлении сбежавших Пашкиных друзей.


- Хочу тебя спросить, неужели тебе не было совершенно страшно при встрече со мною?


- А чего бояться? - удивился студент.


- Ну, твои друзья, например, сразу убежали, а ты совершенно спокойно стал общаться со мною.


- Я исхожу из принципа математического единства вселенной, согласно которой всякий структурный элемент материи может находиться в симметрическом положении относительно произведённой ею энергии.


- Такую чушь слышу впервые. Ты на кого учишься?


- Я субъективный математик. А так на философском факультете.


- Тогда понятно, - что было понятно Чупову, он не стал объяснять, а перевел разговор на другую тему. - Куда мы выйдем?


- Минут через двадцать должен быть выход наверх. В этом ливневом стоке через равные промежутки есть люки на поверхность.


Дойдя до выхода, Паша обнаружил, что тот не открывается.


- Я сейчас выясню в чём проблема, - Чупов без труда пролетев через чугунный люк наверх, увидел, что на нём припаркована машина. - Не получится открыть. Газель на нём.


- Так сдвинь её, ты же умеешь.


- Я только мелкими предметами могу работать, вилки, ложки. Бутылку могу разбить или окно, но не тяжести передвигать.


- Верно, у тебя же позвоночника нет. Раз нет основы, значит, нет силы. Это ещё Архимед доказал.


- Вот и я о том же говорю, пойдём к другому люку.


- Пойдём, - согласился Паша, - только тут есть путь короче. Это секрет нашей команды. Мы знаем выход из этого ливнестока в метро.


- Даже не предполагал что такое возможно.


- Странный ты призрак, живешь в подземелье, и не знаешь его.


- Я же говорю, что умер не так давно.


- А чего же тогда под землю спустился, грешен?


- Да. Меня черти в ад забрали.


Паша-Коллектор даже остановился:


- Врёшь? Как ты смог из ада сбежать?


- Не сбегал я. Меня черти сами отпустили.


- А с каких это пор черти такие добрые стали, что отпускают грешников.


- Да меня на двести лет отправили поработать наверх собирателем людских душ.


Коллектор снова остановился:


- Так я не понял, ты хочешь, чтобы я тебе помогал в этом деле? Тогда я пас, работать на тёмную энергию не буду.


- Нет, я прошу тебя помочь только спасти пару людей.


- Тоже грешников?


- Одна из них безгрешна, моя дочь, которая неизлечима больна. Другой мой друг, который грешен и находится сейчас при смерти. Я не хочу, чтобы их души попали в ад.


- А почему ты решил, что душа твоей дочери попадёт в ад, ты же говоришь, она безгрешна.


- Я сам не знаю, почему я так решил, скорее нехорошее предчувствие у меня. Собственно поэтому и вернулся под землю, хотел спуститься в ад и попросить моих работодателей не трогать семью и друзей.


- И что...


- Да то, что не знаю дороги в ад. Думал просто спуститься под землю, но ничего не получается. Вначале погружался в землю легко, а потом с каждым метром стал вязнуть в почве.


- Получается, ты не знаешь дороги в ад?


- Получается так. Может ты, как студент философского факультета, подкинешь мне идею, как умершему грешнику вернуться в ад.


- Я подумаю над этим вопросом. А за какие грехи в ад забрали? Ты маньяк? Убийца?


- Нет, я ни тот, ни другой. Я полицейский следователь.


- О! Тогда это серьёзно. Ещё в Библии сказано: "Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить".


- Теперь я это понял.


- Ладно, призрак, не горюй. Паша-Коллектор поможет тебе. Да, а как тебя звали в человеческом мире.


- Александр Чупов.


Вновь Паша остановился:


- Так ты есть тот самый Чупов? Тот придурок, что моего родного папашу якобы за взятку упрятал на зону?


- Фамилия отца?


- Рублёв.


- Вспомнил. Извини, мне тогда эта фамилия не понравилась.


- И только из-за фамилии ты упёк моего отца за решетку! - вскипел Коллектор. - Да знаешь кто ты после этого? Чтобы я помогал такому уроду? Да катись ты со своими друзьями обратно в ад!


Паша, повернувшись спиной к Чупову, быстрым шагом зашагал прочь от него.


Александр не стал его догонять. Сейчас он испытывал ранее неизвестное ему чувство. Это новое состояние его души было мучительно. Он впервые узнал то, что люди называют стыдом.


Душа Чупова медленно плыла в канализационной трубе, беспорядочно мерцая, она словно потеряла покой:


- Господи! Что же я творил в этой жизни? Почему я приносил одно горе людям? Неужели за прожитую жизнь я не сделал ни чего хорошего, не сотворил ни одного добра?


Он молил, жаждал услышать ответ. Но ощущал только шум журчавшей воды.


За поворотом он застал сидящим на корточках Пашу, который нервно курил сигарету.


- Здесь? - задал вопрос в пустоту парень.


- Прости, - ответил Чупов на работающую видеокамеру.


- Мне от твоих извинений ни жарко, ни холодно, - ответил Паша просмотрев запись камеры.


- В общем, так, - продолжал парень, - я помогу тебе, но с условием, что ты моего отца освободишь из тюрьмы.


- Обещаю, сделаю всё возможное, что в моих силах, - проговорил на камеру Чупов.


- Ты должен напрячь своих боссов, чтобы они выпустили моего отца из-за решётки.


- Но тюрьмами управляют люди, я не думаю, что демоны могут помочь в этом вопросе.


- Слушай Призрак, я недавно был на свидании у бати, так он мне рассказал, что слышал от знающих людей, что у каждого начальника тюрьмы в кабинете есть телефон прямой связи с Адом.


- Это он верно пошутил.


- Мой отец не любитель шуток. Раз говорит, значит, имеет на то основания. Сам ты до того как стал призраком, верил в их существование?


- Нет. Я всю мистику считал бредом больных людей.


- Вот! А теперь, когда ты на своей шкуре убедился в существовании параллельных миров, почему продолжаешь отрицать возможность наличия связи между тюрьмой и адом? Мне отец рассказывал, что черти скидывают в тюрьму разнарядку на души грешников. Директор тюрьмы отбирает кандидатов и отправляет их души в ад.


- Каким же образом он это делает?


- А то, что в тюрьмах процент суицида во много раз выше, чем в других местах, про это ты знаешь? Так вот начальник тюрьмы по телефону сообщает в ад фамилии тех заключенных, души которых черти могу забрать, и за ними тогда приходят демоны.


Он рассказывал, что к ним перевели одного зека из камеры, где произошло групповое самоубийство. Так этот зэк божился, что видел ночью, как к сокамерникам приходили демоны, и буквально силой затащили в петлю. Утром надзиратели оформили это дело, как массовый суицид, а журналистам слили информацию, что покончившие с собой оставили предсмертные письма, будто они добровольно ушли из жизни. Но на самом деле все было по-другому. Батя говорит, что зэк с той камеры, теперь по ночам перестал спать, всё боится, что за ним то же придут. Засыпает только днём.


- Если это правда, то тогда я смогу по телефону связаться со своим босом.


- Вот и я об этом говорю. А когда ты свяжешься со своим начальством, то должен сказать им, чтобы моего отца освободили из тюрьмы, так как он туда попал из-за твоих ложных обвинений.


- Я исправлю свою ошибку.


- Это не ошибка, это твоя вина! Кроме того за тобой остаётся ещё обязательство устроить шоу для моих конкурентов, диггеров Унитаза. Ты должен так их напугать, чтобы они забыли дорогу под землю.


- Это проще простого.


- Тогда замётано, - отбросив сигаретный окурок в сторону, Паша поднялся, - пойдём, следователь, исправлять твои ошибки.


В метро Паша выполз через небольшой разлом в бетонной стене, выйдя в туннель. Далее метров через двести вышли к станции, на которой было всего несколько человек.


- Только открыли, - пояснил диггер отсутствие народа.


В вагоне душа Чупова, пристроившись на диване рядом с Пашей, продолжала диалог:


- Мне проникнуть в тюрьму не проблема. Если в кабинете у начальника тюрьмы действительно есть телефон, то дальше как? Я же не смогу сам позвонить, помощь нужна.


Студент, прослушав запись в видеокамеры, ответил:


- Если найдешь телефон, тогда в дело вступлю я. Сесть в тюрьму не проблема, вот пробраться в кабинет директора будет сложно. Но думаю, с твоими способностями мы сможем.


В вагоне напротив сидела два парня, которые с интересом наблюдали за Пашей, как он разговаривает сам с собой. Одетый в старенький непромокаемый комбинезон, с надетыми на ноги сапогами от общеармейского защитного костюма, с каской лежащей рядом и с всколоченными волосами и большими очками, он напоминал человека не сильно нагруженного мозгами. Не заметив у Паши никаких прибамбасов, вроде мобильной гарнитуры, один из парней повертел пальцем вокруг виска:


- Чувак, ты случаем не шизик?


- Что? - не сразу поняв смысл вопроса, переспросил диггер.


- Придурок, с какой дурнушки ты сбежал! - заржали парни.


- Чупов! Они меня оскорбили!


- Чего ты там пробормотал? - поинтересовался один из них.


И тут его бейсболка, слетев с головы, улетела метра на три.


Парень, не понимая в чём дело, бросился её подбирать, протянув руку, чтобы подобрать свою шляпу, как та вновь отлетела к ногам, читающей книгу, женщине бальзаковского возраста. В тот момент, когда парень схватил свою кепку, юбка женщины резко задралась вверх:


- Да что ты позволяешь себе, хам! Я сейчас вызову наряд полиции! - и ткнула кнопку экстренной связи с машинистом. - В вагоне хулиганят! Полицию!


Вместе с этим действием, книга вырвалась из рук женщины и влетела в лицо очумевшему парню, который не столько от силы удара, как от неожиданности свалился с ног. Его друг, только стал подниматься с дивана, как бейсболка его товарища, перелетев через пол вагона, со всего маха нахлобучилась на его голову, заставив его шлёпнуться на своё место.


- Полтергейст в действии! - удовлетворённо воскликнул Паша. - Выматываемся, - обратился он к Чупову.


Пропустив внутрь наряд полиции, вызванный женщиной, студент в сопровождении души Чупова, покинули вагон.


Через час душа следователя находилась в кабинете директора тюрьмы. Сам кабинет ему был хорошо знаком, так как ранее ему неоднократно приходилось здесь бывать по служебной необходимости. А вот за неприметной дверцей, что была в углу кабинета, ему бывать не приходилось. Проникнув в новое помещение, внимательно осмотрел окружающую обстановку.


Да! Здесь был телефон, старый, как в кинохрониках позапрошлого столетия, он висел на стене.


Директор тюрьмы был занят своими обязанностями. Провёл общую планерку с замами, потом с каждым по отдельности обсуждал рабочий моменты. Чупов уже устал всё это наблюдать и слушать, когда из маленькой комнатки донёсся звон.


Начальник тут же выпроводил своего подчинённого, закрыв за ним кабинет на ключ, побежал в тайную комнату, где надсадно трезвонил телефон.


- Ква! - вместо обычного алло проговорил директор в телефонную трубку.


"Значит, не соврал старший Рублёв, и это правда что начальник тюрьмы поддерживает связь с адом", - подумал Чупов.


А директор, перейдя на человеческий язык, выговаривал в телефон:


- Поймите меня правильно, не могу я в этом месяце поставить вам душу грешника. У меня в прошлом месяце три суицида было. Если в этом ещё кто-то покончит с собой, мне начальство выговор объявит.


Выслушав ответ, начальник продолжал приводить аргументы:


- А ещё местные журналисты обратили внимание, что в тюрьме большой процент суицида. Это может вызвать подозрения.


В ответ ему видимо, что-то пообещали, так как он заметно успокоился, и начал обсуждать кандидатов для отправки на тот свет:


- Нет, по 134 статье сейчас нет, могу предложить осуждённого на 4 месяца по 245, за жестокое обращение с животными.


Похоже, предложение устроило ту сторону. Начальник, повесив трубку телефона, достал из холодильника графинчик, налив стопочку холодного напитка, перекрестился, произнеся: "Да простит меня Господь", выпил залпом.


По селектору вызвал к себе начальника режима:


- В сороковой камере у нас сидит такой Кошкин, осужденный по 245 статье, оформи его в карцер.


- За что? За ним нарушений не числится.


- Так надо. Звонок поступил.


- От кого?


- От вышестоящих органов. Понял?


- Понял, - ответил начальник режима, ничего не понимая.


Следом был вызван начальник медицинской части, которому объявил, чтобы тот внёс в медкарту Кошкина, что наблюдается у психиатра.


- А в чём проблема? Кошкин вроде психически здоров.


- Доктор, подумай, ну какой человек вешавший кошек может быть психически здоров? Он настоящий псих. Мне поступила информация, что Кошкин за неимением кошек, сам хочет повеситься.


- Да ну? Не может быть.


- Может. В общем, сам знаешь, оформи документацию так, что бы у прокуратуры не возникало лишних вопросов, - наставлял медика.


ГЛАВА 15


Чупов вернулся из тюрьмы в квартиру Паши. И когда в комнате заморгал оставленный включенный свет, студент понял, привидение вернулось, можно включать переговорное устройство:


- Ну как? - задал вопрос.


Включив видеокамеру услышал:


- Прав твой отец. Есть телефон.


- А батю моего видел?


- Как обещал, проведал. Камера у него нормальная, и сокамерники вроде ничего.


- Смотри у меня Чупов, - погрозил пальцем в пустоту Паша, - пока батя в тюрьме, ты лично отвечаешь за его безопасность.


- Я же обещал.


- Ладно, - успокоившись, продолжил парень, - как звонить думаешь?


- Не смогу я без помощи. Телефонная трубка очень тяжелая, не поднять мне её.


- Нужна помощь живого, - подвел итог студент, - помочь могу или я, или мой отец. Мне для этого нужно попасть в тюрьму, а отцу надо объяснить всё. Думаю, если батяня узнает, что помогать надо тебе, он сделает все наоборот. После того как ты его упёк за решётку, он тебя ненавидит.


- Значит, только ты можешь мне помочь.


- Для начала мне нужно сесть в тюрьму. Ты как следователь должен знать, что мне такое совершить, что бы на короткий срок сесть?


- Проще простого пьяным попасться дорожным инспекторам.


- Тогда действуем.


Паша извлёк из буфета на кухне непочатую бутылку водки. Наполнив на половину гранёный стакан:


- Не люблю эту гадость, но придётся, - и, выдохнув, залпом выпил содержимое. - А теперь в машину.


На своём поддержанном авто он промчался мимо дежуривших на обочине автоинспекторов. Но те не обратили на него никакого внимания.


Развернувшись, и поддав газа, вновь промчался мимо. И вновь никакого эффекта.


- Чего это они?


- Сам не понимаю. Давай ты опять мимо них на скорости пронесись, посигналь там, а я послушаю, что они говорят.


Покинув автомобиль, Чупов подлетел к сотрудникам, а следом давя клаксон, мимо промчался на максимальной скорости, какую только могла развить подержаная российская тачка, студент.


- Вот козёл, достал, - выругался один из инспекторов, - отвлекает от работы.


- Ну что там? - спросил Паша, когда Чупов вернулся в машину.


- Да они там заняты собиранием бабла, им срочно нужна большая сумма, так как вечером идут на юбилей к своему начальнику. А у тебя тачка, которую надо отправлять на металлолом, поэтому они не хотят тратить на тебя время.


- Сволочи, я им сейчас устрою! - разозлился студент.


Резко затормозив возле инспекторов, которые в этом момент обували очередного нарушителя, он заорал:


- Вы мудаки, чего к мужику пристали! Денег хотите с него сорвать! Я сейчас премьер-министру позвоню! Если гражданина сейчас не отпустите, я в администрацию президента позвоню!


- Во бля, - удивленно протянул один из стражей порядка, - а что это очкарик так разорался?


- Взяточники! - орал на них Паша, - я сейчас вас на камеру сниму! - он вытянул свою камеру, наставив её на офицеров.


- Поезжайте гражданин, и больше не нарушайте правил, - отдал инспектор документы нарушителю, у которого только что вымогал взятку, - нам надо теперь с вашим "адвокатом" поговорить.


Видеокамера полетела на асфальт, руки Паши заломили назад, одели наручники.


- Выродки! - кричал он на них.


- А от тебя ещё и алкоголем несёт, - обрадовались инспектора.


- Подумаешь, выпил грамм сто пятьдесят.


- Значит, подтверждаете, что пьяные за рулём были.


- Готов подписать протокол, - согласился студент.


- Похоже, он дурачок, - поделился мнением с коллегой инспектор.


- Да какое нам дело, давай его быстро к судье, и назад работать.


- Да, да, давайте сразу в суд меня! - заверещал Паша.


Суд на удивление был быстрым. Судья, по-видимому, недолюбливающий автоинспекцию, вынес вердикт:


- Штраф тридцать тысяч рублей. Вам понятен приговор обвиняемый?


- И всё? - разочарованно спросил Паша.


- А что вы хотели?


Такой приговор его не устраивал.


- Да за такое, что я натворил меня в тюрьму сажать надо! Я пьяный за рулём ездил, полицейских оскорблял, а вы меня только на месяц прав лишили. Да какой вы на хер судья, вы бумага туалетная.


Судья, грохнув молотком по столу, объявил новый приговор:


- За оскорбление суда шесть месяцев ареста!


Довольный Паша закивал головой:


- Согласен.


- Я же говорил, что придурок, - сказал один инспектор другому, выходя из зала суда.


Через час Пашу доставили в тюрьму.


- Здорово братва, я Паша коллектор! - представился он, когда за ним захлопнулась дверь камеры, и закинул выданный комендантом тюрьмы матрас на свободный шканарь.


- Как ты говоришь, коллектор? - переспросил его один из заключённых, который развалившись на постели, демонстративно потягивал баночное пиво.


- Диггер по кличке коллектор, - с нотками гордости повторил Паша.


- Так вот очкастый унитаз, твоё место возле параши! Это я тебе говорю, пахан по имени Мрамор, - угрожающе заявил тот же зек.


"Похоже, он здесь главный", - подумал студент, и зашептал про себя:


- Давай, Чупов, трюк с ложкой.


- Что ты там, петушня, бормочешь? В глаз хочешь получить?


- Читаю заклинание, - пояснил Паша.


- Сейчас я тебе прочитаю заклинание, - стал подниматься Мрамор.


В этот момент Паша указательным пальцем указал на ложку, лежащую на столе. Та вдруг плавно поднялась в воздух. Пахан, не успевший выпрямиться, так в сгорбленном положении и застыл, изумлёнными глазами наблюдая за взлетающие ложкой.


А та, под бормотание Паши, сделав плавный полукруг, вдруг резко стукнула Мрамора по лбу.


- Объясняю всем здесь присутствующим, - студент обвел всех взглядом, - если хотите чтобы ночью с вами произошло удушье, - при этих словах полотенце, аккуратно сложенное у изголовья кровати, взлетело и обвилось вокруг горла задиристого заключенного, - то могу это устроить.


Эффект полтергейста был потрясающий, у пахана Мрамора, вдруг промокли брюки:


- Ещё один мутант, - плаксивым тоном заканючил зэк.


Паша, забравшись на шканарь, закрыв глаза, стал обдумывать дальнейшие действия. Сокамерники вели себя словно мыши, боясь потревожить его покой. Когда кто-то из них уронил кружку на пол, то Паша слышал, как на него зашипели остальные, мол, не буди колдуна, а то плохо будет.


Паша улыбнулся, думая, что всё-таки великая это сила - магия.


Рано утром в кормушку камеры крикнули:


- Письма, заявления есть?


Паша протянул написанное им ночью заявление начальнику тюрьмы.


Надзиратель, прочитав, прокомментировал:


- Ну-ну парнишка, под дурака косишь?


- Твоё дело доставить заявление по адресу, - ответил студент.


- Вот-вот, мне теперь интересно, сколько суток карцера тебе даст начальник.


Ухмыляющийся надзиратель понёс Пашино заявление в штаб.


- Товарищ полковник, - обратился он к начальнику, - там один хмырь, под дурку косит, - протянул он заяву.


Начальнику тюрьмы


от Паши - Коллектора,


арестованного на шесть месяцев,


пребывающего в камере ?13


ЗАЯВЛЕНИЕ


Прошу Вас вызвать к себе на приём, для совершения телефонного звонка в ведомство находящееся под землёй, именуемое Адом. В противном случае буду жаловаться на вас в прокуратуру, так как вы превышаете свои служебные полномочия, приговаривая осужденных к самоубийству. Мне известно о вашем намерении отправить в ближайшее время в ад душу заключённого Кошаткина, приговорённого к 4 месяцам заключения по статье 245 УК РФ, сидящего в камере ?40.


У начальника по ходу чтения заметно задрожали руки.


- Приведи мне этого козла, - распорядился он.


И как только ввели студента, выпроводил за дверь контролера, оставшись наедине с Пашей, заорал:


- Заняться нечем! В карцер захотел! - потрясал он в воздухе заявлением.


- Начальник, - спокойно перебил его Коллектор, - у моего адвоката лежит, заверенное нотариусом, заявление в прокуратуру, что в вашем учреждении готовится убийство заключённого Кошаткина, осужденного за живодёрство. Мне интересно будет, как вы оправдаетесь, после его самоубийства.


