# Гражданская Жизнь

Александр Сергеевич Черевков

ГРАЖДАНСКАЯ ЖИЗНЬ.

Хорошая жизнь, как горизонт, постоянно где-то впереди, но не рядом с нами.


Часть-1. Отпуск у моря.


1. Шепси.

Раньше мы отдыхали целыми семьями. После службы в армии ни стал использовать положенный мне отпуск после службы в армии, а сразу пошёл учиться в техническое училище и работать наладчиком фотоэлектронного оборудования на военный завод "ФЭУ". Но после выпускных экзаменов в техническом училище, нам всем предложили пойти на месяц в летний отпуск. Так как за этот период должны были подготовить рабочие места на военном заводе "ФЭУ" и отправить в отпуска "старых" рабочих военного завода "ФЭУ". У меня не было никаких планов насчёт моего отпуска. Всю службу в армии за два года у меня были отпуска домой, а тут ещё отпуск дома. Надо было чем-то приятным заниматься. Хотел просто отдыхать дома и ездить на рыбалку. Рядом много хороших мест на рыбалку.

- Давайте махнём дикарями к дяде Коле, в посёлок Шепси у Чёрного моря. - предложила тётя Надя. - Мы давно не отдыхали семьями у знакомых и родственников. Вот у Коли будут радости! Когда он увидит нас.

Мы, конечно, представляли, какие будут радости у дяди Коли, когда мы оравой явимся к нему. У многих, возможно, остались воспоминания о наших каникулах и отпусках у дяди Саши Морозова на станции Червлённой-Узловой, которая находится на реке Терек в Чечне. Тогда многим родственникам пришлось платить штрафы за опустошённые сады, огороды и пруды, которые пострадали от наших многочисленных набегов.

Тогда, три года назад, впервые и в последний раз, собрались у дяди Саши Морозова на каникулы дети наших многочисленных родственников. Точного числа, которых никто не знает, так как нас было больше чем местных детей посёлка Червлённая-Узловая. Мы жили в домах, сараях, на сеновале и просто в шалашах во дворах наших родственников этого посёлка. Руководил тут всей оравой родственников дядя Саша Морозов.

Ну, ладно, это в прошлом. Чтобы не испугать до смерти нашим приездом дядю Колю, было решено, что туда поедут только две семьи. Это семья тёти Нади Щепихиной, пять человек и наша семья, четыре человека. Вовремя сбора к нам привязался мой старый друг Толик Фомин. Таким образом, вместе к Чёрному морю ехать собрались десять человек.

Трое взрослых родителей и семь человек парней в возрасте от десяти до двадцати двух лет. Мне, как самому старшему из братьев, возложили всю ответственность за отдых на море, тем более, что был знаком по службе в армии с Чёрным морем. Отказываться мне было бесполезно, так как меня могли оставить дома одного. Жить дома одному всегда скучно. Поэтому согласился.

Нам понадобилось два дня на полную подготовку к поездке на Чёрное море. Чтобы богатого дядю Колю не превратить за пару недель в нищего, мы решили взять с собой все непортящиеся продукты. Весь запас домашних консервов и сухих продуктов, был уложен в картонные ящики и в рюкзаки.

Некоторые продукты мы купили в магазинах, за дефицит которых нам навязывали в нагрузку лотерейные билеты ДОСАФ. Мы хотели выбросить билеты, но решили оставить. Вдруг, нам тоже когда-то повезёт, как говорят по радио. Когда все было готово, дядя Миша Щепихин, муж тёти Нади, нанял на щебеночно-шпальном заводе автобус "ПАЗ". Мы все загрузились в автобус и двинулись в дальний путь за пятьсот километров к Чёрному морю. Наш путь пролегал через Северную Осетию, Кабардино-Балкарию, Карачаево-Черкесию, Ставропольский край, Адыгею и Краснодарский край. Путь был для нас очень длинным и нелёгким. Почти через весь Северный Кавказ.

Несмотря на то, что мы выехали из Беслана в час ночи, лишь через сутки увидели берег Чёрного моря. В дороге по трассе, мы заготавливали овощи и фрукты, которые стояли в вёдрах у дороги на протяжении всего нашего пути от Беслана до Туапсе. Каждое ведро стоило всего один рубль. Причём продавцы уважали больше всего металлический рубль. На бумажный рубль давали фрукты и овощи просто полное ведро, а на металлический рубль ведро с горкой. Всю дорогу питались фруктами и овощами.

Чтобы не отправить дядю Колю в психушку или на тот свет, своим прибытие среди ночи, мы заночевали в автобусе между Туапсе и посёлком Шепси. Когда первые лучи летнего солнца разбудили нашу ораву, мы тут же бросились купаться в Чёрное море, которое не видели ночью с дороги. Родители с трудом загнали нас в автобус, чтобы окончательно не растерять нас на этом берегу моря, до приезда к дяде Коли.

Через десять минут мы были в посёлке Шепси, который расположился в расщелине между двух зелёных вершин и морским пляжем. Посёлок был настолько зелёный, что нам казалось деревьев здесь больше чем домов и людей вместе взятых. Кроны южных деревьев огромными шляпами-сомбреро скрывали дома от знойного южного солнца.

Даже склоны вершин у посёлка Шепси казались нам папахами с зелёных барашков, которые сытые лежат на небольших вершинах соседних гор. Редкое пространство между деревьями занято постройками жилых домов, которые также заплетены вьющимися растениями цветов и кустарников. Среди которых выделяются контуры зданий, самое высокое из них, всего в два этажа ростом и то, так сильно спрятано в зарослях зелени, что трудно отличить от зелёных растений. Разве по зелёному контуру кирпичных стен, которые были полностью облеплены вьющимися зелёными веточками с листьями. В сотне метров от пляжа небольшой домик, в котором жили дядя Коля и его жена, тётя Валя. Они ещё спали. Мы подъехали метров на десять к их дому. Тётя Надя сразу взяла заботы огромной оравы на себя.

- Вы сидите в автобусе, а схожу на разведку. - распорядилась тётя Надя. - Возможно, что дядя Коля дома.

Тётя Надя сказала это так, словно дядя Коля мог убежать куда-то при виде нас. Однако, мы остались в автобусе и не терпеливо выглядывали в ожидании результата, с которым вернётся к нам наша тётя Надя. Мы уже давно привыкли к сюрпризам тёти Нади и знали, что все у нас обойдётся хорошо. Пусть даже нам придётся помучиться в ожидании этих новых сюрпризов, которые постоянно преподносит нам тётя Надя.

- Ой, Надя?! - услышали мы, удивлённый голос дяди Коли, когда на стук открылась дверь в огромном доме.

- Здравствуй, Коля! - робко, ответила тётя Надя. - Мы, вот, тут, все решили на лето в гости к тебе приехать.

- Как, все? - испуганно, спросил дядя Коля. - У меня всего домик у моря, а не усадьба графа Лебедева.

- Да, ты не бойся, Коля! - подбодрила тётя Надя. - Мы будем жить дикарями и нас всего десять человек.

- А! Ну, тогда другое дело. - облегчённо, вздохнул дядя Коля. - Места у нас на пляже всем гостям хватит.

- Ура! Ура! - радостно, закричали мы в один голос, выскакивая с вещами, из уставшего от дороги автобуса.

От нашего крика всполошился весь живой мир природы. Начали сонно лаять собаки. С ветвей деревьев в небо поднялись огромные стаи птиц. Возле берега моря из палаток и шатров повыскакивали все "дикари".

- Так только наши приезжают. - выходя из своего дома, сказала сонная тётя Валя. - Вы посмотрите на свои часы. Нет ещё и пяти часов утра, а вы устроили тут такой балаган. Всех сразу разбудили. Можно и по тише.

Как только наша встреча состоялась, мы тут же разбили свои палатки, словно уже знали где это нам разрешат делать хозяева дома. Тётя Валя хотела было возразить насчёт нашего самовольства, но только открыла рот и растерянно махнула рукой.

Все весенние заботы об зелени окружающей среды к лету, были затоптаны нашими ногами и на месте зелёных клумб появились палатки ярких цветов, которые сильно выделялись среди растительного мира посёлка Шепси.

Так что это лето у тёти Вали не будет забот с цветами. Мы закончили установку своего места жительства и побежали осваивать ближайший пляж. Чёрное море ласково встретило нас своей тёплой водой и мягким песком на пляже. Не успели мы разобраться со своим местом на пляже, как людей вокруг стало больше самого места на песке. Нам тут это сразу не понравилось. Привыкшие к свободе, мы были ущемлены местом отдыха у моря. Мы решили поискать свободное место.

- Нам надо найти своё постоянное место. - взял на себя инициативу. - После обеда мы пойдём искать себе место отдыха и рыбалки. Только нам надо узнать, на что здесь местные рыбаки рыбу ловят в море и все.

- Отдыхающие из Беслана, просим пройти на обед. - оглушил нас в репродуктор, голос тёти Нади.


2. Тайны нашей рыбалки.

Как истинные "дикари", мы ринулись через пляж, к зову желудка. Спотыкаясь через обнажённые тела туристов, загорающих на песке. Через несколько минут, мы подобно голодным хищникам, смели продукты, которые были выставлены на ковровой дорожке между деревьями. Затем прихватили с собой запас продуктов и свои рыболовные снасти. Направились обследовать морское побережье вблизи посёлка Шепси. От пляжа, в сторону Сочи, берег резко изменился и принял местами форму обрывистых скал, уходящих длинными грядами в морскую глубину.

Здесь не было места для загара на песке, но, зато рыба плескалась всюду. Мы приготовили удочки и затаились у моря в каменных расщелинах между серых скал. Час терпеливого ожидания не принёс нам желаемых результатов. Рыба совсем не хотела у нас клевать на крючок. Были испытаны все известные нами хитрости рыбной ловли, но морская рыба никак не хотела ловиться на наши хитрости.

- Давайте мы будем искать ракушки рапаны. - предложил, братьям. - Среди камней их должно быть много.

Братья, как по команде, надели на себя ласты и маски с трубками. Вода у берега возле камней забурлила от наших ныряний. Мы облазили все прибрежные камни. Но кроме морских камней ничего не увидели. Рапаны словно вымерли в окрестных местах. Всюду только рыба плавает и водоросли в море разные растут.

- Саша! Саша! Плыви сюда! - закричал мне, двоюродный брат Женя. - Тут что-то нашёл в воде на камнях.

Поплыл к Женьке и на небольшой глубине увидел между камней два совершенно новые кислородные баллоны аквалангистов с маской. Прямо в воде открыл вентиля баллонов, которые были полны кислорода. подхватил оба баллона с маской и стал поднимать их наверх. Мне не терпелось их сразу испытать.

- Вот класс! - закричал, во всю глотку. - Тут кто-то маску и баллоны для аквалангистов потерял. Мы теперь с этим аппаратом весь берег обследуем. У нас навалом будет рыбы разной. Рапанов себе тоже наберём.

Усиленно бултыхая ластами, поплыл на спине к берегу, чтобы там акваланги одеть на себя. Когда подплыл к берегу с аквалангами и баллонами с кислородом, то увидел, что меня на берегу ждут пограничника.

- Ты эти, баллоны и маску, клал туда? - спросил меня, капитан пограничников, когда выбрался на берег.

- Нет! - рассеянно, ответил. - Мы просто ловили рыбу и искали рапанов, это случайно увидели в воде. Мы думали, что кто-то потерял с лодки. Хотели всё это снаряжение отнести в милицию, чтобы там нашли хозяина.

- Предъяви документы. - потребовал капитан пограничников. - Расскажи мне кто ты и откуда приехал. Мы всё должны знать о тебе.

К моему счастью, паспорт был при мне. Забыл его вытащить из своей спортивной сумки и принёс на море вместе с рыболовными снастями. Предъявил капитану пограничников свой паспорт и рассказал о себе, как в армии, что требовалось от меня в таких случаях при задержке пограничниками на берегу этого моря.

- Армию отслужил возле границы, а ведёшь себя, как мальчишка. - отругал меня, капитан пограничников. - Собирай свои вещи и братьев. Чтобы вас больше не видели в этой стороне. Иначе, всех посажу в тюрьму!

Мы собрали свои вещи и быстро помчались в сторону посёлка Шепси. Вероятно, что здесь отрабатывали учения по задержанию нарушителей водной границы. Вполне возможно, что ждали настоящего нарушителя границы, а тут мы привёрлись со своей рыбной ловлей и поиском рапанов. В любом случае испортили всю работу пограничников. По службе в армии мне известно, что до нейтральной границы от берега нашей страны в Чёрном море всего одиннадцать километров. Хорошему аквалангисту ночью ничего не стоит добраться до нейтральных вод. Там забраться в зарубежный корабль и удрать за границу. Так что, видимо, мы серьёзно помешали пограничникам. Нам всем повезло, что капитан пограничников оказался таким добрым.

- Никому в посёлке не болтайте о случившемся. - предупредил, братьев. - Иначе нас посадят в тюрьму.

Братья согласились с моим предупреждением и в посёлке Шепси больше не вспоминали о происшедшем.

- Не важные вы рыбаки. - сказал дядя Коля, когда узнал, что мы пришли без рыбы. - Рыбка плавает по дну, не поймаешь не одну. Только так у вас получается. Горе рыбаки. Завтра в ночь, а точнее, сегодня, плыву за катранами, это Черноморские акулы. Самого старшего из вас, могу взять с собой на рыбалку в ночь.

- Согласен! - быстро, выпалил, чтобы меня не опередили младшие братья. - По службе знаю это море.

- Давай мне свой паспорт. - согласился дядя Коля. - Сейчас пойду, выпишу тебе на рыбалку пропуск в море.

Дядя Коля ушёл с моим паспортом выписывать мне пропуск на ночную рыбалку в море. Не пошёл купаться на море, остался ждать результата под завистливым взглядом своих братьев и друга. Они оставили дома рыболовные снасти. Пошли к вечеру купаться на море. Вечером пляж сильно опустел от туристов.

- Пропуск готов. - сказал мне, дядя Коля, когда пришёл домой. - Покажи мне, где будешь в эту ночь спать. Чтобы в темноте не спутал тебя с другими парнями. Прямо сейчас до ночи ложись спать на своё место.

Показал дяде Коле своё место в палатке и тут же завалился спать. Мне и без его рыбалки хотелось отдыхать. Так намотался за целый день, что едва дождался время, чтобы как можно быстрее лечь спать.

- Саша! Пора вставать. - услышал, тихий голос дяди Коли. - Скоро два часа ночи. Нам пора идти в море.

Вылез из палатки. На улице было прохладно от моря. В одних плавках и в майке. Пошёл следом за дядей Колей, который с собой ничего не взял. Ни стал ни о чём спрашивать и тихо поплёлся следом за ним.

- Тебе так не холодно? - спросил дядя Коля, когда мы отошли от дома. - В море будет ветерок и прохладно.

- Служил в Батуми ближе от воды, чем ваш дом от моря. - ответил. - Всю службу спал в плавках.

- Тогда порядок. - согласился дядя Коля. - Мне с тобой будет легче ходить на рыбалку в море за катранами.

Возле посёлка Шепси у моря была небольшая пристань. Там собрались ночные рыбаки. Лодка дяди Коли привязана к металлическому штырю, забитому в морской песок. При свете фонаря у пристани увидел в лодке барабулек. Такая рыба величиной чуть больше ладони, песочного цвета. Точнее сказать, морской пескарь с горбатым носом. Барабульки плескались в морской воде, которая слегка прикрывала дно нашей лодки. Барабулек было много, которых вполне хватило бы на хорошую уху для всей нашей компании.

- Зачем барабульки в море нужны? - спросил, дядю Колю. - Их бы на пиво засушить или уху с них сварить.

- На пиво и на уху ты успеешь наловить. - ответил дядя Коля. - Барабульки нам нужны на ловлю катранов.

Мы сели в лодку. Моё место на весло, а дядя Коля на корму к мотору. Стал осторожно выгребать подальше от пристани. Когда лодка отплыла от пристани метров на десять, дядя Коля опустил винт мотора в воду и дёрнул шнур стартера. Двигатель завёлся с третьей попытки и глухо урча помчал нас в открытое море. Лодка у дяди Коли была старая, самодельная из половых досок, прошпаклёвана паклей и пропитана смолой. Такие лодки рыбаки давно перестали делать.

Но когда мы жили на берегу Каспийского моря в Избербаше, то видел, как делают эти лодки. Такие лодки очень тяжёлые и легко могут утонуть. Вид этих лодок бывает с круглым дном и с плоским дном. В народе такие лодки называют "кругло донка" и "плоскодонка". У дяди Коли была "кругло донка". Такой вид самодельной лодки идёт на моторе быстрее чем "плоскодонка".

- Надень спасательный жилет. - сказал дядя Коля, когда осушил весла и положил во внутрь лодки вдоль на скамейки. - Катран очень опасная акула. Может тебя хвостом сбросить в море. Без сознания ты утонешь.

Конечно, знал до дяди Коли, что катран Черноморская акула небольшого размера, но что катран может быть опасен, это слышал впервые. Как только облачился в спасательный жилет, то этому был рад. От жилета мне стало теплее. Ведь в море действительно было холодно. Зря не оделся так, как дядя Коля, в шерстяной свитер и в шаровары. Сейчас уже все позади, думать об этом, надо привыкнуть холоду в море.

Лодка быстро ушла от берега. Как только береговые огни стали очень далеко, дядя Коля заглушил двигатель лодки и достал из ящика две катушки толстой лески с грузом и крючком. В консервной банке были навозные черви и креветки. Дядя Коля разделил насадку и леску между нами. Дал мне пару рабочих перчаток. Ни стал спрашивать зачем мне перчатки.

Раз так надо, значить надо. Мне из опыта рыбной ловли в армии было известно, что в Чёрном море есть много рыбы с ядовитыми колючками. Одна рыба дракон чего стоит, от укола такой рыбы человек распухает и может долго болеть. Это испытал на себе при первой же рыбалке на Чёрном море. Поэтому решил соблюдать осторожность. Насадил на крючок червя, одел перчатки и едва стал спускать леску в воду, как у меня тут же сильно клюнула рыба, чуть не упустил всю катушку. Закрепив катушку за металлический крюк на лодке, вытащил рыбу в лодку.

Это был морской окунь. Темно-коричневого цвета и с иголками во все стороны. Следом поймались несколько колючих окуней. После окуней пошли ерши, тоже колючие. Затем ставридка. Через час у меня под ногами плескалось десятка три колючих бестий, которые норовили меня уколоть и поцарапать. Пожалел, что необдуманно легко оделся. Теперь мне грозила опасность болеть весь свой отпуск. Дядя Коля ухмылялся, когда смотрел, как шарахаюсь от колючих рыб. Хорошо, что луна в эту ночь была яркая. Рыбу было хорошо видно, иначе бы, весь был бы изранен иголками рыбы. Постоянно из-за рыб приходилось поднимать свои ноги на сидение.

- Все! Хватит! - сказал дядя Коля, когда колючей рыбы стало столько, что барабулек не видно. - Сейчас катран пойдёт. Ты приготовься. Убери от себя леску. Возьми под сидением колотушку. Как только вытащу катрана из воды, ты сильно бей его по голове этой колотушкой. Катрана со мной не путай, тебе не рыба.

Дядя Коля тоже убрал свою леску. Вытащил из ящика под кармой толстую капроновую леску с огромным крючком и огромной блесной. Завёл мотор лодки. Разогнал лодку по морскому течению. Затем заглушил двигатель. Лодка продолжала скользить по водной глади моря. Дядя Коля быстро насадил на крючок живую барабульку и стал спускать барабульку с блесной в воду.

Когда барабулька с блесной были метров на десять от лодки, то увидел, как за ними, словно торпеда, мчится катран. Прошло всего не больше минуты, когда катран дёрнул с такой силой, что дядя Коля едва удержался в лодке. Не поднимаясь в лодке, дядя Коля стал быстро вытаскивать катрана из воды. Катран мотался во все стороны и никак не хотел в лодку.

- Давай! Бей его по голове! - закричал дядя Коля, вцепившись в катрана руками возле жабр. - Сильнее бей!

Катран дёргался во все стороны, готовый опрокинуть лодку вместе с нами. Размахнулся и сильно врезал дяде Коле по рукам. Дядя Коля матерился, но катрана не бросил. Вторым ударом утихомирил катрана. Дядя Коля пару раз сам врезал катрану, на всякий случай, по его голове своим кулаком, опухшим от моего удара. Катран окончательно перестал дрыгаться в лодке. Дядя Коля опять завёл двигатель. Вновь сильно разогнал лодка по морскому течению. Опять заглушил двигатель и запустил в морскую воду снасти.

- Все! Пора домой. - сказал дядя Коля, когда в лодке лежали три огромных катрана. - Иначе не выживу.

Дядя Коля избитыми колотушкой руками завёл в последний раз двигатель своей лодки и направил в сторону берега. К этому времени диск солнца начинал выползать из-за гор, вдали сверкающих вершин белизной снега. На берегу нас ждали отдыхающие, которые знали, что дядя Коля сегодня будет продавать рыбу.

- Ну, как, хозяин, там в море удачная была рыбалка? - спросили дядю Колю, "дикари", стоящие на досках причала. - Надеемся, что рыбы на всех хватит. Мы люди в большинстве сухопутные. Рыбу свежую прямо из моря видим только во время отдыха у моря...

- Конечно, была удачная рыбалка! - жалобно, ответил дядя Коля. - Если считать мои руки, отбитые палкой, то рыба удачно клевала.

Отдыхающие выстроились в очередь, дядя Коля стал продавать нашу рыбу. Мелочь брали до десятка на каждую семью. Катранов покупали семьями в складчину. Каждый катран был больше метра и весил несколько десятков килограмм. Дядя Коля продал почти всю рыбу. Оставил себе одного катрана и каждого вида рыбёшки по две штуки, включая пескарей-барабулек. Мелкую рыбу на уху. Катрана на поджарку.

- У меня сейчас дома гостей больше чем вас. - сказал дядя Коля, оставшимся без рыбы. - Мои гости тоже любят рыбу. Так что, извините, два дня вам придётся покупать рыбу у моих друзей. До скорой встречи!

Дядя Коля сложил мелкую рыбу в капроновый садок. Катрана повесил мне через плечо. На зависть всем собравшимся людям, гордо пошёл на берег в сторону нашего места жительства с огромным катраном.

- Сонные тетери! Подъем! - скомандовал, своим братьям. - Смотрите сюда. Принимайте мой ночной улов. Это самый настоящий катран.

- Вот, это, да! - почти на распев, удивлённо, сказали братья. - Вот это рыба! Неужели это ты сам поймал?

- Конечно он. - ответил за меня, дядя Коля. - Ему только руки подставлял. Если бы он не бил мне по рукам, то мы столько рыбы не могли поймать. Вот тебе полтинник за твою рыбалку. Остальные деньги пойдут мне на лекарство, чтобы за два дня вылечить искалеченные руки. Больше тебя с собой в море не возьму.

Дядя Коля положил мне в ладонь пятьдесят рублей, а сам пошёл в кладовку убирать рыбацкие снасти.

- Сегодня вас всех угощаю! - громко, объявил, братьям. - Старшим будет пиво, а младшим мороженное!

После завтрака мы всей оравой отправились в соседнюю палатку, в которой продавали пиво и рядом в лотке было мороженное. Женька, Толик и заняли очередь за пивом. Сергей, Юрка, Павлик и Миша выстроились у лотка с мороженым. С утра народу в очередь выстроилось столько, что на песке у пляжа места было больше чем у палатки. Чтобы не занимать очередь дважды, мы взяли пиво по две кружки и мороженное по два стакана каждому. В цене за штуку, мороженное и пиво, стоили в то время там, почти, одинаково.

Когда наши глотки уже шипели от холодного пива и мороженного, мы на оставшиеся деньги купили по две бутылки холодного лимонада, который нас окончательно лишил всякого голоса. На зов тёти Нади в репродуктор, к обеду мы плелись нехотя. Даже ароматный запах ухи и жареного катрана с кухни не заставили нас прибавить шаг к нашему жилищу. Мы смотреть не могли на пищу. У нас горело горло от пива и мороженого. Двое суток мы пролежали в своих палатках с воспалёнными гландами от мороженного и холодных напитков, с обгоревшими до волдырей спинами от знойного летнего солнца.

Моя мама и обе тёти, ахали и охали над нами, смазывали нас сверху и изнутри различными мазями. Чаще сливочным маслом и кефиром. В следующую ночную рыбалку дядя Коля отправился один. Даже желающие рыбачить с ним не могли ему сказать о своём желании, так как голоса не было ни у кого из нас. Мы лежали с большой температурой и сильным жаром, как сверху, так изнутри. Кушать нам пришлось, только манную кашку, от которой у нас были жуткие воспоминания прошедшего детства, когда манная каша и рыбий жир, от всех болезней спасали мир.

Обратно пришлось вернуться к детской народной медицины, которая выхаживала нас от дурости. На третьи сутки мы к вечеру появились на пляже. Отдыхающие смотрели на нас, как на облезлых животных, у которых после лишая всюду лезет лохмотьями кожа с шерстью. Тело покрывается розово-белыми яркими пятнами на фоне местами загоревшего цвета кожи тела. Мы стыдливо расположились на пляже.


3. Лотерейный билет.

Пережив муки первых дней знакомства с морем и рыбной ловлей, предложил своему другу, Толику Фомину, тайком от всех поехать в обычный день в Сочи, который знал хорошо, по службе в армии. В этот город приезжал по служебным делам и бывал проездом вовремя своих многочисленных отпусков домой за хорошую службу. Толик Фомин не был в Сочи, поэтому сразу согласился на поездку, так как знал, что Сочи считается столицей курортов на Чёрном море в Советском Союзе.

Мы решили прогуляться по Сочи и полюбоваться достопримечательностями курортного города у самого моря. Город, шириной около трёх километров, так называемый "большой Сочи", протянулся от Туапсе до границы Абхазии, на расстоянии более ста километров. В эту самую площадь "большого Сочи" входил и посёлок Шепси. Между Туапсе и Сочи, часто ходят электрички и автобусы.

Через полтора часа мы уже гуляли по паркам и бульварам курортного города. Сразу поехали на городском автобусе посмотреть на санаторный комплекс "Заря". Наши знакомые из Северной Осетии часто приезжали сюда по профсоюзным оздоровительным путёвкам и рассказывали нам о прекрасных местах этого санаторного комплекса. Теперь вот мы вдвоём с другом гуляли по этим прекрасным местам.

Конечно, нас в внутрь санатория не пустили. Ведь мы были дикарями, причём, вполне здоровыми. Поэтому нам разрешили наблюдать красоту со стороны. Так что мы любовались прекрасной природой и архитектурными сооружениями санаторного комплекса "Заря". Мы гуляли по его паркам, аллеям. Пока нам обоим все надоело гулять. Затем мы вернулись в центр города. Поднялись в живописный парк "Дендрарий". Здесь как профессиональный гид стал рассказывать своему другу об истории парка "Дендрарий", о его редкой растительности.

Все это узнал из своих предыдущих посещений Сочи, когда изучал туристические буклеты и проспекты по городу. В этот раз хотел перед другом себя показать, как специалиста по курортным местам и достопримечательностям города. Хотя все можно было видеть и читать, по рекламам и табличкам, которые были развешаны всюду по парку "Дендрарий", под каждым деревом и кустом.

После парка "Дендрарий" мы спустились вниз к морскому порту и там сели на прогулочный катер. Здесь экскурсовод рассказывал нам о береговой линии исторических и культурных достопримечательностях Сочи, столицы всех курортов Черноморского побережья. Впервые с моря увидел небольшой морской порт Сочи, новое здание цирка, санаторий "Кавказская Ривьера" и много других архитектурных сооружений, которые были построены в общем-то за короткую жизнь города. В основном за последние несколько лет. За время моей службы в армии и за то время, когда не был здесь после службы в армии.

Когда наши желудки уже решительно стали требовать пищи, мы купили пролетарские продукты, пирожки с картошкой и пиво. Выбрали хорошую тень под деревом в парке. Мы начали утолять свой голод купленной пищей. Народу здесь было совсем мало. В это время большая часть отдыхающих валяется на песке у пляжа.

- Посмотри! Таблица лотерейных билетов! - оживлённо, воскликнул Фомин Толик. - У нас такие билеты.

Мы тут же стали проверять пачку своих лотерейных билетов. Один за другим стали сразу выбрасывать. Выигрышей не было и близко. Мы уже больше половины проверили и все впустую. Хотя бы трояк выиграть.

- Вот, угадали! - опять, закричал Толик Фомин. - Мы с тобой выиграли мотоцикл ИЖ-Юпитер-3 с коляской.

Внимательно посмотрел на лотерею и таблицу ДОСААФ в газете. Номер и серия совпадали на выигрыш мотоцикла ИЖ-Юпитер-3 с коляской, по цене восемьсот тридцать пять рублей. Мы выиграли! Мы так развеселились от радости выигрыша, что привлекли на себя внимание дежурного милиционера.

- Вы, что это кричите на всю улицу? - спросил нас, подошедший милиционер. - Народ пугаете вокруг себя.

- Мы мотоцикл выиграли! - радостно, ответил, милиционеру. - Вот, посмотрите, ИЖ-Юпитер-3 с коляской.

- Молодцы! - удивлённо, сказал милиционер, посмотрев лотерею. - Идите в сберкассу за выигрышем.

Мы поблагодарили милиционера за совет и тут же оба направились в ближайшую городскую сберкассу. Где по нашим расчётам нам тут же выдадут наличными деньги, с которыми мы погуляем в Сочи на полную катушку или получим выигрыш мотоцикл тут же, не отходя от сберкассы.

- Саша! Давай мы сразу договоримся. - начал заранее, волноваться Фомин Толик. - Тебе мотоцикл. Мне половину денег отдаёшь. У меня все равно нет гаража и прав на вождения мотоциклом. Живу на втором этаже....

- Мне тоже мотоцикл не нужен. - возразил Толику. - У меня тоже нет водительских прав на мотоцикл. Зачем он? Живу ещё выше тебя на третьем этаже.

Возле сберкассы мы долго спорили, как быть с нашим выигрышем. Затем решили все-таки в сберкассу зайти и узнать правило получения выигрыша или денег на наш лотерейный билет. Девушка в сберкассе внимательно посмотрела на просвет наш лотерейный билет. Проверила наши паспорта. Вызвала к себе заведующую сберкассой, та тоже проверила наши паспорта. Затем долго и тщательно проверила билет.

- У вас, действительно, совпал выигрыш. - сказала заведующая сберкассой. - Поздравляем! Но вам придётся сдать билет на две недели. Нужна дополнительная проверка. Деньги взамен выигрыша не выдаются.

- Мы живём далеко. - возразил. - Через две недели нас здесь не будет. Как нам быть с этим выигрышем?

- Не волнуйтесь! - успокоила нас заведующая. - Вы можете сдать свой лотерейный билет дома в сберкассу.

Расстроенные таким оборотом нашего выигрыша, мы вышли на улицу. Пошли на электричку к вокзалу.

- Парни! Вы действительно выиграли мотоцикл? - спросил нас, вышедший из сберкассы следом мужчина.

- Ты, что, слепой и глухой, что ли? - удивлённо, огрызнулся. - Рядом с нами стоял и все прекрасно видел.

Мы пошли с Фоминым Толиком дальше, совершенно не обращая внимания на преследование мужчины, который плелся следом за нами и что-то непонятное всю дорогу бормотал нам вдогонку. Меня это злило.

- Слушай, дорогой, что тебе надо? - зло, спросил, мужчину. - Ты не мешай нам отдыхать.

- Продайте мне лотерейный билет. - понятным голосом, попросил нас, мужчина. - Вот, здесь тысяча рублей. Деньги настоящие. Только что в сберкассе взял. Можете проверить.

Мужчина достал из кармана пачку денег и протянул её мне. Откровенно говоря, не знал, как поступать с ним. Дать ему по роже или взять деньги и отдать ему этот наш лотерейный билет. Фомин Толик взял в руки пачку сторублёвых банкнот. Полистал их и начал быстро пересчитывать все деньги, как кассир в сберкассе.

- Здесь, правда, тысяча рублей! - удивлённо, сказал Толик Фомин. - Пускай он забирает лотерейный билет.

- Большое, вам спасибо! - со слезами радости на глазах, сказал мужчина, с дрожью забирая себе выигрышный Лотерейный билет.

Мужчина быстро пошёл в сторону стоянки такси. Через пару минут мужчину не было видно рядом с нами.

- Пойдём в центральный универмаг. - предложил Толик Фомин. - Купим в нем себе самую модную одежду.

- Пойдём! - согласился, разделив деньги на две половины. - Мы сегодня будем гулять вовсю.

В те времена на Юге считались самыми модными лавсановые костюмы, соломенная шляпа-сомбреро, зеркальные противосолнечные американские очки, японские плавки и галстук-шнурок. Все имелось в универмаге Сочи, но по тем временам, это были очень дорогие вещи и ни каждый мог купить их себе.

- Молодые люди! У вас хоть деньги имеются? - удивлённо, спросила продавщица, разглядывая наш товар.

- Конечно, есть! - радостно, ответил, показывая пачку денег. - Совсем свежие. Только что нарисовал.

Продавщица нажала ногой на кнопку и тут же к нам подошли сразу три дежурных милиционера.

- Пройдёмте с нами в кабинет участкового милиции. - сурово, сказал нам, лейтенант милиции. - Побыстрее!

Мы пожали плечами и пошли в окружении трёх милиционеров в кабинет участкового милиции. Кабинет милиции находился с улицы в другом конце здания универмага. Мы шли мимо покупателе универмага, сопровождаемые упрёками и советами милиционерам дать нам большой срок заключения. Мы оба молчали.

- Предъявите оба свои паспорта и все свои деньги. - строго, сказал лейтенант милиции в своём кабинете.

Вытащил свой паспорт и положил с деньгами на стол. Толик Фомин повторил все следом за мной. Лейтенант милиции внимательно проверил оба наши паспорта и каждую сторублёвку на просвет через лупу.

- У вас все в полном порядке! - удивлённо, сказал лейтенант милиции, возвращая нам деньги и паспорта. - Объясните мне. В чем причина тревоги? Почему тогда продавщица подняла такой шум на весь универмаг?

- Она у меня спросила, что есть у нас деньги или нет. - ответил ей. - Показал ей свои деньги и сказал, что они совершенно свежие. Их только что нарисовал. Она, что, совсем шуток не понимает? Дикость какая-то.

- Ладно! Идите! - улыбаясь, сказал лейтенант милиции. - Только больше так не смейте шутить в магазинах. Кто-то в Сочи распространяет фальшивые деньги, а тут вы со своей шуткой.

- Хорошо! - согласился. - С этого момента мы оба будем кислыми буками во всех магазинах. Добились, что даже пошутить нельзя.

Мы опять вернулись к своим свёрткам с товарами. Сурово нахмурили брови и демонстративно перешли к другой продавщице, которая приняла от нас за покупку все деньги, не проверяя, с полным доверием к нам.

- У вас где-то можно переодеться? - спросили мы, продавщицу. - Нам нужно иметь совершенно другой вид.

Девушка показала нам на ширму в стороне от прилавков. Мы пошли туда в указанное нам место и поменяли свою одежду. Когда на нас была шикарная фирменная одежда, то обратил внимание, что к нашим старым босоножкам этот шик не подходит. Об этом сказал Фомину Толику, мы тут же купили новые туфли. Хорошо завернули в бумагу старую одежду. Мы пошли в отдел универмага, где продавали разные значки.

- Нам, пожалуйста, все значки по две штуки. - сказал, продавцу отдела. - Все сразу разделите отдельно.

Мы купили около тысячи значков. Пошли в соседний парк. Там стали цеплять друг на друга эти значки. Когда значки были развешаны по всей нашей одежде, то у нас был такой вид, что на нас люди стали показывать руками и говорить, что иносранцы совсем поехали. Собственно, этого мы и хотели добиться, чтобы на нас всюду люди обращали внимание, как на иностранцев, которые приехали отдыхать в Сочи.

Перед тем, как уехать обратно в посёлок Шепси, мы зашли в гастроном, купили там разные дорогие продукты и подарки. С огромными свёртками мы пошли на электричку до посёлка Шепси. В электричке и дальше по дороге к дому, мы говорили на тарабарском языке, которого в природе нет вообще. То есть, мы болтали всякий набор придуманных нами звуков своей собственной речи. Все тары бары просто бары.

- Господа, вам, здесь кого нужно? - спросил дядя Коля, когда мы подошли к его дому, он даже не узнал нас.

Мы стали объяснять ему жестами и на тарабарском языке, что мы хотим здесь жить. Дядя Коля никак не мог понять нас. Он пригласил тётю Валю, которая, естественно, тоже ничего не поняла от нашей речи.

- Тут, какие-то иностранцы пришли? - сказала тётя Валя, вышедшим на шум родственникам. - Им что-то от нас надо, но мы не можем понять. Может быть, это вы сможете разобраться с ними? Вы все-таки городские.

Сквозь огромные зеркальные очки и в сумерках падающие на нас тени сомбреро, лиц наших им совершенно не было видно. Чтобы нас не узнали по голосу, мы положили в рот купленные в Сочи жвачки-американки. К тому же ещё всячески картавили речь с сильным акцентом. Родственники использовали весь набор иностранных слов, которые им были известны ещё со времён школьной скамьи.

Но разговора у нас никак не получалось. Тогда они стали показывать нам, чтобы мы убирались от их дома. Мы делали вид, что никак не можем понять их речи. Короче говоря, нас по-русски обеих послали куда подальше матюгами.

- Да, пошли, они, эти иносранцы! - с досады, выругался на нас, дядя Миша и пошёл в дом на ужин.

Все последовали за ним, извиняясь перед нами. Мы с Толиком едва не смеялись над этим нашим приколом.

- Это мы! - громко, сказал, вдогонку уходящим родственникам, на русском языке. - Вы не узнали!

Толпа всех родственников резко повернулась в нашу сторону, словно мы бросили в них что-то тяжёлое, вместо только что сказанных слов на русском языке. Удивлено смотрели на нас и никак не могли прийти в себя, поверить своим глазам увиденное. Пока не догадался снять с себя американские зеркальные очки.

- Откуда у вас такой шикарный вид? - удивлённо, спросила тётя Надя, трогая меня руками. - Украли что-то?

- Мы выиграли в лотерею ДОСААФ мотоцикл ИЖ-Юпитар-3 с коляской. - ответил. - Лотерею продали мужичку за одну тысячу рублей. На деньги купили себе одежду. Всем подарки. Осталось у нас много денег...

Дядя Миша, с размаху, врезал мне хорошую пощёчину, так, что ни дал мне договорить свой рассказ до конца.

- Несколько лет стою в очереди на машину и на мотоцикл. - заорал на меня, дядя Миша. - А ты!..

Он плюнул в мою сторону и ушёл в дом. Родичи посмотрели на нас, как на полных дураков и тоже ушли.

- Мы же не пропили деньги и не проиграли в карты. - стал, оправдываться. - Вот, вещи и подарки купили.

- Лучше бы вы ничего не выигрывали. - сказала мама. - Неприятности теперь у нас будут в семье.

Все разбрелись по своим делам. Никто ни стал притрагиваться к нашим ценным подаркам. Братья убрали мою палатку в сторону от своих палаток. Все вещи мои и Фомина Толика перетащили туда. Понимал, что мы с Фоминым Толиком поступили неприлично даже в отношении моих братьев. Постоянно были вместе, а тут отделились от них у уехали в Сочи, словно боялись поделить с ними наш общий выигрыш.

Ведь никто и слушать нас не захочет в том, что мы об выигрыше узнали уже будучи в Сочи, а ни до отъезда туда. Откровенно говоря, мы даже забыли про наши лотерейные билеты, которые просто лежали в наших портмоне. Если бы мы не поехали в Сочи, то наши лотерейные билеты так бы и лежали у нас в куче с документами.

Откуда нам было известно, что дядя Миша очень страстно желал купить мотоцикл. Мы с Фоминым Толиком ничего ни стали говорить. Положил своей мама в карман халата остаток денег от выигрыша. Фомин Толик постоял пару минут и тоже отдал моей маме остаток своих денег от выигрыша. На этом наш праздник с выигрышем закончился. Мы сняли с себя всю купленную одежду и положили в сумки.

Два дня с нами никто не разговаривал и в посёлке Шепси мы больше шикарную одежду не одели. После того, как такую одежду стали носить всюду в Союзе, мы стали одевать в Беслане. С того времени мы с Фоминым Толиком стали заядлыми коллекционерами значков. За тридцать лет собрал более ста тысяч значков, медалей, орденов и знаков отличия, которые до сих пор хранятся в нашем доме в чемоданах.


4. Праздник "Нептуна".

Однако, тогда на море, лишь не третий день мы стали обычными дикарями. С утра ярко светило солнце. Тому был отличный повод. Местные массовики затеяли праздник "Нептуна" и целой толпой пришли к нам.

- Говорят, что ты служил в армии на этом море? - спросила меня, сочная дама, с загаром цвета шоколада.

- Ну, допустим, что служил. Что из этого? - удивлённо, поинтересовался, у этой дамочки. - Люди живут тут.

- Идёмте с нами! - уверенно, объявила дама. - Вы будите главным загребным на празднике "Нептуна".

Не решился отказывать такой приятной даме и последовал вместе с ней на праздник "Нептуна". Все мои родственники и друзья, тоже явились на праздник "Нептуна". Праздник начинался у посёлка и должен был завершиться у костра возле пансионата "Шепси", который находился на вершине, а подниматься к пансионату надо было от берега на двести восемьдесят семь ступеней.

Тогда бутылка "Русской водки" стоила столько же, двести восемьдесят семь копеек. В народе говорили о том, что легче всего одному выпить бутылку "Русской водки" за два восемьдесят семь, чем подняться на двести восемьдесят семь ступеней до пансионата "Шепси". Вот туда мы направляли свой путь для того, чтобы отметить финальную часть праздника. Однако пока наш путь к финалу праздника "Нептуна" был только на бумаге и на языке туристов.

Основная масса людей направилась, поберегу моря на пляж к пансионату "Шепси". Сам Нептун, вместе со своей гвардией, должен был отплывать от посёлка Шепси от пляжа. Мы долго капались со своими сборами к отплытию. То Нептуна несколько раз наряжали. То Русалка капризничала.

Ей всё не нравилась раскраска цветов. Русалкой выбрали ту самую сочную даму, которую звали Луизой. Действительно, Луизу было сложно раскрасить, на её шоколадно-коричневом от загара теле плохо смотрелись тёмные краски, а ярких красок под рукой не было. Когда, наконец-то нашли яркие краски, то по своей глупости, тут мои братья сболтнули, что художник. Так мне пришлось выполнять свою роль, не только старшего загребного в лодке Нептуна, но и главного художника Нептуна, который вошёл в свою роль и постоянно всеми командовал. Когда наконец-то сборы были закончены, к этому времени полностью испортилась погода.

Начало в море штормить, но откладывать праздник нельзя. Все побережье у посёлка Шепси было готово к празднику. За сорванный праздник могли сильно побить. Так как многие из гостей были на взводе под градусами русской водки. Решили мы выплывать в любую погоду. Пускай даже в Чёрном море сегодня забушует девятый вал.

- Когда будет чётная волна, - кричали болельщики с берега, - тогда вы сразу запускайте свою лодку в море!

Не мог понять, каким образом можно определить чётную или не чётную волну в этой морской пучине? Собственно, моё дело телячье. Должен был загребать вёслами в море, когда нас поставят на волну. Дальше все пойдёт само собой по плану. В бухте у пансионата "Шепси" нас примут тридцать три богатыря.

Гвардейцы Нептуна, человек десять рослых парней, держали на весу нашу лодку. На носу лодки сидел тощий Нептун с деревянными вилами. Русалка выглядела мощным противовесом на корме. На вёслах в середине лодки. Между нами ряженые "дети-рыбки" разных видов из морского училища. Мы ждали чётную волну. Наконец-то, ослабевшие гвардейцы дождались, свою чётную волну и поставили лодку на воду.

- Плавать не могу! - истерически, заорал Нептун, когда лодку накрыла огромная морская волна. - Спасите!

Нас так сильно перевернуло в воздухе и захлестнула волной, что вспомнил своих маму и папу. Гвардейцам пришлось спасать Нептуна со свитой и весь морской праздник. Стоило гвардейцам вытащить Нептуна из морской пучины, как он тут же сбежал с места катастрофы. Остальные участники заплыва отделались испугом, но когда выбрались на берег, то согласились на новую попытку заплыва.

Вот только Нептуна пришлось выбирать из местных и тем самым порядком, точнее, беспорядком, нарушить морскую традицию праздника "Нептун". Отплытие свиты морской с Нептуном провели от пристани, где меньше штормило и благодаря длинному волнорезу, прикрывающему от шторма пристань волна была слабой.

В самом море шторм усиливался с каждой минутой. Загребал вёслами с такой силой, что едва не сломал весло. Если сбежавший Нептун был самый лёгкий из нас и нос лодки торчал к верху, то новый Нептун оказался намного тяжелее бывшего, лодка постоянно загребала носом большую волну. Рискуя перевернуться. Дети-рыбки едва успевали вычерпывать воду из лодки.

Когда мы выплыли в открытое море, то больших волн с гребнем ни стало. Зато наступила такая болтанка, что нам всем стало ни по себе. Нас раскачивало во все стороны. Могли в любой момент нырнуть с лодкой под большую волну. Тогда все пропало.

Наконец-то мы заплыли так далеко в море, что могли повернуть лодку и плыть в направлении пансионата "Шепси", как было задумано массовиками. Нептун должен был приплыть на праздник со стороны моря, как властелин моря, чтобы все выглядело естественно, как в древней морской легенде о празднике "Нептуна". Теперь опять возникла проблема. Тяжёлый нос лодки стал постоянно нырял в морские ямы между огромными волнами. Каждая большая волна норовила задрать корму и перевернуть лодку через нос.

У меня уже не было никаких сил управлять лодкой и контролировать наш баланс между волнами. Просто махал, как попало вёслами, полностью отдавая всех нас во власть морской стихии, которая словно понимала моё положение и старалась не перевернуть нашу лодку. Мне казалось, что наше плавание никогда не кончится. Грёб и грёб, а берега все ещё не было. Так как был спиной к берегу, то никак не мог определить расстояние до берега. Мне ничего другого не пришлось делать, лишь загребать вёслами, с опухшими руками.

- Ура! - неожиданно, услышал, вопли за спиной, как нас тут же сразу подняли из воды и понесли на берег.

Все по инерции размахивал вёслами, покуда нас не опустили на мягкий песок пляжа. Тут началась торжественная часть праздника "Нептуна" и меня все забыли. Уловил момент, стащил с мангала один шампур с шашлыком и две бутылки "Жигулёвского" пива. Мне требовалось срочно восстановить свои калории, которые потерял вовремя заплыва от посёлка Шепси.

Иначе, мог потерять сознание от потери калорий. Все так были увлечены праздником "Нептуна", что совершенно не заметили, как с гор опустился вечер и поглотил нас густыми сумерками. Массовики объявили, что наш праздник подошёл к своему следующему этапу. Зажгли огромный костёр прямо на самой середине морского пляжа возле пансионата "Шепси". Огонь костра то и дело норовил слизнуть кого-нибудь своим горящим языком пламени.

Но мы соблюдали безопасную дистанцию и скакали вокруг костра, как наши предки в очень давние времена своей далёкой от нас жизни. Вокруг нас стреляли ракетницы и бутылки шампанского вина, чего не было в давние времена, жизни наших далёких предков, когда зародился праздник "Нептуна", на котором веселились потомки.

- Сейчас поднимемся на вершину моего замка! - объявил Нептун. - Где наш праздник должен завершиться.

- У меня нет больше сил, - взмолилась Русалка, - чтобы одолеть святую вершину прямо со дна морского.

- Неужто среди вас не найдётся рыцаря!? - обратился Нептун, ко всем. - Чтобы отнести Русалку в замок.

Гвардейцы стали искать подходящую кандидатуру. Тут вспомнили про меня, что загребной должен быть тем рыцарем, который вознесёт Русалку не вершину нашего праздника "Нептуна". Но коллектив, неожиданно, разделился на две части. Одни говорили, что не способен с Русалкой пройти двести восемьдесят семь ступеней. Другие заверяли, что это могу сделать шутя, только это будет стоить много шампанского.

- Какой у тебя общий вес тела? - тихо, спросил, Русалку, чтобы другие никто этого не могли услышать.

- С одеждой имею семьдесят килограмм. - прошептала мне на ухо, Русалка. - Соглашайся. Выиграешь.

У меня тоже был, примерно, такой же вес. Но вовремя разминки мышц, брал, лёжа штангу на грудь больше ста килограмм. Таким образом, получалось, что должен на руках пронести свой вес. Фактически, мне даму можно было поднять наверх до пансионата "Шепси". Если она будет держаться за мою шею. Но просто так мне не хотелось этого делать. Мне нужен был какой-то интерес. Стимул в движении к верху.

- Объявляю ставку на подъем! - объявил Нептун, словно прочитал мои мысли. - Бутылка шампанского за и бутылка шампанского против. Деньги на шампанское вино класть в отдельную корзину с каждой стороны.

- Согласен! - объявил. - Но только на каждой площадке, между маршами ступеней, буду минуту отдыхать с Русалкой на руках и затем двигаться дальше. Пять процентов выигрыша шампанского будут моими.

- Ура! Ура! - торжественно, оглушили моё согласие, обе спорные стороны праздника "Нептуна". - Поехали!

- Ты покрепче держись за мою шею. - шепнул, Русалке, поднимая её на руки. - Иначе, упаду.

Праздничная процессия медленно двинулась следом за нами. Мои сторонники постоянно подбадривали меня. Противники наоборот, свистели и улюлюкали вокруг меня. Противники держали у моей задницы шляпы-сомбреро или какую-то посуду, чтобы рассмешить меня и сорвать затею подъёма.

Думал о серьёзном подъёме, не поддавался насмешкам. На каждой площадке выставлял ногу на ступень и придерживал Русалку руками на своей ноге. Таким образом, не нарушал договорённости между сторонами и давал себе минутный перерыв. Если бы не короткие передышки, то не смог бы донести Русалку.

До финишной площадки оставалось всего два перехода, но у меня не было сил. Русалка всячески старалась помочь мне. Она со всей силы прижималась своими пышными грудями к моему лицу. Мои губы и нос были в проёме между её огромных грудей. Мы оба так сильно вспотели от напряжения и страсти, что Русалка буквально плавала в моих руках, каждую секунду рискуя выскользнуть из моего объятья.

От такого сильного нашего напряжения, её левая грудь не выдержала и выскочила из купальника прямо мне в рот. У меня не было другого выбора, как только вцепиться губами в сосок её груди, чтобы сохранить равновесие на последнем десятке метров. В этот момент спорящие стороны оглушили своим торжественным рёвом округу. Увлечённый соском Русалки, потерял ориентацию и со всего маха рухнул на её возбуждённое тело.

- Ни так быстро. - шепнула Русалка, мне на ухо, когда подмял её под себя. - Ведь рядом люди. Потерпи.

- Извини, пожалуйста. - шепнул, Русалке на ухо, пытаясь подняться с её скользкого тела. - Это случайно.

Все вокруг радостно завизжали от восторга и стали аплодировать завершению затеи подъёма. Но тут опять возник спор. Одни говорили, что полностью справился со своим заданием. Другие говорили, что не выполнил, как раз на свои пять процентов выигрыша шампанского. Молчал. Ждал любого результата.

- Хорошо! - объявила Русалка. - Эти спорные пять процентов беру на себя. Вовремя нашего подъёма моя грудь выскользнула из купальника и закрыла рыцарю лицо. В этом есть моя вина. Так что шампанское моё.

Обе стороны спора согласились с таким решением Русалки, праздник продолжился дальше. Проигравшая сторона тут же купила шампанское вино и шашлыки. Праздник набрал новую силу. Залпы пробок шампанского вина и ракетниц оглушили окрестные места пансионата "Шепси". Веселились мы до потери пульса. Так набрался, что совершенно не помню, как все закончилось.

Пришёл в себя от того, что вспотело моё лицо, неудобно было лежать. Открыл глаза и увидел, что моё лицо лежит на сочных грудях Луизы. Мне не хотелось её будить. Осторожно стал подниматься с её обнажённого тела, но Луиза проснулась и принялась меня целовать. Раздражая все моё мужское существо своим прикосновением. Мне невозможно было удержаться от такого соблазна. Мы с ней, опьянённые страстью, занимались сексом половину нового дня. До самого обеда мы удовлетворяли свои половые страсти. Покуда окончательно не выбились из сил. Мы оба лежали рядом в кровати, истекая потом от взаимного наслаждения, больше не возбуждая друг друга.

- Ты мне вчера обещал показать такие места, где ещё не ступала нога человека. - напомнила мне, Луиза.

- Обещал, тебе? - удивлённо, переспросил, Луизу, поднимаясь с постели. - Совсем не помню такого.

- Ты говорил, что там такие заросли, можно свободно заниматься любовью и нас не заметят. - напомнила мне, Луиза, пытаясь опять привлечь меня к себе в постель. - Можно и тут остаться. Нас и здесь не заметят.

- Вспомнил! - соврал, пытаясь освободиться от её соблазна. - Это совсем рядом, в заросшем ущелье.

- Вот и прекрасно! - согласилась Луиза. - Мы сейчас хорошо подкрепимся и пойдём оба в заросшее ущелье.

Луиза накинула на своё обнажённое тело шёлковый халат и пошла к телефону, который стоял на тумбочке у зеркала. По телефону Луиза заказала обед на двоих в свой номер. Пошла в ванную приводить себя в порядок. тоже оделся в то, что было на мне вчера, посмотрел в окно. По окружающей местности определил, что нахожусь в правительственных номерах люкс пансионата "Шепси". За время отдыха в посёлке Шепси, много кратно раз слышал от людей, что в таких номерах пансионата "Шепси" живут члены правительства Советского Союза и их детки.

Меня прямо раздирало любопытство. Кто же Луиза, которая живёт в шикарных номерах пансионата "Шепси"? Чья-то дочь из члена правительства или сама член правительства? Как бы мне все это узнать? Сомневаюсь, что членом правительства может быть женщина. Все-таки член, это чисто мужское достоинство. Не думаю, чтобы она мне все рассказала о себе. Ей нужен как сожитель на время отдыха, а позже она меня вообще забудет. Ну, ладно об этом. Преступления в том нет, что переспал с такой прекрасной дамой. Ведь пока холостой и она, возможно, холостая. Тут нет измены.

- Какие здесь прекрасные места! - сказала Луиза, целуя меня в шею. - Так бы и жила всегда в этой красе.

- Где живу, на Кавказе, там места лучше. - сказал ей. - Вот только море от нас далеко. Горы там рядом.

Рассказал Луизе о кавказских горах. Луиза мне рассказала о Москве. Но, ни единого слова она не сказала о своей семье и о работе. Только дала мне номер телефона и сказала, что будет меня ждать в Москве всегда, когда туда приеду. У неё есть под Москвой домик, где мы всегда можем заниматься любовью в стороне от прогресса и наедине друг с другом.

Для этого надо всего лишь моё согласие. Остальные заботы Луиза берет на себя. Включая моё полное содержание за её счёт. От меня ей нужно секс и любовь. Конечно, это предложение заманчиво, но сам с собой ещё не мог полностью разобраться. Ведь только начинал самостоятельную жизнь взрослого человека, после службы в армии и мне не было известно, что такое хорошо, а что такое плохо в сексе и в любви. Вся моя жизнь была как в розовом тумане, который мог в любое время растаять и оставить мне лишь одни воспоминания о хорошем или плохом сексе.

- Это твои пять процентов выигрыша. - показала Луиза, на два ящика шампанского вина, которые привезли в номер вместе с обедом. - Куда ты прикажешь отвести, туда их тебе и отвезут. Ты заслужил это в борьбе.

- Да, нет! Ты, что! просто пошутил. - стал отказываться, от такого подарка. - Не возьму. Это слишком!

- Спор - дороже денег! - возразила Луиза. - За шампанское уже заплачены деньги, и оно все твоё. Забирай!

- Хорошо! - согласился, чувствуя, что от Луизы не отвязаться. - Пускай шампанское будет всюду с нами.

Луиза перестала спорить со мной и сказала посыльному, чтобы шампанское возили за нами. Мы едва с Луизой осилили обед, который нам привезли в номер. Затем сказал, что нам будет очень скучно вдвоём в тех местах, где не ступала нога человека и желательно нам пригласить с собой кого-то из друзей. Луиза согласилась с моим предложением. Тут же позвонила куда-то и сказала мне, что с её стороны будет одна влюблённая пара. Сказал Луизе, что со своей стороны, могу пригласить только одного своего друга, но у него нет пары. Мы оба приехали с Северного Кавказа. Наши подруги остались в Орджоникидзе.

- Пара у него будет. - сказала Луиза. - Ты скажи мне, где найти твоего друга. Мои люди его привезут к нам.

- Что, арестован что ли? - возмущённо, спросил, Луизу. - Сам его могу привести сюда к вам на гуляние.

- Пожалуйста, иди! - ответила Луиза. - Но боюсь, что ты больше не вернёшься сюда, а мне так было хорошо с тобой вчерашний день и эту ночь. Ты мне ничем не обязан, но побудь со мной сегодня до вечера. Завтра рано утром улетаю в Москву. Возможно, что больше не встретимся. Оставь мне на память любовь.

- Вернусь к тебе! - решительно, согласился. - Мне только надо показаться родным и прихватить своего друга. Меня уже целые сутки никто не видел. Моя мама сильно волнуется за меня, и братья не знают где.

Луиза распорядилась, чтобы меня отвезли на её машине домой и обратно, когда мне будет удобно. Сел в чёрную "Волгу", и машина в круговую поехала в сторону нашего дома в посёлок Шепси, где мы все жили.

- Ты где это целые сутки пропадаешь? - встретила меня, расстроенная мама. - Ведь переживаю за тебя.

- Мама, давно взрослый человек. - ответил, маме. - Вчера весь день и всю ночь был на празднике "Нептуна". Ты это прекрасно знаешь. Чтобы вас не беспокоить среди ночи ночевал там. Сейчас нас с Толиком пригласили на банкет люди из Москвы. Прислали со мной "Волгу", чтобы забрал с собой Толика.

- Ладно, иди, отдыхай. - согласилась мама, когда посмотрела на чёрную "Волгу" у дома. - Толик с твоими братьями на пляже. Покажись братьям, они тоже переживали за твоё отсутствие дома. Так долго не гуляй...

Минут десять мне пришлось ходить по всему пляжу, но моих братьев и друга нигде не было. Хотел было уехать без друга к Луизе. Но тут вспомнил про мегафон тёти Нади, с которого она звала нас кушать.

- Затерявшийся друг из Беслана! - объявил, в мегафон. - Вас ждут у чёрного автомобиля "Волга".

Отдыхающие на пляже с любопытством посмотрели в сторону сверкающей на солнце чёрной машины "Волга". Тем временем отправился в наш дом, чтобы положить на место свой мегафон. Когда вернулся обратно, то был весьма удивлён. Возле машины толпились несколько десятков человек, включая всех моих родственников. Они с любопытством разглядывали машину и постоянно допытывались у водителя о том, что кто их сейчас вызывал к чёрной машине "Волга". Водитель старался объяснить, что он всего лишь водитель чёрной машины. Ничего больше не знает о том, кто пригласил их к чёрной машине.

- Спокойно, товарищи, земляки! - объявил всем, подойдя к машине. - Кто меня знает, отойдите на правую сторону машины. С кем встречаюсь впервые, ваше место с левой стороны машины.

Когда все разобрались, познакомьтесь между собой. Фомин Толик! Пожалуйста сядьте в чёрную машину. Поехали!

Машина медленно двинулась между рядами удивлённых родственников и земляков. Фомин Толик и дружно помахали собравшимся руками. Когда машина проехала оба ряда, все, словно по моей команде, пошли навстречу друг к другу и стали знакомиться между собой, кто не был ещё знаком в Беслане. Всем нам, конечно, было интересно встретить земляков за пятьсот километров от дома и от Беслана.

- Это что за сюрприз такой? - удивлённо, спросил меня, Толик Фомин. - Откуда это у тебя такая машина?

- Ты бросил меня вчера на произвол судьбы. - ответил. - Вот, меня на этой машине "Волге" подобрали.

- Тебя вчера невозможно было оторвать от Русалки. - стал подкалывать Фомин Толик. - В начале ты её таскал на руках. Затем, она сама тебя куда-то утащила, когда ты не в состоянии был двигать руками и ногами.

- Ладно! - остановил, друга. - Во все подробности вдаваться не будем. Сегодня ты мой гость. Гуляем оба.

Друг замолчал. Стал рассматривать окружающие места, по которым ехала машина к пансионату "Шепси". Лента дороги петляла по расщелине между гор, осторожно продвигаясь наверх. Если из посёлка идти пешком в пансионат "Шепси", то надо всего, лишь обогнуть мыс в два километра или с обратной стороны подняться по спирали многочисленных ступеней.

В машине требовалось сделать огромный крюк по шоссе, похожий на петлю. Эту дорогу в народе так и называли "петля", которая была общей протяжённостью около десяти километров вокруг горы. Прямо на вершине горы находился сам пансионат "Шепси" с номерами.

- Вот и они прибыли! - радостно, воскликнула Луиза, когда "Волга" развернулись возле номера. - Мы к походу сырых шашлыков два десятка шампуров подготовили. Нам пора отправляться. Пока не вечер в горах.

Луиза сдержала слово насчёт пары и девушки для Фомина Толика. В номере были - Света, Нина и Рафик. Белокурая Света стала девушкой Толика Фомина. Нина и Рафик, оба были шатены. Конечно, все дело тут не в цветах волос. Это так, для какого-то различия людей, чтобы их интересно было как-то определять в дальнейшем. Главное, для нас всех, это был хороший отдых на природе в заросшем деревьями ущелье.

- Отдых не должен связывать наши руки. - сказал, когда увидел, что вещей очень много. - Мы возьмём с собой по бутылке шампанского на каждого человека и шашлыки. Посторонних людей и посторонние вещи мы оставим здесь, чтобы нам не тащить их обратно с собой в пансионат "Шепси". Думаю, что вы согласны.

Все согласились с моим предложением, и мы налегке отправились к ближайшим зарослям на соседней возвышенности. Для этого потребовалось всего лишь спуститься по ступеням пансионата "Шепси" к пляжу и на другой стороне пляжа подняться вверх к зарослям кустарников, которые облепили собой все ущелье.

- Ой! Как тут прекрасно! - радостно, воскликнула Луиза, когда мы вскоре достигли безымянной вершины. - Здесь действительно не ступала нога человека. Вон, даже травка тут никем не затоптана и не мята совсем.

- Мы сейчас эту травку помнём и потопчем. - поддержал Луизу, Толик Фомин, вытаптывая круг в середине полянки. - Но шашлыки нам надо поджарить сейчас. Иначе мясо у нас быстро испортится при такой жаре.

Упакованные в пенопласт шампура шашлыков и бутылки шампанского вина мы поставили в середину утоптанного круга полянки, накрыли все от жары ветками и разбрелись парами в разные стороны по кустам, в поисках сухих веток костра. Мы лишь достигли краёв полянки и все по парам завалились в траву.

Стали все пары синхронно заниматься любовной акробатикой, а не сбором веточек к костру под наш шашлык.

- Наверно, наши шашлыки сами давно поджарились? - услышал, голос Толика Фомина, с центра полянки.

Обе другие пары тут же направились с разных сторон к центру. В это время, Толик и Света, пытались раздуть костёр из сухих веток. У нас не было с собой бумаги, а трава сгорала словно порох и не успевала поджечь ветки. Пришлось собирать много пучков сухой травы и веточки ломать на маленькие щепки, чтобы наконец-то раздуть пламя огня к шашлыкам. После нескольких попыток костёр под шашлык загорелся.

- Смотрите, какое весёлое пламя. - радостно, сказала Светлана. - Такое же яркое пламя, как этот наш день.

- Нет! - поправил, Светлану. - Пламя костра, как в нашей жизни, ярко горит, пока мы живы, быстро сгорает.

- Сейчас нам эта философия не нужна. - вступил в разговор Рафик. - Наш шашлык подгорает. Пора кушать.

Мы тут же накинулись на шашлыки, которые действительно стали подгорать. Аромат поджаренного мяса с зеленью заполнили окрестные места природы. В небо полетели пробки с бутылок шампанского вина. Так как у нас не было стаканов, то мы открыли сразу все бутылки шампанского и каждый пил вино с горлышка своей бутылки.

Три шампура шашлыка на человека! Этого было даже слишком много. Все было настолько вкусно, что мы ели шашлык и пили шампанское вино с перерывом вовремя нашего загара на лужайке на опушке леса. Вскоре подкрался вечер, который напомнил, что нам пора закончить свой пикник на природе.

- Давайте парами, напоследок, помнём травку в кустах. - предложила Луиза. - Затем по домам разойдёмся.

Предложение Луизы было одобрено молчанием всех пар. Мы разбрелись по своим излюбленным местам, которые хранили любовные вздохи и страстные поцелуи вовремя азартного секса при жарком солнце. На этот раз мы сократили время нашей половой связи, так как сумерки спешили опередить нашу страсть. Мы уже рисковали оказаться в полной темноте окружающей нас дикой природы, с которой сложно выходить. Вскоре пары вновь вернулись к центру круга.

Не обсуждая тему наших кустов, мы стали собираться домой. Первым долгом хорошо затушили угольки потухшего костра. Остатки своей пищи спрятали в кустах для лесных зверюшек, которые шорохом всюду напоминали нам о своём присутствии в этих глухих местах, где уже ступала нога современного человека. Не успели мы удалиться от кустов с остатками нашей пищи, как в зарослях уже началась звериная возня. Под каждым кустом с остатками продуктов кто-то дрался.

- В такой темноте мы можем свернуть себе шею. - сказал, друзьям. - Да и двести восемьдесят семь ступеней мне опять не хочется покорять. Давайте мы выйдем на шоссе и по нему прейдём в пансионат "Шепси". Оттуда мы с Толиком спустимся в посёлок Шепси и разойдёмся по своим местам ночлега. Согласны?

- Конечно, согласны! - ответила за всех Луиза. - Ведь эти дикие места природы ты лучше нас всех знаешь.

Ни стал друзьям объяснять, что дикие места узнал также, как и они, тоже впервые. Отдохнули и ладно, а сейчас надо возвращаться по своим домам. Мы и так очень много гуляли. В общем, почти двое суток.

- Ой! Посмотрите, что это там впереди! - восторженно, воскликнула Светлана. - Огоньки какие-то горят!

Мы обратили внимание на то место, куда рукой указывала Светлана. В зарослях дикого каштана стояло огромное здание с крышей в виде чайки, которое освещалось снизу многочисленными лампочками и казалось, будто здание, словно громадная чайка, парит над волнами темно-зелёных каштанов. Все это было так таинственно и совершенно неожиданно для нашей группы, что мы осторожно направились к этим огням.

- Это мираж будущего, в этих диких местах. - объявил всем. - Сейчас мы окунёмся в наше не далёкое будущее.

Мы приблизились к этому таинственному зданию и вошли в него, это был совершенно новый огромный ресторан. В нем пахло свежей краской. Крышу здания подпирала огромная колонна, которая была покрыта зеркалами.

Стены между окон и потолок тоже зеркальные. Даже витрина у прилавка и та зеркальная. В нескольких местах, лишь вот где, не понятно, в зеркалах отверстия, в которые вставлены горлышками вперёд бутылки различных спиртных напитков.

Создавалась иллюзия отражения, что бутылки есть всюду. Мы пытались их взять, но все было бесполезно. Бутылки были всюду и нигде. Может быть, тому виной было выпитое нами шампанское или это просто умелый трюк художника-дизайнера, который придумал интерьер.

- Это просто ресторан, как зеркальная чайка! - поражённый такой красотой, торжественно, огласил вслух.

- Так и назовём ресторан "Зеркальная чайка". - выхода из-за стены, сказал грузин, которого мы не видели до этого, так как зал был совершенно пустой. - Вы первые мои посетители. Вам первое шампанское за мой счёт. Как говорят на Западе "вы попали сейчас на мою презентацию". Шампанское вам за счёт ресторана!

Откровенно говоря, мы уже видеть не могли шампанское вино. Столько много выпитого было за эти два дня. Но отказываться было неприлично. Тем более, что шампанское было открыто и директор ресторана разливал его по хрустальным бокалам. На закуску шампанского принесли нам большие плитки шоколада.

- Нам до глубины души было приятно быть первыми посетителями в прекрасном ресторане. - как старший по возрасту, первым сказал свой тост. - Пускай с таким хорошим ощущением всегда будут гости и директор ресторана. "Зеркальная чайка" надолго останется в нашей памяти, как этот прекрасный вечер у моря.

- Молодец! Хорошо сказал! - одобрил мой тост, директор ресторана. - Так выпьем же мы за память, которая никогда не покинет нас и будет приятно кружить нашу голову, как шампанское вино в хрустальных бокалах.

После короткой торжественной презентации, мы поблагодарили директора ресторана за радушный приём. Пожелали всяческих успехов в работе. Хорошо хмельные от сегодняшнего дня и шампанского вина, мы сняли с ног свои шлёпанцы и по тёплому асфальту пошли к пансионату "Шепси", который находился, примерно, в километре от нового ресторана "Зеркальная чайка".

Нам ни стоило никакого труда за короткое время преодолеть это расстояние. Через десять минут мы были на месте. Каждый пошёл провожать свою пару. Встретиться договорились, примерно через час, на площадке спуска по лестнице к посёлку Шепси.

- Пойдём на пару минут в номер. - предложила Луиза. - Это у нас с тобой будет в последний раз.

Ни стал спрашивать, что у нас в последний раз и так все было ясно. Прямо с порога мы направились в спальню. Не дожидаясь обоюдного приглашения, мы стали быстро раздеваться по пути. Луиза принялась страстно целовать меня, словно это у неё была последняя половая встреча с мужчиной. Мы так с азартом увлеклись любовью, что кровать окончательно рассыпалась под нами. Спинки попадали в разные стороны, а мы с Луизой на сетке шлёпнулись на пол, да так сильно, что грохот прокатился по всему пансионату. К нашему номеру скоро прибежала дежурная, тяжёлое дыхание которой было слышно за дверью номера.

- Что у вас там случилось? - после стука в дверь номера, спросила дежурная. - Вам нужна наша помощь?

- Нет, у нас все в порядке! - ответила Луиза, едва сдерживая смех. - Мы сами разберёмся во всем.

Дежурная ушла. Мы закончили своё дело. Оделись и включили свет. Стали собирать кровать, у которой отломались все крючки. Несколько наших попыток собрать кровать ни к чему не привели. Кровать падала.

- Ладно! - махнула рукой Луиза. - До утра так посплю. Если будут придираться, то заплачу за ремонт кровати. Ты иди. Друг заждался. Не забывай про меня. Как будешь у нас в Москве, так мне сразу звони.

Мы поцеловались напоследок, и пошёл по тротуару освещённому слабым светом фонарей. Между домиками пансионата было безлюдно и тихо. Лишь было слышно любовные вздохи, стоны и скрипы кроватей сквозь приоткрытые окна в номерах домиков. Очевидно, было время любви во всём пансионате "Шепси". Издалека увидел на площадке у спуска к морю несколько парней, которые окружили Толика Фомина при свете фонаря. По всему было видно, что у нас будет драка. Парни наступали на Толика Фомина с кулаками, и он уже стоял у бордюра, за которым был склон с горы к посёлку Шепси. Ступени оказались в стороне. Прыгать на склон, было равносильно самоубийству. Нам надо драться за место под луной в дороге к дому.

Ни стал ждать приглашения к драке. Прямо с разбега врезался в самого большого парня. Парень не выдержал моего веса. Полетел вниз по ступеням вместе со своим другом. Не ожидая нападения на себя, сильно ударил кулаком в челюсть другого парня. Стоящий рядом с Фоминым Толиком парень отвлёкся на мой удар. Сразу получил удар в челюсть от Толика Фомина. Началась драка. Пятеро парней на двоих.

Возможно, что шампанское помешало нам одержать победу или силы, были не равные. Но не успел ударить следующего парня, как мне сбоку так врезали в левый глаз, что у меня весь белый свет перевернулся перед глазами. Едва не свалился по склону к посёлку Шепси. Удержался на месте, но не в силах был ответить ударом. Тогда применил свой испытанный метод драки.

Взял своего соперника на таран. Буквально вцепился в него руками и его телом поломал деревянный барьер на другой стороне площадки. Вовремя моего тарана, кто-то ухитрился мне влепить в другой глаз. Совершенно не соображая, что происходит, полетел вниз вместе со своим соперником. Несколько раз мы перевернулись по склону и застряли между деревьями. Зацепился плавками за кору дерева.

Меня, вдруг, одолела такая злость за то, что порвал свои шикарные японские плавки. Что было у меня сил, врезал своей головой в лицо сопернику, рискуя свалиться с ним по склону до пляжа. Соперник потерял сознание. То есть, получил полный нокаут. Встал осторожно на склон горы.

Упёрся ногами на ствол дерева и начал поднимать пострадавшего. Ужасно боялся, что он упадёт вниз и разобьётся на смерть. Мне потом за него отвечать придётся. Парень начал дрыгаться, но сопротивление мне больше не оказывал. Видимо совсем не мог очухаться после моего удара.

- Ты, что, моего друга убил что ли? - спросил меня, долговязый парень, которого сбил в начале драки.

- Живой! Шевелится! - ответил. - Помоги мне его вытащить, а то свалится вниз до самого пляжа.

Фомин Толик и долговязый парень стали вытаскивать меня и пострадавшего парня на верхнюю площадку. Как только встал на площадку на ноги, то в тот же момент получил сильный удар в челюсть. Мои ноги подкосились. Рухнул на площадку, едва не свалившись обратно по склону горы.

Толик Фомин увидел, как меня ударили и врезал кулаком по морде долговязому. Поднялся на ноги и не давая опомниться долговязому парню, врезал ему со всех сил в живот. Долговязый захрипел как подрезанный и свалился на того парня, которого мы только что вытаскивали.

Драка опять продолжилась. Мы стали бить друг друга, куда попало, лишь бы устоять. Кто пытался подняться, чтобы драться с нами опять, мы били его ногами в живот, чтобы у них не было больше дыхания на драку, те обратно падали и больше не поднимались. Но и мы тоже начинали сдавать. У меня не было сил на драку. Едва держался на ногах. Фомина Толика, опять, двое парней прижали к столбу с фонарём. Фомин Толик едва отмахивался от соперников, не в силах драться.

- Шухер! Милиция! - услышал, чей-то голос со стороны пансионата "Шепси". - Братва, быстрее бегите!

Этот голос был спасательным кругом для всех дерущихся. Схватил Фомина Толика за руку, и мы побежали вместе с ним следом за парнями вниз по ступеням. В обратном направлении нас могли забрать милиционеры, которых мы боялись больше чем своих соперников. Никто не хотел сидеть в тюрьме или платить штраф за эту драку. Все за драку несли одинаковую ответственность. Поэтому мы побежали с места драки. Была милиция или нет, нам совершенно неизвестно. Может быть, нас просто пугнули, чтобы мы прекратили драку. Как бы там не было. Все рванули вниз по длинным ступеням к пляжу. Не думая о соперниках.

- Мы вам ещё ни так надаём. - переводя дыхание, пригрозили нам соперники, внизу у пляжа. - Ишь, повадились к девчонкам в пансионат ходить. Тут мы хозяева всех этих мест. Это вам понятно? Чтоб не приходили.

- Нет, не понятно! - ответил им. - Вы эти места не покупали. Посмотрите на себя. Вас пятеро, а нас двое. Так что неизвестно ещё, кто кого побил. Мы это дело не оставим. Вы будите нами биты. Причём, много кратно.

- Если вы такие смелые. - сказал долговязый парень. -То приходите в "Осиную рощу", там мы посмотрим, кто из нас кого побьёт. Сегодня лишь начало. Мы вас всех будем бить каждый день, за пансионат "Шепси".

- Мы придём. - пообещал. - Но только ты, долговязый, будешь бит так, что сам ещё пожалеешь об этом.

Мы использовали весь запас гадких слов друг против друга, но драться больше, ни стали. Возле посёлка Шепси наши соперники повернули в рощу, за которой стояли двухэтажные постройки. Теперь мы точно знали, где живут наши соперники. Мы могли подловить их в любой удобный для нас момент, возле этой рощи. Нам неприятно было идти с разбитыми лицами домой. Особенно мне.

Гордился, что отношусь по материнской линии к древнему роду терских казаков, которые всегда давали отпор своим обидчикам, а тут, какие-то совершенно неизвестные нам парни побили меня и моего друга. Пускай он даже не казачьего рода, но он мой друг и нас побили. У меня от злости и от побоев горело лицо. Мне хотелось врезать долговязому.

После драки прошло с полчаса, мои силы восстановились, горел желанием рассчитаться с обидчиками. Но где их сейчас найдёшь? Наверно хвастаются за свои разбитые морды, что дрались пятеро с десятком человек. Все равно это так не оставлю. Надо подключить своих братьев и подловить этих парней. Ведь они живут здесь, значить выходят из дома купаться или на рыбалку. Вот там их нам надо выследить. Тем более, эти парни помечены нашими кулаками. С разбитыми мордами они долго не могут прятаться дома.

Раз предложили нам встречу в "Осиной роще", то, наверное, считают себя героями. Надо нам узнать, где эта роща со странным названием. Скорее всего, дядя Коля знает про "Осиную рощу", он тут много лет живёт в посёлке Шепси, ему каждое место известно. Если дядя Коля все морские течения знает, то и рощу хорошо знает. Может быть, он сам там бывал многократно. Вот только, что мы будем говорить сейчас моим братьям? Ведь они нас поднимут на смех. Ни за что не поверят, что нападающих было гораздо больше, чем нас. Все родственники станут смеяться над нами за разбитые морды. Нам надо соперников побить.

- О-го-го! - воскликнула тётя Надя. - Кто это вас так разукрасил? Опять подрались. Ведь вы слово давали, что на море драться не будите. Ты, Саша, говорил, что после армии драться не будешь. Как вам не стыдно!

- Мы никого не трогали. - стал оправдываться. - Они пятеро на нас налетели. Вы сами нас с детства учили, что в Старом хуторе никогда казаки ни давали себя обидеть. По материнскому роду терский казак.


5. Молокане.

Тётя Надя ничего ни стала говорить мне в наше оправдание. Просто пошла на кухню готовить примочки для наших синяков и йод на разбитое лицо. Мама сидела у окна и молчала. Она знала, что если начнёт меня ругать за драку, то тут же пойду искать обидчиков, чтобы побить их. Так у нас бывало часто после драк.

- Дядя Коля! - обратился к нему, как только он вошёл в дом. - Где у вас здесь находится "Осиная роща"?

- Да! Разрисовали они вас хорошо. - тяжело вздыхая, ответил дядя Коля. - Вот только в "Осиную рощу" вам ходить не советую. Там в роще вы пострадаете больше. Вы парней лучше подловите в другом месте.

- Ты чему учишь гостей! - закричала на дядю Колю, тётя Валя. - Тебе самому мало доставалось от молоканов. Так ты и гостей своих туда направляешь драться. Прямо сейчас за драку на вас в милицию заявлю.

- Наших гостей уже и так побили. - возразил дядя Коля. - Вот проучить молоканов давно надо. Если этого потребует обстановка, то сам с нашими гостями пойду против этих молоканов. Сколько их можно терпеть?

- Вот только тебя, старого хрыча, там не хватало. - возмутилась тётя Надя. - Наши парни и без тебя сами разберутся. Они ни таких били, как эти молокане. Так что ты лучше сейчас не суйся в дела наших парней.

- Ладно! Лезть не буду. - согласился дядя Коля. - Вот только лучшее лекарство, это шампанское, которое привезли на чёрной "Волге". Это, наверно, награда им за такую хорошую драку. Надо им делать примочки шампанским вином, а не водой. Тогда все ссадины и синяки быстро пройдут. Винный нектар все рассосёт.

- Откуда у вас шампанское вино? - поинтересовалась моя мама. - Вы, что, это в карты, что ли тут играете?

- Ни в какие карты мы не играем! - возмутился. - Вчера вечером, после праздника "Нептуна", Русалку нёс на руках, от пляжа наверх в пансионат "Шепси". Все отдыхающие на меня делали ставки. Между собой они договорились, что если её донесу, то пять процентов шампанского будут моими. Вот, выиграл свои пять процентов. Шесть бутылок шампанского вина мы сегодня уже выпили. Остальные мне привезли домой на "Волге". Вам не вру, можете у всех людей спросить, кто вчера присутствовал на празднике "Нептуна".

- Это правда! - стали защищать меня братья и друг Толик. - Мы были на празднике "Нептуна". Все видели.

- Неужели ты "телку" на гору тащил? - не доверчиво, спросил дядя Миша. - Такую тяжесть нёс по ступеням!

Мои братья и друг Толик, в приукрашенной форме, стали рассказывать все увиденное ими. Уже через минуту все забыли о нашей драке. Смеялись от всей души за рассказ о празднике "Нептуна". О моих подвигах, которые были сильно преувеличены моими братьями и другом. Но все родичи слушали внимательно.

- Он, что, как свалился на неё на ступенях, с сиськой во рту, так и лежал до сих пор? - смеялся до слез дядя Миша. - Пока молокане кулаками не сбили с неё. Русалка, наверно, довольная осталась от такой страсти?

- Хватит тут тебе богохульничать! - возмутилась тётя Надя. - Ведь здесь твои дети рядом стоят! Как можно!

- Словно они это вчера не видели. - отмахнулся дядя Миша, от своей жены. - Ну, прямо, пошутить нельзя.

После хорошей оказанной медицинской помощи и весёлого смеха, нам с другом стало легче после драки.

- Кто такие эти молокане? - спросил, дядю Колю. - Почему этих молокан в посёлке все жители боятся?

- Их никто не боится! - возмущённо, ответил дядя Коля. - Это такая верующая секта, которая называется "молокане". Они отвергают священников и церковь. Молятся в специальных домах. Молокане здесь давно поселились.

Считают, что это их земля и всех гонят от себя. С ними много раз милиция разбиралась. Хотели их даже выселить в Сибирь. Но молокане добились своего, что их больше никто беспокоить не будет и они не будут предъявлять к людям претензии. Взрослые молокане успокоились, а их дети задираются. Всех приезжих парней бьют, которые бегают к девчатам в пансионат "Шепси". Вот и вам досталось. Но вам проучить их следует. Но в "Осиную рощу" ходить не стоит.

Это их территория. Они вас там могут побить. Мы ни стали возражать против указания дяди Коли, но уже на следующий день ранним утром караулили молокан вблизи "Осиной рощи" всей оравой в семь человек. Вчера вечером мы с Толиком поняли, что где молокане повернули через рощу, там будут ходить всегда. По рассказам самого дяди Коли, молокане избегают общения с местными жителями.

Всегда ходят только через "Осиную рощу". Вот на это место, ещё до рассвета, мы пришли всей оравой, чтобы там подкараулить и побить молокан. Все равно они тут пойдут. Чтобы взрослое население молокан не подозревало о наших намерениях, мы расположились на морском пляже вблизи "Осиной рощи". Время было не для загаров, но мы сделали вид, что забиваем места своим семьям. Нам долго ждать не пришлось. Здоровенный верзила, с ним "шестёрка", который из-под тешка врезал мне в правый глаз, медленно шли с удочками на рыбалку в сторону пляжа за пансионатом "Шепси". Там, за пляжем, было хорошее место к нашей будущей рыбалки, о которой мы раньше не знали, но с появлением этих двух типов, это определили сразу.

Нам теперь предстояло с молоканами драться за место нашей будущей рыбалки, которую мы, наверняка, определили своим местом пребывания на весь отпуск. Чтобы не спугнуть наших соперников, мы делали вид, что друг друга не знаем. Уверенные в своей власти над этими землями, молокане не обратили внимание на наше присутствие в общественном месте и сильно удалились от "Осиной рощи" на опасное им расстояние. Как только им бежать уже было некуда. Мы перекрыли обратную дорогу. Догнали их почти у пляжа пансионата "Шепси", откуда им некуда было деться.

- Вот, долговязый, мы встретились. - сказал, дылде. - Если ты шевельнёшь рукой, то лежать тебе здесь трупом. С тобой, "шестёрка" вонючая, сам разберусь отдельно, в первую очередь, за свой правый глаз.

Подошёл к "шестёрке" и врезал ему в правый глаз. "Шестёрка" упал на песок и стал выть, как сопливый шакал, хотя по возрасту он был, примерно, мой ровесник. Меня охватила дикая злость за то, что вчера, когда они пятеро на нас двоих прыгали, то не выл, а тут сопли распустил. Словно вчера не был смелым.

- Юрка! Можешь ему врезать по морде. - сказал, своему брату. - Вчера он был самый смелый из молокан.

Поднял "шестёрку" с песка за длинные волосы и Юрка сильно врезал ему в левый глаз. В этот момент долговязый кинулся на помощь своему другу. Толик вовремя подставил ему свою ногу и долговязый со всего маха растянулся на пляже, ударившись о песок лицом. Тут же ударил его ногой в живот, чтобы он больше не пытался подняться. Тем временем, мои младшие братья, сами разбирались с "шестёркой", который пытался от них сбежать.

Братья догоняли "шестёрка" на пляже. Всей оравой били его куда попало. "Шестёрка" дико орал. Но удары моих младших братьев не были смертельными, это знал давно, тем более, дома сказал им, чтобы все были живы и не покалечены. Так что братья били "шестёрку" с расчётом на синяки и царапины, не больше того. В это самое время мы с Толиком били долговязого, который мог с нами расправиться свободно, но был труслив. Мы использовали момент его трусости. Теперь у него не было никаких шансов на победу. Рассчитавшись возмездием за вчерашнюю драку, с трудом утихомирил братьев.

- Мы здесь будем отдыхать целое лето. - к острастке, соврал, соперникам. - Здесь побережье Чёрного моря и окрестные места в нашем распоряжении. Если хоть один из вас выползет со своей молоканки, то никакое молоко в вашей молоканке, не поможет вашим трупам на берегу Чёрного моря. Вам все понятно?

Под всеобщее улюлюканье нашей оравы, долговязый и его "шестёрка", с синяками и разбитыми в кровь мордами, возвращались в свою "Осиную рощу", куда пытались заманить меня с другом. Мы все прекрасно понимали, что теперь они нас могут подкараулить и нам будет нужна подмога. Но привлекать в драку своих родственников нам не хотелось, так как это уже ни те времена, когда казаки ходили драться целыми хуторами. Сейчас за такую драку могут привлечь к уголовной ответственности. Тоже, как взрослый, рисковал угодить за решётку. Но у меня была уважительная причина. Это ни полез к ним драться, а они в большинстве полезли на нас с другом Толиком. Как принято всюду на Кавказе, так мы дали молоканам сдачи за то, что нас побили вчера.


6. За место под солнцем.

Теперь нам нужно было хорошо закрепить свою позицию в посёлке Шепси. Короче говоря, нам нужно было завербовать на свою сторону местных парней, которые не были с молоканами в контакте, но, наверно, хотели у них отбить место на рыбалку на серых камнях у пансионата "Шепси".

- Пойдёмте за пляж. - предложил, своим братьям. - Там местные парни ловят рыбу. Мы должны уговорить местных парней, чтобы ловить рыбу за пансионатом "Шепси" и побить молокан, если те не уступят место.

Когда мы пришли на камни за пляжем, то рыбалка была в самом разгаре. Фактически, там был весь посёлок Шепси. Лишь молокане отсутствовали. Наша орава разбрелась по всем камням. Мы стали искать контакты с местными парнями, с которыми мы ещё не познакомились. Хотя видели их каждый день на пляже.

- Чего это вы тут все сидите? - поинтересовался, мой двоюродный брат Мишка. - Вон там, за пансионатом "Шепси", такие же камни. Рыба там ловится на много лучше, чем в этих местах. Целые стаи рыб плавают.

- Агитатор! Сам ты там хоть раз ловил рыбу? - спросил Мишку, парень с деревянной удочкой и спиннингом.

- Конечно ловил. - соврал Мишка. - Мы там вчера поймали целую сотню ставридок и барабулек с братьями.

- Вы откуда сами приехали? - спросил Мишку, парень с бамбуковой удочкой. - Море там есть какое-нибудь?

- Мы приехали из Северной Осетии. - ответил Мишка. - Там моря нет, но вот мой старший брат, служил на этом Чёрном море и долго жил возле Каспийского моря. Так он плавает в этом Чёрном море словно рыба.

- Брось нам врать. - вступил в разговор ещё один рыбак. - А то мы тебе сейчас шею намылим. Пошёл вон!

- Кто это собрался моему брату шею намылить? - спросил, поднимаясь со своего места. - Кто тут смелый?

Вся наша орава окружила троих парней, которые руками в свою очередь пригласили других парней. Назревала новая драка. Лишь этого нам не хватало, чтобы нас били местные и молокане. Этого мы не хотели.

- Мы к вам сюда пришли с миром. - решил, разрядить обстановку. - Так вы тут своих гостей встречаете?

- Пускай не врёт. - сказал мальчик в сомбреро. - Что у него брат с двух морей, тут как рыба плавает в море.

- Он не врёт. - заявил. - Это его брат с двух морей. Плавать как рыба не буду. Но могу с вами поспорить, что любому из вас слабо плыть до горизонта и ходить ловить рыбу на серые камни, за пляжем пансионата "Шепси", все потому, что там вас бьют молокане, а мы их сегодня побили. Теперь те камни стали наши.

Местные парни на камнях перестали ловить рыбу и с подозрением стали рассматривать нашу ораву. Возможно, что наши синяки на лице внушали доверие этим парням насчёт драки, но вот моё плавание до горизонта никак не могло склонить парней в мою сторону. Действительно пару раз плавал на дальность в Чёрном море, но, конечно не до горизонта, а до того места пока меня не было видно спорящим. Сейчас, возможно, переборщил, но нам деваться было некуда. Нужно закрепить своё достоинство в этом посёлке.

- Бьёмся об заклад. - предложил мне, парень, примерно, моего возраста. - Если ты плывёшь, до горизонта. То мы вас каждый день угощаем пивом, мороженым, квасом, лимонадом и всем тем, что продают здесь на пляже в лотках. Если проспоришь, то вы наши рабы на весь отпуск. Будете выполнять все наши пожелания.

- По рукам! - согласился. - Но у меня есть ещё предложение. Если от горизонта плыву без вашей помощи, то вы с нами ходите на рыбалку на серые камни за пансионатом "Шепси" и отдаёте нам всю рыбу, пойманную на тех серых камнях. Если проспорю, то мы вам ловим рыбу на этих камнях до конца отпуска.

Мы ударили по рукам и стали оговаривать правила моего заплыва. Договорились так, что все стороны спора садятся на краю пляжа у воды. С моей стороны следят за моим заплывом в бинокль. В том случае, если со мной что-то случится, то плывут за мной на моторной лодке, которая будет рядом на старте у берега. Другая сторона с мегафоном следит за моим заплывом невооружённым глазом. Когда исчезну из вида спорящего, в мегафон он объявляет о моём возвращении. Плыву не на скорость, а на дальность. Меня никто не торопит. Пускай даже целый день буду плыть до горизонта. Главное, доплыть до горизонта.

Через час, почти все пацаны побережья, облепили место моего заплыва. На старте стояли две моторные лодки. У нескольких парней были бинокли и подзорные трубы. Все уже были готовы. Лишь у Семы, который со мной поспорил, был в руках мегафон. Ему одному на ухо сказал наш пароль, чтобы никто другой с берега не мог обратно позвать меня. Наконец-то, осторожно вошёл в воду и медленно поплыл до горизонта. В этот день море было очень тихое, как всегда бывает после шторма. На море был полный штиль. Чтобы сохранить в себе силы на заплыв в обе стороны, со старта стал медленно плыть, только чтобы сохранять движение вперёд. Все понимали серьёзность моего спора и не торопили меня своим улюлюканьем, как было на подъёме с Русалкой на руках по ступеням к пансионату "Шепси".

Мне тоже нужна была выдержка, чтобы сохранить способность долго владеть движением своих рук, ног и всего тела. Надо думать, о чём-то отвлечённом, что не мешает в такой момент заплыва двигаться. Но, как назло, в голову никакие мысли не лезли, кроме тех, что надо побить молокан, которые, словно чужеземцы завладели тут территорией берега. Кто они, вообще, такие молокане? Откуда они взялись в этих краях? Почему они тут живут? Ну, прямо целая история вопросов. Хорошо было бы с ними не ссориться, а больше узнать о них. Ведь молокане такие же люди, как и мы, только живут отдельно своей общиной.

Странно это, что люди живут отдельно от других людей. Всего один шаг в "Осиную рощу" и мы в другом мире жизни людей. Вот интересно бы узнать, как они живут в своём замкнутом мире со своими обычаями? Как женятся? Как воспитывают своих детей? Что едят? Ни одно же только молоко, по которому их назвали "молокане". Может быть, молокане инопланетяне? На НЛО прилетели и поэтому скрывают образ своей жизни от обычных людей. Бред какой-то несу!..

Прервал свои мысли, повернулся лицом в сторону берега и обалдел. Кроме вершины снежных гор в облаках, больше ничего мне не было видно. Пока размышлял об этих молоканах, меня совсем потеряли из виду. Возможно, что мне кричали в мегафон, а не слышал. Но тогда бы приплыли за мной на моторной лодке. Вдруг, у лодки двигатель не заводится? Так там есть ещё одна запасная лодка. Только спокойствие. Ещё способен долго плавать. Скорее всего, с моей линии горизонта не видно берега, а с их линии горизонта мне можно продолжать заплыв.

Ведь у них горизонт выше моего на длину тела. Если они встанут, то горизонт будет дальше и мне придётся плыть больше. Но с ними договаривался, чтобы у них горизонт был с сидячего положения. Значить тут все в порядке. У меня есть большой запас сил. Могу продолжать свой заплыв к своему не известному мне горизонту жизни.

Вот интересно, что там меня ждёт, за линией горизонта моей жизни? Успех или поражение? Конец моей жизни или моё воплощение в мир иной жизни, которой совсем не знаю? Хорошо мне узнать все это раньше времени. Тогда бы мог планировать свою жизнь. Искать лучшие варианты подхода к этой проблеме построения кем-то в моей дальнейшей жизни, которая определена кем-то моей судьбой. Как бы ни потерять линию горизонта своей жизни раньше времени.

- Череп! Тебе пора! Возвращайся к берегу. - отчётливо услышал пароль, который произнёс на ухо Семёну.

Выходит, что победил первый этап своего спора. Мне хотелось орать на всю морскую гладь, но понимал, что так истрачу запас своих сил и не смогу вернуться к берегу. Поэтому пока воздержался от преждевременного ликования по случаю своей победы на первом этапе заплыва. Мне требовалось пока проплыть обратно столько же, с потраченной нормой своих сил. Теперь надо постоянно контролировать силы. Когда мне стало видно полоску берега, а точнее, торчащие над водой головы людей, то понял, что близок к победе. В это время, вблизи меня, проплыл большой катер на подводных крыльях, который своими волнами едва не утопил меня.

Мне пришлось маячить и выныривать из-под больших волн, которые накрывали меня. Когда катер удалился, то увидел на поверхности воды плавающую одежду. Возможно, одежду выбросили с катера. Одежда была новой. Плавать с одеждой мне не под силу, а вот летнюю фуражку нацепить на голову мог. Подплыл к фуражке и стал её одевать, но она была настолько мала, что даже не могла зацепиться на моей голове. Пришлось оставить фуражку в море. Бросил фуражку в воду. Сам поплыл обратно к берегу, где меня издали, приветствовали с победой.

Мне оставалось преодолеть расстояние до красных буёв, а там всего метро двести остаётся до берега и тогда победа будет полностью наша. Плыл, раздумывая о наших дальнейших действиях после нашей победы в заплыве. Когда почти рядом был красный буй, вдруг, вспомнил, что какие-то бумажки вылетели из фуражки, когда её бросал обратно в воду. Может быть, они мне мешали надеть фуражку себе на голову? Что за бумажки и почему не проверил карманы в одежде? Там могли быть деньги и документы. Надо плыть обратно и посмотреть, пока ещё полный штиль и нет близко прогулочных катеров с отдыхающими.

Плыть ни так уж далеко отсюда. Больше не думая ни о чём, повернулся и поплыл обратно к одежде, которая маячила на воде не далеко. Парни на берегу, возможно, решили, что у меня мозги поехали от заплыва, поплыл не в ту сторону. Все стали кричать и улюлюкать, подкалывая меня своими криками. Но знал, зачем туда плыву и совершенно не обращал внимания на их крики. У меня были мысли о том, чтобы успеть, пока вся одежда не утонула. Спешил добраться до того, что ещё маячило на воде. Большая часть одежды давно скрылась под воду.

