# Россия - родина слонов

Юрий Алексеевич Бурчак

Юрий Бурчак-Находка

Россия - родина слонов!

Хроники смутного прорыва.


"В бесконечном времени, в бесконечности мате-

рии, в бесконечном пространстве выделяется пу-

зырёк-организм, и пузырёк этот подержится и

лопнет, и пузырёк этот - я".

Л.Н.Толстой "Анна Каренина"


"Зачем всё это делается?.. Через десять лет её закопают, и ничего не останется ни от неё, ни от этой щеголихи в красной паневе, которая таким ловким, нежным движением отбивает из мякины колос. И её закопают, и пегого мерина этого очень скоро, - думал он, глядя на тяжело носящую брюхом и часто дышащую раздутыми ноздрями лошадь, переступающую по двигающемуся из-под неё наклонному колесу. - И её закопают, и Фёдора подавальщика с его курчавой, полною мякины бородой и прорванной на белом плече рубашкой закопают... И главное, не только их, но меня закопают, и ничего не останется. К чему?"

Прошу прощения, дорогой читатель, за столь пессимистичное начало. Понятно, что все хотят жить. Причём, счастливо и богато. Этот гаденький текст я нашёл у Толстого нашего Льва, в романе "Анна Каренина".

Гениям позволено многое.

Читая такое, чувствуешь себя немножко гением. Ведь я всё это проходил, я тоже задавал себе подобные вопросы, я тоже задумывался о вечном. Я тоже смог бы такое написать. Гением быть легко.

Смог бы... Написал бы...

Но это только кажущаяся лёгкость.

Читая такие вещи, надо просто вникнуть в суть, влезть в его мозг, понять человека. А что, собственно, случилось? Может быть, у парня было плохое настроение. Может быть, посетил утренний, русский синдром. Какое наше собачье дело?

Уважайте гениев!


Предисловие.

Ребята! Я не маньяк. Как раз наоборот, хочу оттолкнуться от такой толстовской безысходности и зарядить вас энергией жизнелюбия. Всем нам иногда бывает плохо. Это не повод опускать руки, надо прорываться, надо верить в фортуну. Надо двигаться, ведь катящиеся камни не покрываются плесенью, это знают все.

Однажды ко мне подошёл сын и спросил: "Папа, а как ты познакомился с мамой?" Я ему всё подробно рассказал, знал, что для ребёнка это важно, ведь я сам очень мало знал о собственном отце. Пока он был жив, мы мало общались, всё деньги зарабатывал, хотя теперь очень жалею об этом. Про деда вообще ничего не знаю, дорого бы дал, чтобы хоть какую-то информацию получить, но эта информация умерла вместе с отцом. Поэтому на вопрос сына ответил обстоятельно.

Через некоторое время подходит дочь с таким же вопросом, и ей рассказал, обстоятельно и подробно. Через пару месяцев сын спрашивает: "Папа, а как ты познакомился с мамой?"

-!? Я же тебе рассказывал!

Выяснилось, что он абсолютно ничего не помнил из рассказанного. С дочерью такая же история. Тогда я их усадил рядом и красочно и подробно описал, как мы познакомились с мамой. Я понимал, что это важно, они должны это знать, и потом, когда их собственные дети спросят об этом, обстоятельно им рассказать. Точно так же я ответил на множество других вопросов.

Но, спустя время, когда они мне опять задали те же самые вопросы, я понял, что все мои рассказы сразу же вылетают в другое ухо, которое я не догадался им заткнуть. Я выдохся, у меня больше не было сил как попка повторять одно и то же без надежды, что хоть что-то останется в их головах.

Тогда решил поступить по-другому, выплеснуть всё на бумагу, и пусть они, когда возникнет интерес, прочитают. А также прочитают их дети, внуки, чёртовы праправнуки и вообще все те, кому нравятся приключения.

А чтобы это чтиво не было слишком скучным, я облёк его в форму монолога юноши, подверженного нескольким маниям. Но все события, происходящие в книге, все даты и места этих событий подлинные. Подлинные также имена, фамилии и прозвища, за некоторыми исключениями. Подлинные названия поездов, кораблей, организаций. Здесь всё, от корки до корки - чистая правда, никакого вымысла, никаких аллегорий, только то, что я лично видел и в чём участвовал.

Не обессудьте, любители фантастики, фэнтези, сказок и прочей фигни, иногда реальная жизнь заворачивается так, что никакому  выдумщику не сравняться с ней. Тут вас ждёт экологически чистый продукт - только одна  правда, ничего кроме правды.

Часть I


1 Кривенькие ножки.

Я оглянулся, чтобы убедиться, что эта куколка тоже оглянулась. Наши взгляды встретились. Это и не удивительно, в узком проходе вагона купе им просто больше некуда было деваться. Именно в тот момент всё изменилось окончательно. Какая-то мелочь, краткий миг, всего одна секунда... но с того памятного взгляда всё изменилось. Именно тот момент можно считать пунктом поворота в другую реальность.

Вначале даже не поверил, уж слишком она была для меня хороша. Кто я такой для неё - очередной простачок с пустыми фантазиями в голове? Наверно она просто хотела убедиться в миллионный раз, что и этот лох обернётся, как и все остальные. В то время ей было глубоко наплевать на всех самцов мира, она просто наслаждалась существованием. Наслаждалась своей неповторимой внешностью, своими изумительными титечками, своим всепроникающим взглядом, ногами с восхитительными линиями изгибов.

Стоп! Что-то я слишком резко погнал паровоз! Давайте всё по порядку. Начнём с самого начала, чтобы у вас не возникло путаницы в голове.

Россия! Город Лесозаводск! Роддом номер один!

Впрочем, всё это слишком громко сказано. На самом деле, Лесозаводск - небольшой городишко где-то на задворках Советской империи. Здесь нет аэропорта. Морского вокзала тоже нет, да и откуда ему взяться, если до ближайшего моря триста километров. Нет и речного вокзала, хотя речка есть. Очень даже известная речка - Уссури. Уссурийский тигр, Дерсу Узала - это слышал каждый болван.  Тут нет даже железнодорожного вокзала, местные жители пользуются станцией Ружино, находящейся неподалёку. Хотя в названии города фигурирует слово "завод", никаких заводов тут и в помине нет. Леса  вокруг полным полно, это чистая правда. Тайга непролазная, мать её. Да и не город это вовсе - больше напоминает деревню.

Роддом, к примеру, просто деревянный  барак в стиле трэш, с облупившейся  краской на стенах, построенный  чёрт знает при каком царе, и приспособленный  советской властью под  роддом. Зашибись! Водопровода нет, канализации, естественно, тоже нет. Электричество включают вечером на пару часов. Как хочешь, блин, так и рожай. Рожают тут, однако, бабы не очень часто. Одного, максимум двух младенцев в неделю, да и то потому, что привозят рожениц из окрестных деревень.

Нинка пришла сама. Счастливая будущая мамаша жила неподалёку. Наверно, в этом микроскопическом городишке все жили неподалёку от роддома. Солнечным январским морозным днём родила Нинка пацана. Нормально родила. Не пришлось ничего мудрить. Ну, кесарево там или другая какая-нибудь хренотень. Здоровая была бабёнка, что там говорить. И мальчик родился "здоровенький", именно это слово сказала акушерка, отрезая пуповину.  "Только ножки кривенькие!" - с ухмылкой добавила она. Это она нарочно наврала, чтобы хоть как-то нагадить Нинке.  А всё дело в том, что была у неё  интрижка с папой этого новорожденного мальца. Сама бы с удовольствием от Лёньки  родила, да кишка тонка оказалась. Нинуся оказалась шустрой девахой - опередила.

В этот город она прибыла вообще из дикой глухомани со странным, нерусским названием Сидатун. Там она появилась на свет божий и прожила до совершеннолетия. Три мазанки да две фанзы - вот и все постройки в той деревне. Хрен пойми, какой дурак вообще выбрал это место для заселения? Находится совсем в полнейшей заднице. Туда даже обыкновенной дороги нет, а не то что железной. Где-то посреди таёжных буреломов. На карте его сейчас искать  бесполезно. Сгинул. Исчез напрочь с лица земли русской. Да и плевать!

Вот ведь как бывает. Москва тоже когда-то была вшивой деревушкой, а сейчас вон какой мегаполис вымахал. Исчадие ада, прости Господи. Так что Нинусе этот занюханный Лесозаводск первое время казался чем-то вроде Нью-Йорка.

А Лёнька был хлопец гарный. Котировался капитально у местных тёлочек. Всё при нем. Не так чтоб высок, зато ладно скроен и красив как бог. Не вру, ей богу! Красавчик был, точно! На Тихонова-Штирлица здорово смахивал. Бабёнки кипятком ссали вслед.

Фронтовик! При медалях! Даже ранение получил на войне с японскими империалистами. Прорывались они однажды на грузовике из пункта "А" в пункт "Б", да и подорвались на самурайской, поганой мине. Сломал ключицу, голову разбил. Но мозги остались на месте, потом даже Владивостокский политех с отличием закончил. Врачи подлечили, подлатали и снова отправили воевать. Да только винтовку снайперскую не доверили, как до ранения, а поручили всякие разные ценности с трупов снимать. В нормальной жизни это называют мародёрством, а на войне без проблем, если ничьё - значит наше. Смотрят, чувак честный, крестьянских кровей, ничего не слямзит. Так и проколбасился до окончания войны в трофейном батальоне.

Собирал зубы золотые, коронки, кольца, цепочки и прочую дребедень. Наручными часами, бывало, руки до плеч были унизаны. Всякую мало-мальски ценную требуху собирали с дохлых японцев. А что? Справедливо! Мертвецам оно ни к чему, а при строительстве коммунизма, глядишь, пригодится. Ускорит, так сказать, процесс. После войны прослужил в армии ещё маленько. Каких-то восемь годков. Это вам не год, как сейчас. Советская власть не мелочилась.

Итого, стукнуло мужику к тому времени двадцать семь рокив. Хохол он был чистокровный, никаких негров или нанайцев в родне не было. А значит, русский.  Как ни крути, русские и хохлы - это одна и та же нация. Язык один и тот же, разные диалекты. На Дальнем Востоке девяносто восемь процентов российских хохлов проживает. Формально. Хотя все они считают себя русскими. Мне, собственно, насрать на национальность, лишь бы человек был хороший. Вон, как Фредди Меркьюри, к примеру: родился как я, тоже в жопе, только другой - в Занзибаре, где-то в Африке. Значит, занзибарец. Ну, тогда я люблю занзибарцев. И говорил он, соответственно, на чистом занзибарском языке. Если переиначить знаменитого поэта, можно сказать: " Я бы занзибарский выучил только за то, что на нём разговаривал Фредди!" Короче говоря, хороший человек - он и в Африке хороший.

А Лёнька был во всех отношениях хороший, мало того, что симпатяга и герой, по понятиям местных морковок. Так ещё и не курил. Это вообще дикий случай. В те времена все настоящие мужики шмалили табак по полной программе. Цигарку изо рта не вытаскивали. Иначе никак не могли - голова начинала кружиться от избытка кислорода. И не пил. Ну... почти не пил.  Большинство мужиков бухало по-чёрному. А что ещё делать? Телевизоров тогда не было, интернета - и подавно. А по радио только и было, что галдеж про то, какие американцы разлагающиеся гниды и какая замечательная страна СССР. Как всё в ней шикарно, и всё-превсё в ней  лучше, чем у америкашек. И вообще, Россия - это родина слонов.

Наслушавшись такой херни, мужиков тянуло набухаться и забыться. Слава богу, водяры в СССР было достаточно. Водка да нефть - достояние, блин, нации. А Лёнька так, чисто по праздникам, выпивал полегоньку. К тому же преподавал в единственном местном Лесотехникуме, да не просто, а даже завучем был. О как!

Но и это ещё не всё. Самое главное - это то, что он был коммунистом. Настоящим махровым коммунякой, и конечно, железно верил в конечную победу коммунизма. Наверно, всё-таки, тот удар башкой об кузов дал о себе знать. Кстати, слово "коммунист" для тогдашнего уха звучало, примерно, как сейчас слово "миллионер".

Да! Забыл сообщить! Пацанёнок кривоногий, которого родила Нинка - это я, ваш скромный рассказчик.

Короче, был мой папа тут первый парень на деревне. Бабёнки липли - бог ты мой! Ну и, конечно, он пользовался этим обстоятельством. С той повитухой он тоже перепихнулся пару раз. Вот она и решила  новоявленной мамаше слегка потрепать нервы, из ревности. "Ножки, типа, кривенькие!"  Брехня!  Изумительные ноги. Красивше, наверно, уж и не бывают на белом свете. Они мне очень пригодились потом, когда я в десятилетнем возрасте выполнил норматив на третий взрослый разряд по плаванию с помощью этих, якобы кривеньких, ножек. Да и бегал нехило, на всяческих соревнованиях, школьных и городских. А потом - от ментов, когда надо было, иногда сваливал и от хулиганов. Всем бы такие ноги, им надо при жизни  памятник поставить.

Расстроилась Нинка, конечно, из-за ножек. Как же так? Лёнька такой гарный, сама будто пава, и на тебе - уродец получился. Но кровинушка то родная, и такой сойдёт, хрен с ними, с ножками, потом разберёмся. Да и Лёньку любила без памяти, или думала, что любила.

Родить-то родила, дело нехитрое. Но вот беда: не желал новоиспечённый папаша расписываться, как у порядочных принято. Всё до последнего  тянул, думал, наверно, что рассосётся как-нибудь эта фигня  сама собой. Видно, не рассказали ни в школе, ни в  институте, что эдакая хренотень сама не рассасывается. Так что, когда меня вытащили на свет божий, первым делом прицепили на ногу бирку с фамилией  мамы - Рогаленко, мальчик, рост 52 см, вес 2 кг 200 г, чтоб не перепутали, не дай бог. В морге тоже, кстати, бирку с именем на ногу цепляют, но там, если перепутают, не так страшно. Труп - он и есть труп. Господь бог примет с любой табличкой.

А что? Нормальная хохлятская  фамилия, говорю же, тут в Лесозаводске все хохлы, если сало при себе имеешь, лучше не зевай, прячь в дальний карман. Имени на бирке не было, не придумали ещё. А когда показала Нинуся хлопчика батяне, да увидел он, какой красавчик получился, чисто Ален Делон, обмякло сердце фронтовика. "Чёрт с ним!" - подумал. - "Женюсь, всё равно всех не перетрахать. Надо след на земле оставить, пусть растёт новый строитель коммунизма!"

Как только мамаша оклемалась, пошли в ЗАГС и расписались, всё чин по чину, как у людей. В любом случае, эти деятели из партийной ячейки не отвязались бы от Лёньки, как-никак коммунист. Партия тогда жёстко стояла на страже семейных ценностей, особо не побалуешь. Трахнул - женись, нехрен тут наших социалистических девок портить. И стали они жить поживать. Пацана назвали Юркой.

С именем угадали. Через год  Юру Гагарина в космос закинули. Радости  было полные штаны. Имя угадали, и отчество совпало - обалдеть. "Юрий Алексеевич" - звучит? В то время все по Гагарину с ума сходили. А по мне так ничего особенного, просто очень здоровый человек, в самый раз, чтобы проверить, как там дела, в этом чёртовом космосе. Если бы не вернулся паренёк, не беда, здоровых много, нехай летят, пока не получится. Да! Вытащил мужик счастливый билет.

Вообще-то Нинка была студенткой в том самом единственном техникуме, всё равно Алексей впух бы в своей дурацкой  партийной  ячейке, как старый пердун, охмуряющий тупеньких студенток. Как-никак уже тридцать три года дяденьке стукнуло.

Училась она так себе, на трояки. Да и откуда у неё какие-то знания возьмутся, если в том сраном Сидатуне все школьники разных возрастов учились в одном классе, и все предметы преподавали парочка учителей. Читать-писать научился и вали отсюдова, строй своё будущее. А тут вона как подфартило. Считай, за князя замуж выскочила.

2 Получай десяточку!

Прожили пару лет в этом "Лесоболотске", так ласково называл его папа. Нинка училась, папик учил. Помню смутно, совсем малой был. Точнее, почти совсем ни черта не помню. Громадную сиську перед глазами - помню, и мне её пихают в рот. Всё... Дальше темнота. Все эти события излагаю со слов очевидцев и участников  тех событий. Наверно, жили счастливо. Все вначале счастливо живут. Хотя, на самом деле, в полном говне обретаются, просто этого не замечают.

С детства Нинке мама талдычила, что мужик должен быть такой, чтобы за ним как за каменной стеной. О-го-го! И вот оно, счастье-то привалило! Вот она, стена каменная.

Но в скором времени беда приключилась, когда её не ждали. Вот всегда так, только наладится всё, только начнёшь счастье полной ложкой хлебать, а дерьмо тут как тут.

А случилось вот что. Казалось бы, безобидная ситуация, житейское дело: группа выпускников праздновала у одного из них в доме окончание учёбы. Ну, понятное дело, набухался народ на радостях. Не каждый день оканчиваешь опостылевший техникум. Потом кто-то ушёл домой, кто-то пошёл праздновать дальше в другое место. Кто-то остался водку допивать, а потом, оставшиеся участники попадали спать, кто где. Лёнька, на свою погибель, активно присутствовал в этой нетрезвой вечеринке, лакал вместе со всеми. Ему бы домой уйти вовремя! Но нет, всё надо выжрать! Обязательно! "Как это? Добро пропадать будет?" Продолжил гулянку и, позже, отрубился, как и все, мертвецким сном.

Эх Лёнька! Там, где замешан алкоголь, обязательно случится какое-нибудь дерьмовое приключение. Так и вышло.

Утром! Ни свет ни заря! Нагрянули менты поганые! Даже не дали ребятам нормально похмелиться! Всех без разбора повязали и отвезли в местный обезьянник. Что да как? Оказалось, что какую-то из девок, якобы, изнасиловали, и она заявила в ментуру. А тем ублюдкам - "Радость-то какая!", у них план по преступлениям как раз горит, такое счастье привалило. Ништяк! Целую банду насильников обезвредили. Грамоты и премии предвидятся. Всем навалить, что Алексей Палладьевич мирно сопел всю ночь, и снилась ему мамка, с вышитым крестиком рушником, угощавшая варениками со смородиной. Он кусает вареник, а оттуда стреляет соком во все стороны.

Впрочем, сильно не расстроился - суд разберётся что к чему. Он-то ведь не при чём. Советская власть - она справедливая, суд - самый гуманный, в обиду не даст труженика мела и указки. И нахрена ему кого-то насиловать, если все тёлочки этого паршивого городишка за счастье считали загаситься с ним? Эх, Лёнька!  Знал бы ты, как всё паскудно повернётся.

Защищать на суде должен был его корешь, адвокат  Резниченко, зажигали вместе в своё время во Владике. Этот хренов адвокат опоздал на судилище. Когда он появился, всё уже свершилось, помочь было невозможно. С насильниками в те времена особо не церемонились. Восемь человек отправили  на нары и всех делов, насиловал, не насиловал, какая нафиг разница? "Ты там был? - Получай десяточку!" Таким  образом, он оказался в роли той знаменитой щепки, про которую толковал его кумир, дедушка Джугашвили.

Отправили недалече, здесь же, в Приморье, в посёлок Волчанец. Из партии, конечно, пнули нахер, такие говнюки партии не нужны. Правда, отсидел  он  всего пять лет. Резниченко, видимо, подсуетился, подсобил дружбану - срок скостили. За хорошее поведение и всё такое. В тюрьме, когда начальство разобралось, что за мужик к ним попал, назначили главным инженером. Зона, на самом деле, была предприятием по изготовлению металлических бочек, просто все работяги были зеки, а директором - начальник тюряги. Кстати, там, в зоне, до сих пор стоит железный ангар, спроектированный и построенный отцом. Это, конечно, не Эйфелева башня, но тоже надо покумекать, пораскинуть мозгом, чтобы соорудить такую хреновину. Что-то вроде памятника себе самому.

Нинка к нему ездила вместе со мной. Как раз в это время я стал из животного превращаться в человека, меня уже посещали проблески сознания. Были мы там лютой зимой. Помню, возле туалета, на улице, бегала здоровенная крыса. Впрочем, может быть, это я был настолько мал, что она мне показалась огромной. Катались с какой-то горки на санках на замороженную то ли речку, то ли озеро. И снова темнота... Мне было годика три. Маман  к тому времени закончила свою учёбу и переехала поближе к супругу в Находку. Прямо как декабристка, едрит твою мать! Только наоборот. Из говна всё ближе к цивилизации.


3 Хорошо быть маленьким!

Наверное, моя мамочка заколебалась меня воспитывать в одиночку, или по другой какой-то причине, но, волею судеб я оказался на Украине, на родине, так сказать, предков. Сбагрила она меня своим родителям. Да не абы куда, а в знаменитый Чернобыль. Ещё та жопа. Размером менее Лесоболотска. Деревянные халупы, утопающие в песке. Но, правда, один огромный кирпичный дом я там видел, он и сейчас стоит. А всем известной атомной станции тогда ещё и в помине не было. Опять же, плоховато помню из того периода.

Припоминаю такой факт, местный петух почему то невзлюбил меня. Подкрадывался сзади и со всей дури долбал меня в темечко своим железным клювом. Вот скотина! В конце концов, бабуся однажды не стерпела от глупой птицы такой наглости, выхватила топор и отрубила засранцу голову, чтоб не обижал маленьких. Жестоко, а что поделаешь? Съели его... Удивило то, что какое-то время он ещё бегал по двору без головы. Надо же! До сих пор перед глазами эта картинка стоит - чёрный петух носится кругами, а из того места где была башка фонтанирует кровь. Потом снова темнота...

Более или менее мозги стали переваривать информацию, когда меня снова вернули в Находку и отправили в садик. Там я впервые осознал свою половую принадлежность. Воспитатели нас не разделяли по тому, что там у нас между ног находится, бугорок или выемка, и писять-какать все мы ходили в одно помещение. Мало того, всех в одно и то же время сажали на горшки, и мы хором, дружно и весело испражнялись. Запашок, конечно, стоял тот ещё. Наверно, тётенькам так было удобнее - все просрались разом, и проблема решена. Теперь можно порисовать. А может быть, так по технологии воспитания было положено. Чтобы новые человеки  поняли - что и как.

После обеда, сонный час. В том же помещении, в котором мы весь день болтались, ставили раскладушки, и мы на них спали. Как-то раз девчонка, раскладушка которой находилась рядом с моей, предложила показать мне свою пиписку  в обмен на показ моей. Естественно, я согласился с радостью, и достал свои муди. Ну конечно, никакие там были не муди в то время. Пипетка, сантиметра полтора. Увидела она его вообще или нет, неизвестно. Не помню даже, как отреагировала. Но её собственная презентация меня  поразила. Там тупо ни хрена не было! Я, можно сказать, был слегка в шоке. Вот эта прорезь и есть девчачья пися? В первый момент подумал, что она меня как-то дурит. Где-то прячет свою хренотень.

Потом консультировался с пацанами, что да как? Оказалось, истинная правда. Эта щелка и есть ихний писюн. Тьфу! То ли дело у пацанов! О какой! Тогда я понял, что мальчиком  быть лучше. По крайней мере, конденсат сливать гораздо удобнее, достал шланг, отлил, стряхнул последнюю капельку, и готово. Тарасова Ирка - её только и запомнил из всех. Потом выяснилось, что эта озабоченная Тарасиха уже всем перепоказывала свои чудные прелести, я был последним. Скромный был, стеснительный мальчик.

Потом, конечно, эти женские интимности видел много раз. С возрастом они видоизменяются, увеличиваются, матереют, темнеют и т.д. Но, без сомнения, остаются важной деталью в мужском мироощущении, если, конечно, не педик. Погладить, понюхать, потрогать, засадить туда и остальное прочее - это завсегда. Это с радостью. Матушка-природа хитро всё устроила, мимо этого женского причиндала никак не пройти мимо.

Как раз в это время, пока я познавал устройство человеческого организма, в Саратове родился младенец примерно такого же размера и веса, как я. Акушерка тут же прицепила ему на ногу бирку с надписью "Абрамович. Мальчик...", ну и так далее, что полагается в таких случаях. Чуть позже, родители записали его в загсе под именем "Рома". Да, ребята! Вы правильно подумали, это был будущий миллиардер, начальник Чукотки. Об этом никто тогда не догадывался, и он тихо, мирно, сосал мамкину сиську, пользуясь моментом, пока не разнюхали журналисты.

Жили мы с мамочкой в малосемейке, недалеко от находкинской мореходки на улице Дальней. Там, кстати, в качестве соседей были девчонки, и мы почти каждый день, коллективно играли во врачей, в то время пока родители пропадали на работе. Играли в гинекологов, естественно, и урологов. Я продолжал ходить в садик. Короче, познавал мир через прорезь женской мохнашки. А мама вкалывала на заводе, зарабатывая на жизнь на настоящем оухительном заводе. В смысле, большом, огромном. Находка - это вам не Лесозаводск копеечный, реально портовый город. Иногда она брала меня с собой. Гигантские пароходы, вытащенные на берег, с вырезанными дырами по бортам, так что видны были все внутренности - дикое переплетение труб, нагромождение неведомых механизмов. Футуристическое, диковинное зрелище. Опупенные  винты, охрененные рули. Всё колоссальных размеров.

И я понял: море - это круто! Потом, много лет спустя, сам оказался в море на подобных голиафах, и контролировал работу этих футуристических механизмоя. Все находкинская  шпана, в то время, грезила морем. Короче, после увиденного я был в гораздо большем шоке, чем после просмотра Тарасихиной промежности. И решил - буду моряком, кровь из носу! Из всех садиковских  дружков ни один не стал гинекологом. Ну, то есть в пидзах, конечно, колупались от случая к случаю, но всё это за бесплатно.

Маманя, похоже, не очень была уверена в Лёшке, и поэтому подыскивала пути отхода, на всякий пожарный. Женщины - хитрожопые, в этом смысле, существа, у них всегда наготове вариант "Б". Во всяком случае, помню, как какой-то дядька  приходил к нам в гости. Такой морячок, в кителе с погончиками. Мы даже были у него на пароходе. Небольшой пароходишко, то ли спасатель, то ли сейнер. Однажды я сидел в кают-компании, и вместе с экипажем смотрел фильм "Девочка ищет отца". Старый престарый советский фильм. А они остались вдвоём в каюте, наверняка, целовались в это время. Я её не осуждаю, она была молода, надо было строить своё будущее. Да и секс, говорят, благотворно влияет на женскую психику. Так что, нет проблем.

По субботам я с ней ходил в баню. Женскую, конечно. Эмоции получал почти как на заводе. Тоже всё колоссальное. Опупенные  сиськи, здоровенные, лохматые лобки. Это вам не садиковская мизерная прорезь.  Все эти чёрные, рыжие, седые мохнахи, с висящими  этими штуками  на уровне  моих глаз, меня совсем не интересовали. Помню, как бабушка, раскорячившись, натирала мочалкой свою кошмарную, седую дырку с таким остервенением, что я подумал - не свихнулась ли старуха? Сейчас понимаю - наверно, она в это время ловила кайф, вроде как мастурбировала. Зрелище, конечно, не для слабаков.

Потом появился папик. Как чёрт, резко так выскочил из небытия, и стал с нами жить. Мне объяснили, что "это твой папа". Ну, папа так папа, я уже был у одного на пароходе. Тогда я не понимал, что папа может быть только один. Опять стали жить-поживать. Кстати, с папой тоже ходили в баню, только уже мужскую. Мы бы и рады в женскую, да не пускали. В мужской, тоже ужасы неслабые. Тут у дядек прибамбасы болтаются, по моему носу задевают. Да все разные, сколько мужиков, столько и пистолетов. Толстые, тонкие, длинные, короткие. У толстяков вообще не видно ни черта, только залупа торчит из-под жировых складок. Помню, у одного мужичка член искривлённый был, как бумеранг. Или из-за травмы, или вражеская пуля угодила. Он согнутый был градусов на 35-40. Как же бедняга им пользовался? Непонятно! А может быть наоборот, очень даже прекрасно осеменял своей загогулиной. Вполне возможно, что его подружки получали эксклюзивные ощущения. Были с огромными яйцами, и с совсем мелкими. И тут я среди них, со своей свистулькой микроскопической и яйцами с горошину. Славные были времена. Хорошо быть маленьким.


4 Кто насрал?

Папик тоже на завод устроился, тоже судоремонтный, только другой. Вскоре мне подошёл возраст идти в школу, пора набираться уму-разуму. Скучно в школе. Пидзы никто уже не показывает, и мой агрегат никто рассмотреть поближе не хочет. Насмотрелись, наверно. Несколько садиковских мальчуганов оказались со мной в одном классе: Забровский Сашка, Филинов Андрюха и Леньшин Юрик. Школа на улице Сенявина, уже и номер не помню.

Однажды гуляли с дружками по лесочку, недалеко от дома. Там сейчас гостиница "Горизонт". Повстречалась нам компания незнакомых пацанов, возрастом постарше. Говорят нам: "Хотите корень уматный попробовать? Сладкий как мёд. Вообще офигенный корень! Называется "Борец". Сами только что наелись!" И мы, как дураки, повелись на эту лажу. Они показали, как его выкопать и правильно очистить, чтобы витамины не потерялись. После этого предусмотрительно свалили. Больше я этих ублюдков никогда не видел. Надеюсь, бог им воздал по заслугам.

Короче, нажрались мы все этого чудесного корня до отвала. И в самом деле, он оказался сладковат, всё без обмана.

Твою же мать! Как будто нас дома не кормили! Дебилы! Через некоторое время во рту стало жечь, ну, мы думаем, так надо, витамины, наверно, действуют, и не беспокоимся. Потом стало оухительно жечь. Трындец! Я почуял неладное, побежал домой.  Мамке побоялся признаться сразу, ругать ведь будет. Ужасно скромный был мальчик. А потом стало совсем невмоготу. Слюноотделение сумасшедшее, во рту всё распухло, огнём горит. Маманя смотрит, что-то с сыночком  неладное творится. А я уже загибаюсь реально, температура под сорок, рвота дикая. Когда ей рассказал кое-как, с трудом ворочая раздувшимся языком,  за голову схватилась.

Этот Борец, оказывается чрезвычайно ядовитый корень. Его в деревнях использовали вместо отравы. Она-то, таёжный житель, знает всю эту фигню. Ёпэрэсэтэ! Давай меня водой поить и т.д. В итоге я отрубился, ничего дальше не помню. Врачи еле откачали. Сказали, что если бы съел чуть больше, помер бы, как пить дать. Ни ухя себе, погуляли мальчики! А насчёт тех пацанов - проблема так и не решена, хотел бы с ними встретиться. "Эгей!  Отзовитесь, говнюки! Если живы!"

Зашёл в интернет, и прочитал про это поганое растение. Выяснилось, что сам Тамерлан был отравлен ядом этого корня. Ничего себе, ещё бы немного, и мы с ним на том свете свиделись.

Снег увидел первый раз на улице Дальней. Просыпаюсь утром, глядь в окно, и обалдел! На улице белым-бело, я был просто ошарашен. До сих пор перед глазами эта картинка стоит - белый двор, скамейки, деревья, дома. Да всё белое! Аж глаза ломит! Картинка просто впечаталась в мозг. Наверно, когда  буду помирать, вспомню эту фантастическую картину.

В школе страшно нравилась одноклассница - Степанова Наташка. Терялся перед ней, просто деревенел. Красивая была девочка, прямо куколка. Где она сейчас?  Чёрт его знает. Вообще, мне часто нравились различные девчонки, не знаю, что это было, возможно любовь. Тогда получается, что я параллельно любил двух, трёх и более девчонок. Конечно, я им не говорил об этом, и вообще никому не пидзел лишнего по этому поводу. Просто любил втихаря, да и всё. Тогда ещё не знал, что мужчины полигамны, думал, что один такой ненормальный.

Однажды зимой шёл в школу. На улице темень, мороз дикий. Идти надо было два квартала, по тротуару вдоль дороги. Между дорогой и тротуаром валялись железные трубы приличного диаметра, одна за другой. Наверное, хотели менять водопровод, да так и бросили на зиму. Совдепия, что с неё возьмёшь? Иду я, иду, значит, скучаю. На ногах валенки. По дороге присоединился ко мне Фил, Андрюха Филинов - лепший кореш. Вдвоём веселее. Примерно на полдороге колонка с водой, в Находке они были повсеместно. Фил говорит мне: " Хочешь, прикол покажу?" Что за глупый вопрос, все любят приколы: "Ёп тыть, конечно!"

Кстати, в первом классе все мальчуганы, общаясь меж собой, уже вовсю матерились как сапожники. Это считалось шиком. А прикол заключался в следующем: он намочил свои ботинки водой из-под колонки, взгромоздился на трубу, постоял немного, и конечно примёрз. Мы весело гоготали, шутками обыгрывая эту ситуацию. Я, не будь дурак, быстренько мочу свои валенки и тоже забираюсь наверх рядом с ним. И мы, ещё пуще прежнего, стали веселиться. Помните этот трюк в знаменитом фильме - когда Шурик  вытаскивал ногу из прилипшего к смоле сапога и пинал по заду плохого дядьку. Так вот, мы эту фишку придумали задолго до Гайдая. Я вытаскивал ногу из примороженного валенка и, заливаясь счастливым, детским смехом, пинал Фила по жопе. Андрюха радовался не меньше моего. Всё-таки как мало надо для счастья!

Ладно... Расслабились малость, пора и в школу. Оба-на! Хрен там! Оторваться невозможно. Мы и так, и эдак! Фига! Повылезали из своей обуви, тянем, потянем, ничего не выходит.  Вот это мы вляпались! Что делать? Хоть на улице и темень, но народу много. Вы не поверите, но раньше в совдепии работали все. Дико, не правда ли? Если вдруг какой-то гондон не работает, приходит участковый и даёт срок найти работу. Не устроишься - дадут срок по статье "Тунеядство". Полезная статья. Сейчас, похоже, такой нет.

Короче говоря, народ щемится на работу с утреца. Наши спасители, ёлы-палы! Выбрали мужика поздоровше и попросили оторвать наши шмотки. Всё это время в носках скачем. На улице колотун, про глобальное потепление слыхом не слыхивали. Поднатужился чувачок, дунул, плюнул  и... отодрал-таки наше барахлишко. Молодчик! Давай мы их скорее пялить обратно, чтобы согреть околевшие копыта. Что такое? Ступня вылезла наружу. Мужик слишком здоровый оказался. Богатырь, мать твою, земли русской. Вся нижняя часть осталась на трубе, видно я переборщил с водой. Пипец! Повеселились! Пришлось бежать домой с валенками под мышкой, на ходу шевеля пальцами. Ну, пидзюлей, конечно, словил от мамани. Долго ещё потом мы с Филом мимо останков моих валенок проходили мимо, и ржали как дураки.

До сих пор эта унылая картинка перед глазами стоит: чёрное-пречёрное, звёздное небо, редкие падающие снежинки, и в свете фонарей, на трубе - одинокие, напрочь приклеенные подошвы валенок. Прости меня, обувь, я просто был тупенький! Вывод: ребята, не становитесь в мокрых валенках на железо зимой - получите по тыкве от мамани.

В школе у преподавателей я был среди любимчиков, но уж слишком пидзлявый. Почти каждую неделю в дневнике была запись красными чернилами: "Разговаривал на уроке!!! Обратите внимание!!! Вертелся на уроке математики!!!" и подобная фигня.

В первом классе все уже пробовали курить. Естественно, я  не отставал, был как все. Не курить было неприлично. Но какая всё-таки это дрянь, ребята! Тьфу! Нормальных сигарет почти ни у кого не было. Поэтому, собирали окурки, и шмалили это вонючее дерьмо за углом школы. Плевались, морщились, но продолжали курить. Круто! Так делают настоящие боссы. Всё равно, несмотря на это, так и остался некурящим, привыкания не произошло. Уж больно мерзкой была эта пакость. Тем более, что папик не курил совсем. И слава богу. Но изредка, конечно, за компанию покуривал с закадычными друганами.

Как-то раз делал уроки по математике. Ошибся что-то там с цифрой, взял резинку и давай стирать ошибку. Тёр, тёр, пока не протёр приличную дырку в тетради. Ну, бллин!  Испугался, что наругают, глупый был. Оторвал кусочек бумажки, наслюнявил и заклеил дырку. Про клей, наверно, тогда ещё не в курсе был.  Мамка, конечно, спалила меня с этой дыркой, это её сильно развеселило, смеялась, хватаясь за жирненькие бока. Наверно, сама такое  в техникуме делала неоднократно. Это же надо, догадаться залепить дырку в тетради  собственными соплями. Поучала меня: "Учись хорошо, сынок, тогда из тебя человек вырастет!" А я удивлялся - "Как это? Я и так человек". Ну, тупень был несусветный!

Летом отправили в пионерский лагерь. Назывался "Факел". Он и сейчас есть. Ни хрена хорошего не вышло. Две смены шёл дождь как оголтелый. Мать перемать, носа не высунуть. В Находке такая фигня в порядке вещей, зимой солнце палит, когда особо не нужно, а летом, сука, дождь как прорывает. Не дождь, так туман. Если бы не это говно, цены бы городу не было. Он ведь находится на широте Сочи.

В лагере у меня своровали замечательную вещицу - шикарный водяной пистолет, японский, кстати. Папаня притаранил с работы. Они там чинили корабли ФЕСКО, ну и выцыганил, наверно, у какого нибудь маримана. Я расстроился, само собой, второго такого пестика в этой стране не найти. В общем, о проклятом "Факеле" только одни негативные воспоминания остались.

Однажды сидим в беседке, то ли речёвку разучиваем, то ли другой какой-то лагерной фигнёй занимаемся. Чувствую - нестерпимая вонь накатила. Думаю: "На говно наступил, что ли?" Проверил подошвы. Нет, всё чисто. А говном несёт невообразимо. Да что такое, эй кто насрал!? В итоге всё прояснилось. У нас был хлопчик по фамилии Твердохлебов. Тоже застенчивый  мальчик. Уж на что я скромный, а тот вообще полный тормоз. Короче, захотел Твердохлебов какать и постеснялся сказать вожатой, думал перетерпеть. Но в пионерских лагерях Советского Союза, как правило, хорошо кормили, в отличие от германских концентрационных. Поэтому у него клапан на заднице не выдержал давления навозной массы, и вся эта ерунда полезла наружу, источая страшную вонь.

Пидзец! Обосрался парень, в прямом смысле. Тупо навалил в штаны. И он хотел это скрыть, сидел себе, как ни в чём не бывало, обосраный и, бля, речёвку дурацкую учил. С выражением так читал, типа всё нормально! Без палева! Штирлиц  хренов. Извините за маты, но как тут не матюкнуться. С тех пор у меня фамилия Твердохлебов  ассоциируется с говном и вонью. Когда кто-то при мне упоминает твёрдый хлеб, я сразу вспоминаю этот стрёмный случай из моего детства. До сих пор картинка перед глазами: беседка, снаружи стена дождя, на скамейке сидит обосравшийся пацан с кислой рожей, а вокруг офигевшие  все мы. Вполне отчётливо помню его лицо с родинкой на щеке. Вот никого не помню, ей богу. Ни лиц, ни фамилий. Его запомнил. В каком-то дальнем закоулке мозга. Что такое память?  Удивительно! Сейчас стараюсь поменьше есть хлеба. Особенно твёрдого! И вообще, слово "факел" в каких то мрачных тонах воспринимается.

Вывод: когда хочешь  срать - беги быстрей в сортир, чтобы чего не вышло.

Пока я в лагере наслаждался погодой и ароматами окружающей среды, родители получили новую хату. Батяня всего пару лет поработал на заводе и заработал квартиру. По советским меркам, очень удачный прорыв. Другие ждут десятки лет. Вот они, преимущества мужа, каменной стены.  Мать особо не мыкалась по съёмным углам, как другие. Это была вполне себе замечательная двушка, хрущёвка конечно. Но, по тем временам это был шик. Это как если бы сейчас получили пентхаус с бассейном на крыше. Многие мои одноклассники жили в бараках, их тогда было в Находке тьма. Пакет услуг такой: вода в колонке на улице, отопление печное, дрова в сарае, туалет тоже на улице.

Чувствую, придётся снова про говно писать. Уж извините, постараюсь покороче.


5 Босс дерьма.

В те времена, во дворах, между бараками, стояли такие домики из неструганных  досок, аккуратно побеленные извёсткой. Туда окрестный люд ходил какать. Этакие храмы испражнений. Когда подходишь к ним летом, стоит сумасшедшая вонь уже за много метров.  Толстые, блестящие, зелёные мухи, по-своему даже красивые, роятся тучами вблизи, лакомятся, чем бог послал.

Весь кал собирался  в здоровенную яму под домиком, и примерно раз в месяц приезжала спецмашина. Мы называли ее просто - "говновозка". Из неё выходил водитель, говновоз, и толкал толстый, весь испачканный говном, шланг в этот навозный бассейн. Шикарная была картина! Переполошившиеся мухи в бешенстве пытаются защитить свою собственность. Но куда там, разве осилить царя природы с его техническими достижениями. Директор шланга врубает насос, и кал с таким смачным, чавкающим звуком всасывается внутрь бочки. А вонь усилилась многократно, теперь уже за несколько десятков метров слезу вышибает. Говновозу хоть бы что, деловито шурует такими длинными загнутыми вилами, разбивает крупные образования для лучшего всасывания. Тряпочки подозрительные вытаскивает.

Есть такой фильм - "Сладкая женщина". Там героиня работает на конфетной фабрике, и от неё сладко пахло всегда, даже если она не на работе. Вот бы ей выйти замуж за такого парня. Они перебивали бы духан друг друга, в итоге запах никакой. А может быть наоборот, шибили  и тем и другим, тоже неплохо.

Местных шпанюков этот процесс всегда почему-то очень интересовал. Мы собирались толпой и дразнили мужика. Кричали ему как дураки: "Говновоз, говновоз!" На большее фантазии не хватало. По-хорошему, здесь требуется какое-нибудь рифмованное четверостишие, но поэтов среди нас не оказалось. А если и были, то весь процесс откачки выглядел непоэтично, и наверно, слабо стимулировал  говностихосложение.

Дяденька на нас не обращал внимания, добросовестно делал своё дело. Возможно, даже любимое дело. Профессионал! Покончив с процессом, складывал свой инструментарий в машину, кое-как очистив от налипшего кала. И на его перепачканном, с засохшей коркой говна, комбинезоне, появлялись новые пятна навозной жижи. Он садился, весь такой босс дерьма, в кабину, внутри тоже покрытую какашками. Кстати, когда вся эта хрень покрывается корочкой, то почти не воняет, он это знал. Когда фырча, тачка, тоже, естественно, покрытая диким слоем говна, выезжала со двора, мы радостно бежали за ней и кричали как кретины: "Говновоз! Говновоз!"

Как мало детворе надо для счастья!?

Мне вот сейчас стыдно стало... ей богу. И зачем мы так!? Человек просто делал свою работу. Нахрена мы это делали? Не понять. Я прошу прощения у всех говновозов мира. Всех тех, кто транспортирует его, перерабатывает, прочищает унитазы, канализационные трубы и прочее. Кланяюсь вам в ноги за ваш нелёгкий говённый труд. Кстати, я и сам отчасти говновоз. Гораздо позже, в море, работал четвёртым механиком, а он, кроме всего прочего, отвечает за исправное функционирование канализационной системы судна: унитазы там, фекальная цистерна и прочее дерьмо.

Так вот, эти уличные туалетики были белоснежными, их белили каждую весну, во время всесоюзного ленинского, коммунистического субботника. Не чаще одного раза в год. Типа, подарочек ко дню рождения Ленина. А внутри было самое интересное. Все стены и потолок исписаны и изрисованы простым карандашом. Тексты и рисунки специфической тематики. Все, что касаемо писек и жоп. Эх, жаль не догадался все это сфотографировать. Все эти человеческие органы во всяких видах и ракурсах, то по отдельности, то воткнутые друг в дружку. Да нарисовано так здорово, с полутенями, со всеми подробностями. Ну, просто офигенно! Летающие члены с крылышками. Фантастика! Тексты в стихах и прозе, тоже об этом. Приглашения встретиться здесь же. Сплошь, сплошь, сплошь!

Даже переписка, вроде современных эсэмэсок. А что? Удобно. Чтобы сообщить что-нибудь, пишешь на стене карандашом. Потом подходишь через какое-то время, читаешь ответ. Я бы назвал это - "говнофон". Переписка тоже специфическая: "Отсосу! Подходите в шесть часов". Или: "Мальчики, хотите полизать, жду вас вечером, пароль - Жопа". Ну и в таком же духе всё остальное. Попадались толстые коричневые полосы, видно кто-то очень спешил и вытер задницу просто пальцем, потом  всё это дерьмо на стену вытер. Вот думаю; а если бы он загнал занозу в палец? И что? Доски-то неструганные.

Про туалетную бумагу в то время не слышали. Зад вытирали, кто чем мог, но чаще всего газетами. Допускаю... возможно, у Брежнева была импортная туалетная бумага. Наверно, самолётами доставляли из Америки. Хотя, может быть, и нет.  Нафига ему, герою Малой Земли, такие буржуйские нежности. На фронте всё было  просто: чаще всего пользовались лопухом или травинкой. Когда совсем плохо, то снегом, осколком снаряда или неразорвавшейся миной... вытер и порядочек, теперь можно воевать дальше. Хотя, об этой интимной, жопной подробности, лучше почитайте у великого Франсуа Рабле. У него лучше получается.

Самые озабоченные из пацанов, выбивали сучки из побеленных досок  и подглядывали в эти дырки, когда какая-нибудь неосторожная девушка заходила внутрь по своим женским делишкам. Так и развлекались. А что? Как-то надо релаксировать! Театра в Находке нет, телевизор тогда был большая редкость, а социальные сети ещё не изобрели. Теперь функцию этих проковырянных дырок играет интернет - здоровенная дырища, хоть с утра до вечера смотри порнушку, наслаждайся.


6 Вытришки.

Квартиру получили на улице Горького. От дома до школы десяток метров. Новый класс, новые одноклассники. Чебуречная через дорогу, горячий чебурек со сковородки стоил пятнадцать копеек. Бегали как балбесы по подвалам с деревянными ружьями, в войнушку играли. Бах! Бах! Тыдын! Ты-дыдыды!!!

Летние каникулы проводил в деревне у бабки с дедом, родителями отца. Посёлок Кировский на берегу Уссури. Дни напролёт с пацанами пропадал на речке. С утра до вечера кувыркались в воде. Все были загорелые, чёрные как негры. Играли во всяческие водяные игры, например в "квача". Игра в квача - это разновидность пятнашек, только на воде. Тот, кто в данный момент квач, должен догнать в воде кого-нибудь из корешей, тогда тот становится квачом.

Вода в речке мутная до ужаса, на расстоянии двадцать сантиметров от носа ничего не видно. В том-то и фишка. Очень трудно различить кого-нибудь под водой в такой грязи. Нырнул паренёк в воду - и ищи-свищи его там, внутри воды, он может завернуть куда угодно, вот и попробуй, догони. Как раз в Кировке здорово научился плавать, там любой сопляк нырял лучше, чем акула. Даже самый маленький. Когда приехал в деревню - совсем не умел, а потом стал нырять как бог. Не припомню случая, чтобы кто-то из пацанов утонул. Мужики тонули, это было, но в основном по пьянке. При мне один бухарь, разогнался и нырнул с обрыва, на краю которого он культурно отдыхал, накатывая водяру с местными тёлочками. Хотел, наверно, поразить дам, показать какой он оухительный Ихтиандр. И он добился таки своего. Поразил вообще всех на пляже. Нас тоже.

Там глубина была сантиметров тридцать. Когда вынырнул - мама родная! Вся морда в крови. Пасть разинул и вопит как раненый шакал. Хули орать? Раньше надо было думать! Тёлки тоже заголосили наверху как сумасшедшие. Это он ещё легко отделался. Обычно в таком случае ломается позвоночник. До сих пор эта картинка как фотография перед глазами стоит. Что за странное свойство моей памяти? Всё, что было давно, помню как сейчас. А то, что было вчера, не могу толком вспомнить.

И вывод сделал: "Никогда не купаться по буху". Но почти всегда его нарушал. Только иногда, когда в чрезмерно алкогольном угаре был не в состоянии доползти до воды, тогда не нарушал.

В те славные времена по реке сплавляли лес. Лесорубам не хотелось тратиться на транспортировку, и они тупо сбрасывали добытый лес в речку. Брёвна плыли непрерывно всё лето. Иной раз так много, что по ним можно было перебраться на другую сторону реки. А ширина местами метров двести. Конечно, это было опасное развлечение, если соскользнуть с бревна неудачно, то могло запросто покалечить стволами или совсем раздавить в лепёшку.

Пешком вдоль берега забирались как можно выше по течению. А там заросли черёмухи. Просто-таки черёмуховый лес. Конечно, лакомились ягодками, языки потом у всех были чернее угля. Кошмар! Долго плыли обратно, загорая на брёвнах, мимо Кировки и ниже, до паромной переправы. Брёвна были хвойных пород деревьев, поэтому в итоге все были жутко перепачканы смолой. Всё пузо, ладошки, трусы и яйца вечно в этой грёбаной смоле, хрен отчистишь.

Была мода на трусы поприкольней. Там в деревне и научился шить. Нашёл у бабки кусок ситца с огромными красными розами на белом фоне, попросил у неё швейную машинку, изумительный древний "Зингер" на литой чугунной раме, и сшил себе шикарные трусы. Оухительные были трусы, на публике они сразу же приковывали всеобщее внимание. Иду, бывало, по пляжу, кричат: "Эй! Красавчик! Где такие трусы оторвал?" Но я гордо шёл мимо в развевающихся парусах, типа, насрать на вас, шелупень. А на самом деле просто стеснялся подойти, скромный был мальчик. Окружающие много чего ценного обещали в обмен на эти чудные труселя. Хрен вы угадали, трусы мои! Самый шикарный парень был на "Бухте", так назывался пляж. Точно вам говорю, без балды!

Обычно, пацаны бросали свои шмотки на берегу и шли купаться. Была такая шуточка, особенно с новенькими, штанина завязывалась, ну, очень туго, и на узел ссали всей кодлой. Потом, когда чувак возвращался, ему приходилось развязывать тугой, обоссаный узел, зубами. В это время все весело гоготали. Никто не обижался, все знали: потом подкараулят кого-нибудь другого и тоже обоссут узел, всё по-честному, не зевай.

У многих в деревне были лодки. Так называемые плоскодонки. Делались из трёх широких досок, широкая доска - дно, и две доски поуже - борта. Потому и название такое. Зато удобно стоять в этой лодке, дно ровное как пол, и осадка маленькая. Дед Палладий один из первых в дерёвне приобрёл подвесной мотор ЗИФ-5. Гораздо позже появились разные Вихри и тем более Ямахи, блин, по пятьдесят лошадиных сил. Этот моторчик дед приобрёл, когда меня ещё и в планах не было. Стоил он очень дорого. Поверьте, ребята, это была дико дорогая покупка, просто сумасшедшие бабки. Сами знаете, когда что-то новое, оно всегда стоит уйму деньжищ. Все нормально пользовались вёслами, и когда вдруг папин папа прицепил к лодке эту зловонную, безумно тарахтящую штуковину... Нет- нет, конечно, они не подумали, что дед колдун или что-то в этом роде. Те времена давно прошли, народ не настолько глуп. Они просто решили, что мужик свихнулся. Да! Точно! С ума сошёл! Вёслами ведь гораздо удобнее, не надо таскать туда-сюда такую тяжёлую бандуру. Бензина вонючего не надо. Опять же, деньги будут целее. Да и шумит она, будь здоров. Простите друзья, как не сматериться, мужики в деревне просто охуели от такого безрассудного поступка, ну, а про баб и говорить нечего. Всё! Кранты! "Палладий совсем з глузду зъихав!" - это по-хохлятски "с ума сошёл". Знаете что... про Колумба нашего Христофора тоже бухтели что ни попадя, когда он в Индию отправился. А вот на тебе, гений оказался.

Так вот, дедушка мой, незабвенный Палладий (имя-то какое), для масштаба Кировки что-то вроде Колумба, да нет, бери выше, вроде батеньки Ньютона был. Современники, очень часто, недооценивают размеров личности, пока эта личность дуба не нарежет. Вот вам свежий пример: пока писал вам про деда, помер Стив Джобс. Только вчера его поносили всяко, а тут запели, мол, помер супергений, и что будем делать дальше без него? Как жить? Так что ж вы, бля, нервы мотали человеку, пока жив был, мать вашу? Вы же сами и свели его в могилу вашим поганым пездежем!

Гонял с этим мотором дед по Уссури, как Шумахер по Монако. Прошли, однако, годы. Я появился на свет, вырос. А моторчик как новый, жужжит, будь здоров. Теперь мы с папусиком и маманей гоняли по речке. Правда, к этому времени устарела техника. В нашем ЗИФе лошадей было всего-то пять, эти вихри чёртовы обгоняли нас словно торпеды. Да и хрен с ними, всё равно дедушкин ЗИФ был лучший.

Забирались с батькой на моторке в дикие верховья. Папаня мне доверял рулить. Я хулиганил, петли всяческие, кренделя лодкой выписывал, а маманя верещала, ухватившись за борта. Плавать не умела, мы-то с отцом как акулы, даже чуть получше. Ну, женщина, им по штату положено верещать. Причаливали где-нибудь на живописном островке без названия, где песочек белый, ивы молоденькие склонились к воде. Маманя снеди какой-нибудь доставала, хозяйственная была, кушай Юрик. А сами плескались в речке как сумасшедшие. Потом голышом бегали по песку, не стесняясь меня, а я и не удивлялся. Думал, так положено у взрослых. Я этакую фигню видел-перевидел, Тарасиха помогла, да и маму я голышом видел в бане сто раз. Рубенс не отказался бы изобразить, в теле была девушка. Ей тогда тридцати ещё не было, а папа старше на четырнадцать годков. В общем, зажигали они по полной. Временами убегали в заросли ивняка. Теперь-то знаю, чем они там занимались. Ну, а тогда и внимания не обращал, потому как несмышлёный был, совсем малец.

Но такое случалось нечасто, в смысле, чтобы я в деревне был вместе с родителями. У них там сложности взрослые, типа график отпусков не совпадал и всякое такое прочее.

Таскал с колодца воду дедам, пилил, колол дрова. Было мне тогда восемь лет. Бабушка меня любила, баловала. Называла "малик" или совсем уж "маличок". Потчевала разными вкусняшками. Однажды, когда я отказывался кушать что-то очередное вкусное, говорит: "Хиба ж ты ничого ни йиж? А хочешь, тэбэ вытришками вгощу?" Хохлуха была натуральная.

- А что такое вытришки, бабушка?- спрашивал внучек.

- Пидожди трошки,- сказала она и стала убирать со стола вареники с клубникой, яблочный пирог, сметану и что-то ещё. Закончив, поставила передо мной большую миску и ушла. Я был жутко заинтригован. Думаю, раскрутил бабусю на что-то архивкусное. Сидел, сидел, а её всё нет.

-Бабушкааааааа!- не выдержал я. Она тут же появилась, как будто ждала, когда я завоплю.

- Шо, маличок?

-Ну, где твои вытришки?

-Та вот же! В тэбэ пид нисом! В гэтои мисьци.

Я уставился на пустую миску, ничего не соображая. Потом постепенно дошло, что бабка просто решила проучить меня .

Оказывается, вытришки - это когда гостю ставят в качестве угощения просто пустую тарелку. Человек на неё глупо таращится, это и есть "вытришки". Потом я своим детям часто предлагал отведать вытришек, когда сильно доставали. Позже в нашей семье это понятие стало нарицательным. Вытришки - значит полный облом, дуля, борода. Дырка от бублика.

-А вытришек не хочешь? - то есть, - Ни хрена ты не получишь, дубина!

Иногда, когда я в чём-нибудь провинился, лупила меня лозиной по жопе. Лозина - это прутики лозы, которые используются деревенскими бабушками в воспитательных целях. Было чертовски больно. Но бабуся была справедлива. Что заслужил, то и получал. Задница, конечно, потом горела, но недолго.

Научила меня кататься на велосипеде. Однажды выволокла из сарая какие-то жалкие, запылённые железяки, облепленные паутиной.

- Сделай малику, пусть катается, - дала распоряжение деду.

Но у того нашлась куча отговорок, мол, винтиков-шпунтиков нет, ключей нет, ни хрена, короче, нет. Думаю, ему не шибко понравилась перспектива пару-тройку часов вынакиваться с этим пыльным хламом, лучше на лавке посидеть. У них было такое развлечение. Сидеть на лавке и наблюдать, кто прошёл мимо или проехал, обсуждать всё это, строить различные предположения и догадки. Этакий деревенский бесконечный реалити-сериал, примерно как в фильме "Синьор Робинзон", когда герой соорудил себе псевдокинотеатр на необитаемом острове, каждый день смотрел якобы кино и возмущался, что опять фильм, мать его, про море.

Так и здесь. Только каждый день про деревню. А что? Уматная тема. Телека нет, даже если бы и был, всё равно тока нет.

Короче, бабка обматерила его как-то смешно, по-хохлятски, и стала сама с этими железками вынакиваться. Проволочками, верёвочками, сопельками. Кряхтела, бухтела что-то себе пид нис. Сляпала в итоге нечто велосипедообразное. Колёса разные, крыльев нет, руль кое-как, после каждой колдобины приходится поправлять. Цепь обрывалась через каждые десять минут. Но зато это был настоящий велосипед. "Чудо-юдо лисапет - жопа едет, ноги нет!" Кто из пацанов не мечтает о велосипеде? Это была моя первая техника, если не считать коляску.

Но старушка была очень хитрая, таким образом она из меня делала мужичка. Знаете, у которых руки растут не из жопы. В итоге я сам постепенно довёл его до вполне приличного состояния. Первый механизм, который я отремонтировал своими руками. Спасибо тебе, бабушка. Лежит она во сырой земле уже давно. Но, в связи со странной способностью моей памяти, я помню её как живую. Такое доброе, сморщенное как сухофрукт личико, выцветшие голубые глаза с хитринкой. Бабуся была что надо.

В деревне все разговаривали на каком-то странном диалекте русского языка. Я тогда ещё не знал, что это украинская речь. Думал, ну просто такой деревенский сленг, неграмотное произношение. Бабка не училась ни одного класса, писала сумасшедшие тексты неразборчивыми каракулями без точек, запятых, без всяких абзацев, заглавных букв. Разобрать с непривычки было невозможно. Да там, наверно, все деды так писали, никто никогда нигде не учился. Пипец! Зато ядерного оружия валом и в космос полетели.

В кроне здоровенного тополя, неподалёку от дома, оборудовал себе лежанку из досок. Прикрепил её там кое-как гвоздями и верёвками. Было довольно высоко и сквозь листву ничего не видно. Я забирался наверх, если нельзя было на речку, и читал там книжки, которые находил у бабуси в кладовке. "Хижина Дяди Тома", долго я её читал, толстая книга, половину ни черта не понял. Нудная до ужаса, какая-то скучная история о том, как паскудно живётся неграм в Америке. Фигня полная. Кое-как осилил половину и бросил. "Тартарен из Тараскона", тоже дерьмо ещё то. Про какого-то толстожопого турка. Вроде как приключения. Охрененно интересные, настолько, что заснуть можно. Ещё там были кое-какие книжонки. В общем, прости, бабушка, но книжки в твоей кладовке были полная лажа.

Позже я надыбал деревенскую библиотеку, там ситуация гораздо лучше. К примеру: "Водители фрегатов", опупенная книга. Из неё я узнал всю правду про капитана Кука. Завидовал приключениям рыжего Рутерфорда, он был мой кумир. Капитан Лисянский, великолепный Лаперуз были моими любимчиками, я им завидовал, вот мне бы так.

Тополь шатался от ветра, вся эта вшивая конструкция скрипела и трещала, раскачиваясь вместе с деревом, но мне это страшно нравилось. Я представлял, что я в штормовом море. Плыву там где-то на настоящем корабле среди злобных, зубастых акул. Да, я себе всё это чётко представлял, книжонка была что надо.

И вообще, перечитал там миллион книжек, Золя, Мопассан, Зощенко, Гюго, Флобер... Блин, "Воспитание чувств", только от одного воспоминания у меня пошли мурашки по коже. Стендаль, Сэлинджер, О'Генри и ещё много-много изумительных и прекрасных книг. Мне, конечно, до этих парней далеко, я букашка.

В деревне ходил только босиком. Никто никогда не настаивал на этом. Но мне почему-то казалось, что будет неправильно, если я буду обут. Это же ведь не город. Здесь природа и всё такое. Вот сейчас сижу, думаю, почему я так делал? И не могу достоверно вспомнить. Деревенские все ходили в шузах, только один я как балбес - босиком. Мне было приятно ощущать землю голыми ступнями. После дождя пройтись босиком по грязи - это кайф! Наверно, деревенские считали меня малость пристукнутым, ну а я, в свою очередь, удивлялся с них - как можно ходить в обуви? Босиком ведь так клево. В начале лета, как только снимал башмаки, было очень больно ступать по всем этим мелким камешкам, шкурка тоненькая, а в конце лета нарастала такая подошва, что даже попадавшиеся стёкла не могли причинить вреда. Я был горд самим собой. Местные казались мне неженками.

Когда заканчивались каникулы, так не хотелось покидать все эти деревенские фишки, такая тоска накатывала, хоть вешайся. А что делать? Надо снова уезжать, чёрт подери, учиться, блин. И ещё раз блин! Недолюбливал я школу. Ох, недолюбливал!

7 Жить хорошо!

В новой школе приняли в пионеры. Оухеть, какое счастье! Заставили всех ходить в галстуках. Гладить его каждый день. Дежурные на входе в школу не пускали, если галстука нет. Общее ощущение от этих лет - полнейшее дерьмо, голимая показуха. Не нравились мне советские порядки. Чувствовал, что меня дурят, что-то тут не так. Что конкретно? Не понять. Хотя бы взять эти долбаные галстуки. Ну зачем они нужны? Считалось, что в пионеры принимают самых лучших. Да какой там! Гребли всех подряд, даже таких, которым в этой пионерии вообще ловить нехрен. Самые ненормальные вообще считали неприличным носить галстук. Серёга Дулин - балбесяра был ещё тот, всегда таскал его в кармане. Все окрестные, обескрышенные ублюдки были его дружками. Но по натуре был пацан бесхитростный. Подраться любил, похулиганить. Энергия била из него ключом. Меня он не трогал, хотя, наверно, по его понятиям, я был интеллигентишка сратый. Но уж если он кого трогал, то доканывал человека капитально. К примеру, на уроках он развлекался тем, что плевал на спину впереди сидящего Скиданова Серёги, и дико угорал. У того аргументов против не находилось. Честно говоря, я побаивался Дулю, чердак у него был явно набекрень. Но с кулаками умел обращаться, не хотелось бы оказаться в роли терпилы от него. Я то был дохляк, в серьёзной драке он отметелил бы меня, как пить дать. Несмотря на это я, по-своему, издевался над ним.

Он был туповат, не тупой как сундук, а просто обаятельно глуповат. Сидели с ним на одной парте на математике. Была такая фишка - устный счёт. В начале урока в специальной тетрадке мы писали цифры, которые получались в результате вычислений в уме, которые зачитывала вслух математичка. Я считал, а Дуля у меня списывал, сам он мыслить не умел. Я высчитывал результат и писал ответ, но не полностью. Он добросовестно у меня всё скатывал. Потом, когда надо было сдавать тетради, незаметно от него дорисовывал пропущенные цифры. Я получал пять, он - два. Ёп тыть! В тот момент у него было такое удивлённое лицо, вы бы видели. Он каждый раз психовал и кипятился, но так и не понял, как это получается. Если бы догадался, пидзюлей мне не миновать.

С ним было интересно. Вообще, меня всегда тянуло к не слишком правильным личностям. Точнее, с распиздяями мне было комфортнее, чем с приглаженными. Сколько себя помню, всегда ближайшие дружки были или размандяи полные, или около того. Распиздяи, чаще всего, при ближайшем рассмотрении оказываются яркими личностями. Безбашенность во многих случаях оказывается положительным качеством. Разные рискованные предприятия и опасные приключения, так называемый адреналин булькает в крови. Они не могут жить спокойной, сладенькой жизнью. Вечно впутываются в какие-нибудь дерьмовые ситуации. А тут и я рядом, получаю свою порцию.

Постепенно сложилась группа ближайших корешей. Бреня - брутальный парняга, немногословный, высокий, неплохо сложен. Волосы до плеч, как и положено по последней моде того времени. Принимал участие во всяческих школьных соревнованиях, но всё это между делом, систематически спортом не занимался. Учился он хреновато, но был не дурак. Был как бы лидером в классе, хотя не стремился к этому и не пользовался этим. Даже не осознавал, похоже. Девчонки мечтали с ним зажечь, но одноклассницам не светило, предпочитал бабёнок со стороны. С несколькими девахами зажигал одновременно. Как бы, такой ловелас-молчун. Я всегда завидовал этому обстоятельству. Он молчит, гадёныш, но все тёлочки к нему липнут как сумасшедшие. А тут изощряешься в красноречии как чёрт, всякую фигню выдумываешь, чтобы марфушки приметили, и ни хрена, в итоге липнут к молчащему Брене.

Яцек - такой своеобразный мальчуган, с очень жёсткими как палки волосами. Это была его трагедия. У всех продвинутых, к которым мы себя причисляли, должна была быть причёска "а-ля битл". А они у него были чересчур жёсткими и непослушными, никак не хотели принимать нужную форму. Поэтому он постоянно вот так делал ладошками, приглаживая их. Был помешан на музыке. Я и имею в виду не классическую, и не ту пропагандистскую херню, с помощью которой партия надеялась воспитать действительно несгибаемых строителей, мать его, коммунизма. А реально настоящую музыку, которую какими-то хитрыми способами провозили моряки.

Оухительные диски Led Zeppelin, Pink Floyd, Deep Purple и всякое такое прочее. Он нас всех подсадил на этот музон. Считали себя продвинутыми меломанами. Однажды мы зарулили с Бренькой к нему в гости, он открыл дверь весь в слезах. "Яцек! Что с тобой?" Оказывается, он слушал пластинку группы America, она его настолько зацепила, что он даже всплакнул. Вообще-то, Яцек фарцевал пластинками, но поклялся нам, что этот диск никогда никому не продаст. Даже пару дней не давал нам слушать эту пластинку, ревновал, вообще ненормальный. Я уверен, что в Находке того времени советскую музыкальную лажу никто не слушал. Если только самые отпетые "кресты" - это тогдашний аналог нынешнего слова "баклан" или "лох". Обожал баскетбол, мог часами играть в него. Финтил всяко-разно, вообще классно играл. Я-то в командные виды спорта вообще не врубаюсь. В процессе игры ни черта никого не вижу. Без балды, в таких видах игр я полный профан.

Это двое моих ближайших дружков, мы были неразлей вода, всё время таскались вместе. С девчонками, я был в хороших отношениях, практически со всеми, периодически влюблялся в некоторых. В тинейджерском возрасте, в седьмом классе, влюбился в Нарушку. Взял, блин, вырезал из коллективной фотографии её лицо, вставил в бижутерное сердечко, и таскал на шее. Пипец! Вот это бред! Какой всё-таки был тупень! Испортил фотографию, она до сих пор у меня лежит с дыркой вместо Нарушки. А началось с того, что однажды она, со своей ближайшей подружкой, зашли ко мне домой и пригласили...куда бы вы думали? Не пытайтесь отгадывать, собирать металлолом. Класс! Мы же были пионеры. Самое, что ни на есть пидзатое, пионерское развлечение: собирать с девчонками ржавые железяки. Ну, мы пособирали маленько как примерные мальчики, а потом гуляли с ними. Я с Яцеком, и они двое. Джентльмены хреновы! Похоже, что это было моё первое свидание с настоящими девочками. Те, интимные отношения с Тарасихой не в счёт.

А ухаживали мы за девчонками так. Однажды Игорёк обнаружил у родителей секретную нычку, а там куча презервативов. Мы сразу же сообразили, как их использовать, чтобы весело и культурно. Яцек жил на первом этаже, Нарушка на пятом. Решили так: надо наполнить презик водой, позвонить девчонкам в дверь, и когда они откроют, бросить его в квартиру. Так и сделали. Презик, естественно, порвался, вода залила коридор и барахло, находящееся в нём. Убегая, мы ржали, раскрыв зубастый рот. Жить хорошо! Вот чокнутые! Зачем мы это делали? Непонятно. Но было весело! Интересно, что же девчонки о нас тогда подумали?

После уроков, как стемнеет, собирались компанией на скамеечке во дворе, вели разговоры о том, о сём. Однажды забрались на пятиэтажку по настенной пожарной лестнице, что была неподалёку. Девчонки остались внизу. Мы что-то кричали им сверху, шутили, кидали камешки вниз, а потом Дуля достал свой писяндрис и, не долго думая, стал ссать с крыши. Ох, и фантазёр был на такие дела. Остальные, конечно не растерялись, достали свои аргументы и устроили приличный водопад. Нет, это был мочепад. Зашибись!!! Шикарное ноу-хау. Таким образом мы, наверно, пытались развеселить подружек. Круто? А они, в диком восторге, пищали там, внизу.

Пробирались на завод, это несложно, в заборе были сплошные дыры, и ловили камбалу с пирса. Потом дома солили её и вялили на балконе. В школе хвастались, у кого камбала уматнее. Была такая фишка - нажраться вонючей, сушёной камбалы и бегать, рыгать на девчонок и дышать на них этим камбальным ужасным смрадом. После того, как съешь парочку засушенных рыбных трупов, вонь изо рта просто кошмарная. Девчонки звонко верещали и обзывали нас всякими грубыми словами.

Учился так себе, не шибко хорошо, но зато без троек. Школьная система в Совдепии была полный отстой, думаю, что сейчас мало что изменилось. Если ты попал в говнюки, то останешся говнюком до окончания школы. Это как в Индии касты, из неё выбраться невозможно. Если ты неприкасаемый, то останешься им навсегда, и дети твои тоже. В классе у нас были такие неприкасаемые. Например, Серёга Скиданов. Таким личностям даже клички придумывают какие-то особенно говённые. У него было погоняло - Плешивый, хотя никакой плеши у него не было. Или Клавка Синицына - та вообще изгой, родоки у неё были конченные бухарики. У всех пионерские галстуки были шёлковые, а у неё какой-то странный, из непонятной ткани. Где они его выдрали? Чёрт знает. Наверно, с какого-нибудь старого платья вырезали, чтобы на бухаловку себе сэкономить. Её, беднягу, мои одноклассники гнобили капитально. Прозвище было вообще гадкое - Блохастая.

Но я, слава богу, не был в такой ситуации. Даже наоборот, по нынешним понятиям нашу кампанию можно было бы назвать мажорами. Хлопцы все влатанные, одеты по последней моде, в фирменные, заграничные шмотки.

Джинсы стоили сумасшедших денег, 120-140 рублей. Это месячная зарплата неквалифицированного работяги на заводе. Охренеть! Относительно современных зарплат получается, что они стоили примерно 15000 рублей. Моряки неплохо наваривались. Кстати, джинсы не принято было так называть, мы пренебрежительно именовали их "штаны", этакий шик. Были джинсы фирмы "Cantan". Опупенные штаны, из ткани ужасно жёсткой, как фанера. Если их поносить день, то вечером, сняв, можно было спокойно поставить вертикально на пол. Без говна! То есть не вру, ей-ей. Они могли стоять всю ночь до утра при условии, что были новые и нестиранные. Но имели существенный минус: через несколько месяцев носки они как бы ломались, под коленкой появлялись трещины, говорю же - фанера. Поэтому, поносив их немного, надо было сбагрить каким-нибудь посторонним лошкам.

Пластинка с заграничным музоном стоила 50-60 рублей. Тоже нехило. Как я уже сказал, советскую музыку мы не слушали. Какие-то совдепские, вшивые ВИА приезжали, конечно. Только хрен его знает, кто на них ходил? Зато мы с Бреней продавали этим модникам наши штаны. Они как с голодного края налетали, раскупали всякую шнягу, ни черта не разбирались в лейблах, да ещё втридорога. Мы от барахольной цены накидывали ещё рублей 20-30. Что были за ВИА - чёрт его знает. Весёлые ребята какие-нибудь или Голубые задницы, для нас все они были просто лошары.

Но однажды, это было уже в десятом классе, на барахолке нас с Бренькой замели менты. Отобрали нахер весь товар, привезли в город и кинули за решётку в ментовке на Ленинской. Мотали нам нервы, запугивали кошмарной перспективой, что, якобы, за фарцовку нас выгонят из школы и комсомола. Кошмар! Оухеть, какое счастье! Нахрен мне обосрался ваш комсомол! Так что, можно сказать, я пострадал от советской власти за продвижение в массы рыночных отношений.

Барахолка в то время располагалась за городом в районе Угольной. Там был заброшенный карьер, вот в нём и собирался народ, жаждущий прикупить заграничного барахлишка. Условий никаких, ни прилавков, ни павильонов, продавцы просто держат товар в руках, причём надо было делать вид, что ничего не продаёшь, просто как бы прогуливаешься с джинсиками. Потому что вокруг шныряли оперы и вылавливали зазевавшихся фирмачей.

Представьте себе картинку: в карьере, среди камней и чахлых кустиков, пара тысяч людей с вещами в руках бродит кругами по кошмарной грязи. Некоторые, самые продвинутые, расстелили по этой грязи газетки и, разложив на них свои богатства, ждут покупателя. Если чувак захотел примерить - нет проблем, заходи в кустики и меряй. В этих дохлых кустах примеряющих набиралось человек пятьдесят, парней и девок. Никто не стеснялся друг дружку, навалить, дело житейское

Часам к двум все разьезжались. Тут вообще фишка. Добирались до барахолки на электричке, народу в неё набивалось, как в трамвае в час пик, даже пошевелиться было проблематично. В одну сторону ехали эти две тысячи людей, с вещами и деньгами, в другую сторону точно такой же набор - люди, вещи, деньги. Только те, кто был с вещами, теперь были с деньгами, и наоборот, кто на балку ехал с бабками, теперь были с шикарными заграничными шмотками. Меня всегда веселила эта метаморфоза. Зачем вообще куда-то ехать, обменялись прямо в поезде - и порядочек!


8 Трава по пояс.

А Брежнев в это время жевал по телеку на съезде партии про какие-то мифические прорывы к коммунизму. Как я ненавидел всё это дерьмо! Эти грёбаные комсомольские собрания. Поганые песни о комсомоле или коммунизме. Но одна из песен всё-таки была прикольная, это которая про траву по пояс.

Чем интересна эта песня? Ну, слушайте. В девятом классе Дуля нас просветил: оказывается, из травы можно делать не только гербарии. У нас был штаб в подвале на Горького, там проводили время в непогоду. Однажды прибегает одуревший Серёга и возбуждённо начинает задвигать какую-то хренотень про траву. Достал из тулупа пакет, дал понюхать. Не скрою, запах приятный, напоминает хвойный. Он тогда в шикарном тулупчике ходил, я долго уговаривал продать его мне. Ни в какую, тот ещё был стиляга. Сигареты я покуривал время от времени, за компанию, а тут такое предложение поступает. В то время никто не знал ни про марихуану, ни про гашиш. Никто в это дело не врубался. Дуля нам разъяснил, что к чему. Забил папироску, и всё это, мы тут же дунули.

Капец! Цепануло нас, конечно, неслабо. Сначала сидели в подвале, показывали друг другу крепкие белые зубы. А потом смеялись как ненормальные до коликов в животе. "Гы! Неплохой такой гербарий получился, оттащи биологичке, она тебе в четверти пятак поставит. Гы-гыы-ыы!" Потом вышли в вечерний город. Небо сплошь в алмазах, бъютифул! Описывать все ощущения после косяка не буду, почитайте какого-нибудь Берроуза или Джима Кэрола - у них такое лучше получается. Не хочу делать рекламу этому дерьму. Говорят, будто оно вредно, типа, крыша едет и здоровье пошатывается. Могу только успокоить: в медицинской энциклопедии сказано, что употребление марихуаны не вызывает привыкание и вредит здоровью не более, чем простой табак. Короче, это табак, только обладающий возбуждающим, галлюциногенным эффектом. Хотите шмальнуть? Поезжайте в Голландию, там можно.

Но это было очень давно, мы были молодые и глупые. Нам хотелось жить, а не прозябать под бесконечное бухтенье Брежнева о коммунизме.

Был ещё один кент, Серёга Митин по кличке Митька. Небольшого ростика, вертлявый и пиздлявый пацанёнок. Залупастый такой, но в принципе нормальный. Всегда был в курсе всех важных событий на районе. Хрен знает, откуда он всё узнавал, вертлявый, я же говорю. Однажды родичи на днюху подарили ему кассетный магнитофон "Томь". Это был фантастический прорыв, кассетники тогда только-только появились. Неслыханная роскошь. Как сейчас помню: такого глупого, голубого цвета. У Яцека как раз оказалась кассета Гранд Фанк: помните, тот самый диск, где они на обложке были изображены в виде качков-бодибилдеров. Поначалу мы всерьёз поверили, что они такие накачанные в реальности. Вот балбесы! В смысле, не они, а мы. Фотошопа тогда не было, скорее всего, на них напялили эти дурацкие поролоновые костюмы-псевдомышцы. На самом деле, они были тощие как глисты, в чём только душа держалась, видимо, анашу дули круглый день от рассвета до заката.

И вот мы ходим по району толпой, включивши эту голубую "Томь" на полную громкость, предварительно пыхнув для полного улёта. А в самых уматных местах что-то пытаемся подпевать, как дебилы. Пидзец картинка! Мы были реально клёвые пацаны, нас уважали. А как не уважать? Ни хья себе: кассетник, Гранфанк, штаны, да ещё под кайфом - оухеть! Какая там к чёрту пионерия-комсомолия? Не смешите. Вот это - ништяк тема!

Как раз в тот год вся школа переехала в новое здание, а из старой сделали интернат для детей с задержкой развития. Стала называться "дебильная школа".

В процессе жизни у меня прорезались некоторые таланты. Например, однажды учитель рисования показал мои художества кому-то из художественной школы, и меня пригласили туда учиться рисовать по-настоящему. Но прозанимался там недолго, мне было в лом ездить чёрт знает куда, в другой район, и заниматься там хернёй, как я считал, отрабатывая технику рисования. А родители особо не настаивали. Я как-то заметил, что они особо никогда ни на чём не настаивали, казалось, им было наплевать, чем я занимаюсь, как живу. Мне отец однажды поведал, что за ним вообще никакого присмотра или контроля не было. В деревнях всем навалить, чем занимаются дети, не до этого, дел по горло с огородом да свиньями. Дети растут как трава в поле, сами по себе, это считалось нормальным. Но теперь-то я понимаю, что так нельзя, должен быть жёсткий контроль, и побольше занять всяческими художественными школами, спортивными секциями и прочим говном, чтобы не оставалось времени на изучение действия марихуаны на человеческий мозг.

Вот вам мой пример, хотя бы. Плохой пацан Дуля научил курить травку, если бы родоки загрузили меня обязанностями с утра до вечера, этого не случилось бы. Я, может быть, стал космонавтом или великим футболистом, а так получился размандяй недоделанный.

На уроках вместо того, чтобы, раскрыв рот, слушать учителя, рисовал в специальной тетрадке всякую чушь. Помню один рисунок, до сих пор перед глазами стоит. Как-то раз Яцек притащил фотографию группы Queen. Шикарная картинка! Фредди со своим знаменитым микрофоном на переднем плане, сзади Тейлор с барабанами, еле видимый в темноте. Фредди ярко освещён прожектором, от микрофона световой блик. Классное чёрно-белое фото. Так вот, всё это я скопировал в тетрадку чёрной шариковой ручкой. Очень тонкая, ювелирная работа. Иногда нужно чуть-чуть касаться бумаги шариком, и к тому же исправить в случае ошибки невозможно: тушь, ничего с ней не сделать. Можно только дырку протереть, соплями потом не заклеешь. Получилось просто неотличимо от оригинала, наверно, после этого я и охладел к рисованию. Знаете, есть такой психологический казус: когда человек добьётся чего-то труднодостижимого, это становится ему не интересно.

В дальнейшем, во всех последующих местах обитания, оказывался в редколлегиях и, оформлял всяческие стенгазеты, новогодние поздравления и прочая херота, связанная с рисованием.

Вот ещё один талантишко. Однажды пошли с дружками в бассейн, его как раз построили тогда. Платишь три рубля пятьдесят копеек в месяц и купаешься один час, три раза в неделю. В итоге тренер увидел мои оухительные плавательные навыки, развитые в Кировке с помощью "квача", и пригласил тренироваться в спортивную секцию. Как раз мои замечательные ноги, которые обосрала непутёвая акушерка, тут и пригодились. Я легко обгонял местных сраных чемпионов, которые потом вызывали меня в туалет и имели там со мной очень серьёзный разговор. Но когда узнавали, что я с "Квадрата", резко передумывали меня лупить, и мы расходились, пожав друг другу руки. Чуть позже какой-то подонок подрезал у меня ласты, ну, то есть своровал. Вот думаю: не их ли рук это дело?

"Квадратом" называли четыре дома на улице Горького, стоящих в форме квадрата, там проживала ужасно знаменитая шпана, гроза всего города, два брата близнеца. Но они были старше, я с ними совсем не якшался, разве только по башке от них получил пару раз. Так от них почти каждый на районе получил по затрещине, авторитет-то надо поддерживать. Короче говоря, проживание в квадрате было гарантией того, что в другом районе ты не получишь пидзюлей. Наверно, гниют сейчас эти близнецы где-нибудь на туберкулёзных нарах, если вообще живые. Ох, тяжела жизнь хулигана!

Прозанимался три года плаванием, выполнил норматив на третий взрослый разряд и бросил. Осточертело всё это. Каждый день надо проплыть пять километров разными стилями, да не просто, а с нереальным напрягом. Тренер Василий Саныч следил по секундомеру, если начинаешь халявить - пидзел неимоверно, давил на психику. Плывёшь, как конь, эти бесконечные километры, из сил выбиваешься. Вода, блин, то горячая, то холодная как лёд, нервов не хватает. Знаете, одно дело плескаться с бабёнками в бассейне, дурака валять, и другое дело вот так жилы рвать. В общем, заколебался я, ребята. Серьёзно! Думаю: "Ну-ка вас всех к чертям с вашим долбаным спортом! Плавать научился - и достаточно". Собрал свои вещички и свалил. Саныч потом приходил ко мне домой пару раз, рисовал радужные перспективы, олимпийские медали, титулы и всё такое. Но я не повёлся. Вообще, по жизни, если приму какое-то решение, то всё, кранты, назад ни ногой. Просто потеря времени. Это самая правильная политика. А Саныч мужик нормальный, дай бог ему здоровья.

