# Практическая монстрология

Сергей Сергеевич Cавинков

## Глава 1


Сегодняшняя ночь была бы обычной, если бы полная луна не серебрила верхушки, высоких сосен и в стороне от лесной дороги не раздавался многоголосый вой. Я с напряжением слушал этот вой и считал:

-Один, два, три... голоса переплетались, выдавали жуткий визг, от которого стыла кровь в жилах. Заслышав такой вдали от обжитых мест, будь уверен - ты труп. Но я-то не собирался становиться трупом. Спастись от стаи оборотней простому человеку практически невозможно, не имея способностей. У меня такие способности есть, поэтому я спокоен. Спокоен ровно на столько, на сколько может быть спокоен человек, нашедший убежище на дереве. Вой то отдалялся, то приближался.

"Давайте, твари, сожрите меня! Я вкусный!" - заорал я что было сил.

Вой тут же смолк, смолк, чтобы возобновиться. Если до этого твари выли, как они воют в поисках добычи, то сейчас они явно учуяли меня и взяли верное направление. Завывание сместилось и в нем чувствовались торжествующие нотки.

"А вот хрен вам! Подавитесь!" - продолжал я надрывать глотку.

Нет, я не псих, я всего лишь охотник, охотник, а не добыча. Вся моя жизнь - постоянная игра со смертью, причем со смертью в самых страшных ее проявлениях, начиная от плотоядных слизняков и заканчивая ожившими мертвецами. И сейчас я собираюсь сделать свою работу: убить тварей и получить свои деньги. По десять золотых за каждого, если быть точным. Неожиданно вой затих, словно его отрезало, луна спряталась за тучи. "Вот дрянь!" - буркнул я, напрягая зрение и вглядываясь в темноту. Темнота не отступала, я встал на колени на деревянном помосте, но с высоты в шесть метров мне не удалось рассмотреть ни одной твари. "Клятые тучи, как не вовремя." - прошептал я.

В следующий миг я заорал! Заорал на одной ноте! За долю секунды до этого перед моим лицом щёлкнули челюсти. А в следующий миг, не прекращая орать, я разрядил арбалет прямо в оскаленную пасть второй твари, которая попыталась меня сожрать. Судя по тому, как она взвизгнула, я попал. Ветер, мне нужен ветер, чтобы хотя бы немного разогнать тучи, иначе я труп. Твари перестали пытаться добраться до меня, что дало мне несколько драгоценных секунд. Я выхватил из-за пояса склянку и что было силы, кинул вниз. Через секунду снизу раздался рев пламени и визг попавших под раздачу оборотней. Не тратя время попусту, я начал взводить арбалет. Надо сказать, что сидя на дереве, натянуть тетиву арбалета используя лишь поясной крюк, было той еще задачей.

Наконец я натянул тетиву, наложил стрелу и выпустил ее в мечущихся под деревом тварей. "Лови подарочек, падаль!" - прокричал я.

Уже две твари - осталось ещё столько же. Все-таки я просчитался, когда готовился. Крестьяне упоминали лишь о двух оборотнях, а тут их уже четыре. Плохо. Запас стрел с серебряными наконечниками у меня не велик, осталось всего две. Есть ещё пять минут, пока горит зелье, за это время нужно успеть покончить с ними, иначе они покончат со мной. Я спешно попытался взвести арбалет и едва не поплатился за это, наложенная стрела чуть не упала вниз.

Наконец, я унял бешено стучащее сердце, снарядил арбалет второй стрелой и выстрелил. Промах. Оборотни были на чеку и не дали мне шанса. Один из них в прыжке поймал арбалетную стрелу зубами и перекусил ее.

"Ах ты, погань! Чтоб ты подавился, шавка блохастая" - прошипел я.

Оборотень в ответ лишь рыкнул что-то неразборчивое и с новой силой принялся носиться вокруг дерева, выискивая способ добраться до меня. Я оторвал от перевязи меча небольшой шнурок и примотал к последней стреле пузырек с зельем. Наложил стрелу и прицелился. Зелье почти потухло и оборотни бок о бок подкрадывались к дереву, обходя очаги угасающего пламени. Они на секунду замерли перед затухающим огнем. Вот он, мой шанс! пронеслось в голове, и я нажал на спуск. Щёлкнула дуга арбалета и стрела ударила в горящую землю прямо у ног оборотней. Рев пламени, два горящих огненных клубка, катающихся по земле, визг, вой, рычание. Нет твари, это пламя не погасить ни водой, ни чем-то ещё, я за него выложил целых два золотых. Через пять минут оборотни перестали кататься по земле и биться в конвульсиях. Прошло еще десять минут, больше ни одна из четырех тварей не пыталась меня убить. Серебряные стрелы и зелье сделали свое дело, и оборотни лежали на земле грудами обгорелого мяса. Я сбросил вниз верёвку и соскользнул по ней вниз, пять метров - не большая высота, но я не безрассудный мальчишка, чтобы прыгать на неровную лесную почву и надеяться, не подвернуть себе ноги. В охоте нет мелочей. Я вытащил меч и подошел к лежащему на земле оборотню. Несколько взмахов меча и голова твари отделена от туловища. Не возникло проблем и с двумя другими оборотнями. Нестерпимо воняло палёной шерстью, горелым мясом и псиной. Я подходил уже к четвертому оборотню, как вдруг тот вскочил и в быстром прыжке кинулся на меня. Я сделал шаг в сторону, уходя с линии атаки монстра, но тварь предвидела мой маневр и не промахнулась, мы покатились по земле. Челюсти оборотня вот-вот должны были сомкнуться на моем горле, когда я в последний момент успел прикрыть шею кожаными наручами с металлическими вставками. Я отбросил меч, понимая, что в ближнем бою от него нет толка. Оборотень грыз наручи на моей левой руке, в бессильной злобе пытаясь добраться до моего горла. Его когтистые лапы пытались разодрать мою кольчугу. Я лихорадочно искал правой рукой ножны с кинжалом, но не находил. Наконец оборотень сумел прогрызть наручи и добраться до моей плоти. Тварь радостно взвизгнула, почуяв на языке горячую кровь. Оборотень затряс головой пытаясь оторвать мою кисть.

"Резисто!" - выкрикнул я, и голова оборотня взорвалась десятками кровавых ошметков. Туша оборотня упала и заскребла землю лапами. Все, работа сделана! Я устало сел на землю и засмеялся, как обычно смеются люди за миг до этого побывавшие на волосок от смерти. Отсмеявшись, я увидел, что лес снова был освещен луной. "Вот так всегда" - буркнул я, любуясь луной. Раны, нанесенные оборотнем конечно опасны, но мне не грозит обращение, как-никак я адепт магии крови, да и первичная трансформация исключает возможность превращения охотника в нечисть.

Пару часов медитации и я буду как новенький, если конечно никакие иные твари не пожалуют на запах крови.

Утро не спешило вступать в свои права, предрассветные сумерки сменились густым утренним туманом, отходняк после боя с оборотнями закончился и я занялся делом. Если бы, какой ни будь глупый человек, рискнул оказаться этим утром в лесу, то, скорее всего, он бы отказался бы от походов в лес. Почему? Да потому что представьте себе поляну, на которой лежит четыре расчлененных тела оборотней и человека, который с явным усердием обходит эти тела и дёргает клещами когти из отрубленных лап, собирает по пузырькам желчь и прочие алхимические ингредиенты. Зачем заниматься подобными отвратительными вещами? Да потому, что клыки оборотней не только доказательство выполненной работы, но и ценный алхимический ингредиент. Собирая все это в свой баул, я подсчитывал в голове размер барыша, который стрясу с прижимистого казначея гильдии. По десять золотых за оборотня. Итого - целых сорок золотых, а это годовой доход довольно зажиточного ремесленника. Плюс приятным бонусом было восемь клыков, каждый пойдет от трех до пяти золотых. Мне, как уважающему себя охотнику на нечисть, не пристало разбрасываться даже клочками их шерсти, но, увы, с оборотня если и можно что-то добыть, то только клыки, желчь, когти и сердца.

Через несколько часов после гибели оборотни проходят обратную трансформацию, и исчезает и шкура и когтистые лапы. Хорошо, что хоть чем-то разжился, а то приличных вольных заказов давно уже не было. Но работу охотник на границе с пустыми землями всегда найдет, вот и я, проезжая через очередную деревеньку, нашел себе работу, а заодно и приключение на свою пятую точку.

Долгожданный рассвет застал меня отдыхающего под деревом и завернувшимся в плащ. Промозглая утренняя прохлада пробиралась даже через плотную ткань дорожного плаща и я уже не надеялся, что дождусь здесь людей из деревни. Процесс медитации и последующего восстановления шел не слишком хорошо, все же магия крови изрядно опустошила мой внутренний резерв и регенерация шла не слишком быстро. Расцвет принес не только прохладу, но и мелкий моросящий дождик. Я просидел под деревом часть ночи и большую часть утра, проклиная испортившуюся погоду. Как мне показалось, спустя лишь пару часов после рассвета я услышал поскрипывание и постукивание, которое обычно сопровождает телеги деревенских мужиков. Несмазанные ступицы деревянной повозки скрипели на всю округу, распугивая птиц и лесных обитателей, которые в эти утренние часы рискнули выбраться из чащи леса. Я вслушался в звуки и услышал, фырканье лошади. Нет, ошибки нет, это староста, как и обещал, прислал за мной телегу. Вскоре я увидел и двух мужиков, которые приехали за мной. Один мужик вел под уздцы старую клячу, которая не упиралась и еле переставляла копыта не смотря на то, что на поляне чувствовался густой тягучий тошнотворный запах крови, она совсем не проявляла беспокойства. Второй мужик шагал чудь впереди и убирал с дороги крупные ветки. Выйдя на поляну, оба мужика застыли как изваяния.

Пока один из них изображал застывшую фигуру, второй, который был моложе, не смог больше бороться с собой и согнулся в приступе рвоты. Первый - мужик лет этак шестидесяти, брезгливо отошёл от товарища, который едва не наблевал ему на лапти. Да, видимо не привык мужик к такому зрелищу. Ещё бы! утреннее солнце, пробивающееся сквозь низкие тучи, освещало поляну, вместо трупов оборотней на поляне валялись изрубленные и расчлененные куски человеческих тел. Увы, по-другому нельзя, мертвые тела можно либо сжечь или порубить, иначе - вместо трупов есть большой риск получить новую нежить. А так души убитых моим мечом исчезают, и не воплощаются в виде призраков.

- Мастер Лис - пробасил мужичок постарше. Подводу, как и просили, староста предоставил, но тела грузить мы не будем, да и не зачем, вон вы как их порубали, ни одна нечисть, теперь из них не поднимется.

- Долго вы меня искали?

- Нет - отрицательно качнул головой мужик, вы тут ночью, как и обещали, знатный костер развели, из деревни видать было хорошо, но мы малость направление не угадали, вот и возились долго, пока болото объехали - считай уже и утро прошло.

Я скептически оглядел место ночного боя. В принципе, крестьянин прав, толку собирать разрубленные останки, не было.

Словно подтверждая мои мысли, на одно из деревьев уселся гриф и с интересом принялся осматривать поляну.

"Ну что, мой лысый друг! приятного аппетита!" - сказал я, обращаясь к птице.

Окончание моей фразы потонуло в рвотных спазмах одного из мужиков.

- Эко тебя! - буркнул мужик, выглядевший постарше на пару десятков лет. Прямо, как в тот раз, когда караванщик Мансур напоил тебя пойлом, на основе медвежьего помета.

- Как звать? - спросил я мужика.

- Фрол зовите, а это, значится, зять мой Тихон.

- Вот что, Фрол - обратился я к мужику - работу я сделал, здесь нам делать больше нечего.

Я запрыгнул на телегу и скомандовал: "Правь в деревню".

В дороге меня немилосердно трясло, но это не помешало мне задремать. Теплое душистое сено, было мне вместо матраса, и хоть повозку сильно трясло и раскачивало, я все же уснул. Не знаю, сколько длился наш обратный путь, но я успел основательно выспаться. "Приехали, уважаемый!" - вырвал меня из объятий сна голос Фрола. Я открыл глаза и огляделся. Мужики доставили меня к воротам деревни и поспешили пройти через распахнутую калитку. Толпа галдящих мальчишек и девчонок пробежала мимо нас, весело смеясь, и с безопасного расстояния хором прокричав:

-Тихон! Тихон! Каменьями напихан!

Зеленое лицо Тихона на миг исказилось, и он злобно плюнул в след убежавшим детям. Через пять минут мы достигли ворот дома старосты. Я подхватил свой заплечный мешок и арбалет и прошел через небольшую калитку к двери в дом.

Видимо, высокий забор, окружающий дом, сыграл со старостой злую шутку, так как мое появление и повозку мужиков не увидели и не услышали.

Странно, чем это староста так занят в столь ранний час, что даже не слышит, что к нему во двор вошел посторонний. Я аккуратно прошел к высокому крыльцу и поднялся по его ступеням к двери. Видимо, именно мое умение охотника ходить почти бесшумно и позволило мне услышать то, что не предназначалось для моих ушей.

- Они должны были вернуться еще час назад! раздался мужской голос в котором я узнал старосту деревни.

- Да, удачно мы с тобой решили сразу две проблемы! раздался дребезжащий голос его жены.

- И охотнику не придется платить, я ему сказал, что их всего двое, он дурень и поверил. Даже не стал уточнять у мужиков в деревне. раздался насмешливый голос старосты.

-Молодой, глупый! поддержал его голос женщины.

- Повезло, если охотничек сумел проредить стаю Анбала- сказала жена старосты.

- Да, шкура дорога волку, если он поймет, что на него вышли охотники, он оставит нас в покое.

- Тварь ненасытная, все ему мало было! Сколько он народа сожрал, а все ему не хватало, это надо же додумался потребовать с нас еще людей.

-Чтоб он подох, ненасытная его утроба! сказал староста.

И его выкормыши вместе с ним! поддержала его старуха.

"Вот оно что..." - мелькнуло у меня в голове, теперь всё сложилось в четкую картинку:

Староста знал оборотня и, вероятно, скармливал ему людей, а меня он решил использовать, чтобы проредить их поголовье и тем самым упростить себе жизнь. В подтверждении моих слов староста сказал:

- Анбал с молодняком много крови нам попил!

- Вовремя нам этот охотник подвернулся, поддержала старосту супруга.

Я рванул дверь на себя и вбежал в комнату.

Староста оторопело выпучил глаза и застыл за столом.

А вот его жена была шустрее. В момент сориентировалась в ситуации, схватила ухват и ринулась на меня.

- Ах ты, ведьма! - прорычал я и встретил бабку сильным ударом в челюсть.

Старуху снесло от мощного удара, и она улетела к печке.

Я подскочил к старосте схватил его за гриву седых волос и приложил мордой об стол.

Всё, бой окончен, мой разум прояснился. Старосту и бабку я привязал спина к спине, используя для этого верёвку, которую таскал в своем заплечном мешке. Старуха что-то шипела и пыталась вырваться, но зачарованная веревка держала крепко.

Я им не судья, но руки немилосердно чесались, и хотелось разорвать на части этих тварей в человеческом обличье. Я вышел на крыльцо и увидел толпу деревенских жителей. Новости о судьбе оборотней разнеслись довольно быстро даже для деревни, и жители пришли к дому старосты узнать все из первых уст. Но новости для жителей были отнюдь не радостные.

Через день произошла казнь. Нет, не моя! А старосты с его женой.