Когда был вблизи намокшей одежды, то увидел, как тонут брюки с отяжелевшими карманами. Рядом с ними плавает, словно бесплодная женщина, совершенно пустая сорочка. Чуть в стороне плывёт сильно намокшая фуражка, кверху внутренностями, из которых расплываются красные червонцы и медленно тонут в темно-синей глубине. Любое моё резкое движение могло утопить сразу все достояние фуражки. Очень медленно подплыл к фуражке и стал собирать червонцы, которые ещё не ухитрились нырнуть в глубину моря.

Тем временем, освободившаяся от тяжести капитала намокшая фуражка медленно пошла ко дну. Проследил за ней и за теми червонцами, которые уже были мне совсем недоступны и, вдруг, обнаружил под собой такую страшную глубину, от которой при всей чистоте воды не было видно морского дна. Меня сразу охватил панический страх. Быстро запхал в карман своих плавок мокрые червонцы и словно моторная лодка стал усиленно болтать своими руками и ногами, чтобы выбраться с места пугающей меня глубины.

Добравшись до красных буёв, немного успокоился, но меня стали покидать силы, которые потратил впустую на своё паническое плавание с места большой морской глубины. У меня не было не сил, не мыслей, просто произвольное движение отяжелевшими руками и ногами, которые едва удерживали моё тело на плове. Мне было все равно. Доплыву до берега моря или нет. Готов был смириться и сразу утонуть. Берег так близко, что мне казалось, можно дотянуться до берега рукой. Рядом стояла девушка, решил, что у меня под ногами дно. Перестал двигать руками и ногами, тут же пошёл на дно. Возможно, это девушка маячила руками и ногами, а мне показалось, что она стоит. Обманулся. Подняться на поверхность воды уже не мог. Просто утонул до самого дна. Девушка в панике бросилась от меня, чем вызвала беспокойство сидящих на берегу парней в ожидании моего финиша. Вероятно, парни поняли, что пошёл ко дну.

Парни побежали в мою сторону, пытаясь спасти меня, в то время, когда в меня стала проникать соленная морская вода. Ещё пару минут опоздания и окончательно бы утонул у самого берега. Меня тогда никто не смог бы спасти. На этом мог закончиться горизонт моей жизни, к которому ещё не собирался добраться. Меня вытащили на песок. Стали трясти и засовывать свои грязные пальцы мне в рот. Очень брезгливый, а тут грязные пальцы суют мне в рот. Стало так ужасно противно, что рыгнул ни только морской водой, но и всем содержимым своего желудка.

Отчего мои спасатели брезгливо разбежались в разные стороны от меня. Тоже брезгливо вскочил от присутствия собственной рвоты, сделал несколько шагов в сторону и со всего маха рухнул на морской песок. У меня не было сил на движение. Мои братья и новые друзья подняли меня с опалённого солнцем пляжа. Понесли в ближайшую тень, которую освободили мне отдыхающие под пляжным грибком. Со всех сторон к грибку стали бежать люди. Своими телами любопытные создали вокруг меня плотную дополнительную тень.

Люди все что-то говорили. Показывали на меня пальцами. Ничего не мог услышать через уши заполненные морской водой. Оба глаза мои разом прикрыты какой-то пеленой. Пришли люди в белых халатах. Понял, что они будут меня колоть. Во мне проснулся какой-то собачий инстинкт против опасности, как у собак против собачников-живодёров.

Ни стал ждать, когда в меня воткнут иглу. У меня, вдруг, откуда-то появились силы. Вскочил, как ошпаренный. Побежал в сторону посёлка под общий смех и улюлюканье народа. Врачи сели на свою машину и поехали по пляжу. Немного придя в себя, пошёл к ближайшему дереву и сел в тени у лотка рядом с бочкой пива. Мои друзья и братья шумной толпой потянулись под дерево. Через пару минут парни стояли вокруг меня, что-то кричали в мою сторону и хлопали по плечу. Встал на ноги, прикрыл ухо ладонью. Стал подпрыгивать, как обычно делают на пляже, чтобы освободить уши от воды. Вскоре стал отчётливо слышать рядом крики.

- Кто-то обещал меня каждый день поить пивом? - спросил, когда совсем пришёл в себя. - Где пиво?

- Смотрите! Заговорил! - удивлённо, сказал Семён. - Тогда полный порядок. Победителю пиво! Две кружки!

Толпа друзей ринулась в сторону бочки с пивом, сметая дружные ряды отдыхающих любителей пива.

- Ты что обратно поплыл? - стали спрашивать меня, друзья и братья. - Мы думали, что поехал от заплыва.

Парни стали дружно крутить у своего виска пальцами, как обычно показываю всем дуракам. Мне стало так смешно от кривляющихся поз пацанов, что не выдержал. Стал смеяться над ними от всей души. Парни в недоумении посмотрели на меня, подумали, что действительно сошёл с ума после заплыва. Показывал на них пальцем и катался от смеха по песку. Парням тоже стало смешно. Через минуту смеялись все, около бочки с пивом, а о чём наш смех, никто не знал.

Просто у отдыхающих хорошее настроение на отдыхе. Насмеявшись до слез, стал рассказывать своим друзьям и братьям о своём заплыве в море про деньги на воде. Чтобы мне поверили окончательно, достал из кармана плавок совершенно мокрые червонцы. Пацаны разложили деньги рядом со мной на солнце. Денег оказалось сто десять рублей. По тем временам, хорошая зарплата. Когда парни увидели большие деньги, то смех сразу прекратился. Все стали выдвигать различные мрачные истории, связанные с самыми страшными событиями в жизни человека.

Рассказывали об убийствах и насильниках среди отдыхающих. Вспоминали страшные случаи, которые происходили когда-то в этих местах. Мы с братьями рассказывали местным парням разные случаи из нашей жизни. Допил вторую кружку своего пива. Братья собрали высохшие деньги. Мы осторожно ушли в сторону от бочки с пивом, оставили любителей пива с тревожными событиями в их жизни. У нас были свои проблемы местного значения. Надо было договориться о рыбалке на серых камнях за пляжем пансионата "Шепси".

- Мы должны уже сегодня, прямо сейчас, договориться насчёт рыбалки. - уверенно, сказал, когда мы были в стороне от посторонних лиц. - У нас мало дней на рыбалку.

- Сегодня поздно идти на рыбалку. - сказал Семён. - Давайте мы сейчас хорошо подготовимся к рыбалке. Завтра перед рассветом пойдём на серые камни за пансионат. С рассветом рыба хорошо всюду ловится.

Мы одобрили предложения Семена и разбрелись по своим домам в подготовке к завтрашней рыбалке. Чтобы не ударить лицом в грязь перед новыми друзьями, мы решили основательно подготовиться к рыбалке. Узнали у дяди Коли все хитрости местной рыбалки. На приманку и наживку заготовили макуху, теста с яичками, опарышей, креветок, разных червей и кузнечиков.

Полностью обновили рыболовные снасти. Для этого пришлось съездить на электричке в Туапсе, который находится совсем близко от посёлка Шепси. В туапсинском спортивном магазине купили четырёхметровые складные бамбуковые удочки. Купили с запасом разных крючков, поплавков, грузил и три катушки лески. Из моих морских денег осталось всего тридцать рублей, на которые закупили столько много продуктов, что можно было подумать, это мы собираемся плыть в кругосветное путешествие или жить все лето где-то далеко в море на необитаемом острове.

- Так дело не пойдёт. - сказал дядя Коля, когда увидел наше снаряжение на рыбалку. - Сытый рыбак рыбу не ловит. Также как сытая охотничья собака след никогда не берет. С подготовкой на рыбалку сделаем так.

Дядя Коля оставил нам, каждому, по готовой удочке, насадку, приманку, бутерброд и бутылку холодного лимонада. Все остальное сложил в хозяйственную кладовку, из которой достал ещё садки и куканы к пойманной рыбе. Таким образом, с помощью дяди Коли, мы были хорошо подготовлены к рыбной ловли. Нам ещё оставалось только дождаться четырёх часов утра. На это время мы собирались встретиться на пляже.

Чтобы не проспать, мы залезли пораньше в свои палатки и плюс завели будильники. Мы даже перестраховались на тот случай, если, вдруг, не услышим звон будильников. Между палатками посадили на цепь пса Палкана, который истерически ненавидел звон будильника, при звоне будильника начинал выть и лаять. Были другие варианты подъёма, но нас вовремя пресекли, чтобы мы с подъёмом не устроили балаган.

- Вы так весь посёлок поднимите на ноги, а сами будете спать. - сказала тётя Надя. - Вам достаточно того, что вы на придумывали. Если кто-то из вас на этот шум проснётся, то поднимет других. Так будет лучше.

Мы улеглись спать. Но оттого, что рано залезли в свои палатки или от мыслей о рыбалке, всю ночь кто-нибудь выползал из палатки на свет уличного фонаря, чтобы посмотреть на свои часы. Так провозились мы до трёх часов ночи и в начале четвёртого часа, как сонные мухи, поплелись на пляж к месту нашей встречи с друзьями посёлка.

Там расселись под грибками и стали ждать друзей, которые ещё не пришли на пляж. Всюду была такая тишина, что было слышно, как рядом плещется рыба на мели у самого пляжа. Вдруг, эту тишину разбудил яростный трезвон наших будильников, которые мы забыли отключить. Палкан начал выть и лаять. Стали просыпаться отдыхающие "дикари" и жители посёлка Шепси. Поднялся переполох.

- Эти чёртовы дети! - услышали мы, голос тёти Нади. - Куда это они подевали свои проклятые будильники?

Вскоре тётя Надя отыскала наши будильники и лишила их голоса. Все опять стихло, только было слышно ворчание людей, которые не могли уснуть из-за этого переполоха наших будильников и Палкана. Мы опять, как мокрые квочки, нахохлились под грибками в своём ожидании. Наши друзья все ещё не пришли на пляж.

В это раннее утро была обильная роса и крыши грибков не могли нас спасти от росы. Мы были настолько мокрые, словно на нас вылили воду из ведра. Надежда была на раннее жаркое солнце, которое высушит нас или хотя бы согреет, чтобы не дрожать меж серых камней на рыбалке за пляжем пансионата "Шепси".

- Салют! - стали шёпотом приветствовать нас, подошедшие друзья с посёлка Шепси. - Давно тут сидите?

- С вечера! - пошутил. - Вон, мы за ночь под дождём намокли. Боялись проспать нашу с вами рыбалку.

- Брось врать! - сказал пацан, который никогда не понимал шуток. - Ночью дождя у нас не было. Луж нет.

- Ладно, хватит тебе! - сказал Семён, шлёпнув ему подзатыльника. - Витек! Шуток совсем не понимаешь?

Наш отряд, численностью человек пятьдесят, растянулся от пляжа посёлка до пляжа пансионата "Шепси". Через полчаса мы были на серых камнях и заняли самые удобные места рыбной ловли. К этому времени солнце осторожно стало подниматься из-за вершин Кавказских гор. Мы тихо подготовились к рыбалке, опасаясь спугнуть свою рыбу, которая огромными косяками ходила вдоль серых камней у наших удочек.

С первых же наших попыток начался хороший клёв рыбы. Да так, что мы едва поспевали снимать рыбу с крючков, сажать её на наши куканы и в садки. До полного восхода солнца у нас было столько много рыбы, что в пору было возвращаться домой. Мы все были увлечены рыбалкой и не обращали внимание на время.

- Вы посмотрите, кто там к нам идёт? - ехидно, закричал Витек, показывая в сторону пляжа у пансионата.

Из-за мыса, со стороны "Осиной рощи" выползал маленький отряд молокан, два десятка человек. Молоканам не было видно весь наш отряд, и они уверенно двигались в нашу сторону. С каждым приближением уверенность начинала пропадать. Чем ближе подходили молокане к нам, больше видели наш отряд. Когда молокане подтянулись к месту рыбалки, то им стало ясно, что у них нет никаких шансов на место под солнцем у серых камней. Нас было намного больше их. Так у верзилы и его "шестёрки" ещё битые морды.

- Ну, что мужики, бить вас всех или заключим мир на все времена? - спросил, выйдя вперёд своих друзей.

Молокане сбились в кучу, молчали, с опаской разглядывая вышедших на пляж парней. Медленно парни с посёлка и мои братья окружили отряд молокан, которым некуда было бежать. Нас было в два раза больше и нам ничего не стоило их побить. Но это уже разбой! Драка может закончиться плохо. Своих братьев мог контролировать, но не такой большой отряд в пятьдесят человек, с которыми познакомился вчера.

- Посмотрите! Они языки проглотили. - стал заводить своих парней Семён. - Уже через свои штаны весь песок на пляже намочили. Скоро не только саками, но чем-то другим от них завоняет. Какие они бледные все.

- Постой, Семён! - остановил, заваруху. - Так проблему мы не решим. Молокане к нам с миром пришли. У них даже оружия нет с собой. Наш отряд на слабаков не нападает. Бить их не будем. Мирно обсудим дела.

- Мы, что так и будем стоять? - спросил Женик. - Пускай они слово скажут. С чем они сюда к нам пришли.

- Хотим знать ваши условия совместного мира? - пробубнил долговязый, выдвинувшись из своего отряда.

- Условий никаких! - объявил, громко, чтобы все слышали. - Территория и рыба общие на все времена.

- Рыбу делим поровну! - уточнил Семён. - Опоздавшие рыбу не получают. Сбор каждый день в четыре утра.

- Они не знали о наших условиях. - поправил, Семена. - Сегодня прощаем ошибку. Следующий раз нет.

Обе стороны согласились с таким решением, и мы стали знакомиться между собой. Постепенно мы расположились на всю длину каменного побережья и стали ловить рыбу. К обеду наш общий отряд, наловили столько много рыбы, что договорились на рыбалку ходить только через день, чтобы мы в этих местах не выловили всю рыбу. Так как молокане в воскресный день не могли ходить на рыбалку, то договорились, что воскресный день будет общим отдыхом у всех и у рыбы тоже.

Выходило, что на рыбалку ходим три дня в неделю. Таким образом, отдыхаем мы и природа от нашей рыбалки. Условия эти должны соблюдать все. После дележа рыбы, оказалось, что каждому досталось по пятнадцать штук. Все были довольны. Особенно наша семья. Ведь нам на семью досталось сто пять штук рыбы.

На весь объединённый отряд тысяча пятьдесят штук рыбы. Такого улова никто из местных парней не мог вспомнить. Говорили, что, бывало тут, ловили на человека и по сто штук на день. Но чтобы столько на всех! Никто не мог припомнить. Вероятно, здесь какой-то шальной косяк рыбы заблудился. Вот мы сегодня весь этот косяк полностью выловили.


7. Воришки с прицепом.

Наша семейная орава вовремя пришла домой. Как раз тётя Надя собиралась стол накрывать. Мы отдали тёте Нади весь наш улов, но с одним условием, что ставридка идёт на уху с другой рыбой, а барабульки засолить нам на сушку к пиву. Барабулек оказалось всего тридцать штук. Так что нам вполне достаточно.

На следующее утро наша рыба хорошо просолилась, и мы её с раннего утра развесили за домом дяди Коли, чтобы к вечеру нам снять первую пробу сушёной рыбы с удачного улова. Целый день мы наслаждались своим отдыхом у моря. Новые друзья, согласно спору, вовремя моего заплыва, целый день поили нас пивом, квасом и лимонадом. Угощали мороженым, булочками и пирожками. С утра мы сказали тёте Нади, чтобы она нас всех не звала к обеду.

Это было на руку всей родне, так как больше готовили к нашей ораве, чем всем остальным. В этот день мама и тётя Надя не толкались на кухне. В этот вечер, едва солнце коснулось своим диском горизонта между морем и небом, как мы помчались снимать пробу с нашей сушёной рыбы, которая, вероятно, подвялилась на солнце. Мы забежали за дом и обомлели. На наших верёвках висели скелеты рыбы. Нет, не оговорился. Именно скелеты от наших барабулек.

Ровно тридцать голых скелетов без единого кусочка мяса. Словно на рыбе и вовсе не было никакого мяса. У нас же не было слов, какие мы могли выразить в пылу своего гнева. Мы даже не могли подумать, это против кого нам гневаться. Ни собака и ни кот не могли добраться до наших барабулек, которые висели на верёвках выше нашего роста.

Даже если допустить, что это работа кота и собаки, то от наших барабулек и костей не осталось бы. Тут же чистые скелеты. Даже мелкие косточки, как ниточки, остались целыми. Будто мясо само покинуло вместе с душой эти грешные косточки нашей рыбы. Мы посмотрели на землю, но там не было никаких следов и признаком похитителей мяса с наших барабулек. Наступил полный прокол в нашем положении перед родственниками и друзьями. Любая стороны могла поднять нашу ораву на смех, а мы не имели даже никакого представления, как нам поступить в данном случае. Короче говоря, мы договорились, что замнём этот конфуз с нашей сушёной рыбой.

Если даже кто-то спросит нас про рыбу, то можно валить на пса Палкана и на кота Пирата, мол, это все их работа. В наглую стащили сообща всю нашу рыбу с верёвок и поделили между собой. Этого как раз от них можно было ожидать. Дядя Коля и тётя Валя, рассказывали нам о неразлучной дружбе Палкана и Пирата. Их выкормили одной соской. Говорили об их совместных проделках. Как они часто ухитрялись стащить что-то из дома и разделить между собой.

Мы и сами видели, как Пират украл из-под самого носа у тёти Вали кусок жареного катрана и затем вместе с Палканом уничтожил кусок этой рыбы за домом. Так что небольшой поклёп на этих воришек не помешает в их жизни. В данном случае нам нужно сохранить честь рыбака и вновь наловить рыбы. На следующее утро, ровно в четыре часа, огромным отрядом, мы были на рыбалке на серых камнях за пляжем пансионата "Шепси". Вновь ловили рыбу до обеда. Но при дележе рыбы оказалось, что улов в этот раз был совершенно небольшим для каждого из нас в отдельности. Возможно, это оттого, что нас было слишком много. Поэтому рыба не успела подрасти за одни сутки.

В общем, каждому из нас досталось всего по семь штук на человека. Нашу семейную ораву устраивал и такой улов. Главное, это для нас было установить свой пошатнувшийся авторитет, как заядлых рыбаков. Про наш прокол никто в отряде не знал, но для нас самих это было делом чести рыбака. Поэтому мы решили сохранить в тайне историю с рыбой. Мы сами, тайком от всех, засолили всю свою рыбу и под прессом поставили в наш сарай. Утром освободили рыбу от соли. Повесели на верёвку выше от земли между металлическими столбами. На тот случай, вдруг, Пирату и Палкану, захочется попользоваться нашей собственностью. Определив безопасность нашей рыбы, мы пошли собираться в гости к знакомым в Туапсе.

Куда мы на прошлой неделе договаривались поехать. В этот общий выходной день для всех, в воскресенье, все же решились поехать всей родней. Имущество дома и всю нашу рыбу, мы оставили под зоркой охраной Палкана и Пирата.

Все на их совести. Будет с кого нам спрашивать. На прощанье мы обошли весь двор вместе с Палканом и Пиратом. Кругом все было в порядке. Нет ни каких признаков того, что кто-то затаился с целью похищения нашей рыбы. Однако уезжали мы из дома с тревогой. У нас всех было какое-то не хорошее ощущение того, что словно кто-то уже ждёт нашего отъезда. Даже кот с собакой тоскливо провожали нас взглядом до самой калитки.

- Что вы такие кислые? - спросила тётя Надя. - Ведь вы сами давно хотели поехать в Туапсе.

- Мы сильно устали от вчерашней рыбалки. - ответил, за всех. - Поэтому, сегодня такие кислые.

- Нет, тут что-то ни так? - заметил дядя Миша. - Наверно, опять влипли в какую-то новую историю?

- Нет! Нет! - хором, стали мы заверять родных в своём благополучии. - Все в порядке! Драк не было.

- Ну, тогда поехали. - сказал дядя Коля. - Раз у вас все в порядке, то нечего нам за вас беспокоиться.

Этот день для нашей оравы был не в радость. Мы слонялись по городу, как пришибленные, плохо ели и пили. Безразлично разглядывали достопримечательности города. Даже в Туапсе на пляж отказались идти. Наши родственники и знакомые были заняты долгожданной встречей и совершенно не обращали никакого внимание на наше безразличие к окружающему нас миру природы в Туапсе. Наконец-то мы дождались нашего возвращения в посёлок Шепси.

Мы даже внутрь вагона электрички ни стали идти. Остались ждать выхода в тамбуре и с нетерпением смотрели за приближением поезда к нашей станции Шепси, которая, казалось нам, передвинулась дальше за время нашего отсутствия в Шепси. Когда электричка остановилась на платформе и открылась дверь, то мы в тот же миг сорвались со ступеней вагона и помчались стремглав к своему дому. Нам не терпелось увидеть целой сушёную рыбу. Но издалека почувствовали что-то там неладное. Нас дружно не встретили Палкан и Пират.

Когда мы забежали за дом, то от зрелища едва не потеряли свой рассудок. На верёвках обратно болтались скелеты наших рыб. Теперь ни только барабульки, но и ставридки, рядом с другими пескарями, красовались своими обглоданными до бела рёбрами. Все сорок девять скелетов дружно болтались в один ряд, обдуваемые лёгким ветерком с моря. Ну, это было уже слишком!

За две рыбалки потерять почти сто рыб! Такое нельзя было простить никому. Мы тщательно обследовали всю окружающую местность, чтобы найти хотя бы какую-то зацепку на следы похитителей нашей сушёной рыбы.

Расследования нас ни к чему не привели. Вокруг дома все было чисто. Словно какое-то неведомое существо издевалось над нами. Умно обкрадывает наши рыбные запасы. Второй день подряд оставляет нашу ораву с пивом без сушёной рыбы.

Прекратив поиски похитителей за домом. Мы решили найти Палкана и Пирата, которых тоже нигде не было видно рядом с домом. Нашли мы их быстро. Они мирно лежали за сараем на куске бараньей шкуры, которую притащили откуда-то. Рядом со шкурой находились запасы обглоданных костей и куски мяса неизвестного нам животного.

По всему было видно, что Палкан и Пират, целый день были заняты своим благополучием. Им было не до охраны нашей сушёной рыбы. Главное было, для пса Палкана и кота Пирата, это обеспечение себя запасами, на случай нашего невозвращения. Это вполне вероятно, что Палкан и Пират, грабителей рыбы проморгали. Теперь нам и спросить не с кого за пропажу нашей сушёной рыбы с верёвки.

Мы дали слово друг другу, что с этой минуты у нас только одна задача, поймать этих воришек. Во вторник ранним утром, когда мы повесили очередную связку рыбы свежего улова, то решили установить дневное дежурство в кустах. Чтобы со стороны наблюдать за нашей связкой рыбы и на месте преступления поймать неизвестных нам воров. По старшинству, мне доверили дежурство первому. Целый час просидел в колючих кустах, но никто из воров у связки нашей рыбы не появлялся. Своё дежурство передал Толику. Сам отправился на пляж навёрстывать упущенное время для загара. Хорошо, что парни из посёлка, не допытывались у нас о нашем состоянии духа.

Все резвились на пляже, наслаждаясь летним отдыхом. Мы продолжали дежурить в кустах, вблизи Верёвки с нашей рыбой, сменяя друг друга на посту через каждый час. Наше дежурство до обеда никаких результатов не дало. После обеда на дежурство заступил Миша, самый младший из братьев. Проинструктировали Мишку на все случаи жизни, как в армии, связанные с караулом у сушёной рыбы, а сами обратно отправились загорать на пляж, в надежде, что рыба будет целая.

- Воров нашёл! - вскоре прибежал за нами Миша. - Быстрее идите, пока рыба цела! Быстрее!

Мы всей оравой сорвались с драгоценного места на пляже, которое тут же было занято мокрыми пришельцами из моря, расположившимися на наших местах к принятию своего загара. Но нам было не до места под солнцем на пляже. Главное, что преступники будут задержаны прямо на месте преступления у рыбы.

- Где воры? - спросили Мишку, отвешивая ему подзатыльники, когда никого не застали у верёвок с рыбой.

- Вы смотрите внимательно на рыбу. - защищал своё слово Миша. - Воры находятся на рыбе.

Внимательно вглядевшись в золотистую на солнце рыбу, мы в ужасе увидели крупных ос, которые буквально сливались по цвету с нашей рыбой и были совершенно не заметны с первого взгляда. Осы начинали раздевать нашу рыбу. Рабочие осы, которые были поменьше и совершенно нам не заметны, аккуратно срезали чешую и кожу с нашей рыбы.

Другие осы, которые намного крупнее рабочих ос, с каким-то жёлтым добавком сзади, как бы с прицепом, подхватывали чешую и кожу, срезанную рабочими осами, тут же тащили её куда-то в сторону кустов "Осиной рощи". Отсюда видимо было и название "Осиная роща", так как там жили осы. Мы как заворожённые смотрели за этим удивительным зрелищем и ничего не делали в защиту своей, точнее, осиной сушёной рыбы. После того, как сушёная рыба была хорошо почищена осами, то рабочие осы стали подрезать дольки рыбьего мяса, а осы с прицепом тащили мясо в кусты. Прошло всего несколько минут осиной работы. Между бывшей рыбой и зарослями кустарника образовались две золотистые нити из ос.

По верхней нити летели осы к рыбе, а по нижней нити возвращались осы гружёные мясом рыбы. Ну, прямо живой конвейер в воздухе. Осы так аккуратно работали, что на землю не упали ни малейшего кусочка от ободранной ими рыбы. Осы очищали до бела всю рыбу, но косточки они почему-то совершенно не трогали. Не сговариваясь между собой, мы, как загипнотизированные медленно двигались вдоль живого конвейера из ос в глубину "Осиной рощи", куда эти золотистые воришки тащили всю свою добычу. Нам было интересно посмотреть, куда они прячут запасы кожи, мяса и чешуи. Почему добычу не едят на месте?

Пройдя метров пятьсот в глубину "Осиной рощи", вдоль этого золотистого конвейера из живых ос, там мы увидели огромное причудливое дерево, которое буквально облеплено золотисто-жёлтыми осиными гнёздами. Это был целый гигантский город из осиных домов. Некоторые строения были настолько огромные, что золотистыми мешками свисали со ствола огромного дерева.

Весь ствол огромного дерева с осами. Здесь было целое осиное племя. Рабочие осы трудились всюду. Они тщательно укладывали рыбью чешую на крышу своего жилища. Очевидно, осы смачивали чешую своей слюной, так как чешуя ни падала вниз. Возможно, что осы делали такую крышу от дождя и солнца, чтобы не пострадало жилище и молодое потомство в нем. В это же время осы с прицепом подтаскивали к домикам мясо, которое втаскивали в домик третий вид ос, слегка отличающиеся по цвету и размерам от двух других видов ос.

Третий вид ос был больше рабочих, но без прицепа и на спинках у этих ос были коричневые поперечные полосы, в то время как у других двух видов этих ос, такие полосы были едва заметны. Вероятно, что третий вид ос был нянькой для деток. Рядом возле этого огромного жёлтого дома осиных гнёзд, на деревьях было много одиночных серо-зелёных домиков рабочих ос. Можно подумать, что возле элиты осиного мегаполиса находится не большой осиный посёлок рабочих ос, которые обслуживают осиную элиту и выкармливают их потомство. Мы находились на близком расстоянии от гигантского осиного города, но осы нас совсем не трогали. Осы так были увлечены своею работой, так что им не до нашего присутствия рядом с их гигантским поселением.

"Однако." - подумал. - "Если тронуть гигантский город, осы просто разорвут в клочья своих противников."

- Надо отомстить осам за ворованную у нас рыбу. - неожиданно для меня, сказал Фомин Толик. - Мы не должны так просто это оставить. Если мы не избавимся от ос, то они продолжат воровать нашу рыбу. Воды должны быть наказаны.

- Да, ты, что? - возмутился, осторожно отходя от гигантского осиного города. - Они нас в клочья разорвут, как нашу рыбу. Ты посмотри, какие у них острые резцы. Осы рыбью чешую срезают запросто, как бритвой.

Когда мы вышли из "Осиной рощи", вот почему её так называли, Фомин Толик стал мне доказывать, что на дальнем расстоянии, в безопасном месте, можно устроить хорошую дымовую завесу и таким образом уничтожить весь гигантский осиный город. Старался всю ораву отговорить от такого опасного мероприятия. Но братья были одержимы местью за потерю сушёной рыбы. Стали основательно готовиться к войне.

Два дня мстители тайком от родственников собирали различные дымящиеся вещества и материалы. Братья откуда-то даже раздобыли дымовую шашку, которую использовали на празднике "Нептуна" и вовремя участия местных жителей в гражданской обороне посёлка. Участия в этом не принимал и с собой забрал брата Сергея, который легко мог погибнуть от этих ос. Да и приступ эпилепсии мог произойти у него в роще.

В тот страшный день для ос и для моих братьев, мы с Сергеем лежали на пляже. Сергей, как всегда, надел себе на голову панаму. Так как мозговая оболочка головы Сергея не защищена черепной костью и через кожу Сергей мог пострадать даже от солнечных лучей. Именно поэтому не отпустил Сергея от себя. Мы загорали на песке, как, вдруг, со стороны "Осиной рощи" раздался дикий рёв.

Словно, это стадо подстреленных бизонов, выскочили с криками из-за деревьев мои братья и мой друг Фомин Толик. Они пронеслись, на огромной скорости, мимо обнажённых тел перепуганных до смерти людей. Едва успел заметить, как тела братьев и друга изодраны в кровь колючими кустарниками. Выходит, что другая опасность гораздо страшней, чем колючки кустарников. За нашей оравой неслась золотистая туча ос.

Бегущие разом нырнули в воду. Осы спикировали над водой и помчались кругами вдоль водяной глади, высматривая своих противников, нарушивших их покой. У ос была одна цель, это искусать злодеев, нарушивших покой их дома. В это время на пляже поднялась паника. Люди заметались вдоль берега моря спасаясь от ос своим бегством. Однако, осы мало обращали внимание на паникёров. Осы носились тучей над водяной гладью и кусали тех людей, которые выныривал из воды, в том числе и нашу оравы. Видимо осы чуяли их по запаху.

- Серёжа! Не шевелись. - приказал, своему брату. - Осы лежачих не кусают. Только спокойно. Потерпи. Иначе мы погибнем от осиного полчища. Мы перед осами бессильны.

Мы в страхе лежали на своём месте, в ужасе наблюдая, как рядом с нами озверевшие осы терзают своих обидчиков и ныряющих в море паникёров. Любое наше неловкое движение могло привести к нашей гибели. Сергей рядом плакал от страха и жалости за братьев. Слезы ручьями стекали по его лицу. Переживал больше за Сергея. Он мог умереть от укуса даже одной осы, если бы оса укусила Сергея, в место открытого черепа на его голове. Так как прикрытый кожей мозг Сергея был самым уязвимым местом в его организме.

Осиная бойня продолжалась несколько минут. Насладившись победой и местью, осы тучей скрылись в своей одноименной роще. На поверхности морской воды стали появляться головы с огромными волдырями на лицах. Среди искусанных осами голов мне было невозможно узнать своих братьев. Собственно, родство тут уже было ни к чему. В помощи нуждались все искусанные осами люди.

Ещё не успел сообразить, что мне в данном случае делать, как тут увидел бегущих к морю жителей посёлка Шепси и санитаров. Показал Сергею кулак под нос, чтобы он лежал на своём месте, а сам побежал в воду. Надо было оттуда вытаскивать людей, которые могли в любой момент утонуть, теряя сознание от осиных укусов. Там были и мои братья, которые плавали над поверхностью моря с опухшими лицами, как мыльные пузыри в ванной. Лица наших братьев невозможно было узнать. Когда всех людей повытаскивали из воды, то оказалось, что всех вместе пострадавших от ос более ста человек. На пляж прилетели военные вертолёты.

В посёлке и пансионате "Шепси" на неделю объявили карантин с военным положением. Всех пострадавших от ос не могли разместить в маленькой местной больнице. Тогда большую часть пострадавших положили в госпиталь воинской части, которая находилась рядом с посёлком Шепси. Сильно пострадавших отправили в центральную больницу города.

Среди сильно пострадавших мои братья и друг Фомин Толик. У них лица и тела сильно искусаны до неузнаваемости. В этот день военные выжгли дотла всю "Осиную рощу". Кроме того, провели профилактику на побережье в радиусе трёх километров. Уничтожили признаки всех видов ос. Конечно, от этого пострадали и другие виды животных в дикой природе, которые в панике удирали от посёлка Шепси. Но по-другому нельзя было вывести ос от посёлка Шепси.

Дядя Миша Щепихин сразу позвонил в Беслан, к себе на шпальный завод, где он был главным инженером, вызвал за нами автобус, который прибыл через два дня. Три дня нам пришлось ожидать разрешения, на выписку нашей оравы из больницы, у которых медленно проходили волдыри, шишки, ссадины, царапины, укусы и много ещё чего, от их войны с осиным войском. Осы наказали наших парней за свои обиды и за разорённые дома.

Просто по чистой случайности в этой войне были жертвы только со стороны осиного войска, которое полностью уничтожили солдаты огнём и химией. Что касается людей, то, большинство, отделались испугом и остались с воспоминаниями. Лишь у моих братьев, на всю жизнь, остались с воспоминанием шрамы на лице и теле от этой войны с осами. Нашей ораве повезло, что море было рядом и медики примчались быстро. Забирали мы домой своих воинов прямо из центральной больницы в Туапсе. На них было страшно смотреть. Так закончился наш последний совместный отпуск на берегу Чёрного моря. Больше мы никогда вместе не отдыхали. Но в гостях вспоминали этот ужасный случай.


Часть-2. Обычная жизнь.


1. Практикантки.

Было это ещё до моей службы в армии. Работал рубщиком металлических струн на заводе железобетонных шпал в Беслане в Северной Осетии. Беслан был почти пригород Орджоникидзе столицы Северной Осетии. Всего-то двадцать два километра расстояния между двумя городами. Такое расстояние мы часто преодолевали пешком на спор по шпалам железной дороге. Но мой рассказ о другом. Моя работа рубщиком стальных струн была довольно тяжёлой. Надо было пудовым ломиком с широким ножом отсекать стальные струны от железа бетонных шпал. Здесь нужна была не только сила, но также сноровка. Промажешь удар по плите с отсечкой. Струна загнётся, тогда её никак не обрежешь. Придётся силу применять. Времени уходит много, а платят только за норму обрубленных железобетонных шпал.

Так что рубщиком могли работать далеко ни все. Из десяти положенных на шпальный завод рубщиком. Работали всего три человека. По одному рубщику на смену. Так что вкалывали мы втроём за десятерых. Но зато и зарплата у нас была достаточно приличной. Больше нас на шпальном заводе никто не зарабатывал. Только гордились мы все трое не своей зарплатой, а "банками" на руках. Мышцы от такой физической работы у нас росли как тесто на дрожжах. Все наши ровесники нам завидовали. Девушки к нам сами липли.

Однажды к нам на шпальный завод на практику привезли студентов с ленинградского железнодорожного института. Большую часть студентов там были девушки до двадцати пяти лет. Поселили этих практикантов вблизи нашего шпального завода прямо рядом со старым карьером. Создали им все условия жизни.

Спецодежда. Бесплатное питание. Бесплатные экскурсии по достопримечательностям Северной Осетии. Даже пикники им с завода часто устраивали бесплатные на военно-грузинской дороге и на озёрах высоко в горах.

В первые дни приезда практикантов на наш шпальный завод, мы по собственной инициативе рядом с домиками проживания практикантов построили танцплощадку и загородили все так, чтобы кроме заводской молодёжи и практикантов больше никто из городских туда не мог попасть. Кроме того, шпальный завод за этим временным жильём для практикантов на одно лето, установил круглосуточную охрану вокруг домиков.

Когда мы создали все условия проживания практикантов, так сразу в первый же выходной вечер пришли на танцы к домикам практикантов. Собралось на танцы человек сорок. Вместе с нами на танцы пришли и местные девушки, которые работали с нами на шпальном заводе. Мы быстро распределились парами и стали танцевать. Мне досталась самая сочная практикантка по имени Валентина, которая прямо вся горела страстью завладеть мной.

Наши взаимные отношения так сильно бросались всем в глаза, что мы наконец-то не выдержали и вышли за пределы ограждения. Вокруг ограждения было открытое место, которое хорошо просматривалось со стороны заводского посёлка, в котором жили наши родственники и меня знали буквально все. Но нам обоим было невтерпёж завладеть друг другом. Поэтому повёл Валентину в сторону старого карьера, который был рядом с домиками практикантов. Как только мы выпали с поля зрения открытого пространства, так тут же разложил Валентину там, где мы оба стояли. Валентина вовремя нашего спуска в старый карьер ухитрилась снять с себя трусики. Мы поэтому зря не потеряли ни одного движения.

Когда мы стали возвращаться обратно на танцы, то заметил, что после нашего секса в старом карьере, Валентина вся стала как-то странно дёргаться. Спросил у неё, что случилось? Тогда Валентина сказала, что лежал на ней, а она лежала на острых камнях, которые впились в её тело и изрезали всю спину. Еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. Но мне было неудобно перед девушкой, что она кроме удовольствия от секса со мной, получила неприятное ощущение от того, что лежала в старом карьере на острых камнях.

- Хочу возместить свой прокол в сексе. - сказал, Валентине. - Моя мама только что ушла на работу во вторую смену. Мои братья находятся в гостях у родственников. Пойдём опять продлим наше удовольствие.

- Пойдём! - охотно, согласилась Валентина. - Только зайду в свой домик и поменяю платье.

Валентина пошла, переодеваться в свой домик. Подождал её чуть дальше от загородки. В это время танцы были в самом разгаре. Даже самый грозный страж практикантов, староста группы, не заметил нашего отсутствия. Наверно он сам был занять тем же, только с девушкой из нашего завода. На этот счёт все были спокойны.

Так как никто из заводских парней и девушек друг с другом не встречался. Мы знали друг друга с самого детства. Поэтому давно надоели друг другу. Даже впоследствии не помню не одного случая, чтобы кто-то из моих друзей женился на подруге своего детства. Мы с детства были просто хорошими друзьями.

Когда Валентина вошла переодеться и вскоре вышла из домика, то мы сразу отправились самым коротким путём в сторону Беслана, который напрямую от завода был чуть больше двух километров. Вечер только начинался. Все магазины были открыты. По пути зашёл в гастроном. Купил бутылку "Московской водки", которая тогда стоила два рубля восемьдесят семь копеек. Закуски у нас дома было достаточно.

Дворами мы прошли к нашему дому, чтобы никто из соседей не увидел нас с Валентиной, так как Беслан был тогда намного меньше любого района в Москве. Там знали все друг про друга. Мне не хотелось, чтобы меня после обсуждали соседи. Сразу сказал Валентине об этом. Поэтому мы украдкой пробрались к нашему дому. Но пройти в наш подъезд не смогли. Прямо напротив нашего подъезда соседи резались в домино и играли в русское лото.

Тогда рассказал Валентине подробно, где находится дверь в нашу квартиру. Валентину оставил в темноте с одной стороны нашего дома, а сам обошёл наш дом и направился в сторону своего подъезда, который находился по самой середине дома. Перед любопытным взглядом наших соседей создавалась иллюзия, что сейчас пришёл с работы со стороны своего завода.

Прошла пауза, прежде чем в сторону нашего подъезда отправилась Валентина. Так что никто из соседей не мог заподозрить на меня о моём разгуле. В нашем подъезде было двадцать квартир, в которых было около ста человек парней, примерно, моего возраста. Поэтому могли соседи заподозрить в разгуле кого угодно.

- Покажи, что у тебя со спиной. - сказал, Валентине, как только замкнул дверь и включил в зале свет.

Валентина не раздумывая, задрала платье и тут же резко опустила платье обратно, показывая мне на окно. Совсем забыл, что живу на первом этаже. Окна нашей квартиры выходят на самый оживлённый перекрёсток улицы. Мало того, моя мама сняла с окон в стирку единственные занавески в нашей квартире. Получилось так, что на обнажённый бюст сочной дамы посмотрели все, кто присутствовал на перекрёстке.

- Ни все же одному мне. - смеясь, сказал, выключая свет. - Пусть и другие смотрят на красоту.

Мы с Валентиной решили перестраховаться до прихода моей мамы с работы. Завёл сразу три будильника на час раньше окончания второй смены на шпальном заводе. Затем повёл Валентину в ванную, чтобы посмотреть на её спину после секса на камнях в старом карьере. Валентина задрала платье. Увидел её спину, всю покрытую синяками и царапинами, от щебня и гравия. Видимо у Валентины было такое нежное тело, что от любого соприкосновение у неё на теле появляются синяки, а тут положил её на острые камни.

Предложил Валентине смазать её пораненную спину лёгким кремом. Естественно, что Валентине было приятно моё ухаживание за ней. Мы с Валентиной, тут же в ванной, занялись совмещать приятное с полезным. Затем, совсем не одеваясь, чтобы опять не раздеваться, прошли голяком на кухню. Там, на включая свет, выпили по сто грамм водки. Слегка закусили. Прошли в зал и там опять стали возбуждать друг друга.

Когда рёв будильников напомнил не только нам, но также нашим соседям по дому, что скоро закончится вторая смена на шпальном заводе, был не в силах что-то делать. У меня было такое состояние во всем теле, словно Валентина окончательно изнасиловала меня. Даже семейные трусы на себя не мог натянуть.

Валентина втиснула меня в семейные трусы, из которых давно вырос. Затем поводила мне по губам своими огромными сиськами, к которым уже был равнодушен. Валентина оделась и вышла из квартиры. Ни стал включать свет в квартире. Наощупь прошёл в коридор к двери и закрыл квартиру на ключ. Утром мне на работу. Надо спать.

Наутро моей маме понадобилось применить не только будильники, но также воду, чтобы поднять меня на работу. В раскорячку прошёл до ванной, почистил в умывальнике зубы и лицо, слипшееся от поцелуев Валентины. С огромным трудом надел на себя одежду, в которой обычно хожу на работу. За час раньше времени отправился на работу на шпальный завод. Расстояние от нашего дома до завода, которое ежедневно преодолевал за пятнадцать минут, в этот раз мне пришлось пройти в раскорячку почти за один час.

- С тобой, что произошло за выходной день? - смеясь, спросил меня, сменщик Толик Крошка. - Можно подумать, что ты три смены сразу отработал. Весь горишь и постоянно чешешься. Словно муравьи заели.

- Мне за ночь пришлось разгрузить состав вагонов. - кисло улыбаясь, пошутил. - Меня телка затрахала.

- Надо было тебе меня позвать на помощь. - смеясь, сказал Толик Крошка. - Вдвоём легче трахать тёлку.

Сменщик ушёл домой. Взял свой пудовый инструмент и словно рыцарь после боя вышел на смену. Но работать был не в силах. Кой-как протянул до обеда. Отрубив меньше половины того, что обычно делал за пару часов. По мне было видно, что больше не способен работать. Весь горел и чесался. Видимо у меня была аллергия после секса с Валентиной. Надо было как-то приходить в себя и работать дальше.

Когда моё состояние и то, что весь чешусь, заметили все в моей смене, то меня отстранили от работы. Хорошо, что Толик Крошка жил всего метров пятьсот от шпального завода. Сменщику пришлось за меня выполнять всю работу по обрубке струн. У меня же еле-еле хватило сил добраться до своего дома. В это время моя мама собиралась идти на работу во вторую смену.

Моя мама работала крановщицей на мостовом кране на том же шпальном заводе. Так как у моей мамы ещё было два сына близнеца, Сергей и Юрка, которые были младше меня на девять лет, то нам с мамой приходилось работать в разные смены, чтобы приглядывать за близнецами, от которых можно было ждать что угодно.

Но в этот раз мои братья были в гостях у тёти Нади Щепихиной, средней сестры моей мамы, так что мог в их отсутствие отлежаться дома. Едва вполз в нашу квартиру, весь раскрасневшийся и зачёсанный, как мама тут же куда-то убежала. Но вскоре мама вернулась обратно с большим пакетом в руках. На пакете было написано "дуст ДДТ". Дальше мог понять все без маминых слов, что Валентина меня наградила вошками. Конечно же, много раз слышал об этих скверных насекомых.

Но то, что когда-то их подхвачу? У меня даже мыслей таких не было. Так что мне надо было освобождаться от этих насекомых, которые уже ползали по всему моему телу. Как только моя мама ушла на работу, то тут же постелил на середину зала белую простынь. Разделся до гола. Надел себе на нос марлевую повязку и стал себя посыпать дустом ДДТ. Трудно словами передать то, что творилось со мной. Можно было подумать, что на моём теле происходить грандиозное сражение с татаро-монгольским игом. С меня буквально сыпались мандавошки.

Выжившие вошки, носились по мне, как угорелые. Но беспощадно посыпал их и себя дустом ДДТ, до тех пор, пока последняя вошка в судорогах упала к моим опухшим ногам. После чего остатком дуста ДДТ посыпал всюду, где ступала моя нога и все то, к чему прикасалась моя рука, чтобы даже яйца вошек не могли выжить.

Почти теряя сознание от мук, которые пережил за последние сутки, с трудом добрался до ванной и в течении двух-трёх часов отмачивался почти в кипячёной воде. Когда моё тело стало похоже на молодого рака, сваренного в молоке, выбрался из ванной и стал сбривать с себя всю растительность, на которой могло сохраниться хотя бы одно яйцо вошки. Когда стал весь чистый и блестящий, то собрал все на чём могли сохраниться вошки и спалил все это в мусорном баке на улице. За что меня оштрафовали.

О моём трагическом сексе с вошками уже в этот день знал весь город. Дурное известие передвигается намного быстрее, чем виновники этих дурных известий. На следующий день все домики практикантов вместе с жильцами и посетителями танцплощадки подверглись принудительной санитарной обработке. Наверно пару недель мы были всеобщим посмешищем у жителей Беслана. Но вскоре все обратно забыли о вошках, которыми нас наградила Валентина. Жизнь вновь стала такой же обычной.

Местные парни и девушки опять стали собираться на танцевальной площадке возле домиков практикантов. За три месяца совместного общения мы уже пере трахали всех практиканток, за одно и своих девчат. Мы до такой степени сблизились и подружились друг с другом, что у некоторых пар уже появились серьёзные намерения.

По Беслану поползли вполне естественные слухи, что скоро шпальному заводу придётся увеличить свой заводской посёлок с резким увеличением семейных династий на шпальном заводе. В последние пару недель уходящего лета встречался с практиканткой по имени Оля. У нас с ней не было замечено таких увлечений друг к другу, которые могли перерасти в грандиозную любовь до создания семьи.

Мы просто в свободное от работы время увлекались ни только посещением достопримечательностей Северной Осетии, но также регулярным сексом, со всеми известными нам способами предохранения, которые могли уберечь Ольгу от беременности, а меня от преждевременного отцовства. У меня ближайшие планы ровнялись на службу в советской армии. Ольга о своих планах умалчивала. Кроме того, у меня и в мыслях не было жениться на той, которую трахал до свадьбы. Как любой порядочный и непорядочный мужчина тоже, мечтал жениться непременно на девственнице, причём на еврейке по национальности.

Как было каждому понятно, Оля была по национальности русская и далеко не девственница ещё до встречи со мной. Поэтому о нашей свадьбе не могло быть и речи. Мы просто временно пользовались удовольствием и наслаждением, которые могли быть между женщиной и мужчиной по законам самой природы жизни. Когда производственная практика студентов ленинградского железнодорожного института подходила к концу, пригласил Ольгу в парк отдыха в Орджоникидзе, где мы бывали с ней многократно раз.

Заранее заказал столик на двоих возле озера, которое расположилось выше реки Терек в центре города. Рядом с нашим столиком росла плакучая ива, ветки которой склонились почти до самой воды озера. С дерева на дерево перелетали павлины с изящными хвостами лаская слух отдыхающих своим пением. В озере плавали не только отдыхающие в лодках, но также разные дикие гуси, утки и белые лебеди. Все отдыхающие наслаждались уходящим летом и приятным отдыхом в красивом городском парке.

Примерно, к десяти часам вечера у нас на столике закончилась бутылка армянского коньяка и на тарелке лежала груда обглоданных шампуров от бывших шашлыком. Вдоволь сытые и в меру пьяные, мы пошли прогуляться вдоль озера в другой конец парка, где в укромном месте в дали от фонарей, установленных в парке была лавочка, на которой уже трахал ни одну телку. На этой лавочку бывала и Ольга. Так что она прекрасно знала, за чем мы туда с ней отправились погулять. Других мыслей у мены и у Ольги не было.

Не желая испачкать платье на пыльной скамейки, Ольга сняла с себя лифчик и трусики. Затем задрала платье выше пояса и встала в позу игры в чехарду, опираясь об сидение лавки. Заранее спустил у себя до колена то, что был на мне снизу до пояса. Затем подошёл сзади до Ольги. Взял нежно в свои руки торчащие соски её оголённой груди. Стал бросать "палку", как в известном всем анекдоте с игрой в "паровозик".

Едва закончил своё дело. Даже не успел принять обычную позу нормального человека. В этот момент почувствовал, как в мою шею и в бока, кольнули острые концы длинных ножей. Меня тут же осторожно передвинули от Ольги, и чтобы лишний раз ни ставить Ольгу в позу игры в чехарду, стали с Ольгой заниматься тем же, чем только что занимался. Пока Ольгу трахали по очереди восемь человек. Меня заставили раздеться до семейных трусов. Ольгу наоборот заставили принять нормальный вид. Выпотрошили всю её сумочку. Забрали деньги и сняли с руки часы. Никого и нас они не били. Затем вместе с Ольгой грабители отправились из парка отдыха в сторону центрального выхода на проспект имени вождя всех пролетариатов.

Остался в тёмном углу парка в семейных трусах. В руках от квартиры ключи и паспорт, которые никому не нужны. Все остальное с собой забрали грабители. Кроме одежды в кармане у меня был аванс в размере сорока рублей. По тем временам, это огромные деньги, так как самая большая зарплата у рабочих шпального завода была сто двадцать рублей и приравнивалась к зарплате главного инженера шпального завода.

От того места, где стоял в семейных трусах и до моего дома, было около тридцати километров. Ехать нужно пригородным поездом или рейсовым автобусом. До железнодорожного вокзала или до остановки автобуса надо было идти в одних семейных трусах через весь центр Орджоникидзе. Конечно, это было полным безумием. Меня сразу могли забрать в психушку, или, в крайнем случае, в милицию, куда никак не хотел попасть. Надо что-то придумать, чтобы как-то незаметно добраться до утра к себе домой. В эти годы на проживали Линевы бабушка Дина и дедушка Ваня. Близкие родственники по линии моей мамы. Единственные люди в этом городе, которым мог доверить свой стыд. Но к ним тоже надо было добираться почти через весь город.

Мне надо было ещё успеть на последний поезд из Орджоникидзе до Беслана, так как завтра мне работать в первую смену. Ехать утро домой было поздно, мог опоздать на работу, за что меня могли лишить премии. Незаметно перебравшись через забор городского парка в сторону берега реки Терек. По берегу реки обошёл проспект Ленина. По тусклым улицам города. В открытую, побежал к месту жительства наших родственников. Все проходящие навстречу мне люди от души смеялись надо мной и крутили своими пальцами у виска.

Но что мог сделать против этих насмешек? Ведь эти люди были вполне правы, что как полный дурак попался на нож этим грабителям, лица которых не мог рассмотреть в тёмном месте парка. Самое позорное для меня было то, что не мог постоять за девушку, которую драли на виду у меня. Но что мог сделать один против восьми человек, когда шестеро стояли возле меня с ножами двое других занимались Ольгой. Один насильник держал ей рот. В то время как другой насильник её трахал. Но не сказал бы, что Ольга была против такого насилия. Мне даже показалось, что она им подмахивала и от этого ловила кайф. Конечно, слезы были, но то были артистические слезы, которые были похожи на слезу удовольствия.

- Ты чего это разгуливаешь по городу в семейных трусах? - удивлённо, спросил меня дедушка Ваня, открывая передо мной дверь своего дома. - В таком виде можно свободно угодить в психиатрическую больницу.

- Да вот был на свидании в городском парке с девушкой. - опустив голову, стал мямлить. - Видимо кому-то понравилась моя одежда. Меня раздели в укромном месте городского парка, куда уединился с девушкой.

- Большую часть своей жизни прожил в этом городе, но такого не припомню, чтобы человека в городском парке раздели. - задумчиво, сказал дедушка Ваня. - Видимо, это были залётные грабители. Но не наши.

Дедушка Ваня знал, что говорил. Большую часть своего трудового стажа дедушка Ваня Линев был сотрудником НКВД, КГБ и МВД. Дедушка Ваня, как Шерлок Холмс, знал весь криминальный мир Орджоникидзе. Прослужил в органах безопасности от сержанта до полковника милиции. Поэтому дедушка Ваня знал почерк всего местного криминала и мог подписаться под своими словами, что в местном криминале было самым позорным, это раздеть мужчину. Так как это могли быстро узнать в криминальном мире Орджоникидзе и тогда такого преступниками могли разорвать на куски или пустить голым среди бела дня через весь центр города. После чего такого вида преступник все равно уже был не жилец.

Объяснил своему дедушки Вани, что мне сейчас некогда выяснять причину моего ограбления. Если утром опоздаю на работу, то тогда потеряю гораздо больше, чем потерял сейчас в городском саду. Мне нужно быстрее бежать на последний поезд, который отправиться в Беслан меньше, чем через час. Дедушка Ваня ни стал меня больше задерживать. Дал мне из своего сундука одежду чуть ли не тридцатых годов. Откопал где-то в кладовке растоптанные туфли. В таком доисторическом виде с тремя рублями в руке побежал в сторону железнодорожного вокзала Орджоникидзе. Хорошо, что наши родственники жили ни так далеко от железнодорожного вокзала. Минут через двадцать уже сидел в вагоне поезда.

Когда приехал домой, то мама и братья близнецы давно уже спали. Осторожно разделся до семейных трусов. Дедовы доисторические шмотки спрятал подальше от глаз мамы и от глаз своих братьев близнецов. Мне не хотелось, чтобы они знали об моём происшествии. Об этом попросил дедушку Ваню и бабушку Дину, чтобы они моей маме не рассказывали о моём позорном свидании с этой практиканткой по имени Оля.

Утром пораньше отправился на работу. Не хотел, чтобы мама мне задавала вопросы о том, что она меня не видела уже больше суток. Поэтому сказал маме, что мне нужно подготовить пораньше свой инструмент, так как он давно затупился. Мне стальным ножом с ломиком было тяжело рубить струны на железобетонных шпалах. Мама поверила моим сказкам и проводила меня за порог. Тут побежал в сторону шпального завода. Совсем не хотелось, чтобы соседи меня спрашивали о таком раннем выходе из дома. Когда проходил мимо бойни коров, рядом с которой жил Толик Крошка, то увидел в семейных трусах своего сменщика. Конечно, удивился, что в такую рань мой сменщик прогуливается в семейных трусах вокруг бойни коров?

Толику Крошки на работу во вторую смену. Ему ещё можно выспаться до второй смены. Из-за любопытства направился в сторону своего сменщика, который обрадовался неожиданной встречи со мной и улыбаясь, стал усиленно махать рукой, чтобы побыстрее подошёл к нему в укрытие за забором.

- Ты, что это в такую рань в семейных трусах прогуливаешься? - спросил, сменщика, разглядывая его.

- После все расскажу. Сейчас не время. - шёпотом, ответил Толик Крошка. - Сейчас сходи ко мне домой и скажи моей жене, что пока мылся под душем, то у меня спёрли всю одежду и мне не в чём идти домой. Не могу в таком виде домой идти. Завтра весь город бьёт смеяться надо мной. Мы живём и работаем на виду у всего города. Выручай меня поскорее!

- Тебя тоже раздели! - сразу, догадался. - Вот ты даёшь! Ты же женатый человек. Отец двоих детей...

- После будешь читать мораль. - с обидой в голосе, сказал Толик Крошка. - Мне сейчас не до твоих моралей.

Больше ничего ни стал говорить своему сменщику. Пошёл к дому сменщика. Коротко рассказал жене сменщика, что просил меня сказать её муж. Светлана, жена сменщика, хотела было пойти со мной. Но сказал ей, что неприлично при всём заводе позорить своего мужа, который стоит голиком в душевой кабине. Сейчас он придёт домой и все расскажет, как его обчистили в раздевалки нашего шпального завода. Светлана согласилась со мной и выдала мне в сумке полный комплект одежды, в которой мог прийти муж домой.

Конечно, сменщик мог и в семейных трусах прийти домой, это ни через центр Орджоникидзе добираться. Но тогда женское чутье его жены могло навести на мысль, что её муж где-то гульнул от своей жены. Был у любовницы, к которой вернулся муж из командировки. Поэтому пришлось домой идти в трусах. Естественно, что такой анекдотический случай, который у всех на уме, мог сразу сработать против моего сменщика. В таком случае не обошлось бы без грандиозного скандала, вплоть до полного развода с женой.

- Пока ты одеваешься в "душевой". Расскажи коротко, что с тобой произошло? - спросил, сменщика протягивая ему одежду в дырку в заборе шпального завода, куда он перебрался для полной конспирации.

- Мы с Федотовым Борей подцепили двух наших практиканток. - стал рассказывать Толик Крошка, переодеваясь в то, что принёс ему. - Мы договорились встретиться на Водной станции в Орджоникидзе. Сказал своей жене, что мы с Федотовым Борей съездим на рыбалку, а оттуда поеду в третью смену. Когда мы приехали в Орджоникидзе, то машину Федотова Бори оставили возле мотеля "Дарьял".

Там стоянка автомобилей хорошо охраняется гаишниками. Чего нельзя сказать о Водной станции, где постоянно вскрывают автомобили. С собой мы взяли харчи и удочки. Все документы оставили в бардачке автомобиля. У меня в кармане был один червонец. У Федотова Бори в кармане тоже было не больше двадцати рублей. Нам вообще не нужны были деньги. В сумках у нас было все, что надо для хорошего отдыха на природе.

Когда мы пришли на Водную станцию, то наши "подруги" были уже там. Мы сразу уединились от толпы, чтобы ни дай Бог, нас кто-то из знакомых увидел. Тогда в семье скандала не миновать. Мы от "тёлок" не скрывали того, что мы оба женаты. Наши намерения к ним были на лицо, что мы хотим их трахнуть. Так что как только стемнело, мы сразу разделились по парам и разошлись в разные стороны за пределами Водной станции.

Мы с Федотовым Борей ещё заранее договорились, что как только разделимся в разные стороны, то через час встречаемся возле его автомобиля возле мотеля "Дарьял". Ещё раньше обеим "тёлкам" сказал, что сегодня у меня третья смена на шпальном заводе. Поэтому не могу на долго задерживаться. Федотову Боре досталась "телка" по имени Вера. Мне досталась "тёлка" по имени Надежда. Ни стал церемонится со своей Надеждой. Как только мы скрылись в ближайших кустах за Водной станцией, так сразу завалил Надежду на траву и стал её драть. Но не успел с неё подняться, как мне в спину поставили ножи. Там было темно и не смог различить их лица. Но то, что их было восемь человек, это знаю точно.

Их даже дважды пересчитал, пока они собирали мои шмотки в свою сумку. Грабители также забрали из сумочки Надежды деньги и сняли у неё с руки часы. Никак не мог с ними драться. Грабителей было восемь человек и у всех были ножи. Хорошо, что они не били меня и Надежду. Ведь они могли зарезать нас.

Грабители ушли в сторону трамвайной остановки и забрали с собой Надежду, которая всю дорогу ревела и просила её не трогать. Как только грабители с Надеждой скрылись за кустами. Тут же побежал в сторону мотеля "Дарьял", через зелёную полосу кустов и деревьев, которые разделяли Водную станцию от мотеля "Дарьял". По пути встретил второго такого же спортсмена в одних семейных трусах. Вполне естественно, что ты догадался, это был Федотов Боря. Хорошо, что грабители не забрали у него ключи от его машины.

Уже по дороге в Беслан мы разговорились насчёт нашего ограбления и сделали вывод, что нас ограбили одни и те же парни. По одному и тому же сценарию. Разница между ограблением всего тридцать минут. То есть, ходьба между нами и поездка на трамвае. Федотов Боря даже пытался бросить вторую палку своей Веры. Но только он задрал ей ноги, как тут же ему поставили в бок ножи. Тут же подняли на ноги.

После того, как мы поговорили насчёт грабителей, то мы оба пришли к такому выводу, что грабители ни только заранее разработали весь этот спектакль, но даже точно знали, где мы трахаем "тёлок" и как подойти к нам не заметно. Мало того, мы оба определили, что один из них картавит и говорит простуженным голосом. Вдобавок ко всему мы оба заметили, что у них были намечены ещё другие точки на грабежи. Когда они грабили нас, то этот картавый постоянно торопил грабителей. Говорил им, что надо сегодня успеть...

- Следующим местом ограбления был городской парк. - догадался. - Разница между ограблениями вас и меня было чуть больше часа. Как раз то время, которое надо проехать от Водной станции до городского парка. Отсюда можно сделать вывод, что нас подставил тот, кто знал о месте нашей встречи. Так как мы сами себя не могли подставить. Входит, что нас подставили наши "телки". Которые заранее сказали грабителям, где мы будем их трахать, чтобы застать нас врасплох.

К этим догадкам у меня есть ещё один аргумент. Когда мы раньше с Ольгой встречались в этом городском парке, то позже девяти часов мы с ней ни разу не оставались. У нас с ней был даже маршрут отработанный. В восемь часов мы заканчивали сидеть за столиком в ресторане. Затем прогуливались вдоль озера к затемнённому месту. Там она становилась в позу так, чтобы видно было озеро. Дальше трахал её, после чего Ольга спускалась к воде подмываться. В этот раз все было совершенно по-другому. Вместо шампанского вина Ольга заказала бутылку армянского коньяка. Можно подумать, что она знала о наличии у меня в кармане большой суммы денег или боялась, что со своими банками разворочу морды её друзьям. Ведь она видела драки вовремя танцев возле их домиков.

Там бил по любой морде, невзирая на морду. Ольга хотела, чтобы в пьяном виде был не в состоянии драться. Поэтому она себе выбрала маленькую рюмку под коньяк, а мне больше. Кроме того, она ела самый жирный шашлык, чтобы сильно не опьянеть. Между прочим, сам её когда-то этому научил. Когда она вовремя пикника в Дарьяльском ущелье нажралась до свинства и ей было плохо, то ей на следующий день сказал, что, если бы она ела все жирное, тогда с ней такой проблемы после пьянки не было.

Вот она в городском парке против меня мой же метод использовала. Заметил ещё одну деталь в городском парке. Когда в нашу сторону, за столиком в ресторане, от входа с проспекта Ленина направилась группа парней, то она сказала, что с нас достаточно гулянки. Пора столик освободить для других. Выходит, что Ольга узнала парней и увела меня в другую сторону, чтобы случайно не запомнил их лица. Ведь сам говорил ей, что художник и у меня феноменальная память. Кого вижу хотя бы раз когда-то, то запоминанию лицо на всегда. Конечно, соврал насчёт такой памяти, но она это запомнила и не хотела, чтобы парней запомнил в лицо. Но тоже запомнил, что среди них был хриплый и картавый парень, который сильно напоминает старосту группы наших практикантов. Как бы они все не были в сговоре между собой.

- Это мы легко установим. - уверенно, сказал Толик Крошка. - Мы устроим у них хороший обыск, в присутствии свидетелей со стороны пострадавших "тёлок" и тебя, как холостого парня, которому не опасно будет признаться в своём проколе со свиданием в городском парке. По крайней мере, тебе не придётся разводиться с семьёй. Но вот наказать это все дерьмо нам надо. Если мы ошибёмся, то принесём им свои извинения. В таком случае они нас поймут, как пострадавших и простят нам ошибку. Тем более, что у них нет никакого повода на нас обжаться за прошедшие три месяца. Мы их всех хорошо приняли у себя в гостях.

На этом мы разговор закончили. Толик Крошка пошёл домой отчитаться перед своей женой, за то, что был не внимателен к своей одежде, когда её у него похитили в раздевалке. Кроме того, сменщик обещал сказать своей жене, что вернётся обратно на завод, чтобы помочь мне заточить инструмент, так как из-за него не успел это сделать, пока ходил за его одеждой к нему домой. Ну и пропажей одежды надо разобраться ему.

Когда приступил к своей работе ещё в начале смены, то как бы случайно зашёл в заводскую лабораторию, где практикантки испытывали кубики железобетона, образцов запаренных железобетонных шпал. На руках у всех вчерашних "жертв" насилия были их наручные часы, которые у них сняли грабители. На лицах вчерашних "жертв" насилия не было маски боли за вчерашнее происшествие. Скорее на лицах было удивление и растерянность. Сразу было видно, что они все трое знали о вчерашнем происшествии и никак не ожидали, что сегодня появлюсь на работе. Сегодня вечером практиканты должны были уехать от нас.

Сделал вид, что ничего особенного не произошло, просто ошибся дверью. Извинился перед практикантками, что ворвался в их обитель и тут же закрыл дверь. В грязной одежде вообще запрещалось заходить всем рабочим в лабораторию завода. Так как там была санитарная чистота. Девушки ходили в белых халатах почти на голое тело, так как лаборатория была самым жарким участков во всём шпальном заводе.

Пока мой сменщик отчитался перед своей женой и вернулся обратно на завод, мне удалось в доверительных разговорах со своими ровесниками узнать, что не только мы трое от шального завода пострадали от подобных грабежей. В разное время пострадали практически все парни нашего завода в возрасте от двадцати до тридцати лет. Со всеми, с кем поговорил на эту тему, мы договорились хранить наш разговор в тайне до обеда. Затем в конце обеда собраться в "красном уголке" и обговорить все наши действия.

Так как практиканты обедали на пятнадцать минут позже нас и в столовой построенной отдельно для администрации на территории культурного отдыха рабочих шпального завода, то наша встреча в "красном уголке" не могла ни у кого вызвать подозрения. Тем более, что мы часто собирались там, на планёрки, когда у нас происходил какой-то срыв в производстве и нам необходимо было обсудить фронт намеченной работы.

До обеда было достаточно далеко. За это время Толик Крошка и Федотов Борис, которые не работали в первую смену, обзвонили всех пострадавших парней. У кого не было телефонов. К тем съездили сами на машине Федотова Бориса. Ко времени встречи в "красном уголке" было около сотни пострадавших и сочувствующих. Все были разгневаны и готовы поубивать виновных. С большим трудом удалось убедить пострадавших, что убивать никого не нужно. Но проучить всю группу практикантов надо. Мы так и решили.

Практиканты ещё были на обеде в столовой, когда мы пришли к ним "в гости" и культурно попросили выйти в сторону места их жительства. Когда они спросили нас в чем причина столь быстрого сбора, то мы им объяснили так, что шпальный завод в лице наших парней приготовил практикантам хороший сюрприз. Видимо, что практиканты были уверены в своей ненаказуемости и легко поверили нам. Когда они все собрали свои вещи, то мы им сказали, что в старом карьере их ждёт огромный сюрприз, куда вскоре придут автобусы.

Практиканты тут же толпой отправились в сопровождении нас в сторону старого карьера. Как только мы стали входить в старый карьер, в котором не было никаких сюрпризов, так все практиканты стали реветь. Мы им без угроз сказали, что никто не собирается их убивать. Хочется только во всем разобраться.

Как только практиканты достигли самой глубины старого карьера, то мы им сказали распаковать все их сумки. В первой же сумке оказались ворованные вещи. Тогда мы сказали практикантам выбросить все вещи из сумок и чемоданов в одну кучу. Пока практиканты выбрасывали свои вещи в одну кучу, двое наших парней принесли привели на машине четыре флаги бензина. Затем кто-то сказал, что их тоже надо раздеть точно также как они раздели нас.

Большинство присутствующих пострадавших и сочувствующих согласились с этим предложением. Когда практиканты и практикантки стояли в одном нижнем белье с домашними ключами и паспортами в руках, кто-то выдвинул идею, что голые они смотрелись бы лучше. Обратно подавляющее большинство поддержало эту авантюрную идею. Наши жертвы совсем не сопротивлялись.

Возможно, что эти жертвы уже давно смирились с возможными последствиями или они все находились в шоке. Когда все девушки и парни из группы практикантов были в том, в чем их мама родила, то мы облили бензином всю одежду, находящуюся в куче вместе с нашими вещами, которые у нас забрали парни из этой группы.

Кто-то зажёг кусок пакли на палке и бросил на эту кучу белья, сумок и чемоданов. Огромный столб дыма и огня поднялся выше уровня старого карьера.

Видимо, что это привлекло всех рабочих и служащих шпального завода и жителей заводского посёлка, которые вскоре кольцом окружили весь старый карьер. Костёр был такой сильный, что стоящие за ним голые парни и девушки отступили дальше в глубину старого карьера. От шока или от дыма с огней, некоторые девушки потеряли сознание. Но никто не пытался их поднять на ноги. Все были словно обезумевшие от вида огромного костра, а также от вида обнажённых парней и девушек.

Как только костёр стал догорать, мы, зачинщики происшедшего, повернулись уходить из карьера. Но когда мы глянули на собравшихся вкруг нас, то увидели среди присутствующих солдат, милицию и медиков скорой помощи, которые уже спускались в старый карьер, чтобы помочь всем обнажённым.

В этот самый момент, когда это событие должно было иметь свою развязку, началось сильное землетрясение. Сразу все голые и одетые повыскакивали из старого карьера. Кто был вокруг старого карьера, те тоже бросились подальше от краёв старого карьера, который стал обваливаться на глазах у всех. Среди присутствующих началась паника. Многие из тех, кто был возле старого карьера, жили в заводском посёлке. Они сразу побежали к своим домам, которые пострадали от землетрясения.

Но всех остановил ужасный грохот. Когда все присутствующие посмотрели в ту сторону, откуда был грохот, то обалдели все сразу. Прямо на наших глазах рухнул весь шпальный завод, который сложился словно домино. Тут все заводские забыли про голых практикантов, которые никак не пострадали физически. У всех было на уме только одно. Надо было нам спасать пострадавших, которые по нашим расчётам находились в центре самого завода.

- Надо нам вначале посчитать присутствующих. - предложил главный инженер шпального завода, Щепихин Михаил, муж тёти Нади, средней сестры моей мамы. - Тогда уже мы будем точно знать, кого и где искать.

Рабочие и служащие шпального завода, построились по своим бригадам и группам. Когда разобрались, то оказалось, что никто не пострадал от землетрясения. Вся первая смена и администрация были возле старого карьера. Главный инженер шпального завода не поверил в это чудо. Заставил обратно всех посчитать друг друга. При повторном счёте оказалось, что нет среди нас одного рабочего, Валиева Тимура, раз опалубщика центральной линии. Достать его труп можно было только после того, когда подъёмным краном разберут весь разрушенный шпальный завод. В том, что Валиев Тимур погиб не сомневался никто. Семья его целую неделю была в трауре возле завода, когда завод разобрали, то ни одного трупа там не было. В этот день Валиев Тимур сам явился вполне целый и здоровый на развалины бывшего шпального завода. Как выяснилось позже, то, оказывается. В тот трагический день на шпальный завод, перед самым обедом приехал на машине старый друг из горного селения.

Валиев Тимур, тайком от всех удрал со шпального завода на свадьбу сына старого друга. Свадьбы у осетин, особенно в горах, отмечают неделями. Связи с горным селением никакой. Радио никто вовремя свадьбы не слушал. Известие о собственной смерти Валиев Тимур узнал тогда, когда старый друг привёз его на работу к развалинам бывшего шпального завода.

Городские власти подвили общий итог после землетрясения. Оказалось, что вовремя землетрясения в городе не погиб ни один человек. Шпальный завод развалился не по причине землетрясения. Специальная комиссия из Москвы столицы Советского Союза провела тщательное расследование разрушения завода и установила, что завод был построен с нарушением элементарных правил архитектуры.

Землетрясение было только толчком, чтобы выпала балка от центральной опоры и весь завод рухнул, как домино. Как говорится "не было бы счастья, так несчастье помогло". После того, как шпальный завод развалился, то оказалось, что несколько сот семей остались без работы. Надо было куда-то применить рабочие руки. Большинство рабочих на шпальном заводе в прошлом были строителями. Вот и было решено, что пока шпальный завод восстанавливают, то рабочие шпального завода, свободные от работы на восстановлении завода, будут строить жилые дома для своего завода.

Большинство из рабочих и служащих шпального завода нуждались в улучшении своего жилья. Поэтому участие в строительстве огромного дома приняли с огромным удовольствием все без исключения. Даже объявили городской конкурс, на лучшую стройку жилого дома. Тоже на ровне со всеми строил этот дом. Моя мама была ключницей этого жилого дома. Замыкала под ключ готовые квартиры и контролировала качество работы во всех квартиры. Все мою маму называли "хозяйка дома". Когда дом был полностью готов, то моей маме дали право выбора себе самой лучшей квартиры, положенной нам площади. Так благодаря земле трясению мы получили долгожданное жилье. Что же касается группы практикантов, то не было никакого суда и следствия. Весь Беслан был в курсе того, что произошло между практикантами и местными парнями. Если заводить уголовное дело, то надо было судить более двухсот человек. Чего никто из двух сторон не хотел. Все остались живы и здоровы.

Мало того, мы своими противоправными делами привлекли внимание всех рабочих и служащих шпального завода, которые могли погибнуть вовремя землетрясения. Фактически, в глазах общественности, мы из преступников в одно мгновение, благодаря землетрясению, превратились в героев дня. Если говорить о божественном начале, то Бог знал, что делал.

По этому случаю Беслан отмечал куфт целую неделю, во имя Бога и спасённых им людей. Конечно же больше всех куфт отмечал Валиев Тимур, которого едва не похоронили заочно, до его приезда с гор, после свадьбы сына его старого друга. Говорят, что Валиев Тимур после купил молодой паре машину в знак того, что они спасли ему жизнь, пригласив в горы на свадьбу.

Пока мы занимались разборками землетрясения, обнажённых практикантов отвезли на машинах скорой помощи в больницу. Там их почему-то всех без исключения побрили на лысую, наверно, врачи подумали, что практиканты заразные и поэтому мы их хотели сжечь вместе с одеждой. Тем более, что за практикантами уже был грех с вошками.

Но, скорее всего, умышленно объявленная болезнь медиками города, была только поводом врачей ещё раз наказать развратников и грабителей, в лице практикантов, которые опозорили местных парней. Ведь у многих из местных пострадавших родственники работали в городской медицине, в том числе жена моего сменщика, Светлана Крошка, была врачом в местной больнице.

Исполком города выделил из своей казны небольшую сумму денег. На эти деньги купили спортивное трико за три рубля каждому лысому практиканту. Посадили их всех в один общий вагон и отправили транзитом через Москву в Ленинград. Чтобы практиканты не умерли с голоду и не сбежали в дороге от позора. За ними закрепили наряд железнодорожной милиции, которые сдали свои подопечных с рук в руки милиции Ленинград.

Следом в институт железнодорожников отправили подробное письмо от жителей Беслана. В письме подробно описали все то что произошло с этими практикантами в Беслане. Туда же отправили и копии актов допроса обеих сторон. За подписями более двух сот человек.

Мне неизвестно, чем закончилось это событие с практикантами. Говорят, что всех студентов лишили дипломов. Также не помню точно, как назывался тот институт, откуда прибыли те практиканты. Но то, что он относился к железной дороге, то это было точно. Так как сам наш шпальный завод относился к железной дороге. Много лет спустя. Случайно слышал в поезде рассказ об этой истории, которая обросла различными легендами. Не могу рассказать ничего, что было с этими практикантами после отъезда из Беслана. Но то, что произошло с этими практикантами в августе 1966 года, могут подтвердить все жители Беслана, которые жили в то время в этом городе и работа на заводе по изготовлению железобетонных шпал.


2. Тык со смертью.

Вовремя службы в советской армии, за свою добросовестную службу в советской армии в качестве художника-оформителя, меня часто поощряли отпусками на Родину. В это самое время мои друзья и ровесники также служили в советской армии. Однако в отличие от меня большинство из них вообще не поощрялись отпусками на Родину. Даже те солдаты, которые служили вместе со мной в одной воинской части, никак не могли приехать на побывку домой.

- Мне перед родителями твоих сослуживцев стыдно. - говорила мама, когда в очередной раз приезжал в отпуск домой. - Все служат, а ты постоянно по праздникам домой приезжаешь.

- Пусть служат так е хорошо, как, тоже будут в отпуск домой приезжать. - отвечал маме.

- Чем наши дети хуже тебя? - часто слышал укор от родителей своих сослуживцев. - Почему наших детей не отпускают на побывку домой? Наверно ты подхалим и спаиваешь офицеров, которые готовят тебе документы на отпуск? ...

Мои попытки объяснить родителям сослуживцев, что приказ командира воинской части на отпуск солдата на побывку рассматривает штаб, а не отдельная личность. Споить штаб воинской части фактически невозможно. Кроме того, чтобы поехать на побывку домой надо солдату отличиться своей воинской службой. Вполне понятно, что отличиться воинской службой художнику-оформителю на много легче. Так как служба художника-оформителя на виду.

Все мои попытки оправдаться перед родителями сослуживцев за мои частые отпуска не имели никакого успеха. Даже подарки, которые привозил родителям сослуживцев с места службы их детей, не имели моего успеха и внимания со стороны родителей сослуживцев. Беслан маленький город. Все друг друга знают. Постоянно быть на виду у всех в солдатской форме в своём городе, вовремя службы в советской армии, это равносильно тому, что быть дезертиром.

По этой причине, вовремя очередного отпуска на Родину, переодевшись в гражданскую одежду, отправился отдыхать в Орджоникидзе, столица Северной Осетии. Благо, что столица всего двадцать два километра от Беслана. Добраться туда быстро нет ни каких проблем. Несмотря на то, что большая часть жителей нашего города работает на разных предприятиях в Орджоникидзе, затеряться в столичном городе на много легче, чем в провинции.

- Сашка! Какая встреча!? - услышал, знакомый голос девушки, когда вечером появился на столичном проспекте.

- Лариска-киска!? - удивлённо, воскликнул, когда увидел давно знакомую девушку, с которой когда-то учился в Бесланском строительном училище. - Пацаны говорили, что ты окончила институт. Хорошо устроилась. Вышла замуж...

- Слухи не совсем точные. - грустно, сказала Лариса. - Институт действительно закончила. Вот только не замужем.

- Почему так? - откровенно, удивился. - Ведь ты была самая красивая девчонка в нашем училище и вдруг холостая.

- Ты, наверно забыл про мой аборт в шестнадцать лет. - напомнила мне, Лариса, эпизод почти десятилетней давности. - Ты не волнуйся. Ребёнок был не твой. Тебе тогда говорила. Ведь мы тогда по своей подростковой глупости тыкались между собой все подряд. Тогда даже не знала, что залетела от кого-то. Но только не от тебя. Мы с тобой в то время были в ссоре и больше с тобой не тыкались. Зато назло тебе тыкалась со всеми пацанами подряд и от кого-то забеременела. В то время моя беременность могла положить крест на всей моей дальнейшей жизни. Мне пришлось тайком от всех прервать свою беременность. Аборт был настолько неудачный, что едва не умерла вовремя аборта. Жизнь мне врачи сохранили. Но из-за того, что вовремя аборта пострадала матка. Врачи прочитали мне приговор, что больше никогда не буду рожать. Вот так осталась пустая и холостая. Стыдно мне перед мужиками и перед собой...

- Искренне тебе сочувствую. Но жизнь наша продолжается. - уныло, сказал. - Пойдём в парк отметим нашу встречу.

- Пойдём! - слегка улыбнувшись, согласилась Лариса. - Давно не была в нашем городском парке. Наверно, пять лет?!

Мы шли по проспекту в сторону городского парка и болтали между собой, как шестнадцатилетние подростки, которые только что сбежали с училища, чтобы на берегу реки Терек, тайком от всех потыкаться. Так мы тогда называли подростковый секс. Большинство учеников строительного училища были из бедных семей или из среды неуправляемых подростков. Всем ученикам училища не было восемнадцати лет. Нам хотелось стать взрослыми и самостоятельными. Мы часто делились друг с другом якобы имеющимся опытом почти взрослой своей пока подростковой жизни.

- Ты, помнишь, как мы с тобой тыкались в первый раз?! - вспомнила Лариса, когда нам накрыли столик в ресторане прямо возле озера в центре парка. - Ты пытался оседлать меня, как лошадь, тоже не знала, как раздвигать свои ноги...

- Причём мы оба боялись, что можем склещиться, как собаки. - почти шёпотом, напомнил. - Ведь мы оба думали, что как животные живут между собой, то, точно так же все происходит между людьми. Какие мы все были глупые...

- Вот именно тогда наша детская глупость сгубила у некоторых жизнь. - со слезами на глазах, вспомнила Лариса.

Мы перестали болтать. Рядом с нами на дереве сидела невзрачная серенькая самка павлина и что-то непонятное бурчала своему возлюбленному, который под деревом у вечернего фонаря веером раскрыл свой прекрасный хвост и красовался на виду у всех перед своей возлюбленной. Помню, что когда-то подростками.

Мы по ночам приходили в городской парк, чтобы выдрать у самца павлина красивые перья для своих девчонок. Несмотря на то, что павлины в городском парке совершенно ручные и принимают угощение прямо из рук, отдыхающих в парке, но свои хвосты павлины берегли хорошо. По ночам павлины отдыхали высоко на ветках или по собственному желанию заходили в свой курятник, где охрана городского парка закрывала павлинов на ночь.

Рано утром охрана парка выпускала павлинов из курятника. Самки павлина, словно обычные курицы, сидели на яйцах в курятнике с очередным выводком цыплят. В то время как самцы павлины любовались собственной красотой с красивым хвостом и пели самкам свои песни. Нам ни разу не удалось выдрать ни одного красивого пера из хвоста павлина. Однажды нас поймали охранники парка вовремя нашей охоты за павлинами. Мне и моему другу Лагутину Толику хорошо надрали уши, за то, что мы залезли, словно воры в городской парк среди ночи.

Тогда мы сторожам объяснили, что мы ни какие ни воры, а всего лишь поклонники наших девчонок, которым мы хотим преподнести к весеннему женскому празднику красивые перья павлина. Видимо охранники тоже подростками были такие как мы. Охранники нас поняли и посочувствовали нашей неудачной охоте за красивыми перьями павлина. Охранник пошёл в курятник и оттуда принёс нам красивые перья.

- Выдирать перья из хвоста павлина не надо. - объяснил нам охранник парка, который принёс нам из курятника целый букет красивых перьев из хвоста павлина. - Павлины также как куры линяют один раз в год. Постепенно меняют красоту своих перьев. Так что нет смысла выдирать у павлина перья их хвоста. Павлин сам подарит людям свою красоту.

В этот весенний женский праздник все наши подружки красовались с красивыми павлиньими перьями. Мы больше никогда не лазили в городской парк, ни по каким причинам. Просто приходили в городской парк отдыхать и полюбоваться красотой живой природы, которая живой радугой веером павлиньего хвоста красовалось рядом с нами. Не знаю, сколько живут павлины. Однако сколько себя помню, всегда видел красивых павлинов в городском парке.

- Ты знаешь, что перо павлина, которое ты подарил мне восьмого марта почти десять лет тому назад, храню до сих пор. - словно читая мои мысли, задумчиво, сказала Лариса, рассматривая хвост павлина вблизи нашего столика.

- Тоже прекрасно помню тот женский праздник. - смеясь, сказал. - У меня при воспоминаниях до сих пор горят уши, когда мне и Лагутину Толику надрали уши охранники парка, за то, что мы охотились за хвостами у павлинов.

Мы выпили по рюмке армянского коньяка. Покушали горячие хинкали (большие пельмени). Заказали по палочки шашлыка под следующую рюмку коньяка. Когда пить и кушать не хотелось, рассчитался за коньяк и за закуску. К этому времени Лариса заказала на водной пристани лодку. Мы долго плавали внутри парка по озеру, пока начальник лодочной станции стал объявлять, что парк скоро закроется. Поэтому прогулочные лодки пора поставить на причале.

- Конечно, ты из-за меня опоздал на последний поезд до Беслана. - сказала Лариса, поглядывая на мои часы на руке.

- Ты, забыла, что у меня в Орджоникидзе живут дедушка и бабушка. - напомнил, Ларисе, старые времена. - Сейчас тебя провожу к тебе домой. Затем вернусь к старикам и заночую у них. Моя мама в курсе того, что заночую здесь.

По пути к дому Ларисы, разговаривали мы больше о моей службе в советской армии. Моя служба в советской армии подходила к демобилизации. Несмотря на то, что за время службы в советской армии стал студентом заочного университета искусств, мне хотелось поступить учиться во всесоюзный юридический институт в Харькове.

До службы в советской армии был внештатным сотрудником в милиции Беслана. Кроме того, активно участвовал в разных правовых кружках в Орджоникидзе. Все это было необходимо к вступлению во всесоюзный юридический институт. К тому же моя служба в советской армии тоже давала мне шанс стать студентом юридического...

Разговаривая с Ларисой, постоянно ловил себя на мысли, что у неё какой-то слишком болезненный вид. Лицо бледное и худое до такой степени, что у меня было такое чувство, словно нахожусь рядом со смертью. Осталось только на мою попутчицу накинуть белую простынь, а в руку дать косу, которой она косит жизни людей, точно так, как колхозник косит сочную траву только что проросшую к жизни от живительной влаги дождя, выпавшей с небес. За разговором с Ларисой пытался отогнать от себя дурные мысли. Однако мысли обратно возвращались ко мне. Начинал испытывать Ларису своим взглядом, чтобы определить диагноз её заболевания.

Несмотря на то, что руки у Ларисы были ужасно холодными, словно совершенно обескровленными, но все равно она была жизнерадостной и звонко смеялась над нашими воспоминаниями. В ней не было никаких признаков заболевания туберкулёзом или каким-то другим заразным заболеванием, от которого могу заболеть и превратиться в её копию, как сама смерть...

Никак не думал, что Лариса живёт так далеко от городского центра, а также от места жительства моих стариков. Новый микрорайон от лампового завода, в котором работала Лариса, был на левом берегу реки Терек. В то время как вся столица находилась на правом берегу реки Терек. Расстояние между необходимыми мне точками километров десять. Городской транспорт прекратил движение. Денег на такси у меня в кармане нет. Идти пешком слишком долго.

- Чего ты пойдёшь в такую даль среди ночи. - откровенно, сказала Лариса. - Переночуй у меня. По старинке мы с тобой потыкаемся. Полезно разнополым людям для кайфа и для здоровья. Мы друг другу ничем не обязаны. Утром ты уедешь в свой город, а затем на службу в советскую армию. У нас обоих надолго останутся хорошие воспоминания...

- Мне как-то неудобно перед твоими соседками по квартире. - почти согласился, с таким предложением от Ларисы.

- Тебе нечего за соседок беспокоится. - ответила Лариса. - У нас современная коммунальная квартира с разными комнатами. В отличие от моих соседок впервые приведу к себе мужика. В то время как соседки трахаются каждую ночь.

Больше ни стал ломаться как сдобный пряник. Мы оба ничего не теряли. Лариса от меня не могла забеременеть по своей женской проблеме. Мне думать о семейной жизни слишком рано. Надо вначале отслужить советскую армию, а после поступить учиться во всесоюзный юридический институт. Если мы между собой ничего не закрепили почти десять лет тому назад, то сейчас нас тем более ни что не связывает. Однако по природе потыкаться нам полезно обоим.

Коммунальная четырёхкомнатная современная квартира оказалась весьма благоустроенной по современным понятиям. Вместо газовой колонки в ванной комнате была труба с горячей водой прямо от городской линии. Туалет отдельно от ванной комнаты. Кухня уютная на четыре хозяйки.

С двух сторон на кухне столы со стульями и шкафы для посуды на каждую хозяйку. Две печки, газовая и электрическая. Можно готовить каждой отдельно. Даже стиральные машинки четыре. Наверно хозяйки купили каждая себе отдельно, чтобы соседкам не ругаться из-за стирки белья.

- Однако! Устроились вы здесь прекрасно. - шёпотом, сказал, разглядывая современную коммунальную квартиру.

- Наш завод постарался. - провожая меня в свою комнату, сказала Лариса. - Перестроили квартиру специально на проживание четырёх не замужних женщин. С перспективой на то, в раздельных комнатах мы скорее выйдем замуж. Мы в этой квартире живём всего один месяц. У соседок будущее каждую ночь. У меня будущего не будет никогда.

Когда мы зашли в комнату Ларисы расположенную напротив ванной комнаты, то стало отчётливо слышно скрип металлических кроватей у соседок по обе стороны комнаты. Лариса показала мне на губы, чтобы молчал. Затем мы с Ларисой осторожно постелили себе постель прямо на ковёр среди комнаты, чтобы не было слышно, как мы будем тыкаться. В отличие от соседок Лариса была интеллигентная дама. Тоже не считал себя блатным пацаном с улицы.

- Какой ты горячий! - целуя меня и получая от меня удовольствие, вовремя нашего тыка, прошептала мне, Лариса.

- В отличие от меня ты почему-то сильно холодная. - откровенно, сказал, как можно глубже входя в её промежность.

- Наверно лет восемь не спала с мужчиной. - призналась Лариса. - Охладела к мужчинам, как смерть. Возможно, у тебя было много женщин после нашего последнего тыка. Сейчас можешь считать, что у тебя был тык с самой смертью.

- Других шуток ты, конечно, не могла придумать. - заканчивая своё мужское дело с Ларисой, откровенно проворчал.

- Извини, не хотела тебя обидеть. - вытирая полотенцем свою промежность от остатка моей спермы, сказала Лариса.

- Ладно! Прощаю! - по-свойски сказал, целуя Ларису в обнажённую спину. - У меня к тебе с училища остался старый вопрос. Сейчас откровенно признайся. Кто у тебя тогда на время тыка был первый и нарушил тебе девственность.

- Откровенно признаюсь, что на время нашего тыка ты был первым. - целуя меня, призналась Лариса. - Но девственность свою нарушила сама. Перед тем как решиться лечь под тебя у меня был истерический страх. Девчонки насчёт потери девственности говорили такие ужасы, что решила сама себе нарушить девственность, чтобы с тобой нам было легче тыкаться. Пыталась нарушить девственность своим пальцем.

Но это у меня, никак не получалось. Мои пальцы оказались настолько короткими, что кроме натёртых губ во влагалище и кайфа от онанизма больше ничего не получила. Однако поняла, что если так сильно кайфую от своего онанизма, то какой это огромный кайф будет у меня вовремя тыка с парнем. Такие страстные мысли толкнули меня на то, чтобы нарушить свою девственность морковкой. Конечно, было больно и неуклюже проделывать такое с собой. Но на следующий вечер сама легла под тебя.

- Ничего себе легла! - едва сдерживая голос, возмущённо, вспомнил. - Когда мы с тобой оказались один на один, то ты буквально содрала с меня одежду и силой затащила меня на себя. Причём орала по дикому. Так сильно, что рыба в омуте реки заплескалась. В зарослях кустарника среди ночи взлетели сонные птицы. Рыбаки у реки всполошились.

- Ты сильно преувеличиваешь, с тем, что было. - тихо смеясь, сказала Лариса. - Но мне действительно было больно...

Мы долго шептались со своими воспоминаниями о нашем подростковом периоде взросления. В это время по обе стороны комнаты давно прекратился скрип кроватей. Кто-то выходил и заходил из соседних комнат в туалет, в ванную комнату и на кухню. Примерно через час все стихло, было слышно похрапывание мужчин в соседних комнатах. Лариса сказала, что нам, прежде чем спать, тоже надо подмыться после нашего тыка. Иначе от нас утром будет вонять, как от кобеля и от сучки. Мы все-таки интеллигентные люди. Поэтому мы должны интеллигентно выглядеть.

- Ты первой сходи в ванную комнату. - предложил, Ларисе. - Потом схожу. Мы вместе будем мешать друг другу.

Чмокнув меня в щеку, Лариса обернула себя махровым полотенцем и вышла за дверь. Сквозь щель под дверью комнаты появился свет со стороны ванной комнаты. В ванную стала наливаться вода. Отчего сделал вывод, там нет душевой трубки. Все моются в общей ванной. После того, как за время службы в советской армии вовремя общей бани получил грибок на свои подошвы, стал категорически отказываться мыться в общественных банях. Кроме того, прежде чем мыться в бане, тщательно мыл струёй горячей воды те места, где предстояло мыться. стал брезгливым.

Прошло минут десять после того, как Лариса ушла мыться в ванную комнату. Со стороны ванной комнаты доносился лёгкий плеск в ванной. Вдруг, неожиданно погас свет под дверью со стороны ванной комнаты. Сразу представил, что на месте проживания одиноких женщин такое может происходить. Здесь чувствуется, что нет мужских рук. Хотя сама Лариса говорила, что этому дому всего один месяц. За такой период в квартире ничего не может случиться.

Мне стало как-то не по себе. Встал с постели и почувствовал под ногами мокрый пол. Вода могла поступать только со стороны ванной комнаты. Значить там случилась беда. Мне нужно было спешить на помощь Ларисы. Буквально в несколько секунд одел на себя то, в чём пришёл к Ларисе. Выскочил за дверь в сторону ванной комнаты.

Попытался открыть ванную комнату. Но дверь не поддавалась. Поднимать на ноги жильцов и включать свет, это равносильно тому, что посадить всех на электрический стул. Надо сюда срочно вызвать скорую помощь, милицию и других специалистов, которые могут обесточить опасное место и определить причину того, что случилось в ванной комнате.

Стараясь не шуметь, осторожно открыл дверь на выход и стал спускаться вниз по бетонным ступеням лестничного перехода, куда стала проникать вода с пострадавшей коммунальной квартире одиноких женщин. Конечно, мог покинуть место происшествия. Ведь никто не знал о моём присутствии в данной квартире. Но это было не в моей натуре бежать оттуда, где случилась беда. Причём не виноват в том, что случилось в ванной комнате. Мой побег с места происшествия может вызвать новые жертвы при включении электричества. Надо спасать опасное положение жильцов. Вот только где здесь есть отделение милиции или хотя бы какие-то службы, где может быть телефонная связь? Несколько моих попыток остановить единичный транспорт на пустой улице не увенчался успехом. Все в панике на большой скорости проскакивали мимо меня. Один водитель легкового автомобиля даже пытался меня сбить. Едва успел отскочить в сторону и нарушителю правил движения автомобилей показал вдогонку свой кулак. В легковом автомобиле было два человека. Думал раскрутить их на разборку и вовремя драки объяснить им о том, что случилось. Но двое в автомобиле были трусами и на мои угрозы не клюнули. При виде автобуса встал на проезжую часть.

- Ты какого черта остановился на моём пути!? - заорал на меня, водитель автобуса, когда встал в середине улицы.

- В этом подъезде под электрическим напряжением с водой несколько квартир. - серьёзным голосом, сказал, водителю автобуса. - Погибла одна женщина. Могут погибнуть десятки людей. Надо вызвать милицию и скорую помощь...

- Вообще-то не местный. - растерянно, сказал мужчина. - Метров двести отсюда видел служебную машину с людьми. Ты никуда не уходи отсюда. Сейчас кого-нибудь позову сюда. Мы обязательно поможем пострадавшим...

Автобус развернулся здесь же на улице и помчался в обратную сторону. Остался ждать любую помощь к этому месту. На часах три часа ночи. Завтра выходной день. Люди не скоро проснуться. Хотя бы так никто не будет пытаться включить электричество. Значить не будет жертв. Скорее бы только кто-нибудь приехал.

Тоже мне скорая помощь, которая не скоро приезжает. За такое время ожидания может весь дом жильцов погибнуть от несчастного случая. Хотя бы быстрее помощь пришла. Иначе будет много жертв

- Здесь свет нельзя включать. - сразу, сказал, когда подъехал автомобиль скорой помощи. - Нужны специалисты. Электрики, которые знают где свет отключать.

- Откуда вам это известно? - удивлённо, спросил врач скорой помощи, приготавливая свой саквояж с инструментом.

- Сам едва не пострадал от электричества. - соврал в целях безопасности. - Там всюду электричество и вода...

Врач скорой помощи посмотрел на номер дома и тут же сообщил по рации скорой помощи куда-то в специальную службу по проблеме с электричеством в данном доме. Видимо служба электроснабжения отреагировала быстро на звонок врача скорой помощи. Всюду в жилом доме погасло электричество.