Вот ещё кое-что. Спасибо господину Зингеру за его ловко сбацанную технику, не изнашивающуюся сотню лет. Все знают, что первый небоскрёб в Нью-Йорке построил именно он, разбогатев на швейных машинках. Он помог развить ещё один мой талант. Как я уже сказал, первую вещь я сшил в девять лет, это были опупенные, модные трусы-паруса, не постесняюсь сказать, номер один в Кировке. Ну, а потом пошло-поехало: шил штаны из всего, что подворачивалось под руку. Однажды сляпал подделку под джинсы. Внешне их было не отличить; лейблы, штампованные пуговицы на ширинке, двойная строчка, всё как надо но, только они были лучше чем фирменные. Я их шил из оранжевого брезента - того, из которого на заводе у отца делали робу работягам, ну, сварщикам там, токарям. Ткань слегка вытиралась подобно джинсовой, поэтому было полное ощущение, что это настоящие джинсы, только такого эксклюзивно-оранжевого цвета.

Дуля, когда увидел их на мне, аж поперхнулся цигаркой, модник был страшный, даром что хулиган. Выпрашивал их у меня, мы ведь с ним одного роста. Мне так не хотелось с ними расставаться, в них я был в центре внимания, и вообще сидели на мне как влитые. Но всё-таки уступил по- корефански, он потом в них долго зажигал, пока совсем не развалились. Под конец вообще штаны шил за пару-тройку часов, все движения отработаны до автоматизма.

Добрался до рубашек. С ними сложнее, там с воротом проблемы. Помню, состряпал из старого отцовского болоньевого плаща шикарную рубашку, изнанкой наружу. Выглядела как лакированная тонкая кожа. Фасончик придумал сам, объёмные кармашки там, погончики и всё остальное. Когда народ увидел моё произведение - пораскрывали рты. Никто не верил, что сам сварганил. Дуля долго её клянчил, но я не отдал, уж больно шикарная получилась вещица. Кто был не в курсе, думали - фирменная. Потом кепки разные, вельвет, кожа и прочее. Но всё это в школе. В конце концов бросил шить, не было времени, да и машинка под рукой не всегда. Сейчас, заходя в какой нибудь Остин или Глория якобы джинс, и видя тамошние страшные тряпки, мне становится неудобно за этих "дизайнеров", и я стараюсь поскорее уйти. Руки следует поотшибать за такое!

Да, чуть не забыл: сабо сварганил, тогда как раз была мода на эти штуки. Правда, саму деревянную платформу папик на заводе сделал, из дерева. Зато кожаный верх сам соорудил, с шикарной пряжкой от старых маманиных сапог. Сабо получились просто оухительные, ну как не сматериться, извините, высота в каблуке - двенадцать сантиметров. Короче, модник был до мозга костей.

Думаю, как всё-таки в этой жизни важен случай. А если бы я продолжил шить и выучился на модельера? А если бы я продолжил плавать? А если бы получил художественное образование и навыки? Этими вещами мне заниматься нравилось, по большому счёту. Что было бы? Кем бы я стал? Володя Путин во время учёбы в институте попросился в КГБ, но его не взяли: "Маленький ещё, иди подрасти". Если бы про него забыли, он никогда не стал бы президентом, но его не забыли и однажды пригласили поработать на контору, доработался до президента нашей Раши.

Так к чему я всё это развёз? А, вот! Наблюдайте за собой или, если есть дети, то за ними. Разберитесь, к чему тянет, что лучше получается? Если что-то есть, не просирайте, как я, берегите это, развивайте. И оно вам принесёт в лучшем случае известность, ну а в худшем - просто любимое дело, приносящее доход.

Но все эти талантишки я благополучно просрал, поступив учиться на механика судовых двигателей, и выучился именно на то, что не люблю и к чему у меня нет никаких способностей. Парадокс!

9 Отсечь всё лишнее.

Снова и снова продолжал влюбляться в девчонок, как ненормальный. В то время все они казались мне воплощением целомудрия и чистоты. Увидев более-менее симпатичную девчульку, я почему-то считал, что она скромна, прилежна, трудолюбива, добра, как дева Мария. Потом, позже выяснялось, что шикарные внешние данные не гарантируют шикарности её внутренних качеств. Иной раз под замечательной оболочкой скрывается такое говно, что просто не знаешь, куда бежать. Втихаря любил нескольких из своего класса, но общался со всеми примерно одинаково. Никого не выделял, понимал, что как только я попробую замутить с кем-нибудь, то остальные тут же отсекутся. Меня больше устраивало флиртовать со всеми.

А флиртовал так. Однажды из поролона вырезал нормальных таких размеров фаллос. Сделал, как советовал древний скульптор: взял кусок поролона - и отсёк всё лишнее. Постарался, конечно, напряг свои художественные способности, всё в деталях, как положено. Раскрасил гуашью в натуральные цвета, так, что он стал неотличим от настоящего. Если его вложить в кулак, как бы вмять туда, то при ослаблении сжатия пальцев он начинал увеличиваться и вылезать из руки, превращаясь во вполне настоящий с виду половой орган. Это было в самом деле круто. Сначала я испробовал этот хуй на корешах, ребятишки были в диком восторге. Он выглядел настолько натурально, что вначале все решили, будто я действительно вытаскиваю свои собственные муди.

Потом перешёл на девчонок. Они, ещё неискушённые, совсем зелёные школьницы. Это сейчас в интернете хуёв сколько хочешь, порнушка там и всё такое. А в те времена ничего подобного не было. В лучшем случае, десять лет назад, в садике, могли видеть стрючок у какого-нибудь прибабахнутого соседа по раскладушке. А тут такой членище вылазит из штанов, прямо дракон. Ужас! Руку, естественно, во время опытов прикладывал к ширинке, эффект был потрясающий. Девки сначала в панике разбегались, но потом просили показать ещё.

Да, пошалили мы на славу. Кстати, это моё ноу-хау, больше нигде такого не видел ни до, ни после. Долго потом экспериментировали с этим членом в школе и на улице. Недалеко от школы как раз в это время построили Находкинский ГУМ, мы там продавщиц пугали. Впрочем, тех, наверно, такой фигнёй не напугать, только и мечтали об этом. Весёлые были ребята, что там сказать. В итоге, эту штуку отобрал Циклоп, он нам преподавал труд. У него по какой-то причине был только один глаз, точнее, второй тоже был, но стеклянный, жуткий такой, который тупо смотрел в одну точку и не шевелился. Брр! Поэтому его так прозвали. Наверно, он в учительской отжигал с моим агрегатом, удивлял преподавателей. Но училки, скорее всего, не удивились, уже искушённые в таких делах.

Как-то раз с Мулей, то есть с Замориным Валеркой и Митькой делали у меня дома фотографии. Надо сказать, что делать фотки в то время было нелегко. Это сейчас у каждого тупня фотоаппарат, можно хоть год на флешку фотографировать, а потом сдать в проявку. А тогда у-у-у! Папин фотоаппарат "Зоркий 4", чудо советской техники. Только самые продвинутые имели фотик. В нём фотоплёнка, ровно 36 кадров, прежде чем нажать кнопку приходилось изрядно помозговать. Если начнёшь от фонаря щёлкать направо и налево, ничего не получится. Вначале продумать композицию, само собой, потом выставить вручную диафрагму и выдержку, в зависимости от освещённости. Диафрагма - это диаметр дырочки, через которую на плёнку падает свет. Всё просто, на самом деле: диаметр меньше - света меньше, и наоборот. Когда светит солнце, делаешь меньше, когда темно - делаешь больше. Выдержка тоже выполняет функцию ограничения попадаемого на плёнку потока света. Больше времени экспозиции - дольше дырка будет открыта, больше попадёт света, и наоборот, ничего сложного. Конечно, всё это на глазок, частенько ошибаешься в расчётах и, как правило, из всех 36 кадров отлично получалось несколько, какая-то часть хреновато, ну и штук 10-15 совсем никак. Жесть! А бывает, вынакиваешься по полчаса, композицию там выстраиваешь и всё прочее, про что сейчас пояснял, а в итоге получаешь хрен на палочке. Ни одного нормального кадра, полное говно. Короче говоря, в то время фотографированием занимались настоящие герои.

Напечатать фотографии с отснятой плёнки тоже не так-то просто. Во-первых, надо иметь фотоувеличитель. Такой специальный закрытый фонарь, в прорезь которого вставляется плёнка. Иметь красный фонарь, ведь вся процедура фотопечати происходит в темноте, и чтобы что-то видеть включают красный свет. Проявитель, закрепитель, ванночки, глянцеватель. Весь процесс обычно происходил в домашнем санузле, закрытом, дико закупоренном, чтобы не дай бог не засветить, сука, чёртовы драгоценные кадры. От всех этих ламп и закупоренной двери в гальюне стояла сумасшедшая жара, температура градусов под пятьдесят. Печатаешь обычно не один, а с кем-нибудь, толпой надышим углекислотой, напердим сероводородом, вообще полный пидзец! Пот градом, ужас! Короче, задолбаешься пока сделаешь эти проклятые фотографии. Именно поэтому так мало было людей, желающих заниматься подобной лажей. Но мне нравилось, до сих пор у меня много фотографий той счастливой поры. Всё, конечно, оцифровано, как полагается.

Так вот, сидим мы в этой жести, шлёпаем фотки. Чу! Кто-то щемится во входную дверь. Звонят... Снова звонят... Опять звонят... Проклятье! Только настроили процесс, неохота прерываться. Звонит какой-то лось, не унимается. Блин, надо вылезать! Открываю: стоит Нежига с подружкой, соседка с первого этажа, та ещё тёлочка. Старше на год, но почему-то предпочитала с нами зажигаться. Размандяйка ужасная, но грамотная до чёртиков, в смысле умная. Мозги у неё варили что надо. Да и сейчас варят, профессоршей стала во Владике, в Дальневосточной Академии Наук с трибуны не слезает. Её богу не вру.

Объяснил, что пацаны здесь, но выйти не можем, делом заняты. Она прорывается, сучка, типа тоже хочет участвовать в процессе фотопечати.

- Да куда ты ломишься!? Там места нет! И без тебя тесно! - упёртая такая была, борзая. Кое-как её уболтал, попросил подождать, а у самого мысль созрела.

Пока девчонки ждали, мы сделали им сюрприз, типа подарочек необычный, на память. Изготовили теневые фотки наших ялдаков. Всё предельно просто, суёшь член в поток света от фотоувеличителя так, чтобы тень попала на бумагу, и засвечиваешь. Но для уматности с этого негатива я делал позитив, приложив новый лист и засветив его сквозь негатив. После проявки и закрепления получается замечательный чёрный член, как у негра на чистейшем белом фоне, в натуральную величину. Надо было видеть эту картинку, три типа в красном свете фонаря вывалили свои пока ещё целомудренные писюны, и дико выворачиваясь, чтобы достичь нужного ракурса, суют их под яркий луч света. Пот бежал ручьями, мы ржали как кони, комизм этой тупой ситуации нас здорово развеселил. Таким образом, сделали три изумительных хуя и передали девчонкам.

Вначале они не поверили, что это настоящие копии наших половых органов. Но когда Нежига прочухала сюжет, вот же хитрожопая сучонка, ещё пуще стала прорываться в чуланчик, хотела удостовериться, что это всё натуральное. Своими глазами увидеть, как три дегрода пихают свои изумительные муди в фотоувеличитель. Любила она с пацанами якшаться, мы это знали. Распидзяйка страшная, но мы её уважали, уж больно умная была девчонка, это точно. И как в одном человеке могут уживаться такие противоречивые вещи?


10 Жизнь коротка.

Отец к тому времени стал изрядно закладывать за воротник. Видать, до него дошло, что жизнь коротка, а он просрал в долбаной армии восемь лет, да в тюрьме пять, самые продуктивные годы похерились. В институте ещё пять лет, тоже ничего хорошего не видел. Итого восемнадцать лет потратилось на чёрт знает что. Жизнь толком началась только в Находке. Подал прошение на восстановление в партии. Да куда там, отработанный материал, партии такие мудаки не нужны. На заводе получил должность заместителя начальника большого цеха. Но время упущено. Начальником завода - его бывший ученик Карабанов, пока старик по тюрьмам да ссылкам болтался, у нормальных людей карьера пёрла. Как тут не забухать? В алкогольном дурмане ощущал себя увереннее. Дружки на заводе завелись, тоже алкашня, после работы в гараж, а там бухаловка. Приползал, конечно, на рогах.

А тёткам такие приколы не нравятся, отношения с женой, естественно, испортились. Хотя по пъянке он был миролюбив и неопасен. Если сильно набухивался, то просто сразу падал спать. Другие погром в квартирах учиняли или мордобой устраивали, а Лёшка просто засыпал, абсолютно никому не мешая. Только храпел ужасно. Маманя была из обычного теста, ей такое тоже не нравилось, и она устраивала жуткие разборки, доставала его всячески, хотя он её не трогал. Не слышал, чтобы отец когда-нибудь матерился по-настоящему. Самое ужасное ругательство, которое он использовал в такие моменты: "Дурочка ты, Нинка!" Вполне даже нежно. А она изгалялась напрочь, иной раз даже милицию вызывала. Его увозили в вытрезвитель, потом лишали премии. Зашибись, умный ход!

В семьдесят втором году купили тачку, "Жига" апельсинового цвета. Оухительный рывок. Круто! Жигули только-только появились. Вообще, автомобилей у народа было крайне мало, все нищета, голытьба подзаборная, зарплаты еле-еле хватает на жратву. От получки до получки дотягивали кое-как. Жига в те времена - то же самое, что сейчас Круз 200.

Если даже человек каким-то чудом умудрился накопить денег, купить машину просто так было невозможно. Надо отработать на предприятии много лет, зарекомендовать себя оголтелым строителем коммунизма, записаться в очередь и прождать ещё несколько лет. Да и гараж нужен, об автостоянках в те годы не слыхали. На улице оставить на ночь нельзя: утром, скорее всего, машины не будет. Об автосигнализациях тоже не слышали, а гараж хер купишь, они не продавались. Но Алексей Палладьич был хоть и пьянь, но не лох. Построил кооперативный гараж, скорее всего, чтобы там спокойно бухать, и вот теперь он пригодился. Аккурат на сопочке, за тем самым знаменитым нашим ГУМом. Как покупали машину? О! Это целая история.

11 Фунтиков.

В конце декабря он уехал куда-то вроде как на разведку. Разведка, насколько я понял, завершилась успехом. Папаня нашёл способ приобретения машины, минуя все эти советские преграды, говорю же - не лох. Теперь требовалось отвезти ему в Кировку деньги для покупки. Вопрос: а кто доставит деньги? Мамуся как бы работает, кто её отпустит? В Совдепии с этим было строго. Короче, всё сходилось на мне. Она собрала все деньги, какие были дома, заняла ещё где-то, получилось пять тысяч пятьсот рублей, советских нормальных рублей. Завернула все эти бумажки в простыню в виде пояса, обернула вокруг моего тела и застегнула булавками. Чтобы было понятнее, в переводе на российские рубли двухтысячных годов это примерно миллион. Всё, конечно, относительно, но где-то так.

А мне в январе должно было стукнуть двенадцать годков. Или родители у меня были такие смелые, или я очень самостоятельный пацан, но как бы то ни было, именно мне доверили привезти этот миллион в Кировку, где в это время обретался отец, с нетерпением ожидая бабок для покупки четырёхколёсного друга. Предновогодняя суета и всё такое, билетов на тот поезд, которым мы обычно ездили, конечно же, не оказалось. Маманя взяла билет через Владивосток, только надо было его там "перекомпасировать" и пересесть на другой поезд, следовавший в родную деревню. Приехал во Владивосток, "переколбасировал" билет. Удивительно! Первый раз был во Владике, и колбасировал первый раз, наверно, в самом деле, был смышлёный малец, никто меня этому не учил.

"П-а-а-аехали!" - сказал я, когда отчалили от Владивостокского вокзала, практически как Гагарин. Поезд оказался очень странный, наполовину багажные вагоны, наполовину пассажирские, в расписании его не было. Добавили, наверно, чтобы разгрузить систему. Вместо того, чтобы прибыть в Шмаковку ночью, как было всегда, этот странный паровоз приехал ближе к обеду. От Шмаковки до Кировки ещё на автобусе тилипаться километров двадцать пять. Вышел на своей станции. Лепота! Хорошо! Солнце светит, сугробы в рост человеческий. В этих местах всегда так, снега зимой как грязи. Тишина! На улице никого. Народ сидит по избам, печку топит. Из труб дым столбом. И тут я нарисовался, обмотаный миллионом. Здравствуйте! Местный вокзал - это деревянная халабуда, только крыша из-за сугробов виднеется, и дымок из трубы. Пошёл узнать расписание автобуса.

- А хрен вы угадали, молодой человек!- сказал пузатый, красномордый дяденька в оухительной красной панамке с кокардой.

- Ждите. Ночью будет автобус! - И заулыбался коричневыми зубами. Всё-таки русский народ иногда бывает жутко гостеприимен. Похоже, этот парень, судя по цвету рожи, с утреца уже накатил грамм пятьсот. Видно, начал праздновать хэппиньюеар.

Вот тебе на! Оказывается, автобус тут бывает раз в сутки, встречает единственный останавливающийся здесь в четыре часа ночи поезд. Этот паровоз и сейчас так ходит, чтоб ему провалиться, долбанный N671, Тихоокеанская - Совгавань. Почесал я в затылке, думай, Юрбан, думай, шевели рогом, мать твою! Да уж, мама учудила. Поплёлся я к трассе, должны ведь какие-то машины проезжать. Температура за бортом градусов 30, ясное дело - зима, резко континентальный климат, как раз проходили недавно по географии. Давай закрепим сейчас знания на практике.

Промчались на раздроченном мотоцикле пьяные деревенские хлопцы, воняя бензином и что-то крича. Как бы не простудились ребята, разве можно на этаком морозе так широко раскрывать рот!

Знали бы они, что тут на дороге миллион практически ничейный стоит - не так бы заверещали. Из-за сугробов показался грузовик. Стою, размышляю - остановить или не стоит? Пока думал, автомобиль выехал на шоссе.

Бллин...

А это ещё что!?

Еле увернулся. Из кузова, чуть не задев мой мыслящий череп, вывалился прямоугольник замороженной рыбы и, пролетев со свистом мимо меня, врезался в сугроб. Хотел его взять с собой, но, подумав, решил не трогать. Одинокий пацан, обмотанный миллионом, да ещё с блоком мороженной камбалы под мышкой - это слишком. Даже для России. Конечно, если бы не бабло, обязательно взял бы. Хозяйственный был мальчик, бабушкино воспитание. До сих пор не выношу, когда выбрасывают хорошие продукты, а в далёком Занзибаре, может быть, в это время от голода загибается мальчик, который мог бы стать знаменитым артистом.

Потихоньку начал зябнуть. Здесь народ зимой в валенках зажигает, все поголовно, а я в ботиночках стою. Сразу видно, городской фраерок. Из снега вынырнул "Уазик". Надо что-то решать, замёрзну нахер тут, возле камбалы. Поднимаю руку. Лайба остановилась. В окошко высунулась сморщенная, как жопа у слона, рожа. Кстати, у всех матёрых шоферюг почему-то рожи одинаковые, высохшие и сморщенные. Вижу, водила уже под мухой. Да что за дела, они все тут уже начали праздновать, что ли?

- Дяденька, мне бы до Кировки.

- Залазь, моряк, не стесняйся. Мигом домчим! "Блин, остряк. Домчишь ты, в канаву ближайшую. И с чего он взял, что я моряк?"

Помчал, как и обещал, нормально, в меру быстро. По дороге выяснилось, что он знает моего папаню, и что они вообще какие-то кисельные родственники, через троюродных сестёр. В этих местах через пятое колено все родственники. Пока ехали, чуть ли не всю свою биографию успел рассказать. Нормальный мужичок оказался.

Приехали, а они тут все сидят офигевшие. Мало того, что внук пропал (они меня ночью встречали, оказывается), так ещё с кучей денег. В Израиль, вроде как, не должен сбежать, пионер ведь. Да и граница на надёжном замке, хотя идея хорошая! Выходит, всё, кранты, грохнули Юрку неизвестные злодеи, завладели богатством. Ладно, не буду описывать всё это нечеловеческое ликование по поводу моего чудесного воскресения. Чуть не раздавили в объятиях. Раздели, размотали миллион. Усадили возле печки отогреваться. Деньжищи разложили на столе, удивляются, сроду такой кучи бабла не видели.

Оказывается, документы на машину уже оформили, надо было только оплатить. Бумаги были на имя Фунтикова, я ничего не понял в этих маклях, папа что-то объяснял про доверенность, но я так и не въехал. Шибко сложная комбинация. Да это и не важно!

Главное, что машина теперь у нас в кармане. Изумительного оранжевого цвета. После всего, не помню даже, как до Находки добирались, переволновался, наверно. Совсем ничего не помню. Зато в Находке папа произвёл фурор своим появлением. Это были чуть ли не первые "Жигули" в городе, тут у всех "Москвичи" да "Жопарики" сратые. А у Палладича такое апельсиновое чудо. Пацаны на районе меня ещё больше зауважали.


12 Таракан.

Но в следующем году помер дед Палладий, царство ему небесное, и мои летние вояжи в Кировку прекратились. Только один раз приезжали с отцом на машине, и жили на природе в палатке, недалеко от паромной переправы. В том месте сейчас мост через Уссури. Удовольствия мало, комарья там дикое количество, мне чуть всю кровь не высосали. Если бы не машина, точно загнулся бы. Днем отец навещал всех своих кировских кентов, они собирались и бухали весь день за разговорами. Надо сказать, рассказчики все были отменные, пидзели - заслушаешься. В конце, когда уже все были в лёжку, я развозил их по домам. Мне было тринадцать лет. Но, правда, старикан сидел на соседнем сиденье, пьяный в ноль, и держался за ручной тормоз, на всякий случай. Гаишников там никаких нет и в помине, или сидели в это время, бухали тоже где-нибудь. Расея, мать её!

Потом папа, вырубленный, спал в палатке, а я, не будь дурак, гонял на тачке по лесным дорожкам, пока ему там снились мамины вареники. Так и научился управлять железным конём. Почему-то все пацаны обожают гонять на тачках, а девчонки любят шоколадки хавать или нюхать духи с этих белых бумажных полосок. Странно!

В девятом классе у нас появились новички, девчонки и один парень. Юрка Широков, иначе просто Ширик. Он разбил вдребезги тот уютный мирок, в котором я так удобно устроился. Всегда считал себя вполне успешным и интересным парнягой. До его появления был в классе, как бы, лучшим по учёбе, среди парней, конечно. Не то чтобы отличником был или каким-то особо одарённым, но учителя со мной считались, находился я среди любимчиков, нервы им особо не мотал, как другие. И тут появляется Ширик со своим шикарным мозгом. В математику он врубался со страшной силой, а также в физику, химию, и вообще паренёк был коммуникабельный, быстро со всеми, с кем нужно, сошёлся. Как-то резко вклинился в нашу компанию и по авторитету потеснил Бреню. Память у него была исключительная, из "Двенадцати стульев" наизусть помнил здоровенные смешные места. С юмором у него тоже было всё в порядке. Имел все качества, необходимые для лидера. И, конечно, стал любимчиком учителей, особенно математики и физики.

Эти проклятые задачки по физике он щёлкал моментально. А у меня с физикой были особенно дерьмовые отношения. Бывало, сижу как овца, ни хрена не могу сообразить, а он уже всё сделал. Одно утешение - по геометрии у меня всё-таки было лучше. И на том господу богу спасибо, что не полностью обосрался! Раньше я жил в своём уютном гнёздышке, ограниченном стенами класса, и был доволен существующим положением, просто не с чем было сравнить. Узнав Ширика, понял, какой я всё-таки недоделанный. Косноязычен страшно, убедить никого ни в чём толком не могу. Лидерские способности напрочь отсутствуют, память никакая, элементарных вещей запомнить не могу. Застенчивый до маразма, публичных выступлений пугаюсь как огня. Девчонки быстренько переключились на него, да что там говорить - Юрка был просто обаяшка. За словом в карман не лез, ну и всё такое прочее. Короче, на фоне его я стал выглядеть бледновато. Одна из новеньких девчонок мне очень приглянулась. Миниатюрная такая принцесска, ну просто прелесть! Очень понравилась, сучка. Эх, мне б такую женщину!

Как раз подвернулся подходящий случай познакомиться с ней поближе. Всем классом пошли в поход с ночёвкой, куда-то в пригород. Пока я там сопли жевал со своей сраной застенчивостью, Ширик и тут опередил. Оказался с ней на ночь в палатке тет-а-тет и разрушил ей девичью гордость. Вот гадёныш! Если бы я с ней замутил чего-нибудь, то не так радикально, в лучшем случае поцелуйчики там да обжимания при луне. А Ширик фуганул всё и сразу, нахрена так делать? Тут школа, учиться надо, знания впитывать, какой нафиг секс? Мозги ещё не окрепли как следует, а он баб кинулся трахать, как будто с дикого края приехал! Вот такой сука был, максималист долбанный.

Больше всего меня огорчала моя память, а точнее, хреновая способность запоминать некоторые вещи. Например, названия музыкальных групп и фамилии музыкантов, да вообще, любые фамилии. В нужный момент я ни черта не мог вспомнить, меня это жутко бесило. Вот даже сейчас, не могу вспомнить фамилию этой, как её? Ну, блин, "Пять минут, пять минут"! Да как же её? А! Вот! Гурченко. Даже ассоциативное мышление не помогает, ну к чему привязать такое дурацкое сочетание звуков? В споре или разговоре не находил вовремя нужных слов, аргументов, просто беда. Потом, гораздо позже, всё, что надо, приходит в голову, только оно уже нахер не нужно, Бобик сдох. Поэтому мне удобнее аргументировать на бумаге в спокойной обстановке. Хотя зрительная память прекрасная, вот за счёт её я опережал Ширика по геометрии, видно, у него с этим было не очень.

Да вот вам случай для примера. Однажды положил в автоматическую камеру хранения на вокзале вещи и забыл номер ячейки. А этих дурацких ячеек там было ну очень много, весь цокольный этаж Владивостокского вокзала был ими забит под завязку. Положил спросонья, утренний поезд из Находки приходит очень рано, не успеваешь выспаться. Забыл напрочь. Ходили потом с этим придурковатым дежурным по вокзалу, тыкались в разные дверцы, пока он не послал меня к чёрту: "Вспоминай! Я тут тебе не мальчик бегать!"

И что делать? Стал я вспоминать своей сраной черепушкой. И представьте себе, вспомнил. Благодаря огромному таракану. Раньше на вокзале было море тараканов: Совдепия, мать её!

Сижу на лавке, мимо по полу по своим тараканьим делам пробегает таракан. Да наглый такой, прямо возле ноги пробежал, совсем не боится. Прихлопнуть его мог одной левой. Да уже и собрался это сделать, но тут у меня прорезалась память. Когда ложил своё барахлишко в камеру, по стене пробежал такой же таракан, я это видел боковым зрением. А вместе с тараканом в башке отпечатались и особенности стены, ну там цвет краски, облупленности разные, трещины, и расстояние до стены. Пошёл я по этому помещению уже с картинкой в башке, и нашёл. С тех пор у меня нормальное отношение к тараканам, тоже ведь божьи твари, тоже жить хотят. А то, что какают где попало - так ведь им никто не объяснял, что это плохо

Если нужно запомнить, например, автомобиль, даже не буду пытаться с помощью его номера. Нахожу какое-нибудь повреждение на кузове, форму дисков и прочий мелкий, но важный навоз, фотографирую в мозг - и порядочек. У какого-то разведчика, его фамилию, конечно, не помню, была настолько оухительная память, что ему не надо было даже фотографировать документы: увидев мельком страницы, он мог потом воспроизвести всю эту хренатень с текстом и чертежами лучше всякого ксерокса. Зашибись!

У меня не настолько шикарно, но кое-что умею. Помните, писал про картинки из детства, так это чистая правда, всё это у меня в башке в мелких деталях. Тот бешеный петух бегал вдоль поленницы дров, из-под которой пробивалась ярко зелёная травка. А те подошвы валенок - именно в свете фонарей на фоне медленно падающих снежинок. Слава богу, я такой не один, уже потом, гораздо позже, читал Мишеля Монтеня и умилялся, насколько мы с ним похожи. У него память тоже была дерьмовая, ходил с записками в руке, чтобы не забыть, что хотел сделать. Обожаю Монтеня, парень жил пятьсот лет назад, а почитаешь - будто сегодня.


13 Утро начинается с Рассвета.

После окончания девятого класса, отец устроил меня к себе в цех плотником какого-то там разряда. Не зря, выходит, я родился в Лесозаводске.  Как раз на заводе у отца и началась моя грёбаная трудовая биография. Сам завод - это кошмарная жесть, даже в упрощённом советском варианте, со всеми этими дырами в заборах, с распидзяйской ВОХРовой охраной и системой труда, далеко не потогонной.

Деньги мне нужны были позарез. Правда, я колебался, на что их потом потратить. То ли на мотоцикл "Восход", мечту каждого рокера. В то время байкеров называли рокерами, а ездить на мотоцикле - значит, рокерить. Нормально? То ли на магнитофон Маяк-202. Это всё, что было по части ассортимента. Совдепия, что с неё взять?  Поэтому я согласился на жестокое папино требование - состричь свои кудри. Для меня это был страшный удар по самолюбию. Как же так? Все нормальные парняги ходят патлатые, а я буду как лошара, аккуратно пострижен. Тьфу, дерьмо!

Но выбора нет - или мотоцикл, или ни хрена. Взял ножницы и обкарнал свои изумительные, вьющиеся, как у Жюльена Сореля, чёрные-пречёрные волосы.

Да! Я часто стригу себя сам, на это есть несколько причин. Не хочу, чтобы стригла какая-нибудь страшная шмара, это не очень приятно. А симпатичных в то время среди парикмахерш было не так много, в основном толстопузые, злобные тётки. И ещё приходится долго объяснять, что хочу иметь на голове в результате стрижки, и всё равно эти лярвы, как правило, всё портили. К тому же, они так долго это делают, зачем-то одну волосинку укорачивают по нескольку раз, пока добьются нужной длинны. То ли боятся срезать лишнее, то ли специально тянут время, чтобы показать - вот, мол, какое оухительно сложное искусство - стричь! Вот, мол, какая я охрененная специалистка! Просидишь там битый час, заснув и проснувшись десяток раз, и уйдёшь в итоге с безнадёжно испорченным бубном и охапкой обрезков волос за шиворотом. Другое дело, если бабёнка попадётся симпотная да сисястая. Буферами своими как начнёт елозить перед носом, так бы и вцепился зубами. Уходишь, бывало, с болями в яйцах, не приведи господи. Тоже ничего хорошего. Короче, в парикмахерских я редкий гость.

Стою перед зеркалом в ванной, обрезаю свои шикарные локоны, кидаю их в унитаз, и так мне стало себя жалко, аж слёзы навернулись. Я плакал как лось, навзрыд. "Чудесные вы мои, дорогие волосики, как же я без вас?" Теперь-то понимаю, что это были символические слёзы. Просто закончилось детство, и я вступал во взрослую, жестокую и ублюдочную жизнь, где придётся подстраиваться, где меня будут ломать. Придётся лизать чьи-то жопы, хотя я не любитель лизания чужих жоп. Соглашаться с разными подонками, выполнять какие-нибудь глупые приказы туповатых начальников. Убегать от налоговой полиции, прятаться от доморощенных мафиков и прочая херня. До этой исторической стрижки я был свободен как фанера, особо никому не подчинялся и не подстраивался ни под кого.

Родители не трогали, учителя благоволили, одноклассники уважали, одноклассницы местами любили. После пришлось перестраиваться, отвыкать от этакой халявы и доказывать окружающим, что ты дееспособен и тебе позволено вдохнуть свою порцию кислорода.

На заводе всё по гудку. Такой же, как у паровоза, только мощнее в сто раз. Если близко стоять, можно оглохнуть к чертям. В восемь утра гудит как сумасшедший, типа "Хватит спать! Вставайте, вонючие строители коммунизма, пора впахивать!" Если во время гудка ты находишься ещё не на территории завода, на проходную лучше не соваться. Там какие-нибудь правильные пидзюки с повязками на рукаве палят всех, кто опоздал, а потом тебя за это лишают премии. В конце своей заводской карьеры я не ходил через проходную, сразу шёл к любимой дырке в заборе, так было проще и спокойнее. Следующий гудок в двенадцать часов - обед, мать его! Все работяги, как потерпевшие, косяком прут в столовую. Грязные, замызганные, в своих засраных робах. Зрелище, надо сказать, жутковатое, помните фильм про живых мертвецов, вот так примерно всё это выглядит. Все перепачканные в гавно. Слесари в мазуте с ног до головы, руки, лицо, даже уши у некоторых перемазаны мазутом, бля, с одежды аж капает! Как они умудрялись так засираться? Хрен его знает.

Морды у мужиков, которые отчищают борта судна от ракушек и ржавчины, покрыты сантиметровым слоем ржавчины, вперемешку с ракушечной пылью. Работа у них ну очень пыльная. Специальная турбинка, работающая на сжатом воздухе, весит килограмм десять. Жужжит и скрежещет по металлу с таким паскудным звуком, что мертвецы поднялись бы из могил. Ржавая пыль стоит столбом, самого чувака почти не видно в туче этого дерьма, и так восемь часов подряд. Респираторы и очки не спасают, но зато за вредность дают молоко. Ни хрена себе, какое счастье! Лучше бы водяры наливали, как на фронте. Но ребятам, похоже, мало этого навоза, вместо того чтобы подышать нормальным, чистым воздухом в перерыве, тут же  пихают в рот цигарку и дымят похлеще Титаника. Мать вашу, лучше бы лёгкие свои засраные провентилировали!

Сварщики тоже прокопченные неслабо, чёрные, зловонные, как будто вылезли из преисподней. И вот вся эта блоть несётся на обед, как стадо обезумевших бизонов. Быстренько проглотив жратву, бегут обратно, туда, где работают, и падают спать. Картинка, как будто после ядерного облучения. Там и тут валяются замызганные типы, на досках, на железе, просто на земле, в разных позах, жуть. Двадцать минут здорового сна, и снилось им светлое и чистое коммунистическое будущее, каждому, сука, по потребностям. Ну-ну! Скорее всего, парняги бухали каждую ночь до утра, как кони. Им хотя бы малость покемарить, чтобы совсем с ума не сойти.

Поскольку я работал плотником, то был не сильно зачухан. Плотники на заводе как бы чистюли. Им негде особо пачкаться. Работа с деревом - это благородно. Можно сказать, плотники - это белая кость. Потом гудок с обеда, с заспанными репами все разбредаются по рабочим местам. А суть именно моей работы заключалась в следующем.

Завод ремонтирует гигантские пароходы, а между делом изготавливает небольшие пассажирские судёнышки. Не такие уж они маленькие, на глазок примерно водоизмещением около 500-700 тонн. Длиной метров пятьдесят, вместительностью двести-триста пассажиров. Корабль, естественно, железный, но вся внутренняя хренотень делается из дерева и его производных. Теплоизоляция корпуса, мебель, двери и прочее, прочее, всё деревянное. Думаете, почему корабли горят? А вот как раз поэтому. На самом деле корабль - это большая металлическая ёмкость, в которую напихано много первосортных, высушенных дров и пластмассы. Было бы странно, если бы всё это плохо горело. А для улучшения горения добавлена ещё солярка. Ну вот, костёр готов, можно выходить в море.

Так что, для плотника на строящемся судне работы до хрена и больше. Приходим с утра, естественно, у работяг болит башка после вчерашнего. Вчера они накатывали водяру, это как правило. Кажется, ребята работают  только для того, чтобы были монеты на бухло. Если бы они бросили пить, то  зачем тогда вообще работать? Ищут гонца с утреца. Кого? Понятно, самого молодого. А это я. Даже не стеснялись, что их начальник - мой отец, ведь я мог всех сдать с потрохами. За выпивку на рабочем месте наказывали жестоко, могли уволить запросто. Конечно, я их не сдавал.

Была такая шутка, которая их страшно веселила. Через дорогу от завода находился большой гастроном с названием "Рассвет". А в то время часто крутили по радио песенку с таким текстом: "Утро начинается с рассвета, с рассвета, с рассвета!"

Так вот, напевая эту песенку, ребята вручали мне кучку мятых рублей. Я торпедой гнал через любимую дырку, прямиком в этот чёртов "Рассвет". Продавцы моим возрастом не интересовались, тем более, что я был в рабочей одежде, значит, всё нормально, значит, взрослый. А то, что работяга должен находиться на работе с утра, а не стоять в очереди за алкоголем - на это им было насрать. Короче говоря, рабочий класс с моей помощью поправлял башку, и приступал непосредственно к работе.

Наша задача - подготовить судно к утеплению изолировщиками, и после зашить всё это фанерой. Пароход ещё можно сравнить с плавающим домом. Снаружи иногда воздух бывает тридцать градусов с минусом или плюсом, вода до минус пяти. Все ведь знают, что солёная вода замерзает не при нуле, как пресная, а ниже, поэтому, чтобы экипаж не сварился заживо или не замёрз, корпус требуется покрыть теплоизоляцией. Борта сплошь покрыты штырями с резьбой, ровными рядами, сверху вниз. Вот на эти штыри мы должны прикрепить гайками деревянный брусок, потом приходят изолировщики, пихают плотненько свою говённую стекловату. Ох и дерьмо эта стекловата. Премерзкая штука, после проклятых изолировщиков её остаётся большое количество в виде кусков, кусочков, совсем маленьких шматиков и просто стеклянной пыли. Поработав среди этой параши, потом чешешься как шелудивый пёс, даже душ не помогает. Как тут не выпить рюмочку?

Конечно, я был сопляк ещё, и мне особо ответственной работы не доверяли, но в конце карьеры плотника вполне освоил все эти воздушные дрели, ножовки, отвёртки и прочую лабуду. Все инструменты почему-то работали на сжатом воздухе, наверно, так безопаснее, чтобы током не ударило. Те, кто это проектировал, учли также, что работяги будут работать в нетрезвом виде. И к тому же, если бы всё это было электрическое, то инструменты  наверняка растащили бы хозяйственные хлопцы. А хлопцы были очень хозяйственные, сомнений нет.

В общем, худо-бедно, потихоньку мы работали в не совсем трезвом виде, создавая для великой Родины пассажирский теплоход с гордым именем  "Анатолий Варакин". Кто такой этот Толян? Чёрт его знает, наверно, кто-то из местных. Поначалу меня всё это шибко прикалывало, а потом постепенно стало надоедать. Какой-то день сурка получался. Каждый день как один день, всё по расписанию.

Гудок - дырка.

Рубли - "Рассвет".

Сверлилово - пилилово.

Гудок - жрачка.

Гудок - пахота.

Гудок - домой.

Под конец эта хрень стала меня просто стервенить. Теперь я знаю, почему пролетарии бухают каждый день. От такой безысходности, такого тоскливого существования можно сойти с ума, спасёт только алкоголь.

На первый взгляд кажется, что работяги - тупые ограниченные маргиналы, но это не так, видели бы вы, как они виртуозно играют в домино. Раньше я считал эту игру чрезвычайно глупой, чисто для недалёких упырей. Ан, нет! Я, кстати, так и не смог сравняться с ними в умении стучать костяшками, с моей памятью там ловить нечего. Когда с ними играешь, полное ощущение, что противник видит твои кости насквозь, ложит камень именно такой, которого у тебя нет. На самом деле всё просто: надо помнить, кто что выложил, вычислить, что осталось на руках, и сделать соответствующий  ход.


14 Shirt.

Ещё немного, и забухал бы вместе с ними, но, слава богу, лето кончилось. Пока на заводе упражнялся в беге за бухаловкой, все мои одноклассники прошли летнюю практику. В Советском Союзе иногда так зашифровывали действия словами, что вообще не понять, что это означает. На самом деле, "летняя практика" - это просто поездка в колхоз убирать картошку. Знаем, как это делается! На класс выделяется грядка опупенной длины, до горизонта и даже дальше. Кто быстрее уберёт эту проклятую грядку - тот молодец, того похвалят. Ништяк! Помните мультик: "Кто похвалит меня лучше всех, тот получит большую, сладкую конфету"? Чтобы увеличить скорость продвижения к горизонту, ребята собирали картофан, лежащий на поверхности, а тот, который был частично в грунте, забивали ногой обратно в землю-матушку, пусть дозревает. В итоге от всей картохи собиралось процентов тридцать. Бывал я в колхозах.

Становится понятно, почему в Совдепии было так хреново с продуктами - миллионы школьников их просто-напросто уничтожали. Вдобавок ещё этой картошкой кидались как болваны, а потом складывали в общие мешки. Естественно, битая бульба начинала гнить и заражала соседние клубни, в итоге до магазина доходило хер да маленько. Всем до лампочки, всё равно почти каждая советская семья выращивала картофан на своём огороде.

Практика чёртова, мать её! Меня потом на комсомольском собрании гнобили, как будто я американский шпион, грозились пнуть из школы, но в итоге объявили выговор и заклеймили врагом народа за отлынивание от выполнения указаний коммунистической грёбаной партии об обеспечении строителей чёртового коммунизма продуктами долбанного питания. Сука, как я был зол! Я пожертвовал своей восхитительной причёской, своими чудесными битловскими патлами, я вкалывал от гудка до гудка на этом сумасшедшем заводе, пока вы запихивали картошку обратно в землю!

Там, в сраном трюме, гробил свои лёгкие стекловатной пылью, снабжал работяг лекарствами, даже иногда ранил свои интеллигентские нежные ручонки этими чёртовыми инструментами. Можно сказать, кровь проливал в борьбе за увеличение транспортного флота империи. Кстати, этот блядский  "Варакин" до недавних пор бороздил воды залива "Золотой Рог", я самолично на нём неоднократно плавал пассажиром. Хотя, вполне возможно, что сейчас его уже скоммуниздили какие-нибудь владивостокские мафики, бывшие комсомольцы, да продали в Индию на металлолом или ещё куда. Владивосток - это ведь город мафиков, российский аналог Чикаго.

Как мне хотелось вскочить, схватить что-нибудь потяжелее, да разнести всё вокруг в щепки, а педерастическому председателю этой скотской, комсомольской банды раскроить череп до основания. Понятно, что я этого не сделал. Стоял, потупив головёнку, как лошара, и размазывая сопли раскаяния по лицу. Уж очень хотелось закончить школу.

В итоге этой заводской мудалистики я заработал ровно триста рублей. Какая-то подозрительная сумма, думаю сейчас, бухгалтерия - сложная штука, и чтобы получилась такая ровная сумма, надо было попердеть над вычислениями. Скорее всего, меня там слегка обули насчёт монет. Да ладно, дело прошлое, в суд подавать не буду.

Триста колов! Для школьника, вроде меня, это опупенные деньги. Мотоциклет, конечно, сразу отпал, при всех плюсах, минусы весомее. То, что можно бабёнок катать по району, это, несомненно, плюс. Вот, собственно, и все плюсы. А минусов до хрена. Этот конь железный питается бензином, бензин стоит нехилых денег, а денег нет. Не будешь ведь катать девок за деньги, чтобы окупить предприятие. И потом, от этих чёртовых рокеров воняло бензином за два километра, потому что они беспрерывно чинили свои тачки, руки у них постоянно в мазуте, под ногтями чернота. Не готов я к такому! У "Восхода" без конца что-нибудь ломалось, да вообще любая техника, сделанная в Совдепии - говно полное.

Cейчас мало что изменилось, точно такая же лажа. У тёлочек-рокерш, которых катали мальчуганы, титьки бензиновым духом были насквозь пропитаны, не будешь ведь рукавицы надевать каждый раз, когда хочется их потискать. И к тому же, если сел на байк, лучше с него не слезать, даже небольшая отлучка, отлить, например, может привести к тому, что его стырят. Мотоциклы у всех были деланные-переделанные или собранные с разного мотоциклетного хлама. Жопу специально задирали до неба, а руль ставили самопальный, выгнутый из трубы, невообразимой конфигурации "а-ля Ангелы Ада".  Катались без номеров, прав всё равно ни у кого не было. У нас в классе только один Новосёл был рокером, шибло от него, как от сломанной керосинки.

Короче, тщательно всё взвесив, пришёл к выводу: "Нахер этот мотоцикл, музыка лучше", и купил на заработанные бабки магнитофон. Здесь особого выбора тоже не было. Самый продвинутый на тот момент был "Маяк-202". Тяжеленная, здоровенная бандура. Звуковой носитель - магнитная лента. Лента намотана на такие большие бобины. Эх, красота! Но звук был монофонический. В то время стерео в Росии только-только зарождалось. Если разобраться, этот мафон - такое говно, но для начинающего меломана сойдёт и такой. Ширик, поганец, и здесь переплюнул всех - ему старики подарили "Орбиту-202". Ребята, это совсем другой уровень: с колонками, сука, стерео... или даже квадро, что-то я  подзабыл. Да и хрен с ним!

Что касается музыки, как я уже говорил, слушали исключительно закордонную, нормальную, а не советскую красную пропаганду. Не буду подробно рассказывать, что конкретно слушали, на это надо потратить много времени и бумаги, но скажу одно: "Queen" - это супергруппа всех времён. Вот сколько у них песен, практически столько и хитов. Очень трудно найти что-нибудь слабое, клянусь. Сколько я живу на свете, столько и наслаждаюсь песнями этой замечательной группы. Не буду тут распинаться в похвальбах, зайдите в интернет и сами почитайте всё, что найдёте.

Интересно, что "Битлз" как-то среди нашей братии не котировался. Даже странно, тут все уши прожужжали этими долбаными битлами. Хотите моё мнение? Я, конечно, не композитор и не музыкальный критик, но, выражая мнение всех своих кентов-меломанов, скажу: "Битлз" - это качественная колыбельная музыка. Под этакую хренотень хорошо засыпать. Нет ритма, нет драйва, ну, может быть, за исключением некоторых вещей. В общем, скукота, не зажигает, просто надутый, распиареный журналистами пузырь. Вот сейчас сидел, пытался вспомнить какую-нибудь стоящую мелодию - борода, ничего не приходит в голову. А чтобы сочинить такую хрень, как "Жёлтая Лодка", нужно просто дунуть хорошую самокрутку, что, видимо, и было сделано. Всё! Хватит. И так уделил им много внимания.

Джексон, конечно, перень был заводной, рулил уматно, но жалко, что без царя в голове, через то и погиб. Я реально чуть не всплакнул, когда он дуба нарезал. Помню стервеца ещё по "Jackson 5", классно пищал, гадёныш! Но теперь его нет, и настоящая музыка умерла. Как я понял, всякие халявщики от шоу-биза будут теперь бесконечно перепевать и переделывать всё, что уже создано, как те сраные рокеры переделывали свои байки.

Как раз в этом году проходили олимпийские игры в Инсбруке. Народ прилип к телевизорам, как с ума все посходили, увидели шикарную заграницу. Красивые олимпийцы в этих восхитительных костюмах. Обалденные расписные лыжи и прочее, прочее.

Если идти по улице Горького в Находке вверх, в конце начинается довольно крутая сопка. Там мы облюбовали себе лыжную трассу, и круглый день гоняли на лыжах, какая нафиг учёба? Лыжи у всех были страшненькие, советские. Вы, надеюсь, не забыли, что ваш трудолюбивый повествователь -не какая-нибудь серая мышка, а опупенный художник, практически Дали.

Взял в руки кисточку и выкрасил свои старые, облезлые лыжи в кроваво-красный цвет. Порылся в папином гардеробе и срисовал красивую надпись с этикетки, которая пришита у воротника рубашки. Вырезал трафарет, там было большими буквами главное слово и мелкими какой-то текст. Я не стал вникать, главное, что всё было красиво. Нашлёпал всё это на лыжи. Вы не поверите: получилось лучше, чем в телевизоре, там ведь всё чёрно-белое.

На следующий день был боссом на этой занюханной трассе. Все подбегали, интересовались, где я урвал такую фантастику. Естественно, не стал разочаровывать, что сам сляпал - якобы, папе привезли из Японии. Как тогда на пляже в Кировке, снова оказался в центре внимания. У меня их просили покататься, просили продать, наверняка хотели украсть, но я был на стрёме.

И самое смешное, выяснилось, что я допустил очень глупый ляп. Красивая надпись большими буквами выглядела так: "SHIRT" - в переводе с английского "рубашка". Конфуз капитальный! То есть получается, что я катался на лыжах с надписью: "РУБАШКА. Стирать только в тёплой воде с порошком". Как-то так. Это был выпускной класс, через полгода я сдал экзамен по английскому на пять. Можете представить уровень моих знаний? Но никто не заметил этой тупости, и я продолжал поражать народ своими заграничными японскими лыжами.


15 Прорыв будет.

Играли на деньги в игру с коротким названием "Чу". Дуля хоть был и тупень несусветный, но в эту хрень играл виртуозно. Вообще, я заметил: у тупней, как правило, очень хорошо развит вестибулярный аппарат и хорошая реакция. Как раз эти способности  необходимы для успеха в подобных играх. Суть такова: встречаются двое с деньгами, можно и трое, можно и больше. Зачинщик протягивает деньги, только мелочь, зажатую в кулаке, и говорит: "Чу!" Все, кто участвует, тоже держат какое-то количество денег в кулаке. Потом считают, у кого больше - тот начинает первым. Вся эта мелочь ставится стопкой на ладонь, надо подбросить и поймать обратной стороной ладони. Это очень трудно, поверьте мне. Поверхность не гладкая, там костяшки и прочее. Потом всё это надо ещё раз подбросить и поймать в кулак, ничего не уронив.

Если хоть одна монета упала в процессе, который я описал, то играет следующий, у которого было меньше денег. И так далее, до тех пор, пока кто-то не выиграет, поймав все монеты. Позже игра усложнилась, деньги  стали складывать в две стопки, ловить надо было эти две стопки в два приёма. Называлось "Двойное Чу". Потом тройное, четвертное и даже пятерное. Вот попробуйте последовательно поймать подкинутые две монеты, вряд ли у вас получится с первого раза. Умение достигается многочасовыми тренировками.

Постепенно игра ещё больше усложнилась, монеты ставились на ребро ладони в одну стопку, но, подбрасывая, надо было сделать так, чтобы стопка в полёте раздвинулась на две или три кучки. Выходило, что подбросив одну, на руку приземлялись уже три стопки. Это было "тройное раздвижное Чу". У меня до сих пор, хотя прошло много лет, остался навык игры, четвертное ловлю легко. И вот, как только выдавалось свободное время, мы долбились в это дурацкое "Чу". Как с ума все посходили! Как только встречались с утра, вместо здравствуй, сразу - "Чу!" - и погнали монеты бросать до вечера. Но у меня получалось так себе, Дулину я всегда проигрывал. У этого говнюка постоянно карманы были набиты  выигранной мелочью. Играл он великолепно, это факт. Случалось, все выигранные за день деньги вечером быстро оказывались в больших карманах окаянного Дули.

В девятом-десятом классах дружки стали обзаводится своими барышнями, не избежал и я этой участи. Даже не помню, при каких обстоятельствах мы познакомились и с чего всё началось. Наверно, где-нибудь на соревнованиях. Я бегал за школу на этих бесконечных спартакиадах, и она тоже. Звали её Оля. Была ещё та оторва. Знаете, есть такой тип девчонок, которым комфортнее обретаться среди пацанов. Вот она из таких. Как-то быстро мы привыкли друг к другу. Не знаю, что это было, любовь или нет, но привязанность была очень сильная. Мы буквально не расставались весь день. Ну, вы знаете, такое случалось, наверно, с каждым. Эта дикая юношеская привязанность, когда без неё свет не мил. На переменах договаривались и отпрашивались с урока, якобы в туалет. На самом деле в укромном месте, под лестницей, целовались до умопомрачения, до боли в яйцах. Секса, конечно, не было, особо никогда этим делом не был озабочен. Да как-то неудобно, она была ещё и другом, а друзей вроде как не трахают.

Короче говоря, так я и жил зиму-весну семьдесят седьмого года, в этаком тумане, состоящем из жуткой смеси музыки, каннабиса, каждодневного "чу", вечерних посиделок на скамейке, продажи штанов, диких поцелуев в укромных уголках, шалости с поролоновым хуем, а учёба оказалась на последнем месте моих приоритетов. Учителя по инерции продолжали ставить какие-то положительные отметки, хрен его знает за что. Потом мне эта расслабуха очень дорого обошлась. Ребята, мой вам совет: прилежно учите в школе уроки, чтобы потом не удивляться, как это вы оказались в таком говнищще.

Выпускные экзамены вроде как сдал. Шпоры изготовил красивые, но они не пригодились, наверно, опять инерция сыграла роль. Вякал что-то, показывал свои замечательно вычищенные зубы и всё прокатило. Правда, по физике получил троебан, не любила меня физика. Но девчонки, которые заполняли документы, "нечаянно" вместо тройки прописали "четыре", и получился вполне замечательный выпускник средней школы  с оухительным аттестатом 4,5 балла. А что ещё надо для дальнейшего прорыва?

Я не знал, что это будет за прорыв. Куда? И зачем? Но не сомневался, что таковой случится. Уж очень мне не нравилась эта совдепская система объегоривания населения, эти бредовые сказки о коммунизме, и опупенную мировую справедливость, которая скоро должна наступить. Чувствовал, что уже есть места, где справедливость давно наступила, только от нас это скрывают.

Вообще-то я был мальчик правильный, несмотря на все эти недоразумения и распидзяйские позывы, поэтому заранее проверил свои шансы на поступление в морской вуз. Я имею в виду здоровье. Всё-таки в морские учебные заведения дохляков не брали. После восьмого класса с этой целью поехал во Владивосток, сдал документы в мореходное училище, оно рядом с ДВВИМУ и является как бы филиалом. Прошёл там медкомиссию: зрение, барокамера и всё такое. Некоторые после барокамеры получили смачного пинка под жопу, но у меня всё прокатило. Врачи обнаружили, что здоров как конь, и вполне могу стать морским волком. После этого с чистой совестью пришёл в приёмную комиссию, и забрал свои документы. Хитрожопый был говнюк. Там в комиссии, конечно, сильно удивились: "У тебя, парень, всё нормально с башкой-то? Да к нам мечтают поступить! Абитуриенты со всего Союза едут за тридевять земель". Шутка ли: работать после учёбы на кораблях ФЕСКО, мотаться по заграницам, в то время, когда другие сидят как дураки за этим проклятым железным занавесом. Но у меня были другие планы на будущее.

И вот теперь мне предстояло по-настоящему поступать в это знаменитое ДВВИМУ. Но перед поступлением в него мы решили попытать счастья, и попробовать прорваться  в МФТИ. Это вообще заведение для матёрых умников, у которых IQ зашкаливает за 200. Поступить в него нереально для простого смертного, думаю, что даже Эйнштейн со своим длинным языком не смог бы попасть туда с первой попытки. Но я был молод, жутко горяч, и почему-то считал себя очень умным. Странное заблуждение. Кстати, я заблуждался ещё и по поводу своего роста. Считал себя высоким. Удивительно, стоило просто посмотреть в зеркало, всё бы стало ясно. Но я упорно считал себя рослым парнягой. Удивительный был дурень.


ЧАСТЬ II

16 Шарики и ролики.

Нас было трое героев... или балбесов, как угодно. Мы вознамерились покорить этот легендарный "физтех", рассадник индиго. Приёмная комиссия работала во Владике в помещении ДВГУ. Какие-то шансы были у Ширика, он, без сомнения, был умник, а нам с Мулей там вообще ни хрена не светило. С этим чуваком мы художничали в школе и пионерлагере. Тоже был с виду правильный, как и я, но в реальности размандяй. Модник был жуткий, очень не любил говённое, советское шмотьё. Очень сильно был зациклен на всём иностранном. У него была такая фишка: на свои джинсы нашил пару сотен лейблов от различной заграничной одежды, особенно на заднице всё было сплошь покрыто ими, а внизу на штанинах нарисованы шариковой ручкой названия музыкальных групп: Дипапл, Назарет и прочая хренотень. Мы все пёрлись по заграничной музыке и шмоткам, но то, что вытворял Валерик,  был явно перебор. Картинка была капздец! Окружающие наверняка думали, что пацан сбежал с психушки. На самом деле, он был просто смелым пацаном и не боялся, что его примут за шизика, хотя действительно, был слегка ударен пустым мешком по голове. Настоящий герой, а мы все ссали так одеваться.

Так вот; три находкинских ублюдка, один в вышеописанных штанах с кучей этикеток, другой в клетчатых джинсах с какими-то шотландскими мотивами (не помню даже, где я взял эти штаны, но таких потом нигде не видел, не штаны, просто сказка), нарисовались в приёмной комиссии физтеха. Только Ширик был одет по-человечески. Притаскиваем мы свои вшивые аттестатишки в самый опупенный вуз Страны Советов. Там таких  болванов было полно. У нас хоть какой-то был балл, некоторых бакланов, с баллом около трёх, пинали под зад тут же, не отходя от кассы. Но наши доки приняли, видно, их впечатлили мои клетчатые пароходы, и Валеркины извращенские галифе с нашлёпками.

Факультет выбрали не абы какой, а самый крутой - "Астрофизики и космических исследований", я уже мыслил себя великим исследователем космоса и забубённым учёным.

Поселили в общагу с видом на трубу ТЭЦ-2, на которой кирпичами сверху вниз был выложен коммунистический слоган: "СЛАВА КПСС", дебильный советский трэш без гламура. Интересно, какому дураку такое пришло в голову. Знаковая картинка: из трубы валит столб чёрного дыма, прогорит скоро нахер ваша партия.

Вступительные экзамены!

Физика!

Контроль жесточайший!

В карманах шпоры, но толку от них нет. Полный зал злобных преподавателей, если увидели шпоры - сразу "получай  пинка!" Да и шпаргалки  не помогут, таких задачек я в жизни не слыхивал. Как сейчас помню, задачка номер один: в камеру с магнитным полем (какие-то цифры) влетает частица с магнитным зарядом (цифры). Надо вычислить её отклонение в этом магнитном поле. "Ни хуя себе! Да вы что, бля, башкой стукнулись? Мы такого в школе и близко не проходили! Точно не проходили! Эй, братва, нас тут, сука, разводят не по-детски. Лохов нашли! Пидорасы!" - примерно так захотелось мне завопеть во всю ширь своих лёгких, когда до меня дошёл смысл задачи. Но я благоразумно этого не сделал. Говорю же, парень был продуманный. Потыркался, помыркался, покрутил головой вокруг.

Слева и справа сидят и, главное, чего-то пишут, хлопцы с причёсками под чубчик, очками-велосипед, и в пиджачках "а-ля совдепшн". Капец!!! Один справа так увлёкся, падла, наслаждаясь решением этих грёбаных задач, что аж соплю пустил. Честно, без говна. Раскрыл, паскуда, свой рот от удовольствия, а под носом висела маленькая прозрачная сопелька, переливаясь в лучах летнего солнца. Да уж! Этот точно станет учёным, блин.

Проклятые индиго, чёртовы яйцеголовые ублюдки, нормальному человеку никуда не прорваться! Какой бы я ни был замечательный, эти очкарики по любому были, сука, оухительнее меня в миллионы раз. Поганые отличники, чтоб они треснули! Чёрт подери! Я так хотел стать учёным, я был на 99% уверен, что поступлю в этот хуев МФТИ. Да пошли вы все к черту!

Взял свой чистый листик, и железной поступью пошёл сдаваться. Краем глаза заметил, что Муля перемигивается с очкастой девчонкой. Всё ясно, уже успел снюхаться. Нет, точно Валерик не сумасшедший, тот ещё блин, прощелыга. Потом выяснилось, что этот пёс умудрился чего-то списать у этой шмары, и получить троебан. Абольше не надо! Ширик тоже написал физику: ну, этот хуеплёт физику знал, кто бы сомневался! Наверно, и про мою сраную частицу знал, чёрт возьми. Может быть, это только я не знал. Может быть, про эту поганую частицу поясняли, когда я под лестницей с Оленькой обжимался, а вместо уроков наслаждался голосом любимого Фредди в каннабисовом угаре. Как бы то ни было, получил я свой законный пинок под зад. Говорю же вам, учитесь прилежно, ребята, потом будет меньше огорчений и разочарований в жизни.

Побежал сдавать обратно матрац, на котором толком не успел насладиться просмотром снов на новом месте. На следующем экзамене пинка получили и мои дружбаны. Не так обидно - значит, не один я тупой. Позже мы узнали, что из нескольких тысяч подававших документы, поступили только три человека со всего Дальнего Востока. А тех, кто сдал экзамены на тройки, без всяких экзаменов, и вне конкурса готовы были принять Политен и ДВГУ.

Теперь вам понятно, в какое пекло мы сунулись? Это просто рассадник яйцеголовых, с нашими свиными рылами, ловить там было нехер. Да мы сильно и не расстроились, и рванули с документами в ДВВИМУ; океан ждёт. Здесь шансы поступить резко увеличились, очкастых умников было не так много.

Началось всё замечательно. Опять поселились в общагу, теперь с видом на океан. Красота! Это вам не труба с буквами. Купались в прозрачной солёной воде, до которой было метров сто. Вечером любовались, как багровое солнце опускается в хрустальные волны Амурского залива, окрашивая весь небосвод пурпурными тонами. Но вскоре романтическое настроение у меня улетучилось, как с белых яблонь дым. Улетучилось после того, как на первом же экзамене по математике я получил смачный кол.

Вот это был полный кабзец!

Я был в полнейшем шоке. Ведь я же умный! Ведь я же хороший и скромный мальчик! За что со мной так? У меня пидзатый аттестат, вашу  мать! Ситуация сложилась для меня неожиданная.

А дело было вот в чём. Я подал доки на электромеханический факультет, но там требуются мозги, электричество - штука непростая. Экзамены, соответственно, на простаков не рассчитаны, всё серьёзно. Если бы моя фамилия была Тесла, меня взяли бы без экзаменов, но у меня другая фамилия, совсем неизвестная. Естественно, я с треском провалил первый же экзамен.

Однако, на судоводительский факультет принимают слегка туповатых парней, там сдают географию, сочинение вроде, и ещё какую-то хренотень, да и конкурс гораздо меньше. Если бы я подал на судовода, то было бы гораздо больше шансов поступить, там всё проще. А на электромеханика требуется знание математики и физики, в которые, как выяснилось, ваш покладистый пововествователь ни хрена не врубался. Вот так я погорел, как швед под Полтавой. И что теперь делать? Мои корешки сдали математику, и готовились сдавать дальше, а я сидел на своём матраце, полностью оухевший и раздавленный злой судьбой, как самый обосраный таракан, и думал думку - что же делать дальше? В армейку не хотелось. Очень не хотелось. Очень-преочень, сука, не  хотелось!

И мне бы пришлось идти в армию, если бы не один интересный и странный факт. Во Владивостоке есть учебное заведение, в простонародье называемое "Рыба". Там каждый год происходил  недобор абитуриентов. В советское время рыбные продукты граждане недолюбливали. Эти ужасные рыбные дни, когда в столовых подавали только рыбные блюда. А из рыбы была только камбала да минтай. Протухшая, провонявшаяся, растаявшая и опять замороженная тысячу раз. Короче, говно полное. До сих пор тошнит от вида жареной камбалы. Так вот, не желал народ поступать в эту чёртову "Рыбу". Наверно, от слова "рыба" всех выворачивало наизнанку, плоховатая репутация у слова, это точно. И к тому же это был самый распидзяйский ВУЗ города. Его курсанты слыли самыми жуткими пъяницами и скандалистами. Это тоже отталкивало абитуру.

Короче говоря, мало кого прикалывало влиться в этот чмарной коллектив и продолжать бухарско-хулиганские традиции заведения. Но зато там существовал второй поток, то есть после сдачи вступительных экзаменов во всех вузах города, в Рыбе начиналась повторная сдача экзаменов для всяких неудачников и засранцев вроде меня. А узнал я об этом от своих одноклассников, Митьки и Новосёла, которые были закоренелыми двоечниками. Школу закончили только потому, что учителям не хотелось ещё целый год смотреть на их опостылевшие  рожы. Так вот, они первым потоком поступили в Рыбу.

Митин - тот вообще имел характеристику, написанную вашим непоседливым рассказчиком. Дело в том, что в силу своего дерьмового характера, и ещё более дерьмового отношения к учебному процессу, в школе ему накатали такой паскудный аусвайс, что вряд ли бы его вообще куда-нибудь приняли. Если только в тюрьму. Поскольку мы дружили, я посчитал своим долгом помочь другу, и изготовил ему приличный документ, в котором было сказано, что Митин Сергей является шикарным комсомольцем, участником художественной самодеятельности, что было почти правдой, выступал он на уроках капитально, учителя плакали, и вообще, хороший парень. Шлёпнул самодельную печать, нарисованную чернилами в зеркальном отражении на куске резины от противогаза. Самым трудным было нарисовать герб, там столько возни; колоски, мелкие буковки. Но я справился. И вот теперь этот распидзяй - студент, а я практически одной ногой в армии.

"Ну, уж если Митька поступил, то меня там вообще должны расцеловать в задницу!" - так рассуждал я. Опять сдал обратно все эти общежитские шмотки, забрал драгоценный аттестат, и ломанулся в Рыбу.

В третий раз получил у коменданта матрасик и всё остальное. Вид из окна был под стать институту - говённый. На улицу Снеговую. Там в низине меж высоких сопок был унылый завод, изготавливающий железобетонные конструкции, и огромная автобаза, настолько огромная, что когда утром шофёры заводили все свои колымаги, смрад стоял неимоверный, и вся эта автобаза напрочь скрывалась в угарно-газовом тумане. Однажды я в такой момент оказался на территории. Жуть, голимый газ, слёзы из глаз брызнули. А шофёрам хоть бы что, ещё и папиросками попыхивают, типа, дыма маловато, надо бы добавить до нормы. С ума сойти, еле живой оттуда выбрался!

В третий раз я решил судьбу не испытывать. Засел за математику. Вызубрил все эти дежурные формулы. Синус двойного угла, косинус, интегралы эти проклятые и подобную херню, которую не удосужился выучить в школе. Экзамены проходили в главном корпусе на Ленинской, как раз напротив него стоит на высоком постаменте этот знаменитый медный мужик с флагом в руках, и обосранной голубями буденновке, которого при каждом удобном случае показывают по телевизору.

Первым экзаменом была математика, с которой у меня тоже крайне недружелюбные отношения. За исключением пары десятков формул, которые выучил вчера, я ничего не знал. Несколько преподавателей, которым было вообще насрать на то, что происходит в зале. Тут тебе не физтех, очкариков совсем нет, прорвёмся как-нибудь! В общем, чего-то нацарапал на листике и сижу, поглядываю по сторонам. Две тётки проверяют знания. Одна из них тощая, страшная, как ядерная война, видно, что без настроения, рычит на всех. Да и какое настроение с такой страшной рожей, наверно, в зеркало с утра заглянула нечаянно. Никто не трахает - естественно, никакой водки не хватит, чтобы красивой показалась. Откуда настроение, по жизни, видать, такая злобная. Думаю себе: "Ну-ка нахер к ней идти, по-любому завалит, будь ты трижды в очках и с соплями до колен!" Жду, когда вторая освободится, чтобы к ней подсесть. Похоже, что я не один такой психоаналитик великий выискался, все сидели, выжидали момент, чтобы ко второй подсесть.

Короче, или я этой страшной не понравился, или наоборот приглянулся, или слишком явно башкой своей тупой вертел, но она ткнула в мою сторону своим страшным кривым пальцем и проскрипела: "Молодой человек, я вижу, вы подготовились на отлично! Вы, вы! Не надо придуряться!" Я  оглянулся - сзади никого не было. Она-таки имела в виду именно меня. Проклятье! Чёрт! Чёрт! Невезенье продолжается. Деваться некуда, кое-как оторвал жопу от стула, ох как не хотелось к ней. Чувствовал, что всё кончится плохо.

Не буду юлить, скажу прямо - в этот раз я обосрался полностью. В тот момент был самым обосраным чуваком в этом городе. Да что там городе - во всей галактике. Ответил я дерь-мо-во! Вообще не пойму, за кой хрен мне в школе ставили пятёрки, наверно, за то, что оформлял там дебильные стенгазеты. Она нарисовала аккуратную двойку в этом листике и посмотрела мне в глаза. Я понял - это конец!

У меня закружилась голова. Я не мог так просто встать и уйти. Это невозможно! Я же умный! Так не бывает! На меня накатила волна красноречия и артистизма, себя не узнавал. Меня прорвало. Захлёбываясь словами, стал её убеждать, что всё знаю, просто от волненья перезабыл всё, по щекам покатились огромные слезы. Я готов был валяться перед ней в пыли ,и лизать её старые, стёртые ботфорты, может быть, даже её задницу. Видимо, моя жуткая видуха разжалобила её чёрствое, забывшее о жалости сердце, а может быть, она просто хотела ещё больше унизить меня, ещё больше поиздеваться.

- Хорошо, Бурчак! Вот вам бумага, пишите, что знаете!

Я похолодел: а вдруг мой несуразный мозг откажется вспомнить то, что я так прилежно зубрил два дня. Эта моя чёртова память со своими дурацкими выкрутасами, и странной фишкой всё забывать в самый ответственный момент.

- Сп-п-п-асибо!


Трясущимися  ручонками  схватил  карандаш, и из под пера понеслись все эти синусы, косинусы и прочее говно-переговно. Я глазам не поверил. Со страху на одном дыхании наколбасил всё, что запомнил новенького за последние дни, формулы, добытые бессонными ночами и нервами великих математиков, действительно великих людей, а не таких дуроломов, как я сам.

Она была обескуражена. Даже как бы слегка огорчилась, теперь смачный пинок под жопу был бы несправедлив. Повертев листок перед глазами, поразмыслив немного, она исправила мою двойку на тройку и злорадно усмехаясь, сказала: " Всё равно не поступите!" -  искоса заглянув в листочек, добавила - "Юрий Алексеевич".

Измотанный, выполз из аудитории, радостно размазывая по лицу капли холодного пота. Все, кто были за дверью, удивлённо уставились на меня - такого ещё не видели.

Не надеясь больше на свою сраную удачливость, повторил трюк с физикой. Два дня зубрил как сумасшедший разные физические премудрости. Затарился шпаргалками под завязку, положил, как положено, под пятку в ботинок пятикопеечную монету, и на экзамене был во всеоружии, на всякий случай припоминая аргументы, которыми убедил на прошлом экзамене эту злобную тварь. Но всё прошло на редкость удачно, достался билет с вопросами, касающимися света; линзы там, интерференция и всякое такое. Эту чушь я и без шпор знал неплохо. Препод была молоденькая симпампуля, и я всё оттарабанил ей без запинки, да ещё пару комплиментов задвинул по поводу её причёски и получил законный пятак. Ха!!! Да не такой уж я и дурак, если захотеть.

А на следующем экзамене, в сочинении, так глубоко вскрыл истоки вдохновения Достоевского в его романе о том, как один недоносок убил бабушку топором, что получил ещё одну пятёрку, и напрочь отмёл всяческие сомнения в своей состоятельности. Таким образом, новоиспечённый курсант Дальрыбвтуза прикатил домой в Находку, чтобы порадовать папу с мамой, а заодно слегка отдохнуть после череды стрессов, перед пахотой на безразмерных колхозных полях Родины.

Как раз тогда я заметил, что мой мозг, на который я в такой обиде, всё же иногда работает отменно. Только надо, чтобы я попал в действительно кошмарную, безвыходную ситуацию. Тогда он как бы включается на полную катушку, в башке со страшной силой начинают вертеться эти пресловутые шарики и ролики. Впервые такое случилось на экзамене по математике у Дедешиной - это фамилия той ужасной математички. Но в тот раз я этому не придал значения, посчитал за случайность.


17 Белые зубы.

Эта неделя была заполнена последними встречами с дружбанами, конечно же, общением с любезной Оленькой. Она поступила в какое-то заведение в Уссурийске, так что возможность видеться теперь будет очень редкой.  Гуляли по городу, целовались снова до умопомрачения, спрятавшись от прохожих, нежились с ней на пляже под изумительным августовским солнышком.

Далеко на рейде маячили океанские теплоходы, груженые лесом, контейнерами и всякой другой белибердой. Эгей, ребята, скоро я к вам подгребу на помощь! Я ведь тоже уже почти моряк - жопа в ракушках. Ждите меня, пацаны! Надо только по-быстрому закончить учёбу, и приду к вам матёрым механиком, не тяп-ляп. Лёжа на горячем песке, выворачивал шею, пытаясь разглядеть в вырезе её купальника соски. Там, в ложбинке между грудей слюнями приклеена бумажка. Вчера она была в другом купальнике, с другим вырезом, и поэтому ложбинка сегодня уже успела  спалиться на солнце. Эта чёртова бумажка меня дико возбуждает. Но секса у нас в то время опять-таки не было, говорю же, я  не спешил - считал, что ещё надоест заниматься этой чепухой.

Лежим себе, загораем, ветерок такой приличный разошёлся ближе к обеду со стороны Тихого океана. Волны накатывают на берег, да неслабые, я бы сказал, некоторые метра по три высотой. Народ резвится, с разбегу запрыгивая в водяные валы. Я ведь не дурак пропустить такой редкий случай. Эх, где мой сёрф? Пролететь, как на Гавайях, по этим горкам, удивить людишек. Но сёрфа нет, наверно, где-то в магазине ещё стоит, да и не умею я на сёрфе. Плевать! Стал просто запрыгивать с разбегу в волны как ненормальный, Элку веселить. Один раз меня так шибануло волной об дно, чуть не захлебнулся. Вылез из воды, "ну-ка извините, пожить ещё хочется".

Вдруг какой-то шум неподалёку, девчонки верещат на весь пляж. Посматриваем так нехотя, косяка давим.  Совсем какая-то неимоверная суета началась, толпа собралась, машина подъехала. Эге, пора посмотреть, что там стряслось, наверно, шпиона поймали. Видел в кино, эти мудаки любят из воды в трусах выходить под видом отдыхающих, а на самом деле с подводной лодки проникают в Страну Советов, чтобы тут гадить и продвигать свои вонючие капиталистические штучки.

Побежали и мы посмотреть, что там приключилась. Ого! Ништяк! Трупак на песочке лежит, рот расхлебенил, показывая довольно-таки белые зубы. А оттуда  пена и водоросли торчат. Фу! Дерьмо какое! Врачи, хмуро поглядывая по сторонам, собирают свои инструменты в ящичек, думают, как бы свалить побыстрее, чтобы пидзюлей от нетрезвых дружков не отхватить. Отмучился парняга, говорю же - не купайтесь по пьянке! В нетрезвом виде нырять нежелательно, особенно когда такое жуткое волнение. Наверно, парень решил выступить перед своими подружками: вот мол, какой я дельфин, бллин! Как всегда замешаны дамы, шерше ля фам!

- Пошли отсюда, не люблю я мертвецов.

- Угу.

Лежим себе на песочке, впитываем последний летний ультрафиолет на свои спины. В воду уже не лезу, шугань накатила в связи с этими событиями. А вдруг злобный дядька Нептун схватит за яйца. Не! Не канает!

Что такое? Не понял! С другой стороны идентичная суета началась. Неужто опять Ихтиандр утоп? Ну конечно! Вытащили и его. У этого тоже  белые зубы, наверно, их там под водой об песок волнами пошоркало, ну прямо белоснежные. И опять скорая уехала восвояси. Зашибись, ну и денёк, не к добру это. А ветер пуще прежнего, волны ещё выше. Золотая рыбка разошлась не на шутку. Короче, собрали мы свои пожитки и поплелись вон с этого смертоносного пляжа. Больше там никогда не был. До сих пор помню эти оскаленные морды с белыми зубами, как будто вчера было. Вот на такой печальной ноте и закончилось моё пребывание в городе со странным названием Находка. Позже я туда снова вернулся, но ненадолго, это тема отдельного повествования.

Вечером целый поезд студентов отбывал во Владик - город нашенский. В те времена в Находке не было приличных учебных заведений, и поэтому все сливки, или, если хотите, лучшие мозги утекали во Владивосток и другие города. Среди них был и ваш добропорядочный и застенчивый  рассказчик. Помню, на меня накатила дикая волна грусти, я понимал, что нескоро вернусь сюда снова. Как сейчас помню этот вечер. Станция. Поезд. Тусклое освещение. Жужжание комаров. Толпа студентов и провожающих. Все прощаются, многие со слезами на глазах. Как будто отправляют нас на фронт, на погибель. А что? Так и получилось, немногие вернулись обратно, остальные сгинули на просторах огромной страны.


18 Приказ мозга.

Утром поезд причалил у платформы Владивостока. Другой поезд, который нас должен был увезти в  колхоз, будет только вечером. И что теперь делать целый день? Ну, погуляли по центру города, осмотрели достопримечательности. Ну, в кино сходили. А времени ещё вагон остаётся. И тут я вспомнил, что возле ДВВИМУ, когда делал попытку номер два прорваться к высшему образованию, видел замечательные кустики конопли. Тогда я был в диком шоке от всех этих неудач с экзаменами, и поэтому было не до развлечений, а теперь самое время. Изложил свой план, и, конечно же, он был одобрен мальчишками единогласно. Мы втроём - я, Митька и Новосёл, прыгаем в такси на Эгершельд, в предвкушении новых эмоций.

Если с автобусной остановки идти в сторону училища не по тротуару, а дворами, то между старых, задрипанных домов довоенной постройки, натыкаешься на полянку дикорастущей, ничейной конопли. Только я бы назвал это не полянкой, а лесочком. Потому как кусты вымахали выше человеческого роста. Никогда до этого момента я не видел столь гигантских кустов каннабиса. Хотя по биологии у меня была пятёрка, но я до сих пор не в курсе, почему так получилось. Может быть, такой сорт, а может быть, повлияло то, что неподалёку располагался тот самый побеленный домик с  разрисованными хуями стенами, и тоннами говна под ним, которое сработало как удобрение. Также вблизи была помойка, какие бывают у домов без канализации, куда люди выбрасывают и выливают всё, что скапливается в процессе жизнедеятельности. Но факт остаётся фактом: растения были фантастической высоты, не знаю, хорошо это или плохо для конечного продукта, но тереть верхушки, добывая конопляное масло, чрезвычайно неудобно. В этом мы убедились тут же, не откладывая дело в долгий ящик. Глаза у меня разбегались от жадности, один куст был шикарнее другого. Знаете, эти знаменитые пятипалые листья, но только размером с ладонь взрослого человека. Красота!

В конце концов, мы натёрли на ладошки изумительную смесь из конопляного масла, пыльцы и чего-то там ещё, в просторечии называемую "пластилин", толщиной в полсантиметра, и довольные решили пока остановиться и продегустировать то, что получилось. Нашли укромное местечко недалеко от автобусной остановки. Там стоял газетный ларёк, а позади него высокая трава. Видимо, на этом чёртовом Эгершельде такая почва, что вся трава вырастает в рост человека.

Короче, забурились в самую гущу этой травы, культурно расстелили предусмотрительно прихваченные газетки и стали добывать с ладошек всё, что там на них налипло. Работаем, Митьку уже колотит, так ему невтерпёж. Замечательная такая кучка на газете образовалась. Эх, хорошо. Вечереет, пташки вокруг чирикают от счастья. Настроение восхитительное. Хочется жить, жить и жить. Но тогда мы были молоды и не знали, что за периодами счастья неизбежно наступают периоды говна. Всё было слишком замечательно, чтобы продолжаться вечно, и этот момент говённости неизбежно приближался.

Так вот, мы уже заканчивали процедуру, когда внезапно из стены травы выдвинулся мент. Настоящий толстомордый мент. В серой ментовской форме, в фуражке с красным околышем, всё как положено. Вот так сюрприз! Нет, дорогой читатель, не сюрприз - это был шок. Просто дикий, дичайший шок. Мы ох-ре-не-ли! Да что там деликатничать, скажу ещё точнее - оухели. На нас нашёл столбняк.

Откуда он там взялся, ма не приложу. Что он там лазил? Что вынюхивал? Осталось тайной. Но факт оставался фактом, перед нами стоял настоящий, реальный ментяра, со всеми причиндалами, свойственными ментам. И мы такие, новоявленные, сраные драгдилеры, с ног до головы провонявшие запахом каннабиса - этот запах новогодней ёлки ни с чем не перепутать. Потому как вся наша одежда в процессе тёрки, естественно, испачкались конопляным маслом. Руки, на которых ещё висели комки пластилина. И глаза, естественно, у всех по "пять копеек". В Советах пятикопеечная монета была приличного диаметра, и для обозначения крайней степени удивления применяли этот термин.

Какое-то время длилась сцена, очень похожая на финальную из "Ревизора". Естественно мы были ошарашены. Но и милиционер тоже был растерян немало. Возможно, он забрался в кусты, чтобы посрать, а тут какая-то банда подозрительных типов с расстеленными газетками испортила ему удовольствие от момента испражнения.

Скажу честно, к такому повороту событий мы не были готовы. Подобное случается в жизни не очень часто, предвидеть всё невозможно. Как говорится, "знать бы, где солому постелить". И в момент, когда длится эта пауза, мозг лихорадочно работает, просчитывая варианты ближайшего будущего и, соответственно, дальнейших действий. Включается стоядерный процессор, подключается добавочная оперативная память и, погнали мыслить.

На всё это требуется пару-тройку секунд, а потом действовать.

До мента, с туго набитой прямой кишкой, понемногу стало доходить, что мы за деятели. Догадались, что если ещё немножко вот так постоим, то этот хренов ментяра получит в конце месяца существенную добавку к зарплате, а может быть, и добавочную звёздочку на погон. Терять нельзя ни секунды. Теперь я понимаю, как это стая голубей или воробьёв одновременно и резко всей кучей изменяют направление полёта. Мыслишка о том, что надо как можно скорее рвать когти, посетила нас одновременно. Это называется коллективный разум. Как у муравьёв, один муравей может быть туп, но когда они вместе, то творят очень разумные вещи.

И, повинуясь приказу мозга, мы все рванули врассыпную, кто куда. На бегу затылком я видел, как Новосёл антилопой помчался  через дорогу, не обращая внимания на траффик. На той стороне вдоль тротуара шёл металлический забор, точнее, что-то типа ограды с остроконечными верхушками, высотой больше роста человека, как тот каннабис, бля. Я ещё подумал, что Славик неправ, ломанувшись именно туда, в той стороне ловить нехрен, ограда слишком высока, и есть риск получить штырь в ляжку.