Само собой никакого заявления в прокуратуру у Паши написано не было, он играл ва-банк, и уже притихшему начальнику продолжал втирать:


- К письму приложены аудиозаписи, где вы обсуждаете кандидатуры самоубийц. Думаю, следственный комитет очень заинтересуется, с кем это вы так любите обсуждать эти кандидатуры.


- Кто ты? - дрожащим голосом спросил директор.


- Неважно кто я, и откуда всё знаю. Мне надо сделать звонок по телефонному аппарату, которой находится за дверью, - Паша пальцем показал в направлении тайной комнаты, - после этого компромат на вас уничтожат, заверяю, вас беспокоить более не будут.


Несколько секунд начальник раздумывал, потом произнёс:


- Гарантии какие?


И тут Паша заорал на него:


- Какие на фиг гарантии! Ты, помогающий собирать души для Сатаны, хочешь гарантий! Я сейчас в рай Богу позвоню!


Паша сам не понял, для чего он сморозил эту чушь, про звонок в рай, но это возымело действие. Начальник вскочил со стула:


- Только не в рай. Не надо звонить Богу.


В это время, обеспокоенный Пашиными криками, в кабинет заглянул дежуривший за дверью контролёр:


- Всё нормально?


- Выйди вон! - проорал ему шеф, и снова обращаясь к студенту, стал просить:


- Паша-коллектор, не надо жаловаться Богу. Телефон в вашем распоряжении, - и он протянул руку в направление неприметной дверцы.


Паша поднял старинную телефонную трубку, посмотрев на уставившего на него директора тюрьмы, попросил:


- Оставь меня одного.


Тот послушно прикрыл дверь.


- Давай Чупов, - Паша поднял телефонную трубку над головой, - говори со своими работодателями. И не забудь про моего отца!


Душа Чупова подлетела к трубке. Он не был уверен, что его услышат на том конце, так как обычные люди не слышат голосов призраков, поэтому заорал как можно громче:


- Алло! Вы слышите меня!


- Не кричите, мы слышим, - раздалось в ответ, и далее его спросили:


- Бес, что вы хотите?


- Откуда вы знаете, что я бес? - удивился Александр.


- Вы говорите на языке мёртвых, значит бес. Что вы хотите? - вновь спросили его.


- Соедините меня с Сукиным Сыном.


- Ваш идентификационный номер?


- Какой к чёрту номер! Мне нужно поговорить с Сукиным Сыном!


- Без идентификационного номера мы не можем беспокоить правительство.


- Я его личный агент!


- Минуточку.


Через какое-то время, видимо потраченное на консультации, его вновь спросили:


- Кто ваш куратор?


- Я же сказал вам, что лично работаю на Сукиного Сына! Если вы сейчас же не соедините меня с ним, клянусь, вам отрежут рога, и отправят на каторгу в топку! - заорал в трубку Чупов.


Паша, державший в вытянутой руке, телефонную трубку над головой, не слыша своими человеческими органами слуха, как общаются между собой представители ада, обеспокоенно спросил:


- Чупов! Есть кто на связи? Дай знак, что всё идёт по плану.


Александр не успел ответить на просьбу Паши, в этот момент в глубине телефонной трубки что-то заурчало, напоминая огромный, мощный строительный пылесос, и душа Чупова стала втягиваться внутрь.


Паша ощутил физически происходящее. Трубку, которую он держал поверх себя, вдруг с силой дёрнуло так, что он чудом удержал её в руках, её повело в одну сторону, потом в другую. Она стремилась вырваться, Паша втиснулся в промежуток между диваном и боковой стеной, обхватил трубку второй рукой, нашёл опору для ног. Телефонная трубка с шумом стала втягивать в себя воздух, и студент заметил как образовавшееся слабое, почти невесомое облачко, которое тоненькой струйкой втянулось внутрь. Сразу после этого трубка перестала дергаться.


- Чуп, ты ещё здесь? - тихо спросил Паша.


Никакого ответного знака не последовало.


Коллектор повесил трубку на телефонный аппарат, и стал ждать.


А душа Чупова неслась по телефонным проводам в подвальные помещение тюрьмы, где оборвались в крысиной норе, по которой его засасывало всё далее. Нора перешла в туннель, а он в свою очередь в пещерные проходы, уходящие всё глубже в подземелье. Александр не смог оценить на какое расстояние он углубился, понял, что очень глубоко, возможно он пролетел десятки километров, когда его выкинуло в зал, он прокатился по гранёному полу, уткнувшись в копыта. Посмотрел вверх. Над ним стоял Сукин Сын:


- Ты нашёл пропавшую гниду?


- Нет, господин.


- Тогда какого бога, ты меня беспокоишь?


- У меня есть вопросы.


- Ладно, - чёрт жестом показал ему направление, - следуй за мной.


Чупов вновь оказался в кабинете Сукиного Сына. На этот раз тот не стал предлагать ему закурить, и разглагольствовать на отвлечённые темы, а сразу спросил:


- Нус, какие же вопросики могут быть у умершего грешника?


- Моя дочь, Вера, она смертельно больна.


- Ну и?


- Помогите вылечить её, вы же многое можете.


- Голубчик, ты подписал контракт, согласно которому продал души своих детей.


- Какой контракт? Я продавал свою душу, но не моих детей.


Чёрт выдвинув ящик стола, достал оттуда свёрнутый в рулон лист бумаги, скреплённый печатью сургуча. Он развернул лист перед Чуповым:


- Читай!


Стал читать, и те непонятные живые твари, на которые он смотрел, превращались в буквы, они вылезали из бумаги, выпучивались и извивались, окрашивались в кровавый цвет:


"Я нижеподписавшийся, Александр Чупов, сын рода Чуповых, продаю свою душу и всё связанное с ней, Дьяволу на вечное и безраздельное использование.


В оплату за душу я получаю при жизни право убивать и мучить тела живых существ, купчую на владение имуществом замученных мною. Дьявол обязуется оберегать меня в жизни на земле от преследования человеческих законов, предоставляя мне, возможность творить зло, когда и как я захочу. После смерти Дьявол гарантирует мне пребывание в аду на привилегированном положении, избавляя меня от мук и пыток, умерших в грехе".


Под этим манускриптом было две подписи, одна из них написанная кровью, принадлежала ему. Его кровавая подпись в этом документе не засыхала и не сворачивалась, она была такой, как будто кровь только что пролили на лист бумаги. Вторая подпись была чёрного, угольного цвета, от неё явственно несло запахом разлагающейся плоти.


- Вторая подпись моя, - произнёс Сукин Сын, - я заверил твоё добровольное согласие на продажу души.


Чупов не помнил, как он подписал этот контракт. Впрочем, он и не собирался отказываться, так как знал, что совершал грехи и теперь должен был за них ответить.


- Хозяин, - обратился он к Сукиному Сыну, - прошу не за себя, за дочь.


- В подписанном контракте ты продал нам её.


- Но этого нет в контракте! - закричал Александр.


- Там написано: "Продаю свою душу и всё связанное с ней", согласно этому теперь твой род до седьмого колена проклят и принадлежит нам! - заорал чёрт.


- Я прошу, освободите дочь, она же не виновата, - молил Чупов Сукиного Сына.


- Нет! Со своей душой, ты продал нам и души твоих потомков. И поверь мне, их безвинные души для нас ценней, чем твоя загнившая душонка.


А теперь ступай обратно в человеческий мир работать. И найди наконец, своего пропавшего врага.


Чупов почувствовал, как его начинает засасывать обратно наверх, но прежде чем покинуть Ад, попросил:


- Сейчас в человеческой тюрьме находятся отец и сын с фамилией Рублёвы, они мне нужны на воле для поиска пропавшей гниды.


- Хорошо, я распоряжусь, чтобы их освободили. Но после того как ты найдёшь пропавшего врага, ты убьешь Рублёвых.


Вихрь понёс душу Чупова вверх, не дав ему времени отказаться от убийства.


Паша вздрогнул от неожиданности, телефон на стене неистово задребезжал. Снова в комнату заглянул директор тюрьмы, вопросительно уставившись на студента, не решаясь сам снять телефонную трубку.


Коллектор, подойдя к аппарату, поднял трубку, из которой сразу ощутил выходящую струю воздуха, а потом услышал квакающую человеческую речь:


- Пригласите директора тюрьмы, - раздалось оттуда.


- Это вас, - протянул трубку Паша начальнику тюрьмы.


- Меня? - начальник трясущимися руками взял трубку. - Слушаю, - тихо произнёс он в неё.


- Ква, ква, - далее что-то неразборчиво, а потом Паша явственно услышал фамилию Рублёвы.


- Слушаюсь, - ответил начальник тюрьмы, и положил трубку на аппарат.


- Что? Что тебе приказали? - потребовал Паша ответа от директора.


Тот устало подошел к холодильнику, достал графинчик с водкой, налил себе и студенту:


- После каждого разговора с ними, - он кивнул на телефонный аппарат, - снимаю напряжение. Давай выпьем.


Проглотив спиртной напиток, директор ответил:


- Мне приказали освободить тебя и твоего отца. Первый раз получил указание кого-то освободить из тюрьмы. Ты наверно важная шишка?


- Раз приказали, то выполняй, - Паша не стал ничего объяснять директору.


Через час его с отцом освободили из тюрьмы, досрочно, за хорошее поведение. Как этот трюк удалось провернуть начальнику тюрьмы, Пашу не интересовало.


- Не ожидал сын, как тебе удалось вытащить меня из тюрьмы? - обнявшись, с Пашей за воротами тюрьмы, спросил старший Рублёв.


- Давай, Батя, дома поговорим, - и, поймав такси, отправились на квартиру.


- Что? Эта сволочь помогла мне выйти из тюрьмы? Да я лучше до конца жизни проведу там, только не приму помощи от этой мрази! - орал старший Рублёв, узнав от сына историю своего освобождения.


- Батя! Да он стал другим, он осознал, что виноват, просит у тебя прощения, - пытался успокоить своего отца Паша.


- Не поверю, чтобы такой человек, как следователь Чупов, мог измениться и стать другим. Сынок, ты даже представить не можешь, какая это тварь. Он же испытывает радость, мучая людей.


- Отец, я же сказал тебе, он уже не человек. Он стал призраком, его душа теперь принадлежит Сатане.


- В аду и есть его место! Я никогда не прощу его! - кричал разгневанный отец Паши.


Вдруг зеркало в комнате треснуло, и на пол посыпались осколки.


- Он, что здесь в комнате?


- Да, отец, дух Чупова здесь, и слышит тебя.


- Слышит! - обрадовался старший Рублёв, - так слушай, мразь, какого я мнения о тебе! Слушай паразит, что я тебе скажу...


- Отец! - перебил его Паша. - Отец! Не уподобляйся злу! Выслушай и прости!


Увидев на ресницах сына заблестевшие слёзы, отец замолчал.


- Говори, - обратился Паша к Чупову, включив на запись видеокамеру.


- Вы правы, говоря, что я заслужил наказания за свои грехи. Я не ищу искупления, буду всегда помнить, за что дано наказание. Но прошу Вас, умаляю, помогите спасти дочь. Я, подписав соглашение с Тёмным Миром, продал не только себя, но и души потомков. Пожалуйста, молю Вас, помогите мне исправить этот грех, освободить душу дочери от зла. Она не такая, как я, она светлая. Помогите, прошу вас люди!


- Да, Чупов, натворил ты дел, - произнес, после просмотра записи старший Рублёв, - у меня раньше даже такой мысли не было, что ты будешь просить меня о помощи. Презираю тебя, каждой клеточкой своего тела, всей душой - ненавижу. Хочу, чтобы ты твёрдо знал, помогать буду не тебе, а твоей дочери, надеюсь, она не похожа на тебя.


- Спасибо.


- Не нужны мне твои спасибо, - огрызнулся старший Рублёв, - рассказывай отморозок свою историю.


Александр изложил последние события своей жизни.


- Что думаешь, отец, - поинтересовался Паша.


- Думаю, помочь может только пропавший Гусев.


- А может попробовать обратиться к церкви. Проведут очищение души Чупова, глядишь, и проклятье снимется.


- Не поможет.


- Почему? Церковь может простить своих раскаявшихся грешников.


- Сын, в нашем мире есть принцип разделения добра и зла. Если бы только Бог мог всё изменить, то не было бы в мире стольких несчастий. Сатана собирает души не только грешников, но и их потомков. Сыновьям приходится расплачиваться за грехи своих отцов, согласно закону мироздания.


- Откуда ты это знаешь.


- Книги читать надо.


- А чем Гусев сможет помочь?


- Пока сам не знаю, но раз судьба Чупова завязана на нём, то и развязка там же.


- Едем в больницу, - подвёл итог младший Рублёв, вставая со стула.


К больнице подъехали втроём, правда видимых было только два человека, душа Чупова парила над стареньким авто.


- Вы к кому? - спросила их дежурившая на коридоре постовая медсестра.


- В тринадцатую палату, к больному пострадавшему в автомобильной аварии.


- Он в коме, на искусственном жизнеобеспечении, к нему нельзя.


- Нам можно.


- Нет нельзя! - настойчиво заявила медсестра.


И тут она вновь услышала голос внутри себя:


- Оля, пропусти этих людей.


Сестричка застыла в ступоре, уставившись широко раскрытыми глазами в пустоту перед собою.


Паша-коллектор по происходящему догадался, что перед ними та медсестра отделения, о которой им рассказывал Чупов, обладающая способностью слышать призраков, без всяких электронных записывающих устройств.


- Он тоже с нами, - указал большим пальцем в пустоту Паша, и подмигнул девушке.


- Вы тоже это слышали? - обрадованно спросила она его.


- Скажем, догадались, что ты общаешься сейчас с нашим другом.


- Врагом, - поправил сына старший Рублёв.


- Ой, я так рада, что я не сумасшедшая! - воскликнула девушка. - Я так испугалась тогда ночью, когда впервые услышала эти голоса, уже думала идти ложиться в дурнушку.


- Тебя Олей зовут? - скорее утвердительно, чем вопросительно спросил Паша.


- Да. А вы откуда знаете?


- Он сказал нам, - студент опять махнул рукой в пустоту. - Я диггер Паша-коллектор, - представился девушке.


- Диггер это профессия такая? - поинтересовалась она.


- Нет. Это образ жизни, можно сказать состояние души... - Паша пустился в рассуждения о смысле существования в жизни, но отец, положив ему на плечо руку, перебил:


- Пошли сын, у нас ещё много дел.


- Не возражаешь, если мы пройдём? - поинтересовался Паша.


- Да, пожалуйста, - улыбаясь, ответила ему девушка.


- Спасибо.


Они двинулись в направлении тринадцатой палаты, а девушка между тем вновь услышала голос:


- Прости меня Оля, что напугал тебя в ту ночь. Мне теперь стыдно, что я так поступил.


- Да ладно, я уже забыла, - примиряюще ответила девушка,- вы привидение, которое осталось в больнице после смерти пациента?


- Нет. Я пришёл сюда с другом, который сейчас в коме.


- Это из тринадцатой платы?


- Да.


- Он тоже всё слышит и видит вокруг?


- Да он всё слышит и видит, но у него есть ещё живое тело, которое он не может оставить.


- А если он оставит его.


- Тело умрёт.


- И также станет привидением?


- Нет. Он попадёт в ад.


- Какой ужас. За что?


- Из-за меня. Я, Оля, много глупостей наделал в жизни, вот теперь пытаюсь исправить.


- А ваши знакомые? Почему один из них назвал вас другом, а другой врагом?


- Один из них меня простил, другой нет.


- Что же вы такое натворили?


Но в этот момент к девушке подошёл, наблюдавший за ней некоторое время, парень из седьмой палаты:


- Что? Опять шизуешь?


- Смирнов, отстань от меня, - попыталась отвязаться Оля он назойливого парня.


- Я, между прочим, могу сейчас сходить к главному врачу, и рассказать, как ты сама с собой разговариваешь, - с ехидством заявил тот.


- Флаг тебе в руки, только исчезни с моих глаз.


- Когда тебя определят в дурку, я тебе, Оля, передачи буду носить, - засмеялся парень.


У девушки от обиды навернулись слёзы на ресницах, и в это время, лежащий на столе журнал назначений, сам собой взлетел в воздух, и с маху шлёпнул парня по макушке. Не очень сильно, но так, что тот попятился, смотря во все глаза, как журнал, описывая полукруг, готовится вновь спикировать на голову.


Развернувшись, бросился бежать, но журнал, догнав, нанёс ему ещё один шлепок по мягкому месту, от чего парень взвизгнул.


Оля заливалась смехом, наблюдая за убегающим.


- Теперь он к тебе точно не подойдёт, правда будет всем говорить, что ты ведьма.


- Пусть треплется, главное чтобы не доставал более. Надоел со своими приставаниями.


- Ну ладно, Оля, я поплыл к другу.


- Пока, - помахала рукой в пустоту.


Когда Чупов проник в тринадцатую палату, то застал картину: Паша-коллектор пытался с помощью видеокамеры вступить в контакт с коматозным пациентом, но что-то у него не клеилось, от этого диггер нервничал, и кричал, обращаясь к телу больного, подключённого проводами к разным приборам:


- Вова! Я знаю, ты меня слышишь! Ответь на камеру, что слышишь меня!


Вовчик, увидев душу Чупова, обрадовался:


- Достал меня этот экспериментатор. Что это за чуваки ко мне в палату заехали?


- Это друзья Вова.


- Так чего он носится вокруг моего тела с видеокамерой?


- Пытается с тобой поговорить.


- Так, я ему же отвечал.


- Значит, он тебя не слышит.


Чупов ответил на видеокамеру Паши:


- Мой друг слышит тебя, но, похоже, люди находящиеся в коме не могут общаться подобным образом.


- А тогда понятно, а я подумал, камера сломалась, - успокаивающе ответил Паша.


- Володь, как дела со здоровьем твоего тела? - поинтересовался Чупов.


- Ничего хорошего, доктора приходят, вертят мой организм, иглами колют, а я ничего не чувствую. Как считаешь, я умру?


- Друг, я сделаю всё, чтобы этого не произошло.


- Если всё же умру, я тоже попаду в ад?


- Да.


- И стану таким же привидением как ты?


- Нет?


- А что же со мной будет?


- Лучше тебе об этом не знать.


- Всё так плохо?


- Хуже чем ты можешь представить.


- А как же ты избежал этого?


- Я продал не только душу, но и своих потомков.


Вова замолчал, обдумывая услышанное, а потом внезапно сказал:


- Мне повезло, что я сирота. Иначе Хотабыч и меня заставил продать своих родных. А так я просто грешник, который в ответе только за свою душу.


Чупов виртуально пожал плечи души своего напарника по несчастью:


- Держись. Ещё не всё потеряно.


Проведав находящегося в коме, душа Чупова вместе с Рублёвыми направились на поиски Гусева.


Но прежде Паша решил подключить к делу медсестру. Объяснив, что разговаривать с Чуповым напрямую через переводчика намного проще и быстрее, чем через видеокамеру.


- Оля, поможешь нам?


Девушке Паша видно понравился, да к тому же она теперь совершенно перестала бояться призрака Чупова, поэтому согласилась:


- Я только надолго не могу покидать свой пост, вдруг что случится.


- Нам только найти человека одного надо. Он лежит в вашей больнице с ножевым ранением живота.


- Так это вам надо в отделение полостной хирургии.


- Проводишь?


- Сейчас, только отпрошусь у старшей медсестры ненадолго, - и девушка скрылась в кабинете начальницы.


Уже через пять минут они поднялись на лифте в полостное отделение. Там дежурившая медсестра была подругой Оли, узнав кто им нужен, та затараторила:


- Знаю. Есть у нас этот больной. Что тут было, - она даже всплеснула руками, - он с ума сошёл, убил своего охранника и спрятал труп под кровать. Никого не узнает, бормочет непонятный бред. Сейчас лежит привязанный, а то все норовил выскочить в окно. Успокаивающие лекарства, несмотря на высокие дозировки, оказывают на него слабое действие. Как только заживет послеоперационный шов, его отправят в психиатрическую больницу.


- И что никто не знает, почему он чокнулся?


- Вот именно, все произошло так быстро, за несколько минут крыша съехала.


- Можно мои друзья осмотрят палату.


- Но там теперь полиция дежурит, посторонних никого не пускают.


- Дай им одеть медицинские халаты.


Дежуривший возле палаты полицейский принял Рублевых за врачей, и вместе с сопровождающей медицинской сестрой пропустил, не задавая вопросов.


Гусев с бледным лицом, безумными глазами смотрел на вошедших людей.


- Здорово Гусев! Как себя чувствуешь? - спросил Паша.


В ответ тот заголосил на странном языке. Младшему Рублеву эти квакающие звуки, что-то напоминали. Где-то совсем недавно он слышал похожее.


- Чупов, что думаешь об этом? - задал вопрос Паша.


- Определенно язык чертей, - воспроизвела вслух ответ Оля.


Рублевы предприняли ещё несколько попыток вступить в контакт с Гусевым. Но всё оказалось напрасным. Больной был явно неадекватен, вращал зрачками, орал на лягушачьем языке, пытался выпутаться из удерживающих пут.


