# Орден

Александр Тимофеевич Черныш

1988 год

Орден

Рассказ

Шурша палыми листьями, Серёжка с Вовкой шли из школы знакомой дорожкой. Заговорившись, они чуть не наскочили на старичка, который кряхтя и постанывая, собирал в ·авоську▌ рассыпавшуюся картошку. Сначала они хотели обойти старичка, но, посмотрев на его руки, дружно присел на корточки и стали помогать ему. Мальчишки проворно собрали клубни, Серёжка поднял сетку и скривил губы - тяжеловата.

- Давай поможем - шепнул он другу - я знаю, он в нашем доме живёт.

Не слушая возражений старичка, мальчишки подхватили сетку, портфели, и затопали по дорожке. Они занесли картошку в прихожую и повернулись уходить, но хозяин квартиры раскинул перед ними руки:

- Нет-нет, вы у меня в гостях. Сейчас чай будем пить. С конфетами. Вы идите в комнату, а я чайник поставлю. Я ведь один живу, старушка моя уже два года, как умерла.

Ребята сняли ботинки и прошли в комнату. Они с интересом разглядывали скромную старомодную обстановку, фотографии на стене в рамке под стеклом. Вовка толкнул Серёжку:

- Смотри, это он!

С пожелтевшей фотографии на них смотрел улыбающийся солдат с орденом и медалью на груди. В его лице угадывались черты постаревшего хозяина квартиры. Сергей разглядывал книги, стоящие на старомодной плетёной из лозы этажерке. Одна из них, старая, в пожелтевшем переплёте, была словно проткнута насквозь чем-то горячим - края дыр на листах были потемневшими, словно обугленные.

Вскоре хозяин вошёл в комнату, держа в одной руке блестящий чайник, а в другой подставочку. Через пару минут ребята, прикусывая карамельки, пили душистый чай, а Семён Трофимович - так звали старичка - рассказывал им о себе. О том, что до войны работал в колхозе трактористом, воевал, а после войны - здесь, на заводе. Серёжка не выдержал и спросил Семёна Трофимовича:

- А почему у Вас на этажерке такая рваная книга стоит? Чем её проткнули?

Семён Трофимович поставил чашку, вытер платком лоб и шею.

- Это ребятки, спасительница моя. Взяли мы одно село в декабре сорок первого. Зима, холодно. Нашли большую избу на ночёвку остановиться, а это школа оказалась. Фрицы её разграбили, да не успели сжечь. Книги вот только спалили во дворе, а эта в сторонке оказалась и уцелела. Я и сунул её в ·сидор▌. Дон Кихот называется. Ну, а вскоре как-то мина позади меня шлёпнулась, и один осколок мне в спину угодил. Неглубоко вошёл - книга задержала. С тех пор она всегда со мной.

Соскучившись по собеседникам, ветеран рассказывал очень живо, с юмором, и ребята не заметили, как пролетел час. Спохватившись, они встали:

- На уроки надо делать. А можно к Вам ещё прийти? - спросил Серёжа.

- Приходите, рад буду.


Утром мальчишки наперебой рассказывали классной руководительнице о своём новом знакомом.

- И медаль у него есть за войну, и орден был - захлёбываясь выкладывал подробности Сергей.

- Ну, вот и пригласите его на следующий пионерский сбор - посоветовала Татьяна Петровна - и помогайте ему, возьмите шефство.


На пионерский сбор Семён Трофимович пришёл гладко выбритый, в белой рубашке, с медалями на стареньком, но чистом пиджаке. Послушал, как ребята читали стихи о войне, а потом долго рассказывал о тяжёлой фронтовой работе, о лопате, которая помогала солдатам спастись от смерти в окопах, о грязи фронтовых дорог. В конце сбора поднялась маленькая глазастая Наташа и спросила: встречается ли он со своими боевыми друзьями. Семён Трофимович вздохнул и покачал головой - нет.

- Был у меня друг. Сержант Ваня Комаров. Настоящий друг. И шинелью одной укрывались, и из одного котелка хлебали. Всё было. В сорок четвёртом я с группой в разведку уходил, а он в прикрытии оставался. При возвращении нас обнаружили. Меня так шарахнуло, что очнулся только в госпитале. Полгода провалялся, потом демобилизовали - войне конец. Писал я потом и в часть свою, и в его деревню, да ответа не было. Может, почта не дошла, а может погиб - не знаю. Душевный был парень.