Погас даже контрольный свет в подъездах и на входе в каждый подъезд. Медики скорой помощи в целях собственной перестраховки надели на себя резиновую обувь, резиновые перчатки и стали подниматься на третий этаж по указанному мною адресу пострадавшей квартиры. Последовал за медиками скорой помощи. Мне надо было присутствовать на месте, как свидетелю происшествия.

Пока мы поднимались на третий этаж, к этому времени были мокрыми ступени лестницы до первого этажа. Не успели мы подняться на третий этаж, как следом за нами поднимались пожарная служба, за ними служба электроснабжения и наряд дежурной милиции. В это же время на шум служебных автомобилей стали просыпаться жильцы пострадавшего подъезда. На лестничные площадки и в коридоре третьего этажа пострадавшей квартиры вышли люди.

- Что случилось? - сонно жмурясь при свете ярких фонарей на батарейках, спросила нас, полуголая соседка Ларисы.

- Вашу соседку убило током в ванной комнате. - загробным голосом, необдуманно, сообщил, любопытной соседке.

Соседка тут же рухнула без сознания на мокрый пол, обнаружив своё голое тело под домашним халатом. Над голым телом соседки наклонился полуголый парень, который выглядывал за спиной соседки. Медики помогли парню затащить соседку в комнату. Там положили пострадавшую от обморока на её кровать и стали приводить в чувства. В это время представители пожарной службы вскрыли дверь в ванную комнату. Позвали к двери присутствующих рядом.

Все подошли к открытой двери в ванную комнату и стали заглядывать в внутрь ванные комнаты. Тоже посмотрел туда и увидел ужасную картину. В ванной переполненной водой лежало то, что совсем недавно было телом живой женщины, которую ласкал и вместе с ней получал взаимное наслаждение от нашей близости. Сейчас это тело было без признаков жизни. Из слегка прикрытого рта была видна пена, которая появляется при поражении электричеством.

- Это вы увидели и сообщили нам о поражении женщины электрическим током? - обратился ко мне, капитан милиции.

- Не видел тело, поражённое электричеством. - поправил выводы капитана милиции. - Догадался о происшедшем.

- Пройдём те на кухню для дачи показаний о случившемся. - показывая мне направление, сказал капитан милиции.

Следом за мной и за капитаном милиции прошёл представитель следственных органов. Надо мной учинили допрос с таким направлением, что в результате допроса мог из свидетеля превратиться в обвиняемого.

Хорошо, что до службы в советской армии работал внештатным сотрудником в отделении милиции, а также участником и слушателем различных кружков и служб уголовного розыска. У меня был опыт ведения допросов и актов вовремя допросов.

Все наводящие вопросы со стороны органов внутренней безопасности, а также вопросы следственных органов поставил так, что в результате затянувшегося многочасового допроса, от подозреваемого, превратился в свидетеля происшедшего. Хорошо, что у меня с собой был военный билет и наградные документы о предоставленном отпуске на Родину.

Своё присутствие в квартире, погибшей объяснил очень просто. Сказал следователям, что встретился с любимой девушкой, которую знал почти десять лет. Хотели наладить взаимные отношения с последующей свадьбой.

В конце расследования мне сообщили, что умерла моя подруга от электрического шока, вызванного падением включённой электрической бритвы в ванную наполненную водой. У погибшей было больное сердце и ряд других заболеваний, которые были не совместимы с дальнейшей жизнью. Она должна была умереть в ближайшие сутки.

Оставленная кем-то в ванной комнате, включённой электрическая бритва лишь ускорила процесс её неизбежной смерти. Есть вероятность даже того, что, предчувствуя свою смерть, девушка специально взяла с собой в ванную комнату электрическую бритву, чтобы ускорить процесс неизбежной смерти. Следствие выясняет, кому принадлежала электробритва.

- Точно видел, что когда Лариса выходила из своей комнаты в ванную комнату, то у неё с собой ничего не было. - ответил, на вопросы следователя. - Вполне возможно, что кто-то из других комнат соседей пользовался электрической бритвой и забыл её там. Лично вообще никогда не пользовался электрической бритвой, в квартире был гостем.

После того, как милиция до мелочей проанализировали случившееся ночью, то из рангов подозреваемого и свидетеля, перешёл в ранг героя. Так как фактически благодаря моим разумным поступкам спас жизнь многим возможным жертвам, которые могли погибнуть от соприкосновения электричества с водой вовремя прохождения в другие комнаты.

Ведь буквально все комнаты и квартиры в этом подъезде были напичканы металлом. Оставалось лишь кому-то по своему незнанию в отсутствии электричества попытаться включить электрическое снабжение. Последствия могли быть ужасными. С многочисленными жертвами в квартирах, которые были затоплены водой сразу на трёх этажах.

Когда следственные органы и милиция сообщили мне, что меня могут представить к награде, то этого испугался больше чем обвинения, которые пытались вначале навязать на меня за гибель от электричества моей подруги.

Стал умолять следственные органы и милицию не делать этого. Так как у моей мамы больное сердце. Когда моя мама узнает, что произошло со мной и с моей подругой, то после подруги потеряю самое дорогое, что есть у каждого человека.

Видимо так убедительно уговаривал милицию и следственные органы, что они согласились с моей просьбой. Обещали мне не сообщать прессе мои данные и не представлять мою фамилию к награде за спасение людей.

На этом моя связь с органами службы охраны и происшествия тыком со смертью прекратились. Меня отпустили на все четыре стороны. Тут же отправился к ближайшему городскому транспорту, чтобы доехать к центру Орджоникидзе. Дальше мог уехать в Беслан электричкой или междугородным автобусом.

Любое передвижение меня устраивало. Так как мы жили от железнодорожного вокзала и от автобусной остановки из Орджоникидзе всего несколько сот метров. Однако прежде чем уехать к себе домой, зашёл на колхозный рынок вблизи железнодорожного вокзала.

Мне нужно было помянуть свою подругу, которая когда-то учила меня подростком, как нам надо стать взрослыми. Мне также надо было отметить "куфт" по тому случаю, что занимался тыком фактически со смертью и остался жив.

На колхозном рынке заказал порцию хинкали (большие пельмени), две палочки шашлыка и два гранёных стакана водки. Как подобает по кавказскому обычаю, точнее, по осетинскому обычаю, пригласил к своему столику самого бедного, на мой взгляд, мужчину, проходящего мимо меня. Понимая друг друга без единого слова. Мы вначале покушали сочные хинкали начинённые мясом с перцем.

За тем, не чокаясь, подняли к небу молча стаканы с водкой, как, бы, приветствуя тех, кто сейчас предстал перед Богом. После выпитой водки закусили шашлыком и разошлись в разные стороны. Так и не обмолвившись ни единым словом. Даже не интересуясь именами, друг друга. Присутствие за столом само объяснило за нас о том, что свело нас в данное время. Может быть, мы больше не встретимся никогда.


3. Кастрация.

За Орджоникидзе (Владикавказ) на левом берегу реки Терек перед Дарьяльским ущельем имеется место отдыха под названием "Водная станция". В жаркое время выходных дней, а то и просто в свободное от работы время, на "Водную станцию" приезжаю отдыхать отовсюду местные жители и гости Северной Осетии. На водной станции имеются все условия культурного отдыха, какой можно было устроить в Советском Союзе. Где-то в середине шестидесятых годов прошлого века, мы поехали группой в несколько человек, из Беслана отдыхать на "Водную станцию" за Орджоникидзе. Мы часто отдыхали на "Водной станции". Но только, ни так как все приезжие, а по-своему. Забирались в самый дальний угол территории "Водной станции". Ближе к берегу реки Терек.

Расчищали среди кустарника от мусора небольшую полянку и начинали готовить себе место отдыха. С руководителями "Водной станции" мы были хорошо знакомы. За то, что мы руководителей "Водной станции" угощали шашлыком и спиртными напитками, а также соблюдали чистоту на своём месте отдыха. Нас никто не выгонял вообще-то с запретного места. Все знали, что после нас тут порядок.

После того, как наш отдых был в самом разгаре, после изрядно выпитого пива и других напитков нам захотелось отлить по-маленькому. Пацанам конечно было проще. Можно было, как кабелям, пометить своей мочой любой столбик на плетёной изгороди, которая была вокруг "Водной станции". Девчонкам с этим сложнее. Даже перед своими пацанами неудобно оголять свои задницы.

Поэтому случаю у нас здесь между столбиками на плетёной изгороди всегда была своя потайная лазейка. Девчонки парами пролазили сквозь эту лазейку и бежали в кустики ближе к Тереку. Там редкий случай, когда кто-то отдыхал дикарём на берегу Терека. Рыбалка на валунах в реке была неважная. Почти все рыбачили в Дарьяльском ущелье или ниже по реке к Беслану. Дальше к Терек невозможно подступить. Всюду густые заросли дереве, кустарника и крышей.

В этот раз мы также оттопырили лаз в изгороди и выпустили двух девчонок на природу ближе к Тереку. Девчонки побежали выбирать по гуще кустики, а мы с вполне естественным любопытством издали подглядывали за белыми, как снег голыми задницами наших девчонок. Мы все без исключения были холостыми.

У нас был взаимный вполне естественный интерес к противоположному полу. Ведь нам всем предстояло когда-то обзавестись семьями, а на этот случай надо было иметь хотя бы какой-то опыт связи между мужчиной и женщиной. Вот мы по этому случаю набирались опыта своими вылазками на природу в горах и на "Водной станции".

- Там мёртвый мужчина! - вдруг, закричали наши подружки, на ходу натягивая свои трусики от купальников. - Он весь в крови ниже пояса и не шевелится. Надо вызывать милицию и скорую помощь. Может быть он ещё жив...

Мы тут же, словно самцы бизоны, рванули на зов своих самок, буквально проломив плетёную изгородь. Следом за нами на крик наших подруг рванули администрация и отдыхающие, которые были ближе к нашему месту отдыха. Меньше чем через минуту вокруг указанного нам каустика собралась огромная толпа зевак и страдальцев. Посмотрел под куст, куда нам показали девчонки, там лежал без чувств совершенно голый парень около тридцати лет отроду. По дыханию его тела было заметно, что он живой. Просто пьяный и голый.

- Посмотрите! Ему отрезали яйца! - сказала из толпы самая любопытная дама и тут же рухнула без сознания.

Видимо у неё проснулось влечение к обнажённому мужчине, а тут такой конфуз. Мужчина оказался без яиц. Какой толк от мужика без яиц? Наверно поэтому случаю, дама потеряла сознание от жалости к самой себе. Ведь несколько секунд она спокойно разглядывала голого мужчину, а как только обнаружила, что он без яиц, так сразу потеряла сознание. Теперь мужчину без яиц и женщину без чувств, придётся нам везти в больницу.

- Сейчас принесут носилки. - сказал кто-то из администрации "Водной станции". - Мы вынесем его на трассу.

Кто-то из отдыхающих пожертвовал своим махровым полотенцем. Прикрыли махровым полотенцем мужской срам. Говорить о мужском достоинстве было нечего. Бывшее мужское достоинство свисало между ног как кусок кишки без места опоры. Так как место опоры было полностью вырезано, а под бывшим достоинством просто свисал кусочек кожи бывшей мошонки, в которой когда-то были яйца, поддерживающие достоинство.

Несколько человек службы администрации положили парня на носилки и прямо через пролом в плетёной изгороди понесли носилки в сторону ворот "Водной станции". Мы последовали к месту своего бывшего отдыха, где все было растоптано толпой любопытных отдыхающих и мародёров, обокравших нас полностью.

Мы тут же сообщили о своей пропаже в администрацию "Водной станции". На выходе из "Водной станции", а также на месте образовавшегося пролома в плетёной изгороди выставили патруль солдат и милиции. Наверно не только нас обокрали? Так можно было подумать на тот случай, что было много полуголых на постах проверки.

После тщательной проверки всех выходящих с территории "Водной станции", на опустевших площадках оказалось много брошенной одежды, дамских сумочек и много других вещей, которые пропали у отдыхающих. Все барахло служащие "Водной станции" снесли в одну кучу. Каждый обворованный стал подходить забирать свои найденные вещи. Мы тоже среди вещей нашли то, что у нас украли.

Деньги у нас не украли, так как мы давно знали, что на "Водной станции" есть целая банда карманных воров. Поэтому мы свои деньги всегда держали в карманчиках на плавках. То же самое было на купальниках наших девчат. Все остальное из наших вещей ворам не нужно. Даже без повального обыска воры все равно могли выбросить вещи где-то на "Водной станции"...

- Молодые люди! Пройдите пожалуйста в кабинет участкового милиции. - обратился к нам, директор "Водной станции". - Надо записать ваши показания, как обнаружили обнажённого парня. Кроме вас никто это не знает.

Мы тут же всей группой прошли в кабинет участкового милиции на "Водной станции". Нам собственно нечего было сказать об этом происшествии. Мы также как все любопытные с "Водной станции" видели лишь обнажённое тело парня без признаков его яиц. Больше ничего мы не знали. Парня видели первый раз. Можно было только по загару его тела сказать, что он из местных, часто бывает в горах. У гостей совсем другой загар.

После того, как наши показания были исчерпаны, нас отпустили по домам. Участковый милиции хотел было взять с нас подписку о невыезде с места жительства до окончания расследования. Но тут ему на рацию сообщили, что пострадавший пришёл в сознание и сообщил фамилии тех, кто произвёл с ним кастрацию. Участковый милиции спросил у нас о названных фамилиях преступников. Но мы только пожали плечами и сообщили участковому милиции, что впервые слышим такие фамилии. Даже среди наших соседей нет таких фамилий.

Пока мы добирались от "Водной станции" до своего места жительства в Беслане и в Орджоникидзе, беспроводная весть о случившемся на "Водной станции" обогнала наше передвижение к месту жительства. В этот вечер практически вся Северная Осетия знала о том, что случилось сегодня утром на "Водной станции". Пошли слухи, что целая банда кастрирует парней, а девушек насилуют и топят в бассейне "Водной станции".

В жаркий летний сезон место массового отдыха на "Водной станции" опустело. Общественность стала бунтовать. Требовать публичного наказания преступников. Суд и прокуратура согласились с требованием общественности. Решили провести открытый суд в киноконцертном зале, в который пускали по пропускам только тех, кто был каким-то образом причастен к месту происшествия. Нас туда в зал не пустили. Хотя мы первые узнали о том, что случилось на "Водной станции" и частично были свидетелями.

- Судебный процесс будут транслировать по местному телевидению. - сообщили нам в администрации киноконцертного зала. - Можете весь судебный процесс смотреть по телевизору у себя дома или у своих друзей.

С того времени, как мы обнаружили кастрированного парня и до начала суда прошло несколько месяцев. Любое время летит быстрее, чем мы думаем. Пока велось расследование уголовного дела. Пока решили, как судить преступников. На смену жаркому лету пришла холодная осень. К месту судебного процесса все пришли тепло одетые. Наша группа решила смотреть судебный процесс в нашей квартире. Договорился со своей мамой, что она судебный процесс по телевизору будет смотреть у своей средней сестры Щепихиной Надежды.

Когда мы все группой в десять человек уселись у нас в квартире на диване и на стульях перед экраном телевизора, то в это время в киноконцертном зале стали транслировать судебный процесс. Киноконцертный зал был набит представителями общественности и представителями суда. На сцене сидел судья в своём судебном наряде. По бокам были адвокат и прокурор. Рядом с прокурором сидел пострадавший. На вид вполне приличный парень. Даже не понятно было, за что его могли так жестоко наказать. На всю жизнь лишить наследства.

Через боковую дверь под усиленной охраной ввили преступников. Точнее двух преступниц на вид по возрасту чуть больше двадцати лет. Небольшого росточка. Обе беременные. Наверно на последнем месяце беременности. Выглядели преступницы с округлыми животами, как русские игрушки "Машки-неваляшки", которых можно раскачивать в разные стороны, и они все равно окажутся на ногах. Так как округлый живот имеет центр тяжести и никак не может опрокинуть их в любую сторону. Именно так выглядели преступницы со стороны.

Наверно такое ощущение было у тех, кто находился в киноконцертном зале. Так как все присутствующие в киноконцертном зале вначале недоуменно встали со своих мест. По киноконцертному залу прошуршало шушуканье между присутствующими на судебном процессе. Затем кто-то слегка хихикнул, и зрительный зал оглох от многочисленных аплодисментов. Словно на суд привели не преступников, а хорошо любимых артистов.

Почти до смерти, перепуганные от такой неожиданной встречи, беременные преступницы едва сдержали себя, чтобы не родить прямо в киноконцертном зале. Хорошо, что рядом находился надёжный конвой милиции. Беременным преступницам дали сохранить равновесие и осторожно посадили их в мягкие кресла между адвокатами. Судебный процесс можно было начинать. Вот только толком теперь никто не знал, где виновные, а где пострадавший. Так как своим видом, кастрированный парень к этому времени выглядел бодро, как виновник.

Нет смысла пересказывать весь судебный процесс, происходящий в течение нескольких часов в киноконцертном зале Орджоникидзе. Откуда отвезли прямо в роддом преступниц-пострадавших, именно так девушек именовали в конце судебного процесса. Хочется рассказать лишь о сути самого уголовного дела, который вскоре стал известен всему Советскому Союзу. Просто удивительно, почему Эльдар Рязанов не поставил трагикомедию по этому сюжету? Ведь сюжет фильма "Берегись автомобиля" Эльдар Рязанов взял из народа.

Но мы вернёмся к тому судебному процессу. Точнее к сюжету не состоявшейся трагикомедии, которую растрезвонил народ по всему Советскому Союзу. Все оказалось до мелочей обычно и просто. Такое могло случиться в любом городе Советского Союза, где имеются такие институты. Даже не пахло уголовным делом, когда две выпускницы медицинского института решили создать свои семьи и остаться жить в прекрасном Орджоникидзе (Владикавказ), столица Северной Осетии. Как тогда было принято во всех вузах Советского Союза.

После успешной защиты дипломной работы в институте, выпускниц могли направить куда угодно на бескрайних просторах советской страны. Но если к защите дипломной работы выпускницы могли забеременеть и быть зарегистрированы законным браком. Тогда дипломированных специалистов оставляли по месту жительства мужа. Таким образом, будучи беременные и почти на регистрации брака девушки имели шанс остаться жить по месту жительства будущего мужа. Осталось только узаконить свой брак со своим избранником.

Ну, это разве не ирония судьбы, которую не заметил Эльдар Рязанов? Обе девушки оказались не только однокурсницами, а даже проживали в одной комнате женского общежития медицинского института. Они обе, тайком друг от друга, готовили друг другу сюрприз к регистрации брака перед защитой дипломной работы в институте. Но когда животы округлились так, что скрывать стало нечего, тогда решили раскрыть свою тайну.

- Ну, подруга! Рассказывай! Кого ты подцепила к дипломной работе. - обратилась к подруге, белокурая Лена.

- У меня-то будущий муж красавиц. - с иронией сказала, смуглянка Настя. - Инженер на стекольном заводе...

- Интересно! - разволновалась Лена. - Мой будущий муж тоже работает инженером на стекольном заводе...

- Твоего будущего мужа, случайно, не Валера зовут? - теперь не на шутку разволновалась, смуглянка Настя.

- Откуда ты знаешь имя моего будущего мужа? - с испугом, спросила Лена. - Никому не говорила его имя.

- Ну, подруга! Мы с тобой по самые уши загажены. - догадалась Настя. - Один кобел нас обеих забрюхател.

Настя тут же достала фотографию несостоявшегося мужа. Лена достала свою фотографию того же альфонса. Обе подруги поняли, что теперь им не видать своих дипломов, как собственных ушей. Беременность есть, а мужа нет. Как минимум, что могут им позволить, так это защитить дипломную работу. Затем диплом оставят в институте до выхода с декретного отпуска. После отправят работать туда, куда даже зеков не сажают на срок.

- Вот, что, подруга. - наревевшись, сказала Лена. - Оставим все, как есть, до защиты дипломной работы. Там будет видно, как поступать дальше с нашим кабелем. Делать аборты поздно и опасно на случай семейной жизни.

- Согласна. - вытирая заплаканные глаза, сказала Настя. - Будем играть под его дудку. Дальше время покажет.

Обе девушки, будучи студентками медицинского института, учились на отличные оценки. Принимали участие во всех спортивных и культурных мероприятиях. У них было все, как у героини фильма "Кавказская пленница". Одна из них претендовала на красный диплом. Но когда на защите дипломной работы государственная комиссия увидела, то, что нельзя было спрятать от посторонних глаз. Тогда случилось то, чего они боялись. Государственная комиссия постановила, что дипломы им выдадут после декретного отпуска по месту распределения на крайнем Севере. В противном случае обеих лишат диплома, к которому они шли пять лет.

- Этого кабеля просто зарежу! - в сердцах, сказала Настя, после экзаменов. - Кишки его намотаю ему на член.

- Такое наказание ему будет праздником. - задумчиво, сказала Лена. - Мы сделаем все по-другому. Заманим его за "Водную станцию". Напоим спиртным со снотворным и кастрируем. Пусть этот кабель страдает всю жизнь.

Подруги так и решили поступить, как задумали. Вначале подготовили весь необходимый для операции медицинский инструмент. Хорошо подготовились к пикнику со снотворным в бутылке армянского коньяка, в который заранее медицинским шприцом ввели снотворное, которое может взаимодействовать со спиртными напитками. Когда все было готово, то Лена пригласила парня на свой прощальный пикник. Так как после защиты дипломной работы ей надо было вернуться к себе по месту жительства. С родителями договориться о свадьбе.

Совершенно не подозревая ни о чём, альфонс клюнул на приманку. К тому же Настя заранее объявила ему, что срочно выезжает по своему месту жительства, так как у родителей что-то случилось. Как всегда, альфонс, заливал своим дамам каждой по отдельности, что он любит и готов жениться. Хотя сам в это время собирался уехать на большие заработки в Норильск, работать инженером на медном обогатительном комбинате.

- Ну, что, кобелёк, вот мы и встретились! - выходя из-за кустов, сказала Настя, когда Лена показала условный знак подруги, что альфонс готов к разделке. - Сейчас будем удовлетворять твою похоть по полной программе.

Альфонс что-то мычал, разводил руками, но возбудительная смесь и снотворное начинали действовать. Мужское достоинство в последний раз торчало штырём. К большей упругости члена подруги суровой ниткой до предела перетянули мошонку с яйцами. Сняли с себя трусики и по очереди стали в последний раз стали удовлетворять похоть своего кабеля.

Пока одна подруга стаяла на стрёме, то друга сверху садилась на член кабеля. Вводя в свою промежность его член, скакала на нем до усталости. Затем подруга проделывала с кабелем тоже самое. Делали так до тех пор, пока член кабеля не мог торчать даже с яйцами, перевязанными ниткой.

- Все! Надо его кастрировать. - сказала Настя, натягивая на себя трусики. - Скоро народ придёт сюда отдыхать.

Девушки подготовили стерильный медицинский аппарат к предстоящей операции. Подстелили под парня, чистую простынь, которую прихватили с собой из общежития. Надели на лицо марлевые повязки, а на руки медицинские перчатки. Как полагается перед первой самостоятельной врачебной операцией, девушки прочитали, как молитву, клятву Гиппократа. Помолились Богу. Провели на природе свою первую сложную операцию.

Подруги хотели прооперированного альфонса привести в чувства и доставить в ближайшую больницу. Но наши девчонки своими голыми задницами распугали не только двух крещёных хирургов, а даже весь животный мир дикой природы, проживающий вблизи реки Терек. Дальше к событиям подключились мы и общественность, которая к этому времени отдыхала на территории "Водной станции". Мы забрали кастрированного.

Вовремя заседания суда в киноконцертном зале выступали не только представители суда, а также общественность и учёный совет медицинского института. Общественность требовала прямо в зале суда поменять местами пострадавшего и обвиняемых. Учёный совет медицинского института высказал своё личное мнение.

Медики решили независимо от исхода судебного процесса, за отлично выполненную сложную операцию в полевых условиях, выдать бывшим студенткам красные дипломы и дать им собственный выбор места работы. Суд вынес свой приговор по фактически совершенному преступлению. Девушкам объявили срок условно с испытательным сроком. Прямо из зала суда девушек повезли в роддом. Так как у одной из них начались схватки.

Так закончилась история в Северной Осетии с кастрацией парня в полевых условиях. Позже, на протяжении десятков лет. Приходилось слышать подобные истории, которые якобы были в разных городах Советского Союза. Не очень-то верю в то, что слышал в народе в разных городах и в разное время. Мной записана та история, которая происходила перед моими глазами и имела право на своё реальное происхождение. Об этой истории может рассказать любой старожил столицы Северной Осетии. Так как об этой истории тогда знали все.


4. Честные воры.

В шестидесятых годах прошлого века при построении социализма в Советском Союзе было такое движение в экономике, которое называлось "семейный подряд". Таким движением в строительстве социализма и коммунизма пытались закрепить интерес к труду в семьях. Таким образом, обратно раскрутить пошатнувшийся энтузиазм среди рабочего класса в строительстве социализма в отдельно взятом производстве.

Всюду на производстве и в сельском хозяйстве стали создавать семейные бригады, которые брали на себя повышенные рабочие обязательства на выполнение государственных задач. В таком движении сразу проявились две стороны одной "медали". Преданные фанатики построения социализма искренне с энтузиазмом вкалывали на своих рабочих местах. Внедряли рационалистические предложения в повышении труда. Власть и правительство поощряли такие семейные бригады разными подарками, а также наградами.

Хитроумные авантюристы сразу поняли, что в таком движении на производстве можно не только хорошо заработать, а также можно безнаказанно воровать. Ведь при воровстве общественного имущества никто из родственников не будет докладывать в суд на самого себя, а также на своих родственников. Благодаря семейной ответственности и круговой поруки можно тайно воротить огромными делами, причём совершенно безнаказанно. В крайнем случае, при больших деньгах можно удрать куда-то на край огромной страны. В любом конце Советского Союза с большими деньгами можно безнаказанно жить до конца своей жизни.

Перед службой в советской армии работал распалубщиком и рубщиком на Бесланском щебеночно-шпальном заводе. Где также как на других предприятиях было социалистического движения "семейный подряд". Исключением от других предприятий, на нашем заводе нельзя было создать семейное подпольное производство и трёхсоткилограммовую продукцию никто не украдёт. Кому нужны бетонные шпалы?

Однако, то, что случилось на нашем заводе, то повергло в шок не только рабочих и служащих нашего производства, а даже местное население и республиканское правительство. О последствиях происшедшего ходили разные легенды, даже смешные анекдоты с черным юмором. Никто не мог поверить, что в таком патриархальном и в семейном городе, как Беслан, может произойти такое. Ведь мы все знали друг друга.

Дело было так. На нашем щебеночно-шпальном заводе семейным подрядом занимались несколько семей, которые были связаны между собой не только родственными связями, а также дружественными связями в нескольких поколениях. Мы были вместе в горе и в радости.

Свадьбы, рождения, похороны, праздники, а также проводы первый раз в первый класс на учёбу в среднюю школу╧1 и на службу в советскую армию мы справляли вместе. У нас не было никаких тайн друг от друга, а провинившихся горе родственников и друзей мы наказывали сообща. Между нами не было никакой разницы в возрасте и в должности.

Хотя на щебеночно-шпальном заводе вы были в разных специальностях и в должностях. Как было сказано выше, то был рубщиком и распалубщиком в цехе железобетонных шпал. Моя мама и её средняя сестра Надежда работали крановщиками на мостовых кранах по раз опалубке железобетонных шпал. Младшая сестра моей мамы, Тамара работала на вибраторе по изготовлению щебня к железобетонным шпалам.

Там же в другую смену работал муж тёти Тамары, Ложников Виктор. Муж тёти Нади, Щепихин Михаил работал главным инженером всего объединённого завода. Старшая сестра Щепихина Михаила, Мисикова Евгения работала кассиром на объединённом заводе. Другие рабочие места и должности занимали родственники других фамилий, которые тоже имели между собой родственные связи и длительную дружбу в поколениях.

На Северном Кавказе у всех национальностей ценят родственную связь между народами. В каждой семье ценят своих родителей. Больше всего ценят маму. Любой горец Кавказа горло перегрызёт тому, кто плохо скажет о его родителях и особенно о маме. На Северном Кавказе даже злейшие враги не ругаются в адрес мамы своего врага. Поэтому Международный женский праздник 8-е Марта на Северном Кавказе отмечают как национальный праздник многочисленных народов Северного Кавказа. Так бывает и в Северной Осетии.

Сразу с апрельской получки мы стали сдавать в кассу завода деньги на подарки к женскому дню. Тётя Женя Мисикова хранила деньги на подарки к женскому празднику в отдельном сейфе, в кассе завода на третьем этаже административного здания. Мы планировали купить подарки сразу после получки, которая должна быть в первых числах марта месяца. Но наша тётя Женя неожиданно заболела. Она пришла на завод больная, чтобы выдать деньги по зарплате и на подарки к международному женскому дню 8-го марта.

Так как время по зарплате было просрочено и на приобретение подарков к женскому дню тоже осталось мало времени, то заводской профсоюзный комитет вынес постановление с каждого семейного подряда выделить по одному человеку, которые будут заниматься получением зарплаты на каждый семейный подряд, а также приобретением подарков к празднику международного женского дня. Все остальные будут работать. Так как от просроченного дня получки не должен страдать семейный подряд и наш план по работе.

- Не могу сразу выдать вам зарплату и деньги на подарки. - сказала тётя Женя, когда увидела нас утром у окошка заводской кассы. - Сейчас выдам деньги на подарки к женскому дню, а вечером получите зарплату.

Мы ни стали спорить с тётей Женей и без ведомостей по зарплате стали ждать, когда она выдаст нам деньги на подарки. Нас вполне устраивал такой вариант получения денег. Забота о подарках к женскому дню была на первом месте. Зарплату после работы мог получить каждый рабочий и служащий. Тем временем мы за день могли подобрать подарки к женскому дню в магазинах Беслана и Орджоникидзе.

С измученным лицом от болезни тётя Женя проверила целостность контрольного навесного замка на двери кассы. Осторожно вскрыла навесной замок. Затем проверила целостность контрольной наклейки на скважине внутреннего английского замка. Два раз повернула ключ в цилиндре английского замка. Медленно открыла дверь в кассу. Посмотрела вовнутрь помещения заводской кассы и рухнула на пол без сознания.

Мы испугались, что у тёти Жени случился сердечный приступ. Подбежали к ней, чтобы оказать первую помощь. Но когда заглянули в открытую дверь помещения заводской кассы, то едва сами не потеряли сознание. Так как в помещении заводской кассы не было ни одного сейфа. В опустевшем помещении стояли стол и стул у окошка выдачи денег. Больше ничего не было в этом помещении. Оба сейфа словно испарились. Окна и двери помещения кассы закрыты. Завод работает круглые сутки. На воротах имеется сторож...

Не прошло и пяти минут после потери сознания тёти Жени, как о пропаже сейфов из заводской кассы знал весь Беслан. Тётю женю отвезли в районную больницу. К месту кражи прибыла милиция, следственные органы и профсоюзный комитет нашего завода. Всех интересовали только два вопроса. Куда делись сейфы из закрытого помещения на третьем этаже административного здания? Сколько было денег?

Когда тётю женю привели в чувства, то оказалось, что в одном сейфе были деньги на подарки к женскому дню. Другой сейф был пуст. Так как тётя Женя заболела как раз в день получения заводской зарплаты в городском банке, то по этой причине не решилась нести деньги в заводскую кассу. Дом тёти Жени был намного ближе к городскому банку.

Поэтому у заболевшей тёти Жени после банка с деньгами хватило сил добраться только до своего дома. Хозяйственную сумку с деньгами по зарплате тётя Женя надёжно спрятала у себя под кроватью, на которой провалялась два дня с высокой температурой. В день намеченной выдачи денег на подарки к женскому празднику тётя Женя решила выдать деньги по зарплате вечером по той причине, что надеялась об улучшении своего здоровья. В больном состоянии реши деньги по зарплате на завод не нести. Мало что может случиться с больным человеком, при котором имеется большая сумма денег.

В городской банк Беслана никто не ходил за деньгами с охраной. Не было никогда случаев кражи денег у кассира или инкассатора. Так как все хорошо знали друг друга в маленьком городе. К тому же от городского банка до городских предприятий кассиру с деньгами надо было пройти открыто по улице, без риска нападения со стороны. Можно было часто увидеть кассира с авоськой полной денег и с зеленью, купленной к домашнему столу на городском рынке. Никто даже подумать не мог, что когда-то на улице обокрадут кассира.

Когда в городе стало известно, что заводские деньги по зарплате целы, а украли только деньги на подарки к женскому празднику, то возмущение было подобно взрыву. Все могли смириться с кражей денег по зарплате, так как зарплату все равно могли возместить за счёт государства и население без зарплаты не оставили. Но чтобы пропали общественные деньги на подарки к женскому дню?! Это уже было слишком!

В Беслане назревал бунт. Так как большая часть рабочих и служащих, которые работали в семейном подряде на Бесланский щебеночно-шпальном заводе, могли остаться без подарков к женскому дню, а также без праздничного стола, от которого никто не мог отказаться. Так как праздничное застолье любят все без исключения. Надо было применять какие-то меры, чтобы не сорвать в семьях женский праздник.

- Профком города решил выдать подарки к женскому дню из своих запасов. - объявил председатель городского профкома перед возмущённой толпой. - С уцелевшей зарплатой разберётесь сами.

- Следственные органы найдут воров, посягнувших на общественные деньги. - заявил перед толпой представитель городской прокуратуры. - Мы никому не дадим безнаказанно воровать общественные деньги.

Получив положительный ответ от представителей профсоюза, прокуратуры и городской власти, бунтующие упокоились. Разошлись по своим рабочим местам. Все были довольны, что праздник не сорвался, а зарплату кассир выдаст завтра после работы в короткий предпраздничный день. Традиционное предпраздничное застолье намечалось на вторую половину короткого рабочего дня прямо в актовом зале завода.

Профком города сдержал своё слово. Примерно через два часа после митинга к заводскому административному зданию приехал бортовой автомобиль, заполненный картонными коробками с подарками к женскому празднику. Картонные коробки с подарками перенесли в красный уголок заводского профкома и тут же принялись сортировать к вручению подарков по линии профкома коллективам семейного подряда.

Последний рабочий день перед женским праздником был коротким рабочим днём. Поэтому все с нетерпением ожидали окончание рабочего дня. Заводской профком в актовом зале готовил праздничный стол к международному женскому дню. За час до конца работы несколько мужчин направились домой к Мисиковым, чтобы под усиленной охраной с деньгами по зарплате доставить целой кассира к заводской кассе.

В конце рабочего дня у окошка заводской кассы собрались бригадиры и представители семейного подряда, чтобы получить предпраздничную зарплату на свои группы и бригады заводского семейного подряда. Мы в этот раз надеялись, что все обойдётся без потрясений. Предпраздничный день на заводе пройдёт с зарплатой, с подарками женщинам и с праздничным столом, который накрыт в актовом зале нашего завода.

Мисикова Евгения Митрофановна прибыла с сумкой денег по зарплате, под усиленной охраной мужчин с нашего завода. Традиционно и привычно проверила все контрольные знаки на замках двери в помещение кассы. На всякий случай почему-то перекрестила входную дверь в заводскую кассу. Затем перекрестилась сама. Открыла дверь в помещение кассы. С вытаращенными глазами посмотрела вовнутрь помещения. Схватилась за область сердца и вместе с заводскими деньгами по зарплате рухнула без сознания. Мы обратно бросились оказывать помощь тёти Жени и посмотреть вовнутрь на то, что повергло нашего кассира.

Когда мы заглянули вовнутрь помещения, то обалдели от того, что увидели в помещении кассы. Прямо в середине помещения стояло несколько огромных ящиков, которые невозможно было поднять руками по объёму и по тяжести. На ящиках надпись печатными буквами "Подарки женщинам". Ниже мелкая надпись печатными буквами на листе бумаги "Извините! Произошла ошибка. Мы не хотели брать деньги у женщин."

В этот раз тётю женю ни стали отправлять в районную больницу. Заводская медсестра дала тёте Жени понюхать ватку, смоченную в нашатырный спирт. Когда кассир пришла в сознание, то сразу стала выполнять свою работу. Кассир в течение нескольких минут выдала зарплату и премию женщинам к Международному женскому празднику 8-е Марта.

За праздничным столом в заводском актовом зале в этот раз женщинам выдавали двойные подарки, которые представили из городского профкома, а также от честных воров. Если так можно назвать воров, которые с любовью и уважением относятся к женщинам. Тем самым соблюдают традиции народов Северного Кавказа, где женщина, прежде всего мама каждого из нас...

Следственные органы разобрались в краже сейфов из заводской кассы. Хотя это было очевидно для всех, как именно выкрали тяжёлые сейфы из заводской кассы на третьем этаже охраняемого сторожами административного здания. Дело в том, что окна заводской кассы выходили в сторону пустыря. Административное здание было близко от забора. В те годы не было сигнализации и на окнах не стояли решётки.

Скорее всего, воры были местные. Так как они знали, когда на заводе зарплата. Но они не знали, что кассир больна, а деньги по зарплате находятся не в сейфе заводской кассы, а дома под кроватью у заболевшей Евгении Митрофановны Мисиковой. К тому же воры не знали, в каком именно сейфе находятся заводские деньги по зарплате. Поэтому воры выкрали оба сейфа, чтобы наверняка быть с деньгами после вскрытия сейфов.

Обокрали заводскую кассу очень просто. Ночью в выходные дни подогнали к заводскому забору со стороны пустыря автомобильный подъёмный кран. Осторожно подали стрелу крана к окну. Сняли стекло возле щеколды на окне. Настежь открыли большое окно. Стрелой автомобильного крана вытащили из помещения заводской кассы оба сейфа. Вполне возможно, что вытаскивали сейфы даже поодиночке. Так как сейфы стояли по разные стороны помещения, а передвигать сейфы одному человеку не под силу. Работали воры вдвоём. Здесь третий был точно лишний.

После того, как выкрали сейфы, то обратно закрыли окна и вставили стекла так, как было до кражи. Воры не поленились с трассы вернуться обратно на пустырь к заводскому забору и ликвидировать следы от своего автомобиля. Затем воры поехали на заброшенный карьер, который находился между заводом и заводским посёлком. В заброшенном карьере воры вскрыли оба сейфа. Когда узнали, что по ошибке вместо зарплаты выкрали общественные деньги на подарки к женскому празднику.

Тогда решили исправить свою ошибку. На ворованные деньги купили подарки к женскому празднику и обратным путём в следующую ночь вернули украденные деньги в виде подарков. Не возвращать же ворованные деньги обратно с сейфами. К тому же видимо воры подумали, что ворованные деньги может кто-то присвоить. В то время как подарки в сумку не спрячешь и домой не унесёшь. Так что воры в этот раз сделали женщинам двойной праздник.

Следствие провели быстро. После женского праздника нашли сейфы вскрытыми в заброшенном карьере. Все документы по кассе были не тронутыми. Сейфы вернули обратно в заводскую кассу. На окнах заводской кассы поставили решётки. Забор вокруг завода подняли выше и опутали колючей проволокой. Во всём административном корпусе щебеночно-шпального завода провели сигнализацию. Уголовное дело прекратили, так как воры оказались честными и вернули ворованное людям. Кроме того, тогда воры, как современные компьютерные хакеры, показали слабые места в административном здании и конкретно в кассе, куда могли проникнуть не честные воры. Тем самым причинить убыток заводу и в частности женщинам...


Часть-3. Рассказы из Совка.


1. Ночь в управлении.

Затихли станки в мастерской, успокоились моторы автомобилей, стих шум в кабинетах здания управления. Словно капитан корабля, покидает последним своё рабочее место начальник, уплывает вдаль на легковом автомобиле. Постепенно в здании управления наступает такая тишина, что даже уши щекочет от такой непонятной тишины.

Солнце прячет за высоким забором свои яркие золотистые лучи, в последний раз позолотив верхушки деревьев. С реки потянуло прохладой и сыростью. Вокруг такая тишина, что слышно, как мыши делят свою добычу под полом и тихо, тихо попискивают. Пахнет бензином и цветами. Где-то в вышине пролетела ночная птица и опять тихо.

Вот сами собой качнулись старые ворота, слегка скрипнули своими старыми досками, в щели показалась чья-то ушастая голова с очками, словно глаза филина после очередной пьянки. Привидится же такое среди ночи.

- Кто ты? - спросил в полусне старый сторож.

- Филин, - ответила сиплым голосом ушастая голова и гулко прокричала: Угу! Угу!

Сторож успокоился, плотно укутавшись в старый полушубок, прижал к себе винтовку времён гражданской войны, плотно закрыл опухшие от напряжения сонные глаза и мирно засопел, как ребёнок на груди у матери природы. Что-то глухо упало за забором, через несколько минут ещё и ещё. Обратно тихо скрипнули старые ворота.

"Ну! Филин! Эка орудует! Днем спит, а ночью шалит!" - сквозь сон, подумал старый сторож, меняя свою позу. Укутавшись с головой в старый полушубок.

"Чуф! Чуф!" - громко зафыркал за забором старый мотоцикл и, набирая скорость, умчался куда-то вдаль. Все опять стихло, придавленное ночной темнотой. Под тёплым старым полушубком, пропахшим табаком, нафталином и спиртным перегаром, уютно и тихо. Совершенно ничего не слышно, что происходит вокруг сторожки.

Но вот сквозь старый полушубок сторож почувствовал, как у забора что-то зашуршало. Старый сторож с трудом открыл слипшиеся от крепкого сна опухшие глаза. От забора мелькнула длинная тень и поползла в сторону склада досок под полуразвалившимся навесом. Сторож слегка высунул голову из полушубка и посмотрел на длинную тень, которая в это время проползала мимо старой сторожки, буквально в пару метров от сторожа.

- Кто ты? - спросил у длинной тени, старый сторож, в полудрёме лениво вглядевшись в темноту густой ночи.

- Лиса! - певучим голосом ответила длинная тень. - Тяв! Тяв! Эхе-хе! Мяв!

"Смотри, лиса повадилась! Наверно завхоз своих курей развёл в управлении?" - подумал сторож, мирно засыпая на своём рабочем месте, уткнувшись в угол полуразвалившейся старой сторожки.

Прошло немного времени. Страшно ударилось что-то об забор. Откуда-то посыпалась щебёнка. Наступила короткая пауза. Обратно тихо скрипнули старые ворота. Кто-то прошел вдоль забора. Опять наступила короткая пауза.

Затем зашуршали удаляющиеся шаги, и, что-то следом потащилось, постепенно стихая вдали от охраняемой территории. Вскоре обратно все стихло. Словно ничего рядом не произошло, а просто привиделось что-то среди ночи. Выспаться старику не дают.

"Лиса горазда, таскать что попало." - догадался сторож, во сне прислушиваясь в тишине к возможному шуму.

Много звуков было в ночи вокруг территории секретного управления. Приходили в гости к сторожке волк, медведь и заяц. Прилетал горный демон, владыка ночей чёрный Шуршу. Только к утру стало спокойно, и старый сторож уснул крепким рабочим сном. Впереди два выходных дня в управлении и двое рабочих суток у старого сторожа. Пора на пенсию ему, а он всё трудится.


2. Папина лаборатория.

- Интересно, - сказал шеф, взяв мой отчёт о проделанной научной работе. - Может быть, когда-нибудь, такая научная работа пригодится.

Шеф убрал папку с моей научной работой в огромный железный сейф и обратился ко мне.

- Но, сейчас у нас будет новая важная тема: "Влияние пыльных бурь на рост хлопчатника в предгорьях восточных стран". - шеф подумал о чём-то, и, подвёл черту к сказанному. - Надо выяснить в этом году.

- Выясним, раз нужно, - неуверенно, сказал. - Только, во-первых, машину иномарку надо на эти цели.

- Машина иномарка будет, - разгадывая кроссворд, сказал шеф. - "Запорожец", экспортный вариант.

- Так это консервная банка из Украины, а не машины. - возразил. - Такую машину никто не берет.

- Ты сам сейчас просил иномарку, - возмутился шеф, отбросив в сторону журнал с кроссвордом. - Украина, что тебе, не заграница что ли? Тем более - машина сделана на экспорт в Россию. Понятно?!

- Понятно, - согласился, и, подумав, добавил. - Потом хлопковое масло, центнеров полтора-два требуется. Желательно отбеленное масло и не солёное. Обязательно! Соевое не подойдёт...

- Может быть, попробуешь подсолнечное рафинированное масло? - нахмурив брови, спросил шеф.

- Попробовать то можно, - неуверенно, ответил, отгоняя от себя назойливую муху. - Но, тогда не ручаюсь за чистоту эксперимента по теме. С азиатами лучше не скандалить...

- Ладно! - согласился шеф, обратно разглядывая кроссворд. - Достанем тебе хлопковое масло. Что ещё?

- Ещё мне нужен прогноз пыльных бурь на время эксперимента, - добавил к слову. - Желательно через космос.

- За это будь спокоен! - уверенно, сказал шеф, заканчивая разгадывать кроссворд. - Синоптики любой прогноз сделают. С космонавтами тоже договорюсь, чтобы дублировали прогноз на весь сезон.

Меньше чем через год принёс отчёт об исследовании влияния пыльных бурь на хлопчатник.

- Очень, интересная работа! - сказал шеф, полистал работу и спрятал папку с отчётом в тот же сейф.

Пока шеф разбирался с моей работой, в кабинет влетела наглая муха.

- Возможно, эта работа когда-то пригодится. - сказал шеф, пытаясь согнать у себя с носа наглую муху. - Но, сейчас надо заниматься новой работой. "Размножение носорогов в условиях нашего климата". Очень, важное дело, к размножению поголовья этого рогатого скота, который не болеет гриппом.

- Конечно, надо! - поддержал, идею шефа. - Тем более что носороги жили в наших краях до человека.

- Прекрати острить! - оборвал меня шеф, шлёпая газетой наглую муху. - Ты лучше скажи, что тебе надо?

- Стойло, корм и два-три, этих, как их там зовут, носорогов, - неуверенно, сказал засыпающему шефу.

- На корм фондов нет, - зевая, сказал шеф. - Вместо носорогов возьми яков, горных коров с Памира.

- Приступаю к исследованию! - очень громко отрапортовал, чтобы шеф услышал меня сквозь сон.

- Валяй, - зевая, сказал шеф и потянулся за бутылочкой баварского тёмного пива. - К весне...

В это время с кухни к нам в комнату вошла бабушка, вытирая мокрые руки об свой фартук.

- Ребята! Уроки вы сделали? - спросила бабушка, строго рассматривая беспорядок в комнате.

- Сделали! Сделали! - дружно, закричали мы. - Не мешай нам! Мы играем в папину лабораторию.


3. Проводы.

Все служащие треста прекрасно знали, что когда-то наступит у них этот чёрный день. Все время, как могли, откладывали трагическую дату. Однако время никогда не идёт вспять. Пришло время надеть траурные одежды. Все служащие скинулись в один котёл, каждый, сколько мог, вложил своё участие. Даже пьяница сторож, трясучими руками достал из просаленных карманов свои последние гроши и положил в общую кучу денег. Профком тоже не остался в стороне. Вложил свои небольшие деньги, сколько позволял общественный бюджет.

В последний день рабочей недели, в начале смены с каждого отдела выделили по одному свободному человеку на общественную работу. Огромный актовый зал освободили от стульев и рядами расставили столы, которые по одной штуке позаимствовали с каждого кабинета со всего треста. Даже управляющий трестом выделил из зала заседаний два вечно пустующих стола. Всего столов набралось десятка два. Маловато на целый трест. Но, что поделаешь?! В тесноте не в обиде. Придётся плотнее сесть, чтобы каждый мог присутствовать в зале.

В этот день никто не пошёл на обед. Иначе после работы за накрытыми столами некого будет посадить. По этой причине обеденный перерыв в тресте перенесли на последний час рабочего времени, чтобы всем коллективом принять участие к накрытию стола и сразу сесть за накрытые столы. Кто опоздает, тому не будет место за общим столом. Так что все присутствовали в актовом зале и как могли, принимали своё участие к скорому накрытию общего стола. Вполне понятно, что только управляющий трестом не мог покинуть рабочее место.

- Итак, коллеги, сегодня наступил у нас чёрный день, - тусклым, загробным голосом произнёс управляющий трестом, когда все угомонились за общим столом. - Сейчас мы навсегда прощаемся с нашей дорогой Фатеевой. За столом раздалось всхлипывание, зал мучительно и тяжело вздохнул, словно что-то покинуло коллектив.

- Нет! Не надо! не выдержу, - сквозь слезы, сказал постаревший за день и поседевший завхоз. - Может быть, все у нас обойдётся? Иначе, как мы дальше будем жить, и работать без Фатеевой. В ней все надежды у нас...

- Где мы найдём такого удивительно замечательного человека, как наша Фатеева? - взволнованным голосом обратился к залу заместитель управляющего трестом. - Что будет с нами уже в первый день рабочей недели?

Управляющий трестом обвёл грустным взглядом всех присутствующих в зале: рыдали представители профсоюзного комитета, жалобно всхлипывал завхоз, экспедитора приводил в чувство начальник отдела снабжения, весь плановый отдел находился на грани шокового состояния, тихо плакал бухгалтерия. Даже пьяница сторож досрочно рыдал лицом в салате и никак не мог дотянуться до своего стакана, наполненного водкой.

- Как же мы дальше будем без вас?! - рыдая в голос, сказал председатель местного комитета, обращаясь к Фатеевой. - Зачем вы нас покидаете?! Боже мой! Боже мой! Все пропало. Наш трест погибает на ваших глазах...

- Пропал наш трест без вас! Пропал! - дрожащим голосом, сказал главный бухгалтер. - Придётся трест закрыть.

Фатеева строго окинул собравшихся в зале людей по её случаю, своим прощальным взглядом. Поправила мозолистой рукой седую прядь своих волос и решительно подошла к управляющему трестом. В зале наступила мёртвая тишина. Кто-то не выдержал напряжения и рухнул без сознания между столами. Никто из присутствующих в зале, не обратил никакого внимания на потерю своего коллеги. Все, затаив дыхание ждали трагической минуты. Сейчас решалась судьба всего треста. От слова самой Фатеевой зависело. Быть или не быть?!...

- Ладно, Трофимов! - решительно, сказала Фатеева, управляющему трестом. - Пенсию оформляй, а провожать меня не надо. Остаюсь в тресте работать!..

Зал облегчённо вздохнул и тут же словно взорвался, оглох от бурных аплодисментов всех присутствующих.

- Ура!!! - закричали все разом. - Да здравствует наша Фатеева! Она остаётся! Она наш ангел-хранитель!

Зал наполнился выстрелами шампанского, полетели пробки в потолок. Все, кто только что умирал, вернулись к жизни. Стали петь и произносить тосты во славу Фатеевой. Как от голоса великого русского певца Фёдора Шаляпина, в зале зазвенели люстры, а с потолка посыпалась штукатурка на паркетный пол огромного зала. Прошло всего пару минут торжества, а зал уже забыл о поводе своего застолья. Все ликовали и веселились. Фатеева с досадой покачала головой, глядя на то безумие, которое устроили сотрудники треста в её честь. Тяжело вздохнув, Фатеева пошла, приготавливать свой рабочий инструмент, чтобы после великого торжества в её честь, навести в зале порядок.


4. Забег.

Стальников Степан проснулся, как после зимней спячки. Болели бока, суставы, спина и кружилась голова. Он подошел к окну и открыл обе створки. С улицы ворвались запахи весенних цветов и звонкое пение птиц, отчего на душе стало легко и радостно. Хотелось петь и наслаждаться всеми прелестями земной жизни.

Возраст тут совсем не причём. До глубокой старости далеко. Стальников посмотрел во двор. Там собралась большая группа жильцов его дома. Они были одеты в лёгкие спортивные костюмы и о чём-то громко спорили. Наверно обратно у них накопились проблемы дома и со спортом? Надо у них спросить в чём проблема?

- Это, что, - крикнул Степан стоящим во дворе соседям, - спартакиада у вас или субботник нашего дома? В чём проблема?

- Нет! Ни то и не другое! - ответил мужчина в голубом трико. - Нет у нас никаких проблем. Это будет весенний забег жильцов нашего дома. Присоединяйся к нам. Выходи на свежий воздух.

"А что, это идея!" - подумал Стальников. - "Стоит и мне размяться с ними заодно. Спорт на благо здоровья. В любом возрасте нужен."

Степан пошёл в кладовую, чтобы найти там свои старые кеды, которые не надевал лет десять. Но в кладовой кед не оказалось. Стрельников спустился в подвал в надежде отыскать кеды в подвале. В подвале всюду пахло плесенью и сгнившими тряпками. Стрельников брезгливо покопался среди барахла. В подвале кед тоже не было.

Стрельников перерыл весь дом и случайно обнаружил кеды под ванной. У кед был такой вид, словно кеды самостоятельно занимались бегом все прошедшие десять лет без участия хозяина. Пришлось кеды постирать.

Также долго Стальников искал свой спортивный костюм, который не видел столько же лет, сколько не видел кеды. У спортивного костюма был такой же вид, как у кед. Можно было подумать, что они на пару самостоятельно десять лет занимались спортом без участия хозяина. Спортивный костюм тоже пришлось стирать.

Когда все было готово к весеннему забегу, жена потребовала, чтобы он навёл в квартире полный порядок, после своих продолжительных поисков. Так как просто навести порядок в квартире, было практически невозможно, вся квартира перевёрнута и разрушена до основания. Пришлось делать в квартире капитальный ремонт, который не делали с того самого времени, когда были забыты старые кеды и спортивный костюм...

После капитального ремонта в своей квартире, Степан наконец-то облачился в старый спортивный костюм и в кеды такого же возраста. Стальников лёгким бегом по квартире размял свои толстые ноги и с бодрым духом вышел на улицу, чтобы во дворе примкнуть к весеннему забегу группы жильцов своего дома...

Во дворе возле дома пахло сыростью и гнильём, почти как в подвале. С поредевших деревьев сыпались жёлтые листья. В воздухе летали белые паутинки, первые предвестники будущих холодов. В небе курлыкали журавли, длинным клином стаи, улетающие на юг. Рядом с домом по мокрому тротуару в сторону городского парка пробежала группа жильцов, одетых в тёплые спортивные костюмы. На дворе у дома была поздняя осень.

- Ну и что?! То был "весенний забег", а сейчас "осенний марафон", - сказал Стальников вслух, в сторону группы жильцов, пробегающих рядом к городскому парку. - Сейчас быстро переоденусь и догоню вас возле парка...

Степан вернулся в свою квартиру, чтобы одеться в тёплый спортивный костюм по осеннему сезону. Костюм тоже был где-то на чердаке в сундуке с другой одежде среди старого хлама. Вскоре он вернулся во двор и. побежал по первой лыжне догонять группу жильцов своего дома...


5. Тест.

Мысль начальника научного отдела, профессора кафедры физмата Сизимова Андрея Михайловича были прерваны стуком в дверь его кабинета. В кабинет уверенно вошёл длинноволосый энергичный молодой человек.

- К вам, - начал он, прямо с порога. - Говорят, что вам в отдел нужен инженер-технолог. Хочу вам предложить свою кандидатуру. У меня имеются необходимые документы и научные статьи о современной технологии...

Волевым движением рук, молодой человек открыл свой кожаный кейс, бережно достал объёмную папку с зарубежными логотипами. Извлёк из папки несколько свежих газет и журналов по современной технологии. Вынул из внутреннего отделения кожаного кейса новенький, пахнущий типографской краской, красного цвета университетский диплом. Демонстративно разложил все на кабинетном столе перед Андреем Михайловичем.

Андрей Михайлович посмотрел диплом и подумал: "Много вас уже сегодня было молодых и энергичных. С дипломами разного цвета. С научными открытиями и с учёными степенями. Толку-то от вас всех...". Андрей Михайлович задумался о чём-то. Затем, посмотрев в сторону лежащей на столе книги, загадочно спросил:

- Может быть, вы слышали о современной проверке способностей научных работников с помощью различных тестов? Позвольте мне предложить вам пару наводящих, по вашей научной теме, совсем маленьких вопросов.

"В ногу со временем шагает старик", - подумал молодой человек и утвердительно кивнул головой, привычно приготавливая шариковую авторучку и большую тетрадь, чтобы записать туда вопросы, предложенные ему.

- Записывайте. Два землекопа..., - начал диктовать текст вопроса, размеренным голосом Андрей Михайлович.

По голосу и тону, произношения чувствовалось, что текст вопросов ему был давно знаком и порядком надоел. Записав условия, в общем-то, на вид не сложной задачи, молодой человек начал быстро решать. Замысловатой вязью на белых листах бумаги в большую тетрадь ложились математические формулы и интегралы. Числа теснились столбиками, шкалой вычислений. Стремительно росло число исписанных листов большой тетради.

- Нет, не то, - усмехнулся Андрей Михайлович, когда молодой человек закончил свою работу. - Эти тесты должны решаться до гениальности легко и просто. Так, чтобы все ваши решения мог легко понять любой человек.

Молодой человек взглянул огорчённо на свою выполненную работу и на профессора, вдруг, воскликнул:

- Эврика! Можно решить, эти тесты, применив к ним теорию относительности или новейшую кибернетически...

- Проще! Как можно проще! - жалобным голосом, взмолился Андрей Михайлович, - чтобы ребёнок мог понять.

- Не могу иначе, - откровенно, признался молодой человек. - Меня в университете учили по-научному решать.

Молодой человек устало промокнул сильно вспотевший лоб. Собрал свои документы и направился к выходу. Андрей Михайлович печальным взглядом проводил до двери несбывшегося сотрудника его научного отдела. Тяжело вздохнул и снова открыл школьный учебник 3-го класса. Полистал страницы учебника и с досадой подумал: "Опять завтра внук пойдёт в школу с нерешённой задачей. Как мы с ним будем дальше учиться?"


6. Коперник.

Утром в кабинет начальника конторы вошёл измученный снабженец. Он робко приблизился к полированному столу начальника, озираясь по сторонам, загадочно склонился почти к уху испуганному начальнику.

- Доброе утро, Викторович. - прошептал снабженец Швабрин Василий, на ухо начальнику. - Хочу вам сказать, что она вертится.

- Кто вертится? - приходя в себя от испуга, будничным голосом, переспросил начальник. - Говорите ясней! Голова что ли вертится? Так иди отдохни. До утра всё пройдёт. Не мешай работать.

- Земля вертится, - закрывая опухшие от бессонной ночи глаза, повторил снабженец и начал рассказывать, как ему пришлось в ожидании самолёта, полет которого откладывался через каждые полчаса в течение суток, проследить движение светил небесных и с точностью до одной минуты вычислить, что Земля вращается вокруг солнца и вокруг своей оси.

Он даже сделал записи своих открытий, которые, возможно, пригодятся конторе к выполнению годового плана или каких-нибудь других обязательств, взятых перед своим государством на пятилетку вперёд.

- Ага, - задумчиво, сказал начальник конторы. - Придётся экстренно собирать планёрку наших сотрудников. Как бы нас за такое открытие не лишили годовой премии.

На экстренную планёрку явился весь аппарат конторы. Начальник конторы почти шёпотом тихо сказал:

- Вот, снабженец Швабрин утверждает, что наша планета Земля вертится. Какое будет у коллектива мнение?

- Может быть, замнём это дело? - осторожно, предложил главбух. - Нам ещё неизвестно, во что это выльется. У нас и так денег в обрез. Как мы будем подводить годовой отчёт? Мы не знаем, как на это посмотрит высшее начальство? За такую информацию нас могу лишить годовой премии...

- Нет! Так нельзя поступать с интересным предложением. - отклонил замначальника, предложение главбуха. - Открытие сделано, надо его обсудить. Вполне возможно, оно получить резонанс в районе. В дальнейшем нам пригодится.

Начальник конторы удивлённо развёл руками, но сказал секретарше, чтобы позвали в кабинет первооткрывателя снабженца Василия Швабрина. Пусть он перед коллективом расскажет подробно о своём ночном открытии.

- Говорите, что Земля крутится? - строго и подозрительно, спросил главный инженер у сонного снабженца.

- Да! Вертится! - упрямо, поправил главного инженера, первооткрыватель. - Все точно вычислил до минуты.

- Откуда ты знаешь? - подозрительно и ехидно, поинтересовался главбух. - Ты, что, вокруг земного шара летал или совершил кругосветное путешествие? Наверно по пьянки тебе что-то причудилось. Теперь нам заливаешь.

- Вы прекрасно знаете, что не пью. - стал оправдываться и защищаться, первооткрыватель. - Нигде не был. Просто сутки сидел в ожидании вылета самолёта. Смотрел в звёздное небо и следил за движением планет.

Присутствующие, на экстренной планёрке молча, переглянулись между собой. В кабинете наступила пауза. Никто не хотел признать открытие. Все понимали, что за это открытие придётся кому-то отвечать или кого-то награждать. Денег в кассе нет. Поэтому нечем и не за что награждать.

- Может быть, кто-нибудь в тресте поручил тебе сделать это открытие? - с надеждой в голосе, спросил начальник конторы. - Наверно ты нас просто решил разыграть? Честно признайся. Мы тоже люди и поймём тебя...

- Да, нет, никто мне ничего не поручал. - стал объяснять коллективу, первооткрыватель. - Разыгрывать вас не собирался. Сегодня не первое апреля, чтобы разыгрывать вас. В тресте тоже не был. Моё открытие записано...

Швабрин протянул начальнику конторы, исписанный блокнот какими-то замысловатыми цифрами и никому не понятными знаками. Начальник конторы с глупым лицом полистал исписанный блокнот, повертел его во все стороны, посмотрел на непонятную ему письменность с хитроумными знаками, передал блокнот по кругу.

- М-да! Заварил ты нам кашу, - укоризненно качая головой, сказал главбух. - Ты хотя бы подумал, что у нас не отпущены деньги на твоё открытие?! Что мы скажем в тресте? Ты весь коллектив конторы поставил под удар!

После короткого совещания руководство конторы вынесло решение, на всякий случай, лишить первооткрывателя, снабженца Швабрина, квартальной премии и поставить на вид перед коллективом о его поступке...

- Она все-таки вертится! - уверенно, сказал снабженец Василий Швабрин, с гордо поднятой головой покидая кабинет начальника.


7. Весенние заботы.

В горах ещё лежат сугробы, под тёплой снеговой шубой греются холодные камни. В городе снег уже растаял, пригретый солнечными лучами и тёплым людским дыханием. С приходом весны появились первые весенние заботы у дворника. Из-под снега показались сухие прошлогодние листья, мусор, выброшенный из окон домов, учебники и тетради горе-учеников, чьи-то старые башмаки ...

И мой автомобиль, который оставил с осени на платной стоянке. Только вот нет у моего автомобиля колёс. Видно, смыло их талой водой. Сторож за это не отвечает...


8. Был бы винный уксус.

Вернувшись озлобленным из очередного отпуска в контору. Шеф тут же вызвал меня к себе в кабинет.

- Что привёз в моё отсутствие? - строго, спросил шеф, глядя на мой потрёпанный вид с дороги. - Опять винный уксус к шашлыкам взамен обрезных досок? Замордовал ты меня своим бартерными комбинациями с товаром.

- Да, это, только... - тяжело дыша от усталости, едва выдавил из себя. - Понимаете, тут такое дело случилось. Целые сутки транспорта не было до аэропорта. Самолёт не мог ждать наших проблем, вот пришлось на...

- Понимаю! - перебил шеф, моё оправдание, и, повысил голос. - Транспорта не было довезти вас до аэропорта! Общественным транспортом вы ездить разучились! Придётся мне срочно перевезти вас на другую работу!..

Облегчённо вздохнул. На новой работе можно будет хоть немного отдохнуть после постоянных поездок по командировкам. Надо немного поправить своё здоровье и уделить внимание своей семье. Совсем о них забыл.

Шеф раздражённо посмотрел в окно на хозяйственный двор. Весь хозяйственный двор был завален всем необходимым для нашего предприятия. Возле склада под навесом находились излишки товаров, завезённых мной в отсутствии шефа. Надо было принимать какие-то меры под строительство расширение закрытого склада. Придётся поговорить насчёт бартерных сделок со строителями, чтобы достроили закрытый склад...

- Это что во дворе и под навесом? - удивлённо поинтересовался шеф, когда попытался уйти из кабинета.

- Это достал все, что необходимо до конца этого года. - виновато, ответил, на вопрос шефа. - Так сказать, сменял бартером на винный уксус для шашлыков, который мне дали в Сибири взамен обрезных досок...

- Так ты же говорил, что не было у нас транспорта! - растерянно, напомнил шеф начало нашего разговора.

- Да! Не было! - как солдат перед офицером, отчеканил перед шефом. - Вот, пришлось, когда прилетел с Кавказа, все на себе тащить из аэропорта. За время вашего отпуска все потихоньку перетаскал на наш двор...

- И кирпичи, и доски, и?.. - в полном замешательстве спросил шеф, держась за то место, где бьётся сердце.

- Как видите! - гордо, ответил, подавая шефу таблетку валидола из своего запаса. - Все до мелочи здесь!

- Отменяют объявленное мной наказание о твоём переводе на другое место работы. - придя в себя после таблетки валидола, торжественно, объявил шеф. - Восстанавливаю Вас в должности на прежнее место работы. Вы на отлично справились с должностью снабженца и достойны с почётом занимать своё рабочее место. Вам...

Теперь мне стало дурно. Поспешил положить себе под язык из запаса последнюю таблетку валидола.

- Мало того, - продолжил шеф, свой приговор, - прибавлю вам зарплату и выделю премию за отличную работу.

У меня отпустило сердце. Осторожно вздохнул, наполняя своё перепуганное сердце и лёгкие кислородом. Шеф озабоченно посмотрел на моё просветлевшее лица, пожевал что-то у себя во рту и продолжил свою речь:

- Договорился в тресте о подачи природного газа к нашему предприятию. Вам придётся ехать за трубами...

Больше не слышал речь своего шефа. У меня все закружилось перед глазами. Как в тумане передо мной поплыло лицо шефа. Резко подкосились мои ноги. Тут же рухнул прямо на полированный пол в кабинете шефа. Очнулся на кровати в больнице. В палате пахло нашатырём и чистым бельём. Вокруг было тихо и спокойно. Облегчённо вздохнув, открыл глаза и тут же в ужасе обомлел от того, что увидел. Рядом с моей кроватью в белом халате сидел на стуле шеф. В руках у него был кулёк с передачей. Увидев, что очнулся, шеф улыбнулся.

- Ты, главное, не беспокойся, - осторожно, сказал мне шеф. - Строительство газопровода трест отложил на следующий год. Нам запланировали строительство ремонтных мастерских и расширение крытого склада под завезённые тобой излишки товаров. Так что, браток, выздоравливай! Все надежды на тебя. Поедешь на Урал за оборудованием. Дальше во Владивосток. Транспорт пока не дают. У тебя есть опыт. Так что тебе придётся...

У меня сильно резануло в области сердца. Перед глазами все потемнело. Опять потерял сознание...


9. Открытие.

На общем собрании учёного совета в Институте мировых открытий поздравляли молодого аспиранта Петрова. Хочу заметить, что не зря. Очень важное открытие сделал аспирант Петров. Открытие, над которым долгие годы работал весь Институт мировых открытий, аспирант Петров сделал спокойно всего за один научный год.

Звучали поздравительные речи: "Великое открытие!", "Ты гений!", "Новая эра в науке!", "О тебе будет говорить мир!", "Тебе присудят Нобелевскую премию!", "Ты своим открытием превзошёл самого Сан Саныча!"...

На кафедру пришёл сам Сан Саныч. Он взял у аспиранта Петрова рукопись. Полистал рукопись влево и вправо, карандашом сделал какие-то пометки у себя в блокноте, подумал, посмотрел на аспиранта Петрова.

- Молодец, Петров! Отличная работа! - торжественно, сказал Сан Саныч. - Действительно - великое открытие.

Из тебя выйдет учёный с мировым именем. Тебя ждут великие открытия в современной науке. Ты гений!..

Присутствующие на общем собрании учёного совета дружно зааплодировали и закричали "Ура!"...

- Но, Петров! - продолжил свою речь Сан Саныч. - У тебя, как у аспиранта, это ещё слишком сырая работа, чтобы выставлять такую работу на всемирное обозрение. Надо ещё хорошо поработать в Институте мировых открытий. Рано тебе делать такие открытия. Мировая наука может неправильно понять нас. Могут подумать, что мы делаем какую-то фальсификацию в науке. Ты вначале пуд институтской соли съешь. Пройди огонь, воду и медные трубы в области науки к вершине научной славы. Там, дальше - видно будет. Знаешь, что значить быть учёным с мировым именем?! Пусть пока твоя рукопись полежит в архиве нашего института. Ты займись другой работой. Помоги своим коллегам в научной работе. Покопайся в архиве. Может быть, ещё что-то откроешь?

Дружелюбно похлопав аспиранта Петрова по плечу, Сан Саныч сразу понёс его рукопись в архив института. Как птицы в небе, летели годы. Словно сквозь пальцы вода, в пространстве просочилось время. Со временем все забыли о великом открытии аспиранта Петрова. В Институте мировых открытий несколько раз сменились руководители, приходили и уходили учёные.

С началом перестройки в Советском Союзе многие учёные подались за валютой в западные страны. В связи с мировым кризисом едва не закрыли Институт мировых открытий. Хорошо, что в институте с начала перестройки создали собственное подсобное хозяйство. Благодаря своим харчам Институт мировых открытий спасли. Давно произнесли надгробную речь у могилы Сан Саныча...

Учёный Петров был добросовестным общественником. Протёр дюжину брюк на рабочем месте. Съел не один пуд институтской соли. Прошел огонь, воду и медные трубы. В тяжёлые времена Института мировых открытий работал вместе со студентами и аспирантами в подсобном хозяйстве на своей кафедре. Вместе с молодёжью капал картошку на брошенных полях бывших колхозов и совхозов.

Делал все, чтобы не дать разориться Институту мировых открытий. Помогал коллегам по институту делать мировые открытия, но сам больше ничего не открыл. Так как по самое горло был загружен общественной работой и заботами о своём институте. Провожали Петрова на заслуженную пенсию, как обыкновенного рядового учёного в кругу своих коллег.

Как-то раз пенсионер Петров сидел у телевизора и смотрел телепередачу "Наука и жизнь". По телику показывали его бывшую кафедру в Институте мировых открытий. Поздравляли молодого аспиранта Сидорова.

- Этот молодой учёный сделал великое открытие, которое всколыхнуло весь научный мир! Он обнаружил тему, которой несколько десятилетий назад занимался долгие годы весь коллектив Института мировых открытий. - торжественно, говорил ректор Института мировых открытий. - Аспират Сидоров на пыльных полках в архиве Института мировых открытий, нашёл рукопись учёного Петрова, работа которого до настоящего времени опережает многие десятилетия в науке. Институт мировых открытий получил лицензию на открытие в науке...

- Надо же! Все-таки открыли! - облегчённо, вздохнул пенсионер Петров. И умер учёным с мировым именем.

Учёного Петрова посмертно наградили различными международными наградами и премиями в области науки, а также записали его фамилию в "Книгу рекордов Гиннесса", как первого учёного, который при жизни узнал, что его признали известным учёным с мировым открытием в области науки.


10. Отопительный сезон.

Жильцы нашего дома готовились к торжеству. На днях нашему дому должно было стукнуть пятьдесят лет. Наш дом пережил все эпохи построения социализма в отдельно взятой стране. Давно уже не строят социализм в нашем городе. Видимо кончились кирпичи. Так же как нет отдельно взятой страны, в которой должны были построить социализм.

Наверно закончился раствор для строительства социализма, а будущее социалистическое государство рассыпалось на мелкие части, так и не дождавшись своего будущего при социализме. В нашем городе давно разобрали неизвестно на что старые постройки недостроенного социализма.

Всюду в небо взвились сверкающие стеклом и металлом огромные небоскрёбы. Один только наш старенький дом, как ностальгия о прошлом, стоит на своём, как старый хрен перед молодухами новеньких вилл и отелей. Наш дом дожился до своего юбилея и вот этот день к нам пришёл. На праздник нашего дома прибыли многочисленные гости. Прямо во дворе спонсоры нашего города и вся верховная власть нашего города накрыли праздничный стол. За праздничным столом собрались все желаю гульнуть на халяву, в том числе и жильцы нашего дома юбиляра.

- Как вам всем известно, - начал управдом, - у нас сегодня знаменательная дата. Нашему дому исполнилось полвека. В данное время наш дом остался один из всех зданий города, которые были построены при построении социализма. Наш дом стал исторической достопримечательностью. По решению городской власти на нашем доме закрепят памятную юбилейную табличку. Естественно, надо отметить этот своеобразный юбилей.

- Банкет долго будет!? - ликую от предстоящей пьянки, спросил дворник дядя Петя. - На похмелье хватит?!...

- Конечно! Выпивки всем хватит и на долго. - поспешил с ответом управдом. - Но! Прежде - один сюрприз. Пусть все вынесут свои вещи из квартир. После в торжественной обстановке занесут вещи обратно. Словно у вас сегодня новоселье, как было в этом доме пятьдесят лет тому назад, в эпоху построения социализма...

- На золотую свадьбу похоже! - мечтательно сказала баба Клава, ровесница не построенного социализма.

- Точно заметили! - поддержал управдом, бабу Клаву. - Такая круглая цифра ласкает каждому слух и память.

Когда жильцы нашего дома вынесли все вещи и мебель из своих квартир, слово опять взял наш управдом:

- А сейчас, уважаемые товарищи-господа, особое внимание! - торжественно объявил управдом всем присутствующим. - Входить в юбилейный дом опасно для жизни. Сегодня начинается очередной отопительный сезон.

Управдом махнул кому-то рукой и.. из всего юбилейного дома, как из дырявого бурдюка, хлынула вода...


Часть-3. Разные Татьяны.


1. Цалоева Татьяна.

В самый первый день моего приезда из армии, когда не успел стать на армейский учёт в военкомате. Отправился отдыхать в Орджоникидзе. Первый междугородный поезд между Бесланом и Орджоникидзе, успел улизнуть перед самым моим носом.

Мне некуда было спешить. Сел на рейсовый автобус до Орджоникидзе прямо с привокзальной площади Беслана. В автобусе было немного людей, так как большинство уехали поездом. Автобусом ехали те, кто опоздал на поезд.

Среди них была девушка на два-три года младше меня. Сразу её приметил, так как она сильно выделялась своей красотой среди остальных пассажиров. Нельзя было сказать, что она была словно фотомодель из обложки зарубежного журнала. Эта девушка выглядела как-то мило и особенно, на фоне замусоленных повседневными работами женщин и мужиков. Сразу было заметно, что она, приезжая, так как чувствовала она себя не совсем уверенно. Мне захотелось помочь этой девушки освоиться в неизвестной ей новой обстановке. Поэтому решил сесть рядом с ней.

- Можно мне рядом с вами сесть? - спросил, девушку, когда она уже села на свободное место в автобусе.

- Пожалуйста! Садитесь! - удивлённо, предложила она, посмотрев на пустые места вокруг себя. - Не жалко.

Автобус медленно выехал с привокзальной площади Беслана. Пересёк два перекрёстка и вскоре выехал на трассу до Орджоникидзе. Не торопил события, чтобы не показаться перед девушкой прилипчивым парнем. До Орджоникидзе двадцать два километра, этого достаточно, чтобы девушка сама обратила на меня внимание, так как она с любопытством разглядывала не знакомые места. Обстоятельства подсказывали мне на то, что девушка будет задавать свои вопросы по теме окружающей среды.

- Вы местный? - наконец-то, спросила она, наградив моё терпение своей прелестной улыбкой. - Тут живете?

- Да! Конечно! - поспешил, утвердиться в её внимании к моей личности. - Живу в Беслане, но до армии учился и работал в Орджоникидзе. Только вчера закончил службу в армии и приехал домой.

- Ой! Как прекрасно! - обрадовалась девушка. - Так это вы сегодня целый день будете свободны в городе?

- Конечно свободный! - поддержал, пожелание девушки. - Вот, еду в Орджоникидзе отдыхать.

- Можно, с вами? - спросила девушка. - Мне, очень, хочется посмотреть Орджоникидзе.

- Конечно можно. - согласился сам. - Почему бы и нет. Вдвоём нам будет интереснее. Только давайте познакомимся и перейдём на "ты". Так нам будет удобнее в общении. Меня зовут, Александр или просто Саша.

- Меня зовут Татьяна или просто Таня. - протягивая руку, назвалась она. - Приятно с тобой познакомиться.

Мы сразу с Татьяной перешли на непринуждённый разговор. Ей стал рассказывать об интересных местах в Северной Осетии. Про свою службу в армии. Она меня внимательно слушала и смеялась от всей души на мои смешные истории, которые рассказывал о своих друзьях и о службе в армии в Батуми.

Когда мы проехали половину пути, то обратил внимание на разговор двух женщин-осетинок, которые обсуждали на осетинском языке причёску Татьяны. Плохо понимал осетинский язык, но даже из небольшого знания осетинского языка, сделал вывод, что женщины говорят о том, какие бесстыжие молодые девушки, которые под свои парики подкладывают консервные банки.

Искоса обратил внимание на причёску Татьяны. Волосы у неё собраны в большую причёску, чем-то напоминающую чалму. Никаких консервных банок под её волосами не было видно. Волосы обыкновенные, как у всех девушек и вовсе не искусственные. Мне неудобно, что женщины обсуждают мою попутчицу. Стоило бы их поставить на место, но не знал, как мне это сделать.

Не хотел компрометировать себя и свою попутчицу. Вдруг, заметил, что Татьяна также прислушалась к сплетням сидящих сзади женщин. Выходит, что Татьяна тоже понимает осетинский язык. Татьяна встала со своего места, распустила свои шикарные до пояса волосы. Тут же со всего маха врезала пощёчину одной, а затем другой сплетницам, которые от неожиданности не знали, что делать.

- Прежде чем обсуждать кого-то, - сказала Татьяна, на русском, а после на осетинском языках, - лучше покажите людям, что вы спрятали в своих лифчиках и трусах. Тогда чешите своими языками о других людях.

Все присутствующие мужчины и женщины, подняли на смех и свист, неудачных сплетниц. Сплетницы поднялись со своих мест и выскочили из остановившегося автобуса. Присутствующие одобрительно зааплодировали Татьяне, за то, что она таким образом сейчас в автобусе проучила сплетниц. Так им надо!

- Думал, что ты русская и приезжая? - удивлённо, сказал, Татьяне, когда услышал её осетинскую речь.

- У меня папа осетин, а мама русская. - ответила Татьяна. - В Орджоникидзе и в Беслане впервые.

Мы с Татьяной вышли в центре Орджоникидзе. Пошли пешком по проспекту Ленина. Стал Татьяне показывать интересные здания и достопримечательности города. Показал ей городской парк и озеро в нем, которое находиться выше русла реки Терек. Мы катались по озеру на лодке. Ели шашлыки и хинкали (большие пельмени с мясом и перцем). Пили горячее какао с молоком. Затем купили целый пакет пирожков с картошкой и жевали, разгуливая по улицам города.

Мы специально не пошли в кино или в театр, так как нам не хотелось себя видеть в замкнутом пространстве надоевших помещений. Хотелось свободы и пространства на улицах красивого города, где каждое место напоминало мне об интересных историях, которые происходили со мной в этом городе. Рассказывал Татьяне занимательные истории. Она смеялась от всей души, а мне было оттого с ней приятно и непринуждённо в беседе. Мы вели себя так, словно знали друг друга давно, с самого нашего детства и не чувствовали себя скованно в различии наших полов.

Просто были друзья, которым интересно быть рядом. Совершенно не зависимым. Гуляли мы до позднего вечера. Когда у нас не было сил на прогулки. Мы пошли в сторону железнодорожного вокзала. Вечером стало прохладно. Татьяна отказалась от моей куртки, которую хотел накинуть поверх её пальто. Она попросила, чтобы просто обнял её за плечи, так ей было тепло и приятно. Ни стал сопротивляться против её желания и настаивать на своём, так мы шли по улицам города.

- Тебя провожу на поезд. - сказала мне, Татьяна, на вокзале. - Сама пойду ночевать к дедушке и бабушке. У меня в Орджоникидзе на улице Джанаева дедушка и бабушка живут, останусь у них ночевать.

- Какое совпадение! - воскликнул. - У меня тоже на живут дедушка и бабушка. Так что тебя провожу до твоих стариков домой, а сам останусь ночевать дома у своих стариков. Завтра утром мы вместе вернёмся домой в Беслан. Думаю, что ты не против такого предложения прогуляться?

- Конечно не против! - ответила Татьяна, радостная такому совпадению в наш день знакомства. - Пойдём!

Мы поднялись от вокзала к кинотеатру "Дружба" и оттуда пошли по улице Джанаева. С каждым метром мы приближались, все ближе и ближе к дому, где жили мои дедушки и бабушки. Когда Татьяна остановилась возле дома моих стариков и сказала, что в этом доме живут её дедушка и бабушка, то меня это сильно удивило.

Растерянно посмотрел на номер дома, думал, что ошибся номером дома своих стариков, но это была та улица и тот дом, где живут мои дедушка и бабушка. Вчера был здесь в гостях и видел стариков.

- Татьяна, ты внимательно посмотри на этот дом. - сказал, ей. - Может быть, ты ошиблась номером дома и улицы? В этом доме и на этой улице живут, только мои дедушка и бабушка. Вчера был у них в гостях.

- Нет! Не ошиблась! - удивлённо, ответила Татьяна. - В этом доме на этой улице живут лишь мои старики.

- Ты назови мне свою фамилию, - растерянно, остановил, Татьяну. - Скажи мне, как зовут твоих стариков?

- Моя фамилия Цалоева. - настороженно, ответила Татьяна. - Там Линевы дедушка Ваня и бабушка Дина.

Меня пот пробил, сразу, горячий и холодный. Вначале был в замешательстве, но затем стал вовсю смеяться, так сильно, что прохожие и Цалоева Татьяна, подумали, возможно, что совсем с ума сошёл.

- Мы, получается, с тобой двоюродные брат и сестра. - сказал, сквозь смех и слезы. - Пойдём!

- Как, это брат и сестра? - спросила Цалоева Татьяна, удивлённо, вытаращив глаза и не понимая ничего.

Ничего ни стал говорить Цалоевой Татьяне, просто взял её за руку и повёл в дом наших стариков.

- Здравствуйте, молодые! - удивлённо и радостно, воскликнула бабушка Дина. - Когда это вы успели познакомиться. Наша Таня, все пару дней приехала в Северную Осетию, а ты был на службе в армии?

- Мы сегодня, случайно, познакомились в автобусе. - сквозь смех, стал рассказывать, нашу историю. - Целый день гуляли по городу. Только возле вашего дома понял, что мы с ней родственники.

Дедушка Ваня, бабушка Дина и, стали смеяться. Мы трое поняли, что у нас с Цалоевой Татьяной так мог быть любовный роман. Цалоева Татьяна растерянно смотрела на нас и никак не могла понять, что происходит в доме её дедушки и бабушки, которые раньше никогда нам не говорили о нашем с ней родстве.

- Твоя мама Рая и его отец Сергей, приходятся друг другу двоюродными сестрой и братом. - пояснила бабушка Дина, Цалоевой Татьяне. - Таким образом, получается, что вы по крови троюродные брат и сестра.

Наконец-то и до Цалоевой Татьяны дошёл происшедший юмор. Она тоже стала смеяться, показывая на меня пальцем. Подкалывая меня, что у нас сегодня в Орджоникидзе едва не произошёл любовный роман. Вот так мы, случайно, познакомились со своими родственниками Цалоевыми, о которых мы знали по разговорам, что у моего отца двоюродная сестра вышла замуж за осетина.

Не виделись мы раньше по тому, что Цалоев Илья Петрович был офицером Советской Армии и большую часть своей службы провёл за пределами Кавказа. За несколько лет до отставки его перевели в Северную Осетию служить военным комиссаром в Беслане. Где мы и познакомились с Цалоевой Татьяной.

Позже, Илья Петрович, был тамадой на нашей свадьбе с Людмилой. Естественно, что с Цалоевой Татьяной мы встречались, как родственники. Но и это не все. Самое интересное то, что Цалоева Татьяна родилась тоже в Гудермесе, как.

Однако, это ни конец нашей истории с Цалоевой Татьяной. Самое, самое интересное то, что вышла замуж Татьяна за Жукова Михаила, который также родился в Гудермесе. Но высший интерес этой истории в том, что муж Цалоевой Татьяны приходился родственником нам обеим. Так что мог свободно быть мужем Цалоевой Татьяны. Вот такая вот интересная история, тогда произошла, между мной и Цалоевой Татьяной.


2. Знакомство.

Вскоре встал на учёт в военкомат в Беслане, где уже был военкомом мой дядя Цалоев Илья Петрович. На следующий день поступил учиться в военное техническое училище, которое находится в Орджоникидзе на улицу Джанаева, близко от дедушки Вани и бабушки Дины. Там у меня произошла другая история. Не успел освоиться после службы в армии на гражданке. Как в первый же солнечный денёк, мои друзья пригласили меня в воскресенье на "Водную станции" за Орджоникидзе. Мы решили отдохнуть на природе с пивом и шашлыками. Естественно, ни стал отказываться и основательно подготовился вместе с друзьями к вылазке на природу. Мы намариновали под шашлыки несколько килограмм баранины с курдючным салом.

За сутки дома нарезали, а затем засалили с килограмм репчатого лука. Отдельно нарезали красных помидоров. Взяли бутылку слабого уксуса. Две пластиковые фляги свежего пива. Все уложили в сумки. Поехали первым поездом из Беслана до Орджоникидзе. Дальше поехали автобусом ближе к горам. Где-то, в семь часов утра мы на "Водной станции", которая закрыта под замком. Мы обошли "Водную станцию" вокруг, чтобы расположиться между рекой Терек и "Водной станции" на полянке. Нас было пять человек. Вместе со мной были Дзгоев Руслан, Ли Владимир, Ашот Вазгарян и Шумейко Юра. С Владимиром Ли вместе служили в армии, только он демобилизовался на год раньше меня.

Других парней знал давно, по учёбе в школе и по соседству. Мы вначале собирались поехать на природу в человек двадцать, но после решили, что это будет не отдых, а целый базар, поэтому ограничились всего пятью парнями. Девчонок мы решили с собой не брать, чтобы не обидеть большинство своих друзей и подруг. В таком составе мы стали готовить место под шашлыки и отдыха для загара, так как на этот воскресный день синоптики обещали температуру близкую к летней, примерно, плюс двадцать градусов.

Самый раз для хорошего загара. Тем более что за лето мы и без того сильно загорели. Конечно, больше всех, так как мои друзья принимали загар в предгорьях Кавказа. В это время нежился в Батуми, вовремя службы в армии, под ярким солнцем, на берегу самого Чёрного моря. Мы решили просто отдохнуть на природе.

Наша компания сразу распределила свои обязанности. Мы с Вовкой Ли стали готовить шашлык на шампур, как старшие по взрасту и более опытные в этом деле. Шумейко Юра занялся раскладкой байковых одеял и подготовкой других продуктов. Ашот Вазгарян и Дзгоев Руслан принялись собирать сухие веточки для подготовки костра под шашлык. Дров в этих местах полно. На берегу реки Терек и в кустах, вокруг полянки, много сухих веток, палок и коры от разных деревьев. Через час все было готово. Костёр так полыхал, что мы едва успевали сбивать пламя, чтобы не сжечь окружающую нас природу вместе со своими вещами. Ведь нам нужен ни огонь к шашлыкам, а хорошие угли от костра.

Поэтому мы не спешили развешивать на рогатки шампура с шашлыком, который красовался красными помидорами, белым луком и кусочками мяса вперемешку с курдючным салом, в стороне от костра в нашей посуде. Мы постоянно подбрасывали в огонь веточки, палочки и кору от деревьев, постепенно увеличивая их величину.

Таким образом, костёр со временем вырос горкой пылающих жаром углей над своим местом. Мы воткнули рядом с углями в землю рогатки, заранее подготовленные под шампур. Когда четыре рогатки торчали из земли над углями костра, мы положили на рогатки сырые палочки веток и на эти палочки стали раскладывать шампура с мясом шашлыка. Аромат шашлыка медленно стал растекаться по всей полянке и проникать дальше в окружающие нас места.

В этот день погода была не только жаркая, но и безветренная. Слабое движение воздуха раздувало угли под шашлыком, отчего шашлык дружно потрескивал изредка, вспыхивая курдючным жиром от температуры углей. Мы тут же сбивали пламя огня на шашлыке и поливали его слабым винным уксусом, каждый раз поворачивая поджаренные бока шашлыка из стороны в сторону. Таким образом, вскоре весь шашлык поджарился со всех сторон. Мы были готовы кушать шашлык и пить пиво, прихваченное из дома с собой.

- Посмотрите, кто это к нам идёт?! - радостно, воскликнул Ашот Вазгарян. - Какие-то там девочки-красотки!

Мы прекратили уделять внимание своему шашлыку и посмотрели в ту сторону, куда нам показал Ашот Вазгарян. Со стороны реки Терек в нашу сторону шли четыре девушки, которые одеты в пёструю спортивную одежду и в синтетические разноцветные куртки. Прямо, как олимпийские спортсменки. Мы разглядывали девчат и едва не прокараулили свой шашлык, который дружно вспыхнул пламенем на курдючном жире, так, что нам пришлось потрудиться над огнём, чтобы окончательно не потерять в огне готовый шашлык.

- Скажите нам, как пройти к "Водной станции"? - обратилась к нам, белокурая девушка. - Мы заблудились.

- Вход на "Водную станцию", с другой стороны. - ответил за всех, Дзгоев Руслан. - Только там все закрыто.

- Но вы можете остаться с нами. - предложил Вовка Ли. - Потом мы все вместе отправимся туда отдыхать.

Девушки пошушукались между собой и согласились на наше приглашение остаться с нами. Они тут же расположились на байковых одеялах возле костра. Чтобы окончательно не потерять над костром готовый шашлык, мы его тут же разделили поровну между собой. Естественно, что девушкам мы отдали самые лучшие шампура. На каждого из нас вышло по три штуки шампура, другая закуска лежала горкой на газете.

Постепенно, за съеданием шашлыка и за уничтожением пива, мы стали знакомиться с девушками. Белокурую девушку звали Марчункова Оля. Чёрненькая девушка назвалась Ароновой Еленой. Стацкая Зинаида с каштановыми волосами. Рядом со мной села Болохова Татьяна, русоволосая, с короткой стрижкой. Девушки были студентками какого-то училища. Ни стали выяснять именно какого училища. Мы ни поэтому с ними знакомились на природе. Нам просто интересно вместе с ними провести время на свежем воздухе.

До того, как мы начинали разжигать костёр под шашлык, мы разделись до плавок, чтобы зря не терять драгоценное время под ярким солнцем. Сейчас перед одетыми в спортивную одежду девчатами, мы выглядели совершенно голыми. У нас получался какой-то дискомфорт, как между белыми медведями в шубах с Севера и голыми неграми с набедренными повязками с Африки.

Девчонки, вероятно, поняли наше состояние и когда шашлыки ими были съедены, то они стали раздеваться. Оказывается, что девчата, также как мы, приехали загорать на "Водную станцию", но были впервые в этих местах, поэтому заблудились и вышли к реке Терек. Бродили по берегу реки, пока случайно не встретили нас вокруг этого костра.

Под спортивными костюмами девчат купальники. Таким образом, они вскоре с нами тоже сравнялись в виде летней одежде. Окончательно уничтожив все виды продуктов, привезённые с собой. Мы развалились на байковых одеялах, то и дело, поворачиваясь разными сторонами своего тела к солнцу, как совсем недавно проделали с шашлыками на рогатках у костра. Нам хотелось оставить на память тёплое время.

Наша компания так увлеклась загаром на солнце у реки, что мы совсем забыли про "Водную станцию". Когда прохладный ветерок с Дарьяльского ущелья спугнул нас с насиженного места, то идти на "Водную станцию" было поздно. Там всюду было много народу, столько, что не протолкнёшься к лодкам, чтобы поплавать на них.

Идти на "Водную станцию", чтобы там купить что-то в латке или в ларьке, тоже не было интереса, так как у нас желудки и без того были набиты продуктами. Мы посоветовались между собой и решили поехать в центр Орджоникидзе. Лучше отдыхать там. Тем более, разделились парами, только Шумейко Юра остался один. Он угрюмо плелся следом за нами, не знал, куда от нас деться.

- Мы тебе найдём свободную подружку в училище. - предложила Аронова Лена. - Девчат там у нас много...

- Нет! Нет! - поспешил отказаться Шумейко Юра. - Все равно кто-то из нас должен домой тащить все вещи.

Мы тут же дружно повесили на Шумейко Юру все наши сумки. Шумейко Юра на остановке сел в автобус и отправился домой. Все три пары, не сговариваясь между собой, зашли в разные вагоны трамвая и поехали в сторону центра Орджоникидзе.


3. Болохова Татьяна.

Мы с Болоховой Татьяной вошли в последний вагон трамвая и прошли на свободные места, которых было больше пассажиров. Сразу принялись ближе знакомиться. У нас не было комплексов между собой. Словно давно были знакомы. Хотя мне не было ничего неизвестно о ней.

- Таня, а ты откуда приехала? - спросил, Болохову Татьяну, когда мы остались одни. - Из России что ли?

- Нет! - ответила Татьяна. - тоже живу на реке Терек, но у вас мелко, а у нас в Тереке баркасы плаваю.

- Где у вас такой Терек? - поинтересовался. - Это возле Кизляра? Так ты оттуда, что ли прибыла?

- Нет! Ты не угадал. - поправила меня, Татьяна. - Терская казачка. Живу в станице Каргалинской.

- Станица ни Каргалинская, а Каргинская. - поправил, Болохову. - Это, точно, лучше тебя знаю.

- Откуда ты лучше меня знаешь? - передразнила меня, Татьяна. - Если ты сам живёшь в Осетии.

- Вот и знаю! - настаивал. - Так как тоже терский казак. Родился в Гудермесе, который основали мои предки триста лет тому назад. Мои предки построили хутора, которые позже стали станицами. Это такие, как Червлённая, Дубовская, Шелковская и Каргинская. Почему так назвали вашу станицу, так это потому, что там был густой лес, в нем водилось много карг ворон. Понятно тебе? Так что ты со мной не спорь.

- Все равно с тобой не согласна. - настаивала на своём, Болохова. - Потому, что там родилась и живу. У меня во всех документах записано, что из станицы Каргалинская, а ни какая-то там Каргинская.

- Это вовремя советской власти её переименовали. - настаивал, на своём. - Ты спроси старых казаков.

- Могу с тобой поспорить. - опять не соглашалась Болохова Татьяна. - Когда закончу на следующий год училище, то мы с тобой можем туда поехать и спросим старожилов. Вот тогда и посмотришь, кто был прав.

- Согласен! - не унимался. - Если ты проспоришь, то выйдешь замуж за меня. Если проспорю, то женюсь на тебе. Спор должен быть честным. В присутствии свидетелей с обеих сторон с обручальными кольцами.

- Ишь, ты, хитрый какой! - возмутилась Татьяна. - Если проспорю, то выйду замуж за тебя. Если ты проспоришь, то ты женишься на мне. Никакой разницы тут нет. Но пока не собираюсь выходить замуж.

Болохова Татьяна отвернулась к окну и насупила брови. Так мы, молча, ехали несколько остановок. Если б она не захотела со мной встречаться, то могла давно выскочить из трамвая. Раз она стоит у окна и никуда не уходит, то выходит, ей понравился, она ждёт от меня хода к ней на встречу. Надо мне что-то делать?

- Буду согласен с твоим предложением. - прервал, паузу. - Пускай будет все так, как ты сейчас скажешь.

Татьяна обратно повернулась в мою сторону. Мы стали так близко друг к другу, что её груди через лёгкую куртку опёрлись чуть ниже моей груди, а наши губы были так близко, что мне оставалось коснуться их. Болохова Татьяна вспыхнула вся, от такой близости и её губы запылали, словно алый бутон розы, готовый тотчас превратиться в нежную ароматную розочку. Попытался коснуться своими губами её пылающих губ, но Татьяна осторожно отодвинула меня от себя.

Мы стояли несколько минут, глядя друг другу в глаза, постепенно привыкая к близости. Затем Болохова взяла меня за руки и слегка поцеловала в щеку. В это время трамвай остановился. Татьяна пошла к выходу, увлекая меня за собой.

Мы вышли у кинотеатра "Родина" в конце проспекта Ленина. Болохова Татьяна взяла меня за руку. Словно школьники мы пошли куда-то по проспекту, не думая о месте своего движения в центре города.

- Может быть, мы в кино сходим? - неуверенно, спросил, чтобы как-то освоиться. - Сегодня кино хорошее.