В этих местах закон и порядок один - инквизиция. Активированный мной амулет связи позволил связаться с управой инквизиторов в Поклонске, откуда и спешно прибыл речной баркас с десятком крепких братьев монахов в черных рясах.

Староста с женой оказались людьми беспринципными и упертыми, но под пытками начали заливаться соловьями. Оборотней они позвали в деревню сами, правда, не четырех, а одного. Зачем? - спросите вы. А вот тут все оказалось просто, староста понимал, что рано или поздно деревню ждёт участь многих вырезанных под чистую хуторов и решил обезопасить себя. Лучше иметь под боком прикормленную тварь, чем бояться иных, которые могут оборвать его драгоценную жизнь - так решил староста.

Первой их жертвой стал мальчишка-бродяга, которого они опоили и вывели в лес, под предлогом какой - то работы. Староста привязал его к дереву и оставил на съедение тварям. Через неделю после этого в деревне появился Анбал. Врожденный оборотень пришел к деревне и смог обмануть охранные заклинания на воротах. Оборотень своим волчьим нюхом сумел достаточно быстро определить, кто решил его прикормить с помощью человеческой жертвы. Староста и не сразу понял, что постучавший в его дверь мужик - оборотень, но проведенная волком частичная трансформация перед старостой имела успех, и староста спешно завел оборотня в дом. Так у старосты появился новый батрак. Подобное не удивило никого, батраками шли работать многие из дальних и глухих уголков Белогорья, и никто не подозревал, что большинство пропавших, которых оборотень лично помогал искать, окончили путь в ненасытной утробе этой твари. Вечно хмурый парень был нелюдим, но отличался трудолюбием. И даже проведенный мною осмотр жителей деревни при помощи медальона охотника не дал результата, так как врожденные оборотни имунны к магии поиска. Староста хотел много, но прежде всего, ему хотелось жить и ради этого он и скармливал оборотню сначала чужаков, а затем и жителей деревни. Не учел староста лишь одного: твари далеко не глупы и Анбал не был исключением. Волк не убивал всех, он создал стаю, и вместо одного человека в полнолуние старосту обязали предоставлять двух. На такое староста пойти не мог, но страх за свою жизнь был сильнее и эта тварь в человеческом обличье согласилась. Целый год старик старательно кормил тварей, а сам наслаждался жизнью. Торговцы, дети, бродяги и просто обычные крестьяне пропадали в лесу. Никто и не думал, что староста их опаивал сонным зельем. Люди гибли, а старик не знал, как разорвать порочный круг. С одной стороны, в его руках был доход от продажи добра странствующих торговцев, а с другой, он понимал, что Анбалу он больше не нужен и волк может сожрать его вместе со старухой.

Никто не связывал пропавших людей и предшествующее этому исчезновению чаепитие или обед в доме старосты. И тут пришло спасение в виде меня - шанс уничтожить стаю. Но жадность взяла верх, и староста соврал о количестве оборотней, надеясь, что я справлюсь с парой и погибну, а тогда и платить уже будет ненужно или оборотни уйдут, опасаясь других охотников.

- Лэр Лис, все процедуры соблюдены. - сказал дознаватель

- Они сознались? - уточнил я.

- Да, сознались, но лишь старуха признала свою вину. - ответил мне старший инквизитор.

- Поэтому мы подарим ей более легкую смерть.

- Вы уже приняли решение? - спросил я.

- Да! Они заслужили смерть! Костер и виселица. - сказал один из прибывших инквизиторов.

- Тьма сгубила этих людей, извратила их. Это лишь сосуды для тьмы их тела будут сожжены, а пепел будет развеян.

Столб, с привязанным к нему преступником, народ сноровисто таскает хворост. Картина не самая приятная, но по-другому нельзя, с тьмой нельзя быть слабым.

Для старухи и вовсе в качестве казни определили виселицу, в роли которой выступил дуб, растущий вблизи главной площади. Накинутая веревка и мастерски связанная петля избавили инквизиторов от лишних хлопот. Площадь почти вплотную примыкала к деревенской ограде. С одной стороны шел высокий частокол деревни, а с другой тянулась лента реки с настилом речной пристани, к которой было пришвартовано несколько лодок рыбаков и баркас инквизиторов. В обычные дни площадь перед деревней пустовала, а в праздники служила местом ярмарки и гуляний для жителей близлежащих деревень.

Через час все было готово, и деревня замерла, ожидая казни. Лишь понимание, что огонь и виселица более жестокая казнь, чем топор или меч удержали жителей деревни от самосуда, поэтому сейчас они ждали, когда преступников настигнет заслуженная кара. На лицах людей не было сочувствия. Разве может идти речь о сочувствии и сострадании, если староста и его жена отправили на верную гибель немало жителей деревни.

Два дюжих инквизитора, по отмашке главного, зажгли вязанки хвороста, пламя нехотя занялось. Хворост медленно разгорелся, а привязанный староста задергался и завизжал, но веревки держали крепко, и вскоре пламя дошло до ног преступника. Вопли стали сильнее, я оглядел собравшихся людей, в их глазах не было сострадания. Гнев, ненависть, безразличие - в толпе можно было найти любое проявление человеческих чувств, кроме сострадания. Пламя дошло до колен, и преступник завизжал и задергался сильнее. Невыносимо и тошнотворно запахло палёной плотью, но народ это не смутило. Нравы здесь другие и казнь здесь воспринимают как развлечение. Инквизиторы плеснули в костры земляного масла из кувшинов, и пламя взметнулось вверх и поглотило старосту. Внезапно раздался хлопок, и голова старосты разлетелась как гнилой пень. Куски плоти отлетели на инквизиторов. Народ подался назад и зароптал. Старший инквизитор прикрыл глаза ладонью, словно его смутило такое проявление непрофессионализма со стороны палачей. Я видел в своей жизни много неприятных вещей, поэтому не отвел взгляд, а продолжил смотреть на казнь. Нет, я не был жесток и черств, просто эти твари хотели моей смерти и не только моей, они разменивали человеческие жизни и играли с тьмой. Приговор был жесток, но иначе нельзя. Прилюдное сожжение и виселица послужат людям примером того, что бывает, если пустить в душу тьму.

Вопль старухи, которую волокли к виселице, затих. Вскоре младший инквизитор выбил из-под ног старухи небольшой пенек, который служил опорой для преступницы. Тело старухи задергалось, раскачиваясь на веревке, глаза налились кровью. Ветка дуба жалобно скрипнула в последний раз и все закончилась.

-Тело снять и сжечь. - велел старший инквизитор.

-Лэр Лис, я полагаю, что пара младших инквизиторов здесь закончит и без нас с дознавателями. - сказал старший инквизитор и молча удалился в направлении речной пристани.

Спустя полчаса дознаватели и глава инквизиторов уже суетились на груженном припасами баркасе.

- Вот воронье... - буркнул тихо подошедший со спины Фрол, - своего не упустят, чуть что - так конфискуют все на нужны инквизиции. Пока мы тут вершили суд, они перевернули вверх дном весь дом старосты. Хорошо, что деревенскую казну не тронули, но собрали много добра.

- Вон какие хари, того и гляди треснут. - поддержала Фрола какая-то бабулька из толпы.

- Следи за языком старуха! - рыкнул на старушку один из инквизиторов.

- Чуть что так старуха! - фыркнула бабка, - в былые времена старший инквизитор величал меня ягодкой, а теперь, стало быть, старуха.

Младший инквизитор шагнул в сторону старушки.

- Ну ладно, так и быть, помолчу. - смиренно согласилась бабка, но тут, же нарушила свое обещание. Так как в этот момент на отходящем от пристани баркасе инквизиторов что-то громко треснуло, и бабулька прокомментировала:

-Гляди, люди добрые! Видать у главного инквизитора харя треснула! Вона как громко хлопнуло!

Но толпа осталась безучастной к произволу инквизиторов, да и мне было пора покидать лобное место. А старушка, подхватив юбки, резво метнулась в деревню, спасаясь от разгневанного младшего инквизитора. Нет смысла проводить ночь на открытом воздухе, надо дойти до корчмы и договориться о ночлеге.

Приготовления к казни заняли много времени, как, собственно, и сама казнь, поэтому и судья с дознавателем и несколько сопровождающих их младших братьев решили уехать, желая оказаться как можно дальше. К моменту наступления ночи они будут далеко от деревни, а мне же придется задержаться. Сначала стребовать с нового старосты свои деньги, а потом уже в путь. Устав от напряжённого дня я отправился к деревенскому трактиру с вывеской, гласившей "Трактир дядюшки Тобиуса.", где и собирался провести пару дней. Новый староста предложил мне остаться в опустевшем доме его предшественника, но я не рискнул оставаться в этом негостеприимном доме, поэтому предпочел корчму.

Корчмарь лысый пузатый дядька лет пятидесяти мне натянуто улыбнулся. Запугала народ казнь, но, не смотря на события минувшего дня, корчмарь не покинул своего заведения.

- Чего желаете, лэр? - спросил хозяин заведения и уставился на меня.

- Пообедать бы или поужинать. - я неопределенно помахал рукой, изображая что-то этакое.

Корчмарь оказался мужиком неглупым и понял, что пора заканчивать задавать глупые вопросы, поэтому пустился перечислять различные блюда. Особенно нахваливал запеченного поросенка, но моя память услужливо подкидывала мне картину казни, поэтому я ограничился варёным картофелем и жареными грибами со сметаной. Ко всему этому корчмарь принес кувшин кваса.

- Квас у нас отменный, бывали времена, когда еще был цел монастырь на границе с Вангорном, к нам приезжали торговцы со всего Белогорья. - нахваливал свою стряпню дядюшка Тобиус. - Сделано по лучшим монастырским традициям. - сказал трактирщик и удалился за стойку, поняв что я не настроен болтать.

Спешно поужинав, я оставил на столе серебрушку и поспешил наверх, когда я уже поднимался по лестнице, я услышал голос хозяина корчмы.

-Доброй ночи вам, лэр, и пусть вас клопы не кусают!

- Какие еще клопы? - с подозрением спросил я корчмаря.

- Никакие! - замахал руками толстяк. - Присказка, стало быть, такая.

Еда привела меня в хорошее расположение духа, сыто зевнув, я поднялся по лестнице на второй этаж корчмы, где находилась пара комнат для постояльцев. Я выбрал самую маленькую комнату, в которой кроме кровати, лавки и стола ничего не было. Свет в комнату попадал через небольшое квадратное окошко под потолком. Комната была небольшой, но достаточно уютной. Завтра тяжёлый день, поэтому надо как следует выспаться.

Я еще раз оглядел кровать в поисках клопов, но не обнаружил таковых.

Я растянулся на кровати на тюфяке набитом ароматными травами и погрузился в сон.

Видимо, я поторопился засыпать и слишком понадеялся на инквизиторов, так как ночью меня разбудил стук.

Тук! Тук! Тук! Тук! Как будто кто-то стучит по дощатому настилу.

Тук! Пауза. Тук!

Именно этот звук вырвал меня из сна.

Я вслушался в настороживший меня стук и сжал в руке похолодевшую металлическую бляху медальона охотника.

"А ведь это по мою душу" промелькнула у меня в голове мысль.

Медальон реагирует лишь на нежить и нечисть. Именно на нежить, а не на нечисть, он реагирует так сильно. Амулет покалывал руку холодом все сильнее, а подозрительный стук не повторялся. Скрипнула половица и вновь тишина. Я потянулся за мечом, который висел у изголовья кровати и вытянул его из ножен. Серебряная вязь рун на клинке загорелась пульсирующим светом сигнализирующем о проявлении магии смерти или близком присутствии нежити.

Хм. Не припомню, чтобы нам рассказывали про такую реакцию мечей на нечисть, нет, они обычно светятся и реагируют на нечисть, но свет белый или синий, но не зелёный. Я всмотрелся в магический накопитель в навершие меча и усилием мысли активировал его. Достаточно ранить мечом тварь, а накопитель начнет потихоньку наполняться, используя в качестве подпитки жизненную силу противника. Хорошо, что подобные мечи работают лишь в руках охотников, иначе бы уже давно армии всех окрестных государств завели бы себе такое оружие. Меч охотника напрямую завязан на его ауру, поэтому украсть или потерять артефакт невозможно. Даже если кто-то и украдет артефакт, охотник быстро разыщет свое оружие при помощи ментального зова. Я тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли. Вечно мне перед боем в голову лезут всякая ерунда.

Сейчас не до размышлений, нужно спасать свою жизнь.

Где-то вдалеке тоскливо на одной ноте завыла собака. Вой был монотонным и тонким. Звук собачьего воя пронизывал до костей. Ладони, державшие меч, вспотели, и я застыл у двери. Деревянная щеколда недолго продержится, если кто-то решит вломиться в комнату. Света в комнате не было, лишь тускло светился в темноте меч и его магический накопитель. В его призрачном свете я увидел, как в щель двери протиснулся кривой длинный ноготь.

"Ждать! Ждать!" билась мысль у меня в голове.

Главное не спугнуть эту тварь, иначе, рано или поздно, она меня изведет, а судя по тому, как она вошла в защищённое оберегами жилье, это не простая нежить, а что-то крайне непростое и смертельно опасное. Я спешно облачался в кольчугу и натягивал штаны, надеясь, что тварь даст мне время хотя бы минуту времени, а то биться с нечистью с голым задом не очень-то удобно, да и засмеют местные, если увидят или узнают о подобном.

Мне повезло, и я успел надеть не только штаны, но и облачиться в кольчугу.

Коготь долго ковырялся и пытался поднять щеколду, но она не поддавалась. Тварь поняла, что одного когтя мало и подключила второй. Вскоре дело пошло быстрее, щеколда поползла вверх, я сжал меч покрепче и приготовился встретить тварь.

Дверь открылась, и я увидел ночного гостя или гостью. Свет меча стал ярче, и я смог увидеть нежить, которая решила меня посетить. Невысокого роста сгорбленная фигура, воняла чем-то паленым. Подобной дряни я не встречал, да и наставники в школе о таком нам не говорили. Тварь больше всего напоминала обычного зомби, но была более сообразительная и шустрая, чем мертвяк и несло от нее горелой плотью. Стоп, горелая плоть! Да это старуха поднялась и пришла по мою душу! Мысли лихорадочно заметались.

Стрига! Именно стрига! Тварь, о которой не слышали уже пару десятков лет с момента появления этих тварей во время войны в южных королевствах. Дело плохо, такая тварь обычно восстает после смерти человека от удушья. Нет, явно инквизиторы сделали что-то не так, да и судя по окровавленной морде твари по пути сюда она уже перекусила. Плохо дело, нет у меня шансов против этой твари. Да и не знаю я как с ними бороться. Попробовать отрубить голову... может, сработает? Все что всплыло в моей памяти - это невнятное описание этих тварей, в котором говорилось, что они не боятся солнечного света и могут притворяться обычными людьми, как и все вампиры владеют ментальной магией и магией крови. А что ещё? А это все. Не было у меня опыта борьбы против таких тварей. Эх, надо было слушать наставников, а не дремать на занятиях.

Да и обычно у охотника есть день или два, чтобы изучить противника, а тут тварь сама пожаловала.

Стрига замерла на пороге и не спешила нападать, что дало мне время ее разглядеть более подробно. Лица у твари не было, вместо него был череп с уродливым провалом вместо носа, с оскаленными кривыми желтыми зубами и с клочками кожи и волос на обгорелой голове.