Семён Трофимович разволновался. Когда принимал от девочек подарок - ребята раздобыли книгу ·Дон Кихот▌ вместо пробитой осколком - руки заметно дрожали.

После сбора Володя и Сергей ещё больше привязались к ветерану. Часто забегали после школы - то в магазин сходить, то в аптеку, то просто так посидеть. Семён Трофимович интересовался их школьными успехами, и иногда журил Вовку за проскальзывавшие двойки по математике. Детей у него не было, и наверное поэтому он очень полюбил своих ·внучат▌.


Однажды после зимних каникул Сергей ворвался к Вовке взъерошенный, без пальто, в наперекос застёгнутом пиджаке и с порога заорал:

- Ты чего телик не включаешь? Там знаешь, что показывают?

- Знаю, мультики. Видел, не хочу. - спокойно ответил Вовка.

- Какие мультики!- ещё громче заорал Серёжка. - понимаешь, я включил телевизор мультики посмотреть, да рано. Там какая-то передача про ветеранов. И один дядька, пожилой такой, про Семёна Трофимовича рассказывал!

Теперь заволновался Вовка.

- Ты ничего не напутал?

- Точно! Как дядя Сеня его раненого через Днепр переправлял, и как он танк гранатами подорвал, и как его в разведке ранило. Геройский, говорит, у меня друг был - Семён Мартынов.

- А кто он такой, этот дядька?

- Во! Самое главное - всё совпадает. И. П. Комаров - подпись была, когда он рассказывал. Пойдём скорее к дяде Сене.

- Нет, погоди, - Вовка почесал затылок. - понимаешь, если ему сейчас сказать, он волноваться будет, а ему нельзя - у него сердце болит. Надо как-то его подготовить.

Через десять дней Серёжке пришёл пакет из Москвы, в котором была фотография Ивана Петровича Комарова и письмо, в котором ветеран благодарил ребят за весть о его фронтовом друге. Кроме того, он писал, что сохранил орден Славы, который Семён Трофимович отдал ему перед уходом в последнюю разведку. Писал он также, что через несколько дней тоже был ранен и попал в санбат, а потом в госпиталь, но Мартынова уже отправили в глубокий тыл. В конце письма Иван Петрович сообщал, что билет на поезд у него уже в кармане.


К Семёну Трофимовичу мальчики отправились вместе с учительницей. Похудевший и ослабевший после болезни ветеран очень обрадовался гостям, хотел поставить чайник, но Татьяна Петровна остановила его. Она стала рассказывать, что в школе есть музей боевой славы, что ребята ведут переписку с военными архивами, и вот, кажется, нашли одного из однополчан Семёна Трофимовича. Она достала фотографию Комарова. Дрожащими руками старик взял фото и долго вглядывался в постаревшее лицо друга. В звенящей тишине чуть слышный шёпот - ·Ваня▌ - показался громом...

Уставшее сердце не выдержало - приехавшая ·Скорая помощь▌ увезла Семёна Трофимовича в больницу.

Иван Петрович приехал через день. Сутки просидел он у гроба фронтового товарища, а после долго разговаривал с Татьяной Петровной.

На следующий день в актовом зале школы собрались все ученики. Завуч Анна Павловна коротко рассказала о жизни Семёна Трофимовича и предоставила слово Ивану Петровичу. Медленно, с трудом подбирая слова, ветеран рассказывал затихшим ребятам о своей фронтовой дружбе с Семёном Мартыновым. В конце он сказал:

- Почти сорок лет мы с Семёном искали друг друга. Привёз я его орден. И вот что думаю: ваша школа имеет полное право хранить боевой орден Славы Семёна Трофимовича Мартынова. Я прошу подойти Серёжу и Володю, которые помогли мне найти друга.

Покрасневшие от волнения мальчики подошли к столу.

- Спасибо вам, ребята за заботу о моём друге, за память о нас, фронтовиках. Он протянул Сергею чуть потускневший орден, а Володе - книгу Сервантеса, спасшую жизнь его другу в далёком 1942-м году.


Александр Черныш. 1988г.