- Бесполезно, - махнул рукой Рублев старший.


Принялись внимательно осматривать палату.


Очень внимательно осматривали каждый сантиметр площади помещения, надеясь найти хоть какую ни будь зацепку. Обшарили каждый уголок, заглянули во все возможные ниши и места.


В конце концов, нашли несколько странных частиц, или крошек как обозвал их Паша, а также несколько волосинок.


- Да не густо, - прокомментировал старший Рублёв, потом обратился к Чупову, - ты, полицай, сам что считаешь?


- Думаю наведаться на свою бывшую работу, возможно, что удастся узнать там. Мне ведь теперь не проблема влезть в любой сейф, - воспроизвела ответ Оля.


- Ну, давай, попытай счастья в полицейском логове, а я пока займусь найденным материалом.


- И что ты будешь делать с этими волосками, ведь на экспертизу отдать мы их не сможем.


- Я сам проведу её.


- Как? Вы же администратор в институте?


- Чупов, вы сфабриковали моё дело, засадили в тюрьму, и не удосужились изучить мою биографию?


- Мой отец по профессии учёный-генетик, - гордо пояснил Паша, - это он после смерти матери, что бы поднять меня на ноги сменил деятельность. Сами знаете, какая зарплата учёного в нашей стране.


- Простите.


- Да уже надоел ты со своими извинениями. Проси их у других обиженных тобою людей. Мне они ни к чему. Я же сказал тебе, помогаю только ради твоей дочери. Да кстати нам нужно посмотреть на неё.


- Отведи людей в детское отделение, - попросил Чупов Олю.


Они вошли в палату. Женщина, подняв склоненную голову, посмотрела на них усталыми глазами. Мужчина, который по возрасту был ей ровесник, подошел к ней, и протянул руку:


- Здравствуйте Анна.


- Здравствуйте, - она выжидающе смотрела на него, в накинутом медицинском халате он походил на доктора, тем не менее, она уточнила, - вы врач?


- Нет, Анна. Простите, ваш муж не сказал мне как вас по отчеству?


- Анна Ивановна. Вы знаете моего мужа?


- Имел несчастье познакомиться.


- А, вы верно один из его подследственных.


- К моему сожалению, пришлось им быть, но сейчас я по другому вопросу.


- Я слушаю вас.


- Анна Ивановна, несмотря на то, что с вашим мужем у меня были, скажем, так, не совсем дружеские отношения, я пообещал ему помочь в выздоровлении Веры.


- Мой муж? Он знает, что Вера в больнице в тяжёлом состоянии?


- Он недавно это узнал.


- А где он сам?


- К сожалению его больше нет.


- Как нет!


- Извините, если быть точнее, его нет среди живых.


- Я вас не понимаю, он?


- Соболезную.


Аня закрыла лицо руками и заплакала.


Рублёв старший, положив ей на плечо свою ладонь:


- Анна, не надо плакать, я хочу вам помочь.


Женщина разрыдалась, всхлипывая она говорила:


- За что? За что Бог наказал меня?


Рублёв чуть приобняв её, успокаивал:


- Я сделаю все, чтобы помочь вам.


- Кто вы на самом деле? - она посмотрела ему в глаза.


- Какие у вас глубокие глаза, - тихо произнёс Рублёв, потом опомнившись, добавил - извините, я учёный. Я обещал вашему покойному мужу, что помогу ему вернуть здоровье Вере.


- Но вы же сказали, что не являетесь врачом.


- По профессии я генетик.


- У Веры генетическое заболевание?


- В определенной степени да. Болезнь вашей дочери связана с проклятьем.


- С каким проклятьем? О чём вы говорите?


- Я объясню вам всё позже. А сейчас с вашего позволения я хотел бы задать несколько вопросов Вере.


- Вы сумасшедший? - не то, спрашивая, не то, утверждая, проговорила мать больной девочки.


- В данном контексте подойдёт слово экстрасенс, - опроверг её умозаключение Рублёв.


- Учёный и экстрасенс, эти понятия не совместимы. Они больше антагонисты, чем синонимы.


- Я то же раньше был такого мнения, но после встречи с душой вашего умершего мужа, стал придерживаться другой точки зрения.


- Вы хотите сказать, что можете общаться, с умершими людьми.


- Не я. Вот эта девушка, - и он указал на Олю, одетую в медицинскую форму, - может. Ну, ещё мой сын, - он представил юношу, - тоже может, правда с помощью современной электронной техники.


- Вы сказали, что хотите задать несколько вопросов моей больной дочери, но она ведь не умерла? Значит, вы также можете общаться с людьми находящимися в коме?


- Нет. Общаться мы можем только с вашим покойным мужем, но он может разговаривать со своей дочерью.


- Какой бред вы говорите. Пожалуйста, уйдите.


- Оля, - обратился старший Рублёв к медсестре, - спроси, что происходило в палате до нашего прихода.


Но девушка сразу стала отвечать:


- Они слышат ваш разговор, и Вера, через своего отца, просила передать вам: "Мама я очень люблю тебя. Поверь этим людям, они говорят правду. До того как они зашли, гладила ладонью по моим волосам, и шептала, что я красавица и принцесса, а когда поправлюсь, уедем путешествовать на Алтай, как ранее мечтали".


- Этого не может быть, - тихо произнесла мать девочки.


- Анна Ивановна, - вновь обратился к ней старший Рублёв, - это всё реально. Правда, общаться с вашей дочерью мы можем только через Чупова.


- Это правда? - с надеждой спросила она.


- Сын, - позвал Рублев Пашу, - включи видеокамеру, пусть Анна Ивановна, сама спросит.


- Вы задавайте свой вопрос вслух, а я запишу ответ вашего покойного мужа на камеру, - пояснил Паша женщине.


Мать больной девушки подняла голову, словно интуитивно почувствовав, что там под потолком, сейчас находятся родные ей души:


- Саша, - обратилась она к мужу, - ты действительно можешь разговаривать с нашей дочерью?


Студент, перемотав запись видеокамеры обратно, удовлетворённо показал:


- Смотрите.


На мониторе видеокамеры был флюктуирующий образ человека, который ответил:


- Аня, я натворил бед в жизни. Если сможешь, прости. Наша дочь рядом со мной, она всё слышит, и переживает за тебя.


Глаза женщины засветились радостью:


- Вера, доченька моя, ты рядом со мною, малышка родная!


- Вера говорит, - вновь для быстроты, начала переводить через Чупова Оля, - что вам надо отдохнуть, что ей больно видеть вас страдающей. Она говорит, что с ней ничего плохого сейчас не произойдёт. И клиническая смерть, что была пару раз, более не произойдёт. Она так любит вас... - и Оля вдруг заплакала.


- Оля, ты чего? - приобнял её Паша.


- Мне так жалко этих людей, - и уткнулась лицом в грудь студента.


- Прекратить истерику! Девушка, вы медицинский работник, следовательно, свои эмоции должны держать в руках, - отчитал её отец Паши.


- Я больше не буду, - вытирая рукавом слёзы, пообещала Оля.


- Итак, перейдём к делу, - продолжил старший Рублёв, - хочу спросить больную, с тех пор как ваше тело потеряло сознание, с вами что ни будь, происходило неординарное?


- За исключением, того что два раза наступала клиническая смерть, ничего. Я слышу и вижу окружающее, но меня, кроме отца никто.


- Я так понимаю, клиническая смерь, наступает, если ваша душа пытается отдалиться от тела?


- Да, один раз я вышла из палаты вслед за матерью, другой раз за отцом.


- Очень хорошо, что сейчас ваше состояние стабильное. Вера, я с вашим отцом, помогу вам. Считаю, что мы вскоре найдём способ вылечить вас.


- Спасибо вам, я очень надеюсь, - передала Оля слова больной девушки через её отца.


- Анна Ивановна, - старший Рублёв взял женщину под руку, - давайте я отвезу вас домой, не забывайте про сына, соседям, у которых он сейчас, тоже надо отдохнуть. Вечером я приеду к вам и расскажу, как продвигаются наши дела.


- Мама, со мною всё будет хорошо, - вновь передала Вера.


Выйдя из больницы, старший Рублёв отвёз Анну домой, а потом вместе с сыном направился и институтскую лабораторию.


Чупов попросив Олю приглядывать и за дочерью, и за другом Владимиром, отправился на свою бывшую работу, в надежде найти следы пропавшего Гусева. Вечером, как они все договорились, должны были встретиться на квартире Чуповых и обсудить результаты поиска.


Александр Чупов вновь оказался на своей бывшей работе, где провёл столько лет. Он шёл по коридорам полицейского отделения, а сквозь него проходили сотрудники и задержанные преступники. Остановился перед бывшим своим кабинетом, на двери которого теперь прикреплена табличка с именем другого следователя. Странное ощущение охватило его душу, нет он не испытывал ностальгии, скорее это была смесь тихой радости и умиротворённого спокойствия. Сейчас он радовался тому, что не работает в этой организации, больше ему не надо допрашивать и унижать людей. И это чувство давало ему сейчас ощущение покоя.


"Столько лет я потратил в пустую", - думал он, - "Зачем я держался за эту работу? Почему не ушёл отсюда"? - задавал он себе вопросы.


Чупов так и не вошёл в свой кабинет, ему было противно оказаться вновь там, откуда начался его путь в бездну.


Он прошёл к кабинету начальника, и спокойно, будто и не было никакой двери, вошёл внутрь.


Полковник Крылов вёл совещание. За длинным столом в кабинете сидело несколько сотрудников, почти всех он знал.


- Что мы имеем по убийству частного охранника в больнице, - задал вопрос подчинённым Крылов.


"Во время я подоспел", - подумал Чупов.


- Согласно показаниям больного из соседней палаты, он видел, как погибший охранник заходил к Гусеву в сопровождении медицинской сестры, которую он наблюдал лишь сзади, но уверяет что она молодая, и никогда раньше её не встречал в отделении.


- Почему же он так уверен в этом, если он не видел её лица?


- Говорит, такой сексапильной фигурой никогда раньше не любовался.


- А сколько лет этому больному?


- Без года семьдесят.


- Ого, седина в бороду - бес в ребро.


- В общем, товарищ полковник, как мы установили, этот старик был последний, кто видел живым охранника. Интересно то, что дед, захотел получше рассмотреть незнакомку, прождав примерно час ни куда не отлучаясь, и вовремя того как к Гусеву в палату заходил лечащий врач, а потом и постовая медсестра, заглянул туда и сам, - докладывающий замолчал.


- И что? - не выдержав паузы, спросил полковник.


- В палате не было ни медсестры, ни охранника.


- Охранник видимо был уже под кроватью, а медсестра могла спрятаться в кабинке санузла.


- Свидетель тоже предположил, что они, где-то спрятались в палате. Поэтому продолжил свои наблюдения. Наконец вышла сексапильная медсестра, сходила за гипсом, и вернулась в палату к Гусеву.


- Так, где же словесный портрет этой таинственной медсестры? - перебил докладывающего сотрудника Крылов.


- Товарищ полковник, возникли некоторые трудности. Старик не запомнил лица.


- Он что маразматик?


- Говорит, что когда она возвращалась с гипсом обратно в палату к Гусеву, проходя мимо него, плюнула ему в глаза. После чего он не может вспомнить её лицо.


- Чертовщина, какая-то.


- Скорее гипноз. Мы нашли специалиста в этой области, который сумел разблокировать память старика. Под гипнозом был составлен словесный портрет подозреваемой женщины.


Полицейский, довольный своей проделанной работой, достав из папки ксерокопии рисунка, стал раздавать всем присутствующим на совещании.


Чупов узнал Татьяну. Сделанный словесный портрет не оставил никаких сомнений.


- Подозреваемая, - продолжал докладывать сотрудник полиции, - не является сотрудницей больницы. На данный момент её личность не установлена.


- Итак, - Крылов начал отмечать карандашом в своём блокноте, - мы имеем: первое - женщину, одетую в форму медицинского работника, второе - труп охранника, убитого с помощью инъекции сильнодействующего вещества в сердце, - третье невменяемого Гусева.


- При осмотре места происшествия, - начал докладывать бывший сослуживец Чупова, - были обнаружены остатки гипса. Но мы не смогли понять, для чего он использовался. Весь пол в палате исчерчен пентаграммами, значения которых тоже не известно. Консультант из института изучения религий, таких не встречал. Но некоторые детали рисунков, по его мнению, напоминают очертания сатанинских пентаграмм.


- Чертовщина какая-то.


- Вот-вот, самая настоящая чертовщина! - вступил в разговор, незнакомый Чупову сотрудник.


"Из новых видимо", - подумал Александр.


А новенький продолжал докладывать:


- Товарищ полковник, выполняя ваше поручение, поехал за результатами вскрытия погибшего Чупова, так вот он оказался живым! - воскликнул молодой сотрудник.


- Это не может быть, - произнёс Крылов, - я сам, лично, выезжал на место происшествия, и видел тело Чупова, оно мертвее мёртвого. Не может человек жить после того, как ему все мозги из головы вышибли.


- Получается, что может, так как во время вскрытия пришёл в себя и сбежал с морга. Это подтверждают многие студенты медицинского вуза, присутствующие на вскрытие, да и сам патологоанатом, который после этой истории с сердечным приступом попал в кардиологию.


- Так может Чупов причастен в убийстве охранника из больницы. Не получилось сразу убить Гусева, вернулся доделать свое тёмное дело? А неизвестная медицинская сестра, его сообщница?


- Не складывается по времени. Патологоанатомы точно установили время смерти охранника Гусева, в это тело Чупова было ещё в морге без сознания.


- А где он сейчас, этот Чупов?


- А дальше, товарищ полковник, вновь начинается чертовщина. Мы нашли таксиста, который подвозил Чупова. Далее не составило труда определить, что Чупов из морга проследовал на квартиру к своему подельнику по криминалу, некоему Владимиру Барыгину. Далее они вместе выехали в направлении больницы, где должен быть на лечении Гусев, но не доехали, попав в аварию. Барыгин в тяжёлом состоянии доставлен в больницу и сейчас находится в коме, а вот с Чуповым есть странности.


- Какие?


- Его труп найден на месте аварии, но как говорят очевидцы, он ещё некоторое время был жив, и даже стоял рядом с ними. А потом вдруг помер.


- А в чём странность?


- Да в том, что наши эксперты, и врачи скорой которые выезжали на место аварии, уверяют, что Чупов не мог быть живым, так как мёртв уже давно.


- Получается живой мертвец?


- Вот именно, товарищи полковник, самый настоящий живой мертвец.


- А сейчас он где?


- В морге лежит мёртвый, но мы на всякий случай оставили рядом с ним охрану, чтобы вновь не сбежал.


Полковник Крылов, с минуту задумавшись, молчал, потом произнёс:


- Чупов был хорошим следователем, никогда не брал взяток, держался принципиальных установок. Но мне всегда казалось, что его место не здесь, не создан он для следовательской работы. Повторяю, как профессионал он был хорош, но ему не хватало человеческих качеств. Уж очень он был жесток к своим подследственным, всегда добивался в судах максимальных приговоров. Это конечно не плохо по отношению к негодяям, но у Чупова все были равны, и даже человека искренно раскаивающегося, он добивал до конца. А после дела с пропавшим миллионном бизнесмена Гусева, его вовсе снесло с катушек. Связался с наркоманами, бандитами, бросил семью. Я слышал, что его дочь сейчас в тяжёлом состоянии находится в больнице.


Полковник закончил говорить, и в кабинете повисла пауза. Старые работники, знавшие Чупова, молчали, думая о своём бывшем сослуживце. Молчание нарушил новый, молодой сотрудник:


- Похоже, этот Чупов и довёл своего ребёнка до больницы. Я слышал, что у неё возникла опухоль головного мозга на нервной почве.


Как невыносимо плохо стало Чупову от этой фразы. Этот незнакомый следователь, сказал в самую точку истины, именно - он, отец, виноват в страданиях своей дочери, так как продал Дьяволу не только душу, но и потомков.


Его душе стало мучительно горько от содеянного. Чувство вины давило с такой страшной силой, что он стал задыхаться почти физически, и хотя у него в этом нынешнем состоянии не было лёгких, ему просто было необходимо ощущение глотка свежего воздуха. Дух Чупова, пребывал в крайнем эмоциональном возбуждении. Он вылетел через оконного стекло кабинета начальника на улицу.


- Что это?


Все участники совещания обернулись на покрывшее трещинами стекло.


- У меня такое ощущение, что дух Чупова присутствует здесь, - выдавил из себя кто-то находящийся в кабинете.


- Мистика какая-то, - проговорил Крылов.


А душа Александра Чупова металась над городом.


"Я виноват! Виноват в страданиях невиновных граждан!", - вспомнил он своё сфабрикованное дело на старшего Рублёва.


"Сколько же этих невинных, которым я поломал жизнь!", - кричала его душа.


"Семья. Я разрушил её. Я сгубил свою дочь! Что я натворил!"


Ему было плохо, очень плохо. Он нёсся над домами и дорогами, кричал и выл от содеянного им, но ни один живой человек не слышал эти угрызения совести.


Увидев впереди православный храм, с золочёными крестами, ринулся к нему. Внутри шла служба, десятки верующих молились своему Господу.


Он подлетел к алтарю, и возопил:


- Господи, прости!


Его крик был услышан священником, и несколькими истинно верующими:


- Изиде нечистый! - замахал на него крестом священник.


- Изиде из храма Господня, продавший Дьяволу душу! - закричали на него те верующие, которые почувствовали его злой дух.


Случайно зашедшие в храм люди и просто любопытствующие туристы, не поняли, почему священник вдруг прервал молитву, и став творить знамение крестом, бормотать заклинания об изгнании нечисти. Они с любопытством наблюдали, как некоторые прихожане, бросились на помощь священнослужителю, и тоже стали осенять крестами воздух перед собой, крича:


- Изиде демон!


Душа Чупова почувствовала как сила этих людей, выталкивает его из храма, он закричал:


- Помогите мне! Я каюсь!


- Ты не человек, ты бес. Уходи! - проговорил священник.


Двери храма самопроизвольно распахнулись настежь, и душу Чупова вышвырнуло наружу.


Словно битая собака, он взвыл.


Рублёвы на своей старенькой машине заехали в больницу за Олей, отдежурившей смену.


- Как там наши подопечные? - поинтересовался у неё Паша.


- Состояние тяжёлое, но стабильное, - ответила она, а потом спросила, - мы действительно сможем помочь Вере?


- Мы ищем способ это сделать, - ответил отец Паши.


- Я так хочу, чтобы она поправилась.


- Мы сможем помочь ей, - стараясь успокоить девушку, обнадёжил её старший Рублёв.


- Кажется здесь, - заметил Паша, паркуя автомашину возле последнего подъезда пятиэтажной хрущёвке.


В однокомнатной квартире, стоял запах свежей выпечки, они прошли на кухню. Анна Ивановна выставила на стол, хорошей работы чайный сервис, заварила душистый чай.


- Угощайтесь, - поставила на стол огромный поднос, с горой горячих пирожков, - тут разные, с этой стороны с яблоками, здесь с земляничным вареньем, а это капустные.


Старший Рублёв, с шумом втянул в себя запах булки, взяв один пирожок, откусил, и в блаженстве закатил глаза:


- С детства не ел таких вкусных пирожков. Анна, меня извините, но хочу всех попробовать, - и положил к себе в тарелку пирожков с разными начинками.


- Я рада, что вам понравились, - улыбаясь, заметила Анна.


- Моя мать, готовила такие же вкусные, как вы.


- Угу, бабушка была мастером выпечки, - подтвердил Паша слова отца, жуя с набитым ртом.


- А где сам Чупов? - утолив голод, спросил старший Рублёв. Взглянув на часы, добавил, - пора бы ему уже быть здесь.


- Оля, ты его чувствуешь? - задал ей вопрос Паша.


Девушка замотала головой:


- Нет, его здесь нет.


Они прождали ещё полчаса, умяли ещё пирожков, выпили ещё по чашке чая, но Чупов так и не появился.


- Странно, - поднялся старший Рублёв, - поедем, поищем его.


- Где? - спросил Паша.


- В начале доедем до его бывшей работы, потом в морг, и в конце поедем в больницу.


- Предлагаю начать с больницы, может он у дочери или у своего друга сейчас, - внёс предложение Паша.


- Логично. Едем!


Вчетвером они вышли из подъезда, но прежде чем сели в машину:


- Подождите! - насторожилась Оля, - я его ощущаю, слабо, но чувствую.


- Где?


- Там, - девушка показала рукой в направлении двора.


Они вместе направились в глубину двора:


- Он здесь, - остановилась девушка, - над скамейкой, - она посмотрела вверх, будто видела его.


- Чупов! - рявкнул Рублёв старший, - мы тебя ждём битый час!


- Ему плохо. Кажется, он плачет, - произнесла Оля.


- Что? Чупов плачет? Не смешите! - но поняв, неуместность своего замечания, добавил - Ладно, я жду вас в машине. Пойдём сын, оставим их поговорить наедине.


Рублёвы ушли.


- Что с тобой? - спросила Анна мужа через Олю.


- Аня, это из-за меня Вера умирает.


- Саша, у неё опухоль мозга, это болезнь.