- Сегодня не могу. - отказалась Болохова Татьяна, оставляя мне шанс на будущее. - В следующий раз. У меня сейчас в общежитие много дела. Дали комсомольское поручение подготовить стенгазету к празднику. Из меня такой художник, как из вороны оперная певица. Только там мазать красками могу и больше ничего.

- Хочешь, тебе помогу сделать газету? - предложил, Татьяне. - В армии служил художником.

- Правда? Ты художник? - радостно, воскликнула Болохова Татьяна. - Ну, теперь эту десятую размажу! Пойдём прямо сейчас к нам в общежитие. Уговорю вахтершу пропустить тебя в красный уголок. Пускай она будет стоять около тебя, как швейцар, пока ты нарисуешь мне стенгазету к ноябрьским праздникам.

Болохова чмокнула меня в щеку и потащила за собой с проспекта Ленина куда-то в проулок. Петляя из улицы в улицу, мы вскоре вышли к четырёхэтажному зданию с табличкой "Общежитие ╧2". Никаких других надписей и указателей на этом здании не было, как к конспирации. Татьяна скрылась за дверью, а меня оставила ждать на улице, погрозив мне пальчиком, чтобы никуда не уходил. Но тут же вернулась обратно. Очевидно, боялась потерять меня совсем из виду. Взяла меня за руку и повела к двери.

- Тут стой! - строго, приказала она, когда прошли входную дверь. - Девчонок наших не порть!

Татьяна так сказала, словно в её отсутствие мог переспать с девчонками общежития. Но в чем-то Болохова Татьяна была права. Стоило ей скрыться за дверью с табличкой "Дежурная", как из дверей комнат и кабинетов стали появляться любопытные девчонки. Одетые в чём попало от пальто и халатов на голое тело. Просто в нижнем белье в тапочках на босую ногу. Они удивлённо разглядывали меня.

Хихикали, выталкивая друг друга за дверь, в чём попало. Стоял, словно памятник, который принесли в женское общежитие на обзор, как редкий экспонат мужчины. Долго стоял с мраморным лицом, что одна осмелевшая девушка подошла ко мне близко, чтобы убедиться в том, что все-таки настоящий, а не искусственный из бумаги или камня. Девушка даже потрогала меня руками и ехидно ухмыльнувшись, ушла в комнату.

- Хватит разглядывать! - сказала Татьяна, выходя из дежурного кабинета. - Он вам не памятник.

- Ты оставь его нам на одну ночь. - сказала любопытная девушка. - Мы тебе из него к утру мужика сделаем.

Татьяна показала ей шиш под самый нос и потащила меня к двери с надписью: "Красный уголок". Там над огромным столом склонились несколько девчонок, одетые в чём попало и без того в одних трусиках. Они вначале не обратили на нас внимания, продолжая увлечённо заниматься своим делом, заманчиво вертя своими полуобнажёнными задницами. Когда увидели меня с Болоховой Татьяной, то подняли такой визг, что сразу пожалел о своих мыслях, насчёт соблазнительных фигурок девчонок. Девчонки метались по "Красному уголку" в поисках убежища от моих глаз, но в помещении не было такого места, куда девчатам можно было спрятать от меня свои прелестные фигурки, которыми продолжал любоваться.

- Стучаться надо! - сказали они, прекратив бесполезную беготню. - Когда входишь к дамам. Ты отвернись!

- Это вам ни спальня, а "Красный уголок"! - встала в мою защиту Болохова Татьяна. - Здесь одетыми надо быть. Вам привела настоящего художника, который нарисует стенгазету. Так что берите его и радуйтесь.

- Ой! Прелесть какая! - завизжали девчонки, забыв про стыд, стали меня целовать в лицо со всех сторон.

- Хватит! Хватит, вам! Его не для этого привела к вам. - заревновала Татьяна. - Оставьте и мне.

Назло всем девчонкам, Болохова Татьяна, подошла ко мне и при всех поцеловала меня в губы. Девчонки посмотрели на нас серьёзно и стали надевать свою одежду, у которых одежда находилась в этом помещении. Девчонки без верхней одежды вышли за дверь. Немного придя в себя от такой страстной обстановки, подошёл к столу, на котором лежали большие листы ватмана и разные художественные принадлежности. Стал знакомиться с содержанием текста заголовка стенгазеты и удивился тому, что там было написано.

- Так тоже учусь в вашем училище! - воскликнул вслух, сразу понял, что сделал глупость, раскрыв себя.

- А! Понятно! - разом не доверчиво, протянули девчата. - Так это тот самый художник из десятой группы?

- Девчата! - громко, сказал, пытаясь восстановить, почти, утраченное ко мне внимание девчат. - Учитывая ваше особое внимание к моей персоне. Обязуюсь! Нарисовать вашу стенгазету намного лучше, чем в десятой группе откачников-вакуумщиков, чтобы вы могли их "размазать" за зазнайство. Но вы дайте мне слово, что никогда не раскроите эту тайну, за дерзкий подлог в искусстве. Иначе, это они меня размажут в группе.

- Ура! Размажем десятую группу! - закричали девчата. - Да мы тебе, ни только слово, честь свою отдадим!

- Честь мне вашу не надо! - возразил. - Оставьте её будущим мужьям. С вами со всеми не справлюсь!

- Смотрите! Струсил! - засмеялась толстуха. - Мы другое имели ввиду. Ишь! Губу раскатал на нашу честь!

Девчонки весело рассмеялись. Татьяна серьёзно осекла их, сказала, что достаточно лясы точить и острить, пора заняться серьёзным делом. Сегодня до вечера нам надо эту стенгазету нарисовать. На новых больших листах белого ватмана карандашом в общей форме сделал набросок предстоящей стенгазеты. Девчонки одобрили общий вид. Мы начали совместно придумывать заголовки и рисунки на злобу дня.

Стенгазета посвящалась недостаткам в нашем училище и конечно, больше всего, досталось десятой группе откачников-вакуумщиков. Чтобы не заподозрили меня в подлоге своего творчества на стороне соперников, не забыл "размазать" и себя вместе со своей группой. Девчонки визжали от восторга и постоянно чмокали меня за работу. Едва успевал размазывать губную помаду девчат на горящих щеках. Закончил работу над стенгазетой поздно ночью. Весь зацелованный в губной помаде, собрался идти домой. Болохова принялась носовым платком с духами оттирать с моего лица губную помаду, которой было столько на мне, что был больше похож на картину Пикассо, но только не на художника, рисовавшего стенгазету группе монтажниц фотоэлектронного оборудования. Наконец-то, творчество Татьяны, над моим лицом закончилось успехом. Лицо освободилось от губной помады, но было пропитано дамскими духами и стало таким красным, словно находился в гареме арабского султана или в европейском массажном кабинете, где меня, наложницы и проститутки, оттирали от грязи, чтобы вовремя секса не заразиться. Мне стыдно было за такой вид перед девчатами, ни то чтобы появится на улице среди людей.

- Ну, куда он в ночь пойдёт с таким запахом и с такой красной рожей? - сжалилась, дежурная тётя Варя. - Постелите ему в "Красном уголке". Его замкну на ключ, чтобы вы парня за ночь не изнасиловали. Только не забудьте его накормить сейчас и утром. Мужчина тоже человек, которому нужны калории для нас.

Девчонки дружно засмеялись и побежали в "Красный уголок", приготавливать мне ужин и постель на эту ночь. Через несколько минут стол в "Красном уголке", где только что рисовал стенгазету, был завален продуктами на разный выбор. Можно было подумать, что за этим столом собираются справить свадьбу или какой-то самый знаменательный праздник нашего времени. На столе были различные напитки, сладости, фрукты и много, много ещё чего. Только не было спиртных напитков, но это и понятно, тут все-таки женское общежитие, а не мужское, в котором всегда можно найти спиртное.

Возможно, что спиртное есть и у девчат, но они не выставят его передо мной в присутствии дежурной по общежитию. Да мне и ни к чему спиртное. Все же не алкоголик, который не может жить без спиртного. Мне спиртное, есть или нет, одинаково. Сейчас главное, это сохранить своё лицо достойного мужчины перед этими дамами, которые ухаживают за мной. Естественно, что ни сел один за этот огромный стол в присутствии девчонок. Пригласил к себе за стол и милых дам, которые ни стали церемониться и вместе со мной вскоре очистили весь стол с продуктами. Ни одна из девчонок не пожаловалась, что она держит диету и ей нельзя кушать. Вся группа девчат кушала.

- Девочки! Спать по своим кроватям! - скомандовала дежурная. - Одиннадцать часов ночи! Ты тоже спи.

Девчонки, облизанными вовремя еды сочными губками, без губной помады, чмокнули меня перед сном в щеку и оставили одного в пустом помещении с раскладушкой постельного белья с горячей батареей у окна.

- Тебя замкну от любопытных девчонок. - сказала дежурная. - Если захочешь в туалет, то стучи. У меня бессонница, так что тебя выпущу по требованию. Мне все равно ночью не спиться. Читаю ночью газеты.

Все ушли по своим комнатам и кроватям. Расстелил раскладушку и лёг спать. Раскладушка была неудобная. Постоянно переворачивался с боку на бок. В это время раскладушка так сильно скрипела, что дежурная, вероятно, думала, принимаю в ней девчонок. После каждого скрипа заглядывала через стекло в "Красный уголок". Из-за чего мне никак не удавалось заснуть. Иногда ко мне заглядывали любопытные девчонки, поэтому долго не мог заснуть. Где-то за полночь смог погрузится в сон, но через какое-то время проснулся от сильного храпа. Можно было подумать, это храпит сонная лошадь. Прислушался. Оказалось, это дежурная тётя Варя мучается "бессонницей". Пришлось затыкать уши ватой, из пакета, лежащего рядом на подоконнике. После некоторых усилий заставил себя заснуть и не проснулся до утра.

- Саша! Вставай! - услышал, сквозь сон, голос Татьяны. - Утро давно! Пора нам завтракать.

Открыл глаза. Болохова стояла рядом и тормошила меня, стараясь скорее разбудить. Одета Татьяна была так, что осталось ей накинуть на себя пальто или плащ и идти в училище на уроки.

- Ну, как быть насчёт нашего спора? - вспомнил, вчерашний спор. - Каргинская или Каргалинская станица?

- Подумаю немного. - ответила Татьяна. - Может быть, соглашусь спорить на твоих условиях.

Поднявшись с раскладушки, попытался поцеловать Болохову Татьяну в губы, но она выскользнула из моих объятий. Погрозив мне своим прелестным пальчиком, удалилась из помещения за дверь. Оделся и в сопровождении дежурной тёти Вари, пошёл в туалет, затем в умывальник и в столовую. В огромном зале столовой пять человек проспавших девчат.

Мы поздоровались кивком головы. Сел за ближайший стол, который был накрыт специально в мою честь. На столе молочный суп лапша, два хинкали, кусочек хлеба и стакан компота, то есть, лёгкий завтрак. Ни стал растягивать время и по-армейски быстро уничтожил продукты со стола. В это время Болохова Татьяна стояла рядом и с любопытством наблюдала за мной.

- В училище ты пойдёшь одной дорогой, - сказала Татьяна, когда мы вышли из общежития, - а пойду другой. Мне не хочется, чтобы девчонки вашей группы разгадали тайну нашей стенгазеты. Встретимся в следующее воскресенье в пять часов вечера у кинотеатра "Дружба". Сходим в кино или просто погуляем.

Болохова Татьяна поцеловала меня в щеку и побежала в сторону училища. Медленно поплёлся другой улицей, чтобы только нам вместе не войти в здание учебного корпуса училища. От общежития девчат, это ни так далеко, метров пятьсот, не больше, поэтому через десять минут был там. Училище, словно пансионат благородных девиц, наполнилось голосами прелестных дам.

Всюду смех и трескотня девчат. Совершенно не обращая внимания на меня, девчонки пятой группы монтажниц фотоэлектронного оборудования, в коридоре вывешивали на стенде стенгазету "На злобу дня", вокруг которой толпились девчонки других групп. Чтобы не привлечь на себя подозрение посмотрел на стенгазету и увидел поцелуи от губной помады на своём автопортрет в стиле дружеского шаржа.

Это получилось классно! Точно так, как выглядел в конце своей работы над стенгазетой. Признавшие мой портрет девчонки разных групп, стали хихикать и подшучивать надо мной. Все понимали так, что это меня зацеловали девчонки моей десятой группы, так как заметка на стенгазете посвящена полностью десятой группы. Вокруг заметки нарисованы дружеские шаржи на девчонок, которые больше других девчат опекали меня постоянно в нашем училище.


4. Смертельное кино.

Всю неделю мы не встречались с Татьяной. Оба были поглощены учёбой в своих группах. Едва не забыл, что мы с Болоховой Татьяной договорились встретиться в воскресенье в пять часов вечера у кинотеатра "Дружба". Хорошо, что мои братья пристали к маме со своими копейками на кино в воскресенье утром.

Тут же вспомнил о своём свидании с Татьяной. Сказал маме, что еду в Орджоникидзе. Начисто выбритый и наглаженный, после обеда выехал пригородным поездом в Орджоникидзе. Чтобы не помять свой парадный вид, стоял в тамбуре пустого вагона.

Мимо меня за окном вагона мелькали давно знакомые места. На улице пасмурная погода, но дождя не ожидалось. Скорее может выпасть снег, так как поздняя осень. Природа и люди находились в ожидании зимы. Все нахохлились перед снегом. Возле кинотеатра "Дружба" было много народа.

Показывали американский фильм "Это безумный, безумный, безумный Мир!", очень забавная кинокомедия, поэтому шансов попасть в зал были равнозначны нулю. Большинство смотрели этот фильм не первый раз, а стояли в очереди словно впервые раз.

Не был уверен, что Татьяна придёт на свидание, так как она тоже могла забыть за неделю. Ведь мы оба так сильно были заняты учёбой, что даже знаками внимания ни разу не обменялись. Видел Болохову Татьяну всего один раз мельком издали, когда она со своими подружками спешила утром следующего дня в училище. После этого, в течение всей недели, Татьяну ни разу не видел.

- Ты купил билеты? - неожиданно, спросила Татьяна, прервав мои мысли. - Что билетов нет?

- Извини! Задумался. - ответил, вздрогнув слегка от неожиданности. - Сейчас попробую купить.

Подошёл к опустевшей кассе и спросил билеты в кино. К нашему общему удивлению нашлись нам два билета на тринадцатый ряд, тринадцатое и четырнадцатое место. Мы с Болоховой Татьяной были люди не суеверные, поэтому, сразу, не задумываясь, взяли билеты на эти места. Когда мы вместе со всеми зрителями прошли в зал, то удивились тому, что почти половина мест тринадцатого ряда были пустыми.

Возможно, что группа друзей опоздала в кино. Чтобы не нарушать порядок, мы с Татьяной сели на свои места. Сел на тринадцатое место, а Болохова Татьяна села на четырнадцатое место. Возле меня и возле Татьяны сидели две молодые пары. Дальше двадцатого места тринадцатый ряд был пустым. Вероятно, это потому, что правую стенку зала ремонтировали и строительными лесами закрывали проход на четыре ряда. Поэтому на свои места зрители заходили только с левой стороны зала. Вся правая сторона прохода в зал возле стены была перекрыта проводимым ремонтом.

Это было нарушением техники безопасности. В случае пожара или какого-то происшествия, зрителям пришлось бы спасаться только в левую сторону. Представляю, это какая давка начнётся. Половина зрителей в панике друг друга передушит.

Хотя бы сегодня все было хорошо, и никто не смог бы испортить мне свидание с прелестной девушкой. Как всегда, перед показом кино, начался пропагандистский киножурнал коммунистической партии. Кинозрители, дружно заглушая показ киножурнала, зашуршали упаковками мороженного, зачавкали пирожками, защёлкали семечками.

Нужно было за пятнадцать минут всем освободиться от купленного продукта за пределами кинотеатра, чтобы затем со спокойной душой и мыслями смотреть сам кинофильм, именно тот на который они приобрели билеты. Не нарушая всеобщей традиции трудящихся Советского Союза, мы с Болоховой Татьяной принялись дружно облизывать пломбир, купленный нами при входе в кинотеатр. В это самое время пустующие места нашего ряда заполнились. Пришёл и опоздавший последний зритель нашего ряда. Нас попросили передвинуться на одно место, чтобы пришедшему зрителю не мешать другим, смотреть начавшееся кино. Все зрители нашего ряда синхронно приподнялись и пересели на одно место.

Сел на четырнадцатое место, а Татьяна села на пятнадцатое место. Прямо рядом со мной на тринадцатое место сел коренастый мужчина, который был похож на атлета. Мы стали смотреть кинокомедию. Весь зал в течение двух серий надрывался от смеха. Когда кинофильм закончился, и зрители поспешили покинуть кинозал, поднялся к выходу и наткнулся на мужчину, сидящего на тринадцатом месте, на котором должен был сидеть. Мне показалось вначале, что он спит. хотел, было, его разбудить. Но тут увидел, что с левой стороны между плечом и шее у мужчины торчит узкая рукоятка ножа, по которой стекала кровь.

Рядом стоящая девушка и Болохова Татьяна, увидели эту ужасную гибель мужчины. В тот же миг они лишились чувств. Обе девушки рухнули между рядами, а в это время был в шоке и не мог ничего сообразить, как мне поступать дальше. Но не успел опомниться, как меня ударили чем-то тупым по голове и стали крутить руки. Перед тем, как потерять сознание от второго удара по голове, увидел, как в зрительном зале началась ужасная свалка. Люди стали топтать друг друга, пытаясь покинуть зрительный зал.

Очнулся в милиции с наручниками, на руках закрученными назад и с жуткой болью в голове. Болохова Татьяна сидела рядом, и вся дёргалась, словно тело и душу пробивал паралич от бесконечного рыдания. Опухшими глазами посмотрел вокруг. Дежурный кабинет милиции битком набит офицерами милиции. Они о чём-то громко разговаривают и показывают в мою сторону. От головной боли и от шума в ушах ничего не могу понять, что они говорят. Лейтенант милиции, размахивает руками перед моим лицом. Не пойму никак его жестов и не слышу его голоса. Лейтенант милиции шлёпает мне ладонью по щекам и обливает лицо водой из гранённого стакана. Пытаюсь встряхнуться, но мне сильно мешают руки с наручниками за спиной. К тому же ужасно сильно болит голова.

- Снимите с меня наручники. - выдавливаю из себя и не слышу свой голос. - Мне так сильно больно рукам. Всё равно мне отсюда не удрать.

Лейтенант милиции минуту что-то говорит мне в лицо и жестикулирует руками. Наконец-то он понимает, что с меня надо снять наручники и показывает сержанту милиции на меня. Сержант берет со стола ключи и снимает наручники с моих отёкших рук. С большим трудом возвращаю свои руки в нормальное положение и медленно начинаю разминать их. Лейтенант милиции обратно начинает размахивать своими руками у меня перед лицом. По-прежнему ничего не слышу.

Лейтенант милиции пытается с силой ударить меня ладонью по лицу, но уклоняюсь от его удара и перехватываю резким движением его правую руку своей правой рукой. Лейтенант милиции поскользнулся на воде, которую лил мне в лицо, не удержавшись в равновесии растянулся на пол у моих ног. Отпускаю его руку. В этот момент кто-то тычет мне в голову ствол пистолета.

Медленно поднимаю руки и правой рукой пальцами зажимаю свой нос, чтобы продуть свои уши, как это делают в самолёте пассажиры вовремя полёта, когда у них закладывает уши от набора высоты самолётам. В моих ушах что-то с болью тихо хлопает. В мои уши мгновенно врывается звук, от которого становиться больно ушам и голове. Зажмуриваю сильно глаза, чтобы вытерпеть жуткую боль и медленно опускаю вниз свои руки, после того, как от моей головы убрали ствол пистолета. Начинаю приходить в себя.

- Вам чего от меня надо? - спрашиваю, глухим голосом милиционеров, которые все также орут на меня.

- Рассказывай нам, где твои сообщники? - спросил меня, лейтенант милиции. - С которыми ты целый год убиваешь людей. Если ты мне сейчас не будешь говорить правду, то мы тебя и твою девку изуродуем.

- Всего три недели, как отслужил армию. - ответил, едва сдерживая свой гнев. - Посмотри мой паспорт. Он совершенно новый. Если тебе этого недостаточно, то позвони в военкомат. Тогда сам убедишься в том.

Лейтенант милиции взял судорожно мой новый паспорт и внимательно стал разглядывать его страницы. Сверил своими глазами мою фотографию в паспорте с моим опухшим от побоев лицом. Подумал о чём-то. Отошёл к другому столу, за которым сидел майор. Несколько минут они тихо разговаривал с ним о чём-то, показывая на мой совершенно новый "молоткастый, серпастый" советский паспорт. Затем они стали разглядывать другой паспорт.

Вероятно, это был паспорт Болоховой Татьяны. Записали данные наших паспортов. Лейтенант милиции сел за свой стол и стал что-то писать. Раньше оравшие на меня милиционеры заткнулись. Искоса поглядывали на меня и на Татьяну, которая не много успокоилась и лишь изредка вздрагивала всем телом от бывших слез вовремя рыдания. Приходил в себя от боли в голове.

- Распишитесь в протоколе. - тихо, сказал лейтенант милиции, возвращая нам паспорта. - Вы оба свободны.

- В кино пришёл со своей невестой ни для того, чтобы расписываться в протоколах милиции. - отказался. - Мне ничего не известно, что произошло в зале кинотеатре. Это было моё тринадцатое место по купленному мной билету. Мужчина попросил меня подвинуться. Если бы не подвинулся, то они убили бы меня.

Болохова Татьяна тоже отказалась подписывать протокол. Мы оба смотрели в сторону майора, который внимательно слушал мой разговор. Майор посмотрел на лейтенанта милиции. Показал ему рукой, чтобы он нас отпустил. Лейтенант милиции сказал сержанту, чтобы он нас проводил до выхода из здания милиции.

- Ты, сука, за то, что бил меня и угрожал моей невесте. - сказал, лейтенанту милиции, на выходе из кабинета. - Лучше не попадайся мне в гражданской одежде на улице. Уважаю форму офицеров, но, ни таких как ты. Так что смотри, не забывай об этом. Иначе тебя размажу в гражданской одежде по всей улице.

Во мне все так горело от боли и злости, что почти не соображал, что говорю. Но никто мне ничего не ответил. Вышел из кабинета. Быть может они понимали моё состояние. Поэтому ни стали опять возвращаться к прошедшему или у них появилась совесть и сострадание за свои ошибки насчёт меня. Однако, не знаю, о чём они думали, когда били меня и крутили руки. Какие эти милиционеры все-таки подлые люди. Свои ошибки они пытаются найти в других.

На улице прохладно и с неба срывались первые снежинки. Болохова Татьяна взяла меня под руку. Мы пошли с ней по темным улицам ночного Орджоникидзе. Редкие уличные фонари своим тусклым светом кусками выхватывали из ночи небольшие участки улицы. Город молчал, будто был оглушён ударом по голове, как только что произошло со мной.

Все никак не мог до сих пор сообразить, что произошло со мной. Меня слегка тошнило, сильно кружилась голова, ноги подкашивались. Ноги сами собой тащились куда-то по улице. Если бы рядом не было сейчас Болоховой Татьяны, то валялся бы где-нибудь на городской улице. Прохожие могли подумать, что напился водки, как самая последняя свинья.

Из-за своего состояния не помню, сколько мы ходили по ночным улицам Орджоникидзе. Болохова Татьяна ничего мне не говорила. Может быть, она тоже была в таком состоянии или понимала моё состояние и поэтому молчала всю дорогу. Даже не мог сообразить, куда мы с ней идём, и кто из нас двоих у другого поводырь, а кто пострадавший.

Видимо, мне сильно досталось ударом по голове, что нахожусь в таком состоянии, похожем на сотрясение мозга. Били чем-то тупым, чтобы на голове не было шрамов и ссадин. Удар был такой, как резиновой кувалдой со свинцом внутри, мягкий, но тяжёлый. Били дважды, возможно, больше. Совершенно не помню. Так били, что последствия от побоев пока не предсказуемы.

- Саша! Пожалуйста, осторожно! - услышал, рядом, голос Татьяны. - Тут ступеньки, не упади.

Только сейчас увидел, что мы пришли в женское общежитие, где жила Болохова Татьяна. Мы потихоньку прошли в внутрь общежития. Поднялись по ступенькам в кабинет дежурной. Мне на лицо упал яркий свет люстры.

Моментально все закружилась в моих глазах. Сразу потерял сознание. Почувствовал, как падаю и чьи-то слабые руки не могли меня удержать. Свалился без сознания прямо на пол в дежурке. Это было мгновение или долго? Об этом никто мне так и ни сказал. Но только почувствовал резкий запах нашатырного спирта и открыл глаза. Вокруг меня мелькали лица девчат и их груди, закованные в "женские доспехи".

Из-за яркого света люстры у меня сильно болели голова и глаза. Жмурился и прикрывал глаза ладонью. Кто-то догадался, что мне мешает свет и переключили люстру из семи рожков на две лампочки. Мне сразу стало легче. Стал внимательно разглядывать пышные груди девчат, которые беззастенчиво трясли своими сиськам прямо у моего лица. Даже не опасались того, что груди могут выскочить из укрытий, которые им устроили лифчики. Девчата так были увлечены заботой о моём состоянии, что даже забыли о своём приличии перед парнем. Откровенно говоря, мне сейчас было не до грудей прелестных девчат.

Постепенно, начинал приходить в себя, но теперь боялся опять потерять сознание от страстного зрелища в виде пышных девичьих грудей. Меня распирало не от боли в голове, а оттого, что находилось у меня в плавках и поднималось от возбуждения при виде грудей прекрасных созданий противоположного пола. Опасался, что моё мужское достоинство прорвёт преграду плавок и вырвется торчком наружу.

Чтобы себя окончательно не опозорить перед девчатами, попытался подняться с деревянного пола, кабинета дежурной. Девчонки тут же подхватили меня под руки и осторожно посадили на мягкий диван-кровать возле стены. Полная девушка налила из графина в гранёный стакан холодной воды и дала мне выпить из своих рук.

- Мы вызвали скорую помощь. - сказала девушка, в розовом халате. - Тебя отвезут в больницу.

- Вот в больницу меня не надо! - возразил ей. - Мне сразу становиться дурно от белых халатов врачей и медицинских сестёр. Если вы меня туда отправите, то сразу сбегу с больницы. Лучше останусь здесь.

- Успокойся! Тебя никуда не отправим. - сказала дежурная тётя Варя. - Останешься у нас до утра.

Вскоре с улицы мы услышали сигнал машины скорой помощи. Дверь кабинета дежурной открылась. Вошла молодая женщина с медицинским саквояжем в белом халате. Следом вошли санитары с носилками.

- Так, больной, рассказывайте, что случилось? - подозрительно, спросила дама. - Что беспокоит?

- Меня избили в милиции. - тихо, ответил. - Сильно били по голове. После отпустили домой. У меня кружиться голова и слегка тошнит. От яркого света болят голова и глаза, сразу теряю сознание. Сейчас меня беспокоит больше всего ваше присутствие. Истерически боюсь врачей. Сразу хочется бежать от вас.

- Ну, раз больной шутит, значить он ни так безнадёжен. - выслушав меня, сказала дама, привычно потирая свои ладони. - У вас небольшое сотрясение головы. Мы вам сделаем небольшой укол. Выпьете пару таблеток от снятия давления в голове и утром будете в полном порядке. Думаю, что от девчат вы не сбежите.

Дама тут же беззастенчиво спустила мои штаны до колен. Под общее хихиканье девчат, воткнула мне в задницу свой "маленький укол", от которого едва не выскочил с голым задом из кабинета дежурной. Заставила обратно одеть штаны. После укола доктор дала мне две таблетки, которые проглотил, не запивая водой. При даме неудобно штаны через голову одевать, остальное все естественно и не безобразно.

Затем дама проверила у меня давление. На всякий случай она посмотрела мои глаз. Приказала открыть рот и высунуть наружу язык. Внимательно посмотрела у меня горло и язык. Проверила целостность головы. Смерила температуру. Заглянула под штаны на меня ниже пояса. Ни наша никаких повреждений. Всё на мне было цело.

- Так, девочки, уложите парня спать. - сказала дама, собирая свой саквояж с инструментами. - Только не с собой, а в отдельную комнату. Больной сейчас будет спать. Пускай успокоится и хорошо поспит. Думаю, что утром он будет в полном порядке. После вы его можете использовать по любому доступному назначению.

- Мы за ночь обязательно используем его по своему назначению! - сказала грудастая девушка в халате.

Девчонки дружно засмеялись, провожая доктора до двери. Когда дверь закрылась, то девчонки стали спорить между собой о том, куда меня лучше всего уложить спать. Каждая комната оспаривала своё место моего присутствия у них. Доказывали, что там у них мне будет лучше. Есть широкая кровать с постелью.

- Больной будет спать в дежурной комнате! - остановила спор, тётя Варя. - Он и так у нас скоро пропишется. Ему постелю на диван-кровать. У меня все равно всю ночь бессонница. Ночью присмотрю за ним.

- Нет! Нет! Ни в коем случае! - забеспокоился. - В прошлый раз, из-за вашей "бессонницы" с храпом всю ночь не мог уснуть. Мне пришлось уши затыкать ватой. Вы мне лучше постелите на пол в "Красном уголке". Думаю, что пол не будет скрипеть, как раскладушка, чтобы вы ни бегали проверять. С кем это скриплю на своей раскладушке. На ночь опять заткну свои уши ватой, чтобы от вашего храпа не сбежать.

- Слово больного - закон здоровым! - поддержала меня, грудастая девушка, под общий смех девчат. - Если парню ночью будет жёстко спать на полу, тогда с удовольствием пригрею парня до утра на своей груди.

Она так продемонстрировал свои груди торчком снизу, что они выскочили из халата, под которым ничего не было. Девушка тут же спрятала свои груди под халат, под общий смех девчат. Дежурная тётя Варя, со смехом, показала ей кулак. Девчонки побежали приготавливать мне постель в "Красном уголке". Тётя Варя дала мне выпить чай с малиновым варением и со сливочным маслом. Можно было подумать, что у меня сейчас обычная простуда и мне надо хорошо пропотеть за ночь до утра, чтобы на завтра прошла простуда.

- Народная медицина от всех болезней помогает. - сказала тётя Варя, когда пытался отказаться. - Тебя не буду замыкать сегодня. Мало ли, что. Ты, милок, к девкам сегодня не бегай. Нагрузки тебе опасны.

- Какие там девки! - успокоил, беспокойство тёти Вари. - Мне бы выжить до утра от побоев, а там видно...

Тётя Варя пригрозила мне напоследок и уложила в постель, которую мне приготовили девчата на полу в зале "Красного уголка". Постель из двух толстых матрасов укрытых белой простынею и со всех сторон обложена подушками, это на тот случай, чтобы не скатился на пол. Под голову положили огромные пуховые подушки. Когда тётя Варя скрылась за дверью, укрылся до подбородка одеялом и моментально уснул. Мне было так хорошо и уютно, словно опять вернулся в Гудермес, в наш Старый хутор, где спал у Выприцких на пуховой перине, в своём далёком и прекрасном детстве. Там всегда было тепло и уютно. Отчего у меня остались приятные воспоминания на всю жизнь. Как жаль, что ничего нельзя вернуть обратно.

Проснулся от воздействия "народной медицины", которой меня угощала на ночь тётя Варя. Весь мокрый от пота, словно меня только что вытащили из горячей ванной. Маяком спокойствия в общежитии звучал ужасающий храп дежурной тёти Вари, к которому девчата, возможно, давно привыкли и спокойно спали.

Мне страсть, как захотелось в туалет. Вспомнил, что туалет находится через две комнаты напротив столовой. Мне надо было тихонько сходить туда, чтобы только не разбудить девчат и дежурную тётю Варю.

Босиком осторожно подошёл к двери. Дверь была не заперта. Тихо открыл её и на цыпочках пошёл в сторону туалета. Несмотря на то, что на улице наступила зима, в общежитие тепло, как летом. Возможно, это по такой причине девчонки ходили почти голяком, чтобы не потеть вовремя сна от такой температуры в помещении. Тем более что им нечего опасаться на тот случай, что за ними будут подсматривать парни.

Все спальные комнаты первого этажа находились в сторону общего двора комплекса зданий женского общежития. Куда входили здания общежития нашего училища, двух техникумов и института. Так что подглядывать за ними некому. Весь состав зданий комплекса женского общежития не имел ни единого мужика. Поэтому моё присутствие в зданиях комплексе женского общежития было огромной редкостью всем девушкам.

Прошёл в туалет никем не замеченный. Был третий час ночи. Девчата крепко спали. На обратном пути загорелся желанием посмотреть хотя бы в одну спальню к девчатам. Вполне естественное любопытство мужчины к женщине, также как обратное любопытство женщины к мужчине. Тем более что здесь не требовалось открывать двери.

Тут не было никакого риска. Все двери спальных комнат сверху до половины застеклённые. Это наверно потому, чтобы дежурная по общежитию могла смотреть за порядком в спальне не открывая дверей. Тоже осторожно посмотрел в стекло. При свете фонаря со двора хорошо было видно всю комнату. Это была спальня той самой грудастой толстушки, которая спала совершенно голая по-детски свернувшись калачиком и обнажив все свои девичьи прелести внушительных объёмов. На ней даже простыни не было. Возможно, это она пожертвовала простынь мне на ночь, конечно, с огромным удовольствием задрал бы толстушку.

Может быть, она тоже была бы не против? Но вот как отнесутся к этому её три подружки, которые спят в этой комнате? Возможно, поднимут визг или потребуют взаимности с ними. Сразу с четырьмя спать не смогу. Все-таки не робот, а человек. Куда мне?! Лучше тогда ни одну из них не иметь. Вдруг, где-то скрипнула дверь, опасаясь быть разоблачённым, поспешил скрыться в зале "Красного уголка". Обратно лёг в свою постель. Едва закрыл глаза, как чьи-то пальцы коснулись моих губ. Это были пальцы ни Болоховой Татьяны не грудастой девчонки, которую сейчас видел голой в её кровати.

- Т-с-с! Тихо, тётю Варю разбудишь. - прошептал мне, не знакомый голос. - Очень хочу сейчас тебя.

Вполне естественно, что не мог отказать в такой просьбе даме. Тем более что сам горел страсть к женскому полу. Постель не могла скрипеть, как раскладушка, а маяком нашей безопасности был храп тёти Вари. При слабом свете уличного фонаря, тень подоконника надёжно скрывала наши движения и лицо рискованной дамы. Мы сразу, без промедления, начали удовлетворять свою потребность. Пока у нас хватало сил на взаимное половое внимание. Мы словно кот с кошкой быстро удовлетворяли свою пылкую страсть.

- На меня не смотри и ничего не спрашивай. - прошептала она, вставая с постели. - Ушла. Пока. Спи.

Отвернулся в сторону окна и вскоре уснул. Проснулся тогда, когда лучи солнца щекотали моё лицо. Сразу подумал о ночном похождении. Может быть, это был сон или мне померещилось? Отдёрнул одеяло и увидел всюду признаки секса. Значить все так и было. Хорошо, что она не была девственницей.

Куда бы тогда мог спрятать испачканную кровью простынь? Ну, а так, если не нанюхают признаки секса, то и нечего мне беспокоиться. Надо быстрее мне одеться и привести себя в порядок. Не дожидаясь, когда кто-то войдёт сюда в зал. Быстро оделся и уничтожив признаки ночной страсти, быстро свернул постель, а затем убрал её в сторону.

В это самое время в зал вошла Болохова Татьяна, сделал вид, что её не заметил, безразлично разглядывая плакат на стене у окна. Затем перевёл взгляд на окно, там стал разглядывать улицу.

- Какой-то у тебя тут странный запах!? - спросила Татьяна, когда подошла ко мне. - Что такое?

- Ничего особенного. - ответил, целуя её в щеку. - Мужчины также как женщины, вовремя сна выделяют запах. Потом все проходит. Это вполне естественно. Как месячные у женщины. Мы взрослые люди...

- Тебе виднее. - смутившись, согласилась Болохова Татьяна. - Ни спала с мужчинами и не знаю, какой запах они выделяют. Тебе лучше бы пойти в ванную комнату и помыться. Нам скоро надо идти в училище.

Пошёл к ванной комнате, прихватил с собой полотенце, которое мне принесла Татьяна. Замкнувшись на щеколду, разделся и залез под душ. Голова слегка болела от вчерашних побоев. Остальное самочувствие у меня нормальное. Мне только было интересно узнать. Кто это такая неизвестная дама, которая удовлетворила ночью мою и свою потребность? В общежитии столько много девушек и женщин!

- Саша! С тобой все в порядке? - спросила Болохова Татьяна, за дверью ванной комнаты. - Отзовись мне.

- Заканчиваю мыться! - ответил, ей, закрывая душ на оба крана. - Сейчас вытру себя полотенцем и выйду.

Под краном умывальника почистил пальцем зубы, пополоскал рот и по-армейски оделся за сорок пять секунд. Сразу, не теряя ни секунды, открыл дверь душевой и вышел. Татьяна стояла рядом. Она как овчарка понюхала меня и убедившись, что дурно не пахну, повела в столовую. В столовой никого не было. Возможно, что девчата ушли на занятие. Болохова Татьяна осталась меня подождать. Ну, прямо, как настоящая ревнивая жена. Обнюхала, помыла и накормила. Однако ночью со мной она не спала в постели.

- Таня! Вчера вечером, после кино, тебя милиционеры били? - спросил, её, когда мы уже вышли на улицу.

- Нет! Меня не трогали. - ответила Болохова Татьяна. - Только ты меня больше не называй своей невестой.

Дальше мы пошли в училище разными дорогами и до самой весны больше не встречались.


5. Алханчуртский канал.

На все последующие выходные дни и на праздники мы с Татьяной не были вместе. Словно между нами пробежала чёрная кошка. Может быть, это она узнала от той таинственной дамы за наше ночное сношение с ней, в "красном уголке" женского общежития или были какие-то другие причины? Мне так и не удалось как-то перехватить Болохову Татьяну, чтобы назначить ей свидание.

Даже на праздники, Новый 1970 год, вовремя праздничного концерта у новогодней ёлки не мог найти Татьяну в зале. Увидел её случайно, когда она стояла на сцене за занавесью рядом с замполитом училища и ждала своего выхода на сцену. Болохова Татьяна читала на сцене какие-то новогодние стихи.

Но совершенно её не слышал, лишь страстно смотрел в её сторону. Татьяна стояла на сцене прямо напротив меня, но делала вид, что совершенно не замечает меня. Вовремя её поклонов на аплодисменты, сделал ей не заметно жест рукой. Но даже в этот момент на лице Болоховой Татьяны не было знаков внимания ко мне. Она словно не замечала моего присутствия в зале.

В день Советской Армии 23 февраля, когда мы обратно находились в одном зале. Но и в этот раз Болохова Татьяна избегала встречи со мной. Постоянно уклонялась от разговора или вообще скрывалась куда-то с подружками, чтобы только не быть рядом со мной. Мои попытки встретиться с ней не увенчались успехом.

Приближался весенний женский праздник, Международный женский день 8-го Марта. Мои друзья решили отметить на природе. Возле Алханчуртского канала, который находится между Бесланом и Орджоникидзе, за посёлком Дачным, ближе к плодоовощному питомнику. В это время года там много зелени и хорошие полянки пикника. Друзья пригласили своих подружек, только у меня не было пары.

Долго не решался пригласить Татьяну на этот пикник. Но, набравшись храбрости, все-таки решился. Седьмого марта, рано утром, пошёл на колхозный рынок в Орджоникидзе и купил по семь штук разных цветов. Считал, что это магическое число недели будет у меня счастливым. С огромным букетом цветов отправился к нашему училищу и на расстоянии от училища ждал появления Татьяны со стороны женского общежития.

Стоял так, что если бы Болохова даже не ночевала в женском общежитии, а у местных подруг, то она все равно пересекала бы участок дороги к училищу, который хорошо просматривался со всех сторон двух больших улиц, Пушкина и Джанаева. Там увижу Таню.

Ждать мне долго не пришлось. Издали увидел Болохову Татьяну в окружении своих подруг. У них было весёлое предпраздничное настроение. Девчата смеялись и о чём-то весело беседовали. Посчитал сколько девчонок идёт с Татьяной. Тут же отделил от букета каждой девчонки по одному цветку.

- Девочки! Поздравляю вас с Международным женским Днём 8-го Марта. - быстро, выпалил, когда перехватил девчат на перекрёстке. - Желаю всем успешно закончить учёбу в училище и быть счастливыми.

- Спасибо! Спасибо! - ответили девчата, разбирая цветы и хихикая. - Мы все обязательно будем счастливы!

- Татьяна! Поздравляю тебя! - неуверенно, сказал, когда девчонки удалились. - У нас завтра намечается пикник на природе в честь женского праздника 8-го марта. Приглашая тебя на пикник. Давай встретимся в шесть утра на вокзале. Мы поедем до Алханчуртского канала. Там шикарная природа и мало людей.

- Подумаю об этом до завтра. - заманчиво, ответила Татьяна, принимая от меня огромный букет цветов.

Болохова Татьяна ушла в сторону училища, рукой останавливая меня на перекрёстке. Стоял до тех пор, пока Татьяна не скрылась за дверями училища. Тоже пошёл на занятие в свою группу. В предпраздничный день уроков мало. В подавляющем большинстве женский коллектив училища, занимался подготовкой своего личного праздника, Женского дня 8-го Марта. Чтобы мужчинам училища ни стать в праздник нищими из-за подарков дамам, мы пришли к единому мнению, что нам стоит купить общий огромный букет всем и поставить в фойе училища. Огромный букет цветов поставили в центре.

Кроме огромного букета для всех наших дам, который разобрали в конце дня по одному цветку, нарисовал девчатам общую праздничную стенгазету и в каждый класс нарисовал по одному поздравительному плакату на больших листах белого ватмана. Девчонки в знак благодарности в зале накрыли огромный праздничный стол с различными конфетами, напитками и тортами.

Предпраздничный день удался на славу. Все разошлись на три дня, так как на праздничные дни выпадали суббота и воскресение. Двухчасовым поездом отправился домой в Беслан, чтобы сказать маме и своим друзьям, что заночую у наших стариков, дедушки и бабушки, в Орджоникидзе, а рано утром приеду поездом до Алханчуртского канала, на место нашего будущего пикника на природе. Мама была не против моего отдыха на природе. Просто по привычке с моего детства беспокоилась за моё здоровье.

В шесть часов утра 8-го марта стоял с букетом цветов и со своей сумкой харчей, на привокзальной площади станции "Орджоникидзе". У меня было мало шансов дождаться Болоховой Татьяны. Так как почти три месяца мы не видели близко друг друга. За это время Таня могла познакомиться с каким-то другим парнем и встречаться с ним. Так что был готов к такому финалу.

Следующим поездом после шести утра, собирался вернуться к себе домой, чтобы без пары не маячить рядом со своими друзьями на пикнике. Но Болохова Татьяна пришла с небольшим опозданием. Она не приехала городским транспортом от общежития, а пришла пешком, так как женское общежитие нашего училища было ни так далеко от вокзала.

- Танечка! Поздравляю! - весело, сказал, целуя её в щеку. - Наш поезд давно ушёл. Поедем автобусом.

- Спасибо! - ответила Татьяна, целуя меня в щеку. - Автобусом лучше, там мы пройдём пешком.

Болохова Татьяна взяла у меня букет цветов, а у неё спортивную сумку. Мы пошли на посадку в междугородный автобус, который стоял близко от вокзала, возле него было совсем мало народу. Мы сели на свободные места и Татьяна, прижавшись ко мне, стала смотреть через стекло автобуса на проезжую часть улицы. Ничего не говорил ей. Боялся, что опять спугну её своим разговором. Тогда потеряю её навсегда.

Болохова Татьяна тоже молчала всю дорогу, только крепко прижималась ко мне, то ли от прохладного утра, то ли от того что соскучилась от долгой разлуки со мной. Так мы ехали, с ней молча до нужной нам остановки возле Алханчуртского канала, остановку которого нам напомнила билетёрша автобуса.

- Ох! Какой прекрасный воздух! - радостно вздыхая, сказала Татьяна, когда мы вышли из автобуса. - Как здесь дышится хорошо! Давай мы немного погуляем здесь, а после пойдём к твоим друзьям.

- Как Ваше величество пожелает, так будет. - ответил ей. - Сегодня ваш праздник. Ваш раб на целый день.

Болохова Татьяна весело засмеялась и стала спускаться к берегу реки Терек. Возле речки росли первые весенние цветы. Татьяна вернула мне букет цветов, купленных мной для неё, а сама стала собирать полевые цветы. Здесь было так много цветов, что прошло минут десять. В руках у Татьяны был огромный букет цветов, которые едва помещались у неё в обеих руках. Ходил рядом с Болоховой Татьяной. Мне было приятно, что мы опять вместе. От всей души рад нашей встречи отдыха на природе.

- Теперь пойдём к твоим друзьям на пикник. - сказала Болохова Татьяна. - Они там давно нас заждались.

Мы поднялись от берега реки Терек до трассы, там перешли дорогу и направились вдоль Алханчуртского канал в сторону железной дороги, за которой начинались полянки и зелёные деревья с первыми нежными листочками. Где-то там мне намечена встреча на пикнике с моими друзьями. Возможно, прямо за бугром.

- Вот, пропавшие к нам явились. - сказал Саламатин Тимофей, когда мы подошли к друзьям. - Проходите!

- Мы не пропавшие! - возразила Татьяна. - Мы ходили собирать у реки полевые цветы на венки.

Болохова Татьяна раздала подругам моих друзей полевые цветы и девчата принялись плести из цветов венки. С друзьями стал готовить костёр под шашлыки. К нашему приходу парни подготовили дрова и место нашего пикника. Оставалось нам разжечь костёр и на рогатки из веточек положить шампура шашлыка. Кроме нашей компании на другой стороне канала была группа парней и девчат. Столько же пар, как у нас. Наши компании соединяла только узкая платина со шлюзами, с которой летом дети прыгают в воду. Мы на расстоянии взаимно поздравили девчат с праздником и принялись отмечать первый праздник весны.

К этому времени шашлык, и венки девчат были готовы. Мы открыли бутылку шампанского в честь наших девчат и одну бутылку шампанского отправили с поздравлением к девчатам другой компании. Парни с другой стороны не остались в долгу перед нашими девчатами, прислали нам бутылку сухого грузинского вина "Саперави" с осетинскими пирогами фыдчин и вали бах (один пирог с мясом, а другой с сыром и картошкой). Местные все с детства по праздникам и в будни любили кушать такие традиционные осетинские пироги.

- Кто-то забыл, что мы восьмого марта всегда открываем плавательный сезон. - напомнил Дзгоев Руслан, он стал раздеваться до плавок. - Может быть, вам слабо сейчас купаться? Если нет, то идём купаться.

Ни стал приглашать себя. Сразу разделся до плавок. За нами последовали парни с обеих сторон. На природе по виду погоды далеко до плавательного сезона, но задолго до моей службы в армии, однажды, мы искупались в озере восьмого марта. С тех самых пор у нас вошло в традицию, открывать плавательный сезон восьмого марта, каждого года, при любой погоде. Нас с детства приучили соблюдать кавказские национальные традиции, а тут у нас собственная традиция имеется. Так что мы решили её соблюдать всегда. Вот и сейчас решили продолжить традицию, чтобы не ударить в грязь лицом перед своими подругами.

- Просто намочить себя в холодной воде может каждый. - сказал, останавливая своих друзей, которые собирались попрыгать в воду. - Давайте соревноваться за какой-нибудь приз. Кто из нас дальше нырнёт?

- Вот ты первый и начнёшь. - предложил Замуров Антон. - Следующий. На бутылку шампанского. Выставляем кандидатуры с обоих берегов канала. Судьями соревнования назначаем девушек с обеих сторон.

Другая сторона ни отказалась от участия в соревновании. Со своей стороны, выставили парня такой весовой категории, как у меня. Девчонки вышли на стартовую позицию. Мы с парнем с другой стороны, встали на середину дамбы между шлюзами. На металлическое ограждение. Обменялись рукопожатиями и приготовились к прыжку. Девчата предупредили нас о готовности. Приготовили свои платки. На счёт три, девушки махнули своими платками.

Мне нужно было утвердиться во внимании Болоховой Татьяны, чтобы после пикника больше никогда не расставаться и не потерять её навсегда. Поэтому решил нырнуть как можно глубже, чтобы на глубине канала вода протащила меня по течению как можно дальше, а не выбросила на поверхность. Таким образом, поэтому подпрыгнул высоко над платиной и развернувшись вовремя прыжка, штопором вошёл в воду. Когда моё тело вошло в воду, то тотчас воткнулся в речной ил кистями рук. Благодаря тому, что вовремя прыжка выставил вперёд себя руки. Амортизировал удар головой в дно канала. Но удар был такой сильный, что по самые локти утонул в иле и головой пропахал ил по дну канала. Моментально, вовремя удара, потерял сознание. Холодная вода канала увлекла меня дальше вниз по сильному течению. Какое-то неведомое ранее блаженство окружило меня.

Плыл словно птица в воздушном пространстве. Что-то влажное обволакивало меня и несло куда-то в неизвестную мне даль. Все было прекрасно, вот только кисти рук и голова ужасно болели. Постепенно, влага, окружающая меня, стала проникать вовнутрь через нос и рот. Почувствовал, как что-то прохладное скользнуло через горло и стало заполнять меня изнутри. Моё подсознание сообщила мне, что тону. Мне надо было принимать какие-то меры к своему спасению.

Сколько было во мне сил, все выплеснулись сквозь мои конечности. Усиленно стал толкаться ногами об дно и загребать наверх опухшими от удара кистями рук. Понадобилось огромное усилие, чтобы вынырнуть из воды. Когда моя голова оказалась на поверхности, начал жадно глотать воздух и судорожно выгребать руками до берега канала. Меня утащило так далеко за поворот канала, что поэтому друзья меня видеть не могли. Кричать не мог от того, что горло моё стянуло от холодной воды и проникшего в рот ила. Всего лишь шипел, отплёвываясь от ила и постоянно глотая с огромной жадностью чистый весенний воздух.

Мне совсем не хотелось утонуть. Стал цепляться за все, что мне попадало мне под руку. Но мои руки были слабы, без силы сопротивляться стихии, а течение воды в канале безжалостно к человеку, попавшему в её поток. Меня тянуло течением воды все дальше и дальше от моих друзей, а также от шанса выжить.

Прошло несколько минут с того момента, когда вынырнул на поверхность. Все ещё был на плаву. Но мои силы были на исходе. Сильно от боли кружилась голова. Чтобы не потерять сознание тряс постоянно головой и сильно зевал, чтобы растянуть мышцы своего лица. Тут обратил внимание, что почти по середине канала течёт вода, испачканная кровью. Сразу понял, что не мог опередить собственную кровь. Выходит, что мой напарник по прыжкам в воду тоже пострадал. В это время вода в канале начала быстро падать.

"Значить перекрыли шлюз." - подумал, продолжая цепляться опухшими кистями рук об бетонное покрытие берега канала. - "Получается, что нас решили спасать или, вытаскиваю со дна канала погибшего."

Когда вода в канале совсем упала. Мои ноги коснулись дня, понял, что у меня нет шансов выбраться из канала, так как ниже берег канала был сильно скользкий от жирного ила. Подняться никак не мог. Растянулся в грязной жидкости на дне канала по течению ушедшей воды и вскоре обратно потерял сознание. Что-то вновь потянуло меня, но только, ни по течению, а наверх по скользкому бетону, обдира об острые выступы мои бока и спину.

Наверху чьи-то руки подняли меня от земли и долго несли куда-то. Затем положили на траву. Словно сквозь сон слегка приоткрыл глаза и увидел там ужасную куртину на уровне глаз. Прямо возле закрытого шлюза, из которого просачивалась вода, торчал кусок арматуры, на котором безжизненно висело вниз головой тело моего напарника по прыжкам в воду канала.

Арматура проткнула ему насквозь голову и ржавым концом воткнулась ему в грудь. Вниз по арматуре стекали струйки крови из его безжизненного тела. Не выдержал такого удара от этого ужасного зрелища и опять потерял сознание. Пришёл в себя на больничной кровати. Вокруг меня люди в белых халатах. Внимательно вглядываюсь в эти лица и среди них узнаю знакомое мне лицо Болоховой Татьяны. Пытаюсь улыбнуться ей, но боль в голове мешает мне сделать это и у меня на лице появляется кислая мина, от которой мне самому неприятно. Татьяна улыбается мне глазами полными слез. Вытирает слезы платком. Целует меня в щеку.

- Тебе нельзя подниматься. - говорит она, мне, когда пытаюсь встать. - Все у тебя будет хорошо. Ты цел.

Ничего не спрашиваю у Болоховой Татьяны, так как моё сознание полностью вернулась ко мне. Нервное потрясение прошло, только по-прежнему болят кисти рук и голова. На кистях рук наложены какие-то пластины, завёрнутые в медицинский гипс, от кончиков пальцев, почти до локтей, мои руки перебинтованы.

- У меня что, обе кисти рук переломаны? - удивлённо, спрашиваю, Болохову Татьяну. - Буду инвалид?

- Нет! Нет! С тобой все в порядке. - поспешила, ответить Татьяна. - У тебя растяжение кисти рук.

Больше мне ничего не хотелось спрашивать и смотреть. Потихоньку весь погрузился в сон. Проснулся от уколов, которые делали мне в оба плеча. Открыл глаза и увидел медсестру, которая протирала мне ваткой, смоченной в спирт, место сделанного укола на моём плече. Её груди с розовыми сосками свисали под белым халатом у моего лица. Мне было видно дальше её обнажённое тело, которое склонилось надо мной. Меня всего пробил озноб половой страсти.

Тотчас почувствовал, как моё мужское достоинство подняло больничную рубашку. Вместе с лёгкой простынею ниже моего пупка. Медсестра почувствовала мою страстную дрожь. Лукаво улыбаясь, посмотрела в мои глаза. Словно случайно коснулась на простыне ладонью до моего достоинства. Меня всего передёрнуло от страстного напряжения.

В это время медсестра поднялась во весь рост. Пошла из палаты в сторону процедурной, которая находилась за дверью в коридоре больницы. В палате был слабый свет ночной лампы, которую сестра включала возле моей кровати.

Когда медсестра выключила свет возле моей кровати, то яркий свет из коридора мгновенно осветил её обнажённую фигуру под белым халатом, который просвечивался под ярким светом, словно полупрозрачное матовое стекло. Мне отчётливо было видно все линии её голого тела, словно медсестра специально показывала своё обнажённое тело, как это делают артистки стриптиза или натурщицы на подиуме перед художником.

Растревоженный увиденным зрелищем, больше не мог уснуть в таком состоянии. Лежал долго в темной палате, покуда страстное напряжение постепенно прошло. Вокруг была ночь. находился в хирургическом отделении больницы. В палате с травмами. Кроме меня в палате были ещё трое мужчин с руками и ногами в гипсе.

Возможно, что они попали в аварию или была какая-то бытовая травма. Все больные спали. Медсестра погасила яркий свет в коридоре. Слабый свет дежурной лампы освещал слегка все окружающее пространство в коридоре и в нашей палате.

Совершенно потерял сон и просто лежал, наслаждаясь отдыхом в больничной постели. Боль в кистях рук и в голове, почти прошла. Осталось только небольшое покалывание в пальцах и слабость в голове. Ни о чём не хотелось думать. Хотелось дождаться утра, чтобы быстрее уйти из больницы. Мне с детства больница сильно опротивела с её запахами различных лекарств.

Через некоторое время мне захотелось в туалет. Вполне естественная потребность, тем более что было много выпито на пикнике шампанского, грузинского сухого вина "Саперави", а также грязной воды из канала вместе с речным илом напился вдоволь. Встал с кровати, чтобы пойти в туалет, но тут вспомнил о перебинтованных кистях рук. В таком положении не мог поднять больничную рубашку, которая свисала с моего голого тела ниже колен. Нужно что-то придумать, чтобы мне не описаться в больничной палате.

"Не мочиться же мне в постели.". - подумал. - "Пойду, попрошу медсестру, чтобы она помогла мне поднять рубашку. Ничего особенного здесь нет. У неё такая работа. Медсестра это делает со всеми больными, которые лежат в гипсе. Пойду, скажу, что мне хочется писать. Не могу поднять рубаху. Она мне поможет."

Осторожно выбрался из-под простыни и потихоньку пошёл в ординаторскую палату, где отдыхала дежурная медсестра. Дверь в ординаторскую слегка приоткрыта, очевидно потому, чтобы слышать голос больного из палаты. Ногой открыл дверь и вошёл. Кроме дежурной медсестры в ординаторской никого не было. Медсестра спала на больничной тахте, укрывшись белой простынею. Мне жалко её будить, но мочевой пузырь сильно давил низ живота. Нужно как-то осторожно разбудить медсестру, чтобы не испугалась.

- Тебе чего надо? - спросила меня, медсестра, растерянно, когда осторожно коснулся её плеча. - Иди, спи.

- Ужасно сильно хочу писать. - как бы оправдываясь, ответил. - Мне трудно поднять больничную рубаху.

Медсестра встала с тахты. В противоположном углу ординаторской возле умывальника взяла "утку" поставила сосуд на стул. Подвела меня к "утке". Осторожно задрала больничную рубаху до пояса. Попытался на цыпочках дотянуться до "утки", но у меня не хватало роста. Член упирался в стенку сосуда. Тогда медсестра взяла в руки мой член и направила в сосуд.

В тоже мгновение возбудился. Член встал торчком. Медсестра едва успела мой член прижать вниз, чтобы не оросил своей мочой все впереди себя. Струя горячей мочи хлынула в сосуд. Мой член нагрелся. Дрожал от прикосновения руки медсестры.

Когда оправился, то медсестра помыла руки под умывальником и стала опускать мою рубаху, которая застряла между моим торчащим членом и животов. У медсестры ничего не получалось, чтобы спустить рубаху. Мой член постоянно мешал её рукам. Тем временем меня всего трясло от половой страсти. Боялся, что от этого потеряю сознание. Медсестру тоже стало трясти от половой страсти ко мне. Мы оба были возбуждены до придела.

Буквально машинально медсестра прикрыла дверь в ординаторскую и закрыла её на щеколду. Обжигая друг друга страстными поцелуями, мы дошли до предела, но мои перебинтованные руки мешали нам совершить половой акт. Тогда медсестра задрала мне больничную рубаху на мои перебинтованные руки. Медсестра поднялась на цыпочки, чтобы стоя направить мой член в свою промежность. Но у неё ничего не получалось. Мы оба тёрлись друг об друга, но совершить половой акт никак не получалось.

Сам догадался, что мне нужно лечь на тахту. Как только улёгся спиной на тахту, медсестра забралась на меня. Направила мой член в свою промежность, начала страстно вибрировать вверх и вниз, удовлетворяя нашу взаимную потребность в половом акте. Мы так увлеклись собой, что тахта едва не развалилась под нашей совместной тяжестью. До этого у нас не дошло. Удовлетворённые мы обмякли. Приятное ощущение блаженства растеклось по всему нашему телу. Горячий пот струился по нашим телам. Мы были на высоте такого блаженства, ради которого можно повторить все происшедшее на пикнике, чтобы ещё раз вернуться сюда к этому состоянию своего тела. Возможно, что ради этого люди готовы на любые поступки.

Медсестра встала на пол. Вытерла белой салфеткой свою промежность и мой обмякший член, который беспомощно свисал у меня между ног. У меня не было никакой страсти от прикосновения её рук к члену. Затем медсестра помогла мне встать на ноги. Больничная рубаха без препятствия скользнул ниже моих колен.

Медсестра таинственно улыбнулась, поцеловала меня в губы и открыла дверь ординаторской. Осторожно вышел за дверь и не поворачиваясь отправился в палату на свою кровать. Там потихоньку забрался под одеяло, довольный тем, что сейчас произошло в ординаторской со мной и с медсестрой, имени которой не знаю.

Едва укрылся простыню, как вскоре крепко уснул, совершенно не ощущая никакой боли в теле. Проснулся от запаха больничной и домашней кухни. Открыл глаза. Вокруг моей кровати мои друзья и Болохова Татьяна с сумками продуктов из дома. Рядом на тележке с продуктами медсестры кормили с ложечки больных в гипсе. Мои друзья и Болохова Татьяна были в белых халатах. Они разглядывали меня.

- Ну, как пострадавший, твои дела на поправку? - спросила Татьяна. - Сейчас мы тебя покормим.

- С огромным удовольствием буду кушать с твоих рук, - ответил, ей, - Но только в другом месте. Не в больничной кровати. Скажите врачу, что вполне здоров и хочу уйти с вами. Если не отпустят, сам сбегу от них.

Дзгоев Руслан пошёл к дежурному доктору. Друзья стаяли рядом, ожидая результата от разговора Дзгоева Руслана с доктором. Болохова Татьяна смотрела куда-то в сторону, стараясь не смотреть на меня. По выражению её лица никак не мог понять её отношение ко мне. Ни сострадания, ни отречения, ни любви. Просто так, словно какой-то долг или обязательство перед кем-то, чтобы отбыть в палате больного и уйти обратно по своим повседневным делам к учёбе. Хотя бы она сказала мне что-то, но не молчала рядом.

- Так, значить ты говоришь, что сбежишь, если мы тебя не отпустим. - сказал доктор, развязывая мне бинты на руках. - Принуждать не буду. Ты свободный. Только не прыгай в воду, если не знаешь брода. Тебе крупно повезло, чего не скажешь о твоём бывшем друге. Так что смотри. Если тебе станет плохо, вернись к нам.

Доктор потрогал мои разбинтованные кисти рук. Ни обнаружив никаких повреждений, ушёл из палаты. Тот час пришла новенькая медсестра и пригласила меня за собой в ординаторскую. В ординаторской не было ночной медсестры и никаких признаком нашей половой страсти ночью. На той же полу развалившейся кушетке лежала моя одежда. Медсестра прикрыла меня ширмой. Буквально по-армейски, за сорок пять секунд, надел свою одежду и вышел из ординаторской. Мне хотелось, как можно быстрее выйти из больницы. Мои друзья ждали меня на улице у больницы, но Болоховой Татьяны рядом с ними не было. Посмотрел в разные стороны, но Болоховой Татьяны нигде не обнаружил. Куда она делась? Опять у неё каприз.

- Мужики, а где подевалась Болохова Татьяна? - спросил, своих друзей. - Она, что, ушла, что ли куда-то?

- Твоя подруга сказала, что у неё сейчас занятия в училище. - ответил за всех, Замуров Антон. - Ушла туда.

- Извините, друзья, у меня тоже сейчас занятия в училище. - сказал, растерявшимся парням. - До встречи!

Убежал в сторону училища, оставляя друзей в полном недоумении. У меня были одни мысли, догнать Болохову Татьяну. Восстановить наладившиеся между нами отношения, которые могли обратно прерваться из-за трагического случая на пикнике. По дороге от больницы до училища и возле закрытого училища Татьяны не было. Возле училища, вспомнил, что сейчас выходной и никаких занятий не может быть. Просто Болохова Татьяна ни хотела со мной встречаться.

Никак не могу понять Татьяну, что она хочет от меня? Лучше бы она мне просто отказала в нашем взаимном отношении. Так бы было спокойнее в стенах одного училища. Наши общие друзья и однокурсники прекрасно понимают, что между нами что-то произошло. Зачем нам дразнить друг друга и окружающих нас товарищей каким-то недоразумением? Мы ещё так молоды, что у нас есть много времени разобраться со своими чувствами между собой, провести различие между дружбой и любовью в отношении друг к другу.


6. Маёвка.

После Международного женского праздника 8-го Марта, начались практические работы на военном заводе "ФЭУ" и подготовка к выпускным государственным экзаменам в нашем училище. Из-за своей занятости, а возможно и по другим причинам, мы никак не могли встретиться с Болоховой Татьяной. У нас даже уроки в училище и заводская практика никак не совпадали. В выходные дни студенты нашего училища сидели за усиленной подготовкой к экзаменам. Предстоящие майские праздники могли собрать нас всех вместе на всеобщей демонстрации. Появилась надежда, что наконец-то встречусь с Татьяной. Вовремя подготовки к майским праздникам с Болоховой Татьяной не удалось мне встретиться.

Занимался в актовом зале наглядной агитацией и плакатами посвящённым майским праздникам. В это время, Болохова, вместе со всеми девчатами нашего училища готовилась к строевому шагу на майский парад. Девчонки все свободное время, от учёбы и практических занятий, ходили строем и с песнями по кругу внутреннего двора своего женского общежития. У меня оставался только один шанс, это встретить Болохову Татьяну вовремя всеобщего построения в училище, куда приглашают всех наших студентов.

- Привет, Татьяна! - сказал, ей, когда мы как бы случайно столкнулись с ней в коридоре училища перед построением. - Прямо после парада мы собираемся с друзьями за город на "Сапицкую будку". Там мы начнём маёвку и закончим её завтра в горах. Приглашаю тебя на маёвку. Там увидишь живописные места.

- Хорошо! - неожиданно для меня, согласилась Татьяна. - Давай встретимся в конце проспекта.

Девчонки нашего училища выстроились шеренгами в спортивных костюмах на проспекте Ленина. Немногочисленным парням училища оставалось издали созерцать строевой парад девчат по проспекту Ленина, перед трибуной руководителей партии и правительства автономной республики Северная Осетия. В конце проспекта Ленина, меня и Татьяну, ждали мои родные и двоюродные братья, а также мои друзья, которые улизнули от парадного шествия в Беслане и в Орджоникидзе.

Сейчас они с сумками продуктов, разных напитков, одежды и много чего, ожидали нашего прихода. Двигался по противоположному от трибуны тротуару, только с одной целью, чтобы ни упустить Болохову Татьяну, которую могли перехватить подружки на другую моёвку. За кинотеатром "Октябрь" колонны демонстрантов стали расходиться домой.

- Татьяна! Мы здесь! - крикнул, когда увидел, что Болохова ищет глазами кого-то. - Иди сюда в мою сторону!

- Только схожу переодеться в общежитие и вернусь. - сказала Татьяна, когда подошла ко мне.

- Зачем тебе переодеваться? - удивлённо, спросил, опасаясь обратно потерять её. - Мы с тобой ни в театр собрались. Посмотри, какая жара, тоже одет по-спортивному, как ты. Так что давай пойдём прямо так. Если будет прохладно, то у нас в сумках есть куртки, свитера и много чего другого, что понадобится в горах.

- Ладно! Пойдём! - согласилась Татьяна. - Не замёрзну. На улице действительно сильно жарко.

Болохова Татьяна позвала с собой несколько лучших подруг. Мы огромной компанией, человек в двадцать, отправились пешком за город на место, которое в народе называют "Сапицкой будкой". Откровенно говоря, не знаю, откуда это название, а место это находится в лесу у подножия "Столовой горы", прямо сразу за городом. Следом за нашей компанией за город потянулись и другие любители маёвок и отдыха на природе. Было всего десять часов утра и к одиннадцати часам мы уже разжигали костёр для шашлыков на выбранном нами удобном месте.

Рядом с нами расположились в нескольких метрах на отдых другие компании. На моёвку приехали и машины, с товарами и продуктами для отдыха. К обеду хорошо разогретые солнцем, спиртным и весельем, мы стали определять места дальнейших походов в горы. Так мы совершали походы каждый год. Это было не прихотью нашей группы, а традицией всех народов Кавказа. Каждый год, после первомайской демонстрации и после маёвки, жители долины уходили на ночь отдыхать далеко в горы.

- Давайте разделимся на три группы. - предложил им. - Одна группа идёт на Столовую гору. Другая группа пойдёт на Лысую гору. Третья группа пойдёт в Дарьяльское ущелье. Завтра утром встречаемся у реки Терек на военно-грузинской дороге. Там проведём дальше нашу маёвку и оттуда разойдёмся по своим домам.

Мы кинули жребий. Дзгоеву Руслану досталось Дарьяльское ущелье. Моему двоюродному брату Щепихину Евгению выпала Лысая гора. Мне предстояло восхождение на Столовую гору и оттуда спуститься к реке. Получилось так, что Дзгоев Руслан возглавил компанию со своими двумя братьями и тремя девушками.

Щепихин Женька пошёл со своими двумя братьями и тремя девушками. Мне же достались мои два брата, Сергей и Юрка, а также Болохова Татьяна со своими двумя подругами. Остальные отказались от ночной вылазки в горы и сразу отправились по домам. Мы ни стали тянуть со временем и начали восхождение.

Местным жителям привычно подниматься на окружающие возвышенности Кавказа рядом с Орджоникидзе. Высота Столовой горы три тысячи метров над уровнем моря. С нашей стороны постепенный подъем от самого города. На другой стороне Столовая гора обрывается в Дарьяльское ущелье к реке Терек. Многократно раз бывал на Столовой горе и мне известны были там все горные тропы. Так что наша группа ничуть не прогадала. Нам ближе к подъёму и быстрее можно устроиться в пещере на ночлег.

Моим братьям и мне, как джентльменам, тяжесть, взяли на себя весь груз, который достался нам по жребию из нашей общей компании всех трёх групп. Девчонки пошли налегке. Пошёл первым. Следом за мной Болохова Татьяна. Дальше мой брат Сергей. За Сергеем шла Щербинина Галина. После Андреева Лена. Замыкал нашу группу мой брат Юрка. Потихоньку наша группа выбралась на гребень горного хребта, с которого в правую сторону было видно Дарьяльское ущелье, а в левую сторону находился Орджоникидзе (столица Северной Осетии). Дальше огромная долина, в которой граничат Осетия, Ингушетия и Кабарда.

- Пять минут отдыха. - сказал, когда наша шеренга выбралась на хребет. - Больше отдыхать нам нельзя. Иначе, нас застанет ночь на голом месте скал. На самой вершине Столовой горы. Там ни то, чтобы спать, даже находиться долго нельзя. На Столовой горе всегда ветер и холод. Вершина Столовой горы плоская.

Через пять минут наша шеренга растянулась, с двухметровым промежутком между собой, примерно, метров на двадцать. По пути к вершине вспомнил, что мы с собой забыли взять страховочную верёвку. Но возвращаться было поздно, к тому, же мы, ни знали, у кого осталась страховочная верёвка. В какой из тех двух групп. Поднимались мы к вершине Столовой горы с риском к своей жизни. В опасных местах брались за руки друг друга и превращались в живую цепь. На самых опасных переходах ухватывали друг друга за пояс и таким образом превращались мы в сплошную линию, которую трудно сдуть сильному ветру.

Хорошо, что все мы были натренированы в постоянных походах по горам и усиленно занимались спортивной подготовкой. Это нам помогло без особых усилий за два часа достигнуть вершины Столовой горы, с высоты которой удивительная панорама Кавказских гор. Даже не вооружённым глазом можно было в ясную погоду видеть далеко в долине разные населённые пункты Северной Осетии и Ингушетии. Людей можно было разглядеть только в Орджоникидзе и то, только тех, кто был на маёвке у подножия Столовой горы. Дальше видно дома и городской транспорт, который черными точками бегал на окраине города.

- Какой здесь простор! - удивлённо, воскликнула Болохова Татьяна. - Как завидую птицам, которые ежедневно парят над красотой. Почему природа ни создала людям крылья и руки, чтобы летать и драться?

- Тогда бы ты была ни человеком, а звероящером. - сказала Андреева Лена. - Тебе пришлось бы вить гнезда в скалах и подвергать себя ежедневной опасности. Тебя могли бы съесть хищники на земле и в воздухе.

- Ладно, девочки. - прервал, мечты подруг. - Нам пора искать себе пещеру для ночлега. В горах быстро темнее, через час в ущелье будет ночь. Тогда мы не успеем обогреть себе пещеру и замёрзнем до утра.

Никто ни стал возражать против моих замечаний. Мы медленно начали спускаться в расщелину между серых скал. В это время стало холодать. Девушки надели наши куртки, а мы достали из спортивных сумок свитера. Нам стало теплее, но это замедлило продвижение между скал. Мы с большим трудом протискивались в расщелины и перебирались между огромными глыбами камней, которые в любой момент могли сорваться в пропасть и устроить горный обвал. Но нам стоило спешить. Вечер выходил на финишную прямую к предстоящей ночи. Яркие вспышки солнечных лучей становились все короче и короче. От золотистого цвета солнечные лучи перекрашивались в ярко-красный цвет. Небосклон начинал быстро менять свою окраску от ярко-голубого до темно-красного цвета.

Вокруг нас менялась и природа. Над Столовой горой прекратили парить огромные орлы Беркуты. Утихли голоса дневных птиц. На разведку стали вылетать в глубоком ущелье ночные птицы. Рядом заухал огромный филин. Запищал назойливый сыч. Между наших девчат проскочила пара горных мышей, которые были готовы укрыться где угодно от своих ночных врагов.

Между камней мелькнули зелено-голубым цветом глаза какого-то зверка. Прямо из-под ног вспорхнул горный голубь витютни, на гнездо которого едва не наступили. Предупредил свой отряд, что под ногами гнездо горного голубя с яичками. Все осторожно обошли его. Впереди нас, ловко перебирая копытами мелкие камушки, проскочили четыре козла тура, которые ухитрились быстрее нас забраться на большой камень.

- Нашёл! Нашёл! - закричал Юрка. - Вон, там, наверху. За теми камнями, где туры, большая тёмная дыра.

Посмотрел туда, куда мне показывал Юрка. Под отвесной скалой, которая выступала огромным козырьком осетинской фуражки, зияла большая дыра пещеры. Как раз такую пещеру надо подыскать. Мы тут же поспешили наверх, словно боялись, что кто-то может занять пещеру вперёд нас, а мы останемся здесь.

- Значить так. - распорядился с ними. - Вы, девчата, готовите место костру. Вычищайте всю грязь из пещеры. Мы пойдём собирать сухие веточки. Тех палочек, которые мы принесли с собой, нам не хватит на всю ночь.

Вблизи нашей пещеры из расщелин скал всюду торчали кусты, которые постепенно увеличивались к низу ущелья и по берегам реки Терек росли густым лесом. Вооружившись фонариками, мы подсвечивали кусты в поисках сухих веток. На этой высоте гор очень редкие распустившиеся листочки кустов приводили нас в заблуждение. Нам было трудно понять, где сухие ветки, а где просто ветки без листьев, которые не успели распуститься. Приходилось ощупывать почти все торчащие из камней кусты, чтобы таким путём определить, где нужные нам сухие ветки. Постепенно мы набрали там много сухих веточек и кору от деревьев.

- Саша! Саша! Иди сюда! - вдруг, закричал Юрка. - Посмотри, что нашёл. Какие-то огромные ящики?

- Чего орёшь? - сказал, брату, подойдя к нему. - Из-за твоего крика может быть сильный обвал.

Стал рассматривать торчащие из-под камней ящики, которые были размыты дождями и потоком талой воды. Это были ящики времён второй мировой войны, когда немцы в 1943 году пытались пройти через реку Терек к нефтяным местам Чечено-Ингушетии и по военно-грузинской дороге добраться через Грузию к нефтяной республике Азербайджан. Но дальше этих мест немцы так и не прошли. Фашисты нигде не перебрались на правый берег Терека. Возможно, что это трофейные ящики. Нужно было посмотреть, что там находиться внутри. Может быть, сейчас пригодиться нам в горах. Хотя бы доски от ящиков на дрова.

Однако, небольшая группа немцев всё же перебралась на правый берег Терека. Иначе откуда здесь оказались ящики с продуктами и боеприпасами? Но, что-то им помешало двигаться дальше? Мне ни стоило особого труда, чтобы отодрать одну доску с ящика. Полусгнившие гвозди легко поддались. В одном ящике продукты сгнивших консервных банок. В другом ящике находилась взрывчатка. Дальше прекратил смотреть. В других ящиках могли быть мины. Наученный гибелью целого отряда друзей в горах реки Лабы, решил уйти с братьями с этого места, чтобы никто из нас случайно не зацепил опасные ящики.

- Берём только ящик из-под продуктов. - сказал, братьям. - Остальное не трогайте. Там мины. Если это все взорвётся, то здесь ничего живого не останется. В том числе и нас. Девчатам не смейте ничего говорить, а то у них начнётся истерика или паника. Понятно сказал?! Так что вперёд меня идите. За вами.

Братья закивали головами. Мы оттащили ящик с продуктами в сторону, разодрали его на части. Ржавые банки с консервами положили в стороне под камень, чтобы банки не мешали ходить по тропе людям и диким животным. Все равно консервы были непригодны к дальнейшему употреблению. Содержимое банок даже не выделяло запах.

Все выдохлось и запах пищи, и, микробы, которые могли жить на этой высоте среди гор. Из одной развалившейся банки выглядывала какая-то серая неопределённая по содержанию масса бывшего продукта. Даже этикетки на банках давно сгнили. Ничего нельзя было на них разглядеть.

- Вот и мы пришли. - сказал девчатам, которые забились в угол пещеры в ожидании нас. - Сейчас мы разожжём костёр в центре пещеры, чтобы согреть наше жилище. Когда костёр хорошо обогреет пещеру, тогда мы его сдвинем к выходу пещеры. Таким образом, мы сохраним тепло, которое даст возможность спать.

Девчата вытащили все наши вещи к выходу пещеры. Через несколько минут в центре пещеры пылал костёр. Яркие вспышки огня костра из пещеры осветили, словно прожектором, окружающее нас со всех сторон Дарьяльское ущелье. Вероятно, что наш костёр видно было и нашим друзьям, группы Дзгоева Руслана, которые должны были находиться внизу у реки Терек. Дальше за ними, на Лысой горе, расположилась группа Щепихина Женьки. Возможно, что они тоже выбрали себе пещеру к ночлегу и готовят там большой костёр.

Когда наш костёр хорошо прогрел пещеру, то сдвинул его досками от ящика на край входа в пещеру. Девчата вымели веточками с пола пещеры все признаки бывшего костра и постелили на горячий пол два байковых одеяла. Под голову положили свои спортивные сумки. Укрываться решили верблюжьим одеялом, которое дала в поход своим сыновьям тётя Надя, а по жребию одеяло из верблюжьей шерсти выпало нашей группе. Сверху одеяла решили укрываться моим армейским бушлатом, который за время службы в Батуми ни разу не одевал. Бушлат выглядел совершенно новым. Так что такая постель на ночь в пещере нас всех вполне устраивала. У нас все было готово. Можно поужинать и располагаться на ночлег.

- Давайте мы перекусим слегка перед сном. - предложил, своей группы. - Затем распределим попарно наше ночное дежурство. Надо нам ночью поддерживать огонь в костре и охранять сон до самого утра.

Наш ужин в горах состоял из бутербродов купленный на маёвке у "Сапицкой будки" и напитков, приобретённых нами там же. После лёгкого завтрака мы кинули жребий, кто будет попарно дежурить первым. Первое дежурство выпало мне с Болоховой Татьяной. Мы сели у костра на доски из-под ящика. Доски положили на большой камень. Так было удобно сидеть у костра. Хорошо было видно все вокруг нашей пещеры. Татьяна, мы оба, одели на себя по одному свитеру. Затем надел на себя Юркину куртку. Болохова Татьяна забралась под куртку. Началось наше ночное двухчасовое дежурство. Братья в пару с девчатами почти сразу заснули. Сергей лежал в паре с Щербининой Галей. Юрка улёгся с Андреевой Леной.

Моим братьям-близнецам шёл только тринадцатый год. В то время как девчатам было по двадцать лет. Так что мои братья выглядели сосунками по отношению к своим напарницам по дежурству. У девчат и отношение к моим братьям было как материнское. Девчонки обняли моих братьев покрепче и заснули, закутавшись в верблюжье одеяло с моим армейским бушлатом. Мы с Татьяной поочерёдно подкидывали в костёр палочки, чтобы поддерживать пламя костра и смотрели на чудесную панораму, окружающую нас. В небе горели яркие звезды, которые, казалось нам, так близко, что можно было до них дойти пешком.

Если бы туда был мостик от нашей пещеры. Внизу ущелья появился пар на фронте согретой за день под солнцем поверхности земли и холодного воздуха с гор. Получалось так, словно горы и мы парим над всей землёй в космическом пространстве. Звёздное небо было к нам гораздо ближе, чем туман над рекой Терек, отделяющий нас от всего земного бытия жизни. Мы находились в созерцании звёздного блаженства.

- Саша! Посмотри! - сказала Татьяна, прервав наше молчание. - На другой стороне ущелья горит огонёк. Там люди живут в горах, в полном одиночестве от всех других своих собратьев? Как отшельники в горах.

- На той стороне Дарьяльского ущелья нет жилища людей. - ответил ей. - Скорее всего, там находятся такие блудные люди, как мы. Только их костёр на таком расстоянии выгладит просто огоньком в ночи. Точно также и они сейчас смотрят на нас. Возможно, что также рассуждают о нашем присутствии в горах. Разница лишь в том, что мы не знаем, друг друга, а только можем предполагать о существовании друг друга.

Обнял Болохову Татьяну покрепче ниже её груди. Мы продолжили наслаждаться красотой природы. Мы так увлеклись своим дежурством, что даже забыли о времени. Откровенно говоря, мне не очень-то хотелось прерывать наше ночное дежурство у костра. Было жалко будить своих малолетних братьев, которые пригрелись рядом с девчатами. Да и менять позу рядом с Татьяной мне совсем не хотелось. Нам здесь тепло и уютно. Мы не хотели уходить с тёплого насиженного места. Сон брал своё. Надо спать.

Болохова Татьяна задремала. Освободившейся рукой потихоньку подкидывал кусочки палочек, которые лежали прямо под моей рукой. Костёр был так близко от нас, что мне не нужно было беспокоить Татьяну, чтобы кидать кусочки палочек в костёр. Пламя костра едва горело на кучке углей. Этого было достаточно, чтобы поддерживать тепло на границе между тёплой пещерой и прохладным воздухом в ущелье, в котором была такая тишина, словно все спало вокруг нас, и никто не желал проснуться на своё дежурство.

Постепенно тишину стал нарушать ветерок, ворвавшийся откуда-то в Дарьяльское ущелье блудный сын природы. Ветерок пробежался по ущелью и не найдя выхода из ущелья стал злиться на матушку-природу. Вначале ветерок ударился об одну сторону ущелья, затем об другую сторону. Взобрался на вершины гор и начал гневаться, сбрасывая вниз все то, что там было слабо закреплено. Не прошло и нескольких минут, как в ущелье завертелся ураган взбесившегося ветерка. Струйки взбесившегося ветерка стали поддувать в наш костёр, искры которого полетели на спящие пары. Это угрожало массовым пожаром наших постельных принадлежностей. Надо было спасать свои вещи и тех, кто сейчас мирно спал под нашими вещами.

- Сергей! Юрка! Девчата! Проснитесь! - закричал всем. - Трясите бушлатом и одеялом, чтобы угли не сожгли вас. Делайте это быстрее. Вы скоро вспыхните. Скорее спасайте своё барахло. Быстрее поднимайтесь!

Все усилия моих братьев и девчат ни к чему не привели. Мой бушлат задымился, а на верблюжьем одеяле появились тёмные места. Тем временем ветерок повзрослел и превратился в бешеный ветер, который был готов снести в пропасть меня с Болоховой Татьяной с нашего ночного дежурства у бывшего костра. Так как от костра у входа в пещеру ничего не осталось. Нам ничего не оставалось делать, как скрыться в пещере.

- Давай сметём остатки костра и заберёмся под одеяло. - предложил, Татьяны. - Так лучше.

Болохова Татьяна выбралась из-под моей куртки, и мы оба быстро подмели остатки костра возле входа в пещеру. Вскоре мы все шестеро забились в дальний угол небольшой для нас пещеры и плотно прижавшись друг к другу, укутались в дырявое верблюжье одеяло и в мой дымящийся бушлат. К этому времени ураган так усилился, что нам казалось, словно мы находимся в открытом океане, а вокруг нас девяти бальный шторм. Мы сидим в каюте терпящего бедствие корабля. На одного Бога надежда, что он вспомнит о нас и даст нам шанс выжить в стихии природы.

Но стихия не спешила уняться. Всюду все рушилось и летело в пропасть к берегу Терека, который сам ревел в таком же бешенстве, как и ураган, его собрат по природе, причинивший нам неудобства в нашей пещере. Прямо над нашей головой по склону горы сходили камнепады с вершины. Нам казалось, что пройдут несколько таких камнепадов и нам больше не выбраться.

Постепенно, ураган стал затихать и вскоре превратился в кроткий ветерок, способного только обдувать слегка наши лица холодным воздухом. Чтобы окончательно не замёрзнуть до утра, мы с головой укутались со всех сторон. Просунул свою руку под спортивную майку Болоховой Татьяны. Оттопырил плотную майку ладонью от тела Болоховой Татьяны у горла и стал дышать на её тело вовнутрь.

Татьяна совершено не сопротивлялась тому, что соски её груди через лифчик упёрлись в мою руку. Она понимала, что сейчас главное нам согреться, чтобы выжить. Её девственности ничто не угрожало. Все равно, даже при нашем совместном желании мы не могли заниматься любовью в таком виде и при других юных парах, которые тоже боролись за свою жизнь и согревали друг друга своим постоянным дыханием.

Когда мы хорошо согрелись друг от друга, то не заметили, как все крепко уснули. Опьянённые такой интимной близостью и тишиной природы, мы проспали до утра. Проснулся оттого, что мне стало сильно жарко. Открыл глаза и удивился тому, что все вокруг нас белым бело. Даже не видно привычно неба и скал. Ладонь моей правой руки, без согласия обеих сторон, вовремя сна, ухитрилась нагло проскочить под плотный лифчик Болоховой Татьяны и плотно прижаться к соску её груди. Возможно, что после моё сознание подсказало мне о бесстыжем поступке моей руки.

Пытался убрать свою руку, но Татьяна во сне придержала мою руку на своей груди. Мы так и спали с ней до самого утра, пока совсем не проснулись. Осторожно высвободил свою руку между вспотевшей грудью Болоховой Татьяны и плотным лифчиком. Выбрался от совместного укрытия с девчонкой. Укрыл заботливо Татьяну верблюжьим одеялом. Когда подошёл к выходу из пещеры, то только тут увидел, что нас плотно завалило снегом. Разгрёб снег на расстоянии вытянутой руки и увидел, что все вокруг нас сплошь завалено белым снегом.

- Вот это да! Снег! Какая же красота! - услышал, восторженный голос Болоховой Татьяны за моей спиной.

- Это опасная нам красота. - серьёзным голосом, сказал. - Как мы теперь будем отсюда выбираться? У нас нет никакого альпинистского снаряжения, чтобы спуститься вниз ущелья. У нас нет даже продуктов питания, чтобы переждать до нашего спасение специальной спасательной группой альпинистов. Наконец, никто даже не знает, что мы находимся именно в этом месте. Так что мы сильно влипли в стихийное бедствие. Вы тут все будьте в пещере, а выйду наружу. Посмотрю, что там происходит вокруг нас. Есть ли шанс на спасение.

Едва шагнул за стену снега, как сразу сорвался и полетел вниз. Чтобы не разбить себе голову об камни и как-то зацепиться, мгновенно перевернулся на живот. Стал цепляться за что попало, чтобы замедлить своё падение и спасти собственную жизнь. Мои пальцы и ладони цеплялись об острые края камней и льдинок. Следом за моими руками появились красные полосы крови на снегу. Весь израненный и изодранный, совершенно не чувствовал боли. У меня были одни мысли, это во что бы то ни стало спастись и не разбиться об камни. Тем временем моё падение продолжалось. Весь сильно ободрался о камни. Наконец-то мои ноги обо что-то упёрлись. Главное, никак не пострадал. Все части моего тела целые. Осторожно повернулся и увидел огромную скалу, занесённую снегом. У меня сразу мелькнула мысль о нашем совместном спасении. Таким образом, как на салазках, можно постепенно спуститься всем до самого берега реки.

Посмотрел наверх и увидел лица своей группы, которые в страхе выглядывали вниз на меня. Очевидно, думали, что разбился о скалы на смерть.

- Все нормально! - успокоил, своих братьев и подруг. - Сейчас вы все спуститесь, как на салазках. Первым пускай Сергей сядет на спортивную сумку и крепко держит её впереди себя. Ноги надо расширить, как можно больше, чтобы удержать равновесие и не перевернуться вовремя спуска. Спину положить на склон горы. Так сделают все по очереди. Последним будет спускаться Юрка. Не забудьте в пещере все свои вещи. Обратно вернуться никак не сможем. Так что не забудьте все наши вещи в этой пещере. Теперь поехали.

Упёрся хорошо в стенку скалы и в склон горы. Длина спуска, примерно, метров сто. Когда мы жили в горах у берега реки Лаба, то у нас катки с горы на санях и лыжах были километровые, так что это ни так страшно. Главное, чтобы никто не выскочил за линию спуска. Тогда точно будет неминуемая смерть.

Как мы договорились, то первым пошёл Сергей. Спускался он хорошо, но перед самой скалой едва не соскользнул дальше в пропасть. Поймал Сергея за руку и так удержал его, до тех пор, покамест он сам не подтянулся за моей рукой на площадку у скалы. Вдвоём нам было легче ловить Болохову Татьяну. Мы взялись с Сергеем за руки и укрепились ногами на скале. Татьяна угодила прямо в наши объятья. Следующей спустилась Щербинина Гала. После Андреева Лена.

Затем сказал Юрке, чтобы он осмотрел хорошо пещеру, чтобы там ничего не забыли. Только после этого Юрка спустился на остатках наших вещей к нашей скале. Дальше мы продолжили наш спуск по испытанному приёму. Протаптывал место к выбранному спуску и все в таком же порядке следовали за мной. Так постепенно сократили мы расстояние к реке.

У самого нижнего спуска с горы снега было совсем мало. Снег задержали скалы и прибрежный лес. Нам оставалось пройти километра два вверх по берегу реки, чтобы там со старой военно-грузинской дороге, где когда-то ходили Пушкин и Грибоедов, перебраться по старому мосту на левый берег реки Терек. По новой военно-грузинской дороге добраться до Орджоникидзе. Мы прекрасно понимали, что никто из друзей там нас не ждёт. Подошла вторая половина дня.

Тем более что ночью, здесь был сильный ураган. Группы Дзгоева Русла и Щепихина Женика, были одеты хуже, чем мы. К тому же там, на левом берегу трасса с отвесными скалами, где укрыться от холода и ветра практически невозможно. Так что обе группы, вероятно, вчера ушли домой. Поэтому нам не было никакой необходимости искать обе группы у реки. Когда мы перебрались на левый берег реки Терек, то обнаружили, что у нас нет ни денег, ни продуктов. Документы мы с собой вообще на парад и на маёвку не брали. Деньги растеряли вовремя спуска, а остывшие продукты пришли в негодность от нашего спуска. В наших спортивных сумках все было подавлено и перетёрто до основания.

Вид у нас был тоже такой, словно мы всю свою жизнь жили в горах у костра. То есть, мы были такими, прямо, словно только что, как люди с каменного века прибыли в современный мир. Мы стали пытаться остановить машины, чтобы доехать хотя бы до Орджоникидзе. Но машины при виде нас увеличивали скорость и проскакивали на большой скорости. Наш вид настораживал всех разумных о осторожных водителей. Кто мог остановить перед такой группой, которые стоят в изодранной одежде и перемазанные чёрной сажей. Из моего бывшего армейского бушлата, из прогоревших дырок, в разных местах валил дым.

Да нас шестерых большинство машин тоже не могли взять, так как мест, в основном, хватало на двоих или троих. Пару машин мы все-таки остановили, но нам предлагали взять лишь девчат. Девушки боялись ехать с незнакомцами до Орджоникидзе, который находился от нас, примерно, в двадцати километрах.

Оставался один выход, это добраться пешком до селения Балта. Оттуда остаётся всего десять километров. Возле селения Балта намного теплее, чем в Дарьяльском ущелье. Можно ночевать прямо на улице или попроситься на ночь к осетинам. Осетины народ гостеприимный. Утром можно продолжить путь пешком до Орджоникидзе. Оттуда уехать поездом и автобусом до Беслана.

- Давайте, мы будем голосовать. - предложила Андрее Лена. - Вы укройтесь за скалу на повороте. Грузины и осетины любят девушек в любом виде. Когда машина остановится, мы договоримся с ними. Вам махну рукой, вы тотчас выходите из укрытия к машине. Тогда мы уедем. Другого выхода у нас не может быть.

С братьями зашёл за поворот дороги. Мы стали ждать первую машину. Но, ни первая, ни следующая машины не остановили на голосования девчат. Когда пара машин, пожелали остановиться, то при виде нас они срывались с места и на большой скорости скрывались за поворотом дороги. Проходящих машин становилось все меньше и меньше. День становился короче, нам нужно было спешить, чтобы не пришлось ночевать на середине военно-грузинской дороги, так как другого места отдыха не было. По пути нашего следования с левой стороны отвесная скала, а справой стороны бурлящий и ревущий Терек. Но не успели мы пройти и километра от старого моста, как нас едва не сбила машина грузового такси, который с бешеной скоростью проскочил мимо нас и на очередном повороте дороги вывалился из кузова машины большой картонный ящик.

Мы все быстро побежали к ящику, который раскачивался на краю дороги готовый в любой момент свалиться в Терек. Мы оттащили тяжёлый картонный ящик в сторону от обрыва и быстро открыли. Каковы были наши удивление и радость! Картонный ящик был полный краковской копчёной колбасы. Мы стали доставать связки этой колбасы и обвешиваться вокруг себя, как пулемётными лентами. После этого нам было все равно. Есть машины или нет машин. Главное, это навалом пищи. Можно сколько угодно идти. Мы шли по военно-грузинской дороге и наслаждались краковской копчёной колбасой, которая таяла во рту.

- Вас подвести до Орджоникидзе? - вдруг, совершенно неожиданно, услышали голос за спиной.

Разом повернулись на голос и увидели, как следом за нами едет небольшой автобус с надписью: "Мосфильм - Грузия фильм". Нам сразу было даже трудно сообразить, что сказать на такое неожиданное предложение. Не сговариваясь, мы забрались в автобус. Расселись на свободные места.

В автобусе большее десятка людей и в проходе между рядами ящики реквизита с надписью: "Двенадцать стульев". Возможно, тогда никто из простых граждан Северной Осетии не знал, что в горах Дарьяльского ущелья снимают известный комедийный роман Ильфа и Петрова "Двенадцать стульев". Зато мы теперь это точно знали.

- Как вы сюда в ущелье попали? - удивлённо, спросил нас мужчина, с лицом очень знакомого нам артиста.

Мы словно пришли в себя от спячки. Стали наперебой рассказывать о своём происшествии в горах. Все с огромным интересом выслушивали нас. Смеялись над самыми смешными местами нашего рассказа. Вовремя рассказа о том, как сорвался в пропасть, буквально машинально повернул свои ладони и только тут вспомнил о том, что у меня ладони и пальцы изодраны в кровь.

Почему-то в ущелье не ощущал сильной боли окровавленных рук. Возможно, что холод притуплял боль, а позже просто привык к боли. Когда же мы сели в автобус, то мои раны отогрелись. Боль обратно возобновилась не только в изодранных ладонях и пальцах с оторванными ногтями, но в других участках тела, которые получили удары вовремя моего падения из пещеры. Мой организм словно почувствовал недавние ранения, из открытых ран потекла кровь.

- Тебе надо срочно оказать медицинскую помощь. - сказал мужчина, с очень знакомым мне лицом артиста.

Не дожидаясь от меня ответа, он достал из ящика с реквизитом коробочку с надписью "Аптечка". Вынул медицинские препараты и тут же начал оказывать мне медицинскую помощь. Обработал мои раны перекисью водорода. Затем наложил прямо на обе ладони какую-то мазь. Сверху мази положил матовую бумагу и ладони до сустава рук, вместе с ободранными пальцами, перевязал плотным бинтом. Сверху надел сетку предохранения бинта от сползания. Растерянно покрутил возле рта своими руками во все стороны.

- Как смогу кушать такими руками краковскую колбасу? - удивлённо, спросил, под общий смех.

- Пускай девочки тебя кормят до выздоровления. - улыбаясь, ответил доктор со знакомым лицом.

- Тогда с огромным удовольствием долго буду лечиться. - согласился, открывая рот на приём колбасы.

Все поддержали мою шутку общим смехом. Болохова Татьяна принялась скармливать в меня краковскую колбасу, которая уже не помещалась в моём желудке. Представители совместной съёмочной компании фильма продолжали нас расспрашивать о нашем походе и об интересных случаях, которые происходили в этих местах по военно-грузинской дороге.