Но я ошибся, у него не только в мозгу подключились резервы, но и в мышечном аппарате случилась неслабая добавка мощности. Этот забор с остроконечными пиками он перемахнул влёт, не задерживаясь, и кубарем покатился по травяному склону за оградой. Точно так же, как Бельмондо в фильме "Чудовище" великолепно и натурально катился по каменной лестнице. У Новосёла получилось даже натуральнее. Помню, подумал : "Не сломал бы чего парень!" Великая штука инстинкт самосохранения.

Я же рванул из кустов вдоль тротуара, но потом, слегка поразмыслив, свернул во дворы, справедливо полагая, что там мне легче будет затеряться в лабиринте домов, заборов, туалетов, кустов и прочего навоза. Ветер свистит в ушах. Впрочем, сзади не слышно топота или требований остановиться, выстрелов в воздух тоже не слыхать. Видно, этот ментяра оказался тормоз конченый. А может быть, груз кала и мочи в организме не дал ему двигаться проворнее. Куда побежал Митька, не видел. Свою бы задницу вырвать из опасного периметра.

Встретились мы на вокзале не сговариваясь. Никого он не догнал, может быть, даже и не пытался. Наверно, сел там спокойно в кустиках и вывалил всё, что было внутри. Но чуть позже мы догадались, почему так случилось, и мы снова, второй раз за день, офигели. Оказывается, в суматохе, мы оставили там сумочку с документами. Да, дорогой читатель! Весь наш рывок из котла оказался порожняком. Нахрена ему надрываться, рвать себе жилы, если всё равно без документов нам никуда не деться. В той проклятой сумочке были наши паспорта, и главная ценность - комсомольские билеты. Ведь, кроме того, что мы были гражданами империи, новоиспечёнными студентами, просто реальными пацанами, мы были также комсомольцами. Мы принадлежали к этой когорте юношества, которой скоро надо было подменить наших выбивающихся из сил отцов и дедов на великих стройках, бллин, социализма.

Проклятье! Настроение из плохого стало просто-таки напрочь дерьмовым. Ну, и что делать, а? Через пару часов наш паровоз полетит, а мы, что же, останемся на заплёванном перроне, обосраные и униженные? Я всегда удивлялся, какие иной раз фортели выкидывает злая судьба. Надо что-то срочно предпринять. После короткого совещания было решено отправиться на поиски районного отдела ментуры, и рассказать там сказочку о том, как мы бедные приезжие комсомольцы, заблудились в этих каменных джунглях чужого мегаполиса и нечаянно, совершенно случайно, потеряли сумку с документами. А нам ведь надо ещё успеть помочь советскому крестьянству в уборке богатейшего урожая картофеля, уродившегося на просторных совхозных полях.


19 Пальчики на память.

Привести план в исполнение  должен был застенчивый юноша, пишущий эти строки. Почему я? Да откуда мне знать? Так получилось. Наверно, я выглядел наиболее презентабельно. Наверно, от меня меньше всего воняло каннабисом. Но, как бы то ни было, я собрал всю свою силу воли в кулак, вспомнил учение великого Станиславского, влез в образ заблудившегося в каменных джунглях простачка и отправился в этот сучий отдел, адрес которого нам любезно подсказал ошивающийся здесь же, на вокзале, мужик в форме милиционера.

Было это недалеко, буквально пять минут ходу. Возле кинотеатра "Океан", в обшарпаном подвальном помещении. Впоследствии я заметил, что заведения такого рода чаще всего находятся в подвалах каких-нибудь зачуханных домов. Наверно, это делается для того, чтобы сразу же, с порога, морально расплющить посетителя, неважно, с каким вопросом он пришёл. Так вот, как я ни пытался по системе Станиславского поселиться в шкуре простоватого юноши, у меня это плохо получалось. Ну, а когда я спустился в этот зловонный подвал, мне показалось, что я спустился в ад. Решимость начала покидать меня.

Какое здесь всё было убогое, мама моя!  Начиная с облупленных стен, раздолбанной покосившейся мебели, окон с миллионом слоёв краски, кое-где залупленной на манер вздыбившихся тектонических плит, и кончая невообразимыми полами. Когда-то, при царе Александре III, они были покрыты изысканной мозаикой, тогда это был не подвал, а первый этаж прекрасного особняка. На этом замечательном полу шикарные офицеры Владивостокского гарнизона танцевали мазурку с не менее шикарными, сисястыми девушками, в жилах которых текла благородная дворянская кровь.

За эти сто с лишним  лет помещение ушло под землю, и сто с лишним раз поменялся способ его использования. От мозаики остались только разрозненные фрагменты, частично была просто метлахская плитка. Это такая дерьмовая глиняная коричневая плитка, которую в Совдепии стелили в туалетах, для того чтобы не было видно размазанного по полу кала. Частично был просто бетон, местами крашеный краской, цвета серо-буро-малинового с продрысью. Местами была какая-то странная кирпичная кладка. Что за хрень - кирпичи вместо пола. Но я догадался: в годы Дальневосточной Республики органы ВЧК, наверно, замуровали туда замученных белогвардейцев или японцев, чтобы далеко не возить. Местами были какие-то полусгнившие доски, которые все старательно обходили, чтобы не провалиться туда, в ужасный подвал преисподней, где мечутся в тихой злобе души этих неупокоившихся белогвардейцев, ждущие, когда же провалится к ним советский краснопузый мент, чтобы растерзать его на миллион очень мелких кусочков.

Тусклые лампочки, покрытые сантиметровым слоем мушиных какашек, вроде бы освещают это интимное место. Фантастическое нагромождение разномастной перекорёженой мебели, эти невообразимые полы, люди, которые, принимая во внимание всё вышеописанное, кажутся просто представителями дьвола на грешной земле. С горящими красными глазами в проваленных, чёрных глазницах.

И вот в это жуткое царство теней спускается ваш скромный, чистый, почти не испорченный юноша с благородными помыслами - всего лишь забрать свои документы, чтобы иметь возможность помочь выбивающимся из сил крестьянам в их нелёгком труде.

Когда глаза привыкли к полумраку, я разглядел присутствующих и, о ужас! Среди них я узнал того самого толстожопого ментилу, который спалил нас в самый неподходящий момент. Честно говоря, мы не рассчитывали на такое. Моя версия потери документов звучала бы сейчас крайне нелепо, весь план рассыпался на глазах.

Когда я всё же собрался с духом,  и чего-то там вякнул по поводу застенчивых мальчиков и жестокого мегаполиса, из разных углов пещеры раздалось злобное хихикание.

- Вот как славно! Сам явился. А мы уж собрались завтра на вас облаву устраивать. Ну, давай, рассказывай подробнее, как и где ты потерял сумку.

Тут я понял - это конец! Плачет по мне тюремная койка или нары, как там это называется? Зато мама с детства говорила мне, что врать старшим нехорошо, да и  просто врать тоже нехорошо. У меня снова закружилась голова, я был вне себя, меня прорвало. Состояние было точно такое же, как тогда на экзамене в "Рыбу".

Я уже не помню точно, что там ему бубнил, но помню, что не  врал. В такой говняной ситуации вранъё только ухудшило бы положение. Я понял, надо давить на жалость, всё-таки они тоже люди, какие-никакие, а люди. Две руки, две ноги. Нёс какую-то навозную, плаксивую ахинею про больную  маму, она действительно, на тот момент мучилась астмой. Про маленькую сестрёнку. О том, какой я замечательный пловец и оухительный художник. Я не стал говорить о том, что папа у меня некоторое время пожил в посёлке Волчанец на казённых харчах,  и о том, что фарцевал джинсами в Находке. Посчитал, что им это будет не очень интересно. И так далее, и тому подобное. Вывалил им на уши дикую кучу всякого жалостливого говна. Меня несло. Слушали они, правда, с интересом, даже иногда переспрашивали. Но протокол, я заметил, не вели. Это меня приободрило, может не так всё плохо? Рассказывая всё это, я и сам стал понемножку верить в то, какой я всё-таки замечательный юноша. Никакой не драгдилер вовсе, просто неудачно пошалил. В общем, можно сказать, что своим красочным повествованием я им разбавил скучный, унылый вечер.

Мой словесный понос остановил седой мужик в гражданской одежде, он как-то тихонько появился ниоткуда и внимательно прислушивался, как я гоню свою тюльку. Вполне голливудский типаж, мужественное лицо, благородная седина, короткая стрижка, но в глазах какой-то недобрый огонёк. Я заметил, что окружающие относятся к нему с почтением. Наверно, поднялся из подвала преисподней, не иначе - посланец диавола.

- Снимите пальцы, пусть чешет на все четыре стороны, - Это он распорядился по поводу меня.

И мне: - Езжай пока в свой колхоз... А там поглядим.

-Да! И привет своим дружкам передавай.

Я, конечно, благоразумно заткнулся, чтобы ненароком не разозлить своего спасителя. Пусть хотя бы так. Я буду стараться, я оправдаю доверие, я расшибусь в лепёшку, но докажу, что замечательный парень. Да здравствует партия! Да здравствует товарищ Сталин!

Бллин! А Сталин-то причём? Что-то у меня, в самом деле, поехала крыша от радости. В этот момент я готов был вылизать ему жопу до зеркального блеска. Вот дерьмо! Да ладно, лишь бы свалить отсюда побыстрее.

Мои многострадальные ладошки во второй раз за день были покрыты чёрным дерьмом. Первое дерьмо осталось там, на газетке, если конечно тот мусорок не поступил по-хозяйски и не прибрал всё это халявное угощение. А второе дерьмо сразу же отпечаталось на этом ментовском бланке, на котором всякие бандюки оставляют им на память свои папиллярные рисунки. Но я-то не бандюк, просто глупый пацан. Наверно, и сейчас они хранятся где-нибудь в опупенном, бронированном сейфе, дожидаясь своего часа. Вот убью кого-нибудь, наоставляю своих пальчиков на трупе, и спалят меня. Точно спалят! Если что, надо будет не забыть резиновые перчатки одеть. Ещё маску с дырками на месте глаз, вдруг камеры стоят. Да! И не забыть бы барахлишко сжечь после всего, на этом тоже часто попадаются глупые пацаны.

Схватил свою сумку в охапку, поблагодарил босса с дьявольским блеском в глазах за радушный приём, за доброту, за ласку - и был таков. Выскочил на улицу, в вечерний, светящийся витринами морской град Владивосток. Трамваи звенят, люди шастают туда-сюда, все при делах. Суета сует. Никто и не обратил внимания на паренька с синей болоньевой сумкой в руках, прижимающего её к груди так, будто там лежит корона российской империи. Никто и не знает, какая трагедия разыгралась за этими грязными оконцами с решётками на уровне асфальта. Да что им? У каждого из них свои трагедии разыгрываются каждый день, может быть, ещё и похлеще.

Мальчуганы, конечно, страшно обрадовались моему появлению, уже готовились к самому худшему. До отправления поезда оставалось пять минут. Не стал я им подробно описывать, как всё было. Хвастать нечем. Это был бы рассказ засранца, особенно в моменте про зеркально блестящую жопу. Слегка припугнул только, сказав, что теперь внутренние органы будут за нами присматривать. Ну, и привет, конечно, передал от подвального  босса.

Они тут, оказывается, времени зря не теряли. Пока я отсутствовал, стёрли с ладоней остатки эгершельдовского дерьма. Хватило на небольшой такой косячишко. Мы тут же и пыхнули, в туалете, который на перроне. Ну, а что? Стресс то надо как-то снять, крыша, вон, чуть не свалилась от переживаний. Каннабис, надо сказать, оказался неплохой, только мало. Эта толстожопая чушка, всё-таки, подонок. Будь он проклят. Наверно, с дружками, сука, сидит сейчас там, в своём ментовском гальюне, и наслаждается действием смеси из табака и масла конопли.

А может быть, это был их пятак, да мы невзначай забрались в чужой огород, оказались, так сказать, не в том месте не в то время, бля. Да чёрт с ним, было и прошло. Давно это было. После того случилось миллион других проблем и продолжают случаться. Это и есть жизнь. Человек - это щепка в водовороте времени и пространства. В каком таком говне ты окажешься через пять минут, известно только господу нашему всемогущему. А поскольку бога нет, то, значит, никому не известно. Всего предусмотреть невозможно, но когда случается нечто, надо собраться, помыслить, покумекать, придумать план и воплотить его в реальность. Выбраться из этого навоза, чтобы через какое-то время оказаться в другом навозе.  И так бесконечно, пока не захлопнется над башкой деревянная крышка и не застучат молотками пока что живые ребята, вколачивая последний гвоздь.

Итак, откинем грустное. Поезд тронулся точно по расписанию, и ваш герой отправился в новую жизнь, к новым приключениям, которые не заставят себя долго ждать.


20 Мороженый минтай.

Так  вот, вся эта толпа самых тупых абитуриентов Владивостока 1977 года, частью которой был я, стала именоваться седьмой ротой. Командиром тупней был назначен старший лейтенант Тихоокеанского флота Субботин Александр, хрен знает как по батюшке. Он как раз таки и оказался следующий кучей говна, про которую я только что размышлял. Вы заметили, буквально от того навоза ещё не отошёл, не обсох полностью, так сказать, ещё как бы практически в дерьме, а тут новая беда.

Сидим мы себе, наслаждаемся стабильностью, перестуком вагонных колёс, любуемся  на проплывающий за окном вид Амурского залива на закате. Когда солнце уже за горизонтом, но его лучи раскрасили горизонт и облака над ним, в шикарный малиново-фиолетовый цвет. Лениво калякаем о том, о сём. Вдруг появляется эта гнида. Ну! Если быть совсем точным, что он гнида в тот момент я ещё не знал. Но рожа мне сразу не понравилась, хотя увидел его тогда в первый раз.

Выглядел он так: мужичок небольшого ростика, в морском, чёрном кителе с погончиками. Сзади воротник кителька был смачно посыпан хорошим слоем перхоти. Правда, в  те времена о шампунях от перхоти не слыхали, да и вообще никаких шампуней не было, но, думаю, даже если бы они и были, всё равно слой перхоти был бы точно такой же. Ему просто была похер эта перхоть. Наверно он думал, что все вокруг её воспринимают как кристаллики соли от морских брызг, попавших на его морские плечи в дальних героических походах по морям-океанам.

Нос крючком. Видели бабу Ягу в фильме "Морозко"? Вот именно такой. И главная достопримечательность - глаза. Зайдите в супермаркете в рыбный отдел и загляните в глаза мороженому макрорусу, если нет, то подойдёт минтай. Такие слегка голубенькие, неподвижные. Это и есть взгляд командира седьмой роты старлея Субботина с неизвестным отчеством. Когда он смотрит на вас, кажется, что ещё немного, и просверлит насквозь своими замороженными шариками. Не то чтобы страшно становится, нет, но как-то не по себе. Премерзкое ощущение. Не один я такое чувствовал. Многие жаловались. Сероватые мелкие зубки во рту. Хотя он не курил и регулярно их чистил, мне всегда казалось, что они у него тоже в перхоти. Наверно, это только казалось. Ну откуда во рту, скажите, перхоть?

И всегда у него в руке была пачечка  библиотечных карточек. Помните, раньше на таких карточках выписывали книжки в читальных залах. Книжки он вряд ли выписывал, а записывал туда все наши проступки и полученные взыскания. Типа такой карты памяти, выражаясь современным языком. Или память у него была хреноватая, или проступков было так много, что его мозг запомнить был не в состоянии. Другие командиры обходились как-то без эдакой херни. Наверно, всё-таки, памяти у него не было ни черта. Чуть что, р-р-раз из кармана свои сучьи карточки, и давай строчить карандашиком как пулемёт.

Ну, мы мол, "Здравия желаем, товарищ командир", "Добрейший вечерок" и прочий навоз. И тут он вдруг давай сверлить меня своими, блин, минтайскими гляделками. Думаю: ни хрена себе, неужели, сука, менты уже успели настучать. Нет, ну честно, я просто опешил! А он хер-рак в карман, и достаёт свои знаменитые карточки. Я в панике, тогда ещё не знал их предназначения, подумал, что с ментовки какое-нибудь палево на этих бумажках прислали, типа WANTED! Вот правильно говорят - "у страха глаза велики".

- Сэта, сэто. Товарищ курсант, ваша фамилия? - прошамкал он.

Он всегда как-то шамкал, никогда не говорил чётко. Звук как бы расплывался, и не всегда можно было достоверно разобрать, о чём идёт речь. Частично приходилось догадываться, что он имеет в виду. И вначале речи, почти всегда, это дурацкое слово-паразит "с-это" или "сэта", хер пойми что он имел ввиду.

Я догадалс, это он меня спрашивает. Вы знаете, ураган мыслей пронёсся в голове. Честно! В моём несчастном, многострадальном  черепе. Ещё немного, и он лопнул бы от давления этих самых мыслей. Проклятье!

Ну, назвал я свою фамилию. Шикарную фамилию, не Петров, не Сидоров. Редкостная, надо сказать, фамилия. Кроме родственников, с такой фамилией людей не знавал. Какие-то западнославянские корни просматриваются. В далёкой Чехии, кстати, есть даже праздник молодого вина с таким названием, каждый июль там собираются бухарики со всего мира и пьют это пойло прямо на улицах. Жесть! Да не суть важно.

Эта тварь, с глупейшей фамилией Субботин, аккуратненько записывает мою изумительную фамилию на свою поганую, скотскую карточку.

Ладно, не буду томить, дорогой читатель. Оказывается, я совершил жуткий проступок. Абсолютно  кошмарный, страшный проступок. Это вам не сумки терять в кустах. А суть вот в чём.

Я только-только закончил школу. Ещё был юношей неоперившимся. То есть без перьев. Имею в виду перья на лице, волосы, стало быть. Ну, чего-то там немножко, конечно, на подбородке вылезло. Бородёнка этакая хилая, а-ля Хошимин. Эту мою хренотень увидели его сверлилки. Надо сказать, что с такими волосёнками были многие, никто не заморачивался по этому поводу. Бритв, естественно, ни у кого не было. Никто из нас не брился ещё ни разу в жизни. Короче, целый поезд мальчиков-девственников. И вот этот лось отдаёт мне команду: " Побриться и доложить!"

И даже дал время на исполнение приказа, гадёныш. Два часа, что ли? Ну конечно, двоякое чувство. По крайней мере, травяное происшествие не затронуто, а с другой стороны, почему с бритьём попал один я? Наверно, морда моя ему не внушила доверия, точно так же, как мне его личико. Поплёлся я выполнять приказ. Бритвы, естественно, не нашёл. У какого-то пацанёнка оказался перочинный нож, с такими, знаете, мизерными ножничками, раздроченный и разболтанный вконец. Пристроился я в туалете, стою, щипаю свою "бороду". Такими ножничками зашибись бриться, их точили последний раз наверно при Петре Первом, на заводе, когда изготавливали. После этого они служили людям верой и правдой лет триста, а теперь им доверили привести в порядок моё дворянское лицо. Половину волос вроде состриг кое-как, а другую вырвал с нахрен корнем.


Смотрю в зеркало, так стало жалко этого хлопчика. Да что за невезуха такая, когда это прекратится? И вообще, глупая ситуация, в зеркале вполне нормальный себе парняга занимается какой-то хернёй, стоя на ссаках в обшарпанном туалете поезда. Абсурд полнейший. Мне так захотелось вернуться и воткнуть эти чёртовы ножницы в его, блин, замороженный глаз. А потом, когда он завопит и попросит пощады - а он обязательно должен завопеть, и пощады обязательно должен попросить - потом сорвать с него перхотные погоны и швырнуть их в окно, в волны великого Тихого океана с отблесками пурпурного заката. Один глаз ему всё-таки оставил бы, я же не зверь.

Пришёл к нему, доложил, а ножичек сразу же отдал хозяину от греха подальше. Пусть пока любуется на мир двумя гляделками - сэта, блин!

Случилось и хорошее: пока искал бритву, среди народа, заполонившего вагоны, наткнулся на своих старинных товарищей. Фила - того самого, с которым чуть не нарезали дуба, угостившись борцом, и примерзали к трубе, и Забровского Сашку. Девять лет мы не виделись, жуть! Всё-таки, как тесен мир! Я был страшно рад. Всегда приятно встретить старых друганов. Про пыльцу каннабиса они тоже оказались наслышаны, и даже предложили дунуть здесь же. Посчитал, что это будет слишком: я же поклялся партии и Сталину расшибиться в лепёшку. Фил посмотрел на меня как-то странно, пришлось вкратце поведать им эту препаскудную историю про потерю, и счастливое возвращение документов. В поезде они больше не заикались про это дело - уважаю деликатных и понятливых людей. Понемногу все угомонились. В вагоне раздавалось только мирное сопение будущих морских волков, иногда прерываемое моими воплями, поскольку помню, что снились мне всю ночь напролёт какие-то кошмары, даже не помню, о чём. Но никто этого не слышал, все спали мертвецким сном. Спокойной ночи, мальчишки, интересно, что же нам приготовит завтрашний день?


21 Гречка с мухами.

Утречком нас выгрузили на каком-то полустанке, окутанном туманом. Спросонья я плохо соображаю, названья даже не запомнил. Там нас уже ждали грузовые машины, на этих грузовиках мы тряслись на деревянных сиденьях ещё несколько часов по паршивой, пыльной дороге. Когда всё-таки приехали, и я вылез из этого проклятого кузова, мне показалось, что моя задница тоже стала деревянной, дубовая такая шикарная жопа.

Нормальная советская деревенька с покосившимися заборами, и как всегда неухоженными хатами. Коровы тут и там накидали своих лепёшек. Мне всё это напомнило счастливые летние деньки у бабушки в Кировке, даже называется похоже - Киевка. Утки тут же плещутся в грязных лужах, свинья валяется в грязи. Ага, знакомая картина!

На отшибе деревни какие-то старые деревянные постройки, типа сараев, только с окнами, внутри нары в два этажа. Вот туда нас и поселили. Выдали каждому матрасовку, солдатское одеяло и наперник. Ништяк! Располагайтесь, ребята! Я только не понял, для чего это всё и как его использовать. Маменькин сынок хренов. А для особо тупых Суба, то есть старлей Субботин, перед строем пояснил, что наша задача, как можно скорее наполнить матрасовки и наперники травой или листьями, короче, кто, чем хочет, хоть коровьими лепёшками, если нравится, и доложить. Ну, я уже тёртый калач, всё понял с полоборота, мне конфронтация ни к чему, резво побежал наполнять эти ёмкости травой. Коровьими лепёшками как-то не решился.

Вы заметили, как быстро Суба взял нас в оборот? Все эти построения, "выполнить и доложить" и другой прочий навоз. Чтобы мы поскорее из гражданских распиздяев превратились в настоящих мужчин. И это правильно! Некоторые, особо нежные, сломались тут же в Киевке, запросились домой к мамочке. Мне тоже было не шибко сладко, но я понимал, что в армии будет похуже. Уж лучше тут.

Умопомрачительных и эксклюзивных приключений, о которых стоило бы рассказать, там не было. Ну, разве что однажды ночью забежал к нам кто-то из хлопцев, влупил свет и дико заорал: "Наших бьююююют!!!" Немного погодя, я сообразил о чём речь - говорю же, хреново соображаю спросонья. Какие-то наши танцоры пошли на танцы в местный  клуб. Получилось, как всегда. Возможно, местные пацаны обиделись, что городские пристают к ихним тёлочкам, а может быть, кто-то кому-то не дал закурить или прикурить. Короче, деревенские решили сами, сука, дать городским прикурить, и понеслась. Этот парняга, разбудивший нас, особо не пояснял, что вообще случилось, да он и сам, скорее всего, не знал, но все поняли, что нужна помощь.

Драка! О-о-о! Это лучшее развлечение в деревне советского периода. Там же скукотища - огород, свиньи, коровы. Водки в магазине мало. А силушка-то богатырская о-го-го, прёт, напирает, надо как-то выпустить пар. Со своими драться неинтересно, а тут мясо из города приехало. Они почему-то свысока относились к городским, считали неженками. Хотя я бы не сказал, у нас тоже бугаёв было достаточно. Сам-то я не бугай, и не особо драчун. Но говорят же: "Против лома нет приёма!"

Размышлять некогда, надо помочь нашим товарищам вырваться. По-быстрому выскочили и в темноте, какими-то огородами, на ходу выламывая штакетины, ломанулись к этому дурацкому клубу. Это недалеко. Побежали, естественно, не все: существует такая категория людей, которым своя рубашка ближе к телу. Или они ссыкливые - в смысле, чрезмерно осторожные, или по каким-то другим причинам, они предпочитают избегать таких вот ситуаций. Но потом это выходит им боком, чаще всего они становятся изгоями в мужских коллективах. Это не мой типаж, такие ублюдки мне отвратительны, никогда с ними не якшался. Есть замечательное слово "гнида", оно характеризует их как нельзя лучше.

В друзьях у меня были всякие. Были пьяницы, были наркоманы, тупни были, но гнид не было, гнид и халявщиков. Вот две главные беды Руси - гнида и халявщик. Надо им гигантский памятник поставить где-нибудь в Москве, да вон, хотя бы на Лубянке место пустует. Чтобы люди ходили мимо и плевали на него. Если внимательно присмотреться, эти типы чаще всего любят обретаться где-нибудь при власти, в кабинетах мэрии и тому подобное. Это в России неискоренимое зло, от того все беды и неприятности.

Эк, меня занесло. Так вот, бежим, как дураки. Ур-а-а-а-а! Я, конечно, на свои хилые кулачишки не понадеялся - вырвал самый большой кол. Ох, и достанется кому-то вдоль хребта! Прибегаем на место, и правда, месилово идёт, не поймёшь, где свои, а где чужие. Да ещё толком своих всех не знаю, как бы не отоварить нашенского. Короче, в итоге получилась фигня, не драка, а разнималово. Зря только этот кол тащил, чуть пупок не надорвал. Появилась парочка деревенских мужичков, растащили дерущихся. Вот так всегда: уже настроился помахаться, а тут как раз всё кончилось. Начали, блин, разбираться, кто начал, кто не начал. Да разве тут сейчас разберёшься, кто прав, кто виноват. Кричат чего-то, ручонками размахивают. Дальше стало вовсе неинтересно. Ну вас нахрен, пошёл я отдыхать. Выходит, эти козлы, которые остались спать, были правы, а я просто лох, возомнивший себя героем.

По утрам на грузовиках нас везут в поле. Кормили неважно, всё время мы были какие-то голодные, как суки. Дорога шла вдоль кукурузных плантаций. Просили водителя остановиться и набирали этой недозревшей кукурузы, кто сколько может. Жрали её, сырую, по дороге, без всякой там соли. Мне она казалась оухительно вкусной, и главное, потом всё нормально, никаких проблем, не блевали и не дристали. Ничего такого не наблюдалось, крепкие были ребята.

А вот и картофельное поле, размером как Каспийское море. Дают грядку на двоих, а грядка, как обычно, теряется за горизонтом. Надо собрать с неё весь картофан в мешки. Да всё  нормально! Мы это уже проходили, умеем собирать картофель, не дураки. Конечно, собирали абы как. Если совсем честно, очень небрежно собирали. А что? Не своя же, государственная, значит, ничья, а значит, похер, как собирать. Всё равно сгниёт потом на овощебазах. Как всегда, половину клубней запихивали обратно в земной шар. А, насрать! Несознательные были ублюдки. Но это не наша вина, поймите правильно, господа читатели. Неверно были расставлены акценты, задача была такая - собрать как можно быстрее с грядки, а не как можно больше. Сколько собрали, никого не волновало, а вот за скорость хвалили. Да и какая нафиг разница, собирал бы я её добросовестно или закапывал обратно, всё равно Совдепия развалилась, и не смог бы я спасти своей добросовестностью падения глиняного колосса. Всё было уже украдено задолго до нас.

Ближе к обеду привозили жрачку. Каждому давали алюминиевую миску, такую же, как в тюрьме, ещё ложку и кружку. Выстраивались к машине с хавчиком в очередь со своими инструментами. Была такая фишка: быстрее съешь - успеешь больше поспать. Спать хотелось зверски, всегда.  Ночью зачастую совсем мало спали: или местные мешали, или в картишки дулись, или просто общались. Короче, отоспаться маленько можно было только в обеденное время. Съедаешь быстренько первое, потом бегом в эту же миску набираешь второе, какую-нибудь сраную гречку. Ветер дует, задувает всякое говно в тарелку, ну, пылинки там, былинки разные, козявки. Мухи тут тоже накидываются на еду. Плевать! Тоже ведь божьи твари, пусть едят, всем хватит.

Глотаешь всю эту хренотень, как акула, не жуя, вместе с мухами и былинками, и на боковую. Падаешь здесь же в борозду, вместо подушки надо нагрести кучку земли и миску подложить под бубен, для удобства.

Отрубаешься просто мгновенно! Проваливаешься в темноту, как в чёрную дыру. Как раз тогда я понял политику тех работяг с завода, которые падали на свои железяки, и тоже отрубались мертвецким сном во время обеда.

Представьте - бескрайнее поле. Как истуканы с острова Пасхи, стоят мешки с картошкой, а посреди поля сто человек валяются в различных позах, словно после ядерного апокалипсиса. После обеда, та же самая лажа - бесконечные рядки картофельного поля, и тщательное закапывание бульбы обратно в грунт. Даже с учётом этого некрасивого факта, мы всё равно собирали очень много картофана. Машины еле успевали её увозить. Уставали, как кони.

И так каждый день в течение месяца. Да, чуть не забыл: раненько с утра Суба выгонял всех нас на утреннюю зарядку с "голым торсом", так это называлось. Километр по пыльной дороге, там помашем руками-ногами, и обратно. Короче, ничего хорошего этот колхоз долбаный не преподнёс. Интересный факт: море было недалеко, километрах в пяти, но только мы его не увидели. Да и бес с ним!

Я старался изо всех сил, хотел себя показать перед Субботиным с оухительной  стороны: вот, мол, какой труженик опупенный вам достался. Это в связи с тем паскудным случаем на Эгершельде. Надеялся всё-таки, что как-нибудь всё утрясётся да останусь тут учиться на инженера, уж очень не хотелось в армию. Хотя позже выяснилось, что порядки в этой конторе как в армии, и даже иногда хлеще.

В подобных местах, то есть там, где приходится впахивать по-настоящему, очень быстро выясняется, кто есть кто. Особенно это касается халявщиков, бездельников и всяческих других видов трутней и дармоедов, которые, отлынивая от работы, почему-то думают, что они самые хитрые, и никто ничего не видит и не понимает. Простые, как три рубля, приёмчики: опоздать, то есть прийти на работу попозже, уйти пораньше, в процессе работы перекуривать без конца, типа, я такой охрененный курильщик, ну не могу, сука, без дыма жить. Бегать ссать, срать или просто стоять, разглагольствовать о чём-нибудь. Часами разглядывать у себя под ногтями что-то или  просто ковыряться в носу и прочее, прочее дерьмо. На такие уловки у некоторых пацанят фантазия была просто неистощима. Использовал все эти финты - глядишь, и день прошёл.  А ещё можно дико заболеть, кашлять, например, якобы ангина. Или дристать, типа, отравился я, ребята, извините уж. Понятно, что дрисню свою он никому не показывал, но делал вид, что у него страшно болит живот, и поэтому ему надо отлежаться денька два.

Но картошка сама не умеет запрыгивать в мешок - я о том, что какой-то конкретный юноша, возможно, даже я, делает за этого говнюка его работу. А кому такое понравится? Поэтому, чаще всего, все эти уловки выходят хитрецам боком. Ясно, что никого не прикалывает ковыряться в матушке-земле, в то время как какой-нибудь Калишкин хуем груши околачивает. Хотя, конечно, сбивать собственным членом груши с дерева, наверно, очень нелегкий труд. Так вот, постепенно в коллективе зреет недовольство чрезмерной хитростью некоторых его членов, и однажды прорывается наружу.

Как там звучит закон сохранения энергии? "Ничего не берётся из ниоткуда, и не исчезает в никуда". В результате, этот пресловутый Калишкин получает смачных пидзюлей за всё про всё, в качестве подтверждения этого закона и отчисляется из института. Всё: весы уравновесились. Мне даже кажется, вся эта жуткая шумиха про дедовщину в армии сильно преувеличена как раз такими калишкиными, которые сами создают накал вокруг своей персоны вследствие тотального нежелания что-либо делать. А потом пишут мамкам плаксивые письма о том, что плохие мальчуганы их притесняют и почём зря награждают тумаками. Никакой дедовщины нет, это как закон физики, пидзюлины не берутся ниоткуда. Веди себя с корешами по человечески, и к тебе потянутся люди.

Поэтому я вкалывал по-честному, как папа Карло. Не только из-за того, что боялся отчисления и армии, а просто потому, что был так воспитан папкой и мамкой, просто патологически не умел халявить. Неудобно как-то перед товарищами делать вид, что напал понос, когда они там корячатся на этом бесконечном поле.

Один малый был отправлен на большую землю по причине натёртости яйцев. Или потёртости... Короче, что-то там со своими яйцами сделал так, что местный медик решил его освободить от работы, и от греха подальше отправил во Владивосток для починки, и приведения в порядок внешних половых органов. Наверно, яйца у него теперь самые лучшие в мире, а мы так и остались в деревне как лохи. Думаю, он слишком усердно, блин, околачивал эти пресловутые груши. Настолько, что яйца себе попортил.

Олечка заваливала меня письмами. Приходило по два-три письма каждый день. С обратной стороны, там, где конверт заклеивается, она ставила напомажеными губами штамп - красный отпечаток своих губ. Типа, передавала мне поцелуй по почте. Меня это дико заводило, без сомнения, это была любовь. Юношеская, дикая любовь без границ. Отвечал ей по мере возможности, но картошка отнимала слишком много времени.

Вообще, картошка в России - это просто какой-то сумасшедший фетиш. Наверно, если у русских отнять этот овощ, то страна быстро загнётся. Чёртов картофель сопровождал меня всю жизнь, хотя я никакой не фермер. Постоянно происходила какая-то возня по поводу картофеля: уборка ли, посадка, перевозка, просто перекладывание с места на место и прочее, прочее говно. Наверно, когда упоминают в речи бога, то имеют в виду картошку. Бедняки жрут её как помешанные, круглые сутки во всяких разных видах. А что? Нормально. Вырастил её у себя на огороде, миллион мешков и хаваешь весь год как конь. Зашибись! Дёшево! Хорошо! Зря америкашки замысливали какие-то хитроумные схемы уничтожения большевизма: надо было просто уничтожить картошку в Совдепии, и колосс рухнул бы сам собой, без сомнения. В республике Чад народ финиками питается круглый год - и жареными, и пареными и всякими другими. Русского парня от фиников тошнит. Не то! Дайте картофана с салом, и мы расплющим всех, хоть капиталистов, хоть марсиан!

Конечно, Олечкины письма очень поддержали меня в тот период. О, эти отпечатки её восхитительных губ! Я вдыхал запах помады, и мой половой орган страшно реагировал на этакую хренотень. Юность - это вам не тяп-ляп. Впрочем, неугомонный орган и без писем чаще всего находился во вздыбленном состоянии, наверно, это нормально в таком возрасте. Природа-матушка всё сделала как надо, против неё не попрёшь.

Достаточно уже про колхоз. Ничего хорошего мы там не поимели. Жрали как скоты, спали как скоты, работали как кони, и притом бесплатно. Сейчас этот хренов колхоз по судам затаскали бы за эксплуатацию рабов. Теперь-то я понимаю, что мы скотами и были. Бесправными, ублюдочными скотами. Грустно это осознавать, господа.


22 Штаны с двумя ширинками.

Но всё когда-нибудь кончается. Кончилось и это дерьмо, в смысле, бессмысленная работа в сраном колхозе. Теперь на денёк в Находку, отмочить задницу в ванне от всего этого колхозного кала, отоспаться, и во Владик.

Баляева 52, как всегда дикая неразбериха в первые дни, заселение в общежитие, выдача формы и всё такое. Мне предстояло прожить с этими говнюками пять лет. По поводу конопляных приключений никто нас не беспокоил: то ли менты забыли про меня, то ли проявили свои лучшие качества, и решили дать мне шанс реабилитироваться.

Но, как бы то ни было, всех нас поселили в этой общаге на Баляева, и  выдали форму курсанта. Из-за того, что народ оделся в эту форму, я первое время никого не узнавал, все казались одинаковыми, как китайцы. Форма как форма, ничего особенного. Выдали двое трусов, чёрные такие, хлопчатобумажные. Как раз те самые, знаменитые семейники, раньше все мужики ходили в таких. Подходящее название. Главное их удобство в том, что как бы ты их не испачкал, ничего не видно, никаких пятнышек, ни жёлтых, ни коричневых, и если сильно не привередничать, то ходить в них  можно было очень долго, стирать только тогда, когда от них уже пойдёт совсем невыносимый духан. Поскольку горячей воды в общаге не было, то основная масса курсантов блогоухала совсем не ароматами французких умельцев. Короче говоря, мы дико воняли. Горько признавать, но это факт.

Следующая деталь формы, это фланель, или кратко - фланка. Та самая штуковина, в которой художники любят изображать матросов. Типа такой рубашки из грубой тёмно-синей ткани, которая одевается через голову. На ней есть пуговки, к которым пристёгивается гюйс - что-то вроде синего большого воротника с тремя белыми полосками по краю. Эти полоски чего-то там символизируют, это я потом узнал, а тогда никто ничего нам не объяснял. В принципе, если форма сшита по размерам конкретного человека, то можно даже сказать, что это красиво. Но нам выдали какие-то безразмерные тряпки, примерно одного и того же размера всем. Кто-то не влез в это шмотьё, на мне так наоборот, вся эта лабуда дико висела, как на огородном пугале. Конечно, как могли, менялись друг с другом. Особо продвинутые всю эту фигню перешивали, приукрашивали как-то. Но я, хотя умел шить по-настоящему, единственный из всей братии, ни хрена не стал делать с этим паршивым тряпьём. Что там приукрашивать? Всё равно все в городе знали, что курсант Дальрыбвтуза - это уёбище, хоть перешивай, хоть зашейся совсем. Поэтому я решил не тратить время попусту, ходил в этом говне как есть, без всяких там перешивок, по-честному. Поэтому, наверно, выглядел уёбищнее всех остальных.

Фланель тоже очень удобна в смысле практичности. Она не пачкалась совсем, как бы ты не пытался её захезать. Поэтому фланель почти никогда не стирали или стирали очень редко. Даже если паренёк вечером был  в чрезмерном подпитии, и по этой причине его фланка была в нескольких местах испачкана его же вечерней, свежей блевотиной - не беда, к утру вся эта ерунда достаточно подсыхала аккуратной корочкой, которую нужно было просто стряхнуть, а после немножко пошоркать в руках. Форма становилась как  новая. Тот, кто это придумал, просто гениальный тип. Ведь каждому ясно, что где-нибудь там, на войне, нет горячей воды, мыла и прочих дел. Да и некогда на войне заниматься таким смехотворным, глупым занятием, как стирка, там надо просто гасить фашистов.

Запашок от фланели был жуткий, но нас это не беспокоило, свою вонь человек не ощущает - вот такой странный закон природы. Вы разве не замечали? Если пукнуть где-нибудь аккуратно, то даже как-то приятно пахнет. Но если сиранёт какой-нибудь подонок втихаря, то вонь жуткая стоит, хоть святых выноси.

Кроме этой фланки параллельно выдали ещё одну, белую. С этой, наоборот, обращались очень осторожно. Блевотина с неё никоим образом не отстирывалась. Эту белую мы одевали по жутким праздникам пару раз в год, вместе с белыми перчатками, и лихо маршировали по центральной площади мимо этого знаменитого красноармейца. Красота!

Ещё  были штаны, которые тоже не требовали какого-нибудь особого обращения. Неудобно было только то, что как бы ты их не гладил, как бы не старался, стрелки держались всего пару часов, да и то если ходить, не сгибая коленок, а это очень неудобно, поверьте мне. Да, вот ещё одно неудобство, на них почему-то не было ширинки. По правде сказать,  ширинки было даже две, но они находилось по бокам этих замечательных штанов. Приходилось расстёгивать их обе, чтобы выполнить слив излишков влаги.

Ещё  форменные ботинки, на все сезоны, хоть жара, хоть мороз тридцать градусов, похер. Возможно, изобретатели этих ботинок считали, что у курсантов на зиму отрастает на ногах шерсть с густым подшёрстком, как у диких собак  динго. К сожалению, шерсть не вырастала, поэтому ноги зимой страшно мёрзли. И ещё у этих ботинок подошва была из картона, из толстого такого картона, и поэтому они протирались чрезвычайно быстро, на месте большого пальца через месяц образовывалась дырка. Приходилось их чинить, а это удар по бюджету. Вместо того, чтобы нормально похлебать пивка, приходилось тратить бабло на такую фигню как ремонт казённой обуви.

Выдавали ещё страшные-престрашные рабочие ботинки. Они выглядели настолько неэстетично, что к ним прилипло прозвище "говнодавы" или просто "гады". Из какой-то ужасно жёсткой, толстой, бычьей, что ли, кожи, согнуть их было практически невозможно, ходить тоже с непривычки невозможно, но человек ко всему приспосабливается.

Как известно, военные в России приветствуют друг друга отданием чести, но только в том случае, если голова покрыта головным убором. Поэтому выдали  фуражку с лакированным козырьком и кокардой с якорем.  Называлась эта штука - "мица". В нормальном состоянии верх мицы должен  быть идеально круглый, внутри там стояла такая пружина, которая как бы распрямляла все неровности ткани и делала мицу ну очень круглой и большой, как аэродром. Но ходить в таком чепчике было просто верхом кретинизма, поэтому пружину сразу выбрасывали, а саму кепку замачивали в воде и придавали ей форму фашистской сплющеной фуражки, как у Гитлера, со свисающими по бокам краями и задранной тульей. В этих мицах мы очень сильно смахивали на эсэсовцев. Хенде хох! Арбайтен, рашен швайн!

Самые продвинутые модники, чтобы выглядеть поприличнее, и чтобы девушки хоть как-то клевали, всю эту форменную срань видоизменяли до неузнаваемости. Несчастную фланель ушивали до фантастически дикой узости так, что в итоге, чтобы её одеть или снять требовалась чья-нибудь помощь. Несчастный гюйс вываривался в хлорке до голубого состояния, и на нём проглаживали две забубённые стрелки. "Ну, нахрена?" - спросите вы. А чёрт его знает, вроде как модно, тренд сезона. С брюками поступали наоборот, внизу вставляли клинья офигенной ширины, и в таком виде зажигали на дискотеках. Не забывайте про эсэсовские мицы. В общем, парни были хоть куда, прибавьте к этому форменные ботинки, на подошвы которых наклеивали двухсантиметровые платформы и семисантиметровый каблук а-ля Дипапл.

Правда, у начальства обо всём этом было другое мнение. Если курсант попадался, к примеру, капитану первого ранга Строгову, кстати, постоянно находящемуся в подпитии, то тот, ни минуты не сомневаясь, прямо тут же на месте вырывал клинья из штанов, давал пять нарядов и приказывал через час доложить об исправлении недостатков. Суровый был дядька, и фамилия подходящая, но алкаш конченый.

По утрам, как все нормальные курсанты, мы просыпались в шесть часов утра от жуткого крика: "П а д ъ ё- ё- ё- ё- м!!!" Вопль должен быть как можно ужаснее, чтобы потом какой-нибудь хитрый  Гуторов не сказал , что он не слышал и поэтому проспал до обеда. Надо вскочить как можно проворнее, быстренько натянуть штаны. Если на дворе не зима, то мы с "голым торсом" резво выбегали на улицу, рысью добегали до плаца, там занимались зарядкой, и бегом возвращались обратно в роту, уже взбодрённые на весь день.

Теоретически так должно было быть, на практике получалось совсем иначе. Первое время почти все бегали как дураки, но однажды я подумал:  "Нахера это надо? Бегать как дебил на холоде. Еще заболею, чего доброго". Дай-ка, думаю, по дороге забегу как бы  в туалет, да там и пережду это глупое взбадривание. Пусть тут ссаками воняет, зато в тепле. Сказано - сделано, сворачиваю втихаря на выходе в туалет.

Батюшки светы... там толпа, все кабинки заняты. Якобы, всем приспичило, обосрались бедняги.  "Ладно! Может быть, по дороге на улицу получится увильнуть, и забиться куда-нибудь в укромный уголок". На выходе из роты распахнуты двери. "Отлично! Спрячусь за двери пока, а потом проберусь в кроватку, когда все эти простаки убегут". Да что за чёрт? За дверями толпа! За другими тоже. Что за дерьмо такое? Там еще ниже лестница на цокольный этаж, где был музвзвод и кладовки. Внизу тоже толпа. Оказалось, я  не один такой умник. В итоге жалких пара десятков человек из полутора сотен, самых правильных, а по-моему просто глупцов, побежали закаливать свои тела.

В дальнейшем, у всех по утрам  движения были отработаны до автоматизма. Ганс и Слон после того, как был озвучен подъём, ныряли под  кровать. Тащишь одеяло вниз, расстилаешь и продолжаешь  кемарить дальше. В каждом кубаре были два рундука, вроде встроенных шкафов, в которых мы держали своё барахло, форму и все такое. Заборчик  (Забровский) залезал в рундук и заваливал себя  вещами. Скрючивался там в три погибели. Да это не страшно, он был гибкий, легкой атлетикой занимался. Но я придумал, мне кажется, лучше всех. Под кроватью крайне неудобно, там грязь ужасная, пыли метровый слой, а из рундука вылезешь скрюченным инвалидом.

Я делал так: поскольку моя кровать стояла ближе к окну, а между кроватями стояла тумбочка, то просто прижимался к стене, предварительно запихнув обувь под кровать, и завернув одеяло таким образом, будто кто-то только что встал с кровати и ушел. Ноги под одеялом смотрелись как просто скомканное одеяло, а голову скрывала тумбочка. Если вдруг заглянет какой-нибудь ублюдочный  старшина, то увидит лишь пустой кубарь, мальчишки убежали заниматься  физкультурой, всё окей. Ай да я, ай да сукин сын! Скажете, мелочь. А вот и нет, час добавочного здорового сна, это очень важно. Потом, днем, на занятиях, котелок варит гораздо лучше. Но эта беготня была только на первом курсе, потом от нас отвязались. Спустя примерно час, настоящий подъём, чистка зубов и прочая хренотень.

Для холодного времени года выдавали бушлаты и шинели. Была такая маленькая, но важная деталь гардероба, мы её прозвали "сопливчик". В самом деле, эта штука была похожа на детские сопливчики, которые одевают малышам при кормлении, чтобы сильно не заляпать одежду выпадающей изо рта едой. Так вот, этот маленький, черненький фартушек, пристегиваемый на шею, доставлял немало хлопот. Хоть он был и маленький, но выполнял две очень важные функции. Во-первых, зимой он был вместо шарфа, если бы его не было, мы все попростывали бы к черту с раскрытой шеей. А главное, на него с внутренней стороны пришивалась полоска белой ткани. Это не блажь, насущная необходимость. Офицеры частенько заставляли нас снять сопливчик и показать чистоту этой белой полоски: не дай бог, если она была несвежая - тут же вломят парочку нарядов. Поневоле приходилось мыть шею каждый день. Но все равно, тряпочка пачкалась, хватало на один-два дня. Потом приходилось отрывать её, стирать, снова пришивать. Если бы не эта чудесная полоска, многие так бы и ходили с навозной шеей. Когда под рукой не было чистого подворотничка, но надо было срочно доложить о его чистоте, то просто отрывался кусок ткани от простыни и пришивался на сопливчик. Поэтому все простыни  в роте были  уменьшенные в размерах и имели форму не прямоугольника, а какого-то странного, ступенчатого многоугольника. Что поделаешь, чистота превыше всего.

За полчаса до занятий все выстраиваются на палубе на утренний осмотр. Старшины проверяют форму одежды, прически, сопливчики и все остальное.

Потом завтрак: строем шагаем на камбуз, по команде садимся и быстренько поглощаем все, что есть. Как правило, это были бутерброды с маслом, реже, вареные яйца, иногда сыр и, конечно, чай. Столы накрывали нарядчики, те самые раздолбаи, среди которых очень часто находился ваш добропорядочный сочинитель. Старший лейтенант Субботин продолжал пристально наблюдать за мной.


23 Бэг и ноги.

Для краткости свой институт мы называли "бурса". Курсанты ДВВИМУ и курсанты  ТОВВМУ точно так же называли свои заведения.  Почему бурса? А хрен его знает. Мне кажется кто-то, очень давно, заимствовал это слово у Гоголя, да так и осталось навеки. Хотя бурсами считались только высшие учебные заведения, а средние называли еще проще - "шмонька", это уж совсем непонятно откуда взялось. Не хочу разбираться, пусть докапываются лингвисты, русский язык могуч и всеобъемлющ.

Главный корпус бурсы находился в самом шикарном месте Владивостока, фасадом на главную площадь города. Если где-нибудь на фотографии или по телевизору увидите этого медного красноармейца, приглядитесь внимательнее, по его правую руку, сзади, стоит старинное здание со срезанным углом - это и есть Дальрыбвтуз. Правда мы ездили туда учиться один или два раза в неделю, изучали некоторые экзотические второстепенные предметы. Все основное время проводили на Баляева.

Это были дикие времена, трамвай тогда ходил только до Баляева, там разворачивался и шел обратно в город. Гораздо позже добавили большой кусок рельсов до 3 Рабочей, и получилось гигантское трамвайное кольцо через весь центр города. Хотя о чём я? Сейчас все рельсы давно вырваны, и о трамваях остались только воспоминания. Мостовой развязки на Баляева тоже не было, просто огромный перекресток. Возле него, на месте нынешнего торгового центра, был обычный захламлённый пустырь, на который и зимой, и летом привозили бочку с пивом, как нарочно напротив окон учебного корпуса, где ваш рассказчик изволил изучать устройство дизельных двигателей кораблей, а также устройство вспомогательный механизмов этих же кораблей. Попутно приходилось изучать такую нужную для механиков науку, как марксистско-ленинская философия. Чувствуете, как шикарно  звучит? Кто-нибудь из вас знает такую науку? Или вот ещё: политическая экономия. И конечно, курсантам надо было досконально знать труды Брежнева Леонида Ильича, в особенности его судьбоносный доклад на 24 съезде КПСС. Ха! Вы, небось, и не слыхивали, что это за хрень такая.

Знаете что, когда тебе 18 лет, когда природа цветет и пахнет, греет весеннее солнышко, а за окном на пустыре стоит бочка с холодным  пивом, очень нелегко изучать труды Ленина, и уж тем более Брежнева. Странно, что никто из руководства никогда не поднял вопрос о нахождении этой бочки, практически на территории учебного заведения. Я понимаю, что  Дальрыбвтуз далеко не Оксфорд, но это, знаете ли, напоминает мне Голландию с её легальной торговлей марихуаной. Естественно, при появлении бочки знания уже крайне плохо воспринимались. Тем более рядом сидит  Ганс, а он очень уважал этот напиток. Уважал и любил! Любил дико, безкомпромиссно! У меня просто не находится слов, чтобы показать, насколько он обожал пивас. Это был просто пивной маньяк.

Ах, да! Вы ещё не знаете Ганса. Ну, так послушайте. Когда  нас нарядили в эти мерзкие, безразмерные шмотки, и расселили по комнатам, выяснилось, что вместе со мной в кубрике оказались три замечательных типа. Одного я уже знал, это Заборчик, мой давнишний дружок по Находке. Вечно оптимистичный хлопец, ему хоть кол на голове теши, он не расстроится. В любой, самой дрянной ситуации он находил  позитив. Рядом с ним всегда было спокойно, он заряжал своим оптимизмом. Даже если мы попадали в полное говно, а рядом был Забор - значит, всё будет в порядке, всё будет ОК.

Другой сосед, Меркулов Виталька, к нему сразу же прилепилось погоняло Слон, наверно, из-за носа. Он у него был не то чтобы длинный, а какой-то крупненький и страшно мягкий, как будто там внутри не было хряща. Своеобразный юноша, с выражением лица, словно он только что проснулся, и ничего не может понять. Своими повадками очень смахивал на медвежонка коалу, двигался крайне медленно и лениво. У него было что-то с кишечником, по утрам он постоянно пердел. После второго подъёма, когда вылезал из-под кровати с комками пыли на ушах, он садился на кровать, медленно потягивался, звонко пукая и широко зевая. Это длилось достаточно долго, минут десять, но характерно, что вони  не было. Его пукиши были абсолютно прозрачны в смысле запаха. Обижаться на него или не уважать его было невозможно, он был похож на большую мягкую игрушку. Звуки, которые издавала его жопа, были протяжны и жалостливы, ну как на него обижаться? Это была наша достопримечательность, больше так никто не умел, правда, проучился он недолго, его отчислили после второй сессии за неуспеваемость. Много пердел, но мало учился.

Третьим был Славик Гуторов, мы его звали просто Ганс. Высокий рыжий парень с белёсыми ресницами. При ходьбе он всё время сутулился, и странно шлёпал своими ботинками 45 размера, в точности, как это делают гуси. Иногда из-за этой особенности походки его называли Гусь. Мало того, что у него была странная походка, он весь полностью был странен. Его поступки, слова и ужимки, всё было очень  необычным. Он был чрезвычайно горазд на всяческие выдумки, сейчас такое называется креативность. Иногда было очень сложно осознать его фантастические идеи. Он даже самые дикие и дерзкие предположения воплощал в реальность с лёгкостью. За какое бы дело он ни брался, даже если это по человеческим понятиям было невыполнимо, у него получалось легко. Он был непосредственен как ребёнок, обаятелен жутко. Невозможно было не поддаться его обаянию. Я иногда жалел, что не режиссёр, иначе обязательно снял бы фильм с его участием, точнее, фильм о нем, но я, к сожалению, не режиссёр и даже не писатель, скорее, просто хроникёр.

Находиться рядом с ним - это незабываемое шоу. Уральские пельмени кусали бы локти от зависти. Честно! У него это получалось естественно, без всяких усилий с его стороны. Наблюдать за ним, за его телодвижениями, походкой было жуткое удовольствие. Слушать его, общаться с ним,  слышать его дурацкий смех в виде растянутого звука "и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и", это когда ему было ну очень весело. И если приходилось выходить в город с ним в компании или участвовать в каком-нибудь мероприятии, я знал - будет приключение. Чистая  правда! По этой причине он был всеобщим любимцем, и в процессе жизни его ник видоизменился до уменьшительно-ласкательного "Ганя".

Так вот, у Ганса все внутри начинало зудеть при виде желтого бочонка на колесах. Все уже знали про Славкину слабость, и начиналось самое интересное. Денег у него, конечно, как всегда не было, они не любили долго задерживаться в его карманах. А бочка уже стоит, и тётка уже приступила к продажам. У меня есть бабосы в кармане, он это знает, вижу, что у Гани во рту образовалась страшная сухость. В общем, не мастак я описывать все эти его ужимки, но скажу одно, нетерпение у него достигло предела.

- Бэр, а Бэр. А ты не хочешь пива попить?- начинает он осторожно.

Я был в курсе про эту Славину хитромудрость. Отказываться было просто бесполезно, в принципе невозможно, он бы так просто не отстал. Нет, он не хныкал и не давил грубо, все происходило крайне дипломатично. Примерно как Штирлиц, в том знаменитом фильме, убеждал Шелленберга или кого-то другого, что это надо непременно сделать именно так, хотя на самом деле выгоду с этого имел только сам Штирлиц. Так и Ганс. Он расписывал все прелести вкуса холодного пива. Он убеждал, что это просто необходимо - похлебать пивка. Я никогда сразу не соглашался, хотя сам точно так же хотел "промочить горло". Мне было интересно, какие он придумает аргументы на этот раз.

Из-за того, что денег у него не оказывалось в тот момент, он в виде компенсации предлагал "свой бэг и ноги". То есть свой советский объёмный  портфель, были в Совдепии такие большие бесформенные портфели для переноски документов. А ноги подразумевались славкины, замечательные, быстрые ноги в ботинках сорок пятого размера, которые мигом примчат в его портфеле восхитительный, прохладный  напиток. Вы спросите, почему именно в портфеле? Что за странная тара для пива? В канистре, бидончике или банке было бы гораздо удобнее. Естественно, мы не наливали пиво прямо в портфель. Не забывайте, что мы были курсанты, это было бы палево, если курсант тащил банку пива в руках. Кругом шныряют офицеры или их приспешники, кому охота торчать потом в нарядах. В портфель аккуратненько ставились две трехлитровые стеклянные банки, обычная пивная тара того времени.

Вот теперь другое дело. Случайные прохожие или офицеры подумают, глядя на шустрого курсанта с тяжелым портфелем, видимо, набитом под жвак учебниками: "Какой прилежный студент! Бедняжка, как их там нагружают! Да, из этого парня  выйдет толк".

И они были правы, Ганя был толковым переносчиком пива. Пиво он носил очень быстро, несмотря на явно гусиную, неуклюжую походку. Если что-нибудь другое, то, конечно, помедленнее, но пивко в процессе транспортировки ведь может нагреться, потерять консистенцию и товарный  вид, а этого ни в коем случае допустить нельзя. В таких делах Слава был крайне щепетилен.

Без хитростей в стиле Ганса не обходилось. Однажды мы с ним перли в общагу два портфеля бухла, он как-то притормозил и, протягивая мне свой портфель, деловито сказал: "Подержи, шнурок завяжу". Ну, я без всякой задней мысли,  взял второй портфель и потихоньку потащил дальше,  дожидаясь его. Он  догнал и стал на ходу что-то мне рассказывать, очень увлекательно, лапшичку он умел навешивать на уши, поверьте. Я слушал, слушал и только потом смекнул: что-то не так, у меня два портфеля, у него ни одного. Некоторое время  спустя снова так получилось, только тогда я понял, что со шнурком был просто трюк. Думаю, что этот трюк он проделывал не со мной одним. Он был чрезвычайно находчив, но я не обижался, это было бы глупо. Возможно, это была какая-то разновидность халявничества, которую я так не люблю, но Славка не был халявщиком, может быть, самую малость, зато всегда это происходило вертуозно и практически незаметно со стороны.

Раз уж вспомнили про эту бочку, то вот забавный случай. Когда ее подкатывали, не только курсанты бежали за пивом, весь окрестный люд мужского пола старался порезче работать копытами, так как через небольшой промежуток времени к бочонку выстраивалась гигантская очередь, кстати, почему-то в форме галактики или улитки. Видно, всем хотелось поближе находиться к любимой емкости, и поэтому хвост очереди как бы обвивал бочку по спирали. Наверно, с высоты птичьего полета вся эта разношерстная группа людей выглядела просто толпой. Но это неверно, каждый железно знал свое место, помнил несколько человек впереди, на всякий случай. Именно с того времени у меня появилась чрезвычайно полезная привычка запоминать в очередях впередистоящих, человека два или три, и дождаться, чтобы кто-нибудь занял за мной. В итоге это экономит много времени и нервов, поверьте.

Скидок никому не делали, студент, курсант или просто бичара. Так в советское время называли бомжей. Кратко и ясно - "бич". Все скромно стояли в очереди, несмотря на то, что у некоторых трубы горели зверски. Никому и в голову не приходило влезать без очереди. Вот эта людская черта в Союзе мне нравилась. Сейчас бы всплыла куча народу, с какими-нибудь депутатскими мандатами, мигалками, орденами, погонами или просто нахрапом, потому что их несколько, и они сильней, и начала бы без очереди прорываться к крану. Тогда я еще не знал, что однажды сам окажусь главным у подобного крана, как, впрочем, и Славка. Те, кто находились у этого пивного краника, считались полубогами. Их все на районе знали и уважали. Во-первых, они спасали  народ от жажды, во-вторых, они зарабатывали кучу денег, по понятиям того времени. Но об этом я позже расскажу.

Так вот, было одно исключение. Впервые, когда я увидел эту картинку, был сильно удивлен. Стоим в этой закрученной очереди, уже совсем близко, вдруг какое-то тарахтенье, и прямиком к крану из толпы выдвигается зеленая морда "инвалидки". Инвалидкой называли маленький двухместный тарантас со складывающейся брезентовой крышей и двигателем от мотоцикла, отчего он звонко и глупо тарахтел. Их бесплатно выдавали инвалидам, помните, в том знаменитом фильме, когда такая же тачка мешала проезду, Бывалый поинтересовался: "Где этот чёртов инвалид?"

Народ послушно расступился, и рулевой оказался прямо возле крана. Позже я уже не удивлялся появлению этой тарантаски. Никто не возмущался, не пытался спорить по поводу прав очередности. У мужика, хозяина тачки, не было ног. Все, видимо, понимали, что это, как бы, такие железные тарахтящие ноги. В такие моменты замечал в Славкиных глазах немалую зависть: "Эх, мне бы такие ноги!" У инвалидки и "бэг", то есть багажник, покруче, вместилось бы гораздо больше банок. Мужик набирал пиво, отхлёбывал малость прямо из банки и уезжал восвояси. Кто такой? Где оставил свои ноги? До сих пор не знаю. Скорее всего, в  какой нибудь из войн, которые Совдепия частенько вела втихомолку, не сообщая об этом народу. Всё тихо и спокойно было в стране. На вот тебе, парень, тачку, попей пивка, и всё будет хорошо. Сейчас Русское Радио без конца твердит, что всё будет хорошо, но только не уточняет, когда-же это будет, и у кого конкретно. А пока что всё очень хреново.

Давайте уже, чтобы не возвращаться больше к бочке, еще один случай, и закончим с ней. Курсе на третьем просыпаюсь ночью от истошного вопля: "Рота, подьёёёёём!!!" Крик был ужасен. Сразу подумалось: "Наверно наших бьют".

"Не понял нах..." На улице темень, глаз выколи, до утра еще как до Луны пешком. Что за шутки неуместные? А надо сказать, что у курсантов, солдат, моряков существует негласное, жёсткое правило - будить только в случае пожара. Ну, в смысле, если возникла какая-то реальная угроза жизни. Сон - это священно. Все эти группы людей, как правило, не высыпаются по жизни. И если вдруг выдалась удобная минутка, то погружаются в здоровый крепкий сон. А тут вдруг посреди ночи какая-то скотина нарушает законный порядок вещей. Я думаю, что многим захотелось стукнуть по лицу этого подонка. Сонные, мятые рожи стали высовываться из своих берлог, чтобы увидеть наглеца своими глазами.

Но Моня окончательно пробудил всех, сообщив сногсшибательную новость: "Там льётся пиво!" Я уже не помню точно, что было с Гансом, но наверняка у него помутился рассудок.

А случилось вот что. Ту самую, легендарную бочку, с остатками пива оставили на ночь на пустыре. Вообще-то, её обычно увозили, но в этот раз она почему-то осталась сиротливо стоять в темноте. И очень глупо! Оставлять без присмотра пивас нельзя! Странно, что её вообще не укатили нахер. Оказалось, что какие-то злоумышленники, проходя мимо, решили хлебнуть пивка. Вырвали замок, вырвали пробку из крана, попили маленько и пошли дальше своей дорогой, а пиво продолжало выливаться через испорченный краник. Тут как раз Моня с Богданом, как всегда на автопилоте, возвращались в роту после нехилого дегустирования различных алкогольных напитков. Они всегда возвращались на автопилоте, крепкие были орехи, ну, вы поняли, о чём я. Когда увидели льющееся пиво, сразу протрезвели. В бурсу Моня прибежал уже на ручном управлении. Богдан тем временем затыкал дырку пальцем, время от времени прикладываясь к струе.

Было два часа ночи. Какая тварь вырвала замок и вытащила пробку, неизвестно, но эти люди были без чести и совести. Пиво лилось рекой. Помню, когда мы подбежали с двумя сорокалитровыми кастрюлями, взятыми на камбузе, пена была нам по колено. Кастрюли наполнены до краев. А пиво все льется. Обидно! Темень, пробку не найти, заткнуть нечем. Да и насрать, в конце концов, это не наша проблема.

Потом была самая веселая ночь. Если уж уксус на халяву вкусный, то представьте себе, как радостно мы лакали халявное пиво. Ганс точно был на небесах. Практически все приняли участие в этой попойке. Конечно, были некоторые отщепенцы, которые прикинулись спящими, а потом, поутру сдали всех. У них свои понятия о чести, они есть в любом коллективе, эдакие паршивые овцы. Как правило, такие на хорошем счету у командиров и начальства. Что называется - красиво лижут жопу.

Веселье длилось всего-то пару часов, но всё когда-нибудь кончается, кончилось и  пиво, мы пожалели, что не взяли больше кастрюль. Ганс сообразил быстрее всех, что надо бы добавить. Но гонцы, во главе со Славиком, посланные для исправления ошибки, вернулись ни с чем. Бочка была пуста!!!

Сразу представил себе дикую картинку, как Ганя подбегает с огромной кастрюлей к бочке и, видя пустую емкость и пенное, небольшое озерцо вокруг, с  яростью отшвыривает бесполезную тару, с разбегу кидается в него, с остервенением пытаясь всосать в себя желтую жижицу, ревет протяжным воем и извивается, чтобы хотя бы намочить кожу в надежде, что умный организм впитает через неё хоть немножко изумительной влаги.

Конец этой истории жалок и паскуден. Субботин, придя утром в роту, был, как я уже сказал, обо всем информирован. Преступники выявлены, ублюдки наказаны. Подробно описывать эту процедуру я не хочу. Отчасти оттого, что смутновато все помню, да и вообще это не особо интересно. Скажу только, что все участники оргии получили по заслугам. Субботин, как всегда, был крайне справедлив.


24 Компот будешь?

Общежитие для курсантов, это унылое кирпичное здание в пять этажей, без балконов. Вообще-то таких зданий несколько, стоящих одно за другим, они и по сей день там стоят. В двух из них, ближайших к учебному корпусу института на Баляева, проживали курсанты мореходного факультета. Так вот, в самом ближнем доме обретался ваш скромный рассказчик, вместе со своими товарищами, стремившимися, во что бы то ни стало, овладеть специальностью "инженер-механик судовых силовых установок".  Но надо сказать, что об этой профессии грезила только половина роты, другая половина изучала крайне необходимую для народного хозяйства специальность "эксплуатация водного транспорта".

В самом начале нас всех насчитывалось около ста пятидесяти голов, мы проживали в вышеописанном доме на первом этаже. Правда, в  процессе учебы, на первом курсе количество резко уменьшилось почти на треть, но в дальнейшем оно оставалось практически стабильным до окончания бурсы в 1982 году. Кто-то переводился в другой вуз, кто-то, наоборот, появлялся, в итоге примерно человек 70-80 доучились-таки до конца и получили драгоценные дипломы о высшем образовании. Этот день я помню как сейчас, но до этого дня, как говорил Славик, надо ещё допердеть.

В общаге были нормальные армейские порядки, хотя мы получали вполне гражданскую специальность. Почти каждый день строевые занятия, будь они неладны, а перед праздниками вообще, бля, с утра до вечера шагистика. Без конца нас гоняли на различные работы за бесплатно. Чаще всего мы почему-то копали ямы. Я, можно сказать, стал профессиональным землекопом. Частенько стоял в нарядах вне очереди на дежурство по роте, и по камбузу. Суба, сэта, не забывал меня.

В связи с вышеописанным дерьмом, нормально учиться у нас никак не получалось. Поэтому неудивительно, что по итогам года треть курсантов вылетела из института по всяким разным причинам. Зато остались самые  выносливые и живучие шакалы.

Мы жили  в обыкновенной  пятиэтажке, но если бы посторонний человек подслушал наши разговоры, то мог подумать, что эти бравые парни  в тельняшках с какого-нибудь забубённого суперкрейсера. Как ни странно, всё, что касалось быта в общаге, называлось на морской манер. К примеру, обычный коридор важно называли палубой, и если кого-то наказывали мытьем полов, то человек говорил, что, мол, он пошел драить палубу. Это же звучит гораздо круче, чем тупое "мыть полы". Железная, слегка ржавая кровать, на которой мне снились чёрно-белые сны, называлась шконкой, табуретка - банкой. Лестница, конечно, это трап. Туалет, не сортир, не клозет, а гальюн, его тоже приходилось частенько драить. Кухня, это камбуз, и так далее.

На первом курсе всё время хотелось жрать. Хотелось всегда, особенно ближе к ночи. Во-первых, потому, что организм рос и ему требовались калории. Во-вторых, нас гоняли то на стройке, то на плацу, и опять требуются калории. В блокадном Ленинграде голод был покруче, и очень понимаю тех ребят, испытал на собственной шкуре, что такое собачий голод, даже в таком урезанном виде. Мы завидовали мальчуганам, у которых в городе проживали  родичи, и они могли, хотя бы раз в неделю, нахаваться до отвала сытных мамкиных пирожков.

Немного о еде. Это было что-то! То есть дерьмо полное. Очень грамотное дерьмище! Особенно в рыбные дни. Были такие, это вторник и пятница. Система работала примерно так. Где-то высоко наверху, в министерстве то ли обороны, то ли образования, выделялась некая сумма на питание нас. Вначале пидзили генералы, хорошим таким шматом. Потом отщипывала местная военная блоть, совсем немного себе на дачку. И машинку новую не помешает прикупить. В итоге, когда бабло добиралось до нашей бурсы, получалась совсем дохлая кучка. Здесь главные пищевые интенданты тоже немножко себе брали. То, что доходило до камбуза в виде продуктов, растаскивали повара во главе с директором столовой. И наконец, оставшиеся жалкие крохи поступали к нам на стол. Что там оставалось, сами можете себе представить. Короче, в рыбные дни, когда жарили какую-нибудь протухшую камбалу, запах стоял  тошнотворный. Такое угощение можно было есть только с прищепкой на носу, но мы ели, затыкали нос и ели. Захочешь жрать по-настоящему, и не такое съешь. Наверно, это все-таки лучше, чем вытришки.

К обеду все были голодны как собаки, обеда все ждали с нетерпением. Очень ждали, бежали в столовку как свора голодных псов, никому не хотелось оказаться последним, так как частенько последнему ничего не доставалось. То ли порций не хватало, то ли кто-то из своих воровал, бес его знает.

Перед обедом, и вообще по любому поводу, даже самому ничтожному, было построение, на них Субботин щедро раздавал наряды. Мне перепадало очень часто.

Однажды на таком построении он объявил: - Курсант Сычевский, выйти из строя!

Из строя кое-как, опираясь на костыли, выползает тип в гражданской одежде. На тот момент мы все уже ходили в форме, он к нам попал позже, и ещё не успел её получить. Сыч  был "великий" футболист, играл за какую-то, хрен его знает какую, команду, и ногу как раз сломал на футбольном поле брани в борьбе за дурацкий мяч. Видно, этот парень побывал в разных передрягах,  так как ещё и глаз у него был подбит. На лице под глазом красовался бесформенный, очень несимпатичный шрам, наверно, кто-то в пылу борьбы здорово припечатал ему бутсой по бубну. Выражение лица у Юрика всегда было чрезвычайно глупое, улыбка до ушей без причины, и какой-то всегда  мутный взгляд, да такой, что офицеры частенько цеплялись к нему, принимая за пьяного. Ей богу, не вру. Он всегда выглядел как бы нетрезвым, и разговаривал так, как будто был выпивши. Как раз по этим причинам он тоже стал всеобщим любимчиком. Многие считали его туповатым, но это не так. Он был хитрован ещё тот, но ленивый до крайности. Ленивей меня во много тысяч раз. Вот показательный случай. Как-то вечером мы сидели в кубрике, и Юрка изрек историческую фразу. Вот она:

- Пойти посрать, что ли? Да что-то не хочется.

Это конгениально! Просто фантастическая лень! Вы поняли суть? Он хотел в туалет по-большому, но был настолько ленив, что поленился поднять собственную жопу, наполненную калом, и сходить в туалет. То есть срать ему хотелось, но идти жутко не хотелось. Он так и сидел некоторое время в надежде, что всё пройдёт. Конечно, оно не проходило, только усиливалось.

Удивительный был тип, надо было только внимательно его слушать. Много лет спустя, когда я был у него в гостях на судне, а по утрам, ровно в 8.00 на судах поднимают флаг, если вы не в курсе. Он был на вахте и отправился на мостик, чтобы выполнить эту процедуру, я увязался за ним. Вообще старался находиться поближе к нему, знал, что Юрка обязательно что-нибудь вякнет, и не ошибся.

Кстати, вы наверняка думаете, что флаг, это такой большой кусок материи, красиво разрисованный. Очень может быть, но только не на судне у Сыча. Мы поднялись наверх, он нес подмышкой какую-то небольшую фанерку. Подходим к флагштоку, и Юрбан, цепляя эту фанерку к фалу, деловито мне пояснил:

-Знаешь, почему мне нравится этот флаг? - и сам сразу же ответил: - Потому что его не заметно.

Я не сразу врубился о чем он толкует. Потом дошло.

-Так это флаг, что ли?- задал я дурацкий вопрос.

Оказалось, что картонка, которую он нёс под мышкой, и есть флаг. Если приглядеться очень внимательно, то сквозь грязь, маслянисто-мазутные разводы можно было разглядеть нарисованный краской, когда-то очень давно, андреевский флаг. Судно было военным. Настолько давно, что часть рисунка облупилась, часть стерлась, а по всей поверхности равномерным слоем было размазано мазутное дерьмо. Фрегат был в ремонте, и от многократного лапанья грязными руками первоначальный рисунок практически исчез. Частенько флаг валялся на палубе, по нему топтались грязными говнодавами, он ведь был незаметен, не забывайте. Я подумал, что неплохо бы прикрепить к нему бирку с пояснениями, что это флаг, чтобы не перепутать с другими валяющимися повсюду различными картонками.

Можете мне не верить, но это был настоящий флаг. Без дураков. Очень удобный флаг, который замечательно незаметен. Только непонятно, зачем тогда его поднимать, чёрт возьми, если его все равно не видно.

Сыч  благополучно затащил его на самую макушку мачты  и закрепил фал. В самом деле, снизу его совсем не было видно, он потерялся там, на мачте, среди всевозможных мачтовых прибамбасов. Чудеса, в Юркиной гениальности я никогда не сомневался, обожаю стервеца! Тут наверх поднялась еще парочка мужиков из экипажа, перекурить. Стоим, разговариваем. А надо сказать, погода была премерзкая. Сырость, морось! Бррр!

Смотрим, с причала по трапу поднимается какой-то мужик. Ребята узнали в нём нового старпома, недавно назначенного. Я внимательно пригляделся, он был пьян!

А картинка такая: поскольку судно в ремонте, то, естественно, на палубе  царит этакий рабочий бардак. Часть палубного оборудования снята, повсюду валяются разнокалиберные железяки, куски труб, винтики, болтики, какие-то ржавые части механизмов, обрывки кабелей, тросов. Короче, нормальная рабочая атмосфера. Но, как бы не к месту, на палубе валялся ещё и матрац. Нормально лежал себе, прямо на палубе в луже дождевой воды. Никто не обращал на него внимания, лежит себе матрац, никому не мешает, ну и ладно. Тут много чего лежит. Старый, драный, весь заляпаный всяким дерьмом, просто никому не нужный мусор, как и всё остальное здесь.

Вот тут случилась удивительное, хотите верьте, хотите нет. Этот хренов, новый старпом пришел, видимо, с огромным желанием поставить себя в новом коллективе. Пошугать народ, чтобы уважали. Профилактика, так сказать, чтобы боялись. Поднимается он по трапу, его шкивает слегка, ну явно бухой чувак. Быстренько оценил обстановку и начал:

-Да вы чо, бля? Вы чо тут прохлаждаетесь? За кой хер вам зарплату платят? Я вам покажу, бля, перекуривают они. Я вам щас дам прикурить!

Мы растерялись. Что за фигня? Вроде, все в порядке. Все на месте, все трезвые.

Юрик говорит: - Да все нормально, Палыч. Мы все сделали.

- Какого хрена вы тут сделали? - и пинает мокрый матрац. - А это что? Какого хуя он тут валяется?

И вот тут Юрка выдал гениальную, просто железную отмазку.Вот чёрт, обожаю его. Такое могло прийти только в Юркину башку! В жизни не догадаетесь, что он сказал.

- Сушится он здесь.

Вы можете себе представить? Он сушится! На  палубе лужи, идет дождь, солнца и близко нет, а он сушится. Я думал, Сыч прикалывается, издевается над ним. Но нет, все вполне серьезно.

- Да кто так сушит? Какого хрена? Сделайте, как положено, прямо сейчас. Положите хотя бы на кнехт.

Юрка с коллегами кинулись исполнять приказ. Они подхватили этот дебильный, весь замызганый, обосраный матрац и положили на кнехт.

- Ну вот! Другое дело. Носом вас тыкать, что ли? Еще раз увижу - накажу! Бля!

Я стою, охуевший от нереальности происходящего. По правде говоря, мы с Юркой тоже были немножко выпивши. Может быть, мне всё это снится? Что за лажа? Дождь точно так же идет, как и шёл. Матрац теперь лежит на кнехте, так же под дождем. Что изменилось? По сути, ничего. Как валялся тупо, так и валяется. Но этого чокнутого старпома, похоже, теперь всё устраивает. Порядок наведен! Интересно, а он заметил незаметный флаг? Может быть, там наверху вовсе нет никакого флага или наплевать ему на все флаги мира. Возможно, он знал, что на всех российских военных судах, стоящих в ремонте, незаметные флаги. А может быть, я чего-то недопонял. Может быть, всё нормально. Просто я какой-то ненормальный.

Простите, немножко заскочил вперёд. Так вот, вылазит, значит, Юрбан из строя на своих костылях. Субботин зачитывает приказ.

- Курсанту Сычевскому-у-у! Пять нарядов вне очереди! За то, что отпивал компоты...

Сто пятьдесят человек с полчаса покатывались со смеху, держась за живот. Клянусь! Вот так мы познакомились с Сычом.

Пипец! Ай да Юрка, ай да Сыч! Обожаю подлеца. Такая хрень могла прийти в голову только одному человеку в мире - Юрке Сычевскому.

Оказывается, он воспользовался своей хромотой и прорывался на камбуз раньше всех, без команды. Там, видимо, у него съезжала крыша от обилия еды на накрытых столах, и он понемножку отхлёбывал компот из каждого стакана. Ну любил человек компот - такая вот слабость. Ну и что? У каждого есть слабости. У каждого есть какие-нибудь минусы. Что, расстреливать за это? По правде говоря, крыша у него всегда была немножко набекрень. Как раз этим он и был интересен.

Кстати, на том военном пароходе, когда мы с утра пошли в каюткампанию позавтракать, он меня спросил: - Компот будешь?


25 Способ познакомиться.

Впрочем, не только жрать, но и спать тоже хотелось всегда, сказывалось недоедание, организм был, видимо, этим ослаблен. Поэтому на лекциях важно было сесть на один из последних рядов, куда вряд ли доберется препод и, подложив под голову аккуратно свернутую шинель, отрубиться на полтора часа. Преподаватели все это видели, невозможно не заметить, что в начале лекции все ряды плотно забиты курсантами, а ближе к середине больше половины куда-то исчезли.

Иногда Родыгин, был такой заведующий кафедрой высшей математики, когда оставалось совсем мало любителей послушать о высшей математике, медленно поднимался по ступенькам лекционного зала наверх. Те, кто пытался записывать на бумаге дикие нагромождения формул Родыгина, и по этой причине не успевшие заснуть, расталкивали сопевшую братву. Это были жутко смешные кадры. Он поднимается все выше и выше, по мере его продвижения, из-под столов, этакими волнами, появляются заспанные морды с пролежнями от шинелей. Все были неглупые и понимали, что могут спросить, а что он там делал под столом? Ну, естественно, все уронили ручку. А что тут такого? Ручка упала... Закатилась... Искал... Без ручки никак.

Но Славик делал вид, что завязывал шнурок, он себя особо не заморачивал такой чепухой как конспектирование. Точнее говоря, лекций он не писал совсем. У него была шикарная память, нахрена ему что-то ещё писать, и если он не спал на лекции, то вполне мог что-то запомнить, а потом воспроизвести на экзамене, за счет этого и вылезал.

Как-то раз не успели разбудить Слона, а у него, как вы помните, просто по жизни выражение лица всегда было сонным. Родыгин сам лично его растолкал. Ну и рожа! Капец! На щеке хорошо так отпечаталась пуговица от шинели, кружочек с четким силуэтом якоря. Родыгин весело смеялся вместе со всеми, хотя он был суровый и серьезный мужчина, метра два ростом и недохлой комплекции. Я больше не припомню случая, чтобы он смеялся или даже просто улыбался. Родыгин был суров, но его все уважали. Он был большой, умный и серьезный дядька, не уважать такого невозможно.

Эгей!!! Родыгин!!! Привет от всех курсантов "Рыбы"! Мы вас помним! Но математику большинство из нас знало на "кол". Наверно, ему было даже гадко с нами общаться, потому что по сравнению с его мозгами мы были просто деревянные люди.

Некоторые умудрялись спать, не падая под стол, а просто уронив голову на парту. Но самым виртуозным в этом смысле был Егор. С кафедры препода казалось, что курсант, подперев рукой голову, аккуратно записывает лекцию, при этом нормально шевелилась ручка, как бы фиксируя сгустки знаний в тетрадку. Но видели бы вы эти сгустки. Вначале несколько строчек вполне нормального текста, потом буквы постепенно как бы превращаются в волнистую линию, периодически соскальзывающую вниз, вроде графика валютной пары во время кризиса.

Потом снова почти нормальный текст, хотя связи между отдельными словами нет, спящий мозг улавливал какие-то фрагменты, а рука пыталась все это зафиксировать, но в итоге опять обрушение. И так несколько раз. Зашибись! Такого типа я знаю только одного. Многие пытались слизать у него технологию сна, ни у кого не получалось. Никто не мог повторить этот трюк.

Ещё немножко о быте. Стенку в комнате называли "переборка", а саму комнату "кубарь", то бишь кубрик. Если кто не в курсе, так называют комнату на корабле, в которой живут матросы. Короче говоря, нас изначально психологически готовили к пребыванию на кораблях и судах военно-морского, и просто морского флота. Спорить не буду, придумано умно. В конце концов, было бы дико, если бы новоиспеченный моряк по приходу на корабль стал называть иллюминатор окном. Однако, окна в общаге не называли иллюминаторами, видимо, по причине недостаточной округлости. Точнее говоря, окна были абсолютно квадратными, как и положено нормальным окнам.

Зато они были не совсем обычные в житейском смысле, очень часто выполняли функцию мусоропровода. Да это и нормально. Так как каждый из нас регулярно бывал в нарядах, а в обязанность нарядчиков входила уборка территории, находящейся как раз под окнами. И поэтому, чтобы ребятам там внизу жизнь не казалась сказкой, выбрасывали весь ненужный мусор просто в форточку, ведь кубарь надо содержать в чистоте, иначе можно схлопотать нарядов при очередной проверке чистоты в жилище.