- Это опухоль, возникла после того, как я продал душу дочери Сатане.


- Ты говоришь не правду!


- Я расписался кровью в этом.


- Как ты мог! - закричала она, - как ты мог, поступить так со своим ребёнком!


- Я не знал.


- Что ты не знал? Ты думал, что творить зло можно безнаказанно? Ты чудовище! Верни дочь обратно к жизни! Ты должен вернуть её!


- Я не знаю как.


- Проси у Бога прощения за свои грехи!


- Меня выгнали из храма.


Обхватив голову руками, Анна зарыдала:


- Вера, доченька, - причитала она, - твой отец отправляет тебя в ад, - плакала женщина.


- Анна Ивановна, - затормошила её Оля, - Станислав Владимирович сказал, что знает, как спасти Веру, - идемте же, - потянула женщину к машине.


Потом обратилась к Чупову:


- Ну а вы, что зависли? Идём исправлять ваши ошибки!


В машине Рублёв протянул ей носовой платок:


- Анна, я обещаю вам, что мы вытащим Веру.


- Спасибо вам, Станислав Владимирович.


- Называйте меня просто Стас.


- Спасибо Стас, - успокаиваясь, повторила Анна.


- Чупов, ты здесь? - спросил Рублёв.


- Здесь, - ответила за него Оля.


- Тогда подведем итоги. Я провёл генетический анализ найденных в палате волос. С полной уверенностью могу сказать, что эти волосы не принадлежат ни человеку, ни животному.


- Как это Станислав Владимирович, а кому они тогда принадлежат? - спросила девушка.


- Вот это я и хотел узнать у Чупова. Волосы, которые мы нашли, имеют не две цепочки дезоксирибонуклеиновой кислоты, а три. Это говорит, что существо, оставившее их, не из нашего мира. Так вот Чупов, я хочу знать, что за существо это было?


Оля начала переводить слова Чупова:


- Я знаю, кто это был.


- Кто?


- Моя любовница. Мои бывшие коллеги имеют свидетеля, который видел, как в палату к Гусеву вместе с охранником входила незнакомая ему медицинская сестра. Я видел составленный словесный портрет. Ваша экспертиза о чужеродном наборе хромосом подтверждает это.


- Обалдеть, - пробормотал Паша, сидящий за рулём, - она чертиха?


- Ничего странного в этом нет сын, - заметил Рублёв, - говорят: "С кем поведёшься, от того и наберёшься", - и вновь обращаясь к Чупову, спросил, - где мы можем её найти?


- Я уже проверил её квартиру. В этом мире её сейчас нет.


- Почему такая уверенность?


- Если бы она была на земле, нашла бы меня сама.


Зазвонил мобильный телефон Оли. Ответив на вызов, она обеспокоенно сообщила:


- Звонила медицинская сестра с детского отделения, я просила, если что случится с Верой, сообщать немедленно. Она говорит, состояние больной резко ухудшилось.


Они неслись по трассе к больнице на предельной скорости, какую только была способна развить их старенькая машина. Душа Чупова, умеющая перемещаться быстрее, умчалась вперед.


По пути, их за нарушение правил движения, попытался остановить работник Госавтоинспекции. Паша не обращая внимания на машущего жезлом работника, требующего остановиться, промчался мимо. Успел заметить, что сотрудник был, тот, кто оформлял его арест в тюрьму.


За ними началась погоня. Инспектора в говорилку потребовали его прекратить движение.


Паша выжимал педаль газа до упора.


- Рублёв! Немедленно остановитесь! - снова прокричали ему.


- Откуда они знают, как тебя зовут? - спросила девушка у Паши.


- Была недавно история с ними.


Тем временем, послышались выстрелы.


- Стреляют по колёсам!


- Паша, - обратился к сыну старший Рублёв, - нам от них не оторваться, если прострелят шину, не попадём в больницу. Тебе придётся взять их на себя.


- Я понял отец.


Паша резко затормозил. Как только полицейские вышли из машины, он выскочил тоже, и не дожидаясь команды, упал на колени, а потом распластался на асфальте, выставив свои руки полицаю.


Пока полицейский, одевал наручники, отец Паши, переместившись за руль, тронулся вперед, а смирный студент, вновь превратился в буйного, стал брыкаться и кусаться, не давая возможности усадить себя в машину.


О преследовании умчавшейся машины, теперь не могло быть и речи, скинув ориентировку по рации о скрывшемся автомобиле, полицейские занялись Пашей, с удовольствием отвечая на укусы ударами ног по корпусу парня.


Вбежав в палату девочки, они застали там множество врачей, проводивших реанимационные мероприятия.


- Дочь! - закричала мать больной девочки.


- Чупов! Что случилось? - задал вопрос Рублёв старший.


- Демоны! - закричала Оля, передовая слова Чупова, - они пытаются забрать Верину душу!


- Удалите посторонних из палаты! - завопил один из врачей.


И пока их выталкивали вон, Рублёв орал Чупову:


- Продержись немного! Не дай чертям забрать её! Я сейчас пришлю тебе помощь!


- Что это за люди? Кто их пустил сюда? - вновь закричал врач.


Но Рублёв уже со всех ног нёсся вниз, в отделение черепно-мозговой хирургии.


Вбежав в тринадцатую палату, заорал, в серьез, напугав процедурную медсестру, ставившую капельницу:


- Быстрее наверх! Нужна помощь Чупову!


- Какому Чупову? - пролепетала испуганно медсестра.


- Я не вам, - и склонившись над телом пациента находящимся в коме, продолжал кричать, - быстрее беги туда! Помоги ему!


- Но больной в коме, он не может никуда бежать, - вновь пролепетала медсестра.


- Тьфу, лети быстрее! - вновь закричал Рублёв.


Медсестра, пятясь, выскочила из реанимационной палаты, и бросилась в ординаторскую, сообщать дежурившему врачу, что в отделении находится невменяемый посторонний человек.


А Рублёв, не имея возможности определить, послушался ли его друг Чупова, продолжал орать:


- Там черти! Их надо остановить! Лети к Чупову на помощь!


Он кричал так громко, что из соседних палат стали выглядывать любопытствующие больные, а дежуривший врач, срочно вызывал по телефону охрану больницы.


Между тем, Вова ни секунды не раздумывал, услышав, что Чупову нужна помощь, сразу покинул палату.


Через минуту Рублёв услышал сигнальный зуммер подключённого к телу больного кардиографа, на мониторе вместо кривых сердечных ритмов пошла сплошная прямая полоса, свидетельствующая об остановке сердца Владимира. Он понял, душа больного покинула тело, устремившись на помощь другу.


- Давай парень, помоги там, а я пока присмотрю за твоим телом, - шептал Рублёв, делая искусственный массаж сердца Владимира.


За этим занятием его и застала вбежавшая охрана вместе с дежурным врачом отделения. Они скрутили его, а он кричал врачу:


- Доктор, делай больному массаж сердца! Он временно покинул своё тело! Пожалуйста, делай массаж сердца!


Врач быстро осмотрел тело, приказал медсестре:


- Дефибриллятор!


- Это не поможет! Только массаж! - кричал уже из коридора Рублёв, пока охрана тащила его по полу.


Врач, после нескольких безуспешных попыток запустить сердце Володи с помощью дефибриллятора, распорядился:


- Всё конец. Он умер. Отключай все системы жизнеобеспечения.


Медсестра выключила тумблер аппарата искусственного дыхания, и накрыла простынею лицо умершего пациента.


А тем временем душа умершего вступила в бой. Когда он влетел в палату, увидел, как его друг, прикрывая собой душу ребёнка, отбивается от наседающих чертей.


Так как душа Чупова на службе у Дьявола, и, по сути, он был бесом, то справиться с ним чертям было трудно. Но благодаря численному перевесу, они уже подминали его, и почти добрались до светлой души ребёнка.


В тот-то момент и появилась душа Володи, с тыла он напал на чертей. Своими эфирными обрубками рук, он хватал их там, где, по его мнению, должна находиться шея, и пытался придушить нечистых.


Черти возмущённые такой наглостью, бросили наступление на Чупова, переключившись на душу Владимира. Они скопом навалились на него, и потащили в ад, покинув палату.


- Сердечный ритм пришёл в норму, - доложила наблюдающая за монитором медсестра.


Врачи у постели больной девочки, вытирали вспотевшие лбы:


- Кажется, нам вновь удалось спасти ей жизнь, - высказал вслух один из них общую мысль.


Они не могли видеть, как рядом с ними обнялись две родственные души, отца и дочери.


- Папа, они хотели забрать меня. Почему они пришли за мною? Если мне суждено умереть, то почему за мной пришли слуги тьмы, а не ангелы? - спрашивала девочка у отца.


Если бы у Чупова сейчас было бы тело, он не сомневался, его сердце разорвалось от той душевной боли, которую он испытал при мысли, что именно он продал душу своего ребенка Дьяволу.


Признаться в этом родной душе, было не выносимо, но уходить от ответа он больше не мог и не хотел.


- Это из-за меня, дочка.


- Они хотят забрать меня для того чтобы ты был с ними? - спросила девочка.


- Нет. Я и так у них на службе. Я продал тебя и всех своих потомков, подписав с дьяволом контракт.


Думал, что Вера сейчас закричит, отвернётся, но она сказала:


- Знаю папа, ты никогда сам, по доброй воле, такое не подписал. Они могли только обманом заставить тебя сделать это.


- Неважно как они этого добились, я продал тебя дочь.


- Папа, раз так случилось, тогда я отправлюсь с тобой в ад, и мы будем вместе.


- Нет, дочь, у тебя светлая душа, и твоё место в другом мире. Клянусь, что исправлю свой грех, и навсегда закрою врата ада.


- Я не хочу, чтобы ты вновь покинул нас.


- У меня нет выбора. Я прожил свою жизнь не так как надо, слишком много доставил людям горя. Для меня путь наверх закрыт.


- Папа! - воскликнула Вера, и в глазах её души заблестели искры слёз.


Он обнял дочь.


- Что это? - обратил внимание коллег один из врачей, стоявших у постели больной девочки.


А сверху, необъяснимым образом в воздухе, образовывались маленькие искорки, превращающиеся в капельки, они свидетельствовали о происходящем чуде.


Доктора завороженно наблюдали это явление, и каждый из них чувствовал, рядом с ними происходит таинство, что-то очень важное, неподвластное пониманию, но великое и прекрасное.


Они встретились в отделении полиции, отец и сын. После оформления на них протоколов за мелкое хулиганство, были отпущены.


Оба были изрядно помяты, у Паши всё лицо было сплошным кровоподтёком, старшему Рублёву охранники больницы, по-видимому, повредили плечевой сустав, так как при движении в нем возникала острейшая боль. Видимо эти травмы и сыграли определённую роль в назначении им небольшого штрафа, а не более строго наказания.


Они вернулись в больницу, но внутрь охрана более не пропустила. Пришлось ждать в машине, пока по звонку к ним не вышла Оля.


- С Верой пока всё хорошо, её отец находится рядом с ней. По словам Чупова подземные твари могут скоро вернуться, они забрали с собой Владимира.


Рублев старший взявшись за голову двумя ладонями застонал.


- Станислав Владимирович, вам плохо? - спросила девушка.


- Плохо не то слово Оля, мне ужасно. Я впервые послал человека на смерть. Ведь Володя мог бы поправиться.


- Отец, что дальше? Черти вскоре вернуться за душой ребенка.


- Помочь нам может только любовница Чупова. Если она любит его, то сделает всё возможное для своего возлюбленного.


- Станислав Владимирович, душа Чупова считает, что помочь сможет только Гусев.


- Может и так. Проблема только в том, что оба пропали. Странно только куда? Предположение, что любовница Чупова, забрала Гусева в ад, опровергается тем, что, по словам самого Чупова, души Гусева в аду нет. Как он слышал, наблюдатели из ада и не фиксировали переход души и в рай.


- Где же тогда его найти?


- Это знает только любовница Чупова. Раз её нет на Земле, значит она у себя дома.


- Значит, - продолжил мысль отца Паша, - нужно попасть в ад и встретиться с ней. При том это надо сделать незаметно для Сатаны. Вопрос как?


Некоторое время Рублёв старший раздумывал, потом ответил:


- Только сам Чупов может туда попасть. Он ведь не просто грешник, теперь бес, а значит, его душа не попадёт на каторгу, и он может в том мире передвигаться без больших ограничений.


- А как же Вера? Кто её в это время защитит от смерти?


- Мы. Надо создать барьер вокруг её души. Надо найти священнослужителя, который нам поверит, и поможет организовать эту временную защиту, после нужно будет обнаружить способ вернуть душу Чупова в ад. Далее все будет зависеть от него. Оля, поговори об этом с матерью Веры, а мы сейчас поедем искать храм, в котором сможем на время укрыть ребёнка.


В ближайшей от больницы церкви, с ними даже не захотели разговаривать.


- Вам лечиться надо в психиатрической клинике, - ответили им на просьбу.


В других местах либо вообще ничего не говорили, посмотрев на их потрёпанный внешний вид, отворачивались и уходили, либо самих их обвиняли в одержимости бесами.


- Бесполезно, - Паша остановил машину, - никто нам не разрешит спрятать ребёнка...


Он не договорил фразу, молча они смотрели на небольшую церквушку находящуюся прямо перед ними, метрах в двухстах.


Невысокая и невзрачная, она в окружении огромных современных зданий была совершенно незаметна.


- Я никогда не замечал её ранее, - проговорил отец.


Они не стали подъезжать на автомобиле, а просто вышли и пошли к ней пешком. Ещё не войдя в храм, они уже не сомневались, здесь в просьбе не откажут. Внутри не было никого, возле икон потрескивали зажжённые свечи. Подойдя к иконостасу, перекрестившись, позвали:


- Есть тут, кто ни будь?


- Я слушаю Вас, дети мои, - раздался голос.


Они обернулись. Перед ними стоял по внешнему виду молодой священнослужитель, но Рублёвых охватило чувство, что этот человек гораздо старше. Может тому виной были его тёмные глаза, в которых они увидели своё отражение, двух маленьких людей. Лицо священника было усталым, складывалось впечатление, что он только что потратил много сил, на какую то сложную работу. Тем не менее, в нём не было нетерпения, одно только внимание.


- Извините нас, святой отец, - произнес старший из Рублёвых, - мы пришли к вам за помощью в защите.


- Привозите девочку. Сюда тёмные не посмеют войти.


- Как? Вы знаете? - вымолвил Рублёв.


- Оттуда многое видно, - священнослужитель посмотрел вверх, туда, где был купол храма.


Они проследили за его взглядом, а когда опустили поднятые головы, священнослужителя уже не было.


Отец с сыном посмотрели друг на друга, в глазах у каждого был ответ, с кем они только что общались. Уже выходя из храма, услышали голос, прозвучавший у каждого у них изнутри:


- Отец девочки должен уничтожить договор, это единственное спасение её души.


ГЛАВА 16


Заявив лечащему доктору, что переводит дочь в другую клинику, Анна Ивановна забрала Веру из больницы. Станислав Владимирович Рублёв, с помощью своих старых связей, раздобыл аппарат для искусственной вентиляции лёгких, современную автоматическую систему капельных вливаний, и прочее медицинское оборудование. Взяв на прокат газель, они сами и перевезли больную девочку в церковь.


На этот раз в храме их встретил пожилой диакон, который молча показал на невзрачную боковую дверь, возле иконостаса. За ней оказалась небольшая молельная комната, где и поместил кушетку с больной. Анна Ивановна с Олей остались с больной, а Рублёвы вышли из храма и направились к Чупову, ожидавших их в отдалении, у трамвайной остановки.


- Как дочь? - спросил он.


- Всё нормально, там она под защитой Господа. Теперь всё зависит от тебя. Ты возвращаешься в Ад, находишь там свою любовницу, и с её помощью уничтожаешь подписанный договор.


- Каким способом мне вернуться?


- Ты же Демон, черт тебя побери! - выругался старший Рублёв. - Твои друзья, черти, постоянно забирают души грешников в ад, пристройся рядом, и следуй за ними.


- Там внизу своеобразный конвейер, мне из него будет не выбраться, даже несмотря на то, что я у них на службе.


- Какой такой конвейер?


- Вновь поступивших в ад, ни о чём не спрашивают, хватают баграми и раскладывают по кучам, далее в топку в адское пламя, где кроме боли ничего более не чувствуешь и не думаешь.


- Отец, а если мы Чупова отправим в ад с помощью ускорителя заряженных частиц?


- Подробнее сынок, я пока не уловил твою мысль.


- Из сообщений прессы завтра очередные эксперименты на LHC. Чупов отправится в Швейцарию на Большой адро?нный колла?йдер, пробраться ему легче простого, прилепится там к андрону и при столкновении он вылетит в другое измерение.


- Что такое андрон? - пытался уточнить у Рублёвых Александр.


Но люди науки, погрузившись в расчёты, спорили:


- Где гарантия, что душа Чупова вылетев в другое измерение, попадёт в ад?


- Отец, рассуди, согласно теории суперсимметрии...


Из дальнейшего диалога Чупов ничего не понял, улавливал слова, смысл которых был непонятен, и когда Младший Рублёв включил видеокамеру на запись, прокричал:


- Да объясните простым языком, то, что вы тут наговорили!


- Собственно все просто, - стал ему растолковывать студент, - есть такая крупица, как Топ-кварк, которая образуется при столкновении заряженных частиц в ускорители, тебе лишь надо за неё ухватиться, так как она самая тяжёлая из малышей, то перейдёт в нижние сферы измерений, то есть в Ад.


- Вы это серьёзно? - возмутился Александр. - Как я могу прилепиться к элементарной частице? Она же маленькая! Нет даже не маленькая, а супер крохотная!


- Чупов, - вступил в разговор Старший Рублёв, - душа по нашей теории не является физическим объектом, а скорее эфирным полем. Суть в том, что ты, оказавшись внутри ускорителя, размажешься в этом гигантском кольце, условно превратившись в подобие материального микрообъекта, меньше чем частицы, которые участвуют в эксперименте. Далее ты выбираешь самую тяжёлую из образовавшихся, и когда она распадается, а вернее сказать переходит в другое пространственное измерение, ты улетишь с ней. Мы исходим из того, что все супертяжелые частицы, опускаются в низшие измерения, образно говоря под землю в ад. Это конечно всё теория, но есть шанс, что она окажется рабочей.


- Для меня это всё равно не понятно.


- Неважно, просто выполняй наши инструкции. С какой скоростью ты можешь передвигаться в нашем мире?


- Думаю километров семьдесят в час.


- Самолётом быстрее будет. Паша, - обратился Старший Рублев к сыну, - посмотри ближайший рейс в Женеву.


Тот, выйдя в интернет по мобильной связи, сообщил:


- Через два часа.


- Ну что демон, лети в аэропорт, а мы по сообщениям в прессе, узнаем, получилось у тебя попасть в ад.


- Угу, вам так и объявят, мол, душа грешника Чупова попала в Ад, - съязвил Александр.


- Да нет же конечно, просто объявят об открытии новой сверхтяжёлой элементарной частицы. Ты же прилепившись к ней, и добавишь весу. И кто-то получит потом Нобелевскую премию за это открытие.


При упоминании о Нобелевской премии, Паша встрепенулся:


- Отец, а что если мы прямо сейчас выложим в сеть результат завтрашнего эксперимента на Большом адро?нном колла?йдере. Прикидываешь, как все будут поражены, что мы теоретически предсказали образования нового элемента. Можно назвать его, например, так: Чуп-большой.


- А как мы обоснуем результат. Ты же не думаешь, что учёный совет поверит нам, что супертяжелый элемент образовался вследствие взаимодействия Топ-кварка и грешной душой полицейского следователя Чупова?


- Отец, вместо души Чупова мы придумаем новый термин, например нестабильное антигравитационное поле Рублёвых.


- Но так мы введем в заблуждение учёный совет.


- Нобелевская премия, - напомнил ему сын, - мы так много можем сделать для науки с этими деньгами.


- Ладно, - махнул рукой Рублёв старший, - публикуй.


А душа Чупова тем временем уже неслась в аэропорт. Он летел напрямую, через перелески, поля, пересекая дороги и пролетая над домами. Может быть, в другое время он и наслаждался бы этим свободным полётом, которому позавидовали бы даже птицы, ведь в отличие от них ему не надо было тратить энергию на махание крыльями. Он летел свободно, управляя направлением только с помощью мысли. Так как его душа не была материальна, то и он и не испытывал встречного сопротивления воздуха.


Оказавшись внутри лайнера, осмотрелся. Салон был заполнен более чем на половину, Чупов присел, если так можно выразиться, на свободное место, рядом сидел ребёнок, лет пяти со своим отцом.


- Здравствуйте, - поздоровался мальчик с Чуповым.


- Привет, - ответил ему Александр.


- Илюша, с кем ты поздоровался? - недоуменно спросил родитель.


- С дядей.


- С каким дядей?


Илюша, повернув голову к Чупову, произнес:


- Который сидит рядом.


- Илья, рядом с тобой никого нет.


- Есть, - упрямо ответил ребёнок, - рядом сидит дядя, он прилетел по воздуху и опустился на стул.


С соседнего ряда за диалогом отца с сыном наблюдала женщина лет пятидесяти, которая заметно нервничала:


- Ваш ребёнок первый раз летит на самолёте?