Мы с интересом рассказывали им, были и небылицы о Кавказе. Так мы добрались до Орджоникидзе. Нам повезло, что автобус с киношниками ехал в самый центр города. Нам не нужно было пересаживаться на городской транспорт, чтобы ехать в центр.

- Мы растеряли свои деньги в горах. - в заключении, сказал. - Нам даже за проезд платить нечем.

- Вы за все заплатили интересным рассказом. - ответил актёр со знакомым лицом. - Спасибо вам.

- Спасибо за транспорт. - ответили мы, вешая спасителям на шею связки колбасы. - Кушайте на здоровье.

Мы вышли на проспекте Ленина, возле кинотеатра "Родина". Оттуда направились вместе с девчатами в женское общежитие. Надо было девчат проводить до общежития, а сами собрались идти к бабушке и дедушке Линевым, на улицу Джанаева. Нам нужно было привести себя в порядок и взять денег на проезд домой до Беслана. Без денег и в таком виде нас могли арестовать и посадить в милицию до выяснения всех обстоятельств странного пребывания в таком виде в Орджоникидзе в столице Северной Осетии.

- Боже мой! - всплеснула руками бабушка Дина. - Что за вид у вас такой ужасный? Что с вами случилось?

- Бабушка Дина! У нас все нормально. - ответил, за всех. - Это у нас такая маёвка в горах была. Мы целы.

- Сейчас же отправляйтесь в ванную! - приказала бабушка Дина. - На вас таких грязных противно смотреть.

Сергей и Юрка сразу полезли оба в ванную. Подождал на кухне, покамест они оттирали друг друга до полной чистоты. Мне же предстояло долго киснуть в горячей ванне от грязи и от ушибов на теле. Затем, оба, Сергей и Юрка, оттёрли мою грязь и смыли все с меня под душем, так как мои руки были забинтованы. Спустя годы мы смотрели кинофильм "Двенадцать стульев", с эпизодами, заснятыми в Дарьяльском ущелье, когда батюшка забрался с колбасой на Столовую гору. Вполне возможно, что в съёмках фильма был использован именно наш случай в ущелье с краковской колбасой, которая тогда выпала из машины.


7. Убить головой.

Вполне возможно, что сама природа заложила в генах или в разуме человека программу о подготовке к возможной опасности, которая может угрожать здоровью и жизни человека. Мне хочется высказать собственное мнение по этому вопросу без подсказки со стороны. Так как любой разумный человек должен иметь собственное мнение по любому вопросу, который касается жизни, здоровья и умственного развития любого человека.

Думаю, что на планете земля нет ни одного разумного человека, который хотя бы раз в своей жизни не мог почувствовать заранее опасность, которая грозит в будущем его здоровью, а в некоторых случаях даже его собственной жизни. Не буду вдаваться в подробности того, что некоторые люди могут предсказать опасность не только самому себе, а даже группе людей или целому государству о надвигающейся на них опасности. Такие факты и примеры имеются в истории человечества. Когда заранее предсказывают войны или землетрясения.

Уделим такое явление частному фактору, которое может встретиться в нашем окружении или даже в нас самих. Многие из нас иногда с беспокойством встают утром рано на работу или по каким-то своим обычным делам, сообщая своим близким, что у них имеется какое-то странное предчувствие того, что с ними сегодня должно произойти. Конечно, в подавляющем большинстве никто из людей не верит в такое предчувствие. Однако такие предчувствия часто сбываются. Человек попадает в опасную ситуацию или просто начинает болеть. По моему личному мнению, нет на планете земля ни одного разумного человека, который бы не пережил хоть один раз предчувствие близкой опасности. Люди все проходят через это. Но что самое удивительное.

Подавляющее большинство людей, о своих предчувствиях забывает, перед самой опасностью или после совершившейся опасности. Человек окончательно забывает раз и навсегда, что он предчувствовал бывшую опасность. Вполне понятно, что у меня тоже были разные предчувствия перед опасностью, которые впоследствии забывал. Мне даже неизвестно, сколько было в моей жизни предчувствий перед опасностью и тем более мне неизвестно о том, что сбылись те предчувствия вместе с опасностью или нет. Ведь в нашей жизни бывает такое множество разных опасных предчувствий и последующих событий. Так может быть, все обошлось хорошо?

Вот только одно моё предчувствие много кратно раз повторялось во мне в моём сознании и вовремя моего сна, что, в конце концов, предчувствие и сон сбылись до мелочей вполне реальной жизни, которую никак нельзя спутать со слайдами какого-то фильма или удивительного сна. Все было в действительности и настолько реально, что отразилось и закрепилось навсегда в моей памяти, а также частью осталось отметённой на мне.

Примерно за несколько месяцев до моей демобилизации со службы из рядов советской армии, мне приснился ужасный сон, что после моей демобилизации меня ждёт опасность. Меня могут убить с пистолета или зарезать огромным ножом. Моё спасение имеет два способа. Первый способ, должен отказаться от возвращения к себе на Родину. Второй способ, должен убить своей головой того врага, который оружием попытается убить меня. Насчёт своей головы ничуть не сомневался. У меня голова настолько огромная, что за все время моей службы в советской армии на мою голову не могли найти головной убор по моему размеру. Мне приходилось носить на голове, то, что могли скроить из двух головных уборов в одну армейскую шапку или фуражку.

Благодаря тому, что служил в армии в субтропической зоне. Мне можно было по роду своей службы художником, ходить по территории воинской части без головного убора. Ссылаясь на то, что маленький головной убор мешает развитию творческой мысли. Офицеры нашей воинской части верили мне и позволяли ходить без шапки. В своей жизни вовремя драк с противниками часто применял свою голову для решающего удара и часто доводил противника до нокаута. Кто знал о способностях моей головы, тот никогда не лез в драку со мной. Все остальные терпели от моей головы поражение. Мне по этой причине даже запретили учиться на бокс или на борьбу. Так как вовремя соревнования, чувствуя проигрыш, не раздумывая, применял голову и побеждал.

В этот раз вовремя странного предчувствия и вовремя странного сна, никак не хотел никого убивать головой. В то же самое время мне как любому смертному хотелось жить. У меня была возможность не возвращаться после службы в советской армии обратно в свой Беслан. В Батуми, где служил в воинской части и во всем военном гарнизоне, не было художника-оформителя. В советское время агитация была профессией номер один всюду, а в советских вооружённых частях тем более. Наглядная агитация без художника-оформителя все равно, что голова солдата без каски вовремя боя. Может пострадать от любого поражения.

Командование воинской части и командование дивизии несколько раз предлагали мне остаться служить на сверхурочную службу. Причём сразу обещали присвоить досрочно звание офицера и каждый год повышать звание офицера при прохождении специальных курсов, а по окончании университета перевести в звание майора. Таким образом, карьера военного офицера была на лицо. К тому же заместитель командира по хозяйственной части, грек по национальности, сватал меня в женихи к своей самой красивой дочери, которая буквально сохла по мне за время моей службы в советской армии. Тоже иногда просто уделял ей своё внимание.

Однако у меня были совсем другие планы на будущее. Кроме того, что мечтал после службы в советской армии поступить во всесоюзный юридический институт в Харькове. Также верил в свою судьбу, которую мне предсказала моя бабушка Нюся ещё в моём трёхлетнем возрасте. Тогда бабушка Нюся сказала мне, что стану художником, буду работать в цирке, женюсь на еврейке, нарожаем кучу детей и уедем жить за границу. Мне совсем непонятно было, как осуществиться предсказанная бабушкой моя судьба. Но то, что так когда-то будет, верил всегда. Моя вера усиливалась с каждым годом. Так как при мне моя бабушка Нюся столько много предсказала нашим родственникам, и все сбылось, что моя вера в предсказания бабушки увеличилась.

Когда бабушка Нюся за год до своей смерти предсказала день и час своей смерти, а перед своей смертью напомнила мне о предсказанной мне судьбе. Больше никогда не сомневался, что будет именно так, как сказала бабушка. Вот только в предсказаниях бабушки ни единого раза не упоминалось о том, что буду служить офицером. Поэтому отказался от сверхсрочной службы в советской армии, а также отказался жениться на гречанке и проживать в Батуми. Все мои мысли были на скорейшем окончании воинской службе и быстрому продвижению к осуществлению своей судьбы. Именно эти стремления заменили мне навязчивый сон и навязчивые предчувствия, что после службы в советской армии должен убить своей головой своего противника.

Однако, как только прибыл после демобилизации к себе домой, так сразу в первую ночь мне дома приснился сон, что на меня нападут с оружием в руках. Мои руки будут заняты к защите, а своей головой совершу резкое нападение на своего врага, который тут же зальётся кровью и через несколько часов умрёт от кровяного давления в мозг. Вовремя такой развязки в драке никак не пострадаю, но помнить это буду всю жизнь. После такого сна больше не о чём не мог думать, как только о встречи со своим врагом. К этому времени у меня была такая мускулатура, что все мои враги, бывшие до службы в советской армии, превратились либо в моих друзей, либо стали просто уважать меня за мою мускулатуру. Даже при моём желании мне не с кем было подраться. К тому же не был задирой и дрался лишь в тех случаях, когда нападали на меня и на моих друзей.

Несмотря на то, что был весь во внимании со своим возвращением домой после службы в советской армии, мои мысли и зрение постоянно блуждали в пространстве в поисках моего врага, который должен напасть на меня, а в свою очередь должен убить своего врага своей мощной головой. К худшему или к лучшему, мне это совсем неизвестно, но в реальной жизни враг мне не встречался. Однако вовремя моего сна все у меня повторялось. Обратно во сне появлялись сцены моего поединка с врагом, которого убиваю ударом своей головы.

Обладая устойчивой психикой и крепкой силой воли, не довёл себя до психического расстройства или до полного сумасшествия. Постепенно привык ко сну с картинками боя при встрече с врагом. Предчувствия возможной драки не на жизнь, а на смерть ни стали меня беспокоить. Стал подобное явление воспринимать, как просмотр слайд какого-то фильма, который никогда не осуществиться в моей вполне реальной жизни. Прошло несколько дней после моего возвращения домой с демобилизацией со службы в советской армии. Поступил учиться в военное училище по электронной промышленности. Познакомился там с девушкой Болоховой Татьяной. Мы стали с ней встречаться просто как хорошие друзья. Никаких интимных отношений между нами не было. Мы прекрасно понимали, что нам надо вначале закончить училище.

Поступить работать на военный завод ФЭУ (фотоэлектронных умножителей) и лишь спустя два года своей работы на ФЭУ можно было подумать о близости между разными полами. Таковы были условия, подписанные между студентами училища и руководителями военного завода ФЭУ, для которого готовили специалистов в специальном училище.

- Давай сегодня вечером сходим в кино в кинотеатр "Родина". - предложил, Болоховой Татьяне, вовремя перемены на занятиях в училище. - Говорят, что там какой-то индийский фильм идёт. Ты же любишь такое кино.

- Откровенно! Мне надоело смотреть индийские фильмы. - делая недовольную гримасу на своём лице, сказала Татьяна. - Однако сидеть в душной общаге и болтаться в прохладное время года мне тоже не охота...

После некоторых колебаний Татьяна согласилась с моим предложением пойти в кино на индийский фильм в кинотеатр "Родина", который находился на проспекте "Ленина" в самом начале улицы, куда пришёл заранее, чтобы купить билеты на просмотр фильма. На афишах кинотеатра действительно был индийский фильм "Цветок в пыли". Но этот фильм смотрел до службы в советской армии. Болохова Татьяна тоже наверно смотрела этот фильм. Однако мы уже договорились о встрече. Мне пришлось купить билеты на это кино.

- Так и знала, что будет что-то старое из индийского фильма. - недовольным голосом, сказал Татьяна, глядя на афишу индийского фильма. - Мы с девчонками этот фильм смотрели в своей станице после занятий в школы. Наверно в седьмом или в восьмом классе. Ну, ладно, раз билеты купил, то пойдём, посидим в кинотеатре. Там тепло и мороженое можно покушать. Купи мне стаканчик пломбира. Себе бери, чего захочешь.

Ни стал выделяться среди других зрителей кинотеатра. Как все, купил себе и Болоховой Татьяне по стаканчику пломбира. Все зрители кино расселись на своих местах. Едва только перед началом индийского фильма включился экран с документальным фильмом о нашей любимой партии и правительстве, как тут же звуки документального кино заглушил единый хруст поедаемого пломбира в вафельных стаканчиках. Все кинозрители старались как можно быстрее покончить с мороженым вовремя документального фильма, чтобы вовремя просмотра индийского фильма спокойно смотреть кино без своего ритуального мороженного в стаканчиках.

Едва закончилась хроника партии и правительства, как в кинозале наступила полная тишина. Все устремили своё зрение на огромное полотнище широкоэкранного фильма, который стал демонстрировать советскому зрителю ужасы капиталистического строя и любовные страсти в индийском кино. Откровенно, мне не очень нравились индийские фильмы, в которых был давно знакомый сюжет с трагической любовной сценой, которая заканчивается прекрасно для влюблённой пары. Видимо Болохова Татьяна была того же мнения. Поэтому после съеденного пломбира Татьяна промокнула свои губы носовым платком. Склонив свою голову на моё плечо, она закрыла глаза. Тоже был не против, также подремать после занятий в училище...

- Как было приятно спать под индийские песни. - чмокая меня в щеку, радостно в шутку, сказала Татьяна. - Спасибо тебе, что ты пригласил меня в кинотеатр хоть немного поспать. В общаге невозможно спать.

Мы вышли из кинотеатра на улицу. Несмотря на осеннюю прохладу на свежем воздухе дышалось легко и просто. В ночном небе не было дождевых туч. Лёгкий ветерок с Дарьяльского ущелья слегка колыхал верхушки почти голых от листьев высоких деревьев. Мы договорились с Болоховой Татьяной, что после кино провожу её до женского общежития, а сам пойду ночевать к дедушке и бабушке, которые жили выше через улицу.

- Тебя можно на минутку. - обратился ко мне парень, на голову ниже меня, когда мы пересекали проспект.

- Таня! Ты подожди меня на другой стороне проспекта. - спокойным голосом, сказал, Болоховой Татьяне.

Татьяна с ухмылкой посмотрела на коротышку, который был даже ниже её роста. Уверенная в том, что со мной ничего не произойдёт она перешла на другую сторону проспекта и зашла в небольшое помещение булочного магазина, где можно было купить не только хлебобулочные продукты, а также выпить стакан горячего какао на молоке с булочкой заполненной повидлом посыпанной сверху сахарной пудрой.

- Внимательно слушаю. - обратился к коротышке, когда проводил взглядом подругу в безопасное место.

- Быстро освобождай карманчики. - с блатным жаргоном, сказал коротышка, когда меня окружили пацаны.

- Хорошо! Сейчас. - спокойным голосом, сказал, опуская свои руки к карманам куртки, рядом с пистолетом и финским ножом, которые наставил на меня коротышка. - У меня как раз для тебя сегодня много денег есть...

Когда мои руки появились на уровне оружия наставленного по сторонам, схватил коротышку в запястьях ниже оружия и резко развёл его руки в разные стороны. В этот момент лицо коротышки стало ближе к моему лицу. Без всяких размышлений отклонил свою голову назад и со всей силы ударил своим мощным лбом в небольшую переносицу коротышки. В тоже мгновение у коротышки из отверстий головы брызнула кровь. Обезумевшие от страха и от неожиданности, глаза коротышки выпучились из своих орбит и залились кровь.

- Быстрее зовите милицию! - заорал, прямо в лицо коротышки. - Пусть все увидят, что у него в руках оружие.

Пацаны, перепуганные до смерти от неожиданного поражения своего вожака, заметались вокруг меня по скверу проспекта и тут же разбежались в разные стороны. Несколько раз прокричал своё требование. Продолжая держать руки коротышки с оружием в разные стороны на виду у образовавшейся толпы любопытных, которые смотрели на меня со стороны. Через несколько секунд из толпы выскочили два милиционера. Приблизившись ко мне, милиционеры выбили оружие из рук коротышки и сразу заломили ему руки за спину, надевая на коротышку наручники. Пока милиционеры возились на земле с коротышкой, осторожно шагнул в толпу любопытных и вышел в сторону проспекта, где стояла Татьяна, разглядывая толпу зевак.

- Саша! Что случилось? - испуганно, спросила меня, Татьяна, когда подошёл к ней. - Подрался?!

- Ничего страшного. - спокойным голосом, ответил, под руку увлекая свою подругу в сторону от проспекта. - Пацаны хотели почистить мои карманы. Вполне понятно, что был против того, чтобы мои карманы опустели. Но ты об этой драке, никому не рассказывай. Ты сама прекрасно знаешь, что пострадавшие всегда правы.

Нас начнут таскать по судам и милициям. За такой скандал нас могу исключить из училища и не пустить работать на военный завод ФЭУ. Лично мне совсем не хочется ломать свою будущую карьеру. Так что никому не болтай.

- Ты, что, думаешь, что полная дура! - возмущённо, прошипела мне в лицо, Татьяна. - Даже если скажу ментам, что пацаны на тебя напали первыми, все равно не поверят. Ведь твоя подруга!..

- Ты у меня молодец! - радостно, сказал, Болоховой, чмокнув её в щеку. - Знаю, что ты не продашь...

Обнявшись, мы пошли дальше. По пути перевели свой разговор на другую тему, чтобы быстрее забыть о происшедшем в сквере возле кинотеатра "Родина". На часах было всего восемь часов вечера. Мог спокойно проводить подругу до женского общежития и успеть на последний поезд или на автобус, чтобы уехать к себе домой в Беслан. Как можно дальше от места происшествия. Меня могут искать милиционеры повсюду.

- Таня! Мы наверно на сегодня закончим наше свидание. - как бы извиняясь, сказал, Болоховой Татьяне, когда мы подошли к женскому общежитию. - Ты же сама знаешь, что мне надо скоро рисовать очередную стенгазету.

- Да, конечно! - с пониманием, согласилась подруга. - Тебе вообще лучше сегодня быть подальше от этих мест.

Чмокнув друг друга в щеку, мы разошлись в разные стороны. Болохова Татьяна направилась к дверям женского общежития. Пошёл в сторону кинотеатра "Дружба", из которого как раз в это время выходили зрители после окончания очередного кинофильма. Вместе с толпой бывших кинозрителей пошёл в сторону железнодорожного вокзала, как раз в это время от остановки автобуса отходил автобус по маршруту в Беслан. На пару с тремя парнями и двумя девушками побежал из толпы к отходящему от остановки нашему автобусу. При виде людей, бегущих к автобусу водитель автобуса притормозил и открыл дверь в салон автобуса.

Мы быстро заскочили почти на ходу в салон автобуса. Двери в салон автобуса закрылись за нами. Автобус повернул на улицу Кирова в направлении своего маршрута к Беслану. Рассчитавшись за проезд, мы расселись на свободные места. Случайно глянул на своё отражение в оконном стекле автобуса и обалдел от того, что увидел в затемнённом с улицы в стекле автобуса, как в зеркале у себя дома. У меня на лбу огромная шишка.

Рисоваться на виду у всех с такой огромной шишкой на лбу, это равносильно тому, что сейчас встать в середине площади и на весь город объявить, что своим лбом убил человека. Никто даже не будет спрашивать меня, кто был прав, а кто был виноват в той драке. Человек, убивший другого человека всегда виноват и должен предстать перед судом. Как минимум дадут мне десять лет срока и на этом можно ставить крест на мне.

Хорошо, что водитель автобуса выключил свет в салоне автобуса, а контролёр не обратила внимания на мой лоб, когда брала у меня деньги за проезд в автобусе. Всем остальным вообще не до меня. Молодёжь с кинотеатра обсуждают просмотренный сейчас кинофильм в кинотеатре "Дружба". Другие пассажиры автобуса, уставшие за день в столице, уткнулись по углам на своих сидениях, дремлют за время поездки до Беслана. Вовремя движения автобуса осторожно пересел на свободное место ближе к задней двери в салоне автобуса, чтобы первым выйти из салона автобуса на конечной остановке, куда едут все пассажиры. Так как самым центральным местом в Беслане была привокзальная площадь, когда-то с двумя памятниками вождей. На одном постаменте стоял Сталин с газетой в руке.

На другом постаменте стоял Ленин с протянутой рукой. По этому случаю в народе было много разных анекдотов, которых стало ещё больше после объявления культа личности Сталина, памятник которого выдрали подъёмным краном с постамента и вертолётом утащили куда-то в неизвестном направлении. В народе говорили, что памятник Сталину пошёл на переплавку к изготовлению медных монет, которых постоянно не хватало на сдачи у торгашей на рынках в городах Северной Осетии.

Едва только наш автобус подъехал на привокзальную площадь Беслана, быстро выскочил в открытую дверь в салоне автобуса и буквально побежал в сторону своего дома. Теперь мне никто на был страшен на пути моего следования к своему дому. Просто мне хотелось, как можно быстрее добраться до домашнего холодильника и приложить к огромной шишке на лбу кусок льда их холодильника. Хотя после удара прошло больше часа, то едва ли лёд поможет рассосаться синяку, который к утру может расползтись с меня на весь лоб.

Дома мне крупно повезло. Мама в это время работала во вторую смену крановщицей мостового крана на щебеночно-шпальном заводе. Мои братья близнецы на девять лет моложе меня спали на мягком диване у телевизора, на котором мигала надпись: "Выключите телевизор". Выполнил требования телевизора, выдернув вилку электрического снабжения из розетки. Затем перетащил своих братьев по кроватям и пошёл на кухню.

В холодильнике было много намёрзшего льда. С трудом вилкой отколол кусок и приложил лёд к шишке на лбу. Сколько мог терпеть, столько времени держал лёд на огромной шишке, которая к этому времени стала синеть. Когда мне стало казаться, что мой мозг от холодного льда сам скоро превратиться в льдину, тогда убрал лёд от своего льда и посмотрел на ушибленное место. Вид мой желал быть лучше. Синяк больше монеты.

Самое надёжное от синяков в то время, кроме медной монеты и льда, мог быть "Тройной одеколон". Почему одеколон назывался тройным, мне это неизвестно. Может быть по тому, что флакон такого одеколона можно было выпить разбавленным на троих, как бутылку русской водки на троих. Пить "Тройной одеколон" никогда не пробовал. Но вот делать примочки себе от синяков мне приходилось часто. Опыт с годами помогал мне.

В этот раз ни стал делать ватные тампоны на примочку с "Тройным одеколоном". Пошёл к этому, как наш вождь, другим путём. Смочил слегка марлевую повязку в "Тройном одеколоне" и повязал вокруг головы. Ложиться спать в постель с марлевой повязкой, смоченной в "Тройной одеколон" не решился в двух случаях.

Во-первых, не знал, какие могут быть последствия с моей головой, после таких процедур. Во-вторых, моя мама, придя с работы, могла увидеть у меня повязку на голове и устроить панический скандал по непонятному случаю. По этим двум причина, за двадцать минут до прихода мамы с работы, выбросил в окно на газон у дома свою марлевую повязку, смоченную в "Тройной одеколон".

Затем хорошо проветрил квартиру от запаха одеколона и лишь перед самым приходом мамы с работы, лёг в свою постель, сразу притворившись сонным.

Буквально через пару минут после моего притворства с работы домой пришла мама. Как обычно прикрыла своих младших детей сползшими с них одеялами, мама направилась на кухню, чтобы покушать и помыть грязную посуду, которая накопилась от детей за время её отсутствия.

Пока мама кушала и мыла на кухни накопившуюся грязную посуду, старался заснуть. Но сон никак не шёл в мою голову, заполненную мыслями за случившееся в сквере на проспекте возле кинотеатра "Родина". Все никак не мог понять, как к этому отнестись.

- Чувствую, что ты не спишь. - тихо, сказала мама, подойдя к моей кровати. - Опять проблемы в твоей жизни? Не надо искать проблему. Проблема сама найдёт тебя

- Никаких проблем у меня нет. - тихо, ответил. - Просто надо за два дня подготовить стенгазету. С рисунками сам разберусь, а вот текстового материала у меня мало. Забыл поговорить с комсоргом и парторгом училища.

- С текстом к стенгазете ты разберёшься. - с мыслями гипнотизёра, грустно, сказала мама. - Со своими мыслями тебе будет сложнее разобраться. Ты бы лучше поделился со мной своими проблемами. Тебе все-таки мама.

- Давно взрослый человек. - настырным тоном, сказал. - Сам разберусь во всех своих проблемах. Дай спать!

Мама больше ничего ни стала говорить мне. Ушла спать в свою комнату. Тоже вскоре уснул. Больше мне не снился тот навязчивый сон о моём враге, которого должен был убить головой или погибнуть сам. Впервые за время моего возвращения домой после службы в советской армии, спал, как спит спокойный младенец до самого обеда.

Мама всегда была мудрой мамой и всегда точно знала, как поступать в отношении своих детей. В это утро мама не разбудила меня перед своим уходом на рынок, за продуктами своим троим сынам. Мама прекрасно поняла, что моим беспокойством в ту ночь была ни стенгазета, а что-то более серьёзное, что так сильно беспокоило меня бессонницей. Мама просто дала отдохнуть моей душе и моему разуму, чтобы на свежи мысли иначе посмотреть нате события, которые были вокруг меня, которые так сильно потрясли меня за день. Стараясь окончательно не быть разоблачённым в своих проблемах перед мамой, приступил рисовать плакат в училище к будущей стенгазете, которую надо было выпустить через месяц. За годы работы в качестве художника-оформителя мог подготовить к стенной печати любую свою работу за любой срок.

Так как на целый год вперёд знал точно, что нарисовать к советским праздникам и к обычным ежегодным праздникам. Партийные, комсомольские и профсоюзные руководители тех мест, где служил, учился или работал, полностью доверяли мне тему и вид будущей стенной печати, а также оформление колонны предстоящего парада.

За два выходных дня, вовремя подготовки плаката к стенной печати в училище, всячески старался уделить внимание к своему лбу, чтобы в училище не отправляться с синяком на лбу. Видимо мама поняла, что мне нужно побыть одному дома два дня, чтобы полностью разобраться со своими проблемами и с плакатами будущей стенгазеты в училище.

Мама собрала своих близнецов и на два дня ушла в гости к своей средней сестре Щепихиной Надежде, которая жила на краю Беслана в посёлке, построенном специально для сотрудников щебеночно-шпального завода. Муж тёти Нади был главным инженером щебеночно-шпального завода. Поэтому им выдали благоустроенный дом в этом заводском посёлке. Мы часто семьями отдыхали там в гостях.

От обширного синяка на весь лоб спасла меня моя хорошая память. По памяти в течение двух суток делал себе разные процедуры, которые в детстве делали мне бабушка и дедушка на мои постоянные синяки и ссадины. Так как, примерно с полутора лет носился, словно угорелый повсюду. Попадал в различные ситуации, от которых на моём теле не было живого места, которое когда-то не пострадало от моей бесконечной беготни.

В понедельник утром, когда направился ехать из дома в училище в Орджоникидзе, на моём лбу было почти незаметное пятно от будущего синяка. Мама никогда не пользовалась косметикой. Поэтому в нашем доме не было ничего такого, чем можно было помазать или попудрить пятно на лбу и таким образом окончательно убрать предмет прошедшей драки с последующим убийством врага мощным лбом своей головы.

Вспомнил, что у нас в квартире всегда есть порошок какао и мука под мучные продукты. Тут же воспользовался случаем, пока в квартире все спали. Решил навести косметику своего тела. Смешал муку, какао и не много кофе под цвет своей кожи. Слегка протёр свой лоб ваткой, смоченной в подсолнечное масло. Затем порошковой смесью припудрил свой лоб. Косметика оказалась настолько отличной, что даже вблизи от зеркала не было в моём отражении заметно бывший синяк. Можно было мне спокойно, прихватив с собой самодельную косметику, отправляться в училище.

Хорошо, что мы с Татьяной учились в разных группах и в разных корпусах училища. Вовремя недели мы не устраивали себе свидания, так готовились к практике на военном заводе ФЭУ в разных цехах. Кроме того, у нас было много комсомольских и общественных работ в подготовке к предстоящим праздникам. Поэтому о будущем свидании на выходные дни мы договаривались в конце рабочей недели. Разыскивая друг друга в училище, а то после занятий в училище приходил к женскому общежитию, чтобы встретить Таню.

В первый же день от своих сокурсниц услышал разговор о том, что случилось на проспекте возле кинотеатра "Родина" в пятницу вечером. Картина происшедшего была сильно преувеличена. Рассказывали такое, что можно было подумать о разборках двух криминальных групп, в одной из которых убили вожака группировки. Такой поворот рассказанной истории, если она действительно так воспринялась в милиции, то мне было в самый раз. В лицо меня никто не запомнил. Приписывать меня к криминальной группировке никто не мог. Так как совсем недавно отслужил в советской армии. В то время как любая криминальная группировка получает свою известность через какой-то длительный период, куда меня вписать практически невозможно ни кем.

Мне трудно судить самого себя за то, что было предвидено изначально в моих снах и моих предчувствия. Ведь никто не мог поверить в то, что когда-то приснившийся мне сон вовремя службы в советской армии, может присниться на гражданке, а затем материализоваться в реальность. Если даже все действительно случилось, то, может быть, перестарался со своей самозащитой реально уступающему мне по силе противнику. К тому же, как стало известно месяцы спустя, обратно лишь по слухам, у нападавшего на меня был муляж оружия. Пистолет и финский ножик были игрушечными. Вполне возможно, что меня кто-то хотел просто разыграть. Хотя, лично мне, мало верится. Если б, то действительно был розыгрыш, тогда среди парней в сквере был хоть один человек, который мог знать предмет розыгрыша, то есть меня.

Тогда меня могли вычислить и арестовать. Вот только меня никто не арестовал и не забрал в милицию в течение двух лет моего проживания на территории Северной Осетии после того ужасного случая. Хоть анонимно могли сообщить о моей причастности к гибели своего друга. Однако никто ни единого раза даже рядом со мной не упомянул о том случае. Даже почти свидетельница того случая Болохова Татьяна, с которой мы расстались после окончания училища, вскоре вышла замуж за моего родственника, своего станичника. Она никогда, никому не рассказала о том случае, когда вовремя самообороны убил своей головой вооружённого бандита вовремя его попытки обокрасть меня. В той истории, связанной со сном, с предчувствиями и с реальностью, лично у меня самого осталось много вопросов, которые разгадать мне не под силу. Думаю, что никто и никогда не поможет мне в этом.


8. Последнее свидание.

После нашей маёвки мы с Болоховой Татьяной больше не встречались. Нас обратно развели в разные группы подготовки к государственным экзаменам и в разные отделы на заводе "ФЭУ" на прохождение практических занятий. Даже государственные экзамены у нас были в разные дни. После государственного экзамена на аттестат зрелости по специальности и фото на память, мы фотографировались отдельно по группам обучения. Никто не захотел фотографироваться выпускным составом всего училища. Так как нас было более тысячи человек. Пришлось бы каждому делать отдельный снимок размером с письменный стол. Такой снимок никому не нужен. Его трудно хранить. Групповой снимок был размером с фотоальбом.

Уже думал, что теперь больше никогда в жизни мы не встретимся с Татьяной. Судьба развела нас в разные стороны. Тем более что на военный завод "ФЭУ" принимали только местных выпускников. Болохова Татьяна в этот список попасть не могла. Ей нужно было либо выйти замуж за местного жителя и пойти работать не по специальности на завод "ФЭУ", так как монтажницей ФЭУ могли быть девственницы, либо надо было нелегально получить прописку, за что её могли привлечь к уголовной ответственности. Поэтому, остаться работать на военном заводе "ФЭУ" у Болоховой Татьяны не было никаких шансов. Встретились мы на общем собрании училища при получении аттестатов зрелости об окончании технического училища и в этот же день на банкете выпускного вечера, посвящённом окончанию учёбы в училище.

- Договор дороже денег. - напомнил, Болоховой Татьяне, в конце выпускного вечера. - Ты обещала, что после окончания училища мы с тобой оба поедем в станицу Каргинскую-Каргалинскую к терским казакам.

- И не отказывалась от нашего спора. - ответила Татьяна. - Завтра мы и едем. Нам все равно всему училищу дают неделю перед работой на заводе "ФЭУ". Затем нас завод отправит в отпуск на целый месяц. За это время нам подготовят рабочие места в отделах завода "ФЭУ". Мы с тобой и едем к нам.

Не знаю, на что рассчитывала Болохова Татьяна с работой на заводе "ФЭУ". Может быть, в заводском общежитии ей давали прописку? Но, ни стал говорить ей, что у неё нет шансов работать на военном заводе. Возможно, что она действительно останется жить и работать в Орджоникидзе. Так это лучше нам обоим. Мы сможем встречаться. Дальше сама жизнь покажет, как нам поступать друг с другом. В этот же вечер мы с вещами Татьяны отправились к нам домой, чтобы в четыре часа утра первым скорым поездом "Москва-Баку" отправиться до Грозного. Где нам предстояло пересесть в другом конце Грозного на автобус до станицы Каргинской (Каргалинской). Общая протяжённость дороги около триста километров. Надо успеть к вечеру в воскресенье вернуться обратно домой в Беслан. В ночь на понедельник, Щепихины и Черевковы, собрались семьями ехать на отдых к Чёрному морю.

- Мама! Это Болохова Татьяна. - сказал, своей маме, представляя Татьяну. - Мы вместе с ней учились в училище. Завтра в четыре часа утра провожу Татьяну до станицы Каргинской или Каргалинской.

- Правильно надо говорить Каргинская, - поправила меня, мама, - не Каргалинская. От слова карги-вороны.

- Вот видишь! - радостно, воскликнул. - Был прав. Это говорит потомственная терская казачка. Понятно?

- Мы с нашими станичниками поговорим. - настаивала на своём Болохова Татьяна. - Голос будет за ними.

Мама ни стала вмешиваться в наш спор. Только приказала нам обоим быстрее ложиться спать, так как осталось мало времени до того, как мы должны выходить из дома на поезд. Мама тут же постелила Татьяне в своей спальне, сам лёг на диван в зале, где к этому времени спали мои братья-близнецы, Сергей и Юрка. Один будильник завели на три часа ночи в спальне, другой будильник завели на это время прямо возле моей головы в зале. Так мы перестраховали себя, чтобы не проспать.

Едва наши оба будильника пикнули, как тут же мы заглушили их и стали быстро собираться. Мама с вечера приготовила мне сменную одежду и продуктов на дорогу. Все положила в мою спортивную сумку. В три часа ночи нам оставалось только одеться, выпить по кружке горячего чая с бутербродом и идти на поезд.

Вокзал станции "Беслан" находился от нашего дома всего пять минут ходьбы. Даже с вещами Татьяны нам ничего не стоило быть за десять минут у билетной кассы. За полчаса до прихода поезда мы находились у кассы. Народу у кассы на проходящий поезд было совсем мало. Всего с десяток человек.

- Вам билеты общий вагон или плацкарт? - сонным голосом, спросила кассир. - Есть и в купейные места.

- Два билета в купе до станции "Грозный". - ответил сам. - На три часа поездки плацкарта не нужно.

Мы взяли билеты, сразу вышли на перрон. Нам не хотелось находиться в зале вокзала. Мы оба боялись заснуть на скамейке. В это время на перроне слегка продувал ветерок, не было душно, как в зале вокзала. Татьяна обняла меня за пояс и положила свою голову мне на грудь. Так мы простояли минут двадцать, до появления скорого поезда "Москва-Баку", который привычно опаздывал на десять минут.

Мы сразу поднялись в вагон и прошли в купе на свои места. Обычно забитый до придела скорый поезд, в этот раз был полупустой. Очевидно, это сказалось от разгара отпускного сезона, когда пассажиры находятся на побережье трёх морей, окружающих Кавказ с трёх сторон. Кто-то поднялся на отдых высоко в горы подальше от жары.

В нашем купе больше никого не было. Болохова Татьяна села у окна по ходу поезда. Стала вглядываться в проблески первых лучей восходящего солнца. Закрыл купе на щеколду, чтобы никто проходящий по вагону без конца не заглядывал в наше купе. Вещи Татьяны и свою спортивную сумку положил на другую первую полку, а сам сел рядом с Болоховой Татьяной. Мы так, в купе молча, сидели очень долго.

Вдруг, заметил, что плечи Татьяны вздрагивают. Посмотрел на её отражение в стекле и тут увидел глаза полные слез. Осторожно взял её за плечи и повернул к себе. У неё горели лицо и губы. Чтобы не спугнуть её, осторожно поцеловал Болохову Татьяну в щеку. Затем промокнул её глаза носовым платком, который она держала в руке и украдкой промокала, свои глаза от слез. Глаза Татьяны подсохли, а её губы вспыхнули огнём и невольно потянулись к моим губам. ни стал уговаривать себя.

Мы слились с ней в едином горячем поцелуе впервые за все время нашего знакомства. Мы так страстно целовали друг друга, словно ждали этого поцелуя целую вечность и вот теперь целовались так горячо, как будто бы это было у нас в первый и в последний раз. После чего у нас не будет страстных поцелуев и встреч. В конце концов, мы оба обезумели от наших поцелуев. Даже не заметили, как бесстыжая кофточка расстегнулась и на половину оголилась грудь, спрятанная в бюстгальтер. Дальше все пошло самой собой. Алый сосок её груди скользнул в мои горящие губы. Татьяна затряслась от страсти ко мне. На Болоховой Татьяне было лёгкое ситцевое платье с кофточкой, бюстгальтер и маленькие трусики, которые медленно сползали с совершенно белой попки, которая никогда не знала загара палящего летнего солнца.

- Станция "Грозный"! - вдруг, услышали мы, голос проводника за дверью купе. - Приготовьтесь к выходу.

Татьяна вскочила со своего места. Поправила на себе одежду и направилась к выходу. Взял наши вещи и последовал следом за ней в тамбур вагона, где собрались пассажиры готовые к выходу. Болохова Татьяна втиснулась между людьми, как бы изолировала себя от моего присутствия рядом с ней. Лицо Татьяны все пылало от наших поцелуев, она медленно приходила в себя. Мне было как-то неудобно. За наш совместным поступок в купе вагона. Все это было взаимно между нами, но мы зашли очень далеко за грань допустимого. Болохова Татьяна была серьёзной девушкой в этом отношении. Возможно, что это был её первый поцелуй, и она сама не удержалась. Дала волю своей затаившейся страсти.

Мне ни стоило заходить так далеко в интимном отношении с ней. Тем более что имел серьёзные отношения к ней. Обдумывал, как сделать ей предложение в присутствии её родителей, выйти за меня замуж. Прямо из вагона поезда Татьяна быстро пошла мимо вокзала станции "Грозный" на остановку трамвая, который следовал до автостанции с направлением в Шелковской район, где находилась станица Каргинская. Татьяна словно забыла о моём существовании, о том, что со мной её личные вещи. Болохова сразу вошла в подошедший трамвай.

Едва успел заскочить следом за ней в вагон трамвая. Не оглядываясь на меня, она села рядом с каким-то мужчиной и отвернулась в сторону от меня. Мы ехали по городу минут двадцать до автостанции. Все это время Болохова смотрела куда-то в одну точку совершенно безразличным взглядом, будто она совсем сошла с ума.

На автостанции много народа, которые ехали в сторону Шелковского и Наурского районов. Оба района находятся на левом берегу реки Терек. Татьяна взяла один билет на себя и отошла в сторону от меня. Она совершенно не желала моего присутствия, это видно по её поведению и по безразличному взгляду, смотрящему в сторону от меня. Не знал, как себя вести в такой обстановке, тоже держался на расстоянии от неё, чтобы ни сделать ей больно на душе от своего присутствия рядом. У меня даже пропал аппетит.

Откровенно, вообще забыл о еде и о продуктах, которые положила мне мама в спортивную сумку. Болохова Татьяна тоже ничего ни ела. К посадке в автобус до станицы Каргинской прошло почти шесть часов после нашего отъезда из Беслана. Давно было время завтрака и приближалось время обеда. Когда все нормальные люди удаляют свой естественный голод. Все вокруг чавкали, а мы даже не дотронулись до кусочка хлеба, ни говоря о том, что нам следовало плотно покушать.

- Татьяна! Болохова! - радостно, завизжала подошедшая девушка. - Какими судьбами? Домой? Как рада!

- Любаша! - кисло улыбнулась подруге Болохова Татьяна. - Очень рада, что мы едем вместе в станицу.

- С тобой что-то случилось? - взволнованно спросила подруга. - Лица нет! У тебя проблема с парнем?

- Все нормально. - поспешила ответить Татьяна. - Устала после выпускного вечера в Орджоникидзе.

- Так ты крупный специалист! - радостно, сказала Любаша. - На военном заводе работаешь?

В это время подошёл автобус на посадку до станицы Каргинской, и все прошли на свои места. Любаша договорилась с парнем обменяться местами и подруги уселись рядом в автобусе. Моё место было через несколько рядов от подруг. О чём они говорили, не слышал. Только не обо мне. Так как ни разу Любаша и Татьяна не повернулись в мою сторону.

Девушки говорили о чём-то своём. По возрасту видно, что они ровесники. Возможно, что вместе учились в школе в одном классе. Девчонки делились своими воспоминаниями о детстве. Потихоньку Болохова Татьяна упокоилась от происшедшего в купе вагона. В дороге мне тоже стало легче на душе. Открыл свою спортивную сумку и решил немного покушать в дороге.

Мимо автобуса пробегали картины моего далёкого детства. Когда пацаном меня возили к родственникам в станицы Червлённая, Дубовская, Червлённая-Узловая, Шелковская. Вот только в станицу Каргинскую (Каргалинскую) почему-то никогда не возили? Что-то трагическое было связано с станицей за время Великой отечественной войны с фашистами. Даже когда старики были под градусом водки, то изредка вспоминали станицу Каргинскую, как место, которое впервые было заселено их предками почти двести лет назад. Только однажды слышал, как бабушка Маня сказала своему брату-двойняшке) Гурею, что надо бы помянуть брата Гришу ведь ему давно сто лет было, а мы даже не знаем где его могила в Каргинской. Больше о станице Каргинской и о дедушке Грише никогда не слышал. Может быть, сейчас местных казаков спрошу, где находится могила моего деда Гриши Выприцкого по материнской линии. Надо помянуть нашего старика долгожителя. Жаль, что деда Гриши давно нет. Было бы сем поговорить о давно минувшем времени наших предков. Станица Каргинская (Каргалинская). Конечная остановка автобуса, который в дороге растерял большее половины своих пассажиров от Грозного. На конечной остановке вышли те, кого автобус подобрал в пути следования. Девушки и женщины тискали Татьяну в своих объятьях. Мужчины и парни, поздравляли Болохову с окончанием училища и с возвращением в родную станицу.

Из рук в руки переходил аттестат зрелости, полученный при окончании технического училища и получении специальности монтажника фотоэлектронных умножителей. Все дружно смеялись над неизвестным ранее названием специальности у Татьяны. Она тоже смеялась вместе со всеми. Объясняла, что это связано с космосом. Болохова Татьяна и её друзья-станичники, словно не замечали моего присутствия рядом с ними.


9. Дом Болоховой Татьяны.

Когда все пассажиры выплеснулись из автобуса на конечной остановке, тоже вышел с вещами Болоховой Татьяны не замеченный ни кем. Словно был так, каким-то случайным попутчиком, до которого ни у кого дела нет. Поставил вещи Татьяны на траву и стал смотреть, как расходятся по домам её станичники. Станица Каргинская(Каргалинская) большая. Возможно, что будет несколько сот дворов. Всюду густая зелень, в которой утопают дома и другие постройки станицы. В большинстве дома старые, но прочные. Видно, что терские казаки давно могут строить себе дома.

Вот осталось только два саманных дома-мазанки. Точно такие мазанки, как у наших Выприцких в Гудермесе в Старом хуторе. Где родилась бабушка Маня и дедушка Гурей Выприцких, весь род Выприцких за триста лет. Сейчас мазанка до окон провалилась в землю. В мазанке живут дедушка Гурей и бабушка Маня. Все остальные многочисленные родственники смотрят на мазанку, как на историческую достопримечательность рода Выприцких. Возможно, что эти две мазанки когда-то построили терские казаки из рода Выприцких, то есть мои прямые родственники. Встретиться бы мне с ними и узнать, что здесь произошло с ними в годы войны с фашистами.

- Саша! Ты что застрял? - вдруг, услышал, голос Болоховой Татьяны. - Пойдём к нам домой. Тут рядом.

Только сейчас обратил внимание, что никого на автобусной остановке нет и Болохова Татьяна далеко от меня на перекрёстке двух улиц. Вероятно, что она была по пути к дому, но тут вспомнила о своих вещах и решила вернуться к остановке автобуса за мной, как за носильщиком её вещей. Ведь эту тяжесть, которую тащил через две республики, ей было невозможно дотащить до дома в станицу Каргинскую. Так что она меня просто использовала в качестве своего носильщика. Все остальное тут ни при чём. Просто это флирт девчонки перед парнем и все. Тоже, клюнул на её флирт и себя поставил в не ловкое положение.

- Доченька! Радость моя! - услышал, радостные крики женщины, выбежавшей к нам навстречу. - Степановна сказала мне, что ты приехала. Как хорошо, что ты обратно в своём доме. Какая радость в семье.

- Мама! Познакомься, это Саша. - представила меня, Болохова Татьяна, своей маме. - Мы вместе с ним учились в одном училище. Саша решил, что проводит меня прямо домой в нашу станицу Каргалинскую.

- Лидия Петровна! - назвала себя, мама Татьяны. - Большое вам спасибо за помощь дочери. Будьте гостем.

Рука женщины была мозолистой. Выходит, что она работает в сельском хозяйстве или дома в огороде набила лопатой себе мозоли на руках. Лидия Петровна внимательно осмотрела меня, словно оценивала меня с кем-то, кто претендует на руку её дочери. У неё был такой взгляд, словно она решала оставить меня в качестве друга её дочери или заплатить мне как носильщику, который сопровождал вещи дочки до дома.

- Вы что застряли на улице? - услышал, голос мужчины из дома. - Проходите в дом. Тоже скоро буду.

Поднял сумки Татьяны, пошёл следом за Лидией Петровной и Татьяной в их дом. Дом семьи Болоховых добротный из красного кирпича, с крышей из красной черепицы. К дому пристроена застеклённая веранда. С одной стороны двора русская банька. С другой стороны, хозяйственный двор с коровой, поросятами и курами. За домом огород соток десять. Из баньки вышел мужчина в одних семейных трусах. Весь распаренный, идёт ко мне навстречу. Здоровенный мужик. Сразу видно, что работяга, не ленивый.

- Олег Степанович! - назвал себя мужчина, протягивая мне руку. - Извини, что в таком виде. Узнал, что дочь с гостем приехала. Отпросился с работы на час раньше. Рядом работаю. Ты проходи на веранду. Сейчас оденусь. Да, совсем забыл. Ты же с дороги. Давай быстрее в баню! Пока дамы на стол накрывают.

- Александр! - назвался, пожимая руку хозяину дома. - От бани не откажусь. Давно не был в русской бане. Так что извините за нескромность. Хороший веничек найдётся для меня? Люблю хорошо париться.

- Найдётся! - по-свойски, ответил Олег Степанович, хлопая меня по плечу. - Там все найдётся. Иди парся.

Прихватил с собой свою спортивную сумку с запасной одеждой и отправился мыться в баньку, которую видимо истопили заранее к выходным дням. Сегодня был субботний день, который считался на половину рабочим. Получается, что мы с Болоховой Татьяной в самый раз угодили под выходные дни в станице Каргинской(Каргалинской). Представляю, что сейчас будет! Также как в станицах наших родственников. Если гость приехал или кто-то из станичников домой вернулся, то пьянка у всех знакомых и родственников.

Домик, в котором русская банька, совсем маленький. Прямо за дверью с улицы маленькая комнатка и сразу дверь в парилку. Все остальное, как принято в русской бане, ступеньки с дубовым веничком, кадка с горячей и холодной водой, раскалённые камни в железной бочке, которая греется русской печкой под навесом со двора, чтобы не было угарного газа в баньке.

В такой баньке места на двоих-троих человек хватит. Быстро разделся в комнатке и полез под душ, который находился в конце комнатки. Нужно было в начале смыть с себя дорожную пыль. Затем взял из кадки черпак холодной воды и слегка плеснул на раскалённые камни, которые угрожающе зашипели и яростно затрещали, пугая меня своим состоянием. Но вскоре вся страсть раскалённых камней стихла и от них поднялось облачко лёгкого пара, который сразу исчез.

Так давно не был в русской баньке, что настороженно шагнул на горячую лавку первой ступени, которая была слегка тёплой и не угрожала мне своим ожогом. Тут же рискнул и перешёл сразу на третью лавку, которая была достаточно горячей, но ни до такой степени, чтобы получить ожоги от жары на своём теле. Ни стал злоупотреблять вниманием хозяев, понимал, что не только один в этом доме. Другим тоже надо помыться. Вскоре услышал разговор на веранде дома. Разговаривали несколько мужчин и женщин. Вероятно, соседи пожаловали в гости. В любой казачьей станице телефон не нужен, все новости моментально переходят из уст в уста. Вскоре об этих новостях знает вся станица. Видимо, так сейчас было.

- Вот и гость из баньки пришёл! - восторженно, встретил меня, Олег Степанович. - Знакомься. Наши соседи. Сейчас мы этот повод хорошо отметим. За мою дочку и за нашего гостя. Проходите гости к нашему столу.

Стал, знакомится с соседями хозяина дома. Это были три семейные пары среднего возраста. Вскоре пришла Татьяна. Тоже вся распаренная в русской баньке. Видимо, она у своих соседей в банке мылась. Получается, что в станице не только у Болоховых есть такая русская банька. Потянуло печным дымком и, с другой стороны. Станичники начали мыться в субботний день перед выходным воскресеньем.

- Папа! Не напивайтесь! - напомнила Татьяна, своему отцу. - Сегодня у нас в станице танцы. Мы с Сашей пойдём туда. Ни хочу, чтобы наши парни придирались к нему. Не люблю ваши драки.

- Да, мы, только по рюмашке с ним. - как бы оправдываясь, ответил Олег Степанович. - С хорошей закуской такому крепкому парню бутылка водки, как вода. Мы же самогонку пьём! Первача доморощенного...

- Знаю вас, самогонщиков! - пригрозила пальцем Лидия Петровна. - Вам бы надраться, да подраться!

Олег Степанович отмахнулся от жены и пригласил меня за стол на веранде. Где все было накрыто. Русский борщ. Хорошая мясная поджарка с картошкой. Русский домашний хлеб. Такой аромат сельской кухни, что аж голова от удовольствия кружится. Как давно уже не был за таким столом! После того, как перед службой в армии мы всей оравой родственников ездили в Червлённую-Узловую к дяде Саше Морозову, больше ни разу не был в сельской местности. После службы в армии сильно был занят учёбой и работой.

После второй рюмки крепкого самогона сказал мужикам, что пить больше не буду. Не хочу пьяным идти на танцы. Лучше после танцев мы ещё выпьем. Мужики ни стали настаивать и уже без меня налили себе ещё по следующей рюмке самогона, за мои благополучные танцы, которые пройдут в станице без драки. Они с сожалением сказали, что сами пошли бы на танцы, чтобы там податься. Но! Времена ни те. Казачество давно изжило себя. Мужик выводится весь.


10. Выприцкая Татьяна.

Когда сумерки осторожно подкрались к дому Болоховой Татьяны, где-то в середине станицы зазвучала музыка. Понял, что сейчас начнутся танцы. Без драки мне не обойтись. Даже по службе в армии мог сделать вывод, что чужака местные парни без драки не принимают. Когда по армейской командировке езди на уборку хлеба в Краснодарский край, в Ставропольский край и в Челябинскую область, то ни одни танцы в сельской местности не обходились без драки. Со мной было много друзей-сослуживцев.

Мы себя ни давали в обиду местным парням. Тут мне предстоит встретиться одному с местными парнями станицы. Ни то чтобы боялся драки, просто перед Татьяной неудобно будет ходить с битой рожей. Ведь все равно достанется. Если полезут драться, то никому из них ни дам себе в обиду. Буду драться...

- Саша! Ты не заводи наших парней. - сказала мне, Болохова Татьяна, когда мы вышли из дома. - Знаю, что ты не трусливый парень, но сама разберусь со своими парнями. Ты здесь в гостях. Договорились?

- Нет! Не договорились! - возразил. - Никого заводить не буду. Но с твоими парнями разберусь сам. Мне твои услуги не нужны. Не хочу, чтобы твои друзья меня приняли за труса. Так что, извини, за мой тон.

Болохова Татьяна ничего не ответила, но когда мы стали приближаться к месту танцев, то она перестала держать меня под руку, а просто пошла рядом со мной. В это время из соседних домов выходили парни и девушки.

Все направлялись в сторону музыки, которая созывала к себе молодёжь. Ещё издали были слышны смех и шутки. Молодёжь станицы начинала танцы. Конечно, мне тоже хотелось примкнуть к танцам. Но был весьма удивлён увиденному.

Танцы в станице очень сильно напоминали мне танцы в Беслане до моей службы в армии, когда мы собирались группами возле частных домов и под пластинку танцевали до самого утра. В учебные дни мы собирались один раз в месяц, а вовремя каникул каждое воскресенье. Точно так, наверно, было в этой станице.

Вот и сейчас на площадке между домами собралась молодёжь. На деревья повесили обыкновенные провода с лампочками. На заборе дома висят динамики, из которых звучит музыка. Девчат намного больше чем парней. Парней с десяток не наберётся, а девчонок около сотни будет, если не больше. Видимо взрослые парни уезжают из станицы в город учиться и работать. Действительно вырождается казачества из станиц. Скоро землю некому будет пахать.

- Болохова Татьяна, ухажёра привела! - сказала девушка в коротенькой юбке. - Ой! Какой он красавец! Откуда ты его достала? Наверно, городской кавалер будет? Танюша! Познакомь нас! С ним бы потанцевать.

- Кому нравится, тот пусть и знакомится. - сухо, ответила Болохова Татьяна. - Его право выбора девчонок.

- Так он, что, совсем свободный что ли!? - радостно, воскликнула блондинка. - Тогда мой. Меня зовут Лена.

- Александр! - ответил блондинке. - Очень приятно с вами познакомиться. Разрешите вас пригласить на танец.

- Конечно! Разрешаю! - согласилась Лена, вцепившись в меня руками. - Пойдёмте быстрее! Пока не отбили.

Мы стали с Леной танцевать танго на зависть свободным девчатам. На следующий танец пригласил другую девушку. Затем следующую. Мне хотелось подразнить Татьяну, но она была безразлична к моим танцам с местными девчатами. Мои танцы с девчонками больше задевали местных парней, чем Болохову Татьяну, которая стояла с каким-то парнем и о чём-то серьёзно беседовала. Мне все это надоело, пошёл к Татьяне, безразличие которой ко мне сильно задевало моё самолюбие перед молодёжью. Горел желанием, как-то выделится среди местных парней перед Болоховой Татьяной.

- Таня! Можно тебя на танец? - спросил, Болохову, подойдя к ней после танца с новой девчонкой.

- Она не танцует! - в резкой форме, ответил парень, с которым стояла Татьяна. - Ты, отвали!

- У Тани есть своё мнение на этот счёт. - грубо, пресёк, соперника. - Так что заткнись перед ней.

- Тебя никто не просил приезжать! - заорал соперник. - Пошёл вон отсюда! Тебе сейчас дам!

Конечно, мне не хотелось быть битым. Ни стал ждать, когда мне дадут по роже. Соперник тут же получил в челюсть и растянулся на танцплощадке. В мою сторону побежали местные парни. Назревала большая драка. Сразу встал спиной к забору и приготовился к защите. Физически был здоровей парней.

- Вы, что, драку затеяли? - взволнованно, воскликнула Татьяна и встала между нами. - Хватит!

Все девчонки тут же встали в мою защиту. Отстранили от меня местных парней. Соперник поднялся с площадки и вытирая с разбитой челюсти кровь, принялся трясти головой. Возможно, что у него был нокаут. Тут из толпы выскочила кучерявая девчушка и показала кулак моему сопернику. Сразу догадался, что это его младшая сестрёнка. Они оба были сильно похожи друг на друга. Ростом девчушка была меньше всех.

- Прекрати драться! - грозно, сказала девчушка, моему сопернику. - Все сейчас папе и маме расскажу. Тоже мне жених нашёлся. Будет тебе свадьба с ремнём, а не с Болоховой Татьяной. Смотри мне! А то тебе!

Девчушка погрозила брату пальчиком и ушла в ту сторону, откуда сразу звучала музыка. Удивлённо посмотрел на Татьяну. Конечно, такого услышать никак не ожидал, что Болохова Таня невеста.

- Да! Познакомься! - не поднимая глаз, подтвердила Татьяна. - Мой жених Никита. Скоро свадьба.

- Александр! - протягивая руку жениху, сказал. - Извини! Не знал. Надо было сразу сказать о свадьбе.

- Это моя личность виновата. - тяжело вздыхая, ответила Болохова. - Хотела всем сделать хороший сюрприз.

- Сюрприз у тебя отличный получился. - сказал Никита, пожимая мне руку и придерживая свою разбитую челюсть. - Ты тоже меня извини, Александр, это, тебя, подтолкнул на драку. Приревновал к Татьяне.

- Ничего, все эти раны у тебя до свадьбы заживут. - подбодрила, Никиту, блондинка Лена. - Так что потерпи.

- Уже не заживут. - тяжело вздыхая, ответил Никита. - Наша свадьба будет скоро, через неделю.

- Вот, да! - удивлённо, воскликнули все присутствующие. - Вот настоящий сюрприз! Вы молодцы!

Громко зазвучала музыка, заглушая поздравления в адрес жениха и невесты. Сестра Никиты объявила "белый танец для дам" и сразу пригласила меня. Мы отошли в сторону и первыми принялись танцевать. Сестрёнка Никиты была ростом мне под грудь. Лет ей чуть больше десяти. Она пыталась быть ведущей в танце, но это ей никак не удавалось, тогда взял инициативу на себя.

Девчушка без устали говорила мне комплименты за хороший танец и тарахтела так, что уже не знал, как бы дождаться окончания танца, чтобы танцевать с другой девчонкой. Мне было с ней совсем не интересно. Слишком тут разный у нас возраст. Рассматривал эту тараторку сверху вниз и, вдруг, заметил, что она мне сильно кого-то напоминает. Такие же чёрные смолянистые волосы и кучерявые, словно каракулевые у молодого барашка. Прямо, как моя бабушка Нюся. Вдруг, неожиданно вспомнил. Такая же кучерявая. Только разница у них будет в сто лет.

- Александр! Вы, очень сильно похожи на Морозовых. - прервала мои размышления девчушка. - Ну, копия!

- Ты, почти, точно угадала! - удивлённо, ответил. - У моей мамы девичья фамилия была Морозова Мария.

- Как интересно! - воскликнула девочка. - У моей мамы тоже девичья фамилия Морозова Мария. Моя мама замужем за Выприцким Егором Митрофановичем. Меня зовут Выприцкая Татьяна. Какое у нас совпадение!

- Тогда мы с тобой в двойне родственники! - воскликнул на выводы девочки. - У нас в роду тоже есть Выприцкие и Морозовы.

Выприцкая Татьяна ничего больше ни стала мне говорить, а потащила меня за собой с танцплощадки к себе домой. Мы спешили с Выприцкой Татьяной познакомиться со всей родней и не обращали никакого внимания на шутки в наш адрес, со стороны местных девчат и парней.

Если бы они знали сейчас, какое мы сделали открытие с Выприцкой Татьяной, то все бы позавидовали нам. В том числе и жених с невестой, которые, через неделю, становились нашими общими родственниками. Они-то даже не подозревали этого.

Дом моих родственников был на другой улице. Узнал его издалека, когда увидел на завалинках седобородого старика, который был сильно похож на дедушку Гурея и бабушку Маню. Конечно же это их старший брат, дедушка Гриша Выприцкий, которого давно все мысленно похоронили, а он живёт и здравствует больше ста лет. Вот это открытие нашим родственникам! Имею в виду, всех остальных родственников.

- Мама! Посмотри! Посмотри! Кого тут тебе домой привела! - закричала Татьяна Выприцкая, на весь дом.

Вошёл в дом Выприцких и остолбенел. На меня смотрела копия моей мамы. Женщина так сильно похожа на мою маму, что можно подумать, будто бы гулял на улице возле своего дома с друзьями своего детства и вот забежал на минутку домой за бабушкиным пирожком. Эта женщина была моложе моей мамы, но, если сравнить их фотографии одного возраста, можно подумать, что это одно и то же лицо. В крайнем случае, как близнецы-сестры. Даже не большая родинка на шее у моей мамы такая, как у женщины.

- Ты, чей сын будешь? - удивлённо, спросила женщина. - Уж, так сильно ты похож на кого-то из наших.

- Меня зовут, Черевков Александр. - удивлённо, ответил. - Девичья фамилия моей мамы Морозова Мария.

Женщине сразу стало не по себе. Она стала терять сознание. С двумя мужчинами находящихся в доме, подхватили женщину у самого пола и отвели её на кровать. Она стала приходить в себя и в это время её глаза наполнились слезами счастья, которое она только что открыла сейчас у себя в собственном доме. Она стала рыдать и никак не могла сказать причину своих слез. Мужчина налил в стакан воды и подал ей.

- Мы их всех давно похоронили вовремя войны с фашистами. - наконец-то, сквозь слезы, сказала она. - Мой отец Никифор Морозов и отец твоей матери Кузьма Морозов, родные братья. Это они в детстве договорились между собой, что своих первых дочерей назовут по имени Мария. Так что мы с твоей мамой обе Марии, то есть, двоюродные сестры. Какая это радость! Обязательно поеду в гости к сестрёнке Марии.

Тётя Маша стала мне рассказывать, как вовремя оккупации фашистами части северного Кавказа, терские казаки разбрелись в разные стороны, чтобы не находиться под властью фашистов. Естественно, что все друг друга растеряли. Все мужчины нашего рода пошли воевать. Женщины и старики ушли от немцев.

- Тогда была совсем подростком. - продолжала рассказывать тётя Маша. - Мало чего знала о наших родственниках. Папа постоянно мне твердил, что у меня есть двоюродная сестра, тоже Морозова Мария. Уже в конце войны, после смерти родителей попала жить в Ставрополь. Там познакомилась с Выприцким Егором, который был старше меня.

В восемнадцать лет вышла замуж за Выприцкого Егора. Когда у нас было двое детей. Егор собрался ехать в командировку в Кизляр. Тогда узнала, что в станице Каргинской, которую сейчас называют Каргалинской, у Выприцких был свой хутор. Вот Егор решил посмотреть на развалины своего хутора и побывать на могилах своих предков.

Каково было его удивление, когда он увидел хутор целым и рядом со старой мазанкой хутора своего деда Гришу Выприцкого, которому было сто лет. Из всех станичников и хуторян, только наш дед Гриша отказался покидать свои родные места вовремя оккупации немцами этих мест. Дед Гриша тогда сказал, что он никогда не покинет свой родной хутор. Как выжил дед Гриша Выприцкий, этого никто не знает, и он об этом никому не говорит.

Но, только Егор сразу, по возвращению из командировки, стал собираться уезжать в станицу Каргинскую. Первый год мы жили всей семьёй в этой мазанке вместе с дедом Гришей Выприцким. На следующий год нам, сельсовет и все станичники, помогли построить дом. Точнее, так этот дом построили нашему деду Грише Выприцкому, как самому старейшему жителю станицы и всех терских казаков. Станичники на своём круге так решили.

В станице Каргинской мы узнали с Егором, что по линии моей матери считаемся родственниками. Мы знали, что так не принято у терских казаков создавать семьи между родственниками. Но, что сделано, то сделано. Тут нет нашей вины. Если бы не война, то наши родители никогда не допустили такого брака между родственниками.

Да и мы сами на такое не пошли. Вообще-то, если разобраться, то мы с Егором родственники через три фамилии, так что это ни так страшно. Очень близких ген между нами нет. Да и наши дети показали нам, что они не уроды и не инвалиды, а то что они похожи на наших общих стариков, так это мы все люди, очень, похожи своим подобием на Адама и Еву, от детей которых пошли все люди на планете.

- Тётя Маша! Но, главное вы не знаете, - прервал, рассказ своей тёти. - Все наши общие родственники - Выприцкие, Морозовы, Ткачёвы, Ивлевы, Фисюковы, Куценко и многие, многие другие живы и здоровы. Никто не погиб вовремя войны с фашистами, и все вернулись домой. Лишь живут в разных местах.

Стал рассказывать тёте Маше и дяде Егору про наш Старый хутор в Гудермесе, с которого начинался род терских казаков Выприцких и Ивлевых. Рассказал о том, что живы и здоровы, дедушка Гурей и бабушка Маня Выприцкие, которым за сто лет. Рассказал о том, что они тоже считали, будто бы все Выприцкие из станицы Каргинской погибли вовремя войны с фашистами и собирались посетить могилу деда Гриши, который жив и здоров, также, как и все остальные родственники. Вот только бабушка Нюся умерла.

- Хватит вспоминать. - остановил меня, дядя Егор. - Вы не собираетесь сейчас умирать? У нас будет много времени поговорить о нашем родстве. Давайте лучше отметим нашу неожиданную и приятную встречу.

- Конечно! - спохватилась тётя Маша. - Обязательно надо отметить нашу встречу. Сейчас накрою на стол.

Тётя Маша и её дочь Татьяна Выприцкая, засуетились на кухне, а вышел к завалинке, чтобы познакомиться со своим дедом Гришей, о котором много слышал, но никогда прежде его не видел. Наконец-то, выпал такой прекрасный случай, что мы встретились с дедом Гришей. Жалко, что дед не слышит и не видит. Дед Гриша сидел на завалинке опираясь на резную палку трость, которую ему до войны с фашистами вырезал брат Гурей, это знал из рассказов бабушки Мани.

Дед Гриша выглядел таким древним и мудрым, что сильно напоминал мне русского волхва (чародея и колдуна) из сказок Александра Пушкина. У деда огромная совершенно белая борода, которая свисала ниже пояса и кончиками волос лежала у него на коленях. Под огромными белыми усами совершенно не было видно рта. Впадина волос между усами и бородой напоминали о том, что там должен находиться рот.

Такие же густые и белые брови почти закрывали глаза деда Гриши. С головы огромной волной спадали белые волосы, которые гораздо длиннее бороды. Концы волос с головы лежали на завалинке. Смотрел на своего деда и думал, что, возможно, он самый старый человек на планете Земля.

Вот только никто об этом не знает, кроме станичников в Каргинской (Каргалинской). Иначе бы дед Гриша был записан в книгу "Гиннесса", как самый старый человек на планете Земля. Как интересно знать, что есть такой старый человек, который пережил много событий.

Дед Гриша сидел без движения и можно было подумать, что это ни человек, а красивая скульптура, искусно вырезанная руками талантливого скульптора, имя которому - Природа. Мне захотелось коснуться своими руками прекрасного творения.

Сел рядом с дедом на завалинку и положил свою руку на его руку, лежащую сверху набалдашника резной палки-трости. Деда Гриша медленно поднял свою свободную руку и шершавой старческой ладонью провёл по моему лицу. Затем опустил руку на прежнее место и опять застыл, как памятник природы. Мы оба сидели так пару минут. Знал, что он совершенно глухой и поэтому не говорил. Нам было бы, что сказать друг другу. Ведь у меня с ним общие корни родства терских казаков.

- Ещё один Морозов появился в гостях. - сказал дед Гриша, через длительную пауза. - Как твоё имя будет?

- Меня зовут, Александр! - заорал, в ухо деду Грише, так сильно, что прохожие шарахнулись от нас. - Сын Морозовой Марии Кузьминичны и Черевкова Сергея Ивановича. Это твой внук по казакам Выприцким...

- Кричать не надо. - прервал дед мой крик. - От такого крика могу совсем оглохнуть, как пень.

- Дед Гриша по стуку о землю лучше понимает, чем от твоего крика. - сказала Выприцкая Татьяна. - Ты в этом убедишься, когда увидишь, как моя мама деда Гришу позовёт к столу на ужин. Он всех этому научил.

- Опять, эта "коза" Татьяна, куда-то побежала. - сказал дед Гриша. - На месте ей не сидится. Вся в мать.

Удивился тому, что дед Гриша, который совершенно не видит и не слышит, каким-то образом определил, что рядом с ним сейчас была Выприцкая Татьяна, которая только что куда-то побежала из дома.

- Это по земле от вибрации чувствую. - ответил дед Гриша, словно прочитал мои мысли. - Так бегает только наша Танечка. Быстро и короткими шажками перебирает ногами землю. Словно домашняя коза пробежала. Вот, сейчас Никита топает, как медведь. Растёт он быстро. Хочет сам утвердиться на этой земле.

В это время, действительно, к дому приближался Никита Выприцкий, который всего час назад был моим соперником, а теперь стал родственником. Как быстро все перевернулось во времени! Совсем недавно ничего не знал о существовании своих родственников и вот мы знакомы. Как странно происходят события?

- Наша Татьяна пошла к Болоховым за твоей спортивной сумкой. - сказал мне, Никита Выприцкий, проходя в дом. - Сейчас все будут у нас. Очень рад тому, что мы с тобой оказались родственниками, а не врагами.

Через несколько минут в дом Выприцких пришла вся семья Болоховы. Отказался пройти с ними вместе в дом Выприцких. Сказал, что мне интересно посмотреть на деда Гришу, когда он среагирует на приглашение к столу по вибрации через землю. Такого никогда не видел. Хочу все это увидеть своими глазами.

Дед Гриша сидел и думал о чём-то своём. Сидел рядом с ним и ждал нашего общего приглашения к столу. Дед гладил своей шершавой рукой собаку Ласку, которая тоже выглядела такой же старой, как наш дед.

Мне сказали, что собака Ласка признает только деда Гришу и поэтому постоянно находится рядом с ним. Ласка у деда, как поводырь, но её этому никто не учил.

Ещё щенком её принесли деду Грише, когда он жил в мазанке один, с того времени они так вместе и живут. Куда наш дед, туда с ним и собака Ласка. Собаке лет пятнадцать будет, то есть, выходит, что по собачьему возрасту Ласка столетняя старуха. Возможно, что они, как столетние старики, хорошо понимают друг друга без всяких слов.

- Сегодня долго сидеть будем. - сказал дед Гриша, поднимаясь с места, когда тётя Маша постучала ногой о землю три раза. - По запаху чувствую, что приготовили много разных блюд на столе. Сваты пришли в дом.

Мы прошли с дедом Гришей за дом, где под фруктовыми деревьями поставили огромный стол. За столом сидели Болоховы и Выприцкие. Тётя Маша сказала, что пригласили только сватов. Всех остальных мы пригласим на свадьбу Болоховой Татьяны и Выприцкого Никиты. Естественно, что все родственники приедут.

- Представляю! Какая путаница будет с именами. - сказал всем. - Если наши родственники соберутся вместе. Вот посчитайте. У близнецов-братьев дяди Лени и дяди Саши Морозовых жены по имени Татьяна. В Беслане по отцу, моя двоюродная сестра Цалоева Татьяна. Здесь двоюродная сестра Выприцкая Татьяна. Через неделю будет невестка Выприцкая Татьяна.

Есть Куценко Татьяна. Линева Татьяна. Больше не помню. Таким образом, получается, что как минимум семь Татьян. Пять Марий. Четыре Александра. Три Надежды. Два Юры. Много, много имеется других парных имён, женских и мужских. Как можно нам с именами разобраться?

- Мы на этих родственников таблички с номерами по возрастам повесим. - подсказал дядя Егор Выприцкий.

- У меня есть один вопрос к станичникам. - обратился, ко всем сидящим за столом. - Только без вопросов и обсуждения. Скажите, как по-настоящему, изначально, названа ваша станица в царское время?

- Каргинская! - хором сказали, почти все присутствующие за столом. - От слова карги-вороны в нашем лесу.

- Болохова Татьяна! Как вы убедились, то выиграл сто процентов. - напомнил, Болоховой Татьяне наш спор. - Вот только выигрыш, как ты сама понимаешь, получить мне было не суждено. Здесь нет твоей вины.

- Что за спор у вас такой был? - спросила нас, Лидия Петровна, мама Болоховой Татьяны. - Скажите нам.

- Мы с Сашей поспорили о первоначальном названии нашей станицы. - ответила Болохова Татьяна. - Говорила, что станицу всегда называли Каргалинской. Саша доказывал, что Каргинской. Саша сказал, что если он проиграет, то вынужден будет жениться на мне. Если проиграю наш спор, то вынуждена выйти за него замуж. Саша ничего не знал о моей помолвке с Никитой. Мы просто шутили друг с другом на этот счёт.

- Ишь! Губу раскатал! - шутя, возмутился Выприцкий Никита. - За Болоховой в школе бегал...

- Нет! - смеясь, сказал. - Спор дороже денег. Проиграла, так пусть расплачивается по спору.

- Ладно! Хватит вам задираться. - улыбаясь, вступилась Болохова Татьяна. - Вас обеих нежно поцелую в щеку и будем считать, что наш спор закончился со всех сторон на равных отношениях и не возражайте мне.

Мы с Выприцким Никитой согласились на предложение Татьяны. Ударили по рукам в знак вечного перемирия. Под общие шутки и аплодисменты, Болохова Татьяна осчастливила нас своими поцелуями в щеку. Затем мы обратно сели за стол и продолжили банкет. Посвящённый нашему общему знакомству.

Было далеко за полночь, когда мы закончили нашу гулянку. Распрощавшись по-родственному, мы разошлись по домам. Попросил тётю Машу, чтобы она мне постелила спать в старой мазанке, которую Выприцкие собирались после свадьбы поломать, чтобы на её месте молодожёнам построить новый дом.

Мне хотелось поспать в этой мазанке потому, чтобы вспомнить своё далёкое детства. Когда приходил к Выприцким в Старый хутор, и они мне стелили в полу провалившейся в землю старой мазанке, которая пахла домашним ржаным хлебом, парным молоком и глиной. Такой запах сохранился и в этой старой мазанке. Утром меня никто не будил. Выспался хорошо и пошёл умываться под кран. Из дома Выприцких только дед Гриша сидел на завалинке. Тётя Маша возилась со своим домашним хозяйством. Все остальные продолжали спать. Был воскресный день. Некуда было спешить. Мне почему-то стало тоскливо в гостях.

- Ты чего это так рано поднялся? - спросила меня, тётя Маша. - Наслаждайся отдыхом в гостях. Вон все спят. За неделю так на вкалывались, что спят без задних ног. Вот и тебе требуется отдых. До пенсии далеко и там не будет тебе отдыха...

- Мне надо домой ехать. - ответил тёти Маше. - Маме сказал, что в воскресенье вечером буду дома. Мы завтра с семьёй тёти Нади Щепихиной едем отдыхать на Чёрное море в посёлок Шепси. Так что вы извините меня...

- Какая жалость, что ты не погостишь у нас. - расстроено, сказала тётя Маша. - Мог бы на свадьбе нашего Никиты и Болоховой Татьяны погулять. Ну, что поделаешь. Надо так надо. Ты только поспеши. Скоро будет автобус до Грозного. Следующий автобус вечером. В воскресные дни бывает всего два автобуса до Грозного. Проходящие автобусы из Кизляра у нас здесь останавливаются очень редко.

Через двадцать минут стоял на остановке автобуса в сопровождении тёти Маши Выприцкой, которая приготовила мне огромную сумку гостинцев в дома своим двоюродным сёстрам Черевковой Марии, Щепихиной Надежде и Ложниковой Тамары, которые все жили семьями в Беслане и в прошлом носили такую же девичью фамилию Морозовы. Теперь они заочно обратно встречались через много, много лет разлуки по вине фашистов разлучивших их своей войной представлял, какой будет переполох в семьях.

- Откуда у тебя такой кожаный баул? - удивлённо, спросила мама, как только вошёл в наш дом.

- Ты только сядь на диван и в обморок не падай. - загадочно, ответил. - У меня к тебе есть огромный сюрприз. В станице Каргинской встретил Марию Выприцкую. Прямо твоя копия. Девичья фамилия Морозова.

- О! Боже! - схватившись за область сердца, вскрикнула мама. - Моя двоюродная сестра с войны нашлась!

Мама заплакала, и сама стала собираться в гости к отыскавшейся двоюродной сестры Марии.

- Мама! Успокойся! - остановил, свою маму. - Тёте Маше сказал, что мы едем отдыхать на Чёрное море.

- Фу, ты! Совсем забыла, что мы завтра уезжаем отдыхать на Чёрное море. - наконец-то, вспомнила мама. - Как только приедем с моря, так сразу поеду в гости к родственникам. Надо всех навестить. На обратном пути заеду в гости в Червлённую-узловую к брату Сашки Морозова.

В этот вечер все наши родственники, которые проживали в Беслане, знали о моей находке потерявшихся в войну родственников. Тётя Тамара Ложникова, моей мамы младшая сестра, которая ни ехала с нами на Чёрное море, на следующее утро отправилась в гости к тёте Маши Выприцкой. Мы в эту ночь к утру ехали на своём автобусе отдыхать к Чёрному морю. Там мы были в гостях на море почти целый месяц.

По приезду с Чёрного моря, старшее поколение родственников терских казаков опять собрались в своём родовом месте в Гудермесе на Старом хуторе. Моё поколение терских казаков не поехали туда, так как были заняты учёбой и работой. К тому же старшее поколение не забыло про наши "подвиги" вовремя последних сборов родственников вовремя каникул, когда был крупный скандал за наши похождения и разборки с местной молодёжью, которой тогда сильно досталось, так как нам тоже досталось от местных.


Часть-4. Приключения абитуриентов.


1. Попытка не пытка.

Началась эта удивительная история в июне 1970 года. Когда вернулись домой после отпуска на Чёрном море. Ни стал зря терять время. Собрал все свои документы для поступления во Всесоюзный юридический институт и сразу первым поездом "Баку-Москва" уехал в Харьков на Украину.

Только что в конце мая закончил в Орджоникидзе училище на наладчика и откачников вакуумщика фотоэлектронных умножителей. Перед работой на военном заводе ФЭУ, нас всех после окончания училища выпроводили отдыхать на неопределённое время. Так как выпускников специализированного училища было достаточно много, чтобы сразу всех принять на военный завод фотоэлектронных умножителей, надо было перестроить многие цеха. Поэтому досрочно в отпуск выпроводили не только выпускников электронного училища, но также большую часть рабочих и служащих военного завода ФЭУ.

Из-за того, что моих двоюродных и родных братьев в посёлке Шепси искусали осы, мы так до конца не отдохнули на берегу Чёрного моря. Поэтому у меня в запасе было две недели отпуска. По законам абитуриентов мог взять на работе дополнительный отпуск на вступительные экзамены в институт. Так что у меня были все основания ехать поступать во Всесоюзный юридический институт в Харьков, куда мечтал поступить ещё до службы в армии. Но тогда у меня не хватало возраста, стажа в работе по совместительству и много ещё чего, что требовалось для поступления в юридический институт. Теперь у меня было больше всего того, что требовалось поступить в юридический институт. Поэтому был твёрдо уверен в том, что в этом году обязательно буду учиться в институте на юриста.

Вместе со мной, в поезде "Баку-Москва", в юридический институт ехали два парня, с которыми раньше не был знаком. Случайно встретился с ними в вагоне поезда. Один парень был осетин Руслан Качмазов из Орджоникидзе. Другой был грузин Важа Барошвили из Тбилиси. Мы сразу подружились и прямо с поезда отправились во Всесоюзный юридический институт в Харькове. Мы трое были впервые на Украине и ни единого слова не знали на украинском языке.

Если считать отцом русского и украинского языков старорусский язык, на котором говорили терские казаки, то кое-что из украинского языка мне было понятно. Хотя не разговаривал на языке терских казаков, но с детства слышал, как на этом языке говорили почти все наши родственники по линии моей мамы. Так что грузин и осетин меня сразу определили быть переводчиком на приёмной комиссии во Всесоюзном юридическом институте. Мои услуги переводчика оказались нам совсем не нужны при поступлении в юридический институт.

- Вас слушаю, молодой человек. - на обычном русском языке, спросил председатель приёмной комиссии.

- Решил поступить во Всесоюзный юридический институт. - растерянно, сказал, протягивая документы.

- Очень, похвально! - сказал мне, председатель приёмной комиссии в институте, возвращая обратно мои документы. - Но у нас здесь ни школа для битлов, а Всесоюзный юридически институт. Так что будьте любезны постричься. Кроме того, вы откуда приехали? У вас, молодой человек, явно кавказский акцент. Мы с Кавказа абитуриентов не берём.

- Почему не берете абитуриентов из Кавказа? - удивлено, спросил. - Юридический институт всесоюзный!

- Молодой человек! Вот вы после окончания юридического института, куда пойдёте работать? - спросил меня, председатель приёмной комиссии. - Имею в виду постоянное место жительства или другое место жительства и работы.

- После окончания юридического института намерен работать юристом в Орджоникидзе. - ответил приёмной комиссии.

- Уточните в каком именно Орджоникидзе вы живете. - настаивал председатель приёмной комиссии.

- Как в каком именно Орджоникидзе? - удивлённо, переспросил. - В столице Северной Осетии.

- Вы сами и подтвердили свои намерения на будущее. - продолжил отстаивать свою точку зрения председатель приёмной комиссии юридического института. - Поэтому считаю кавказских абитуриентов не благонадёжными, так как они оканчивают наш институт, а уезжают работать к себе на Кавказ. В то время как у нас остро не хватает юристов.

Председатель приёмной комиссии юридического института вернул мне обратно документы и пожелал счастливого пути. Так разозлился на него, что чуть сдержал себя, чтобы не врезать ему по морде. Решил отомстить по-другому. Сказал ему, что сейчас выйду из этого института и поступлю в первый попавшийся институт. Буду учиться на отлично и каждый день мозолить ему глаза. Мало того, сделаю свой институт самым красивым институтом в Харькове. Студенты и горожане будут ставить в пример этот институт назло юридическому институту.

- Зачем далеко ходить! - вылупив свои глаза, сказал председатель приёмной комиссии. - Рядом с нами есть педагогический институт имени Григория Сковороды. Ты можешь прямо сейчас туда отправляться поступать учиться.

- Так и сделаю! - зло, на прощание, сказал. - Мне все равно, Сковороде или Кастрюле экзамены сдавать!

Когда вышел из кабинета председателя приёмной комиссии института, на прощанье так сильно хлопнул дверью, что дверь едва не соскочила со своего крепления. Благо, что рядом не было милиционеров. Меня никто не задержал. Отправился к своим новым друзьям, которые ждали меня возле входа в здание Всесоюзного юридического института.

Видимо выглядел так ужасно от злости, что все присутствующие на улице абитуриенты расступились в разные стороны. Дали мне возможность свободно и быстро выйти из здания всесоюзного юридического института.

- Друг, что там с тобой случилось? - удивлённо, спросил меня Важа Барошвили. - Документы у тебя плохие?

- Документы у меня очень даже хорошие. - зло, ответил. - Это мы кавказцы не благонадёжные у хохлов.

- Зря сюда ехал учиться. - тоскливо, сказал Руслан Качмазов. - Лучше в наш педагогический институт поступать. Там говорят, что скоро пединститут переделают в университет. Откроют юридическое отделение.

- Не знаю, как вы поступите. - серьёзно, сказал. - Лично, назло председателю приёмной комиссии, прямо сейчас пойду сдавать документы учиться, напротив, в педагогический институт имени Григория Сковороды.

- Правильно сделаешь! - поддержал меня, Важа Барошвили. - Как сказал вождь всего пролетариата "мы пойдём другим путём". Все равно буду сдавать документы во Всесоюзный юридический институт. Есть на Земле одна не писаная власть, перед которою любой может упасть. Вот эту всемогущую власть сейчас здесь к ним использую.

Мы прекрасно понимали, какую власть имеет в виду Важа Барошвили. Такой всемогущей властью могли быть сейчас только деньги. Руслан Качмазов таких денег при себе не имел. У меня в кармане вообще было двести рублей, которых могло хватить на питание в студенческой столовой и на обратный проезд домой в Северную Осетию.

Времени на раздумывание у нас был всего лишь один день. Мы договорились разойтись и встретиться вечером в восемь часов возле гостиницы "Южная", где собирались остановиться в начале приезда в Харьков.

Дальше сама обстановка покажет, как нам поступать друг с другом. Распрощаться навсегда или вместе отправиться из Харькова к себе домой на Кавказ. Руслан Качмазов тоже решил куда-то поступать в другой институт. Куда именно поступать, пока точно не решил. Сказал, что подумает о своём поступлении в другой местный институт.


2. Назло кондуктору.

Пединститут имени Григория Сковороды действительно находился близко от Всесоюзного юридического института. Возле здания педагогического института меня встретила пёстрая стайка девчонок абитуриенток и ни одного парня. Девчонки так рады были моему появлению, что постоянно трещали у меня под ухом. Спрашивали, на какой факультет буду поступать.

Сам толком не знал, куда мне лучше поступать. Мне было все равно. Девчонки говорили, что, так как с сильно накаченными мышцами, то мне лучше поступать на факультет физкультуры.

Туда в основном поступают парни, у которых смотрят не только физические данные, но также аттестат зрелости. У кого в аттестате зрелости одни пятёрки и четвёрки, тому легче поступить.

В пединститут медалистов принимают без экзаменов. Лучше всего поступать на факультет русского языка и литературы. На факультет нет абитуриентов парней вообще. Поэтому на факультет русского языка и литературы, абитуриентов парней берут сразу с закрытыми глазами почти без экзаменов. Внимательно послушал трескотню девчонок и решил поступать в пединститут на факультет русского языка и литературы.

Так как для меня было главное нигде учиться, а, чтобы поступить в пединститут и утереть нос председателю приёмной комиссии Всесоюзного юридического института. Поэтому решил пойти поступать в пединститут самым лёгким путём.

Тем более, что действительно был всего лишь один из парней, подавших документы в приёмную комиссию пединститута на факультет русского языка и литературы. В педагогическом институте меня встретили с огромной радостью.

Не только потому, что был один среди девчат, но также потому, что по специальности был художником-оформителем. В те времена в Советском Союзе всюду наглядная агитация была на самом первом месте.

- Как мы рады, что наконец-то у нас в институте будет собственный художник! - радостно воскликнула, председатель приёмной комиссии пединститута. - С такими данными в документах у вас и с вашими физическими данными мы сделаем все, чтобы вы учились в нашем педагогическом институте.

У меня к вам есть очень уважительная просьба. Чтобы вас вовремя экзаменов не спутали с девчатами, вам надо хоть немного постричься. Так как ваш женственный вид может плохо отразиться на вступительных экзаменах. Когда вы будете студентом, то можете отпускать свои волосы хоть до самых пяток. Однако сейчас на вступительных экзаменах есть один порядок, который нельзя нарушать некому. Так что вы уважайте порядок в институте и постарайтесь быстрее постричься к вступительным экзаменам.

- Сегодня постригусь. - серьёзно, сказал, председателю приёмной комиссии. - Могу даже побрить голову.

- Ну, брить голову вам не стоит. - улыбаясь, сказала председатель приёмной комиссии. - С бритой головой вы будете похожи на циклопа, а не на красавца парня. Тогда меня наши девчонки возненавидят за такой подлог к ним с вами.

Пообещал председателю приёмной комиссии пединститута, что постригусь на половину величины причёски. Таким образом, смогу угодить волкам и овцам. Затем намекнул председателю приёмной комиссии, что пришёл в пединститут прямо с вокзала и не знаю где устроиться ночевать. Председатель приёмной комиссии лукаво улыбнулась.

При мне позвонила куда-то по телефону. Как понял из разговора председателя приёмной комиссии по телефону, то её больше всего интересовали места для абитуриентов в студенческих общежитиях педагогического института.

- Как вы понимаете, у нас институт в основном из женского коллектива. - улыбаясь, сказала председатель приёмной комиссии пединститута. - Поэтому вы должны серьёзно отнестись к девчатам, проживающим в нашем общежитии.

- Даю честное комсомольское, что никого из девчат не испорчу. - отрапортовал. - Буду весьма сдержанным с девчатами вовремя проживания в женском общежитии.

- Думаю, что парни тебе будут завидовать. - лукаво, сказала председатель приёмной комиссии. - Лично тебе не завидую. Тебе придётся жить одному в женском общежитии. Вдобавок, прямо напротив кладбища.

- Здоровья у меня пока достаточно много. - ответил. - Так что в женском общежитии в "ящик" не сыграю.

- Тебе виднее. - угрюмо, сказала председатель приёмной комиссии. - Желаю тебе удачи среди девчат.

- Спасибо! Постараюсь оправдать ваше доверие. - уходя, сказал, председателю приёмной комиссии.

Вышел из кабинета председателя приёмной комиссии пединститута, с направлением в руках в женское общежитие пединститута. Меня сразу окружили девчонки-абитуриентки. Стали меня расспрашивать о приёме документов на вступительные экзамены. Рассказал девчонкам все, как было в кабинете председателя приёмной комиссии педагогического института. Девчонки стали радостно визжать оттого, что приняли мои документы в пединститут и оттого, что меня поселили жить в женское общежитие пединститута.


3. Фаина Бялик.

Однако совершенно не знал Харьков. Не знал, как мне короче пройти в женское общежитие, которое находится по улице Лермонтовская возле городского кладбища.

- Провожу тебя. - сказала абитуриентка, Екатерина Бялик. - Моя бабушка живёт недалеко от общежития.

Мы тут же с Екатериной направились в сторону улицы Лермонтовская. Студенческое женское общежитие педагогического института оказалось совсем не далеко от самого института. Мы всего лишь прошли по улице Пушкина и повернули на улицу Лермонтовская. Как сказала Екатерина Бялик, что женское общежитие пединститута находится в конце улицы Лермонтовская как раз между городским кладбищем, домом бракосочетания и роддомом.

Получается так, что в одно и то же время люди рождаются, расписываются в отделении ЗАГС и тут же умирают, чтобы их похоронили в центре города на старинном кладбище, которое было основано давно в средние века тевтонскими рыцарями.

Когда мы прошли с Екатериной Бялик почти половину пути по улице Лермонтовская, вдруг, у нас над головой, что-то затрещало. Раздумывать и смотреть совсем некогда. Дёрнул на себя Екатерину за рукав. Мы оба свалились с тротуара прямо на проезжую часть улицы. Едва не угодили под колесом проезжающего автомобиля. В это самое мгновение от дома послевоенной постройки оборвался балкон, который угодил прямо на то место, где только что были мы с Екатериной Бялик.

Мы пострадали оттого, что упали с тротуара на проезжую часть улицы Лермонтовская. Больше всего досталось мне. Разбил себе лицо, правую руку и сильно испортил весь свой парадный вид. Екатерина упала прямо на меня и поэтому почти совсем не пострадала. Зато от упавшего на тротуар балкона грязь и пыль полетели прямо на нас. Со стороны, можно было подумать, что мы сильно пострадали от балкона. Обрушение балкона произошло на виду у многочисленных прохожих. Поэтому сразу со всех сторон к нам побежали люди.

- У вас что разбито? Что сломано? - забеспокоились, прибежавшие на помощь люди. - Срочно надо ехать в больницу. Сейчас сюда приедет скорая помощь. Вам нельзя шевелиться. Переломы будет сложно восстанавливать врачам.

- Нам не нужна никакая помощь. - подымаясь на ноги, сказал. - Мы просто упали. Нас балкон не ударил.

- Вот везучие люди! - удивлённо, воскликнула женщина на костылях. - На ровном месте ногу сломала, а на них балкон упал, они совсем не пострадали. Надо срочно сказать исполкому, чтобы улицу Лермонтовская перекрыли для всех.

- Правильно! - поддержал даму на костылях, мужчина в трико. - Эти наши дома давно надо сдать под снос.

- Вам легко рассуждать. Вы живете в новом доме. - сказала жительница разваливающегося дома. - Нас могут отселить на другой край города. Куда даже городской транспорт не ходит. У нас здесь все есть рядом.

- Даже городское кладбище рядом имеется. - съязвила толстушка с другой улицы. - Пострадавших можно тайно хоронить. Думаете лишь о своём благополучии. По вашей улице людям страшно ходить. Все время что-то падает сверху. Даже балконы стали падать на головы людей. Давно пора убрать ваши дома вместе с вашим городским кладбищем.

- Правильно говорит эта женщина. - поддержал толстушку, случайный прохожий. - Ни в одном городе Советского Союза нет такого огромного кладбища в центре города. Чтобы попасть на другую сторону кладбища надо идти больше часа. Мало того, вокруг кладбища построили роддом, ЗАГС, школы, институты, развлекательные центры. Какое-то кощунство над усопшими и над живыми. Давно пора перенести это кладбище за пределы города и на этом месте построить современный жилой квартал. Куда могут поселиться жильцы из домов, давно подлежащих под слом.

- Старинное кладбище нельзя ломать. - вступил в спор интеллигентный мужчина. - Кладбище история нашего города.

- Не говорил ломать. - отстаивал своё, случайный прохожий. - Сказал перенести старое кладбище за пределы города. Как это сделали при строительстве Асуанской платины в Египте на реке Нил. Там не только кладбища, но даже старинные храмы перенесли из зоны затопления. Таким образом, сохранили там, в Африке, историю страны Египет.

Скандал местных жильцов назревал так быстро, как снежный ком, что мы тоже могли быть вовлечены в этот скандал. Такой поворот происходящего никак не вписывался в наши планы. Нам нужно было позаботиться о своём виде. В это время к месту происшедшего события стягивались милиция, скорая помощь и городские власти. Все уже забыли о нашем присутствии. Местных жильцов беспокоила давно назревшая проблема старого городского кладбища.

- Как в таком виде пойду устраиваться жить в женское общежитие педагогического института? - возмущённо, сказал, Екатерины Бялик, когда мы ушли с места события. - Не буду же коменданту женского общежития рассказывать, что сейчас мне на голову упал балкон с дома. Балкон вдребезги разбился, сам почти не пострадал. Мне не поверят.

- Действительно! В такое никто не поверит. - смеясь, сказала Екатерина Бялик. - Подумают, что мы оба врём. Пойдём сейчас к моей бабушке. Она живёт в своём доме всего через две улицы отсюда. Бабушка нас с тобой обоих почистит.

Старый дом Фаины Бялик находился в квартале старинных жилых домов Харьков. Пожалуй, это было единственное место, которое совершенно не пострадало от бомбёжек вовремя Великой отечественной войны с фашистами. Очевидно, это было связано с тем, что здесь жилые постройки и кладбище стоят со времён походов рыцарей тевтонского ордена.

Видимо немцы хорошо знали историю своих предков. Не бомбили старое городское кладбище вместе с жилыми постройками того периода, когда рыцари тевтонского ордена хотели поселиться в этих краях. Благодаря исторической ценности старого центра города вовремя войны дома здесь сохранились в целости.

По этой и по какой-то другой мистической причине уцелел не только старый дом Фаины Бялик, но также её семья евреев, которые поселились здесь с незапамятных дней. Еврейская семья пережила в этом районе еврейские погромы царского и советского времени, немецкую оккупацию и послевоенную сталинскую чистку. Старые национальные корни еврейской семьи пропитали не только души этой фамилии, но также сам старинный дом.

Интерьер, дизайн и даже внешний вид самой Фаины Бялик указывал на то, что все здесь содержит дух Всевышнего, которому поклоняется еврейская семья. Даже та насторожённость, которая накопилась с веками в стенах старого дома, показывала на то, что случайным и посторонним людям с улицы в этом доме совершенно нечего делать.

Встретила меня Фаина Бялик, скажем так, не совсем дружелюбно и даже настороженно. Фаина сухо пригласила меня пройти в дом. Искоса поглядывая на меня, Фаина Бялик сразу стала говорить со своей внучкой на неизвестном мне языке. От этого мне стало как-то не по себе. Попытался выйти из дома Фаины Бялик. Старушка остановила меня у двери. Сказала, чтобы прошёл за ширму, стоящую в углу большой комнаты. Там разделся до трусов.

В это самое время Екатерина ушла в другую комнату и вскоре вернулась оттуда в другой одежде. Когда снял с себя всю верхнюю одежду, то Фаина Бялик принесла мне старый мужской халат, от которого пахло какими-то растениями неизвестными мне по запаху. Возможно, что в этом халате ходил в синагогу ещё дед старушки Фаины Бялик. Старинный еврейский халат имел не только запах времён, но также тяжесть веков.

По своему весу древний еврейский халат был похож ни на бронежилет спецназа, а на броне халат спецназа. Если бы такой халат имелся в действительности. Халат был настолько тяжёлый, что в нем еле передвигался по комнате старого дома. Моих сил хватило только до умывальника и оттуда до стола на кухне старого еврейского дома, где меня ждала Катя Бялик.