Глаза у нежити отсутствовали, но ей это особо не мешало или все же мешало, непонятно, тварь замерла изваянием и не двигалась. Больше всего тварь напоминала обгоревший труп, которым она, собственно говоря, и являлась. Ноги были лишены плоти, и это-то и выдало тварь, стук костяных пяток, собственно, и разбудил меня. Тварь повернула оскаленный череп в одну сторону - в другую, раздался свистящий звук, словно она принюхивалась.

Как может принюхиваться тварь без носа - непонятно, но она это явно делала. Стрига прекратила нюхать воздух, и голова развернулась точно в мою сторону. Нежить начала постукивать зубами, словно страдала от холода. Жуткие кастаньеты действовали на нервы, и я не выдержал и сделал выпад. Тварь отмахнулась от меча как от назойливой мухи. И, вместо того чтобы проткнуть череп, меч удалил в стену рядом с головой. В ответ тварь махнула когтистой рукой, а я отпрыгнул к столу, но это не помогло, тварь размазалась в воздухе, и я оказался прижатым к кровати. Оскаленные зубы тянулись к моему горлу, а тварь прошипела:

- Поццеллуй ммменяяя кррррассссавчик!

Я дёрнул головой, но хватка твари не ослабевала, в глубине провалов глаз я увидел красноватые отблески. "Ну, вот и все!" - пронеслось у меня в голове. Похоже, новорожденная тварь успела перекусить, раз может удерживать мое модифицированное тело, не прилагая при этом серьезных усилий.

Я дернулся, пытаясь освободиться, чем спровоцировал раздумывавшую тварь. Клыки твари удлинились, и она впилась в мое горло. Вспышка боли, я засучил ногами и зашарил руками в поисках меча, но не нашел его, нашел лишь траву из разорванного тюфяка. Я сжал ее пучок в кулаке и ударил твари в ухо. Это был даже не удар, а слабый толчок раздался треск и стук! Я провалился темноту.

Пробуждение было тяжким, глаза не хотели открываться, словно веки были налиты свинцом. Немилосердно болело все тело.

- Кажись, очухался! - раздалось надо мной.

- Ага, очухался, как же, кровищи вона скока от него было, как от порося. - раздался второй голос.

- Да не его это! Бабка Марфа его оглядела, сказала, что нет на нем ран. - раздался первый голос.

- Бабка Марфа - старая клюшка, которая помнит ещё деда нынешнего короля! - Из ума, поди, уже выжила! Как встанет сейчас да начнет нас рвать! - бубнил второй голос.

- Не начнет парень никого рвать! Ироды окаянные! Значит, из ума я выжила, старая! Деда короля помню! Ах, вы, дубины стояросовые, вам чего велено было?! - раздался старческий дребезжащий голос.

- Бабка Марфа, да мы ничего не делали!

- Вот именно! Несите парня на воздух, пусть подышит, а то второй день в этой конуре мается! - прикрикнула на мужиков бабка.

- А если укусит? - буркнул первый голос.

- Да я тебя, паразита, сейчас сама за ляжки жирные покусаю! - рявкнула, окончательно теряя терпение бабка.- Сказано: несите на воздух! И не уроните, а то я вам устрою, вмиг стручки отсохнут! - приговаривала бабка.

Мне стало весело от бабкиных угроз.

- Ты глянь, Фрол, да он скалится! Стало быть, и впрямь на поправку идёт.- сказал первый голос.

Фрол! Да это ж тот мужик, что меня забирал из леса, стало быть, второй голос это его зять, понял я.

Неожиданно я почувствовал рывок и понял, что мужики поволокли меня по лестнице прямо вместе с кроватью. На мое счастье - не уронили, видимо, побоялись бабкиных угроз. Через закрытые веки пробивался яркий солнечный свет, я почувствовал слабые дуновения ветерка.

Я жив! Тварь меня не добила! Повезло ли мне? - пока неясно.

Я повторил попытку открыть глаза и мне это удалось, я увидел солнце и две бородатые рожи, которые склонились над моим лицом.

- С тебя серебрянный! - заключил радостный Фрол, уставившийся на своего зятя.

- Помилуй, Фрол!

- Проспорил - гони обещанное! - упёрся Фрол.

Раздался горестный вздох, и Тихон отдал тестю серебряный кругляш.

Это что же? Эти гады спорили, выживу ли я!

Встану - убью обоих. Я попытался встать, но не вышло, тело не слушалось.

- Лэр, привязаны вы, так корчмарь велел сделать! Сильно опасался, что вы обратитесь в ту тварь, какая инквизиторов порвала.

- Да и бабка Марфа велела вас не развязывать, пока вниз не спустим, чтобы мы не уронили случайно. - сказал Тихон.

Я разлепил ссохшиеся губы и просипел:

- Пить!

- Эт мы вмиг организуем! - засуетился Фрол.

Лицо Фрола исчезло, и я услышал его спешно удаляющиеся шаги.

Через пару минут ожидания мне поднесли к губам кружку, и Фрол заботливо приподнял мою голову.

В мое горло полилась живительная влага.

- Ты ж, что ж, склирс бородатый, делаешь? Лэра своей паршивой брагой травишь! - раздался гневный окрик и я боковым зрением увидел корчмаря, появившегося на пороге своего заведения.

- Не травлю, а спасаю! - пробасил Фрол. - Пить лэр хотел, вот и дал что было.

- Ой, дурак! Как есть дурак! - запричитала старушка, появившаяся на пороге корчмы, и заторопилась к моей постели.

- Говорила я твоей мамке, чтоб она за тобой следила и не роняла! Уронила все-таки! Да не один раз, видать, да об пол дубовый.

- Не роняла меня матушка! - обиделся Фрол.

- А батюшка тоже не ронял? - участливо поинтересовалась бабка.

Фрол задумчиво почесал голову.

- Сомневаешься - значит так оно и было! - отрезала бабка Марфа, подошла к Фролу и закатила ему сильную оплеуху.

- За что?! - прогундосил тот.

- Было бы за что - я бы тебя вообще пришибла!

Я наблюдал эту сцену, с трудом повернув голову в направлении выхода из трактира. Веревки, плотно державшие меня, не позволяли мне рассмотреть, что происходит вокруг, но сухонькую старушку, стоящую на страже моего здоровья, я мог видеть как и окружающих меня людей, благо Фролу и Тихону хватило ума не привязывать мне еще и голову.

Старушка гневно сверкала очами и обличала Фрола:

- Спас нас лэр от оборотней, от мертвяка, но помер бы от бражки твоей вонючей.

Фрол недоверчиво понюхал кружку, которую держал в руках.

- И ничего она не вонючая! - оправдывался он.

- Вонючая, как есть вонючая! Уж я-то чую. - передразнила его бабка.

- Иди и развязывай лэра, не опасен он, проверила я его уже и серебром и травами, пока он спал.

- Бабка Марфа, а коли ошиблась ты? - сказал Тихон.

- Ошиблась я, когда мамкам вашим разродиться помогла. Послали боги мне наказание за мои прегрешения! - запричитала бабка.

Сконфуженные мужики поспешили к моей кровати и начали меня развязывать. Минута - и я снова почувствовал, что могу двигать руками и ногами. Фрол с бабкой сноровисто меня подняли и подложили мне под спину подушки.

- Бульон неси! - рявкнула бабка на корчмаря. - Стоишь, как девка продажная у дороги, нет бы делом заняться!

Толстого корчмаря как ветром сдуло. А бабка, видать, в авторитете, раз так тут командует, подумалось мне. Через пару минут появился корчмарь, с глиняной тарелкой, которая исходила слабым паром, который, был едва видим в утреннем воздухе. Бабка взяла ее и начала меня поить через край. Такое проявление заботы было странным, но приятным, с бульоном, который попал в мой желудок, я почувствовал себя лучше. Но бабка велела мне укладываться на кровати и спать. Не смотря на мои попытки встать, веки потяжелели и я закрыл глаза.

"Бабка Марфа! Ну, зачем же было сонное зелье в бульон добавлять?" - пронеслось у меня в голове, прежде чем сознание меня покинуло.

Второй день я. стараниями бабки Марфы, соблюдал постельный режим, а Фрол и Тихон исполняли роль моих сиделок: кормили и поили меня. Нет, не брагой, как кто-то мог подумать, а лишь бульоном, а затем - мясным супом. А на ночь заносили меня в корчму. Спали мужики тут же, рядом со мной, на лавках. Хотя первую ночь они пытались наладить дежурство, видимо опасаясь, что я могу все же превратиться в вампира, каким и является стрига. Вампир, который получается из неупокоенных висельников. Надо сказать, что если бы младшие инквизиторы сразу сняли тело и сожгли его, то и проблем бы не было, а так - стрига украсила гирляндами их внутренностей дуб, под которым они попытались ее сжечь. Это надо же было затянуть до заката и даже не отрубить голову трупу перед сожжением. Видимо, стрига не простила им халтуры и, судя по следам, расправилась с ними минут через пять после того, как они начали сжигать тело. Амулеты и обереги на околице ослабили тварь, как и огонь, поэтому я и встретил её в ослабленном виде, но мне этого хватило. Пока я лежал прикованный к постели, местные дали знать о судьбе инквизиторов в Поклонск, где и пришли к выводу, что подобную казнь преступников теперь использовать опасно.

Моя болезнь продолжалась около недели, и все это время я пытался поскорее выбраться из кровати. Строгая бабка Марфа, не смотря на мои возмущения, суровым тоном заявила, что свои грязные делишки, я могу делать и на утку и мне не следует покидать кровати, иначе она больше не будет спасать жизнь такому неблагодарному пациенту. Видя суровое отношение бабки, прописавшей мне постельный режим, Фрол и Тихон, как могли, пытались меня развеселить и отвлечь.

Каждый день Фрол и Тихон предпринимали отчаянные попытки пронести брагу контрабандой мимо поста бабки Марфы. В конечном итоге местной ворожее это надоело, и она наложила на Тихона заклинание чесотки. На следующий день уже оба мужика смирились с приказом бабки и попросили их простить. Бабка с серьезным видом пошептала что-то, а потом отпустила мужиков с миром, сказав мне по секрету, что и заклинаний то не использовала, а всего лишь сделала Тихону внушение, а он и поверил, да и тестя убедил идти к бабке с повинной и просить избавить от чесотки. Силы постепенно возвращались, но авторитет бабки Марфы не позволил мне встать раньше чем через три дня после боя со стригой.

Хоть бабка и грозила мне всеми карами всевышнего, я не смог долго терпеть предписанный мне постельный режим. Я был слаб, ноги и руки дрожали, но все же мог кое-как ковылять по саду у корчмы. Через неделю мне уже почти полностью удалось оправиться от пережитого.

Корчмарь, хоть и показался мне сначала не особо приятным человеком, заверил меня, что не возьмёт с меня ни медяка. Не сказать, что это меня обрадовало, я не привык пользоваться чьей-то добротой, но дядюшка Тобиус лишь спустя пару дней нехотя признался, что все оплатил новый староста и я сдался и не стал требовать приема платы. Староста оставил мне десяток золотых награды, а сам уехал в столицу провинции представляться главе и принимать дела. Что в свете последних событий меня обрадовало. Десяток золотых это большие деньги, на которые я смогу прожить полгода, даже в столице. Но я не собирался в столицу, я собирался продолжить свою работу на границе с Вангорном.

Глава гильдии неспроста отправил меня именно сюда. Как показала моя поездка, количество разнообразной нечисти здесь, на границе, просто зашкаливало. Соседние королевства, видимо, разводят нечисть или она бежит из них, опасаясь вездесущих налоговых инспекторов, это те еще кровопийцы.

Ты умер - не проблема, а перед этим заплатил все подати? Нет? Ну, тогда что бродишь без дела по кладбищу? Иди работай! Так обычно общались налоговые инспекторы с простыми людьми. Конечно, я лукавил, но картина, которую я нарисовал себе в голове, меня развеселила и я улыбнулся. Все же, налоговые инспекторы собирали подати в пользу короля, инквизиции и нашей гильдии. Взамен же крестьяне могли быть уверены, что им помогут в случае необходимости. А такие деревни, как эта, на границе, подати платить не любили, вот и я попал в хитрую ловушку местного старосты, предложившего мне заказ, что не противоречило законам гильдии.

Через неделю, когда строгая бабка Марфа позволила мне самостоятельно перемещаться, я сидел у корчмаря и выпытывал подробности той ночи. Как оказалось, меня нашли мужики, которых созвал корчмарь, увидевший, как нечто проковыляло по лестнице наверх.

На вопли корчмаря и прибежала половина деревни. Я был без сознания и лежал в луже крови, но когда меня вытащили из кучи костей, оставшихся от тела, стриги я застонал. Сообразительный корчмарь послал за бабкой Марфой, которая меня и спасла своими отварами. Корчмарь заверил меня, что ран на мне не было, но пол был залит моей кровью. Странно все это - я помню, как тварь прошипела мне в лицо что-то про поцелуй, а потом вцепилась в горло.

Я сидел за столом в корчме дядюшки Тобиуса и вел с ним беседу о произошедших после казни событиях, все мало-мальски важное я записывал в свой путевой блокнот. Трактирщик был необычно весел и то и дело прикладывался к одной из стоявших на столе деревянных кружек с квасом.

- Уважаемый Тобиус! А не было ли у меня чего ни будь зажато в руке, когда вы меня нашли? - спросил я, уже догадываясь, что, наконец, узнаю причину своего чудесного спасения.

- Да как упомнить тут! - напряг память корчмарь.

- Хотя, было кое-что. - корчмарь напряженно насупил брови. - Да, точно, в руке пук соломы из тюфяка, помнится, был зажат. Я же держу приличное заведение и в соломенные тюфяки набиваю еще и травы разные, для пользы постояльцев, да и от клопов помогает. Видать, в драке матрас порвался, вот и схватились за солому рукой, когда падали.

- А что за травы? - уточнил я у корчмаря.

- Мята, вербена, чабрец... пустился перечислять Тобиус.

Внезапная догадка пронеслась у меня в голове!

Вербена! Я ударил тварь в морду пучком соломы с вербеной, это меня и спасло. Другого объяснения я не видел! Я сделал несколько пометок в блокноте, используя подаренное мне другом магическое перо.

- Тварь-то на вас напавшая, видать. на костре не сдохла и, как только инквизиторы отвлеклись, она убила их и пошла на поиски обидчика. - подвел итог рассказа толстяк.

А обидчиком, стало быть, был я! Поэтому тварь и не вломилась в комнату корчмаря, а прошла сразу по моему следу?

- Уж того не ведаю, - развел руками корчмарь, - только прошла она за вами, словно вы для нее как маяк в ночи. Меня за стойкой даже не заметила, сразу наверх поковыляла, а я кабанчиком по деревне пробежал, мужиков собрал и вас повел спасать. У меня приличное заведение - не хватало еще испортить его репутацию гибелью постояльца от твари какой-то.

Я-то сначала и не услышал, что оберег на двери та тварь разбила вдребезги, только потом увидел, что оберег из черной бронзы весь осыпался трухой, словно и не металл это. - продолжил свой рассказ корчмарь.

- Как тварь смогла пройти в деревню?

Корчмарь внезапно нахмурился и сказал:

- Не знаю, да и никто не знает, маг воды ставил новую защиту пару лет назад, эту тварь должно было в лоскуты разнести, а ей хоть бы хны.

