# Экономика. Неравновесный рынок

Николай Дмитриевич Бурланков

Продолжение "физических начал экономики". На сей раз - посмотрим на нестабильные рынки (о которых говорят - "растущий" или "падающий"

Неравновесный рынок.


Экономисты любят говорить о "растущем рынке", "падающем рынке"... Вообще говоря, рынок в целом не может быть растущим или падающим. Речь может идти только об отдельных его участниках. То есть, для кого-то число продаж растет, а для кого-то падает.

Но в принципе может происходить "слияние рынков" или их разделение. То есть, несколько ранее замкнутых рынков начинают обмениваться товарами, или, напротив, выделяются какие-то группы участников, теперь не обменивающиеся с другими.

Если у нас существовало несколько изолированных рынков, и вдруг товары с одного начинают попадать на другой, возникает "неравновесная ситуация". Допустим, на одном из рынков издержки на производство этой продукции меньше - и при этом на втором рынке изготовители этой продукции могут получить все, что они получали раньше, от других производителей. Что произойдет? Естественным образом, в результате данной "неравновесной ситуации" бывшие производители "всего остального" на первом рынке благополучно разорятся, ибо их бывший потребитель перестал потреблять, а стал брать все тоже с рынка второго. Производитель же этой "эксклюзивной продукции" обогатится - ибо получит все, что ему надо, за меньшее число своих товаров, при этом своих товаров продаст больше (прибыль вырастет).

Однако, как легко заметить, это РАЗОВАЯ акция. Причем, не зависящая от эффективности производства - она зависит только от ОТНОСИТЕЛЬНОЙ эффективности производства одного и другого товара на разных рынках. Иными словами, производитель льда в Африке проиграет импортеру льда из Антарктиды (даже в виде айсбергов), а производитель бананов в Антарктиде - импортеру бананов из Африки. При этом, если рынки Антарктиды и Африки разделены, то - поскольку бананов хочется всем -ЛЮБАЯ эффективность производства бананов в Антарктиде будет рентабельной (поскольку льда завались).

Рассмотрим этот крайний случай подробнее - когда есть всего два участника рынка в двух крайних природных условиях.

Итак, есть у вас отлаженное производство бананов в Антарктиде. Оно ЭФФЕКТИВНОЕ, ибо производит нечто полезное, и его покупают.

Но теперь прибывает торговец из Африки и привозит бананы. Ясно, что у него цена - выраженная в других товарах - будет ниже, ибо там не нужны те сложные цепочки, которые в Антарктиде необходимы. И сложное производство бананов в Антарктиде накроется. Это было наукоемкое, серьезно поставленное, высокотехнологичное производство! И оно проиграло конкуренцию диким аборигенам, собирающим бананы с пальм! Причем, как бы оно ни напрягалось и не пыталось, оно не могло бы быть более "рентабельным", чем африканское производство (разве что если бы нашло способ получать бананы прямо изо льда на "трах-тибидох").

Это, естественно, крайний случай, но он показывает принцип. Продавцы бананов выиграли, производители бананов в Антарктиде проиграли. Равно как и - если таковые были - производители льда в Африке. И производители бананов в Антарктиде перебираются из Антарктиды - где работы нет - на банановые плантации в Африку. Или на ледяные плантации в Антарктиде.

В Африке, возможно, на короткий срок происходит всплеск производительности - за счет освоения нового рынка и появления нового спроса - но потом все устаканивается.

Население, конечно, растет, и ему надо новых бананов. Но это рост "экстенсивный", и он происходит почти равномерно на всех "производствах": увеличивается число производителей бананов, увеличивается число производителей льда, ни у кого из участников рынка уровень жизни не меняется, хотя обороты вроде бы растут (все больше бананов плывет в Антарктиду, все больше айсбергов - в Африку). Правда, могут быть перекосы - в Антарктиде жить хуже, и в Африке население увеличивается быстрее.