- Да это его первый полёт.


- Тогда понятно, ребёнок фантазирует. Я тоже лечу впервые.


- Дядя, - обратился вновь мальчик к Чупову, - почему папа говорит, что вас нет?


- Илья, они меня не видят.


- Вы волшебник?


- Да.


- А какой волшебник, добрый или злой?


На секунду Чупов задумался, что ответить, зная что, разговаривая с ребёнком, нужно отвечать соответственно, но даже в этой ситуации ему теперь было совестно соврать:


- Малыш, я злой колдун, который хочет стать добрым волшебником.


- Папа! - радостно воскликнул ребёнок, - а с нами вместе полетит злой колдун!


На громкий возглас ребёнка уже обернулись несколько рядом сидящих пассажиров. Впервые летящая на самолёте дама, от сообщения малыша, что их в полёте будет сопровождать злой колдун, разнервничалась ещё больше.


- Илья, не кричи, - попытался успокоить малыша отец, - перестань фантазировать.


- Но я не фантазирую.


- Прекрати! - строго приказал отец.


Малыш насупился, и обиженно посмотрел на Чупова, в его взгляде Александр прочитал:


"Вот видишь, из-за тебя на меня папа ругается".


- Я не виноват, что они меня не видят, - начал оправдываться Чупов перед мальчишкой, - взрослые люди не могут увидеть волшебников.


- А услышать? - почти шепча, чтобы не услышал отец, спросил ребёнок.


- И слышать меня не могут, вот смотри, - он приблизился к той самой даме, сидящей в соседнем ряду, демонстративно сложив руки рупором, прокричал ей на ухо, - тётенька, спойте песенку! - та даже ухом не повела. Чупов огорчённо развёл руками и скорчил забавную рожицу, образно говоря мальчугану:


"Вот видишь, я же тебя не обманывал".


Эта сцена ребёнка развеселила, уставившись на тётю, он начал смеяться.


Женщина, которая и так нервничала от предстоявшего полёта, увидев, что невоспитанный ребёнок смотрит на неё и хохочет, чуть не впала в истерику.


- Простите, - успокаивал её папаша Ильи, - с ним такое впервые. Он, наверное, боится, - и тут же, как бы ища подтверждения своих слов, спросил у ребёнка, - Илья, тебе страшно лететь на самолёте.


- Нет. Злой волшебник говорит, что бояться не надо.


В этот момент стюардесса попросила всех пристигнуть ремни, так как самолёт готовится к взлёту.


Прошло примерно около часа как они взлетели. Мальчуган, стараясь чтобы отца не слишком нервировать, общался с Чуповым шёпотом. Родитель, списав ненормальное поведение ребёнка на полученный стресс от полёта, более не приставал к сыну с расспросами относительно бесед с выдуманным пассажиром. Самому же Чупову было в радость общаться с человеком, который воспринимал его как живого. Временами ему даже казалось, что он нормальный, живой человек, летящий в самолёте куда-нибудь, к примеру, на отдых на средиземное побережье.


С другой стороны, его способности видеть вокруг себя на триста шестьдесят градусов, слышать, о чём шепчутся пассажиры на задних рядах, напоминали, кто он на самом деле. И в какой-то момент до его души донеслись слова об оружие, бомбе. Он сосредоточил всё внимание на людях произносящих эти страшные слова.


Двое сидящих почти в самом конце самолёта перешёптывались. Чупов прекрасно услышал, о чём они говорят.


- Тот хмырь, якобы читающий журнал, похоже, скай маршал, - пробубнил один из этих подозрительных пассажиров.


Чупов более внимательно всмотрелся на пассажира, которого назвали скай маршалом, действительно, тот человек только делал вид, что читает газету, а сам наблюдал за людьми в самолёте. По тому, что он не проявляет повышенного беспокойства, Чупов сделал вывод, скай маршал не подозревает про готовящееся преступление.


- Будешь возвращаться из туалета, сломаешь ему шею, - вновь услышал шёпот переговаривающихся между собой преступников.


Александру, как бывший следователь полиции, понимал, что кроме этих двух типов, в самолёте на других местах могут находиться их сообщники. Но как он ни всматривался в других пассажиров, стараясь уловить их переглядывания с соучастниками, как ни прислушивался к разговорам, не смог определить есть ли в салоне ещё преступники.


Дальше один из заговорщиков поднявшись, отправился в уборную. Больше медлить было нельзя, так как сам он вряд ли мог сообщить охраннику в самолёте о заговоре, пришлось прибегнуть к помощи ребёнка.


- Илья, - обратился он к мальчику, стараясь сохранить спокойную интонацию, - мне нужна твоя помощь. Подойди к дяде, который на последнем ряду читает журнал, и тихо прошепчи ему на ухо, то, что я тебе скажу.


Мальчик стал вставать с кресла.


- Ты куда? - задал вопрос отец.


- Скажи, что хочешь в туалет, - подсказал Чупов.


Отец собрался сопровождать ребёнка.


- Пропусти папу вперед, а сам иди позади.


Поравнявшись с креслом охранника, мальчик показал жестом тому, чтобы наклонил к нему голову, прильнув к уху, зашептал, передавая слова Чупова:


- Двое сидящих впереди на два ряда, слева террористы. Я слышал, как они договорились вас убить. Один из них сейчас выйдет из уборной и попытается вас убить. Будьте готовы.


- Илья! - воскликнул обернувшийся отец, - не приставай к пассажирам со своими глупостями. Пошли.


Ребёнок побежал к отцу, а Чупов остался рядом с охранником. В глазах его прочитал и ошеломление, и недоверие, и даже испуг.


Слишком много было непонятно ему, как ребёнок мог услышать разговор людей, сидящих далеко от него. Но если ребёнок это придумал, то откуда он знает что я охранник. Те двое, на которых указал малыш, не вызывали никаких подозрений, обычные интеллигентные люди. Но теперь после услышанного, он и сам стал замечать, как оставшийся пассажир подозрительно косится в его сторону.


Охранник незаметно просунул руку под полу пиджака, нащупав рукоятку пистолета.


- Правильно, будь готов, - подбадривал его Чупов, прекрасно понимая, что тот не слышит слов, - он вышел! - прокричал Чупов, увидев вышедшего из кабины уборной террориста.


Охранник будто услышав его крик, слегка наклонив голову, скосил назад взгляд.


За два шага до жертвы, преступник бросился на скай маршала, в тот же самый момент охранник увернулся от нападающего, перехватил его запястье, рывком вывернул руку, нанёс удар рукояткой пистолета в область виска.


Подельник нападавшего, в последний момент что-то заподозрил, и когда охранник наносил удар рукояткой по голове, тот уже выхватывал своё оружие.


Два дула пистолета выплюнули пули одновременно. Охранник упал замертво, успев убить стрелявшего в него преступника.


Пассажиры, не успев ещё понять что произошло, когда с кресла впереди самолёта вскочила дама бальзаковского возраста, заорав мужским басом:


- Сидеть всем! Застрелю любого, кто шелохнётся! - при этом он держал в своих руках по стволу автоматического оружия.


Женщина двинулась к валявшемуся в проходе без сознания оглушённому преступнику. По дороге она со всей силы нанесла удар ногой по голове мужика, с любопытством, ещё не понимая ужас произошедшего, наблюдавшего за происходящим.


- Я сказал освободить проход! - вновь проорала она.


Только сейчас Чупов разглядел, что на голове у неё одет парик, что это переодетый в женщину мужчина.


Террорист, бегло убедившись, что стрелявший его подельник мёртв, направился к лежащему на полу, оглушённому. Тот уже приходя в чувство, застонал, схватившись рукой за висок, в который секьюрити нанёс удар.


- Вставай чмо, не мог нормально работу сделать! - заорал переодетый под женщину террорист.


Тот начал в ответ было оправдываться, но главарь, перебив его лепет, сунул тому ствол:


- Держи мясо под прицелом, я в кабину, - и бегом побежал в нос самолёта.


Чупов последовал за ним. Кабина лётчиков была закрыта изнутри.


- Суки, открывайте! - заорал бандит, выстрелив два раза в область замка.


Дверь была сделана, из пуленепробиваемого материала.


Террорист, нецензурно выругавшись, развернулся обратно, увидев прячущуюся стюардессу, схватил её за волосы:


- Капитан! Слушай меня внимательно! Если ты сейчас не откроешь свою коморку, я каждые десять секунд буду убивать по пассажиру.


И в подтверждение своих слов он, не целясь, выстрелил два раза в направлении хвоста самолёта, не подозревая, что попал в живот подельнику.


- Ори сука, - и стал рукой отрывать ухо у стюардессы, - капитан, ты слышишь, отсчёт пошёл.


Чупов проникнув сквозь стену в кабину самолёта, слышал, как капитан по радиосвязи передавал сообщение на землю, что воздушное судно захвачено террористами.


За дверью дико закричала стюардесса, и вновь раздался выстрел:


- Капитан, я застрелю всех! Их жизни на твоей совести! Открывай дверь!


Капитан переглянулся со вторым пилотом:


- Я не смогу жить с этим.


Второй пилот молча кивнул.


Поставив самолёт на автопилот, он повернул ключ в замочной скважине.


Ворвавшийся в кабину террорист сразу расстрелял экипаж, в конце наставил дуло оружия на капитана:


- Придурок, вы всё равно все отправитесь к своему богу. Я здесь только для того, чтобы увеличить число смертей. Ты мне не нужен, управлять самолётом я умею и сам, а приземлимся мы ровненько на атомную электростанцию, - и с этими словами он выстрелил в командира лайнера.


Чупов, услышав сказанное террористом, пришёл в ужас. Он представил себе последствия взрыва на ядерной станции. Ведь террористы практически уже осуществили этот чудовищный план. Сейчас главарь разворачивал самолёт в направлении станции. Александр в ярости стал наносить удары по голове бандита, но тот в ответ лишь почесал макушку.


Чупов ринулся обратно в салон, там, в конце самолёта, лежа на полу, хрипел умирающий бандит, корчившись в агонии. Все пассажиры, боясь проронить хоть слово, смирно сидели на местах. В это время из туалетной кабины вышел Илья со своим отцом.


- Илья! - закричал ему Чупов, - скажи отцу, самолётом управляет террорист, он летит к атомной электростанции, что бы врезаться в неё.


Мальчик всё передал отцу. Тот, видя убитых, даже не усомнился в словах своего сына.


- Передай отцу, чтобы он подобрал оружие убитого, и застрелил террориста в кабине.


Вновь Илья повторил слова Чупова. Но отец мальчика, продолжал стоять, не решаясь выполнить сказанное сыном.


- Прикажи ему Илья! От этого зависят не только ваши жизни, но может погибнуть очень много людей, там на земле.


- Папа! - закричал малыш, - возьми пистолет и застрели бандита в кабине!


Отец мальчика, подняв окровавленное оружие, побежал к кабине самолёта. Когда он вошёл, выбора у него не оставалось, террорист, который уже сорвал с себя парик, и поэтому больше напоминал клоуна в женской одежде, увидев незнакомого мужчину, бросив штурвал, дёрнулся к оружию.


Отец Ильи успел выстрелить первым. Самолет, потеряв управление, слегка качнулся, а потом, автоматически перейдя на автопилот, выровнявшись, полетел в неизвестном направлении.


Отец Ильи, осмотрев трупы, убедился, что члены экипажа все мертвы. Выйдя в салон, задал вопрос пассажирам:


- Кто ни будь, из вас, умеет управлять самолётом?


Сразу в нескольких местах раздались истерические крики женщин. Люди, поняв, что самолёт не управляем, начали паниковать. Раздались возгласы, что самолёт без пилотов сейчас разобьётся, и все погибнут.


Чупову было жаль людей, но в данной ситуации он ничем больше помочь не мог. Вновь ощутил чувство вины, за неизбежную гибель мальчика и других пассажиров.


- Дядя волшебник, - позвал его Илья, - наш самолёт разобьётся?


Чупов не смог сказать правду, поэтому ответил:


- Нет, малыш, наш самолёт приземлится.


- А кто будет летчиком? - не унимался ребёнок.


Чупов собрался произнести очередную ложь, как вдруг заметил, как от тела убитого скай маршала отделилось облачко. Он уже знал, что это душа человека.


- Илья, ты видишь это, - Александр кивнул в направлении убитого.


- Я вижу дядю, который спит на полу.


"Малыш даже не понял, что он мёртв", - подумал Чупов, а вслух уточнил:


- Илья, ты видишь облако над дядей?


Мальчик внимательно посмотрел, и уверенно заявил, что нет никакого облака.


"Значит, ребёнок, по какой-то причине видит только мою душу", - сделал вывод Чупов.


Он подплыл к душе охранника, тот ещё не осознавая, что с ним произошло, лихорадочно искал своё оружие.


- Ты мёртв, - сказал ему Чупов.


- Кто ты? - воскликнул тот, готовый вступить врукопашную.


- Посмотри, - Александр указал ему вниз, - ты видишь своё тело?


Теперь, когда скай маршал увидел себя мёртвым, он сразу сник.


- Я умер?


- Тебя убили.


- А где они? - задал вопрос охранник, имея в виду своих убийц.


- Смотри, - Чупов указал на тела террористов, над которыми образовывались похожие на маленькие облака субстанции, - это их души отделяются.


Те также, ещё не понимая произошедшего с ними, пытались кричать на паникующих пассажиров, бить их своими эфемерными конечностями. Но после того как их кулаки пролетели сквозь тела живых людей, не причинив ни капли ущерба, поняли и завыли от отчаяния.


- Сейчас за ними черти придут, - поведал Чупов охраннику.


Но ни черти, ни ангелы не появились в самолёте. К тому же в кабине самолёта что-то происходило, там мелькали неясные тени, доносились голоса мёртвых.


- Летим! - крикнул Чупов охраннику, направляясь в кабину.


Скай маршал не сразу сообразил, что теперь надо именно лететь, а не бежать, поэтому провозился ещё несколько секунд, пока смог адаптироваться к своему новому состоянию. Когда он добрался до кабины, то застал там души знакомых членов экипажа, которые кого то дубасили.


Незнакомец, который наблюдал за этой картиной, заметил:


- Всё-таки странно, почему собиратели душ не появляются?


- А ты кто? Убитый пассажир? - спросил у Чупова охранник.


- Нет. Я наблюдатель, - что бы ни тратить время на объяснения, кратко ответил Александр.


- Что здесь происходит? - вновь спросил охранник у Чупова.


- В самолёте было трое террористов, которые пытались захватить лайнер и направить его на атомную электростанцию. Одного из них ты успел застрелить, другой погиб от шальной пули своего боса, третьего убил один из пассажиров. К несчастью также погиб весь экипаж, сейчас ты видишь, как они пытаются избить своего убийцу.


- И что с нами будет дальше?


- Думаю после того как самолёт разобьётся за освобождёнными душами людей придут собиратели. Кто жил в грехе отправится в ад, другие к свету.


- А сам ты кто? - вновь спросил охранник.


- Это сейчас не имеет значения. Давай лучше разнимем дерущихся, - и крикнул душе капитана лайнера, - командир, остынь! Ваш убийца от возмездия не уйдёт.


Чупов схватил душу главного террориста, подтащил к стенке фюзеляжа и выбросил за борт самолёта. Высунув свою виртуальную голову наружу, он некоторое время наблюдал, как тот стремительно полетел вниз к земле, а потом прокомментировал убитому экипажу самолёта:


- Гадёныш вошёл в штопор, внизу его подберут черти.


- Как тебе удалось выкинуть его сквозь стену? Ты кто такой? - задала вопрос душа командира самолёта.


- Безбилетный пассажир, - огрызнулся Чупов. - Капитан, сейчас нет времени уточнять, кто есть кто, лучше подумай, как спасти самолёт от крушения.


- Надо приземлиться на ближайшем аэродроме, - ответил тот.


- Это и так понятно, вопрос кто посадит самолёт?


Командир корабля, осмотрев свой экипаж, и убедившись, что и второй пилот, и штурман, и инженер лайнера находятся рядом с ним, наивно ответил:


- Мы и посадим.


- Попробуй, - посоветовал Чупов, понимая, что командир ещё не осознал реальность.


Тот, прыгнув за штурвал, потянул его на себя.


Результат ноль.


- Ты, и члены твоего экипажа мертвы, - заметил ему Александр.


Выждав время, пока те осознают своё новое состояние, спросил:


- Кто кроме вас может посадить самолёт?


- Если только кто из пассажиров является лётчиком.


- Таких пассажиров в наличии нет. Кто ещё может?


- Тогда без вариантов самолёт разобьётся, - бескомпромиссно заявил командир.


- А если кто из пассажиров будет выполнять ваши указания?


- Не выйдет, - вмешался в разговор штурман, - я только что попробовал обратиться к пассажирам, живые нас не слышат.


- Один из пассажиров слышит, по крайней мере, меня, - заявил Чупов, - Илья, - позвал мальчика.


- Дядя волшебник, вы меня звали? - войдя, спросил мальчик, и застыл, с ужасом смотря на мёртвые окровавленные тела в кабине самолёта.


- Малыш, - вывел его из ступора Чупов, - ты хочешь спасти своего отца, и других пассажиров? Тогда ты должен взять управление самолётом на себя.


- А можно? - неуверенно спросил мальчуган.


- Конечно, садись за штурвал.


- Это же безумие! Пятилетний ребёнок управляет самолётом! - вскричал второй пилот.


- Есть альтернатива?


Пилот отрицательно мотнул виртуальной головой.


- Тогда приступим. Так как мальчик может слышать меня, то я буду передавать ваши указания ему, а он, посадит этот самолёт.


- Если посадит..., - начал было говорить инженер лайнера, но Чупов оборвал его:


- Все будет хорошо, самолет приземлится.


- Нужно запросить экстренную посадку в ближайшем аэропорту. Штурман определи наши координаты, - начал действовать командир корабля.


- Мы над Германией, - доложил тот.


- Мальчик знает немецкий или английский язык? - спросил у Чупова командир.


Спросив у мальчугана о его лингвистических способностях, и убедившись, что кроме русского он другого языка не знает, Чупов попросил:


- Илья, отправь своего отца, чтобы он нашёл пассажира умеющего разговаривать на английском.


- Папа, спроси у пассажиров, кто владеет иностранными языками, - передал слова Чупова мальчик.


Но отец, видя, что его сын уселся в командирское кресло за штурвал самолёта, начал было выговаривать ему, типа, куда ты залез. Чувствовалось, что у папаши от безнадёжности положения начинается истерика.


- Илья, скажи ему что, если он не будет тебе помогать, то все разобьются.


После того как мальчик дословно передал слова Чупова, отец ушёл в салон искать пассажира владеющего иностранным языком.


Через пять минут в кабину в сопровождении отца вошла пассажирка, та самая женщина, впервые летящая на самолете. Вытирая мокрый нос платком, всё ещё продолжала всхлипывать.


Следуя инструкциям сына, отец освободил место второго пилота от трупа, и усадил туда тётю, умеющую разговаривать по-басурмански.


Мальчик, следуя инструкциям Чупова, который в свою очередь выполнял указания мёртвого командира экипажа, включил и настроил связь, и попросил бабушку передать в эфир:


- Франкфурт-на-Майне, борт 7721 запрашивает экстренную посадку!


- Борт 7721 вас понял. Как ситуация на борту?


Женщина, услышав по радио ответ диспетчера аэропорта, в панике закричала:


- Помогите нам, пожалуйста! Экипаж лайнера убит террористами! Мы сейчас разобьёмся! Помогите!


- Борт 7721, мы вас слышим. Успокойтесь. Вы из состава экипажа?


- Нет, я пассажирка! Помогите!


- Успокойтесь. Как вас зовут? И кто управляет сейчас самолётом?


- Я Феоктистова Мария Фёдоровна. Самолётом никто не управляет, все лётчики убиты. Вы можете нас посадить в автоматическом режиме?


- Минутку подождите.


Чупов обратился к командиру экипажа:


- Что она тараторит в эфир?


- Просит диспетчера, чтобы посадили самолёт автоматически.


- Это возможно?


- Нет, на этом самолёте нет системы дистанционного управления.


И как бы в подтверждение слов убитого командира с земли раздался вызов:


- Борт 7721, ответьте Франкфурту-на-Майне.


- Да, да! Я вас слышу!


- Мария, к сожалению, ваш самолёт не оборудован приборами для автоматического приземления.


- Боже! Мы разобьёмся!


- Мария, может среди пассажиров есть лётчики?


- Мы уже спрашивали, нет никого.


Чупову надоело слушать пустую болтовню:


- Илья, попроси тётю, что бы она передала диспетчеру, что ты умеешь управлять самолётом.


Ошеломлённая просьбой малыша, та повторила его слова в эфир.


Те через некоторую паузу, с осторожностью переспросили:


- Мария, вы сказали, что рядом за штурвалом сидит пятилетний ребёнок, который может управлять самолётом? Мы вас правильно поняли?


- Илья, скажи тёти, что ты в прошлой жизни был лётчиком, может это на неё подействует, - посоветовал Чупов


Та растерянно передала слова мальчика в эфир.


- Мы приближаемся, больше нет времени на разговоры, - вмешался мёртвый командир.