И еще, весной, когда сперма кипела в яйцах, мы использовали эти окна, чтобы флиртовать с проходящими под ними гражданскими студентками. Они шныряли туда-сюда беспрерывно, просто щли мимо наших окон в свою общагу. К примеру, флиртовать можно было так, кричать что-нибудь оригинальное, типа: - Эй, девчонки, хотите повеселиться? Или: - Эгей, девочки, хотите выпить пива? На большее фантазии не хватало, в трезвом виде мы были страшно стеснительные и ненаходчивые на слово. Зато набухавшись - очень остроумные и говорливые.

Тёлочки, конечно, в ужасе шарахались и кричали что-нибудь обидное в ответ. Типа, что мы дебилы и ненормальные недоноски. Как будто бывают недоноски нормальные, мать твою! Мы страшно огорчались по этому поводу, ну почему такое неуважение? Ведь ничего плохого не хотели, только лишь познакомиться и вылить всю страсть истосковавшейся, бля, по нежности курсантской души на эти нежные, неземные создания.

Или еще, вот такая была шутка. Проверенный способ остроумно познакомиться: наполняли презерватив водой, абсолютно чистой водой, из-под крана, и кидали это вниз. Не было такой цели, чтобы попасть в голову, боже упаси, как раз наоборот, всячески старались не попасть, но девчонкам от этого было не легче. Их забрызгивало водой, но только уже грязной, говённой водой, отскочившей от асфальта вместе с пылью и всяким дерьмом. Девчонки внизу страшно ругались безобразным матом, а мы весело смеялись. Если быстренько перебежать в другой кубрик, то высунувшись в окно можно поддержать их, размахивая кулаком и посылая проклятия в адрес дебилов из той комнаты, которые посмели такое сделать.

Поскольку лопнувший презерватив выглядит малоэстетично и наводит на всякие дурацкие мысли, стали просто наполнять пластиковую бутылку, опять же чистой водой, и брызгать вниз. Мы не настолько были тупые, чтобы наполнить, к примеру, пивом. Не такие уж мы были дебилы, как казалось снаружи. В крышке делалось отверстие, и струи жидкости обрушивались на головы проходящих внизу студенток.

Но, однажды пришлось прекратить наши эксперименты над несчастными девушками, после того, как какой-то козёл подло оклеветал нас. Кто-то сообщил в деканат, что якобы курсанты из окон регулярно писают на прохожих.

Мы не ссали, ей богу! Это была чистейшая водопроводная вода, а то, что с запашком и желтоватая, так в то время в Совдепии только такая и бежала из крана. Простите нас, девчонки! Нам сильно хотелось познакомиться, сперма ударяла в мозг. Мы готовы были вытрахать всё движущееся вокруг, но поскольку были слишком молоды и глупы, то не знали с чего начать.


26 Толик Морда.

Однажды подходит ко мне Гомер, ну, то есть Гумеров Наиль. Спокойный такой татарин с острова Русский, того самого, на который построили этот гигантский ненужный мост. Ведь, по большому счёту, остров необитаем, и нахера надо было строить такую дорогостоящую махину - хрен его знает. Скорее всего, чтобы бюджетных бабок легальным способом скоммуниздить.

Так вот, про Гомера: флегматичный  парняга, спокойный - наподобие танка, но чем-то он был мне симпатичен, наверно, как раз своим спокойствием, и задаёт удивительный вопрос.

- Бэр, а ты знаешь, где находится клитор?

- Шо???!!!

Я не то, что не знал, где находится этот пресловутый клитор, а вообще впервые услышал такое заковыристое словечко. Сейчас пацанята из первого класса в курсе, а в те времена секса не было. Не, не! Какой такой секс, вы что? Почему он ко мне подошёл? До сих пор не пойму. У нас были гораздо более продвинутые ебаришки, которые, возможно, что-то слышали про такое. Но, тем не менее, консультантом по клиторам он выбрал меня.

Оказалось, что у него появилась девушка, и он, чтобы не облажаться, решил вначале изучить теорию траханья. Разумное решение, кстати. Я считал себя трезвомыслящим пареньком, но до такого не догадался бы. Он раздобыл где-то самопальную брошюру с картинками. Там было всё, от "а", до "я", про женские интимности, мужские инструменты, и как это всё правильно использовать. Замечательная была книжечка, я сам оттуда много нового узнал.

Короче говоря, вдвоём, путём логических размышлений, после прочитывания и разглядывания картинок разобрались, что к чему. Гомеру знание теории очень пригодилось, вскоре он женился на этой девчонке. Очень симпатичная деваха, даже, можно сказать, красавица, в отличие от самого Гомера. Нарожали они кучу детей, и живут счастливо в окружении уже внуков в городе Уфа. Прости, дорогой читатель, я сильно забежал вперёд, но сами видите, как полезно иногда бывает изучить теорию, прежде чем приступить к практике.

Если учесть неслабое пьянство курсантов, регулярные дебоши в ресторанах, залёты в вытрезвитель, летящий из окон мусор, плохую успеваемость и прочее говно, то можно понять, почему курсанты Дальрыбвтуза в городе Владивостоке семидесятых годов считались отбросами человеческого рода.

Обидно, конечно! Но это мнение ошибочно. Мы просто были молоды, полны сил, энергии. Нам хотелось жить полной жизнью. Нас давили рамки системы, этой тупой обязаловки. То нельзя, это нельзя, а хотелось всего, и иногда это выплескивалось в какие-то асоциальные поступки, которые мы, наоборот, считали героизмом, противодействием этой дурацкой системе.

Кроме жилых кубриков на этаже имелось еще три помещения. Красный  уголок, бытовка и гальюн. Про уголок, надеюсь, все знают. Вкратце - это особая комната, предназначенная для информирования контингента о событиях в роте, стране и мире. На стенах так называемая наглядная агитация, в изготовлении которой я частенько принимал участие. Что-нибудь об очередном съезде КПСС, или о кознях проклятых империалистов, а также о достижениях народного хозяйства СССР. Поздравления нас с праздниками весны, труда, революции. Просто какие-нибудь актуальные объявления и приказы. Кто, за что отчислен или наказан и, прочий навоз.

Там же стояла действительно нужная вещь - телевизор. Однако, по этому телеку, опять-таки, толковали про очередной съезд КПСС и козни империалистов. Очень много времени уделялось успехам народного хозяйства, и чем больше это хозяйство погружалось в говно, тем больше было разговоров про успехи. Ну, вы знаете, что в итоге это не помогло и, хозяйство полностью утонуло в говне.

Иногда, по вечерам, надо же было как-то отвлечь народ от горьких мыслишек, показывали художественный фильм, и мы радостно набивались в эту комнатку в двенадцать квадратных метров иногда по сто человек. Сидели и лежали на полу, на стульях, а сзади просто стояли. Даже самый скучный и заунылый советский фильмец веселил неимоверно, ведь среди нас были остряки, вставлявшие свои замечания по ходу сюжета. Просматривая фильм, мы непрерывно ржали как дураки. Однажды после просмотра "Приключений Капитана  Врунгеля", вернувшись в кубрик, я обнаружил пропажу замечательного дипломата, который на день рождения мне подарила мамочка. Расстроился, конечно. Это какой такой мозгляк подрезал мой чудесный дипломат? Подобная  вещица в то время была страшно модная, купить в простом магазине его было невозможно, и где только маманя оторвала эту вещицу, ума не приложу. Надеюсь, этому говнюку его подлый  поступок аукнулся.

В бытовке находились умывальники, там мы чистили зубы и полоскали задницу ледяной водой. Вода была только холодная, а зимой, естественно, ледяная, но никто не жаловался. Никому и в голову не приходило, что она может быть какой-то другой. В общем, мы жили в спартанских условиях, наверно, оттого я до сих пор крайне неприхотлив, и в еде, и в быту. Все знают, что летом должно быть жарко, а зимой холодно, это ведь естественно. Не стоит особо переживать по поводу слишком высокой или слишком низкой температуры, против природы не попрёшь. Вот на Марсе - да, там очень холодно. Слава богу, мы не на Марсе.

В этой же комнате стояла пара длинных узких столов, обтянутых старыми солдатскими одеялами. На них я гладил свои страшные штаны и фланку. По стенам были развешаны глупые плакаты о технике безопасности при пользовании электроприборами и вообще электричеством.

Гальюн, это местная достопримечательность. Как ни крути, а в нём приходилось проводить приличное количество времени. Ничем не примечательная комнатка, с растресканой плиткой на полу. Четыре кабинки выкрашены в гадко-зеленый цвет. Запах мочи там никогда не выветривался. Мы очень много ссали, наверно, из-за глупой привычки пить много пива. Но посещать туалет, особенно по большому делу, было весело.

Помните, я рассказывал про беленькие деревянные гальюны на улицах Находки с их эротическими росписями? Ага, росписями-писями. В нашем бурсацком туалете была другая фишка. Заходишь в кабинку, садишься на унитаз и наслаждаешься двумя вещами. Первая - это, конечно, процесс испражнения. А вторая такая - вся дверь кабинки была обклеена газетными заголовками. Кстати, о том, что в мире существует туалетная бумага, я узнал примерно в тридцать лет. Во времена учёбы мы вытирали советскую жопу обычной газетной бумагой. Берёшь газету, отрываешь шмат, мнёшь хорошенько и используешь. Ну, а в процессе, чтобы было не скучно, можно почитать газетку. Откуда взялась такая традиция - не знаю, но каждый из нас считал своим долгом оторвать понравившийся заголовок и прилепить его слюнями к двери.

Чтение этих вырезок вызывало жуткое веселье. С учетом того, где ты находишься и что делаешь, тексты попадались ужасно остроумные. Вот, например:

"Битва за урожай!" - ага, знаем, что за урожай.

Или:  "Крестьянские будни",- ну- ну!

А вот: "Критика снизу!"

"Баллистические ракеты на страже родины!"

"Сталевары! Даешь огня!" - Гы- гы- гы.

"Фантомас разбушевался".

Или реклама: "Открылся магазин колбасных деликатесов", -  налетай ребята, качество хоть куда.

И тому подобная фигня.

Так мы развлекались. Периодически старые надписи отпадали, появлялись новые. Я подозреваю, все это выдумал Толик Николенко. Потому что очень уж любил он проводить время в туалете. Сидел там часами, брал с собой пачку папирос, книжку или газеты. Чёрт его знает, почему ему так нравилось проводить время на унитазе? Он там курил, дым стоял коромыслом, читал там, шуршал газетами и пукал, конечно. Очень много пукал. Короче, наслаждался процессом. По правде говоря, он и ел много. Обычно пару порций первого блюда сливал в нехилых размеров миску, типа тазика, туда же бросал второе. В итоге блюдо становилось похожим на жратву для чушек, но он всё это хавал с превеликим удовольствием.

- Толян! Да ты туда и компот вылей! - это мы так прикалывались над ним.

Но ему было насрать на наши шуточки.

-Дураки вы! Компот сладкий.

И объяснял нам, несмыщлёным: "Какая разница? Все равно в желудке все перемешается. Так вкуснее, сами попробуйте".

Но  никто не хотел пробовать его изобретение. Возможно, он был прав, Толик был старше нас на несколько лет, а значит, мудрее. Он учился в Рыбе уже несколько лет на первом курсе. Каждый год не доучивался, и приходилось брать академку.

Был он довольно-таки упитанный. Даже прозвище у него было подходящее: "Морда". Выпивал тоже много, если уж начнет бухать, то это на неделю, не меньше. Вылакивал, сучонок, все одеколоны в роте. А когда его за это проклинали, оправдывался так: "Пацаны, я же не враг своему здоровью, резко бросать нельзя!" - намекая на то, что может остановиться сердце. Пропивал все что можно. Каждый раз покупал весной зонтик, а осенью его пропивал.

- А на хрена он зимой?- говорил, - Все равно потеряю.

Осенью покупал пальто, а весной, когда надо было срочно побухать, продавал его.

Как-то раз прибегают первокурсники, в то время мы уже были на третьем курсе.

- Там ваш большой моряк валяется.

Спускаемся. Точно! Толик, пьяный вдрызг, лежит лицом в луже. Как он не захлебнулся? Удивительно. Мордой его называли за глаза, а официально Толик - Москвич, считалось, что он из Москвы родом. Хотя утверждать не буду. Морда у него, в самом деле, была здоровая. Еле затащили наверх, ох и тяжелый, сволочь, в грязи все перепачкались.

Я его подкалывал: - Так ты Толя Николенко или Коля Нитоленко? Короче, все с тобой ясно - ты и ни Коля, и ни Толя.

Толик не обижался, он был добродушный малый. Начитанный был до чертиков, всё знал, что ни спроси. Эти кроссворды в Огоньке разгадывал влёт. Кушать он любил, а вот учиться - не очень. Когда мы все, уже на пятом курсе, защищали дипломы, он в это время как раз бухал и не защитил со всеми. На следующий год он снова не защитил, опять был в запое. Невезуха! Я уже успел поработать механиком в море и слинять оттуда, а он все защищался. Через несколько лет я присутствовал на его защите, видно, на кафедре он так всех заебал за эти годы, что ему трояк влепили, лишь бы только не видеть эту Морду. Примерно лет десять он потратил на учёбу.

Толик тут же побежал в магазин, набрал водяры и ливерной колбасы.  Мы с ним отметили долгожданную защиту. Наверно, потом он ещё год бухал. Конечно, такое событие, как не обмыть?

Но это будет потом, а сейчас мы учимся по мере сил.


27 Я брюнет.

Этот пёс, Субботин, от меня не отставал. За что так невзлюбил - до сих пор не пойму. Может быть, я, в самом деле, был распидзяй конченый, просто сам за собой не замечаешь, кажется, что всё нормально. Все обитатели нашего кубрика постоянно впухали в какие-то бесконечные говноистории, и естественно получали наряды. Эту треклятую территорию мы заколебались убирать. Непонятно, как мы умудрялись ещё и учиться, какие-то зачёты сдавать. Я ненавидел этого мозгляка бесконечно, мысленно строил всякие планы страшной мести. Сбросить на его перхотный череп кирпич. Сбить его машиной. Просто подкараулить поздно вечером на лестнице, схватить за уши и бить, бить об стену башкой, бить об лестницу. Воображал, как кровь стекает по ступенькам, как он извивается, орет как безумный и просит пощады. Ох, и ненавидел я его! Смертельно ненавидел! Харя такая противная, взгляд остановившийся, реально замороженный. Я не один такой был. Славка попадал регулярно...и Забровский, и Слон. Короче, самые нормальные парняги, все мои лучшие дружки. И главное, всякая шваль, ротные гниды, жополизы, как сыр в масле катались. Он вообще их не трогал. А Ганс его ненавидел, наверно, ещё больше чем я.

Однажды не выдержал: "Ну, сука! Погоди у меня!" - купил краску, спрей в баллончике, и напротив окон общаги на подпорной стенке здоровущими такими буквами написал: "С У Б Б О Т И Н - Б А Л Б Е С".

Он, конечно, был в бешенстве. Собрал образцы почерка всех подозреваемых, корпел, сличал но, меня так и не смог вычислить. Несколько дней красовалась эта надпись, все были довольны.

Со Славкой вместе сочинили небольшую поэму о нем. Она не сохранилась, в этом отношении я был беспечен. Помню только начало:

Ходит в роте как павлин

Непонятный гражданин.

Сам усатый, замшеленный,

Словом, мужичок военный.

И в таком духе с десяток страниц, больше не помню, хоть убей. Переписал все начисто печатными буквами и повесил произведение в красном уголке. Народ покатывался со смеху, получилось просто здорово. Чертовски остроумно, правдиво и, главное, актуально. Да так складно - Пушкин бы позавидовал. В принципе, мы пощадили его самолюбие, можно было написать гораздо острее.

Потом прихвостни, естественно, все это сорвали со стены. Он опять пытался через почерк найти негодяя, и опять у него ничего не получилось. Если бы он был поумнее, сохранил бы себе на память. Не хочу больше о нем, как вспомню его остановившийся, кретинский взгляд, не по себе становится.

Для полноты картины придется описать самого себя, то есть вашего скромного и трудолюбивого рассказчика. Постараюсь быть максимально объективным. Хотя, конечно, это трудно сделать по отношению к себе.

Себя любят все. Любят, и даже обожают, и искренне не понимают, как это их кто-то может не любить, таких шикарных, умных, находчивых, веселых, остроумных и оухительных во всех отношениях? "Меня просто окружают полные болваны, раз не могут разглядеть во мне миллионы положительных черт!" - думают они. Отчасти я такой. Но иногда просто ненавижу и презираю себя за тупость и недалекость. Проходит время, боль утихает, и снова понемногу прорастает любовь к себе. Особенно, когда увидишь где-нибудь по телевизору или в жизни совсем уж ублюдочное существо вроде Коли Баскова и думаешь: "А все-таки я лучше!"

Росточка я среднего, можно даже сказать небольшого. Хотя почему-то, учась в школе, считал себя вполне высоким, но я ошибался. И только в институте заметил, что стою почти в самом конце левого фланга. Короче говоря, в самой, что ни на есть, жопе. В кино наверняка вы видели, когда шагает строй каких-нибудь военных, а строй обычно выстраивают по росту, то в последних шеренгах этой военной машины болтаются несколько низкорослых недочеловеков, которые пытаются своими короткими ножульками попасть в шаг со всеми остальными участниками строя. Так вот знайте: среди этих бакланов вы могли увидеть меня, если бы оказались, например, на первомайской демонстрации, на центральной площади Владивостока в 1978 году. С ростом промашка вышла.

Женщинам нравятся высокие светловолосые блондины с голубыми глазами. К сожалению, я брюнет, но волосы неплохие, это факт. Можно сказать шикарные волосы, жесткие, вьющиеся, никаких залысин и плешей. Тьфу, тьфу. Спасибо господу нашему и его отцу и, конечно, святагу духу. Легко можно было бы рекламировать какой-нибудь шампунь или краску для волос, но большую часть своей жизни я не воспользовался этим достоинством. В бурсе нас все равно заставляли стричься очень коротко. Если вдруг при заступлении на вахту дежурный офицер замечал, что волосы длиннее, чем положено, то давал час на то, чтобы исправить это дерьмо и доложить. Но это и правильно, ведь в длинных волосах легче расплодиться вшам. А нафига они нужны?

Но сейчас, когда пишу эти строки, я дико лохмат. Однажды подумал: да что же это, жизнь проходит, а я так и не был по-настоящему волосат. Взял, да и отрастил свои патлы как следует, ну вы понимаете. Стал даже смахивать на Карла Маркса, но с длинными волосами, оказывается, такая возня: их нужно расчесывать, время от времени как-то укладывать. Утром просыпаешься, как чёрт, с паклей на башке, и прочий кал. Состригу их нахер. Длинные волосы, это ловушка, миф, ничего хорошего, только куча проблем.

С голубыми глазами тоже промашка. На бирке, которую мне прицепили на ногу в роддоме N1 города Лесозаводска в январе далекого 1960 года, было написано: Мальчик. Глаза карие.

Да. Чудные карие глаза.

Но это внешность, а о том, что там у меня внутри, читайте между строк.


28 Пивбар на Постышева.

В цокольном этаже находился музвзвод, очень важная штука в любой бурсе. С десяток курсантов, обладающих умением играть на музыкальных инструментах, жили там и репетировали кое-как. Их умение использовали на различных мероприятиях, от строевых занятий до похорон. Естественно, попасть в музвзвод было мечтой каждого дебила. Никакого распорядка у них не было, ни подъемов, ни строевых занятий, короче, халява. Можно было даже что-то заработать на похоронах.

Ганс быстренько прочухал про эту халяву, он всегда быстро соображал, и в деканате договорился, чтобы его, Слона и Гомера приняли туда в качестве музыкантов. По правде говоря, только один Гомер умел играть на трубе, Славик чуть-чуть лабал на гитаре, а Слон вообще ни на чем не умел, его взяли за компанию. Он потом колотил колотушками в оухенный, замызганый  барабан. Эка невидаль, так бы и я смог.

Это событие они решили отметить. Прямо с утра вся  компания новых музыкантов покатила в пивбар на Постышева. Я упал к ним на хвоста, почему бы и нет?

Оооо!!! Вы бы видели этот пивбар! Сейчас там какой-то скучный супермаркет. Но кто помнит, подтвердит мои слова: тогда это был шикарный  Дворец Бухаловки. Ниже уровня земли был здоровенных размеров зал, казалось, километр на километр. Оттого, что там всегда было жутко накурено, противоположную сторону, сквозь дым, совсем не было видно. Несметное количество столиков. Такие шестигранные, на одной высокой ножке, с крючками снизу для подвешивания разного рода дерьма, чтобы не держать в руках. Вокруг столиков по нескольку человек оживленно беседуют граждане, прихлёбывая из больших, гранёных кружек прохладное, жёлтое золото.


Народу там всегда было не протолкнуться. Дым коромыслом, смрад, вонь дикая. Убийственная смесь табака, перегара, ссак и блевотины. Тут же, под столиками, кое-где валяются ребята, в этой блевотине, в харчках. Никто не обращает внимания, парни как бы отдыхают. Все понимают, люди просто устали, через полчасика они обязательно оклемаются и, продолжат беседу.

Время от времени среди посетителей вспыхивают потасовки, кто-то падает на пол, получив тяжёлой кружкой удар по черепу, но эти драки быстро заканчивались: некогда - пиво греется. Все знают, тёплое пиво - это не пиво. На полу ковёр из растоптанных окурков вперемешку с разлитым пивом, размазанными соплями и прочими продуктами жизнедеятельности человека.


В туалете - дикая вонь, если там когда-то и была вентиляция, то сломалась, наверно, в день рождения генерала Колчака. Все стены и полы, местами даже потолок, обоссаны. Я всегда удивлялся, как можно обоссать потолок высотой три метра. Наверно, надо было очень долго терпеть, а потом, когда уже совсем невмоготу, направить пушку вверх и расслабить ссальную мышцу, только так. Половина писсуаров забита окурками, поэтому наполнена доверху прекрасной, кристально чистой мочой. Всё равно в них продолжают ссать, оттого и запах. Моча льётся беспрерывно, её, наверно, ровно столько, сколько продано пива. Закон природы: если в каком-то месте убыло, то, значит, где-то в другом месте прибудет.

Но никого эти мелкие неудобства не беспокоили, даже наоборот, они придавали этому месту неповторимый колорит. Какой-нибудь среднестатистический японец дорого бы дал, чтобы оказаться в таком экзотическом русском заведении. Потом, в Японии, можно долго вспоминать и рассказывать внукам об этом фантастическом приключении в России.

Вот туда мы и отправились отмечать праздник зачисления в музвзвод. По дороге к нам присоединился Валерик Бельский, Славкин одноклассник, подвижный и находчивый парняга. Собственно, в самом баре ничего особенного не происходило в течение всего светового дня. Как обычно народ сосал пивас, местами вперемешку с водкой. Мы там и протусили весь день. А что? Пиво - оно же калорийное, только бегаешь, сливаешь аммиачно-водную смесь, а калории остаются в организме.

Там еще селёдку давали, правда, ржавая, зловонная. Да ничего, советский народ не избалован, а мы тем более, привыкшие ко всякой вонючей рыбной требухе. Так что к вечеру были вполне сыты и пьяны, только сильно устали, стульев-то нет. Теперь понятно, что всё это было так и задумано. Стул, это ведь практически холодное оружие, особенно когда развалится на части от удара об чью-то голову. Поэтому в целях безопасности трудящихся стулья в подобных заведениях отсутствовали. Опять же, экономия социалистических ресурсов. Ещё один плюс: ротация клиентов происходит постоянно, самые дохлые уходили, устав бухать или стоять. Но мы оказались крепкими ребятами, не зря нас так тренировали в Рыбе. Недаром на первом курсе отмахивали по Баляева километраж на утренней зарядке, поначалу все бегали, вы же знаете.


За день очень устали, к вечеру еле ноги волокли. Да ещё каждый раз приходилось заново очередь за пивом отстаивать, чёрт бы её побрал. Под конец, совсем  измученный Славик предложил затариваться без очереди. Дескать, мы тут с утра, уже дедами стали, "Раздвинься, салажата! Рыба рулит!"

Надо сказать, предложение Славки было необдуманным, с ним такое иногда случалось. Долго думать не любил, поступал так, как взбредёт в башку именно в данный момент, но чаще всего ему везло. Возможно, как и Адольфу, ему помогало провидение, но в этот раз он ошибся.

Когда мы нагло подвалили к прилавку с левой стороны, раздались возмущённые возгласы бухого пролетариата.

- Чо за дела!?

- Эта хто такие!?

- Мужики! Да это же те самые жлобы, которые тару по полтишку толкали!

- !?

Совсем забыл: незадолго до попытки прорыва без очереди у нас  закончились деньги. Так уж случилось, курсанты народ не шибко богатый, а пить очень хотелось. Немного не хватало до полной, нормальной дозы. Тем более, что до закрытия времени ещё навалом. Ганс предложил план, который должен был повысить нашу финансовую стабильность.

Суть идеи такова: многие, чтобы сэкономить время и не стоять каждый раз в этой глупой очереди, приносили с собой трёхлитровые банки и набирали пиво в них. Глушили пивас прямо с банок, тем более, что кружек на всех не хватало, то ли их воровали, то ли они разбивались, короче, не хватало - и всё. Вот такое паскудное обстоятельство. Иногда приходилось стоять и высматривать, когда кто-нибудь напъётся уже напрочь и соберётся уходить. В этот момент, не теряя времени, надо стремглав подлететь и резко схватить эту блядскую кружку, лучше две. Ну, а если три - это уже высший пилотаж. Ганс владел этим в совершенстве. Не зря у него в аттестате по математике и геометрии были пятёрки. Он, как компьютер, держал в поле зрения десятка два опустошающихся, потенциально свободных кружек, а его мозг заранее рисовал траекторию кратчайшего пути к ним.

Под вечер толпа прёт, советские работяги хотели забыться в пивном угаре от производственных и семейных дрязг. У Гани созрела гениальная и одновременно простая мысль: заработать на этой проблеме.

Как?

Ни за что не догадаетесь. Я тоже не догадался. Предпринимательская жилка уже тогда была заметна в его характере. А всё просто: то там, то сям в зале можно было подобрать брошенные банки. Они были ничьи! Ганс вкратце изложил свою идею. Нам долго объяснять не надо, кое-где курсанты Рыбы схватывали на лету, это вам не высшая математика, тут круче. Таким образом, через небольшой промежуток времени мы стали монополистами на рынке банок этого грёбаного бара и стали предлагать их вновь прибывающим товарищам за сумасшедшие деньги. Аж по пятьдесят копеек. Их реальная цена где-то в районе 20 коп. Мужики, конечно, психовали и злились, но против науки не попрёшь. Карл Маркс ещё сто с лишним лет назад  вякнул, что "стихия рынка диктует цены". Не знаю, читал ли Славик Маркса или самостоятельно сообразил, но в наших карманах зазвенели  монеты.

Многие из товарищей затаили злобу. Нет ничего страшнее, чем пьяный обозлённый пролетарий. И вот, когда мы с кружками на правах дедов подвалили напрямую к стойке, кто-то нас узнал. Не узнать было мудрено: все были в морской форме, с одной вшивой лычкой на рукаве, а предводитель - высокий рыжий тип с белёсыми, как у свиньи, ресницами.

Ага, знакомые рожи!

Нам было предложено отвалить в конец очереди или просто в жопу. Слава страшно возмутился, стал пояснять дуракам, как они дико заблуждаются. Тут встрял Гомер, ну, и Слоняра, естественно, не молчал. Слон вообще, когда был выпивши, любил поспорить и подраться. Точно.Это дело он больше всего любил по пъянке.

В общем, завязалась шумная перепалка, недовольных становилось всё больше, дескать, надо проучить этих пидорасов, чтоб неповадно было. Слово за слово, началась бойня. Быдла было гораздо больше, если бы не туалет, в который мы отступили, несдобровать нам. Здесь оказалось много холодного оружия в виде швабр, вёдер и проссаных половых тряпок. Зашибись! Всё пошло в дело. В узком проходе двери нам было легко сдерживать натиск разбушевавшихся люмпенов. Я сразу вспомнил хитрый ход царя Леонида при Фермопилах, история повторилась, только в меньших масштабах. Два особо пронырливых гавнюка прорвались-таки в гальюн. Один ублюдок даже со шваброй в мозолистых, рабочих руках. Мы со Славкой с ними схлеснулись. Вот это было зрелище! Челубей позеленел бы от зависти.

Слон с Гомером в дверях сдерживают давление пьяной черни, а мы со Славкой внутри с этими подонками долбашимся. Валерик курсирует то к двери, то нам помогает, говорю же, подвижный парень и сообразительный. Но мужики, видать, чаще, чем мы, имели дела с различными черенками от лопат, а может, даже от кувалд. Тренируются у себя на работе, небось, каждый день, отношения выясняют по-мужски. В общем, победила зрелость. Хотя мы им тоже вломили нехило, у меня даже палка об чей-то бубен сломалась, видно, у этих мужланов башка слишком крепкая, на черепе мозоль наросла сантиметра два толщиной. Похоже, будто они падающие кирпичи на своей стройке башкой ловили.

Ганс облажался -пропустил зверский удар шваброй по зубам. Нет, его не убили, что характерно, все зубы остались целыми. Хорошие у него были зубы, надо признать. Он страшно заверещал от боли, это только в голливудских фильмах герои получают смертельные удары, а им хоть бы что. В жизни совсем не так. В жизни, сука, больно! Хлынула кровь из разбитой губы.

Русские - народ отходчивый. Увидев окровавленного пацана, толпа успокоилась и отхлынула назад. А что? Всё нормально! Башка целая, сам живой, а дырка зарастёт. Инцидент был исчерпан. Какой-то сердобольный мужичок даже дал ему платочек, весь в засохших соплях, самаритянин, твою мать. И на том спасибо. Слону с Гомером неслабо досталось на орехи, репы у них были поцарапанные и в синяках. Я тоже получил несколько ударов по кумполу, но жизненно важные органы задеты не были, кости целы, мозги не расплескались, а значит, всё отлично. Только настроение уже не то.

Пива сразу расхотелось, да и в общагу пора, темнеет.

Грустные возвращались домой, обсуждая происшедшее. Никто Славку не попрекал и не винил, всего предусмотреть невозможно. Великие тоже ошибались, вон, Адольф - полмира просрал! А Наполеон!?

Уже на Баляева, переполненые впечатлениями, не заметили приближения дежурного офицера. Он издалека приметил громко галдящую группу курсантов с разбитыми мордами, и явно в нетрезвом виде. Отсекаться было поздно, да и глупо. Всё равно завтра, на построении, все увидели бы наши опухшие репы.

На следующий день все мы получили от Субботина по пять нарядов, а музыкантов хреновых из музвзвода попёрли. Вот тебе на! Отпраздновали, бля!


29 Я был в сознании.

Господа! Куча извинений! Говорю же, память у меня дерьмо! На самом деле с нами был ещё Славка Филиппов. Царство ему небесное, умер в Питере ещё в середине восьмидесятых. Причину не знаю. Когда я нашёл его адрес, в тогда ещё Ленинграде, через обычное адресное бюро, за тридцать копеек (вы сможете сейчас так сделать?) и мне сообщили, что он умер, я чуть ли не впал в кому.

Ну, если уж такие люди умирают, то как тогда дальше жить на свете? Нечасто приходится терять лепших корешей. Я шёл к нему в гости с порядочным флаконом алкоголя, чтобы отметить встречу, а тут сообщают такое! Сейчас уже привык к этому, умерли многие. И ведь что странно: умирают лучшие, а всякая мразь продолжает жить, как ни в чём не бывало, да ещё странным образом оказывается в мягких креслах большого белого дома на Краснопресненской набережной.

У этого Славки была странная привычка для взрослого парня - он постоянно сосал большой палец правой руки, буквально не вытаскивал изо рта. Подушечкой пальца как бы касался передней части нёба и передних зубов. За долгие годы он так ловко научился это делать, что посторонний человек не обратил бы внимания. Со стороны казалось: мужик просто сосредоточенно думает, глубокомысленно почёсывая нос.

Начал он ещё в сопливом детстве, и его никто не остановил вовремя. Вследствие многолетнего воздействия изнутри на верхнюю челюсть она деформировалась, изрядно вытянулась вперёд. Помните Компрачикосов? Они умышленно деформировали младенцев, помещая их в клетки и выращивая их в этих дико стеснённых условиях. Естественно, в тесноте вырастали ужасные, покорёженые создания, которых затем выгодно продавали в цирки. Ещё и лица им ножами чикали, что-то вроде пластики наоборот, таким вообще цены не было.

Из-за этой вытянутой челюсти он получил прозвище Крокодил. Действительно, смахивал на крокодила, но был нормальный кент.

Однажды пригласил нас к себе в гости. У его родителей была квартира на Второй речке, отец был военный моряк, и в тот момент находился в походе. К тому времени мы уже отвыкли от настоящей чистоты и комфорта родительских домов, и как обезумевшие, голодные шакалы накинулись на содержимое холодильника, и вообще всей квартиры. Крокодил только благодушно усмехался, безмятежно посасывая большой палец. Корешь был что надо! Достали папашины запасы спирта, у военных моряков такого дерьма всегда навалом, и выжрали всю эту хренотень, закусывая  вяленой рыбой, похожей на тараньку, почему-то закатанной в металлические банки наподобие консервов.

Под конец пъянки Крокодил обрадовал нас, сообщив, что это ещё не вся программа вечеринки: в гараже стоит папина машина, и ждёт не дождётся, когда мы промчимся на ней с ветерком по ночному Владику. Своей речью он произвёл фурор. Собрались мы очень быстро, и через десять минут ракета, набитая пьяными в сиську нами, неслась по проспекту 100 лет Владивостоку в направлении набережной. Всё же, какими бы мы не были дебилами, победило благоразумие: в центре слишком много ментуры, есть риск спалиться, поэтому решили просто погонять по близлежащим улицам и проспекту. Покатались неплохо, пожаловаться не могу. Я лично выжал из этой тачки всё дерьмо, возможное и невозможное! Сколько сбили бабушек - даже не считал, штиблеты только успевали отлетать.

Что? Поверили?

Ладно! Насчёт штиблет я преувеличил, бабушки по дороге не попались, а так бы с удовольствием проверил их на прочность.

Вот только Слон отрубился на заднем сиденье, и мы, следуя законам моря, постеснялись его беспокоить. Всё по правилам, пожара-то нет! Проспал парнишка всё самое интересное. Мы уже было решили закончить ралли, когда он очнулся и в грубой форме потребовал сатисфакции.

- Что за херня, пацаны? Почему меня не разбудили? Дайте порулить!

И он был прав - это непорядочно.

- Садись, братуха, покажи умение.

А какое там умение? Среди нас только я нормально водил, сохранилась Кировская сноровка, да Крокодил финтил нехило, не вытаскивая палец изо рта.

Показали Витальке, где что нажимать, да он и сам не дурак. Двадцать первый век на дворе, учимся на инженеров, самобеглая коляска существует уже сто лет, ничего сложного, педаль - ехать, педаль - тормоз.

- Давай, Слоняра, не томи! Жми гашетку!

Ну и даванул Виталик, не приведи господи. Это был какой-то кошмарный полёт над гнездом безумной кукушки.

Твою маму! Когда он выскочил на проспект, я перекрестился, хотя помнил, что бога нет. Все уже сто раз пожалели, что этот дебилоид вообще проснулся, гоночки "наскар" покажутся баловством по сравнению с тем, что он вытворял. Мальчишки мгновенно протрезвели, в этот момент очень хотелось ещё маленько пожить. Ручонками судорожно цеплялись за всё что можно, чтобы на очередном повороте не выпасть в окно. Всей толпой мы дико вопели, требовали прекратить безумство по-хорошему. Но Виталька, несмотря на свою неказистую внешность, оказался парень с характером. В принципе, всё было бы нормально, он уже направлялся домой, когда на одном из поворотов удача всё-таки изменила ему - болид занесло. Я видел, как быстро приближался этот столб по правому борту.

Раздался страшный грохот!

И тишина!

И темнота!

Я здорово стукнулся башкой об дверь, но был в сознании. Оглядевшись, увидел, что все остальные тоже вроде как живы.

"А может быть мы уже на том свете?"

Если так, то тоже неплохо, быстро и без боли. Ведь пугает что? Боль. Смерть сама по себе не страшна. Наоборот, это избавление от всех земных проблем. Вроде как сон. Ты просто спишь, вечно спишь. Страшно и больно, когда тебе в задницу втыкают деревянный кол, как моему любимому Томмазо Кампанелла. Больно и страшно, когда тебя приколачивают здоровенными гвоздями к кресту, ни за что ни про что, хотя только и делал всю жизнь, что кормил этих дураков хлебами да излечивал их от болезней, причём бесплатно.

"Приехали!" - прохрипел Юрий Алексеевич, то есть я, кое-как выбираясь из безнадёжно испорченного автомобиля.

При осмотре повреждений выяснилось, что тачка в принципе на ходу, двигатель работает, но на правом боку очень качественно отпечатался этот поганый столб. Даже слишком качественно. А на крыше вмятина от упавшей сверху железяки.

Покатались, твою мать! И что теперь Крокодил скажет папе?

А как вы хотели? Нехер лезть за руль в нетрезвом виде. Хорошо, что Слону попался столб, а не бабушка в разношенных штиблетах.

Жигули мы аккуратненько закатили в гараж. Может быть, папик не заметит, вмятина-то справа, а руль слева. Может быть, пронесёт. Сейчас, когда опасность миновала, мы снова стали пьяными, мозги варили плоховато.

А вообще, я вам скажу, это дело житейское. Папа сам виноват: бухла оставил полную квартиру, ключи бросил на самом видном месте, надо же соображать. Осталось теперь Крокодилу только палец сосать, и ждать возвращения папаши из большого похода. Главное, что все живы здоровы. Могло быть и хуже.


30 Рыба гниёт с головы.

На Баляева, чуть выше корпусов Дальрыбвтуза, стоят несколько девятиэтажек, их построили незадолго до нашего поступления в Рыбу. Так вот, к моему удивлению, на склоне сопочки, на которой стоят эти дома, я однажды обнаружил маленькие кустики каннабиса. Выходит, что конопля в те времена росла во Владике повсеместно. На неё просто никто не обращал внимания, трава как трава, обыкновенные сорняки. Немногие в то время знали о её свойствах, думали, что это где-то там далеко, в Америке или какой-нибудь капиталистической Мексике плохие дядьки выращивают дурман-траву. А вот и нет! Вот же она, растёт прямо под ногами. Было бы глупо не нарвать её листиков, посушить на солнышке и попробовать, какова она на вкус. Это и было сделано. Не фонтан. Почти не торкает. Условия её произрастания неважнецкие, почва - говно, голимая глина с камнями, туалетов и помоек, как на Эгершельде, и близко нет. Но ничего... употреблять можно.

Итак, живём мы, поживаем. Нас научили шагать строем. И как только мы ещё успевали учиться, ни хрена не пойму? В сентябре - колхоз. Октябрь - шагистика на плацу, блин. Цельный месяц вынакивались на площадке  перед главным  корпусом, протирали свои говнодавы до дыр. Ведь впереди великий, сука, праздник - годовщина, блин, грёбаной революции. Надо не оплошать, промаршировать как полагается на главной площади города. Да только шагистика эта не помогла ни хрена.

Седьмого ноября, пока мы добирались до центра, чтобы удивить городское руководство своими оухительными способностями шагать строем, почти все успели усугубить алкоголя. Проще говоря, курсанты Рыбы, как всегда, обосрались. В честь великого праздника нажрались по дороге на площадь Борцов Революции. Выпивали сначала, чтобы согреться, было прохладно, это правда. Потом, когда уже масть пошла, выпивали просто так, и, конечно, за годовщину великой революции, а некоторые, совсем несознательные, ещё и конопли шмальнули по чуть-чуть.

В общем, когда потребовалось пройти по площади красивым строем, ничего не получилось. Нет, ну мы, конечно, старались. Мы же не дураки. Но, сами понимаете, координация движений уже не та. Короче, прошагали мимо этих трибун кое-как, кто в лес, кто по дрова. Проплелись, как куча баранов, бллин. А там партийное руководство края и, страшно подумать, глава тихоокеанского флота, адмирал Маслов собственной персоной. Стоял, какой-то подозрительно осоловевший, с красным лицом.

Наш Строгов был в шоке от увиденного, он был вне себя. По правде говоря, он и сам был пьян как сапожник с самого утра, говорю же, он всегда был выпивши, а в тот день особенно нетрезв.

А как ты хотел, браток? Рыба, как известно, гниёт с головы.


31 Жёлтое сердечко.

С Оленькой, конечно, продолжал переписываться. Любовь-морковь, это вам не тяп-ляп. Поддерживать отношения было чертовски сложно, с учётом того, что нас постоянно чем-то загружали. Если не строевые занятия, так наряды. Если не наряды, так ямы какие нибудь копали. Да и учиться надо было успевать. Видно, из-за этого стал меньше уделять внимания своей девушке, а она в другом городе находится. Понятно, что место пустым не бывает. У девушек в таком возрасте, наверно, чешется всё в районе промежности. У всех свои проблемы, у мальчиков кипит, у девочек чешется.

Короче, какой-то уссурийский тигр не растерялся и умудрился уболтать ничейную девушку, ему-то, сука, было ближе и проще. Короче говоря, однажды я получаю письмо, в котором она мне объявила полный отлуп. Вот так легко и просто, девушки выбрасывают любовь, как старое пальто. Я очень сильно переживал. Я не верил, что такое возможно. Я написал слезливое письмецо в ответ с дикой просьбой не бросать меня, пожалеть меня, ведь у нас всё было так замечательно. Но всё напрасно, вы ведь знаете женщин - если что решат, так это железно.

Даже съездил к ней в Уссурийск. Помню, был жуткий мороз, а я поехал в тоненькой японской курточке на синтепоне, фирмы "Чори". Под ней провонявшая фланка, и больше ничего. Слонялся возле её дома в темноте по страшенному морозу, в тот момент мне хотелось просто умереть. Любовь умерла, так нахер теперь жить! Ради чего? Караулил её у подъезда, готовил речь, которая должна была убедить её вернуться обратно. Помню, отливал за углом, окоченевшими пальцами доставал из штанин окоченевший  хуй, и рисовал струёй на снегу жёлтое сердечко.

Сквозь ледяной воздух моча летела окутанная паром. Когда она долетела до земли, я вспомнил эту дурацкую байку о том, что если поссать в Антарктиде, то, якобы, до земли долетят уже сосульки. Я в это искренне верил. Все в это верили. Значит, здесь, в Уссурийске, не так уж холодно, раз моя жёлтая моча как ни в чём не бывало падает на снег в жидком виде.

Заходил в подъезд, чтобы хоть чуть-чуть согреться. Поднимался украдкой к её квартире. Я не помнил номер квартиры, но, используя метод  дедукции, вычислил-таки, где она жила. Там на стене у двери было нацарапано что-то про неё. Наверно, этот долбоёб изъяснялся в своих чувствах таким способом. Я вспоминал, как нам было хорошо вместе, всего лишь месяц назад, когда мы, сговорившись, вместе приехали в Находку на Новый год. У какой-то подружки мы шикарно отпраздновали этот 1978 год. Шикарно и дико! Дико, потому что вся толпа, которая там собралась, ещё толком не умела правильно выпивать, и, конечно, все пережрали водяры вперемешку с шампанским. Естественно, в итоге получилось не очень красиво.

К моменту встречи Нового года как такового, я уже ни черта не соображал. Утром было жалко смотреть на квартиру, все лежали вповалку, убитые алкоголем. Ночью, видимо, когда всем стало плохо, многие блевали прямо в ванну, она, естественно, засорилась. Потом, наверно, наливали воду или полоскали облеванную морду. Ванна была заполнена водой, а сверху плавал толстый слой блевотины. Так положено по законам физики. Там ведь жир и всё такое. Про воду я уже потом догадался, а вначале очень сильно удивился: "Как это возможно наблевать полную ванну?"

Потом мы до упаду целовались в квартире и на улице. Секса и тогда тоже не было. Хотелось, но негде было, да и стеснительный я был как чёрт. Нам и без секса было хорошо. И вот теперь - на тебе! Девушка меня покинула. Подозреваю, что этот уссурийский чмырь умудрился ей засунуть между ног. Ну, а когда такое случилось, понятно, что я был тут же забыт.

Не буду вас мытарить, она не вернулась. Ей открылся волшебный мир ебли, куда мне тягаться, с моими детскими поцелуйчиками, там всё серьёзно. Оклематься мне здорово помогла книжка Владимира Леви. В ней о том, как убедить самого себя в чём угодно. Чрезвычайно полезная книженция, с её  помощью я научился менять у себя температуру тела, немного, конечно. Научился убеждать себя в чём угодно, например, разлюбить кого-нибудь. Можно убедить себя, что всё нормально, и нет проблем. Теперь вся эта паскудная эпопея с терроризмом Субботина стала мне до лампочки. Можно, находясь в самой говённой ситуации, помочь себе жить. Потом всё это очень пригодилось мне по жизни. Вы ведь знаете, какой жопой иногда поворачивается к вам фортуна. Многие ломаются, сильно нервничают, сходят с ума. Это потому, что не читали умных книжек этого мужика со странной фамилией, а тут ещё подоспел великий Монтень с его опытами. После этого мне стало вообще насрать на всяческие неурядицы. "Чем хуже - тем лучше", - говаривал великий Мао, - "Значит, так надо".

Любовь, к сожалению, а может быть, к счастью, штука эфемерная. Она вроде бы есть... А вроде бы её  нет. Может быть, только кажется, что она есть. Ведь никто пока что не дал точной формулировки, что это такое. Считается, что где-то на свете бродит твоя вторая половинка, которую нужно найти, разыскать и всё будет замечательно.

Ой, как страшно! Прямо мурашки по коже. Выходит, всего лишь один человек из пяти миллиардов может устроить ваше счастливое будущее.

Хочу вас успокоить, ребята - этих половинок, потенциальных половинок, у каждого ровно миллион. Вы каждый день проходите мимо сотни изумительных девочек, с которыми вполне могли бы счастливо прожить до гробовой доски. Вся беда в том, что только десять процентов людей в принципе пригодны к семейной жизни. Человек - существо глупое, неуживчивое, эгоистическое, злопамятное и прочий, прочий кал. И поэтому подавляющее большинство людей любят только самих себя, а для отношений это погибель. Вокруг столько соблазнов, столько всего хочется успеть попробовать, да и телевидение грёбаное, давит на мозг. Там всё так шикарно: автомобили, яхты, виллы и всё остальное. Народишко просто сходит с ума, особенно молодёжь с её неокрепшим мозгом.

Был бы президентом, заставил бы в школе преподавать психологию отношений, и в частности семейных отношений. Двигают школьникам всякую ненужную шнягу, которая никогда не пригодится в жизни, а о том, что необходимо, молчок. А ведь всё просто: поскольку все любят себя, надо просто уважительно относиться к оппоненту или партнёру, каким бы скотом он вам не казался. Надо только, чтобы все выполнили данное условие. К сожалению, это невозможно, каждый гребёт под себя и думает, что самый хитрый. Хитрость, шитая белыми нитками, окружающие всё видят, делают выводы, и однажды вы услышите очень интересные и неприятные вещи о себе.


32 Каблуки "а-ля Дип Папл".

Многие повылетали из бурсы, даже не дожив до первой сессии. Некоторые в силу своей тупости, ну не лезут в башку эти математические премудрости. Некоторые из-за хронической лени и распидзяйства. Я тоже ленив, ну и что? Зато я читал Леви и легко мог себя убедить, что мне это необходимо, кровь из носа. Это моё будущее, подготовка к  великому прорыву. Каждодневные доябывания Субы, всего лишь проверка меня на прочность. Я ведь тоже эгоист, и мне приятно было сознавать, что этому ублюдку со мной ничего не сделать, так как я сильнее его. Пусть себе тешится, сэта!

Свободного времени оставалось не так уж много, и поэтому его надо было максимально насытить развлечениями, чтобы совсем не отупеть от всей этой бурсацкой хреноты. Ну, а какие развлечения могут быть в коммунистической, тоталитарной стране? Слово то какое гадкое. Тогда мы были не в курсе, что пребываем в тоталитаризме, какие бы мы ни были пъяницы и дебилы, мы, прежде всего, были дети своего времени. В окончательной победе коммунизма никто не сомневался.

Развлечения были простейшие, поскольку стипендия была крайне скудна, всего 13 рублей, то приходилось изворачиваться, чтобы порадовать себя хоть как-нибудь. Ну, а какое развлечение можно поиметь за такие микроскопические бабки? Правильно! Выпивка. Кинотеатры тоже иногда посещали, но, по большей части, там показывали всякий шлак. Хороших фильмов было крайне мало.

Театр? Скукота скукот.

Цирк? Там одно и то же: "Гляди, как вертится, нахал!"

А так, стаканчик портвейна жахнул и понеслась. Какое-нибудь, да приключение случится. Однажды, вот так жахнули по чуть-чуть и пошли в город. Ну, что? Куда идём? Фил припомнил старую знакомую из политена, того самого, в котором учился мой непутёвый папа.

Решено, шагаем в общагу политена. Изначально никогда никаких планов не было, всё получалось спонтанно, куда глаза глядят и куда кривая вывезет. Пришли на место. Как всегда - проход закрыт, сидят на ресепшене толстые старые тётки и не пускают гарных хлопцев к не менее гарным дивчинам. Хоть кол на голове теши, никакие доводы на них не действуют. Эти старые шмары, наверно, представляли в своём закостеневшем мозгу, как мы сразу скинем с себя вонючее шмотьё и накинемся на бедных девчушек со своими твердокаменными мудями. В принципе, не отказались бы от такого развития событий, но не факт, что девчушки окажутся настолько покладистыми и, предпочтут изготовлению шпаргалок дикое совокупление с компанией подвыпивших, но симпатичных курсантов Дальрыбвтуза.

Кстати нетрезвые курсанты Рыбы чрезвычайно находчивы, заходить в здание через главный вход считалось не очень романтично, поэтому чаще всего просто залезали через балкон второго этажа. Когда администрации надоел этот беспредел, они внаглую обрубили все балконы на втором этаже по периметру здания. Капец! Этот дурной пример оказался заразительным, на многих общагах города были ликвидированы балконы второго этажа. Не поймите это как хвастовство, вот, мол, какой я опупенный самец-осеменитель, но пару раз участвовал в таких прорывах через балкон. В трезвом виде, естественно, лезть не интересно, но как только трахнем грамм по двести, становимся прямо человеки-пауки!

Балконы и здесь были естественно обрублены, поэтому мы присели на диванчике в холле, чинно, благородно. Совещаемся, а сами поглядываем за старушками, вдруг да зазеваются, сучки, и мы сможем незаметно проскользнуть. Рядом на стене висит телефон, тогда было всё просто - бросаешь в щёлочку две копейки, и пидзи хоть сутки. Не то, что сейчас: вякнул пару слов - червонца нет.

Вдруг в фойе, где мы обретались на диване грустные, вышла девушка, студентка, и стала звонить по этому, настенному телефону. Мы рядом... всё слышно. Прислушавшись, переглянулись - интересный сюжет вырисовывается.

Она звонит некоему Саше и сообщает, что нашла бумажник с его документами. Предлагает прийти и забрать его в комнате номер 22.

Студенческий билет, штука необходимая для студента. По нему можно пройти в общагу, книжки взять в библиотеке, стипендию получить, и прочая, нужная чепуха. Без студбилета не прожить и дня. Нам его сраный билетишко нафиг не нужен, но дело в том, что она упомянула ещё и двадцать пять рублей, находящиеся там же. Вот это уже интересно: на эти деньги тогда можно было посидеть в кафе всем нам. То, что мы жахнули, выходя в город, уже почти выветрилось, а в трезвом виде приключения маловероятны.

Короче, мы решили не дожидаться прихода этого мифического Саши, и самим наведаться за кошельком. Вроде как всё справедливо - он ведь его потерял, на всё воля божья.  Не знаю почему, но этим казачком засланным должен был быть ваш отчаянный сочинитель. Может быть, потому, что я был одет по гражданке, а может, то, что выглядел как-то по-особенному. Не помню, но за портмоне отправили именно меня. Помню, что особо не волновался, как будто всё это моё, в самом деле.

Девочка предупредила старух, что придёт парень, надо его пропустить. Деталей совсем не помню. Как я убедил бабушек, что я тот самый Сашок, не могу объяснить, но вот я стою перед дверью с цифрами 22. Вежливо стучу, культурно захожу. Девчонки рады, улыбаются, как будто я из Америки приехал. Сидят, тортик с чаем наворачивают. Надо же, почему женский пол так обожает тортики? Наверно, потому же, почему мужской пол предпочитает пиво. Эх, такие хорошие девчонки, сисястенькие все! Столько добра пропадает! А там, внизу, мальчишки страдают без женского тепла. Говорю же, этих пресловутых половинок ровно миллион.

- Так это вы Саша?

- Какие могут быть сомненья? Я даже лучше! - подумал про себя, а вслух скромно так: - Да! Саша, это я.

Девчонки ещё больше обрадовались; присаживайтесь, мол, Александр, тортика отведайте. Я бы с удовольствием, девчонки такие замечательные, тортик тоже, но подумал, что операцию лучше не затягивать. Мало ли, этот хмырь заявится. Я им там чего-то наговорил, типа надо к сессии готовиться и всё такое. В общем, отдали они мне гомонок, а я пообещал, что как только сдам экзамен, обязательно загляну на огонёк со своим тортиком. В принципе, конечно, не прочь был заглянуть, но после того, что произошло дальше, лучше мне туда не соваться.

Иду к двери. Вдруг "тук-тук", вдвигается парень. Ростом повыше моего, и в плечах поширше. Капец! Кажется, я попал! Слава богу, тут же завертелись колёсики в голове, включился автопилот. Так уж я устроен. Не стал противиться, шмыгнул мимо него, и к лестнице. Понимал, что у меня в запасе секунд десять-пятнадцать. Пока там они здороваться будут, то да сё... Потом девчонки поймут, что я Лжесаша, и спалят меня этому амбалу. Когда  летел по лестнице, услышал топот Сашиных копыт по коридору. Прибавил газу, но тут на повороте, как-то неудачно ступив, оторвал каблук. Это были те самые знаменитые каблуки, а-ля Дип Папл, которые мы приклеивали к форменным ботинкам, чтобы соответствовать требованиям моды. Я тоже себе такие сделал. Проклятье!!! Как теперь без каблука?

Пришлось притормозить и, с потерей нескольких драгоценных секунд, схватить злополучный, но родной каблук и ломануться дальше.

Товарищи мои тоже переволновались. Когда увидели этого типа, поняли, что ситуация может стать неуправляемой, но услышав топот бегущего меня, сгруппировались у выхода, чтобы без задержки раствориться в вечернем тумане знаменитого города-порта. И мы растворились. Лопатник оставили тут же, на скамеечке. А четвертаку нашли шикарное применение - два "огнетушителя" были опрокинуты недалеко от памятника красноармейцу. Сразу стало так хорошо! Площадь заиграла красками!

Огнетушителями мы называли вино "Агдам" в бутылях 0,7 литра из-под шампанского. Стоил такой флакон три рубля пятьдесят копеек или около того, винишко, хоть и мерзкое на вкус, зато после него чувствуешь себя человеком.

Санёк, наверно, после этого был очень зол, а девчонки получили хороший жизненный урок: не все симпатичные с виду мальчишки добропорядочны, некоторые из них очень даже гадки. В данном случае гадёнышем оказался я, ваш откровенный повествователь и друг.


33 Оранжевая коробочка.

Однажды  нарисовал червонец. В смысле, десять советских рублей. Красная такая купюра. Начирикал цветным карандашом, очень быстро, особо не старался. Если держать в руках, конечно, фуфло полное, видно, что накалякано абы как, но если свернуть и бросить на пол, от настоящей не отличить. Ходили по роте, баловались с этой десяткой, как дебилы. Один раз даже попросили Шурика Трофимова разменять её. Бедняга, особо не приглядываясь, поменял нормальными, настоящими деньгами. О! Сколько было радости, как мы весело ржали. Шурик обиделся, он часто обижался. В конце концов мы наигрались, и я забыл про неё.

Один из вечеров коротаем в кафе "Аэлита". Было тогда такое в районе вокзала. Внутри темень, что называется выколи глаз, только шар с зеркальцами крутится под потолком, зайчики от него бегают по стенам. Как раз в то время появилась мода на такие шары. Накурено страшно, вентиляции никакой, никто и не догадывался, что её можно сделать. Все курят одну за одной, просто смог какой-то. Сидим, беседуем чинно о том о сём. Тут Ганс нарисовался, какой-то весь возбуждённый, радостный. Что случилось, Славик? Оказывается, он раздобыл где-то казахстанского гашиша. Вообще Славик был горазд на доставание этой отравы. Я хоть и покуривал за компанию время от времени, как-то не зацикливался на этом говне. Есть - курну, нет - да и хрен с ним. Короче, любитель был, дилетант сраный.

А у Славика всё серьёзно. Он хоть и пристрастился к этому зелью позже, чем я, но погряз капитально. Ну очень любил это дело, даже больше, чем пиво. Вообще, любил всё, что способно было одурманить мозг. Но пиво - это его первая любовь.

Так вот, достаёт он эту травку и под столом, незаметно так, затаривает в беломорину. Ну, затаривает и затаривает, кого ты этим удивишь? Думаю, сделает косячок, выйдем на улицу, дунем. Но я тогда ещё плохо знал Славика, знаете такое выражение: "Тормоза придумали трусы". Так вот, Ганс не из них, он берёт огниво и спокойненько прикуривает.

-Да ты чо, дурак? Нас счас спалят здесь, - шепчу я ему, обалдевший.

-Всё нормально Бэр! Здесь никто не врубается!

Ну бллин, Ганс! Да тут, вот именно, в этой чёртовой Аэлите, очень даже врубались все. Хоть здесь табачный дым коромыслом стоит, запах марихуаны перешибает все на свете запахи. Это такая  хрень - можно учуять за километр, не говоря уж про закрытое помещение. Короче, с ним спорить было бесполезно, пришлось пыхать прямо тут. Умел Славик убеждать, это чистая правда.

Нет, ну конечно, сразу стало хорошо, за это ему спасибо, но нельзя же так подставлять товарищей из-за того, что лень поднять собственную жопу. Правда, он был очень везучий, и всегда все его безумства заканчивались благополучно. Другой бы впух миллион раз, а со Славика как с гуся вода, вот уж действительно Гусь.

Сидим, наслаждаемся бытиём, общением. А под кайфом общение класс... ну, в общем, сами знаете. С деньгами только хреново, как всегда. Тут я нащупал в кармане купюру. Ничего себе, как это я мог забыть про деньги? Надо же! Достаю. Да ну... Дерьмо это, карандашом нарисованное. Но Ганя, как только увидел чирик, сразу зажёгся не на шутку. Собрался уже, небось, бежать за бухаловкой, но я огорчил: - Это же моя самопальная десятка, что, не узнал?

- Какая разница? Давай! Я разберусь!

- Не гони! Повяжут сразу же!

Но вы уже поняли, каков Ганс: упёрся рогом, дай ему монеты и всё, типа, всё будет нормуль. Вот дурак, у него всегда "всё будет нормально". Хотя, вполне вероятно, что у Славика пролезла бы такая безумная идея, как расплата фальшивой купюрой, но я не хотел на несколько лет потерять такого прекрасного друга и, смалодушничав, а может быть струсив, всё-таки не отдал ему бумажку.

Зато мы придумали кое-что получше. Я, небрежно пройдя по залу, "нечаянно" уронил купюру на танцполе, и она лежит там себе, среди танцующих. Славка сидит, психует, сколько всего можно было накупить. Сидим, ждём, что будет дальше. А знакомых много, кто-то кому-то сказал, и уже ползала сидят и пялятся, что же будет дальше? Тут одна девчонка заметила фантик, толкает подружку локтем. Опа-на! А денежка слегка в стороне, девчушки в замысловатом танце приближаются к ней.

Музыка почти на исходе, скоро закончится, и все разойдутся по углам. Надо что-то решать,  потом будет поздно. Наконец одна из них, самая нетерпеливая, хвать фантик - и вон. Там в коридоре был еще один бар, типа импровизированого ларька, сигареты и всякая фигня. Видимо, как раз туда и рванули подружки.

Как-то не очень интересно получилось, в самом деле просрали купюру. Аж жалко стало, лучше бы себе на память оставил. Сидим, скучаем.

Через некоторое время девахи заваливают обратно и в сопровождении, блин, ментов. Ого! Вот это совсем другое дело, неплохой сюжет! Смотрим дальше: бабёнки зарёванные, видно, менты уже произвели разьяснительную работу. Размазывают тушь по лицу, чего-то поясняют, тыкают пальцем в пол, вот, мол, здесь нашли.

А кто его знает, нашли или не нашли. Поди разберись, может быть, сами напечатали, может быть, тут целая банда. Короче, вечер у шлюшонок был испорчен, по-любому их сейчас поволокут в участок, тот самый, в котором ваш рассказчик сам чуть было не обосрался со страху не так давно. Девочки, эти нежные создания, уж точно в трусики навалят. А вот будет теперь наука, не бери чужого, спроси вежливо: - А кто потерял, господа, товарищи? Денежка чья это?


Если никто не откликнется, тогда забирай на законном основании, хоть миллион долларов. Вот такие дела. Увели бабёнок, оухевших напрочь, плачущих навзрыд. Может быть, даже в этом сраном участке ещё и пидзюлями их угостили. От ментов всего можно ожидать.


А совсем недавно в нашей общаге обворовали склад в цокольном этаже. Мы даже удивились - это какому-такому болвану понадобилось обворовывать склад с курсантским дерьмовым обмундированием. Так вот, оказывается, всё не так просто: на этом складе хранились также медицинские препараты на случай ядерной войны. Круто! В те времена все были помешаны на ядерке. Подземные бункеры были нарыты по всему городу. Повсеместно плакаты висели с жуткими картинками ядерного взрыва. Короче, власти пугали народ по полной, чтобы особо не расслаблялись насчёт америкашек. Да, мол, шмотки у них, конечно, пидзатые и фильмы неплохие, но всё это для отвода глаз, на самом деле эти педики нападение готовят на матушку нашу. Да не простое! Ядерное!

Ну вот, и среди тельняшек и говнодавов, там хранились противогазы, ещё какая-то хренота, и, главное, такая оранжевая коробочка с обезболивающим шприцом  на основе героина. Кто бы знал! Мы и понятия не имели. Наверно, старшекурсники бомбанули этот дурацкий склад, или те, кто уже закончил учёбу. А может быть, менты сами постарались, это ж такой козлячий народишко, боже упаси. Стали нас после этого тягать в ближайшую дежурную часть. Что да как. А где ты был? А кто твои корефаны? И всякий такой ментовский кал. У меня рыло-то в пушку, грешил каннабисом, что там скрывать? Но здесь я совсем не при чём, ни ухом ни рылом. Но у этих гавнюков технология выбивания признаний отработана, их, наверно, этому дерьму учат в ихних сраных учебных заведениях. Тут, блин, все отличники учёбы собрались. "Мы всё знаем, - говорят, - Это ты, сука, всё замутил. Сдали тебя твои дружки - наркоманы".

Думаю; неужели Славка там чего лишнего сболтнул... или Фил. Да нее! Не может быть. На пушку берут, твари. Надо сидеть спокойно. Хрен вам!


Давили сначала на психику, кричали чего-то, кулаки свои под нос совали. Сижу спокойно, без всякого. "Не бомбил никаких складов, да и героин мне нахрен не нужен. Я что, враг своему здоровью, что ли? Читал про это говно, в курсе. Вот каннабис - это да". Не вслух, конечно, Про себя сижу, думаю.


Вдруг - тресь мне под дых, и давай всей кодлой  метелить. Ёпэрэсэтэ! Не ожидал такой подлости. Честно! Лежу теперь на полу, думаю: "Вскочить и отхуюжить их всех? Да не получится, на самбо всего-то раза два сходил. Зато бегаю быстро, но это вряд ли поможет. По-любому их научили, как правильно арестантов пидзить". По правде сказать, били не очень сильно, а по лицу даже ни разу не стукнули. Я догадался - это чтобы следов не оставить, в то время менты всё-таки поскромнее нынешних были. Короче, отъебошили они меня и успокоились. Даже подобрели: ты, мол, пацан, не переживай, работа у нас такая, что поделаешь, надо же кому-то. Подняли с пола, отряхнули, нормальные хлопцы оказались, и отпустили меня восвояси. Рёбра поболели, конечно, с недельку, а так ничего.

Выяснилось, что из наших понемногу все получили, но вызывали не всех, конкретных человек десять. Позже всё стало ясно, Суба нас порекомендовал, чувствовал, сучёныш, что-то. Или кто-то нас ему сдавал, поди разберись в этой запутанной жизни.


Так вот и думаю, всё-таки тогда девчонкам перепало по рёбрам. Точно перепало! Для профилактики! Надо же, в самом деле, разобраться, что за умник такой десятки рисует. Н-на ей по харе!

- Говори, блля...

Тресь по бубну! - Колись, сучка...

Ну, и прочее в таком же духе.


Да ладно! Вся жизнь впереди. Много ещё тумаков по бубну прилетит: от знакомых, от незнакомых. От подружек. От мужа.

Оо-о! От мужа обязательно! А потому, что не манди лишнего. Грешат этим делом девчонки, обзывают супруга почём зря. Алкоголик, мол... Лентяй, мол. Дурак и всё такое. У него тоже гордость есть, и нервы не железные. Ну как ещё супругу переубедить в обратном? По бубну ей... Ннна!!! Получай! И порядок - любовь навек.

Бывает такое, чего там скрывать.


Денег нам постоянно не хватало. Да всего не хватало! Сна не хватало. Жратвы не хватало. Бабёнок не хватало. А бабёнок хотелось, ох как хотелось! Дерьма зато хватало. Ага! Дерьма было навалом. Ну, вы понимаете, что я имею в виду. Раша, мать её.


34 Пуговки.

Кое-как дотянули до весны. Уйма народища сгинула. Четверть, а может быть, даже треть, не выдержали, бедняги, наплыва дерьма. Дома мамка пончиками сахарными потчевала, а тут Субботин навозом угощал сполна. Да и не один Суба, дохера желающих было говенца накинуть. Вот и не выдерживал народ, косяками отчислялись.

Одноклассники мои тоже не потянули всего этого кошмара. Новосёла выгнали потому, что он  был хронический размандяй. А ещё его тянуло к мотоциклам, он же рокер! А в бурсе такое невозможно. Отчалил сразу после Нового года в Находку к своему любезному байку.

Митьку сломала математика, числовые ряды оказались ему не по зубам. Вот вам выдержка из Википедии: Числовой ряд - это числовая последовательность, рассматриваемая вместе с другой последовательностью, которая называется последовательностью частичных сумм (ряда).

Вы что-нибудь поняли? Вот и я ни черта не понял. Очень сильно смахивает на бред больного амнезией. Митька подумал: Если уж на первом курсе такой ужас, что будет дальше? Кстати, я и сам так подумал, но я терпеливый мальчуган. Терпеливый и, даже где то упёртый. Решил для себя: "Я буду не я, если не разберусь, бля, с этими йобаными числовыми рядами". Но Митька был не такой упрямый, поэтому предпочёл всё бросить, и свалил домой.

Справедливости ради надо сказать, что на втором курсе стало гораздо легче. Хотя, возможно, это только кажется. Может быть, просто выработался иммунитет к дерьму, кожа стала толще. Но, как бы то ни было, первый курс успешно закончен. Относительно успешно; по химии и физике мне пришлось пересдавать экзамены. С химией были совсем хреновые отношения, мозги мои несуразные отказывались понимать эти чёртовы, химические расколбасы. Почти весь наш кубрик остался пересдавать различные предметы. Мы были размандяи, это точно. Целый кубрик размандяев. Только один Ганс сдал экзамены вовремя, в то время у него мозги ещё хорошо работали.

Некоторое время Слон, Забор и я пожили в общаге, сдавая хвосты. Я там от нехер делать развёл  небольшой зоопарк: принёс котёнка, совсем маленького, несмышлёного. Всегда испытывал к кошкам какую-то тягу, особенно к маленьким и симпатичным. Купил на базаре кролика за рубль, а может быть, это был заяц, точно не знаю. Соорудил ему из картонной коробки домик. Помню, когда его делал, проткнул ножницами ладошку между большим и указательным пальцем. Насквозь! Кровь хлынула, как из раненного коня! Я смотрел на окровавленную руку и думал: - Какого чёрта? Зачем я это делаю? Ему и так шикарно живётся. Вон, капусту хавает день напролёт, никаких тебе числовых рядов, никаких проблем, и серет непрерывно своим горохом. Какашки у зайцев как маленькие чёрные горошинки, точно как магазинный перец в пачках, хорошо хоть не воняют. Всё позасрал вокруг, даже в постели горох. Ох, и тупое  животное! Не советую такого заводить дома, потому что через два дня вы возненавидите всех зайцев мира!

Когда спит - непонятно. Весь день только и делает, что жрёт что-нибудь да серет. А ночью бегает по комнате как сумасшедший, скребётся по углам, спать совсем не даёт. Возможно, это мне попался такой редкий, тупой заяц. Ну, в общем, в мультиках зайцы мне нравятся гораздо больше. Но котёнок был замечательный, маленький такой, пушистый. Однажды, Слон вдохнул полные лёгкие дыма марихуаны и, выпустил густую-прегустую, жёлтую струю бедному Ваське прямо в морду. Для несовершеннолетнего котёнка это была чрезмерная порция дурмана. Он поначалу вроде как потерял ориентацию, его стало кидать из стороны в сторону, а потом, вовсе упал под кроватью и обблевался. Похоже, Виталька переусердствовал с дозой, хотел как лучше. Это ещё раз подтверждает, что конопель, это зло. Если вы всё ещё покуриваете - бросайте.

Учился с нами один чувак, Колька Панин по прозвищу Скалозуб. Ох, и чудовище, вообще раздолбай, просто эталон раздолбайства. Бабник несусветный! Клёш у него был самой наиогромнейшей ширины на факультете. Частенько Строгов вырывал эти клинья из штанов, но всё равно Колян вшивал новые. Просто не мог показаться на людях без модных брюк. Так вот, Скалозуб не то что экзамены, он даже зачёты сдал не полностью, такой был тупень. Очнулся, когда уже все всё сдали. Подкатывает ко мне, типа, нарисуй мне зачёты и экзамены. Я был удивлён такой наглостью. Уж на что Ганс безумный тип, а Колька вообще был в крайней степени безумия.

Надо сказаь, что я практиковал иногда подписать ближайшим дружкам экзаменационные листы, ну, то есть подписать вместо преподавателя. Короче, подделать подпись но, только ближайшим, и очень редко. А после одного случая, когда, плохо вычислив дату подписи, спалился, и вовсе завязал с этой ерундой. Получилось вот что; вернувшийся из отпуска Родыгин был крайне удивлён, когда узнал, что закоренелый двоечник Лёвкин сдал ему экзамен по математике в то время, когда математик вообще отсутствовал в городе. Был большой скандал. Лёвкин оказался парень чести, он сказал, что сам подписал, и был сразу отчислен. Такого не прощали. Да его бы в любом случае отчислили, какая разница. Тупой он был.

Так вот, подкатывает Скалозуб, подпиши, мол. Да не абы что, а несколько зачётов и несколько экзаменов. Я вообще был в шоке от такого предложения. Колян реально был сумасшедшый хлопчик. Естественно, я сказал: "Отвали". Это просто смешно, за одну паршивую писульку людей отчисляют, а здесь практически полностью сессия. Но Колька мальчуган упрямый, прилип, как банный лист к жопе, ну что тут поделаешь? "Убеждать" он тоже умел не хуже Славика, мертвеца убедил бы. Скрепя сердце подписал я ему эту кучу бумажек. Он в деканате был вась-вась с секретаршей, трахал её, наверно что-ли. Кого он только не трахал, если бы ректор был не мужик, он бы и его оттрахал. Любитель был этого дела.

Летом всегда неразбериха, половина деканата в отпусках.Секретарша всё сделала, как надо, и Скалозуб благополучно перевёлся в Технологический. Наверно, примерно таким же образом он его и закончил. Потом я встретил Коляна уже через десять лет, была занимательная история. Позже обязательно расскажу.

Все хвосты мы, конечно, сдали. Особо не гнались за высокими отметками. Тройка нас вполне устраивала. И отправили всех на практику на Первомайский Судоремонтный завод. Там ремонтировали пароходы рыболовного флота, точно так же, как на заводе у мамы. Завод находится на противоположном берегу бухты Золотой рог. Вы же в курсе про этот знаменитый мост через  бухту, так вот, пилоны, на которых висит мост, стоят как раз на территории завода. Работали там бесплатно пару месяцев, делали самую паскудную, грязную работу, какая только находилась.

Вот  тогда я почувствовал неладное, эта работёнка мне совсем не понравилась. Не совершил ли я ошибку, подавшись в механики? Муля с Шириком на штурманов учатся, стоят сейчас на мостике чистенькие, в белоснежных рубашечках, и секстантом измеряют ширину этого грёбаного меридиана. А грязный как свинья Бэр, со своим лепшим корешем Заборчиком, сидят внутри судового дизеля, согнувшись в три погибели, и чистят скребком окошки цилиндров от нагара. Ох, и препаскудная, надо сказать, работка. Нагар - это такая чёрная, липкая, вонючая субстанция, остатки процесса горения дизтоплива в цилиндрах двигателя. Отдирается она очень плохо, весь перемажешься этим дерьмом, как чушка, с ног до головы. После работы приходится полоскаться дизельным топливом, и только потом водой с мылом. Но всё равно полностью отмыться не удаётся. Все эти трещинки на руках остаются чёрными, под ногтями чёрная каёмка. Так и ходишь, как трубочист с чмарными ручищами, и воняешь керосином за километр, как дизель. Какие уж там девушки, какие клиторы. Самый разгар сезона, лето на дворе, на пляж придёшь, тёлочки начинают башкой вертеть, откуда такая вонь. Ну, как бы, делаешь вид, что ни при чём. Кое-как дождались конца этой дурацкой практики, ни копейки за это не получили. Родина, мать твою!

На втором курсе опять началась эта лажа с нарядами. Суба меня не забывал, награждал регулярно. Может быть, в самом деле, я был нерадивый курсантишко?

Славик Гуторов козы мочил пуще прежнего. Притаскивает однажды в роту здоровенный мешок высушенной конопли. Давайте, пацаны, пробьём хорошенько, мне на время дали. То есть ему, как бы, дали на хранение, а он прибежал в роту с этим мешком, и с намерением вытрясти из неё немножко гашиша. Возражать особо не стали, хотя, конечно, это дело рискованное. Ганс, кстати, всегда предлагал только рискованные дела, но поскольку все знали - если взялся Славка, значит, всё будет чики-пики, согласились. Но на этот раз фортуна повернулась жопой.

Дежурный officer спалил нас за этим занятием. Скандал был жуткий, даже неприятно об этом вспоминать. Мы были на волосок от отчисления, но как ни странно никого не отчислили, до сих пор теряюсь в догадках - почему? Возможно, побоялись огласки, потому что администрации тоже не поздоровилось бы.

В другой раз прибегает, радостный такой:

- Колёса будешь?

-Ну конечно! Насыпай килограмм! - Это я так пошутил.


Оказывается, Славик с чьей-то помощью повысил уровень знаний, касающийся всевозможных наркосодержащих препаратов. Узнал, что дурман есть и в таблетках, которые можно запросто приобрести в аптеке.

- Да не гони, Бэр, я уже пробовал. Ништяк! На, хавай! - и протягивает мне пачку каких-то таблеток.

Честно говоря, я не был готов к такому. Вежливо отказался: - Сам жри эту хунью, если хочешь. Он побегал по роте, предлагал Филу, Чижу, ещё кому-то. Смельчаков не нашлось. Одно дело - чистый продукт растительного происхождения, рождённый приморской землёй и добытый собственными руками. И совсем другое дело, какая-то херня в виде беленьких пуговок, неизвестно где и неизвестно из чего сделанная. Химия голимая. По химии у меня почти двойка, лучше и не начинать.

Расстроился Славик, конечно, но не пропадать же добру. Достал несколько штук, проглотил, запил водичкой и сел на кровать дожидаться эффекта. Была суббота, святой день. Надо было рулить куда-нибудь в город, хапнуть развлечений после сумасшедшей  рабочей недели. Пивасом мы помаленьку уже усугубили, ну и там кто чего. Я штаны свои пошёл гладить, хоть они у меня не ушитые и без клиньев, однако нельзя же совсем как свинья. Хоть какой-нибудь лоск навести в виде стрелок, будь они неладны.

Вдруг какая-то возня в коридоре. Шум, гвалт. Чо-каво?

Новости! Славке херово стало. Я бегом в кубарь... Эта картинка у меня до сих пор перед глазами. Стоит Ганя, облокотившись задницей на подоконник, ноги перекрещены, и руки тоже как бы перевиты меж собой, сам весь белый напрочь, точно как простыня, с каплями пота на лбу. Взгляд сумасшедший, зрачки огромные. Мне стало страшно.

- Славик, что с тобой???

А он даже слово нормально вымолвить не может, его колотит как в лихорадке. Вот тут мне стало ещё страшней. Мальчишки  сбежались, все в шоке.

- А если он сейчас помрёт? - подумал  я. Вот нарежет дуба, прямо тут, блин, на подоконнике, и что?

Из его нечленораздельного мычанья понял только, что ему холодно и всё тело скручивает, как будто бельё выжимают. Потому руки и ноги у него так перекручены. И ещё он попросил вызвать скорую помощь.

Капздец!.. Дождался эффекта, твою мать! Если уж сам Ганс попросил вызвать неотложку, то дело совсем дрянь. Слава курил гашиш самый крепкий в диких количествах, всю эту хрень запивал потом пивом, добавлял шматок водяры в качестве катализатора, и ему было очень хорошо после этого. Я бы загнулся после такого, а ему было очень, ну очень хорошо! А тут какие-то вшивые таблетки его сломали. Да ну нафиг! Значит, в самом деле, парню плохо, без шуток.

Бллин! Что делать? Мы и так уже палились в этом кубаре с пробиванием травы. Все ещё помнят этот поганый случай, а тут такое. Вызвать скорую? Там не дураки, сразу догадаются, что к чему. Сообщат в ректорат, никак не скроешь. Не вызвать скорую - ещё хуже, помрёт нахрен кореш. Твою мать!  Некоторые запаниковали, когда узнали, что случилось. Колёсики в моей башке завертелись быстрее.

Короче, я решил точно выяснить, в самом деле ему так дерьмово или он преувеличивает. Если в самом деле плохо, то лучше вызвать врачей, трупов от передоза в Рыбе только и не хватало для полного счастья.

Ну?.. Давай выяснять. А что тут выяснишь? Пока я размышлял, ему ещё хуже стало, вообще говорить не может, только гудит как лось и шары свои сумасшедшие пучит. Попытался я разлепить ему руки, да куда там, силища неимоверная откуда-то в них взялась, я не смог их раздвинуть даже на миллиметр, у него мышцы по всему телу как бы свело. В общем, не стал я дальше экспериментировать, врачам виднее, укол, может быть, какой-нибудь сделают. Должно же быть против этой гадости какое-то противоядие. Слава богу, что я сам не наглотался этих подозрительных колёс. Сейчас был бы в таком же паскудном состоянии. Можно интерпретировать моё поведение как трусость, но я считаю это разумной осторожностью. Такой я. Однажды меня уже угостили вкусным корнем. Спасибо!

Скорая примчалась на удивление быстро. Ребята там оказались, как я и думал, не дураки. Мы пытались напустить туману, типа, отравился товарищ, что-то съел, наверно. Но они сразу просекли наше непрофессиональное, плохо подготовленное враньё, посовещавшись, решили пациента забрать с собой, пока жив. Труп им тоже не был нужен.

Славик появился к обеду следующего дня, и выглядел как огурчик. Медики на скорой хорошо знали свою работу. Главное, никуда не сообщили, наверно, решили не портить репутацию пацану. Всё-таки Славик был баловень судьбы, везло ему чертовски. Думал, что этот случай послужит Гансу уроком, и оказался прав. Он извлёк-таки урок из этого случая. Думаете, перестал жрать таблетки? Хрен! Просто он стал более осторожен в их использовании, сначала хорошенько всё узнавал у специалистов, и пригоршнями больше их не ел.


35 Доски для Метрополитен Музеум.

После окончания второго курса - снова практика, теперь уже в море. Это вам не говно из двигателей выскребать. Настоящее море, настоящие корабли, шторма, острова какого-нибудь Кука, проливы какого-нибудь Дрейка, и всё такое. Пошли со Славкой проходить медкомиссию в поликлинику. Немного не доходя до поликлиники, он потащил меня в какую-то подворотню. Я подумал, что он отлить хочет перед процедурами. Нет, не угадал. Всё-таки ещё плохо тогда его знал. Достаёт из кармана здоровенный косяк.

- Давай, пыхнем маленько, на всякий случай.

- На какой, блин, случай? Ты совсем отупел, что ли? Там же врачи! Они раскусят тебя влёт.

Как я его ни уговаривал, как ни убеждал отказаться от этой дурацкой затеи, пыхтеть перед медкомиссией, ни хрена не смог его убедить. Говорю же, повёрнутый он был на этой ерунде, но всё равно я его такого любил. Кое-как уболтал не выкуривать хотя бы целиком эту чёртову ракету, уж слишком здоровая и толстая она была. Поклялся, что после комиссии дошмалю остаток вместе с ним.

Несмотря на все его злоупотребления куревом, колёсами, алкоголем и прочим говном, он оказался очень здоров, и годен к морским приключениям. Но я был ещё здоровее, так как меньше чем он кошмарил свои лёгкие, и прочие, остальные внутренности. По правде сказать, я всегда заботился о своём здоровье по мере возможности, оболочка эта у нас одна на всю жизнь. В автомобиле можно заменить что-нибудь, когда сломается, а у хомо сапиенса если что-то крякнет, то всё, кранты, уже не починишь. Так что будет правильнее не портить без особой надобности свою драгоценную оболочку, не коцать её понапрасну, поменьше этого сраного сигаретного дыма глотать, бухать всякие денатураты. По башке получать лишний раз тоже не стоит, потом это всё аукнется. Всё равно рано или поздно все помрём, зачем приближать этот момент. Жизнь, какая бы она ни была паскудная иногда, всё же интересна и увлекательна, особенно когда здоровье есть. Не купишь потом его ни за какие деньги. Вон к примеру, Мухаммеду Али так раздолбали черепушку, что большую часть жизни потом провёл в инвалидной коляске. Ну и что, что чемпион мира! Сам даже ложку ко рту поднести не в состоянии. Деньги есть, и немало, только толку от них мало, здоровье уже не купить, просрано.