- Ты, на каком языке разговаривала с бабушкой? - тихо, спросил, Екатерину Бялик, когда мы с ней остались одни.

- На этом языке в нашей семье говорим лишь мы с бабушкой. - шёпотом, ответила мне, Екатерина. - Даже на всем земном шаре, мало кто говорит на этом языке. Говорим мы на арамейском языке с вавилонским диалектом.

- Откуда твоя бабушка знает такой старинный древний язык? - продолжал с любопытством спрашивать Катю Бялик.

- В роду семейства Бялик древний язык передавался из рода в род по женской линии. - объяснила мне, Екатерина. - Поэтому моя бабушка с детства меня учила разговаривать и писать на этом древнем арамейском языке.

- Наверно поэтому ты поступаешь в педагогический институт на факультет языков. - просто, догадался.

- Да, именно поэтому. - подтвердила Екатерина Бялик. - Хочу вначале познать хорошо русский язык. После займусь изучением других иностранных языков. Бабушка Фаина с детства говорила, что у меня есть дар к разным языкам.

Наш разговор прервался, когда на кухню пришла Фаина Бялик. У неё в руках была моя очищенная одежда. К этому времени Екатерина оказала мне первичную медицинскую помощь, в которой не очень-то нуждался. Разбитому лицу и правой руке, нужны были только перекись водорода и йод. Моё лицо и руки после драк со своими соперниками выглядели куда хуже, но никогда не обращался к врачам и залечивал раны после драк в домашних условиях.

Так что после медицинских услуг со стороны Бялик, выглядел, как пацан, после драки с другими пацанами. У меня вполне нормальный вид для любого парня, живущего на территории республик Северного Кавказа.

- Ну, что молодые люди, пора подкрепиться после такого боя с балконом. - с серьёзным видом, сказала Фаина Бялик.

Так впервые, будучи взрослым, попробовал настоящую еврейскую кухню. Конечно, пробовал еврейские блюда в дошкольном возрасте, когда в нашем доме в Гудермесе проживала еврейская семья беженцев из Европы. Но это было так давно, что забыл вкус еврейских блюд, также, как и имена евреев, приготовлявших свои национальные блюда вовремя проживания в нашем доме. Поэтому с увлечением уплетал за обе щеки еврейские блюда, которые приготовила для нас Фаина Бялик.

Мне было удивительно интересно кушать блюда, которые никак не сочетаются в обычном рационе продуктов употребляемых мной в среде терских казаков и местных народов на Северном Кавказе. На столе была какая-то пареная рыба с томатным соусом и зеленью. Суп, в котором вода и приправа с зеленью, больше нет ничего. Салаты из солёных и варёных овощей. Тёмное вино, в котором больше вкуса винограда, чем градусов.

Мясо почему-то совсем отсутствовало в этих блюдах. Возможно, что евреи вегетарианцы? Тогда бы не присутствовала рыба, а суп не имел бы вкус мяса. Какие-то странные блюда? Наверно поэтому евреи в своём большинстве маленькие.

С такой пустой пищи трудно вырасти людям. По вкусу еврейские блюда вроде бы нормальные. Но какие-то они не сытные. Столько много ем и пока все ещё не сыт. Наверно вегетарианская или кошерная пища?

- Бабушка Фаина знает всю еврейскую кухню. - сказала мне, Екатерина, заметив моё незнание еврейских блюд. - В основном бабушка Фаина употребляет в пищу кошерную пищу. По-русски это трудно перевести. Можно сказать, что самая чистая пища, которую разрешил кушать Всевышний. Так записано в книге Тора. Это священная религиозная книга всех евреев. Также как у всех христиан Библия и Евангелия, а у мусульман святая книга Коран.


4. Общежитие девчат.

Когда солнце стало клониться к закату, вспомнил, что меня ждут друзья в восемь часов вечера возле гостиницы "Южная". Распрощавшись с Екатериной Бялик и с её бабушкой, поспешил в женское общежитие, которое находилось от дома Фаины Бялик всего в пяти минутах ходьбы.

Надо было лишь пройти дворами и рядом со зданием ЗАГС выйти прямо напротив забора городского кладбища, возле которого по улице Лермонтовская на углу кладбища находилось здание женского общежития пединститута, где мне предстояло жить около месяца и даже больше вовремя поступления в институт. Куда меня могут не принять на жительство. Ведь это же женское общежитие пединститута.

- Да, молодой человек! Вам придётся пережить самые тяжёлые и самые сладкие дни вашей жизни. - рассматривая моё направление в женское общежитие, нараспев говорила солидная дама, комендант женского общежития. - Меня зовут Ксения Петровна. Время подъёма в общежитие отсутствует, так как у каждого факультета свой график сдачи вступительных экзаменов. Но отбой одинаков у всех. Ровно в одиннадцать часов ночи. После этого полная тишина в здании общежития. Парням в женское общежитие вход строго воспрещён. Исключением у сильного пола будешь лишь ты один на время вступительных экзаменов. Дальше и у тебя будет вход воспрещён в женское общежитие. Если поступишь, то будешь жить на квартире или в мужском общежитии, которое в несколько раз меньше женского общежития, так как парни у нас всегда в дефиците. Так что пока поживёшь здесь, в нашем женском общежитие.

Комендант женского общежития долго читала мне нормы поведения в женском общежитии пединститута. Пока не заметила, что увлечён, ни её рассказами о женском общежитии, а созерцанием интерьера кабинета. Тогда она отвела меня на первый этаж в самый конец коридора женского общежития и указала на комнату, в которой мне предстоит жить вовремя сдачи вступительных экзаменов в педагогический институт, на дневной факультет русского языка и литературы.

Комната женского общежития была размером четыре на шесть метров, рассчитанная на четыре человека. Как сказала Ксения Петровна, что это единственная резервная, жилая комната на первом этаже, которая выходит окнами на улицу Лермонтовская. Все остальные комнаты в эту сторону не жилые. В этих комнатах находятся архив, библиотека, читальный зал, красный уголок. Все другие общественные помещения, которые открываются лишь в рабочее время. Все остальное время весь первый этаж помещений на улицу Лермонтовская закрыт на ключ. Это для того, чтобы девчата не могли по ночам общаться с внешним миром и впускать к себе в женское общежитие парней. Окна женского общежития первого этажа, которые выходят во двор имеют двойную защиту от внешнего мира.

Кроме того, что двор просматривается круглые сутки бдительным комендантом женского общежития и дежурными по этажам, там есть ещё высокий металлический забор в сторону городского кладбища, которое охраняется само по себе. Мало того, пройти через это кладбище даже днём не каждый человек решится. Ну, а по ночам, поэтому старинному кладбищу вообще бродят всякие нечисти, призраки и приведения с самого древнего времени поселения мёртвых на кладбище.

Видимо, комендант женского общежития рассчитывала меня устрашить, также как девчонок, чтобы не гулял по ночам и не бегал в комнаты к девчонкам. Однако для меня, даже решётка на окне в моей комнате не могла быть препятствием к моему выходу на улицу в любое время суток. Если у меня будет желание.

Но в данное время у меня была одна цель в этом городе, поступить учиться в пединститут. Причём с самыми высокими оценками. Даже те поблажки на вступительных экзаменах, которые мне обещали в приёмной комиссии, не расслабляли меня. У меня были серьёзные намерения к сдаче вступительных экзаменов в пединститут. Поэтому мне было ни до ночных похождений. У меня была одна цель, которую должен был достичь своим собственным трудом учёбы в харьковском педагогическом институте.

Как только Ксения Петровна оставила меня в этой комнате, то ни стал тянуть время. Мне нужно было успеть постричься и в восемь часов вечера встретиться со своими друзьями возле гостиницы "Южная". Посмотрел на часы, было уже начало шестого вечера. Оставил свою сумку с вещами под своей кроватью. Прикрыл дверь в комнату, которая не замыкалась на ключ.

Вышел на улицу Лермонтовская, которая к этому времени со стороны старых по тротуару домов была загорожена проволокой со столбами и с надписью: "Опасно! На голову падают балконы! Проход строго воспрещён!". Видимо местные житель все же чего-то добились после крупного скандала возле свалившегося балкона почти на нашу голову. Теперь все проходы по тротуару на улице Лермонтовская надолго закрыли для прохожих.

После этого случая больше никогда не ходил по тротуарам вблизи зданий. Если издалека замечал, что балконы или карнизы зданий свисают над тротуаром, то старался обойти эту часть улицы или вообще переходил на другую сторону улицы.

В моей жизни были подобные случаи, когда передо мной обваливался кусок стены от дома, падала огромная сосулька с крыши дома или рушился потолок дома. Конечно, были и другие случаи падения чего-то вниз.

Но сейчас, ни об этом рассказ. В этот вечер искал парикмахерскую, чтобы укоротить свою причёску, которая свисала у меня ниже плеч. Так со стороны выглядел девушкой, с накаченными мышцами. Но в те годы была мода на длинные волосы у парней. Эту моду придумали четверо английских парней из музыкальной рок группы "Битлз".

Мне тоже не хотелось отставать от современной моды. Тем более что перед службой в армии на спор носил волосы ниже пояса ещё до того, как появились битлы и мода на их причёску во всём мире. Поэтому мне не очень-то хотелось стричь свою модную причёску, которой резко выделялся среди других парней. Может быть, в этом причина, что многие девчонки постоянно хотели со мной дружить. Только избранной девушки среди этих девчонок не было.

Мне хотелось один раз и навсегда найти себе подругу на всю жизнь, не распыляя себя на интрижки других женщин. В вечерних сумерках вглядывался в рекламы на разных зданиях, но кроме непонятных вывесок на украинском языке, больше ничего нужного мне не мог найти. Когда уже в который раз подряд прочитал над зданием слово "Перукарня", то решил посмотреть, что там пекут в этих пекарнях "перукарнях". Когда подошёл поближе, то весьма удивился увиденному.

Оказывается, на украинском языке "перукарня" означает "парикмахерская". Столько много времени потратил на поиски парикмахерской, в то время как постоянно проходил мимо зданий парикмахерских. Больше никуда не стал ходить. Зашёл в парикмахерскую, которую опознал местом изменения своей внешности. Сразу вошёл в парикмахерскую без колебания. Сел в первое свободное кресло напротив огромного зеркала.

- Укоротить причёску ровно на половину. - решительно, сказал, мастеру причёсок. - Быстро меня стригите.

- На твоём бы месте не портил прекрасную причёску. - растерянно, сказал мастер причёсок.

- На вашем бы месте не спрашивал. - сердито, сказал. - У меня мало времени. Стригите меня.

Мастер причёсок вздохнул печально и как старуха с косой, занёс надомной огромные ножницы. Через двадцать минут шёл по улицам города наполовину оболваненный. Голове моей было легче, но разум мой был обеспокоен. Сейчас меня не узнают даже друзья. Дома мама и братья тоже сразу не признают. Не говорю о девчонках, которые потеряют ко мне всякий интерес. Теперь придётся мне за ними бегать и навязывать девчатам свою дружбу.

- Александр! С тобой, что сегодня произошло? - удивлённо, воскликнули друзья, возле гостиницы "Южная".

- Какие вы непонятливые. - грустно, ответил. - Меня приняли на сдачу вступительных экзаменов в педагогический институт. Лишь с одним условием, что на половину подстригусь перед сдачей вступительных экзаменов в институт.

Дальше парням подробно рассказал то, что произошло со мной сегодня после расставания утром с ними.

- Нам нужно сейчас отметить куфт! - воскликнул, Руслан Качмазов. - Надо Бога благодарить за твою жизнь.

- С пивом или сухим вином. - согласился. - Иначе, меня сегодня не пустят спать в женское общежитие.

- Везёт человеку! - воскликнул Важа Барошвили. - Один на тысячу девчонок. Как ты будешь справляться?

- График составлю. - пошутил. - Буду, как султан в гареме, каждый день встречаться с новой женщиной.

Мы пошли в ближайшее кафе. Взяли себе бутылку сухого грузинского вина и мясную поджарку, посыпанную зеленью. Друзья стали меня поздравлять с тем, что чудом спасся от балкона, свалившегося на голову. Потом мы выпили по бокалу вина за нашу дружбу, которая должна быть крепкой, как горы Кавказа, несмотря на то, что мы поступаем учиться в разные институты.

Из нашего разговора узнал, что Руслан Качмазов подал документы в политехнический институт на экономический факультет. Вступительные экзамены в политехнический институт начнутся скоро. Важа Барошвили, договорился о поступлении за взятку с председателем приёмной комиссии во Всесоюзном юридическом институте. Теперь они будут встречаться после каждого экзамена. За отличную оценку Важа Барошвили будет отдавать этому председателю приёмной комиссии одну тысячу рублей.

Так будет до полной защиты дипломной работы, во Всесоюзном педагогическом институте. С отличным дипломом Важа Барошвили поступит работать юрист в консульство Грузии за границей. За границей давно юридическим дипломатом работает дядя, родной брат отца.

- Если бы ты не был моим другом. - зло, сказал. - То этого поганого взяточника мог посадить в тюрьму. Всю свою сознательную жизнь хотел стать юристом. После того как сдам вступительные экзамены в педагогический институт, то с первого курса переведусь в государственный университет на юридический факультет в Орджоникидзе.

- Тоже так сделаю. - поддержал меня, Руслан Качмазов. - Мы будем с тобой вместе учиться на юридическом факультете в нашем государственном университете. Пускай здесь хохлы подавятся своим юридическим институтом.

За тостами и разговорами мы не заметили, как выпили каждый по бутылки сухого вина. Когда мы уже были сыты и слегка поддаты, вспомнил, что мне нужно идти в женское общежитие пединститута, куда после одиннадцати часов вечера никого не пускают. Мы договорились, что будем здесь встречаться в восемь часов вечера в воскресные дни вовремя сдачи вступительных экзаменов. После сдачи экзаменом вначале поедем на шашлыки в горы Северной Осетии. Затем съездим на шашлыки в горы Грузии. Дальше мы будем летом встречаться в горах Кавказа и в Грузии.

Распрощавшись с друзьями, бегом побежал в сторону женского общежития пединститута, где мне предстояло жить. Мне нужно было хорошо пробежаться для того, чтобы с моим дыханием вышел весь запах сухого грузинского вина.

От одной бутылки грузинского, сухого вина, под хорошую закуску, почти не был пьяным. Но мне не хотелось, чтобы строгая комендантша женского общежития придиралась к запаху вина. После хорошего бега и умывания под холодной водой от меня улетучиться не только винный запах, но также небольшая пьянка с кавказскими друзьями.

Когда прибежал к крану с водой недалеко от здания ЗАГС, на часах у фонаря было начало одиннадцатого часа ночи. В здании женского общежития во всех окнах горел свет. Оттуда звучала музыка и голоса девчат. У меня в запасе минут сорок. разделся до пояса и плескался под струями холодной водой до тех пор, пока мне стало холодно. Кожа моя стала покрываться пупырышками. После чего тщательно пополоскал рот. Затем бегал до тех пор, пока мокрая от воды кожа на моём теле полностью высохла. Сразу оделся в свою одежду и пошёл в сторону общежития.

- Это кого носит в столь поздний час? - услышал, за голос Ксении Петровны, после моего стука в дверь.

- За дверью, стоит ваш, единственный и не заменимый. До полного отбоя двадцать минут. - напомнил.

- Входи, пришелец ниоткуда. Мы рады тебе. - открывая входную дверь, пригласила меня, Ксения Петровна.

Сразу прошёл в свою комнату, чтобы Ксения Петровна не нанюхала запах вина из моего рта. В комнате быстро разделся и тут же сразу лёг спать. У меня не было будильника. Боялся проспать открытие библиотеки. Там мне нужно было взять учебники для подготовки к вступительным экзаменам, которые начинались через день. Дальше нужно было смотреть по расписанию.

В течение месяца надо мне сдать вступительные экзамены в пединститут. Наверно присутствие в женском общежитии пединститута навеяли мне чудный сон. Словно нахожусь среди прекрасных дам, как арабский шах или султан. Прекрасные стройные девушки танцуют вокруг меня под звуки восточной музыки. Всюду шёлк шатра. Павлины с распущенными радужными хвостами. Запах цветов и пряностей дурманит мне голову.

Отчего пьянею, как от хорошего вина. Одна из прекрасных женщин отделяется от группы женщин. Подходит ко мне. Прекрасная фея целует меня и ласкает. Затем начинает раздевать меня. Сама раздевается и ложится ко мне в постель. Чувствую, как её нежные руки начинают возбуждать во мне страсть к любви и наслаждению.

Все было настолько прекрасно и естественно, что окончательно потерял голову. Стал заниматься с ней любовью на виду у всех присутствующих. Мы совершенно не стеснялись друг друга и находящихся рядом с нами людей. Не знаю почему, но, вдруг, подумал, что это совсем не сон. Мы занимаемся с девушкой любовью не во сне, а наяву. Через кончики своих пальцев ощущал её нежное упругое тело. Прямо наяву чувствовал запах её прекрасного тела и густых волос. Вздрогнул всем своим телом от таких неожиданных чувств к девушке. Тут же сразу открыл глаза.

Вместе со мной в постели лежала какая-то девушка. От неожиданности, хотел, было вскочить с кровати, но девушка крепко придержала меня в постели и показала мне на свои губы, чтобы молчал. Девушка уже наяву стала целовать меня. Вскоре мы с ней по-настоящему стали заниматься любовью. Все это было так прекрасно, как в том волшебном сне, который только что мне приснился здесь в постели. Запахи её тела и ласки были такими же, только присутствовали мы не в шатре шахиншаха, а на кровати в обыкновенной комнате женского общежития пединститута.

Мы долго занимались любовью, пока наконец-то выбились из сил. Затем просто лежали рядом в кровати, наслаждаясь блаженством. Пытался хорошо разглядеть ту незнакомку, которая пришла ко мне в ночи, но плотно прикрытая шторка и тусклый свет уличного фонаря, ни давали мне возможности вглядеться в лицо той девчонки. Вскоре смирился с тем, что рядом со мной лежит сладострастная незнакомка. Постепенно заснул рядом с девушкой.

Проснулся от шума автомобилей и ярких лучей восходящего солнца, которые пробивались сквозь раздвинутые шторы на окне и приоткрытые створки окна. Рядом со мной никого не было. Однако запахи любви присутствовали всюду. Надо было хорошо проветрить комнату, чтобы случайно заглянувшая Ксения Петровна не нанюхала, чем занимался всю ночь в своей кровати. Настежь открыл окно и полностью раздвинул шторки.

Прохладный воздух и запахи цветов быстро ворвались в маленькое пространство моей комнаты. Прошло всего несколько минут проветривания сквозь открытое окно. Запахи страстной любви сразу пропали из моего временного жилища в общежитии. Постоял несколько минут возле открытого окна, чтобы проветрить себя также хорошо, как свою комнату от страстных запахов любви. Когда мне стало прохладно, надел на себя брюки, взял мыло, полотенце, лезвие для бритья и вышел в коридор общежития. Мне надо было найти умывальник.

Помню, что когда первый раз проходил в кабинет коменданта общежития, то откуда-то с другой стороны коридора выходила девушка с полотенцем. Направился в другой конец коридора общежития, чтобы найти умывальник и привести себя в полный порядок до подъёма дам. Пока шёл до умывальника, то передо мной словно по сигналу с правой стороны коридора стали открываться и тут же закрываться двери. Из-за полуоткрытых дверей как бы случайно выскакивали или выглядывали полу голые девчата, которые вначале взвизгивали от неожиданной встречи со мной и тут же исчезали.

Но вскоре выглядывали вслед мне и шушукали за моей спиной, оценивая мой вид накаченного мышцами тела. Гордо шёл по коридору, делая вид, что не замечаю взгляда любопытных девчат, которые всюду выглядывают из дверей своих комнат. Мне было очень даже приятно ощущать себя здесь постоянным предметом наблюдения со стороны прекрасных девчат. Умывальники, туалеты и душевые комнаты занимали все пространство в конце коридора.

Видимо по вертикале умывальники, туалеты и душевые комнаты находились на всех четырёх этажах женского общежития. Посмотрел на таблички и открыл ту дверь, где были надпись и значок умывальника. За дверью на противоположной стороне на стене, за умывальниками было огромное зеркало, в котором сразу увидел своё лицо и вокруг него перепуганные глаза полуобнажённых девчат. В тоже мгновение в умывальной комнате начался переполох.

Девчата стали истерически визжать, закрывая на себе то, что отражалось в зеркале, совсем забыв о своих прелестях, которые были видны мне внизу со спины девчат. Через минуту закрыл перед собой двери. За дверью сразу началась возня и беготня, словно в клетку попали мышки, которые неожиданно увидели огромного кота, от которого им надо куда-то удрать. Можно подумать, то их сейчас съем. Слишком много для меня, как кота, таких прекрасных мышек. Хотя поиграть с ними не окажут.

- Стучаться надо, когда к дамам входишь. - услышал, за дверью женский голосок. - Откуда ты взялся?

- Здесь живу. Мне тоже надо привести себя в порядок. - ответил. - Не могу целый день вас ждать.

- Что, проблемы? - спросила Ксения Петровна, подходя ко мне. - Наверно придётся тебя выселять отсюда.

- Нет! Нет! Выселять парня отсюда не надо. - хором закричали девчата со всех сторон. - Он нам пригодится.

- Ладно, уговорили. - согласилась Ксения Петровна с требованием девчат. - Мы сегодня составим график.

Девчонки дружно захлопали в ладоши и завизжали от радости. В это утро, мне приводить себя пришлось на улице под краном с холодной водой возле здания ЗАГС, на часах которого было начало седьмого утра и на улице редко появлялись прохожие, с удивлением разглядывая мой полуобнажённый вид. У меня другого выбора не было. Надо было где-то быстро привести себя в порядок, чтобы от меня не пахло после ночи любви с прелестной девушкой.

Когда привёл себя в порядок и стал возвращаться в женское общежитие. Окна верхних этажей женского общежития были буквально облеплены любопытными девчатами, которые словно кошки следили за мной как за птичкой. Девчата ждали, когда зайду в общежитие. Захлопнется дверца клетки, в которую угожу. Так и случилось, когда зашёл в женское общежитие. Дверь закрылась и меня стали сопровождать десятки пар глаз девчат до самой моей комнаты. Понял, что теперь так будет каждый день в женском общежитии.

В первый день пребывания в женском общежитии педагогического института, весь день просидел за учебниками по литературе. Мне было известно, что первый день экзаменов будет сочинение. Поэтому мне нужно было хорошо учить про образы литературных героев, которых изучают по литературе программы средней школы. Также как всем выпускникам средних школ, мне хорошо были известны литературные герои.

Но на четыре года был старше всех абитуриентов педагогического института. Мне нужно было хорошо повторить пройдённый материал по литературе. За целый день лишь трижды забывал об учебниках, когда ходил завтракать, обедать и ужинать. Все остальное время полностью был поглощён изучением персонажей классических литературных героев.

Даже заснул вместе с книгой и с включённым светом. Но ночью со мной обратно произошло, то сладострастное сновидение с лаской и поцелуями наяву. В этот раз со мной была другая девушка. Определил по нежной коже девушки, запаху тела, по ласкам и поцелуям. У новой незнакомки даже рост был совсем другой, чем у первой девушки в первую ночь любви.

Проснулся в этот раз по своему будильнику, который мне дала Ксения Петровна. Мы договорились с девчатами и с Ксенией Петровной, что утром буду вставать в шесть часов по будильнику, когда все девчата спят. Все остальное время дня мы будем пользоваться общественными местами также как во всех общественных местах. Кто первый вошёл, тот и хозяин места.

Так что утром до пробуждения девчат, открыл в комнате окно и дверь, чтобы проветрить запахи ночного секса. Затем собрал свои туалетные принадлежности и отправился в умывальник. До того, как проснулись девчата, успел не только привести себя в порядок возле умывальника, но также сходить в туалет и принять холодный душ, чтобы мне выглядеть утром вполне прилично перед девчатами женского общежития пединститута.

В здании женского общежития пединститута было четыре этажа, разделённые на четыре факультета. На верхних двух этажах жили девушки трёх факультетов. В то время, как нижних два этажа здания женского общежития занимал всего лишь один факультет, это был факультет русского языка и литературы. Самый многочисленный факультет в пединституте. Если во все факультеты пединститута было в среднем по три-четыре человека абитуриентов на одно место, то на факультет русского языка и литературы около десяти поступающих абитуриентов на одно место.

Парней оказалось всего два. Кроме меня документы на вступительные экзамены в приёмную комиссию сдал один местный парень, который выглядел дистрофиком после концлагеря и к тому же очкарик с очень плохим зрением. Видимо ни в один факультет пединститута он не годился по состоянию здоровья. Поэтому парень рискнул подать заявление в пединститут на факультет русского языка и литературы, куда парни вообще не подавали свои документы.

Таким исключением был и этот парень, над которым все надсмехались. Надомной никто не надсмехался, так как выглядел здоровее всех парней абитуриентов не только физически, но также и по своему возрасту. Так что любому мог поломать челюсть, кто посмел бы сказать плохо обо мне. Поэтому все парни абитуриенты сторонились меня. Мне было жалко этого тщедушного парня. Сам познакомился с ним и взял парня под свою ежедневную опеку. После этого все абитуриенты пединститута перестали надсмехаться над видом этого болезненного на вид парня.

Однако настоящей дружбы у меня с болезненным парнем не получилось. В этом парне было что-то такое отталкивающее. Видимо этот признак чувствовали все студенты и преподаватели, а также он сам. Поэтому мы с парнем просто обсуждали вопрос предстоящего экзамена. Дальше он был сам по себе. Занимался с девчатами не только любовью, но также подготовкой с уроками к предстоящим вступительным экзаменам в педагогический институт.

Когда нашу группу абитуриентов факультета русского языка и литературы разбили на восемь частей, то сразу догадался, что нас будет, примерно, восемь человек на одно место. Мы с этим парнем больше никогда не встречались. Толи он на первом же экзамене провалился. Толи забрал свои документы из педагогического института. С моей первой знакомой, Екатериной Бялик, мы тоже попали в разные группы. Виделись изредка, только когда изучали расписание вступительных экзаменов или место сдачи экзаменов. Видимо её бабушка, Фаина Бялик устроила своей внучки хороший разгон за то, что она в дом ортодоксальных евреев привела иноверца.

Не знаю, как было в действительности, но навязывать свою дружбу Екатерине Бялик, ни стал. Мне и без неё было достаточно много девчат, которые постоянно были рядом со мной и сами навязывались со мной дружить. Все равно в данное время перед нами была одна забота, скорая сдача вступительных экзаменов в педагогическом институте. Дальше будет видно. Как только наша группа стала заходить в кабинет на сдачу экзаменов по сочинению, то на стол преподавателя поставили коробку с торчащими конвертами. В каждом конверте был один вопрос на тему сочинения.

Все входящие тянули один конверт. Так как был один среди девчат, то мне дали право, первому тянут конверт с билетом на тему сочинения. Взял конверт с билетом, чистые листы бумаги со штампом пединститута и прошёл к первому свободному столу. Осторожно с стрепетом вскрыл конверт. На листке было написано "Свободная тема. "Герой вашего времени". Можно написать, один рассказ на свободную тему о ярких личностях окружающих вас людей в личной жизни. Жизнь как кошелёк. Зависит от размера.

Возможно такой везучий, что мне попалась свободная тема. У меня всегда по сочинению были четвёрки и пятёрки. Особенно на свободную тему, где можно писать столько, сколько позволяет твоя фантазия. Героев моего времени было столько много, что мог об этом написать не только один рассказ, но даже целую книгу. Придумал себе тему "Близнецы нашего рода". В этой теме, решил коротко рассказать о двойне дедушке Гурея с бабушкой Маней, про близнецов дядю Лёню и дядя Сашу, а также про своих братьев близнецов Сергея и Юрку. У нас в роду были и другие близнецы, но о них знал мало. Поэтому остановился на трёх парах близнецов трёх поколений.

Сразу, разбил своё сочинение, на три части. Каждая часть рассказа новое поколение. Как полагается по регламенту и по возрасту, первую часть рассказа начал про дедушку Гурея и про бабушку Маню. Коротко дал характеристику начала становления близнецов, как интересной современной личности в обществе своего времени. Затем написал о том, как они жили дальше каждый по-своему.

В заключении написал, как дедушка Гурей и бабушка Маня, закончили свою жизнь в глубокой старости в том самом в Старом хуторе, где когда-то наши близнецы (двойня) родились более ста лет тому назад. О жизни близнецов дяди Лени и дяди Саши, начал с того места, как они, будучи шестнадцатилетними пацанами, подделали себе документы на восемнадцатилетних парней. Ушли воевать на фронт в "Дикую дивизию", в которой были в основном заключённые и жители кавказских народов. От Старого хутора, где родились близнецы дядя Лёня и дядя Саша, до Берлина в Германии близнецы прошли пешком с кровопролитными боями и ни разу не были ранеными.

Видимо Бог берег близнецов от гибели. Вернулись оба брата с войны полными кавалерами орденов и медалей. Вскоре оба женились. У каждого из них были жены Татьяны, сыновья Володя и Юра. Вот только у дяди Лени вдобавок была дочь Наташа. Оба брата близнеца всю свою жизнь до пенсии проработали на железных дорогах. Дядя Лёня жил постоянно в Избербаше в Дагестане. Дядя Саша постоянно жил на станции Червлёной-Узловой в Чечне.

Написать о своих братьях близнецах мне было намного легче. Сергей и Юрка родились при мне в Избербаше в Дагестане. До моего ухода на службу в армию был близнецам отцом и братом, так как родной отец нас бросил всех на произвол судьбы. Поэтому все основные заботы о воспитании близнецов легли на плечи матери и старшего брата. Оба брата близнеца были настолько разными, что о каждом из них можно было написать отдельный рассказ. В то время как Сергей был тихий и спокойный. Юрка был, наоборот, во всем заводной и большой шкодой.

Мне постоянно приходилось вытаскивать его из разных ситуаций, в которые Юрка постоянно легко впутывался. Своё сочинение о "Близнецах нашего рода" написал аж на десяти страницах. Когда заканчивал писать рассказ, о близнецах Сергее и Юрке, то в это время прозвенел звонок. Время, отведённое на первый вступительный экзамен, закончилось. Ни стал проверять своё сочинение на свободную тему. Просто поставил подпись в конце сочинения и положил на стол преподавателя. По объёму моё сочинение выглядело намного больше всех остальных сочинений. Однако знал прекрасно, что качество моего сочинения зависит не от формы, а от содержания. Как это говорили древние философы материалисты, что главное ни форма, а содержание. В данном случае большое значение имела грамматика. Чем меньше ошибок, тем больше оценка. Все выглядит обратно пропорционально в моём сочинении.


5. Двойник Рафаэля.

- Девочки! Сегодня в кинотеатре хороший итальянский фильм "Пусть говорят". - сказала Настя Светлова, когда мы вышли после экзаменов из здания пединститута. - Пойдёмте, посмотрим классный фильм сразу всей нашей группой.

- Извините девчата, не могу пойти, - сразу, отказался. - Как истинный джентльмен, должен купить билеты на всю группу девчат. Но честно признаюсь, что мой кошелёк не позволяет сделать это. Поэтому сегодня кино без меня. Если б был султан, то для своего гарема устроил персональное кино прямо во дворце. Сейчас пас. Готов на всё без денег для вас. Любой мне подвиг по плечу. Но! В кино не хочу...

- Не волнуйся джентльмен. Дамы все заботы о тебе берут на себя. - сказала Вера Абелева. - Мы составим на тебя график своих забот, как в женском общежитии. Так что от этого будут довольны девочки. Ты тоже будешь доволен. Когда будешь султан, то вернёшь всё нам с процентами.

- Хорошо! - согласился. - Постараюсь быть весьма внимательным. В долгу перед дамами не останусь. Со временем верну вам своё внимание с процентами. Как подобает султану.

Только теперь понял, что девчонки шутку Ксении Петровны приняли всерьёз. Они составили на меня график. Каждую ночь ко мне в постель приходит новая девушка (женщина), кроме девственниц, которая ублажает меня и себя. Не знаю, о чём они думают. Ведь любая из них может забеременеть от меня. Может быть, они как-то предохраняются от меня вовремя секса. Но это уже их личное дело. Вот только ни на одной из этих женщин не могу жениться.

Моей женой будет лишь девственница, и, только девушка-еврейка, как мне предсказала моя родная бабушка Нюся. Фильм оказался действительно прекрасный с интересным сюжетом, где музыкант и певец Рафаэль постоянно переживает за несчастье своего брата, которого считают преступником. В то время как сам Рафаэль считает своего брата честным человеком. Пытается это доказать окружающим людям в новых зажигательных песнях о своём брате.

- Вы заметили, что наш кавалер очень сильно похож на Рафаэля. - внимательно разглядывая меня, сказала Рима Крюкова. - Он прямо одно лицо с певцом. Можно сказать, что он близнец певца и артиста Рафаэля.

- Посмотрите! Действительно огромное сходство. - удивлённо, сказала Надя Золотова. - Прямо копия певца.

- Пойдёмте сейчас сходим на это кино и убедимся в таком сходстве, - предложила Роза Таль.

Девчонки сложились на билеты. Группой пошли со мной в кино. Весь фильм девчонки занимались ни столько созерцанием фильма, сколько сравнением моей физиономии с физиономией итальянского артиста и певца Рафаэля. После кино девчонки нашей группы сделали один вывод, что близнец Рафаэля, которого выкрали вовремя нашего рождения из роддома в СССР, где так же родился, моего брата-близнеца отправили нелегально жить в Италию.

Когда мы почти всей группой пришли в женское общежитие, то в одно мгновение весть о моём сходстве распространилась по всему женскому общежитию. Девчонки собрали новую группу. Повели меня в ближайший кинотеатр, где показывали фильм "Пусть говорят". Так продолжалось до тех пор, пока в кинотеатре запел голосом Рафаэля. Руководители кинотеатра тут же вызвали милицию и санитаров из психушки.

Девчонкам с трудом пришлось отбить меня от милиции и от санитаров психушки. Девчонки сослались на то, что это был просто розыгрыш, чтобы снять стресс после вступительных экзаменов в педагогический институт. Все присутствующие посмеялись над этим розыгрышем и отпустили нашу группу домой. Даже штраф с нас не взяли.

Присутствующие в зале кинотеатра на прощанье заметили, что у меня действительно есть огромное сходство с итальянским артистом и певцом по имени Рафаэль. После этого сам стал думать, что у меня с итальянским артистом и певцом по имени Рафаэль есть огромное сходство. Пытался это определить в своём зеркальном отражении. Долго всматривался в своё отражение. Но кроме белой сорочки и причёски больше ничего похожего между мной и Рафаэлем не обнаружил по сходству. Может быть, похожими были только некоторые черты моего лица, но, ни настолько, как думали мои девчата.


6. Экзамены иностранного языка.

После экзаменов по сочинению, за которое получил пятёрку, должен был идти экзамен по иностранному языку. Однако у меня в аттестате зрелости за среднее образование, по иностранному языку был прочерк. Так как последние три года, перед защитой на аттестат зрелости в средней школе, по семейным обстоятельствам мне пришлось три раза менять постоянное место жительства и учёбу в средней школе.

Каждый раз в новых средних школах были новые предметы по иностранным языкам. За три года мне пришлось в разных школах изучать английский, немецкий и французский языки. Иностранные языки мне никак не удавались. Хотя всегда старался учиться хорошо по всем предметам.

В моей голове перемешались, все иностранные языки. Фактически не знал языков. В конце концов, комиссия на государственных экзаменах по сдаче на аттестат зрелости признала, что у меня полное отсутствие познания иностранных языков. Поэтому мне в аттестате зрелости поставили прочерк, который давал мне право ни сдавать вступительные экзамен по иностранному языку при поступлении в высшие учебные заведения Советского Союза.

В эти дни перед экзаменом на иностранный язык, учил грамматику русского языка, который надо было сдавать отдельным предметом. Когда девчонки ушли в университет, то вместе с учебниками по русскому языку закрылся в своей комнате и стал штудировать все правила русского языка.

Мне нужно было выучить и запомнить то, что учил в последний раз более четырёх лет назад. Всегда учился в средней школе на совесть, хотя далеко ни все школьные предметы мне удавались, однако, в моём аттестате зрелости оценки тройки были в своём меньшинстве.

- Александр! Быстрее беги в институт. - закричала из коридора Ксения Петровна. - Тебя декан срочно вызывает к себе.

Ни стал уточнять, в чем дело. По какой причине меня срочно вызывает декан в наш педагогический институт. Просто быстро оделся по-армейски и побежал в пединститут. На всякий случай захватил с собой документы абитуриента педагогического института и свой паспорт. Мало ли зачем меня вызывают. Все равно при себе всегда надо документы иметь. Может быть, проверка неблагонадёжных абитуриентов с Кавказа. Такими нас считают, во всесоюзном юридическом институте. С деньгами на взятку там абитуриенты благонадёжные, а без денег мы неблагонадёжные.

- Александр! Тебе придётся сдавать экзамены. - сказала староста нашей группы, когда появился в педагогическом институте. - Сейчас пришёл документ из министерства образования, где написано, что абитуриенты без исключения обязаны сдавать вступительные экзамены по иностранному языку. Ты можешь сразу заходить на сдачу экзаменов.

- Нет! Теперь зайду на экзамены последним. - отказался. - Когда преподаватели устанут от экзаменов.

Взял стул из красного уголка и сел прямо напротив двери кабинета, в котором абитуриенты сдавали вступительный экзамен по иностранному языку. Все абитуриенты нашей группы метались туда-сюда, по коридору перед кабинетом иностранного языка. Одни выходил из кабинета иностранных языков в слезах, другие визжали от радости, третьи уходили грустными. У всех абитуриентов были разные эмоции на полученные оценки. Каждому было отпущено своё.

Лично сидел в коридоре без всяких эмоций. После того времени, как мне отказали в приёме во Всесоюзном юридическом институте, перегорел. Мне теперь было как-то все равно. Поступлю в педагогический институт или нет, это время покажет. У меня за плечами было два законченных училища. Кроме того, скоро должен закончить, московский заочный университет искусств, куда посылаю свои творческие работы по изобразительному искусству. Буду учиться дальше по искусству. Так что в любом случае без образования и без специальности уже никогда не буду.

- Александр! Твоя очередь. - сказала староста группы, которая контролировала вход и выход на экзамен.

Перед тем как войти в кабинет иностранных языков, мысленно попросил Бога об успехе и открыл дверь. В кабинете сидели четыре преподавателя иностранных языков. Отыскал знакомую надпись на немецком языке. Это был единственный язык, из которого знал хотя бы буквы и несколько слов на немецком языке, которые произносили в кино про отечественную войну с фашистами. Протянул преподавателю свои документы и взял первый попавшийся билет.

В билете был написан вопрос "Красная шапочка". Прочитать на немецком языке и перевести на русский язык. Наверно сделали поблажку для меня и подложили билет. Кто из детей и взрослых не знает старинную иностранную сказку о "Красной шапочке". Наверно каждый ребёнок знает сказку о "Красной шапочке" с самого раннего детства.

Преподаватель что-то сказала мне на немецком языке и показала на свободное место в зале. Сел на указанное место и стал рассматривать буквы немецкого языка. Конечно, по буквам мог прочитать весь этот текст. Переводить текст на русский язык не было никакого смысла. Знал сказку слово в слово наизусть. Мог рассказать сказку о "Красной шапочке" на русском языке без знания немецкого языка.

В детстве знал все сказки наизусть. Раскрывая книжку сказок точно мог пересказать каждую сказку по строчкам. Кто не знал, что не могу читать на русском языке, думали, что читаю сказку и листаю книгу по страницам точно в указанном месте. Поэтому именно сейчас решил применить свой детский метод чтения немецкого языка на вступительных экзаменах в педагогический институт.

Откровенно говоря, в моей голове была такая каша, что мог высказать свой вариант известной французской сказки на свой русский манер, точнее сказать, на кавказский манер. Так как у меня в разговоре был кавказский акцент, к которому привык с детства.

- Молодец! Хорошо читаешь. - похвалила меня, преподаватель немецкого языка, когда закончил "чтение" сказки на немецком языке. - Теперь сделай устный перевод сказки на русский язык. Поэтому прочитанному тобой тексту.

Стал рассказывать сказку "Красная шапочка", так как мне рассказывала бабушка Нюся почти двадцать лет назад. Точно также как было написано в книге сказок на русском языке. Со всеми остановками, знаками препинания и восклицательными знаками. Видимо рассказывал сказку так увлечённо и громко, что присутствующие преподаватели и абитуриенты других иностранных языков, разинув рты, удивлённо слушали мой рассказ. Когда перестал рассказывать сказку о "Красной шапочке", то присутствующие в зале, забыв, где они находятся, дружно зааплодировали мне. Словно нахожусь на сцене, а они мои зрители. Тоже как артист поклонился им. Моя преподавательница, таинственно улыбаясь, также похвалила меня за интересный рассказ известной сказки о "Красной шапочке".

- Честно скажи мне. - спросила меня, преподаватель. - Кто тебе рассказал сказку о "Красной шапочке"?

- Сказку о "Красной шапочке" рассказала бабушка Нюся. Когда мне было три года. - честно, ответил.

- Думаю, что бабушка Нюся заслужила твёрдую тройку. - сказал преподаватель, проставляя мне оценку три.

Настолько радостный вышел из кабинета иностранных языков, что все девчонки нашей группы, которые ожидали меня в коридоре, думали, что получил пятёрку. Девчонки стали меня тискать и целовать, словно был их брат или любимый, который только что совершил подвиг достойный великих наград. Но когда показал девчатам документ, в котором у меня стояла тройка, то девчонки сконфузились. Словно ошиблись в моём смелом поступке на экзамене.

- Почему тогда тебе так громко аплодировали в кабинете иностранных языков? - спросила Аня Макарова.

- Потому! - ответил. - Им понравился мой рассказ о "Красной шапочке". Преподаватели и абитуриенты подумали, что артист эстрады, театра или кино, а ни абитуриент на сдаче вступительных экзаменов по иностранному языку в педагогическом институте. Вовремя учёбы в средней школе совсем не учил иностранных языков. У меня прочерк в аттестате. Поэтому рассказывал сказку о "Красной шапочке" так, как мне сказку рассказывала в детстве бабушка.

Девчонки все равно поздравили меня с успешной сдачей вступительного экзамена иностранного языка. Мы тут же пошли готовиться к следующему экзамену по грамматике, орфографии и стилистике русского языка. Все абитуриенты считали экзамен по русскому языку самым ответственным экзаменом поступления на факультет русского языка и литературы. Поэтому занимались настолько серьёзно, что девчонки даже забыли, про ночи любви со мной.


7. Настоящий джентльмен.

На подготовку к вступительному экзамену по русскому языку нам дали три дня. Ночью мы учили предмет по русскому языку, собираясь в комнатах небольшими группами по пять-шесть человек. Днём мы перебирались на старинное кладбище, которое словно город было разделено на аллеи и бульвары. Нам некогда было исследовать все огромное кладбище, которое занимало четвертую часть центра города. Мы выбирали такое место, где были похоронены профессора и доктора педагогических наук. Мы усаживались на гранитные скамьи возле памятников и надгробных монументов. Старались как можно лучше впитать в себя через надгробные мраморные плиты ту мудрость учёных людей, которые были похоронены в землю, но их знание осталось в окружающей нас оболочке Ноосферы.

Мы считали, что самая питательная среда знаний из Ноосферы находится именно в местах погребения учёных людей. Поэтому мы именно возле этих могил усиленно зубрили науку русского языка. Пытаясь таким образом познать нужный предмет перед экзаменами, как все священники и верующие познают религию в своих храмах.

Когда в голову ничего из уроков не лезло, то мы ходили по старинному кладбищу. Рассматривали надгробные камни и памятники, возле которых находили старинные монеты разных веков. Так мы наткнулись на памятник тевтонскому рыцарю, захороненному здесь в конце пятнадцатого века. Пожалуй, что с этого времени можно считать основание города, а не с семнадцатого века, как крепость, установленная на восточной границе Киевской Руси.

После сдачи экзамена по русскому языку в нашей группе, также, как и во всех остальных группах нашего факультета, осталось меньше половины подавших документы на вступительные экзамены в наш факультет. По трём первым оценкам мы могли определить. Кто пройдёт дальше, а кто, может быть, отсеется, на следующем экзамене. Следующим экзаменом была советская литература.

Это был второй по значению экзамен после экзамена по русскому языку, за который получил четвёрку. На экзаменах не было никакой скидки для меня. Четвёрку получил заслуженно своими стараниями в учёбе. Так что половину вступительных экзаменов в пединститут успешно сдал.

Экзамен по советской литературе сдал на пятёрку. Мне попался рассказ Михаила Шолохова "Судьба человека". Как раз в эти годы в кинотеатрах и по телевидению шли фильмы по романам Михаила Шолохова. В том числе и художественный фильм "Судьба человека". Главную роль в кино сыграл Сергей Бондарчук. Рассказывал фактически о фильме "Судьба человека", а не о рассказе Михаила Шолохова "Судьба человека".

Но все равно преподаватели, присутствующие на вступительном экзамене по советской литературе с интересом выслушали мой рассказ и поставили пятёрка. Таким образом, все главные вступительные экзамены в педагогический институт успешно прошли. По старому расписанию вступительных экзаменов на факультет русского языка и литературы должно было быть пять экзаменов, но после того, как ввели обязательную сдачу экзаменов по иностранному языку, то получалось, что график экзаменов никак не вписывается во все программы вступительных экзаменов.

Поэтому ректорат педагогического института решил объединить вступительный экзамен по всемирной истории с вступительным экзаменом по истории коммунистической партии Советского Союза. Получился какой-то сдобный пирог, а не экзамен. Вместо одного вопроса на вступительном экзамене абитуриенты должны были отвечать сразу на два вопроса. Очевидно, именно поэтому напряжение в пединституте подготовка к экзамену среди наших абитуриентов возросла в несколько раз.

За время подготовки к вступительным экзаменам в педагогический институт абитуриентами было выпито ни меньше цистерны чёрного кофе и чёрного чая, чтобы не засыпать вовремя подготовки к вступительным экзаменам. Различных лекарств тоже было выпито ни меньше тонны для того, чтобы вовремя вступительных экзаменов быть бодрым духом и телом. Если бы перед вступительными экзаменами сдавали тест на допинг, то педагогический институт можно было закрыть навсегда, также, как и другие ВУЗы.

Среди абитуриентов не было ни одного человека, который не принял хоть одной таблетки против стресса перед экзаменами. В те времена у спортсменов не делали тесты на допинг. Наверно поэтому было столько много мировых рекордов, которые до сих пор никто не преодолел после введения в спортивные соревнования тестов на допинг. Вполне возможно, это связано ещё с тем, что все спортсмены боятся тестов на допинг и никак не могут собраться с нервами перед побитием рекордов на соревнованиях.

В последнюю ночь перед последним вступительным экзаменом в педагогический институт, сидел в комнате девчат напротив дверей моей комнаты. Совершенно измотанные подготовкой к вступительным экзаменам мы сидели за столом перед чайником с кофе, который никак не действовал на нас. Три девчонки спали прямо за столом посередине комнаты.

Учили всемирную историю и историю коммунистической партии Советского Союза, лишь Римма Авдеева и Черевков Александр. Мы оба настолько устали, что едва соображали, что сейчас изучаем тут за столом.

- Хотя бы цветы кто-нибудь принёс. - сказала Авдеева, разглядывая в банке засохший букет. - Наверно перевелись джентльмены на белом свете. Никто не уделяет даме внимания перед последним вступительным экзаменом.

- Хочешь, прямо сейчас тебе принесу букет красивых цветов? - решительно, сказал, Римме Авдеевой.

- Откуда среди ночи цветы? - удивлённо, спросила Римма Авдеева. - Тебя никто отсюда ночью не выпустит.

- Перед тобой самая громадная оранжерея в городе. - сказал, показывая на городское кладбище.

- Среди ночи на кладбище за цветами? - неуверенно, спросила меня, Римма. - Просто безумие!

- Через пол часа у ваших ног будут самые лучшие цветы города. - сказал, направляясь к окну.

На окнах первого этажа со стороны кладбища не было железной решётки, так как за время существования женского общежития никто из парней и девчат не рискнул среди ночи лазить через забор городского кладбища. Не только потому, что ужасно страшно, но также потому, что железный забор городского кладбища был сильно высок и не пригоден для ночных похождений.

Кроме того, фундамент женского общежития со стороны городского кладбища был около двух метров. Плюс подоконник с высотой до открытого окна. Так что было слабо для обычных парней и девчат. Но с детства забирался на такие высоты кавказских гор, что высота за окном для меня не была препятствием. Быстро перемахнул через подоконник открытого окна в комнате девчат. В полумраке двора женского общежития направился в сторону прутьев огромного железного забора расположенного в конце двора у городского кладбища.

Сразу обратил внимание на угол забора у старого кладбища и соседнего двора другого женского общежития. По углам лазить наверх намного легче. К тому же оказалось, что в углу стойки между заборами стояли на таком расстоянии, что можно было сильному человеку чуть-чуть поднатужиться и раздвинуть проем, между железной стойкой и железным прутом на нужное расстояние, которое позволяло пролезть на территорию старого городского кладбища.

Так как был не из числа слабых парней, то быстро раздвинул железный прут в сторону и почти свободно пролез на территорию городского кладбища. Дальше были заросли кустов и многочисленные клумбы на аллеях между могилами. Мне приходилось и раньше на спор с друзьями ходить на кладбище. Все равно было жутко ходить между огромных крестов, могильных плит и больших памятников. Они словно следили за моим передвижением. В любой момент могли наказать меня за кражу цветов с клумб старого кладбища самой громадной оранжереи города.

Когда нарвал огромный букет цветов, в это время где-то часы пробили полночь. В сумраке ночи бессонное радио скрипучим голосом сказало, что московское время двенадцать часов. Надо было возвращаться обратно в женское общежитие педагогического института. Завтра последний вступительный экзамен по истории, нужно хорошо выспаться. Все наши девчонки давно улеглись спать. Даже Римма Авдеева не дождалась меня и тоже улеглась спать.

Во всех окнах женского общежития погашен свет. Только окна открытые. Сейчас на дворе июль месяц. Жара днём сорок градусов. Ночью тоже чувствуются остатки дневной жары. Хорошо, что на городском кладбище много деревьев и цветов. От этого воздух здесь чистый с запахами цветов. Поэтому местные жители отстаивают древнее городское кладбище от уничтожения. Ведь с уничтожением кладбища уничтожат заросли кустов, деревьев и самую большую оранжерею города.

Давно всем известно, что растения, это лёгкие Земли. Так что правильно делают местные жители, что берегут не только историческую ценность, но и лёгкие Земли. Прежде чем на месте древнего кладбища появятся постройки и зелёная растительность, пройдёт много лет. Все это время местные жители будут задыхаться от городской пыли и выхлопных труб автомобилей. Не лучше ли постепенно перенести древнее кладбище за город, а на этом месте сделать огромный городской парк.

На строительство жилых кварталов в городе много земли, а парк такой один. Поэтому городским властям стоит прислушаться к местным жителям и не строить жилье вокруг старого кладбища. Свободной земли строительства жилья вокруг города достаточно. Уже стал было пробираться в сторону забора к женскому общежитию, как, вдруг, в конце старого кладбища увидел перекосившийся деревянный крест давно заброшенной могилы. Сразу у меня появилась идея.

Надо же было как-то доказать Римме Авдеевой, что цветы для неё принёс именно с оранжереи городского кладбища, а не нарвал на клумбах возле здания ЗАГС. Поэтому решил по пути прихватить с собой давно заброшенный деревянный крест. Когда стал вытаскивать деревянный крест из земли, то крест оказался такой длинный, что уже даже пожалел вытаскивать огромный деревянный крест. Но других заброшенных крестов здесь больше не было, так что мне пришлось воспользоваться этим крестом. Вытащил крест из земли до конца.

Крест оказался больше трёх метров. С огромным трудом дотащил этот крест до забора и просунул его в щель между железными прутьями забора. Сам пошёл в угол забора и пролез в раздвинутые мной железные прутья. Подниматься с букетом цветов на высоту двух метров, было бессмысленно. Мог помять букет цветов и порвать своё спортивное трико. Стал в темноте осматривать двор общежития и к моей удаче обнаружил небольшой стол и четыре стула. Так что по такому сооружению из стола и стульев мог спокойно пробрать в комнату девчат с цветами. После к окну притащить старый деревянный крест в знак доказательства того, что все-таки цветы нарвал на старом кладбище, а ни где-то в городе.

Забрался легко со стула на небольшой стол. Затем на столе встал на другой стул и заглянул в комнату девчат. Девчонки спали кто как. Из-за того, что было сильно жарко, девчата в большинстве спали голиком. На одной из четырёх девушек были только трусики. Другая девушка спала в одной ночной рубахе. Две другие девушки лежали голыми на белой постели.

Ни стал долго увлекаться созерцанием прекрасных девчат. Все равно из-за темноты ночи было плохо видно прекрасные фигурки девчат. Так что разложил цветы на всём подоконнике. Обратно спустился вниз. Убрал на прежнее место стол и стулья. Пошёл в угол к забору у кладбища, за огромным деревянным крестом.

Когда с трудом дотащил огромный крест до окна девчат, то поставил крест так, что он стоял почти на величину окна. Прикинул глазами, как будет выглядеть крест у окна. Крест убрал в сторону от окна. Тихо голосом позвал к окну Римму. Наверно она крепко спала и ничего не слышала. Тогда кинул маленький камушек в сторону графина на середине стола. Камушек угодил точно в графин с водой. Обратно, тихо позвал к окну Римму Авдееву.

- Кто среди ночи бродит? Сашка! Ты что ли? - сонно, спросила Римма, прикрывая грудь платком.

В этот момент к окну подставил огромный крест прямо напротив её лица в знак доказательства, откуда принёс цветы. Никак не ожидал, что современная девчонка окажется настолько суеверной. Вдруг, девушка подняла такой ужасный крик и визг, что в одно мгновение проснулось не только наше женское общежитие, но и весь жилой квартал. Мне никак нельзя было оставаться во дворе женского общежития, так как меня могли сразу увидеть и тут же выбросить не только из женского общежития, но даже из педагогического института без всяких скидок на мой успех с вступительными экзаменами в педагогический институт. Надо было мне срочно спасть себя и свой успех в пединституте.

Поставил огромный деревянный крест, в сторону от окна. Быстро прыгнул на раму окна и в одно мгновения перемахнул через подоконник в комнату девчат, которые, прикрывшись, чем попало, уже в четыре голоса подняли оглушительный визг. Сметая все у себя на пути, проскочил в свою комнату напротив комнаты девчат. Быстрее, чем по-армейски скинул с себя спортивное трико и босоножки. Засунул свою одежду в тумбочку и быстро лёг в постель.

Хорошо, что комендант и дежурные по женскому общежитию спали этажами выше первого этажа. Пока все женское общежитие металось в истерике, не зная от чего, заснул по-настоящему и никак не отреагировал на открывшуюся дверь, в проёме которой появилась комендант женского общежития. Убедившись, что сплю по-настоящему, Ксения Петровна тихо прикрыла мою дверь. Стала разгонять девчат по комнатам. Девчата вскоре успокоились и уснули. В женском общежитии обратно наступил полный покой. Тут же перевёл свой будильник на половину шестого утра.

Рано утром, как только пискнул мой будильник, отключил будильник и пошёл в умывальник. Задолго до подъёма девчат покинул женское общежитие и направился в сторону центра города. Мне не хотелось, чтобы дотошная Ксения Петровна разоблачила меня при всех о моих ночных похождениях. У меня сегодня последний вступительный экзамен в пединститут. Должен сдать этот экзамен в институте без всяких помех и уехать к себе домой. Последний вступительный экзамен в педагогический институт должен был начаться в девять часов утра. Гулял по городу до тех пор, пока до начала вступительного экзамена осталось десять минут. К этому времени подошёл к пединституту и без пяти минут до начала экзамена подошёл к кабинету истории, где должен был проводиться вступительный экзамен.

По лицам девчат было заметно, что весь пединститут в курсе моих ночных похождений. Посмотрел в глаза Риммы Авдеевой. Она показала мне рукой и головой, что она никому ничего не говорила обо мне. Ни стал у неё выяснять, кто же рассказал обо мне всему пединституту. Просто первым зашёл на сдачу вступительного экзамена по истории. Так делал на всех вступительных экзаменах, кроме иностранного языка. Девчонки даже ориентировались на моих оценках и спрашивали об отношении к нам преподавателей в педагогическом институте.


8. Экзамен по истории.

Когда вошёл в кабинет истории, то сразу было видно, что преподаватели тоже в курсе моих приключений. За месяц пребывания в педагогическом институте перезнакомился со всеми преподавателями, так как кроме своей подготовки к вступительным экзаменам, ещё готовил графики, списки, стенгазеты и разные заметки ректората по вступительным экзаменам в пединститут. Девчонки удивлялись, как успеваю заниматься наглядной агитацией, подготовкой к вступительным экзаменам, походами в кино и любовными сценами с девчатами у себя в кровати. Сам не знал, как это у меня получается везде успевать. Всегда старался быть во всем успевающим не только в учёбе.

Взял со стола первый попавший билет. На билете стояла цифра номер семь и два вопроса. Первый вопрос был "Петр-1 и политические реформы.". Второй вопрос - "Роль коммунистической партии в народе.". Возможно от того, что постоянно занимался наглядной агитации на протяжении многих лет. Поэтому вопросы по истории коммунистической партии казались мне настолько простыми, что легко отвечал на них без подготовки.

Так поступил в этот раз на вступительных экзаменах по истории. Сказал преподавателю у стола, что мне нет смысла сидеть готовиться к экзамену. Больше у меня в голове не убавится и не прибавится от моего знания истории. Меня заранее предупредили, что вопросы сложные и требуют внимания. Уверенно повторил своё желание досрочно сдать экзамен.

По первому вопросу сказал, что Петр-1 Великий родился 30 мая 1672 года в Москве. Умер 28 января 1725 года в Санкт-Петербурге. Как российский царь с 1682 года, до 1689 года правительницей была старшая сестра царевна Софья Алексеевна. С 1721 года Петр-1 Великий первый российский император. Пётр-1 прорубил окно в Европу, а его потомки туда взломали дверь.

Провёл ряд реформ государственного управления. Созданы Сенат, коллегии, органы высшего государственного контроля и политического сыска. Церковь была подчинена государству. Проведено деление страны на несколько губерний. Построена новая столица Санкт-Петербург. Император России использовал политический опыт от западноевропейских стран.

- Достаточно! - прервал меня, преподаватель истории. - Первый вопрос знаешь отлично. Можно сразу отвечать на второй вопрос или пойти подготовиться ко второму вопросу. У тебя достаточно времени на подготовку ответа к экзамену.

Второй вопрос для меня вообще не представлял никакого труда. Здесь можно было говорить сколько угодно, так как мы сами жили в эпоху коммунистической партии, куда мне несколько раз предлагали вступить, но пока не решился. Считал, что в коммунистическую партию должны вступать самые сознательные граждане Советского Союза.

Таким себя ещё не считал. В моей голове было столько много планов на дальнейшую жизнь, что думать о вступлении в ряды коммунистической партии для меня рановато. Надо хотя бы поступить в высшее учебное заведение, а после об этом думать уже в институте или в университете, где буду продолжать своё образование. Что же касается роли коммунистической партии в народе, то какая коммунистическая партия, такая её роль.

Даже смотреть телевизор не нужно и читать газеты тоже не надо. Достаточно выйти на улицу и посмотреть, как живёт советский народ. Если люди сыты, одеты и вполне здоровы, значит, хороша роль коммунистической партии.

Когда кушать нечего, все вокруг голые и безграмотные, то ни о какой роли коммунистической партии говорить нельзя, кризис партии и страны.

- Спасибо, ты правильно понимаешь роль коммунистической партии. - сказал мне, секретарь парткома пединститута. - Ставим тебе вторую оценку отлично. Но расскажи нам. Как ты успеваешь заниматься подготовкой к вступительным экзаменам в пединститут, сдавать на отличные оценки и в то же самое время лазить ночью на старое кладбище?

- Ещё ни на столько стар, чтобы не проказничать. - ответил ему. - В этом нет никакого преступления. За то будет что вспомнить увлекательное в жизни мне, девчонкам женского общежития и даже вам преподавателям пединститута.

Преподаватели просто улыбнулись чему-то и отпустили меня из кабинета истории с двумя пятёрками. Так что сдал вступительные оценки на одну тройку, одну четвёрку и три пятёрки.


9. Выбор за мной.

Осталось ждать результатов о приёме в педагогический институт. Список студентов в пединститут должны были повесить через три дня после сдачи последнего вступительного экзамена в пединститут.

В любом случае такое известия среди бывших абитуриентов мог узнать только. Так как мне заранее говорили, что оплатят все мои труды по наглядной агитации, если даже не смогу поступить учиться в пединститут. Фактически работал целый месяц в педагогическом институте пока без зарплаты.

- Тебя вызывает ректор пединститута. - сказала наша староста группы, когда вышел из кабинета истории.

Мне не нужно было объяснять, зачем меня вызывает ректор педагогического института, если об этом знали все бывшие абитуриенты и преподаватели пединститута. Думал только о том, что меня сейчас исключат из пединститута за то, что ночью лазил на кладбище за цветами для девчат и притащил с собой старый деревянный крест. Конечно, прекрасно понимал цену поступка. Поступок вроде не криминальный, но обсуждать моё поведение будут.

- Давай мы с тобой поговорим откровенно. - сразу, сказал мне ректор пединститута, как только вошёл в его кабинет. - Зачем ты так сильно физически развитый подал вступительные документы не на факультет физкультуры, а на факультет русского языка и литературы. Ты мог свободно поступить на любой факультет педагогического института.

- Хотел поступить во Всесоюзный юридический институт. - откровенно, сказал. - Но там мне сказали, что кавказские студенты не благонадёжные люди, так как после окончания учёбы во Всесоюзном юридическом институте они уезжают к себе на Кавказ. В то время как на Украине катастрофически не хватает юристов. Разозлился на такой поворот во Всесоюзном юридическом институте. Поэтому подал документы сюда в педагогический институт ближайший от юридического.

- Ну, это понятно. - сказал ректор пединститута. - Тогда объясни мне. Зачем ты ночью лазил на старинное кладбище?

- Представьте, что вас вполне зрелого мужчину поселяют жить в гарем, в котором тысяча прекрасных девиц. - откровенно, сказал. - Думаю, что ни один зрелый мужчина не отказался от соблазна прекрасных девиц. К тому же холостой парень. Ни от кого не завишу. Не мог отказать девчатам в просьбе принести цветы среди ночи с городского старинного кладбища. Иначе бы девчата просто ни считали бы меня за своего джентльмена. Теперь вам понятен мой ночной поступок?

- Теперь мне все понятно. - ответил ректор педагогического института. - Конечно, невыносимо тяжело жить среди девчат. Ты откровенно скажи, все останется между нами, как между мужчинами. За месяц многих девчат трахнул?

- Они сами ко мне приходили по ночам. - как бы оправдываясь, откровенно признался. - Каждую ночь была одна. Лиц девчонок не видел и фамилии не спрашивал. Лишь знаю, что у девчат был график ко мне на каждую ночь.

- Бестии, а не девки! - воскликнул ректор пединститута. - Выходит, что они тебя ночью трахали, а ни ты их.

- Получается, именно так. - честно, признался. - С такими темпами секса меня бы надолго тут не хватило. Мне надо учиться и в дальнейшем, лет через пять, планировать создавать себе семью. Прекрасно понимаю, что у девчат сейчас такой возраст. Однако не испытательный полигон.

- Какие у тебя планы на будущее? - спросил меня, ректор пединститута. - Как ты будешь учиться дальше?

- Если откровенно, то меня на пять лет в педагогическом институте среди девчат не хватит. - честно, признался. - У меня дома в Беслане в Северной Осетии, мама и двое малолетних братьев-близнецов. На восемьдесят рублей зарплаты мама не может содержать семью из четырёх человек. Сейчас в Орджоникидзе организовался университет, в котором открылся юридический факультет. Хотел бы от вас перевестись на юридический факультет заочного отделения в университет в Орджоникидзе Северной Осетии. В дальнейшем женюсь. Буду работать, и, учиться на заочном отделении в юридическом факультете университета. Специальностей у меня много. Окончил два разных училища. Сейчас зачислен откачником-вакуумщиком и наладчиком на военный завод ФЭУ.

- Хорошо! Ты убедил меня. - согласился с моими планами ректор пединститута. - Тебе дам перевод в ваш университет на юридический факультет заочного отделения. До своего отъезда ты больше никуда не лазь.

- Постараюсь никуда и ни на кого больше не лазить. - громко, в шутку, сказал. - Спасибо, что вы меня поняли.

Прямо из кабинета ректора пединститута направился в женское общежитие. Нужно переодеться и сходить в гости к своим друзьям. Последние две недели мы были сильно заняты вступительными экзаменами. Поэтому не встречались. Надо было узнать, как идут дела с поступлением в институты у моих друзей. Наметить время нашего отъезда. Примерно неделю предстоит быть в Харькове, пока закончатся мероприятия с нашими оценками.

Шёл по правой стороне улицы Лермонтовская. Так как левая сторона улицы Лермонтовская была полностью закрыта. Там срезали балконы со всех старых домов. Проёмы от балконов закладывали кирпичом до уровня окон. Оставались нетронутыми только два здания женского общежития пединститута. На этих домах не было балконов. Построены они были гораздо позже жилых домов послевоенного строительства. Когда стал подходить ближе к зданиям женских общежитий, то мне показалось, что здания покосились в сторону улицы Лермонтовская от девчонок, которые повисли на всех окнах домов. Никак не мог понять, зачем девчонки высунулись из окон, рискуя своей жизнью свалиться вниз.

- Вон! Наш кавалер идёт! - разом кричали девчонки, показывая пальцами в мою сторону. - Ура! Мо-ло-дец!

Откровенно говоря, не знал, как реагировать на крики. Мне было не понятно. Это приветствие или прикол? Девчонки визжали, свистели, махали мне руками. В руках были лифчики и трусики. Мне даже было как-то неудобно от этого шума. Был готов пройти мимо здания женского общежития. Но там, в комнате были мои вещи. Мне неделю надо было где-то жить. Так что мне пришлось повернуть обратно к женскому общежитию педагогического института.

- Ну, что, джентльмен, прославился? - серьёзно, спросила меня, Ксения Петровна. - Сейчас отнеси старый деревянный крест обратно на кладбище. После зайдёшь ко мне в кабинет. Мы будем с тобой откровенно беседовать об этом.

- Сейчас в спортивное трико переоденусь. - сказал, не поднимая глаз. - Не хочется свой костюм пачкать.

- Ладно, иди кавалер. - немного смягчилась Ксения Петровна. - Мой кабинет будет напротив твоей комнаты.

Быстро прошёл в свою комнату под общее приветствие девчат. Там сразу переоделся в спортивное трико. Вышел во двор женского общежития педагогического института. Взвалил на себя старый деревянный крест стоящий все там же у окна комнаты девчат. В это время на меня из окна сурово смотрела Ксения Петровна. Но все равно её лицо едва сдерживалось от улыбки. Видимо все женское общежитие пединститута веселилось над моими ночными похождениями.

Перед моим приходом Ксения Петровна сделала серьёзный вид в отношении меня, как полагается коменданту женского общежития перед мужчинами. Но только стоило мне направиться с крестом на плече в сторону металлического забора городского кладбища, так сразу со всех окон женского общежития раздались крики, приветствия, свист и улюлюканье. Так меня девчонки сопровождали до тех пор, пока скрылся в зарослях зелёных кустов, на территории кладбища. Мне ничего не оставалось, как только с позором скрыться с глаз девчат.

Прекрасно знал, что они меня также будут встречать обратно. Поэтому решил разыграть наших девчат. Надо было как-то мне хоть один раз проучить этих прекрасных бестий за шумную шутку над своим джентльменом. Как только скрылся из виду девчат, то тут же поставил крест к дереву и побежал к ближайшему забору кладбища, который выходил в сторону зданий ЗАГС. Здесь забор был весь ажурный. По нему легче было перебираться на другую сторону.

Когда перелез на другую сторону забора, то сразу оббежал задания ЗАГС и вышел на улицу Лермонтовская. В это время все девчонки и Ксения Петровна ждали меня со стороны кладбища, чтобы посмеяться надо мной. Осторожно вошёл в прикрытую дверь здания женского общежития. Тихо прошёл в свою комнату. Быстро переоделся и вышел обратно на улицу Лермонтовская. Перешёл улицу и скрылся за новыми домами на улице Лермонтовская.

Оттуда прошёл до Всесоюзного юридического института, где был мой друг Важа Барошвили. Таким образом, проучил девчонок с нашего женского общежития и коменданта Ксению Петровну, за подшучивание надо мной среди дня.

- Ва! Дорогой друг пришёл. - увидел меня, Важа Барошвили, выходя из Всесоюзного юридического института. - Сейчас пойдём Руслана заберём. Будем гулять на полную катушку. Тоже свои вступительные экзамены сдал.

- Сегодня гулять на полную катушку не могу. - серьёзно, сказал. - Иначе документы на руки не выдадут.

- Шашлык с кружкой пива никому не повредит. - сказал Важа Барошвили. - Посидим, как в горах Кавказа.

Согласился с Важа Барошвили насчёт шашлыка с пивом. Мы направились пешком в политехнический институт. Руслан Качмазов сегодня сдавал последний вступительный экзамен. По очереди Руслан сдавал экзамены позже чем мы. Когда мы пришли к политехническому институту там абитуриенты продолжали сдавать последний экзамен. Нам пришлось подождать минут двадцать, пока, наконец, Руслан Качмазов сдал свой последний вступительный экзамен.

- Опять тройка. - с кислым лицом, сказал Руслан Качмазов, когда вышел из здания политехнического института. - Три тройки и три четвёрки по вступительным экзаменам. С такими оценками могут не взять в политехнический институт.

- Как это могут не взять? - удивлённо, воскликнул Важа Барошвили. - Три четвёрки и три тройки равно двадцать один. Это очко, а не недобор или перебор. Очко всегда выигрышная цифра. Ты почти студент политехнического института.

- Если твои слова услышит Бог. С меня бутылка армянского коньяка причитается. - сказал Руслан Качмазов.

- Зачем армянский коньяк? - воскликнул Важа Барошвили. - Ты меня лучше дома осетинской аракой угости.

- Осетинскую араку мы и так будем пить. - сказал Руслан Качмазов. - Коньяк армянский отдельно будет.

От политехнического института мы сразу пошли в центр города, где было хорошее бочковое пиво, шашлыки и речные раки. Мы заказали по две кружки пива, по два шампура шашлыков и по десятку варёных раков. За стойкой постаяли часа два. Пили пиво, ели шашлыки, с раками и обсуждали то, что произошло с нами за время сдачи вступительных экзаменов в разные институты.

Когда рассказал друзьям, что произошло со мной в прошедшую ночь с похождением на кладбище. Друзья стали громко смеяться. Присутствующие в пивном баре обратили внимание на нашу компанию. Нам сделали замечание, что мы в пивном баре не одни. Не надо сильно шуметь при всех. Мы ни стали больше смеяться.

Вышли из бара и распрощались на одну неделю. Так как мне нужно было заниматься наглядной агитацией, которую обещал ректору педагогического института сделать до своего отъезда домой. У друзей тоже были какие-то свои личные дела по городу. Так что мы все трое были неделю сильно заняты. Друзья отправились по своим местам жительства. Пошёл обратно на улицу Лермонтовская в женское общежитие. Мог представить, что там меня ждёт за то, что сегодня фактически наказал все женское общежитие.

Чтобы долго не маячить перед глазами девчат, прошёл дворами до улицы Лермонтовская и вышел прямо напротив женского общежития. На окнах никого из девчат не было. День был в полном разгаре и входные двери открыты. Так как в это время работала библиотека. Местные студенты могли прийти в библиотеку.

Прошёл в свою комнату, там переоделся в спортивное трико. Взял полотенце, мыло, зубную щётку и пошёл в умывальник. В это время где-то доносились голоса девчат. По гулу голосов можно было догадаться, что все девушки находятся в актовом зале на втором этаже. Наверно там обсуждают меня или договариваются насчёт будущей учёбы в педагогическом институте.

- Ты где пропадал после похода на кладбище? - удивлённо, спросила Ксения Петровна, когда вышел из умывальника. - Мы тебя два часа ждали обратно в наше женское общежитие. Милиция тебя искала по всему кладбищу.

- Пришёл с кладбища переоделся в костюм и ушёл по своим делам. - как ни в чём не бывало, ответил.

- Девчонки в твою честь банкет устроили, а ты пропал. - сказала Ксения Петровна. - Сейчас же быстро переодевайся в костюм и быстрее наверх в актовый зал. Мы только что стол накрыли и пока не решились сесть к столу без тебя.

- Стыдно перед девчатами. Не могу идти к вашему столу. - отказался. - Джентльмены так не поступают.

- Не порть девчонкам праздник! - закричала на меня, Ксения Петровна. - Переодевайся и ступай наверх!


10. Любовные страсти.

Мне никак не хотелось обежать девчат, от которых в мою сторону было лишь все хорошее. Быстро побежал в свою комнату в сопровождении комендант женского общежития, которая как часовой осталась за моей дверью. По-армейски за сорок пять секунд переоделся в парадный костюм, надел свежую сорочку, побрызгал на себя одеколоном. Как под конвоем в сопровождении Ксении Петровны пошёл наверх в актовый зал, откуда доносились звонкие голоса девчонок.

- Вот! Привела к вам парня на растерзание. - сказала Ксения Петровна, когда мы вошли в зал. - Он ваш...

- Ура! Наша взяла! Саша вернулся! - закричали девчонки, в одно мгновение окружили меня со всех сторон.

Девчонки, наряженные и накрашенные как на праздник, с накрашенными губами стали чмокать меня в лицо с двух сторон и визжать от радости моего возвращения. Они даже ни спрашивали, где пропадал почти три часа. Главное для девчат, это праздник после сдачи вступительных экзамен. Для них был, как талисман на время сдачи вступительных экзаменов в педагогический институт, а также как повод повеселиться от всей души. У меня не было никакого повода для подобного веселья. Мне с девчатами по-дружески было просто интересно быть в одной компании.

Как всегда, бывает за женским, праздничным столом. Так было здесь на банкете в мою честь. Огромный стол, собранный из нескольких столов, был накрыт белыми скатертями, на которых стояли разные торты и различные прохладительные напитки. Конечно, здесь не обошлось без шоколадных конфет, всяких фантиков с бантиками и огромного букета цветов. Большая часть цветов были сорваны мною на клумбах городского кладбища в двенадцать часов ночи.

Девчонки что-то пошушукались между собой. Полезли под стол и достали из огромной кожаной сумки три бутылки "Советское шампанское" вина, а также чекушку "Русской водки". Бутылки с шампанским вином поставили по краям и в середину стола. Чекушку с "Русской водкой" поставили между мной и Ксенией Петровной. Ксения Петровна погрозила девчатам пальцем. от выпивки не отказалась. Разлил водку в два бокала поровну между мной и Ксенией Петровной.

За тем открыл одну бутылку шампанского вина так, чтобы пробка сильно стрельнула в потолок, но в этот момент шампанское вино из бутылки не вылилось. Девчонки громко завизжали на радостях от хлопка бутылки с шампанским вином и сразу стали подставлять свои бокалы со всех сторон. Налил девчонкам понемногу шампанское вино в хрустальные бокалы. Комендант женского общежития подняла свой хрустальный бокал наполненный "Русской водкой".

- Хочу выпить с вами этот бокал русской водки за то, чтобы вы никогда не пили эту гадость. - серьёзно, сказала Ксения Петровна. - Пускай в ваших бокалах всегда будет лишь шампанское вино во все счастливые дни вашей жизни.

Мы с Ксенией Петровной отпили понемногу из своих бокалов русской водки. Принялись закусывать русскую водку тортами и копчёной колбасой. Затем девчонки включили музыку и объявили белый танец. Кто из девчат был ближе сразу подошли ко мне. Не хотел обижать никого из девчат.

Поэтому закрыл глаза и протянул, впереди себя обе руку. На кого легли мои руки, с той девушкой стал танцевать. Все остальные девчонки стали танцевать друг с другом и с Ксенией Петровной. После белого танца обратно вернулись к нашему праздничному столу с тортами и напитками.

Комендант женского общежития с нами веселилась до конца своего рабочего дня. После она сослалась на то, что у неё дежурство закончилось и ей надо идти домой. У неё есть семья. Ксения Петровна наказала старостам групп, чтобы они закрыли двери и кроме дежурной по женскому общежитию никого в корпус не пускали. На прощанье комендант женского общежития пригрозила мне пальцем и сказала, чтобы никакие экскурсии ночью на кладбище не устраивал. Иначе экскурсия для меня может закончиться плохо в милиции. Девчонкам сказала, чтобы они не забывали, что у них один на всю компанию.

Когда Ксения Петровна ушла из корпуса женского общежития педагогического института, девчонки из шкафа достали сразу три бутылки шампанского вина и две бутылки русской водки. Наш праздник продолжился. Завтра у нас будет пятница.

В субботу и в воскресение пединститут закрыт. Итоги по вступительным экзаменам будут в понедельник. Во вторник буду писать итоги экзамен на листе ватмана. Лишь в среду итоги будут вывешены на стенды.

В четверг мы уезжаем, чтобы встретиться здесь первого сентября, когда начнётся первая сессия для тех, кто стал студентом. Лично ко мне не относится. Получу перевод в университет Орджоникидзе на юридический факультет. Конечно, мне жалко девчат. Многие из них рассчитывали на мою поддержку и на взаимную любовь. Но что поделаешь. У каждого человека своя жизнь, как однажды сказал наш вождь Владимир Ильич Ленин: "Мы пойдёт своим путём".

Сегодня был день нашего веселья. Мы могли веселиться до потери пульса. От нашего веселья мёртвые на древнем кладбище не проснуться. Жилые кварталы от нас через улицу Лермонтовская будут спать. Актовый зал в сторону городского кладбища. Так что никто нас не услышит. Мы никого ночью не побеспокоим. Можем пить, кушать, веселиться, петь песни и танцевать. Наш праздник, которого мы добились за целый месяц упорного труда с уроками.

Не знаю, где девчата прятали бутылки шампанского вина и русской водки. Когда на столе был целый ряд пустых бутылок из-под шампанского вина и водки, а желудок ничего не мог принимать, попрощался с девчатами поцелуями и ушёл спать. Следом за мной, как по команде, потянулись девчонки, которые жили на первом этаже. Мне неизвестно, кто из нас больше был пьян, или девчонки. Возможно, что девчата больше претворялись.

Однако мы провожали друг друга до постели. Каждой девчонки помогал раздеться. Затем укладывал их в постель. Так было до тех пор, пока уложил последней в кровать Авдееву Римму, которая клялась мне, что она меня никому не продала за мой поход на кладбище за цветами. Наверно, это девчонки с её комнаты разболтали всему пединституту за мой поход?

Кто раздевал меня, уже не помню. Только проснулся утром рано в обнимку с Риммой. Видимо, будучи хмельной она отдалась мне в знак доказательства того, что она меня не продала за мои похождения на городское кладбище. Совершенно не мог вспомнить, как это случилось. Но сам факт был на лицо. Моя постель была в девственной крови. Задница девушки тоже была в девственной крови. Не знал, как теперь нам с ней поступать.

- Римма! Что мы с тобой наделали? - испуганно, спросил, когда увидел, что она не спит. - Как нам быть?

- Ты ни в чем не виноват. - спокойно, ответила Авдеева. - Хотела, чтобы ты был у меня первым парнем.

- Может быть, мы с тобой поженимся? - как бы оправдываясь, спросил. - Не знал, что ты девственница.

- Нам обоим рано создавать семью. - отказалась Римма. - Так что успокойся. Ты ни в чем не виноват. Пока все спят. Сейчас поменяюсь с тобой постелью. Ксении Петровны скажу, что у меня раньше времени начались месячные. Прозевала время и испачкала свою постель. У меня действительно завтра будут месячные. Успокойся!

Мы так и сделали вместе с Авдеевой. Пока все девчонки спали по комнатам как убитые после вчерашней гулянки, то мы быстро поменяли матрас и простынь испачканные в девственную кровь, на чистые простыни и матрас. Внимательно проверил все на себе, чтобы на мне не было признаков "брачной" ночи с девственницей. Затем оттёр с лица все остатки губной помады и обратно завалился спать до прихода на дежурство комендант женского общежития. Как только услышал в коридоре, голос Ксении Петровны, так сразу надел спортивное трико, быстро пошёл умываться.

На втором этаже в актовом зале перекусил остатками торта вместе с девчонками после похмелья. Сразу отправился в педагогический институт. Обещал ректору пединститута и секретарю парткома пединститута, что за оставшиеся дни до отъезда домой сделаю им два стенда. Один стенд партийной организации. Второй стенд ректората педагогического института. Завхоз пединститута дал мне ключи от спортзала, в котором когда-то тренировался Жаботинский Леонид, многократный чемпион СССР, Европы, Мира и Олимпийских игр. Теперь мне на этой площадке предстояло сделать два стенда пединститута. Может быть, когда-то и про меня будут вспоминать, что тоже здесь делал стенды для партийной организации и ректората пединститута. Нарисовать здесь что-то на долгую память о себе?

Все последние дни в педагогическом институте допоздна занимался изготовлением стендов. Уходил спать в женское общежитие только тогда, когда сторож пединститута приходил в спортивный зал и говорил мне, что ему тоже нужен отдых. После чего замыкал спортивный зал, а сторож изнутри закрывал внутреннюю дверь и укладывался спать. За такую работу ему платили деньги. Когда в субботу и в воскресенье утром приходил в пединститут, то сторож ещё спал. Мне долго проходилось барабанить в дверь, чтобы сторож проснулся и открыл дверь в пединститут.

- С первого сентября этого года твои праздники закончатся. - в шутку, сказал, сторожу. - Буду здесь рисовать в выходные дни с четырёх часов утра и до двенадцати часов ночи. Мне за работу в пединституте хорошо заплатят.

Бедный старик не понял моей шутки и заболел от расстройства. Последние два рабочих дня его больше не видел. Вместо сторожа в педагогическом институте дежурил завхоз, которого вызвали по этому случаю из отпуска. Завхоз постоянно отирался в спортзале и мешал мне работать. Тогда пожалел сторожа, что с ним некрасиво пошутил. Лучше бы сторож был на дежурстве в пединституте. Сторожа видел лишь тогда, когда ему хотелось ночью спать.

Все последние дни после "брачной" ночи не видел Авдеевой Риммы. Может быть, она ложилась спать раньше других, чем приходил с работы или её разоблачила Ксения Петровна. Выпроводила домой "распутную" группу до первого сентября. Могла Авдеева Римма уехать домой сама, если она живёт где-то близко от Харькова. Знаю, что многие девчонки из Харьковской области уехали до среды по своим домам. Так могла поступить Авдеева Римма. Все равно переживаю за неё. Считаю себя виновным. Хотя ни лично к ней, а она сама ко мне ночью в постель пришла.

Вот и закончились мои беспокойные дни жизни абитуриентом. Сам написал свою фамилию последним, в списке студентов первого курса, факультета русского языка и литературы, педагогического института имени Григория Сковороды на учебный 1970-1971 год. В списке пятьдесят человек. Все девчонки. Видимо, тот болезненный парень не решился сдавать вступительные экзамены в пединститут на факультет русского языка и литературы. Может быть, тогда очкастый парень завалил вступительный экзамен на сочинении и его сразу отчислили из педагогического института?

- Спасибо тебе за хорошую работу. - сказал мне, ректор пединститута в последний день. - Жалко, что ты оставляешь нас. Мы тебе помогли б с работой в нашем институте. Отдельное жилье нашли б в квартире. Если передумаешь, то мы тебя ждём обратно. Надумаешь жениться, так девчонок у нас сколько угодно. На разный вкус и возраст есть...

- Моя бабушка сказала, что женюсь на еврейке, когда буду работать в цирке. - ответил. - Может быть, так и будет. Однако, пока еду домой на Кавказ, переводиться на юридический факультет в университет Орджоникидзе.

На этом моя связь с педагогическим институтом Харькове закончилась. Получил от ректора пединститута документы на перевод в государственный институт в Орджоникидзе. Получил также двести рублей за месяц работы по наглядной агитации в пединституте Харькова. Пошёл в женское общежитие попрощался с Ксенией Петровной и с девчатами, которые ещё не успели разъехаться по домам.

Когда зашёл в свою комнату, то на кровати увидел кучу разных открыток с картинками возлюбленных. На всех открытках поцелуи от губной помады. Надписи с любовными посланиями. "Спасибо за любовь и ласку!". "Спасибо, что ты был первым!". "Спасибо за любовь и дружбу!". "Спасибо, что есть ещё джентльмены на белом свете!". "Просто люблю тебя!". "Ты вселил в меня веру любви. Спасибо за помощь!". "Мы никогда тебя не забудем, и ты нас не забывай.". "Я знала, что это всего лишь мгновенье, которое останется со мной навсегда.". "Я ждала тебя всегда, но не знала, что все проходит так быстро. Спасибо за любовь!". "Мы с тобой встретимся в другой жизни". "Мы расстаёмся до новой ночи". "Спасибо за ночь".

Читал кучу этих открыток с искренними словами признания в любви, с запахами любви и страстными поцелуями. Слезы сами накатывались на мои глаза. Мне было жалко себя, что один, а моих возлюбленных так много. Мне жалко было девчат, что их так много, а для них всего лишь один любимый. Мне жалко было, что не могу одарить своей любовь всех прекрасных девчат.

Мне жалко было, что девчата не могут быть постоянно со мной. Мне было жалко, что мы больше никогда не встретимся ни в этой, ни в другой жизни. Знал, что так случиться, но ничего с этим не мог поделать. Однако был рад, что такая встреча состоялась. Спасибо случаю за эту встречу! Спасибо природе за наслаждение! Спасибо всем девчатам за ласку, за любовь и за настоящую дружбу! Не забуду девчата вас никогда.

Вытер слезы на глазах и незаметно вышел навсегда из женского общежития педагогического института в Харькове. Мне нужно было спешить к своим друзьям, с которыми договорился встретиться ровно в час дня. Нам нужно закупить в дорогу больше продуктов и выпивки на два дня езды поездом до станции Беслан. Мы заранее купили себе билеты на поезд "Москва-Баку", который приходит на станцию Харьков сегодня вечером.


11. Прогулка до Кавказа.

- Как мы договорились заранее, вначале едем на военно-грузинскую дорогу со стороны Северной Осетии. - сказал друзьям, когда мы встретились после сдачи экзаменов. - Кушаем там шашлыки и пьём араку.

- Затем переезжаем крестовый перевал в Грузию. - напомнил Важа Барошвили. - Кушаем шашлыки и пьём чачу. После чего распиваем бутылку армянского коньяка за то, что Важа Барошвили предсказал Руслану Качмазову поступление в политехнический институт.

- На этом наше путешествие от абитуриента до студента заканчивается. - подвёл нашу договорённость Руслан Качмазову. - Дальше встречаемся вместе каждый год на каникулах высоко в горах Кавказа, после каждого учебного курса в университете в Орджоникидзе и в институтах Харькова. Дружбу между народами поддерживаем долго до своей старости лет.

Мы так и поступили, как заранее договорились. Вечером загрузились в купейный вагон и гуляли на полную катушку до самого Беслана. Пели грузинские, осетинские и русские песни. Рассказывали друг другу разные анекдоты. Вспоминали всякие интересные случаи и старинные легенды наших народов. В Беслане и в Орджоникидзе ни стали заезжать к себе домой. Мы договорились сразу, что дома хорошо, а в горах намного лучше. За Орджоникидзе проехали до села Балта.

- Здесь у местных осетин есть хорошее маринованные мясо баранины с зеленью на шашлыки, - сказал Качмазов Руслан, когда мы приехали до села Балта. - Купим литр домашней араки и осетинский хлеб. Осетинские пироги нам тоже не помешают.

В само Дарьяльское ущелье мы прошли пешком. Нашли себе хорошее место возле реки Терек. Разожгли большой хороший костёр. Поджарили себе шашлык. Кушали шашлык, пили осетинскую араку. Также как в поезде на все Дарьяльское ущелье пели грузинские, осетинские и русские песни. Гуляли до тех пор, пока все подчистую съели и выпили. Затем улеглись у реки спать до утра. Даже не подумали о хищниках. Мы сами были как хищники после сытного пира.

Едва первые лучи восходящего солнца пробились сквозь отвесные скалы в Дарьяльское ущелье, как мы устроили себе, подъем. Искупались прямо в ледяной воде Терека. Привели себя в полный порядок. Затем пошли голосовать на военно-грузинскую дорогу в сторону Грузии. Нас подобрал автобус, который направлялся из Орджоникидзе в Тбилиси.

В начале поездки мы хотели остановиться в посёлке Казбеги, но погода в горах испортилась. Тогда мы решили поехать до Пасанаури. Там было намного теплее, чем в посёлке Казбеги с видом на Казбек. Не доезжая до Пасанаури, росло огромное дерево, вокруг которого находился огромный ресторан. Там погода не улучшилась. В любое время мог пойти проливной дождь. Поэтому решили остановиться в ресторане.

- Мы остановимся здесь. - сказал нам, Важа Барошвили. - В этом ресторане всё самое свежее, как горный воздух, а вода самая чистая, как слезы любимой девушки в разлуки с парнем.

Важа Барошвили заказал нам грузинские шашлыки, чачу и пельмени хинкали. Целый день мы веселились в огромном ресторане вокруг дерева.

Когда вечерние сумерки стали собираться вокруг ресторана под большим деревом, вдруг, мы вспомнили об армянском коньяке, который Руслан Качмазов купил в гастрономе. За общим столом с грузинами, которые присоединились к нашему столу с утра, мы распили одну бутылку армянского коньяка.

Мы с Русланом Качмазовым едва успели на последний автобус в сторону Орджоникидзе. Местные грузины заплатили водителю автобуса за наш проезд. Сказали водителю автобуса, чтобы он нас доставил в целости и сохранности. Важа Барошвили остался ночевать до утра в доме местного грузина, который гулял вместе с нами. Мы сели в автобус и сразу заснули. Спали всю дорогу. Нас ночью разбудил водитель автобуса в Орджоникидзе.

Руслан Качмазов жил где-то близко от автостанции на улице Ноя Абашидзе в Орджоникидзе. Мы пошли спать к нему домой. Рано утром ни стал будить своего друга. Сказал его маме, что не буду откладывать на завтра своё решение о переводе в Северо-Осетинский государственный университет. Прямо с утра отправился в приёмную комиссию Северо-Осетинского госуниверситета.

Там в госуниверситете узнал, что юридический факультет в госуниверситете только начинает создаваться. В приёмной комиссии университета понравились мои оценки за вступительные экзамены в пединститут Харькова. Ими больше всего понравилось, что отслужил армию художником-оформителем. Мне предлагали выбрать учёбу в любом факультете очного отделения. Однако отказался от заманчивого предложения, учиться на очном отделении. Сказал, что нужно кормить братьев близнецов. Поэтому должен учиться на заочном отделении и опять работать на военном заводе ФЭУ.

Мои документы временно приняли на факультет иностранных языков. Ректор пообещал, что в сентябре месяце, вполне возможно, переведут меня на юридический факультет заочного отделения. Согласился с таким предложением. Но чтобы не потерять связь с университетом, особенно с будущим юридическим факультетом, все своё свободное от работы время занимался оформлением наглядной агитации будущих кабинетов юридического факультета. Заодно помогал, совершенно бесплатно, оформлять кабинеты факультета иностранных языков в госуниверситете.

К началу учебных занятий первого года становления Северо-Осетинского госуниверситета, все факультеты госуниверситета были укомплектованы. Остался нерешённым вопрос лишь юридического факультета заочного отделения. Этим вопросом занимались два профессора, фамилии которых давно забыл. От слова двух профессоров зависел приём меня на заочное отделение юридического факультета Северо-Осетинского государственного университета.

В конце сентября месяца 1970 года в назначенное время пришёл на встречу к двум профессорам, чтобы окончательно договориться о моём переводе на юридический факультет. Но кабинет профессора иностранных языков был в траурном убранстве. От секретаря кафедры иностранных языков узнал, что умер профессор кафедры иностранных языков. Другой профессор кафедры будущего юридического факультета госуниверситета пошёл провожать в последний путь своего старого друга. Решил отложить вопрос на две недели. Этого дня ждал намного больше.

Когда пришёл через две неделю на кафедру профессора юридического факультета, кабинет профессора тоже был в траурном убранстве. Оказалось, что профессор умер вовремя похорон своего друга. Северо-Осетинский госуниверситет в самом начале своего становления потерял сразу двух профессоров и сорок дней был в трауре. Забрал свои документы из кафедры иностранных языков госуниверситета. Больше никогда не ходил в университет. Так закончились мои приключения абитуриента. Но то, что больше никогда не буду юристом, знал уже точно. Мне больше не хотелось возвращаться обратно в Харьков в педагогический институт.


Часть-6. Гермафродит из психушки.


1. Мои прекрасные подружки.

Началось все с того, что служба моя в армии закончилась в ноябре 1968 года. У меня была мечта поступить учиться во Всесоюзный юридический институт, который находился в Харькове. Старый учебный год был в самом разгаре.

До нового учебного года было ещё очень далеко. После службы в жарких краях, откровенно говоря, работать в холод на стройке мне не хотелось. Там работал перед самой армией и впечатления у меня от той работы остались скверные.

Постоянные сквозняки и холодно. Радикулит меня постоянно доставал. Сидеть на шее у мамы не хотел. Ни такого склада, чтобы за чей-то счёт жить. Тем более, что у мамы были двое несовершеннолетних детей-близнецов. Куда мне в семью, когда там троих кормить надо. Надо было где-то устроиться работать до нового учебного года и подготовиться к экзаменам. В таком раздумье шёл в первый день своего прибытия из армии, по заснеженным улицам Орджоникидзе и случайно, наткнулся на своего знакомого, Тхостова Руслана, который на пару лет был моложе меня. Дружил с его старшим братом Таймуразом. Мы разговорились о наших делах на сегодняшний день.

- Ты иди к нам в техническое училище учиться, прямо сейчас. - предложил Тхостов Руслан, когда узнал мою проблему. - Мы прошли только учебную часть средней школы. Тебе это не надо. В декабре начнётся материальная часть и практика на военном заводе Фотоэлектронных умножителей(ФЭУ). Ты имеешь среднее образование. Закончил службу в армии. Поговори с директором училища. Он толковый мужик. Тем более что у нас в группе всего двое парней и двадцать шесть девчонок. Скажи, что ты служил в армии художником, так тебя без всяких условий примут. Будешь находиться в училище на полном обеспечении. Кормят, одевают, проезд на учёбу и работу оплачивают. Вовремя практики на заводе дополнительная зарплата.

Мы ни стали откладывать этот вопрос на другой день и тут же отправились в училище, которое находилось на улице Джанаева. Совсем близко от места жительства моего дедушки Ивана Линева, через квартал.

- Очень интересное предложение. - сказал Доев Усман, директор училища, когда ему рассказал о своих намерениях. - Но без педсовета такой вопрос решать не могу. Напиши сейчас на меня своё заявление. Завтра у нас, как раз, будет педсовет. Вот мы на нем тебя и заслушаем. Может быть, возьмём тебя к себе?

Вышел в приёмную директора. Сразу же написал своё заявление. Положил его на стол директора.

- Завтра педсовет. - сказал, Тхостову Руслану, когда вышел в коридор. - Там будут решать мой вопрос.

- Поговорю сегодня на уроках с нашими преподавателями и девчонками. - сказал Тхостов Руслан. - Надо, чтобы они поддержали тебя без проволочек. У нас девчонки шустрые, многое они добиваются в училище.

Педсовет собрался во второй половине дня. Возле актового зала крутились девчонки, которые уже издалека оценивали мою внешность. Но старался не обращать внимания на их присутствие. Сейчас у меня главным вопросом было, произвести хорошее впечатление на преподавателей, а не на девчонок. С ними и так познакомлюсь позже, если меня сюда примут.

Главное, это мне добиться поступления в училище. Шансов на поступление в училище у меня было мало. Ведь они уже учились полгода. Однако у меня был козырь. Был художник-оформитель. Это шанс!

- Александр! Вас приглашают. - сказала секретарша, директора училища, показывая на открытую дверь зала.

Прошёл в актовый зал училища, заполненный преподавателями и студентами училища. Сразу было видно, что в педсовет входят не талька учителя, но также комитет комсомола и партком.

Большая часть присутствующих находилась в зале. Самые избранные сидели на сцене за длинным столом, покрытым красным полотном, на котором в центре стола стоял графин с водой.