- Илья, скажи тёти, что бы больше зря не болтала, а строго передавала твои указания.


- Тётя, прекрати болтать, и выполняй мои команды! - распорядился малыш.


- Борт 7721 удаление от точки касания 20 км, на курсе, подходите к глиссаде, вход в глиссаду доложить, - послышался в динамиках неуверенный голос диспетчера аэропорта.


- Франкфурт-на-Майне, к посадке готов, инструментальный заход по посадочному радиолокатору - передала слова Ильи Мария Фёдоровна.


- Борт 7721, ветер 300 градусов 2 м/с, удаление от точки касания 15 км, на курсе, полоса 36 левая посадку разрешаю.


Малыш даже не услышал переданное сообщение, он выполнял инструкции убитого командира самолёта, который с помощью Чупова руководил посадкой:


- Илья, нажми ту зелёную кнопку справа от тебя, а теперь потяни рычажок на себя, ещё чуть-чуть, хорошо. А теперь нажми вот тот маленький рычажок, и легонько потяни штурвал к себе, только самую малость, отлично!


На земле, из наблюдавших людей за посадкой самолёта, никто не сомневался, сейчас произойдёт катастрофа.


Огромный лайнер заходил на полосу, нервы пассажиров были на пределе, знали, самолёт сажает кто-то из пассажиров, по появившимся слухам, якобы бывший лётчик, но то, что это ребёнок, никто даже предположить, не смел.


- Касание! - вскричали одновременно и Чупов, и души мёртвого экипажа.


Самолёт нёсся по бетонной полосе, гася свою скорость. За ним уже воя сиренами неслись на автомобилях спасательные службы.


- Парень, теперь жми рукоятки торможения на пульте, - отдал последнюю команду командир.


Самолёт, дёрнувшись, застыл на взлётной полосе. С минуту в салоне висела гробовая тишина, а потом подобно взрыву, пассажиры захлопали, закричали слова благодарности человеку посадившему самолёт, ещё не зная, что спаситель пятилетний малыш.


Кабина самолёта вдруг осветилась ярким, не видимым живым светом, который захватил в свои объятия души убитых членов экипажа, он потянул их за собой. Чупов видел, как засияли радостью души людей, счастливые они покидали этот мир, отправляясь к создателю. Свет, который позвал за собой души членов экипажа, даже не прикоснулся к нему.


"Я проклят", - с горечью подумал Чупов.


Попрощавшись с Ильёй, вновь пустился в путь к Большому адро?нному колла?йдеру, по дороге вспоминая слова мальчика, что когда вырастит, будет лётчиком, на что Чупов ответил, - ты уже стал пилотом.


В течение следующих нескольких часов, весь информационный мир только и говорил, что о пятилетнем вундеркинде, сумевшем посадить неуправляемый пассажирский самолёт. Новостные агентства передавали, что отец и сын, обезвредили банду опаснейших террористов, которые пронеся на борт оружие из полимеров, уничтожили экипаж воздушного судна и планировали врезаться в атомную электростанцию. Гениальный ребенок, взяв штурвал самолета в свои руки, виртуозно посадил на аэродроме самолёт с пассажирами на борту. Телевидение, радиостанции, печатные издания, интернет излагали подробности этого происшествия, и весь мир только об этом и говорил, так что на событие, что в эксперименте на Большом андронном коллайдере была открыта новая микрочастица, никто не обратил внимания. Никто, за исключением Рублёвых, которые единственные, кто понял с помощью кого малыш смог посадить самолёт, а также то, что Чупову удалось вернуться в ад.


- Теперь всё зависит от него, - с надеждой произнёс Паша, прочитав бегущую новостную строчку по телеканалу новостей, об открытии новой элементарной частицы.


ГЛАВА 17


На подходе к Крысиному дворцу их остановила охрана, несмотря на объяснения Выдры, что она привела ученика садовника, о котором её просили. Охрана придирчиво расспросила Гусева не только о нём, но и о самом старике садовнике, который обучал его ремеслу, и о его сыне, и даже поинтересовались, что он кушал на завтрак. Алексей, стараясь скрыть свой акцент, односложно отвечал на вопросы, иногда запинался, подыскивая слова чертового языка для объяснения.


- Дудилка? - спросил старший чёрт Выдру.


- Дудилка, - подтвердила она.


Стража, смеясь, пропустила их. Отойдя от охраны, Гусев спросил:


- Что значит дудилка?


- Это значит олигофрен, то есть умственно недоразвитый.


- Я что похож на такого?


- Ещё бы, у тебя спросили, как зовут отца, а ты пролепетал, что родил тебя сын садовника. Они спрашивают, как долго тебя обучали ухаживать за священными растениями, ты же стал им рассказывать, чем завтракал сегодня.


- Я неправильно понял, о чём они меня спрашивали.


- Может это и к лучшему, что они посчитали тебя за придурка, и решили не тратить время на проверку твоих мыслей.


- Мне Змеяна говорила, что в этом мире нет болезней. А как же умственно отсталые?


- У нас действительно жители не болеют. Но идиотизм это не телесная болезнь, это стабильное состояние души. Идиотами не становятся, ими рождаются создания, не имеющие полноту духа. Поэтому и в вашем и нашем мире идиоты так похожи.


- А в чем разница между душой и духом?


- Дух всегда находится в поиске, он никогда не может быть удовлетворён, он путеводитель. По-вашему говоря это энергия, движущая сила. Душа это мысли и желания существа, его чувства к окружающему.


- Откуда берется дух?


- Источник духа находится у чужих, нам он недоступен. Поэтому Сатана и использует страдания душ созданий для выработки силы жизни заменяющей дух.


- Почему дворец Крысина охраняется? Чего он боится? Чужих, посланцев Бога?


- Нет, чужие в наш мир не вмешиваются. Крысин опасается своих подданных. В нашем мире много общего с вашим, здесь, так же как и у вас идет борьба за право быть приближенным к господину. Это право дает власть над остальными, поэтому, чем ближе к Сатане, тем более ты могущественен.


Татьяна привела Гусева в бывшие покои Змеяны.


- Здесь будешь в безопасности, сейчас это место обходят стороной, вероятность, что кто-то появится, ничтожна, боятся, что заподозрят в сочувствии. Вечером я расскажу свой план, а сейчас отлучусь, кое-что надо подготовить.


Гусев бродил в апартаментах Змеяны, его душу наполняло ощущение близости любимой. Вот на столе засохший букет цветов, видимо ещё до ссылки к людям она его поставила сюда, там, на кресле лежало не прибранное вечернее платье, а здесь на туалетном столике была косметика, казалось, ею только что пользовались. Алексей смотрел в зеркало, ему чудилось отражение жены, когда проводил рукой по платью, казалось, что ощущает тепло любимой. Он брал в руки книги, внешне похожие на земные, но внутри с двигающимися знаками. Не зная содержание, Алексей чувствовал сущность. Он смотрел на висящие в галерее картины, видя изображение, понимал, как одиноко было здесь Змеяне.


День тянулся не выносимо долго, Алексей не находил себе места, всё смотрел на Солнце, считая по нему сколько осталось времени до вечера. Он то приходил в возбуждение, что уже сегодня вечером заключит Змеяну в объятья, то появлялся страх, что всё сорвется, и он потеряет возлюбленную. Солнце зашло, а Татьяны всё ещё не было. Алексей вздрагивал от каждого шороха, его беспокоила мысль, где Выдра, почему её нет, она сказала вечером, уже наступила ночь. Он так близко находится от Змеяны, но бессилен, что-либо сделать. Если что случилось с Татьяной, что ему тогда предпринять, как найти темницу, в которой его любимая. Он шептал слова, не сознавая, что обращается к создателю:


- Боже, великий и всемогущий, помоги. Люблю её, пожалуйста, освободи, пусть ко мне перейдут несчастья ожидающие её.


- С кем ты разговариваешь?


Алексей вздрогнул, ожидая Татьяну, он не заметил, как она появилась. По её сияющим глазам догадался, что всё хорошо.


- Ты видела Змеяну?


- Да, и даже немного поговорила. Держи, - она протянула ему записку.


Алексей лихорадочно развернул бумагу. Несколько строк написанных человеческим языком, почерком жены.


"Любимый, я безумно счастлива от мысли, что ты находишься рядом. Радость и покой наполнили меня от осознания, что за стенами темниц находится любимый. Знай, что бы ни случилось, ты был единственной моей любовью. Только с тобой я познала счастье любви, радость бытия. Навечно твоя".


Алексей продолжал читать и перечитывать, не в силах оторвать взгляд от


клочка бумаги, радостное чувство наполнило его:


- Она рядом, рядом, - повторял он.


- Как она? С ней всё хорошо? Они ничего с ней плохого не сделали? - засыпал вопросами Татьяну.


"Меня бы так кто ни будь, полюбил", - смотря на очумевшего от радости Гусева, думала Татьяна.


- С ней всё хорошо. Крысин пока тянет время, наслаждаясь предстоящей казнью.


- Расскажи как она? - не унимался Гусев, ему хотелось узнать всё, как её кормят, не голодает ли она, не холодно ли ей?


- Мне удалось поговорить с ней всего несколько минут. Когда она узнала, что ты жив, заплакала от радости. Сказала, что думает только о тебе, любит, расспрашивала, не угрожает ли опасность, не болен ли, интересовалась как твоя рана.


- Откуда она знает, что я ранен? - удивился Алексей.


- Ты, что забыл о приговоре?


- А, - вспомнил Гусев, - значит она...


- Да, - перебила его Выдра, - Змеяна стала простой смертной, её внешность осталась человеческой, она потеряла свои магические способности. Это конечно усложняет нашу задачу, но будем надеяться на лучшее, а сейчас пойдем, поужинаем и за столом я изложу тебе мой план действий.


- Я не хочу, рассказывай сейчас. Татьяна понимающе улыбнулась.


- Ты не хочешь, зато я голодная. Пошли, я тебе сюрприз приготовила, - взяв за руку Алексея, повела его в столовую.


Через несколько минут на столе оказалось, он даже не поверил своим глазам, жареная картошка с ветчиной, настоящий человеческий хлеб. Алексей держал краюху и вдыхал её аромат.


- Домом пахнет, - по щекам покатилась слеза.


- Вот ещё это, - Татьяна поставила на стол пару бутылок пива.


- Откуда это? - восхищённо спросил Гусев.


- Оттуда, - неопределённо кивнула Выдра, - пришлось смотаться в твоё измерение. Честно говоря, хоть я и чертиха, но безумно люблю вашу пищу. Всё с неё и началось, когда много лет тому назад я случайно оказалась на твоей родине. Тогда я была на приёме у одного султана, позабыла, как его зовут, но это не важно, главное то чем там угощали. После этого я стала часто посещать человеческий мир, узнав вкус вашей пищи, попробовала и другие радости.


Алексей подождал, пока Татьяна утолила свой голод, потом спросил:


- Какой план действия?


- Мне удалось за большой сосуд с жизненной силой подкупить стражу, речь идёт только ещё об одном свидании, не более, так как среди охраны нет дураков, подписать себе приговор. Двое стражников, с которыми я столковалась, заступят на смену завтра вечером, они дадут мне несколько минут побыть наедине со Змеяной. Я пронесу к ней свёрнутое гибкое зеркало, она войдёт в Зазеркалье, после того как я вынесу обратно, попытаемся взломать зеркальную камеру, в которой охраны нет.


- Ответь мне вопрос, почему бы нам сейчас не войти в зазеркалье, пройти в подземелье, взломать тюремную камеру, достать принесенное с собой зеркало и не освободить Змеяну.


- Не получится, в зазеркалье двери темницы охраняют псы Церберы, с ними нам не справиться.


- С собаками?


- Это не совсем собаки, это адские трёхглавые существа, вместо шерсти, растут змеи, их невозможно убить.


- Может легче напасть на охрану?


- Это риск, если мы не сможем справиться с ними, они поднимут шум.


- Вынеся зеркало с проникшей внутрь Змеяной, мы избавимся от чертей и псов, охраняющих темницу.


- Да. Если всё пройдёт как надо, то у вас будет немного времени что бы покинуть этот мир и оказаться на Земле в человеческом измерении. Далее придётся тебе голову ломать, где вам укрыться.


- Можно попытаться в монастыре, думаю, ваши там бессильны.


- Ты прав, но не каждый монастырь вам подойдёт. Однажды я к своему удивлению свободно проникла в одну обитель, не говорю о других, но та в которой я побывала, вас точно не спасёт.


- Почему?


- Там процветала любовь, не к тому, кому они читали молитвы, а как это у вас называется, когда существа одинакового пола насилуют друг друга?


- Гомосексуализм, - подсказал Гусев.


- Точно гомосексуализм, - повторила слово Выдра, - так вот когда я прошла этот монастырь, даже не ощутив никакой преграды, и материализовалась посреди кельи, в котором проходил процесс, то два монаха приняв меня за деву Марию, начали истошно биться лбами о пол. Мне стало смешно, я решила немного пошутить над ними, превратившись в чертиху, я повернулась к ним задом, покрутив хвостом.


- Ну и что дальше? - заинтересованно спросил Гусев.


- А ничего хорошего, один из братьев побледнел, вскрикнул и умер, а мне пришлось быстро оттуда убираться, чтобы не встретиться со своими сородичами, пришедшими за душой покойного.


- Неужели только за это можно к вам попасть?


- За любовь человека к человеку к нам не попадают. Там не было взаимной любви, монахи предавались сладострастию, разжигались похотью друг на друга. Страсть блуда мне очень хорошо знакома, оно дает наслаждение. В страсти ты хочешь счастья для себя, в любви для другого существа. Да ты сам это знаешь. Обсудив ещё некоторые детали предстоящего побега, они разошлись по покоям. Остаток ночи Гусев не смыкал глаз, перед внутренним взором стоял образ возлюбленной.


"Неужели приходит конец этому кошмару, завтра он увидит Змеяну, больше они никогда не расстанутся".


Настало утро, когда появилась Татьяна. Вид у неё был ужасен, не надо было слов, что бы понять со Змеяной случилось беда.


- Её выводят на казнь, - выдавила из себя Татьяна на немой вопрос Гусева.


- Почему? Почему сегодня! - вскочив, он возбуждённо забегал по залу.


- Что будем делать? - она умоляюще смотрела на Алексея, будто он мог ответить на этот вопрос.


Гусев вдруг остановился, как-то внутренне собрался, несколько секунд что-то обдумав, обратился к Выдре:


- Первое надо задержать казнь. Я пойду, сдамся Сатане, думаю, пока он разбирается со мною, Крыс отложит казнь, а дальше видно будет.


- Глупость всё это, надеешься, что Сатана смилуется и оставит Змеяну в покое? - горько улыбнулась Татьяна, - ошибаешься, Сатана король чертей, своих прихвостней не обидит, он выдаст тебя сразу Крысину.


- Ты можешь предложить, что ни будь другое?


- Да, я могу предложить себя. Я смогу на несколько секунд принять её человеческую внешность, а ты в это время уведёшь её. Главное успеть сделать подмену. Алексей молчал.


- Я не беру с тебя обещание заботиться о моей сестре, зная, как сильно ты её любишь.


- Татьяна, ты жертвуешь своей жизнью ради нас, я не... - Гусев хотел что-то сказать, но не найдя слов замолчал.


Чертиха улыбнулась:


- Вся жизнь суета, пора мне положить всему этому конец. Тебе надо будет отвлечь их чем-то, например, взорвать бомбу. Ты можешь её сделать?


- В вашем мире полно ингредиентов для начинки, я быстро всё сделаю.


- Пока ты будешь её собирать, я перенесусь к садовнику, и распоряжусь, чтобы верные мне черти выдвигались сюда на помощь, - чертиха исчезла, растворившись в воздухе.


На приготовление импровизированной бомбы ушло не более двадцати минут. С помощью серы, селитры и других компонентов из мира чертей Гусев соорудил небольшое взрывное устройство.


Когда вновь в воздухе раздалось шипение, и после мимолётной вспышке в зале материализовалась Татьяна, Гусев по её сияющим глазам понял, произошло какое-то важное событие.


- Что случилось? - сразу задал вопрос.


- Я видела его.


- Кого?


- Любимого!


- Чупова?


- Да.


- Ты имеешь в виду, встретила здесь в аду его душу?


- Нет, он живой, в человеческом теле.


- Разве это возможно? Я собственными глазами видел его мертвое тело. Как он мог воскреснуть? Как в человеческом обличье, в своем теле, он смог попасть в ваш мир? Ведь для того чтобы мне сюда проникнуть, тебе пришлось выкрасть донора, шантажировать своего мужа, перемещать наши сознания. А каких усилий тебе стоило вытащить меня из потока грешников. Кто ему помогает? Крысин, которому он служит?


- Ему помогает Бог.


- Что ты говоришь? Чупов и Бог? Этого не может быть! Это несовместимо!


- Саша стал другим.


- Таня, я никогда не поверю, чтобы Чупов мог перемениться.


- Сейчас у нас нет больше времени на разговоры. У меня будет к тебе просьба, передай Чупову вот это, - она протянула Алексею свиток.


- Что это?


- Договор, согласно которого он продал себя и своих детей Сатане.


- Ужас! И ты ещё утверждаешь, что после такого Бог от него не отвернулся?


- Ты поймёшь все позже, а сейчас быстрее идём, - чертиха, взяв за руку Алексея, повела его за собой.


Спустившись по шикарной лестнице на первый этаж дворца, чертиха направилась в сад, но перед выходом остановилась, повернулась к стене и нажала едва заметный выступ. Алексей, следуя за Таней, вошёл в образовавшийся проём, они стали спускаться по узкой винтовой лестнице. Путь освещали горящим факелом, языки пламени которого отбрасывали тени от их силуэтов, превращая небольшие наросты на их головах в огромные рога, казалось, их сопровождали два демона. Далее они довольно долго, стараясь не шуметь, молча, шли по подземному туннелю. Часто до слуха доносились приглушённые звуки, Татьяна, подняв руку, приказывала ему остановиться, и только когда шум замолкал, продолжала движение. Гусев догадался, что они следуют параллельному коридору, по которому, судя по звукам, шло интенсивное движение. Когда они уперлись в дверь, чертиха пояснила:


- Пришли, за ней находится зал, где будет проходить церемония казни Змеяны, немного выждав, следуй за мной.


ГЛАВА 18


Когда душа Чупова в буквальном смысле размазалась в туннеле ускорителя Большого адронного коллайдера, он не то что ухватиться за что-то не мог, он вообще ничего не видел. Остались только ощущения, и главное из них - это раздвоенность некогда единого сознания. Из души образовались два существа, которые были им. Одно было добром, в нём находилось всё то, что вложил при рождении создатель: любовь, совесть, восхищение красотой гармонии. Другая сущность состояла из зла, приобретенного им в жизни, оно пылало огнём ненависти, злобы, зависти.


Именно в этот момент разделения сущностей, добрая часть души Чупова получила возможность общаться со своим создателем.


- Сын мой возлюбленный, - позвал его Создатель.


И от этих слов чистая часть души Чупова засияла радостью:


- Отец мой, я думал, ты проклял меня.


- Разве могу я отвернуться от детей своих.


- Но почему я не мог тебя узреть раньше! - воскликнула чистая половинка человеческой души.


- Ты, испугавшись своей наготы, прикрылся грязной одеждой, подкинутой тебе врагом. Зависть, страсть к власти и богатству, окутало твоё начало, ты спрятался под этими лохмотьями от моего света.


- Отец, как мне избавится от этой грязи? Как вернуть твою любовь?


- Любая тварь спасёт свою душу, только спасая других.


Секунды эксперимента на Большом адронном коллайдере истекли, чёрная часть души вновь вцепилась в свою оторванную светлую половину. В этот последний момент эксперимента, душа Чупова почувствовала что-то огромное.


"Топ-кварк", - угадал он, и схватился за эту частицу, сливаясь с ней в единое целое.


Чупову показалось, что он пронёсся сквозь вселенные, ему чудились звёзды и галактики, взрывающиеся сверхновые и втягивающие в себя чёрные дыры. Когда этот калейдоскоп закончился, он оказался стоящим на земле.


Подняв голову, увидел над собой ясное светло-зелёное небо с сиреневым солнечным диском. Осмотрелся по сторонам, кругом до самого горизонта простиралась пустыня, песчаные барханы, сменяя друг друга волнами, скрывались за далью.


"Вот я и на месте", - подняв руки, посмотрел на свои ладони, опустил глаза вниз, он стоял на человеческих ногах. Находясь в аду, был человеком, в своём собственном, данным ему от рождения теле. Александр вновь поднял взгляд к небу:


- Спасибо Отец за помощь, - прошептали его губы.


Он сделал глубокий вдох, расправив лёгкие, ощутил дурманящее действие кислорода. Сделал шаг, чуть не потеряв равновесия, удержался и уже более твёрдой походкой пошёл.


Создатель вернул его душу в человеческое живое тело. ОН дал ему ещё один шанс на спасение. И теперь Александр не думал ни о чём другом, как только использовать эту единственную возможность, только чтобы вернуть любовь Господа.