Я же уже начал догадываться, что обереги на воротах испортил или Анбал, или прежний староста, правда, неясно для каких целей. Хотя, был и вариант похуже, связанный с большим количеством смертей в округе, эманации которых, могли развеять защитные плетения. В таком случае, нужно обновлять защиту всего поселения, а это крайне длительный процесс, который по силам лишь стихийным магам, которые обычно проверяют обереги раз в несколько месяцев, когда в очередной раз вместе с фискалами и отрядом солдат объезжают поселения для сбора налогов.

А обереги в корчме, видимо, все же ослабили тварь, поэтому она и не убила меня, как инквизиторов.

Постепенно картина произошедших событий становилась все более полной. Старуха, как и старик, сгубили много душ, что и привело к такому жуткому посмертию. Эх, знать бы все точно, а то я лишь догадываюсь.

Все свои размышления и догадки я поспешил перенести на бумагу и поместил в свой дневник, чтобы уже потом составить отчет для главы гильдии.

Итого вышло, что стрига - это вид высшего вампира, способный воплотиться из тела повешенного грешника. Днём слаб. Не боится огня. Способен проходить в защищённые оберегами дома, что его ослабляет, но не убивает. Убить можно при помощи вербены или по средствам обезглавливания и дальнейшего сожжения.

Забавно вышло. Я, вчитавшись в свои записи, улыбнулся.

Вот только за эти знания я заплатил собственной кровью. Припомнил я,

что-то странное творится с моим мечом при приближении подобных тварей.

Корчмарь, видя, что я улыбнулся, спросил: "Что-то случилось?". Я закрыл дневник, посмотрел трактирщику в глаза и сказал: "Тащи амулет связи, будем вызывать из Поклонска дежурного мага, а я пока задержусь в вашей деревне, иначе без защиты вы можете и не дожить до следующего сбора налогов.".

Корчмарь поспешил в свою комнату и вскоре вернулся с небольшой деревянной шкатулкой. Я же поспешно набросал на листе бумаги послание и вложил его в шкатулку.

Через десяток минут крышка шкатулки скрипнула, и я открыл ее и вытащил на свет ответную записку.

Дежурный маг Поклонска не дремал и сообщал, что посетит деревню в ближайшие три дня. Пока же он меня просил оставаться на месте и постараться наладить дежурство на стенах деревни. Маг сообщил, что прибудет в деревню, как только решит неожиданно возникшие дела в Поклонске. До этого времени всем жителям деревни маг строго запретил покидать ее пределы.

Я озадаченно потер лоб, что-то неладное происходит. Если стихийный маг так беспокоится и ввел такие меры безопасности, то дело явно не чисто.

- А с мечом моим что стало? Я чувствую, что он, где-то недалеко от деревни. - сказал я корчмарю.

- Да наш кузнец Град его забрал, как вы в себя пришли, сказал, что заточить надо заново. - неохотно признался корчмарь. - А живет он на отшибе, так как, сами знаете, что огонь кузни и деревянные дома в деревне вещи мало совместимые.

- Горазд же ты сказки казать Тобиус. - раздалось у меня за спиной. - Не уж то не знаешь, что у меня в кузне печь работает от жара огненной саламандры? Не любят саламандры вражду и склоки, потому и берегу я ее вдали от деревни. Да и не ты ли, лет двадцать назад, когда я искал место под кузню, плакался мне, что удары молота режут твой нежный слух и просил построить кузню на берегу реки подальше от корчмы? - ухмыльнулся кузнец.

- Не припомню я что-то подобного, да и давно это было. - улыбнулся Тобиус.

Я обернулся, на пороге корчмы стоял крепкий мужик со свертком в руках из которого торчала рукоять моего оружия. Я узнал свой меч по характерному магическому накопителю, выступающему в роли противовеса в навершии рукояти.

- Ножны новые справил для вас, лэр. Ваши сломались, когда вы с тварью бились. - сказав это кузнец подошел, и положил на стол мой меч в новеньких ножнах.

- Сколько я вам должен? - пролепетал я, любуясь потрясающей красоты деревянными ножнами с металлическими, выполненными из золотистого цвета бронзы накладками. Тонкая вязь рун покрывала ножны и в магическом зрении они переливались всеми цветами радуги. Я всмотрелся в руны и изумленно присвистнул, ножны были зачарованы.

- Что это за чары? - спросил я.

- Руны тепла и прочности, теперь в морозные дни и ночи меч не примерзнет к ножнам, и вы сможете всегда его извлечь в нужный момент, а чтобы их сломать придется изрядно потрудиться. - сказал мне кузнец.

Я вгляделся в кузнеца, его аура едва видимо светилась коричневым светом, очень слабый маг земли стоял передо мной и наслаждался произведенным эффектом.

- Вы - маг? - изумленно спросил я.

- Скорее слабосилок, как в народе принято говорить. - сказал кузнец и приложил руку к груди. - На руны сил хватает, а на трансформацию и заклинания уже нет, да и когда гильдейские меня нашли, мне уже шел третий десяток и не было смысла меня обучать чему-то серьезному. Вот я и нахватался вершков в гильдии, с тех пор живу здесь и веду хозяйство, изредка выполняю заказы гильдии по укреплению доспехов и оружия. Уж больно однобокий у меня дар, на большее его не хватает. Только вот и могу, что руны вплетать в металл.

- Скажешь тоже, однобокий дар. Это вы, лэр, еще не видели, какие ловушки и руны нашпигованы у его дома. Лет пять назад десяток каких тупых мертвяков сунулась к его дому, так потом их ошметки еще три дня по берегу реки лопатами собирали. Он каждый камушек у дома руной снабдил и теперь, если какой мертвяк решит подойти к его дому, эти камни начинают взрываться и разлетаться каменным крошевом. - сказал корчмарь.

- А почему же тогда он не поставил такую защиту на всю деревню? - спросил я.

- Да мы просили, а он уперся, что, мол, слабый дар и что не хватит ему знаний, чтобы сделать такую защиту универсальной.

Я посмотрел на кузнеца, тот лишь виновато развел руками.

- Вы не сказали, сколько я вам должен за работу? - повторил я свой вопрос.

- Это я вам всегда буду должен! - сказал кузнец и поспешно вышел из корчмы.

Я хотел подняться и догнать, но корчмарь положил мне руку на плечо.

- Не стоит, лэр, в прошлом годе его жена с дочкой в лесу пропали, собирали мед диких пчел по поручению нашего прежнего старосты. В тот год он особенно усердствовал и твердил, что без меда, дескать, налог не осилим, вот и отправил их в лес, по жребию, вроде как, но теперь-то понятно, что на убой, а тогда и подумать не могли. Стало быть, это староста их сгубил. А вы месть свершили. Не поймет Град, если подарка не примете и платить вздумаете.

Я молча кивнул, соглашаясь с доводами дядюшки Тобиуса. Пробыл я в Речных дворах ещё порядка трёх дней, пока в деревню не прибыл отряд стражи вместе с магом воды, который спешно провел проверку всех жителей на оборот при помощи амулета-анализатора. Магическую защиту стихийник возводил в течении трех дней и с таким расчетом, чтобы в случае нарушения ее целостности сигнал об этом приходил на амулет нового старосты. Бревна частокола покрыла вязь сложных рун, мерцающих в магическом зрении всеми оттенками синего, что внушало доверие к работе мага. Теперь, если даже какая-то тварь попытается проникнуть, ее должно покрошить на куски магическими водяными лезвиями, благо река рядом и сила стихийной магии в таком месте будет особенно сильной. Но после произошедших событий, мне все же осталось неясно, почему прежняя защита развеялась. Когда маг закончил, я с чистой совестью попрощался с жителями, оставив подарок бабке Матрёне. Подарком стали клыки оборотня, она найдет им лучшее применение, чем алхимики в городе. И, может, спасет жизнь кому-то ещё, а мне нужно торопиться, уж слишком много новостей скопилось у меня и амулет связи не сможет их передать дальше, чем на сотню километров, а расстояние между некоторыми деревнями и городами часто превышает его многократно. Нужно сообщить главе, что творится в провинции, иначе гильдия рискует заплатить кровью мирных жителей за то, что проявила беспечность и неосведомленность о делах на границе с Вангорном.


## Глава 2 Болотный край


Шел второй день моего путешествия по территории болотного края.

Болотный край представлял собой довольно большую котловину, имеющую в окружности около пятидесяти километров. Как следовало из уроков нашего преподавателя истории, данная котловина не всегда была обитаема из-за того, что в ней невозможно было заниматься земледелием. Местные жители довольно быстро нашли способ пропитания, обнаружив в данной местности железную руду, и поселились на краю данного обширного болота, добывая металл и перепродавая его соседям. Именно у жителей окружающих болото мест, как показало время, рождалось больше всего магически одаренных детей, чем в других королевствах. Железо же из этих мест было сначала воспринято как нечто обыденное. Многие жители тогдашнего Белогорья не удивились бы, узнав о подобной находке, так как запасов железа в рудниках Белогорья было изрядное количество, но местная руда имела особые свойства. Несколько сотен лет назад одному местных удалось обнаружить небольшой кусок небесного железа, с чего здесь и начали его добычу. Возможно, данная находка так и осталась бы незамеченной, но позже, когда кому-то из кузнецов пришло в голову попробовать изготовить из этого железа заготовку для клинка, то выяснилось, что на железо из здешних мест чары ложатся лучше, чем на прочее. Подобное открытие не прошло мимо алхимиков и ремесленников только недавно созданной гильдии, и вскоре в болотном крае начались поиски.

Проведенные алхимиками и ремесленниками опыты позволили изготовить не только клинки, но и усилить зелье модификации.

Небесный камень, который рухнул в этих местах, в незапамятные времена был поистине огромным и вот уже несколько сотен лет здесь добывают железо для нужд гильдии. Магические артефакты и оружие были не единственными предметами, созданными из местного железа. Негостеприимная котловина, образовавшаяся от падения метеорита, надёжно хранила свои тайны, и когда в самой котловине начали массово селить крестьян для добычи руды и получения металла, то произошла трагедия. Среди крестьян в большом количестве начался мор, но по какой то неведомой причине болезнь не затронула людей наделённых хотя бы крохами магической силы. А вот обычным людям, поселившимся в огромном кратере, превратившемся в обширное болото, досталось сполна. Мор лютовал в этих местах долго и пощадил едва ли десятую часть крестьян, которые поселились здесь. Да и выжившие, в большинстве своем, мало походили на себя прежних, кто обзавелся чешуей на теле, кто-то лишними пальцами, а кто-то и вовсе стал похож на порождение темного. Прознав о подобном проявлении темных сил, в эти места нагрянула инквизиция, поставившая своей целью искоренить все проявления силы нечистого.

Но, как оказалось, таинственная болезнь не пожалела и инквизиторов, которые, напуганные случившимися среди них случаями мора, поспешили покинуть эти места, бросив на произвол судьбы заболевших монахов. Как в дальнейшем удалось установить, причина мора и изменений крылась не во фрагментах гигантского метеорита, а в местном воздухе и воде. Стоило обычному человеку пожить здесь около месяца, как начинается лихорадка и чаще всего после нее наступала смерть

Но тем, кому посчастливилось выжить, приходится мириться со своим изменившимся внешним обликом и тем, что придется весь остаток жизни жить в болотном краю. Люди после этих изменений не могут долго жить в дали от болотного края и, если кто либо пытается отдалиться от гигантского кратера более чем на десяток километров, начинают задыхаться и если не обращают на это внимание, то скоро гибнут, словно пересекают невидимую границу этих мест.

Вот уже пару сотен лет над этим феноменом бьются лучшие умы гильдии, и пока что наиболее вероятным объяснением всего - является упавший метеорит. Падение которого, возможно, и привело к появлению большого количества магически одаренных в самом Белогорье и окрестных землях, и возникновению самой магии, как некого побочного продукта от контакта людей с этими осколками небесных тел. Хотя, многие свидетельства, оставленные древними, подтверждают теорию о том, что первые магически одаренные всегда жили вблизи от мест падения крупных метеоритов, видимо, в давние времена магически одаренные ещё были зависимы от подобных мест силы, а уже затем смогли оставить их. Как бы то ни было, но природа магии болотного края подтверждала эту теорию. Именно металлическая пыль и вода из этих источников были одним из важнейших элементов зелья трансформации. Конечно, гильдия пыталась наладить добычу этих необходимых ресурсов всеми доступными способами, а взамен предоставляла людям болотного края продукты и прочие блага цивилизации, которые те не могли получить самостоятельно. Болотники, как их пренебрежительно называли жители соседствующих с болотным краем земель, были изолированы, но им удавалось не только приспособиться к жизни здесь, но и поддерживать свою численность, которая, по данным гильдии, не превышала десяти тысяч человек. В первые годы, пока происходило освоение болотного края, в эти места в массовом порядке ссылали преступников, чтобы они добывали так необходимые для войны ресурсы. Так как создание зелья трансформации, амулетов, магических артефактов требовало массу рабочих рук, то сюда же отправляли на работу военнопленных. Именно тогда, опытным путем изучая, как эти земли влияют на преступников, гильдии удалось выяснить, что если человек живёт в болотном краю более трёх недель, то вскоре его настигает болотная лихорадка. А вот если меньше - то ему ничего не угрожает, поэтому вскоре в эти места безбоязненно потянулись купеческие караваны обычных людей, избавив членов гильдии от необходимости выступать в роли посредников между болотниками и внешним миром.

Болотная лихорадка не была избирательной, поэтому вскоре все пленные, которых заставляли работать в болотной котловине были больны, а десятая часть выживших уже не могла сбежать так как стоило им попытаться сбежать, как их горло стискивал невидимая рука удушья и они были вынуждены спешить обратно в котловину. Вот так, год за годом, население болотного края росло за счёт пленных, преступников и обычных крестьян, которых нужда заставила поселиться в этих местах в поисках лучшей доли.

Правда, вскоре в этих местах во весь рост о себе заявил женский вопрос. Среди Болотников было слишком мало женщин и, назначенный в эти места наместник попросил о помощи. Решение женского вопроса пришло с неожиданной стороны. Церковники, которые всегда следили за тем, чтобы все вели благочестивый образ жизни, устроили облаву по всем населенным местам Белогорья. Цель церкви была одна - убить одной стрелой сразу двух склирсов.

Уже давно церковных патриархов тяготила проблема массы продажных женщин, которых было довольно много среди беженцев наводнивших Белогорье. Продажные девки наводнили почти все города, и особенно много их было в столице, к радости местной молодежи и к большому неудовольствию церковников.

Вскоре, к болотному краю отправились несколько больших караванов, в которых были девушки и женщины разных возрастов: от юных девушек до беззубых шамкающих старух. Церковники хотели продать болотникам как можно больше женщин в обмен на металл.

Хотя среди этих женщин смертность и была высока, но в целом удалось выровнять перекос в составе населения болотного края. Подобный обмен устроил и болотников и церковь. Наместник поблагодарил церковников, а в ответ ему сказали, что если женщины будут нужны, то ещё наловим.

Вот так церковь смогла загнать продажных девок в публичные дома и отстоять понятие нравственности хотя бы на улицах городов. На улицах после нескольких таких облав не осталось и следа от толп куртизанок. Чиновники королевства так же увидели свою выгоду и создали массу публичных домов, куда устремились те, кому удалось избежать облав церковников. Работницы подобных домов платили немалые деньги в королевскую казну, а взамен их уже не пугала перспектива отправиться в болотный край в качестве живого товара. Цены на услуги публичных домов выросли, казна получила ещё один источник стабильного дохода, а церковь снова оказалась не у дел, потеряв очередной источник дохода. Вот таким, собственно, и был болотный край, который, в массе своей, напоминал гигантскую чашу, по которой то тут, то там были разбросаны островки суши, на которых находились поселения Болотников.