В нашем случае вместо льда выступает нефть. Которую у нас, правда, получать дороже, чем в Саудовской Аравии, но ненамного (там есть свои заморочки). Получается то же самое - наше сельское хозяйство (и все остальное, что в других местах производить дешевле) загибается, производство нефти и газа растет. Но несмотря на рост производства нефти и газа, общий уровень жизни остается прежним.

Предположим, однако, что у нас несколько Антарктид, которым хочется бананов. Бананы растут определенное время, и мы, вырастив бананы на определенных участках, в среднем получаем определенное их число, которое сбываем определенному кругу потребителей. Потребить больше бананов они физически не смогут. Но если мы "осваиваем" новые и новые Антарктиды, то если у нас монополия по производству бананов, то мы резко можем увеличить свой уровень жизни (задрать цены), а за счет этих средств развить наше производство бананов - расчистить новые плантации, открыть гербициды или генно-модифицированные бананы, плодящиеся как дрозофилы.

Но опять - мы вышли на некоторый уровень производства бананов, вынесли всех конкурентов - и тут антарктиды кончились. Мы слегка наращиваем производство (со скоростью роста населения), но наращиваются и расходы (новых людей принимаем на работу, ибо технология позволяет выдавать определенное количество товара в единицу времени). Делать рывки и наращивать производство серьезно, или открывать что-то новое - бесполезно, у нас потребители не растут с такими скоростями. Если мы это сделаем, мы получим кризис перепроизводства.

Итак, "неравновесный рынок" после некоторого периода роста для одних и падения для других (в принципе, несколько ранее не общавшихся рынков можно рассматривать как один с нулевым торговым балансом между его участниками; затем же баланс становится ненулевым) снова стабилизируется и становится равновесным.

Разумеется, за период равновесия много чего успевает произойти: кто-то открывает банановые пирамиды, кто-то - ледяные; кто-то продает участки в Антарктиде, кто-то - на Луне; в итоге при остановке роста удар получается более значительным, ибо есть много "лишних людей", по сути-то ничего нужного не производящие, и от их услуг быстро начинают отказываться, возвращаясь к "равновесному потреблению".

Можно сказать - "ну, и Бог с ним, давайте все производить там, где это выгоднее всего". Если мы смотрим только с позиции экономики и максимальной выгоды - это, действительно, разумно. Но ни с какой другой позиции это разумом не отдает. Прежде всего, ВЫГОДНО все производить там, где наименьшие производственные цепочки, то есть, производство наиболее примитивно!

Если исходить из позиции, "а зачем в Антарктиде выращивать бананы, когда они сами растут в Африке" - да, вроде бы, незачем. Но бананы - ладно, это приятное дополнение. Но и на хлеб, мясные породы, молочные породы, картошку, овощи и прочие необходимые вещи есть вполне серьезные природные ограничения, так что где-то это растет только в теплицах, при огромных трудовложениях - а где-то почти само. И естественным образом, при отсутствии какого-то регулирования и "общем рынке", местные производители всего этого разорятся, утратив собственного потребителя. К чему это приведет? Образуется монополия нескольких производителей. И случись чего - экономическое, физическое (землетрясение, цунами, падение метеорита), политическое (война, переворот, обострение отношений) - все окажутся "на игле" у этих производителей. Борьбу между разумом и жадностью сейчас можно наблюдать в Европе: с одной стороны, газ у нас покупать гораздо выгоднее, чем у себя развивать производство, основанное на другом сырье. Но с другой стороны, сидеть на нашей газовой и нефтяной игле им совершенно не улыбается. Нефть, правда, в мире производят много кто, а вот поставщиков газа не так много.

И спрашивать, а зачем бананы выращивать в Антарктиде - почти то же самое, что спрашивать, а зачем парашютисту запасной парашют. Все равно им почти никто не пользуется, и только лишняя тяжесть...