Потом, после всех процедур, мы докурили эту злосчастную цигарку, я всегда старался выполнять свои обещания.

А вот и море. Великолепное, изумительное, восхитительное, beautiful, замечательное, шикарное, волшебное, фантастическое море! Как же я тебя люблю! Твой запах, твои закаты. Синие волны с сумасшедшими чайками, кружащимися над ними. Кто вырос у моря, тот меня понимает. Я осознал себя в лучшем городе мира - Находка, на берегу залива Америка, который является частью великого Тихого океана. Я перечитал миллион книжек про море, про пиратов, путешественников, про великие открытия. Я был пропитан духом моря насквозь, как и все мои знакомые и друзья. Я умел плавать как рыба, я проплывал под водой без всякого снаряжения 50 метров. Я обожал находиться в воде, а лучше под водой.

На "Сто пятом" в Находке, на правом берегу бухты, где мы частенько резвились, есть такие огромные валуны диаметром несколько метров. Миллион лет назад они скатились в воду со скалы во время одной из подвижек тектонических плит, да так и остались лежать на дне морском. Мы ныряли и плавали там, между валунов, по этим узким проходам в прозрачной воде, между зарослей морской капусты, как  ихтиандры. Да мы, реально, были немножко ихтиандры.

И вот наконец-то я выхожу в море на гигантском судне. Конечно, оно было поменьше Титаника, но зато это мой первый пароход, и первый рейс в неизведанное. Хотя что я такое плету? Какое, к чёрту, неизведанное, там всё  уже сто раз открыто, переоткрыто и на самых дальних островах можно угодить в  засохшие человеческие испражнения. Да плевать! Ведь всё равно я буду проплывать там, где побывал какой-нибудь злобный пират Флинт или наш молодчага Лисянский! Фантастика!

Вот в таком, приподнятом настроении я появился в управлении Востокрыбхолодфлот, с бумажками в кармане, подтверждающими то, что этот мелковатый и тщедушноватый курсантишка, в мятых штанах и с дурацкими усиками под носом, прибыл для прохождения практики на судах рыболовного флота в качестве моториста. И представьте себе, получил я направление не куда-нибудь, а на судно "Остров Лисянского". Вау !!!

Я читал эти чернильные буковки на маленьком клочке бумаги, читал и перечитывал, я не верил своим глазам. У меня навернулись слёзы, у меня мурашки бежали по коже. Сам Лисянский, великий капитан, и я буду с ним, бллин, покорять эти чёртовы моря! С ним точно не пропаду!

Прибежал в роту как оголтелый, напялил роликовые коньки. Знаете, были в то время такие глупые роликовые коньки с колёсиками не в ряд, как сейчас, а как у автомобиля 2х2, и стал рассекать по роте с дикими воплями, которые должны были показать всю степень моего оухительного восторга.

Надо было быстро собрать своё барахлишко, и чесать на пароход, который в это время уже находился на рейде и готовился отчалить к далёким берегам. Подожди меня, брат Лисянский, я уже бегу-у-у-у!!! Да мне и собирать-то нечего, ну, щётку зубную, ведь я же заботился о здоровье, ну, трусы запасные на всякий случай. Иногда в море штормит, трусы приходится менять гораздо чаще. Фотоаппарат; эту хреновину я всегда старался брать с собой, тем более в далёкие края.

Да... Вот ещё! Взял с собой две пятикилограммовые гантели, и гирю шестнадцать килограмм. Не думайте, что я только и делал, что покуривал травку да пиво глушил вперемешку с Агдамом. Занимался также поддержанием физической формы, а как без этого?

И даже пытался увеличить свой рост. Где-то вычитал методику удлинения тела и использовал её как мог. Роста мне не хватало, это факт.

Возле общаги стоял турник. Одинокий такой турник. Рядом больше ничего не было, в смысле, никаких других спортивных снарядов. Нахрена он там стоял? Не понять. Никто там толком и не занимался. Некогда было. Пиво глыкать гораздо важнее. Да и не турник это был вовсе, а какие-то две неотесанные дрыны, типа оглобли, врытые кое-как в землю, сверху к ним была приделана ржавая труба. Ну вот, там я и занимался время от времени.

Технология увеличения роста проста: надо подвесить себя за ноги на турнике, а в руки взять какую-нибудь тяжесть. Сильно не светился, в смысле, особо не афишировал, куда это по вечерам сваливаю на часик. Брал гантели, и на турник. С подвешиванием была проблема, но я не гнался за дикими успехами, мне бы хватило нескольких сантиметров, поэтому считал, что вис на сгибе колена вполне достаточен. Таким образом, я проколбасился весь второй курс. Ганс сильно отвлекал своими приколами, ну, вы понимаете, о чём я. Вырос я или нет, одному богу известно. Занимался  не систематически, а наблюдений или измерений вообще никаких не вёл, но всё равно, вся эта возня шла мне на пользу, от физкультуры хуже не будет, это каждый дурак знает.

Так вот, беру я всё своё железо с собой. Тяжеловато, конечно, а куда деваться? Зато в море будет много свободного времени: Славки нет, пива нет, самое время подкачать бицепсы.

Сели на рейдовый катер с Юркой Богдановым, учился с нами этот бакланище, даже вспоминать о нём не хочу. Чмо недоделанное. Через полчасика причаливаем. Лисянский уже был практически на отходе, поэтому трап разобрали и  подняли на борт, не дождавшись, бллин, главного маримана Бэра. К нему был пришвартован какой-то говённый пароходишко. Танкер, как оказалось. Заправляли то ли топливом, то ли водой, бес его знает. Нам мужики говорят, мол, вы залезайте на танкер, потом уже на свою посудину, там борта примерно на одном уровне, братва вас как-нибудь переправит.

Деваться некуда, поднялись мы на этот водовоз, а катер уехал. Выходит вахтенный штурман: - Чо-каво? Каким ветром?

Объясняю, что нам на Лисянский надо.

- А нахера же вы сюда припёрлись?

- Мы сейчас махом на своё корыто перескочим, да и всё.

- Ах перескочите! Ну валяйте...

Пошли мы к противоположному борту, там, где наша ласточка пришвартована. Едрит твою налево! У нас глаз чуть не вывалился!

Представьте себе картинку: борт водовоза, возвышается над водой на десять-пятнадцать метров, а рядом такой же высоты стена Лисянского. Всё бы хорошо, да только расстояние между бортами, метра четыре. К тому же на рейде всегда волнение, хоть небольшое, да есть, и наши пароходики качаются относительно друг друга вверх-вниз на полметра-метр. Для Сталлоне это не стало бы проблемой, а у меня очко сыграло. Не буду скрывать, ссыканул: "Ну, - думаю, - На этом вшивом моменте моя морская биография и закончится. Отчалит Лисянский в дальние края, а я останусь тут, обосраный, сидеть на этом ржавом корыте, в обнимку с дебильным Богданом".

"Как ты хотел? Это море! Это тебе не тяп-ляп. А что будет дальше? Пароходы, бывает тонут, бывает горят. Разбиваются о скалы, об айсберги. На них нападают пираты, мать твою. Бывает взрываются. Вон, в Находке в тридцать девятом году взорвалось судно со взрывчаткой, от него вообще ничего не осталось. Якорь весом двадцать тонн улетел на пятьдесят километров. Торговый порт снесло напрочь, так что пришлось врагов народа возить на Колыму через Ванино. Ты всё это знал, парень. Великий  Колумб - тот вообще не был на сто процентов уверен, что за горизонтом земля не обрывается нахер, однако рискнул. А ты стоишь тут, ссыкуешь. Давай, шевели рогом, надо что-то придумать, перебраться как-то на другую сторону", - это всё я говорил сам себе.

Нарисовался боцман, навеселе. На этих каботажных корытах вечно экипаж подвыпивши.

- Чо, пацаны? Попали? - и ржёт, скотина!

Начали мы с ним проблему решать. То да сё... Как перебраться? Помоги, брат. Может, лестница какая-нибудь есть, или верёвками что-нибудь придумать?! Боцманы, вообще то народ находчивый. На боцмана, кстати, нигде не учат, на эту должность обычно попадают наиболее опытные и хитрожопые старые матросы. Тогда я этого не знал, но первый же встреченный мною пьяненький боцман подтвердил эту истину.

Порылся он у себя в мозгу, покопался в своём хозяйстве и нашёл пару длинных толстых досок.

- Вот, мужики! То, что вам надо!

Я с очень сильным сомнением осмотрел эти грязные доски. Чем только они не были заляпаны: и краска, и мазут, блин, местами дырки от сварки и ещё хер пойми чего. Эти долбаные доски можно спокойно выставить в каком-нибудь Метрополитен Музеум, и народ на них пялился бы за немалые бабки. Клянусь! Очень живописные были доски. На пароходах боцманы берегут такие вещи, они всегда могут пригодиться. Наверно, плавали  на этом чёртовом танкере со дня спуска на воду и как бы стали частью экипажа. Этакие бессловесные твари, которых можно использовать, как угодно.

И вот час настал. Миссия - вытащить мою, чуть ли не обкакавшуюся, попу из этой мерзкой ситуации.

Стали мы их пристраивать всякими верёвочками-шпагатиками. На той стороне боцман Лисянского суетится, тоже под мухой, возможно, они вместе бухали последние сутки. В общем, закрепили кое-как. Получился такой трапик с борта на борт. На море волны! Все эти сопли качаются туда-сюда, скрипят, трещат. Мама родная, неужели по этакой хуйне можно туда перебраться? У меня с собой ещё эти проклятые гири. Как я с ними? Ссыканул снова, но виду не подаю. Богдан вообще стоит пересравший, я принюхался - вроде не воняет, а может быть, бриз был в противоположную сторону. Но пересрал он - это факт.

Ну что? Надо выдвигаться, и так много времени потеряли. Залез я наверх, подали мне гири. Ужас! Они на земле-то тяжести неимоверной, пока их до катера допёр - чуть не подох, а тут такое. Мне предлагал боцман оставить железки на танкере - нет, браток, я их покупал за деньги, не по-хозяйски это будет, разбазаривать добро. И потом, чем я буду заниматься в море, в носу, что ли, ковыряться, палец качать?

Взял сумку с трусами и гантелями в левую руку, а гирю в правую, здраво рассудив, что в правой руке гиря будет надёжнее. Огляделся последний раз - может быть, никогда не увижу больше восхитительную бухту Золотой Рог и, сделал шаг. Потихонечку второй. Страх пропал, я был слишком занят балансированием. Пугает неизвестность. А сейчас задача другая - устоять. Появилась глупая мыслишка: если всё-таки сорвусь, как быть с гирями? Вроде бы, надо их бросить. Но жалко - хорошие, новые железяки. А потом возникла мысль ещё глупее: если не отпускать, и когда опущусь с ними на дно, так и дошагать под водой до берега. Бред! Чушь какая-то! До берега далеко, не проканает, воздуха не хватит. Вот если бы акваланг, тогда да. Потом стал разглядывать все эти ляпсины на досках. Жалею, что не догадался сделать фото на память. Вот и Лисянский. Местный боцман, дохнув перегаром, взял у меня ношу из рук.

- Ни хуя себе! - и посмотрел на меня уважительно.

Богдан показал себя во всей красе. Говорю же - чмо. Полз там на карачках, как ублюдок, что-то пищал своим бабским голоском. Тьфу! Глаза бы мои не смотрели. Говнюк он был конченый, хотя тоже Юра. Переполз, навозник, не упал. Да это и хорошо, а то пришлось бы, блин, нырять за ним. Хотя говно не тонет.


36 Что такое "опохмел"?

В один из солнечных дней дед, то есть старший механик, на судах их называют почему-то "дед", потащил нас на мостик. Оказывается, мы проплывали как раз между Японией и Сахалином. Далеко слева виднелась суша, это наша территория, ну, а по правому борту кое-как видна в туманной дымке Япония. Обалдеть! Знаменитый пролив Лаперуза. И прочитал нам целую лекцию про Сахалин, капитана Лаперуза и всё такое. Любитель был этого дела. Уж на что я много знал про море, а тот так вообще был маньяк, романтик моря, мать твою. Хотя незадолго до этого мы все облажались по полной программе.

А случилось вот что: кроме нас с Богданом на Лисянском оказались ещё несколько мальчишек из нашей роты, Толик-Морда был точно. Поскольку наше судно было рефрижератор, его задача состояла в транспортировании замороженной рыбной продукции куда прикажут. Рыбу вылавливают траулеры и замораживают, куда её потом девать? Не тащиться же тысячу вёрст обратно во Владик, чтобы выгрузить. Вот тут подруливаем мы со своими оухительными морозильными трюмами, вся продукция перегружается в наши трюмы, и рыбаки дальше могут продолжать ловить рыбу и морозить её. Потом процесс повторяется. По ходу выгрузки их затаривают топливом и водой. Таким образом, эти траулеры могут болтаться в море непрерывно по полгода и по году. Можно даже привезти новый  экипаж на подмену. Теоретически эти судёнышки могут прозябать в океане, пока не сгниют или не потонут нахер.

Поступил приказ выгрузить свинину в посёлок Углегорск на Сахалине. Я разве ещё не сказал, что кроме рыбы у нас в трюмах имелось мороженое мясо, которое по ходу действия мы выгружали на траулеры. Ведь морякам нужно калорийное питание, это тебе не Баунти с её червивой солониной. Прём на Сахалин, согласно приказа. Надо сказать, что мы шарахались по морям уже целый месяц, загружались этой рыбой, берег видели только издалека, соскучились по тверди земной, да и пиваса не мешало бы кружечку опрокинуть. Конечно, все обрадовались, значит, скоро ступим на нормальную землю, Колумбы хреновы.

Углегорский порт, одно название. Нет там никакого порта. Небольшой деревянный причал, к которому наш Титаник даже подойти не может по причине большой осадки. Море там мелкое, метра два, может быть, три, поэтому технология выгрузки следующая: к нам причаливает плашкоут - этакая посудина с плоским дном, маленькой осадкой и без двигателя. Это корыто таскает катер на привязи. Выгружаем нахрен в него всё, что требуется, а уже на берегу местная братва выгружает. Возня эта долгая, выгрузка происходит своими силами.

Грузим проклятую свинину в трюме, холод, бллин, собачий. Хотя снаружи лето, жара, а в трюме зимушка минус двадцать, колотун несусветный. Приходится шевелиться порезвей, чтобы совсем не околеть. Туши навалены без всякой тары, ходить приходится прямо по ним, проваливаешься между свинячих трупов. И так часов пять подряд, весь в жиру, как свинья, руки по локоть, ноги по яйца. Вся одежда жирная, капздец. Мечтаешь только о том, что когда-нибудь эта пытка закончится и можно будет вырваться на берег, хлобыснуть холодного пивка.

На второй день удалось-таки вырваться, капитан наградил нас  прогулкой в город. Урррааааа!!! Вся наша дальрыбвтузовская шатия во главе с главным боссом Толиком Мордой, он ведь был самый старший, выгрузилась с плашкоута на остров. Слышали когда-нибудь про знаменитую моряцкую походку вразвалочку? Это чистая правда. После месячного круиза по морям казалось, что земля под ногами качается. И приходилось, как бы, расставлять копыта, чтобы устоять. Но так было только вначале, может быть, с полчасика, потом всё пришло в норму.

Достопримечательностей в Углегорске не оказалось. Если не считать стоящие на каждом перекрёстке жёлтые бочки с пивом. Мы просто обалдели, во Владике было не так. Мало того: вместе с пивом тут же продавалась вяленая корюшка высочайшего качества. Что называется - во рту тает. Тут же рядом оказался магазинчик, где торговали водкой. Дерябнули пива, запили водкой, зажевали корюшкой и пошли искать хоть какие-нибудь достопримечательности.

Где-то здесь бродил Чехов всего лишь 80 лет назад, интересно, неужели  тоже в водочно-пивном угаре? Шёл и всех спрашивал: "А ты хто такой?" - и записывал в тетрадку. Потом на основе этого написал книжку "Остров Сахалин".

Мы никого ни о чём не спрашивали, шли себе, наслаждались твёрдью под ногами, только на каждом очередном перекрёстке дегустировали пиво с очередной бочки, закусывая корюшкой и запивая водкой. Начало моросить. Морда снял свой оухительный белоснежный плащ, который купил незадолго до рейса. Он опасался, что как всегда не рассчитает дозу алкоголя, уж очень всё получалось красиво и, испачкает свой замечательный плащик в сахалинской грязи. Толян рассудил трезво, из всей нашей компашки такое доверить можно было только мне, остальные были пьянь несусветная. Богдан частенько нажирался в ноль. Моня тоже был горазд выпить, вечно приползал в роту на "автопилоте". Потом долго с утра отчищал фланку от извёстки и блевотины. Остальные тоже были любители усугубить.

Морось стала гуще. Тогда я был молод и не знал, что этого делать категорически нельзя, то есть пить пиво, запивая водкой и заедая корюшкой. В желудке образовывается убойная смесь.

Вначале всё было чудесно, экскурсия шла полным ходом. В какой-то момент я заметил, что земля под ногами стала как-то подозрительно покачиваться, но не обратил на это внимания.

Очередной перекрёсток. Пиво. Рыба. Водяра. Это сейчас я знаю, что водка - коварный напиток. Лакать её надо очень осторожно, тебе всё время кажется, что немножко не хватает. Типа, надо добавить. Ещё по чуть-чуть. Ну ещё маленько.

Дорога, на которой я стоял, вдруг как-то всколыхнулась, горизонт дико закачался, последнее, что я помню, это поверхность грязной придорожной лужи, стремительно приближающаяся к моему лицу. В тот момент подумал: "Не испачкать бы плащ..." Потом, как в детстве, темнота, ничего не помню. Всё, что расскажу вам  дальше, я узнал из рассказов очевидцев.

В итоге упали все, упали в прямом смысле, в Сахалинский влажный грунт. Единственный, кто более-менее держался на ногах, был Морда. Пили все одинаково. Это естественно, что он устоял: чтобы наполнить его пузо, надо было в два раза больше бухать, и слава богу, что так вышло - он практически всех нас спас.

Автомобилисты, которых он останавливал, конечно, никого не соглашались брать. Ну, представьте: возле дороги валяются в грязи несколько неподвижных человеческих тел, некоторые немножко шевелятся, пытаясь встать, другие отрыгивают на дорогу смесь плохо пережёванной  корюшки и желудочного сока вперемешку с пивом. Потом долго придётся отмывать салон от этакой мерзости.

На наше счастье, проезжавший мимо мужичок на телеге пожалел морских волков. Побросали они с Мордой наши безжизненные тела в повозку и привезли в тот самый порт. Грузчики высыпали из своей кибитки, такого никогда не видели, хотя сами были пьяные каждый день с утра до вечера. Помогли выгрузить. Тут проблема возникла: палуба плашкоута метра на два ниже уровня причала, как нас туда спустить? Не бросать же.

Притащили кусок брезента, одну сторону держат на причале, а другую, внизу на барже. И нас, одного за другим, аккуратненько спустили вниз, без шуму и без пыли. Находчивые черти! Спасибо им! Замечательные ребята, истинные сахалинцы, потомки каторжан. Верно Антон Палыч писал сто лет назад, что тут живёт отзывчивый и добрый народ.

Пока отчаливали да добирались до нашего Лисянского, некоторые слегка очухались. Когда пришвартовывались, начинаю отрывочно кое-что припоминать. Помню, наверху толпа собралась поглазеть на такое зрелище. Тоже мне. Пьяных, что ли, никогда не видели? Среди народа я разглядел и капитана, и деда. Как-то неудобно мне стало, что я в таком неприглядном виде из города возвращаюсь.

Надо лезть наверх, а там стена, бллин, как дом пятиэтажный, и штормтрапик верёвочный висит, болтается туда-сюда. Я на берегу устоять на ногах не смог, а тут вообще полный ужас, плашкоут шкивает как щепку на волнах, но деваться некуда, надо лезть. Вцепился ручонками в этот сраный трап и пополз кое-как. Сорвёшься - раздавит к чёрту, между бортами. Как пить дать. И пришлют мамке расплющенный труп. Ни медалей, ни почестей.

Лезу, а сам думаю как бы мне незаметно мимо капитана прошмыгнуть. "Может быть, сделать вид, что я не ездил ни в какой город". Это же надо! Мозги совсем не варят у алкашей. Когда оказался наверху, сразу же ломанулся к клюзу, чтобы выполнить своё намерение: сделать вид, что не уезжал никуда. Клюз, это большая дырка в палубе, через которую тянется цепь с якорем. Нахрена я туда полез?  В смысле, в клюз, сам до сих пор не могу понять. Да, ребята! Я полез как дурак в эту дыру, дед вовремя схватил меня за шкирку и вытащил на свет божий. Тут я понял, что спалился окончательно! Меня всё-таки застукали, как ни старался быть незаметным.

Правда, вся эта канитель происходила как бы во сне, я продолжал быть очень сильно пьяным. Со стороны всё это выглядело, наверно, крайне неумно. Я продолжал быть в белом Толькином плаще, хотя он уже давно стал очень не белый. Морда после первого падения меня в лужу поставил крест на этом плаще. Нормальный был пацан, другой бы удавился и за меньшее, а Толик вот такой, поэтому его и уважали. Он меня не попрекнул ни словом, потом много раз эту историю рассказывал в процессе различных застолий, каждый раз модифицируя её, и добавляя всякие выдуманные на ходу смешные детали.

Затащили всех, никто не пострадал, только Моня оказался без ботинок, когда его, бесчувственного, тянули верёвками наверх, они оба упали в Японское море. Может быть, и сейчас там лежат, где-то на дне рейда  сахалинского посёлка Углегорск. На всю жизнь запомнил этот городишко, точнее, ни хуя не запомнил, кроме жёлтых бочек на перекрёстках.

Проснулся утром следующего дня с ощущением, что мой бубен расколот надвое. Внутри башки горело огнём! Выпили мы, оказывается, доухищща водки. Все получили жуткое алкогольное отравление. Я не был так пьян даже на той памятной встрече нового 1978 года.

Кстати, после этого поганого случая на острове в дальнейшем был очень осторожен в отношении попить водяры.

Во рту пустыня Сахара! Сушняк кошмарный! Ведь по законам химии для расщепления спирта требуется Н2О. Вся жидкость в организме была израсходована на этот процесс. Язык и нёбо были сухие как бумага.

Поначалу я ничего не мог понять. Где я? Что я? Потом понемножку в памяти стали возникать какие-то образы. Спустил кое-как ноги со шконки, на полу возле кровати какие-то камни. Я был сильно озадачен, что это за камни и зачем они здесь? Потом, чуть позже, сфокусировав зрение и насильно заставив колёсики в башке чуть-чуть провернуться, догадался, что это мои кроссовки. В то время кроссовки только-только появились, это был страшно модный аксессуар. Я их купил на барахолке за какие-то нереальные деньжищи.

И вот теперь их не узнал. Толстый слой прекрасной сахалинской грязи или глины высох за то время, пока я был без сознания, и превратился в твёрдую корку. При плохом освещении они напоминали две глыбы. Мне пришлось сначала отбивать все эти комки об палубу, а потом уже слегка почистить, чтобы не совсем как бичара.

Состояние было жутое, кажется, лучше сдохнуть. Зато в этот день я узнал кое-что важное. Уж не помню кто, но мне налили рюмку водки. Я отнекивался: "Не, не, не! Вы что, ребята, охьели? Отвалите!"

- Пошли вы в жопу с вашей водкой!

Но Толик пояснил: "Надо, Юрок! Надо!"

Ему я поверил и выпил. Ребята, это просто фантастиш, через пару минут мой расколотый череп соединился обратно, и колёсики в нём завертелись как надо. Но только рюмаху, не больше. Это называется великим русским словом - "опохмел".


37 Чуть-чуть о шторме.

И вот теперь мы стоим на мостике, а дед,  как ни в чём не бывало, трёт нам про Лаперуза. Незадолго до этого момента в каюткампании состоялся разбор наших вчерашних чмарных полётов. Капитан, конечно, страшно ругался отборным матом. Говорил, что мы позорим честь морского флота и вообще недостойны звания моряка и прочее разное дерьмо. Возразить нам было нечего, он был полностью прав - мы просто свиньи, гадкие, вонючие засранцы. Стояли молча, согласно кивали своими, ещё не совсем протрезвевшими, черепами. Хотелось, чтобы всё это поскорее закончилось да искупить вину ударным коммунистическим трудом.

Зарплаты не предвиделось, так как мы были практиканты. Да, представьте себе, вкалывали мы всё лето бесплатно, за покушать, так сказать. Заплатили нам только за погрузку-разгрузку, и на том спасибо.

Решили так: капитан не сообщит в Рыбу о наших похождениях на острове Сахалин, если мы до конца рейса больше не будем брать спиртное в рот. Все мы поклялись своей мамой и искренне про себя решили, что до прихода во Владик больше ни-ни. Но жизнь очень часто вносит свои коррективы в события. Почти всегда человек не властен над происходящим. Алкогольные соблазны подстерегают на каждом повороте. Вот и сейчас Лисянский, выйдя в открытый океан, повернул на север в сторону Камчатки. Что-то нас там ждёт?

Как раз тогда я увидел и понял, что такое настоящий шторм. Большинство людей не были в море и думают, что шторм, это просто большие волны.

Ребята, я вам скажу: шторм, настоящий океанский шторм - это пидзец! Не сматериться здесь просто невозможно. Волны не просто большие - они огромные. Нет, они гигантские! Колоссальные! Это просто какие-то горы. Вы помните, я рассказывал, насколько высоки борта Острова Лисянского, так вот эти сумасшедшие волны легко перекатываются через борт. Они на уровне мостика. Ветер ураганной силы срывает верхушки волн.

Во время шторма нет таких понятий как вода и воздух. В воздухе сплошняком летит измельчённое море. Может быть, где-нибудь вверху на высоте мачт и есть более-менее чистый воздух, но на уровне палубы воздух процентов на девяносто состоит из воды. И если вдруг, выйдя на палубу, вы вздумаете вдохнуть полной грудью, то всё, кранты, вы утопленник, просто нахлебаетесь воды полные лёгкие. Дышать надо очень аккуратно через нос, чтобы не захлебнуться.

То, что во время шторма должны быть задраены все иллюминаторы, наверно, вы и сами догадались. Кроме того, в каждой каюте поверх иллюминаторов задраивают ещё массивную стальную крышку на тот случай, если люментер всё-таки не выдержит удара стихии, и будет разбит волной. Толщина стекла два сантиметра, наподобие как в кассах банка. Задраиваются все выходы на палубу, одна за другой две стальные двери. Выходить наружу во время шторма нельзя, смоет за борт, искать бесполезно в этом диком месиве воды и пены.

Стоя рядом с кем-нибудь, приходится орать в ухо, чтобы человек хоть что-то услышал, стоит сплошной дикий, ужасный рёв. Иногда членам экипажа всё-таки приходится выходить наружу во время шторма, чтобы выполнить какие-нибудь работы. Для этой цели заранее вдоль всей палубы натягиваются верёвки, так называемые леера, надо передвигаться, со всей силы вцепившись в эти леера, если хочешь ещё раз попробовать пива.

Болтанка ужасная, волны могут даже перевернуть судно, если у того высокий центр тяжести, поэтому в целях безопасности судно ставят носом к волне, и двигаются на малых оборотах. Пароход должен как бы разрезать волны, но когда они гигантской высоты, то судно врезается в тело волны, потом, согласно закону нашего Архимеда, подпрыгивает, оказывается на пару секунд на макушке, и камнем летит вниз. Вот тогда замирает сердце. Катались когда-нибудь на американских горках? Точно такая же фигня, только может продолжаться несколько суток.

Как там коки, на камбузе, умудряются готовить пищу? Хрен его знает!

Конечно, всякие новички, вроде нас, выблёвывают полностью содержимое желудка, но со временем привыкаешь, надо ведь работать. Матёрые морские волки и не обращают внимания на такие пустяки как шторм, спокойно занимаются своими делишками. А всякий шлак, вроде меня, молится, проклиная всё на свете, и думает, что если останется в живых, то никогда... Никогда-никогда! Ни за что! Ни за какие деньги больше не выйдет в море! Будь оно проклято! Признаюсь, и я так думал.

До своего первого рейса удивлялся, как это в наше время может потонуть корабль. Такой большой, железный, мощный, напичканый всякой механической и электрической всячиной. Спроектированый с учётом всяческих законов физики-шмизики, но после того, как пережил свой первый шторм, удивлялся, почему это вообще все они до сих пор не утонули?

Неудивительно, что многие мариманы на берегу бухают по-чёрному, это они просто, как бы, напиваются на полгода вперёд на всякий случай. Однажды, в самый разгар эдакого ужаса, в каюту заглядывает стармех, командует по-быстрому собраться и за ним. Побросали все дела, пошагали за дедом, он открывает эти запоры и, на палубу. Куда деваться, плетёмся за ним. Снаружи дикая свистопляска, всё то, что описал выше.

Оказывается, на палубе оторвались бочки с краской. С мостика увидели, как там их шкивает, от борта к борту. В машинном отделении постоянно велись какие-нибудь покрасочные работы, то там, то сям, подкрасить, подмазать, чтобы красившее было. Перед рейсом получали краску в двухсоткилограммовых бочках, и они стояли на носу, на палубе, принайтованные, стало быть, привязанные верёвками к разным судовым железякам. Наверно, кто-то плохо сделал свою работу.

И вот теперь они катаются по палубе, стукаясь о борта, о горловину носового трюма, ужасные, смертельные снаряды, надо как можно быстрее разобраться с ними, то есть вернуть их на место и хорошенько закрепить. Зашибись! Просто стоять на палубе невозможно, того и гляди - утащит за борт, а тут ещё надо как-то бочки остановить, тяжеленные как танк.

Мы были, конечно, в оухительном шоке, но делать-то надо. Слава богу, на носу любого корабля есть такая надстройка, которая выше основного борта, приглядитесь, на картинках или фотографиях хорошо видно, эта хрень называется "бак". Так вот, этот бак частично тормозил ветер и сумасшедшую водяную шрапнель. А бочки и мы находились как раз за баком, с подветренной стороны. Накинулись толпой на первую, отбившуюся от основной кучи бочку, которая уже изрядно была помята, но пока без дырок, вернули на место и хорошенько закрепили. Потом следующую, главное, чтобы тебя не переехало другой, кости переломает как пить дать. Глаза боятся - руки делают. Вот так.

Если наш двадцатитысячетонный голиаф так бросает на волне, то как же тогда кидало Пинту и Нинью в их историческом путешествии. Они по сравнению с Лисянским совсем мелкие лодчонки, и я сильно зауважал древних моряков, которые без приборов, без нормальной жратвы умудрялись ещё какие-то америки открывать.


38 Закон прибавочной стоимости.

Во время перехода на Камчатку, пару раз останавливались в районах промысла, и забирали с траулеров рыбу. Район промысла, это такое специфическое место, где плавает много рыбы какой-то определённой породы. Например, в тот раз перегружали лемонему, а там тьма-тьмущая  различных судов вылавливают эту чёртову лемонему. Уж не знаю, какое расстояние до горизонта, но всё пространство до него усеяно большими и маленькими судами и судёнышками.

Особенно шикарно ночью, когда на кораблях включено освещение, вид просто восхитительный! Однажды я попытался посчитать все корабли, но сбился со счёта. Их было очень много, больше полусотни, а за горизонтом ещё столько же. Лодки не только русские, но и польские, японские, аргентинские и прочие. Нейтральные воды, кто хочет, тот и ловит, вот такая вот фигня.

Лемонема,  кстати сказать, такое говно, водянистая какая-то, её жаришь, а она распадается на ошмётки. В то время её не использовали в пищу, добывали для звероводческих ферм. Стало быть, кормили норку для лучшей пушистости и переливчатости меха. Но в принципе она была сьедобная, и иногда мы лакомились этой парашей, по вкусу слегка напоминавшей навагу.

Набили грёбаной лемонемой полный трюм и попёрли дальше на Камчатку. По ходу выяснился интересный факт; поскольку многие члены экипажей всех этих кораблей находятся в море безвылазно долгое время, а бухнуть хочется, то бутылка водки стоит здесь баснословных денег. Помните закон Маркса по поводу спроса и предложения? Здесь он работает! Ещё как! Стоимость фуфыря доходила иногда до пятидесяти рублей, при том, что на берегу она стоила 3 рубля 62 копейки. Представьте, как можно навариться. Самые хитрожопые приходили из рейса миллионерами, в переносном смысле, конечно. Ну, очень богатыми.

Водяра в район промысла может попасть только с вновь прибывшими судами или на перегрузчиках, например, таких, как наш. Водка, товар ненадёжный, в смысле, как у Винни Пуха: "Если водка есть, то её сразу же и нет". Не у каждого хватит силы воли не выпить её всю по дороге к покупателю. Вот такие парни с крепкими нервами нашлись и на нашем пароходе, в процессе перегрузки развернули торговлишку бухлом, предприниматели хреновы.

Начальство, наверно, видело и знало про такие шалости, но не мешало этим заниматься. Чёрт его знает, почему.

Торговля - это хорошо, только как её осуществить? Помните тот случай на рейде, когда мы перебирались по доскам? Во время перегрузки суда пришвартованы друг к другу, иногда бывало, швартуют к нам с обоих бортов, но как передать пузырь, вот в чём вопрос. Можно просто кинуть. Добросить бутылку на соседний пароход, пара пустяков, но это было бы дикое безрассудство, сами понимаете. В бутылке жидкое золото.

А делали так. Н а пришвартованное судно кидают фал, такая специальная верёвочка с грузиком на конце, один конец  держат здесь, другой там. Привязывают к нему обыкновенную сетку-авоську, покупатель кладёт туда деньги, продавец тянет к себе, забирает деньги, ложит товар  в авоську и тянут обратно. "Подходи следующий!"

Классическая схема: "товар-деньги-товар". Всё просто. Мы как дураки набухались в Углегорске, а надо было по-умному, затариться водярой и, сейчас бы озолотились. Но, тогда я про этот фокус ещё не знал.


39 Высосан комарами!

Итак, двигаемся дальше, на север. Вот и легендарная Камчатка, долго шли вдоль берега. Куда идём - не говорят... секрет, что ли? Слева, далеко в дымке видна суша, изрезанная горами, красное солнце опускается за горы. Красота! Именно таким увидел этот берег Крузенштерн 170 лет назад.

Заходим в бухту, длинная такая, по берегам скалы, а может быть, это было устье реки. Долго мы рулили мимо этих скал, стало совсем темно.

Утречком выхожу на палубу, посмотреть, куда это мы в итоге причалили. Мать честная, вокруг подводные лодки! Оказалось, это военно-морская база подводных лодок. Да не просто так, а супер-пупер-секретная. Лодки не простые - ядерные, наипоследнейших моделей. Красивые такие, сучки, глаз не оторвать. Вот это да! Пишу и думаю, не раскрыл ли я какую-нибудь страшную тайну. Вот прочитают всё это те, кому надо, и заберут меня, куда следует. Будешь потом сопли по морде размазывать: "Простите, дяденьки, больше не буду".

Но с другой стороны, я никаких  документов не подписывал, да и давно это было. Америкашки из космоса, небось, каждую пылинку там уже контролируют.

Старые, матросня наша, радуются как дети. Что они так радуются, поначалу и не понял даже. Всё оказалось очень просто. Запомните, господа, хорошенько: если моряки радуются как дети, значит, предстоит дикая халявная бухаловка. Вы, наверно, страшно удивлены? "С каких таких хренов может быть дикая бухаловка на дико засекреченной морской  базе?" Там наверняка должен быть жуткий порядок, никаких пъянок, никакого разгильдяйства, всё серьёзно. Нажмёт какой-нибудь пьяный дурак не ту кнопку и, прощай Большое Яблоко, а заодно и всё остальное. Я наивно полагал, что в таких местах царят регламент, закон, правило, указ, приказ или подобная галиматья.

Хрен!

Там царит, как и везде, его величество Русское распидзяйство.

Если вы ещё не допёрли, дам подсказку. На военном флоте, особенно подводном, есть много "шила".

Большинство из вас, наверняка, подсказку не поняли. Разжую: наверно, чтобы не пронюхали проклятые буржуйские шпионы великую тайну русскую, слово "спирт" зашифровали этим непонятным словом "шило". Ну что, прояснилось?

Опять неясно? А у нас в трюмах тысячи тонн красной рыбы; мороженой, солёной, вяленой, кеты, горбуши, чавычи, нерки. Двести тонн крабовых консервов и прочей всякой вкусноты. Это сейчас в магазинах всё лежит вповалку кучами, в то время такое видели только на картинках, просто варёную колбасу невозможно было купить.

Вы ещё не забыли великую схему великого Карла: товар-деньги-товар? Хотя она здесь не совсем подходит. Он был гений, ихний Маркс, сомнений нет, но только русский матрос гениальнее в миллион раз, надо убрать из этой слишком длинной цепочки звено "деньги". Получается кратко и мудро: "товар-товар".

У ребят есть шило - изумительный стоградусный спирт. Для чего он там, на лодках, нужен? Не могу сказать точно, наверно, протирать что-нибудь. Стёкла приборов, может быть, или эти жуткие ядерные ракеты, чтобы не сильно плесневели. А заодно, видимо, протравливают стенки своих желудков, не дай бог какая-нибудь зараза внутри заведётся. Короче, русская душа требует протирки спиртом, чтобы была чиста как стёклышко.

Ну вот! У ребят есть выпивка. Много выпивки! Но нет закуски, а у нас наоборот, закусона полно. И самое главное, всё это наше, народное. Социализм, мать его! Ешь, пей, хоть залейся!

Это долбаное шило, кстати, очень сильно отшибает память. А пьют его для лихости, не разбавляя никакой водой. Ведь даже как-то оскорбительно, чтобы русский моряк, жопа в ракушках, пил разбавленный спирт. Ноу ит из нот! Только в чистом виде. Конечно, там не сто градусов, как я сказал, но девяносто шесть есть. Точно! Некоторые ухари даже поджигали эту хрень, прежде чем заглотить внутрь. Америкашки, в своём сратом Чикаго, навалят с полкилограмма льда в кружку, виски накапают чуть-чуть, сосёт потом эту лажу два часа, типа "я пьяный, поберегись!" Русская душа требует нормального огня.

А насчёт разбавить, дело ещё вот в чём. Когда смешиваешь спирт с водой, там происходит химическая реакция с выделением тепла. Глотать потом это тёплое пойло гадко, просто выворачивает сразу наизнанку, уж лучше в чистом виде. Но когда с непривычки выльешь в себя, бллин,  огненной воды, действительно, как будто проглотил огня. Желательно сразу же запить чем-нибудь. Но это для сопляков вроде меня, настоящие моряки ни хуя ничем не запивают. Занюхать рукавом? Это грамотно! И погнали дальше, братишки! Хотя что там такого, в рукаве этом? Надо бы разобраться.

Вспомнил одну замечательную присказку того времени. Например, сидим, выпиваем, беседуем культурно. Открывается дверь, заглядывает кто-нибудь. И сразу: - Заходи, закуривай, наливай да пей!

Вот она, вся ширь русского гостеприимства.

Все экипажи перемешались. Пьяные подводники в обнимку с нашей бухущщей пекарихой кое-как плетутся по коридору, видать, трахали её в гальюне всей гопотой. А ей того и надо! Ей хорошо! Ей всегда было мало. Страшная была как атомная война. Можно было загаситься с ней только в очень кошмарном нетрезвом виде. Но пацаны, наверно, как раз достигли такого состояния. Я их понимаю, она им казалась сейчас воплощением целомудрия и доброты. Кстати, пекарихи на пароходах чаще всего были, мягко говоря, малопривлекательными. Ну, если полностью честно, то ужасно страшными. Но за них ещё даже происходила борьба между самцами. Это как у Маркса, опять же: спрос формирует цену. В экипаже, например, восемьдесят мужиков и только пять тёток. Намёк понятен? Там любая жаба будет казаться Афродитой.

В каждом кубрике идёт гулянка. Куда не сунешься, везде одно и то же: "Заходи, закуривай, наливай да пей".

По плану, мы должны были сделать выгрузку в Ракушке и отчалить через сутки. А хрен вы угадали, господа планировщики! Да пошли вы нахер с вашими планами! "Заходи, закуривай, наливай да пей!" Выгружались мы неделю!

Помню, по ночам там был какой-то жуткий вой. Оказалось, ребята прогоняли двигатели этих чёртовых баллистических ракет. Или торпед... Или испытывали?.. Короче, матросы, что-то поясняли по-пьяни, да только я ни хрена не помню толком. Шило, мать его! Но вой был просто дичайший. Почему они это делали ночью? Хрен его знает. Может быть, ночью из космоса америкосам не видать ни черта? База-то секретная. Всю ночь этот сумасшедший скрежет. Я за неделю чуть с ума не сошёл. А они там торчат годами, наверно, только шилом и спасаются. Нажрутся его - и спят как убитые.

Выгрузка всё-таки шла помаленьку. Капитана и деда я не видел в эти дни, наверно, они сидели в рубке какой-нибудь из лодок, стоящих поблизости, и вместе с командиром херачили спиртягу, занюхивая рукавом  и разглядывая в перископ статую Свободы. "Эх, заходи, закуривай!"

Рядом был гражданский посёлок в несколько домиков - всё это помню смутно. Пошли с Мордой прошвырнуться по району, на выходе с базы никто никаких документов не спросил. Может, так надо?  Может быть,  нас уже тут всех в лицо знают, шпиону не просочиться. Идём дальше, изучаем окрестности. Толян сквозь зелёную листву пытается разглядеть что-нибудь жёлтое. Огонь в желудке уже заколебал, хочется обыкновенного холодненького пивка. Тщетно, жёлтых бочек не видно.

Вдруг смотрим, среди травы что-то странное. Рука поднимается из бурьяна и как бы падает обратно. Интересно! Свернули поглядеть, что за дела.

Мать честная! Да тут Моня валяется, в высокой траве. Весь в крови. Да нет, не подумайте плохого, хотя мы вначале тоже растерялись. Здесь комаров тучи, он весь облепленный ими лежит. Ну, нетрезвый, понятно. Очень нетрезвый, никаких выводов из сахалинской эпопеи парень не сделал. Настолько пьян, что даже его знаменитый автопилот отказал. Наверно, пошёл покупать себе новые штиблеты, взамен утопленных, да потерял ориентацию. Трава засосала. А может быть, просто решил отдохнуть, я его не спрашивал.

Комары напали огромной бригадой, ещё бы немного и, высосали из него всю жидкость. Он, видимо, пытался как-то отбиваться, несколько тысяч штук у него на морде были размазаны.

Ужас!

Ну, Толику не впервой. Подняли мы Моню, а он, сучонок, ещё брыкается, за комаров нас принял, что ли? Потащили его на пароход. Лёгкий был как пушинка, пару вёдер из него эти твари, похоже, всё-таки выпили. Комариная свора накинулась теперь на нас, типа, отняли у них ужин. Ни хера не боятся, пьяные, видать, в дупель от Мониной крови, у него там было миллион промилле.

Спасли пацана. А так бы на могилке было нацарапано: 1960- 1979,  "Высосан злыми комарами".

Короче говоря, когда матросы обожрались наших деликатесов, а мы ихнего спирта, всё прекратилось само собой. Появились капитан с дедом, как ни в чём не бывало. Всплыли, так сказать, как подводная лодка в степях Украины. Малый назад, полный вперёд и всякий прочий штурманский кал. Через пару часов камчатский берег растаял в дымке за кормой и все окончательно очухались. До сих пор размышляю, не приснилось ли мне всё это?

Спрашивал  Моню, он ничего не помнит.

Рвём когти прямо на восток, к берегам Канады. Там тоже район, ловят кальмаров, если я ничего не перепутал. По правде сказать, море к тому времени уже остопидзело. Опять там эти швартовки, бллин, перегрузы и прочий, уже испробованный навоз. Всё! Романтика  кончилась. А будни? Будни, ребята - это уже не очень интересно.

На очередном перегрузе получали заграничные продукты, меня поразили канадские яблоки. Казалось бы, эка невидаль, какие-то вшивые яблоки, но тут выяснилось, что я всю жизнь жрал яблокообразное говно, непонятного сорта, непонятного цвета и размера. Особенно когда с гнильцой и червяками, так это вообще прекрасно, значит, экологически чистые. Черви не дураки, они не будут жрать всякую химическую фигню. А здесь такие большие, красные, блестящие, все одного размера и формы, аромат на всю палубу. Для моего неокрепшего мозга это был удар, я ведь всю жизнь считал, что у нас всё самое лучшее в мире. Короче, моя вера в то, что Россия родина слонов, пошатнулась именно тогда.


40 Олимпийский мишка.

В конце лета получил за свой ударный труд в морях какие-то деньги. Сколько уже не помню, но помню, что прикупил на барахолке кое-что приличное из одежды. Джинсы, оухительный  Левис. Почему-то так называли Levi`s Strayss, и ещё более оухительные штиблеты на нехилом каблуке и с металлической, медной нашлёпкой спереди. Если её почистить хорошенько, она блестела на солнце, как золотая. Это была фишка сезона, я был самый блатной парень в роте. Капец!

Блестел за километр, девчонки начали замечать, как тогда в Кировке, когда зажигал в трусах с розами. Всё-таки женщины падкие на всё такое. Честно, без говна, парень был в этом барахлишке хоть куда, но больно застенчивый, стеснялся девчонок, это правда.

Как ни странно, в сентябре нас отправили в какой-то колхоз на картошку. Обычно старшекурсников не трогали по таким поводам, но нас почему-то отправили. Ну и ладно, тряхнём стариной, давненько не брали в руки шашек, аж перед первым курсом последний раз помогали колхозникам собрать, бллин, урожай. Не помню даже названия этой деревни, но суть не в том. Когда машины остановились, и мы вылезли, у нас чуть глаза не повыпадали. Вся эта площадка, где мы оказались, со всех сторон была окружена кустами конопли размером с берёзу. Славик возбудился не на шутку, он понял сразу - это шанс, во-первых, разбогатеть, во-вторых, нашмалиться до одури. А я подумал: "Тут будет другой урожай собираться, картофель нынче неактуален".

Всё время, пока мы были в этой деревне, он трудился не покладая рук. Притаскивал вечером огромные охапки травы и аккуратно раскладывал под нарами на полу с целью насушить себе на зиму. Прямо как белочка. Бережно переворачивал и шевелил её там, чтобы не потерять ни одной пылинки каннабиса, духан в комнате стоял ещё тот. Никто из начальства особо не беспокоился, типа, всё нормально. Ну, просто заботливый юноша заготавливает любимой бабушке лекарства на зиму, что здесь такого?

Славик был реально безбашенный тип, это факт.

Потом, когда в конце месяца приехал автобус везти нас обратно, он напихал в две матрасовки всю эту бабушкину траву и заволок в автобус. Я был в шоке, да все были в шоке. Думали, что он здесь где-нибудь в лесу заныкает всё это дерьмо, а потом вернётся втихаря и заберёт. Ганс не любил всё усложнять, эти две здоровенные колбасины в рост человека оказались в нашем автобусе.

- Славик! Да ты что творишь? Спалят нахер тебя, и нас зацепом.

Капец! Сейчас сажают за какие-то вшивые граммы, а  у него в этих колбасах было килограмм двадцать. Нам бы всем накинули по десятке. Легко! Бля, ну сумасшедший человек!

- Да не! Всё нормально. Я всё продумал, - и показывает мне. Поверх травы он положил одеяло. Типа, там в мешке только одни одеяла лежат, без палева. Ну, пидзец! Ну, дебил! От этих грёбаных мешков запах на два квартала, никакая собака не нужна, чтобы найти, зато он там прислюнил одеяла. Ну не дурак ли? Но самое главное, что вся эта срань у него прокатила. Нас довезли до Уссурийска, там мы пересели в электричку. Он со своими оухенными мешками лазил по перрону. Меня бы прищучили миллион  раз, а этому засранцу хоть бы что. Во Владике всё это богатство он притащил домой, жил в ста метрах от железнодорожного вокзала. Что там маме сказал - не знаю, наверно, про какой-нибудь гербарий для друга ухо залечил. Мама тогда ещё не врубалась. Бедная мама, намучилась она с ним, царство ей небесное, хорошая была тётка.

В конце года в городе был объявлен конкурс на лучший рисунок к олимпиаде в Москве, она как раз должна была состояться следующим летом. Вызывает меня Субботин: "Сэта! Ты должен нарисовать сэто!"

- Какое такое, бля, сэто? Говори нормально, скотина! - про себя, конечно, вслух бы я не осмелился.

Во-первых, я никому ничего не должен, и тем более такому поганцу, как Суба. Я столько отпахал в нарядах - хватило бы на десятерых. Это он, блин, мне должен до гробовой доски, что в роте такая чистота и порядок.

Но рисовать мне всё-таки пришлось! Комитет комсомола города обязал все вузы города предоставить рисунки с тематикой пресловутой олимпиады 80 года. Приказ комсомола - закон, надо выполнять, иначе сотрут в порошок. Отправят на Колыму лес валить, а на хрена мне это надо?

Краски у меня были, навык кое-какой остался. Выскреб я из уголков мозга все свои креативные данные и сделал шедевр. Сюжет простенький: олимпийский Мишка стоит с ножовкой в руках, а рядом распиленная пополам ядерная бомба. Нос бомбы валяется в стороне, а нижняя часть, та что со стабилизаторами, использована как ваза, в которую вставлен букет цветов. Отдал я своё произведение и забыл про этот случай. Как раз начались новые приключения, кабаки, залёты, козомочилово Славика и прочий навоз.

Но спустя какое-то время вызывают меня не куда-нибудь, а в комитет комсомола города. Оказывается, мой рисунок завоевал второе место на этом великом конкурсе. В принципе, он занял бы первое, но чувак, который победил, был там завсегдатаем, постоянно присылал свою мазню по любому поводу. И в этот раз прислал хуеву тучу рисунков, вот один из них стал как бы лучшим. Короче, задавил меня количеством. И самое главное, вручают мне офигенную купюру достоинством 50 рублей. О как!

Уже не помню, что мы с ней сделали, но скорее всего в пивбаре на Постышева, на следующий день потолок снова был обоссан.


41 Трихопольный пиджачок.

Опять эта ненавистная учёба. Грёбаный Субботин. Если бы не Славик, можно было бы прокиснуть от тоски. За лето он не остепенился и не растерял своего умопомрачительного креатива, продолжал коры мочить пуще прежнего. Приползает как-то утром в воскресенье в коричневом костюмчике с иголочки. Тоже, видно, как и я, решил обновить гардероб. Мы ещё спим как бы, нежимся в кроватках, а он пристал ко мне, подлец - сделай ему, видиш ли, укол. Нет-нет, не наркотический. Тогда ещё не наркотический. Я шары ещё не продрал, воскресенье - самый отдых, а он пихает мне в лицо шприц и гыгыкает. Была у него такая манера - гыгыкать, когда подкатывал с какой-то просьбой.

- Что стряслось, Славентий?

Оказывается, однажды вечером он мирно возвращался домой из бара и повстречал девушку.

Ну, понятно, нам обьяснять не надо, какой он там возвращался, накуренный, небось, в дымину, ну и накативший, конечно, неслабо всяких  разных алкогольных напитков, какие были в этом хуевом баре. Жил он тогда с мамкой в кирпичной хрущёвке возле привокзальной площади. Девушка тоже была не шибко трезвая. Если полностью откровенно, то она была вдрызг пьяная. Лежала возле гаражей, отрубившаяся.

Славик, видя такое её состояние, решил познакомиться поближе с целью сексуального контакта. То, что она не очень трезвая, это даже хорошо, много времени тратить на разговоры не надо. Она вообще говорить была не в состоянии, а Ганс как раз очень не любил "лить воду". Это его выражение: лить воду - значит, вести какие-то предварительные беседы с девушками, чтобы подобраться к  мохнахе. Имеются в виду женские половые органы. Где он такое шикарное слово выцарапал - не знаю. Женскую письку ласково называл мохнашкой. Сам, наверно, выдумал - он был мастак изобретать новые слова. Ну, она ведь мохнатая. Это если у приличных девчонок. А когда у каких-нибудь прожжённых шмар, то грубо - мохнаха.

Начал он с той тёлочкой проводить предварительную беседу. По-простецки, конечно. Что ты тут делаешь, да что случилось? Ну, в общем, необходимые формальности, типа знакомства. Пару комплиментов просто необходимо, когда надо, он умел быть галантным. Ему жутко хотелось засадить кому-нибудь в тот момент, так уж случилось. Опять же алкоголь, эта херня всегда действует возбуждающе, он готов был трахнуть любое чмо, а тут такая бабёнка, очень даже симпатичная. В плащике кожаном, нормальная деваха, ну, перебрала малость, так с кем не бывает. Сами такие иногда бываем. Что она там ему мычала - хрен его знает. В общем, Ганя сделал вывод, что она тоже не против.

Слава, как культурный парень, помог ей подняться и подтащил к колонке, эта колонка и сейчас там стоит. Подмыл её. Оухеть! Верх галантности! Я бы в жизнь не догадался. Хотя зачем он её подмывал - не пойму. Может быть, она обосралась там, возле гаражей. Тем не менее, он это сделал и засандалил ей в её изумительную, теперь чистенькую мохнаху.

Но позже выяснилось, что была она не такая уж и чистенькая, намотал Гансила на конец. Такое бывает, дело житейское. Вот к чему приводят случайные, беспорядочные связи. Потому советуют специалисты таскать всегда в кармане презерватив, а можно просто жениться.

Трепак! Слово-то какое отвратительное. По научному - триппер. Я, конечно, не сильно дока в этих делах, но краем уха слышал, что где-то там, в глубине пидзы заводится бацилла под названием трихомонада, отсюда и название болезни. Живёт эта бацилла в мохнахе как в домике. А что? Тепло, хорошо, еды полно. Размножается там же. А когда их получается много и становится тесно, переселяются на тех, кто заходит в гости. И тут как раз Славкин член заглянул на огонёк: "Заходи, закуривай!" Нет, не так! Лучше: "Заходи! Наматывай!"

Водой эту пакость не смыть и не уничтожить, так что напрасно он там устроил ночную, санитарную обработку промежности. Теперь на его члене поселилась эта поганая трихомонада. Вот он и прибежал спозаранку со шприцом и пузырьком белого порошка. На бумажке, приклеенной к бутылочке, было написано латинскими буквами: trichopol.

Я никогда не делал уколов, не умею этого. Да и не хватило бы у меня мужества воткнуть в лучшего друга иглу, наверно, это больно. А он уже разбавил водичкой порошок и заполнил шприц, суёт мне под нос свою белую, незагорелую жопу. Сразу вспомнил Моргунова с огромным шприцем в заднице.

- Да не могу я, Славка! Честно! Вон, Фил тебе сделает.

Фил, тоже ещё не совсем отошедший от сна, лёжа хихикает над Славкиным рассказом. А ему пофигу, взял заправленный шприц и, всадил Гансу пониже спины. Странно, почему именно в ляжку надо делать, а не в руку, например, или пузо. Андрюха был парень с ленцой, как лежал, так и продолжил лежать, и лёжа всю эту процедуру проделывал. Не очень-то это удобно. В какой-то момент иголка соскочила, и жидкость фонтаном брызнула в разные стороны.

Эта картинка у меня до сих пор перед глазами.

Лежащий Фил, с растопыренными, сумасшедшими глазами и лицом, забрызганным чёртовым трихополом, а возле его лица Славкины белые ляжки, тоже в белых брызгах. Этот сюжет в ютубе сейчас сорвал бы миллион посещений за час. Мы очень долго смеялись. А Гансу горе - новый шикарный пиджачок был безнадёжно испорчен. Как он ни старался, херня эта полностью не оттиралась с ткани. Как он ни тёр, оставались заметны светлые разводы. Так и ходил Славентий  потом, очень долго, в этом трихопольном пиджачке. Зато теперь трихомонада вряд ли захотела бы поселиться на нём.

Продолжал поражать нас своей везучестью, сообразительностью и памятью. Однажды мы гуляли по городу, кто был во Владивостоке, тот знает, что поверхность там чрезвычайно неровная. Сопки, овраги и прочая фигня. Чтобы попасть из точки А в точку Б иногда приходится петлять по серпантину каких-нибудь левых тропинок и необорудованных дорожек. Славка был не то чтобы ленивый, но старался избегать делать ненужные телодвижения, если можно было что-то не делать, он не делал.

Идём... Очень крутой склон... Тротуар с такими, большими зигзагами. Ганс решил срезать, укоротить путь. Справа за парапетом, на метр ниже его, виднелась крыша контейнера. Такой металлический,  для перевозки всякого барахла.

- О! Ништяк! Пошли! - и полез через парапет.

Мы ему честно сказали, что он гонит. Славка разнервничался, он всегда психовал, когда ему казалось, что на его резонные, очень логичные предложения отвечали оскорбительным отказом.  Ведь это же  гораздо короче, мы сэкономим уйму времени. "Что вы как дураки?" Он ругался страшно, он махал руками с растопыренными пальцами. Всяко поносил нас нехорошими словами, но в такие моменты я его любил ещё больше. Может быть, плохо описываю, но в эти минуты он был шикарен. Он не злился, нет, он нас как бы жалел. Он объяснял нам, несмышлёным, что это лучше для нас. Он расстраивался, что мы такие глупые, и не понимаем очевидных вещей. Он был слишком нетерпелив, он всегда торопил события. Ему казалось, что время утекает между пальцев. Он дорожил каждой секундой существования на этом неблагодарном свете. Но в тот раз на нас его проникновенная речь не подействовала.

Мы как-то не решились лезть через этот сратый парапет, там пришлось бы прыгать с двухметровой высоты. "Ну тебя нахрен, Ганс, иди сам".  Тем более, были слегка выпивши, не хотелось бы в нетрезвом виде заниматься  этакой эквилибристикой. Он махнул рукой. У него была такая манера, чуть что - махнуть медленно, с расстановкой,  рукой с этими великолепными, растопыренными пальцами, дескать, "лошары, что с вас взять". К нашему удивлению на этот раз ему не повезло, до контейнера он долетел нормально, а потом всё пошло наперекосяк.

Верх сделан из волнистого металла, и ровно приземлиться на такую поверхность проблематично, мы услышали грохот, а потом громкий удаляющийся вопль Ганса: "А- а- а- а!!!" Он летел вверх тормашками и дико орал. Интересно, почему это люди, когда падают с высоты, всегда так орут. Почему бы не кричать: "О- о- о!", или, например: "У- у- у!".  А ещё лучше: "Ы- ы- ы!" Или вообще лететь молча и улыбаться. Когда он хряпнулся об землю, мне стало не по себе.

В итоге нам пришлось отложить все дела на сегодня и вести товарища в травмпункт. А какие там дела? Ну, наверно, пиво пить или что-то в этом роде. Наложили ему там гипс на правую руку, в этом ему повезло. Как раз шла сессия, и он своё увечье использовал на все сто процентов. Лабораторные не делал ни хрена. Придёт сдавать, налечит там экзаменатору чего-нибудь про закрытый перелом, вывалит всё, что запомнил на лекциях, если не спал. Память у него была всё-таки будь здоров. Те смотрят - вроде как парень что-то знает, к тому же инвалид, неудобно двойку ставить.

Весной копали какую-то канаву, наверно, под электрический кабель. Отвезли нас всех на сопку, выдали лопаты и рукавицы, показали фронт работ, выкопать от сих до сих. Поделили на всех по честному. Копаем. Вдруг слышу сердитые Славкины возгласы, руками распальцоваными размахивает. Дескать, безобразие, что за хунья такая. Аргументами сыплет, пальцы в воздухе так и мелькают, обожаю его в такие моменты. Почему это он должен, почти инженер, копать какие-то вонючие канавы?

Больше всего его бесило то, что он только вчера приобрёл шикарные туфли с острыми носами. Такая началась мода, острый нос на ботинках. Мы вместе с ним ездили их покупать, тогда это была проблема. Да к тому же у него 45 размер, редкий размер, а теперь приходилось грязь месить этими новенькими блестящими шкерами. Долго он бухтел, а потом как-то замолк. Даже странно, что он заткнулся. Слышу, народ что-то смеётся, животы надрывает. Оказывается, Славик, чтобы не испортить свои супермодные шлёпанцы, напялил на них рабочие рукавицы, как бахилы. Так и ходил до вечера с рукавицими на ногах, с оттопыренным большим пальцем забавная была картинка. Говорю же, находчивый был. Сейчас так прикинул: после Фреди, Джексона и Никулина  он был на четвёртом месте среди моих любимчиков, и только потом Высоцкий.

Я мог бы описывать Славкины приколы бесконечно, но задача моего повествования состоит не в этом.

К моменту описываемых событий процесс учёбы как бы устаканился. Ну, закончили третий курс, и что? Всё одно и то же: учёба, наряды, выпивка, сессии и прочий навоз. Потом практика опять в Востокрыбхолодфлоте, правда, пароход был другой, дизельэлектроход "Художник Герасимов". Не хотелось бы показаться невеждой, но к моему стыду до сих пор не знаю, что это был за тип, в смысле, художник. Что он там нарисовал - понятия не имею. Ну, если море, то ладно. Валы там, шторма и прочую белиберду про море, а если не про море, на хрена тогда назвали пароход его именем?

Тем не менее, я отпахал на этом художнике летнюю практику 80-го года а также и восемьдесят первого. Почему так? Легко объяснить. Все эти суда изготавливаются группами. Например: помните, я работал на Острове Лисянского? Так вот, этих разных островов дофига и больше. Остров Шмидта, Остров Ушакова, Остров Карагинский и так далее. Причём, работают они не только во Владике, но и в других портах страны. И художников тоже было немало: Илья Репин, Василий Суриков и т.д и т.п. Иногда в серии, когда не хватало подходящих художников, суда называли с бухты-барахты. Например: один из пароходов серии художников назывался Сибирь.


Но всё равно серия называлась Художники, всем было понятно. Пароходы серии в основном были одинаковые, копии друг друга. Но ведь вы же знаете, что даже однояйцевые близнецы отличаются деталями. Цветом глаз, ростом, характером, голосом и прочее. Так и пароходы, издалека они все одинаковые, один в один, а когда окажешься в машинном отделении - всё по-другому. Трубы, клапаны, цистерны и прочая фигня отличается радикально. По этой простой причине мы предпочитали попасть на тот пароход, на котором уже работали однажды и знали, где, что и как. В противном случае дед сразу же заставлял прыгать в робу, ну, то есть переодеваться в рабочую одежду и лезть под пайолы, изучать схему трубопроводов в натуре. И это правильно, от этого зависит безопасность судна, а значит, и всего экипажа и собственной задницы.


Вот вам пример: во время нашей учёбы у стенки Первомайского завода  перевернулась вверх тормашками огромная плавбаза "Александр Обухов". Всё из-за того, что человек, который ровнял крен, плохо знал схему трубопроводов и так наровнял, что закон, блин, Архимеда с оухительным удовольствием сработал, и плавбаза водоизмещением тридцать тысяч тонн опрокинулась вверх жопой... простите, килем. Погибло много людей, но поскольку в то время разглашать такие левые факты было неудобно, то всё это было замято, как будто ничего и не было. Заметьте, никакого шторма, никакого моря, просто у пирса. Вот такая паскудная история. В интернете, я думаю, есть информация об этом случае.

Трубы под пайолами переплетаются самым невообразимым образом и чтобы разобраться, надо проползти на карачках вдоль и поперёк всех этих йобаных труб. Поэтому после четвёртого курса я снова оказался на Герасимове. Лень-матушка, а может быть, заразился от Ганса, он предпочитал не делать то, что можно не делать. Некоторые называют это ленью, а я назвал бы практичностью. Вы когда-нибудь ползали под пайолами? Вот то-то и оно! Возможно, чуть попозже я подробнее опишу эту вонючую процедуру.


42 Немного о Высоцком.

Таких сногосшибательных приключений, как на Лисянском, в этот раз не было. Ходили мы по различным дальневосточным морям, трелевали замороженную рыбу, как проклятые, туда-сюда. Шторма, естественно, были, понемножку все мы к ним привыкли. Если даже придётся погибнуть, какая разница, когда умирать. К тому времени я прочитал уйму умных книжек об этом, в основном греческих философов, у них до хрена было времени размышлять о жизни и смерти.

Короче, смерть не так страшна, как её малюют. Пугает ожидание смерти, думают, что это больно. Как раз таки нет, смерть избавляет от боли, и вообще от всех проблем. Конечно, когда миллион долларов в кармане и здоровье отменное, понятно, что не хочется подыхать. А когда миллион болезней и всё тело трещит по швам, ждёшь не дождёшься эту тварь с косой. Всякий день годится для смерти. Я и так пожил достаточно и интересно. Конечно,  пожить ещё хочется, ведь ни одну девчонку ещё не трахнул. Лишь виртуальная, заочная любовь, но это не то... ну вы меня понимаете.

Хорошо, что вчера не умер, и то слава богу. А сегодня всё замечательно, жизнь продолжается, руки-ноги целые, башка на месте, да ещё и варит, о большем просто глупо мечтать. Но, если уж миллион в кошельке, так вообще класс. Долларов, конечно, с рублями непонятки слишком часто бывают.

Папа рассказывал, что когда он был маленький, дед Палладий приносил зарплату - целый мешок бумажных банкнот. Да только купить можно было на них хрен и маленько, кусок сала да булку хлеба. Такая вот фигня.  Уже при мне была эта скотская Павловская реформа, когда взяли, да и отменили в 1991 году крупные купюры, полтинники и сотки. Народ пердел как сумасшедший, собирал эти сотки в подушку, на старость, или на квартиру там, или на тачку, да мало ли на что? А ему говорят 23 января, с утреца (как раз суббота была, красота, спи себе, валяйся до обеда, рабочий класс): "Паренёк! А вытри ты жопу своими сбережениями! Или, если хочешь, засунь их туда!" Вытирать ими неудобно, больно мелкие бумажки, да и жестковатые. Самые хитрые обклеили туалеты этой херотой. Красиво! Неудивительно, что из России народ валит косяками уже триста лет и плодиться не хотят. А "Русское радио" всё твердит, как закостеневшее: "Всё будет хорошо! Всё будет хорошо!" К счастью, в 91-м я был гол как сокол, так что ни одного полтинника не пропало.

Простите, отвлёкся.

Как раз во время этой практики пришла новость - умер Владимир Высоцкий. Все были убиты горем. Он умер в Москве, тогда как раз шли Олимпийские игры, о его смерти даже не сообщили в газетах. Но каким-то образом эта паскудная новость всё же достигла нас далеко в Охотском море. Потом, гораздо позже, я узнал, что почтить его память пришло сто тысяч человек, хотя из Москвы в связи с Олимпиадой выгнали массу народа, чтобы не мешали великому событию. Вокруг театра на Таганке все крыши были заполнены людьми. Даже на похоронах Брежнева такого не было.

Когда я был совсем мелким, выменял у знакомого пацана кассету с его песнями, много песен знал наизусть. Он был всенародным достоянием. И вот его не стало. Ну почему такие умирают, это несправедливо! Ты слышишь меня, Бог? Потом, конечно, был на его могиле в Ваганьково, там всегда гора живых цветов.

По опросам, он занял второе место в списке "кумиры ХХ века" после Гагарина. Хотя, что такое Гагарин, таких гагариных миллион. Не Гагарин, так Титов. Не Титов, так Сидоров. Нужно просто прошманать многомиллионное население страны и найти подходящий организм. У человека с фамилией, к примеру, Цукерман не было шансов стать космонавтом. Пусть он там хоть семи пядей во лбу.

Вот, кстати, вам аргумент в пользу случайности; первого космонавта выбирали из огромного количества претендентов. В итоге на стол Хрущёву положили документы с двумя именами: Юрий Гагарин и Герман Титов. Хрущ с ходу отмёл кандидатуру Титова: "Что это за нерусское имя?" -намекая на сподвижника Гитлера. Хотя на самом деле Титов больше соответствовал требованиям Королёва, у него образование было покруче. Зато у Юрика с именем всё нормально. Древнерусское имечко. Основатель Москвы кто был? Ну, вот, то-то же.

А Высоцкий сделал себя сам, он такой один. Один из двухсот пятидесяти миллионов, да что там - из пяти миллиардов!


43 Пиво на вино-это говно.

На следующей практике кривая вывезла в Магадан, знаменитая, воспетая поэтом бухта Нагаево. Помните, у Высоцкого: "А ты не был в Нагайской бухте?! Дурррррак ты!"

Так вот, я там побывал. В тот июльский день восемьдесят первого года  как раз наблюдалось полное солнечное затмение. Не особо впечатляет. Ну... как бы наступили сумерки, и через полчасика снова всё нормализовалось. Знаете, как эти журналистишки из вшивой мухи делают слона. "Ужас! Затмение! Что бы это значило? А не апокалипсис ли это?"

И тому подобный кал-перекал, говно-переговно. Но я их не виню, начальство приказало, высоси хоть из пальца, хоть из задницы, но сделай сенсацию, взорви аудиторию, твою мать. И бежит этот охуевший журналист, чего бы где высосать. Ничего интересного в затмении нет, я потом видел их неоднократно. Больше вокруг этого факта домыслов и пустого пидзежа.

Море холодное, хотя самый разгар лета. Купаться невозможно. Ну, то есть можно, конечно, нырнуть, предварительно нахлобыставшись водяры, да и выскочить тут же с квадратными яйцами, удовольствия никакого. Я нырял.

Магадан - городишко небольшой, можно пешком из конца в конец пройти за час. Зато там в центре города пивзавод, и наливают свежайшего пива прямо с территории завода через окошечко. Желаете нефильтрованного? - Пожалуйста!

Но больше всего я был ударен по башке новостью о том, что тринадцать лет назад в Магадане был мой "крёстный папа" Высоцкий. Я был убит! Практически там, где я сегодня гулял, в тех же самых местах, возможно, бродил он. О-ф-и-г-е-т-ь! Если бы здесь был Пушкин, я бы не так возбудился.

Вы уже, наверно, догадались, что я выдохся, описывая учёбу в Рыбе. Можно сказать, начал, как те журналисты, из пальца хрень всякую высасывать. Конечно, было множество приключений, но как-то со временем стёрлись в памяти. В основном эти приключения случались после принятия некоей дозы алкоголя. Почему так? А бес его знает. В пьяном виде жизнь воспринимается по-другому, да вы и сами это знаете. Но, в то время у меня ещё не было тяги к выпивке, больше интересовала не выпивка как таковая, а последующие за ней события.

Начиналось всегда до обидного просто. Пятница, к примеру, святой день, увидели в окно жёлтый бочонок. Это сигнал - надо что-то думать! Этот чёртов бочонок, как красная тряпка для быка. Тут Ганс, конечно, просыпался: - Ну, чо? Может, по пивку?

И вот он уже несётся со своим чёрным портфелем, в котором позвякивают эти замечательные банки. Я рассказываю не о каком-то конкретном дне, а просто обычный среднестатистический день, развитие событий, так сказать.

Выпиваем, беседуем за политику, как раз тогда Картер обосрался на  Ближнем Востоке, вертолёт там брякнулся со спецназовцами, ну и понеслось. Выбрали Рейгана. Ох, и паренёк был, просто душка. Обожаю Рейгана, это лучший президент всех времён. Такую пургу нёс, потом куча толмачей публично извинялась и объясняла, что он имел  в виду на этот раз.

О девчонках, конечно, беседовали или просто гнали какую-нибудь тюльку. Над Сычом, например, могли прикалываться. С ним скучно не бывало.

Через какое-то время пиво кончалось. Это закон: если пиво есть, то его сразу нет. Тут же возникает здравый вопрос: " И что делать дальше?" День клонится к закату. Ни разу никому не взбрело в голову предложить: - А давайте, ребята, спать ложиться, уже ведь поздно.

Зато очень часто поступало предложение смотаться на Баляева в гастроном. До восьми ещё можно успеть. Имеется в виду то, что продуктовые магазины  работали до восьми, после этого выпивку купить было невозможно. Конечно, у таксистов всегда была водяра, но это очень дорого. Мы этой услугой почти не пользовались, с деньгами часто были перебои.

Сказано - сделано! Вот и Портишок или Агдам уже на столе, самые демократичные напитки того времени. Выбор был невелик, не то, что сейчас, миллион сортов бухла. Тогда было два-три сорта водки, вина тоже два-три вида, шампанское, но его мы пили только раз в году на Новый год. Поэтому я долго считал, что от шампанского невозможно захмелеть, и эта уверенность однажды сыграла со мной злую шутку.

Есть такая народная мудрость: "Пиво на вино - это говно. Вино на пиво - это диво". В смысле, грамотнее выпивать, повышая градус всех последующих напитков. Начинать с пива, ну, и заканчивать, как повезёт, лучше шилом. Правило простое, но верное, проверено много раз. Никогда не пытайтесь выпивать алкоголь в обратной последовательности по градусам или делать это беспорядочно. Будет плохо, не повторяйте чужих ошибок. Ну, конечно, если вы по натуре исследователь, экспериментатор, так сказать, то милости прошу в нирвану. Я вас предупредил: скорее всего, очнётесь в луже собственной мочи и с разбитым лицом. Это закон!

Тогда мы были молоды и не понимали, что пиво, это ловушка. Выпив чуть-чуть, оказываешься как бы в плену ожидания приключений, а приключения любят все. Но они бывают разные, бывают безобидные, весёлые, смешные и ржачные. Про которые потом приятно и весело вспоминать. Бывают дерьмовые; когда один неверный, глупый поступок, и ты загремишь в тюрягу на долгие годы. Бывают опасные. То есть разбитый бубен поутру, это счастье. Оторванные конечности или отсутствующий глаз, к примеру, или член - это уже серьёзно. И главное, обидно то, что не помнишь этих пидорасов, которые такое сотворили с тобой. Как русская рулетка, набухался - повеселился вдрызг, или набухался - очнулся в "жопе".

После употребления винищща, тем более никому не взбредало в голову предложить ложиться спать. К тому времени все понимали: "Пора в кабак". Требуемая степень алкоголизации достигнута. Самое глупое, что можно сейчас сделать, это лечь спать.

Деньги, как ни странно, на такое быстро находятся. Если вначале, на пиво, приходится шкрябать по диким сусекам, то на ресторан находилось быстро. Не скажу за всех, но выдам свой небольшой секрет. У меня, внутри замечательных, симпатичных плавок был пришит маленький карманчик, в который можно было запихнуть несколько купюр, на чёрный, так сказать, день. Об этом карманчике я старался не помнить. Ну, как бы его вовсе нет. Эти купюры могли долго, относительно долго, там находиться, но когда наступал момент "икс", я о них вспоминал. Подозреваю, что я не один такой был хитрец.

Почему не трусы, а плавки? Ну, это же ясно любому болвану - нужно всегда быть готовым к совокуплению. Шерше ля фам. Не буду же я перед новой женщиной, одетой в какие-нибудь восхитительные кружевные трусики, выябываться в чмарных семейных труселях с запашком. Да это просто было бы проявлением неуважения к ней. Не к какой-то конкретной даме, а вообще ко всей прекрасной половине человечества. Опять же, не буду говорить за всех, у некоторых мальчишек трусики, конечно, были дико асексуальны. Хотя после необузданного ресторана девчулькам уже было всё равно, какой там духан от этих труселей. Тогда я ещё наивно думал, что все девушки принцессы.

Теперь про места обитания.Точек было много, но самые дежурные, это кафе "Лотос", ресторан "Волна" и кафе "Аэлита". Они были удобны тем, что все находились в самом центре города, все в пределах пешей досягаемости друг от друга. Поэтому, если вдруг не было свободных мест, можно было по-быстрому дошагать и всё-таки влиться в компанию таких же, как мы сами, искателей приключений.

Лотос находился как раз возле той поганой ментуры, куда меня замели в самом начале моей учебной карьеры. Замечательный был кабак, хорош тем, что он был архидемократичен. Можно было прийти и посидеть втроём на червонец, конечно, предварительно доведя себя до подходящего состояния. Салатик на троих и три фуфыря какой-нибудь хуньи, вполне удовлетворяли и нас, и официанта. Что он там имел с нас? - чёрт его знает. Но там было хорошо.

Ещё такая деталь. Кабаки подразделялись по количеству присутствующих тёлочек и готовности их отдаться. Ну, это сложно и долго обьяснять. Вот пример для понятности. На Луговой был ресторан "Зеркальный", нам ловить там было нехер с нашей вшивой десяткой. Там почему-то любили зажигать военные моряки, офицеры. Ну и, соответственно, контингент женщин подбирался, желающих выцепить себе мужа, военного моряка. Для таких дам это верх счастья. Наши нетрезвые рожи у них вызывали отвращение. Да и дороговато там было. Короче, мы туда не ходили, хотя это гораздо ближе к Баляева, где мы обитали.

А Лотос в самый раз; разбитные бабёнки, пьяненькие, весёлые. Правда, по поводу трихомонады там не было гарантии. А презервативы, я не помню, чтобы продавались в аптеках. Наверно, это была политика партии, надо увеличить рождаемость, бля, строителей коммунизма.

Славик однажды нарушил правило повышения алкоголизации, перемешал нахер всё что можно, к тому же ещё пыхнул неслабо, и что-то перепутал. Только когда он захотел писять, поплёлся почему-то на улицу вместо туалета. Я думал, подышать там заодно в процессе отлива, а он, оказывается, был уже в улёте. Говорю же, лучше не перемешивать. Вышел, и давай там ссать на  машину. Да ладно бы просто тачка, а оказалось - воронок. Ну то есть Уазик ментовский, в котором сзади есть специальные места за решёткой, куда менты умудрялись утрамбовывать человек по десять.

Из воронка выскочили остервеневшие от такой наглости мусора и давай Славика окучивать. А толку? Он даже и не понял, что случилось. Ну, обоссал машину человек, ну и что? Не разбил ведь ничего, не сломал. Несправедливо как-то. Вечер, конечно, был испорчен, и главное, ничего ведь им не сделаешь. Хотя нас было больше, можно из них было говно сделать, но мы были в отличие от Ганса в здравом уме. Все знают, ментов лучше не трогать.

Не знаю, как сейчас, давно в кабаке не был, а раньше шли туда не для того, чтобы там покушать или попить, и так были пьяные и наетые. А снять тёлочку. Конечно, там начинались всяческие переглядывания с дамами, танцы, шманцы, разговоры, знакомства. Почти каждый раз возникали конфликты между самцами. Ребятки  все ходят командами, по пять шесть и больше человек, по-другому никак. Девчонка спляшет, например, с каким-нибудь парнягой, а потом я её приглашу. Выходишь потом в гальюн отлить, оп-пана, пацаны откуда не возьмись! Типа, разбираться пришли. Я всё время удивлялся. "Ты что, бля? Жениться на ней собрался? Или, бллин, полюбил так сильно?" Видит её в первый раз, знает пять минут, ёп. И начинается какая-нибудь бодяга.

- Ну, ты чо, бля?

- Ты чо попутал, бес?

- Да хто ты такой?

- Чо за хунья?

Ну, и в таком духе. Если, допустим, нас оказывалось больше, то, как бы конфликт затихал постепенно. Никому неохота лишний раз по бубну получать. Если пацаны оказывались из "Рыбы", то находили общий язык. Вариантов миллион. Конечно, иной раз приходилось биться, но такой исход был не в радость, вечер испорчен. Не за этим сюда ехали.

Ресторан "Волна", это на последнем этаже морского вокзала, там же был и бар. В то время как раз промышляла "третья смена" - что-то вроде доморощенной советской "мафии". Бомбили пьяных мариманов и проституток. Сейчас это кажется смешным, а тогда их уважали. "О! Третья смена! Круто!"

Когда денег было в обрез, сидели в баре ресторана. Брали с собой пузырь водки и трёхлитровую банку персикового сока. Всё это нелегально, администрация не любила таких фокусов. Первый коктейль брали у бармена, а потом в этот фужер херачили свою смесь, хватало надолго. Танцевать можно было в ресторане, там зажигали морячки, самая благодарная публика. Частенько утром они оказывались в наших апартаментах, в кубриках, где на двери нет даже защёлки, и поссать нормально невозможно, потому как туалет только мужской. Мальчишки, как настоящие джентельмены, провожали дам  в наш проссаный, обклеенный газетными афоризмами туалет и ждали терпеливо, когда они там выписяются, чтобы продолжить дикий, весёлый секс без презерватива.

А роль замка на двери выполнял говнодав, за это их и ценили. Носить эту хрень было невозможно, зато закрывать ими дверь очень замечательно. Возле двери, изнутри, в пол вбивается оухительный гвоздь, гад ставится каблуком между дверью и гвоздём. Держит железно, проверено! Выбить дверь невозможно, так как она выполняет роль рессоры, просто отпружинивает удар.

Нет, ну, конечно, если заложить туда толовую шашку, которую использует спецназ при штурме каких-нибудь ублюдочных террористов, и отправить этот чёртов говнодав к его чёртовым праотцам, то есть к долбаной матери...  Но мы ведь не террористы, и уж тем более не ублюдки, просто мы хотели любить и быть любимыми.

Ещё кафе "Аэлита", это уже в последнюю очередь. Девчонок там снимать бесполезно, собиралась какая то шобла-ёбла, хер проссышь. Все прокуренные, то ли наркоманки, то ли просто пьянь. С ними лучше и не начинать, точно на конец намотаешь по-быстрому, лучше всего просто посидеть, по сторонам поглазеть. Зато музыка была неплохая, и интерьер такой прорывной. Еды вроде не было, не припомню, только выпивон, потом приходилось пидзовать на вокзал, пирожки какие-нибудь хавать, чтобы в животе ночью не сильно громко урчало.

Ну, вот так, примерно, всё и происходило. Прибавьте к этому ежедневную учёбу, лекции, лабораторные, курсовые, наряды, строевые и прочая хрень-лабудень под названием учебный процесс. Владивосток - город нашенский, наливай да пей!


44 Много и сразу.

В январе  восемьдесят второго отправили нас всех на военную практику на станцию Угольную под Владивостоком. Там были военные склады Тихоокеанского флота, это был последний этап военной подготовки. У нас  торжественно приняли присягу на верность Совейскому Союзу.

- Я! Бллин! Гражданин! Мать его, Союза, и так далее... Радости - полные штаны, этот Союз уже практически дышал на ладан. Но простому быдлу, вроде нас, об этом забыли сказать.