Женский вопрос больше не беспокоил эти места, что, вероятно, заставляло церковников грустить и сожалеть о том, что они, в отличии от нашей гильдии, не смогли наладить долгосрочное сотрудничество с болотниками, которым были нужны ещё и продукты, инструменты, ткани и прочие товары, которые доставляли в эти места торговцы, находившиеся под контролем нашей гильдии.

Но, не смотря на радужные перспективы торговых отношений, болотникам гильдия была необходима. Скудные продуктовые ресурсы этих мест, такие как различные земноводные и болотные угри не могли прокормить население этого края, поэтому выросло количество караванов, идущих через эти земли. Так бы все и продолжалось, если бы не одна проблема, которой изначально никто не предавал значения.

Множество погибших во времена первой болотной лихорадки никто не хоронил, их просто выбрасывали в зловонные воды огромного болота. Прошли столетия с тех пор, но лишь несколько лет назад проявились первые последствия подобной халатности. В болотном краю бесследно исчезли несколько караванов гильдии, которые находились под охраной боевых магов. Обеспокоенная гильдия усилила охрану караванов, но таинственный противник не рисковал нападать на хорошо охраняемые караваны, предпочитая терроризировать окружающие земли. Если я во время своего пути к Вангорской границе прошел лишь по краю и спустя пару дней уже лишился лошади из за нападения плотоядных жаб, то теперь же мой путь лежал прямо по центру гигантского кратера и, чем ближе я подъезжал к кратеру, тем более сырым и влажным становился воздух.

Каменная дорожка, насыпанная для караванщиков, была довольно узкой и я не стал рисковать, решив, что продолжу свой путь, ведя лошадь в поводу, но упрямая кобыла застыла у края дороги, ведущей в сердце болотного края, и не желала двигаться дальше.

"Ну, вот что мне с тобой делать?" - спросил я у кобылы, пытаясь сдвинуть непокорное животное и пересечь неведомую границу болотного края.

Наконец, кобыла сделала несмелый осторожный шаг, затем второй и пошла более или менее ровным шагом. "Не хочется тебе идти вперёд? Думаешь, ждут нас по дороге?". Лошадь в ответ лишь фыркнула, обдав мою шею веером горячих брызг.

"Что за..." - успел подумать я.

В следующий момент мое тренированное тело начало работать на одних рефлексах. Я резко крутанулся, выхватывая меч и оборачиваясь, но увидел лишь обрубок шеи с бьющим оттуда фонтаном крови. Мгновенье спустя я услышал громкий всплеск слева от караванной тропы и увидел, что это голова моей кобылы улетела в топь. Я покрепче схватился за меч, пытаясь обнаружить противника, но в клубящемся над топью зеленом мареве, мне с трудом удавалось рассмотреть, что творилось в паре метров от моей тропы. Вода по обе стороны от неё была абсолютно спокойной, словно и не было молниеносного нападения на мою лошадь.

Видимо, тварь устала ждать, пока мы зайдем подальше, на тропу, и атаковала самую крупную цель лошадь, а меня решила оставить на закуску так сказать. Совсем оголодала, раз решилась охотиться на краю болот. Я продолжил оставаться наготове, ожидая нападения. Через секунду на противоположном краю тропы, позади убитой лошади, на меня выскочило существо, покрытое грязно-рыжей шерстью, с толстым пузом и непропорционально тонкими ногами. Однако, чего-чего, а оржавиника в этих местах я не ожидал увидеть, хотя, как говорят, раньше эта тварь была довольно распространена вблизи богатых железом болот. Между тем, оржавиник запустил свои грязные когтистые лапы себе в пасть и старательно хлюпая облизал с них кровь.

- Ах, ты ж лакомка какая, иди сюда! - сказал я и поманил тварь пальцем.

Тварь старательно облизывала пальцы и пару секунд не обращала на меня внимания, но после моих слов повернула голову на бок, разглядывая меня, словно увидела забавного зверька.

- Что смотришь, образина? Не нравлюсь? - спросил я замершую тварь.

А в следующее мгновение монстр бросился на меня, прыгая словно гигантская лягушка. Я остался стоять, ожидая пока тварь достаточно приблизится ко мне. Между тем, она прыгнула на мня, стремясь оторвать своими когтистыми лапами мою голову, но, вместо головы, лапы твари встретил мой меч, который меня в очередной раз не подвел, да и как может подвести оружие, выкованное гномами в недрах нашей подземной цитадели.

Тварь злобно завыла, лишившись половины когтистых пальцев на одной из лап. Она перепрыгнула меня, отрезая меня от края болотистой котловины.

Ну, уж нет, я не побегу, да и куда мне бежать, если кругом на добрую сотню километров нет иных поселений, кроме поселков болотников, расположенных в самой глубине гигантского кратера?

Без лошади и провианта я обречен на голодную смерть, да и почти все мои амулеты остались в черессидельных сумках.

Тварь же выла на разные голоса, толи пытаясь заставить меня бежать, толи пытаясь отогнать от туши мертвой лошади.

Я понимал, что шансов справиться с этой тварью у меня мало уже в самом начале боя. Когда монстр выбрал мою лошадь в качестве цели нападения, мне несказанно повезло, иначе моя голова уже валялась бы посреди топи, а оржавник уже бы обедал моей бренной тушкой. Сейчас же, лишившись половины пальцев, тварь обезумела от боли и вряд ли отступит от своей законной добычи, а я не отступлю от сумок с провиантом и моими ингредиентами.

Пока что я справлялся лишь при помощи оружия и повышенной реакции, но долго так продолжаться не могло. Оржавник решил повторить попытку оторвать мою голову, но не преуспел и лишился одной из лап. Тварь слишком увлеклась и поэтому стала предсказуемой. Забавно завывая и булькая тварь баюкала обрубок своей лапы, уже не помышляя о нападении на меня. "Вот и все, нечем больше тебе в носу ковыряться!" - прокричал я оржавнику и пошел в атаку. Тварь скулила, завывала и отступала под моим натиском, пытаясь парировать удары моего меча оставшейся лапой.

Минут через пять мне удалось еще раз зацепить оржавника.

Я, видя что противник отступает, усилил натиск и взвинтил свое восприятие на максимум, но тварь неожиданно сменила тактику и вместо нелепых прыжков приподнялась на задних лапах и взмахнула передней разорвав кольчугу на моей груди.

Я вскрикнул и пошатнулся, а тварь обрадованная успехом отскочила от меня стремясь разорвать дистанцию. Поняла, что серьезно зацепила меня.

Радостно поскуливая тварь принялась слизывать мою кровь со своей лапы.

Ждёт, когда я ослабею от потери крови, чтобы прикончить. Но, вопреки моим ожиданиям, даже моя повышенная регенерация не позволяла мне заживить рану за несколько секунд, я все же не боевой маг с его живучестью, а всего лишь бракованная заготовка, как сказал один из младших алхимиков, за что тут же схлопотал от меня по прыщавой физиономии.

Я инстинктивно прижимал руку к груди, пытаясь остановить кровотечение, которое хоть и ослабело, но по-прежнему было довольно сильным. "Ещё пару минут и все" - подумал я.

Тварь злорадно повизгивала и продолжала, находясь в недосегаемости для моего меча, лакомиться моей кровью. "Чтоб тебя разорвало!" - крикнул я твари. Следом грохнул довольно сильный взрыв, разметавший на десятки метров не только саму тварь, но и кочку, на которой она сидела. Меня взрывной волной от спонтанно созданного заклинания сбросило прямо в болотную воду рядом с тропой.

Как однажды сказал мой друг Флин: " Хорошо, что дерьмом не забрызгало". Как-то раз мы были с ним в одном столичном кабаке и задержались, на беду пятерка столичных бандитов приняла нас за пару подвыпивших горожан и решила отнять у нас не только кошельки, но и жизни. Защиту Флина им тогда преодолеть не удалось, а вот меня пырнули ножом прямо в брюхо и, наверное, на этом бы все и закончилось, если бы не проведенная днём ранее первичная трансформация, которая подарила мне способности к магии крови и несколько усовершенствовала процесс регенерации моего организма.

Тогда вспышка спонтанного заклинания не только превратила окруживших нас бандитов в кровавый фарш, но и снесла часть плит мостовой, выплеснув наружу содержимое канализационных стоков.

Я же после произошедшего, к удивлению Флина, не отбросил копыта, а каким-то способом сумел за считанные мгновения залечить свою рану.

После тех событий прошло больше трёх лет, но я и сейчас помню, что глава гильдии во время последовавшего после этих событий разговора предположил, что я, подобно вампиру, сумел выпить часть жизненной силы убитых магией крови бандитов. Так это или нет, но глава строго настрого запретил пользоваться мне этой способностью в чём я ему. собственно говоря, и поклялся.

После боя все место обшарили инквизиторы, но глава гильдии прикрыл нас с Флином, сообщив инквизиторам, что магический всплеск на окраине столицы дело рук артефакта темных, который бандиты пытались применить, но в итоге сами стали его жертвами.

Инквизиторы важно покивали ,обшарили всю округу, распросили меня и Флина, а затем удалились в свою обитель. По глазам инквизиторов было понятно, что нам они не особо верят, и им просто не хватает доказательств против меня и Флина, чтобы обвинить нас в применении запрещенных знаний или чем то ещё.

Как бы то ни было, сейчас я отплевывался от болотной жижи, попавший мне в рот и нос, и пытался уцепиться за край дорожной насыпи.

Как же мне это надоело, все маги как маги, а я даже элементарную тварь сумел завалить, лишь случайно активировав свою тщательно скрываемую способность.

Вот и сейчас где-то в ближайшем представительстве инквизиции уже пищит какой-нибудь артефакт, настроенный на проявление темной магии.

И, если раньше можно было надеяться замаскировать использование магии под проделки стриги или иного вампира, то теперь придется поскорее покинуть болотный край, иначе инквизиторы, не смотря на боязнь этих мест, элементарно вычислят меня, опираясь на данные своих осведомителей, которых хватало и здесь. А уж собрать воедино появление в болотном краю мага средней руки, и подозрительные проявления темной волшбы, как иногда называют инквизиторы магию крови, будет делом пары дней.

Нет, инквизиторы не сунутся за мной прямо сюда, но за моей головой могут отправить паладина. Мое же исчезновение могут списать на активность нечисти в этих местах. Не случайно глава гильдии меня предостерегал от использования подобной магии. Она может очернить облик гильдии перед лицом народа, которому будет все равно кого казнить, некроманта или же мага крови, состоящего в гильдии охотников. "Народ нынче темный, ты ему про высокие материи, а он тебе - в рыло", - любил говорить, всё тот же, Флин, комментируя выходки горожан. Я был согласен с другом, поэтому как только выбрался на тропу, то сменил одежду на относительно чистый запасной комплект, натянув его поверх порванной кольчуги.

Грудь в месте удара ещё болела, но мне вновь каким-то чудом удалось подстегнуть процесс регенерации. Видимо, прав был глава гильдии, который говорил, что для магии крови важна обильная жертва, и чем она больше, тем процесс восстановления лучше. Я потер грудь, которая немилосердно чесалась в месте удара, снял с убитой лошади свои сумки, скорбно вздохнул и спихнул тушу лошади в трясину.

Обезглавленная туша охотно поддалась на мои усилия, оправдывая поговорку, что сила есть - ума не надо.

Силы после трансформации прибавилось, иначе бы пришлось оставить тушу лошади здесь, а это могло навести на мой след не только инквизицию, но и других охотников, которые могут меня сначала изрубить в куски, а потом уже разбираться - не вампир ли это был, часом?

Я подхватил сумки и пошагал по караванной тропе через болота, а трясина вокруг туши лошади уже бурлила. Плотоядные слизняки, которых здесь со времён первой болотной лихорадки развелось довольно много, скоро сожрут лошадь и остатки тела оржавника. Мне же, в качестве ингредиентов для зелья вторичной трансформации, сгодятся и его отрубленные лапы. Я шагал по тропе и стремился как можно скорее достигнуть хоть какого-нибудь обитаемого островка болотного края.

Эти негостеприимные места уже в который раз лишили меня лошади и, в очередной раз, задержали в пути. И, если в первый раз мне удалось добраться с попутным караваном до Поклонска, то теперь мне предстояло долго и упорно топать на своих двоих, надеясь не заплутать в хитросплетении караванных дорожек и ям, оставшихся от работавших в них когда-то старателях.

Идти по каменной тропинке шириной в полтора шага было тем ещё удовольствием, ведь я тащил на себе всю свою немаленькую поклажу. Ну, уж нет, в следующий раз, когда гильдия будет утверждать мой маршрут, я постараюсь всеми силами избежать этих мест. Пусть ищут другого дурака для подобных мероприятий. Ругаясь последними словами, я шагал по караванной тропе уже часа три, по моим подсчётам, таким темпом я должен буду достигнуть форпоста болотников ещё через пару часов.

Благо у жителей этих негостеприимных мест хватило ума не только на то чтобы сделать хоть какие то подобия дорог, но и разместить по периметру гигантского кратера десятки обменных пунктов и форпостов пригодных и для обороны, и для торговли. Уж эту информацию о болотном крае я хорошо запомнил, да и в прошлый раз, когда проезжал здесь уточнял у встречного купца работают ли ещё эти форпосты Болотников. Тогда степенный купец, который и втюхал мне эту старую клячу, по недоразумению названную лошадью, заверил, что форпосты Болотников всё ещё функционируют, не смотря на то, что в последние месяцы количество нападений значительно выросло.

На мой вопрос касательно тварей, нападающих на форпосты, купец не дал пояснений, лишь сказал, что мне лучше распросить об этом пятерку боевых магов, которые сопровождали караван до границы болотного края.

Хмурый глава отряда боевых магов был мне не знаком, но признав во мне мага, их глава, назвавшийся Малкомом, неохотно поведал, что теперь добыча болотной руды под большим вопросом, так как все попытки болотников продолжить выработку все чаще приводят к стычкам с тварями, пусть и довольно слабыми, но многочисленными.

Наследие болотной лихорадки настигло выживших жителей болот спустя несколько столетий. За последние месяцы боевые маги уничтожили уже пару сотен мертвяков, которые начали вылезать чуть ли не из каждой вонючей лужи. Причины подобного разупокоения мертвецов были до конца не ясны, но как мне казалось, их было несколько:

Во-первых, на границе с вангорном начались пограничные стычки с применением боевой магии. Само собой, применение магии повлекло большое количество жертв среди вангорцев.

Во-вторых, во времена болотной лихорадки в этих местах мертвых не хоронили и даже не сжигали, опасаясь взрывов болотного газа. Хоронить тысячи погибших было некому, да и куда проще было их кинуть прямо в болото, чтобы освободить и так небольшие песчаные острова от мертвых тел.

Вот и скопились в недрах болота не только запасы металла, так необходимого нашей гильдии, но и десятки тысяч трупов.