Чёрная часть его души не исчезла, она так же, как и ранее пыталась доминировать в нём, гнилые помыслы рвались наружу, и ощущение падали продолжало его преследовать. Но было и другое, теперь после разговора с Отцом жизни, он высвободил из темницы светлые чувства. Теперь он держал под контролем ту мразь, которая вселилась в его душу. Не выбирая конкретного направления, он пошёл наугад, думая над последними словами Господа, что спасти свою душу можно только спасая других.


Не смотря, что через несколько часов ходьбы по зыбучим пескам, Чупов устал, вымотался, его мучила жажда, он продолжал радоваться тем ощущениям, что давало человеческое тело. Как он мог раньше не замечать этого состояния восторга, которое появлялось от возможности управлять своим телом?


Остановившись, он сделал вдох полной грудью, и закричал:


- Я живой!


Чуждый мир отреагировал на этот крик по-своему. На открытом пространстве, образовалось эхо, которое затухая, зловеще отвечало ему:


Вой! Вой! Вой...


Выбрав самый большой песчаный бархан, забрался на него. В той стороне, куда за горизонт уходило солнце были видны строения.


Границы города Александр достиг уже в сумерках. Когда вошёл на первую улицу, его поразила безлюдность. Не видно было ни одного живого существа, тишина была, как ему показалось в начале, даже более глубокая, чем в пустыне. Там хоть ветер, перекатывая песок, шумел. Здесь, идя вдоль домов с высокими заборами, он совершенно ничего не слышал.


"Мёртвый город, здесь никого нет", - подумал он.


И тут увидел впереди, на другом конце улицы три неясные фигуры.


Светлая часть души Чупова взывала к осторожности, предостерегая его разум об опасности. За то другая тёмная часть души, буквально взбунтовалась, стремясь взять его разум под контроль:


- Эй! - замахал он им рукой.


И только проявив огромную силу воли, он сумел подавить свою мрачную частицу души, но было уже поздно.


Те заметили его, и быстро стали приближаться к нему. Эти существа не были похожи ни на людей, ни на чертей. Когда их разделяло уже несколько десятков метров, Чупов в нос ударил отвратительный запах разложившейся плоти, и теперь он отчётливей разглядел бегущих к нему. Это были мёртвые тела некогда живых существ, разложившихся почти до неузнаваемости, и приобретшие некоторые новые свойства, как огромные когти, которыми они размахивали, приближаясь к Чупову. Александр поняв угрожавшую ему опасность, бросился убегать. Но с противоположной стороны улицы, появились такие же твари.


Он бросился к одному дому, ворота оказались запертыми, и второй тоже на замке. А мёртвые твари, уже окружая, смыкали кольцо вокруг него.


- Откройте! - грохотал кулаками в очередные ворота, - пустите меня, ради Бога! - кричал он в надежде на спасение.


Разложившееся плоть обступила его, приблизившись на несколько метров к нему, они пустыми глазницами смотрели на попавшего в ловушку человека.


Александр видел как из открытых пастей мертвецов, в предвкушении жертвы, стекает ядовитая слюна. Капая на землю, она, пенясь, разъедала почву. Один из трупов, выставив вперед свои конечности с саблезубыми когтями, бросился на человека.


В этот момент открылись ворота двора, из которого выпрыгнула невиданное им ранее огромное животное со стрекозиными крыльями на спине, своими ротовыми клешнями оно вцепилось в нападающего мертвяка, буквально перекусив его надвое.


- Человек, быстрее сюда!


Чупов увидел в открытых воротах двух чертей, один из которых был ребёнком. Небольшой чертёнок, жестами звал его к себе, и на человеческом языке кричал:


- Дядя! Быстрее бегите сюда!


Александр вбежал во двор. Взрослый чёрт крикнул на незнакомом ему языке, призвал обратно животное со стрекозиными крыльями, и тут же захлопнул на засов металлические двери двора.


- Быстрее в дом! Изгнанные чувствуют ваш запах, - схватив за руку Чупова, чертёнок потащил его в строение.


Уже в доме, заперев за собой двери, старший чёрт, что-то сказал ребёнку на незнакомом языке, и перекрестился.


Чупов ожидал в аду чего угодно, не удивился напавшим мертвецам, спокойно воспринял необычайный вид спасшего его животного, но то, что черт наложил на себя крестное знамение, это шокировало.


- Кто вы? - спросил он.


Мальчик ответил на родном Чупову человеческом языке:


- Я Андрей. А это мой отец, Сан Саныч, - представил он взрослого чёрта.


- Приветствую вас человек, в нашем мире. Как нам называть вас? - протягивая ему руку для приветствия, спросил с помощью ребёнка Саныч.


- Чупов, - представился им человек.


- Александр Чупов? - переспросил чёрт.


- Вы знаете, как меня зовут? - удивился Чупов.


- Мне о вас рассказывал Алексей Гусев.


- Гусев! - вскричал Чупов, - вы знаете Алексея Гусева! Он здесь?


- Нет, сейчас он в городе Господ. Он ушёл туда спасать свою жену, которую Крысин хочет казнить.


Чупов обхватив свою голову руками застонал, опускаясь на пол:


- Это я виноват. Я помогал Сукиному Сыну в её похищении.


- Мы знаем. Нам рассказывал об этом наш друг, человек Алексей, - с акцентом, но вполне понятно перевел слова отца чертёнок, - пойдёмте наверх, там мы обсудим, как помочь вам.


Чупов изумлённо посмотрел на них:


- Он ваш друг, так почему вы тогда предлагаете мне помощь? Почему, узнав, что я тот самый Чупов, который преследовал вашего друга, не прогоните меня обратно к тем тварям на улицу?


- Когда вы стучали к нам в дом, вы упомянули имя Бога. Человек с именем Бога на устах не может нести зло. К тому же из рассказа Алексея в своём мире вы были убиты, и ваша душа должна находиться в топках ада, но вы сейчас перед нами живой и в человеческом теле. Такое чудо может совершить только наш Отец-Бог, - и чёрт вновь перекрестился.


- Да это он, - подтвердил Чупов. - Находясь в ускорители заряженных частиц Большого адронного коллайдера, я видел Бога, разговаривал с ним. Он помог мне вновь увидеть свет. Теперь я знаю, зачем я здесь. Для спасения своей проклятой души, я должен исправить совершенное злодеяние, обязан помочь Алексею спасти Змеяну.


- Ты не один. Мы тоже хотим прийти на выручку нашему другу Алексею, - старик чёрт, помог Александру подняться с пола, и повёл его наверх по лестнице.


- Дядя Чупов, что такое ускоритель заряженных частиц? - поинтересовался Андрей.


- В нашем мире есть каста людей, которые называют себя учёными, они хотят овладеть силой Бога, не признавая его. Изобретают всякие приспособления для изучения божественной силы, чтобы в последующем овладеть этой силой.


- Для чего им нужна эта сила?


- Понимаешь малыш, среди этих учёных есть разные люди, одни из них хотят славы или денег, другие изобретают оружие и мечтают только об одном, как уничтожить всё живое на планете, а третьими движет обыкновенное любопытство, повзрослев, они остались детьми, и все продолжают пытаться узнать, как устроен окружающий мир.


- В нашем мире учёных нет, - заявил малыш.


- Почему? У вас все люди..., извиняюсь, - опомнился Чупов, - я хотел сказать все черти одинаковые в своих помыслах и стремлениях?


- Нет, конечно, - ответил с помощью малыша Сан Саныч, - мы тоже разные. Сатана, под страхом наказания, запретил познание окружающего мира. Вам людям повезло, что на вас не распространяется диктатура Зла, вы живёте в свободном мире, и каждый из вас имеет право выбора, какой путь избрать.


- Я, к сожалению, пошёл не той дорогой, - заметил Александр.


- Но Великий Господь вас не оставил одного, и в трудную минуту Бог помогает. Александр скажите, как вы думаете, на нас чертей, невольных слуг Сатаны, может снизойти божественная благодать?


- Когда я предстал перед Богом, мне было сказано, что любая тварь спасёт свою душу, только спасая других. Творец говорил обо всех существующих в его мире, будь то животные, люди или черти.


- Мы так надеемся вернуться в его мир! - воскликнул чёрт, молитвенно сложив руки, смотря вверх.


- Да будет Бог с вами, - и, впервые Чупов наложил на себя крёстное знамение.


Они прошли в большой зал на втором этаже, где расположились вокруг очага с зеленоватыми языками пламени.


- Наша госпожа ушла в большой город вместе с Алексеем, она велела нам быть готовым и ждать вестей.


- Ваша госпожа, кто она?


- Родная сестра возлюбленной человека Алексея.


- Она сможет помочь Гусеву?


- У неё большие связи, она очень умная, будем надеяться на её удачу.


Чупов отказался от предложенной еды, так как от охватившего волнения не испытывал голода. Сейчас его волновало только одно, спасение жены Гусева и возвращение их в человеческий мир. Может быть, Гусев сможет простить его за причинённое ему зло. После он попытается найти у Сукиного Сына подписанный договор, и уничтожить его, сняв проклятье со своего рода. Только так он сможет спасти душу своей дочери.


От этих мыслей его отвлекли расспросы чёрта. Сан Саныч спрашивал, почему между людьми бывает вражда. За что он Чупов, ранее преследовал Алексея Гусева.


Отвечая, Александр не оправдывался, а честно признал, что поддался влиянию тьмы, что перестал ценить жизнь за её красоту и гармонию, а прельстился властью и богатством. Он так сильно хотел богатства, что возненавидел человека, у которого оно было. Стал преследовать Алексея, продал свою душу Сатане, и как выяснилось, подписав с дьяволом договор, предал потомков.


- Невесёлая история, - заметил Сан Саныч, выслушав исповедь Чупова.


Внезапно посередине зала раздался шипящий звук, яркая вспышка света озарила окружающих, инстинктивно Александр зажмурил глаза, а открыв, увидел перед собой чертиху, а душа его уже знала кто это.


Чертиха, видя перед собой Чупова, была поражена не менее его:


- Саша?


- Таня, милая моя! - Александр обнял чертиху.


- Ты живой? И в человеческом теле? Как это возможно? Твоё тело было мёртвое, и за душой должны были прийти собиратели душ? - всё ещё не веря своим глазам, спрашивала Выдра.


- Так оно всё и было. После смерти я попал в ваши пыточные камеры.


- Но как тебе удалось сбежать из адского огня? Это ещё никому не удавалось.


- Я подписал контракт с Сукиным Сыном.


- Ты продал души своих потомков?


Чупову не хватило сил ответить, он лишь кивнул.


- Саша, как ты мог продать души своих детей? Ведь только самые подлые создания могут предать своих детей или родителей, разве ты один из них? Я не верю этому, Саша.


- Я совершил величайшее предательство, и готов нести за него кару. Единственное что я просил у Бога, это помочь освободить моих детей.


- Ты разговаривал с Чужим?


За Чупова ответил старый чёрт:


- Да, он говорил с Богом.


- Это правда, Саша?


Чупов кивнул.


- Значит, Бог простил тебя, открыв врата в своё царствие?


- Нет, Таня, Отец только указал мне путь к прощению.


- Что ты для этого должен сделать?


- Спасти невинную душу.


- Ты имеешь в виду своего врага Гусева? Но в опасности не он, а моя сестра Змеяна.


- Значит, я должен спасти её.


- Саша, тогда я ничего не понимаю. Змеяна, жена Гусева, чертиха, и только внешне выглядит человеком. Разве Господу есть дело до душ чертей?


- Господу не безразличны любые души, любящие его. Не имеет значение людские или звериные. Всех кто хочет в его царство он примет. Надо только смыть грязь со своих душ, ибо дорога свободна только светлым помыслам.


- Это правда, Саша? У меня тоже есть шанс, приблизится к Всевышнему, и снять проклятье с себя?


- "Любая тварь спасёт свою душу, только спасая других", - так сказал мне Бог.


- Готовится казнь Змеяны. Надо торопиться. Я смогу вывести её с мужем в зазеркалье, но дальше им придётся выбираться из города господ одним. Без вашей помощи не обойтись, - обратилась она к Сан Санычу.


- Госпожа, мои люди готовы выступить прямо сейчас.


- Милый, - Выдра повернулась к Чупову, - я хочу, чтобы ты знал, я люблю тебя. Люблю так, как ваши земные женщины. Как бы я хотела продлить минуты, когда ты рядом. Но моя сестра в опасности, я должна спешить. Прощай любимый.


Поцеловав его в губы, Татьяна растворилась в воздухе.


- А мы? - растерявшийся от исчезновения Татьяны, задал Александр вопрос старику.


- Нам не дано путешествовать через пространство. Мы поедем верхом на лошадях.


- Почему она сказала, прощай? - расстроенно спросил он у садовника.


- Будем надеяться, что всё обернётся хорошо, - неопределенно ответил тот.


Выдра по возвращению в город Господ, отправилась в канцелярию Сукиного Сына, предварительно забрав с собой из своих покоев самое ценное.


Архивариус Сукиного Сына, приходился близким родственником её мужа. Она хорошо знала этого алчного чёрта.


- Приветствую тебя Выдра, - склонил тот свои отполированные рога.


- Жидомор, я к тебе по делу.


- Всегда рад помочь родственникам.


- Твой хозяин заключил договор с человеком по имени Александр Чупов.


- Слышал о таком. Выдающийся грешник, представляешь, продал своих потомков до седьмого колена, редчайшая тварь. Он уже представился, и шеф его взял на работу. В настоящее время проходит практику в качестве привидения.


- Мне нужен свиток с договором.


- С ума сошла? Он же в личном подчинении Сукиного Сына.


- Жидомор, достань мне договор.


- Нет, не могу. Если хозяин узнает, отправит меня на каторгу в топку.


Чертиха достала мензурку с зеленоватой жидкостью:


- Жидомор, в ней на четыре тысячи лет жизненного эликсира.


У архивариуса при виде энергии жизни, из пасти потекла слюна.


- Но если он узнает?


- Придумаешь, что ни будь, тебе не впервые изворачиваться.


- Но...


- Четыре тысячи лет жизни, - чертиха потрясла флакон с жидкостью.


- Ладно, уговорила, - протянул свою лапу Жидомор.


- Вначале свиток, - потребовала Выдра.


Архивариус принёс свиток. Чертиха, убедившись в подлинности документа, швырнула чёрту флакон.


- Выдра, зачем тебе это?


- Тебя это, мразь, не касается, - ответила она уходя.


Татьяна не сомневалась, Жидомор, как только придумает себе алиби, побежит к Сукиному Сыну, оправдываясь, вывернется наизнанку, обвинит её в захвате ценного документа. В другое время это бы стоило ей в лучшем случае каторгой, но сейчас это не имело никакого значения, свой выбор она сделала.


ГЛАВА 19


Выждав некоторое время, Гусев приоткрыл дверь, выглянул наружу. Это был основной коридор, ведущий в зал, откуда доносился рокот голосов. Коридор был пуст, Алексей вышел из-за своего укрытия и осторожно пошёл на звуки голосов. Подземный зал довольно просторный, хотя не был до конца заполнен, в нём находилось порядка двух, трёх тысяч чертей, по всей видимости, ближайшие приближённые и жёны Крысина.


Он увидел её сразу:


- Господи, наконец, я нашёл тебя, милая, любимая моя Змейка, - шептал


Алексей.


Змеяна, в своем человеческом теле, прикованная к столбу цепями, стояла на возвышении в центре зала, почувствовала его присутствие, повернула голову в его сторону. Её взгляд просветлел, и хотя он не мог слышать, что шептали её губы, сердцем понял эти слова любви. Забыв осторожность, он пошёл к ней, как кто-то его одёрнул.


- Не глупи, - Выдра лёгким кивком головы показала направление, где он должен взорвать бомбу.


Алексей медленно двинулся в указанном направлении, огибая бурлящую толпу. Гвалт стоял большой, казалось, одновременно говорили все находящиеся здесь. Гусев, скользнув взглядом по скалящимся рожам чертей, тут же забыл о ненавистной толпе. Его взор устремился к центру зала, они разговаривали друг с другом глазами и понимали друг друга. Может это была телепатия, Гусев не задумывался об этом, главное она рядом и более они не расстанутся.


- Алеша, я всё время думаю о тебе, если бы ты только знал, как я люблю тебя.


- Милая прости за то, что допустил твоё похищение, что так долго искал тебя.


- Любимый, я жила только мечтой ещё раз увидеть тебя перед вечной пустотой.


- Не говори так, я пришёл забрать вас отсюда. Клянусь, никогда более не дам злу разлучить нас.


- Алёша милый, родной, я не успела тебе рассказать о моем счастье.


- О нашем счастье.


- Я чувствую, я знаю, это мальчик, - Змеяна опустила взгляд на свой выступающий живот.


- Любимая, мы будем вместе вечно.


- Мы вернёмся на Землю, туда в лес, где были счастливы.


- Поселимся в таком месте, где нас никто не найдёт, там будем только мы и наши дети. Никогда любимая, никогда мы не расстанемся.


- Я буду каждый день видеть твои глаза.


- А я каждый день целовать твои губы.


- Счастье моё.


- Любовь моя.


На устах у Змеяны заиграла улыбка, от которой окружающая толпа пришла в ещё большее бешенство.


- Сучка, сейчас ты по-другому заулыбаешься, когда тебя поджарят на священном огне,- орала одна из жён Крысы, стремясь дотянуться своими когтями до Змеяны, и только охрана вокруг помоста не дала ей растерзать женщину.


Со всех сторон на Змеяну посыпались угрозы и оскорбления, но она даже не замечала всю эту мерзость, смотрела только на Лёшу, мысленно с ним разговаривая, и от сказанных им слов счастье заполняло её до краёв. Окружающая свора видя, что Змеяна нисколько не испугана предстоящей казнью, а напротив светится радостью и счастьем, пришла в ещё большее негодование. Стража с трудом сдерживала напирающую толпу, черти, и чертихи стремились дотянуться до очаровательной земной женщины, стоящей на возвышенности и не обращающей на них никакого внимания.


- Алексей!


Не сразу понял, что его зовут на человеческом языке, оглянувшись на окрик, увидел Татьяну, но голос тонул в вое и свисте присутствующих, Таня отчаянно жестикулировала, что бы он взрывал бомбу. Гусев, вернувшись в реальность, быстро оценил опасность, толпа вот-вот прорвёт оцепление. Положив бомбу за толпой, поджёг фитиль. Стоявшие рядом черти были заняты тем, что пытались протиснуться вперёд ближе к помосту, они рычали и ревели, выплёвывая кучу ругательств.


- Змейка, соберись, - мысленно предупредил он любимую и быстро двинулся к выходу, где должен был ждать её.


В это время в центральном входе появился Крысин со своей свитой. Довольным взглядом, окинув бушующую толпу, он пошёл к центру, охрана с трудом расчищала путь, пинками и копьями оттесняя чертей, сзади за Крысом слуги несли адский огонь, горящий зелёным пламенем, который должен захватить и удерживать в вечной боли и муках душу Змеяны.


Алексей остановился у входа и ждал оставшиеся секунды до отвлекающего взрыва, в образовавшейся сумятице Выдра должна успеть освободить сестру, заняв её месту на эшафоте.


ВЗРЫВ


Часть толпы стоящей к эпицентру разорвало на куски, остальную взрывная волна сбила с копыт. Гарь и серный смрад заполнил помещение. Алексей, ждавший взрыва лёжа, вскочив, бросился к центру, где должна быть Змеяна. Бежал по кишащим телам чертей, спотыкался об рога, падал, только чудом не поранившись об остроконечные головные отростки, вскакивал и снова пробирался вперед. Она попала прямо к нему в объятия, хрупкое человеческое тельце, Гусев прижал к своему мохнатому туловищу. Слезы текли из её глаз, но не от серного дыма, слезы радости. Они, застыв среди хаоса, обнявшись, слились в долгом поцелуе.


- Бегите! Быстрее уходите! - кричала рядом Татьяна.


Алексей, взяв на руки Змеяну, копытом припечатал между рогов поднимающего с пола чёрта, побежал к выходу.


- Где она! Ищите её! Перекрыть выходы! - раздался громовой голос Крысина.


Дым рассеялся, Алексей добежал до стены, но до выхода оставалось ещё несколько десятков метров. Сейчас их обнаружат.


- Я здесь, поганый Крыс! - взоры присутствующих обратились на этот окрик.


Дым рассасывался, там, в центре зала, около столба стояла Татьяна, принявшая земной облик Змеяны.


- Здесь, - повторила она, - что же валяетесь возле моих ног, или вы, чертовое отродье, признали меня за госпожу, - с усмешкой обратилась к поднимавшимся с пола чертям.


- В огонь её, в огонь! - заорал Крыс, но толпа, следуя слепой ярости, бросилась на Таню, растерзав её тело.


Освободившая душа, минуя адское пламя, вырвалась наружу.


- Господи, упокой её душу, возьми в своё царство небесное, - молился Гусев, удерживая рыдающую Змеяну.


- Она, она, - всхлипывая, Змеяна от потрясения, не могла выговорить фразу, - она погибла ради нас, - заревела Змеяна.


Уже вбегая в потайной коридор, до них донёсся вопль Крысы:


- Это не Змеяна, это Выдра! Измена!


Тяжело дыша, Алексей сел на пол. Змеяна плакала, не в силах сдерживать рыдания:


- Это я виновата, из-за меня она погибла.