Вообще говоря, все развитие в мире происходило именно из попыток производить бананы в Антарктиде. Именно тут Маркс был не прав - развитие производительных сил отнюдь не есть какое-то естественное стремление или внешний закон: это есть весьма целенаправленные и скоординированные усилия группы весьма влиятельных и богатых лиц. Лиц этих, конечно, может быть много - но это именно СОЗНАТЕЛЬНЫЕ усилия. Даже Архимед открыл свой закон не просто так на досуге - а взвешивая КОРОНУ царя Сиракуз. А уж производство крупных кораблей, развитие механики или кузнечного дела было точно не "спонтанными событиями". А вызваны были именно военным соперничеством - которое иногда было следствием торгового, а иногда - просто вопросом выживания данного общества


Собственно, бурный рост промышленности в Англии 17-18 вв был как раз вызван отрезанностью Англии - почти без доступов к колониям - на острове. И мобилизация своих сил привела к ряду открытий, потом названных "технической революцией".

Испания - тогдашняя соперница Англии - пошла "естественным путем", ввозя из колоний золото и товары - ибо там этого было много, а доставались они конкистадорам практически даром, путем грабежа. Кончилось это экономическим кризисом в Испании. И до 20 века Испания оставалась довольно бедной аграрной страной.

Характерно, что когда Англия становится "владычицей морей" - хотя она и сохраняет первенство, достигнутое ранее путем мобилизации внутренних сил, тем не менее лидером технического развития становится Германия - тоже с одной стороны, сконцентровавшая в своих руках достаточно сил, чтобы создать собственное производство - а с другой, отрезанная от колоний и от дешевого сырья. То же случается и с Японией в конце 19 - начале 20-го вв.

А до того как Англия стала "владычицей морей" и произвела техническую революцию, в ней был период, когда внутри страны почти все производство прекратилось - осталось лишь производство шерсти и сопутствующее ему выращивание овец. Но по счастью, заказ общества был таким, что его не могли обеспечить внешние рынки. Англия покупала в России лес и пеньку, в Швеции железо, продавая везде - вплоть до Индии - свое сукно - и за счет этого строила флот, впоследствии и выведший ее на первое место. Заметим, что Япония в 19 веке сразу заказала свой флот в Англии. Это помогло ей разбить Россию, но не вывело в лидеры кораблестроения.

Оказавшись так же отрезанными от мирового рынка, Россия в 20-м веке активно развила свое производство. Вход же в мировой рынок - сначала небольшими, контролируемыми порциями в виде магазинов "Березка" и продажи нефти, а потом и полная открытость - привел к полному развалу отечественной промышленности, естественно не выдержавшей конкуренции с более примитивными, а потому более дешевыми производствами.


Правда, опыт Англии же показывает, что на самом деле даже полный развал промышленности и открытые рынки не есть гибель для отечества - но тут необходима достаточно жесткая политика руководства. Именно правящий класс Англии создал тот заказ, который никто, кроме заново созданного собственного - сперва кораблестроения, потом машиностроения, оружейной промышленности - выполнить не мог. Ибо не было во всем мире такого производства (или никто бы не продал боевые корабли потенциальному противнику). Собственно, до того флот был по большей части торговым, даже для Великой Армады испанцы набирали корабли у купцов (и купцы же и частные лица снаряжали и английский флот, разбивший Армаду), именно англичане создают регулярный государственный военный флот (подобное было только у турок, но их флот плавал только на Средиземном море), покоривший океаны.

Сегодня тоже есть такой заказ, и у нас даже есть лидерство в этой области - освоение космоса. Собственно, только американцы могут что-то нам противопоставить, но в большинстве своем наши разработки дешевле и надежнее (были до недавнего времени). Так что теоретически существует довольно серьезная отрасль, высокотехнологичная, наукоемкая, и при этом способная привести нас на определенное лидерство - освоение космоса. Правда, пока не понятна отдача - если захват колоний, полных золота и пряностей, сразу открывал тогдашним купцам мощные перспективы, то что даст освоение пустынного космоса, не совсем ясно. Но тут, видимо, необходима смена парадигмы, смена "религии" - чтобы ценилось не только то, что выгодно, но и то, что ведет к познанию тайн мира...