Если бы не соревнования по скоростному говнометанию, так вообще нечего было бы вспомнить про эту сраную Угольную.

Поселили нас, человек пятьдесят, в какое-то большое помещение, типа склада или большого сарая. Был январь, но в сарае было тепло. Телевизора не было, радио не было, интернет опять-таки не успели изобрести, развлекались, как могли, сами.  Рассказывали друг другу всякие байки-небылицы. Вспоминали прошлое, ведь проучились вместе уже практически пять лет, так что можно было услышать много интересного. Играли в слона и, конечно, выпивали, только не так, как на начальных курсах. К тому времени все стали уже профессионалы беспалевного выпивания, то есть, не жрали водку как перепуганные, а принимали её верными дозами, все уже знали свою черту.

Тем более, никому не хотелось за пару месяцев до выпуска и диплома загреметь в говно, то есть в армию. Ни хрена себе! Без пяти минут инженер и без десяти минут офицер, чистить какие-то сраные унитазы за молодыми. Не-не! Дураков нет!

Туалет был на улице, обычный уличный клозет без услуг, на четыре очка, то есть четырёхместный, примерно такой же, как в Находке. Тоже беленький, но не такой эксклюзивный, как там. Просто тупо белый и внутри и снаружи, видно, не нашлось умельцев с художественными наклонностями, чтобы соответственно разукрасить. Какать в нём было скучно, ни тебе рисунков, ни тебе текстов.

Уже не помню, кто придумал такой прикол, но мы бегали в этот сральник  метать кал на скорость. Не все, конечно, а идиоты, вроде меня и ещё некоторых дебилов. Задача перед участвующими в дерби ставилась простая: стартануть, добежать до гальюна, это метров двести, посрать и бегом назад. Кто вернулся первый, тот и победитель.

Знаете что, ребята: я в школе побеждал на межшкольных олимпиадах, в бассейне обгонял каких-то, блин, чемпионов. То есть уже был избалован славой, подцепил, можно сказать, эту бациллу звёздной болезни. А тут не обгоню каких-то засранцев?

Главное, ребята, теория! Надо в уме составить грамотный тактический план гонок. Мальчишки, видно, не сильно беспокоились по этому поводу, я же подходил к старту основательно. Фишка в чём? Обычно, тормозились в самом гальюне, медленно всё у пацанов получалось. Пока они там пыжатся, сидят, я уже на финише. Весь в лаврах, можно сказать.

Так и быть, раскрою вам свой секрет. Только никому! Стартую, бегу, рву, что есть мочи. По ходу уже начинаю срать. Не в штаны, конечно, валить, как вы подумали, а как бы проталкиваю кал ближе к выходу. Метров за двадцать начинаю сбрасывать штаны, последние метры несёшься с голой жопой. Эх, не было тогда ютуба! Точно стал бы звездой.

Когда загибаюсь раком над этой дыркой, дерьмо со страшным свистом вылетает наружу. Задницу вытирать некогда, да она и не успевала  испачкаться. Молнией назад, на ходу напяливая галифе, на улице примерно минус двадцать, не особо комфортно. Главное, не подморозить яйца, ещё детишек рожать, желательно здоровеньких.

Самый суровый соперник был Репа, где он так быстро научился срать - ума не приложу. Остальные были в полной жопе. Короче, мы с Вовкой были два главных засранца на всей Угольной, но в газетах об этом факте умолчали, вообще в Совдепии всегда скрывали новости. Всё, что не касалось строительства коммунизма, газетчикам было не интересно.

Однажды солнечным январским днём, точно таким же, когда  в Лесозаводске появился на свет тот кривоногий мальчик, меня разбудили лепшие кореша Ганс и Куличок. Разбудили - это, конечно, мягко сказано, они практически вытащили меня из постели, тёпленького, за уши и поволокли по полу. По этому холодному, местами крашеному полу.

Вы же в курсе, спросонья я соображаю плоховато, но когда оказался в комнатушке без названия и увидел шикарно накрытый стол - всё понял, точнее, вспомнил. Мать честная, да ведь у меня сегодня днюха!

Я и сам забыл. Ай да хлопцы, ай да сукины сыны! Я забыл, а они помнят. Чертовски приятно! Значит, это настоящие друзья. Ну, а как иначе? Эту водку ещё хрен купишь, магазин далеко, денег нет. Выйти с территории склада проблематично, военный режимный обьект и тэдэ, и тепе. А они всё-таки решили вопрос, выполнили эту миссию. Ну, а вся шикарность стола заключалась во флаконе водки по центру и, почиканных кусках хлеба на газете, плюс три гранёных стакана. Сейчас такие только в музее можно увидеть, под оухительной сигнализацией.

У меня та картина до сих пор перед глазами стоит. Символическая картинка: газета "Правда" с этими, бля, медалями и орденами на обложке, посередине пузырь водяры, и живописно так разбросанные  куски хлеба вокруг. Всё это в море солнечного январского солнышка из окна.  Вот это и есть, бллин, сермяжная правда жизни. Это и есть счастье, когда у тебя есть друзья, и они о тебе помнят и заботятся. Как раз в это время никому не известная девушка с итальянской фамилией Чикконе в далёком Нью-Йорке записывала свой первый клип.

Это я про Мадонну так витиевато загнул. Собственно, я никогда не был её поклонником, поклоняться нечему, послушал вот только что специально десятку её суперхитов... Херня! Никакие это не хиты, обычный шлак. Промоутеры постарались, распидзели на весь белый свет, какая зашибатая певица. Нетребко бы сейчас при слове "певица" усмехнулась. Конечно, бабёнка стоит уважения за её упёртость, но не более того.

Мы жахнули по чуть-чуть, по 500: 3=166,6 грамм водки. Согласитесь, для взрослых русских, почти офицеров, это нормальная доза. Ну, чуть-чуть повеселело, а больше не надо, ведь в честь моего дня рождения не отменили рабочий день, и тем более не отменили дальнейший процесс строительства социализма и, мать его, коммунизма.

То, что Славик натренированой рукой достал из правого кармана  широких штанин ракету, стало быть косяк - ничего не значит.  Да, так себе, небольшой косячишко. Ведь нигде не написано в уставе морских почти офицеров, что им нельзя чуть-чуть дунуть на дне рождения у друга. Конечно, стало ещё лучше, не буду скрывать.

В тот день нас с Гансом отправили в город с секретным заданием; отвезти в прачечную наши грязные простыни и привезти чистые обратно. Это, конечно, счастье, хоть ненамного, но сменить обстановку, тем более, что эта прачечная находилась как раз на Постышева. Вы ведь ещё не забыли, что там находится шикарная пивная, самая большая в городе, а может быть и на всём Дальнем Востоке.

Если ты, дорогой читатель, настроился на новые приключения, огорчу - их не случилось.

Когда надо, Славик умел быть благоразумным. Мы пидзовали по рельсам с огромными баулами за спиной, заполненными нашим обосранным бельём, мимо этой чёртовой пивной, и Славик поразил меня своими философскими соображениями по поводу будущего. Нет, он его не предсказывал, просто высказал мысль о том, что однажды станет богат. Причём, он желал заиметь денег сразу и много. Точнее говоря, соглашался стать богатым сразу, то есть в одно мгновенье, ну, как бы сорвать большой куш. Очень большой.

Мои слабые аргументы о том, что понемногу, но стабильно, тоже хорошо, что можно всю жизнь прождать куш и не дождаться, и прочее говно,  не подействовали на него. Видно, он давно этим заболел, просто мы не заметили. Именно много и именно сразу, Ганс был непреклонен. Эх, Славик, друг ты мой сердешный, знал бы ты, чем это закончится.

И потом, в будущем, он всегда брался только за такие дела, которые, по его понятиям, могли принести очень много денег и сразу.

Конечно, где-то он прав. Можно найти в истории массу людей, которые стали дико богаты, причём очень быстро. Можно, например, найти клад, или как Цукерберг, случайно стать миллиардером. Но таких единицы, очень везучие парни оказались там, где надо, в нужное время. Миллион удачных совпадений. Лотерея. На лотерею надеяться может только безумец, я всегда придерживался своего правила: понемногу, но стабильно. Главное - не просрать то, что заработал, хотя в какой-то момент сам оказался баловнем судьбы, правда ненадолго. Не будем спешить, всё расскажу чуть позже.

А сейчас мы шагаем по шпалам, как задроты, с мешками вонючих простыней, и мечтаем о том, что когда-нибудь станем богаты и будем рассекать по нашенскому городу на шикарных лимузинах, выпивая прямо из горлышка шикарный алкоголь.


45 Азэлла.

Очередная  весна. Солнышко, птички, цветочки и всё такое. Если хотите подробностей, это не ко мне. Возьмите лучше в библиотеке какого-нибудь Есенина или Толстого, они были большие мастера слова, кстати, и выпить были не дураки. Я что? Просто советский мальчуган, выпить - это да, а вот написать складно, не очень.

Короче, как только защебетали все эти пташки, и зазеленело это всё на деревцах, в кармане ощутилась нехватка бабла. Деньги, заработанные неимоверным, титаническим трудом прошлым летом, в дальневосточных прохладных морях, закончились, а вот желания и потребности, наоборот, увеличились. Мы все понимали, что до коммунизма рукой подать. Там всем дадут по потребности. А пока что приходится выкручиваться, и дотянуть уже как-нибудь до этого треклятого коммунизма. Успокаивало то, что потом всего будет завались.

Пишем диплом, занятий как таковых нет. Зато много свободного времени. Нам так казалось. На самом деле это время дали для качественного написания диплома. Но, мы это освобождение от учёбы поняли по-своему, и кинулись безбожно убивать время. А как его убить? Вы ужасно догадливы. Ну, конечно, бухаловкой! А поскольку монеты кончились, побежали все устраиваться на какую нибудь работу. И я в том числе, а чем я хуже?

В те времена слова "резюме" не слыхали. Надо было просто засунуть свою опухшую рожу в отдел кадров какого-нибудь предприятия, и постараться произвести хорошее впечатление. Желательно проделать это в трезвом виде. По совету друга, то есть Славика, я приплёлся в контору без названия, попытать счастья стать охранником. Название у конторы, конечно, было, но это не играет роли. Можно было охранять, например, Дальзавод или угольную базу, хлебозавод или какую нибудь другую херню. В те времена всем было насрать на охрану как таковую.

Везде в заборах были оухительные дырки. Хорошо, если вообще были какие-то заборы. Вся эта сратая охрана дрыхла по ночам, как кони, никто и не собирался ничего охранять. На самом деле, никакого оружия у охраны не было и в помине. Преступников тоже не было. А если даже и были, то они предпочитали спать ночью, как нормальные люди, и выходили на свой подлый преступный промысел вместе с прочими тружениками с утра, как на работу. Но, тем не менее, охрана как понятие существовала, там работали всякие полудохлые старушенции и дедки... ну или дураки, вроде меня, от нехер делать.

А что? Нормально! Пришёл вечером на работу с залитыми шарами где-нибудь в Лотосе, выспался нормально и, пошёл с утреца писать свой вонючий, нафиг никому не нужный, диплом.

Явился я в эту контору. Чо, каво? Надо воду охранять? Запросто!  Нет проблем! Это лучше, бля, чем пиво охранять. За пиво башку снесут к чёрту нехорошие мальчишки, а воду - запросто. Кому она нужна?

Вообще Владивосток город странный, единственный в своём роде в России. Все уже устали смотреть по телеку про эти знаменитые владивостокские заледеневшие улицы на склонах сопок, когда машины скатываются по очереди вниз, образовывая там кучу малу из смёрзшихся японских авто. Но главная странность это то, что хотя в городе обитает практически миллион жителей, если учесть всех незаконных мигрантов, тут нет нормального источника воды. Вблизи нет ни одной приличной речки.

Так вот, ответьте: откуда в городе берётся пресная вода?

Ну, давайте, чешите затылок дальше!

Пить надо?.. Надо! Мыться надо?.. Надо! Смывать ссаки как? А говно? Да мало ли, для чего нужна вода! Даже пиво без воды не получится, а тут целых два пивзавода, между прочим. Задумались?

Ха! А вот я знаю! Я работал, бллин! Я охранял эту хренову воду! Для Владика вода - стратегическое сырьё, потому как перекрой кран и город захлебнётся собственными саками. Я видел, что творилось в гальюне  пивбара на Постышева, там просто ссаки смывали ссаками, только более свежими. И поэтому в конторе, куда я попал, в то время даже выдавали ружья. Не фанерные, как в других местах, а настоящие. Некоторые из них даже стреляли, я сам видел, но это было опасно, могло разорвать, так как их, скорее всего, насобирали на Куликовом поле.

За городом, где конкретно не скажу, это военная тайна, есть здоровенное водохранилище, вроде большого котлована или озера. Там собирается всё, что падает с неба. Слава аллаху во Владике погода  мокроватая, как в Питере, так вот, вся эта небесная срань собирается здесь и используется потом по мере надобности. Кое-какие ручейки впадают в эту лужу. Ручейки эти протекают мимо дачных участков на Спутнике, в связи с этим какое-то количество мочи всё же попадает в священное хранилище воды города. Но это не смертельно, потом всё фильтруется. Так вот, я охранял эту стратегическую влагу, и должность именовалась важно - "стрелок".

Охранял недолго, буквально через пару дней начальство разнюхало, что к ним случайно попал шикарный укротитель кисточек и красок, к счастью, пока что никому не известный, и поэтому можно задёшево, за зарплату стрелка, оформить все ихние конторские красные уголки, доски почёта и прочую поебень.

Отобрали у меня этот живописный дробовик, с сохранившимися отпечатками паль-цев Портоса, и вручили набор замызганных кисточек, ещё помнивших тепло рук последнего местного живописца, сломавшегося  под давлением страшной алкогольной зависимости неделю назад. У художников такое бывает, тонкая душевная структура не выдерживает грубости бытия, и чтобы подкрепить телесную оболочку им приходится её накачивать чем ни попадя. Кончается всё одинаково. А никто их не понимает, думают, алкаши. Да сами вы дураки!

Ну, что ж? Кисточки укрощать для меня привычнее, чем огнестрельное оружие. Хотя выгоды я вначале не почувствовал. Так бы спал себе в обнимку с этой ржавой пукалкой, как младенец, каждую ночь, и днём свободен. А тут, пришлось дневное время  тратить на  прославление, и так прославленной коммунистической партии. Но все понимают, что художник - это свободная личность. Муза может посетить, а может нет. Никто особо меня не трогал, никакого регламента. Помните, как Остап Бендер творил своего знаменитого "сеятеля"? Примерно так я и мазал. Для постороннего всё казалось высший класс, на самом деле, для искушённых поклонников изобразительных искусств, это было полное говно.

Но руководство было счастливо, видно, никогда ещё у них не работал такой замечательный стрелок-художник, непьющий и покладистый. Да, я покладист! Даже если меня что-то не устраивает, я предпочитаю не показывать вида, а потом однажды показать внезапно факлю. Не в прямом смысле, конечно, а просто выкинуть неугодных личностей из моей жизни, вычеркнуть их из мозга, как и не бывало. Порвать всякие связи и забыть про них. И это правильно.

Не показалось ли вам странным, что я развёл такую дикую канитель про какую то глупую работу? Не всё так просто, то, что я оказался волею судьбы на этом предприятии, очень сильно изменило мою дальнейшую жизнь. Вот теперь вы, наверняка, догадались. Опять шерше, бллин, ля фам! Я не силён во французском языке, но эту фразу знает каждый болван.

Ищите тёлочку. То есть, подоплёкой любых событий, не укладывающихся в  нормальные рамки, является женщина. А что тут удивительного? В то время я был практически девственник. Отношениям с женским полом сильно мешала система, моя зловонная одежда, вечная занятость и принцип, по которому я считал, что дурное дело нехитрое, и эта хрень мне успеет надоесть. Так что лучше не спешить.

Естественно, были кое-какие трахи-перетрахи. Периодически это случалось, но я сознательно уходил от длительных отношений, так как не было ни условий, ни возможностей. Жениться я не собирался, а тупо ползать по киношкам или барам не прикалывало. Учёба, опять же, ну, вы меня поняли. Возможно, я усложнил, а может быть, просто не попалась такая, за которую в огонь и в воду.

На первом этаже водяной конторы была столовая для сотрудников, она и сейчас там. Обыкновенная столовка, в обеденный перерыв вся офисная блоть спускается вниз и набивает брюхо, чем бог пошлёт. И я там частенько наполнял кишку. Правда за деньги, зато не такое дерьмо, которым нас пичкали в бурсе. В подобных конторах обычно собираются всякие страшилища, это я про тёток, но в каждой фирме, даже самой засранной, найдётся одна-две офисных львицы, на которых местное мужичьё пялится и втихаря мечтает  отодрать где нибудь на лестничной клетке. Но попыток, конечно, не предпринимают, так как жена где-то здесь же работает. Подружки ей сразу сигнализируют, лучше не рыпаться.

И тут вдруг я такой, в этой столовке нарисовываюсь! Опа-на! Художник, мать твою! Женщины любят художников. Все они уже знали, что это за красавчик такой. Небось, шушукались в коридорах, типа: "Что за мальчик? Чей такой?" Мальчик же должен быть обязательно чей-то. А я как раз был ничей. Прикинут был нормально, имею в виду одежду. Сам себе пошил штанишки-дудочки, тогда как раз клёш вышел из моды, советская швейная промышленность была ещё не в курсе про это дело. И рубашечку песочного цвета с погончиками и объёмными кармашками. Такого в магазинах отродясь не бывало. Парень хоть куда! А девчонки падкие на такое. Подумали, что все эти шмотки фирменные, с барахолки.

Встречают-то по одёжке, главное, не растерять преимущество, как в шахматах. Все эти, блин, конторские шмары, глаз положили на оухительно модного и вполне симпатичного мальчугана, случайно затесавшегося в их дружный ассенизаторский коллектив. Ну и я, естественно, заприметил одну девчушку. Волосы такие опупенные, по плечам рассыпаны, крашеные, конечно, очень тёмно-рыжие, почти коричневые. Такие волнистые, густые, обалдеть. Мужикам это нравится. Ростика небольшого, как раз подходящего для меня. Попусик симпатичный, знаете, про такие попы сейчас пишут в интернете: "лучшая в мире задница". Вот именно такая и была. Титечки такие сногсшибательные, кофточка в обтяжку, соски - вот они. Все местные говновозы, наверно, кончали в трусы, сидя в этой столовке.

И вот однажды, это чудо природы со своим подносиком и своими сосочками присело за мой столик. Заволновался, конечно, но виду не подал. Краем глаза заметил, что мест свободных было достаточно, но, тем не менее, присела ко мне. Я не совсем чтобы тупень, кое-что соображаю. Так-так! Значит, девочка решила поближе познакомиться, не дождалась от меня инициативы, я в таких делах никогда не спешил - яблоко должно созреть.

Ну, а дальше всё пошло само собой, какие-то дежурные фразы, из той серии, как пройти в библиотеку? Ничего такого. Зато потом в коридоре уже можно на правах знакомого сказать: "Привет!" На другой день: "Как дела?"  Короче, завязалась у нас с ней дикая дружба, как в той песне, ты один и я одна. Хотя позже выяснилось, что она была не совсем одна.

Работала что-то вроде делопроизводителя. Честно говоря, хрен его знает, кем она там работала, мне было без разницы. Был у неё свой небольшой кабинетик, там она и проделывала какие-то манипуляции с текстами документов этой конторы. Было у неё странное для русского уха, редкое имя - Азэлла.

События завертелись. Сочинение диплома. Надо сказать, что диплом я писал архидобросовестно. Большинство мальчишек почему-то пошло по самому халявному пути. Безбожно что-то где-то списывали, чертежи без зазрения совести стеклофонили. Это когда берётся чертёж, ложится на стекло, под него зажжённая лампа, и вся эта херня перерисовывается тушью. Ваш скромный и добропорядочный рассказчик пошёл по более трудному, но зато более правильному пути. Я решил, что если всё сделаю лично сам, своими руками и максимально употребив мозг, мне это будет только на пользу.

Короче, весь материал по диплому, по-честному копытил из миллиона различных источников, сводил всё это воедино, максимально используя свои вшивые литературные способности. Чертежи двигателя тоже разыскивал кусками в специальной литературе, увеличивал пропорционально. На небольших картинках в книжках  мелкие механизмы двигателя не прорисованы, приходилось отдельно искать чертежи этих механизмов и вставлять в основной чертёж. Поверьте, господа, это адский труд. Я до сих пор жалею, что не забрал себе на память свой диплом. Повесить дома на стену и умиляться, какой я был опупенный труженик.

Диплом назывался примерно так: "Судовые двигатели Бурмейстер и Вайн. Эксплуа-тационные особенности. Отказы, аварии и способы разрешения аварийных ситуаций в морских условиях".

Итак - сочинение чёртового диплома, художничание в водоканале, халканье пива, регулярное посещение Лотоса и Аэлиты. Но главное - это то, что у меня появилось первое серьёзное, настоящее увлечение женщиной, как сексуальным объектом. Но, даже сейчас, я продолжал свою политику неускорения событий. Мы общались только на работе. Меня, конечно, дико волновало нахождение рядом с ней, но её тоже, это было заметно.

Как-то раз, в мае, она предложила мне поехать на дачу в гости к подруге, у которой был день рождения. Хорошо, можно и на дачу. Договорились о встрече. Она заготавливала снедь, а я, как специалист, заготавливал алкоголь. Мы встретились на проспекте Столетия, недалеко от её дома, и со всем этим богатством пошли на электричку. По дороге она из телефонной будки позвонила подруге, сообщить, что мы выдвигаемся, а вот дальше началось непонятное. Выяснилось, что якобы, подружка отменила мероприятие и, как бы, повис вопрос, что делать дальше? Я-то, бллин, уже настроился на дикий секс без правил. Я жутко этого хотел! Мой гульфик просто трещал по швам! Он был невообразимой твёр-дости, я был готов как никогда! Яблоко упало, чёрт побери! Что за фигня? У меня скоро яйца лопнут, мать вашу!

Готов был здесь же, в телефонной будке засадить в неё добрую половину самого себя. Я был в шоке. Хотел разнести в щепки эту проклятую будку и весь дом, к которому она была приделана. Но... зря так вскипятился, вопрос решился просто.

- А пойдём ко мне...

До сих пор, спустя много лет, так и не понял - это было так задумано что ли? Зачем тогда такие сложности? Можно было просто сразу сказать - пошли ко мне. Но с другой стороны, просто - это не значит красиво. А так получилась замечательная шахматная партия, со сложным дебютом и красивым, неожиданным эндшпилем, если шпрехать на шахматном сленге.

Конечно, мы пошли к ней. Конечно, нам было не до этой сраной еды. Мы ели друг друга. Мы дико совокуплялись полночи, в промежутках всё-таки забрасывая какую-то пищу в желудок,  чтобы вырабатывалась новая порция энергии. Мы измотали друг друга, просто измочалили. Сколько было этих актов я не считал, их было очень много. Но готов был трахаться и трахаться бесконечно. В итоге силы всё-таки нас покинули, и мы упали в мертвецком забытьи.

Утром, как только очнулись, снова накинулись друг на друга. Короче, если сказать нормальным русским языком, наеблись мы на два месяца вперёд, и наверстал я всё то, что пропустил за годы учёбы. После этого корешки отодвинулись на второй план. Всё сво-бодное время теперь я посвящал своей подружке. Как только выдавалась минутка, бежал к ней, и мы совокуплялись как сумасшедшие, как будто завтра конец света. В промежутках продолжал писать свой поганый диплом, который уже стал мне сильно мешать.


46 Тук, тук, тук!

Тут произошёл интересный случай, о котором грех не написать подробнее. В начале июня мы сдали госы. Ну, сдали и сдали. На радостях я беру флакон и гоню к своей незабвенной лебёдушке, типа, отпраздновать. Ведь не каждый день сдаёшь госэкзамены.

Посидели... немножко выпили, всё честь честью. А квартирка была у неё совсем мизерная, малосемейка, с комнатёнкой квадратов десять, с санузлом, но без ванны и душа. Сидим, разговариваем, снаружи нормальная ночь. На улице льёт сумасшедший дождь. В это время года во Владике всегда такая херня.

Вдруг - тук, тук, тук!

Немая сцена. За дверью мужской голос, какое-то бурчанье. У неё глаза становятся по пять копеек, чувствую, что-то пошло не так. А до этого, она мне сказала мимоходом, что замужем, но они вместе не живут. Я не придал данному факту особого значения, дело житейское. Сказала, что где-то он живёт, неизвестно где, и вроде как морячит.

И вот сейчас, в этот поздний, дождливый вечер, этот сраный муж вспомнил о своих супружеских обязанностях, которые я уже очень качественно выполнил за него. Припёрся и стоит там за дверью, готовый ворваться и порвать любого, кто покусился на честь его супруги, а стало быть, и его честь. Ни хуя себе! В мои планы такая херня никак не вписывалась. Тем более, видел этого чёрта на фотографиях. Малый был широк в плечах и довольно-таки устрашающего вида. Подумалось: "Да! Этот квазимодо посрывает с моей замечательной песочной рубашки погончики и засунет их мне куда-нибудь!".

Вот так задачка! Там за дверью стоит сильно соскучившийся законный муж, вернувшийся из неласковых морей в надежде найти успокоение и тепло  в своём гнёздышке. А жена, блин, его не пускает, как будто он собака какая.  Осерчал паренёк, стал в дверь так долбить, что я подумал: "Не быть мне механиком уже никогда, а вот трупом, валяющимся в луже под окном с проломленным черепом, запросто".

Она мне шепчет: "Лезь в шкаф". Вам, наверно, сейчас смешно, а я в тот момент вспомнил все эти блядские анекдоты. Кто бы мог подумать, что сам окажусь таким персонажем. Какой, нахер, шкаф? В этой микроскопической квартире кроме шкафа ни хуя больше нет. Если что, этот упырь первым делом полезет в шкаф, я не хотел быть там похороненным заживо. В кино, бывает, под кровать лезут. Но это в кино, в жизни такая херня не проканает. И что? Лежать там, в пыли, до утра, "не бзднуть, не пёрнуть", как говорится.

Взвесив всё, принял самое здравое решение в такой ситуации - надо уходить через окно. Незадолго до этого я предварительно разведал, что делается под окном. Не то, чтобы предвидел подобное развитие событий, но не исключал. Поэтому походил  внизу под окном и осмотрел район приземления, на случай, если события пойдут в неожиданном направлении, и вот, всё это сейчас пригодилось.

Этаж был первый, но под ним довольно высокий цокольный этаж. От земли до подоконника, на глазок, метра три с половиной или четыре. Рулетки у меня тогда не было. Вдоль стены дома, асфальтовая отмостка шириной сантиметров восемьдесят, а дальше - постриженные кустики ильма.

Встречаться мне с этим чуваком не хотелось, как не крути, у него больше прав на самочку. Расстроился бы он сильно, потерял бы веру в женщин. Этого допустить нельзя.

- Пошёл я, - говорю, кивая в сторону окна.

Она стала меня уговаривать, типа, убьёшься, лезь лучше в шкаф. У женщин такое бывает, не раз сталкивался позже, в критических ситуациях предлагают всякую хунью. Открываю окошко, а там темень, хоть глаз выколи. И ливень стеной. План такой: повиснуть руками на подоконнике, чтобы ноги были как можно ниже, и спрыгнуть. Попасть надо на асфальт, на кусты нельзя, все эти острые, остриженные торчащие веточки превратят жопу в дуршлаг, а бубенцы в яичницу. Аккуратнее, Юра, ещё детишек рожать!

Ну! Давай воплощать план в реальность. Держусь за подоконник, мокрый, скользкий такой, сука. Только, блин, начал опускать ноги... Ёп...

То, что случилось дальше, не было предусмотрено планом. Руки соскользнули, и сообразить ни хрена не успел. Наверно, когда летел вниз, кричал как всегда: - А- а- а- а- а!!!

Журналисты любят употреблять слово "жёсткий". Так вот, я вам скажу, приземление моё было очень жёстким. Соскользнул внезапно, летел какую-то секунду, когда уж там думать? Короче, с этой трёх- или четырёхметровой высоты я пидзанулся на асфальт прямёхонько жопой.


Вы можете провести эксперимент, прямо сейчас. Станьте во весь рост и подпрыгните, в полёте подожмите ноги с расчётом приземлиться на свою пукалку. Да не бойтесь, ничего не будет. Разрешаю одеяло подложить, зато почувствуете примерно то, что почувствовал я. Бедная моя задница. Тут же вскочил, как бы в горячке, мало ли что, может быть, тут дружки с обрезками труб караулят придурков, выскакивающих из окон посреди ночи. Попрыгал, пошевелил ногами. Проверил, может быть, где-нибудь перелом. Да вроде всё нормально. Не исключил возможности, что таз мог треснуть. Это всё как-то быстро в голове промелькнуло, шарики и ролики исправно вертелись. Однако нехер тут прохлаждаться, надо пидзовать в общагу.

А здесь все уже спят сладким сном. Да, ребята! Знали бы вы, в какой переделке побывал ваш товарищ полчаса назад. Упал я на кровать и забылся беспокойным сном.


47 Встать! Я инженер!

Приближался день защиты  диплома. Этот день покажет, как человек потратил последние пять лет своей жизни. Пять лет - много это или мало? Пришли сюда сто пятьдесят дебилов, маменькиных сынков. Мамы любят сынков, балуют их. Вообще, женщины сыночков любят больше, чем дочерей, но только вначале, потом наоборот. Они как бы испытывают гордость, что приобщились к этому непонятному миру мужчин.

Мизерный писюн в трусиках  у сыночка считают своим собственным. А как же? Ведь всё это существо появилось из меня. Пока сын маленький, то он не против: мама, это святое, но в подростковом возрасте, к большому сожалению мам, этот крохотный перчик постепенно уходит из-под их влияния. Мальчик вырос, и вместе с ним и мамин, якобы мамин, хью. Они очень сильно переживают по этому поводу, но против природы не попрёшь. Была писька, выросла и улетела в свободный полёт. Сейчас другая женщина её приголубливает. Ревность к сопернице: "Не верю, моего мальчика забрала какая-то шмара! Нет! Не бывать этому! Это моя кровинушка. Да она его не любит! Она вообще не знает, что такое любовь!" И прочий подобный кал. Почему-то не любят мамы девушек сына. "Он у меня лучший. Самый замечательный. Ты неправильно жаришь ему картошку, он так не любит. Носки так не стирают. Ты хочешь свести его в могилу?" И понеслась.

К сожалению, на Руси очень редко уживаются невестка и свекровь. Не знаю, как там в Эфиопии или Португалии, но в России почему-то именно так. И это очень прискорбно.

Как уже говорил, я писал диплом по-честному, потому что так хотел. Остальные по-разному. Ганс, всё это время лакал пиво, запивал водкой и катализировал каннабисом. Он не был знаком с Бобом Марли но, думаю, они бы подружились: оба музыканты и оба не прочь дунуть травки. Иногда я участвовал в Славкиных гулянках, но когда пришло время писать диплом, попросил его пока погулять без меня. Когда до защиты оставалось недели две, Славик, какой-то весь взъерошенный, бегал по общаге и искал  кого-нибудь, кто может достать корпус от калькулятора.

Сегодня калькулятор херня не постном масле, копейки стоит, а в 1982 году это была абсолютно новая супертехнологичная вещь. В магазинах их не продавали, а если продавали, то стоили они немало, и очередь за ними выстраивалась километровая. Так что мне показались безнадёжными Славкины попытки найти корпус от такой редкостной вещицы как калькулятор. Но, как вы поняли, мой друг не из простаков, он, как ни удивительно, нашёл этот чёртов калькуляторный корпус.

Где он его взял? Никто никогда уже не узнает. И зачем, спрашивается, он ему был нужен? Там была сложная многоходовая комбинация. Когда приблизилось время защиты, Ганс подумал, что неплохо бы взять где-нибудь готовый диплом. Помните его теорию по поводу "много и сразу". Это ваш добропорядочный повествователь пердел от зари до зари, собирая материал на свой хренов Бурмейстер и Вайн, согласно собственной теории - "много раз по чуть-чуть - и будет много". Моя теория, конечно, затратна по части времени, зато более надёжна.

Ганс пришёл в деканат и попросил на время чей-нибудь прошлогодний диплом. Я бы так не смог. С  удовольствием посмотрел бы этот ролик, где Слава появился с такой "простенькой" просьбой в деканате. Понятно, что он не пошёл к декану, переговоры велись с какой-то мелкой деканатской сошкой, не знаю кем.

Она сказала примерно так:

- Конечно! Нет проблем! Вот вам диплом! Пользуйтесь на здоровье! Только небольшая просьбишка, совсем маленькая: тут у нас спидзили калькулятор, точнее, извините, я спидзила, он мне очень нужен, и теперь надо как-то отчитаться перед бухгалтерией. Показать хотя бы кусочек сраного калькулятора. Это ведь так просто для вас, товарищ курсант, не правда ли?

Я бы посчитал такую просьбу обычным  вежливым отказом. Но это я. А Ганс побежал и выполнил-таки эту невыполнимую миссию. Стервец! Везло ему. Просто баловень судьбы.

Притащил в общагу тот самый, левый диплом. Осталось самое простое: переписать его своим почерком на чистые листы, каких-то паршивых сто двадцать страниц. Если вы не в курсе, то во времена тотального отсутствия персональных компьютеров, дипломы писались от руки. Чепуха! Послезавтра защита, у Славика ещё конь не валялся! Обожаю стервеца! Сел он переписывать свой замечательный диплом, старательно пыхтел, насколько мог. Почерк у него был совсем некудышный.

Помните, учителя в школе очень часто использовали такое странное выражение, "как курица лапой". Понятно, что курица писать не может, но если привязать к её навозной лапе карандаш, то чего-нибудь нацарапает. Именно такой у Ганса и был почерк, я лично разбирал только отдельные буквы, полностью прочитать не мог никто. Думаю, что и Славик сам вряд ли разбирал свои иероглифы, но, тем не менее, старательно сидел и переписывал свой опупенный диплом - пропуск в мир инженеров.

У Володи Ульянова почерк тоже был не идеальный, можете проверить, там тоже было хрен проссышь, но революцию-то сделал, чертяка! Правда,  сделал как-то не так, наверно, сам не смог потом в своих инструкциях по революциям разобраться, потому в России всё наперекосяк и пошло.

Захожу в кубрик. За столом сидит Ганс. Перед ним диплом-исходник. Славкины портянки валяются кругом, в смысле, переписанные листки. Перед ним тарелка с водой. К среднему пальцу правой руки нитками примотан клок ваты. Охуевший Славик царапает свои петроглифы из последних сил, периодически макая палец с ваткой в тарелку с водой. Оказывается, от такой резкой нагрузки у него протёрлась кожа на пальце, и получился неслабый волдырь, он ведь последних лет пять ни хуя не писал. Волдыри такие случаются, когда носишь новые ботинки, вот такая хрень у него и завелась на пальце. Очень болючая хрень. Но писать-то надо. Он мучился, бедняга, придумал эту ватку. Изобретательный был чувак. И всех, кто нечаянно заходил в комнату, просил пописать немного. Меня тоже попросил, я вообще удивился: что это за диплом такой, написанный разными почерками? Я бы не решился потом показывать кому бы то ни было такую лажу. Но у него всё пролазило, любое говно пролазило. Такой он был.

Немножко поотнекивался, но когда увидел его травмированный палец с жутким красным волдырём, жалко стало товарища. Посидел, порисовал ему, сколько мог. Пытался даже имитировать его арабско-японскую непонятку, но потом всё таки ушёл, у самого дел по горло.

Солнечным погожим деньком собрались мы все, кто выжил в этой дикой гонке за дипломом, возле деканата эксплуатации судовых силовых установок на Баляева. В таких случаях я не любил спешить. Никогда не пытался первым прорываться к экзаменаторам. А вдруг они без настроения, или наоборот в настроении кого-нибудь завалить. Но в числе последних тоже старался не оказываться. Даже не знаю почему, не спрашивайте. Короче, стремился попасть где-нибудь посередине, этакий середнячок, в меру умный и не совсем чтобы тупой. Так оно и есть, сколько помню себя, по жизни никогда не лез вперед. Колумб или Александр Матросов из меня хреновый, но зато не в конце, не в жопе, так сказать. Потому как жопошником быть очень уж оскорбительно и некрасиво.

Сидим на бордюрах, скамеек не было, кто-то нервно курит, все в страшном волнении. А чего бояться? Никто ведь бить по зубам не будет. Но всё равно всем страшно. Колумбы и Матросовы выходят со счастливыми лицами. Сдал, нах! Капец. Финиш. Насрать на всех Субботиных мира и на всю грёбаную картошку планеты.

Вызывают! Иду! Вхожу! Мне вообще бояться нечего, сам всё делал, сам всё рисовал. Волнуюсь, конечно, как без этого? Развесил свои картинки, встал на кафедру и открыл рот.

Вот в чём вся фишка: главное, открыть рот и что-нибудь вякнуть для начала. Плевать что. Хоть что, без разницы. И всё! И сразу же все страхи пропадают. Уж не знаю, как там у других, у меня именно так. Открыть рот и что-нибудь сказать, то есть начать своё повествование, а потом уже фиг ты меня остановишь. Лошади понесли. Но, это в том случае, если я знаю тему.

Поэтому старался в таких случаях быть подготовленным, что-то знать, что-то читать, что-то учить. Однажды обосравшись при поступлении в ДВВИМУ, старался избегать подобного говна.  Встречные вопросы, встречные открытые хлебала затыкал с лёгкостью. Знаете, как приятно быть в теме, то есть знать. Обожаю знать! Обожаю чувствовать, когда оппонент не в теме. Он начинает доставать из башки жалкие обрывки какой-то информации, высасывать из пальца свои домыслы и ошибочные предположения, а ты жмёшь его на лопатки с лёгкостью, потому что ты в теме, ты это изучил досконально, и никакой высасыватель из пальца тебя не собьёт с толку. Не люблю быть балбесом, чешущим затылок в поисках мыслишек. Чесать бесполезно, если ты заранее их туда не напихал.

Из всего этого совет: читайте, слушайте знающих людей и не перебивайте их, впитывайте информацию отовсюду, даже, казалось бы, ненужную информацию - однажды она вам пригодится. Пригодится всё, даже всякая, на первый взгляд, чушь. Любая информация - это потраченные кем-то годы. Это положенные кем-то жизни. Вам не надо ехать в Египет, чтобы узнать высоту пирамиды. Вам не надо ехать в Антарктиду, чтобы узнать, что там холодно. Вам надо напялить презерватив, чтобы не подцепить трепак, всё проверено до нас. В Нью-Йорке высокие небоскрёбы, но нет смысла ехать туда, чтобы убедиться в этом. Это просто город, как и все прочие, просто улицы и вдоль них стоят дома, на улицах едут автомобили, по тротуарам идут люди. Уверяю вас, я этот город знаю лучше, чем многие из тех, кто там побывал. Но даже коренные нью-йоркцы до сих пор не знают, куда деваются на зиму утки с озера в Центральном Парке.

Глупому туристу можно впарить любой бред. Нет смысла ехать на край земли, чтобы услышать от гида то, что можно прочитать сидя дома на диване  и даже больше. Но есть на земле места, где нормальный думающий человек должен побывать обязательно.

Что-то кони понесли, пока что остановимся.

Когда закончил свою речь, догадался, что всё о'кей. Парочка вопросов от комиссии, парочка изумительных развёрнутых ответов, и все поняли: Да! Этот юноша, заслуживает того, чтобы стать восхитительным советским  инженером! Продолжателем дела Ленина, оухительным строителем коммунизма!

Я вылетел на улицу, чувствуя себя другим человеком. Это так и было. Вошёл в аудиторию просто обоссавшимся от волнения курсантом, а вышел  инженером. Без говна. Я инженер! А эти ссыкливые недоноски до сих пор сидят на заплеванных бордюрах и сосут свои вонючие цыгарки.

-А ну-ка, бля, встать, смир-р-рна, сука!

- !?

-Вы что, нах, не видите? Перед вами инженер! - именно так я заорал, выскочив наружу, чем слегка напугал, не ожидавших такого накала пацанов.

Они кинулись расспрашивать, что там да как? Но мне на их мелкие страхи было дико нас-срать. Тем более, я понимал, что спустя полчаса-час они точно так же выскочат обалдевшими инженерами, и мы снова станем на равных. Ну, а пока у меня есть полчасика времени, чтобы слегка помотать им нервы.

- А ну, встааать! Быдло сермяжное... смир-рна! Да хто вы такие? Да вы у меня в пыли валяться будете, гниды! Я - инженер-р-р! Я  великий инженер, бл-лин, великой галактики! Стоя-ять! Не дыша-ать! Не перде-еть! Кру-у-гом, мать вашу!

Вот так, или примерно так, я стал полноценным членом сообщества людей, имеющих диплом о высшем образовании. Диплом, конечно, не Оксфорда, как раз наоборот, мой вуз находился первым с другого конца списка, да и наплевать. По большому счёту, что Оксфорд, что Рыба - один хью. Вышка, она и в Африке вышка. Инженер, красивое слово.

Мой школьный дружок Серёга Дулин в седьмом классе пришёл однажды в школу с зачёсанными и зализанными волосами спереди назад. Он ходил важно и всем пояснял: "Я - инженер". Откуда он выкопал эту фишку? Не знаю. Плевал на ладошки и, чтобы инженерская причёска держалась прочнее, мазал своими слюнями непослушный чуб, который никак не хотел быть инженерским, и всё время норовил упасть вперёд. Но Серёга снова плевал погущще, и старательно возвращал его наверх: "Я - инженер".

Наверно, он где-то в кино это увидел. Но инженером Дулин так и не стал. Он даже школу не закончил. Дуля был обаятельный, но туповатый. Он закончил ПТУ на сварщика, а дальше не знаю. В тюрьме побывал пару раз. В Совдепии все эти ПТУ, похоже, готовили к попаданию в тюрягу. Как-то так.

Кстати, из всей нашей кодлы, окончивших "Рыбу", по-настоящему работают механиками не более пяти человек, но самый шикарный прорыв совершил, несомненно, Репа. Учился он, как и все, на троебаны, сдавал экзамены частенько не с первого раза, английский вообще знал на кол. Но сейчас работает дедом на гиганском супертанкере, в два раза больше Титаника. Там вообще полный ужас; компания сингапурская, требования жесточайшие, экипаж международный, общение с экипажем на английском, все документы на английском. Я был в шоке! Спрашиваю его: - Как ты этого добился, Вовка? Ты же в английский совсем не врубался?

- И сам не пойму, Бэр. Как-то так... потихоньку.

Значит, верна моя теория про "понемногу, но стабильно".

Репе как раз подходит эта должность, он и сам большой, мощный, метр в плечах, думаете, зря у него такая кличка? Морду хрен обсерешь!

Ё-моё! Тридцать лет назад мы с этим чуваком в нетрезвом виде бросали из окон в девчонок презервативы с водой, а теперь он такой оухительный босс. Мне даже стало неудобно за себя, ведь я считал себя умником.

Он рассказал историю о том, что к нему на танкер пришёл новый четвёртый механик, индиец. Размандяй из размандяев, ни хрена не соображает, портит оборудование, тупит непрерывно, проливает на палубу нефтепродукты. А это кошмарное престуление против природы, чтобы вы знали. Вовка поставил вопрос, чтобы его вышвырнуть с судна от греха подальше. Оказалось, пнуть его не так просто, у того папа был махараджа в каком то индийском штате. Получается, этот говнюк был, вообще принц, по индийским понятиям. Вот и разберись в этой жизни.


48 Суп с утра не едят!

Ну вот, диплом, считай, в кармане. Значит, не зря я появился в этом городе пять лет назад. Зелёным пацанёнком, маменькиным сынком. Тут меня научили многому, высшей математике, сопромату. Здесь я досконально изучил историю партии, коммунистической, естественно. Подшивать сопливчики, правильно выпивать, чтобы потом не просыпаться в собственной блевотине. Научили шагать строем, ценить друзей, в смысле, настоящих друзей, а не виртуальных, как сейчас, пятьсот один друг в социальной сети. Монтень, а это был реально мудый человек, говорил, что друг может быть только один, да и то не у каждого. То есть вам шибко повезло, если у вас есть таки один друг. Так что, разберитесь с остальными  пятью сотнями в сети, чего им от вас надо?

Пришла пора забирать свой чудесный диплом. Никакой не красный, обыкновенный, синий. Потому, что учились мы так себе, лишь бы не вылететь из института. Трояк получил и порядочек, можно спокойно пить пиво до следующего экзамена. Не было разделения на пять оценок, было понятие: сдал или не сдал. Если тройка или выше - значит, сдал. Если меньше - плоховато, не сдал. Не беда, чуть позже получит парень свой законный троебан. Все знали, море примет нас с тройками, четвёрками, колами. В море все равны, универсальный уравнитель - море.

Вы думаете, у великого мореплавателя Кука был красный диплом? Хрен там! Он кое-как выучился читать и писать, остальному его научило море. Цвет диплома там  не имеет ровно никакого значения. Имеет значение только, засранец ты или нет. Если нет - замечательно, море признает тебя. Но всех засранцев отчислили на первых курсах. Так что, можно сказать, диплом у нас был оухительного цвета морской волны, одинакового у всех.

Защитились все, кроме Толика Морды. Но, он не засранец, просто время защиты диплома, роковым образом совпало с неделей запоя. Тут уж ничего не сделать, у него это было как по расписанию, если начал бухать - всё, кранты, только через пару недель очухается. Диплом он написал как надо, но вот такая хренотень с ним произошла накануне защиты, прямо какое-то наваждение. Он не пришёл туда, где мы сидели на бордюрах, и искать его было бесполезно. Мобильника у него не было, их тогда ни у кого не было.

Самое интересное, что сразу после защиты все мгновенно испарились. Даже удивительно: пять лет добросовестно хлебали баланду и прочее говно плечом к плечу, а тут вдруг хлесь, и через день никого нет. В общаге остались только я, Морда и Моня. Я не спешил, потому как выжидал, когда этот псевдомуж свалит в рейс, чтобы насладиться восхитительным сексом перед отбытием по месту дислокации, то есть в Находкинский БАМР. Морда был в шоке от своего провала и отходил от бухаловки, а Моня хрен знает почему. Несколько дней мы прокантовались втроём в пустой общаге.

С деньгами у нас было очень плохо. По правде сказать, их не было совсем, поэтому питались, чем бог пошлёт. Сдавали какие-то бутылки, валяющиеся там и сям, и на вырученные ресурсы покупали пачечные супы или копеечную лапшу. Мы с Моней спали в одном конце общаги, а Толика отправили в другой конец, так как он ужасно храпел и толком не давал выспаться, даже находясь в другой комнате, метрах в сорока от нашей. Храпел он здорово, за эту фигню точно получил бы красный диплом.

Однажды утром заваливает к нам: - Ну, что, пацаны? Что будем сегодня хавать?

Он был тогда у нас вроде кашевара, и заглянул поинтересоваться, чем бы мы хотели сегодня полакомиться на завтрак. Моня говорит спросонья: "Ну, давай суп". А у нас кроме горохового супа в пачках и лапши больше ничего нет. Толик справедливо возмутился: - Да кто же с утра суп ест?

Это был капздец! Зачем тогда припёрся? Если у нас есть только суп и лапша, а суп  на завтрак не едят, нахрена вообще было спрашивать? Короче, он нас развеселил с утра, мы ещё немножко поперепирались, чем всё-таки завтракать, но победила Толькина мудрость и логика, он был старше, а тогда это ценилось. В тот раз на завтрак была лапша, правда, без масла, но с оухительным количеством соли, соль дешёвая штука, почему бы не насыпать побольше? Когда в животе пусто, оттуда слышен такой жалобный урчащий звук и сосёт под ложечкой.

Через день Моня улетел на свой Урал, больше я никогда его не видел. Только через двадцать пять лет, когда изобрели интернет и социальные сети, надыбал там его жену, с которой он прожил двадцать пять лет душа в душу, и она поведала историю о том, что незадолго до этого он поскользнулся и, упав, ударился головой. Прожил ещё немного и умер. Так трагически закончил жизнь один из моих близких товарищей. Мы с Мордой однажды спасли его от злобных комаров, надеюсь, эти добавочные почти тридцать лет он потратил с пользой, посадил дерево и всё прочее. Пусть земля ему будет пухом.

С половыми контактами у меня тоже было хреновато, этот чёртов муж, или не муж, не пойми кто, болтался в городе вместо того, чтобы болтаться в море, и не давал нам насладится сексуальной жуткой свободой. А трахаться, ребята, хотелось, ой как хотелось. Эти яйца, будь они неладны, сперму вырабатывали по два литра в час, там всё трещало, не приведи господи. Если бы было куда её сдать, можно было питаться не только лапшой, денег бы хватило и на омаров с трюфелями. К сожалению, сдать было некуда, всё это добро приходилось сливать в унитаз.

Когда нам совсем стало невтерпёж, Азэлла выпросила у подружки ключ от её комнаты. Недалеко, в том же подьезде. Мы наслаждались еблей весь день, пока соседка была на работе, там все стены были забрызганы первосортной семенной жидкостью. Может быть, я преувеличил слегка, но, по крайней мере, мне сейчас кажется именно так. Потому что такое количество спермы не могло влезть в такую миниатюрную девушку. Короче, романтика пёрла из всех щелей.

Но Моня улетел, Морда куда-то провалился, наверно, опять забухал с горя, зато муж был здесь, как бы охранял своё богатство. Я тоже охранял его богатство. Не люблю описывать все эти утончённые чувства, у Мопассана всё уже написано, если хотите утончённости, то почитайте его. Да, у нас была страсть! Мы отдавались этому по-полной, и с сексом, и без секса. Всяко было хорошо! Эх, да что там! Вспомните, как у вас было.

Но когда-то всё кончается. Кончился и мой срок пребывания во Владике. Пора ехать по месту направления. А направление в родной, лучший на свете город Находка! После Владивостока, конечно!

Автовокзал. Прощание. Обещание писать. Сейчас вот думаю: мы были знакомы меньше полугода, а такое ощущение что прошло десять лет. Столько событий, столько всего произошло. Можно накатать роман. Водитель нажал на газ, и фигурка с поднятой рукой скрылась за поворотом. Сердце, конечно, защемило, это было первое прощание с женщиной. Элка не в счёт, там тоже щемило, но по-другому. Мы ведь были как бы друзья, секса не было, и не прощались, а так, расставались на время, пока она меня не променяла на уссурийского мушкетёра. В этот раз  уезжал всерьёз, как я думал, навсегда.

Я сентиментален, легко привязываюсь, потом, чтобы порвать, надо прилагать жуткие усилия. И сердце давит неприятно, чувствуешь себя гондоном. Но мозг требует: надо уходить, перспективы нет, так будет лучше, и слушаешься его, мозг - он умный, он мыслит, на то и мозг. И уходишь. Но это прощанье было первое всерьёз, я же не знал, что будет продолжение. Был бы женщиной, разрыдался бы наверняка.


49 Свет Большой Медведицы.

Находка встретила меня не очень приветливо, туман, сырость. А главное, привык я во Владивостоке к масштабности. Хоть Находка город, и немаленький, но атмосфера там была не очень городская. Чувствовалась какая-то замшелость, скука, всё было мелко и серо, я это ощутил сразу. Унылые дома, узкие скучные улочки, здесь нет моих друзей, нет моей куколки, нет трамваев, троллейбусов. Какая-то тоска навалилась на меня по приезду. Родители также гавкаются меж собой, словно время остановилось, словно никуда и не уезжал. Папа бухает, как будто жить осталось два дня, маман плющит его непрерывно. Попал в прошлое. Нахрена я вообще сюда припёрся? У меня ведь была возможность получить направление в различные рыболовные организации Дальнего Востока. Нет же, бллин, чёртова ностальгия по детству засосала опять сюда! И что теперь делать?

В БАМРе поставили меня в резерв. Это значит, что на всех пароходах штат заполнен, но в случае надобности отправят на какое-нибудь судно. Надо было каждый день с утра пидзовать в контору и сидеть там до обеда, ждать направления. Эта петрушка длилась с месяц. Здесь же оказался и Репа, родная душа, сколько мы с ним пива вместе выпили. Встретился со старыми корешами. Яцек как раз собирался жениться и пригласил меня свидетелем на свадьбу. Напоследок решили организовать маленький мальчишник, я и он, никого лишнего. Не подумайте ничего такого, просто набрали водки, взяли палатку и, на автобусе добрались до бухты Анна... или Ольга, чёрт его знает. Хреновый, видно, я краевед. Вечером  романтично горели костры на берегу океана, и народ деловито поглощал водку под новую песню Ротару "Лаванда".

Потом все веселились, танцевали и прыгали нетрезвые через костёр. Наверно, вся эта атмосфера романтичности, тёплое море, костры, Лаванда, девчонки в купальниках подействовала на нас. Яцек говорит: - Зажгу-ка я напоследок! Помню, удивился: вроде парень жениться собрался, как-то не по-честному. Но виду не подал, это его дело, может быть, так надо.

Короче, прихватили мы с собой двух симпатичных девчушек и, пошли погулять вдоль ленивого ночного прибоя. А далеко в космосе загадочно мерцала Большая Медведица в окружении миллиона других звёзд. Пока я разглядывал Медведицу и рассказывал моей спутнице про махонькую звёздочку в созвездии с названием Алькор, по которой ещё древние греки проверяли зрение, Яцек с незнакомкой куда-то исчез. Зрение у новой знакомой оказалось прекрасным, либидо тоже замечательным. Чем мы тут же и воспользовались, не откладывая. Это было незабываемо, помню как будто было вчера. Под песни Софии мы лежали на влажном песке, под лёгкий плеск волн наслаждались телами друг друга. Свет Большой Медведицы спустя миллион световых лет долетел до Земли и отразился в капельках морской воды на её коже. Я вдруг осознал, что даже не  знаю её имени. Может быть, у неё тоже девичник... Может быть, в субботу она выйдет замуж и никогда больше не будет у неё такой восхитительной ночи. Да какая разница, ради таких моментов стоит жить.

Потом она ушла к своим. Кто это была? Как её звали? Может быть, всё это мне померещилось. Может быть, просто Афродита из пены морской позабавилась надо мной и снова растворилась в океане. Мы с Игорьком долго ещё пили водку и разговаривали о любимом Фредди, о легкомысленных женщинах, о море, о звёздах. В итоге незаметно мы выели всю водку, это было роковой ошибкой. Долго я потом жалел, что мы вовремя не остановились. Водка очень коварный напиток, я очередной раз убедился в этом. В итоге, в нетрезвом виде мы неправильно поставили палатку и упали в ней спать. Под утро пролил неслабый дождь, и мы спали некоторое время в холодной воде, хорошо, что вообще не утонули. Этого хватило, чтобы потом восемь лет меня преследовала чрезвычайно омерзительная болезнь с паскудным названием фурункулёз. Буквально через день на запястье стал расти нарыв, и что я ни делал, ничего не помогало. Через пару недель руку страшно разбарабанило, пальцы стали как свиные сосиски. Движение пальцев приносило адскую боль, как раз в этом месте проходят сухожилия.

Когда появился у хирурга, у него глаза на лоб выскочили. Сказал, что такого болвана, как я, надо занести в книгу рекордов Тупизма. Ещё несколько дней назад этот фурункул можно было смело вскрыть, а я ходил, терпел, как лошара, типа, нормуль, пройдёт как-нибудь. Достал он свой скальпель, резанул, оттуда хлынула кровь вперемежку с гноем, целый таз. Ну, может быть, чуть поменьше. Сразу стало так хорошо. В образовавшуюся полость напихал тампонов с мазью Вишневского. Запашок у той мази отвратительный... для тех, кто не в курсе. Но, в тот момент он показался мне божественным.

И тут, как раз получаю направление на РТМ "Агатовый". Пароходишко небольшой, но для обычного человека это приличных размеров судно, как треть Титаника. РТМ расшифровывается так - Рыболовный Траулер Морозильщик. Будете в магазине, там где витрины с рыбной заморозкой, лежат тушки без головы; навага, минтай и прочая дребедень. Так вот, как раз на подобных пароходиках всё это добро и делается. В море судно забрасывает сеть, сзади на корме есть специальный вырез, через который тянут-потянут шестидесятитонный трал. Вытаскивают колбасину, диаметром метра два и длиной метров двадцать, набитую живой рыбой. Под палубой цех. Там её обезглавливают, вырезают всё несъедобное и замораживают прямоугольными брикетами. Помните, в Кировке, десять лет назад, я чуть не получил по тыкве точно таким брикетом. Вот видите - значит, существуют какие-то знаки судьбы, надо только уметь их вовремя заметить.

Так вот, приплёлся я на Агатовый  в первой половине сентября 1982 года. Старший механик посмотрел на меня с какой-то грустью в глазах и, отправил домой за вещами, так как судно отправлялось в рейс тем же вечером. С этого момента детство кончилось окончательно. Тогда я не знал этого,  считал, что оно кончилось давно, однако, ошибался. Даже не предполагал, в какой навоз я попал, очутившись на этом грёбаном Агатовом. Всё предыдущее говно, если вы внимательно читали, было просто пустяками по сравнению с тем, что там меня ждало.


ЧАСТЬ III

50 Руки золотые, хоть и пьянь.

Естественно, я был в состоянии безумной эйфории. Меня переполняла гордость за самого себя. Ведь теперь я не какой-нибудь лапоть сухопутный, а полноценный моряк, бляха, вся жопа в ракушках. Это моё первое серьёзное назначение, не какая-то там бесплатная практика. И не каким-то там вшивым мотористом, а реально офицером рыболовного дредноута. Вот теперь обернутся явью все мои грёзы о путешествиях, о странах с экзотическими названиями, о благословенных райских островах. Всё у меня впереди и всё идёт по плану. Мне всего лишь 22 года, а я уже достиг такого результата. Колумб в 40 лет был нищим фантазёром без копейки в кармане, и только в 53 года стал главарём Вест-Индии. Так у меня гораздо больший запас времени для прорыва. А прорыв будет, я в этом не сомневался.

Итак, прибыл на судно поздно вечером, почти сразу же "Агатовый" отошёл от причала, и направился к выходу из бухты. Надо сказать, была такая традиция у рыбаков: в последний день перед выходом в рейс набухиваться вдрызг. Не зря мы в Рыбе пять лет тренировали свои желудки. Все члены экипажа были пьяные в дымину. Кроме меня одного. Много я всякого повидал, но не ожидал, что в такой ответственный момент все будут нетрезвы. Даже как-то страшновато стало.

И старпом, и даже капитан шарахаются на мостике с остекленевшими глазами. Я был в шоке. Чтобы не видеть всего этого кошмара, пошёл спать к себе, в каюту четвёртого механика. К моему удивлению, там оказался какой-то пьяный в ноль мужик, обнимающийся с ужасающе страшной и, дико пьяной бабой. Выяснилось, что это третий механик со странной фамилией Антонович. Мне предстояло полгода обретаться с ним в мизерной каюте размером два на три метра. А тёлка эта оказалась местной пекарихой, по традиции страшной как ужас ночи. Плевать! Забрался на второй этаж шконки и быстро отрубился.

Тут надо немного пояснить: на каждом приличном пароходе три механика, которые несут вахту, и ещё один, так называемый "дед" - главный механик. Он вахту не несёт, а как бы руководит общим процессом. Чтобы всё исправно работало, от какого-нибудь просранного унитаза до главного двигателя высотой иногда как пятиэтажный дом. Дедами становятся прожжённые механцы, всю жизнь проболтавшиеся в море, матёрые волки, много чего повидавшие на своём веку. Когда-то, очень давно, они тоже были четвёртыми механиками, и вот постепенно допердели до такой замечательной должности. Если пароход новый, то деду там вообще нехер делать, но Агатовый был уже давно не новый, а это большая разница.

Разбудили меня через пять минут. Так мне показалось. Ни фига не выспался.

- А?  Чо? Где?

Ни черта не понять спросонья, какого хера им надо. А-а-а! Так я в море! Твою же мать! Меня будят на грёбаную вахту. Деваться некуда, встаёшь, оухевший, глаза продираешь, прыгаешь в робу и спускаешься в ЦПУ - Центральный Пост Управления, аналог капитанской рубки. Только рубка на самом верху, чтобы можно было вовремя заметить айсберг, если что. А ЦПУ в самом низу, ниже ватерлинии, то есть ниже уровня забортной воды. Если судно очень быстро идёт ко дну, то механики часто не успевают выбраться из этой жуткой преисподней. Тут стоит кошмарный грохот, шумят главные двигатели, да ещё тарахтят вспомогательные. Они крутят генераторы, вроде судовой электростанции, почему-то их в БАМРе называли "чипуны", нигде такого больше не слышал. Жужжат всевозможные насосы, сепараторы, на котлах ужасающе свистят форсунки. Шум, треск и грохот такой, будто Шаттл взлетает с мыса, бллин, Канаверал.

Разговаривать невозможно. Если даже, набрав полные лёгкие воздуха, будете орать в самое ухо собеседнику, он ничего не услышит. Ну, может быть, какое-то невнятное кваканье. Вот для этого и нужно ЦПУ. Это помещение с толстым слоем звукоизоляции, и внутри него можно вполне по-человечески поговорить. Здесь сосредоточены все приборы управления и контроля над работающими механизмами. Давление, блин, масла, воды, температура пара, опреснителя и миллион других показателей. В новых пароходах можно практически не вылезать отсюда, все манипуляции производить дистанционно. Но Агатовый был далёк от совершенства, и многое приходилось включать-выключать, открывать-закрывать вручную.

Так вот, я в этой коробке впервые приступил к исполнению своих  обязанностей, согласно судовой роли. Хочу заметить, что на подобном судне оказался впервые, и поэтому ни хрена не знал. Где и что находится, какие приборы и от чего, какие трубы куда ведут и что в них вообще, в этих проклятых трубах, течёт. Может быть, топливо, может быть, вода, а может быть, говно. Все эти чёртовы трубы одинаковые на вид. Конечно, в конце рейса знал назубок, куда какая труба ведёт и что внутри неё булькает, а в то кошмарное октябрьское утро я не знал в этом машинном отделении и ЦПУ абсолютно ни-ху-я! Ещё не протрезвевший Антонович упидзил спать, а может быть, дотрахивать свою страшную подружку. Я остался в ЦПУ с вахтенными, мотористом и электриком. Познакомились, то да сё, прошёлся по машине, вроде всё нормально.

Через пару часов началась какая то херня с чипуном. Я уж не помню, что там было, может быть, давление стало скакать или работать стал неровно, да это и не суть важно. Посовещавшись с мотористом, решил третьего механика не трогать, пусть отсыпается, а просто запустить другой, неработающий чипун. Их было всего четыре. Эти двигатели не такие уж большие, высотой где-то около двух метров. Запустили мотор, переключили потребители тока на него, а тот, который забарахлил, заглушили. Мотрист и электрик были, естественно, пьяны. Так и проработал двигатель до прихода 2-го механца Петровича, всё с виду было нормально. Вернулся  в каюту, там смрад стоит перегарный, Антонович надышал. Без разницы, завалился спать. Не успел даже полностью сомкнуть веки, в каюту врывается Петрович с растопыренными глазами и раскрытым хлебалом:

- Что ж ты творишь, падла???

"Не понял? Это мне, что ли?" А тот пуще прежнего зарычал:

- Убьюююююю! Бля!... Сукка!

И тянет ко мне свои грабли. "Горячка, что ли, у него?" - думаю. Зашибись, весёлый пароходишко, неплохое начало. Осталось всего-то шесть месяцев потерпеть. Короче, суть в том, что мы двигатель-то запустили, только охлаждение на него было перекрыто. Моторист, возможно, понадеялся на меня или просто забыл, а я, как уже говорил, вообще ни хрена не знал, и проработал бедный двигатель без охлаждения бог знает сколько. Когда Петрович посмотрел на приборы, он оухел: вместо положенных градусов шестидесяти в подшипниках коленвала было все триста или пятьсот, короче, подшипники начали плавиться, ещё бы немного и, вся эта многотонная махина взорвалась бы к чёртовой матери. Было за что меня обозвать и убить нафиг.

Потом они меня долго вдвоём материли, упражнялись в словоблудии, такого о себе я ещё ни разу в жизни не слыхивал. Но они правы! Обосрался я, конечно. Признаю. Как последний лошара. Механик хуев! На всю жизнь  запомнил этот день, слава богу, что так закончилось. Позже третий механик разобрал движок, вытащил оплавленные подшипники и втулил туда новые, а эти поплавленные починил. Руки золотые, не смотрите, что пьянь. Потом, когда всё нормализовалось, даже как бы слегка извинились. У самих рыльце в пушку, нехрен бухать на работе. Никто от такого говна не гарантирован, все иногда попадают в подобные дурацкие ситуации. Деду, конечно, ничего не сказали, иначе он нас всех троих нахлобучил бы. Иногда бывает лучше поменьше знать.


51 Что такое авось?

На следующий день дед вызвал меня в машину и дал задание: прыгать в робу и лезть под пайолы с бумагой и карандашом. Разобраться, какая труба куда идёт, и нарисовать ему картинку. Да уж! Легко сказать. Иногда бывает, что эта поганая труба уходит куда-нибудь за переборку, и надо выбраться из машинного отделения, найти то помещение за переборкой и найти именно эту трубу. Если хорошенько присмотреться, то все трубопроводы разные, опытный механик сразу определит, что к чему. Вот этакой фигнёй я занимался несколько дней. К тому времени экипаж выпил всё, что взяли с собой из спиртного. А заодно всякие спиртосодержащие жидкости, имеющиеся на пароходе. Остался только денатурат в компасе на мостике. Но, все понимали, что без этого прибора в море нельзя, поэтому из компаса выпивать не стали.

Тут всплыл один немаловажный факт, оказалось, что судно было в ремонте целый год в Находке. На местном судоремонтном заводе, как раз том самом, на котором работала моя мамуся. Как у нас делают ремонт, вы знаете. Русский работяга, это вам не кореец, который ходит там, в Пусане, по пароходу в белых тапочках. Кроме Находки суда ремонтировали или в Пусане, или в Сингапуре. Все мечтали попасть на судно, которое отправлялось на такой ремонт; валюта, ананасы, проститутки и всё такое.

В общем, кое-как сляпали в Находке этот тяп-ляповый ремонт. Четвёртый механик, который сидел  на судне во время ремонта, идти в море на нём не собирался, поэтому хозяйство четвёртого к рейсу абсолютно не было готово. В цистернах с топливом плавали доски и ветошь. Запчастей было мало. Из трёх осушительных насосов нормально работал только один, и ещё много чего. Короче, полный кабздец! Когда я всё это обнаружил, очень сильно захотелось от всей души припечатать чем-нибудь по черепу этому козлу. Естественно, после такого дерьмового ремонта оборудование, которое было в моём хозяйстве, работало крайне паршиво. Котёл работал кое-как. Кто не в курсе, это такая здоровенная железяка размером с гостиную в квартире, в которой с помощью горящего мазута нагревают воду до температуры градусов триста, она, естественно, превращается в перегретый пар. Так вот, этот пар расходится по трубам по всему судну. В батареи отопления, на кухню, в цех заморозки рыбы и другие места. О!!! И главное! В тукомольный цех. Об этом я попозже расскажу. Унитазы тоже работали кое-как. Я бегал и, без конца чинил эти сральники. Иногда был похож на того говновоза с улицы Горького в Находке. Вот так злодейка-судьба посмеялась надо мной. Осушительные насосы, пропади они пропадом совсем, качали не просто плохо, а дико хуёво. Вот вам одна из историй, которая случилась в этом рейсе.

После месяца болтания где-то в Японском море, и не поймав толком рыбы, начальство приняло решение перебазироваться в другой район, где вроде как рыба была. Свернули свои удочки и понеслись на север в район Охотского моря. А поскольку ремонт был говённый, где-то в районе  пролива нашего дорогого товарища Лаперуза, выдавило сальник дейдвудного подшипника. Красиво звучит, да? Прямо сказка! На самом деле, это самое уязвимое место любого судна.

Короче, сейчас вам всё поясню. Двигатель находится внутри судна, ниже ватерлинии, то есть, как бы под водой. А винт-то снаружи, чувствуете, какая хрень? И надо, чтобы вращение от двигателя передалось на винт, который снаружи под водой на глубине метров пять. Там давление 0,5 атмосферы. Это приличное давление. Винт закреплён на валу, а вал через дырку в корпусе соединён с двигателем. Этот дейдвудный вал, между прочим, немаленький, у нас он был с полметра в диаметре. В том месте, где вал входит внутрь, находится дейдвудный сальник. Такая фиговина, вроде большой железной бочки. А в промежутке между корпусом сальника и валом напиханы тряпки. Не подумайте, что там какие-нибудь старые пальто или драные джинсы. Это специальная обмотка, типа толстой верёвки, пропитанная графитом. Всё это плотно, очень плотно и аккуратно должно было быть намотано на вал и зажато гигантской гайкой, диаметром больше самого вала.

Наверно, в Находке, на мамином заводе, какой-нибудь плохо похмелившийся работяга чего-то напутал и, в самом деле накрутил туда свои старые штаны. Или затянул как-нибудь не так. И когда мы мчались через пролив, разделяющий две великие державы, вся эта хуйня не выдержала и стала выдавливаться внутрь судна под воздействием давления забортной воды. Повторюсь - полатмосферы, это немало. Напримкр в колесе автомобиля две атмосферы.

Получилось, как и в прошлый раз. Я только сладко закемарил  после вахты,  и слышу сквозь сон рёв второго механца.

-  Что ж ты творишь, падла ???

- А? Чо? Каво?

- Убьюююююю! Бля! Сукка!

Обычно, перед сдачей смены заступающему механику надо пройтись по десятку самых рисковых точек и промониторить ситуацию. Одна из точек, это как раз район дейдвуда. Я там был, всё было чики-пики. И уровень льяльных вод был нормальный. Пока мы менялись, пока второй трещал там с мотористами в ЦПУ, прошло минут 10-15, вот в течение этого времени, видно, старое пальто совсем порвалось и вода хлынула внутрь... П и д з е ц!

- Тонемммм! Помогииите! СОС !!!

Я летел в машину, перепрыгивая через десять ступенек, пригодились все эти опыты по бегу. Дед уже здесь, босиком, и капитан здесь, в подштанниках, бегают спросонок, ручонками размахивают. Прямо немое кино, орут чего-то, морды красные от напряжения. Но грохот двигателей всё заглушает. Я ещё подумал: на такой случай неплохо бы выучить язык жестов. Все на меня накинулись. Как будто я господь бог. Рты пораскрыли, вопят, аж искры из глаз сыплются. Можно было только догадываться, что они там хотели мне сказать.

Да угомонитесь вы, сейчас я спасу ваши дряблые задницы. А чем спасать-то? Два насоса стоят в полуразобранном виде, это я днём пытался их реанимировать. Врубаю третий, который более-менее чего-то качает. Трынь, брынь. Закрутился он, забулькал, присоединился к всеобщему грохоту. Только толку от него никакого, вода поступает в пятьдесят раз быстрее. Она уже местами плещется под ногами. Вот тут, ребята, мне стало страшно. И не удивительно. К этому времени уже всем стало страшно. Я-то, зелёный лопух, не ощущал всю серьёзность происходящего. Только сейчас догадался. Мы реально тонули!!!

На дворе темнота абсолютная. Температура воды за бортом чуть выше нуля. Дураку понятно, что зимой в Охотском море вряд ли подвернётся островок с пальмами, где можно скоротать время, пока спасатели подоспеют. Одна радость - акул нет.

Внезапно у меня в голове с дикой скоростью завертелись винтики, те самые. Я вспомнил всё, чему учили. Вспомнил, что в закутке за чипунами есть парочка инжекторов. Это такой насос, только не поршневой, какими обычно пользуются, а роторный. Тут надо немножко объяснить. Обычные насосы создают вакуум, и таким образом всасывают жидкость, а эжектор по конструкции больше смахивает на турбину. Он не создаёт вакуум. Если его включить, он будет просто гнать воздух вхолостую, но если заполнить водой он будет качать воду, причём с оухительной производительностью. Раз в тридцать больше, чем простой насос. Но тут возникает дилемма. После обычного насоса эта говённая вода, то есть даже не вода, а смесь воды, мазута, дизельного топлива и ещё всякого дерьма, сначала поступает в сепаратор, где из неё удаляются все нефтепродукты, и только потом уже за борт. С эжектором так не получается, только валить всю эту парашу за борт без разбора. Подбегаю к охуевшему деду и ору ему в поросшую волосами ушную раковину что есть мочи:

- Давайте попробуем инжекторамиииии ! Он выпучил шары, повертел у виска испачканным мазутой пальцем, и начал открывать и закрывать рот в ответ. Среди грохота я только расслышал отрывочные:

- Ёб... Нах... Мать... Японцы... Кранты...

Тут надо снова немножко пояснить. Мы шли рядом с территориальными водами Японии, а они очень внимательно следят за чистотой океана. Малейшее пятнышко мазута и, в Москву летит депеша, что, мол, опять ваш сраный пароход испоганил тут нашу окружающую среду. И, конечно, реквизиты этого засранца. Естественно, капитану потом премии не видать как своих ушей, могут даже из партии попросить, а это совсем хреново.

Так вот, из всего этого набора слов деда я понял, что он не допустит загрязнения окружающей, кристально чистой, японской среды. Но через некоторое время, трезво поразмышляв и сообразив, что зачем тогда будет нужна замечательная среда, если в ней не будет находиться его собственная оболочка, а будет кормить каких-нибудь экзотических рыб на дне холодного Охотского моря, махнул рукой, мол, запускай инжекторы. На дворе ночь, авось как-нибудь проскочим.

Запустили мы эти агрегаты. К общему шуму добавился неслабый вой. И всё это подпайольное говно полетело в океан батюшку. А кэп скомандовал прибавить газку, чтобы к рассвету подальше убраться с этого паскудного места. Вот так с моим участием был сильно попачкан навозом белый китель кумира моего детства, капитана Лаперуза. Эти чудесные турбины к утру понизили уровень воды до нормального. И хотя мотористы маленько подтянули дейдвудную гайку, всё равно забортная вода хлестала внутрь хорошим таким напором. Однако на Титанике семьдесят лет назад всё было гораздо хуже.

А нам навстречу из района промысла на всех парах уже мчался спасатель, и ближе к обеду мы должны были встретиться. Дальше дело техники. Они пришвартовались. Перекачали всяческие жидкости в нос судна, чтобы максимально задрать корму. Короче, дальше не интересно. Эти ребята, спасатели, своё дело знали.


52 Котёл.

Вызывает меня дедушка к себе в каюту, и вручает опупенных размеров медаль "за спасение утопленников". Вот такая история.

Вы что, поверили? Ха! Ну конечно! Шиш с маслом я получил. Даже спасибо никто не сказал. А вызвал он меня затем, чтобы дать новое прорывное задание. Пока там эти спасатели нас спасают, копаются со сдохшим дейдвудом, поди-ка ты, Юрий Алексеевич, да разберись с котлом. То есть надо было его заглушить, остудить и прочистить трубки котла от копоти.

Не знаю, что там приключилось с этими, бля, трубками, но они почему-то оказались чрезвычайно засраны, да так, что невозможно было нормально разогреть пар. Похоже, этот слинявший четвёртый механик и здесь приложил свою руку. Точнее, наоборот, пальцем об палец, сука, не ударил, чтобы довести котёл до нормального рабочего состояния.

Да, ладно! Страху нет. Комсомольцы не привыкли к трудностям. Не зря меня советская власть пичкала этими героическими фильмами про несгибаемых коммунистов. А я что, хуже них, что ли?

- Есть! Босс! - и побежал в котельную, выполнять приказ.

Фигня! Я же офицер! Пять лет меня учили руководить. Командовать всякой шантрапой, вроде судовых мотористов.

Вырубили котёл, провентилировали его хорошенько.

- Ну, давай, - говорю, - Васёк. Полезай туда, да пошуруй там хорошенько. Докажи всем, какой ты мужик, блин, гарный.

Опять требуется пояснение. Ещё немного и тебя, дорогой читатель, самого можно будет механиком в море отправлять. Почти все механические тайны тут уже выболтал.

Так вот. Котёл, это, как я уже говорил, нехилых размеров железная коробка. По наружному контуру, ну точно как комната в хрущёвке. А внутри тесновато, конечно. Состоит из двух длинных бочек, сверху и снизу, которые соединены между собой миллионом трубок. Когда он работает, то внутри трубок циркулирует вода, и вся эта хрень подогревается пламенем нескольких форсунок с температурой примерно как в жерле вулкана во время менструации... простите, извержения.

Снимаем мы крышку с форсунками и... Мать честная, дырочка там совсем маленькая. У моего моториста Василия морда слегка пошире этого проёма будет, а плечи и подавно. Серёга размером поменьше, это второй мотыль, но тоже с комплекцией штангиста. Чёрт, где они таких амбалов понабрали, мать твою? А у меня всего два моториста на вахте.

Короче говоря, ваш героический рассказчик, с чрезвычайно кислой рожей, поплёлся искать какое-нибудь тряпьё, чтобы обмотаться им и лезть в эту огнедышащую дырку. Там ещё оставался жар, полностью охлаждать нет времени. Мои хлипкие плечики прекрасно входили в это отверстие в корпусе котла и, что меня порадовало ещё больше, нормально выходили.

Именно в это время у меня набирал силу новый фурункул, слава богу, теперь я уже знал, как надо с ним обращаться. Но место было крайне болезненное и неудобное. На лице, представьте себе. Прямо на нижней губе. Ужас! Боль адская! Нормально разговаривать невозможно. Кушать тоже. Губу разнесло до гигантских размеров. Но пока он не созреет, лучше не трогать, иначе будет ещё хуже.

Хирурга на пароходе не было. Старший помощник капитана считался корабельным медбратом. У него в аптечке были кое-какие лекарства. Зелёнка и йод были точно. Никакого скальпеля и других инструментов, конечно, не было. Но я был мальчишка находчивый, видно, заразился у Славика. Взял эту зелёнку у чифа, наверняка, просроченную. Кстати, как это её не вылакали наши ребята, ведь там спирт? У радиста взял пинцетик, который он использовал в своих паяльных делах. Бритву, острую преострую. Уселся перед зеркалом и полоснул ею по губе, предварительно намазав зелёнкой в целях стерилизации. До сих пор помню, как мне жалко было того пацанёнка в зеркале. С распухшей губой в зелёнке.

- Какого хрена я тут делаю? - промелькнула в башке предательская мыслишка.

Но я отогнал её прочь. Нечего расслабляться, надо дотянуть до весны, а там посмотрим. Хлынула кровь вперемешку с этим мерзким гноем. Наверно, будет больно, если полоснуть бритвой по нормальной, здоровой губе. Но в тот момент я почувствовал блаженство. Каждый раз ощущал блаженство, когда расправлялся с очередным ублюдком, в смысле, фурункулом. Теперь надо аккуратно, зелёным пинцетиком, найти и вырвать этот поганый стержень. Там всегда есть стержень, на нём всё держится. Если его не вырвать, то гноиться будет долго. Говорю же, я стал профессор по этой фигне. Мог бы, наверно, где-нибудь в поликлинике сойти за хирурга. Есть такие хирурги, которые занимаются только всякими чирьями да бородавками.

Мазь Вишневского я с собой предусмотрительно прихватил в рейс, несколько банок. Всё это лепится пластырем. Ну и рожа! Неужели это я, что-то ни хуя не похож на романтического мореплавателя. Больше на какого-то урода из фильма ужасов. Хорошо, что мама меня такого не видела, у неё бы сердце разорвалось от жалости.

И вот, таким образом разукрашенный, да в придачу обмотавший руки и лицо всякой ветошью на манер мумии, остались только небольшие дырочки для дыхания, прекрасно вошёл в эту котельную дырку. Видели когда-нибудь по телеку, как космонавты после стыковки вплывают друг к другу в гости? Вот так и я вплыл в чрево злоебучего котла, никто меня там не встретил, но в таком проклятом месте встретить там меня мог только диавол. Но даже и его там не оказалось. Зато было множество закопченных, обосраных трубок, которые мне предстояло за несколько часов отскрести до зеркального блеска. Вот такая вот херня, братья и сёстры.

Всё это длилось долгих восемь часов, несколько раз вытаскивал своё истерзанное тело на свет божий, чтобы убедиться, что мир всё ещё существует, и что я нахожусь в нём живой и здоровый. А не в аду навеки, как начало мне казаться под конец этой скотской экзекуции. В какой-то момент мне пригрезилось, что я сослан господом нашим в эту чёрную дыру за какие-то земные грешки.

Но всё когда-то кончается. Вылез я окончательно. Размотал с себя всё это дерьмо. Батюшки светы! Ну и рожа! Вы бы видели. Все эти намотки оказались так же полезны, как мёртвому припарки. Морда чёрная от мазутной гари. Потёки пота, чёрные-пречёрные. Помните Баталова в фильме "Три Толстяка", когда бабка намазала его ваксой? Вот именно такой я был, только в отличие от обаятельного Баталова я был мерзок до остервенения. Мерзок сам себе, с болтающимся пластырем на откляченной губе. Путешественник, твою мать, начитался книжек. На вот тебе, баклан, получай по сопатке! Тут тебе и Африка, тут тебе и Полинезия-хуезия.

Примерно с неделю после этого я плевал чёрной, как нефть, слюной и выковыривал из носа чёрные, как свежий асфальт, козюли. Извиняюсь за столь малоэстетичную подробность. Видно, там, внутри моих лёгких, всё было сплошь покрыто этой чёрной гадостью. Эх, кого бы засунуть внутрь меня, пошкрябать мои трубки!

Но и в этот раз мне медаль снова не вручили. Дед только спросил мимоходом: - Ну, что, почистил?

- Почистил, бля, ещё как, сука, почистил!!! - подумал я, показывая ему в кармане факлю.

Скорее всего, он сам проходил такой прикол, просто решил меня маленько поучить по-отечески, чтобы знал как там котёл устроен. В институте чертил я его красивенько на ватмане. Пятёрки даже получал. Уж что-что, а чертить я умел, и любил. Реальность иной раз здорово отрезвляет.

В принципе, дед был нормальный мужик. Многому меня научил. Похоже, ему нравилось копаться с этими железками. Это был реально механик с большой буквы, маньяк механизации. Но меня такая перспектива не устраивала. Проплавать двадцать с лишним лет, чтобы оказаться на таком сраном корыте, прибежище самоубийц. Ни хуя! Такое мне не подходит! Ищите простачков!

И я решил - надо валить отсюда! Непременно валить! Если, конечно, доберусь до дому живой и невредимый.


53 Спасибо Субботину!