Хорошо, что хотя бы после произошедшей массовой гибели людей, церковники приняли хоть какие-то меры и помогли создать сеть форпостов на случай, если вангорцы прознают о подобном месте и о находящихся здесь ресурсах. Вот и сейчас, после того как уже несколько раз ранее незащищённые поселения Болотников подверглись атакам мертвецов, наши боевые маги спешно ремонтировали эти форпосты и призывали Болотников переселиться туда. Но упрямство Болотников не знало границ, так как гильдия, церковь и король уже не раз давали повод усомниться в правильности их решений. Часть болотников осталась на своих островах, игнорируя все призывы магов перейти под их защиту. Болотники гордо заявили, что защита им не нужна, мол, справлялись как-то раньше и без пары десятков боевых магов, справятся и сейчас. Вот и занимались боевые маги сопровождением караванов и патрулированием окрестностей, но теперь они не выходили в дозор по одному, помня о пропавших в этих местах нескольких боевых магах. Теперь боевые тройки обходили караванные тропы и, по мере сил, зачищали окрестности от лезущих из болота мертвяков. Если в прошлый мой приезд я довольно быстро встретил не только купеческий караван, но и пятерку боевых магов, то теперь же, судя по тому, что меня атаковали прямо у границы не плотоядные жабы, а довольно серьезная тварь, дела у боевых магов идут не слишком хорошо. Вот и проверим, что здесь да как.

До столицы ещё почти два месяца пути, успею не только пройти весь мой маршрут, но и собрать сведения для главы. Судя по чрезмерной активности тварей и мертвяков, где-то совсем рядом с завидной регулярностью происходят крупные выбросы некроэнергии, и если даже в болотном крае зашевелились мертвяки, которые раньше и не думали вылезать из зловонной трясины, значит где-то в соседних землях массово гибнут люди, раз волна некроэнергии докатилась даже сюда.

Пока я шел, в голове складывалась довольно странная картина. Если раньше, во времена большой войны, конечно, происходили массовые разъупокоения кладбищ и курганов, но тогда довольно быстро удавалось взять ситуацию под контроль, благодаря созданной гильдии и церковникам, то теперь мирная жизнь Белогорья трещит по швам. Охотников и церковников уже недостаточно для того, чтобы контролировать ситуацию в королевстве. Плохи дела гильдии, интересно, что думают на этот счёт другие маги и церковники, или это я один за год своего путешествия смог сопоставить очевидные факты? Если так пойдет и дальше, то скоро Белогорье станет не таким безопасным, каким было раньше, и теперь уже твари будут беспокоить не только нашу границу, но и станут появляться в близи крупных городов. Если крестьяне начнут бояться выходить даже в поле, то это приведет к голоду, ведь теперь, чтобы съездить на ярмарку и продать свой выращенный урожай, крестьянам придется просить о помощи магов, а это ослабит и без того немногочисленную гильдию. К каждому крестьянину, вышедшему в поле, не приставишь по парочке боевых магов. Королевские латники не смогут помочь, ведь для большинства тварей даже рыцарь в полном доспехе все равно, что конфета в блестящей обёртке для ребенка.

Вот сейчас уже болотникам пригодились укрытия и укрепления, которые пустовали до этого почти пару сотен лет и наши маги спешно их ремонтируют. А как быть крестьянам вблизи столицы? Там ведь даже частокола во многих деревнях нет, привыкли крестьяне, что маги гильдии всегда под боком и нечего им бояться.

В таких размышлениях я и пребывал, бодро шагая по караванной тропе, созданной когда-то довольно сильным магом земли. Уже начало темнеть, когда по окружающим дорогу топям замерцали десятки зелёных блуждающих огоньков, которые хаотично мигали и перемещались по болоту.

Ну, уж нет, я не сиволапые крестьяне, которые верили, что такой огонек показывает, где сокрыты клады, и могли зайти за таким огоньком в самую глубину топей.

Максимум, что мог показать такой огонек на этих болотах, это место поглубже, чтобы поверивший в миф об этих кладах глупец захлестнулся в болотной трясине.

Я тряхнул головой и улыбнулся, вспоминая, как однажды, ещё будучи детьми, мы с Флином услышали от одного из алхимиков, что эти огоньки вызывает не магия и не духи, а обычные растения, которые гниют на болотах. При этом возникает довольно много газа, пузыри которого выходят на поверхность болота в разных местах и воспламеняясь от контакта с воздухом создают иллюзию, что огоньки перемещаются. Так это или нет, но тот же алхимик надоумил нас, как собрать подобный газ в парочку кувшинов, наполненных водой.

Тогда эта затея не казалась мне бредовой и, используя несколько медных воронок, пару кувшинов с везти горлом мы смогли выполнить задуманное. Всего то и понадобилось наполнить их водой, вставить воронку перевернуть горлышком вниз и опустить в таком положении в болото. Через несколько часов болотный газ вытеснил воду из кувшинов и заполнил сосуды. Все бы ничего, но мы с Флином не придумали ничего лучше, чем принести плотнозакупоренные сосуды в город.

И угораздило же нас тогда додуматься притащить их в общежитие, вездесущий комендант которого решил, что мы принесли вино и, желая нас наказать, приволок в общежитие самого главу гильдии. Флин, стремясь скрыть наши приготовления, скинул оба кувшина в отверстия туалета.

Вот только никто не учел, что глава гильдии после того, как обыскал вместе с комендантом нашу с Флином комнату, решит расслабиться в нужнике и выкурить трубку, сидя прямо на деревянном сиденьи каменного унитаза гномьей работы, в кабинке, предназначенной исключительно для преподавателей гильдии и полноценных ее членов.

Вот и мастер Торвиль решил расслабиться, но выбрал не слишком удачное место. Толи один из кувшинов дал трещину, толи запирающее горлышко заклинание развеялось, но, как только он закурил трубку, грохнуло так, что даже мы поняли, что нам не только не получить от молодого алхимика десяток медяков, но и вряд ли удастся дожить до выпуска из гильдии. Мастер Торвиль выжил, хотя и туалет общежития больше напоминал руины городов древних. Главу гильдии спасли многочисленные защитные артефакты, вот и сейчас пара из них рассыпалась ржавой трухой, приняв на себя всю мощь взрыва.

- Флин, он же нас утопит в этом самом туалете! Как пить дать, утопит! -шептал я прислушиваясь я к крикам сожалеющего о испорченных артефактах директора.

- Если он остался жив, то нам нужно бежать. - подтвердил мои опасения Флин.

Я прислушался к происходящему за дверью и услышал громкую ругань главы гильдии, который как раз выбрался из туалета и рыскал по коридору в поисках коменданта.

Комендант же, вероятно, где-то затаился, использовав для этого свою крайне редкую способность исчезать при малейшем признаке гнева со стороны руководства. Толи слился со стеной, толи притворился ковриком, как пошутил тогда Флин. Глава гильдии довольно быстро нашел затаившегося коменданта и в наказание отправил его наводить порядок в разгромленной уборной.

- Повезло, что не попались. - сказал я и приоткрыл дверь чтобы удостовериться, что глава гильдии покинул общежитие.

Через пару часов, усилиями големов-ремонтников, уборная приобрела более или менее приличный вид, но, к сожалению или к счастью, на стене уборной в месте, где взрыв настиг директора, на стене отпечатался силуэт человека, восседающего на унитазе, подпирающего голову одной рукой и курящего трубку.

Не смотря на все попытки, закрасить этот силуэт коменданту и големам-ремонтникам не удалось, и каждый раз силуэт директора, настигнутого взрывом, проступал на стене уборной даже через слой краски.

С тех пор эту картину все студенты величали не иначе как "Великий мыслитель за работой" или "Былое и думы", а наиболее безрассудные и смелые, подобно моему другу Флину, называли силуэт на стене "Мастер Торвиль размышляет о благе гильдии".

Вот такие, с одной стороны веселые, а с другой - крайне опасные свойства у болотного газа.

Странное место - болото. Кругом непролазные топи, а я, глядя на болотные огоньки, хоть немного отвлекся от мрачных мыслей. Ничего, Флин, если с тобой все хорошо, мы ещё не раз встряхнем не только все общежитие, но всю столицу. Надеюсь, старый комендант уже простил нам нашу шутку со средством от облысения, а иначе не знаю как мне дальше быть, и стоит ли возвращаться в столицу.

Я улыбнулся своим мыслям и посмотрел вперёд. Среди клубов болотного тумана ярко горела пара магических фонарей болотного форта.

Вот я и прибыл на место, надеюсь, здесь есть лошади, иначе я рискую застрять тут надолго, как минимум - до следующего каравана, а как максимум - на неопределенный срок. Пока боевые маги не решат проблему мертвяков и прочих тварей терроризирующих Болотников.

Будем надеяться, решат, уж я им помогу, чем смогу.


## Глава 3


Мне оставалось до ворот форта пару десятков метров, когда арбалетный болт с отвратительным чавканьем вошёл в болотную почву у моих ног.

- Невежливо стрелять, даже не спросив, кто идет?! - крикнул я, обращаясь к стражникам в форте.

- Ты нас ещё стрелять поучи! - раздалось в ответ со стены.

- Это надо, так бездарно промазать, да с такого расстояния! - крикнул я в ответ.

- Мал ещё меня учить! - раздалось в ответ.

- Погоди, Кимли, дай я с ним поговорю. - раздался со стены второй голос.

Я вслушался в голос говорившего, мой усиленный слух позволил безошибочно уловить в голосе второго говорившего командирские нотки.

С этим нужно сделать рожу попроще и вести себя поприличнее, а то прикажет остальным арбалетчикам нашпиговать меня стрелами. В том, что на стене были еще арбалетчики, я не сомневался. Ещё на подходе я услышал их пыхтение и кряхтение, когда они взводили свои арбалеты. Тихие приказы мне также были слышны, поэтому прилетевшая стрела для меня была более, чем ожидаемым приветствием. Здесь, в доброй сотне километров от границы, так принято встречать любого незнакомого путника.

- Кто такой и что тебе нужно в нашем форте? - раздалось со стены.

- Я из гильдии магов, меня зовут Лис.

На стене раздалось невнятное бормотание, из которого я разобрал лишь: "Сейчас проверим, какой это маг".

Я, уже мысленно готовый к худшему, аккуратно поставил свои сумки на землю. Раздался щелчок арбалетной тетивы, и я взвинтил восприятие на максимум. Время замедлилось, словно я находился в водном пузыре. Ко мне медленно летел арбалетный болт, который я, красуясь, сумел поймать в полете. Держа его в руке, я еле слышно зашипел (все же сорвал кожу на руке), не хватает мне сноровки и способностей для того, чтобы вытворять подобные фокусы, на ровне с боевыми магами.

Слышал я, что кто-то из моих однокурсников по пьяной лавочке в боевой трансформации попытался поймать арбалетный болт зубами, но толи был слишком пьян, толи потерял концентрацию и болт выбил ему несколько зубов.

Я был не на столько безрассуден, поэтому ловил болт лишь когда понял, что, в любом случае, стреляют не в меня, а для своеобразной проверки, чтобы определить, тот ли я за кого себя выдаю. Конечно, некоторые из тварей способны проделывать такие фокусы, но не с болтами с серебряным наконечником. Я вернул себе обычное восприятие и поднял руку с болтом вверх, демонстрируя свой трофей.

- Заходи. - раздалось со стены и за воротами что то звякнуло, видимо, снимали запоры.

Я подхватил сумки и медленно пошел к воротам.

Странное чувство, что подобное происшествие в моей жизни уже не в первый раз меня не покидало. Я тряхнул головой, отгоняя глупые мысли.

Ворота форта медленно заскрипели, и я прошел в небольшую стрельчатую арку у ворот. Секунда, и арка мигнула слабым зелёным светом.

- Все нормально можете его пропустить. - раздался голос сверху, и я услышал шаги, видимо, командовавший здесь офицер решил лично меня поприветствовать.

Я посмотрел на монолитную стену из пары десятков щитов, которую организовали здесь защитники форта. В паре метров от моего лица начиналась частая гребёнка копий, которая, после приказа командира, начала медленно отодвигаться от ворот.

- Приветствую вас в шестнадцатом форте Болотного края. - раздалось из темноты с противоположной стороны арки.

Я подключил ночное зрение и едва не ослеп: кто-то решил, что лучше осветить арку при помощи магических светильников. Я чертыхнулся, проморгался заслезившимися глазами и посмотрел на говорившего.

Мужик, стоявший напротив, тоже не скрывал явного интереса к моей персоне и разглядывал меня. На вид ему было лет пятьдесят, длинные седые волосы были собраны в две тугие косы. Небольшая борода была аккуратно заплетена в небольшую косичку. Мужик был не высокого роста, но по телосложению можно было с уверенностью заявить: боевой маг и не абы какой, а из королевской гвардии, только маги из сотни королевских гвардейцев носили такие прически и бороды.

- Не ожидал увидеть здесь кого-то из королевских гвардейцев. - сказал я.

Мужик заулыбался и шагнул навстречу.

- Ну, а я вам что говорил? В нашем полку прибыло, парни, к нам пожаловал маг средней руки! - гвардеец громко прокричал эту новость, чтобы ее услышали все.

- А где другие маги? Задержались в пути? - осведомился у меня гвардеец.

- Какие ещё другие маги? Вы о чем? - оторопел я.

- Так ты не с подкреплением сюда пришел? - спросил нахмурившийся маг.

- Нет, я прибыл сюда по заранее утвержденному главой маршруту. - ответил я.

Воины, которые уже начали, было, расходиться по своим местам, замерли и прислушались к нашему разговору.

- Значит, подкрепления не будет. - сказал гвардеец и его лицо в свете магического фонаря ещё больше помрачнело.

- Какое подкрепление и о чем, собственно говоря, идёт речь.? - спросил я гвардейца , который взял меня под локоть, подхватил одну из моих сумок и потащил меня в направлении башни донжона.

Я попытался вырваться из мертвой хватки боевого мага, но он словно и не заметил моих попыток вырваться, протащил меня прямо через двор форта в башню.

- Мастер Гарон, вы куда ? - спросил его один из солдат.

- Вводить в курс дела наше подкрепление. - сказал гвардеец и захлопнул за нами дверь донжона.

- Как давно вы отправили гонцов за подкреплением, мастер Гарон? - спросил я у гвардейца.

Тот трясущимися руками разливал вино по кружкам и молчал. Наконец, он закончил разливать вино и поставил глиняную кружку на стол передо мной.

- Две недели прошло! - сказал он.

- За две недели они могли и не достигнуть столицы, почему вы решили, что с ними что-то произошло? - спросил я.

- Нет их больше, давай помянем. - сказал Гарон и приложился к кружке.

- Гарон, ты не ответил, - повторил я, - почему ты уверен, что их нет в живых?

Боевик, словно и не заметил подобного панибратского отношения, махнул рукой и продолжил пить вино из кружки.

- Им не нужно было в столицу, им главное было достигнуть хотя бы ближайшего из крупных городков на торговом тракте, там есть артефакты связи и им нужно было отправить послание. - сказал хмурый Гарон.

- А что с вашим артефактом? - спросил я.

- Накрылся дырявой лодкой наш артефакт, ничего нельзя отправить уже больше двух недель, как полезли твари из болот так словно что-то глушит все артефакты связи..

- Не пытались установить причину? - спросил я.

- Одна из причин сама пришла на прошлой неделе к нашим воротам.

- Что за причина?

- Лич со свитой из болотных мумий, как этих мертвяков называют местные. - ответил мне Гарон.

- Лич? Не может быть здесь лича. - сказал я.

Во время болотной лихорадки здесь не погибло ни одного, даже мало мальски сильного мага, чтобы потом здесь мог появиться лич.

Гарон кивнул на мои слова.

- Да, в то время здесь не гибли маги, а вот что ты скажешь на это? - и мастер сдернул тряпку со стеклянной колбы с мутной зелёной жидкостью.