Перед каждым сидящим за столом, лежал блокнот и чернильная авторучка. Все ждали моего появления в зале, чтобы задать мне вопросы.

- Пройдите к трибуне. - пригласила меня, солидная дама. - У педсовета училища есть к вам ряд вопросов.

Прошёл на указанное место. Зал с любопытством разглядывал меня. Ждал от них вопросы на приём.

- В каких войсках вы служили в армии? - строго, спросил меня, мужчина, с взглядом штабного офицера.

- Служил художником при штабе. - коротко, ответил. - Больше ничего не могу сказать о службе.

- Вы вступили в ряды комсомола? - задала мне вопрос, прелестная девушка с алыми губками бантиком.

- В наших войсках беспартийных не бывает. В армии давно вступил в комсомол. - таинственно, ответил.

- Вы действительно художник? - поинтересовалась, солидная дама, очевидно, ответственная за культуру.

- Это вы узнаете в ходе моей дальнейшей учёбы в вашем училище. - с перспективой на будущее, ответил.

- Как вы относитесь к нашим девушкам? - опять проявила своё любопытство, девушка с алыми губками.

- С любовью и надеждой на успех! - отчеканил, как солдат в армии, под радостный смех девчат. - Думаю, что вопросов было достаточно. - заметил директор училища. - Нам надо ответы хорошо обсудить.

Избранная компания на сцене зашушукалась. Присутствующие в зале вслушивались в шёпот на трибуне. Терпеливо ждал своего приговора со стороны педсовета, тем временем, с любопытством разглядывал весь актовый зал. По оформлению наглядной агитации можно было определить, что дела в училище, в этом направлении, обстоят очень плохо.

На стенах весели корявые лозунги и портрет нашего вождя на сцене выглядел так, что можно было подумать будто его писали в римскую эпоху до нашей эры. С портрета в нескольких местах облезла краска и лохмотьями свисала на осыпавшейся позолоте багета-рамки. Все другие признаки агитации отсутствовали. Очевидно, что художники давно отсутствуют в училище у девчат.

- Педсовет решил принять вас в училище. С испытательным сроком. - объявила солидная дама. - Вы зачислены в десятую группу откачников-вакуумщиков. Руководитель группы, Фомченко Надежда Васильевна. Завтра можете приступать к занятиям в техническом училище. Поздравляем вас с учёбой в училище!

- Ура! - услышали присутствующие в актовом зале, возгласы, вопли девушек за дверью зала. - Наша взяла!

- На этом, педсовет, свои задачи все закончил. - разводя руками, ответила солидная дама. - До свидания!

Педсовет не спеша покидал актовый зал. Как принято на Кавказе, дамы выходили первыми. За ними последовали мужчины. Заканчивал очередь директор с двумя мужчинами-преподавателями.

Вышел вместе с парнями из педсовета, которые сидели в актовом зале. Парни поздравляли меня с приёмом в училище, пожимая руку, намекали на мои опасности в десятой группе, в которой всего двое парней среди девчат.

В чем-то парни были правы. Стоило мне выйти из актового зала, как меня сразу окружили девушки. Повели меня с собой в соседний класс с яркой надписью на дверях - "Десятая группа откачников-вакуумщиков".

- Поздравляем! Поздравляем! - стали кричать девушки, как только мы вошли в класс. - Ура! Наша взяла.

Вся группа девушек стали представлять мне друг друга, при этом делали все так, как благородные девицы в царские времена. Каждая девушка называла себя, приседала и кокетливо совершала поклон, растопырив пальцами рук своё платье. Затем подходила ко мне, чмокала в щеку и отходила в сторону. Тхостов Руслан с другим парнем, стоял в стороне.

Оба парня внимательно наблюдали за происходящим в классе. Церемония проходила до представления последней девушки в группе, после которой у меня лицо было зацеловано губной помадой. Наверно в это время был сильно похож на клоуна или на чучело в саду.

- Антон Павлович! - представился, не знакомый мне парень. - Но не Чехов, а Пущин. Не путайте с Пушкиным. Примите мои поздравления и сожаления. Вы попали в ад и в рай. Лишь время оценит ваше мужество. Если Вы из доброго десятка, то можете сразу покинуть зал. Мы Вас не будем обсуждать. Вам видней. Мы Вас поймём...

- Просто Руслан! Без Людмилы. - пожимая мне руку, сказал Тхостов, прерывая длинную речь Пущина. - Крепись! Мы с тобой в этом аду и рае.

- Надежда, оправдала все наши надежды! - хором, сказала вся группа. - Мы вами не забыты, наши рыцари!

- Хватит паясничать. - улыбаясь алыми губками бантиком, сказала Фомченко Надежда, которая только что вошла в наш класс. - Вы лучше ознакомьте, Александра, с правилами нашей группы вовремя учёбы здесь.

- Правила у нас такие. - улыбаясь, объявила Пенкина Таня. - Любить! Любить! Ещё раз любить ближнего!

Девчонки засмеялись и дружно зааплодировали. Так появились у меня в училище прекрасные подружки. С девчатами сразу нашёл общий интерес. Различие полов для нас не были преградой. Мы стали просто друзьями. В этот день, мы до позднего вечера разговаривали на различные темы нашей совместной учёбы.

С подготовкой практических занятий на военном заводе ФЭУ, у нас началась подготовка к Новому 1969 году. С раннего утра и до поздней ночи, все своё свободное от учёбы и работы время, с подружками занимался наглядной агитацией и новогодним оформлением училища. Так как в училище больше не было художников, то партком и комитет комсомола поручили мне новогоднее оформление училища.

Мои подружки с ревностью отнеслись к этому, так как должен был заниматься новогодним оформлением вместе с девчонками других группы. Девчонки нашей группы стали препятствовать девчатам других групп в оформительской работе вместе со мной. Они не пускали никого посторонних в наш класс и в актовый зал училища.

- Давайте мы полностью возьмём под свой контроль новогоднюю ёлку. - внесла предложение, Меркулова Люба. - Иначе девчонки с других групп затискают нашего Александра и нам от него ничего не останется.

Подружки единодушно поддержали инициативу Меркуловой Любы и направились к директору училища. Как говорил мне раньше Тхостов Руслан, то девчонки действительно всегда добивались своего. В этот день они отсекли от меня девчат с других групп.

Дальше, только наша группа занималась оформлением всей новогодней ёлки в училище. Девчонки других групп завидовали нашим девчатам в работе со мной. С этого дня и до самого нового года, мы всей группой не выходили из нашего училища. Даже ночевать приходилось на сцене.

Мы стелили спортивные тюфяки и накрывали их огромными занавесками, которые тайком снимали с окон в зале, а рано утром вешали их обратно на гардины.

Девчонки совершенно не стеснялись меня и двоих моих друзей из нашей группы. Когда в зале к вечеру становилось жарко от отопительных батарей и от нашего дыхания, девчонки замыкали на ключ двери в зал.

Раздевались до нижнего белья, чтобы не портить от пота свою одежду и нежное тело, как они говорили сами. Вполне естественно, что и мы раздевались до плавок. Нам также нечего было стесняться своих подружек, ведь мы ночевали всей группой на сцене. Совершенно не думали о каких-то интимных отношениях.

Мы были просто хорошими друзьями всей группой, независимо от различия наших полов. Конечно, возможно, что интимные мысли посещали сознание нашего разума, но мы не выплёскивали страсть из себя наружу. Старались всячески сохранить между собой верность нашей общей дружбы в группе.

Бывали такие случаи, что вовремя напряжённой работы, над оформлением новогодней ёлки, у кого-то из подруг, случайно, расстёгивался лифчик или выскакивала от напряжения пышная девичья грудь из туго натянутого лифчика. Подруги просили меня или стоящих рядом с ними друзей, поправить, как они сами говорили "женские доспехи". Продолжали свою работу. Сохранять девственность каждой подруги, было основным не писаным законом всей нашей группы. Причиной такой сдержанности были некоторые обстоятельства. Главное было в том, что после окончания этого училища, мы должны были работать, по тем временам, на самом современном военном заводе "Фотоэлектронных умножителей", наладчиками и откачниками-вакуумщиками. Аппаратура завода была куплена в Японии.

Согласно подписанному контракту с японцами, первые два года завод работал под контролем и по технологии японской фирмы. Основой соблюдения технологии японской фирмы было то, что на японском электронном оборудовании могут работать девочки-девственницы в возрасте до двадцати двух лет.

Почему такая строгость? Дело в том, что девчата должны, под микроскопом, собирать вручную катодные ножки приборов фотоэлектронных умножителей. Работа кропотливая и сложная. На катодную ножку пинцетом, под микроскопом, за несколько секунд нужно положить платиновую пластинку и сурьмяно-цезиевую стружку. Затем накрыть все это стеклянной колбочкой, размером с женский мизинец. Запаять эту колбу и цоколь снизу газовой горелкой и произвести с катодной ножки электронное распыление всего указанного выше состава на катодное зеркало прибора, которое находится внутри колбы.

На всю эту работу отводится всего несколько секунд. Нужно не только все точно выполнить, но ещё проследить под микроскопом, чтобы на стекле колбы не было жировых пятен от рук или какой-то микроскопической грязи. Так как, тут иначе, в противном случае этот дорогостоящий прибор уже становился не годным к употреблению в работе.

Такую работу могла выполнить девушка с очень чувствительными пальцами. От близости с мужчиной не подвержена половой страсти. Короче говоря, от половой связи с мужчинами у женщин руки тряслись от напряжения.

Женщине такую ювелирную работу, под микроскопом, выполнять практически невозможно. Тут в работе нужны были только руки девственниц, которые могли свободно проделывать такую точную работу, сказал бы тонкую работу. Согласно указанным обстоятельствам, каждые полгода, девочки проходили проверку на девственность у заводского гинеколога в присутствии мамы девушки. В случае обнаружения нарушения девственности, молодая женщина тут же увольнялась с работы, прямо с кабинета врача и больше на завод не допускалась. Даже в этом случае, такая строгость устраивала всех.

До двадцати двух лет, своего возраста, девушка становилась мастером производства или поступала учиться по этой специальности в высшее учебное заведение без конкурса. Где строгости монтажницы приборов и откачника-вакуумщика совершенно не нужны.

К этому же времени были проверены взаимные чувства между парой влюблённых. Создавалась нормальная семья. Выходит, что полуобнажённая близость между парнями и девушками нашей группы укрепляла стойкость девчат перед соблазном проститься со своей невинностью.

Однако, это не говорит о том, что мы были, как металлические роботы, которые только формой и видом имеют различия, между женскими и мужскими полами. Ничто человеческое нам не было чуждо. Мы также как все влюблялись друг в друга и целовались, но запретного не нарушали. Соблюдали наше табу.

Каждый знал придел своим страстям, за которым хранились достоинство и честь, как каждой девушки нашей группы, так всего нашего училища в целом. Новый год мы встречали все вместе. Коллектив нашего училища был настолько дружным, что преподаватели между собой и с учениками дружили даже целыми семьями.

Поэтому, большой зал училища, на Новый 1969 год, едва вмещал всех желающих повеселиться с нами под ёлкой. Зал училища был заполнен такими возвратами - от тех, кто впервые увидел новогоднюю ёлку, до тех, кто пришёл на этот праздник в последний раз. Места под новогодней ёлкой хватало всем. Веселились и праздновали от души праздник нового года, как рождение человека, который пришёл к нам посмотреть на этот мир, полный страстей и приключений.


2. Тайны и страсти завода "ФЭУ".

После новогоднего праздника нас распределили из училища на практические занятия по всем цехам военного завода "Фотоэлектронных умножителей". По распределению попал в цех ФЭУ-1, ФЭУ-2. Где изготовляли одноименные приборы. Из всей группы, со мной попали в этот цех, Куприянова Таня и Третьякова Гала.

Остальные девушки и парни были распределены в другие цеха завода. Это держали в строгой секретности до конца нашей работы на заводе "ФЭУ". Смены наши распределяли так, чтобы мы не виделись. Видимо не зря мы приучали друг друга к полуобнажённой близости в стенах училища. Как только нам выписали на завод пропуска и допуски на практику, мы пошли в цех фильтрации, где были раздевалки и душ.

- Разденьтесь и примите душ. - приказала дама, офицер из службы контроля за вакуумной гигиеной. - Затем наденьте на себя белые халаты, перчатки, тапочки и шапочки. Спецодежда в шкафу есть у каждого из вас.

- Мне тоже раздеваться? - растерянно, спросил, строгую даму, оказавшись один среди девушек.

- У нас парням отдельной раздевалки и душевой не имеется. - строго, ответила дама в форме офицера. - В вашем цехе триста девушек и всего трое парней. Так что, парень, привыкай к виду обнажённых девушек.

О! Боже! Как неудобно и приятно раздеваться среди девчат. Оказался один среди прекрасных созданий природы, которые дразнили меня своей наготой, возбуждая во мне страсть мужского достоинства. Девчонки хихикали, плескались под душем. В открытую разглядывая меня голым. Мне некуда спрятать своё добро от девчат, в душевой совершенно не было перегородок. еле сдерживал себя от возбуждения в голом виде.

- Хватит купаться! - скомандовала офицерша. - Смыли городскую пыль и все. Быстро одевайтесь и в цех!

Толкая меня своими голыми задницами, девчонки побежали к своим шкафам. Тоже пошёл вытираться специальным полотенцем. Полотенец меняли вместе с белой одеждой каждый день. Одевшись, мы прошли уже без сопровождения офицерши в другую дверь и оказались в небольшом коридорчике, который был напичкан со всех сторон электроникой, проверяли наличие у нас вакуумной гигиены и драгоценных металлов.

На нашем теле никаких драгоценных металлов не должно было быть. На тот случай, чтобы никто не мог из цеха похитить драгоценные металлы из цеха, которые тут использовались в изготовлении приборов ФЭУ.

Проведя магнитную карточку допуска и пропуска в щели прибора, медленно прошёл коридор и вошёл в дверь цеха. Тут все называлось иначе, ни так как мы привыкли называть на обычных заводах. Мы словно попали в другое измерение. Наш цех назывался отделом. Мастерские - кабинами. Инструмент к приборам.

Меня встретили двое парней, которые ухитрились пройти раньше нас. Парни пригласили меня пройти в одну из кабин на первом этаже. Девушки, с раздувающимися от сквозняка халатами, сверкая своими голыми задницами, поднялись по крутой лестнице на второй этаж в сборочный отдел, где стоял конвейер по сборке фотоэлектронных приборов различной модификации. В частности, мы собирали приборы ФЭУ-1-2.

Мы стали знакомиться. Оказалось, что нас троих звать одинаково. Чтобы нас дальше не путали. Мы сразу обговорили, как нас будут называть в отделе девчата. Парня мощного телосложения называли Шуриком. Дохлого, как дистрофик, называли по фамилии - Москвичёв. Меня окрестили - Саша. Не разводя пустую болтовню, мы сразу распределили свои обязанности в отделе и вскоре приступили к основной работе.

- Так как ты пока ничего не знаешь, - сказал мне, Москвичёв, - то ты первые дни будешь следить за музыкой в отделе. Наша ЭВМ знает все свои обязанности, но порядок есть порядок. Мы должны его соблюдать. Нажимаешь зелёную кнопку, звучит мелодия, которая будет не проснувшееся до конца сознание человека, в данном случае наших девчат. Мелодия поднимает настроение и ускоряет темп работы. Когда бывает пятиминутная пауза, чтобы девочки могли размять свои пальчики и успокоить зрение от микроскопа, то автоматически включается другая музыка. В это время карусель приборов и конвейер останавливаются, все наши девочки дружно отдыхают. Порядок соблюдается автоматически целый рабочий день, согласно времени и положению работы в отделе.

Когда наступает обед, то ЭВМ останавливает всю систему сборки. Мы в строгом порядке идём на обед. Выход в боковую дверь. Обед приготавливают к нашему приходу. Кушаем и возвращаемся обратно. Сорок пять минут на время еды и отдыха. Этого времени достаточно нам на перерыв.

Конец рабочего дня контролирует ЭВМ. Тебя также заранее предупредит электроника и сама отключит всю систему, кроме контрольного света. В конце работы, ты нажмёшь красную кнопку. Выходить из кабины и болтаться за пределами нашего отдела строго запрещается. Вдруг, тебе приспичило, ты хочешь в туалет, то вызываешь нас по селектору. Мы тебя на это время подменим.

Туалет мужской и женский в конце коридора на площадке внутри нашего отдела. Если тебе станет скучно, то ты включаешь дисплей и смотришь на ножки девочек, если ты на них не насмотрелся под совместным душем. ЭВМ сама направляет камеру в места возможной поломки тебе только надо ловить момент поломки или просто смотреть на ножки девочек. На девочек с капроновыми трусиками смотреть неприлично. Такие трусики их заставляют одевать вовремя месячных.

Насчёт девчат есть одно замечание. Если тебе надоело или совершенно не хочется купаться с девчонками под душем, ты спокойно можешь приходить на работу на пятнадцать минут раньше наших девчат и уходить с работы на пятнадцать минут позже наших девчат. Это нам разрешают совершать.

Думаю, что тебе все понятно из моей инструкции. Мы с Шуриком работаем каждый в своей кабине. Постепенно, научим и тебя работать во всех кабинах на разных участках нашего отдела. Бывает, что работаем вместе.

Шурик и Москвичёв ушли по своим кабинам, остался один в своей кабине без окон. Однако, свет и температура в кабине контролировались, как средняя температура улицы в летнее время и среднее освещение дня, которое требовалось человеку вовремя нахождения в данной кабине. Все здесь было под контролем.

Когда мне действительно надоело сидеть, стоять и читать специальную литературу ЭВМ, включил дисплей и стал разглядывать то, что было на втором этаже у наших девушек. Кроме красивых ножек, которым было безразлично, что их разглядывают, увидел массу электронного оборудования, которого ещё никогда и нигде не видел.

Кабеля, провода и нити, словно умные пауки запутали все пространство на карусели и конвейере, между сидящими друг к другу лицом девчатами. Десятки, нет, сотни индикаторов и лампочек перемигивались между собой, довольные постоянным созерцанием прекрасных ножек у наших девчат. Между девушками находилась, от стола и чуть выше голов, бледно-серая длинная полоса металла.

Это к тому, чтобы девушки своими взглядами не отвлекали друг друга от работы. Все обозримое из электронной аппаратуры мигает, крутится, движется, производит различные операции по выпуску электронных ФЭУ. Работа идёт так, как мне сказал Москвичёв. Вот и стоп всей системы. Наш отдел полностью идёт на обед.

- Ты сядешь с нами кушать или со своими девчатами из училища? - спросил Шурик, когда мы вошли в зал.

- Лучше, конечно, с вами. - ответил ему. - С вами можно о работе поговорить. Мне будет польза от разговора.

- За столом не говорят, а кушают. - напомнил мне, Москвичёв. - Есть зал отдыха наших общих разговоры.

Мы сели за стол у стены, которая изображала макет скалы, по которой стекали водяные струйки. Была такая интересная диорама, что не выдержал и потрогал. Вода оказалась настоящая и рыбки в углублении плавали настоящие. Вокруг растение также было настоящее. Скала была вмонтирована в стену настоящая.

"Делать людям нечего." - подумал. - "Скалу притащили. Однако, от скалы здесь уют и отдых."

Но все равно это так прекрасно и уютно, что едва не остался без обеда. Увлечённо разглядывая все вокруг в обеденном зале, который сделан весь под живую природу наших гор. Так увлёкся интерьером зала и вкусным обедом, что не заметил сразу сидящего рядом с нами мужчину, чуть старше нашего возраста. Оформляя документы на работу на завод "ФЭУ", заметил, что тут нет ни одного человека старше сорока лет. Большинство, возраст до тридцати. Говорят, что даже директору завода "ФЭУ" нет сорока лет.

- Познакомься! Наш мастер. - сказал Москвичёв, когда мы вчетвером вышли в зал отдыха. - Он главный!

- Сергиенко Сергей! - назвал себя, мужчина. - Или, как наверху наши девчонки меня тайком зовут - "СС".

Из нашего разговора в зале отдыха узнал, что Сергей в прошлом году закончил, московский техникум по электронике. В этом году будет поступать на учёбу в институт по той же специализации. Шурик после армии закончил училище, поступил в институт, в который хочет поступать Сергей. Москвичёв в прошлом году закончил это же училище.

Он почти год работает в нашем отделе. Москвичёв, как и, учился в десятой группе откачников-вакуумщиков у Фомченко Надежды Васильевне. Выходит, завод "ФЭУ" открыли, всего год назад. Поэтому кругом свежо и чисто. Даже спецодежда у девчат не выглядит застиранной за целый год.

В конце рабочего дня, как посоветовал мне Москвичёв, задержался на пятнадцать минут. Вышел из отдела вместе со своими напарниками. Пройдя обратный контроль через коридорчик, мы вошли в раздевалку, где никого из девчат не было. Но дух девчат витал над нами, щекотал нам дыхание, исходящее от их тел.

Мы быстро сняли всю белую одежду и в домашней одежде вышли с завода. Так получилось, что Москвичёву надо было садиться на автобус и ехать в новый район, который находился близко от завода. Шурик сел на трамвай до железнодорожного вокзала.

Мне было ближе пройти пешком через Китайскую (Революции) площадь до железнодорожного полустанка и там сесть на "Фантомаса", так в народе называли междугородний поезд из трёх вагонов, между вокзалами Орджоникидзе и Беслан. Позже стала ходить настоящая электричка, которая имела полный состав пассажирских вагонов и ходила быстрее "Фантомаса".

Практика у нас на заводе через день. Один день мы изучали в училище материальную часть. Другой день шли осваивать практические занятия. Так продолжалось шесть месяцев. Уже все давно забыли, что меня брали учиться с испытательным сроком, словно учился с первого дня учебного года.

Возможно, это по той причине, что у меня оценки за среднее образование были в аттестате на много выше, чем в среднем у всех студентов нашего училища. Кроме того, фактически бесплатно, оформил всю наглядную агитацию училища, таким образом, престиж училища поднял перед подобными учебными заведениями Орджоникидзе. Так же от меня экономия в деньгах, которые использовали на другие мероприятия для студентов.

Все когда-то кончается. Наступил последний день учёбы в училище. Как принято во всех учебных заведениях, у нас был выпускной бал, цветы, шампанское, фотографии и слезы девчат. На следующий день, после выпускного вечера, пришёл на постоянную работу на завод "ФЭУ" в тот самый отдел ФЭУ-1, ФЭУ-2.

Где за полгода моей практики немного изменился коллектив девчат, у которых страсть любви выше большой зарплаты, те покинули наш завод. На место убывших девчат пришли новенькие. Все остальное осталось на том же уровне. Все тот же конвейер с поточной линией приборов и те же кабины по ремонту.

В то время, когда проходил практику на заводе, совершенно не обращал внимания на взаимоотношения между людьми. Мне просто некогда было думать об этом. Но, когда стал постоянно работать на заводе, то обратил внимание на то, что полудохлый Москвичёв командует над Шуриком, который даже в весовой категории больше нас двоих вместе взятых.

Стал внимательно наблюдать за причиной такого отношения Москвичёва к Шурику. Вскоре мне все стало ясно. Оказывается, это просто ревность. Шурик за девчонками не бегал, это они сами за ним бегали и по этой причине, некоторых девчонок уволили вовремя очередной проверки у гинеколога. Вновь прибывшие в наш отдел девчата продолжали интересоваться Шуриком. Что же касается Москвичёва, то все было по-другому. Москвичёв бегал за девчонками, а они все избегали его присутствия. Мало того, говорили о том, что Москвичёв настоящий импотент, которому ни место с ними.

- Ты, что даёшь Москвичёву командовать над собой? - спросил, Шурика. - Ты врежь ему хорошо по морде.

- Не могу. - почти шёпотом, ответил Шурик. - Он на три месяца больше меня работает и за его спиной какая-то банда стоит. С нами работал один парень. Дал по морде Москвичёву, за то, что тот над ним пытался командовать. Вскоре, нашли парня мёртвым. Никаких подозрений со стороны милиции на Москвичёва не было. Но точно знаю, что это его дружки сделали. Так что лучше буду сторониться его вовремя работы.

- Ну, тогда и пляши под дудку Москвичёва. - со злостью, сказал. - У него со мной такой номер никогда не пройдёт. Знай, как только рот на меня Москвичёв откроет, так его, в тот же миг, размажу по всей кабине.

Прошло больше года с момента нашего разговора. Москвичёв слышал наш разговор, или просто использовал слабый характер Шурика, но на меня свой голос никогда не повышал. Даже провоцировал его разными приколами, чтобы врезать ему по морде за своего друга, но Москвичёв отыгрывался на Шурике, меня обходил стороной. Не мог его достать без повода на драку. Даже девчонок разделил между собой и Шуриком, чтобы он оказался в полном одиночестве. Москвичёв также продолжал приедаться к Шурику.


3. Гермафродит по имени Мамочка.

Все-таки этого дня дождался, который едва ни стал для нас всех троих роковым. Случилось это все совершено неожиданно у меня. Но, к великому счастью моему другу Шурику, который тогда едва не погиб. В этот день мы работали вместе. Все-таки этого дня дождался, который едва ни стал для нас всех троих роковым. Случилось это все совершено неожиданно у меня. Но, к великому счастью моему другу Шурику, который тогда едва не погиб.

В этот день мы работали в одной кабине. У нас была небольшая поломка прибора. Заметил на дисплеи и сказал Москвичёву. На месте устранить неполадку не было возможности. Нам пришлось произвести замену прибора на дубликат, чтобы не останавливать конвейер. Сам прибор принесли в кабину-мастерскую.

Разделили поломку на троих и стали устранять недостаток в приборе. Вовремя работы Москвичёв постоянно подгонял Шурика, хотя сам работал плохо. Наконец мне надоели придирки Москвичёва к Шурику.

- Ты, заткнёшься или нет? - заорал, на Москвичёва. - Сам толком не работаешь и нам мешаешь работать.

Видимо на него никогда никто не орал. Москвичёв побледнел весь. Стал ртом судорожно глотать воздух. Подумал, что он сейчас загнётся. На моей душе не будет греха. Чем он подохнет от моего удара. Через пару минут Москвичёв очухался. Прекратил орать и работать. Просто стоял с отвёрткой в руках и молчал, о чём-то думал. Возможно, что он планировал месть над Шуриком или надо мной. Мы с Шуриком ничего ему не говорили. Не обращали на Москвичёва никакого внимания. Просто продолжали делать свою работу.

- Фу! Наконец-то сделали. - сказал Шурик, поворачиваясь спиной к столу. - У нас одна морока была с ним.

Не знаю, кого имел в виду, Шурик, насчёт мороки, Москвичёва или прибор. Тоже повернулся спиной к столу и стал вытирать тряпкой отвёртку. Шурик стоял между мной и Москвичёвым. Какое-то неизвестное подсознанию чувство повернуло меня в сторону Шурика.

В этот самый момент Москвичёв резко замахнулся отвёрткой на Шурика. Почти у живота перехватил, правой рукой, руку Москвичёва с отвёрткой. В тоже самое мгновение, крутанул руку Москвичёва с отвёрткой.

Сильно врезал Москвичёву левой рукой по морде, рукояткой своей отвёртки. В этот момент хрустнула кость правой руки Москвичёва. Кровь с его лица брызнула на стены кабины. Не раздумывая ни минуты, открыл дверь отдела и выбросил Москвичёва за шиворот в коридор. Посмотрел на свои руки, они не пострадали. Расстегнул халат Шурика, его живот был цел. Ничего страшного не произошло. Можно было продолжать работу.

- Ты все же размазал Москвичёва по кабине. - очухавшись от шока, прошептал Шурик. - Если ты его убил, то тебя посадят. Если он жив, то нас с тобой убьют сегодня. Так что, сегодня остерегайся и того и другого.

- Ну, если его убил, то ты выступишь в мою защиту. - подколол, Шурика. - Будешь мне в тюрьму сухари носить. Если он жив, то его друзей сегодня ждёт то же самое, что произошло сейчас с Москвичёвым.

Но такие люди, как Москвичёв, наверно, сразу не умирают. Прошло минут десять. Видимо он очухался. Стал сильно стучать ногами в нашу дверь, которая открывалась в рабочее время изнутри нашего отдела.

- Тебе, что нужно? - спросил, Москвичёва, когда открыл дверь отдела. - Охрану что ли вызвать в отдел?

В тот самый момент, когда говорил, Москвичёв выхватил левой рукой из-за спины какой-то прут и ринулся с ним на Шурика. Возможно, что Москвичёва зациклился на мести к Шурику. Мне вторично пришлось спасать друга, который стоял словно тюфяк. Схватил Москвичёва за железный прут и сильно ударил его ногой в грудь. Москвичёв перелетел через контрольный коридор и вляпался в стену. Оставил железный прут у себя и вторично закрыл двери отдела. Теперь уже меня взбесило отношение Шурика к самому себе.

- Тебе ни кажется, что это уже слишком! - заорал, на Шурика. - К тебе в телохранители не нанимался. Если Москвичёв ещё раз постучит в нашу дверь, то тогда тебя сам к нему выкину. Разбирайся там с ним! В это время дверь нашей кабины открылась. Вошёл мастер Сергиенко Сергей, он спустился вниз к нам на крик.

- Что тут случилось? - испуганно, спросил меня Сергиенко. - Ваш дикий крик слышно даже у нас наверху.

Рассказал мастеру, что тут произошло у нас в кабине. Сергиенко Сергей внимательно выслушал меня.

- Мне это давно известно, - сказал Сергей, - что Москвичёв постоянно придирается к Шурику. Говорил главному инженеру, чтобы Москвичёва убрали от нас. Но главный инженер сказал, что не может разбрасываться людьми. Сейчас позвоню ему в кабинет, пускай теперь главный инженер сам разбирается.

Мастер ушёл в свою кабину звонить к главному инженеру. Мы с Шуриком навели порядок после драки и продолжили свою работу. Надо было исправленный прибор поставить на своё место и дубликат вернуть обратно в запасник. Мы старались это сделать быстро, чтобы наверстать упущенное в драке время. Когда прибор стоял на месте, в это время в кабину пришёл мастер отдела, который хотел нам что-то сказать.

- Москвичёву оказали медицинскую помощь. - сказал мастер. - Ты ему, Саша, вывихнул правую руку. В кровь разбил лицо. Когда Москвичёва выставили за пределы завода, он стал орать. Разбил стекло витринное на КПП. Удрал. Главный инженер сказал, что на него подадут в суд за плохое поведение на работе.

В этот день мы работали во вторую смену. Когда закончилась работа, предложил Шурику проводить его домой. Но он отказался, сказал, что уедет с Сергиенко Сергеем на его машине, тот обещал его подвести. Ни стал ждать Сергея, который сдавал смену другому мастеру. Мне нужно было успеть на поезд до Беслана.

Пошёл на полустанок пешком, так как в это время в ту сторону уже транспорта никакого не было. Улицы были пустыми от прохожих и транспорта. Лишь изредка проезжал дежурный общественный транспорт, который развозил по домам рабочих второй смены от различных заводов с ночными сменами.

Мне требовалось преодолеть несколько сот метров до площади Революции и там немного до полустанка на последний пригородный поезд "Беслан-Орджоникидзе". По времени у меня было в запасе ещё около часа.

С самого детства у меня выработалась привычка к быстрой ходьбе. Вот и сейчас, быстро шлёпал по первому снегу поздней осени. Снег выпал перед окончанием нашей работы и мокрыми простынями он лежал всюду на тротуарах. Температура была не настолько холодная, чтобы сохранить снег до самого утра на радость детям. Тёплые ручьи талого снега стекали по асфальту в расщелины.

На середине улицы снега не было совсем. Ближе к железной дороги вышел на середину пустой улицы, почти у переезда. Уличный фонарь от тротуара небрежно бросил на асфальт мою тень. В этот момент увидел, как над моей тенью зависла другая тень с чем-то в руке.

Не задумываясь, машинально, шагнул в сторону от удара и налёту поймал чью-то руку с ножом. Так сильно крутанул эту руку, что почувствовал, как рука сделала оборот вокруг своей оси и потеряла напряжение. С дикими воплями, обезумевший от боли парень, свалился на асфальт и покатился на обочину дороги у тротуара.

В двух шагах от него стоял ещё один парень. Сам напал на него. Ударил ботинком кованым железом по ноге этого парня. Когда парень загнулся, хватаясь за ногу, то второй удар ботинком пришёлся ему по челюсти. Под ярким светом фонаря увидел, как на белый снег у тротуара брызнула алая кровь.

Ни дал опомниться третьему парню, который в ужасе смотрел на происходящее. Сильно ударил кованым ботинком ему по яйцам и в тот же момент разворотил ботинком его челюсть. Но рядом со мной стояли ещё трое парней, которые пытались напасть на меня. Схватил лежащий у дороги деревянный брусок и с такой силой нанёс удар по головам двум парням, что они сразу свалились без сознания на землю.

Шестой парень решил удрать, чтобы не быть битым. Кинулся за ним, но у меня не было сил догнать его. Тогда из последних сил бросил ему под ноги брусок. Парень споткнулся о брусок. Со всего маха упал на землю. Парень пытался подняться, чтобы спастись бегством. Ни дал ему бежать. У меня ещё от драки с Москвичёвым кипело все внутри, а тут эти парни.

Словно озверел. Со всех сил стал бить, своими кованными железом ботинками, корчащихся от боли парней. Рядом больше не было никого. Мог бить парней сколько угодно, а затем сесть на свой поезд и уехать домой в Беслан. Возможно, что моё сознание на это и рассчитывало. Но так увлёкся своей расправой над парнями, что не заметил, как приехали машины милиции и скорой помощи.

В этот момент приехал междугородный поезд до Беслана. Но междугородный поезд, ни стал ждать, когда подойду к нему и дальше ушёл без меня. Сгоряча сразу не понял, что это милиция приехала. Некоторое мгновение оказывал сопротивление милиционерам, которым пришлось меня сбить с ног. Силой закрутить мне руки за спину и одеть наручники.

- Рассказывай, что случилось там с тобой у переезда? - спросил меня, дежурный офицер в отделе милиции.

- Шёл с работы на поезд домой. - стал, отвечать. - Парни пытались меня зарезать. Их побил. Вот и все.

- Сколько вас было, когда били парней? - не унимался, дежурный офицер милиции. - Ты говори правду!

- Их, вроде, было шестеро. - растерянно, отвечал. - Больше там никого не было. Был у переезда один.

Присутствующие в отделении милиционеры переглянулись между собой. Видимо, они не поверили мне.

- Ты что поешь? - по блатному, сказал сержант милиции. - У одного парня поломана рука. Двое с разбитыми челюстями. Двое с разбитыми головами. Один так сильно пострадал, что на нем нет целого места на теле. Не говорю о многочисленных ссадинах. Эти парни просто чудом остались живыми от побоев. Можно сделать вывод. Во вторую группу входило не меньше десятка человек. Так думаю, что шестерых здоровых парней избить один человек, практически не мог. Возможно, что он пытается все взять на себя за друзей.

- Вам говорю правду. - стал защищать, своё сказанное слово. - Если сомневаетесь, то спросите у того, кто сообщил вам об этой драке. Думаю, что это был честный человек. Иначе бы вам не позвонил об этом.

- Не сомневайся, мы сейчас выясним. - ответил дежурный офицер милиции. - Позовите свидетеля сюда.

В кабинет дежурного милиции вошёл железнодорожник, который работает на переезде. Его часто видел там, когда уезжал после работы домой. Мы, бывало, иногда, даже с ним словами перекидывались. Спрашивали друг друга о своих делах и о здоровье, как принято между горцами Кавказа. Он тоже узнал меня. Мы поздоровались кивком головы. Мужчина испуганно сел в углу на стул, словно его побили у переезда.

- Вы, что, его знаете, что ли? - спросил этого мужчину, дежурный офицер милиции. - Знаете, как его зовут?

- Его часто вижу вовремя своего дежурства. - ответил мужчина. - Он на поезд садится. В разное время суток. Наверно, он с Беслана. С работы домой ездит. Как звать, этого парня, не знаю? Не спрашивал.

- Сколько у него там было сообщников, которые избили этих шестерых парней? - спросил офицер милиции.

- Он шёл с работы один. - удивлённо, ответил мужчина. - Возле последнего фонаря повернул на середину дороги, чтобы перейти через переезд. Эти парни стояли за будкой. Возможно, что они его ждали? Их было семеро, а не шестеро. Видел, когда они раньше пришли. Мой напарник тогда сказал, что наверно кого-то хотят подловить. Такое, иногда, бывает у нас на переезде. Когда шестеро напали на этого парня, то седьмой сразу удрал между домами. Его даже разглядел хорошо. Он такой, маленького роста и худой, как дистрофик. У него правая рука перевязана. Даже, возможно, что в гипсе. Мы думали, что шестеро побили этого парня. Оказалось, всё наоборот. Вы можете спросить у моего напарника. Он тоже видел эту драку.

- Обязательно спросим. - ответил дежурный офицер милиции. - Если эти парни выживут, то мы будем их судить. Если умрут, то мы этого парня будем судить. Так как он превысил свои права. Человек владеющий военными приёмами самозащиты не имеет право нигде применять их. Даже с целью личной самообороны.

- Никакими военными приёмами самозащиты не владею. - выступил в свою защиту. - В армии служил художником. Вы это можете проверить в военкомате. Всего лишь защищал свою жизнь. Думаю, что любой из вас поступил бы точно так, если бы вам кто-то преднамеренно угрожал оружием. У меня была обычная самозащита и всё.

Присутствующие милиционеры смотрели на меня глазами полными удивления и не знали, что говорить.

- Думаю, что он псих. - нарушив паузу, сказал сержант милиции. - Нам его надо сдать в психушку. На "Камалова". Пускай они с ним разберутся. Пока псих на улицах города ещё с десяток парней не искалечил.

- Ты знаешь, почему так говоришь? - разозлился на сержанта. - Оттого, что ты слабак. Сам за себя постоять не умеешь. Поэтому в милицию пошёл, чтобы формой прикрыть свою трусость. Завидуешь мне, что один смог побить шестерых и ни дал себя в обиду. Так что, это ты дебил, а не мент. Моли бога, чтоб тебя не подловили...

- Видите! - в страхе, закричал, сержант милиции. - На него находит. Сейчас нас начнёт бить. Уймите его.

Перестал орать на худого сержанта и сел обратно на стул. Дежурный офицер вызвал по телефону машину из психиатрической больницы. Железнодорожника отпустили на дежурство, а остался ждать своей участи. В голове у меня все перемешалось. Никак не мог сообразить, как поступать дальше. Конечно, свалял дурака, когда орал на сержанта милиции. Может быть, все обошлось бы, и меня отпустили домой, а так, поместят меня в психиатрическую больницу. Неизвестно, чем кончится моё посещение психбольницы.

Психиатрическая больница на улице Камалова, пользовалась скверной репутацией не только в Орджоникидзе, но и далеко за пределами Северной Осетии. В народе говорили, что там проводят разные опыты над людьми, как над животными.

Никто не помнит такого случая, чтобы кто-то из тяжело больных вышел оттуда живым. Даже анекдоты в народе о психушке были чёрные. Пугали ни тюрьмой и не могилой, а психушкой на Камалова. Говорили - "Тебя, что ли на Камалова надо отправить?", "Ты, что, на Камалова вырос?" и тому подобное. Двое санитаров-громил в белых халатах приехали через час.

Наверно, они были заняты кем-то другим. Если мне пришлось встретить этих парней где-то на улице, то сразу мог подумать, что эти парни с Камалова.

- Вот, этот псих, шестерых парней искалечил. - сказал сержант милиции, когда санитары психушки вошли в отделение милицию. - Хвастался своей силой и нас в милиции собирался бить. Поэтому мы вас вызвали.

- Мы его сейчас упакуем и в больнице вылечим. - удивлённо, разглядывая меня, заявил громила двухметрового роста. - У нас такие экземпляры быстро тихенькими становятся.

Вскоре, молчком, санитары психушки напялили на меня усмирительную рубашку, вероятно, они боялись, что их побью в дороге. Затем, схватили меня по бокам и поволокли в машину, которая стояла у двери.

- Ты, правда, шестерых побил? - в голос, спросили меня, санитары психушки, когда отъехали от милиции.

- Шёл с работы домой на поезд. - стал рассказывать. - Возле переезда меня хотели зарезать. Их было шестеро. Оказал им сопротивление и дрался с ними до приезда милиции. У меня была своя самооборона.

- Молодец! - радостно, воскликнул громила - Пойдёшь к нам на Камалова работать? Нам такие нужны. У нас очень, хорошая зарплата. Кормят. Одевают. Обувают. Девочек сколько хочешь есть. Трахай любую.

- Мне надо хорошо подумать. - с надеждой на спасение, ответил. - Может быть, соглашусь на работу.

- У тебя там будет много времени подумать. - смеясь, сказал второй санитар. - Думай быстрее. Пока жив.

Мы долго колесили по городу. Хорошо знал Орджоникидзе, но в темноте никак не мог с ориентироваться на местности. Само расположение психушки, мне не было известно. Машина скиталась по каким-то узеньким улочкам, в то время как всегда гулял чаще по широким улицам и проспектам. Наконец-то машина остановилась возле огромного белого забора. Таких заборов в Орджоникидзе не видел. Открылись старые ворота. Мы въехали в огромный двор психушки, которая состояла из нескольких старых зданий.

Санитары культурно вытащили меня из машины, распеленали из усмирительной рубашки, поправили на мне одежду и пригласили пройти в здание. Приветливо поклонился им за приличное внимание и пошёл вверх по ступеням на второй этаж. Здание было очень старое. Многократно раз перекрашенное.

Толщина стен внушала на крепость этого сооружения. Такой дом никакое землетрясение не возьмёт. Даже бомбой его не разворотишь. Видно строили дом на многие годы. Возможно, что это когда-то была крепость осетин?

Санитары поместили меня в какое-то маленькое помещение, без единого окна. Видимо, карцер. Закрыли на замок и ушли. Огляделся. Кругом белые стены и матрас на деревянном полу. Лампочка вмонтирована в внутрь потолка. Туда никак не забраться. Высота больше трёх метров. Двери карцера и пол такие гладкие, что пальцем их не отдерёшь.

В двери вставлен стеклянный глазок. За мной наблюдают. Чтобы не расстраивать того, кто за дверью решил лечь спать. Ремень из брюк, документы и шнурки из ботинок у меня забрали ещё в милиции. Вероятно, это для того, чтобы не повесился или не задушил кого-нибудь из них.

"Вот дебилы!" - подумал. - "Самое грозное оружие оставили на мне. Этими ботинками побил парней."

Снял с себя всю одежду до плавок и положил под матрас в виде подушки. Ботинки и носки поставил под двери, чтобы мне от них потом не воняло. Пускай нюхает мой пот тот, кто за дверью стоит. В карцере было тепло и сухо. Времени около двух часов ночи. Само время хорошего отдыха. Лёг на матрас и сразу уснул. Без часов и без уличного света не мог определить, сколько времени спал в карцере. Лишь мой желудок подсказывал, что сплю давно, мне очень хочется кушать и гулять на свежем воздухе. В карцере вообще-то было не плохо.

Такое место не назовёшь армейским карцером. Вовремя службы в армии мне пришлось однажды сидеть за драку в карцере. Там железная дверь, бетонный пол и стены. На улице температура плюс сорок градусов, в армейском карцере, почти, минусовая температура.

Чтобы наказанный не мог спать. На пол льют холодную воду. Так что всю отсидку в армейском карцере физзарядкой приходилось заниматься. Иначе бы совсем замёрз. Тогда, в армейском карцере, мне пришлось отсидеть десять суток.

В этом карцере в психушке был просто рай, по сравнению с армейским карцером. Но мне в нем задерживаться в этом раю никак не хотелось. Стучать в дверь и звать на помощь, тоже бесполезно. Тогда точно меня признают психом и дорога домой будет закрыта на всегда. Ведь никто из милиции или из психушки не сообщили домой о моей пропаже. Буду всю жизнь сидеть в психушки. Мама, наверно, ищет меня всюду.

В двери что-то зашуршало. Очевидно, про меня вспомнили. Вошла какая-то странная санитарка в белом халате. Сразу подумал, что это мужчина, по волосатым рукам, торчащим ниже колен из-под рукава халата. Но вскоре обратил внимание, что у неё нет волос на лице. Под халатом торчат не большие женские груди.

- Одевай больничную одежду. - сказала она. - Только по быстрее. Тебя профессор давно ждёт на осмотр.

Санитарка сказала так, словно задержался где-то в дороге и опоздал на приём к профессору к лечащему меня профессору. Только после сказанных санитаркой слов, заметил отсутствие своей одежды. На месте моих кованых ботинок лежала стопка чистого белого белья. Стал внимательно разглядывать стопку белья.

Тут пара белых тапочек, тёплый белый халат, белая рубашка и белые шаровары на резинке. В такой одежде только в гроб ложиться. Можно подумать, что в морге и меня скоро живьём отправят в морозилку для умерших.

Ведь не зря в народе говорят - "В гробу в белых тапочках.". Вот и мне белые тапочки достались. Только ещё не собираюсь отправляться к своим предкам. Мне и на этом свете хочется пожить.

- Пошли быстрее! - грубо, скомандовала санитарка. - Мне надоело тебя ждать. Скоро обед у нас будет.

Теперь точно можно было определить, что проспал не меньше двенадцати часов. Стал выходить впереди санитарки и вновь удивился её виду. Вроде это была женщина, на первый взгляд, у неё широкие бедра, узкая талия, в прорезе халата выделяются небольшие женские груди, но плечи широкие, как у мужчины.

Что-то в ней было ещё мужское. Из-под халата торчали волосатые мужские ноги. Лицо тоже, как бы бритое. Руки до локтей волосатые. Даже между грудей растут волосы. Только причёска на голове у неё женская. Не обычный человек, а какой-то гибрид между мужчиной и женщиной. Впрочем, что тут удивительного. Многие горянки Кавказа бывают такие волосатые, как мужчины. У моего друга Абдуллазизова Абдулла, мама была до такой степени волосатая, что ей приходилось делать из ниток и пуговицы вертушку, которую она сильно раскручивала и вертушкой выщипывала волосы на поверхности своего тела и лица. Отчего её лицо и ноги блестели, как стекло. Однажды, муж за провинность замкнул её на целую неделю в пустой комнате. Через неделю мама Абдулла была обросшая, словно обезьяна. Возможно, эта санитарка в психушке, тоже такая волосатая. Все-таки, у неё есть большие сходства с обычным мужчиной. Какая-то она странная на вид.

- Так, молодой человек! - потирая привычно руки, сказал профессор в очках. - Куда нам вас определить? Наполеонов у нас с десяток, туда тебя нельзя. Ты слишком мощный для наполеонов. Они с тобой с голоду помрут.

Ты их объедать будешь. К математикам и физикам тебя тоже нельзя. На бандита ты тоже не похож. Нет ни одной наколки. До политиков тебе далеко. Возрастом малый. Что вы мне за материал привели?

- Братья Жлобины сказали, что он им нужен. - виновато, ответила санитарка. - Пускай малость, подумает.

- Что вы мне, Мамочка, сразу не сказали? - возмутился профессор. - Отправьте его пока в общую палату.

Санитарка открыла дверь. Пригласила меня выйти из кабинета профессора в длинный коридор здания.

- Тебя за что сюда привезли санитары. - тихо, спросила меня санитарка. - Ты что, побил кого-то на улице?

- Работаю на "ФЭУ". - тоже тихо, ответил. - Возвращался ночью домой на поезде в Беслан. На меня напали с ножом сразу шестеро парней. Парней сильно побил. Милиция вызвала ваших санитаров.

- Постараюсь помочь тебе выбраться отсюда. - подала мне надежду на спасение эта странная санитарка.

Мы прошли в конец коридора и вошли в большую палату, окна которой с железными решётками выходили во двор психушки. В палате было больше десятка человек. В углу стоит большой телевизор, который был отгорожен толстыми прутьями железной решётки между стенами, потолком и полом. Больные все с огромной радостью встретили приход этой странной санитарки. Стали улыбаться ей и потянулись к ней руками.

- Наша Мамочка пришла. Молочка нам принесла. - тут дружно запели больные, встречая санитарку у двери.

- Молочко будет чуть позже! - повелительно, сказала санитарка. - Сейчас вы с ним познакомьтесь. Его обижать нельзя. Он мой друг. Если кто его тронет, тот сразу получит в задницу большущую порцию аминозина.

При слове "аминозин", больные шарахнулись в сторону и замолчали. Она ушла, погрозив больным большим, не женским, кулаком. Остался один в окружении психов, некоторые с удивление разглядывали меня, на безопасном расстоянии. Другие, почти сразу забыли о моём присутствии, каждый стал заниматься свои делом.

Тощий парень изображал змею и ползал по полу. Рядом с ним мужчина был орлом и клевал эту шипящую змею. Седой старик, с видом профессора, что-то вычислял на листке исписанной бумаги. Другой играл сам с собой в шахматы. Кто-то на полу плакал. Трое "артистов" играли в свой театр драмы.

Это действительно был "общаг", как только что сказал профессор. Тут были учёные разных наук, артисты театра и кино, спортсмены, поэты и писатели, музыканты и животные. Все действия у них выглядели настолько талантливо и правдоподобно, что даже засомневался, называть этих профессионалов в кавычках или принять их, как они есть в действительности.

Возможно, это действительно талантливые люди, которые сошли с ума по той причине, что не вписались в общество, в котором жили. Опережали в своём умственном развитии то время, в котором мы живём.

Вот тогда их изолировали за это от себя люди прошедшего времени, считая умных людей глупыми существами. Куда теперь определят меня в психушке, в ранг умных или глупых? Но лучше бы меня никуда не определяли, а отпустили домой. Меня и так сейчас ищут.

- Пойдём со мной. - сказала мне, Мамочка, когда она опять появилась в палате. - Поможешь мне с обедом.

Мы вышли опять в коридор. Пошли в противоположную сторону к выходу во двор. Спускаясь по ступеням, услышал жуткий крик женщины, которая плакала и звала людей на помощь. Над ней кто-то издевался.

- Вот кабели! Опять женщину насилуют. - зло, сказала Мамочка. - Будь моя воля, то бы их замочила...

Она осеклась, так как в это время из палаты женщины вышли два санитара, которые привезли меня.

- Привет, братан! Уже осваиваешься? - сказал один из них. - Может быть, ты зайдёшь в палату? Трахнешь одну телку, пока она ещё свежая. Ты смотри с Мамочкой осторожно. Сегодня ты её трахаешь, а завтра она тебя может трахать. Все зависит лишь от неё, а так она у нас только с виду смирная всегда. Остерегайся!

- Хватит, Жлобины, порезвились и баста. - со злостью, осекла она, обеих санитаров. - Сейчас обед!

- Ну, ладно, уж, пошутить нельзя. - стали оправдываться братья. - Братан! Ты с нами или нет? Подумай!

- Только привыкаю. - как бы оправдываясь, ответил. - Пару дней посмотрю, возможно, соглашусь с вами.

Мамочка вышла во двор. Последовал за ней. Большой двор окружён огромным кирпичным забором, утыканный толстыми кусками острых стёкол. Забор окутан колючей проволокой сверху и по бокам. В некоторых местах забор тесно сливался в единое целое с главным корпусом, откуда мы с ней вышли, и, с двумя зданиями поменьше. Все возможные места выхода за пределы психушки густо запутаны колючей проволокой.

Ровные стены забора и зданий утыканы острыми стёклами. В некоторых местах видны пятна засохшей крови и лохмотья окровавленной одежды. Свидетельство бывших попыток побега из психушки. Даже многочисленные скелеты кошек и птиц указывают на то, что отсюда бежать никому невозможно.

- Это бесполезная мечта. - сказала Мамочка, словно прочитала мои мысли. - За сто лет отсюда не убежал ни один человек. Если ты будешь со мной откровенным, то мы с тобой убежим из этой страшной ловушки.

- Ты разве здесь не работаешь? - удивлённо, спросил, её. - Вроде ты тут свободно ходишь всюду?

- Здесь родилась. - шёпотом, ответила Мамочка. - Свободна, только внутри этого колючего двора больницы.

Она показала рукой вокруг зловещего забора. Мы подошли к небольшому домику, который был одновременно кухней и прачечной психушки. Мамочка показала мне знак молчания. Мы прошли дверь кухни, помещение которой разделено рядами столов и разных печей. По количеству кухонных принадлежностей можно было определить примерный состав больных и служащих. Возможно, что это сотни человек. Почти воинская часть служащих и психов. Представляю, сколько здесь проблем с таким количеством больных?!

- Мне по списку на общак. - сказала Мамочка, кухарке, когда вошли на кухню. - Плюс дополнительный обед на службу. Парень будет работать с нами. Его поставили на наше довольствие. Положите ему мяса.

Жирная кухарка подняла на меня глаза, налитые кровью от злости, словно её собирался сейчас объесть. Ничего не говоря, кухарка жестом руки показала подчинённым ей женщинам и те быстро стали выполнять её задание. Два эмалированных ведра заполнили продуктами, словно помоями для животных. Две стопки, по высоте эмалированных вёдер, приготовили комплексные обеды. В ведро опустили половники и закрыли крышками.

В две чистые наволочки от подушек положили нарезанный хлеб, и все вместе связали. Взял то, что было тяжелее. Два эмалированных ведра. Она взяла две стопки комплексных обедов и наволочки с нарезанным хлебом. Пошёл во двор впереди Мамочки. Ведра настолько тяжёлые, что не прошёл и половины двора, а руки мои сильно затекли. Поставил ведра прямо на середину бетонной дорожки.

- Там, что ли, все кухарки глухонемые? - спросил, Мамочку, когда она поставила свой груз рядом со мной.

- Этой кухарке санитары отрезали язык. - объяснила она. - Она слишком много болтала и много ела. Теперь кухарка только манную кашу может есть. Другие просто берегут свои языки, чтобы не потерять их.

Мы подняли свой груз. Пошли в главный корпус. В начале коридора Мамочка зашла в комнату, которая была приспособлена под столовую для служащих. Связку комплексных обедов и одну наволочку с хлебом она оставила там. Эмалированные ведра понёс в общак. Рядом с дверью общака, Мамочка взяла из шкафа алюминиевые чашки и кружки. Открыла двери, и мы все занесли в общак. Больные, как обезьяны, внимательно следили за движением её рук. Каждый ждал своей посуды, которая ими была подписана.

Она разливала в чашки баланду. Наливала кисель в кружки и сверху клала кусок хлеба. Затем называла номер посуды. Каждый номер подходил за своей порцией и уходил в отведённое ему место. Один огромный мужчина лежал на полу и ничего ни ел. На его голое тело, как на стол, больные клали горячие чашки с баландой и кружки с горячим киселём.

Тело мужчины тут же покрывалось красными пятнами и волдырями. Мужчина лежал совершенно без движения. Можно было подумать, что он манекен. Но у мужчины были открыты глаза и текли слезы. Выходит, что он чувствовал боль на своём теле, но не мог двигаться.

- Зачем они это с ним так делают? - в ужасе от увиденного, спросил, Мамочку. - Ведь ему очень больно!

- Сегодня он в общаке вместо стола? - объяснила она. - Ему санитары укололи с аминозином какой-то препарат. Весь его чувствительный и двигательный организм отключён. С мужчиной целые сутки в общаке делают все, что придёт на ум этим больным. Лишь убийство запрещено. Кто его убьёт, тот будет с аминозином на его месте. За сутки он у больных стол, женщина, туалет, кровать и что угодно другое. Через сутки мужчину заберут санитары. Отмоют его хорошо и будут на нем испытывать различные медицинские препараты по заживанию ран. Если он выживет, то поселят в отдельную палату. Будут наблюдать за его выздоровлением. Колют аминозином самых буйных. Бывает, что больные сами специально заводят кого-нибудь, чтобы он стал буйным вместо них. Прибегают санитары, вводят больному аминозина и другие препараты.

Молчал. Мой разум никак не мог понять такую информацию. Ведь это, ни в какие рамки моего мышления нельзя было поместить. Чтобы человек проводил опыты на живом человеке?! Боже мой! Где живу?!

- Так, мальчики, теперь помыли свою посуду после еды. - сказала Мамочка. - Хорошо помыли! Чисто! Чисто!

Больные после еды стали тщательно вылизывать свои чашки и кружки. Пока на них не осталось никаких признаков пищи. После чего, каждый, согласно своего номера, показал посуду Мамочке и положил стопкой перед ней. Она собрала посуду больных. Взял пустые ведра. После Мамочка замкнула дверь, всю посуду положила обратно в шкаф за дверью в коридоре.

Затем мы пошли в служебную столовую. Там уже лежала в стопке пустая посуда. Лишь наши порции были на столе. Мамочка, тут же тщательно с мылом помыли свои руки под умывальником и сели за стол. По сравнению с общаком, это была, пища богов, которая была больше похожа на блюдо с банкетного стола или из шикарного ресторана, где кормят знатных.

- Завтра и после завтра, в субботу и в воскресенье, в больнице выходной. - тихо, сказала она. - Никого из городских служащих не будет. Останутся, санитары и охрана. Мы с тобой оба обсудим план побега.

Ничего не сказал, а только подумал, что, однако, обед в психушке был отменный. Так только в ресторане можно покушать. На первое было харче. Вторым блюдом, большие пельмени (хинкали) с перцем и с мясом. На третье, вишнёвый компот. Вся посуда из нержавеющей стали. Ложки тоже были. Ни так как больные ели без ложек через край. Посуду языком не мыли. Даже подумал, что может быть согласиться с братьями санитарами и работать в этой психушки. Но не человеческое отношение санитаров к больным, сдерживало меня на согласие.

Тут пахло не только криминалом, но и фашизмом. Такое отношение к людям было у фашистов в концентрационных лагерях, вовремя второй мировой войны 1939-1945 годов. Мне даже страшно было подумать, чтобы такое творилось в мирное время в нашем городе?! Это просто какой-то дикий ужас! Вот почему люди никогда не возвращаются из психушки. Они погибают от всяких опытов на них.

- Мамочка, куда девают трупы? - спросил. - Когда умирают люди. Кладбища рядом не видно.

- Трупы помещают в специальный фаянсовый сосуд с каким-то раствором. - ответила она. - Там трупы полностью растворяются. Что делают дальше с таким раствором, этого не знаю. Может быт, его сливают?

- Ну, прямо безотходное производство! - возмутился. - Все чисто, и никто этого ничего в народе не знает.

- Вот и хочу, чтобы мир узнал о том, что здесь творится. - поддержала меня, Мамочка. - Ты многое не знаешь. Смотри и вправду не сойди с ума, когда все узнаешь. На тебя сделала ставку всей своей жизни. Мне одной никто не поверит. Сочтут меня сумасшедшей. Если здравый человек из городских жителей расскажет, возможно, что ему поверят. Даже в этом сомневаюсь. За мою сорокалетнюю жизнь в этой больнице поменялся несколько раз весь персонал. Но система тут осталась прежней. Отсюда никто не ушёл добровольно на тот свет и не мог бежать за пределы этих заборов. Даже те, кто из служащих, пытался рассказать о происходящем за этими стенами, их привозили обратно сюда, как больных и больше они отсюда никогда не выходили.

Думаю, что таких больниц по всей стране очень много, так как сюда, иногда, приезжают специалисты обмениваться опытами по издевательству над человеком. Здесь такого насмотрелась, что сама удивляюсь, как до сих пор живу и не сошла с ума до такой степени, чтобы над моим телом проводили различные опыты. Больше сегодня рассказывать не буду, чтобы ты не подумал, что в действительности такая, как все остальные больные. Но не больная. Здесь родилась и живу сорок лет в этой психушке.

- Откуда тогда ты всего так много знаешь? - удивлённо, спросил. - Ведь ты всю жизнь не училась нигде?

- В этой больнице, с моего рождения и до шестидесятых годов, работал мужчина. - ответила она. - Не хочу поганить его имя, поэтому не назову и тебе его фамилию. Так вот, считала, что он мой папа. Он тоже относился ко мне по-отцовски. Все наши годы под одной крышей он постоянно меня учил всему и всегда говорил мне, что если суждено будет мне когда-то выбраться отсюда, то надо обязательно рассказать всем о зверствах, проводимых над людьми за этими стенами. Когда он скоропостижно умер совсем молодым, то его тоже растворили в сосуде. Причём, все делали так, чтобы видела это. Возможно, в устрашение мне. Думаю, что его насильственно умертвили. Он часто не соглашался насчёт зверских опытов над людьми. Вот и мне, как его дочери, показали, что меня ждёт, если не буду согласна с порядком в больнице.


4. Моя жизнь в психушке.

Весь день занимался хозяйскими делами с Мамочкой. Кормил больных. Разгружал машину с продуктами, которые привезли из Орджоникидзе. Носил от тяжелобольных грязную посуду мыть на кухню. Подметал и мыл длинные коридоры, в женском и в мужском корпусах. Приглядывался всюду, чтобы уловить момент и позвонить в военкомат своему дяде военкому. Но телефоны были только в двух кабинетах. Туда мне никак не удалось попасть. Даже Мамочке говорил, что могу помыть и убрать кабинеты. Она сказала, что во все кабинеты доступа нет. Можно попасть лишь в присутствии профессора и с разрешения главного врача. Если ещё есть на, то уважительная причина. Все остальные варианты отпадают. Наверно, она догадывалась о моей цели. Но она не могла доверять мне, так как мы были знакомы один день.

- Ты где хочешь спать? - спросила меня, Мамочка, когда подошло время сна. - Есть три варианта. Общаг, палата дежурных санитаров и та палата, где ты спал прошлую ночь. Сам выбирай место своего ночлега.

- Та палата, в которой спал в прошлую ночь. - сразу, выпалил. - Люблю всегда отдыхать дома один.

- Хорошо! - согласилась она. - Но, чтобы ты случайно не наделал глупостей, замкну тебя на ключ.

"Понятно." - подумал. - "Она либо мне совсем не доверяет. Либо боится, чтобы не удрал из психушки.".

В моей палате лежал новый матрас, белая простынь, лёгкое одеяло с белым пододеяльником и большая подушка с белой наволочкой. Белье чистое и накрахмаленное. Пахнет свежестью. Видимо, это мне постарались. Конечно, это все сделала она. Вот только когда она успела сделать? Весь день с ней был. Может быть, профессор сделал? Чтобы посмотреть на мою реакцию, как подопытного кролика. Или братья Жлобины постарались?

На тот случай, если мне у них понравится. Буду вместе с ними издеваться над людьми - отрезать языки, насиловать женщин, колоть аминозином и выполнять какие-то формы истязания над человеком. Испытывать над больными людьми различные препараты, как над подопытными кроликами. Свет под потолком мешал мне уснуть. Долго лежал и думал, как мне можно удрать из психушки. Окон и дверей на улицу нет. Только ворота, которые усиленно охраняются. Даже под машину мне невозможно забраться.

Охрана смотрит всюду вовремя разгрузки. Все остальное закрыто. Надо внимательно посмотреть, где есть канализационные каналы и люки над ними. Не может быть, чтобы психушка наглухо была изолирована от внешнего мира. Понятно, что из комнат мне выбраться невозможно. Мало того, что они наглухо изолированы от внешнего мира, кроме того, тут любой жилец этих палат, под страхом аминозина продаст меня.

Кроме того, как могу договориться с больными людьми, у которых даже обычное сознание, в понятии здорового человека, полностью отсутствует. Однако, мне надо выбраться отсюда в ближайшие дни. В другие дни не смогу совершить побег. Ведь должен буду согласиться с ними на работу или остаться на равных с больными. Если даже соглашусь с ними работать, то они меня все равно не выпустят отсюда.

Будут использовать мой труд в приделах психушки. Ни такие уж они наивные люди, чтобы поверить в моё согласие. Иначе бы они нашли ещё лучший экземпляр за пределами психушки. Им нужен такой человек, который бы боялся воли, где его могут убить или, посадит надолго в тюрьму. Такому человеку, естественно, будет лучше находиться под защитой психушки, где хорошо кормят, одеваю и дают зарплату. Насчёт зарплаты сомневаюсь, чтобы здесь платили деньги.

Зачем психам зарплата, если их не выпускают в город. Лишь бы согласился сменять свободу на комфорт в психушке. Уверен, что они для меня и ужас за приделами психушки придумали. Скажут мне, что те парни от моих побоев скончались. Тогда мне светит расстрел. На суде не будут разбираться, кто вовремя драки был прав, а кто виноват. Возможно, что и свидетели под угрозами будут давать совершенно другие показания. Например, что был ни один или вооружён. Одному и без оружия невозможно совершить такое преступление.

Ведь, даже нормальный человек не поверит, чтобы один без оружия мог побить шестерых так сильно, что они вскоре умерли от побоев. Но то, точно знаю, что никого не убивал. Ну и что из того, что парни зубы потеряли и получили синяки. От таких побоев люди не умирают. Если парней после драки не умертвят в больнице, а после спишут их смерть на результат драки. Как бы там не было, но имею право на свою защиту. Тем более что их было шестеро, а был один. Мне с детства говорили казаки, что если на тебя напали с целью убийства, то ты можешь вовремя драки убить всех, кроме одного, который будет считаться равным в драке против тебя и свидетелем драки не равной против тебя, когда несколько человек нападали на тебя с целью твоего убийства.

За всех убитых ты можешь не отвечать, ты убил их случайно, защищая свою жизнь. Но если ты убил всех до последнего, то это будет рассматриваться, как умышленное групповое убийство людей. Ведь ты с последним был на равных и мог его просто побить, показывая своё превосходство над ним. Когда погиб, твой последний противник, выходит, что ты совершил убийство. Об этом надо помнить всегда вовремя драки. Человек должен иметь право на защиту не только в драке, но и на суде.

Возможно, что такая философия казаков, в какое-то время была пригодна, но только, ни в данном случае. Тут надо не только доказать свою невиновность, но постараться выбраться из психушки целым и невредимым. Наверняка, никто из милиции не сообщит моей маме то, что сижу в психушке. Ведь они даже протокола не написали, что задерживали меня. Шёл с работы и пропал.

Представляю, что сейчас дома творится, а что будет на заводе "ФЭУ" в понедельник? Сразу два наладчика электронного оборудования отсутствуют в отделе ФЭУ-1, ФЭУ-2. Любая поломка и катастрофа сразу для всего завода.

Шурик один не может справиться в работе. Ведь в запасе на заводе "ФЭУ" нет ни одного наладчика электронного оборудования. Заснул в постели на полу в своих раздумьях о собственном спасении. Мой сон нарушил скрип в двери.

- Александр, вставай! У нас всего два дня. - сказала Мамочка, открывая дверь. - Нам надо успеть. Сейчас позавтракаем. Замкну поварих в палату. Охрана вся сидит на дежурстве или спят в своей палате отдыха. По территории больницы никто не ходит. Сегодня все изведаем, а завтра совершим отсюда побег. Ты постарайся быстрее шевелиться с завтраком, обедом и ужином. У нас не будет такого шанса на побег отсюда.

Ответил, что все понял и пошёл умываться, в комнату отдыха санитаров и охранников. Там была небольшая комнатка к туалету и умывальнику. Даже это помещение было с решёткой и мощными дверями. Здесь все было предусмотрено так, что никто и ниоткуда не может сбежать. Всюду замкнутое пространство.

Если вчера мы ещё ползали с вёдрами продуктов и уборкой, то сегодня бегали, словно спортсмены на соревнованиях. Мамочка едва успевала на своих коротких ногах, которые у неё были к тому же калачиком, а руки очень длинные, ниже колен. Мамочка и ходила как-то странно, словно горбатая. Она всеми своими движениями напоминала мне обезьяну, но не обычного человека.

У неё и лицо было какое-то скуластое, поэтому подумал в первый раз, что она мужчина. К тому же волосатые ноги, руки и грудь. Не было бы у неё женской груди и широких бёдер, никогда бы не подумал, что она женщина.

Вот если на неё натянуть шкуру и обросшее лицо, то она была бы больше похожа на обезьяну, чем на человека, мужчину или женщину. Но это все, же она была женщина и человек совсем не глупый.

Жалко, что Мамочка свои сорок лет жила в психушке. Не видела обычной человеческой жизни. Так, может быть, у неё была бы своя семья. Кто-нибудь взял бы её в жёны. У неё были бы дети. С её умом, она могла бы закончить институт, стать специалистом. Заниматься интересным делом.

Но у неё вся жизнь прошла в психушке. Возможно, что по этой причине у неё и облик стал такой - ни человек и ни животное. Живое, мыслящее существо с признаками животного мира или гибрид живой природы. Конечно, никак не могу помочь в жизни Мамочке.

Старшая кухарка больше не смотрела на меня подозрительно. Она показала мне жестами, что молодец и объяснила руками, что могу заходить к ней покушать в любое время. Тоже не остался перед кухаркой в долгу на комплименты в мой адрес и сказал ей, что она прекрасная дама, в полном соку, с которой мне не стыдно было бы переспать.

Кухарка показала мне пальцами, что мы могли бы друг с другом встретиться и переспать ночь. Это, конечно, была своеобразная интимная шутка, которой не было суждено никогда сбыться. Между нами всюду полная изоляция, в виде окружающей системы психушки. Единственное на что могла рассчитывать кухарка, так это помечтать и пошутить. Остальное у нас было под строгим запретом.

- Зачем ты кухарок закрываешь? - удивлённо, спросил, когда Мамочка на время замкнула меня в палате, а сама пошла, закрывать кухарок. - Отпусти всех по домам. Разве кухарки невольные люди в больнице?

- Тоже мне вольные! - укоризненно, ответила она. - Кухарки также как, родились здесь в больнице. Дело в том, что по возврату старше кухарок. Администрация мне больше доверяет. Поэтому меня в психушке Мамочкой зовут. Здесь профессор старше меня. Но живу тут дольше всех остальных жильцов.

Она замкнула меня на один оборот ключа, а сама пошла, закрывать кухарок. Остался ожидать её возвращение. Мне не терпелось скорее узнать тайну, в которую меня собиралась посвятить Мамочка, насчёт нашего побега из психушки. Ведь она за столько лет проживания что-то планировала. Возможно, когда-то пыталась бежать, но у неё не было соучастника к побегу. Теперь хочет меня подключить к побегу.

- Выходи! - сказала она, когда опять открыла дверь. - Вот, держи ведро с грязной посудой. Нам тайно от охраны пройти в другое здание незамеченными нельзя. Охранники из своей будки от ворот все просматривают. Мы пойдём с грязной посудой на кухню, а дальше можно пройти через внутренние двери и коридор в другое здание. От библиотеки и лаборатории у меня есть ключи. Там постоянно уборкой занимаюсь. Профессор больше никому не доверяет эти помещения. Только одна навожу в этих кабинетах порядок.

Как ничего не бывало, мы спокойно прошли до кухни. Едва положили ведра с посудой на пол, как сразу поспешили через боковую дверь в соседнее здание, в котором там была огромная библиотека со стеллажами.

- Вовремя войны с немцами из нашей больницы разведчики ходили в тыл врага. - тихо, сказала Мамочка. - Тогда была подростком. Но помню, как профессор рассказывал за "язык", которого разведчики захватили у немцев. Пленного пытали у нас в больнице. Так что здесь есть где-то длинный подземный переход.

- Какой переход? - удивлённо, спросил. - Немцы на правом берегу реки Терек никогда не были. Это уже точно знаю. Мой отец и все дядьки мои здесь воевали. От больницы до Терека очень далеко. Немцы прожекторами и ракетами освещали весь правый берег Терека. Так что на левый берег реки нет никакого хода.

- Ты плохо знаешь историю. - возразила она, роясь на полках в книгах. - Здание строилось сто лет назад, прямо на правом берегу Терека. Здесь была крепость. После тюрьма. Позже банк. В начале этого века, комплекс зданий перешёл под больницу. Так вот, когда тут была крепость и вода реки находилась у стен, защитники крепости вырыли хороший проход под Тереком на левый берег. Это было сделано не только из-за стратегических целей, но также потому, чтобы воровать у соседних народов провизию на содержание своей крепости. Постепенно, русло Терека уходило в левую сторону, которая и сейчас ниже правой. Естественно, что нужный крепости подкоп укрепляли и продолжали копать дальше. Это сооружение хранилось в великой тайне от всех. Тем более, что позже здесь были тюрьма и банк. Где-то в библиотеке должен быть чертёж подземного хода. Слышала, как-то, лет десять назад, как профессор разговаривал с представителем власти о том, что пора нам переехать в новое здание. Вопрос шёл о том, что нашу больницу должны объявить историческим комплексом и реставрировать все здания под старину. В том числе и подземный переход. Профессор показывал человеку с города чертежи нашей больницы. Когда они увидели, что кручусь рядом с половой тряпкой, то выгнали меня за дверь. Разговор продолжали при закрытых дверях. Ты хорошо ищи карту. Книги ставь также на место, чтобы никто не заметил, что здесь что-то искали.

Выделил себе отдельный стеллаж и с верхней полки начал тщательно проверять каждую книгу. В своём большинстве книги здесь очень старые. На полках находилась поэзия Михаила Лермонтовская и проза Александра Грибоедов. Толстым слоем пыли покрылись книги грузинских и армянских авторов. Объедены крысами, мышами и молью, кожаные и бархатные переплёты, Библии, Евангелии, Корана и другой священной литературы различных религий.

Рядом пылились томики философов разных времён и народов. Чуть ниже партийная и классическая литература. На уровне человеческого роста в большом объёме научная литература в области биологии, анатомии, физики, химии, медицины и многих других мировых наук. В большинстве в старинных книгах попадались закладки из денежных купюр различных времён. В некоторых книгах лежали просроченные векселя с царского времени. Чертежей, карт и плана психушки здесь нигде не было.

- Может быть, мы ни там ищем? - спросил, Мамочку. - Такие документы могут только в сейфах храниться.

- От сейфа у меня ключей нет. - ответила она. - Так что ищи в книгах. Может быть, нам с тобой все же повезёт. Если даже нас сейчас тут застукают, то мы скажем, что решили хорошо пыль вытереть на книгах.

Мамочка достала из своего халата тряпку и дала мне, чтобы у нас все выглядело вполне правдоподобно. Начал всюду вытирать пыль и продолжать заниматься поиском нужных документов. Когда стал искать в книгах ближе к письменному столу, с полки упала большая связка ключей, которые были заложены между книг на полке. Возможно, это были запасные ключи, которые спрятали давно за старинные книги на полку.

- Здесь отчего ключи? - спросил, Мамочку, показывая ей связку. - Может быть, это от шкафов и сейфов?

Она взяла из моих рук ключи. Сразу стала подбирать ключи под замки железных шкафов и сейфов.

- Ты будешь смотреть карту больницы в шкафах и сейфах. - сказала Мамочка, открывая все, что здесь ещё можно было открыть. - Продолжу дальше искать среди книг на стеллажах и полках. Как только проверишь шкаф или сейф, тут же его закрывай. Смотри быстро, уже мало времени. Нас могут обнаружить санитары.

Она отдала мне ключи, а сама вернулась обратно проверять книги и протирать пыль. Лучше бы ей не показывал эти ключи. В больших железных шкафах, которые не в библиотеке, а в лаборатории через соседнюю дверь, находились огромные стеклянные колбы. В каждой стеклянной колбе, которая была наполнена глицерином, спиртом и ещё каким-то неизвестным мне по запаху прозрачным раствором, находились трупы младенцев. В колбах были трупы новорождённых детей и недоношенных зародышей, которых, возможно, извлекали из трупов матерей или из живых матерей методом "кесарева сечения".

В первом железном шкафу были трупы детей и зародышей человека. Во втором железном шкафу зародыши разных обезьян. Третий железный ящик был намного больше первых двух. В этом ящике находились трупы зародышей каких-то неизвестных мне существ. Вроде люди и не люди. Совершенно не понятные существа.

С какими-то не пропорциональными формами тела. Словно это пришельцы из других миров прилетели к нам на НЛО и оставили в огромных пробирках своих недоношенных детей, как образцы других цивилизаций, которые нам ещё неизвестны, но мы должны к ним привыкнуть. В нашем понятии, это были просто какие-то уроды и все.

Любопытство перебороло мой страх и ужас, вовремя просмотра колб, с трупиками новорождённых. Успокоился. Взял одну из многочисленных книг, лежащих по обе стороны колб. В книге было написано, что Тайная канцелярия Российской империи и Академия наук Российской империи, считают должным образом провести дальнейшую работу в Секретной лаборатории во Владикавказе, по Секретному проекту, возможность выращивания гибридов из человека и человекоподобных обезьян.

Цель Секретного проекта - создать живой материал пригодный к войне, который может заменить человека, как по своей выносливости, так по военному мышлению, которое будет выполнять стратегические работы по уничтожению противника.

"Какой ужасный каламбур из этих "тайн" и "секретов"! Это же настоящее издевательство над людьми и животными." - подумал, продолжая читать указание Тайной канцелярии Российской империи. - Пожалуй, такое решение в рамках правительства огромной империи, выглядит хуже фашизма. Где из, себе подобных выращивали "пушечное мясо" будущих войн. Не в царской России уже вынашивали подобные планы?".

Посмотрел на обложку первой книги, которая была датирована 1898 годом. На последней книге стоял 1940 год. Выходит, что смена веков и политического развития Российского государства не повлияли на опыты "Секретного проекта" в России.

Чем занимались в этой "Секретной лаборатории" в царское время, тем самым занимались и в советское время - выращивали воинов. Такие же фашистские методы издевательства над людьми и животными.

Возможно, что в этом Мамочка была права, когда говорила о вероятности развития цепи подобных лабораторий в России. Может быть, психушка являлась лабораторией в создании будущих фабрик. По выращиванию выносливых солдат Российской империи. Как в царское, так в советское время. Интересно, сколько воинов в лаборатории успели вырастить за прошлые семьдесят лет?

Мне пришлось просмотреть сводки нескольких лет "работы" лаборатории. Всюду было написано, что "образец погиб". Самый старший из "живых образцов" умер в возрасте десяти лет. Возможно, что далеко ни всех "образцов" записали.

Однако смертность была велика. Поэтому решено было создать сосуд с кислотой к уничтожению "непригодных образцов". Ведь массовое захоронение могло вызвать бурю негодования среди местного населения, в данном случае осетин. В подобном решении уничтожения трупов "непригодных образцов" выглядело чистой работой.

Прямо, как в монастыре образцового типа. Все за стенами спокойно и нет причины народу волноваться. Ведь никому и на ум не может прийти, что во Владикавказе подобное творится. Местных жителей никого не работу не брали.

Денег и продуктов питания от населения не просили. Даже наоборот, у местного населения скупали продукты питания и не торговались в большой цене. Брали продукты за такие цены, которые устраивали продавцов и покупателей. Такое соседство не мешало жить осетинам. Вот если бы осетины узнали, что за этими стенами больницы творится?!

С большим увлечением стал читать, как создавались "будущие воины" России. Методы были довольно просты. Санитары давали возбудитель человекоподобным обезьянам и психически больным людям.

Затем их сажали вместе в одну палату и наблюдали за случкой. После чего разлучали и ждали результат. Однако, результат был не очень высок. Подавляющее большинство "рождённых образцов" умирали.

Вполне естественно, что гены обезьян и человека оказывались несовместимы. Зародыш не развивался и погибал. Однако опыты проводились и "самки" продолжали оплодотворяться. Некоторым женщинам и самкам обезьян, приходилось делать "кесарево сечение", так как зародыш был часто большим к беременным. Естественно, что пытались спасти "материал", а не беременную, которая могла погибнуть на столе вовремя операции.

- Что такое гермафродит? - с интересом, спросил, Мамочку, когда прочитал в книге неизвестное мне слово. - Это, такая болезнь что ли? Скорее всего, неизвестная мне порода обезьян? Объясни мне, что это?..

Она оставила просмотр книг на полке и подошла ко мне. Она взяла у меня из рук книгу и стала быстро глазами перечитывать строчки записи с оглавлением "Гермафродит", которые не успел прочитать. Внимательно стал следить за меняющейся мимикой Мамочки. Её лицо начало багроветь. Глаза наливались кровью.

Понял, что она начинает приходить в ярость. На всякий случай все же отошёл от Мамочки в сторону и правильно сделал. Её ярость выплеснулась наружу. Она начала выть совершенно не по-человечески. Принялась кусать книгу. Разбросала все вокруг себя в лаборатории. Испугался её истерики.

- Мамочка, успокойся. - стал уговаривать, боясь, что её услышат охранники. - Сейчас тебя услышат охранники на воротах и прибегут с санитарами, чтобы сделать тебе и мне аминозина. Не хочу аминозина.

Слово "аминозином" подействовало на её сознание. Она перестала выть и грызть книгу, но её тело все также дёргалось в конвульсиях от рыдания. Слезы из глаз заливали все лицо, искажённое душевной болью.

- Мамочка! Ну, пожалуйста, ты успокойся. - попытался, как-то смягчить её. - Что такое случилось с тобой?

- Не смей меня называть Мамочка! - зло, процедила она. - Перед тобой никто! Ни человек! Ни обезьяна! Ни женщина! Ни мужчина! Всего лишь, разумный гибрид. Гермафродит! Вот, посмотри на меня! Какой меня они создали.

Она скинула с себя халат. Увидел кривое обнажённое тело, которое трудно было назвать чьим-то. От слабо развитой женской груди и почти до самых пяток она была покрыта волосами. Точнее, редкой шерстью, как у облезлой обезьяны. Промеж ног из женского влагалища торчала головка мужского члена. Это действительно был какой-то гибрид, но, ни в коем случае, ни человек в привычном понятии. Разум этого существа говорил о том, что в нем есть что-то от человека - мышление. Остальное было у неё от животных.

- Только вчера была женщиной. - одевая халат, сказала Мамочка, по-другому не мог это как-то назвать. - Скоро буду мужчиной. Во мне живут Гермес и Афродита. Отсюда и название "гермафродит". Зачем люди из меня сделали такое существо? Лучше бы была в этой пробирке, куда поместили непригодные экземпляры подопытных зародышей. Лицемеры! Всю мою жизнь следили за моим развитием, чтобы записывать результат своих "научных" работ. У них была всего лишь подопытный экземпляр. Какая мерзость! Мне в детстве надо было все понять. Затем покончить с собой и этими уродами по разуму, горе "учёными".

Мамочка опять начала плакать. Стоял рядом, шокированный увиденным. Все никак не мог прийти в себя. Мой разум не мог поверить тому, что только сейчас увидел своими глазами. Как все могло случиться?

- Никакой карты мы не найдём. - немного успокоившись, сказала Мамочка. - Все сейчас здесь уничтожу.

- Так ты погубишь меня и себя. - слегка опомнившись, сказал. - Дай нам шанс выжить. Мы с тобой разумные существа. Нам природой, а не людьми, дано мыслить. Мы оба найдём выход из трудного положения.

- Выход в этом сосуде. - сказала она, показывая на огромный фаянсовый сосуд с кислотой, плотно зарытый такой же крышкой. - Все, кто жил в психиатрической больнице, нашли там свой конец. Тебе дам один шанс выжить. Если ты за неделю ничего не придумаешь. То тогда сама все уничтожу в психушке.

- Спасибо! - с надеждой на спасение, поблагодарил, Мамочку. - Если у меня за неделю ничего не получится, тебе помогу. Мы с тобой такое устроим, что даже живым людям будет тошно после нашей смерти. Чтобы ни у кого не было подозрения на наше присутствие в этом ужасном логове науки, мы навели хороший порядок. Стёрли тут всюду пыль. Все замкнули, как было раньше, ключи положили обратно на полку.


5. Побег из психушки.

До конца субботы и в воскресенье, мы разрабатывали планы моего побега, вплоть до нападения на охрану, но сразу сами все отвергали. Ни один вариант не подходил, так как все заканчивалось аминозином, которого теперь опасался. Надо найти самое разумное решение, которое помогло бы выбраться нам. Разумное решение было совсем рядом, прямо во мне. Даже в мыслях не мог держать такого, что это может быть в психушке. Что тут в лаборатории смерти занимались партийной агитацией?! Какое высокомерие!

- Откуда могу взять художника? - услышал, в понедельник, сквозь дверь профессора, разговор по телефону. - У нас в больнице давно не было художника. Такие люди редко теряют разум. Понимаю, что в агитации сила партии, но, ни один умный художник не пойдёт к нам в больницу работать. Нет! Всего лишь учёный. Могу писать авторучкой и что-то нужное вычислять в науке. Искусство далеко не в моём понятии.

Меня словно молнией пронзило. Такой шанс никак не мог упустить. Надо предложить свои услуги. Но как это сделать, чтобы не вызвать ни у кого подозрения. Мне бы только добраться до телефона и позвонить в военкомат. Дальше всё дядя Илья сделает без меня. Обязательно должен вырваться из этой западни.

- Мамочка! - с её согласия, опять стал так её называть. - Скажи санитарам, что мне стало скучно и опять хочется заняться своим любимым дело - рисовать. Только творческие мысли дают мне положительный результат жизни. Любой художник живёт через своё творческое вдохновение. Пожалуйста, помоги мне в этом.

- Ты действительно художник? - удивлённо, спросила Мамочка. - Или ты просто так здесь дурака валяешь?

- Действительно художник. - подтвердил своё слово. - Ты мне обещала помогать неделю. Тогда дай мне этот шанс.

- Лучше сразу профессору скажу о тебе. - предложила Мамочка. - Зачем мне этим санитарам говорить?

- Нет! Ты лучше скажи санитарам. - настаивал, на своём. - Санитары скажут профессору. Если ты скажешь напрямую профессору, может у него вызвать подозрение в нашем сговоре с тобой. Ведь мы с тобой в работе общаемся четвёртый день. Нам надо быть хитрее профессора, чтобы он сам помог нам бежать.

- Ты прав! - согласилась Мамочка. - Нам действительно надо сейчас быть хитрее профессора и санитаров.

Обедать мы сели, специально, вместе с братьями санитарами. Ковырял и ел вяло. Был совсем скучный.

- Что с тобой? - спросил меня, старший брат Жлобин. - Заболел, что ли или пища у нас стала не вкусная?

Отмахнулся от них и продолжал делать кислую мину. Словно жизнь моя здесь совсем закончилась.

- Александр от скуки мается. - заметила Мамочка. - Давно ничего не рисовал. Вот на него и напала апатия.

- Что? На него напало? - удивлённо, переспросил младший брат Жлобин. - Повтори мне слово понятно.

- Художники скуку называют "апатия". - повторила Мамочка. - Он просто хочет рисовать. Это понятно вам?

Жлобины тут же оставили свою еду и быстро скрылись за дверью. Мы с Мамочкой едва сдержались, чтобы не рассмеяться в голос. Нам было понятно, что оба братья Жлобины рванули в кабинет к профессору. Наш вариант сработал. Нам надо теперь ждать дальнейшего хода развития событий. Главное, для меня, это то, чтобы профессор потерял свою бдительность и мне как-то добраться до телефона в его кабинете.

- Айвазовский! Иди! Тебя профессор ждёт! - скомандовал старший брат Жлобин. - Но если ты меня обманул, то в тебя десять порций аминозином волью. Чтобы знал у меня, как зря языком трепать в больнице.

- Не пойду. - отказался, на удивление Мамочки и братьев Жлобиных. - Зачем мне ваш профессор сдался? Мне без него здесь хорошо. Просто хочу рисовать. Всего лишь свободный художник и больше никто.

Жлобины ни стали со мной церемониться. Схватили меня за шиворот. Потащили в кабинет к профессору.

- Он ещё сопротивляется идти к вам! - сказали Жлобины, вталкивая меня в кабинет профессора. - Вот он!

- Ты, правда художник? - спросил профессор, привычно потирая свои дряхлые ладони. - Отвечай мне! Да?

- Да! - передразнил, профессора, глядя на него из-под бровей. - армии два года служил художником.

- Так ты тогда знаешь, что такое наглядная агитация? - опять продолжил профессор, спрашивать меня.

- Наглядная агитация, это самое главное оружие нашей партии против капитализма! - громко, выпалил в ответ. - Профессия художник-оформитель лучшая во всём Советском Союзе.

- Прекрасно! - обрадовался профессор. - Напиши на бумаге все, что тебе нужно к наглядной агитации.

Профессор дал мне листок бумаги и авторучку. Подумал хорошо и стал писать все то, что может пригодиться художнику в наглядной агитации. Начал свой список с чертёжной доски "кульмана" и закончил простым карандашом.

Вполне естественно, не забыл про мольберт художника. Мой список занял два листа с обеих сторон. Написал все специально, чтобы показать профессору, как глубоки знания больного художника-оформителя в области наглядной агитации и изобразительного искусства.

В действительности, к данной работе в психушке требовалось всего, пара листов белой бумаги-ватмана, гуашь с плакатными перьями, чёрную тушь с чертёжными перьями, простой карандаш, метровую линейку, ластик стиральной резинки и большой стол, где можно выполнять наглядную агитацию. Мне хотелось поморочить профессора.

- Творческую мастерскую тебе устраивать в больнице не буду. - сказал профессор, перечитывая все мои пожелания будущего творчества. - Но часть из этого списка мы купим в магазине к нашей стенгазеты.

- Можно с вами поеду в магазин за красками? - наивно, спросил, профессора. - Возьмите меня в город...

- Ишь, чего захотел! - вытаращив глаза поверх очков, возмутился профессор. - Пока ты сильно больной!

Братья Жлобины вернули меня в столовую и почему-то показали мне кулаки под самый нос. Теперь с большим удовольствием уплетал вкусную пищу, которую ни доел перед этим. Мамочка сидела рядом и удивлённо наблюдала за мной, как ем. Мамочка ничего у меня не спрашивала о результатах моих переговоров с профессором. Но по моему поведению было видно, что чего-то добился в нашем совместном плане по освобождению из этих мест заключения. Нам оставалось тщательно проработать план побега.

Ожидания всегда длиннее, чем само время. Уже выполнил все свои работы, которые мне давала Мамочка. Помогал на кухне кухаркам. Дважды поужинал. Один раз с санитарами и второй раз на кухне. Не знал, чем себя занять до того, как меня отправят спать в мою палату. Но, вдруг, вся психушка наполнилась привычным запахом предметов наглядной агитации. Понял, что привезли мне краски к стенной газете.

- Тебе подготовил наброски стенгазеты к ноябрьским праздникам. - сказал мне, профессор, когда меня опять привели к нему. - Ты обмозгуй хорошо, если есть чем, завтра мне скажешь. Будешь стенгазету писать в лаборатории или в библиотеке. Там у нас есть большие столы. Будет где тебе развернуться в работе.

- Там не могу работать. - сразу, отказался. - Мы вчера с Мамочкой в лаборатории и в библиотеке наводили генеральную уборку. У меня была сильная аллергия на запахи. Чуть не умер прямо в помещении.

- Ладно! - после некоторых раздумий, согласился профессор. - Будешь делать стенгазету в моём кабинете. В моём присутствии. У меня здесь тоже завтра есть много работы. Нам хватит места. Это будет твой стол.

Профессор показал мне на большой стол в середине кабинета, за которым обычно проводят различные совещания и заседания, психбольницы. От середины этого стола, до телефона на столе профессора, всего два метра. Но, сколько мне понадобиться здесь времени и труда, чтобы дотянуться до этого аппарата?

Весь вечер думал о том, как заставить завтра профессора выйти из своего кабинета, чтобы не вызвать на себя подозрение с его стороны о попытки моего побега из его универсальной психушки. Как заявил сам профессор по телефону, что художники ни так часто теряют разум и редко бывают в психушке.

Таким образом, напрашивается вывод о том, что профессор меня ни станет подвергать своим опытам. Но зорко будет следить за тем, чтобы ни смог улизнуть отсюда. Следовательно, надо как-то сделать так, чтобы профессор потерял свою бдительность, а мог позвонить, лучше всего, своему дяде, Цалоеву Илье Петровичу, военкому нашего Беслана. Думаю, что Илья Петрович постарается меня вытащить из этой психушки.

Перед сном вспомнил за наброски будущей стенгазеты. Посмотрел листок, который мне оставил профессор. Каково было моё удивление в том, что учёный человек не умеет подготавливать даже шаблонную наглядную агитацию. На листке был какой-то детский лепет о том, как надо бережно относиться к лечению больных, чтобы они выздоравливали вовремя лечения.

Какая-то белиберда. Даже удивился такому цинизму, как благополучие над больными. Если бы только люди знали, как ценят тут здоровье больных, которые, фактически, являются подопытными кроликами.

Возможно, что сейчас уже не проводят скрещивание обезьян с человеком. Но даже метод по испытания лекарств на больных людях, мог бы шокировать любого человека. Ведь это же уму непостижимо! Вначале они издеваются над телом человека, а после его лечат. Видимо, очень сладко спал всю ночь, что не слышал, как Мамочка утром открыла дверь в мою палату.

- Твой завтрак уже на столе. - расталкивая меня, сказала она. - Скоро профессор придёт. Иди, кушай. У тебя сегодня творческая работа на целый день. Может быть, что тебя ждёт удача в кабинете профессора.

Мамочка ушла. Надел на себя больничную робу и поплёлся следом за ней в столовую палату для служащих. За обеденным столом и в умывальной комнате никого не было. Все поели. умылся. Почистил зубы пальцем. Пополоскал рот. Мне не хотелось быть, как все больные, от которых исходил такой запах, что невозможно было находиться рядом с ними, ни то, чтобы жить в одной палате. Даже удивительно, как учёный человек, профессор, входил к ним. Видимо, это у него уже выработалась многолетняя привычка. Быть похожим на своих пациентов.

- Александр! Тебя профессор в кабинете ждёт. - сказала мне, Мамочка, когда заканчивал свой завтрак.

Ещё раз прополоскал рот в умывальнике и пошёл в кабинет профессора. Мне было удивительно, что никто из санитаров уже ни тащил меня за шиворот в кабинет профессора. Даже сопровождающих рядом со мной не было. Словно был обычным служащим этой больницы, который пришёл утром к себе на работу.

- Александр! Входите, пожалуйста! - вежливо, пригласил меня, на "вы", профессор. - Там рабочий стол.

Профессор показал на стол, на котором были гуашь в банках и разные предметы к наглядной агитации.

- Извините, профессор, но ваши наброски, которые вы дали мне вчера, совершенно не годятся к наглядной агитации. - осторожно, сказал. - В них нет последних материалов ЦК КПСС. Ни слова не сказано о борьбе против капитализма и построения социализма в нашей стране. За такую газету, как вы мне предложили, можно получить партийное взыскание по линии парткома. Думаю, что вам нужно поработать над темой.

- Вы правы. - согласился профессор. - Совершенно не разбираюсь в наглядной агитации. Вот вам свежие газеты и журналы. Материал, который вам нужен для стенгазеты, вы можете взять там. Вам все доверяю.

Профессор положил мне на стол пачку газет и журналов. Посмотрел на число, там было напечатано "Воскресенье. 1 ноября 1970 года". Это вчерашняя газета, у меня в запасе есть почти целая неделя. Если ничего не получится, то вместе с Мамочкой им тут такое устрою, что все ноябрьские праздники будут для психушки, на все времена, самым черным днём календаря. Но только жить здесь никогда не останусь.

Стал просматривать предпраздничные материалы Политбюро ЦК КПСС. Зарубежные сводки и материалы советских агентов за рубежом, сообщали о политических фронтах пролетариев всех стран против происков загнивающего капитализма. Можно было подумать, что весь земной шар ополчился против инородного тела - капитализма, который разъедает все прекрасное в мире. Коммунизм, это светлое будущее.

Первым долгом, разбил белый лист ватмана на заголовок и три колонки. В заголовке набросал - "Великий Октябрь". Колонки озаглавил - партийная, общественная, международная. Под заголовком написал "Орган партийной, комсомольской и беспартийной организации психиатрической больницы в Орджоникидзе". Дальше написал дату - "6 - 7 ноября 1970 года. 53-я годовщина Великой Октябрьской Социалистической Революции". Рядом нарисовал крейсер "Аврора". Затем подумал, что добавить и набросал карандашом фейерверк из залпа крейсера "Аврора". По углам нарисовал красные банты революционеров.

- Это всего лишь черновой набросок. - сказал, профессору, показывая ему лист ватмана. - Если это вам понравилось, то все сделаю цветным. В колонках напишу необходимые тексты заметок и стенгазета готова.

- Ты, действительно, настоящий художник! - удивлённо, воскликнул профессор. - Тебе все доверяю полностью. Как ты считаешь, так делай стенгазету. Мне твоя работа в таком виде нравится. Так что ты дерзай.

Воодушевлённый таким вниманием со стороны профессора, стал стараться сделать стенгазету, как можно лучше. В первую очередь, решил стенгазету украсить, после заполнять колонки заметками и статьями, которые подобрал из газет и журналов. Все это надо было тут как-то подвести к рабочим наброскам профессора, чтобы его не уронить окончательно в грязь лицом перед такой ответственной работой, как партийное поручение в оформлении стенной печать к ноябрьским праздникам.