Но, как вы знаете, беда не приходит одна. Если сказать по русски: "Если пришла беда - открывай, чувак, ворота и наслаждайся дерьмом". Пока я там, внутри этого проклятого котла прохлаждался, он, естественно, в это время пар не вырабатывал. А на дворе, как вы помните, зима, со всеми вытекающими из этого паскудного факта последствиями. Как думаете, что случится, если в разгар зимы у вас дома отключить отопление на полсуток? Короче, когда запустили паровик и отправили пар потребителям, ко многим он почему-то не дошёл. Если у вас котелок варит, то уже, наверно, сами догадались, почему? А всего-навсего потому, что вода, оставшаяся в системе отопления, согласно законам физики, тупо замёрзла. Она элементарно стала твёрдой как камень! Потому что, бллин, зима! Потому что, сука, холодно! Потому что минус двадцать или тридцать снаружи. А пароход, мать твою, железный!

Теперь мне стало понятно, почему этот тупень, наш дед, работает на таком вшивом, занюханом корыте вместо того, чтобы находиться на новеньком, с иголочки Титанике. Неужели он, механик чёртов, всю жизнь проболтавшийся в море, не мог этого предвидеть? Я-то молодой, понятно, что лох. Но ты-то, старый пердун, куда смотрел? Вот поэтому начальство таких никогда не посадит на нормальное судно, потому что оно тут-же будет загублено недальновидностью и лошарством.

Ну, и что дальше? Я ещё не успел очухаться от внутрикотельного приключения, а тут новое накатывает. Даже поспать не успел. Надо идти и размораживать систему, пока все мы не окочурились нахрен от холода. Слава богу, что хоть вовремя спохватились. Она перемёрзла не полностью, всего лишь местами. А там, где всё-таки замёрзла, трубы не успели полопаться. Ёщё бы часа три-четыре и можно было поворачивать обратно домой. Поэтому, надо было шевелить копытами- до полноценного закаменевания оставалось крайне мало времени.

В нашем случае отогреть её в принципе было не так сложно. Всего лишь нужна паяльная лампа, та самая штука, которой матёрые шоферюги зимой отогревают двигатель. У каждого дальнобойщика такая есть. Это как помада в сумочке у девушки, без этой фигни никуда.

И с этой лампой, блин, Аладдина, надо пролезть все самые холодные, рискованные места. К счастью, таких оказалось не так уж много. Прогреть их хорошенько открытым огнём, пока внутри трубы не послышится характерное бульканье протекающей воды. Если есть хотя бы слабенький ток жидкости, то вода, а потом горячая вода и пар сделают всё остальное, растопят этот проклятый лёд внутри труб. Всё это было с успехом мною проделано за несколько последующих часов.

Да здравствует победа! Котёл пашет, трубы в порядке, а не пора ли отдохнуть, чёрт побери? Я уже с ног валюсь после всей вышеописанной хуеты. Просто пожалел вас, не стал в подробностях пересказывать весь этот навоз с оттайкой труб. Поверьте мне, ебатни было достаточно. Местами было вообще не понятно, как подступиться к этой трубе. Она где-то там, в темноте, в кошмарном переплетении других труб. И всё это на диком морозе. Чуть клешни себе не поотмораживал к чёрту!

Ну вот! Дело сделано! Корабль в очередной раз мною спасён, пора и поспать маленько.

Ха! А на вахту не хотите ли, паренёк?

Да, ребята! Как раз подоспело время моего дежурства. Теперь я понял, почему капитан-лейтенант Субботин так безжалостно дрюкал нас в бурсе. Без этой субботинской моральной подготовки я не смог бы разгребать эти гигантские кучи первосортного говна, поджидавшие меня здесь. Вот это и есть морская романтика. Спасибо тебе, Суба! Если бы не ты, я бы повесился здесь на паровой трубе от безысходности, тоски и нервных потрясений. Отдежурил кое-как, вставив в глаза две здоровенные спички.

В конце работы пробежался по мониторным местам. Задержался у дейдвуда. Там было всё окей. Даже капелька не просачивалась. Это внушало оптимизм - значит, ещё поживу на свете. Ещё увидит меня мама. Тем временем, в ЦПУ меня поджидал дед с хлебом-солью и опупенной медалью из чистого золота, за спасение экипажа от холодной смерти.

Вы уже, наверно, привыкли к этим, моим, дурацким шуточкам. Не то, что медали, даже дырки от бублика я не увидел. Да и хрен с ним. Будем считать, что все эти трюки я проделывал исключительно ради благополучия моей собственной жопы. А все остальные как бы прилепились к ней и проскочили прицепом. Было бы неправильно весь героизм приписывать только себе одному, другие тоже в это время не спали и, возможно, тоже совершили нечто такое, благодаря чему мой зад до сих пор не грызут эти мерзкие глубоководные рыбы с фонариком на башке.

А в машину дед спустился, чтобы полюбоваться на моё ебало после всех этих событий, и оценить, в состоянии ли я совершить ещё один героический поступок. Осмотр, видимо, его удовлетворил - я предусмотрительно вытащил спички из глаз и, он выкатил мне очередное задание: - "Подготовить шлюпку к плаванью!"

Бля... Пиндец! Зачем? Почему? И нахера это вообще надо в открытом море, когда до ближайшей суши, как до Гваделупы пешком? В следующей истории всё поясню.


54 Я как раненый зверь.

В рейс мы вышли в октябре, а возвратимся аж в апреле. У многих там, на далёком берегу остались жёны, дети, любимые женщины и всё такое. Они скучают там, пока мы здесь покоряем матушку-природу, насилуем её в хвост и в гриву, что есть мочи уничтожаем всё живое вокруг с помощью выбросов мазута, или просто вылавливая и заживо замораживая. Стонет, наверно, мать-природа от любви такой. Но это демагогия, не обращайте внимания. Родные на берегу хотят получить весточку из моря, а в море, наоборот, весточку с берега. Весточкой может быть письмо. Знаете, как приятно получить письмо в далёком, жутко холодном море. Приятно осознавать, что кому-то нужен, кто-то думает о тебе, беспокоится, скучает, ждёт. Без этих весточек было бы совсем паскудно. Начальство всё это понимает, и поэтому организовало такой гаджет, услугу - доставку чего-нибудь с берега на судно и наоборот.

Такой весточкой может быть, например, посылка. А в ней передачки с берега, от скучающих родственников. Кому-то, может быть, трусики любимой супруги с ароматами живого тела.  Кому-то банка варенья, в море ведь нет сладкого. В море со сладостями вообще беда. Например был такой случай: однажды захотелось мне сладкого. Пошёл я в судовой ларёк. Был такой на пароходе. В нём руководил завпрод, заведующий продуктовым хозяйством. Он продаёт за деньги, которые ты ещё не заработал. То есть, просто записывал у себя в потрёпаной тетрадке. Можно было купить сигареты, как же моряку без курева? Без него башка болит. Спички конечно, печенье, какие то консервы, и прочая ерунда. Но, из всей этой ларьковой чепухи, которой я иногда затаривался, навсегда запомнил только одно - конфетки. Обычные шоколадные конфеты. Они были в больших ящиках и продавались наразвес. Взвешивает он, сколько тебе надо, записывает, и уходишь довольный, наслаждаться вкусняшками.

Набрал я конфет, пришёл в каюту и попытался насладиться. Хорошо, добрые ребята предупредили, что не надо пытаться их кусать. Я даже удивился, помню, что за хрень такая, как можно жрать конфеты, не кусая их. Но чуть позже всё понял. Они оказались неимоверной жёсткости. Ну просто железобетонные. Вначале, их надо было разбить чем-нибудь тяжёлым, а потом эти кусочки аккуратно сосать. Похоже, что они хранились лет пятьдесят, в противоядерном бункере, на случай войны. Да, видно, вышел срок годности. Затвердели они страшно. Стали словно бивни мамонта в вечной мерзлоте. Но кушать-то их можно. Советская власть не разбазаривала народное добро попусту. Вот и отправили эту хрень морякам. А что? Народ бывалый, штормами закалённый, сожрут, куда денутся? Взял я зубило, расхерачил пополам одну конфету. Толкаю кусок её в рот, и краем глаза увидел, что-то там шевелится. Навёл резкость - батюшки светы! Оттуда торчат черви, и машут мне своими белёсыми хвостиками, дескать, привет от мамонта.

Ни хрена себе конфетки! Я ведь платил за вес, значит, и за червяков заплатил. Ну, думаю, оухительные конфеты, если даже божьи твари ими не побрезговали. Вы же знаете это правило насчёт яблок: если черви есть, значит, без химикатов продукт. Значит экологически чистый. Так и здесь. А мальчишки, смотрят на мою морду и ржут как сумасшедшие. Объяснили мне, глупому, что предварительно, надо просто постучать об стол, червяки все вывалятся. А если какой останется, так ничего страшного, не отравишься. Вот так новости! Зашибись! На броненосце Потёмкин, в начале прошлого века, примерно такая же история, с червяками в борще, вообще чуть ли не революцией закончилась. Но я не стал революций устраивать, сделал как знающие люди посоветовали. Вытряхнул оттуда этих тварей, и даже честно попытался съесть, но не смог. Просто от одного вида  такого деликатеса начинало тошнить. Так и пролежали эти мерзкие конфеты, в ящике стола, до конца рейса.

Также весточкой может быть посылка с грелками. Нормальными, резиновыми, медицинскими грелками. А нахрена они нужны? Да конечно же они не нужны, если пустые. Но эти были заполнены огненной водой по самую пробку. Точнее, водярой. Ох, вы бы знали, как в море не хватает алкогольного дурмана! Иногда хочется плюнуть на всё, и набухаться вдрызг, чтобы не видеть эту чёртову морскую романтику! За месяц  нахождения в такой резиновой таре, пока ехала к нам, водка становится настолько мерзкой на вкус, и с таким отвратительным запахом, что пить её нормальному человеку невозможно. И если вдруг, неопытный человек, глотнул бы этого пойла пару глотков, то потом его рвало бы неделю желудочным соком. Но, наши закалённые мариманы высасывали этот ужас с превеликим удовольствием. Однажды я имел неосторожность махнуть грамм сто этой срани, так у меня потом несколько дней резиновый комок стоял в горле. Тьфу, бллин! Аж передёрнуло!

Так вот, в море почтальонов нет. И как же этим весточкам с берега попасть к нам на пароход?  Всё очень просто. На судно, которое выходит из порта позже нас, грузят все, отправленные для нас, письма и посылки. На конверте адрес такой: г. Находка, БАМР, РТМ "Агатовый" и фамилия. Чтобы забрать почту с другого судна, швартоваться к нему не обязательно. Делали гораздо проще, останавливались недалеко друг от друга, на расстоянии примерно полукилометра. Спускалась шлюпка и своим ходом шпарила за почтой. Так вот, дед отправил меня на шлюпочную палубу, подготовить шлюпку к такому почтовому вояжу.

Почему именно меня? Да потому, что у каждого механца свой круг обслуживаемых им механизмов. У четвёртого, в частности, кроме унитазов, котла, опреснителя и насосов осушения, ещё палубные механизмы и шлюпки. В шлюпках стоят небольшие дизеля. Тыр-тыр-тыр. Страшные, ржавые, какие-то полуразрушенные. Когда увидел первый раз, думал, они не работают, такие они были уёбищные. У шлюпки крыши нет, поэтому всё, что падает с неба, находится на этих двигателях, и в самой шлюпке. Лодка, вся какая-то задрипаная, раздолбаная и зачуханая. В ней стоит парочка огромных, задроченных аккумуляторов, кое-как привязанных верёвкой к борту. Рядом с двигателем примотан, прилично помятый, молочный бидон. Он используется в качестве топливного бака. Похоже, что те, штатные шлюпочные баки до такой степени засраны, что туда лучше топливо и не наливать. Резиновый шланг от бидона к двигателю. Валяются ржавые ключи, какие-то чмарные железяки, вёсла без уключин. Без них, кстати, весла использовать в принципе невозможно.

Короче говоря, вы уже поняли, что эти шлюпки в самый раз подошли бы для тех типов, которые решили покончить счёты с жизнью. И вот на одной из них, нам предстояло прорваться за драгоценной почтой. Правила спуска шлюпки таковы. Я запускаю двигатель. Заколебаешся ещё его заводить! Все знают, что дизеля вообще не любят низких температур, а эти страшилища вообще на честном слове держатся. Даже дураку видно, что там многих запчастей не хватает. Как хочешь, так и заводи. Ни хрена! Русского парня не зашугать такими мелочами. Для таких случаев на судне имеется эфир. Мочу тряпочку эфиром, пихаю во всасывающую воздух трубу. Немножко выжидаю, чтобы наиспарялось там, и врубаю стартёр. Тыр-тыр-тыр- тыр... Затарахтело железо! Испражнение, бляха, человеческого гения. Хорошая штука эфир! Без него заводить бесполезняк. Я потом применял этот финт, заводя свою дизельную тачку на жутком морозе, когда злодейка-судьба закинула меня в холодные края.

Потом шлюпка с работающим движком опускается за борт. И уже после, в неё по штормтрапу спускаемся все мы, сраные почтальоны. Но это если следовать правилам. Вы ведь знаете, что среди настоящих русских мало любителей следовать правилам, чаще всего как раз наоборот. Никто не хочет спускаться по этой скользкой, болтающейся над ледяной водой хлипкой верёвочной лесенке. Обычно все забираются в шлюпку ещё на борту, и только после этого лодку опускают на воду. Зачем это я так подробно всё разложил? А вот внимайте дальше! Когда плавсредство оказывается на поверхности океана, два человека ловким движением руки выдёргивают стопор гака. Это два таких немаленьких крючка, на корме и на носу шлюпки, на которых она, собственно, висит. Стопор выдёргивается, гаки отцепляются от шлюпки, и можно плыть хоть на край света.

Так вот, запустил я, значит, моторчик. С эфиром конечно, на улице дубак в районе -25 по цельсию. Вода, соответственно, прохладная, в районе нуля. Нет, чуть пониже, так как по поверхности плавала такая ледяная шуга, кашка из ледяных иголок. Все мои партнёры во главе со старшим помощником капитана забрались в лодку. "Майна!" - крикнул абсолютно трезвый боцман. Загудели моторы шлюпбалок, и мы стали медленно опускаться вниз. Всё-таки удивительная штука человеческий мозг! Наверно, всё произошло очень быстро, просто мгновенно. В таких случаях говорят: "Он ничего не понял!" Правильно говорят. Я тоже ничего не понял. Только что мирно гудели моторы шлюпбалок и ровно тарахтел дизель в лодке...

Вдруг - трах-тарабах!

Лечу, кувыркаясь, вниз. Наверно, как всегда кричал: - Аааа-а-а!!!

Шлёп! Хлесь! Бульк... И ледяная шуга сомкнулась у меня над головой.

Вот тут мне пригодились и квач, и разряд по плаванью. Всё рано или поздно в жизни пригождается. Море изнутри, из-под воды, смотрится восхитительно. Светло бирюзовый с переливами, колышущийся фон с барахтающимися непонятными бесформенными существами. Именно так всё это увидели удивлённые рыбы, оказавшиеся поблизости. Среди этих существ находился я, как и положено зимой, в телогрейке, ватных штанах, шапке-ушанке и кирзачах. Безразмерные шмотки, одетые на людях, наподобие скафандров, придавали подводному ультрамариновому пейзажу какой-то совершенно фантастический, космический вид. Как будто я с помощью некоего портала оказался на Венере, в её мерзкой метановой атмосфере. Все эти мыслишки пронеслись в моём мозгу за гораздо меньший промежуток времени, чем вы читали мои словесные испражнения. Я догадался, что оборвался один из этих чёртовых крюков, и шлюпка сейчас  болтается у меня над головой.

Что там приключилось? Я тогда не знал. Возможно, он проржавел, или был кем-то плохо привинчен на грёбаном заводе. И сейчас из лодки начнут вываливаться стокилограммовые аккумуляторы, бидоны с соляркой и прочее металлическое говно. А если оторвётся двигатель, так он меня вообще очень быстро утащит на дно? Да я захлебнусь, прежде чем увижу там остатки Титаника. Эта мысль вывела меня из секундного оцепенения, и я судорожно заработал локтями, разгребая ультрамариновую ледяную воду впереди себя. Главное, вырваться из опасной зоны, а там разберёмся. Спасибо Василь Санычу, он тренировал нас задерживать дыхание, и в юности я легко проплывал под водой находкинский бассейн туда и обратно. Вот и сейчас, дико рванул со старта в надежде спасти свою лучшую в мире задницу. Отплыл я на приличное расстояние, хотя было чертовски неудобно в этом насквозь промокшем ватном скафандре.

Вынырнул метрах в двадцати от остальных путешественников. Неплохой результат, учитывая отсутствие тренировок последних 10 лет и холодную воду. Кирзовые сапоги тоже не сильно способствовали скорости продвижения. Вынырнул, но чувствую, что океан не хочет отпускать такого опупенного Ихтиандра, и тянет меня назад в сторону Титаника. Ещё бы!!! Вся вата успела насквозь пропитаться ультрамарином, и, естественно, закон Архимеда стал очень слабо воздействовать на моё погруженное в жидкость тело. Сапоги я скинул быстро! Шапочку тоже нахуй! А вот с ватником заминка вышла. Чувствую, пальцы не слушаются, скрючились и покраснели. Только сейчас я ощутил жесть ледяного океана. Вначале было не до этого, шибко уж красиво было под водой! Пытаюсь расстёгивать пуговицы. Хрен! Карябки совсем не шевелятся. В какой-то момент подумал: - Пидзец тебе, Юрка!!! Вот и всё!!! Стоило ли надрываться столько лет, ломать себя в надежде на замечательное будущее?!

Прямо разозлился за минутную слабость. Обозвал себя всякими матерными словами. Даже неудобно их здесь повторять. Собрал всю силу воли и просто силу и, давай рвать что есть силы эти проклятые пуговицы. И откуда взялось столько силы в руках, я как раненный зверь (прости, Володя, за плагиат) рвал телогрейку, только вата летела клочьями. Снял!!! Как будто мешок с камнями с плеч скинул. Сразу стало легко, Архимед таки был прав.

Так! А теперь пора вытаскивать свою бренную оболочку в более сухое и тёплое место. Ну-ну! Давай! Шлюпка всё ещё опускается, и самое интересное то, что движок тарахтит как ни в чём не бывало, вырабатывает остатки топлива. Так в работающем состоянии и ушёл под воду, булькнул, чихнул пару раз и заглох, нахлебавшись ледяных иголок. Сразу стало как-то тихо, зато стали слышны вопли сверху. Там, наверху, собрался у борта, наверно, весь экипаж. Как бы пароход не перевернули! Ещё бы, такой картины наверняка ни разу не видели! Гвалт стоит невообразимый, орут чего-то, вроде как советуют. Только ни хрена не разберёшь. Какой-то тупень спасательным кругом размахивает. Эгей, аккуратнее, эта фигня весит килограмм пять, попадёт по чану - точно встретишься с Титаником. Ещё не факт, что у этого круга плавучесть положительная, я уже ничему не удивляюсь.

Народ, который в воде, шлюпку облепил со всех сторон. Какого чёрта, неужели за почтой решили прорыв продолжить? А я прямиком к штормтрапу, он, как ни странно, висит, где ему и положено. Какой-то молодчик всё-таки действовал по инструкции. Забрался наверх и бегом в котельную.

- Врубайте сауну, пацаныыыыы-ы!!! - орал я, на бегу срывая с себя отрусы.

На каждом судне есть сауна, она работает на паре от котла. Как раз её я имел в виду. Вообще-то, представьте, не люблю париться, почему-то не нахожу в этом удовольствия. Но, в тот раз довёл себя до изнеможения. Чуть не сварился к чёрту. Знал, что главный доктор на пароходе - это старпом. И его зелёнка вряд ли поможет при воспалении лёгких.

Не заболел! Удивительный факт. И губа, тьфу-тьфу, зажила быстро после купели. Наверно, остатки этого стержня были заморожены напрочь. Когда вылез наружу, узнал зловещие факты. Оказывается, крюк не отвалился, как я подумал, а просто 4-й штурман раньше времени выдернул стопор. Всё бы ничего, да только в это время рука старпома оказалась как раз между звеньями цепи гака и корпусом лодки. Болтающаяся шлюпка размолола кость его руки вдребезги. Там были мелкие осколки, и соединять что-то было бесполезно. Его, конечно, тут же отправили на плавбазу, там есть онастоящий лекарь. Но, в итоге пришлось отрезать ему руку по плечо. Вот такая беда приключилась у человека из-за глупого поступка одного болвана.


55 Странность четвёртого.

Мы все, ещё в самом начале рейса заметили ненормальность четвёртого штурмана. Какой-то он был своеобразный, про таких говорят: "Пришибленный пустым мешком по голове". А если совсем по-честному, то у него были явные признаки сумасшествия. Короче, ибанутый был на всю голову, чего там деликатничать.

То, что он с виду был какой-то странный, это ладно. Часто говорил всякую чушь невпопад, это тоже ладно. Движения у него были какие-то разболтанные, будто у робота с открутившимися гайками, прикрепляющими руки и ноги. Это тоже чёрт с ним, это не опасно. Но, вот что там творилось у него под черепной крышкой, никто не знал, и это было страшно. Какие там неконтролируемые процессы происходили - тайна.

Вот вам несколько примеров его неадекватности. Однажды дали ему порыбачить. В смысле, не удочкой конечно, а поруководить процессом регулировки сети, чтобы зацепить косяк рыбы и вытащить её на пароход. В этом случае надо руководствоваться приборами, эхолот и ещё какие-то там железяки, я не специалист в этой области. В общем, надо соображать. Всему этому учат, в частности и в "Рыбе", на факультете "промышленное рыболовство". Начал он руководить, значит.

- Майна, бллин!

- Вира, нах!

- Два румба вправо! - и так далее.

Короче, дорулился, что зацепил сетью за подводные выпуклости, скалы там или рифы, и разорвал её к чёрту, а она стоит неслабую кучу денег, да ещё в валюте. И вытащили мы драную сеть, прямо как у Пушкина - "только с тиной морскою". Нет... вру. Там ещё валунов, и кусков скал было тонны две... совсем немного.

Капитан рвал и метал! Чтобы настроить новую сеть потратили два дня, а рваную потом долго чинили палубные ребята, еблись недели две, на все лады матюгали этого козла. После того случая, кэп не пускал его на мостик до конца рейса.

Как-то раз стояли на якоре, было сильное волнение. Четвёртого вместе с матросом отправили на бак потравить немного якорную цепь. Так он эту цепь так траванул, что она сорвалась с крепления в цепном ящике, и ушла вся напрочь вместе с якорем на дно морское. Дедушка Нептун охренел наверно. Я даже и не предполагал, что такое вообще возможно. Представьте такую картинку: судно приходит в порт с одним якорем. Это же капец какой позор! Как можно просрать якорь? Все шишки, конечно, на капитана, балбес ты значит, недостоин рулить советским дредноутом.

Но, наш капитан, в отличие от этого недоношенного четвёртого, был далеко не балбес. То, что можно утопить якорь, я не предполагал. Но ещё более не предполагал, что его можно достать обратно. Небось думаете, что я вру? Чистая правда. Весь день мы крутились зигзагами в том месте, где утопили злополучный якорь Холла. И представьте себе, подцепили его. Когда плавали туда-сюда, я думал, что у кэпа от горя произошло помутнение рассудка. Но был неправ. Он оказался вообще молодчага. Умудрился найти! Зацепить! И поднять якорь! Вместе с цепью его затащили на кормовую палубу, через проём, где вытаскивают трал с рыбой. Потом всю эту гору железа, весом тонн пятьдесят надо как-то перетащить на нос эсминца, и вставить обратно в клюз. Вот это финт! Вот это трюк! Это вам не сраные фокусники по телевизору, которые картишками краплёными балуются, а зеваки хлопают в ладошки. Я вообще обалдел, вот это мужик! Герой, бллин! В этом месте надо аплодировать стоя.

Короче, было бы лучше, если этого четвёртого штурмана закрыть в кубрике, а дверь заварить нахуй по периметру и кормить через маленькую дырочку на всякий случай. Это был человек-катастрофа, кроме крупных косяков ежедневно всякие мелкие пакости нечаянно совершал. Сейчас всего не помню, вы просто поверьте мне на слово.

Десятого ноября мы все были потрясены и обескуражены. Умер наш отец, великий кормчий, герой Малой Земли и много раз Герой Советского Союза, Леонид Ильич Брежнев. Не выдержало сердце коммуниста. У парня было 130 медалей и орденов СССР и других стран.

Я как раз был на вахте. С мостика поступил приказ дудеть на полную катушку. Не подумайте, что я схватил тромбон и стал наяривать на ней, раздувая щёки. Дуделка имелась в виду та, которая чаще всего прикреплена к трубе. Просто надо было полностью открыть пар на эту штуковину.

Парни на мостике, действительно, были в оухенном трауре, они дудели часа два, мы не успевали вырабатывать пар. Кто бы мог подумать, что он был их любимчиком. Или они так радовались, что это чмо копыта кинуло? По крайней мере, у Брежнева были самые большие брови в этой стране, а может быть, и мире. А сейчас президентишки одно название. Ни бровей, ни медалей.


56 Болтики.

Отправляют меня снова за почтой. Это было уже в другой раз. Дело было под вечер, небольшое волнение и ветерок соответственно небольшой. Четвёртого штурмана после того случая больше никуда не выпускали. Вообще непонятно, что он делал на пароходе? Но все были только рады, что он ничего не делал. Не дай бог. Под его руководством можно былотолько на морское дно быстро добраться, в остальном он был непригоден. Отчалили. Я врубил дизель на полную катушку. Ветерок встречный дует в харю, и чёрт с ним, разберёмся как-нибудь. Солнышко над горизонтом. Приятная прохлада. Лепота! Вот она, романтика! Как древний викинг, парю над волнами на своём драккаре. Ведь они точно так же болтались месяцами в холодных морях, и вроде бы, даже до Америки добрались, задолго до Колумба. Несёмся на всех парах. Вдруг звук какой-то паскудный появился.

Прислушался! Ведь вы уже знаете. Так часто бывает. Только что всё было зашибись, а через пару секунд ты в говне. Что за звук, откуда? Давай я смотреть, щупать, кумекать. Не зря же в меня много лет какие-то понятия запихивали. Нашёл! Ёлки палки! Этот вал, который от двигателя, фланцем соединён с валом винта четырьмя болтами. Так вот, там всё развинтилось нахер. Два болта вообще исчезли, а два оставшихся держатся на диких соплях и звенят как сумасшедшие. Видно, я чересчур размечтался об этих проклятых норманнах, что не услышал первоначальный звон в собственном драккаре. Твою мать! Стал я искать эти проклятые болты. А на дне лодки, как всегда, плещется лужа солярки вперемежку с морской водой, харчками, и всяким прочим мусором. Стал искать гаечные ключи, без них закрутить гайки вряд ли получится. Движок заглушил, естественно. Ветерок стал крепчать. Шлюпку швыряет на волнах из стороны в сторону. Романтика исчезла, начал всплывать навоз. Да уж!

Потихоньку снежок белыми мухами обозначился. Ключей нет нигде, бес бы их побрал. Похоже всё-таки паршивый я механик. У нормального механца по карманам ключи должны быть распиханы на все случаи жизни. Нашёл какие-то полуразвалившиеся пассатижи в этой дерьмовой жиже на дне баркаса. Ключ на 17 нашёл там же. А эти бакланы не сидят же спокойно, бухтят что попало: "Когда поедем? Ну, когда поедем?" Только мешают. Как дал бы по переносице с ноги!

"Да заткнитесь вы, без вас, сука, тошно!" Болтики поганые нашёл. Соединил всё это в кучу. А толку? Резьба  на них разбилась, пока я был норманном. Пррроклятье! Завёл шарманку. Кое-как пилим дальше. Тут опять прямо по Пушкину: "Разгулялося синее море!" Ветрище подул встречный, снег валит хлопьями, и волны, блин, как тот девятый вал, да плюс темнота полная. Пока я ковырялся, солнце упало в море, и налетел шквал, такое часто бывает. Наш корабль где-то далеко позади, вроде. Вон он виднеется, огнями сквозь мглу и ошмётки снежной ваты. А тот, на который мы собрались, тоже вроде как виден - в виде зарева, вдалеке. Ну, думаю: "В этот раз точно нам кранты! Больше халявы не будет!" Пора запросить помощи, но связи с судном у нас нет. Можно бы ракетницей сигнал подать, только в этой лодке отродясь её не бывало. Через каждые пять минут приходится останавливаться, подтягивать грёбаные болты, чтобы полностью всё не развалилось. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! Последний день твоей копеечной жизни. Молись гнида! Зря ты в бога не верил, вот он тебя сейчас и спросит: "Почему в меня не веровал? Смерд!"

Противные, вибрирующие волны холодного страха пробежали снизу вверх по моему позвоночнику.

Дураку понятно, что в этой задрипаной шлюпке нет никакой еды на случай аварии. Воды тоже нет, кроме той хуйни, которая болтается под ногами. Старпом орёт: "Доставай ракетницу!" Это новый старпом, он, наверно, в темноте плохо разглядел шлюпку. Ага! Щас! Штаны ватные сниму, там у меня есть ракетница. Такую ракету запузырю. Только с корабля её не увидят, а вот окружающая среда будет испорчена! Короче, пересрал я. Да что там говорить, пересрали все. Не до почты, пока мотор тарахтит, надо поворачивать оглобли обратно. Про то, что шлюпку заливает, и мы уже промокли насквозь, вы уже сами наверно догадались. Воду вычерпывать конечно нечем. Была там когда то ручная помпа, но её украли, как раз в тот год, когда я в МФТИ поступал. Пытались черпать шапками, сапогами. Да уж! Замечательный сюжет для фильма ужасов.

Одно хорошо: назад плыть легче, ветер попутный. Добрались, слава аллаху, до своего корыта.

А нас там уже потеряли. В такую погоду искать никто бы не стал. Нету смысла. В темноте, при волнении и снежном буране, искать бесполезно. Между судами  связь есть, а со шлюпкой нет. Оттуда отчалили, туда не причалили! А что ещё думать? Всё! Утопли ребята!

Залезали наверх по штормтрапу с подветренной стороны, там волны меньше. В темноте надо ухитриться из подпрыгивающей на волнах лодки прицепиться к трапу и, держась за него околевшими пальцами, взобраться на палубу. Все были в ледяной корке, промороженные напрочь, и радостные от того, что позволено ещё немножко пожить. В тот день не удалось мальчишкам впалить водки с экзотическим названием "Фармацевтическая-Специальная", но все были довольны, знали, что завтра, как только поднимется солнышко, будет предпринята попытка намбер ту.


57 Четвёртый механик и компот.

К тому времени я начал подозревать, что меня жестоко наколола партия вместе с правительством, и что никакой морской романтики вовсе не существует. Они отлавливают скромных мальчуганов, вроде меня, и преподносят морскую профессию как одно сплошное весёлое приключение, чтобы впахивали ребята во славу Родины. Приключений тут завались, конечно, но только я от них преждевременно поседел. Как-то раз прихожу на обед. Это главное развлечение на пароходе - похавать. Настроился полакомиться борщечком, который был на обед каждый божий день. Наверно, у нашего кока по борщам в шмоньке пятёрки были. Готовил он его шикарно, без балды. А когда вкусно, то можно и каждый день. Правда, не все коки так умели. Знатоки рассказывали, что иной раз шесть месяцев приходилось хлебать такое жуткое дерьмо, но называлось оно "борщ". Так что, хоть в этом мне повезло.

На корабле две главные фигуры: капитан, который умеет ловить рыбу, от этого зависит заработок, и шеф-повар, от него зависит всё остальное. Если ты жрёшь парашу шесть месяцев каждый день подряд, то никаких денег потом не захочешь. Итак, заваливаю в каюткампанию. Эх, наверну сейчас борщечка наваристого, да с косточками мозговыми! Только присел, а мне четвёртый штурман, этот чмушник недоделанный: "Эй, четвёртый, а почему компот такой солёный?" - и хихикает премерзко. Думаю, послышалось, что ли, при чём здесь я, и при чём зжесь компот? Сыча сразу вспомнил, с его знаменитым трюком отпивания компотов. Наверно, повар ошибся, вместо сахара соли сыпанул. Но оказалось, что между мною, четвёртым механиком и компотом, самая прямая связь.

Ага, удивились? Ладно, выдам вам ещё один секрет гильдии механиков. Компот должен быть сладким, это знает любой болван. Но если его варить из морской воды, то сколько сахару не клади, всё равно он будет солёным, и омерзительным на вкус. Да вы можете хоть сейчас налить стаканчик кока-колы и сыпануть туда соли. Ну, как? Дерьмо получилось? Ну вот...

Кроме всех этих задроченых шлюпок, паскудных котлов, разваливающихся насосов, и прочего навоза, у меня в хозяйстве был ещё и опреснитель. О-о-о! Это великое изобретение человечества. Помните, у тех несчастных колумбов и магелланов была дикая проблема - вода. Пресная вода. Они плыли по воде неделями, месяцами. По всему горизонту от края до края была вода, одна только вода и ничего кроме воды. Но, к сожалению, её было невозможно пить. Умыться, наверно, как-то можно, не более того.

Обидно да? В пустыне ладно, там песок вокруг, а здесь-то вода. Вот где жаба давит! Поэтому приходилось таскать с собой пресную воду. Но у воды есть одно паршивое свойство: со временем она начинает цвести, как бы гнить. Особенно в тёплых краях. Становится вонючей и мутной. Использовать её в таком виде невозможно. Убивали друг дружку за пару глотков свежей воды. Так мучились людишки долгие сотни лет, пока какому-то умнику не пришла в голову сумасшедшая идея как-нибудь вытащить соль из воды таким образом, чтобы вода стала пригодной в пищу. Да там умник был не один, много их было. Оказывается, разными способами можно добыть нормальную воду из океана-батюшки. И электричеством, и замораживанием, ещё чего-то там. Всегда уважал изобретателей, благодаря им мы пользуемся множеством замечательных вещей, хотя большинство из нас балбесы балбесовичи, не смогли придумать ни хрена, а многие даже толком не научились пользоваться уже готовым. На нашем лайнере стоял гигантских размеров вакуумный опреснитель. О как!

Эта книжка скоро станет пособием для механиков. Фишка в том, что если нагреть морскую воду до кипения, а потом этот пар охладить, получится пресная вода. Всё гениальное просто. Почему раньше не догадались - непонятно! Но чтобы нагреть много воды, нужно много калорий. Однако этот чёртов умник догадался, что если поместить воду в запаянную ёмкость и выкачать оттуда воздух, то вода закипит и при градусах 50, а может, и 40. Точно не помню. Но это задание для пытливых умов, есть интернет, разберитесь.

Короче, ребята, это оухительных размеров самогонный аппарат. Если подсоединить к нему трубу с бражкой, то можно получать сто литров изумительного спирта в минуту. Но поскольку у нас трубы с бражкой не было, то заливали просто забортную воду. Этого дерьма, слава богу, было в достатке. Пресный пар поступает в охладитель, течёт там по миллиону медных трубочек, которые охлаждает холодная забортная вода. Вот тут и оказалась собака зарыта - какая-то из трубок прохудилась, появилась в ней дырка. Это неудивительно, морская вода такая едкая хрень, что металлы ржавеют будь здоров. Ну, а поскольку внутри трубки вакуум, то в дырочку начинает засасывать что? Правильно! Забортную, солёную, гадкую воду.

Она, конечно, не гадкая, когда находится в море. Очень всё красиво, чайки там, пенные волны, яхты с парусами. Но когда она у тебя во рту, сразу же срабатывает тошнильный рефлекс. Когда будете на Таити, попробуйте выпить хотя бы глоток. Только не блюйте потом в море, оно этого не любит. Проглотил я замечательный борщ, в тот раз без всякого удовольствия, и побежал искать опреснитель. Подошёл к этому грёбаному агрегату, как Давид к Голиафу. Здоровенная бандура, к ней подведена куча труб различных диаметров с разных сторон, ну прямо спрут какой-то. Крышка этого проклятого охладителя, чугуняка диаметром метр и толщиной в три пальца, прикручена сотней здоровенных гаек. Интересно, сколько надо потратить времени, чтобы их все отвинтить. Ёлки-моталки, неужели его можно отремонтировать за сегодня? Дедушка подогнал мне моториста и вкратце пояснил, что надо делать. Эх, где наша не пропадала! Беру охрененных размеров ключ и пытаюсь крутить. Х*й! Эта подлая гайка не сдвинулась ни на миллиметр.

Но моторист был смышлёный малец, правда ему было лет под сорок, сгонял по-быстрому куда-то и приволок неслабых размеров коцаную-перекоцаную трубу. Это, видать, была его заначка, инструмент. Настоящий мотыль. Накинул эту трубу на другой конец ключа, и мы потянули вдвоём, практически в две лошадиные силы. Напряглись, качнулись, дёрнули, пукнули и, гайка слегка подалась. Ещё разок дёрнули и пукнули - ещё подалась. Главное - сорвать с места, это любой дурак знает, а потом идёт влёгкую.

Короче, открутили все эти правильные шестигранники, сложили кучкой, чтобы не посеять ненароком, иначе потом без гаек хрен соберёшь аппарат. Крышку снять - это целая эпопея, она весит, бллин, около тонны. Я вообще не знал, как к ней подступиться. Но мотыль врубался, не зря он свой борщ хлебал. Притащил тали, наверно, опять со своей заначки. Как-то их там сверху закрепил и подцепил крышку. Потихонечку надо её приподнять и снять со шпилек. Не дай бог повредить на них резьбу. К крышке подходят две самые толстые трубы, именно те, через которые можно бражку качать, их мы тоже отвинтили. В общем, чёрт оказался не так страшен, как его малюют. Потом, то же самое со второй крышкой. Потом опрессовка, чтобы определить, где течь. Так, так, так! Нашли. А ремонтировать просто. Токарь вытачивает две медные пробки, и они тупо забиваются кувалдой в дырявую трубу с обоих концов. Трубка как бы выводится из работы. Потом на заводе сделают настоящий ремонт, если не забудут. А пока и так сойдёт. Прикручиваем всё обратно, и врубаем агрегат. Прекрасная работа. Компотик опять сладкий.

Потом в течение рейса я, как только чувствовал, что компот начинает соленеть, бежал к опреснителю и проделывал снова все эти манипуляции. Последние разы всё делал сам, в одиночку, и буквально за пару часов. Для меня это были семечки. В итоге примерно четверть всех трубок оказалась заглушенной, производительность опреснителя, конечно, сильно уменьшилась, а куда деваться? Думаю, что это какой нибудь горе-проектировщик, размандяй, вроде нашего четвёртого штурмана, что-то где-то неправильно рассчитал, недодумал, поэтому всё так паршиво работало.


58 Тук.

Выхожу на палубу с кружкой горячего чая, и честно заработанным куском хлеба с маслом. Лепота! Хорошо-то как! Синий океан. Океанище! Кораблики по горизонту разбросаны там и сям. За кормой тянем тяжёлый трал, значит скоро заработаем денег. Светит солнышко, дело к весне. Наслаждаюсь, поглощая бутерброд. Надо сказать, что в море какой-то особенный хлеб. На берегу такого ни разу не видел. Булки огромные. И белый. Ну, очень белый! Красивый до невозможности. Пахнет опупенно! И всегда только что испечённый. Вот эта страшная пекариха Ленка, которую трахал Антонович, пекла именно такой хлеб. Это её работа. Только лишь печь хлеб. Каждый день. Каждый-прекаждый божий день! У меня хоть какое-то разнообразие, то пожар, то потоп, а ей надо 183 раза за рейс, перед началом очередного дня напечь хлеба на весь экипаж. Капец!

Наслаждаюсь видом океана и вкусом Ленкиного чудного хлеба. Вдруг чувствую, какая-то вонь накатила. Что за лажа? Кто-то опять насрал что ли? Эй, ребята, так не пойдёт! Оглядываюсь. Всё понятно - недалеко пристроился "тукомол", с кружкой и шматом судового хлеба. Тоже, видишь ли, понаслаждаться решил.

Придётся вам рассказать, что это за тип, с таким непонятным прозвищем. На самом деле, это не кличка и не имя, это его профессия. Есть мукомол, то это мужик который мелет муку. Так вот, тукомол молол что? Правильно - тук! Вряд ли вы слышали такое слово. Туком в море называют рыбную муку. Хотя какая там мука, просто рыбьи потроха, очень мелко измельчённые, сваренные и высушенные. Это такое дерьмо, ребята вы себе представить не можете. Вонь от этой фигни просто невыносимая.

Суть в том, что после вылова рыбы и её заморозки остаётся очень много всяческих обрезков; голов, хвостов, кишок. И куда теперь это всё девать? Если просто сбрасывать в море, будет не совсем порядочно. К тому же в этой всей белиберде уйма калорий. Человеку питаться такой парашей невозможно, уж больно паскудно это воняет. Но вот для кормёжки каких-нибудь мелких грызунов в самый раз. Например, норки. После такого офигенного угощения у норки шуба растёт не по дням, а по часам, блестит и переливается капитально! Норке без разницы, как там оно воняет. Скорее всего наоборот, это для неё лучший аромат на свете.

Короче, отрезают от рыбы все эти лишние элементы, и сбрасывают в такой гигантский бак, через который пропускают мой перегретый пар. Вонь, в этом тукомольном цеху, стоит дичайшая. Наш находкинский говновоз лопнул бы от зависти. Даже не вонь, а какой-то кошмарно сумасшедший смрад. Наверно, по правилам, тукомолы должны работать в противогазах или на крайний случай в респираторах. Но, как ни странно, они были без всего этого. То ли натренировались, то ли у них нюх был полностью атрофирован, а может быть, просто лёгкие давно отвалились. Нормальному человеку в их жуткой тукомольной атмосфере находиться больше нескольких секунд было невозможно.

Внутри чана крутится такой здоровенный шнек, который непрерывно перемешивает всю эту вонючую жижу. Думаю, что если бы туда нечаянно угодил человек, то через двадцать минут от него бы и костей не осталось. Эта зловонная мерзость потом высушивается. Из неё выпаривается вся влага. Как это делают? Лучше не спрашивайте. Я уже из последних сил печатаю, сейчас меня стошнит... Ей богу.

Погодите... Отдышусь...Уф-ф! Ффу-у!

Ну и дела! Всё так явственно вспомнил, аж плохо стало.

Так вот - этих тукомолов у нас было всего два. Пока один спал, другой молол эти грёбаные рыбьи кишки, потом они менялись местами. Офигеть! Полгода они сидели в своём вонючем трюме и непрерывно, круглые сутки делали оухительный тук, мать его! Я допускаю, что тукомолы иногда мылись, но это вряд ли помогало. Находиться ближе трёх метров к тукомолу было невозможно, иначе можно  потерять сознание. Медики, когда хотят кого-то привести в чувство, под нос суют нашатырь. Думаю, что используя рыбную муку, они бы добивались результата гораздо быстрее. Человек подскакивал бы и убегал в ужасе. Серьёзно!

Но это ещё не всё! Тук, если он долго лежал на складе или в трюме без проветривания, легко самовозгорался. Вообще капец! Кто мне обьяснит, как может самовозгореться рыбья требуха? Что за бред? Так может быть, нам автомобили этой хренотенью заправлять? А что? Берёшь мешок тука и сыплешь в бак, калорий там, слава богу, о-го-го! Если уж у грызунов шуба быстро нарастает, так у тачки по-любому должна скорость нарастать по конски!

Пару раз в жизни довелось разгружать мешки с этим омерзительным туком. Мешок весит 50 килограмм, самому не поднять. Ребята бросают тебе мешок на спину, и таранишь его в вагон, восемь часов подряд. Весь мокрый, потный, с мешка сыплется тебе на башку и за шиворот это поганое дерь-рь-рьмо!

Чёрт...

Погодите минутку... =(((

Опять чуть не стошнило!

Нет! Надо прекращать писанину! А то сейчас клавиатуру обрыгаю.


59 Барбекю.

Сидим в ЦПУ, вроде как работаем. Анекдоты травим, байки всякие из жизни, реальные истории, можно приврать немножко для большей увлекательности. Краем глаза посматриваю на приборы. Вдруг как завоет сирена, чуть не какнул в штаны от неожиданности. Уууаааааа-а-а-уууууу!!! А можетбыть и какнул, чёрт его знает. Всё так резко произошло. Сирена, знаете, такая, похожа на те, что в фильмах про войну. Когда фашистские бомбардировщики гражданам спокойно спать не давали. Сработало как раз то самое правило: когда всё так хорошо, значит, скоро накроет дерьмищем! Пожар, мать-перемать!

Да ведь мы только что тонули, на позапрошлой неделе. Ты там ничего не перепутал, а? Господин Бог! Не многовато ли приключений на такую замечательную задницу, как моя, чёрт побери? Уууаааааа-а-а-уууууу!!! Аж в ушах звенит. Пожар на судне в открытом море - это очень круто, ребята.

Вы, наверно, по простоте своей думаете, что если корабль железный, то там нечему гореть. Ну-ну! Это он железный для зрителей, так сказать. Снаружи, это да, его не подпалить, ржавое железо плохо возгорается. Зато внутри он полностью обшит деревом вперемежку с чудесной пластмассой, и всё это покрашено на много слоёв. Я вам об этом один раз уже рассказывал. Судно, на самом деле, просто прекрасный гигантский костёр. Нет, не костёр! Это жаровня, приготовленная по всем правилам, чтобы поджарить барбекю из прекрасно просолившихся за несколько месяцев восьми десятков экологически чистых моряков, без всяких там генных модификаций.  Я так вообще лучше всех просолился в этом ультрамариновом бульоне, если вы ещё не забыли.

Мама! Увидишь ли ты своего сыночка когда-нибудь, или ему суждено остаться тут навсегда? В этом суровом, очень суровом, бллин, Охотском море. Примерно такие мысли бурлили у меня в голове, кувыркаясь между винтиками и колёсиками, набиравшими полный ход, чтобы решить очередную головоломку.

Влетаю в котельную. Это отгороженное помещение, в котором находится мой друг котёл. Это как раз ему я недавно прочищал кишки. Отомстить, падла, мне удумал, вот так и делай чувакам хорошее. Здесь я слегка приврал, заскочить туда было уже невозможно, там огонь вовсю полыхает. Знаете, когда пожар в помещении, ни черта не понять, где и что конкретно горит. Во-первых - потому что там полно дыма. А во вторых - приблизиться никак невозможно, жар стоит невообразимый. Хватаю ближайший пожарный шланг, на кораблях они везде понатыканы. Но не факт, что все нормально работают. Я сразу вспомнил и шлюпку, и всё остальное прочее. Уж кому как не мне знать, на каких соплях тут всё держится. Повернул ручку... Молю бога, чтобы оттуда хоть какая-нибудь струйка брызнула. Здесь в машинном отделении таких шлангов штук десять, если всей толпой навалимся со своими струйками, то появится шанс ещё раз увидеть мамашу. Но, видно Бог в это время как раз проснулся, а может быть, меня услышал. Из шланга пизданула толстенная струя воды, ещё немного, и он бы вырвался  у меня из рук. Представляю, если этим железным набалдашником да меня по кумполу. Видывал я в кино, что вытворяют такие взбесившиеся шланги. Врёшь, сука, не вырваться тебе из моих цепких крючьев! И направил Охотское море в самое пекло.

Ведь в пожарной системе всегда забортная вода. Наконец-то она пригодилась. Мотористы, как раз всё уже обесточили, так что можно смело  поливать холодной морской водой.

К тому времени у меня уже было несколько профессий: плотник, моторист, механик, а после этого можно смело причислять меня к пожарным. Короче, благодаря быстрому бегу на своих кривеньких ножках, вкупе со смекалкой, в очередной раз этот неказистый пароходишко был спасён! Вместо благодарности я получил порцию очередных пиздюлей и матюгов, от деда и от кепа. Как будто я могу предвидеть, где и что случится. Да пошли вы нахер! Уже не обращал на их пиздёж никакого внимания, похоже, что выработался иммунитет.  Ну что они мне сделают? За борт же не выкинут. Побухтят, а завтра забудут. Завтра четвёртый штурман что-нибудь отчебучит. Это они, скорее всего, так, чисто для профилактики. Ну, не молчать же.

А случилось вот что. Под котлом есть специальная ёмкость, куда стекают капельки от всяческих протечек, в основном дизтопливо и мазут, ну и вода конечно. Кстати, когда лень идти в туалет, туда можно замечательно поссать. Что-то вроде такого большого железного чана, в котором плюхается вся эта вышеперечисленная дрянь. Время от времени смесь откачивается. Потом несколько дней снова накапливается. Ну, вот она и загорелась. Почему? Может быть, какая-то искорка попала или ещё что. Да какая разница! Если бы такое случилось, когда весь экипаж был в отключке, то пароходику точно был бы кирдык. К счастью, повреждений больших не случилось, несколько кабелей заменили и поехали дальше. Наверняка, даже на берег не сообщили. На берегу такие вшивые новости ни к чему. План гони! Давай, давай! Бабки выхватывай! Так вот и растворилась моя очередная медаль за героизм в пучине бюрократических недомолвок.


60 Мятые дудочки.

Ловим рыбу, прорываясь сквозь туманную дымку океана. Капитан молодчик, точно знает как это делается. Вытаскивает зараз по шестьдесят тонн. А это железнодорожный вагон. Ха! Когда тянут трал на палубу, тут в машине всё трещит по швам, искры из генераторов сыплются. Нагрузки кошмарные. Чтобы не запороть чипуны, отключаем все потребители тока, не связанные с вытягиванием трала.

Выволокли, уфф-ф-ууу, йоп!!! Можно передохнуть. На пай теперь будет больше. На самом видном месте висит информация о том, сколько мы выловили рыбы и сколько денег на паю. Правда, я не смогу вам объяснить, что это за хрень такая - "пай", потому как сам толком не знаю. Но все мы понимали одно: чем больше цифра на этом таинственном паю, тем больше бабла мы получим на берегу в кассе конторы. А наш адмирал, слава господу, был не из дураков. Цифры на этом листочке стабильно увеличивались. Периодически получаю письма от незабвенной Асечки, ждёт меня, подружка на берегу, страдает, пока ваш трудолюбивый рассказчик в суровом океане добывает вагонами рыбу для Страны Советов. Чиню без конца опреснитель, ремонтирую без конца осушительные насосы, будь они прокляты. Какой такой, блин, изобретатель хуев их придумал, руки ему поотшибать. Только и успеваю заделывать дырки на паровой системе. Просто беру хомут, подкладываю резиночку и затягиваю всё это болтиками на очередной дырке. Там в котельной был отрезок трубы метра два длиной, так на нём через каждые несколько сантиметров стояли хомуты. Почти четыре десятка хомутов. Эту трубу надо было в музей отправить. Музей советского распиздяйства.

Как-то раз, в штормину, лазил по главному двигателю и искал под перекрытием очередную дырку в трубе. Судно дико болтало, приходилось применять акробатические трюки, чтобы не улететь башкой вниз. Цеплялся руками и зубами за трубы, находящиеся в диком переплетении у меня над волосами. Примерно как вы в движущемся автобусе цепляетесь за этот поручень сверху, чтобы не звездануться. Ну, и схватился за такую скромную трубочку, ничем не примечательную. Раздался страшный вопль!!! Помню, подумал, кто это так жутко орёт? Оказалось, орал я! Как в том мультике - Пятачок удивился: "Не мог же я один наделать столько шума!"

Труба оказалась заполнена перегретым паром совершенно сумасшедшей температуры. Сколько там было градусов, двести, триста, а может быть, четыреста, не знаю. Вся ладонь горела огнём, и очень быстро вырос здоровенный волдырь на всю ладошку. Боль жуткая! Если хотите проверить: включите утюг, подождите минуту и приложитесь ладонью, да поплотнее. Из лекарств у меня была только мазь Вишневского. Зато её было много. Естественно, никаких больничных в море никто не предоставит. Твою работу выполнять некому.

Как раз в тот период зрел очередной фурункул на виске. Башка трещала... А тут как раз кстати добавился этот ожог. Отлично! Прекрасно! Как там по-английски? А! Бъютифул! Ещё бы немного, и я сошёл с ума от всей этой романтики, провались она пропадом. Переваривая у себя в голове все вышеописанные морские приключения, я пришёл к выводу, что это не моё. Понял, что никакой романтики тут нет. Понял, что никаких дальних стран я не увижу. Никаких тропических островов с пальмами и шикарными сисястыми бабами тоже. Если после этого педерастического рейса не предприму меры по сваливанию из БАМРа, то до конца жизни буду заниматься подобной хернёй. А надо, между прочим, ещё родить троих детей, поскольку один сын - не сын. Посадить дерево и построить дом. А здесь я только заработаю грыжу, психическое расстройство и сумасшествие.

И вот, апрельским солнечным днём, когда наш крейсер с адмиралом на мостике, спустя шесть месяцев, швартовался к пирсу под залихватскую музыку оркестра из трёх человек, я был настроен решительно. Никаких отсрочек и передумываний, если я ещё раз пойду в море, это будет тупая потеря времени. Всё, ребята, ловите рыбу сами, без меня как-нибудь. Пора парковать свой якорь. Пошли вы нахер с вашими хорошими заработками, нахуя мне эти деньги, если я в итоге сойду с ума. Хотя как сказать? Деньги на лекарства от сумасшествия очень пригодились бы. Эта картинка у меня до сих пор в голове как живая. Голубое, очень голубое небо! С чайками, деловито пролетающими между мачт и крякающими что-то от удовольствия. Толпа встречающих на пирсе. Среди них моя мамочка, которую я уже не чаял увидеть.

Чуть впереди, три мужичка, один с большим задрипанным барабаном, точь-в-точь как у Витали Меркулова, и два других с мятыми-перемятыми дудочками. Как будто они всю ночь топтались по ним, и под утро, вспомнив вдруг, что они могут пригодиться, расправили их обратно, но как следует не отрихтовали. Наверно, остальные хлопцы из их оркестра находились в жутком запое после виртуозной игры сонаты N2 Шопена на вчерашних похоронах. Эти оставшиеся выглядели неважно, скорее всего, час назад их вытащили из-за стола и, сунув в рот эти мятые дудочки, поставили тут, на пирсе. Никто на этот казус не обращал внимания, все радовались как дети. И я тоже радовался, что закончился этот адский рейс, и можно стать просто человеком, а не зашуганным четвёртым механиком проклятого Летучего Голландца.


61 Цукерберг ещё не родился.

После рейса накапливается куча отгулов, в море ведь нет понятий выходной или праздник. Целых полгода, и семь дней в неделю одних только понедельников. Итого набралось пятьдесят дней отгулов, и денег я получил нехило. Аж две с половиной тыщщи рублей. Новый шикарный автомобиль стоил в те времена пять тысяч рублей. Не Астон Мартин конечно, а обычные Жигули. Получалось, что я был дико богат и свободен как кусок фанеры, пролетающий над гнездом кукушки. Кстати, тогда я был богаче Абрамовича, который к тому времени уже подрос и заканчивал школу, а Цукерберг ещё даже и не родился. Прибавьте к этому шесть месяцев воздержания. И как вы думаете я распорядился таким уймищем времени и бабла? Верно! Конечно же, я ломанулся во Владик. Родной, замечательный, лучший в мире город. Там меня ждала жаркая, как тот перегретый пар, Азэлла, куколка ненаглядная. Уж с этим паром как-нибудь совладаем. У меня, у самого уже из штанов пар валил и искры летели.

Шутка ли, шесть месяцев подряд я трахался только с унитазами, насосами и опреснителями. Страсть и секс пересеклись в пространстве и времени как две сталкивающиеся галактики. Мы не вылезали из кровати сутками. Мой бедный половой орган покрылся волдырями от многократного использования. Сперма не успевала вырабатываться. По ходу всей этой свистопляски выяснилось, что главарь БАМРа её знакомый. Так это же другое дело! Бьютифул! Это облегчало мне задачу вырваться обратно во Владик из цепких объятий океана. Время пролетело быстро. Мы наслаждались, просто существованием. Составили план дальнейших действий. Я в Находке предпринимаю меры, чтобы свалить, а она со своей стороны попробует подсобить.

Вы, наверно, думаете: да что за проблема такая, подумаешь, трудно уволиться, что ли? Не забывайте, что Совдепия была страной крайне тоталитарной. Я обязан был отработать на контору пять лет. За то, что меня пять лет бесплатно учили, кормили и одевали. В принципе, всё справедливо, не буду спорить. Но боюсь, что через пять лет меня надо будет прямиком отправлять в палату N6, если к тому времени мою жопу не будут хавать электрические скаты, на дне жестокого, холодного моря.

Возвратившись в Находку, чтобы не терять время даром, стал посещать водительские курсы вместе с Петровичем. Этот чувак учился со мной в "рыбе". Без водительского удостоверения не прожить, когда-то же у меня будет тачка, обязательно будет. Хотя купить в те времена автомобиль было всё ещё невозможно. Если только какой-нибудь секондхендовый драндулет безвременно усопшего пенсионера. Какая разница, лишь бы двигался. Я ведь механец, прошедший все круги ада, этот драндулет я заставлю пулей летать по Находкинскому проспекту похлеще Макларена.

В контре обрадовались, когда я появился, отгуляв всё до копеечки. Хотели тут же меня засунуть на другой плавающий гроб, но не на того нарвались. Пусть ребята подождут до осени, когда очередной новоиспечённый любитель романтики появится у них со своим опупенным, новым дипломом. А я пока что тут, в Находке перекантуюсь, пока ситуация не повернётся ко мне передом. Сказано - сделано!

Получил направление на судно "Марк Решетников", оно находилось в ремонте, и меня это устраивало. Кто такой этот Решетников - понятия не имею, но там я понял, что Агатовый не так уж и плох, как я считал. Это была вообще напрочь конченая лоханка, хрен знает какого года постройки. Мало того, что она была древняя как сибирский мамонт, так ещё и раскуроченная вдрызг работягами на заводе. Всё, что можно было разломать, было разломано. Не пойму, нахрена там вообще нужен был механик. Всё равно ничего не работало, было или разобрано, или совсем снято и отсутствовало. Помню, подумал: "Как вообще возможно всё это собрать в кучу, да ещё чтобы оно поплыло?" Не завидую я тому механику, который пойдёт на нём в следующий рейс за порцией романтики. Как бы его эта порция не раздавила нахер в лепёшку.

Работал сутки через трое. Приходишь на работу, отсыпаешься там как конь, и домой, три дня гулять. Зашибись! С пацанами из нашей роты сблизился, здесь много народу оказалось. И Фил, и Юрик Леньшин, лепшие мои друганы аж с детсадовских времён. Заборчик тут же, работал работягой на заводе. В третий раз свела меня с ними судьба. Мы зажигали по кабакам по старой бурсацкой привычке.

Однажды захожу в бар, что при гостинице на площади, музон такой жизнерадостный играет. Что за музыка? Никогда подобной не слышал. Оказывается, пока я там в морях болтался, тут итальянцы вынырнули. Именно тогда появились все эти Тото, Пупы и Челентаны.

Девчушки как-то сразу появились. Как всегда, мне приглянулись сразу несколько тёлочек. Но больше всех сблизился со Светланой. Такая веселушка, титястенькая. Хи-хи да ха-ха! Дружба завязалась и всё такое. Правда, цигарки смолила как паровоз. Может быть, волновалась? Не знаю. Я-то практически некурящий. Так только, по пъянке, побаловаться за компанию. Не находил особого удовольствия вдыхать в трезвом виде вонючий дым с кучей всякого вредного говна внутри. Да мне без разницы, нравится - кури на здоровье. Титечки у неё были замечательные, оторваться невозможно. Да и всё остальное тоже было ничего себе. А то, что шмалит одну за одной, так это пустяки, жениться я всё равно не планировал. В то время я об этом даже не задумывался, сам только что из яйца вылупился, жизнью нормально не насладился. За её чудесные титечки я прощал ей эту маленькую слабость.

Она наведывалась ко мне на "Решетников", и мы вытворяли немыслимые вещи на этой жутко узкой шконке. Я рисковал, презервативами пользоваться было не принято. О СПИДе ещё не слыхивали. Это было чертовски романтично, в открытый иллюминатор врывались вопли обезумевших чаек и плеск волн о борт судна под музыку рок-оперы Война Миров Джефа Вейнса. Эх, где ты сейчас, Светланка, где твои изумительные буфера? А про Войну Миров сейчас никто и не знает.

Осенью начальство приняло окончательное решение: "Перевести молодого специалиста Бурчака Ю.А. во Владивостокскую Базу Тралово-Рефрижераторного Флота в должности четвёртого механика, иже еси нахуй на небеси, и всякий прочий шлак, который любят писать кадровики в своих чмушных документах. В связи с производственной необходимостью, а так же недостатка квалифицированных механиков и для укрепления коллектива ВБТРФ. Короче, Юрбану, то есть вашему героическому повествователю, дали пинка под жопу, всё это завуалировав красивыми казёнными фразами в документе с огромным количеством подписей и печатей. Да мне, собственно, похую, что они там насочиняют, лишь бы поскорей отвалить на оперативный простор из этой, опостылевшей уже Находки, как оказалось не самого лучшего города мира.

Я готовился к прорыву, к настоящему реальному прорыву, а не этой ерунде с пожарами и наводнениями. Страница истории перевёрнута. Ну, берегись мир! Сам Бэр идёт, собственной персоной! Ты будешь, блядь, взорван. Да! Я всерьёз думал, что это шаг к реальной движухе.

Я уже стал практически собирать свои пожитки, хотя что там собирать. Носки да трусы, как всегда - вот и всё хозяйство. Но тут всплыл один очень каверзный факт. Оказывается, у папани на заводе, подошла очередь на получение трёхкомнатной квартиры. Вот так всегда! Не раньше и не позже. Какой-то паскудный рок словно преследовал меня. И что дальше, твою мать? Что же, прорыв отменяется, что ли? Если я отвалю, ни хрена они не получат, так как я прописан в их двухкомнатной фатере. А эту новую хату можно получить с условием, что останусь в качестве члена семьи. Короче, пипец! Не мог же я послать всех нахрен и свалить по-английски. У меня не такой характер, с детства меня доставала собственная скромность. Считал, что это был бы чрезвычайно подлый поступок. И ваш герой, спаситель пароходов, остался в Находке ради спасения новой, шикарной, трёхкомнатной квартиры. Хотя, сказать по правде, нахуя я совершил такой человеколюбивый поступок - сам до сих пор не пойму. Один чёрт с этого не поимел ни копейки, зато жизнь моя свернула, бог знает в какую сторону с протоптанной дорожки, и увидите дальше, что из этого всего получилось.

Когда сворачиваешь, никто не знает, во что это выльется в итоге. Только спустя много лет понимаешь, что совершил неверный поступок. Но всё по порядку.


62 Тактильные эксперименты.

Делать задний ход я не собирался, это был бы чрезвычайно непорядочный поступок, и поэтому, недолго поразмышляв, устроился тальманом в Находкинский Рыбный Порт. Наверно, эти хреновы знатоки в знаменитой передаче, где гогочет игрушечная лошадь, и не слыхивали такого заковыристого словечка. Почему именно в рыбный порт? Потому что, как ни крути, система родная, Министерство Рыбного Хозяйства, а во-вторых, там работали мои закадычные корешки с сопливых детских лет, Фил и Леньшин. Тут надо немного пояснить для любознательной аудитории, что за фигня такая - "тальман". Если вкратце, это человек, который ведёт учёт рыбной продукции при всяческих перегрузках туда-сюда. Эту несчастную рыбу трелюют миллион раз, с судна на судно, с судна на береговой холодильник, на плашкоуты, на вагоны. В моём случае, чаще всего грузили в рефсекции. Надо не ошибиться в весе, загрузить вагон тютелька в тютельку, иначе железная дорога выставит какие-нибудь жёсткие санкции по поводу недогруза или перегруза.

Там все тальмана были девчонки, их было много, может, сто, а может, двести.

Короче, девок было дохрена. И тут я такой появляюсь, паренёк с членом ещё недостаточно разработанным и, скромный как суслик. Конечно, у меня глазки загорелись. Некоторые тёлочки были настолько соблазнительные, что мой бедный петушок никак не хотел спокойно сидеть в темноте, всё норовил высунуться и разобраться, что за херня такая тут происходит. Почему такие сладострастные волны возбуждения проникают до самых трусов?

Приставили ко мне одного ангелочка в качестве наставника. Плосковастая, правда была, но это не помешало возникнуть вскоре симпатии между нами. Несколько дней мы проработали вместе, пока она мне передавала все премудрости и секреты профессии. А я, в свою очередь, своими фривольными разговорчиками, шуточками-прибауточками, потрагиваниями её в разных безобидных местах, настолько возбудил девчонку, что она готова была заломать меня тут же на рельсах под вагоном. Всё это получилось как бы нечаянно, между делом, я и сам не ожидал такого эффекта. Гораздо позже вычитал в умных книжках, что женщины  мало того, что любят ушами, так ещё и однозначно реагируют на тактильные поползновения. В общем, зря я начал свою трудовую деятельность в порту с залечивания ушей и, мануальной терапии первой попавшейся тальманше. Там были гораздо более прелестные экземпляры, правильно говорят опытные ибаришки: "Не спеши в лепеши...". Но я поступил не слишком разумно и, продолжил с ней дальше флиртовать напропалую. Кончилось всё не очень красиво для меня и плачевно для неё.

Со Светкой к тому времени я уже завязал. Надоело, блин, дышать табачищем из её рта. В буквальном смысле, поцелуешься с ней взасос по-французски, и готово, считай что покурил, требуемая доза никотина принята. А зачем мне это надо, спрашивается? Вот тут я ушёл по-английски, ни хрена не объяснив. А что там объяснять?

Тальманшу эту, легковозбудимую, звали Роза. Да хоть Клавдия, без разницы, лишь бы трепак не подцепить. Презики, в те времена, в магазинах были всё ещё большой редкостью. Наверно, такое указание партии. А пусть ка работяги плодятся побольше, строители коммунизма, мать их. Надо ведь догонять и перегонять Америку, требуются рабочие руки. Какие нахрен презервативы? Ну, и трахалось советское быдло как могло, и я в том числе плодился и размножался таким же образом. Но, правда, с Розой заминка вышла, негде было нам с ней запасть, негде зажечь, негде размножиться. У неё дома папа-мама, у меня тоже родственников не меряно. Ходим, как неприкаянные, по городу. Я её за попку трогаю, тактильно зажигаю. Речи всякие развратные двигаю, опять же без всякого умысла. Как-то всё само получалось. А эта кувалда там, в штанишках, раскалилась добела! Капец! Пора что-то делать.

Кинотеатр "Спартак" по дороге попался, повёл её туда, будь что будет. Сели на последний ряд, народу мало, наверно, говно какое-нибудь показывали. В то время паршивые фильмы стали снимать. Прильнули мы естественно друг к дружке, как с голодного края. Я в трусики сразу руку запустил, против природы не стал спорить. Она тоже время даром терять не стала, свою запустила в мои труселя. Впрочем, в то время я продолжал ходить только в красивых плавках, самых лучших, какие только можно было найти, на случай неожиданного секса. Да вы и сами в курсе.  Облажаться перед какой-нибудь принцессой никак нельзя. Сижу и думаю: засадить ей прямо здесь, что ли, да как-то не знаю, прилично ли это будет? Не подумает ли чего про меня? Ну, тупой был, что сказать! А она, наверно, только об этом и мечтала. Короче, задолбалась девочка от этой тактильной хуйни и решила взять быка за рога, точнее, меня за этот чёртов закаменевший член, пока он не взорвался нафиг. Нагнулась Розочка моя ненаглядная и стала нализывать моего железного, огнедышащего коня с  безумной нежностью и дикой страстью. И я испытал блаженство неземное, волны умиротворения и апокрифичности унесли меня напрочь из этого сратого кинотеатра на небеса.

В общем, об этом вы у кого-нибудь другого почитайте, я не дока в таких текстах, да и времени нет. Естественно, как я не сдерживался, вулкан взорвался. Это было что-то! Чёрт побери! Кажется, экран был неслабо забрызган, и эти колхозники там, на экране, недоумённо переглядывались.

Вышли из кинозала, заляпанные моей восхитительной семенной жидкостью, но радостные и вполне счастливые. Однако у меня после этого безумного случая закралась одна мысль, такие мысли всегда посещают молодых и глупых самцов. А со мной ли одним она проделывала такое? А не будут ли в меня потом тыкать пальцем, и злословить за спиной, вот, мол, какая у него шлюшонка в подружках. В принципе, примерно такое и выяснилось чуть погодя. Насчёт чувственных наслаждений на последнем ряду кинотеатра не знаю, но то, что она была слабовата на передок - это факт. Ещё выяснилось, что она крайне неуравновешенная, и чуть что, взрывалась страшным визгом, ни с того ни с сего. Короче говоря, через пару месяцев я стал искать веский повод, чтобы отчалить. Хотелось, чтобы всё произошло тихо, мирно, но получилось как всегда - хреново.

Мало того, что она залетела, так ещё заявила, что намерена рожать. Я был в ужасе, я просыпался в холодном поту от ночных кошмаров, в которых моя суженая отсасывает у вонючих докеров, стоящих шеренгой возле вагонов. Ну, нет! Я скорее повешусь нахер!

А Розочка тем временем что-то прихворала, живот заболел. Легла на сохранение, я тогда впервые услышал это слово - "сохранение". У меня башка трещала: "Что делать? Пипец! Ну что делать? А?" Ладно, не буду вас томить. Всё разрешилось для меня благополучно, для неё не очень. Оказалось, у неё внематочная беременность. Ничего хорошего. В таких случаях приходится делать операцию, и отрезать приличный кусок внутренности. Так и случилось: отрезали от неё кусок с несостоявшимся моим сыночком внутри. Я вздохнул с облегчением, но в дальнейшем стал более аккуратно относиться к тактильным экспериментам с плохо знакомыми девушками.


63 Чёрный червяк.

Работа тальмана, в принципе не очень пыльная: сидишь себе, считаешь коробки, ну, или допустим бочки. Только надо это делать очень внимательно, иначе, если ошибёшься и придёт претензия с места выгрузки, придётся расстаться с частью зарплаты, а она и так копеечная. А судовой тальман, тот, который сдаёт тебе груз, так и норовит наколоть. Не потому, что он плохой мужик, а просто на всякий случай, он ведь тоже не хочет, чтобы высчитали из зарплаты. Короче, сидим на причале, два хитрожопых тальмана: его задача - обуть меня, написать больше, чем по факту, а мне надо опрокинуть его, написать меньше, чем фактического груза. Вот такая, мать его, специфика профессии. Кто кого обует.

Правда, так было не всегда. Однажды выгружали с какого-то парохода ту самую, самовозгорающуюся, вонючую рыбную муку, о которой я рассказывал раньше. А на дворе, бллин, зима - холодина капитальная! Продрогли мы напрочь. Мужик предложил: - А пошли в каюту, там как раз люментер напротив трюма, будем оттуда считать.

- Так что ж ты сразу не сказал, брат?

Устроились в каюте. Сидим возле иллюминатора, считаем поднятые стропы. Он говорит: - А может, ляпнем по маленькой?

-Ну, блин, ты даёшь, что ж ты сразу не сказал?

Достаёт он флакон. Да какой-то замысловатый, с иероглифами  странными, непохожими на китайские, а внутри то ли червяк чёрный такой, то ли маленькая змея.

- Что за хунья? А ты уверен, что это пьют? - меня посетили сомненья. И что там делает этот червяк?

- Да это самый цимус, ты что, парень? Не пробовал никогда, что ли?

По правде сказать, мне этот червяк поначалу сильно не понравился но, после первой стопки я осознал свою неправоту. Это было корейское бухло, типа нашей водки, настоянное на какой-то ядовитой змее. Оухеть! В те времена это был эксклюзив, да и сейчас такое не купить. Якобы, после этого пойла член будет как железный. В принципе, я не жаловался на твёрдость своего члена, и сразу предупредил чувака, что мне эта особенность напитка без надобности. Но он успокоил, сказав: - Бухай, не боись, хуже не будет!

Пока мы разбирались с этим чёрным глистом, снаружи вроде бы уже прошло несколько стропов грёбаного тука. Записали несколько строп по обоюдному согласию. Налили ещё по стопарю. Колян достал червяка за хвост и почикал самодельной, остро отточенной финкой. Типа, закусь такая. Только там есть нечего, один позвоночник. Мясо, видимо, растворилось в спирте. Тут чуваки какие-то заглянули на огонёк. Короче, началась та херня из оперы "заходи, закуривай, наливай да пей". Про муку уже и забыли, писали  какую-то фигню от фонаря.

- О!!! Вроде строп прошёл?

- Да не, нах!

- Точно говорю!

- Ништяк! Пишем два.

- Да нахера два?

- Я тебе дарю, брат.

- А давай ещё по капле жахнем.

- Ты меня ув-важ-ж-жаешь?

-Ик-к... Строп... Вроде как?..

- Пиши три, брателла!

Напиток оказался шибучий, сука, там градусов было много, а этих бутылок целый ящик стоял в рундуке. Когда вагон заполнился до упора, мы подписали документы. Что там нагрузили - хуй его знает!? Вывод такой - на работе лучше алкоголь не пить, иначе можно впухнуть на деньги. Кое-как доплёлся до конторы, отдал документы, дальше ничего не помню. Змея оказалась коварнее, чем я рассчитывал но, что характерно, бубен наутро не болел, верный признак качества продукта.


64 GANZ.

Моё двадцатичетырёхлетие отпраздновали с огоньком. В этот день я отдыхал, но, нас с Филом потянуло в порт. Юра Леньшин в это время работал там крановщиком. Видели когда-нибудь портовые краны? Такие огромные, с ногами враскоряк, чтобы вагоны могли проехать между этими клешнями, с надписью Ganz на корпусе? Вот, как раз на таком работал Юрик.

Был поздний вечер, совсем темно. Мы с Филом уже накатили прилично, но было скучно. Нам подумалось, что Юрбану, там наверху, в кабине крана тоже скучно, и чтобы приукрасить его серое существование взяли с собой два "огнетушителя". Так называли вино "Портвейн" в бутылках из под шампанского. Больше им  подошло бы название "фаустпатрон", мозги эта хрень вышибала напрочь. В кабину руководителя крана забраться не так просто. Сначала по этой кривой ноге, там металлическая лесенка, окаймлённая железной решёткой на случай падения, похожа на решётчатую трубу, довольно таки тесную. Но мы не сильно жирные, спокойно проходили в этой трубе. Я ещё подумал: нахрена она нужна? А если крановщик будет толстожопый например, как ему в кабину попасть? Наверняка, таких в кабину другим краном затаскивали.

Потом, по небольшой лесенке, надо попасть на крутящуюся платформу, напичканную крановыми механизмами. Там же находится кабина крановщика. Но в этом месте надо быть аккуратнее, иначе, если что, перережет напополам железными поручнями, как ножницами. Забрались мы к Юрику. Закуски ни хрена с собой не взяли, забыли. Благо у него нашлись какие-то объедки в мусорном ведре. Ништяк, сойдёт! Мы сюда не обжираться пришли. Юрбан выпивать отказался. Что-ж, благоразумное решение, всё-таки на крюке висит груз в несколько тонн и докеры внизу бегают, если что случись - докеры в лепёшку. В тюрьму никому не охота. В итоге, та Юркина порция, которую мы употребили вместо него, и привела к конфликту интересов организма и бытия.

Сидим, выпиваем, лакомимся объедками. Все меня поздравляют. Кстати, самая шикарная днюха получилась, главное, экслюзивная. Босс рулит своими рычагами: "Виррра! Мммайна бля!" Докеры бегают. Разговариваем. По ходу учимся управлять этим Гансом. Там, оказывается, всё просто, всего две палки, вверх-вниз, влево-вправо. Груз на крючке раскачивается, можно запросто на пароходе снести нахер что-нибудь, если неаакуратно рулить. Он прав, лучше не бухать на кране, все знают, в нетрезвом виде координация неважная. Я порывался поруководить этой хренатенью. Юрка не дал. Молодец! Правильно. Кому охота сидеть потом за какого-то дебильного, бухого Бэра?

Наверно, мы ему мешали своим пьяным базаром, и приставаниями с просьбой порулить. Но он всё стерпел. Это называется настоящий друг. Бутылка кончилась. Вторую вообще занюхивали рукавом. Конечно, меня цепануло, что там говорить. Забалдел я капитально! А Филу вообще стало хуёво. Без закуски это говно лучше не пить. Он ушёл куда-то за кулисы, туда, где гудели электрические моторы. Блевал на них с остервенением. Почитай, весь напиток выблевал, но мы на него не обиделись. Дело житейское. Я и сам кое-как сдерживался, чтобы не вырыгать всю эту срань. За стенкой гудёж сумасшедший, кабина крутится туда-сюда, укачало меня на такой карусели. Буквально, приходилось заглатывать обратно ту херню, которая так и норовила выскочить наружу. Твою мать! Перед Юркой неудобно: пришли, блядь, обблевали все моторы и упидзили. Товарищи, называется. Но нет! Я не такой! Валить надо поскорее отсюда, пока сам рычаги Гансовые не испачкал. Честно скажу, облажались. Просто в тот раз мы с огнетушителями не рассчитали. Если бы закуска нормальная была, всё было бы нормально.

Поблагодарили хозяина за гостеприимство и поплелись обратно. Фил, конечно, был очень плох, да мне и самому было не очень. Нахера мы так много и быстро выжрали? Всегда потом задаёшься этим вопросом. Перед глазами всё плывёт и раздваивается, а тут ещё этот жутко опасный переход с крутящейся платформы, напоминающий гениальное изобретение умника Гильотэна. Блин, перепилит нас, Юрка, напополам как пить дать. Координация движений у меня нарушилась, а у Андрюхи совсем пропала. Мне приходилось его практически тащить на себе как раненого лося. Смертельный аттракцион - два алкоголика пролазят сквозь топор гильотины. Я представил, как работяги внизу, будут удивлены, когда сверху вдруг  польются потоки крови наполовину с портвейном, а потом на рельсы шмякнутся две башки с выпученными глазами. Ведь мозг ещё живёт с полминуты, прежде чем совсем окочурится.

Но не дождались работяги кровавого шоу. Собрал я всю силу воли в кулак, исхитрился я, и  в момент, когда проёмы совпали, обливаясь холодным потом, проскользнул с отрубившимся Филом на спине в адовы врата. Попросить рулевого сделать паузу почему-то не догадался. Видимо, все  центры догадливости в мозгу были отключены. Колёсики переклинило. А тут следующее препятствие - лестница вниз. Спасибо этому неизвестному немецкому конструктору, который догадался сделать вдоль лесенки  решётку. Немцам она без надобности, а вот русским крановщикам, идущим с работы в крайне нетрезвом виде, в самый раз. Спасибо тебе, Фриц, что сделал такой заебатый, безопасный Ганс!

Ну, и что дальше? Как туда пихать этого вырубленного Фила? Он вообще перестал шевелить копытами. Соскользнёт, блин, в трубе, а там высота, как четырёхэтажный дом. Костей потом не соберёшь. Может быть, лучше вернуться, поспать? Но назад дороги нет, в буквальном смысле отрезана. Сам еле-еле лыка вяжу, или лыко. Давай-давай, думай! Надо как-то выбираться из проклятой западни. Отпраздновали, бля! Прямо как в дурацких компьютерных играх, какой-нибудь Аладдин постоянно попадал в такие передряги. Но там игра, а здесь реальность. Пожить ещё охота и желательно не инвалидом. Детишек нарожать, как наказывала бабушка. Дерево посадить.

Чёрт с ним, поехали! Привёл я Фила в чувство, как мог. Потряс хорошенько, он приоткрыл глаза. Обьяснил ему серьёзность ситуации, пуганул насчёт переломанных костей и подбодрил будущими детишками. В глазах его затеплился огонёк разума, видимо, он тоже планировал продолжить свою фамилию. Я полез в дырку, как в открытый космос, и тяну за собой охуевшего товарища. Ужас! Он вообще ни черта не соображает, ноги соскальзывают, руки тоже как плети. Да! Агдам, всё-таки, убийственная штука. Тут ещё какие-то подозрительные рвотные позывы у него начались.

-У-бэ! У-у! Ик!

Проклятье! Эй! Мы так не договаривались! Я, значит, заявлюсь домой к маме, мало того что бухой вдрызг, так ещё и обрыганый с головы до ног лучшим другом. И что она подумает? Но бог, видно, всё-таки внял агнцу человеческому, а может быть, сыграло роль то, что мы мало поели и он успел всё это выблевать в кабине танка. Травить на меня он не стал. Дорога вниз заняла очень много времени. Андрюха был практически без сознания и сидел у меня на башке, свесив ноги как тряпки. Когда добрались до земли, поблагодарил всевышнего, что всё так благополучно завершилось. Я был целый и даже не обблёваный, а то, что нетрезвый - так ведь днюха, святой день. После этого поклялся больше не бухать много портвейна без закуски в кабине крана, и выполнил свой зарок.

На другой день я работал, сильно болела голова. Сидел на причале и считал кое-как бочки селёдки. Колёсики в голове крутились с сильным скрипом, всё-таки Агдам, ребята, это полное говно. Наверно, его делали не из винограда, а из каких-нибудь коровьих лепёшек. Тут Леньшин подруливает. Дескать, вчера не поздравил по-нормальному. Вот, пришёл искупить свою вину, и показывает два флакона шампанского.

Ха! Так другой разговор! Мы уединились за штабелем каких-то коробок, раскупорили искромётную жидкость. В те времена шампанское меня почему-то практически не торкало, то ли я шибко здоровый был, то ли эффект психологический. Короче, пьянел не сильно от этого напитка.

Считаю селёдку, по мере возможности. Ну, в общем, всё нормально прошло. Только эта сучка, тальманша судовая, наебала всё-таки меня. Потом претензия пришла на сорок бочек. Как я умудрился столько просрать - сам не пойму. Замяли эту фигню, я потом перекрыл другими продуктами. Ну, то есть пришлось других наябывать. А куда деваться, всё по-честному: ты мне - я тебе. Всё равно социализм, всё народное, а значит, общее, наше!

Ближе к весне родители получили долгожданную квартиру. Значит, я был опять свободен, и опять как лист фанеры. Значит можно валить во Владик - лучший город мира!


ЧАСТЬ IV

65 Аксельбанты и водка.

К тому времени я уже всё разведал, и был готов линять обратно в город "нашенский". Море как альтернативу сразу же отбраковал. Хватит, напутешествовался! Всё самое главное происходит на берегу, это без сомнений. Просирать свою драгоценную жизнь, даже за большие деньги, не согласен. Видел я, как эти уёбки пробухивали за неделю бабки, которые зарабатывали полгода. Нет уж! Не канает! К чёрту всю эту грёбаную романтику,  лучше я позажигаю на берегу. Не нужны мне эти несимпатичные судовые пекарихи.