Тут же в стенку колбы ударилось что то. Я отпрянул от стекла. Отрубленная голова человека, или кого-то похожего на человека, пыталась прогрызть стекло и сожрать нас.

- Я лично оторвал ему голову, - сказал боевой маг, - после такого лич уже не может существовать, однако, посмотри, как он себя чувствует в колбе с болотной водой.

- Почему с водой и зачем вам эта голова, и как вам вообще пришло в голову поместить ее в колбу?

- Когда я оторвал личу его дурнную голову, она продолжила попытки меня сожрать. Слишком сильно даже для лича, не находишь? - сказал Гарон, -

Сразу после боя я отправил пару боевых магов с донесением, я думал ты прорвался к нам через тварей. Поэтому я так обрадовался тебе.

- Этот лич, вовсе не лич, а какой-то маг, но явно не из нашей гильдии, не знаю что или кто его заставил подняться, но, думаю, что твари подобные этой, глушат все артефакты связи.

Я недоверчиво уставился на Гарона.

- Думаешь, все настолько плохо? - уточнил я.

- Не просто плохо - это катастрофа! Мы не контролируем ничего в этой местности и вынуждены сидеть по фортам, словно трусливые крысы.

Стоит нам только выйти за воторота, как из топей лезет добрый десяток мертвяков. Наших сил недостаточно, чтобы зачистить болото, нужна помощь доброй сотни боевых, либо десятка стихийников.

- Странно, пока я шел сюда, встретил лишь оржавника, и то на границе болот. Он убил мою лошадь. - сказал я.

- Все твари бегут от центра болота к его окраинам, мертвяков уже сотни, а, может быть, и тысячи, они жрут все, что им оржавник? Они любую тварь сожрут, задавив числом.

Я задумчиво кивнул, соглашаясь со словами Гарона.

- Получается, я проскочил сюда лишь чудом?

- Нет, не чудом, это мышеловка. - сказал Гарон.

- Тому, кто сделал наших магов личами, нужны ещё маги и, чем больше их здесь соберётся, тем лучше.

- Видимо, мы часть какого-то грандиозного замысла. Твари накапливают силы, а болотники упрямо тянут время. Мой гарнизон, того и гляди, взбунтуется: никому не хочется подхватить болотную лихорадку и погибнуть. Уже неделя, как нас должны были сменить, ещё неделя и среди солдат вспыхнет бунт.

Не смотря на заверения Мастера Гарона о том, что дела наши плохи и мы в осаде, я не отчаивался. Удалось же мне как-то преодолеть три десятка километров до форта по болотной трясине и встретить лишь одну достаточно серьезную тварь. Для меня эта тварь была серьезной, а для боевого мага была бы на один укус. Если Гарон сумел даже оторвать голову личу, то не сомневаюсь, что тварей, наподобие оржавника, в своей боевой форме он просто рвет на куски.

Но вот с мертвяками иная проблема: зомби и прочие восставшие мертвецы не чувствуют боли, им не ведом страх, они просто завалят нас своими трупами. Не помогает даже расчленение тела, пролежав десяток минут, поверженные противники снова начинают шевелиться. Оторванная голова лича тому яркий пример.

Как я успел узнать из разговора с Гароном, неплохо себя зарекомендовали наконечники стрел, сделанные из серебра, но, с учётом меткости стрелков и количества мертвецов, лезущих из топей, этого запаса едва хватит на пару-тройку дней.

Если обычно было возможно использовать подобные стрелы множество раз, то с болотными мертвецами такой фокус не проходил.

Гарон предположил, что дело в воде, в которой многие годы были словно законсервированы тела умерших от болотной лихорадки, либо в самой лихорадке убившей этих людей. Раньше подобные стрелы действовали безотказно, да и мертвяки из болот вылезали максимум по десятку за год. С ними справлялись сами болотники, элементарно шинкуя мертвяков на куски, но теперь лишь стрелы с серебряными наконечниками кое-как помогали сдерживать тварей.

Если раньше стрелу можно было спокойно выдернуть из мертвых тел, после того, как она окончательно погибали, то теперь, стоило наконечнику из серебра соприкоснуться с мертвой плотью, тот темнел и тускнел, словно впитывал в себя некроэнергию, которой были накачаны тела мертвяков.

Да и повторное использование наконечников показало, что стоит попасть такой стрелой в другого мертвяка, как тот начинает двигаться активнее и приобретает массу нехороших изменений: стремительно растут когти и клыки, и тварь становится гораздо опаснее, чем прежде.

Как сказал Гарон, есть подозрение, что серебро после контакта с мертвецами, пролежавшими сотни лет среди болот, просто превращается в своеобразный накопитель и передаёт накопленную энергию смерти.

Поэтому, после того, как подобные испорченные стрелы показали, что не только не вредят врагам, но и идут на пользу, Гарон приказал сжигать использованные стрелы вместе с наконечниками в печи. Обычно на форпосте имелось пару сотен стрел с подобными наконечниками, а сейчас их насчитывалось едва ли пару десятков.

Дела форпоста шли неважно, и мне было не понятно, почему до сих пор гильдия не прислала смену гарнизона. У меня были мысли, что гильдия всё ещё решает проблему с восстановлением плетений на стенах близлежащих населенных пунктов, но, возможно, были и иные проблемы о которых мне не известно.

нехватает связующего куска,либо надо начинать новуюглаву

Я проснулся, когда солнце заглянуло в узкую бойницу донжона и безжалостно принялось светить мне в глаза. Я поднялся с лежанки, которая находилась здесь же на втором этаже башни. Растирая лицо руками и зевая, я сделал малый разминочный комплекс упражнений и почувствовал себя более или менее взбодрившимся.

- Эй, Лис, хватит уже прохлаждаться! - раздалось со двора, и я выглянул в бойницу.

Через дрожащее марево амулета, заменяющего стекло, я рассмотрел Гарона, который, раздевшись по пояс, упражнялся с мечом во внутреннем дворе форпоста. Я поспешно оделся, подхватил свой меч и спустился по лестнице, ведущей к выходу из донжона.

- Как спалось? - участливо спросил Гарон.

- Спасибо, хорошо, спал как младенец. - ответил я.

- Точно, как младенец. - сказал Гарон. - На дворе уже полдень, а ты все ещё спишь. И чему вас, молодежь, в гильдии только учат? - пропыхтел Гарон и в очередной раз крутанулся с мечом.

Я лишь молча пожал плечами, мол, чему-то да учат, раз сюда дошел. Гарон же продолжал кружиться с двуручным мечом по площадке, за тренировкой коменданта форпоста с восторгом наблюдали его воины. Вчера Гарон сказал, что в крепости сейчас едва ли наберётся пятьдесят воинов: пара десятков лучников, десяток тяжёлых латников и пара десятков ополченцев, вооруженных лишь небольшими копьями. Было ещё несколько гномов-арбалетчиков, но о них я уже знал, довелось вчера оценить гномье гостеприимство. Привыкли гномы в своих горах сначала стрелять, а уже потом спрашивать кто там. Я огляделся по сторонам, услышав знакомый голос, и увидел на одной из стен Форта вчерашнего гнома, стрелявшего в меня из арбалета. Кимли, кажется, так звали этого горячего горного парня дважды стрелявшего в меня. Я приветливо махнул рукой, а гном поприветствовал меня кивком головы. Между тем, Гарон закончил свои упражнения, ополоснулся в бочке с дождевой водой, вытерся куском ткани и в таком полураздетом виде подошёл ко мне вместе со своим мечом.

Я все это время стоял в тени башни и наблюдал за тренировкой коменданта.

Гарон хлопнул меня по плечу, я ободряюще ему кивнул.

- Парни, слушайте меня! - громко крикнул мастер Гарон, - Боевые маги, отправленные мной за помощью, вероятно, погибли.

Раздался шепот людей собравшихся кругом коменданта. Гарон поднял руку, призывая всех к тишине.

- Послезавтра выходит срок нашего пребывания здесь, но вы должны знать, что смены гарнизона не будет. Гильдия не знает о наших проблемах, я предлагаю собрать весь имеющийся здесь скарб и прорываться к границе топей.

Снова раздались возбужденные голоса.

- Ты хочешь повести нас на убой? А, комендант? А сам сбежишь, как и парочка твоих магов? - выкрикнул кто то из толпы.

Гарон заиграл желваками.

- Вам ли не знать, что я не побегу, даже если сам темный явится под эти стены? - рявкнул Гарон на вмиг замолчавших ополченцев.

Все другие воины молча слушали коменданта, как-никак воинская дисциплина это серьезно, а ополченцы это обычные крестьяне: ты ему - слово, он тебе - два.

- Молчите! - рявкнул Гарон, - А не я ли вышел к личу и его свите, когда три дня назад они заявились к нашим воротам? Пока вы искали щель, куда бы забиться, и пачкали свои портки, я сражался, чтобы никто из вас, трусливые душонки, не пострадал. Или вы думали, что служба в ополчении это романтика? Вы - тупое мясо и не более, поэтому захлопните свои пасти.

Через день-другой среди вас начнется лихорадка, а мне бы этого не хотелось. Я - ваш командир, и я за вас в ответе, но неволить я вас не могу, поэтому если кто-то захочет остаться в форте, то так тому и быть. Но пусть потом такие трусы не кричат нам в след о помощи. Завтра утром мы выйдем за границу топей и станем там лагерем, и если нам повезет, как повезло мастеру Лису, то мы отделаемся малой кровью.

Мы станем лагерем у границы и отправим гонцов в ближайший город, чтобы выяснить, где обещанная нам смена гарнизона, и сообщим о повышении активности и росте численности болотных тварей.

- А как же болотники? Как быть с ними? - раздался вопрос одного из лучников.

Гарон затравленно посмотрел на меня, словно искал поддержки.

- Теперь их жизни в их руках, у меня нет связи с другими форпостами, но судя по тому, что происходит, возможно, что мы живы, потому что твари сейчас атакуют другие форты и поселения, расположенные по другую сторону болотного края. Мы не знаем ничего. Поэтому, я предлагаю единственный верный выход в этой ситуации - больше нельзя тянуть с этим.

Либо вас настигнет лихорадка, либо сожрут болотные мертвецы. - подвел итог Гарон.- А сейчас всем вернуться на свои посты!

- Свободная смена, организовать сбор припасов в дорогу. И шевелитесь, волчье племя, самых нерасторопных оставлю в крепости на съедение тварям. - прорычал боевой маг.

Людей словно взрывом разбросало, и все бросились выполнять приказы коменданта.

- А тебя, Кимли, я попрошу остаться! - Сказал Гарон и ухватил попытавшегося прошмыгнуть мимо гнома.

Обстрелявший меня вчера гном, а это был именно он, оглянулся, посмотрел на нас с Гароном и промямлил: "А оно мене надо?", - и попытался вырваться, но маг крепко держал его за край кольчуги.

Я снова встряхнул головой опять это чувство, что я уже где то слышал эту фразу. Видимо, болотные испарения вредны для здоровья, решил я и поспешил за Гароном и гномом в донжон.

Едва мы поднялись на второй этаж в кабинет коменданта, как Кимли забубнил:

- Мастер, но я же должен был его проверить. А, вдруг, тварь какая али нечисть? Воспитали меня так! Ещё бабка моя в горах поучала, дескать, Кимли, лучше пару раз выстрелить, перезарядить и ещё раз выстрелить, чем спрашивать, кто там? Да и не поранил я мастера, обошлось.

- Кимли, не суетись, я же сам тебе приказал стрелять в него для острастки, - оборвал монолог гнома Гарон, - Мастер Лис не сердится на тебя. Верно, мастер Лис.

Я кивнул и спросил гнома:

- Кимли, а скажи-ка мне, нет ли у тебя где в запасе бочонка гномьего спирта или ещё чего покрепче?

Гном насупился.

- Нельзя на службе употреблять, приказ такой был. Не пью я хмельного! -отрезал гном.

Вот ведь врёт и не краснеет, в крепости пять гномов, и находятся они тут уже месяца два или, даже, три, но не поверю я, что за это время они не протащили сюда контрабандой с купцами бочонок спирта. Я улыбнулся.

- Кимли! - рявкнул Гарон на гнома.

- Найдется кружечка-другая для мастера, в знак применения! - зачастил гном.

- Кимли, я тебя сейчас в болоте утоплю! - рявкнул комендант.

- Ну, может, и найдется бочонок-другой для сугреву, чтоб, значится, простуду не подхватить. - подтвердил мою теорию гном.

Гарон лишь сказал:

- Вот видите, мастер, какой сознательный гном, ничего ему не жаль для спасения жизни. Попросили - он и принес весь спирт для блага отечества.

Кимли лишь растроенно махнул рукой и сказал:

- Говорила мне бабушка, что все маги жулики, но чтоб такие!

Через час гном, горько вздыхая, уже обматывал древка стрел паклей, щедро пропитанной гномьим спиртом.

Это вам не дешёвая подделка, которую делают люди, гномий спирт не выдыхается за час-другой и горит он долго и ярко, как раз то, что нужно для зажигательных стрел.

- Когда кончатся стрелы с серебряными наконечниками, пустим в ход огненные стрелы, будем надеяться, что мертвая плоть этих тварей боится огня, как и плоть обычных мертвяков. - сказал я Гарону.

- Главное, чтобы болотный газ не рванул, а то слышал, что однажды, в нашей цитадели... - начал Гарон, а я поспешно вышел из комнаты, сославшись на малую нужду. Не хватало ещё, чтобы маг что-то заподозрил, а то донесет главе.

- Маги, люди, где ж это видано, мертвяков спиртом поджигать? По кумполу или хресь по темечку, как бабка учила, и дело с концом. Какой продукт пропадает! - буркнул Гном и смахнул слезинку с левого глаза.

Но ни я, ни мастер Гарон его уже не слышали. Нужно было подготовить ещё массу всего для реализации нашего плана, и зажигательные стрелы были лишь первым пунктом.

- Враг! Враг у северной стены! - раздался крик часового, и я подорвался со своего места.

- Этого только не хватало! - прошипел Гарон, подхватил свой меч и поспешил к выходу из донжона.

Я нацепил кольчугу и побежал вниз по лестнице, следом за комендантом.

На первом этаже башни, где располагались кровати солдат и ополченцев, тоже царила суета. Лучники спешно натягивали тетивы, а латники торопились облачиться в доспехи. Я же, облаченный лишь в свою только сегодня наспех залатанную местным кузнецом гномом кольчугу, чувствовал себя крайне неуютно. Одно дело, когда ты лезешь в логово твари и готов к встрече с ней, а совсем другое, когда тварь лезет к тебе. Крики и звуки тревожного колокола раздавались по всему форту.

Я поспешил к одной из лестниц, ведущих на стену. Над моей головой продолжал кричать часовой и звонить колокол. Едва я преодолел половину лестниц, как услышал что крики и звон колокола были прерваны звуком богатырской оплеухи.

- Дядька Кимли, за что? - пропищал, держащийся за ухо ополченец.

- Нечего панику сеять, от твоего вопля сюда сбежится куда больше тварей.

Все и так уже подскочили и готовятся, нечего лишний раз в колокол звонить, музыкант ты недоделанный. - отрезал гном.

Завидив меня Гном раскланялся и поспешил к бойнице, у которой стояла специальная подставка.

- Не видно ни зги. - бухтел гном.

Я подошел к соседней бойнице и всмотрелся в окружающую нас темноту.

Если не считать криков и команд людей, спешивших на стену, на болотах было тихо. Едва я решил, что тревога была ложной, и часовому померещилось, как услышал какую-то возню метрах в десяти от стены.