Таким образом, больше возрасту в лице профессора, как художник и вполне здоровый человек, как бы лучше расположу его к себе. До самого обеда увлечённо рисовал. Иногда, мы с профессором обсуждали житейские дела. Профессор был осторожен в своей беседе со мной. Но делал вид, что не замечаю такого отношения к себе с его стороны. Без устали рассказывал профессору о своей службе в армии у берега Чёрного моря. Профессор посмеивался над моими забавными рассказами и подчёркивал, что у меня в армии была хорошая служба, есть что вспомнить.

Постепенно, профессор стал немного откровенным со мной. Он сказал, что ему очень понравился, как человек и как художник. Он будет беспокоиться о моём благополучии в пределах больницы и не позволит санитарам колоть мне аминозином. Такая заявка устраивала меня на время нахождения в психушке, но так не мог остановить Мамочку в её решении уничтожить психушку. Возможно, она погром устроит в праздники. Надо как-то уговорить Мамочку не делать погрома хотя бы в течение недели, а там...

- Профессор! Александр! - обратилась, Мамочка, через закрытую дверь. - Вы сегодня обедать будете?

- Чуть позже пойду обедать! Сейчас никак не могу. - сразу, отказался от обеда. - Мне нужно некоторые рисунки на стенгазете закончить. Вдохновение в творческой работе, как духовная пища художнику.

- Ты рисуй, схожу обедать. - сказал, профессор. - Тебя замкну, чтобы никто тебе не мешал работать.

Как только шаги профессора удалились от двери кабинета, тут же стал лихорадочно набирать номер телефона военкомата в Беслан, но у меня ничего не получилось. Набор номеров телефона сбрасывался. Тут вспомнил, что нахожусь в другом городе и позвонил через междугородный номер коммутатора. Телефон правильно набрал номер, но трубку никто не брал. Возможно, что в военкомате тоже обед и военком уехал обедать домой. Позвонил ему прямо домой. Дома тоже долго никто не брал трубку телефона.

- Илья Петрович! - сразу, стал говорить, как только подняли трубку. - У меня мало времени. Нахожусь в психушке на улице Камалова в Орджоникидзе. Меня посадили в неё за драку. Выручайте. Извините.

Едва успел положить трубку, как в замочной скважине двери закрутился ключ. Чтобы не вызвать подозрение у профессора, отошёл дальше от телефона. С обратной стороны стола стал макать свою кисточку в гуашь и раскрашивать давно раскрашенный крейсер "Аврора". Сделал вид, что сильно увлечён работой

- Забыл свои очки. - извиняясь за беспокойство, сказал профессор. - Так без очков совсем ничего не вижу.

- Мои рисунки все готовы. - сказал, профессору, когда он подошёл к двери. - Тоже пойду с вами обедать.

Проскользнул в дверь впереди профессора и поспешил в столовую. Мне надо было предупредить Мамочку, о том, что меня скоро выпустят из больницы, чтобы она пока не устроила в психушке никакой погром.

- Сегодня, завтра обязательно выйду. - шёпотом, сказал, ей. - Ты ни обезьяна, а человек. Поэтому, потерпи и не делай погромов. В Орджоникидзе общественность подниму в твою защиту.

Мамочка лишь успела кивнуть головой в знак своего согласия, как в этот момент в столовую вошёл профессор. Он заходил в умывальную помыть руки. Она в другом конце столовой стала собирать всю посуда в эмалированное ведро и затем вытирать обеденный стол, за которым ещё до нас обедали санитары. После обеда вплотную занялся оформлением стенгазеты. Мне не хотелось покидать психушку, не закончив свою работу.

Давно привык к тому, что честь превыше всего. Работа художника у меня всегда была, как честь мундира у русского офицера. Мои деды и дядьки, которые служили офицерами царской и советской армии, всегда говорили, что честь мундира офицера превыше всего. Если ты дал своё слово, то должен его сдержать при любых обстоятельствах. Так и в своей работе художника, как офицер в армии.

К ужину стенгазета была закончена. Профессор не скрывал своего удовольствия от моей работы. Профессор сказал, что выполнит любое моё желание в пределах больницы. У меня было только одно желание, это выбраться из психушки, но Илья Петрович что-то медлил с моим освобождением. Может быть, это не он взял, а его малолетние дети, то тогда все у меня пропало.

Дети могут подумать, что это была просто шутка и не скажут отцу о моём телефонном звонке. У них дома, на этот счёт, армейская дисциплина. Ведь все дети в семье родились в разных армейских частях.

В разных союзных республиках и в разных странах "варшавского договора". Но буду надеяться, что удача не оставит меня без внимания, выберусь отсюда. Надо только набраться терпения и не сорваться до освобождения из психушки. Лишь бы аминозин не вкололи мне.

- У меня есть желание. - ответил, профессору, укрепляя на стене стенгазету. - Читать газеты и журналы.

- Пожалуйста! Сколько надо? - довольный моим скромным желанием, ответил профессор. - Хоть все читай!

Профессор принёс мне в палату стопку газет и журналов. Положил их на мою постель. Мамочка закрыла мою дверь после профессора. Рабочий день закончился. За мной так никто и не приехал. Мне оставалось только ждать результата из Беслана или все-таки начинать устраивать большой погром в психушке.

- Саша! Уже вечер. Иди ужинать. - сказала Мамочка, открывая дверь моей палаты. - У тебя получилось?

- Пока нет. - ответил. - Что-то никто меня не хочет вытаскивать отсюда. У нас в запасе есть неделя.

- Ладно! Подождём. - согласилась Мамочка. - Неделя, это не прожитые годы, которые мучилась здесь.

Братья Жлобины, как всегда, дежурили в психушке. Хорошо знаю Орджоникидзе, но почему-то никогда не слышал такой фамилии и братьев не встречал на улицах города. Таких мордоворотов не мог не заметить, если бы они появлялись в Орджоникидзе. По возрасту братья Жлобины лет на десять старше меня.

У них должны быть семьи и дети. Но по ним не видно этого. Поведение и мышление братьев Жлобиных никак не связано с семейными людьми. Может быть, у братьев дома и семьи нет вообще?

- Где эти братья Жлобины живут? - спросил, Мамочку, когда санитары после завтрака ушли из столовой.

- Как где? - удивлённо, переспросила она. - Здесь! В больнице. Братья местного производства. Фамилии у них нет. Это за то, что они жлобы по своей внешности и по внутреннему содержанию, их с детства назвали братья Жлобины. Возможно, что они даже не братья. Старшего зовут Васей, который поменьше, тот Семён.

В больнице они санитары и производители себе подобных. Больных женщин насилуют, чтобы делать детей таких же, как они тупых. У братьев мышление в замкнутом пространстве. Кроме больницы и насилия они ничего не знают. Одно время они и меня насиловали. По силе не могла с ними сопротивляться. Тогда украла у профессора снотворное и аминозином.

В воскресный день, когда кроме санитаров и охраны никого не было в больнице, подсыпала братьям снотворное. Как только они уснули, ввила им большие дозы аминозином, раздела их догола. Избивала братьев кожаным ремнём до такой степени, что у них на теле не было живого места. Жлобины больше месяца отходили в палате. На них испытывали все имеющиеся в больнице лекарства. Конечно, все сразу подумали о том, что это моя работа.

Со мной беседовали профессор и главный врач. Им все рассказала, как они меня насиловали, когда становилась женщиной. Братьям Жлобиным сказали, что если они ещё раз меня тронут, то их самих будут постоянно колоть аминозином и проводить над ними разные опыты. С того времени осталась жить в нашем корпусе, а братьям Жлобиным выделили отдельно палату в гинекологическом корпусе. Это за кухней. Там живут роженицы и младенцы.

Жлобины так меня сильно боятся, что когда спят, даже в своей палате, то запираются на ключ. Едят и пьют в моё отсутствие, чтобы им больше ничего не подсыпала. Когда кушают, то постоянно капаются в продуктах, вдруг, ухитрилась опять тайком насыпать снотворное. Поэтому эти братья тебе сказали, что на все способна. Действительно по натуре такой человек, что тут могу даже убить своего обидчика.

- Вот, Жлобины, насилуют больных женщин, которые от них рожают. - осторожно, поинтересовался, когда она умолкла. - Дети рождаются нормальные или тоже бывают больными, как их мама и эти братья?

- Дети чаще рождаются жлобами, как отцы. - ответила Мамочка. - Их в праздники тебе покажу, когда в больнице никого не будет. Непригодных детей умерщвляют. Нормальных увозят совсем из больницы. Куда? Не знаю. В больнице остаются только жлобы. Их держат отдельно от нас. Из взрослых жлобов только двое, это братья-санитары Жлобины. Остальные жлобы маленькие, но скоро и они подрастут, как их отцы жлобы.

"Выходит, что выращивать образцы будущих воинов продолжают." - подумал сам. - "Только не от обезьян, а от этих двух братьев Жлобиных. Возможно, что эти Жлобины сами тоже гибриды от человека и обезьяны."

После ужина ушёл в палату. Мамочка замкнула меня в палате. Сразу погрузился в размышление о том, что может быть лаборатория усовершенствована современной аппаратурой по искусственному производству человека, которого можно подготавливать в его развитии в том направлении, которое понадобится данному правительству и политическому строю. Попросту говоря, здесь пытаются создать биологических роботом, солдат пригодных к войне, независимо от политического и социального направления.

У меня перед сном была полная апатия. Ничего не хотел. Мне все надоело. На журналы и газеты не мог смотреть. Подумал, что если меня завтра не вытащат отсюда, то тогда мы с Мамочкой в среду начнём обсуждать мероприятие по уничтожению этой фабрики выращивания воинов-жлобов. Было бы какое-то оружие или газ. Но у них даже кухня топится сухими электрическими тэнами, к которым нет никакого доступа. Включение и отключение кухни находится под контролем охраны. Может быть, это Мамочка знает доступ к чему-то горючему, чего мне не известно?

Ведь есть в психушке склад, куда таскал в первый день с машины продукты в ящиках. Возможно, что в этом складе есть кладовка огнестрельного оружия и боеприпас к нему. Не могут же охранники обходиться одним и тем же оружием, передавая его из рук в руки вовремя смены дежурства.

Должен быть какой-то, пусть маленький, арсенал местного значения. Туда бы добраться нам с Мамочкой. Тогда можно было бы захватить психушку без жертв и привлечь сюда внимание населения. Конечно, к этому арсеналу надо добраться. Если у Мамочки имеются ключи от кухни, библиотеки, лаборатории и от жилых помещений, то почему бы ей не иметь ключи от складов. Если Мамочка планирует уничтожить психушку, значит она, наверное, знает, чем. Тогда мы совершим побег и взрыв психушки. На следующее утро, после завтрака, вдруг, профессор, неожиданно, пригласил меня к себе в кабинет.

- У меня к тебе есть предложение. - прямо с порога, стал говорить профессор. - Ознакомился с твоим паспортом и навёл кой какие справки о тебе. Убедился в том, что ты вполне нормальный человек. Конечно, могу тебя, прямо сейчас, отпустить из нашей больницы. Но ты войди в моё положение. Такие люди бывают у нас очень редко. Имею в виду художников и физически здоровых людей. По закону, могу тебя оставить на карантине до сорока пяти суток.

Если о твоём месте препровождении в нашу больницу знают родственники. Так как о твоём месте нахождения не знает никто, то могу тебя держать всю жизнь. Никто даже не подумает, что ты можешь находиться у нас. Милиция о своём проколе не скажет, что вполне здорового человека они поместили в психиатрическую больницу.

Тех парней, которых ты покалечил, давно выписали из больницы. Милиция ими не интересуется, так как пострадали они, а не ты. Тебе выгодно сейчас отсидеться у нас. Ведь пострадавшие парни так все не оставят.

Они сейчас тебя всюду ищут. Так вот, давай мы с тобой договоримся, ты будешь у меня до тех пор, пока сделаешь все художественные работы по оформлению нашей больницы. Тут этим не занимались, возможно, лет двадцать.

Как только ты всю работу выполнишь, то тебе выпишу настоящий больничный лист. По которому тебе оплатят все, что положено по больничному листу. Заплачу тебе за твою работу по нашему договору. Чтобы твоя мама не переживала, договорюсь с военкомом города, что ты на учении в горах. Так что все будет нормально. Ты сдашь больничный лист по месту своей работы. Дома скажешь, что был в горах на военной переподготовке. У тебя подошёл срок после армии. Осталось только тебе принять моё предложение и приступать к работе у нас.

- Ничего не получиться. Даже при моём желании. - ответил. - С вашим больничным листом, извините за откровенность, из вашей психушки, меня и одного дня не будет держать на военном заводе, где сейчас работаю. Что касается военкома в Беслане, то это мой дядя, он, точно, на такое никогда не пойдёт.

- Как, дядя? - удивлённо, спросил профессор. - Осетин! Цалоев Илья Петрович?! Какой-то бред ты несёшь.

- Никакой ни бред. - возразил против. - Вы сами только что сказали, что вполне нормальный человек. Сестра моего отца замужем за Цалоевым. Выходит, что он мой дядя. Так все получается? У вас ничего не выйдет.

- Все так! - со злобой, процедил профессор. - Но ты далеко не умный человек. Если бы ты мне этого сейчас ни сказал, то, возможно, по моей оплошности, мог завтра быть дома. Но ты теперь будешь гнить здесь всю свою жизнь. После укола двойной дозы аминозинчика, как миленький будешь рисовать. Тут ни такие герой, как ты, были у нас и те поломались. Так что стоит тебе хорошо подумать о моём предложении по работе.

- "Пожуём, увидим" сказали дикари, когда на костре зажарили профессора. - глупо, с острил, перед профессором. - Вы за свои слова ещё отвечать будете перед законом, когда сам выйду из вашей психушки.

- Ты вначале выйди! - заорал, на меня, профессор. - Даю тебе на размышления одни сутки! После пинай на себя. Ты подумай, пока добрый. Санитары! Быстро! Посадить его в общую палату к больным! Посиди там!

Братья Жлобины схватили меня за шиворот, как щенка и потащили в вонючую общую палату к больным.

"Вот, действительно, дурак!" - подумал, на себя. - "Мог подписать фиктивный договор с профессором и питаться с профессорского стола до своего освобождения. Теперь придётся хлебать эту баланду из ведра. Мамочку тоже сильно подвёл. Как она тут сможет утроить погром одна без меня? Надо что-то придумать."

Однако понимал и другое, что моё согласие с профессором не отменило бы погрома. Мамочка не пошла бы на сговор с профессором, а в её глазах стал бы предателем. Мамочка теперь и меня уничтожит. Как же мне сейчас быть? Согласиться что ли с предложением профессора? Сказать профессору, что мол погорячился малость, извините, больше так с моей стороны не будет.

Может быть, профессор мне поверит? Только бы мне гадость не глотать из общего ведра, с вонючими больными. Как аминозином уколют, так все.

Сидел на полу в общей палате. Смотрел, как больные изображают своих "героев" из психушки. Сегодня обеденным столом в палате был другой толстяк, на которого мочился "гладиатор", с куриными перьями из подушки в волосах и обрывком какой-то тряпки, свисающей от плеч до пояса на его трусах. С другой стороны, на животе толстяка "математик" писал какие-то свои замысловатые формулы. Возможно, только что придуманные им самим.

Какой-то психический маньяк пытался через железную решётку добраться до дамы в телевизоре, рассказывающей ему о мире прекрасной любви. Неудачные попытки маньяка из психушки изнасиловать даму в телевизоре, так разозлили его, что он разделся догола и стал показывать даме свой срам. Но она спокойно объясняла ему о любовной терпимости к ближнему. Это окончательно вывело маньяка из себя. Он разбежался и со всех сил врезался в решётку. Струйки крови потекли из его пораненного тела.

Совершенно не соображая, маньяк из психушки взял больше разгон и так сильно ударился об решётку, что сразу упал без чувств. При виде крови больные подняли дикие вопли. В палату заскочили санитары. Больные сбились в кучу в противоположный угол от двери. Стали руками показывать на маньяка, залитого ручьями крови. Санитары сделали маньяку укол аминозином и потащили его в свой кабинет-медпункт.

Моё увлечение созерцанием происходящего в палате сократило время до обеда. Предчувствуя запах продуктов, больные почистили свой живой стол. Расселись вокруг живого стола в ожидании своего обеда.

- Что случилось? - удивлённо, спросила Мамочка, когда принесла в палату ведра с баландой.

- Профессор спровоцировал меня на скандал. - шёпотом, ответил. - Вот меня посадил в общую палату.

- Понятно! - тихо, сказала она, разливая по чашкам баланду. - Что-нибудь придумаю насчёт тебя.

- Мне гадость кушать не надо. - отказался, от баланды, когда Мамочка налила полную чашку.

- Сейчас тебе принесу хороший обед. Потерпи. - сказала она, укладывая облизанные чашки в ведро.

- Спасибо тебе! Но не надо меня выделять от этого коллектива. - отказался, от внимания Мамочки. - Они такие же люди, как и мы с тобой, только больные. Не нужно нам их обижать. Мне жалко всех этих больных.

То, что сравнил её со всеми людьми, это её обрадовало. Она вспыхнула румянцем на лице, измученном переживаниями жизни. Видимо у неё появилось желание выжить в этом кошмаре повседневной жизни, в которую её принудительно втянули с самого дня рождения. Возможно, что она поможет мне выйти. Она вышла с эмалированными вёдрами и облизанной посудой за дверь общей палаты. В коридоре какой-то непривычный шум, вместо привычной тишины, которая смертельно таилась в психушке. Это не было насильем братьев Жлобиных над больными женщинами. Там о чём-то спорили. Стал внимательно вслушиваться в шум через замочную скважину в двери и понял, что в коридоре есть посторонние люди.

- Мы требуем, чтобы вы показали все палаты! - услышал, мужской голос. - Есть точные сведения, что у вас под видом больного прячется агент иностранной разведки. Покажите нам больных. Мы сами проверим.

- Давно работаю в этой больнице. - возразил профессор. - Тут только душевно больные люди. Других нет.

- Если вы не покажите все палаты! - громко, требовал мужчина. - КГБ вынужден будет привлечь вас к суду.

По коридору забрякали двери и зазвенели ключи. Отошёл от замочной скважины, в которую стали толкать ключ. Дверь открылась. Увидел знакомого офицера из нашего военкомата. С ним были двое милиционеров и двое в штатском. Видимо, офицеры из КГБ. Офицер из военкомата сделал вид, что меня не узнал. Стал рассматривать всю палату. Но заметил, как он кому-то осторожно показал рукой в мою сторону.

Все пятеро мужчин вошли в палату. Стали подозрительно вглядываться в лица больных. Как истинный разведчик и больной психушки, забился подальше в угол палаты. По обстановке понятно, что меня сразу узнали, но они разыгрывали сцену разоблачения. Мне нужно было им подыграть.

Офицеры медленно обошли больных и стали направляться к выходу. Заволновался, что они меня действительно не признали среди больных. Мне хотелось рвануть куда-то в сторону, чтобы спровоцировать их на своё задержание.

- Вот он! Узнал его! - вдруг, сказал офицер военкомата. - Задержите его! Он напал на наших агентов КГБ.

Двое из КГБ набросились на меня с наручниками. Мне заломили руки за спину и потащили в кабинет профессора. Там находился весь персонал психиатрической больницы. Профессор был настолько растерян, что ничего не говорил, как-то странно разводил руками и жадно глотал воздух. У него, возможно, был приступ сердца, но мне не было жалко профессора. На его совести было много загубленных жизней.

- Мы сейчас составим акт задержания агента иностранной разведки. - командным голосом, сказал офицер КГБ. - Вы дадите свои показания и подпишите акт, как свидетели задержания агента иностранной разведки.

Офицер сел за стол профессора и стал писать. Все присутствующие стояли перед ним по стойке смирно. Даже профессор психушки очухался без помощи своих коллег, также стоял смирно рядом с офицером КГБ.

- Профессор! Пожалуйста! Расскажите подробно, как он попал в больницу? - спросил офицер КГБ.

- Утром пришёл на работу. - начал рассказывать профессор, нервно перебирая руками брюки и постоянно поправляя сползающие от переносицы вспотевшие очки. - Мне доложили санитары, что ночью из милиции привезли больного, который у переезда, возле Китайской площади, искалечил шестерых здоровых парней. Естественно, что в милиции его посчитали психом и привезли к нам в больницу. Три дня наблюдал за ним. Он показался мне вполне здоровым. Совершенно случайно, узнал, что он может прекрасно рисовать. Он мне даже стенгазету к ноябрьским праздникам нарисовал. Просмотрел его паспорт. Собирался отпустить домой, но он устроил балаган. Пытался оказать сопротивление моим санитарам. Мы его изолировали в палату особо буйных больных. Хотели вплотную заняться его лечением. Надо было как-то вернуть человека в обычное психическое состояние. Делили всё возможное. Но тут к нам приехали вы...

- Вы нам чуть всё не испортили! - хлопнув ладонью по столу, закричал офицер КГБ. - Шпион калечит наших лучших сыскных агентов, которые шли за ним по пятам. Вместо того чтобы сообщить нам в КГБ о таком человеке, вы пытались отпустить шпиона на все четыре стороны. Лишь благодаря нашим агентам, пострадавшим от него, мы вышли на вас. Как вам не стыдно?! Вы, генерал запаса! Ведёте себя, словно паршивый мальчишка. Мы будем разбираться с вами отдельно. Пришлю вам повестку в КГБ. Вы поняли меня?!

- Да, вы, что! - почти захлёбываясь, от приступа боли в сердце и от ярости, зашипел профессор. - Старый партиец! Лауреат Сталинской премии. За свою работу. Да вы знаете! Как вы можете так со мной поступать?

Профессор достал из внутреннего кармана своего костюма пробирку с таблетками. Одну таблетку положил в рот. Трясучими руками, со своего стола, запил водой из гранёного графина. Пробирку оставил в руке. Видимо, офицер КГБ решил больше не увлекаться своим спектаклем. Опросил сотрудников психушки присутствующих в кабинете. Записал показания в протокол или акт, как он сказал. Все стали расписываться.

- Не могу покинуть это заведение в таком виде. - категорически, заявил. - Пускай мне вернут одежду и документы. Требую, чтобы профессор письменно подтвердил о том, что психически не болен. Только в этом случае могу иметь своего адвоката на суде и давать показания службам КГБ вовремя допроса.

- Сейчас же, быстро, выполняйте эти требования задержанного! - приказал офицер КГБ. - Мы должны соблюдать его гражданские права. Так записано в документах конвенции Организации Объединённых Наций.

Профессор дал распоряжение своим служащим вернуть мне одежду, а офицеру КГБ отдать все мои документы. Офицер милиции снял с меня наручники. Стал переодеваться. Тем временем, профессор писал на своём бланке, что произошла ошибка. В психиатрическую больницу был доставлен вполне здоровый человек.

Профессор указал все мои данные, согласно записи в паспорте, письмо передал офицеру КГБ. Убедившись, что все необходимые формальности выполнены, меня в наручниках повели через ворота психушки.

Прямо у ворот стояла машина ГАЗ-69 с номерами военкомата в Беслане. Рядом вооружённые автоматами солдаты, которые сразу взяли меня под охрану и на виду сотрудников психушки силой посадили в машину. На улице стояли две машины. Одна милицейская. Другая, видимо, была из КГБ. Все расселись по своим машинам, повернули от психушки, в которой находился несколько мрачных дней своей жизни.

- Может быть, вы с меня наручники снимите? - спросил, солдат, когда мы чуть отъехали от психушки.

Солдаты молча передёрнули затворы автоматов и стволы поставили мне по бокам. У меня сразу по спине потёк холодный пот. В таком положении, когда по обоим бокам стволы автоматом, мне стало не до шуток.

"Может быть, меня действительно за иностранного агента приняли?" - подумал. - "Вот влип! Чего доброго, судить будут. Откуда мог знать, что бил агентов КГБ. Агенты меня сами спровоцировали. Ладно задержали бы. Они напали на меня с ножом! Тут что-то ни так. Ни на каких агентов КГБ они не были похожи."


6. Военные полигоны.

Пока раздумывал о происходящем, машины выехали за город и повернули в сторону селения Балта, а не в Беслан. Совершенно противоположная сторона Орджоникидзе. За городом машины повернули вправо и поехали за Лысую гору. До армии знал, что в Куртатинском ущелье и ближе, есть разные военные полигоны. Там проводят войсковые учения. Кавказского военного округа и гарнизона Осетии.

"Возможно, что там меня будут судить полевым судом?" - подумал за себя. - "Так раньше судили предателей."

Толком не знал, что такое полевой суд. Знал лишь, что это высший военный суд над предателями и изменниками Родины. Поэтому решил, раз это полевой суд, то, выходит, что тогда он должен проходить в поле.

Привозят в поле, зачитывают приговор и сразу на месте расстрел. Без дальнейшего разбирательства. Уже было собрался реветь перед смертью, но машины юркнули в расщелину между гор. Потянуло дымом костра и запахом шашлыка.

Прекрасно знал обычаи гор - там, где пахнет шашлыком, расстреливать не будет. Мои горькие мысли от слез, тут же переключились на пищу. Мне захотелось кушать шашлык и выпить, хотя бы пиво. Прекрасно понимал, что шашлык и арака в горах, это одно целое. Выходит, что сегодня в горах у меня будет хорошее застолье с военными. Иначе, зачем бы меня сюда везли высоко в горы.

Машины остановились. Солдаты надели мне на глаза плотную повязку. Вывели из машины, повели куда-то по тропинке. Траву со снегом ощущал даже через обувь. Затем, мы стали спускаться куда-то вниз по ступеням, сделанным из досок. Сразу стал мысленно считать ступени, которых было восемнадцать. Получается, что это военный блиндаж или командный бункер.

Такие подземные сооружения видел в армии, вовремя учения стран Варшавского договора. Мне приходилось в таких сооружениях делать наглядную агитацию и специальные художественные работы. Но сейчас меня привезли, ни в этих целях. Вот только, интересно, зачем именно?

Зачем тогда солдаты мне повязали на глаза повязку и не сняли с рук наручники? В самом низу неизвестного подземелья почувствовал запах осетинской кухни, шашлыка и араки. В этом помещении не было слышно разговоров, но почувствовал присутствие людей.

Солдаты осторожно расстегнули с отёкших рук наручники. Не спеша размял свои руки и резко сдёрнул с лица повязку. В командном бункере стоял огромный стол с продуктами и разной выпивкой. За столом были офицеры армии, милиции, тут же несколько человек в гражданском. Большинство присутствующих офицеров мне были знакомы.

- Ура! - закричали офицеры и захлопали в ладоши. - Поздравляем со свободой, узника психушки!

- Извините. - серьёзно, спросил, с кислым лицом, продолжая игру. - У вас тут вода имеется?

- Зачем тебе вода? - удивлённо, спросил генерал, стоящий рядом с моим дядей. - Что с тобой?

- Понимаете, такое дело, - смущаясь, ответил, - думал, что меня в горы везут на расстрел и на...

- И наложил со страха полные штаны! - не вытерпел, рядом стоящий со мной офицер. - Вот, парень, даёт!

Все дружно стали смеяться над моей шуткой и над приколом офицера, стоящего за столом возле меня.

- Нет! Вы неправильно подумали. - серьёзно, продолжил. - Напоследок в психушке забыл помыть руки.

Офицеры разразились смехом. Они прекрасно поняли, что сейчас их разыграл с психушкой.

- Выйди из бункера. Там наверху воды и снега, хоть утопись - сквозь смех, сказал, офицер-шутник.

И вправду хотел после психушки помыть руки перед едой. Тут же вышел из бункера на свежий воздух. В горах все ещё было светло.

Можно пару часов погулять, а там и домой мне пора. огляделся вокруг. На вычищенной площадке перед бункером стояли длинные умывальники с водой. Чуть дальше, военные и легковые машины, находились у самой кромке снежных бугров, которые дальше скребли военными бульдозерами от площадки и командного бункера.

Снегу было много, но погода была слегка прохладная. В такую погоду мы загорали в горах на снегу. У нас цвет кожи был какой-то стальной. Все говорили, что этот загар ультрафиолетовый из-за отражения солнечных лучей от снега. Говорят, такой загар, когда в меру, полезен.

- Ну, рассказывай, что у тебя там приключилось в психушке? - стали спрашивать меня, офицеры, когда после умывания опять вернулся в бункер к столу. - Это правда, что ты побил сразу шестерых агентов КГБ?

- Их было семеро. - серьёзно, ответил. - Шестерых точно побил, когда они меня пытались задержать кухонным ножом, а седьмой трусливо бежал с места драки. Пытался его догнать, но мне помешала милиция. Пострадавших отвезли в больницу, а меня в милицию. Там, в милиции, стали выяснять причину драки. Сколько нас было, которые побили шестерых агентов КГБ? Пытался им нормально объяснить, что был один, но милиционеры, никак не верили. Даже когда свидетели, вызвавшие милицию и скорую помощь, подтвердили мой рассказ, милиционеры мне не поверили. Меня это так сильно разозлило, что милиционеры вызвали себе на помощь парней из психушки. На меня надели усмирительную рубашки и отвезли...

Рассказывал свою правдивую историю, но все воспринимали это, как анекдот и смеялись от всей души. Даже рассказ о гермафродите Мамочке из психушки офицеры приняли, как мой розыгрыш над ними и все.

- Когда она была бабой, ты успел ей задрать юбку или, что у неё было, халат? - интересовался, капитан. - Ты хоть раз её трахнул?..

- Нет, не успел. - серьёзно, ответил. - В это время у Мамочки менялись половые органы. Мне было трудно определить, кто это, мужчина или женщина? Тут ваши люди мне все испортили. Вывезли меня из психушки.

- Ну, ты, молодец! Повеселил нас. - радостно, заметил генерал. - Тебе нужно было клоуном стать в цирке.

- Пытался поступить в цирк. - парировал ему. - Меня не приняли. Сказали, что им придётся из цирка многих клоунов уволить. Зрители лишь на меня будут ходить смотреть. Но все равно поступлю в цирк работать.

- Александр! Иди работать к нам в Комитет государственной безопасности. - предложил офицер КГБ. - Нам такие люди нужны. Мы тебя научим разным языкам. Будешь ездить по странам мира. Вести там разведку.

- Иначе обратно отправим тебя туда, откуда привезли. - шутил другой офицер. - Соглашайся!

- Нет, не могу! - серьёзно, отказался. - После моих драк, за рубежом, будут всегда проблемы. У вас лекарства не хватит лечить агентов ФБР и КГБ, а это уже будет вам международный скандал в самой разведке.

- Ты прав! - согласился сотрудник КГБ, наливая полный стакан араки. - Лучше ты поступай в цирк работать. Там от тебя больше толку будет. Нам будет интересно смотреть на тебя на арене.

Из военного полигона, с Ильёй Петровичем, мы выехали на "Волге" поздно вечером. Гора Казбек бросила огромную тень вечера со своей вершины на ущелье, в котором ещё находились мы. Водитель машины включил фары, освещая узкую полоску дороги, выводящую нас из расщелины между гор. Вскоре, мы вскарабкались на Лысую гору и помчались вниз к Орджоникидзе, который светился многими огнями.

- Все-таки, что произошло с тобой неделю назад? - спросил меня, Илья Петрович. - Расскажи подробнее.

- Рассказал в бункере всю правду. - ответил дяде. - Это ни моя вина, что все перевернули в шутку. Илья Петрович! Хотел бы помочь гермафродиту Мамочке в её проблеме. Она ведь человек, а совсем ни животное.

- К моему сожалению, тут мы пас. - ответил дядя. - Тебе самому крупно повезло. Если бы ни плановые сборы в горах, то тебя не смог бы вытащить из психушки. Эта организация засекречена. Ты разговаривал по телефону ни со мной, а со своей тётей Раей. Она позвонила мне на войсковое совещание в Орджоникидзе. После которого мы поехали в горы на банкет. Это генерал армии и сотрудники КГБ придумали розыгрыш с таким спектаклем на твою выручку, который ты видел от психушки до бункера в горах. Они сильно рисковали потерять свои погоны. Если бы все выглядело не естественно, то их могли уволить из КГБ. Так что считай, что ты в рубашке родился. Иначе, пришлось бы тебе гнить всю жизнь в психушке на Камалова.

- Но, как мне быть на военном заводе? - не унимался. - Не представлять же им справку из психушки, что там оказался случайно. После того, как сильно искалечил у переезда шестерых здоровенных парней.

- Тебе выпишу повестку, что ты находился на сборах в горах. - ответил военком. - Ты, правда побил парней?

- Опять двадцать пять! - разозлился на вопрос. - Мне что, в который раз опять повторять весь свой рассказ для вас?

- Ладно, тебе верю. - согласился дядя. - Только с психушкой помочь не могу. Это все очень сложно. Ты своей маме этого не рассказывай. Она не знает, что ты был в психушке. Дальше все уладим в военкомате.

Машина остановилась возле нашего дома. Попрощался с Ильёй Петровичем и водителем. Поднялся к себе на третий этаж. Мама была на работе. Это помогало как раз мне с развязкой. Утром уеду на работу.

- Если мама придёт домой в моё отсутствие, - сказал, брату Сергею, - то скажи ей, что был на армейских сборах в горах. Пускай спросит у Ильи Петровича. Там нет телефона. Поэтому не могли позвонить домой.

Лёг спать. За целый день сильно устал. К тому же был пьян. До утра надо было отрезветь. Утром, когда привычно проснулся в шесть часов, мама уже была дома. Она ещё спала после ночной смены.

Брат Сергей встал следом за мной и стал собираться в школу. Чтобы мама так рано не проснулась, мы ходили тихо и не разговаривали между собой. Ушёл из дома раньше. Мне надо было сходить в военкомат за повесткой и тут же ехать на военный завод "ФЭУ". Окончательно запутался со сменами работы на заводе и забыл, в какую смену должен работать после второй смены, когда была драка. Завтра у меня будет третья или первая смена работы? Собственно, для меня это все равно. Был на военных сборах далеко в горах.


7. Разборки с проблемой.

Возле военкомата ещё никого не было, когда пришёл туда. Сел возле беседки и стал ждать. Мне было хорошо известно, что военком на работу приходит за два часа до приёма посетителей, чтобы заранее подготовить все необходимые для работы документы. Приём у военкома лишь в десять часов утра. Выходит, что Илья Петрович в восемь часов придёт. Прямо отсюда поеду к себе на работу на военный завод "ФЭУ". Прошло всего пятнадцать минут, как пришёл, а военкомат весь бурлит. На работу службы все явились, только военком пока не приехал. Скорей бы Илья Петрович появился в военкомате на своём автомобиле. Он мог бы пешком прийти в военкомат. Живёт отсюда через улицу. Однако военную дисциплину надо соблюдать.

- Александр! Зайди в приёмную. - сказала в окошко, дежурная по военкомату. - Только старайся быстрее!

Не люблю, когда мной пытаются командовать. Тут ещё сержант военкомата. Совсем девчонка. Года на три или четыре, младше меня, а ставит из себя офицера военкомата. Пускай ещё подождёт меня салага.

- Товарищ, сержант! - шутя, отрапортовал. - Рядовой запаса гвардии, по вашему вызову, срочно явился!

- Явился не запылился. - передразнила меня, сержант. - Ты, что сразу ничего не сказал о своём приходе. Обязательно военком должен беспокоиться о твоих личных проблемах. Сейчас звонил Илья Петрович, спрашивал, это почему ты к нему домой утром не пришёл в семь часов. Сейчас он тебя на ковёр вызовет.

- Извините, товарищ сержант! - отдавая честь по стойке смирно, ответил. - Но вас не заметил, что вы меня не заметили, когда незаметно проходили утром мимо меня. Молодой, буду стараться исправляться. Насчёт военкома, то о времени прибытия он мне дома ничего не говорил. Тем более, утром к нему домой!

- Ладно! Хватит выпендриваться. - сдерживая улыбку, сказала сержант. - Получите свою повестку и быстрее мотайте вон на той машине, на военный завод "ФЭУ" в Орджоникидзе. Тебя давно машина ждёт.

- Хо-хо-хо! Какая она строгая. - забирая повестку, передразнил, сержанта. - Прямо аж страшно стало мне!

Девушка отмахнулась своей нежной ручкой, подарив мне на прощанье свою прекрасную улыбку. Побежал в сторону машины, указанной мне сержантом. То была вчерашняя машина ГАЗ-69, которая забирала меня из психушки. Поздоровался с водителем и сел на переднее место. Машина тут же рванула с места.

- Ты что, вдруг, рано в Орджоникидзе едешь? - спросил, водителя, усаживаясь удобнее на месте.

- Мне сейчас на полигон надо ехать. - объяснил водитель. - Военком сказал мне, забрать тебя туда по пути.

- Нет, уж! - возразил, водителю. - На полигон поедешь один. Мне нужно ехать на военный завод "ФЭУ".

- Мне все равно, куда тебя вести. - упрямо, сказал водитель. - Солдат спит или едет, а служба у него идёт.

- Так ты что, салага что ли? - удивлённо, спросил, водителя. - Ну, тебе повезло, такая служба блатная!

- Откуда это ты знаешь, какая у меня служба? - поинтересовался салага. - Ты же служил в другом месте.

- Ну, этого, военкома прекрасно знаю. - ответил, салаге. - Ведь он мой дядя. С ним тебе хорошо служить!

Парень сразу замкнулся и до моего завода не проронил ни единого слова. Словно ему что-то в рот напхал и запретил говорить в дороге. Мне, конечно, не следовало говорить, что военком мой дядя. Тогда бы мне с ним было весело ехать и, возможно, выудил бы из него интересную информацию, а так мы оба ехали молча. Только показывал ему туда направление, как ехать ко мне на работу к военному заводу "ФЭУ".

- Ты, парень, не тушуйся. Все будет прекрасно! - сказал, солдату, когда мы подъехали к военному заводу.

Салага кивнул головой и умчался на своей машине в сторону полигона за чертой Орджоникидзе. Постоял пару минут у центральной проходной. Затем приготовил документы и повестку военкомата.

Показал документы дежурной на КПП, к получению пропуска на территорию завода. Но меня не пустили.

- Извините! Должна все проверить. - в страхе и со слезами на глазах, сказала девушка. - Вас только вчера похоронили и уже, возможно, они вычеркнули из списка. Должна все доложить о вас высшему начальству.

- Как, похоронили? - удивлённо, спросил. - Вот, потрогай меня своими прелестными ручками. тут рядом с тобой и вполне живой.

Рыжеволосая девушка шарахнулась от меня в сторону и нажала ногой кнопку сигнала тревоги. Сигнал в тот же миг сработал и на КПП прибежал наряд вооружённой охраны. Меня блокировали со всех сторон и направили в мою сторону карабины. Мне осталось только поднять руки и ждать прихода начальства завода.

- Вы кто такой? - спросил меня, старший офицер охраны. - Почему врываетесь без пропуска на завод?

- Здесь работаю! - удивлённо, ответил. - Эта золотая девушка говорит, что давно труп. Но вполне живой, чего и вам желаю.

Офицер взял у дежурной на КПП мои документы. Внимательно стал разглядывать со всех сторон каждый листок документов. После чего потрогал лоб девушки, которая продолжала дрожать от страха, как листик. Конечно девушка ни в чём не ла виновата. Это кадровые службы во всем виноваты. Теперь всё на неё свалят.

- Вы, наверно, сильно перегрелись в этой кабине. - сказал офицер, девушке. - Сходите провериться к врачу.

В душевой мой шкаф был занят женской одеждой. Офицер вакуумной гигиены внимательно посмотрела на мой пропуск и затем сама пошла за моей белой заводской одеждой. Давно привык переодеваться голиком в присутствии женщины, офицера вакуумной гигиены, которая присутствовала в душевой всегда, чтобы никто не нарушал порядок вакуумной гигиены. Не проходил в собственной одежде на территорию своего отдела.

Вдруг, офицер вакуумной гигиены тоже разделась до гола, прошла под душ рядом со мной. Конечно не ожидал такого поворота событий и поэтому ни знал, как дальше поступать наедине с дамой под душем. Ведь эта дама офицер при исполнении служебных обязанностей?!

- Мне нужно провести контроль вакуумной гигиены в вашем отделе. - объяснила она, мне, своё раздевание, вернувшись замкнуть входную дверь из общего коридора. - Перед праздником мне тут надо все проверить.

Раздетый стоял под душем. Она тоже совершенно голая стала купаться совсем рядом со мной, словно другие душевые не работали. Старался не смотреть на неё, чтобы не возбуждать себя. Но она была так прекрасна своей наготой, что не выдержал и вспыхнул весь необъятной страстью. Женщина, видимо ждала этого момента, осторожно коснулась пальцами моего члена и тут же притянула к себе. В этот момент окончательно потерял свой разум перед ней.

Мы стали страстно заниматься любовью под душем. Когда наша взаимная страсть была удовлетворена, мы некоторое время стояли рядом под струями тёплой воды, лаская друг друга. Вскоре опять возбудился. Мы вновь стали страстно заниматься любовью под душем. Когда мы окончательно потеряли силы заниматься любовью, женщина быстро надела свою форму и вышла в общий коридор.

Замкнула двери с другой стороны на ключ. Так и не понял толком, зачем она это сделала. Может быть, у неё давно не было связи с мужчиной, она соскучилась по мужской плоти? Как бы то ни было, но заниматься вакуумной гигиеной у нас в отделе женщина не собиралась. Просто она уловила момент, что мы вдвоём в душевой, обнажённые мужчина и женщина.

В начале смены никто из службы не подумает прийти в душевую. Кроме того, ключи от душевой находятся у офицера вакуумной гигиены. Мне некуда спешить, моё рабочее время идёт, как у того солдата, который спит вовремя службы. Постоял тут под душем, чтобы ослабиться от сношения с дамой. Затем медленно оделся и пошёл к себе на работу.

- О, Саша! Как хорошо, что ты пришёл! - радостно, встретил меня Шурик, когда позвонил в двери нашего отдела. - Один совершенно зашился. Проходи. Тут такие ужасные дела были. Ты тоже пропал неизвестно куда. В воскресенье нашли на городской свалке труп Москвичёва. Меня в милицию таскали. Думали, что это моя работа, но у меня было полное алиби.

В субботу и в воскресенье мы ездили от завода в Тбилиси на экскурсию. По канатной дороге на трамвайчике поднимались на фуникулёр. Катались на поездах метро. Посетили множество старинных замков и крепостей Тбилиси.

Вечером помылись в старинных банях в старом Тбилиси. Вернулись обратно домой в Орджоникидзе, в двенадцать часов ночи. Москвичёва нашли убитым в воскресенье днём, а в субботу вечером он был дома живой. Менты оставили меня в покое. Не мог одновременно быть на экскурсии в Тбилиси и убить в то же самое время Москвичёва Сашку в Орджоникидзе. Тогда милиция занялась тобой. Опять меня вызывали к себе в милицию. Все спрашивали о тебе. Интересовались, какой ты по характеру. Где ты сейчас скрываешься...

- Ладно, Шурик! - остановил, друга. - Поговорим вовремя перерыва. Москвичёв получил то, чего он постоянно добивался. Мне все равно, кто его убил и как. У меня тоже есть полное алиби на все прошедшие дни.

Шурик пошёл в кабину музыки. Занялся ремонтом аппаратуры. Шурику действительно досталось в работе за эти дни моего отсутствия в отделе. Когда мы работали втроём, главный инженер завода сказал нам, что постепенно, ни останавливая производство приборов, мы заменим японскую, поточную линию, на карусель, разработанную советскими специалистами. Новая система позволит экономить время выпуска приборов и не допустит появления брака.

Дело в том, что при поточной линии все приборы приходили до конечной точки, там их упаковывали. Такой метод работы накапливал на запасном столе отбраковку и не законченные приборы, что сильно мешало работе отдела. Карусель позволяла поставить дополнительный стол отдельной отбраковки прибором. Несобранные приборы можно было пускать в сборку кругу карусели.

Таким образом, не останавливая поточную линию, мы ставили карусель по всему кругу отдела. Оставляя поточную линию в центре. Часть карусели была установлена. Но с последними событиями в отделе, Шурик остался один. Шурик физически не мог собирать карусель, следить за процессом работы, проводить текущий ремонт, обслуживать музыкальную кабину и так далее.

Главный инженер завода, мастер производства Сергиенко Сергей, мастера и наладчики электронного оборудования других смен, тоже принимали участие в сборке карусели. Но основные работы были возложены на наш коллектив, так как в других отделах завода были только девушки, которые не могли выполнять физические работы, а мужчины основных служб завода работали лишь в первую смену. Возможно, что поэтому главный инженер был против увольнения Москвичёва. Так как у нас катастрофически не хватало специалистов по наладке линии оборудования ЭВМ. Когда наступил обед и наш отдел пошёл в столовую, девчонки весело приветствовали мой приход на работу. Они даже не вспоминали гибель Москвичёва. Так он был неприятен девчатам, за время работы с ним.

- Мы уже составили график. - шутили девчонки. - У кого ты будешь нарушать девственность через два года. Когда мы станем мастерами, с нас снимут табу-запрет на любовь с мужчинами. Так что ты набирайся сил.

- Готов к вашему графику подключиться в любое время. - шутил с ними. - Прямо сегодня. С вашего согласия.

- Можешь прямо сейчас приступать к своим обязанностям. - хихикали девчонки, подмигивая мне.

Моё сердце было наполнено радостью встречи со своими подружками. Девчонки, как весенние пташки, щебетали над моим сознанием сохранившейся жизни, которую едва не утратил за время пребывания в психушке. Готов был выполнять любые желания этих прекрасных созданий природы, чтобы только постоянно слушать звонкие голоса девчат, которые понимали мою душу и веселили её, наполняя радость жизни.

- До меня дошёл слух, - сказал мне, Сергиенко Сергей, после обеда, - что кто-то сильно побил друзей Москвичёва. Да так сильно, что они были в реанимации, а двое и сейчас в гипсе. Ты знаешь, кто это сделал?

- Нет! Не знаю, кто это сделал. - ответил ему. - Если они такие, каким был Москвичёв, то их правильно покалечили. Так им надо. Умней станут. Следующий раз не будут себя плохо вести в отношении других людей.

- Ну, а где ты был все эти дни? - как на допросе, спросил Сергиенко Сергей. - Может быть, это ты их всех?

- Нет, ты, прямо, как прокурор! - разозлился на СС. - Меня военные забрали прямо от нашего завода. Все эти дни был на военных сборах в горах. Если не веришь мне, то ты можешь в конторе мою повестку проверить.

Сергиенко и Шурик, больше ни стали меня, ни о чём спрашивать. Мы продолжили свою работу. После смены обратно пошёл на тот полустанок, куда ходил всегда. У переезда меня приветствовали железнодорожники, словно ничего не случилось. Когда подошёл мой поезд, сел в ближайший вагон. В тамбуре стоял незнакомый мне парень и курил сигарету. Прошёл мимо него. Но только шагнул в вагон, как этот парень из тамбура нанёс мне удар ножом в спину. Вовремя моего шага в вагон поезд резко тормозил, и по инерции качнулся в вагон.

Очевидно, что торможение поезда спасло меня. Нож скользнул лезвием по самую рукоятку у моей спины под куртку и застрял там. Нападающий парень, возможно, решил, что зарезал меня и тут же выпрыгнул из вагона. В этот момент проходил встречный поезд. Парень попал прямо под колесо товарного поезда. Выглянул из тамбура. Брызги крови и куски его тела разлетелись во все стороны. У меня слегка побаливала спина. Видимо, он все же зацепил меня ножом.

Снял свою куртку. Нож торчал в куртке. Чтобы не оставлять своих отпечатков пальцев, вытряхнул нож с куртки наружу из вагона. Затем одел куртку и прошёл в вагон. Вагон был наполовину заполнен людьми. Все занимались своими делами. Читали газеты и журналы. Ели пирожки и бутерброды. Просто разговаривали между собой. Очевидно, что никто из них даже не заметил происшедшего всего в нескольких шагах. Вполне возможно, что все так было.

Между дверью вагона из тамбура и салоном самого вагона маленький коридорчик, который ни даёт видимости из салона вагона. Происшедшее мог увидеть тот, кто вошёл в вагон из противоположного тамбура. На этом полустанке вошёл один. Больше никого на платформе не было. Гибель парня не увидели. Чтобы не светиться разодранной сзади куртки, сел прямо у входа на свободное место и стал безразлично смотреть в окно. Там за окном была осень. На смену яркой однообразной зелени лета в природе, пришла палитра разноцветной осени.

Стаи перелётных птиц устремились в тёплые края, увлекая за собой новое поколение, выросшее здесь. Задумался над происшедшим в тамбуре. Не могу понять почему, но в то время думал ни о собственной жизни, а об разодранной на мне куртке. Возможно, это по той причине, что эта японская куртка, вязанная из темно-синих ниток шерсти, была очень дорогой. Вовремя службы в армии мне её подарил один грузин, которому рисовал дома плафон на потолке под лампочкой.

В это время куртка была самая дорогая и самая модная вещь. В магазине куртка стоила сто рублей, а на барахолке пятьсот рублей. Кто носил такую куртку, считался самым модным и самым богатым человеком, который имеет связь за "бугром" или, хотя бы, за пределами Кавказа, что многим кавказцам, по тем временам, считалось одинаково сложно и далеко. Поэтому мне было жалко такую ценную вещь. Такую куртку не мог себе купить.

У меня зарплата не позволяла этого сделать. Все мои деньги уходили на содержание братьев-близнецов. Мама получала всего восемьдесят рублей в месяц. Маминых денег нам едва хватало на питание. Одежда у нас была вся рванная. Ехать на конечную остановку не решился. Наверняка, на станции знают о гибели парня.

Сейчас начнут искать того, кто сбросил парня с вагона под колесо товарного поезда. Тут ещё буду светиться с разодранной курткой. Конечно, подозрение сразу упадёт на меня. По этой причине вышел из поезда на полустанке посёлка Шпального завода в противоположную сторону. Демонстративно направился в сторону центра города. Если меня кто-то запомнил, то милиция будет меня искать в самом центре Беслана.

Как только скрылся поезд, тут же рванул бежать в сторону посёлка, в котором жила моя тётя Надя, мамина средняя сестра. Надо было зашить сзади куртку или, ещё лучше, взять куртку у двоюродного брата Женьки, который по комплекции почти такой же, как. Лишь бы тёти Нади не было дома. Она у нас очень любопытная. Сейчас начнёт выяснять, что случилось, кто меня порезал? Проведёт своё расследование. Не тётка, а агент Бонд 007.

- Где это тебя угораздило так разодрать куртку? - сходу, спросила тётя Надя, к моему сожалению, она была дома. - Прямо, словно, тебя кто-то ножом полоснул по спине, до самой задницы. Наверно порезал спину.

- Прозевал вашу остановку. - начал, выкручиваться. - Стал прыгать с поезда на ходу. Вы же знаете, как высоко от ступеней вагона до земли за платформой. Вот, за ступени и зацепился. Разодрал всю куртку.

Показал любопытной тёте Нади свою спину и зря это сделал. Так подозрения больше увеличились.

- Чего ты, вдруг, решил к нам заглянуть? - стала допытываться тётя Надя, сочно смазывая мне зелёнкой поцарапанную спину. - То тебя неделями у нас не бывает, а это, вдруг, появился. Может быть, что-то случилось? Ты пытаешься замести следы преступления у своей тёти. Так выкладывай сразу, что случилось.

- Нет! Тётя Надя! Да вы, что так думаете? - начал оправдываться. - Ведь праздник послезавтра! Мы уже давно семьями не сидели за столом. Вот и решил. Возможно, что-то надо к празднику в Орджоникидзе купить. Возле нашего завода новый гастроном открыли. Товара много разного. могу что-то купить.

- Ты мне зубы не заговаривай. - не унималась, детективная тётя. - Когда ты неделю болтался на военных сборах в горах, за тобой из Орджоникидзе милиция дважды приезжала. Милиция по домам к людям на экскурсию не ездит. Ты лучше раскалывайся. Что там натворил? Тебя никому закладывать не буду.

- У милиции такая работа. По домам искать преступников. - разозлился. - Когда был в горах, то зарезали моего сослуживца по работе. Мы с ним перед этим подрались. Вот на меня подозрение и упало. Милиция и к другому моему напарнику ходила с допросом. У нас обеих есть алиби, что мы сослуживца не убивали. Мой друг был в эти дни на экскурсии от нашего завода в Тбилиси, а в горах на военных сборах...

- Ладно! Хватит оправдываться. - сказала тётя Надя, заканчивая зашивать мою разодранную куртку. - Тебя не собиралась сдавать в милицию. На праздник мы и без тебя все купили. Но только ты не забывай, что собирался к нам на праздник прийти. Ведь ты из-за куртки к нам пришёл. Честно признайся своей тётки.

Больше ничего ни стал говорить своей любопытной тёти, надел куртку и пошёл пешком домой. От Шпального посёлка до нашего дома три километра по шпалам. Двадцать минут моей ходьбы. Пошёл домой через посёлок и шпальный завод, это было в два раза дальше. Мне хотелось растянуть время для того, чтобы к моему приходу все страсти на станции улеглись.

Ведь мы живём всего метров двести от станции. Когда там что-то случается, так шорохи наводят вокруг всей станции, на каждой ближайшей улице. Конечно, обрызганный кровью вагон заметили и наделали много шума. Тут явлюсь, пускай даже с зашитой курткой. Начнутся допросы. Где и что делал? Почему вышел у Шпального посёлка, а не дома на станции? Надо будет подбирать себе алиби, чтобы меня не упрятали за решётку за то, чего не совершал.

- Тебя только что милиционеры спрашивали. - хором, сказали мне, мои братья-близнецы, Сергей и Юрка. - Спрашивали, когда ты бываешь дома и где был последние дни. Мы сказали, что ты сейчас на работе на военном заводе "ФЭУ" в Орджоникидзе. Прошлую неделю был в горах на военных сборах. После работы приезжаешь в разное время, то сразу, то после кино. Милиционеры ушли. Сказали, что ещё придут.

- Молодцы! Все правильно сказали. - поблагодарил, своих братьев. - Остальное, дома все у нас в норме?

- Дома? Да! - ответил Юрка. - Вот только на станцию пришёл поезд из Орджоникидзе. В крови весь третий вагон. Говорят, что сбросили парня с поезда под товарный. Парня разорвало на мелкие кусочки.

- Это, конечно, печальный случай. - с горькой гримасой, заявил. - Но, что поделаешь, такова наша жизнь. Надо быть аккуратным в своих поступках. Тогда человек может жить долго и не пострадает от чего-то.

Мои слова прозвучали так, словно сам себя предупреждал об этом. Мне действительно стоило подумать над происходящими событиями вокруг меня за эти последние две недели. Например, кто был этот сегодняшний парень - бывший друг Москвичёва, который решил меня прикончить за своих искалеченных друзей и за смерть Москвичёва? Но мог сесть и в другой вагон. Тогда бы нападения на меня не произошло. Получается, что парень был маньяк, либо завистник, который просто хотел разрезать мне куртку, так как такую себе он не мог приобрести.

Возможно, это он подумал, что богатый и хотел ограбить меня в вагоне? Ну, допустим, что с этим разобрались. Вот только, кто зарезал Москвичёва? Шурик был в Тбилиси. Сидел в психушке, для всех был в горах. Мы оба отпадаем. Да и едва ли Шурик мог зарезать Москвичёва, который два года издевался над Шуриком, а тот даже голоса на него не мог повысить.

Можно сделать один вывод. После того, как друзья Москвичёва были искалечены мной, то они решили отыграться над Москвичёвым за свой провал по расправе со мной. Возможно, что парни опять искали меня и Шурика, но мы отсутствовали в Орджоникидзе. Вот тогда парни прирезали Москвичёва, как вонючего шакала, который поганил всем жизнь.

Есть, конечно, другой вариант, это то, что Москвичёв не смог уплатить своим друзьям за нападение на меня. Ведь не могли же парни просто так напасть на меня. Тем более, Шурик говорил, что у Москвичёва есть купленная орава парней для всех разборок. Собственных денег у Москвичёва не было. До зарплаты Москвичёв задолжал друзьям и у него собирались высчитать с зарплаты за разбитое стекло на заводе у проходной. Кроме того, на Москвичёва завод решил подать в суд, где Москвичёв мог расколоться против своих друзей. Видимо, у папы и мама, Москвичёв был один ребёнок, который часто пользовался родительским кошельком, а тут ему каналы к деньгам перекрыли. Вот его друзья убили за это.

Тем не менее, это всего лишь моё определение. Попытался рассмотреть происходящее со всех сторон восприятия моим разумом, в данной ситуации, происходящих вокруг меня событий. Но все события, случившиеся когда-то, можно узнать от свидетелей. Примером тому, это моя драка у переезда с шестью парнями. Как говорили, дедушка Гурей и бабушка Маня, что пустота тоже глаза имеет, только её надо хорошо расшевелить и дать голос. Пустота вам такое расскажет! Что у вас волосы дыбом встанут! Опять-таки, все говорит о том, что кто-то драку видел. Возможно, когда-то, мы узнаем всю правду про убийство Москвичёва.

Однако мы оставим своё определение на совести свидетелей. Пускай они, позже переносят свои муки колебания на почву здравого разума, способного определить дальнейшее действие мысли. Полагаю, что у меня самого есть настолько огромная проблема, связанная с увиденным в психушке, что мои свидетельские показания мало помогут жителям этого страшного заведения.

Думаю, что у любого человека, которому расскажу о том, что мне довелось увидеть, услышать от Мамочки и прочитать в лабораторных книгах, посчитают, что мой разум был воспалённый аминозином. За такую информацию меня либо отправят обратно в психушку или посадят надолго в тюрьму за клевету на советский строй, а точнее, за клевету на свою Родину. Следовательно, мне надо хорошо подумать. В подобных случаях скороспелые показания лично для меня трагичны.

Своим языком без мыслей, в беседе с профессором психушки, едва не погубил сам себя. Хорошо, это что вовремя пришли мне на выручку посланники военкома. Мне надо найти влиятельного человека, который внимательно отнесётся к моим словам. Рассматривая проблему вдвоём, мы скорее придём к решению подобного вопроса и огласке происходящего в психушке.

Выходит, что небезопасно и для свидетелей наобум оглашать все, что придётся увидеть. В данном случае, мой пример. Ни все нужно оглашать людям, так можно ни только свободы, но и жизни своей лишиться. Надо мне тут хорошо подумать.

- Саша! Мы совсем забыли! - прервал мои мысли, брат Юрка. - Тебе письмо из Москвы пришло.

Юрка протянул мне продолговатый конверт, на котором стоял штемпель с адресом Заочного Московского университета искусств, в котором учился на заочном отделении изобразительного искусства.

Вскрыл конверт и прочитал текст, в котором было написано, что меня приглашают принять участие в выставке любителей народного творчества, которое состоится в Москве в последних числах ноября 1970 года. Отборочный конкурс, с 15 по 20 ноября 1970 года. Дальше, перечислялись все виды возможных творческих работ и правила конкурсного отбора работ на выставку любителей народного творчества в Москве.


8. Побег с Кавказа.

Решение пришло сразу. Надо срочно ехать. Там, в Москве, надо найти человека, которому можно будет доверить всю тайну психушки. Тут же приготовил все свои вещи, которые могли поместиться в кожаную сумку. Из своих работ, отобрал картину, написанную маслом и чеканку. Возможно, что даже эту цель своей поездки больше связывал с проблемой психушки, а не собственного творчества в изобразительном искусстве, которым давно не занимался дома. Даже думал оставить учёбу в этом заочном университете. Утром, с первым поездом поехал на военный завод "ФЭУ". Хотел быстрее разобраться во всех проблемах. Первым долгом дождался главного инженера завода, который приезжает на работу раньше всех.

- Ты меня окончательно зарезал! - взволнованно, воскликнул главный инженер, читая письмо из Москвы и моё заявление на отпуск. - Тебя не имею право отпускать, ни при каких условиях. Поставим вопрос так. Либо ты остаёшься на заводе и никуда не едешь. Либо тебя увольняю и тем самым развязываю себе руки. Иначе, меня самого уволят с работы за потерю нужных специалистов. Ты подумай над этим хорошо!

- Продиктуйте удобное вам заявление о моём увольнении. Напишу. - сразу, не задумываясь, ответил.

- Хорошо! Тебе виднее. - сухо, согласился главный инженер. - Пойдём в кабинет. Там напишешь.

Главный инженер дал некоторые распоряжения пришедшим на работу специалистам. Мы пошли в его кабинет, который находился на втором этаже административного здания. В кабинете мы больше не обсуждали проблему моего увольнения. Написал своё заявление так, как было удобно обеим сторонам. В главной причине своего увольнения сообщал о своём стремлении дальше развивать собственное творчество в области изобразительного искусства.

Такое заявление действительно снимало ответственность за утечку кадров с военного завода "ФЭУ". Протянул написанное мной заявление главному инженеру. Он внимательно прочитал его и тут же подписал. Затем позвонил в отдел кадров и сказал, чтобы расчёт провели без задержки. Так как уволенному, необходимо срочно ехать в Москву, согласно представленного им письма. Поблагодарил главного инженера за оказанное мне внимание и пошл оформлять свой расчёт.

В конце рабочего дня стоял у кассы завода, чтобы получить полный расчёт. В это время рядом со мной проходили девушки нашего отдела. Делали вид, что меня совсем не замечают. Мне самому было не по себе. Чувствовал себя предателем перед прекрасными созданиями. Как мог им объяснить, что у них будет все прекрасно и без меня? В то время как другим нужна моя помощь.

Притом, если бы мой рассказ и опасности, которым подвергаются больные люди в психушке, принесли пользу девушкам, то, возможно, что в этом был бы какой-то смысл, но на самом же деле все обстоит совершенно по-другому. Красивые не поймут, что рядом с ними существует мир безобразных людей, которые прекрасны своим разумом.

Ведь, только Мамочка могла понять меня по-настоящему в трудные дни моей жизни в психушке. Все остальные видели во мне художника пригодного к наглядной агитации психушки и комика побывавшего несколько дней в психушке. Вполне очевидно, что девушки превратили меня из героя дня в чудовище. Возможно, что так поступил бы и тоже, если бы меня бросили? Однако обсуждать мою проблему сейчас было бесполезно. Поэтому и недоумеваю. В самом деле, ведь девушки тоже меня бросили в беде, они даже не поинтересовались о причине моего ухода с завода. У меня также могли быть уважительные причины. Мало ли что бывает в жизни у людей. В этом вижу лишь то, что незнание проблемы бывает причиной проявления невежества даже среди лучших друзей.

Похоже, что люди сами не ведают того, что творят зло ближнему по незнанию причин происходящих рядом событий. Но не стану, же их обвинять в том, чего они не знают. Их тоже надо как-то верно понять. Ведь они тоже все на меня рассчитывали, а, выходит, подвёл их всех.

- Шурик! Постой! - крикнул, другу, когда вышел за пределы завода. - Пойдём, на прощание пиво выпьем.

- С предателями пиво не пью и не хочу знать. - не поворачиваясь, буркнул Шурик, направляясь к трамваю.

- Когда у твоего живота дважды останавливал металл, ты не говорил мне, что предатель. - крикнул, ему вдогонку. - Когда меня дважды пытались убить из-за тебя, тоже не подумал, что это ты, а ни, предатель. Можешь не поворачиваться, но запомни, это скоро и тебя коснётся, когда ты останешься совсем один.

Отвернулся и быстрым шагом направился в сторону площади "Революции" на свой переезд. Во мне все кипело от злости, что именно из-за него попал в психушку. Именно из-за него меня дважды пытались убить. Он сам предал меня, как последний вонючий шакал. Если его где-то увижу, то размажу по тротуару. Пусть мне только попадётся. Всякое ему мог простить, но он! Как он мог так со мной поступить?! Зараза! Тюфяк с дерьмом! Лучше бы его прирезали! Мне искренне его было жалко, а он оказался таким!..

В этот момент кто-то тронул меня за плечо. До такой степени был напряжён, что как пружина развернулся и со всех сил врезал по физиономии идущего сзади меня человека. Однако тот устоял. Совершенно обезумевший, нанёс второй удар в бок стоящему и тут же получил от него такой сильный удар в челюсть, что если бы мои зубы не были стиснуты от злости, то разлетелись бы по всему тротуару. Получив удар в челюсть, устоял, но отскочил в сторону и принял позу обороны, чтобы продолжить свою драку с незнакомым противником. Каково было моё удивление, когда увидел перед собой разбитое в кровь лицо Шурика.

- Может быть, мирно поговорим? - предложил мне, Шурик. - Иначе милиция нас сейчас заметёт.

- Ладно! Пойдём, поговорим в стороне. Куда-нибудь подальше. - согласился, трогая распухшую челюсть.

Пару сотен метров мы шли не разговаривая. Шурик промокал носовым платком своё разбитое в кровь лицо. Держал рукой распухшую челюсть, которая увеличивалась так, что боялся её потерять по дороге. Встречные люди разглядывали наши разбитые лица. Мне даже было неприятно это обозрение. Вырос с такого возраста, когда синяки украшали меня. Сейчас мне было бы интереснее, если бы синяки украшали после меня кого-то другого. Вот, Шурика. Хотя сейчас, при таких обстоятельствах, мы были с ним равны. По русскому обычаю нам стоит отметить такое событие, которое сразу в корне изменило характер Шурика.

- Мы, что, так будем ходить по городу с разбитыми лицами? - спросил Шурик. - Лучше поедем к нам домой. Наведём марафет. Тебе надо сделать примочку. Вся челюсть у тебя отвисла. У меня тоже лицо в крови.

- Поехали. - согласился с ним. - Только без водки мы с тобой сегодня не разберёмся вообще. Зайдём в магазин.

Возле площади Революции мы взяли по одной бутылке водки в гастрономе и сели в автобус. Попутчики в автобусе посторонились от нас. Наш вид и по бутылке водки у каждого в руках не внушали нам никакого доверия. Чтобы обстановка в автобусе не накалилась до драки при виде наших бутылок. Мы спрятали бутылки под свои куртки. На то у нас были причины.

Несмотря на то, что по календарю, в старом и в новом стиле, крейсер "Аврора" пальнул по Зимнему дворцу в совершенно другое время суток, но, пролетариат нашего Орджоникидзе начал отмечать дату досрочно. Мы тоже решили поддержать пролетариат и отметить праздник досрочно.

Поэтому вид бутылок омрачал разум даже самых стойких пролетариев нашего города. Мы не хотели, чтобы нас разрисовали до того, как мы сами примем водку грамм по двести на душу. Отсюда вытекала проблема упаковки нашего товара. Если бы нам в гастрономе бутылки положили в какой-то пакет, то не пришлось бы их прятать за пазуху в куртках. Дом Шурика оказался также, как и мой, на улице Маркова и близко от станции. Даже номер домов совпадал. Разница была в том, что его дом был барачного типа, а у нас четырёхэтажный дом современного типа.

- Это кто вас так "разрисовал"? - испугано, спросила мама, Шурика. - Вроде трезвые, а битые оба.

- Мама, это мы сами наткнулись друг на друга. - успокоил Шурик, свою маму. - Нам надо такой случай отметить. Мы друг друга знаем больше двух лет, а за столом вместе ни разу ни сидели. Саша уезжает в Москву.

Посмотрел на часы. Был уже седьмой час. Предварительная касса вокзала работает до девяти часов вечера. Если сейчас билеты на поезд не возьму, то придётся брать только после праздников. Это поздно.

- Шурик! Пока тут на стол накрывают. - сказал, другу. - Мне надо сбегать за билетом на поезд до Москвы. Ведь праздники будут три дня с выходными. Предварительная касса на поезд будет закрыта все эти дни.

- Нет, уж! Тебя сегодня не отпущу. - остановил меня, Шурик. - Вот, братишка Толик, за билетом сбегает. В предварительной кассе вокзала наша родственница работает. Толик тебе билеты возьмёт на любой поезд.

- Хорошо! - согласился с ним. - Пускай только на девятое ноября берет билет, это понедельник. Лучше в купе скорого поезда "Орджоникидзе-Москва". Мне после праздников нужен будет ещё отдых и сборка в дорогу.

Отдал подростку три красных червонца. Пацан скрылся за дверью комнаты. Тем временем, сестра Шурика оказывала нам скорую помощь. Ссадины на лице Шурика, от моего кулака, смазала йодом. Мне сделала холодный компресс на подбородок. Лица моего не было видно. Шурик и его сестра стали смеяться.

- Брату ранку слегка йодом помазала и все. - пошутил над собой. - Мне так все лицо закрыла, чтобы не пил водку.

- Правильно! - засмеялся Шурик. - Тебе в Москву надо ехать, а мне дома быть. Нечего тебе много пить в дорогу. Ну, это шутка. Ты не обижайся на меня. Сгоряча у завода ляпнул. Мы на тебя сильно рассчитывали. Все подготовили к сборке карусели, а ты, решил уволиться. Как бы ты на нашем месте поступил?

- Сам только ночью узнал о письме. - стал, оправдываться. - Когда это мог вам рассказать об отъезде?

- Ну, ладно! Без ссор. Давай тяпнем за нашу дружбу. - сказал Шурик, наливая в стаканы водку. - За дружбу!

Мы опрокинули по двести грамм водки и стали обсуждать наши последние проблемы. Честно говоря, после того как Толик принёс мне билет на поезд, мои мысли переключились на то, что мне нужно брать с собой в дорогу. Разумеется, мне нужна хорошая встряска после этих напряжённых дней. Драка с Шуриком и двести грамм водки, сняли моё напряжение в душе и теле. Можно было уходить. Но Шурик повторил водку.

- Ну, ты мне хорошо врезал! - вспомнил Шурик, нашу драку. - У меня аж искры из глаз полетели! Меня никто так сильно никогда не бил. Теперь точно знаю вкус настоящего мужского удара. Ты меня сильно встряхнул.

- Ты тоже, тихоня, своим ударом чуть челюсть мне вместе с головой не оторвал. - трогая через повязку опухшую челюсть, напомнил. - Чего это ты столько времени не бил Москвичёва? Он бы сразу изменился.

- Если бы его ударил хоть раз, - острил Шурик, - то не было бы тогда у тебя всех этих историй с драками.

- Да, уж, спасибо! Сослужил ты хорошую службу. - уточнил. - Чуть жизни меня не лишил с его друзьями.

- Зато, теперь мы оба в безопасности. - подчеркнул Шурик. - Все наши враги мертвы. Ты уезжаешь. Здесь остаюсь. Ты научил меня драться. Теперь мне некого бояться, за себя сам постоять умею. Любого побью.

После следующих двести грамм водки у Шурика стал заплетаться язык. На меня в этот вечер водка не действовала. Вероятно, у меня не было настроения на то, чтобы пьянеть. Мне стало не интересно сидеть за столом с пьяным другом. Отношения у нас стали не равные. Он пьян. Нет. Ровняться с ним не хотел.

Шурик был прав, ему оставаться здесь, а мне нужно в дорогу. Пускай даже в этот момент дорога будет ближняя, всего лишь до Беслана, но мне надо быть в меру пьяным. Но кто может точно определить меру пьянки? И так сильно подмочил свою репутацию перед родственниками в последние дни. Что они обо мне подумают, когда в таком пьяном виде уеду от них на поезде в Москву. Пожалуй, мне надо закругляться с пьянкой, ехать к себе домой, пока окончательно тут не спился. Вон, мы вторую бутылку водки начали. На двоих по бутылке? Это многовато будет! Надо уходить, пока мои ноги ходят, чтобы не ползти.

- Все, Шурик! Мне пора ехать. - твёрдо решил, поднимаясь из-за стола. - Меня не надо вам провожать. Сам дойду. Не люблю проводы. Проводы, это на кладбище. Мне умирать пока рано. Вокзал рядом с вами.

Шурик, не поднимая головы со стола, подал мне руку и окончательно отключился. Шурик словно держался до момента нашего прощания. Опустил его руку на стол и попрощавшись с родственниками Шурика, вышел на улицу. Вздохнув свежего воздуха, почувствовал, что тоже пьян. Приток кислорода в лёгкие и в мозг, смешался с парами водки и меня закачало. Мне сразу стало дурно от такого состояний души и тела.

"Ну, это мне совсем не нужно." - подумал. - "Чтобы меня ещё в медицинский вытрезвитель забрали?"

Мне понадобилось несколько минут постоять в стороне от дома Шурика, чтобы моё брожение в мозгах и в лёгких прекратилось, а моё состояние тела и души, приняло общую норму. Случайный автобус проскочил рядом, встряхнув меня своим шумом и потоком воздуха. Перешёл улицу и по тротуару, раскисшему от мокрого снега, медленно двинулся в сторону железнодорожного вокзала.

Хотелось быстро пересилить пьяное состояние своего сознания, чтобы на вокзале у меня не заплетался язык. Если кто-то захочет со мной говорить. Но хмель, почему-то, не пыталась покинуть меня. Тогда взял с бетонного забора снег руками и стал растирать себе все своё лицо. Такая процедура была малоэффективна. Выходит, что все-таки нажрался водки до свинского состояния. Мне не хотелось сдаваться перед алкоголем. Он не на того нарвался. Раз сознание моё всё ещё работает, то должен привести себя в порядок. Расстегнул на себе всю одежду и стал снегом растирать своё тело.

Хорошо, что на улице никого не было. Иначе бы меня, так точно, опять упрятали в психушку. Уж тогда бы профессор отвёл на мне свою душу. Сразу бы засунул в кислоту, чтобы там никаких следов от меня не осталось. Мамочка не смогла бы мне ни в чём помочь. Бедная Мамочка, она ждёт от меня помощи, а пьянствую с другом. Совсем забыл, что обещал ей помочь.

Снежные процедуры малость пошли на пользу. Взбодрился и сразу направился к вокзалу. Вокзал был на половину пуст. Несколько влюблённых парочек на скамейках, которым некуда спешить, а также люди, подошедшие к кассе за билетами. Мне тоже надо взять билет. Постоял в стороне, пока пассажиры брали билеты. Мне совсем не хотелось на них дышать перегаром. Никому из людей не нужен мой пьяный перегар.

- Мне надо один билет до конца. - сказал, в окошко кассиру, которая тут же стала задыхаться от перегара.

- Вы лучше в сторону говорите. - намекнула, кассир, переводя дыхание. - Хочу вернуться домой.

Чтобы окончательно не отравить своим дыханием девушку, ни стал больше говорить, ни слова. Глядя в другую сторону, на ощупь взял свой билет и сдачи, положил в карман и направился к поезду. Не желая вляпаться в какую-то историю, прошёл в вагон вместе с другими пассажирами и сел в самую середину вагона. Сидеть на виду у всех, это быть целым до Беслана. Пускай даже пассажиров в вагоне мало, но это безопаснее, чем одному ехать в пустом вагоне. Меня и так уже едва не зарезали в этом поезде.

Вагон дёрнулся и медленно поплыл от перрона в сторону Беслана. Мне никуда не хотелось смотреть и ни о чём не думать. Уткнувшись в угол между скамейкой вагона и стеной у окна, сразу уснул. До Беслана ехать минут сорок, со всеми остановками. Можно было хорошо выспаться и слегка отрезветь.

- Молодой человек! Вставайте! Вагоны идут в депо на мойку. - услышал, женский голос сквозь свой сон.

- Мы, что давно в Беслан приехали? - растерянно, спросил, проводницу, которая улыбалась мне.

- Мы, то, давно приехали в Орджоникидзе. - смеясь, ответила она. - А вы все в Беслан хотите.

- Как в Орджоникидзе? - опять удивлённо, спросил, проводницу. - Вот, билет в Беслан брал.

- Пить меньше надо. - упрекнула меня, проводница. - Тебя ведь ночью в вагоне могли убить и обокрасть.

- Меня всю ночь охраняли ангелы в твоём виде. - пошутил. - Так что ночью бояться было нечего.

- Ты бы лучше со своими ангелами дома сидел. - серьёзно, сказала женщина. - Выходи из вагона.

Часы на перроне вокзала показывали второй час ночи. Мне болтаться до первого автобуса или поезда, почти, пять часов. Дома опять подумают, что со мной что-то случилось. Хорошо, что завтра на работу мне не надо ехать.

Можно будет отдыхать. Это лучше, что вернулся в Орджоникидзе. Окончательно отрезвею. Скандала в доме не будет. Все остальное, так это пустяки. Никто меня трезвым не тронет сейчас. Прошёл в здание вокзала. В зале ожидания горела всего одна электрическая лампа. В полутёмном пространстве, в центре зала на стульях, дремали несколько опоздавших пассажиров. В дальнем углу молодая парочка занималась любовной акробатикой. Белые бедра партнёрши сильно выделялись на тёмном фоне интерьера зала. Парочка так сильно была увлечена собой, что даже не обратили внимания на моё появление в сумерках зала. Чтобы не тревожить эту любовную идиллию, осторожно прошёл в противоположную сторону зала и вышел в дверь на привокзальную площадь, на которой была лёгкая позёмка.

Свежий снежок крутился и падал между голых веток деревьев. На автомобильной площадке стоял кем-то давно забытый автомобиль "Запорожец". Такую машину людям не страшно было оставлять где угодно. В народе её называли "консервная банка". Этой маркой машины, в основном, пользовались инвалиды войны, к которым с уважением относились все без исключения. Поэтому такую марку машин никто, никогда не грабил в Осетии.

Хорошо знал Орджоникидзе и понимал то, что в такое время суток и в такую погоду мне нечего опасаться. Пошёл гулять по пустым улицам Орджоникидзе, как его называют ласково коренные жители "Владик", от старого названия Владикавказ. Точно не помню, сколько лет этому городу. Могу сравнить с возрастом нашего Старого хутора. Если Старому хутору уже больше триста лет, то поселению на месте Орджоникидзе "Владикавказа" не меньше четыреста лет.

Это место всегда было воротами между Грузией и Россией. Поэтому и этот город назвали Владикавказ. Кто жил в этом городе, тот всегда владел воротами Кавказа. В этом городе тесно переплелась культура многих народов. На каждом углу городских улиц можно встретить сочетание архитектуры Грузии, Осетии, России и разных народов Кавказа. Обычаи тюркских племён и коренных народов Кавказа можно встретить в каждом доме горожан. Грузинское харче, осетинский фыдчин, русские щи и ингушский кундыш, аварский щербет и даргинскую халву.

Не знаю с чем можно было сравнить прекрасный город Северной Осетии, да и надо ли сравнивать его своеобразие. Это только в Орджоникидзе, в ясную погоду можно увидеть не вооружённым глазом, как смелые люди покоряют одну из вершин Кавказа, гору Казбек, высота которой 5033 метра над уровнем океана. Есть много других мест в Орджоникидзе и его окрестностях. Не говорю об горных ущельях, где всюду легенды, которые чтобы перечислять надо много времени. Поэтому не будем говорить.

Моя ночная прогулка по городу подходила к концу, когда на улицах стали появляться люди. Повернул обратно к вокзалу и прибавил шаг. Надо было успеть на первый транспорт в Беслан. На привокзальной площади стал собираться народ. До первого поезда было ещё далеко, поэтому люди толпой собирались на привокзальной площади, в надежде на то, что какой-нибудь дежурный автобус подберут их до Беслана или к многочисленным населённым пунктам между Орджоникидзе и Бесланом. Пришёл вовремя.

Не прошло и пяти минут, как к вокзалу подрулил вахтовый автобус до "БМК" (Бесланский маисовый комбинат). В автобусе было всего десять человек, это был его первый рейс, которым автобус завозил дежурных специалистов работающих и в праздничные дни.

Места хватало всем желающим уехать в это раннее время из Орджоникидзе. Как положено джигитам Кавказа, мы уступили место дамам и лишь затем сами вошли согласно возрасту. Мне досталось место в середине автобуса, рядом с дремавшим мужчиной, уткнувшимся в шубу. Все остальные пассажиры автобуса сидели парами впереди меня. Мне надо было расслабиться после последних напряжённых дней моей жизни.

Автобус вырулил с привокзальной площади и повернул на улицу Маркова. Когда мы проезжали мимо дома Шурика, посмотрел в ту сторону. Окна были тёмные без света. Все спали. Сегодня 53-я годовщина Великой Октябрьской Революции. Как называл её сокращённо дедушка Гурей - "ВОР", который украл у него религию, культуру, богатство, уважение и власть. Все изменил "ВОР". Теперь внуки и правнуки празднуют день "ВОРа". Все в мире сильно изменилось за 53 года.

Мне стыдно было вспоминать, как при моей памяти смеялись люди над столетним стариком, дедушкой Гуреем, когда он рассказывал простые истины в явлениях природы жизни. Никто не хотел понимать старика. Считали Гурея выжившим из ума старым человеком. Гурей никогда не встречался с Мамочкой, хотя они в разное время жили в одном городе. Гурей точно определял, что могут меняться и переходить из одного состояния в другое ни только социальные формы жизни, но и живые существа, так как мир нашей жизни в пространстве неизмерим и постоянно изменчив. Сейчас, сквозь годы, глядя на современный мир, можно с уверенностью сказать, что Гурей был во всем прав. Меняется не только социальный мир государств, но также моральное и физическое положение между людьми.

Мы так все изменились, что сейчас часто трудно понять где твой друг и где враг, где мужчина и где женщина. Тогда было глупо и грешно смеяться над стариком. Пожалуй, к месту пришлась старая поговорка - "Смеётся тот - кто смеётся последний.". Пускай с большим опозданием, но дедушка Гурей посмеялся над нашей глупостью тех времён, когда мы не могли понять простую изменчивость бытия природы жизни, окружающей нас. Сейчас даже школьник может сказать о том, что мир сильно изменчив во всех формах жизни. Не заезжая на привокзальную площадь в Беслане, автобус повернул на улицу Кирова и через квартал остановился у нашего дома.

Рассчитался за проезд и вышел на свою улицу. Большая часть окон нашего дома были темны. Люди все спали, только в окнах нашей квартиры горел свет. Видимо, это мама только что пришла с работы и не нашла меня дома. Не может спать. Ждёт, когда явится её старший сын. Скоро избавлю маму от беспокойства. Уеду в Москву на выставку. Затем устроюсь в Москве на работу. У меня теперь есть много профессий. Можно работать на стройке и на заводе. Художником-оформителем в кинотеатре и во дворце культуры. Мало ли где, могу сейчас работать с моими многочисленными знаниями.

- Ты где целыми сутками болтаешься? - со слезами на глазах, спросила мама, как только вошёл в нашу квартиру. - Тебя за две недели только первый раз вижу. То ты спишь, то в горах, то на работе и сейчас.

- Задержался на работе. - соврал маме. - Затем опоздал на поезд. До первого автобуса был у друга, который живёт точно также как мы на улице Маркова, в собственном доме барачного типа. Был у него в бараке. Скоро тебе переживать не придётся. Девятого ноября уезжаю на выставку в Москву. Там останусь жить и работать. Мне прислали приглашение на выставку художественных работ в университете, в котором учусь заочно. Отговаривать меня не надо. Уже давно взрослый человек и вправе сам устраивать себе самостоятельную жизнь. Вот, получил полный расчёт с завода "ФЭУ" и отпускные, за два года учёбы и работы на этом заводе. Половину денег оставляю тебе, а другую половину денег забираю себе на проживание в Москве. За меня можешь не переживать. У меня есть много специальностей, смогу там работать.

Мама взяла деньги и пошла спать. Она поняла, что со мной говорить бесполезно. Раз так решил что-то, то никто и ничто не изменит моё решение. Такой твердоголовый человек. Со мной бесполезно говорить. Хорошо выспался в поезде, пока катался между городами, вот только проголодался сильно. Переоделся в домашнюю одежду и пошёл кушать на кухню.

Конечно, не пища со стола профессора в психушке и не со стола генерала в блиндаже у военных на полигоне. Что могла моя мама приготовить на свою нищенскую зарплату, на те деньги, которые приносил в дом? Пирожки с картошкой, чай, постный борщ, салат из овощей. Пожалуй, все, что можно найти в нашем доме. Так у нас в доме каждый год из дня в день нищета.

Возможно, что с моей стороны, это был далеко не идеальный поступок бежать из дома, но не отец своим братьям. Не могу сидеть при них до их совершеннолетия, а затем уже навёрстывать свои упущенные годы. При моём рождении мне не было предусмотрено вместо родителей воспитывать своих братьев, которые появились на свет лишь через девять лет спустя, после моего рождения. Ведь они могли и не появиться на свет. У меня жизнь могла быть другой. Наконец-то, есть всякие социальные службы по малоимущим семьям и многодетным матерям одиночкам.

Пускай службы помогают моей маме воспитывать её несовершеннолетних детей. Если их не хочет воспитывать собственный отец, который даже алименты не собирается детям платить. Когда состарится, так сразу прибежит, будет просить прощения и совместной жизни с семьёй, а сейчас мы отцу совершенно не нужны.

Двое детей несовершеннолетние, а старший сын на ноги после армии начинает становиться. Отец сейчас пытался навести справки, сколько получаю денег и где работаю. Не выйдет, от меня отец помощи не получит никогда. Также, как и он нам не помогал все годы. Пускай сам во всех своих проблемах разбирается.

- Ты смотри, явился! - удивлённо, воскликнула тётя Надя, когда вечером пришёл к ним в дом. - Думала, что ты до следующего происшествия не появишься у нас. Может быть, тебе опять, что-то надо от тётки?

- Нет! На этот раз вы не угадали. - ответил тёте Нади. - Через два дня уезжаю поездом в Москву, на свою "персональную" выставку. В Москве останусь жить и работать. Вот, пришёл к вам попрощаться перед отъездом.

- Уезжает в Москву, разгонять тоску! - заметила тётя Надя. - На какие шиши? Ты же полный голодранец!

- Ни такой богатый, как моя тётка, но коньяк сегодня поставлю. - парировал. - Деньги вчера получил хорошие. Нахлебником у вас за столом не буду. Половину денег дома маме оставил. Сейчас отметим отъезд.

Достал из сетки, завёрнутые в газету, бутылку армянского коньяка "Арарат" и коляску краковской колбасы. Все положил на стол, перед удивлёнными глазами родственников, которые тут не ожидали такого.

- Похвально! - воскликнул дядя Миша. - Армянский коньяк уже лет пять не пил. Спасибо тебе, племянник!

- Что заладил? Похвально! Спасибо! - вскипела тётя Надя, на своего мужа. - Садись за стол. Надо праздник отметить и проводы племянника в Москву. Чтобы ему там было, что вспомнить о своих родственниках.

В чем-то тётя Надя права. Мы, действительно, последнее время стали собираться все реже и реже. Может быть оттого, что стали взрослеть и давно оторвали свои корни от Старого хутора, в котором родственники собирались по всякому случаю "огромным стадом", так говорили про нас станичники. Так как после наших сборищ, на огромном пространстве, детское поколение наших родственников, опустошали сады и огороды соседей. К тому же, местная детвора была бита.

Особенно, последние наши сборища перед моей службой в армии и сразу после службы в армии. Когда массовый погром садов и драка с местным населением обошлись крупным штрафом у родителей, а родственники зареклись, что больше нас собирать не будут. Ведь от такого огромного сборища малолетних родственников всюду были одни только проблемы и убытки.

Вот и сегодня. Можно сказать, без предварительного сговора, у тёти Нади Щепихиной собрались почти все родственники из Беслана. Примерно, человек сорок. Соседи посёлка никак в голову не могут взять, что у нас обычное застолье. Спрашивают у тёти Нади - "Свадьба или похороны? По какому поводу сбор?". Тётя Надя только отмахивается от назойливых соседей, как от мух и говорит, что повод у нас всегда есть.

- Сегодня кинем жребий. - объявила тётя Надя, когда все сели за стол. - Кто через час покинет нас. Каждый час уходят двое. Больше не имею желания за ваши очередные драки платить штраф. Это всем понятно?

- Понятно! - ответил, за всех братьев. - Но только через час уйду первым без жребия. Мне надо отдыхать перед поездкой в Москву и сделать несколько эскизов выставки своих работ. Дела всякого много дома.

Тётя Надя убрала моё время из списка жребия. Все остальные стали тянуть жребий. Затем сели за стол, который был накрыт для взрослых в зале, а для подростков и детей стол на веранде. Так как за одним столом в помещении мы не могли никак поместиться. На мою маму и тётю Надю, легла дополнительная нагрузка, им предстояло бегать между столами и следить за порядком. Если, обычно, между взрослыми драка могла происходить после пьянки на улице с чужими мужиками, то за детским столом драка могла вспыхнуть в любое время и это не обязательно с чужими. Мы сами между собой все часто дрались по любому поводу.

Этот банкет, до моего ухода, обошёлся без драки. Когда собирался уходить домой, то мама сказала, что она с младшими одна добираться домой не будет. Мы всей семье ушли с банкета. Мама с братьями пошли впереди. Плелся сзади, специально отставая от них, чтобы мама не заставляла меня постоянно растаскивать братьев в разные стороны, когда они тут затевали драку. Особенно заводным был брат Юрка.

Два дня, перед отъездом, занимался своими сборами и отдыхом. Собственно говоря, собирать мне было нечего. В тот день, когда получил письмо, мои вещи были уложены в сумку. Но никак не мог решить вопрос с верхней одеждой. Моя фирменная куртка, после ножа, совсем потеряла свой вид. Пальто из джерси, купленное лет семь назад, совершенно не модно. Остальная одежда - либо вообще отсутствовала, либо была в одном экземпляре. Поэтому сгрёб все, что у меня, было, положил в свою кожаную сумку.

Мама знала, что не люблю проводов, поэтому в понедельник утром, когда собиралась на работу, сказала мне, чтобы не забыл сообщить, как устроюсь жить в Москве. Когда мама ушла на работу, поднял братьев в школу и пошёл на вокзал. Надо купить в дорогу свежие газеты, чтобы в дальней дороге к Москве мне не было скучно, и мог чем-то заниматься. Ведь ехать до Москвы, почти двое суток. Это так много!

Фирменный скорый поезд "Осетия" Орджоникидзе-Москва, с междугородней местной линии Орджоникидзе-Беслан, перегнали на главную магистраль Баку-Москва и вскоре репродуктор посадку объявил. У меня был восьмой вагон двадцатое место. Самый центр состава скорого поезда. Со свёртком своих работ, с газетами и с сумкой набитой моим гардеробом, прошёл в вагон.

Кроме меня, в тепле купе была пожилая пара иностранцев, которые слабо говорили по-русски. Обменявшись со мной приветствиями на своём языке. Иностранцы заняли одну сторону купе. Расположился на нижней полке по ходу поезда, по купленным билетам. Положил под полку в ящик все свои вещи. Заказал себе чай, чтобы заняться чем-то в дороге.

Когда поезд набрал скорость, сел удобнее у окна и раскрыл свежую газету. На первой странице политические статьи, посвящённые праздничным событиям Великой Октябрьской революции. Перевернул страницу. Сразу в поле моего зрения попала статья под заголовком "Трагедия в психушке". Меня словно по сердцу ножом полоснули. Стал жадно читать. В местной газете писали, что праздничные дни в Орджоникидзе были окрашены черным цветом.

Сумасшедший гермафродит по прозвищу Мамочка, воспользовался отсутствием основного персонала психиатрической больницы, печально известной в народе как "Камалова". С помощью дымовых шашек, сделанных из пластика, Мамочка отравил угарным газом дежурных санитаров братьев Жлобиных. Затем разместил во все помещения и корпуса психиатрической больницы, горючие и легко воспламеняющиеся вещества. После этого, заранее заготовленными ключами, сумел вскрыть хозяйственный склад больницы, в котором хранились горючие вещества и небольшой арсенал охраны больницы.

Горючими и взрывоопасными веществами, соединил дорожками все помещения и корпуса психиатрической больницы. Когда все было готово. Мамочка разбудила и вывел во двор больницы, в безопасное место, всех психически больных пациентов. Ровно в полночь, с седьмого на восьмое ноября, когда вся наша столица отдыхала после праздничных банкетов, оглушительный взрыв нарушил тишину.

Зарево пожара осветило несколько кварталов города вокруг психиатрической больницы. За высоким забором психушки началась паника среди живых больных, которые смели ворота больницы вместе с вооружённой охраной. Подоспевшим машинам пожарной охраны в психиатрической больнице нечего было тушить. На месте исторического памятника, охраняемого народом, к которому относится комплекс психиатрической больницы, остались обгоревшие остовы корпусов, в которых погибли ценнейшие экспонаты истории, лингвистики, научных работ и архитектуры.

Подоспевшая скорая помощь обнаружила на пепелище психушки многочисленные обгоревшие трупы женщин, мужчин и детей. Оставшиеся в живых психические больные разбежались по всему городу. Благодаря милиции, солдатам, дружинникам и местным жителям, к середине дня психические больные были пойманы и размещены в городской тюрьме. Так как многие из них опасны населению. Среди пойманных больных не оказалось гермафродита Мамочка.

К вечеру Мамочку обнаружили с карабином в руках по дороге в горы. Этого больного пришлось пристрелить, так как Мамочка оказал вооружённое сопротивление, ранив в горах одного офицера милиции. Сейчас ведётся расследование этого происшествия. Даже специалисты пиротехники и подрывники удивляются смекалке гермафродита, который, можно сказать, из ничего, создал адскую машину, взрыв которой было слышно по всему городу. Есть предположение, что Мамочка в психушке, был не один. В народе говорят, что прошёл по городу слух, якобы до праздника там находился агент иностранной разведки, который скрывался от службы КГБ в больнице под видом больного.

Агент иностранной разведки был разоблачён и схвачен. Затем он бежал от служб КГБ. Но будучи в психушке, агент иностранной разведки успел завербовать и проинструктировать гермафродита Мамочку. Пообещав ему выбраться из психушки за "бугор" под своим личным прикрытием.

Гермафродит Мамочка, проведший всю свою "сознательную" жизнь в психушке, согласился с этим предложением и пошёл на этот рискованный шаг. Обманутый гермафродит Мамочка погиб. Службы разведки и милиция занимаются поиском иностранного агента. Следствие разбирается в происшедших событиях в психушке. Агент иностранной разведки вскоре будет нами пойман и осуждён.

Просмотрел все остальные местные газеты. В каждой газете был по-разному описан случай пожара и взрыва в психиатрической больнице в Орджоникидзе. Но все сходились к одному мнению, что это сделал гермафродит Мамочка, под руководством агента иностранной разведки. Все ясно, что сейчас агента иностранной разведки всюду ищут, то есть, ищут лично меня. Если профессор запомнил мои данные паспорта, то милиции и службам разведки ничего не стоит сейчас меня найти здесь в купе скорого поезда.

Мне стало до слез жалко мою маму и братьев, гермафродита Мамочку, себя самого, девчонок и друга Шурика с завода "ФЭУ". Получается, что всех предал, в том числе и себя. Лучше бы остался в психушке и помог Мамочке совершить этот дерзкий поступок. Возможно, что тогда Мамочка была жива, мы вместе с ней смогли разоблачить великую тайну этой психушки.

Теперь, вот, Мамочки нет, она погибла из-за меня. Не выдержал внутреннего напряжения, уткнувшись в газеты, стал в голос рыдать. В это время дверь в купе открылась. К нам вошли милиционер, гражданский и военный офицер. В гражданском сразу узнал сотрудника КГБ, который забирал меня из психушки в горы. Там в блиндаже он предлагал мне сотрудничать.

"Вот, кончилась моя творческая жизнь." - подумал. - "Сейчас загребут меня, а после расстреляют."

- Граждане! Предъявите документы и билеты на проверку. - сказал милиционер. - Надо быстро показывать!

Пожилая пара, растерянно, протянула свои документы. Сотрудник КГБ взял документы, стал внимательно рассматривать. Затем сотрудник КГБ на немецком языке, что-то спросил у иностранцев о Кавказе. Иностранцы в один голос стали расхваливать наши прекрасные места. Сотрудник КГБ вернул паре иностранцев билеты и документы. Извинился перед ними за беспокойство. После чего, из моих дрожащих от страха рук, взял документы и билет на поезд. Подумал, что на этом моя жизнь кончилась. Меня просто убьют.

- Молодой человек, расскажи. Куда мы едем? О ком ревём? - строго, стал допытываться от меня, агент КГБ.

- У меня друг вчера умер. - ответил, переворачивая газеты с заметками о Мамочке. - Все остальное в моих документах и в письме написано. Еду в Москву на всесоюзную выставку. Больше вам сказать нечего.

- Похвально! - воскликнул, сотрудник КГБ. - Своей работой вы будете представлять нашу республику в Москве. Вот только свои эмоции научитесь хранить в себе, они вам пригодятся в дальнейшей жизни.

Сотрудник КГБ протянул мне документы, письмо и билет. Пожелал успехов. На этом моя история с пребыванием в психушке закончилась.