Гусев ладонью провёл по волосам Змеяны:


- Она не умерла, - смотря в заполненные горем глаза жены, продолжал, - твоя сестра очистилась, я говорю, потому что знаю, Таня перешла в иной мир, туда, где есть счастье и любовь, там нет места злу и пороку, она пошла за создателем. Видела ли, как озарилось лицо за мгновение до того, как набросились копытные, они растерзали тело, но её душа обрела свободу.


- Это правда? - перестав плакать, ещё полностью не веря, она смотрела на него.


- Правда. И наше спасение тоже в том мире, - стремясь успокоить, он сильнее прижал ее трепещущее тело к себе.


Доносившиеся из-за стены визг чертей отдалился, чувство опасности стало исчезать, оставив место ощущению всепоглощающего счастья близости любимой. И они отдались этой волшебной силе. Какое счастье обнимать её, когда руки касались кожи, то волны блаженства окатывали тело. Он смотрел на неё и не мог отвести глаз, её лицо всегда было безумно красиво и ранее в чёртовом, и сейчас в человеческом обличье.


- Милый, без тебя мне было плохо.


- Единственная моя, я нашёл тебя, больше нас не разлучат. Любовь моя, мы выберемся отсюда.


В глазах он видел бесконечное море любви, её взгляд излучал нежность и счастье.


Выждав несколько часов, глубокой ночью, они выбрались из потайного хода в покои Змеяны. Внутри все было перевернуто кверху дном ищейками Крысина. Стараясь не шуметь, Алексей вёл жену в зал, где висело большое зеркало.


Зазеркалье, где черти не обладали своей силой, было сейчас спасением. Когда они подошли к нужной двери, то столкнулись с выходящим стражником, в глубине зала виднелись силуэты ещё нескольких чертей.


Что есть силы, Гусев ударил в пятак замешкавшемуся чёрту, схватив за руку Змеяну, бросились бежать обратно. Топот копыт, усиленный многократным эхом пустого зала, поросячий визг и хрюканье взорвали тишину. Стремглав сбежав по лестнице вниз, выскочили в сад. Казалось, тревога охватила всё пространство, там и сям вспыхивали огни в окнах дворца. По горящим факелам, число которых увеличивалось с каждой секундой, Гусев понял, что стражники, сбегаясь со всех сторон, окружают их. Немного пробежав вперёд, увидели бегущих на встречу воинов, Алексей со Змеяной повернули на аллею, уходящую в сторону, но и по ней к ним приближались охранники. Алексей метнулся к фонтану, в его покрытой рябью водой, в лунном свете отражались их тела.


- Прыгаем, - Гусев потянул за собой Змеяну.


На мгновение ей стало страшно, сказывался многовековый запрет на посещения зеркального мира.


- Не бойся, - и, взявшись за руки, они прыгнули в воду.


Призрачная надежда Гусева оправдалась, они вынырнули из вод фонтана в мире зазеркалья. С неба лились потоки воды, шел сильный ливень.


Гусев, зная из рассказа садовника, что в мире зазеркалья бесы теряют свои магические способности, не опасаясь встретить патруль, смело направился к выходу с дворцовой территории. У ворот на них попытались напасть двое чертей с мечами и наряженных в доспехи, напоминающие человеческие из средневековья. По их неловким движениям Алексей понял, что это не профессионалы, а лица из числа избранных дворян патрулирующих Зазеркалье, о которых рассказывал садовник. Изнежившие, ожиревшие, лишённые магии, эти выродки не представляли серьёзной угрозы. Один из них попытался нанести рубящий удар мечом, Алексей совершил обманный манёвр, выбил у нападающего оружие, и пинком под хвост отправил его в полёт в ближайшие кусты. Второй черт, видя неудачу напарника, не решился нападать, заняв оборонительную позицию, дав возможность Гусеву подобрать меч. Когда Алексей, вооружившись, двинулся на него, то тот и вовсе струсив, бросив свой меч, побежал прочь.


Они выбрались за пределы города господ, когда услышали топот преследователей. Впереди, верхом на чудище отталкивающего вида, скакал сам Крысин. В развевающемся тёмном плаще, размахивая огромным мечом, он с угрожающей скоростью надвигался, за ним показались другие всадники.


- Беги, я задержу их! - кричал Алексей жене не питая надежд на спасение. Змеяна не стронулась с места:


- Я умру с тобой.


- Беги! Я справлюсь с ним!


- Это не возможно...


Гусев не услышал, что говорила Змеяна.


- Ааа... - высоко держав над головой меч, с диким криком он бросился навстречу несущемуся всаднику. Казалось, чуда не произойдёт, два клинка схлестнулись между собой, удар был такой силы, что откинул Гусева на десятки метров. Алексей поднялся на ноги, тем временем Крыс развернул чудовище, готовясь к новой атаке.


- Ангел Божий, святой мой хранитель, данный мне от Бога с неба в охранение, прошу Тебя усердно: - твёрже сжимая меч, читал молитву Гусев.


Крысин, занеся меч, надвигался.


- Ты меня сегодня вразуми и сохрани от всякого зла, научи меня доброму делу и направь на путь спасения, - продолжал читать молитву.


Странным образом наполнилось тело Гусева неведомой силой, меч стал легче птичьего пера. Он легко увернулся от клинка противника, нанеся ответный, разящий удал по несущей Крыса твари.


Тот кубарем скатился из седла раненой скотины, вскочив, бросился с мечом на Гусева. За спиной Алексея стояла оцепеневшая Змеяна, по другую сторону спешившиеся воины Крысина. Огромный, на голову выше соперника Крысин, бился на мечах с человеком в образе чёрта. Каждый удар отдавался нестерпимой болью в руках державших меч. Крыс, не сводя с противника своего кровавого взгляда, словно играючи наносил удар за ударом по пятившемуся Алексею. Гусев успевал только защищаться, подставляя под методичные удары свой меч. После очередного натиска Крыс выбив оружие из рук Алексея, занес свой клинок для смертельного удара. Страх, не за себя, за любимую охватил Алешу:


- Господи! - взмолился он, веря всей своей душой.


То, что произошло далее, со стороны выглядело невероятно:


В битву ворвался человек, своим мечом отразив страшный удар Крыса. Человек пошел в атаку, мощными, полными ненависти ударами он обрушивал свой меч на Крысина.


Следом нахлынула волна чертей, с вышитыми на плащах распятиями. Алексей узнал их, это были те черти из тайного общества, что в доме садовника вместе с ним молились истинному Богу. Подоспевший отряд Сан Саныча перемешался со стражниками Крысина. Началась сеча.


И когда, тяжелораненый Чупов, проткнул грудь Крысы, страшный, звериный рёв потряс окружающее пространство, зелёное пламя охватило корчившегося в агонии Крысина, небо поразила огромная молния. Оставшиеся в живых солдаты Крысина побежали прочь.


Алексей со Змеяной подошли к раненому.


- Второй раз умираю, - Александр пытался приподняться, - я прошу у вас прощения.


Гусев, став на колени, помог Александру сесть, посмотрев в глаза недавнему врагу, обнял:


- Мы люди, родные по крови, в нас не должна жить ненависть. Я радуюсь за тебя брат, что ты вернулся к свету.


- Где Таня, - обводя всех взглядом, спросил Чупов.


- Сестра покинула этот мир, отдав жизнь за мою свободу.


- Она в адском огне?


- Нет, огонь не успел овладеть её душой. Толпа растерзала её тело, освободив душу моей сестры.


- Друг, она любила тебя, и просила передать тебе это, - Гусев протянул умирающему свиток.


- Дайте огня, - попросил он.


Сжигая купчую на свою душу, пояснил:


- Это мой позор, я никогда не смогу от него отмыться. Но теперь я счастлив, что смог исправить свой главный грех, и вернуть души детей из царства смерти. Змеяна, - посмотрел на девушку, - мне повезло в жизни повстречаться с твоей сестрой. Знай, она для меня была светом радости и любви. Я ухожу за ней, прощайте...


- Он умер, - Алексей опустил ладонью веки Чупова, закрыв потухший взор.


- Смотрите! - воскликнул Сан Саныч, показывая на развернувшиеся небеса, из которых исходила сама тьма.


- Это сам Сатана идёт, что бы отомстить нам за своего слугу!


Гусев оглянулся на всё усиливающийся мрак. От черни исходил не просто страх, скорее ужас. Оно захватывало волю, сознание отказывалось искать выход, ожидая смерти. Пересилив это ощущение, Алексей отвёл взгляд от струящейся на горизонте тьмы.


- Да вернётся твоя душа к Богу. Аминь. - Произнёс он, положив на прощание руку на лоб Чупову.


- Человек, - обратился к Гусеву садовник, - лучше будет, если мы разделимся, ты со Змеяной прямым путём поедешь в наш город, там мой сын ждёт тебя, а мы постараемся отвлечь погоню на себя.


- Сатана уничтожит вас, - попыталась отговорить Саныча Змеяна.


- Госпожа, в Зазеркалье его власть ограничена, думаю, наши шансы здесь уравнены, и пришло время выступить в открытую против тирании. Мы та искорка, из какой появится свет, который развеет ту темноту, - садовник кивком головы указал на горизонт.


Прощаясь, Гусев пожал каждому чёрту ладонь, вскочив на поданных им животных, он со Змеяной поскакал в город садовника.


Светало, пустынные улицы зеркального города встретили их угрюмым молчанием. Во дворе дома Саныча они спешились, навстречу выбежал Андрей, с радостным криком бросился к Гусеву. Мальчик соскучился по своему другу, обрадованный встречей, старался всячески помочь. Взяв скакунов под уздцы, отвёл их в стойло, потом провёл гостей в дом. Он рассказал, что с тех пор как Алексей уехал в город господ, члены тайного общества принялись готовиться к восстанию, добывали оружие и снаряжение.


Днём вернулся один из чертей из группы Саныча. Въехав во двор, он чуть не упал с привезшей его твари, подбежавший Алексей вовремя подхватил чёрта. Он был тяжело ранен в живот, сполохи адского огня вспыхивали на конечностях.


- Все погибли, - шептал раненый засохшими губами, - изверг сильнее нас, он истребляет окружающее пространство.


- Папа! Папа! - закричал Андрей, услышавший о гибели отца, заплакав, убежал в дом.


Гусев со Змеяной осторожно перенесли воина в дом, перебинтовали рану. Но всё было напрасно, взгляд раненого быстро тускнел, слабым движением руки он подозвал к себе Алексея, терпя нечеловеческую боль, зашептал:


- Человек, вам нужно уходить в свой мир, - напрягая остатки сил, продолжал говорить, - Сатана знает, где вы, тьмой он пожирает пространство на пути, зазеркалье его не остановит. Передохнув, он продолжал:


- Пожалуйста, позаботьтесь о мальчике, возьмите его с собой.


- Я за него в ответе, - обещал Алексей.


Умирающий черт в благодарность слабым движением пожал руку Гусеву. Взгляд его померк, языки адского пламени, торжествуя, вспыхнули ярче, охватив всё тело покойного.


- Огонь будет мучить его вечно, - с горечью проговорила Змеяна, смотря на горящего чёрта.


- Нет, рано или поздно придёт спаситель, он победит смерть, освободит души верующих в него, даст им вечную жизнь в раю.


- Может вам людям да, но разве он примет нас чертей.


- Он примет всех кто поверил в него, - обняв Змеяну, нежно прижал к своей груди, - всё будет хорошо, милая.


Андрея они нашли в спальне Саныча. Мальчик лежал на постели отца горько плакал. Змеяна обняла мальчика, что-то зашептала ему на ушко. Постепенно мальчик успокоился, только крепче прижался к Змеяне, она ему что-то говорила, покачивая на коленях, пока малыш не уснул.


- Лёша, Андрей будет нашим сыном, - сказала она подошедшему Гусеву.


- Мы возьмём его с собой, - Алексей ласково погладил вьющиеся чёрные кудри Андрея.


- Почему-то быстро темнеет, - встревожено заметила Змеяна, взглянув в окно.


Гусев, подойдя к окну, увидел страшную картину, совершенно непроницаемая тьма, клубясь, медленно ползла по улицам города, она обволакивала дома, разъедая их, исчезало всё, даже камни превращались в пустоту. Алексей вбежал в комнату на противоположной стороне дома, там за окном была та же картина.


- Дьявол отрезал нам все пути к бегству. Как нам выбраться из этого мира? - он вопросительно посмотрел на жену.


- Мы должны выйти из Зазеркалья, потом надо прочесть заклинание, что бы перенестись в человеческое измерение. Но ни я, ни ты этого сделать не сможем. Я потому что превращена в обыкновенную смертную, ты же Алексей также имеешь лишь облик чёрта.


- Я смогу прочесть заклинание, - проснувшийся Андрей смотрел на них твёрдым, решительным взглядом.


- Тогда в путь, - Алексей направился к ближайшему зеркалу.


Но они не успели войти в зеркало оно начало крошиться на мелкие кусочки.


- Сатана не хочет нас выпускать из Зазеркалья, - Алексей бросился к другому зеркалу, прежде чем оно успело рассыпаться, перекрестил его. Стекло задрожало, но выдержало, а тьма уже заползала сквозь разъеденные стены. Они выпрыгнули из Зазеркалья. Множество появившихся тварей попытались напасть на них, но Алексей готовый к чему-то подобному, быстро очертил круг вокруг себя и своих, начал вслух читать молитву. Твари, скребясь и злясь, не могли проскочить черту, в это же время Андрей повторял за Змеяной слова заклинания для перехода в иное измерение.


Их охватил, уже знакомый Алексею, бешеный круговорот. Они, держась друг за друга, вращались в этом вихре, опять к ним тянулись тысячи рук. Среди калейдоскопа лиц Гусев вдруг увидел Саныча.


- Папа! - закричал Андрей и, взглянув повзрослевшим взглядом на Гусева, крикнул, что должен спасти отца, оттолкнулся от них. Ураган, набирая обороты, быстро унёс Андрея, но прежде чем потеряли его из виду, заметили, что мальчик прорвался сквозь миллионы тысяч пытавшихся схватить рук к отцу, в момент их соединения вспыхнула звезда, которая странным образом медленно, но верно стала вращаться в противоположную сторону, поднимаясь всё выше и выше.


- Что это означает? - прокричал на ухо Змеяне Гусев.


- Я впервые вижу такое, они соединились, став одним целым, сила их любви настолько велика, что противостоит этой разрушающей мощи.


- Господи, помоги им, - взмолился Гусев.


А ураган всё закручиваясь в бешеном темпе, пытался оторвать Алексея от


Змеяны. Но вмешалась новая, более могущественная сила, неподвластная падшему миру. Оберегая влюбленных, она поднимала их вверх. С телом Гусева начали происходить метаморфозы, оно принимало прежний человеческий вид.


- Скоро нас выбросит в мир людей, вспомни какое-нибудь мягкое место для приземления, - прокричала ему на ухо Змеяна.


Единственное что сразу пришло на ум Алексею, это шикарная тахта в спальне его первой жены.


ГЛАВА 20


Была тихая летняя ночь. Зинка-бухгалтерша, нежась в постели, обсуждала с Акимовым, своего бывшего мужа.


- Уже несколько месяцев как лежит в психушке. Никого не узнает, постоянно зовет черта, бормочет не понятные слова. Он и раньше был идиотом, но теперь у него вообще съехала крыша.


Акимов пальцем ковыряясь в ухе, лениво ответил:


- От богатства наверно двинулся.


- Гад, мог же мне как своей бывшей жене оставить немного денег, хотя бы тысяч сто баксов.


- У тебя губа не дура, тысяч сто, да за такие деньги знаешь, что можно купить?


- Хотя если подумать, - продолжала она, - то сто тысяч долларов это же мало. Ну, купишь дом, машину, ещё кой-чего и деньги кончатся. Нет, эта сволочь должна была оставить мне как минимум миллион, а лучше два или пять, - Зинка в возбуждении даже села, - если бы он сейчас здесь появился, я бы ему глаза выцарапала, но деньги вырвала бы у него.


В это время в спальне раздалось слабое шипение, прямо над головами образовался портал, потом появилось смутное очертание двух силуэтов, они материализовались, и на постель упал обнажённый Гусев с очаровательной девушкой. Впрочем, Зинка со своим ухажером не успела опомниться, как её бывший муж, с женщиной вскочив, выбежали из квартиры. Дальнейшее заставило Зину со своим кавалером забиться в угол, широко раскрытыми глазами полными ужаса, не смея не то что закричать, а даже пискнуть, они наблюдали как из неоткуда, прямо с воздуха, на постель один за другим шлепались черти, нечисть не обращая внимания на Зинку, выбегала вдогонку за


Гусевым. Сколько было чертей, она позже врачу психиатру в точности сказать не могла, говорила, что было много.


Алексей со Змеяной, не замечая случайных прохожих, обнаженные бежали по ночному городу. Они не заметили пятидесятилетнюю даму, шедшую под руку с мужчиной, не слышали, как она возмущённо кричала им вдогонку:


- Проклятые наркоманы, совсем обнаглели! Я сейчас полицию вызову!


Секунды спустя та же женщина кричала только одну первую букву алфавита, судорожно цепляясь в обалдевшего ухажера. А мимо проносилось ершистое племя чертей.


Алексей со Змеяной не заметили скамейки с сидящей на ней молодёжью, не слышали гогот - хохот и свист им вдогонку, как не обратили внимания, что через несколько десятков метров эта же самая молодёжь, с перекошенными от ужаса лицами, резво их обогнала.


Они бежали к центру города, где среди высотных зданий находилась неказистая с виду церквушка. Почему именно к ней, а не к огромному шикарному храму, который находился немного в стороне, они не задумывались. Может, что она была одна из самых древних, возможно, их вёл какой-то инстинкт, тем не менее, они не просто знали, а были уверены, что только там спасение.


Стук копыт по мостовой приближался всё ближе, черти нагоняли их, ещё немного и ...


Выручила вызванная кем-то, может той тётей, полиция. Доблестные стражи порядка не сдрейфовали перед нечистью, а мужественно вступили в бой. Особенно отличился в схватке рядовой Мельников, израсходовав весь боезапас автомата, ринулся в рукопашный бой. Конечно ни пули, ни приёмы рукопашного боя чертям вреда не нанесли, но главное они на пару секунд задержали погоню. Этого хватило Алексею со Змеяной, чтобы вбежать в храм. Упав перед алтарём на колени, Взявшись за руки, они обратились в молитве к Господу.


Как констатировали синоптики, такой погодной аномалии как в эту летнюю ночь ещё не наблюдалось. На половине города свирепствовала настоящая зимняя буря, шквалистый ветер, закручивал снежные вихри. Резко понизившаяся температура погубила всю цветущую растительность. Позже Минздрав отметил, что в этой части города резко возросло число психозов, так в качестве примера приводили сошедший с ума наряд полиции. На другой стороне города напротив, стояла тёплая тихая летняя ночь, благоухала растительность, щебетали птицы. На следующее утро многие неизлечимые больные проснулись здоровыми.


Граница, разделившая город на климатические зоны проходила прямо над небольшой церковью, стоявшей средь высотных зданий.


ЭПИЛОГ


Там, за пределами материального, где нет ни света, ни тьмы, где время не имеет значения, а пространства не существует, решалась судьба влюблённых.


Где-то в храме, на одной из планет Солнечной системы, на краю спиралевидной галактики остановились во времени два существа, просящих у Создателя заступничества.


Вокруг храма продолжалась жизнь, рождались и умирали люди, возникали войны и создавались города, вспыхивали сверхновые звёзды, а эти два создания, преклонив колени, ждали своей участи.


Бог зла требовал выдать ему, принадлежащую его миру Змеяну, ссылаясь на закон о разделе противоположностей.


Бог добра заметил:


- Сатана, ты сам ей отказал в крове.


- Но я не менял сущность, её начало тёмное.


- Было, теперь иначе. В её чреве зародилась жизнь маленького человека, а безгрешную душу, ты не можешь забрать.


- Я буду ждать, но после я заберу её.


- Для этого тебе придётся разорвать узы любви, которая тебе не подчиняется.


- Но вечной любви нет!


- Я считаю, ты ошибаешься, Сатана.


- Хорошо Создатель, пусть время нас рассудит, пока их сердца горят любовью, я не вмешиваюсь, в противном случае я заберу обоих.


- Согласен, - усмехнулся Всевышний.


Прекрасная богиня Аврора осветила первыми лучами окрестности. Алексей со своей женой шёл через каменистый мшистый мостик, перейдя его, оставили позади себя звенящий ручей. Они шли по песчаной дороге, песок шуршал под босыми ногами, а кругом стояла удивительная утренняя тишина.


- Нас отпустили, - говорила Змеяна Алексею, - теперь мы можем наслаждаться спокойствием и музыкой гармонии.


- В этом мире мы будем счастливы с тобой, здесь нет зла, нет ничего такого, что могло помешать нашей любви. Теперь не будет несчастий и нужды, ни суеты, только умиротворяющее спокойствие.


- Смотри, там впереди стоят дома, я вижу венецианские окна и вьющийся виноград, поднимающийся к самым крышам домов. Там около одного из домов стоят два человека.


- Кажется, я знаю, кто это, - Алексей задумчиво смотрел вдаль, - это Мастер и Маргарита.