- Там же топь сплошная, как они могут там ходить? - прошептал один из лучников, занявший место у соседней бойницы.

Я вслушался и различил хлюпонье близких шагов, по болоту явно кто-то ходил, и этот кто-то был не один.

- Мертвым все едино, что непролазная топь, что овраги - не утонут уже второй раз. - сказал я и активировал ночное зрение.

Непроглядная темнота болота сменилась зеленоватой дымкой в которой я без труда смог рассмотреть возившихся у стены тварей.

Часовой не ошибся и как-то сумел услышать мертвяков, которым удалось подойти прямо к основанию стены крепости. Их было около десятка, и я сумел рассмотреть, как они толпятся у стены.

Из занятий в гильдии я знал про болотных мертвецов, но увидеть их мне довелось впервые. Черные тела тварей, даже в ночном зрении выглядели крайне отвратительно, и я поморщился, представляя какой, должно быть, мерзкий запах исходит от подобных тварей. Благо, что я догадался не пользоваться своим обострившимся после трансформации обонянием, иначе, думаю, я бы долго не смог прийти в себя от ароматов, витавших в воздухе этих мест.

Суета и крики улеглись, к нам поднялся Гарон и бесцеремонно отодвинул от соседней бойницы ополченца.

- Усилить бдительность, возможно, это отвлекающий маневр! - крикнул Гарон.

Пару секунд маг всматривался в темноту, а затем спросил:

- Лис, ты видишь лишь этих у стены или есть ещё?

- Вижу лишь десяток мертвяков. Похоже, что они пытаются сделать подкоп - подтвердил я

- Врядли им что-то светит, тут скальное основание, не думаю, что они смогут обрушить стену или навредить крепости. Маг земли, который поднял здесь стены, знал свое дело - сплошной монолит. Кимли, тащи лучникам пару десятков зажигательных, опробуем, так сказать, в деле - сказал Гарон и гном поспешил вниз к башне донжона.

Как только Гном скрылся из виду, боевой маг прошептал что-то себе под нос и над ним загорелся шарик белого света. Повинуясь его воле, шарик света порхнул вниз со стены и завис над копошащимися там тварями. Хм, однако, повезло Гарону, неплохой резерв позволяет ему пользоваться заклинаниями, которые не доступны мне. Все же мой магический талант весьма однобокий и Гарон, не желая чтобы солдаты видели, что как маг средней руки я из себя почти ничего не представляю, поспешил воспользоваться своими способностями. Все же убедить гарнизон выйти за ворота стало возможным, лишь благодаря тому, что я вовремя появился в крепости. И солдаты поверили, что, раз я сумел в одиночку пройти к самому форту, то, возможно, идея покинуть форт не такая уж и плохая. Солдаты верили в силу магов куда больше, чем в силу обычного меча.

- Мастер, может, жахнете? - вырвал меня из размышлений голос одного из лучников.

- Обязательно жахнем. Всех мертвяков в труху. - пошутил я, - но потом...

Продолжить свою мысль мне не удалось, так как с соседнего участка стены в освещенных магическим светом мертвяков полетели зажигательные стрелы.

Горящие стрелы без промахов находили свои цели, и несколько мертвяков начали гореть.

- Как думаешь, болотный газ не рванёт? - спросил меня Гарон, смотревший, как с горящих мертвяков отлетают целые куски плоти.

- Думаю, что не рванёт, газ хоть и витает вокруг нас, но концентрация явно маловата, чтобы рвануло. - сказал я коменданту. - И, мне кажется, что здесь, ближе к центру болот, его меньше, чем на окраине. Тут даже почти нет болотных огней. Да и прочей болотной растительности больше на окраинах, а тут и гнить-то нечему, значит и газу взяться не откуда.

- Не скажите, мастер, вот таких вот образин в этих болотах ещё гниёт не одна сотня, а может тысяча - сказал Кимли, подошедший к нам с колчаном с десятком стрел.

- Похоже, что дело идёт на лад. - сказал я и кивнул на оставшихся тварей, которые, не смотря на то, что продолжали гореть, не оставляли попыток сделать подкоп под стеной.

- Кимли, пройди по стене и оставь на страже по паре новых часовых. Думается мне, что больше они к нам не полезут. Остальных отправь спать, выступаем с рассветом.

- Мастер, а что делать с оставшимися? - спросил гном коменданта.

- Что хочешь, хоть помочись им на макушки, но чтобы утром ни одной твари вблизи крепости не было.

Кимли стрелой помчался по галерее, обрамляющей стены форта, спешно раздавая стрелы лучникам. Чего доброго комендант ещё что нибудь придумает

- Лис, пойдём в мой кабинет, нам есть что обсудить. - сказал Гарон. - Сменить часовых, всем остальным отдыхать, доспехи не снимать. -распорядился комендант и его приказ спешно передали по цепочке.

Когда я спустился вниз по лестнице во двор форта, коменданта уже и след простыл. Боевой маг это вам не шутки. Даже в обычной ипостаси он двигался гораздо быстрее меня. Через пару минут я уже поднимался на второй этаж в кабинет Гарона.

Боевой маг снял с себя перевязь с двуручным мечом и поставил его на полупустую стойку. Он устало вздохнул и уселся за стол, жестом приглашая меня последовать его примеру. Я посмотрел на молчавшего Гарона, который барабанил пальцами по столу.

- Думаю, что твари уже знают, что в крепость пожаловал маг средней руки. - сказал я Гарону.

- Нас элементарно прощупывали, иначе и быть не может. Проверяли твой магический потенциал и возможности. Я тоже пришел к такому выводу, когда посмотрел, чем занимаются твари. - кивнул Гарон.

- Да, бесполезнее занятия не придумаешь - ковырять скальное основание крепостной стены. Видимо, на болоте за пределами нашего поля зрения находились наблюдатели. - сказал я.

- Скорее всего, таинственный кукловод, управляющий мертвяками, ожидал что ты начнёшь применять магию на право и налево, тем самым проявишь себя.

- Видел тварей у стены? В большинстве своем, все увечные: кто без рук, кто без ног, их просто отправили вперёд, так как для более серьезного они не годились. - сказал я Гарону.

Дверь скрипнула и в кабинет ввалился Кимли.

- Что думаешь, Кимли, об атаке тварей? - спросил Гарон своего помощника.

- Чего тут думать? - фыркнул гном. - Щупали нас, аки девку продажную, искали, где что у нас покрепче, а где помягче.

- Вот и я о том же с Гароном думаю, завтра нас уже будут ждать и вряд ли там будет всего лишь десяток тварей. Если противник так легко убивает боевых магов, значит он и сам умеет пользоваться магией. - сказал я.

- Мы уже говорили вчера об этом. Ну не верю я, что кого то из наших смогли личом обратить. Да и та тварь, чья башка плавает в колбе, больше на марионетку похожа, чем на лича, словно кто то набивал руку. - сказал Гарон и осекся.

Я с гномом одновременно переглянулись и уставились на коменданта, тот же лишь махнул рукой, мол, быть не может такого, глупость сказал.

- А что, если на болотах завелся не лич, а кто-то решил побаловаться с некромантией? Уж больно часто на границе с Валорном в последние месяцы творится всякое. Не забрел ли к нам паршивый некромант, и не он ли тут воду мутит в нашем болоте? - спросил гном и уставился на Гарона.

Это многое объясняет: сильный некромант, по слухам, может мешать работе артефактов связи, как-никак это магия воздуха, а она наиболее восприимчива к темной волшбе. Воздух - волшебство тонкое, а некромантия - грубое и грязное занятие, которое корежит магические потоки.

- Ну тогда, дело за малым, - рявкнул гном, - надо найти эту погань и расколоть ей черепушку.

Гарон поднял руку призывая гнома к тишине.

- Кимли, об этом не должна знать ни одна живая душа, иначе не избежать паники.

- Понял я, чай не трепло какое, не разболтаю. - пробурчал гном и обиженно насупился.

- Лис, есть какие-то мысли? Как будем выпутываться из сложившейся ситуации?

- Выход у нас пока один. Нужно поскорее вывести людей. Видимо, мы мешаем некроманту, и он решил поочередно уничтожать форты, один за другим. Так гораздо проще, чем воевать с нами в открытую. Блокировав артефакты связи, и, вероятно, уничтожив смену гарнизона при помощи мертвяков, некромант вынудил вас раздробить силы, и выманил магов за ворота, тем самым решив проблему открытого столкновения с магами.

На лицо явная диверсия, а как мы знаем, лучшие специалисты по диверсии это наши соседи Валорнское княжество. - сказал я.

- Видимо, ты прав. Только валорцам выгодна возня на нашей границе, и они нашли способ пакостить нам при помощи поганой некромантии. - сказал после минутного молчания Гарон.

Видимо, о нашей проблеме никто не знает, ведь у нас нет способа общаться с другими фортами, кроме как при помощи артефактов.

А если мы оставим форт, мы создадим брешь в обороне, которую, вероятно, некромант расширит с помощью того же способа, что отработал на нас.

- Мне кажется, что у нас лишь один вариант прорываться к границе болот и дать знать королю и гвардии о происходящем здесь. Все, что мы сейчас здесь обсудили, по большей части, лишь предположение, но уж больно много всего сходится.

- Кимли, а откуда ты столько всего знаешь о некромантах? - задал я гному давно мучивший меня вопрос.

- Известно откуда - книжки читать обучен, чай не лапоть какой скудоумный.

Не все книги церковники сожгли, где некроманты упоминаются, вот у нас осталось парочка сказаний и книг о Сигурде рыжем и о том как он боролся с некромантами.

Я с сомнением посмотрел на гнома.

- Не слышал о таком. - сказал я и посмотрел на Гарона, который отрицательно качнул головой.

- Само собой не слышали, это ж наш герой древности! - гордо произнес Кимли и выпятил грудь. - В общем, в сказаниях тех говорилось, что некроманты поганые могут волшбой своей темной артефакты портить и пакостить всячески. Вот, появился, однажды, в наших горах на севере некромант такой и давай гадости народу чинить. Ну и попался он как-то Сигурду Рыжему, а тот сразу сообразил, кто перед ним - тюкнул некроманта секирой и нет того, а для верности на куски тело порубил и сжёг, а кости в труху молотом раздробил, чтоб уж наверняка. И книгу нашел при некроманте темную, а там всё подробно сказано, что и как делать, чтобы в силу войти.

Так просто все расписано, что дурень любой поймет как мертвяка поднять и как направить его куда надо. Много там всего расписано было.всего не помню, что бабка говорила, но церковники про книгу ту прознали, да и выторговали, значит, у потомков Сигурда. Ну а бабка моя книгу ту видела и кое-что читала, чай, не абы кто была, а одна из хранительниц истории Подгорного народа. Вот я и запомнил, что она мне говорила. И, главное, я запомнил, что если встретил некроманта, то его надо сразу бить по кумполу, а не ждать, пока сотворит заклятие какое темное.

Гарон не весело усмехнулся.

- Думаю, Кимли, завтра тебе представится такая возможность.

Я и гном синхронно поежились, представив такую встречу на узкой караванной тропе.

Наша задушевная беседа растянулась на добрый час, хотя и Гарон и Кимли понимали, что наши шансы на удачное отступление крайне малы.

Гарон предположил, что некромант, если таковой имеется, должен быть неподалеку. Вероятно, нам стоит опасаться, что именно он направил на нас десятки оживших мертвяков, но мы не знали, сколько мертвяков способен держать некромант в подчинении: десяток, пару десятков или сотню. Все наши планы возможного противодействия, в случае нападения, неизменно натыкались на абсолютное незнание возможностей противника. Было ясно одно - если произойдет нападение, нужно как можно быстрее продолжить движение по тропе, бросив все пожитки и припасы, а ввязываться в затяжной бой не хотелось, не те у нас силы и возможности. Думаю, я и Гарон были способны разобраться с парой десятков мертвяков каждый, при удачном раскладе, и если те не налетят на нас скопом. Лучники, латники и гномы тоже были способны за себя постоять, а вот ополченцы были самым слабым звеном всего нашего плана, и как бы мы не изворачивались, все одно нам приходилось в качестве замыкающего отряда ставить именно их. Вперёд они явно не пойдут, а если даже и пойдут, но встретят врага, то побегут прямо на нас, сталкивая латников и лучников в болото. По тропе в ряд могло двигаться лишь несколько человек, а нам предстояло ещё тащить немалый запас воды и продуктов для всего отряда.

Кимли также не мог посоветовать нам какую-то тактику, все его мысли сводились лишь к тезису о том, что если мы встретим некроманта, то тому непременно стоит настучать по голове. Хотя, чего мы ещё хотели от гнома? Они сначала делают, а потом думают. Гном и военная тактика - слабо совместимые понятия.

- Главное, навалиться организованной кучей, а там уже посмотрим, у кого борода длиннее и голова крепче.- сказал гном.

И в его словах можно было увидеть универсальный план для любого случая жизни. Будь то драка за поруганную честь блудницы или же любое другое более или менее важное событие для любого гнома.

- Ну, коли с тактикой мы худо-бедно разобрались, то предлагаю всем как следует отдохнуть, до рассвета есть ещё пару часов, и это время лучше провести с пользой. - сказал Гарон.

- Кимли, иди отдыхай, а я пока пройду велю сменить часовых, иначе завтра мы рискуем напоминать не серьезный отряд, а какое то сонное царство на марше.

- Тоже верно, ещё примет кто нас издалека за мертвяков! - хохотнул гном.

- С чего это нас примут за мертвяков? - с подозрением спросил я гнома.

- А ты харю любого ополченца утром видел? Весь опухший, зевает, глаза заплывшие, весь расхлябанный идёт шатается. Вы, люди, утром до того потешные, ей-ей! - заржал гном.

- Как говорится, ополченец спит, а служба идёт. - подтвердил слова гнома Гарон и поспешил вниз по лестнице.

- Я бы на твоём месте завтра пошел не в голове, а в середине колонны. - совсем тихо сказал гном. Если ты или Гарон, не дай боги, погибнете, то и нас ждёт таже участь, так что не оплошай завтра. Хоть и как маг ты не очень, уж постарайся завтра портки не испачкать, и нам не дать подобный позорный недуг в подвиг определить. - сказал гном и хлопнул меня по плечу.

- Кимли, а почему ты решил, что я как маг - не очень? - спросил я.

- Знамо дело, был бы хороший маг, Гарон бы не стал городить огненные стрелы и прочими вещами заниматься, а ты бы не стоял и не глазел на мертвяков, как те у стены возятся, а чем нибудь шарахнул, чтоб их разорвало. - ответил мне гном.

- И много кто знает о том, что я слабый маг? - спросил я, внутренне холодея.

- Да, почитай, все в лагере знают. Неужто вы с Гарном решили, что обманите всех? Ну, стало быть, спокойной ночи, мастер. - откланялся гном.

Я же, удивленный откровением гнома, почему-то был уверен, единственным человеком, который не знал, что наш обман раскрыт, был Гарон. Командир должен быть уверен в себе, тогда солдаты пойдут за ним и в огонь и в воду. Гном даже виду не подал, что о чем-то догадывается, все же солдаты ценят Гарона не за красивые глаза.

Я подошёл к своей лежанке. Есть ещё пару часов до рассвета и нужно хотя бы немного отдохнуть. "Вот же угораздило попасть в этот капкан, расставленный кем-то", - прошептал я и закрыл глаза.

Завтра важный день. Остальное размещаю на автор тудей...............