Но была проблема, практически неразрешимая - во Владивосток не пускали посторонних. Да вы что, ублюдки? Я тут жил пять лет, вдоль и поперёк его исходил. Там в центре практически каждый угол мною обоссан или обрыган. В те времена город был безумно засекречен. Для тех кто не в курсе, там базировался Тихоокеанский флот и находился штаб этого флота. С ума сойти. Выехать оттуда очень легко, а вернуться обратно, хер! Но я нашёл способ - железная дорога. Пассажирское депо на Первой речке оказалось подходящим плацдаромом для прыжка обратно в город. Я узнал, что там принимали на работу с пропиской хоть в жопе у чёрта. То есть, моя находкинская прописка их не пугала. И летом, ваш находчивый повествователь, спаситель пароходов, неудавшийся путешественник резко сменил курс и, из морского волка с задницей, практически полностью покрытой ракушками, переквалифицировался в работника шпал и рельсов.

Это был очень резкий поворот. Это был невообразимый финт. Все мои дружки просто охренели - Бэр сошёл с ума. Но, другого пути у меня не было, иного способа попасть во Владивосток я не видел. Можно было устроиться на морское предприятие, но это мы уже проходил, надо шагать дальше.

Итак, ВЧД-9. В Совдепии таким странным образом зашифровывали железнодорожные предприятия, чтобы какой-нибудь заграничный агент 007 ни черта не понял. Так официально именовалось моё новое место работы. Оно находилось рядом с той ассенизаторской конторой, где я работал стрелком. Сначала были курсы. Нас, группу человек десять, научили премудростям этой опупенной профессии. Я узнал, как устроен вагон, высоту перронов, ширину колеи, и через месяц был назначен не абы кем, а начальником поезда. Это вам не какой-нибудь занюханный четвёртый механик с мазутом на ушах от вечного ползанья под пайолами. Оухенная форма с почти капитанским шевроном на рукаве и двумя большими звёздами, как у подполковника. Оухеть! Неужели это я? Дали мне паровоз, длинный предлинный, по-любому длиннее Титаника. И я сделался главарём этой кучи металла, с невообразимой скоростью передвигающейся по рельсам.

Не вшивый тальманишка, мешки какие-нибудь с вонючим туком пересчитывать. Это реально босс. В подчинении двадцать харь. Бабёнок молодых полно. Ох, парень, смотри не поддайся на эти бабские провокации. А там все готовы в кровать запрыгнуть. Какой Бэкхем, нахер, какой там Бондарчук. Где они, аууу!? А я здесь. Красив как бог. В форме дьявольски соблазнительной. Лакомый кусок для тамошних  шмар. Естественно, все местные холостячки переполошились, но железного Бэра такая хунья не интересовала.

Надо наслаждаться жизнью пока молод и полон сил, надо жить. Тем более, что новыми красками заиграли чувства к Азэлле. Уж не помню, куда подевался её муж или бойфренд, чёрт его знает, кем он там был. И ваш друг с полным правом поселился в апартаментах своей возлюбленной. Не зря она письма писала всё это время, клялась в безумной любви и дикой привязанности. Да, собственно, она была и мне небезразлична, она многим была небезразлична, но выбрала лучшего из самцов в этом прибрежном, жутко засекреченном  мегаполисе. И тем более с двумя оухенными звёздами на рукаве.

Стали мы жить-поживать. Я в рейсы свои уходил. Чаще всего на Москву ездил, есть такой поезд Владивосток-Москва. Туда и обратно пятнадцать суток. Конечно, условия были нечеловеческие. Летом в вагонах температура градусов под пятьдесят, когда солнце палит. Все потные, вонючие, бухущщие. В то время в поездах страшно выпивали, чтобы скоротать время в поездке. Кстати, самый лучший способ, чтобы убить время. В трезвом виде просто можно с ума сойти, а так жахнул стакан водяры и, вроде как не сильно жарко, и попутчики приятными кажутся. Беседы всякие философские завязываются, в основном о том, почему в Совдепии всё так паскудно и когда водка подешевеет. У всех различные предложения, как из этого говённого положения можно выбраться.

Иногда на этой почве между оппонентами случались потасовки. Однажды ночью прибегает проводница с глазами, как обычно в таких случаях, по пять копеек, мол, спасите, помогите, там двое убивают друг друга! Я вскакиваю - и туда. Кстати, на работе никогда не спал раздетым, потому как проводницы с глазами по пять копеек всё равно не дали бы нормально насладиться сном. Или например ожидается большая станция, где надо контролировать посадку и разруливать всякие недоразумения, или просто надо пройтись ночью по составу, промониторить ситуацию. Короче, раздеваться смысла нет, только и будешь раздеваться и одеваться всю ночь.

Захожу в вагон. Мама родная! Два нетрезвых жлоба схватились в безумной борьбе за истину. Три купе разгромлены, все вещи пассажиров на полу валяются. Сами пассажиры в разных концах вагона сгрудились. Дети плачут, старушки молятся. А эти двое утюжат друг друга что есть силы. Да так как-то профессионально у них получается, даже где-то виртуозно. Видно, что навык у них в этой херне был. В крови оба, морды в крови, кулаки в крови. Стенки вагона тоже кое-где забрызганы. Пипец! Была бы какая-нибудь станция, можно остановить поезд, но за окном только снежное поле до горизонта да злобно поблёскивающие, словно ухмыляющиеся звёзды.

В те времена не было сопровождающих поезд ментов. Вот как хотите, товарищ начальничек, так и разруливайте, блин, ситуацию. Но ножей у них не было, это плюс. К тому времени я уже бывал в подобных переделках и примерно знал формулу дальнейших действий. Надо быть обязательно в форме, при всех регалиях, с этими опупенными звёздами. Обязательно в головном уборе. Ни в коем случае не в трусах или трико, иначе можно получить от каждого из них по смачной пиздюлине. Очень громко и очень серьёзным голосом, с очень серьёзным лицом сказать какую-нибудь херню. Что угодно. Можно даже спросить, как пройти в библиотеку. Лишь бы только они на секундочку отвлеклись от своего занятия. Прервать, так сказать, процесс мордобития.

Пока они будут соображать по поводу ответа, одного из них сразу же увести с собой в тамбур. Там дать ему сигарету и закурить вместе с ним. Всё! Считайте, что парень у вас в кармане. Помните этот мудрый, древний совет: "Разделяй и властвуй". Он тут подходит. Просто молча постоять с ним, покурить. Не надо ничего мандеть раньше времени. Он сам потом всё расскажет, свои обиды и сомнения. Начинаются все эти вагонные драки с какого нибудь пустяка. Сидели, выпивали тихо-мирно, потом вдруг трах-бах и понеслась. Многие даже не помнят как всё завязалось.

Потом моя очередь. Я рассказываю ему перспективу ближайших событий. На следующей станции наряд милиции, протокол и всё такое. Местный обезьянник. Сообщение на работу. Тогда этого жутко боялись. Билет, конечно, пропадает. Остыв, человек начинал понимать, что он вляпался в дикое говно. Со вторым мужиком тоже примерно так же. Так что, когда мы подъезжали через три часа к какой-нибудь станции Чмаровка, все уже мирно спали, измученные ночным приключением, и в вагоне почти ничего не напоминало о противостоянии титанов. Такая фигня случалась почти каждый день, и я стал почти профессором по разделению и властвованию.

Но когда наступает сезон возвращения из армии дембелей, это полный караул. Все они вначале такие важные, с самодельными аксельбантами на груди. На кирзовых сапогах оухенный каблук, не хуже, чем у нас в бурсе, и обязательно шнуровка, причём белыми шнурками. Обычно служивых было помногу, сразу по десять-двадцать человек. Молодняк, ещё бухать не умеют правильно. Да что там, сам такой был. Вместо того, чтобы сесть чинно, да под закуску насладиться нетрезвыми беседами, мирно и благородно - начинается какая-то херня. Казалось бы, только что зашли в вагон, полчаса назад были трезвёхонькие как стекло. А тут глядишь, уже дерутся насмерть стенка на стенку, а в вагоне блевотины по колено. Все аксельбанты нахер, и этими нарощенными каблуками дробят корешам зубы.

Однажды ночью, в чистом поле, сработал стопкран. Поезд со скрежетом останавливается, я сам чуть с полки не навернулся. Что да как? Оказывается, ребята стали выяснять меж собой как обычно, и довыяснялись до того, что один из дембелей выпал на полной скорости из вагона. Выпал из последнего вагона прямо на рельсы. Вообще-то эта дверь обычно на замке. Как её открыли, не понять? Все пьяные в дымину, в вагоне полы скользкие от желудочного сока. Побежали мы с наиболее соображающими назад по шпалам. Я был одет более-менее, а эти дураки чуть ли не в трусах. На улице зимушка зима, Сибирь во всей красе, градусов под сорок с минусом. Но это детали. Подбегаем, лежит на шпалах парняга. Весь в крови. Она уже кое-где замерзать начала. Как дебилы, суетятся, орут всякую херню, дёргают его.

- Отвалите нахуй от него все! - это я пасть раскрыл, - Лучше сбегайте кто-нибудь за одеялом.

Правда, двое побежали. Как два сайгака, бллин, помчались, сразу сообразили, что к чему. А этот на рельсах хрипит что-то, пузыри кровавые пускает, которые тут же замерзают на морозе. Жуть! Мне стало не по себе. Паскудное зрелище. Эта знакомая гадкая волна холодной вибрации пробежала по позвоночнику. Подумалось, что наверно напрасно ждёт сына старушка домой. Даже если просто споткнуться и упасть на эти громадные, острые как пики, камни, то перелом обеспечен, а на скорости сто километров в час из человека просто получится котлета. В подобных случаях стараюсь не думать о таких ужасах, ведь каждую секунду на Земле случается какая-нибудь жуткая смерть. Ну и что? Всех не пережалеешь. Негры, вон, в Эфиопии мрут как мухи, засуха у них, видишь ли, пятый год подряд, а я воду в унитазе по пять раз в день сливаю, какой-нибудь эфиоп горло бы перегрыз за такое.

Притащили беднягу в поезд. Не знаю его дальнейшую судьбу. Если даже остался жив, то не завидую ему. А вывод такой: не бухайте, ребята, быстро и много, особенно без закуски. Человек просто превращается в дебила, если так жрать. Алкоголь должен украшать нашу жизнь, а не паскудить её. Пейте медленно, с расстановкой. И не какую-нибудь пошлую водяру, а лучше вино из благородного винограда. Да под чинную беседу, желательно об устройстве вселенной. Например, вы знаете, почему Луна уже миллиард лет повёрнута одной и той же стороной к нам? Вам это не кажется странным? Вот и обсудите это. Или, где кончается пространство. Или о женщинах, эта тема вообще неисчерпаема. А будете жрать водяру - быстро отупеете. От вина всё-таки с ума сходят гораздо медленнее. Проверено на себе.


66 Миллионер Палыч.

Короче, ребята, в поезде работа тоже оказалась не сахар. Почти та же хрень, что и в море.

Замки на межвагонных дверях постоянно заклинивает, только успеваешь их чинить. Проводники постоянно какими-то маклями занимаются. Например, торговля водярой. Берёт с собой ящик водки по пять рублей, а по дороге продаёт по пятнадцать или двадцать. Считать умеете? Но можно и больше взять. А пассажиру куда деваться? Накатить-то охота. Её же всегда мало, сколько не выпей. Такое поганое свойство у водки: сколько бы ты её не выжрал, всегда кажется, что ещё чуть-чуть не помешает. И тут появляется проводник со своими запасами. Оп-па-на!

Правда, обэхээсники отлавливали таких хитрожопых хлопчиков, и на каркалыгу. Но матёрые торгаши их не боялись. Пару пузырей ментам и вопрос урегулирован. Им ведь тоже нет резона закрывать такую халяву. Представьте, сколько фуфырей можно было поиметь в сутки с разных проезжающих поездов, впору свою лавку в ментуре открывать. Иногда составляли протокол на какого-нибудь простака, надо же отчитаться в конторе, что борьба, мол, идёт нешуточная, с любителями лёгкой наживы.

Ещё "китайки" делали. Это когда использованное постельное бельё по второму кругу продают, только деньги уже себе на карман. Сейчас такой номер маловероятен, бельё всё прошито, запаковано в пакеты с голограммами и прочими примочками. Но голь на выдумки хитра, возможно, есть какие-нибудь продвинутые ребята, которые научились всё это делать по ходу поезда.

Но самый популярный бизне, это провозить "зайцев". На безбилетниках без особых хлопот можно было поиметь больше, чем зарплата. Были такие крученые, которые делали всё вышеперечисленное и за один рейс обогащались сказочно.

Прибавьте ещё то, что из Москвы можно было привезти какие-нибудь заграничные шмотки. Как только поезд причаливал в Московском депо, по вагонам сразу же начинали шнырять пронырливые ребята с огромными баулами. Чего только у них не было, можно было одеться и обуться с иголочки в самые шикарные вещи. А ещё, можно было притаранить в Москву красную икорку, купленную у браконьера по дешёвке. Так что некоторые проводники начхать хотели на официальную зарплату. По нынешним понятиям, это были нормальные предприниматели, которые не ленились и, использовали систему как свою собственную лавочку. Бороться с ними было бесполезно, да и глупо. У них всё было куплено, кто надо подмазан, и всё шито-крыто.

Начальники поездов время даром тоже не теряли. Был такой финт; поскольку всё социалистическое, а значит, общее, а значит, моё, то можно немножко отщипнуть от этого гигантского социалистического пирога, Родина-мать не обеднеет. Тем более, что эта мать ограбила по полной программе всё население страны, а ей даже не икнулось. Например, брата моей бабки Анны отправила в лагеря за то, что вякнул где-то в компании, как пидзато в Германии. Он там побывал в своё время в качестве победителя. Потом за свой длинный язык пришлось бесплатно в Сибири лес валить  двадцать с лишним лет. Так что, брат, дедушка, я просто обязан вернуть хотя бы часть того, что у тебя отобрала злая мамка-Родина.

Значит так; беру пассажиров, каких-нибудь страшно торопящихся лошков, которым даже некогда зайти в кассу перед поездкой. Они просто тупо лезут в поезд без всякого, а тут уже я их поджидаю с алчной улыбочкой. Даю им лучшие места, беру деньги и выписываю квитанции. А где ж тут лавэ? - спросите вы. Всё очень просто: дело в том, что у меня должна остаться копия этой квитанции, та, которая через копирку. Но я копирку не ложил, считайте что забыл. Все эти пустые корешки заполнял в конце рейса, разумеется, на копеечные суммы, а разницу забирал себе, в счёт погашения дедушкиного долга. Вот такой фокус. Но, если садились ревизоры, приходилось по-честному заполнять эти квитанции и возвращать фантики в кассу. Да я не жадный, получай мать.

Был у нас в депо один мужичок, все называли его Палыч. Такой неказистый с виду, на бичару слегка смахивал. Постоянно небритый, одет в чёрт знает что. Потом я узнаю, что он миллионер, практически Корейко. Может быть, миллиона у него не было, но денег он зарабатывал не меряно. Девчонок менял как перчатки, одна краше другой. Все они во внучки ему годились. Старый был пенёк, но трахался как Конёк-горбунёк. Зарабатывал он на пустых бутылках. Казалось бы, что за лажа? Как на такой ерунде можно что-то поиметь? А давайте посчитаем. Только переведём в нынешние цены, чтобы было понятнее.

С бутылки он имел пять рублей, в чистом виде. Не буду вдаваться в скучные подробности технологии сбора бутылок проводниками, но вкратце изложу. Пассажиры просто бросали их в купе. Работники шпал и рельсов аккуратненько, в течение всего рейса, наполняют ими мешки, заботливо предоставленные фирмой, то есть Палычем. Набиралось мешков десять. Летом народ поглощает жидкость в сумасшедших количествах, зимой поменьше. К примеру, в поезде десять вагонов, значит, сто мешков стеклотары, в каждом по пятьдесят бутылок. У меня получилось после всех перемножений две тысячи пятьсот рублей с одного поезда. А их каждый день четыре или пять дальних и штук семь местных. Короче, в среднем этот уёбок Палыч имел, минимум десять тысяч рублей в день не напрягаясь. Моя зарплата в месяц была двадцать пять, так мне за них приходилось так пердеть, не приведи господи. Напомню, всё это в пересчёте на деньги двухтысячных годов. Ну ни фига себе?

Я потом с ним слегка подружился, спрашиваю: "Как же ты, Палыч, так здорово развил бизнес?" А он: "И сам, понимаешь, удивляюсь!" Начинал он понемножку. Сам лично тачками собирал. Потом нанял бомжика. Потом ещё одного, потом договорился в магазин оптом сдавать, и пошло, и поехало. Он не знал, что с деньгами делать. В Сбербанк не потащишь такую уймищу бабла. Небось, закопал где-нибудь в огороде. Потомки раскопают клад, а нахрена они теперь нужны, деревянные сраные рубли. Кстати если сдать в американский банк доллары тридцатых годов прошлого века, их обменяют один к одному на современные баксы. Вот так! А наши рубли, если даже они девяностых годов, можете смело выбрасывать в окно.

Короче впахивал я железке как конь, но друганов не забывал. Иногда заходил к Славке в гости. Однако там время остановилось. Как ни придёшь, одна картинка - "Заходи, закуривай, наливай да пей!" Только к этому слогану можно смело было добавить "и раскумаривайся". Славкина тяга к курению каннабиса не уменьшилась, а ещё больше выросла. Я уже давно бросил эту херню. В какой-то момент марихуана перестаёт действовать на голову, как вначале. Приходится выкуривать гигантские дозы, чтобы зацепило, и запивать ещё какой-нибудь ерундой. Меня такое не устраивало, не хотелось слишком сильно чмарить организм, всё-таки он один на всю жизнь. Сам по себе со временем испортится, зачем специально ускорять этот процесс. Славентию было насрать, и вообще ему было насрать на всё на свете кроме богатства. Он продолжал верить в то, что однажды разбогатеет, хотя ничего не предпринимал для этого. В то время он ходил в море на плавбазах Дальморепродукта. Но его это страшно угнетало. Он тоже понимал, что всё главное происходит на берегу.

С Азэллой мы жили, как это сейчас называется, в гражданском браке. Просто трахались да и всё. Она была старше меня, как я предполагал, лет на семь-восемь. Но однажды выяснилось, что сильно ошибался. Свой паспорт  она никогда не показывала, мне он был до лампочки, сиськами интересовался гораздо больше. В один из дней, потеряв бдительность, оставила его на столе, и я случайно узнал её возраст. Узнал и охренел. Оказалось, что она старше меня на двадцать лет. Ну и дела! Никогда бы не подумал, что эта сисясьтенькая и жопастенькая куколка годится мне в мамаши. Опупеть!


67 Агент Виктор.

Как раз в этот период, я оказался в поле зрения двух серьёзных организаций, которые пожелали поиметь меня членом в своих рядах. Это компартия и, даже страшно сказать, разведка. Выяснилось, что начальник поезда, это какой-никакой, а руководитель. Любой руководитель в Совдепии не должен быть беспартийным, в противном случае великая партия, получается, как бы в стороне. Такого допускать нельзя, партия всегда и везде должна быть при делах. И вот однажды, вашего скромного повествователя, героического моряка, поклонника заграничной музыки, таких же шмоток, укротителя шпал, а также аналитика каннабисных галлюцинаций, пригласили аж в партком. Конечно же, читающие эти строки ни хуя не прониклись важностью момента. Слова "партком" в те времена боялись все. Даже не знаю, с чем сравнить. Ну, как если бы сейчас вас пригласили к прокурору города с вещами. Конечно, я ссыканул, подумал: "Ну, пидзец, запалили Юрку!" То ли с зайцами, то ли со смутным прошлым. Да мало ли чего можно у каждого раскопать? От тюрьмы не зарекайся, говорила мама.

Приплёлся в партком, весь в догадках и полной растерянности. Слегка конечно, пересрал. Партийный босс пояснил мне сущность момента, которая заключалась в том, что мне необходимо срочно вступить в партию. Вот те на! КПСС нуждается в моих услугах, что-то новенькое. Да я, собственно, и не против. А что? Октябрёнком я был шикарным, помню всех этих павликов морозовых наизусть. Будучи пионером, металлолом собирал в гигантских количествах. Комсомольцем вообще был опупенным, вон какую картинку к Олимпиаде нарисовал. Тем более, коммунизм не за горами. Получается, что всю свою сознательную жизнь я готовился к этому дню. На том и порешили. Я зубрю всю эту партийную трихомудию, о которой могут спросить в райкоме  партии на собеседовании,  а они, со своей стороны, накатают мне характеристику такую, что сам господь бог сглотнёт слюну от зависти.

В один прекрасный день прихожу в райком партии Первореченского района, в этом здании сейчас администрация района, чтобы вступить в ряды реальных строителей коммунизма. В коридоре сидела ещё парочка уёбков, которым во что бы то ни стало тоже приспичило попасть в коммуняки. Вроде как волновался, а может быть, и нет. Точно не помню. Захожу... Чинно сидит комиссия, три мужика и старая тварь с выщипанными бровями. Хрен его знает, кто такая, но видать, за главную у них была. Начала вопросы всякие каверзные задавать, про съезды партии, про Ленина и прочую лабуду. Всю эту фигню я знал наизусть, не зря ведь учился пятнадцать лет, да и средства массовой информации без конца об этом тарахтели, как не знать? Короче, вроде как всё нормально, и вдруг... эта мандавошка чего-то вычитала в моём личном деле. Бровки свои, ниточки вскинула и спрашивает так злобно. Я сразу вспомнил математичку Дедешину из Далрыбвтуза, такая же была ведьма.

- А что же вы, молодой человек, море бросили? Вас государство выучило на механика, деньги государственные потратило, а вы и года не отработали? А?

И глядит на меня своими смотрелками, насквозь протыкает, твою мать. Я, бля, не готовился к такому поганому вопросу, нестандартному, можно сказать, опытная была тварь, знала, где подкосить простачка. Не нашёл ничего лучше, как напидзеть, что собрался со своей любимой девушкой сочетаться узами брака, благоразумно умолчав, что девушка старше в два раза. И типа, мало ли чего тут, на берегу, может с ней приключиться. Намекая на то, что жёны моряков блядуют потихоньку, пока супруг там утюжит моря океаны.

Ё-пэрэсэтэ! Я ещё не успел свою тупую мысль до конца довести, как понял, что второпях придумал хреновую отмазку. У неё шары аж чуть не выскочили из глазниц, капец! Мужики смотрят на меня с ухмылочкой, но сурово в то же время. Короче, она так взорвалась! Сам уже понял, что херню сморозил. То есть выходило, что я обосрал своей речью всех советских женщин, которые доблестно воспитывают подрастающее поколение пионеров и комсомольцев, пока их супруги вкалывают в далёких морях. Что я подонок и скотина, недостойная с такими скотскими мыслями и на километр приближаться к партии. Что таких ублюдков, и т.д. и т.п.

Вышел из этого кабинета в холодном поту, думал, счас меня возьмут под локоть ребята в чёрных очках и шляпах и, уволокут куда-нибудь в подвал. Наверняка в этих грёбаных райкомах есть казематы, где пытают подобных извращенцев вроде меня, чтобы выдавить из них все эти гнилые мыслишки. Но ничего такого не случилось.

А потом я узнал, что эта чума всех обламывает при первой попытке, это нормально, чтобы человек почувствовал всю торжественность момента, и что партия - это вам не тяп-ляп.Что было во второй раз - не помню, хоть убей. Была ли эта шмара, тоже не помню. Да только в КПСС меня всё-таки приняли. Я, наверно, был счастлив. В то время невозможно было сделать карьеру, если не коммуняка, а вы ведь помните, я готовился к дикому прорыву. Корочки нужны были позарез. Вот так! Что это была за баба - до сих пор не знаю, но если покопаться в архивах, наверно, можно найти, в интернете сейчас можно найти всё что угодно.

Теперь у меня были шикарные корки опупенного коммуниста, последыша великих Ленина и Сталина, бллин! Кстати, они у меня до сих пор лежат, памятник моему тупизму. Теперь я был полностью готов к великому прорыву, я чувствовал жопой, что предназначен для больших дел, просто ещё не наступил мой час, надо полностью использовать свой потенциал, а он у меня есть, я это чую. Всё впереди, я должен покорить этот мир, не взорвать, а просто покорить. До меня его уже взрывал один раз товарищ Гитлер, но это хреново для него кончилось, такая развязка мне не подходит.

С разведкой история ещё хлеще. Точнее, это была не совсем разведка, а КГБ. Аж страшно писать про такое, но надо. Как раз, в то время, я возил на своём поезде северных корейцев из Хасана в Чегдомын. В то время корейцами ещё рулил дорогой товарищ Ким Ир Сен.  В Хасане, почему-то именно ночью, набивают полный поезд корейцев. Их было просто дико много, в вагоне размещалось человек сто или двести, были заняты все полки и даже проходы. Корейцы, народ неприхотливый и исполнительный, им насрать на неудобства, любимый товарищ сказал - значит, надо делать, вот и всё. Всю эту кодлу надо было перевезти на север. Где-то там они добывали древесину в российской тайге, зачем это всё было надо, только богу известно.

Все они были затарены шикарными заграничными шмотками, спортивными костюмами Адидас были одеты в пять слоёв, импортными часами  руки до локтей были покрыты. Сразу вспомнил папины рассказы про трофейный батальон. Всё это можно было купить у них за рубли без проблем. Я специально даже несколько слов по-корейски выучил. Подходишь к корейчонку, а тот весь как мумия обмотан барахлом и часами. Говоришь ему: - Ольма? - то есть, - Продаётся?

Парняга кивает, с улыбкой до обоих ушей, типа, йес, йес!

Потом говоришь: -Пхальда? - значит, - Сколько? - Типа, сколько стоит эта хренотень?

Он на калькуляторе набирает цифры. Абсолютно не умели говорить по-русски. После этих поездок я долго вспоминал добром Ким Ир Сена. Зажигал в опупенном Адидасе с тремя белыми полосками по бокам и, классных электронных Касио, тонких-претонких, тогда это была жуткая редкость. В те времена таких вещей в магазинах отродясь не бывало. Удивительно только, откуда это всё взялось в нищей и богом забытой Северной Корее?

Так вот; про историю с КГБ. Вызывают меня к начальству. Говорят, что со мной хочет поговорить парень из органов. Ну, хорошо, не возражаю! Ага, попробовал бы ты возразить!

Встреча произошла в кабинетике, один на один. Может быть, в штанах у него был диктофон, а под мышкой маузер охуенных размеров, не знаю. Но, выглядел он совсем не как Джеймс Бонд. Обыкновенный такой, ничем не примечательный молодой человек, выше меня ростом, в сером костюмчике, с такой простоватой улыбочкой. Даже и не подумаешь, что местный резидент. Проговорили около часа, он мне объяснил, что у меня есть шанс раскрыть шпионскую сеть на Дальнем Востоке. Якобы, американцы используют перевозку северных корейцев для внедрения своей агентуры в СССР.

Ни хуя себе крутяк! Вот это, думаю, попал я в горячее местечко. А что? Нормально! Может быть, в самом деле буржуйского шпиона изловлю. Получу медаль за заслуги! Разговаривать с ним было крайне трудно, говорил он очень тихо, часть слов проглатывал, хер пойми, что-то там крякал кое-как. Возможно, это какая-то шпионская уловка, подумал я, чтобы подслушивающие устройства не могли нормально записать речь. Наверно, его научили всему этому. Короче, половину из его трёпа я ни хера не понял, так только, догадывался, сопоставляя обрывки знакомых слов. Чёртова головоломка! Если это в самом деле, уловка, то тогда круто, только мне показалось, что у него просто дерьмовая дикция, или нужных слов не может найти, или простыл, шепелявит как бермудская черепаха. Я просто весь измучился, слушая его клекотание с пришёптыванием. Но, как бы то ни было, я ему понравился, и мы договорились о следующей встрече после ближайшей поездки. Он меня проинструктировал, смотреть в оба, примечать, если какой-нибудь товарищ вдруг будет фотографировать или захочет свалить из состава. Возможно даже, попытаются подменить одного на другого.

Когда мы закончили, он пожал мне руку, подкрался к двери, повертел башкой, выясняя, нет ли слежки, шмыгнул в щелку и был таков. Я был слегка в шоке. Ни хрена себе, что творится!

Шёл по тротуару, и мне мерещилось, что половина мужиков на улице как-то странно выглядят, по любому, сука, американские лазутчики. Я шарахался каждого встречного! Проклятье, город наводнён агентами вражеских разведок! Капздец! А власти ни хера не шевелятся.

Ну ка! Ну ка погоди! Кажись, понял: похоже, что за ними наблюдают наши пацаны. Вон тот бухой дедушка вроде как наш. Стоит, цигарку шмалит, прищурившись. Отслеживает какого-то подозрительного пидораса.

Ладно, поглядим, кто кого! И с таким антишпионским настроем укатил в очередной рейс.

Конечно, ничего особенного по дороге я не заметил. Да и какой шпион будет фотографировать на глазах у всех. У него камера, небось, в задницу вставлена. Никто не пытался убежать, и никто лишний не появился. А с другой стороны, как их различить, этих корейцев? Они все одинаковые как мухи. А может быть, это я такой сраный агент, что не смог оправдать возложенных на меня надежд?

После той поездки мы встретились с ним уже на конспиративной квартире. Бллин, к моей персоне такое пристальное внимание! Может быть, сам Горбачёв уже ждёт не дождётся мой доклад. Даже неудобно как-то, ни одного, сука, шпиона не вычислил. Он поздравил меня с присвоением подпольной клички - Виктор. Почему именно так? Хрен его знает, я не стал спрашивать, им виднее. Потом, в дальнейшем, он всегда называл меня именно так, и возможно, если покопаться в архивах КГБ, то можно найти бумажонки с моим корявистым почерком, в которых я докладывал о проделанной работе. Не сильно удивлюсь, если однажды в телефонной трубке прошепелявят моё подпольное имя, и призовут помочь Родине.

Опять он клекотал что-то маловразумительное, у меня аж башка затрещала в попытках соединить все эти звуки в съедобный текст. Нет, всё-таки их этому учат, точно! Я его не могу понять полностью, хотя у меня по-русскому пятёрка была. Америкашки тем более не врубятся! Всё так задумано, по-любому! На удивление, он остался крайне доволен результатом. Наверное там всё-таки что-то было, он это выудил из моих речей и текста. В разведчики дураков не берут. После каждого рейса с корейцами я писал отчёт, и каждый раз он был крайне доволен. Я так и не понял, он был доволен тому, что всё чисто и никаких шпионов нет, или наоборот, их очень много, и он их всех вычислил с моей помощью. Вот и пойми этих Джеймсов Бондов.


68 Камень покатился!

Но одно дело просто зажигать с тёлочкой, и совсем другое дело жить с ней под одной крышей. Мне эта семейная жизнь просто ос-то-чер-те-ла! Я всегда дорожил личной свободой; меня давили рамки бурсацкой жизни во время учёбы и доставал маманин контроль в Находке. А теперь я опять попал под колпак контроля. Хотелось зажигать по-конски, а тут: - Где был? -Куда пошёл? - и подобный кал. К тому же она оказалась дико ревнива, чуть что, устраивала смертельные сцены ревности. Каждый раз приходилось придумывать какие-то успокоительные истории. Семейная лодка дала течь, даже, можно сказать, разбилась нахер о быт.

И ещё я заметил, что женщинам нравится пилить этот пресловутый сук, на котором они уютно сидят! Парадокс! Через год наше существование стало невыносимым. Скорее всего, она меня любила, но женская любовь очень часто выражается такими сумасшедшими поступками, что хочется убежать подальше от этой любви. В принципе, я очень терпелив, но терпение моё не беспредельное. Много раз пытался как-то урегулировать наши отношения, но всё напрасно. Она превратилась в такую злобную мегеру, что даже моё железное терпение лопнуло, и я стал готовить пути отхода. Всё равно наши отношения не имели перспектив, мне надо продолжать род, а ей это было уже неинтересно. Так что, решил не терять времени зря и, резко поменять свой статус.

На Военном шоссе было общежитие для железнодорожников, я был там прописан, но не жил. Договорился с начальством, и мне дали место. Теперь надо было улучить момент, когда её не было дома, собрать манатки и покинуть этот ставший не очень гостеприимным дом. Где-то ближе к осени я так и сделал. Конечно, было грустно, всегда грустно расставаться с тем, к чему успел привыкнуть, даже как-то жалко было всё это бросать, ведь, как ни крути, здесь был прожит не самый худший кусок жизни. Но, я понимал, что это необходимо. И для неё, кстати, тоже, только она этого не понимала.

Однако женская любовь - это странная штука, они любят не конкретный объект, а то, что хотели бы видеть в вас. Короче, в вашей оболочке они представляют совсем другого человека, с другим характером, мыслями и т. д. и пытаются вас переделать в соответствии с этим фантомным образом.

Барахлишка у меня было не так уж много, но чтобы ничего не забыть, ведь потом не вернёшься, я предварительно всё записал на листок и, в день икс, закинув в сумку вещи по списку, отчалил. Из телефона-автомата позвонил ей, сообщил эту дурную весть. Я был готов к тому, что она так просто не сдастся. Так и вышло, она расплакалась в трубку. Не выношу, когда женщины плачут. Мне и самому было очень плохо, но я собрал всю волю в кулак и, не поддался на её уговоры встретиться и ещё раз всё обсудить. Когда она поняла, что всё серьёзно, стала шантажировать, пригрозив выпрыгнуть в окно. Её кабинет был на четвёртом этаже, я не очень хотел, чтобы она действительно совершила этот безумный полёт. Но почему-то был уверен, что до такого трагического финала не дойдёт. Всё-таки себя она любила больше, чем меня.

Бросил трубку. Страница перевёрнута. Рубикон перейдён. Меня ждут великие дела. Я должен прорваться. Я чувствовал это. Наверно, многие это чувствуют, только не все прорываются. Если бы я стал продолжать тянуть эту тупиковую лямку, было бы крайне неразумно. Какой меня ждёт прорыв? Бес его знает. В какой области, в каком деле? Понятия не имею. Я уже знал, что у меня дерьмовая память. Знал, что организатор я никакой. То есть, не было оснований полагать, что меня ждёт какой-то прорыв в принципе. Но я упорно считал, что должен это сделать. Меня всегда бесила советская тупая действительность. Нельзя допускать остановки движения, катящиеся камни не зарастают мхом, я это знал точно. И поэтому камень покатился, чтобы очистить уже слегка покрытые плесенью бока. Камень покатился! Пусть плесневеют другие!

Думаете, на этом всё закончилось? Ха! Как бы не так! Через пару дней я заступил на Совгаванский поезд, вначале он заходит в Находку и, только потом следует на Совгавань. Так вот, за несколько минут до отправления из Находки вдруг появилась запыхавшаяся моя маманя и, с округлившимися до бровей глазами, поведала мне дикую историю о том, что к ним домой вломилась какая-то тётка, вся в слезах, с требованием вернуть ей Юрку. Что она его любит самозабвенно и дальнейшего существования без него не мыслит. Пригрозила разнести тут всё в щепки, если что. Мама умоляла меня отложить работу и успокоить эту сумасшедшую. Ни хрена себе? Это я должен бросить пассажиров на произвол судьбы, всё бросить и отправиться успокаивать мою бывшую девушку. Я объяснил маме, что не брошу свой паровоз, даже если в ста метрах от него взорвётся ядерная бомба, а что касается девушки, то лучше к ней не приближаться ближе, чем на три метра, если не хотите получить вилку в глаз.

Паровоз дал гудок, вагончик тронулся, и бедная моя мама поспешила домой разбираться с обломками моей бывшей любви. Что там было дальше, даже не знаю, мне как-то было неудобно её об этом спрашивать.


69 Ядерная телефонная будка.

Вам было когда-нибудь страшно? Я имею в виду, по-настоящему страшно. Не тогда, когда в остановившемся лифте гаснет свет, и не тогда, когда вы поцарапали чужую машину на парковке, а по-настоящему. Когда каменеет мозг, когда по позвоночнику пробегает такой гадкий холодок, и ты не можешь даже сдвинуться с места. Как-то раз, придя из очередного рейса на Москву, решил зайти в гости к Куличкову. У него был день рождения, и я хотел засвидетельствовать корешу своё почтение. Каждому хочется, чтобы его поздравили, всегда приятно сознавать, что тебя кто-то любит, помнит и уважает.

Из рейса всегда приходишь в полностью разбитом состоянии. Я вам уже рассказывал обо всех ужасах железнодорожной действительности. К тому же, эта беготня в депо по поводу передачи дел заступающему в рейс начальнику поезда. Поверьте мне, в конце дня еле-еле ноги волочишь, добраться бы до нормальной койки, раздеться и нормально погрузиться в здоровый, спокойный сон без этих кошмарных ночных подрываний. Но друг - дело святое, я давно не видел Куличкова, а это неправильно. Не забывайте о друзьях. Как только разобрался с этим опостылевшим паровозом,  полетел к своему товарищу. В то время он жил на остановке Лазо, в доме, как раз над которым сейчас находится этот титанический Золотой мост. Телефона у него не было, но я почему-то считал, что он дома в такой знаменательный день. А где же ещё? Сидит, небось, уже осоловевший, улыбается своей невинной улыбочкой. Взял ему в качестве подарка две бутылки сухого вина, чтобы он осоловел ещё больше. Выпить в хорошей компании мы всегда были не прочь.

Прилетел, звоню. В ответ тишина. Не понял? Быть такого не может. Чтобы в свою днюху Куличок где-то лазил! Нет, нет! Неужели все там уже отключились? Стучу в дверь, что есть силы, своими новыми, только что купленными в Москве наимоднейшими туфлями. Тишина!

Вот подлец! Где же он ползает? И что теперь делать? Надо где-то перекантоваться, подождать пока он появится. В те времена ещё работал кинотеатр "Комсомолец", это рядом, в двух шагах. Поплёлся с этими флаконами туда, стоять на ногах уже не было сил, а там идёт шикарный фильм: "Не упускай из виду", обожаю его. Отлично! Взял билет и пошёл в кино. Чтобы зря не терять время, открыл бутылку, кое-как пропихнув пробку внутрь. Красота! Вытянул гудящие ноги, наслаждаюсь игрой Ришара, прихлёбывая винцо. Ради таких моментов стоит жить. Фильм длинный, часа два идёт. Высосал я пузырь, вообще стало прекрасно. Откупориваю второй, как раз в том месте, где Ришар бегал по экрану с унитазом на ноге. Это было по-настоящему смешно, зрители смеялись как сумасшедшие. Кстати, вы заметили, что сейчас нет таких глобально смешных актёров, да и фильмы как-то измельчали. Чаще всего, выходя из кинотеатра, хочется смачно плюнуть, и жаль потерянного времени.

Короче говоря, и второй флакон я благополучно уговорил. Честно скажу, захмелел! Оно, хоть и сухое, но торкучее оказалось. К тому же я ничего не жрал весь день, плюс уставший как собака. Стало меня клонить в сон. Я бы подремал тут в тепле, но как назло фильм кончился. Чёрт! И что теперь? Ладно, у Куличкова покемарю. Вышел и пошёл в сторону моста, которого ещё не было. Иду и подпираю пальцами веки, они начали склеиваться с нижними. Кошмар! Иду и прямо на ходу засыпаю. Точно! Щипаю себя. Даже по щекам пару раз звезданул - не помогает. Чувствую, этот путь в двести метров до Лазо мне не осилить. По дороге попадается телефонная будка, раньше они повсеместно стояли. "Вот! Это то, что мне надо. Я вздремну тут минуточку и бодрый пошагаю дальше!" Находчивый был, чертяка! Захожу в будку, покрепче хватаюсь за трубку, с понтом разговариваю, и тут же мгновенно вырубаюсь. Знаете этот отруб, когда вы улетаете в черноту, как в портал.

Проснулся от зловещей тишины. Когда пристраивался в будке, на улице была уйма народу. Суета, звенели трамваи, факали и урчали автомобили. А здесь просто убийственная тишина.

В то время у СССР с Америкой были крайне дерьмовые отношения. Америкосы считали Россию империей зла и, соответственно, готовились к войне, этому жуткому ядерному катаклизму, который не оставит камня на камне от цивилизации. Поэтому нам каждый день бубнили про американскую угрозу, учили пользоваться противогазами и этими ужасными резиновыми костюмами. По всему городу были вырыты бомбоубежища, в которые мы должны были бежать по первому сигналу ГО. Все эти премудрости назывались - Гражданская Оборона. Народ был запуган до последней степени. Каждый знал, что надо делать в случае ядерного нападения.  Выйдя из будки и увидев пустынную улицу, залитую этим зловещим голубым светом от фонарей, я мгновенно всё понял.

Началось!!!

Эти ублюдки всё-таки нажали кнопку! Пока я дрых в грёбаной будке, наверно, прозвучала сирена, все нормальные попрятались по бункерам, понапялили противогазы, а я как лошара, стою вот тут на улице, не прикрытый ничем. Сейчас шарахнет вспышка, и от меня полетят подгоревшые ошмётки моей собственной кожи. Глаза мои вскипят и взорвутся в глазницах. Одежда вспыхнет и мгновенно осыплется в виде пепла. Всё это я видел на многочисленных картинках и фотографиях Хиросимы. Я был в ужасе. Я понял: "Это конец!" Я лох в тысячной степени. В такой ответственный момент нажрался этого дурацкого вина и проспал всё на свете. Волны железных вибраций страха и ужаса шли вдоль позвоночника сверху вниз. Медленно и неотвратимо. Это был даже не страх, это было нечто жуткое без названия. Я был труп. Жить мне оставались секунды. Это финиш!

Глянул на свои чудесные Касио в последний раз. Зачем? И сам не знаю. Часы показывали ровно 3 часа ночи. Я тупо подумал: "Какая разница, когда подыхать? В три или в пять?" И ещё тупее: "Напрасно я не взял с собой этот резиновый противоядерный костюм!" Похоже, в этот момент у меня стала сваливаться крыша.

И вдруг - какой-то проблеск разума. Минуточку, как три часа? Фильм кончился в десять, я точно помню. Выходит, я проспал стоя, в этой проклятой будке, пять часов. Ясность мышления стала возвращаться ко мне. Так значит, все просто спят дома. А трамваи стоят спокойно в трамвайном парке, как и положено в три часа ночи. Так значит, нет никакого ядерного нападения, и я всё это сам себе нафантазировал, и у меня чуть не треснул позвоночник от этих злобных вибраций.

Когда я полностью вышел из коматозного состояния и понял, что никакой бомбёжки не будет, на меня накатила эйфория счастья. Эти освещённые улицы с фонарями, отражающимися в железе рельсов. Звёздное небо и Большая Медведица, шаловливо подмигивающая Алькором: мол, ещё поживём! С тех пор меня уже не пугает ничто, ощущение срываемой лоскутами кожи и взрывающихся собственных глаз не забуду никогда.


70 Мать моих будущих детей.

Продолжал ездить на поездах. Пассажиры, находясь в поезде, и не подозревают, какие иной раз там происходят шекспировские сюжеты. Опытные проводники в поезде имеют постоянную напарницу, что-то вроде жены на рейс. По дороге они живут в нормальном гражданском браке, а потом, по возвращении домой, живут в своей собственной семье. Так может  продолжаться годами. Потом они разбегаются, и образовывается другая пара. Это считалось в порядке вещей. Некоторые начальники поездов тоже имели таких поездных жён, но я избегал подобной херни. Предпочитал на работе не якшаться с проводницами, иначе потом придётся за неё уголь для печки грузить и унитазы чистить. Начнётся: "Ну, пожалуйста! Ну, милый! Ну, ты ведь меня любишь!" Насмотрелся я такого дерьма. Нет уж, в поезде ни-ни!

Как раз в то время, примерно в возрасте двадцати пяти лет, меня стали посещать мыслишки: "А не пора ли уже заняться вплотную вопросом продолжения, блин, своего рода и заодно увеличить численность добропорядочных налогоплательщиков". Перечитал миллион книжек о браке, о семье и прочий подобный хлам. Ну, типа, готовил себя в мужья и папы. В пидзатые папы и изумительные мужья! Психология семейной жизни... Психология женщины... Брак и семья... Семья и ребёнок... Дерьмо и брак... Психология всякой херни... и прочая галиматья. Что-то в башке, конечно, осталось, что-то потерялось, перепуталось слегка, короче, образовалась невнятная каша из туманных размышлений и сумасшедших советов.

Как правило, все эти чёртовы семейные теоретики всего лишь предполагают, как должно быть, очень часто у них даже нет собственной семьи, или распалась нафиг из-за его скотского характера. Но зато умеет человек красиво излагать на бумаге, кто-то же должен этим заниматься. Никто не может запретить печатать свои соображения по поводу семьи.

Тут я заметил за собой одну подозрительную странность. Все девушки, которые первоначально мне были жутко приятны, через месяцок  становились до лампочки. Вроде, всё как надо у неё: и сисястая, и ногастая, и не совсем дурочка, а вот перестаёт притягивать, хоть тресни. Одна, вторая, третья... Я даже перепугался слегка, как же мне теперь, сука, род продолжать, если мне все тёлки до фонаря? Может быть, у меня что-то с мозгами? Дураку понятно, что любовь не вечна, но когда любовь длится всего месяц, это атавизм. Не бывает такого. Нахера тогда жить на свете? А жениться без любви я не согласен. Потому как вычитал у этих профессоров, что дети, зачатые без любви, вырастут моральными уродами. Да не хочу я детей-уродов, вашу мать! Решил, что мне попадаются неправильные девочки. В то время ещё верил в эту байку про половинку, безутешно бродящую по свету в поисках другой половинки. Значит, где-то всё-таки эта сучка бродит, надо просто пошире раскинуть сети. Это было время горбачёвской перестройки и гласности. Генеральный секретарь партии не вылазил из телека, ох и любил балаболить мужик. Брежнева мы видели только по великим праздникам, а этот просто-таки жил в ящике. Новая метла начала мести по-новому. Это знаковое словечко "консенсус", в жисть такого не слыхивал. Не, ну, парень был начитанный, чего там греха таить.

И вот на волне этой перестройки в газетах, кроме текстов про ударный прорыв к коммунизму, стали печатать разную белиберду, касающуюся реальной жизни, и в частности объявления о знакомствах.

Ну!!! Вы что!? Это была революция! По телевизору разгорались дикие дискуссии по поводу, этично ли это? Я помню ту злополучную передачу, где какая-то тётка вякнула, что "У нас в стране секса нет!" Она стала звездой, до сих пор её цитируют. А всё просто: она неправильно поняла значение слова "секс", думаю, что перепутала с "порнографией".  Правда, и это слово тоже никто толком не понимал. Пришёл я в редакцию и разместил на страницах газеты "Красное знамя"  объявление следующего содержания: "Мужчина, 25 лет, рост 170 см, с высшим образованием, ищет девушку соответствующего возраста и роста, которая могла бы стать примерной женой и мамой наших будущих детей". Объявление вышло, и стал я ждать писем, как тот волк из сказки, опустил хвост в прорубь. Ну, теперь уж точно найду свою королевишну ненаглядную, не может быть, чтобы она не клюнула на такой чудный текст. Все бабёнки хотят иметь детей. И они правы, нахрена тогда вообще жить на свете, женщина рождена, чтобы рожать, в этом вся фишка. Короче, из-за этих слов, про будущих детей, меня напрочь завалили письмами. Обычно приходит 30-50 откликов но, на моё послание ответили тысяча с лишним самочек, желающих охомутать такого охуительного будущего папашу ихних детей. Откуда только не было ответов, даже из Калининграда, Латвии, Литвы, Украины, Белоруссии, да почти из всех республик. Из столицы нашей златоглавой, из Ленинграда, но больше всего, конечно, с Дальнего Востока и конкретно Владивостока и Находки.

С местными всё понятно, они читают эту газету с таким забубённым названием. Но откуда про меня узнали в европейской части страны? Непонятно! Я был в шоке. Смогу ли вообще ответить на такое сумасшедшее количество писем? Я был порядочный молодой человек и считал своим долгом ответить каждой, ведь они предложили мне самое дорогое, что у них есть - свою далеко спрятанную в темноте трусиков шерстистую часть тела и свою девичью честь. Приволок в общагу мешки с корреспонденцией и, начал искать свою единственную, неизвестно где прозябающую, половинку. Постепенно у меня выработалась технология отбора соискательниц в жёны. Здраво поразмыслив, сразу же откинул всех, кто живёт далеко, ибо это нереальный вариант. Хотя там попадались изумительные кошечки, в большинстве писем были фотографии. Если письмо было написано с грамматическими и стилистическими ошибками, тоже безжалостно отбраковывал.

Потом я сообразил, что отвечать всем не стоит. Ну что я отвечу? Что у тебя, бля, в каждом слове по три ошибки, и чему же ты научишь, чёрт побери, наших будущих детей? Не-не, до свиданья! Ищите хлопцев попроще, таких вон дофига по улицам шароёбится в нетрезвом виде.

Попадались тексты, написанные грамотно и без всяких ошибок, но такая хунья, прости господи, что просто волосы дыбом вставали, не дай бог такая шмара станет супругой. Слишком страшненьких с виду тоже откладывал. Я понимаю, что страшненьким тоже хочется человеческого счастья, но здесь всё упирается в чистую физиологию, просто не встанет пушка, когда наступит момент выстрела. Приказать я не могу. В общем, вымотался с этим кастингом капитально, две недели всё взвешивал так и этак. Дело-то серьёзное, ошибки допустить нельзя. Я знал, что жениться надо только один раз, и до гробового гвоздя. Все эти разводы и  своды для долбоёбов, которые распишутся на скорую руку, не пораскинув мозгом, а потом не знают, что со всем этим добром делать.

Ваш скромный и трудолюбивый повествователь был подкован профессорами по полной программе, о семейной жизни знал практически всё, сам уже мог запросто консультировать. Выбрал я около десятка самых лучших "сочинений". Я умышленно использовал такое слово. Это были не более чем сочинения, просто красивый, приглаженный текст на бумаге. Как резюме, вроде всё красиво и складно, а в реальности всё по-другому. Но, тогда я этого не знал и поверил складным текстам. Назначил всем им свидания на разные дни. Ну, думаю, скоро найду шикарную мамку для детишек, станем мы жить поживать и так далее.

С первой я, из вежливости, выдержал минут тридцать. Вроде как симпатичная девочка, но как-то не зацепила. Вы же знаете эту ерунду, увидишь какую-нибудь самочку на улице, и глаз не можешь отвесть. Тут дело даже не в красоте, у матушки-природы всё гораздо круче завёрнуто. Помните, в той песенке: "Я гляжу ей в след, ничего такого в ней нет, а я всё равно тупо гляжу, глазьев не отвожу!" Вот такая хренотень. Короче говоря, от первой бабёнки свои гляделки я легко отвёл.

И от следующей тоже. Какая-то зажатая была, а меня не тянет на всяких серых мышек. С одной я проваландался довольно долго. Письмо было от её мамани, и она решила меня с ней сознакомить. Договорились о встрече, с маманей, конечно. Поехал я на мыс Чуркин, за тридевять земель, сроду там не бывал. Захожу в квартиру, а там целая комиссия по отбору самцов. Мамочка, папа и бабуся, видно, вся её родня. Да мне скрывать нечего. Рассказал им свою неказистую биографию, про каннабис и бухаловку скромно утаил. Это ведь не обман, ну, просто немножко не договорил, зачем пугать с ходу? Пондравился им капитально. Все трое влюбились в меня напрочь. Бабуся меня пирожками потчует уже как собственного зятька. Мама чуть ли не сопли мне уже подтирает, а батёк серьёзно так сказал: "Юрий, ты парень работящий, скромный. Ты нам подходишь! Квартиру оставим вам, а ещё машину и гараж..."

Блин! Чёрт бы вас всех побрал, я ещё тёлочку в глаза не видел, зато практически квартиру заимел. Машина тоже пригодилась бы! А вдруг она какая-нибудь косорылая или хромая. Я же не на тачке пришёл жениться. Выяснилось, что её родители работали на ТЭЦ и, занимали там высокие должности, так что сбацать себе новую квартиру могли легко. Скрывать не буду, очень мне понравилось их коммерческое предложение. Любовь любовью, а квартиры на дороге не валяются. Тут вовремя нарисовалась сама королевишна. В принципе, даже симпатичная девочка. Я месяц с ней честно пытался зажечь и честно пытался её полюбить. Борода! Насильно, бллин, полюбить не получается. Какая-то она была слишком правильная, это огромный плюс но, знаете ли, мне не нравится есть колбасу без горчицы или какого-нибудь хрена. Не было в ней живости, не было искорки. И волосы постоянно какие-то жирные, то ли она голову не любила мыть, то ли просто физиология такая.

В общем, я потихонечку отчалил. Нет, ребятки, любовь должна присутствовать, как минимум, а потом уже все остальные навороты, квартиры, машины и прочий кал. Ну, если нет наворотов, то и хер с ними, сами заработаем. Потом ещё встретился с парочкой барышень, и в итоге пришёл к оухительному выводу: всё это фигня!!! Найти девушку по объявлению, чтобы полюбить её, невозможно. Может быть, есть какой-нибудь мизерный шанс, но о нём не стоит и говорить. Вылавливать ласточку надо только живьём. Вот именно: увидел глазами, втрескался - и понеслась. Сейчас, читая подобные объявления в газете, жалею авторов, просто потеря времени, а в наше время можно ещё запросто и по бубну получить, или на маньяка нарваться. Пришлось перестраиваться, менять тактику. Теперь я стал больше внимания обращать на тех, кто меня окружает, если попадалась какая-нибудь стоящая фигура, выводил на разговор, чтобы понять, что там внутри, и разобраться в собственных эмоциях.


71 Проспект фюрера.

Сразу же после очередного нового года я подумал, что неплохо бы  пробздеться и использовать своё право халявного проезда по железной дороге в любую точку Родины. Чтобы слишком долго не болтаться в поезде, в западную сторону решил добраться самолётом, а потом по обстоятельствам. Как сейчас помню, билет до Ленинграда стоил сто сорок рублей. Мне его подарила мама, что-то вроде подарка на день рождения. Эх, блин, Аэрофлот, не урони меня, ещё не время, надо найти свою половинку. Где же ты ходишь, милая?

Взлетели. Теперь моя жизнь практически находится в руках главного рулевого этого летающего куска алюминия. Всегда, когда взлетаю, готовлюсь к самому худшему, чтобы потом, когда самолёт будет рассыпаться в небе на куски, сильно не переживать. Даже если кресло с пристёгнутым к нему моим телом будет падать вниз с ускорением свободного падения девять метров в секунду, я не буду нервничать, я буду сидеть, улыбаться встречному ветру, наслаждаться последними секундами жизни и скоростью движения в пространстве. Взлетели - значит, одной ногой я стал в гроб, если нормально сядем, вытащу ногу оттуда до следующего полёта. Хотя понимаю, что разбиться на автомобиле гораздо больше шансов. В море сгинуть ещё больше шансов, ведь я мог утонуть запросто, мог замёрзнуть в холодной воде или быть разорванным злыми акулами. Но этого не случилось.Большинство катастроф происходит при приземлении.

Однако рулевой тоже, видимо, хотел ещё пожить, поэтому постарался и посадил-таки самолёт в этом знаменитом Пулково. Значит, встреча с господом всемогущим откладывается. Спасибо, отец наш, что дал мне ещё маленько пожить. На самом деле я атеист, а про бога так, для красного словца ввернул. В тот момент богом для меня был тот неизвестный пилот, который в целости и сохранности доставил мою изумительную задницу в Северную Пальмиру. Странным образом здание аэропорта мне напомнило тепловую электростанцию, с этими огромными трубами. На осмотр колыбели революции у меня ушло несколько дней. В принципе, этот городишко я миллион раз видел в фильмах и на картинках, так что надолго задерживаться здесь не собирался. Но надо обязательно убедиться, что все медные кони на месте, а Эрмитаж действительно зелёного цвета. И конечно потрогать яйца у лошади Петра Первого.

Гидом у меня был Валерка Бельский, тот самый тип, с которым мы когда-то отбивались от толпы пьяных люмпенов в пивбаре на Постышева. Он к тому времени уже успел мигрировать сюда и, даже ассимилироваться, то есть удачненько жениться на симпатичной девчушке с замечательными титечками и квартирой, окнами выходящей на канал Грибоедова. Тот самый, в который любил писать Александр Сергеевич, когда был чрезмерно нетрезв, и у него не оставалось сил таскать с собой по ночному Питеру этот литр мочи. Мы выходили поздно вечером, прихватив с собой пару бутылок вермута. С залитым шаром все эти фантастические истории про происшествия, случившиеся здесь же на улицах, по которым мы бродили, воспринимались более живо.

Этот чувак был прекрасный рассказчик - и откуда только он всё это знал? В то время правил Горбачёв, алкоголь купить было невозможно, поэтому выпивкой мы затаривались на каких-то конспиративных нычках, местонахождение которых Валера знал в совершенстве. А потом несколько часов колесили по пустынным улицам, наслаждаясь белыми ночами и бормотухой из горлышка, изредка добавляя отфильтрованную жидкость в каналы. Тень Пушкина одобрительно ухмылялась. Я был окрылён приобщением к истории.

Чтобы не злоупотреблять гостеприимством хозяев, решил откланяться, а то его супруга начала на меня недобро коситься. Конечно, кому такое понравится: уводит супруга вечером, где-то всю ночь шляются, возвращаются, выдыхая алкогольный перегар, а потом спят полдня. Подозрительно всё это. Следующим местом, достойным посещения мной, я выбрал Таллин, но по дороге решил оставить свой след на проспекте имени Гитлера в Пскове. Если вы не в курсе, то центральная улица Пскова во время оккупации немчурой была переименована в вышеназванный проспект. Улица как улица, ничего необычного, ни одного памятника председателю партии НСДАП, и даже никаких барельефов с изображением фюрера на домах я не разглядел. Зато там был книжный магазин с названием Находка. Странное название для книжного. Городишко малесенький, больше там было нечего смотреть, и я со спокойной совестью отправился дальше.

Таллин меня удивил, в смысле, центральная его часть. Там всё осталось без изменений уже пятьсот лет, а может, и больше. Узкие средневековые улочки, как будто, в самом деле, меня перебросило в средние века. Все эти надписи латинскими буквами, и мостовая из натурального камня - я был поражён. По этой мостовой когда-то шагали крестоносцы в железных пиджаках с пиками, и я тут вдруг обьявился. Сейчас российский народ каждый год мотается по заграницам, а тогда был железный занавес, граница была напрочь запечатана. Нынешних туристов такой чепухой, которую я увидел, уже не удивить, но в то время это было просто шикарно. Купил там себе роликовую доску, они спокойно продавались в магазинах, хотя до этого только на картинках видел, и отправил её во Владивосток посылкой. В общем, чудный городишко, рекомендую.

Прикинул, что прибалтийской экзотики с меня достаточно, и взял направление на юг. Понимаю, что всё это не шибко интересно, не подумайте, что графоман какой-нибудь, всякую хунью писать, меня и самого не очень-то прикалывает. Но поймите, так надо. Надо сложить всю картинку целиком, чтобы потом уже не возвращаться к этому. Экспресс взял курс на Киев - мать городов русских. Все эти заковыристые украинские названия меня развеселили. "Чоловичий одяг" - вы знаете, что это такое? Не догадались? Это название магазина "Мужская одежда". "Перукарня" - думаю, пекарня, что ли? Нет! Оказалось, парикмахерская. И много ещё чего. Да уж, "поганым москалям" в матери городов русских есть над чем приколоться. Прошоркал своими восхитительными, купленными за валюту кроссовками по Крещатику. Местная блатота воспринимала меня за иностранца. Оно и понятно, прикинут я был на славу. Пару раз спрашивали, не продаю ли я свои эксклюзивные штаны, но я делал вид, что ни хрена не понимаю на вкрайнской мове, и уруливал куда-нибудь в сторону, поскольку не хотелось лишиться таких умопомрачительных одёжек, да и пидзюлину здесь словить тоже не планировал.

Каждый лох, посещающий Киев, должен посмотреть Киево-Печерскую лавру. Ох, местечко жуткое, ребята. Это древний монастырь, ему тысяча лет. Офигеть! Под монастырём вырыты пещеры, в которых хоронили всяких знаменитых монастырских братков. Они валяются там уже полтысячи лет, жуткие высохшие скелеты, кошмар. Когда выбрался наружу, эти мерзкие шкелеты мне потом несколько дней снились. Днепр, конечно, широкий напротив Киева. Сам видел, как птичка не дотянула до этого берега, упала в воду и захлебнулась. Жалко было её.

Всё, с Киевом покончили. Что там дальше у нас? Ага, Одесса-мама.  Привычно переписываю маршрут и еду в знаменитый город. Поезд причалил  рано утром, и я сразу же поимел феноменальный успех. Пока в вокзальном буфете наслаждался поглощением холодного, мерзкого пирожка с ливером, ко мне подкатила местная шмара, с жёлтыми остатками синяка под глазом и предложила совокупиться за деньги. Не то, чтобы она сказала это прямо так, но из её сбивчивого монолога я понял, что ей надо куда-то уехать, а фантиков нет. Я, мол, готова на всё. В переводе на нормальный язык, это значит: готова отсосать у вас за небольшую сумму. Глядя на её почти рассосавшийся синяк, я подумал: "Да, долго же ей придётся оживлять мой член с такой мордой". Пожалел одесситку, не стал нагружать такими сложностями, всё равно, скорее всего, эта задача для неё невыполнима. Да и вообще, меня могло стошнить во время процесса, уже нагревшимся в желудке пирожком.

Короче говоря, Одесса встретила красиво. Потёмкинская лестница! Памятник Дюку! Театр оперы и балета! Порт! Привоз! Мужички, играющие в шахматы на деньги. Опять приобщился к истории.

Обратил внимание, что ногти растут с кошмарной скоростью, я задолбался их состригать, пришлось специально купить ножницы. Кто бы мог подумать? Обратно домой прорывался снова через Киев и Москву, эта странная особенность советских железнодорожных перевозок. Мне кажется, что на восток по диагонали всё-таки было бы короче. Но у железнодорожников своя странная геометрия, сумма катетов меньше длины гипотенузы.

О'кей! Вот и Казанский вокзал. На борту экспресса написано Москва-Владивосток. Ну! С богом. Пора домой. Хватит... напутешествовались!


72 Княжна.

Впереди неделя пути, и десять тысяч километров до Владика, ну что ж, прокатимся пассажиром, поглядим, каково это. Чехов в своё время добирался на Сахалин полгода на телеге, тогда не было железной дороги, жуть! А сейчас просто лафа. Ну и что, что нет кондиционера, и в вагоне температура сорок градусов! Ну и что, что неделю жопу не помыть! Зато романтики валом, колёса стучат на стыках рельсов, лепота! А за иллюминатором бескрайние пространства любимой Родины-матери. Можно сколько угодно общаться с попутчиками, навешивать им какую нибудь лапшичку на уши. Например о том как спасал пароход от неминуемой гибели. Или про секретные базы подводных лодок на Камчатке. Или про красоты сахалинской природы, увиденные остекленевшими глазами.

Где-то после Свердловска в вагоне появилась новая пассажирка. Такая роскошная восточная красавица, что просто невозможно глаз отвесть. Вообще, среди восточных женщин по-настоящему красивых не так много. Журналистишки уши прожужжали про восточную красоту, на самом деле это брехня. Основная масса - это страшные, с чёрными, измождёнными  лицами и непонятного возраста вроде бы как женщины. Вы сами часто видите таких тёток в подземных переходах со спящим младенцем на руках, выпрашивающих милостыню. Все они одинаково выглядят, будто родственники.  Но эта, с позволения сказать, тёлочка, была просто какая-то нереальная  Шемаханская княжна. Я долго исподтишка её разглядывал со всех сторон. Такие опупенные чёрно-карие глазищи, как посмотрит - обожжёт бля. Такая джокондовая, загадочная улыбка, как будто она всё про тебя знает. Про волосы я уж и не говорю: чёрные, наичернейшие, раскиданы по плечам! Жуть! Я даже смущался в её присутствии, не знал, как с ней заговорить. Но это ведь поезд, долгая дорога развязывает язык кому угодно, и поэтому понемногу общение раскачалось. Оказалось, что она студентка, медик, едет на побывку на свою родину в Узбекистан. У неё был такой необычный, милый выговор, как будто она плохо знает русский язык и как бы, постоянно подбирает в уме нужные слова, но всё равно, у ней получалось слегка неправильно, и это было так забавно. Такая манера произношения на сто процентов гармонировала с её необычной внешностью.

Например, вместо "зубная паста" она говорила "зубастая паста". Когда упал и разбился стакан, она, со своей загадочной улыбочкой, спокойно так сказала: "Ой, стакан сломался!" Всё это с таким еле уловимым акцентом. Вообще, слово "сломался" употреблялось ко всему, и к одежде, и к обуви.  Подобных словесных странностей у неё было очень много, и я был просто убит. Никогда раньше не видел таких красочных персонажей в жизни. Естественно, понемногу стал в неё влюбляться. Стал примерять её к себе в качестве жены. Конечно, другая национальность, и всё такое. Ну и что? Полно людей в браке с человеком другой национальности. Это даже хорошо, дети получаются необычной внешности, и очень часто с выдающимися умственными способностями. Вон, Пушкин, какой гений. А ведь его могло и не быть, по чистой случайности его дедушку, африканца, в сопливом возрасте подарили Петру I, как будто это какой-нибудь хомячок. В результате скрещивания этого хомячка с русскими бабёнками и появился великий поэт. Страшно подумать, а если бы того черномазого пацанёнка не привезли в Россию? И что? Мы никогда бы не услышали "Любовь ещё быть может..."? Всё это результат смешивания крови далёких расовых групп. Именно по этой причине русским царям сватали иностранных принцесс. Короче говоря, когда мы добрались до Новосибирска, я уже не мыслил своего дальнейшего существования без неё.

В Новосибирске переделал свой билет на Ташкент, и дальше мы поехали с ней вместе на её родину. Ташкент оказался обалденным городом, я был в шоке. Гигантский Алайский рынок с горами арбузов, высотой метров пять, как они наверх громоздили эти арбузы - не понять. Километры рядов сухофруктов, километры семечек. Гранаты размером с два кулака. Огромные казаны с шикарным пахучим пловом. Всё стоит копейки. Да, прибавьте, что все одеты в эти восточные шмотки.

Здоровые мужики, как ни в чём не бывало, разъезжают по улицам на маленьких осликах, задирая ноги, чтобы не волочились по асфальту. Представьте моё состояние, я попал в одну из сказок Тысячи и одной ночи. Чувствовал себя Аладдином, да ещё и с княжной в придачу. Кстати, звали мою спутницу Жанна. В то время это было крайне редкое имя. Не верил всему происходящему, это сон. Да, это всё просто мне снится! Так не бывает! Тем не менее, всё  было на самом деле.

Насладившись Ташкентом, мы поехали дальше, уже автобусом. Нашей окончательной целью был Андижан, она оттуда родом, но по дороге останавливались везде, где были её родственники. Вы ведь знаете, у этих восточных народов даже если родственник двадцатая вода на киселе, его всё равно считают как самого близкого брата, у нас, если двоюродный, это уже как бы не совсем родня. Замечали когда-нибудь, как парни восточной национальности очень часто, представляя вам кого-нибудь, говорят: - Это мой брат. И таких братьев набирается очень много, сначала я думал, что они любят приврать, а потом понял, что это в самом деле брат, но только через какого-нибудь давно умершего троюродного дедушку. По нашим понятиям это никто. Вот это и есть пресловутые родоплеменные отношения. Но, это шикарная традиция, жаль, что у русских не так.

Мы останавливались в каждом городе по дороге, и нас там встречали как самых дорогих гостей.

Она меня представляла мужем. А что ей ещё говорить? У них всё просто, если мужик даже немножко живёт с женщиной, она как бы его неформальная жена. У него может быть законная жена, но его никто не осудит, если у него появится ещё одна на стороне, или две. Религия такая. У европейцев такое не проканает, это просто любовница. У восточных всё по-хитрому, зато каждый мужик имеет много детей, всё равно все они дети Аллаха. А раз я её муж, значит, родственник. Сразу же накрывался шикарный стол, точнее, это называется дастархан, такая штука типа скатерти, домотканая, с традиционной вышивкой. Она стелется на пол, покрытый коврами, и сервируется всеми этими восточными пищевыми прибамбасами. Всяческие орехи и орешки, сладости, сухофрукты. Посреди стола обязательно лаваш, обязательно разломленный руками на куски, ни в коем случае не ножом. Вы замечали, что восточные люди никогда лаваш не режут, только рвут на куски, не вздумайте в их присутствии порезать лаваш ножом, в их глазах вы очень сильно потеряете авторитет.  И конечно чай, причём всё это обслуживают младшие дети, девочки и мальчики. Необходимо сидеть на полу, как-нибудь раскорячив ноги. С непривычки у меня после этих застолий копыта чуть не отвалились. А у них даже матёрые столетние дедушки могут часами сидеть на полу, скрестив ноги, и хлебать чай без сахара. Привычка. Чай, кстати, у них только зелёный и только без сахара. На вид это слегка желтоватая моча. Но мне объяснили, почему именно так. Оказывается, глупые европейцы всю жизнь пьют не чай, а что-то вроде сладкого травяного бульона с коричневым пищевым красителем. При добавлении сахара в чай все его полезные свойства теряются. В жуткую жару жажду там утоляют не холодной колой, а именно зелёным горячим  чаем. С непривычки на это было дико смотреть, а потом приноровился.

И ещё одна странность, по первости я на неё попался. Нахавался до отвала орешков и сухофруктов с чаем, думал, это и есть еда, но жестоко ошибся. После этого притащили огромную тарелку лагмана, а у меня к тому времени пузо уже трещит по швам. Но в следующий раз всё сделал как надо, то есть много не пихал в себя вначале и оставил достаточно места, чтобы поглотить и лагман, и ещё много чего. Порции там просто гигантские, узбеки хавают за один присест неимоверно много пищи, и как только в них это влезает. Ещё одна странность: выпивку подают, когда кишка уже набита до предела. Русские вначале выпивают, а потом уже закусывают, в Узбекистане почему-то наоборот. Но когда брюхо наполнено всеми этими восточными припарками, бухать бесполезно, алкоголь не срабатывает. И ещё - водку наливают в фарфоровые пиалы. Пить из них сущее мучение, надо долго настраиваться, чтобы не стошнило. С прозрачной посуды пить гораздо приятнее. В то время, я ещё практиковал иногда пить водку, хотя от неё не пьянел, а как-то дурел. Одуревал. Всегда вспоминал тот поганый случай, произошедший со мной на Сахалине.

Сидишь, выжравши с поллитра, вроде как всё соображаешь, а потом очень смутно всё помнишь и настроение какое-то упадочное. Дерьмо, короче, эта водка. Про каннабис я постеснялся спросить, хотя там его наверняка навалом.

Таким образом мы посетили Гулистан, Ходжанд, Коканд, Фергану, Ош и ещё какие-то поселения, названия которых у меня вылетели из головы. Вся эта череда застолий. Я запутался, где нахожусь, что за город, что за родственники? Исправно сидел во главе стола, меня немеряно пичкали жратвой. Удивлялся, насколько гостеприимный народ. Ну кто я такой? Какой-то посторонний пиздюк. Какой, нахер, муж, бля? Покажи документы, сука. Ни хрена! Встречали, как будто я президент Америки или Папа Римский. Научился сидеть по-ихнему, натренировался правильно использовать застолье, чтобы не сильно обожраться едой преждевременно и чтобы хоть как-то опьянеть. Выучил много слов по-узбекски и, в итоге, меня сильно зауважали, так как я что-то лопотал по-ихнему, сидел по-ихнему и прочая херота. Короче, понемногу сам стал  превращаться в узбека.

Между делом, у меня с моей спутницей случился секс, нас ведь селили в помещениях вдвоём, говорю же, гостеприимный народ. Пока мы добрались до Андижана, я вымотался напроч. От тостов, от встреч, от еды, от секса. Какое-то невообразимое ралли. Ещё немного, и я скончался бы от всего этого. В общем, в Андижан приехал другой человек - хохлорусский узбек. Там у неё оказались максимально близкие родственники, по крайней мере,  была её родная сестра. Хотя сейчас я сильно сомневаюсь, что это было так.

Дело в том, что с самого начала, ещё в поезде, заподозрил неладное, когда она мне сообщила, что учится на врача. Я хоть и не врач, но про медицину маленько наслышан. В отличие от меня, она не знала многого, что должна была знать, даже если бы была полной двоечницей. Мне это показалось странным, но я просто посчитал её туповатой, мало ли тупых красивых девочек заканчивают вузы на тройки, а потом замечательно пристраиваются в жизни. Всё дело в том, что она не была тупой. Значит, сделал я вывод, никакая она не студентка-медик, тут что-то другое. Но в связи с этим ралли мне некогда было особо рассуждать. В Андижане появилось свободное время, и все мои подозрения, все эти её оговорки, все эти ляпы чётко сложились в голове. К тому же, в то время, когда мы так продуктивно путешествовали, никаких каникул в вузах не предвиделось, и сессий тоже. Что-то тут не так! Кстати, звали её не Жанна, на самом деле её имя было Гюльнара. Вполне симпатичное имя, почти Гюльчатай. С именем всё понятно, всегда нерусские выбирают себе какое-нибудь славянское имя, для упрощения общения. Я знаю китайцев с именами Коля и Миша, хотя на самом деле их зовут Хоу Лу и Мао Си. Так что Гюльнара-Жанна меня не удивило.

Удивился, когда случайно увидел в её паспорте справку об освобождении из мест заключения. Ни хрена себе! Я сам не бывал на зоне и не  испытывал неприязни к уголовникам, потому как мой родной папик отбыл по-честному пять лет ни за что ни про что. Он никакой не уголовник, просто так сложилось. Никто не гарантирован от тюрьмы. И что дальше? Я вроде как уже собрался жениться на этой княжне, а тут выясняется, что и не княжна она вовсе. Сильно извинялась и божилась, что не хотела меня умышленно вводить в заблуждение. Даже всплакнула. Рассказала какую-то дикую историю о пьяной драке в ресторане, якобы в результате которой она покалечила, совсем немножко, другую девочку из-за ревности, за что и получила срок. В принципе, такое часто случается под занавес гулянки в ресторане, часто видывал и сам иногда участвовал. Но так как я вычислил её предыдущую ложь о студенчестве, то и тут уловил некоторые несоответствия в изложении ею событий.  Никаких документов о приговоре она мне, естественно, не показала.

Участие в драке - это, конечно, героический поступок, но меня посетили сомнения. Прибавьте сюда ложь насчёт имени. Прибавьте сюда ложь родственникам насчёт замужества. Эгей, брат, а не пора ли тебе отсекаться нафиг от этой княжны? Девочка погрязла в брехне, ни хуя себе жена, и чему она сможет научить моих будущих детей? В тот момент я почему-то больше беспокоился о своих детях, которых у меня ещё и в помине не было, зато яйца трещали от очень качественной, замечательной спермы, которая настойчиво требовала уже наконец-то использовать её по прямому назначению, а не просто пачкать ею простыни и стены. Короче, в какой-то момент я принял единственно здравое решение в такой ситуации - аккуратно уйти. Тем более, что опыт ухода у меня был. Всегда жаль расставаться с мечтами, но свалить от неё пока не поздно - это будет правильнее. И я стал ждать подходящего случая. Вскоре случай подвернулся, мы ехали на поезде в сторону Ташкента. Выехали вечером, а прибыть паровоз должен был на следующий день днём.

Очень рано утром, когда в купе все сладко спали, в том числе и моя несостоявшаяся суженая. Во сне она была ещё прекраснее, чем в бодрствовании, я прямо расстроился, может, зря всё это, может быть, совершаю ошибку? Но, решение принято. Не в моих правилах нарушать его под влиянием этакой ностальгической ерунды. На какой-то станции, даже не знаю её названия, вышел из вагона и, буквально растворился в тумане. Вся станция и весь посёлок был погружен в эту утреннюю дымку, чрезвычайно густую, настолько, что очертания вокзала почти не проглядывались. Быстро сориентировался в пространстве, не зря ведь по географии была пятёрка, и тут же на автовокзале, он был неподалёку, купил билет на автобус до древнего Самарканда. Грех там не побывать. Александр Македонский и не подозревал, что через две с лишним тысячи лет здесь появится ваш продуманный повествователь с небольшой сумкой на плече, с ног до головы  не вооружён, в отличие от него, и совсем не опасен.

Самарканд - это, конечно, нечто! В те времена большинство людей здесь передвигались на осликах. Общественный транспорт вроде как был но, как я понял, на нём ездили или русские, или совсем уж полные оборванцы, которые не могут позволить себе приобрести ослика. Я пребывал в диком шоке, думал, что такого уже давно нет, считал, что ослики давно вымерли или остались только в зоопарках.

Площадь Регистан - это вообще пидзец! Потрясающее зрелище, описать я вам не смогу, почитайте более красноречивых авторов или просто в Википедии. Даже на фотографиях это выглядит фантастиш, что уж говорить про меня, совершенно случайно оказавшегося здесь и обалдевшего от увиденного. Гигантский секстант Улугбека, с помощью которого этот парень пятьсот лет назад измерял координаты звёзд и определил продолжительность года с ошибкой всего в одну секунду. Капец! Как можно быть таким умным? Узнавая такое, чувствуешь себя никчёмной вшивой букашкой полностью без мозгов. Но жизнь продолжается, какой бы я ни был тупорез, надо жить дальше. "Всё будет хорошо" - продолжают твердить тупорезы на Русском Радио.

Итак, загруженный впечатлениями, я поехал дальше. Алма-Ату пропустить тоже нельзя, расчерченный, словно тетрадка, город. Рывок на Медео. Это знаменитый высокогорный каток. Побывать там, и не покататься на коньках было бы верхом дебилизма. Вспомнил своё коньковое детство.

На обратной дороге немного задержался в Ташкенте, сьел напоследок порцию плова и, через некоторое время прибыл в Новосибирск. Пошлялся по городу но, после увиденного в Средней Азии, город меня не впечатлил. Ну, большой... Ну, много людей... Осликов совсем нет. Город как город, можно перепутать с любым другим. Было очень холодно, в то время как в Самарканде вовсю бушевала весна. Валить надо отсюда, пока задницу напрочь не отморозил. Опять перекомпостировал свой мятый-перемятый билет на Владик. Достаточно уже путешествовать, пора домой.


73 Половинка.

Мне осталось только сесть в поезд, и докатиться до города моей юности под перестук колёс, но тут началась какая-то неконтролируемая херня.

К тому времени у меня уже сформировалась некая философия несопротивления течению событий. Если проще, вот такой пример. Вы же не будете плыть против течения большой реки. Это глупо и просто невозможно. Вас всё равно будет сносить течением обратно. Как бы ты не пердел, как бы ты не лез из шкуры, река сильнее, потому что она река, она большая и сильная. Можно только плыть по течению, не то чтобы как просто куча говна, а в нужный момент подгребать левее или правее. Вы, наверно, когда-нибудь замечали, что иногда, как ни старайся, ничего не получается. А иногда отказываешься от чего-то стоящего, хотя оно само идёт к тебе. Надо только вовремя разглядеть этот момент. Вовремя схватить удачу за хвост, не отталкивать её. Использовать её, раз уж она сама прёт в руки. Вы ведь не будете спорить с богом, если он так решил, то так тому и бывать.

Короче, иду я по вагону, ищу своё место, согласно купленного билета, и натыкаюсь взглядом на кого бы вы думали? Верно! На княжну, блин, Шемаханскую... Меня шибануло по мозгу. Этого не может быть! Это просто похожая девочка! Я, как бы, прошёлся мимо ещё разочек, искоса вглядываясь в знакомые черты. Без сомнения, это была она. Опупеть! На такой большой планете... Да хрен с ней, с планетой. В такой большой стране, в таком большом городе, а в Новосибирске тогда было ровно миллион жителей, случайно встретить человека, с которым меньше всего хотелось встретиться... Да ещё и билет в один вагон, в соседнее купе. У меня просто перегорели пробки, я не верил своим глазам. Что за дерьмо? Что за наваждение? Какого хрена?

Я присел, обдумывая очередной шахматный ход бога. Что бы это значило? Меня даже посетили мыслишки, что здесь какая-то подстава, что она всё это время следила за мной, ходила по пятам, и билет купила умышленно в соседнее купе. Вы ведь знаете эти приколы влюблённых женщин, они и не на такое способны. Но потом всё-таки, приведя в порядок растрепавшиеся мыслишки, пришёл к выводу, что это невозможно. Чтобы такое провернуть, надо быть таким Джеймсом Бондом. Необразованной узбекской девушке это не по силам. Значит, всё-таки бог чудит. Опять он лепит меня к ней, упорно хочет, чтобы я предпринял попытку номер два. И я всё понял, мне не надо повторять много раз. Значит, это судьба. Значит, так надо. Значит, это и есть та самая пресловутая половинка, которую я так долго искал. Вот такая вот неказистая. Мало того, что нерусская, так ещё и хулиганка, отсидевшая в тюрьме, без образования, без кола и без двора. Ещё и брехливая, как Мюнхгаузен. Зашибись! И что делать? Размышлял я не очень долго. Решил господа не гневить своей тупостью, набрал в лёгкие побольше воздуха и пошёл сдаваться. Она, конечно, тоже глаза раскрыла но я, не дав ей опомниться, по-быстрому сообщил мгновенно сочинённую историю про то, как нечаянно отстал от поезда где-то в Средней Азии, пытаясь нарвать ей букет цветов. Красочно благодарил Аллаха за то, что помог мне разыскать её среди миллионного замороженного города.

На следующей станции новоиспечённая семья вышла из поезда и вернулась в Новосибирск, дабы начать счастливую семейную жизнь. Нахера я это сделал - сам не пойму, сейчас мне кажется, я был просто безумен. Ну, это нормально? Поселиться в чужом городе непонятно с кем... Точно, я сошёл с ума! Перепутешествовал. Слишком много впечатлений. Просто они сорвали мне крышку.

Сняли комнату у очень старой бабки, где-то за рекой в частном секторе. Там недалеко ходил трамвай. Помню всё как-то смутно. Наверно, был в дикой эйфории от счастья. Купил охуенного гуся, каждый день отрезал от него кусок и что-то готовил на печке. Мы гуляли по городу, сексились конечно, жрали этого гуся, слушали телевизионные разглагольствования Горбачёва по поводу перестройки и консенсуса. Бабуся очень хвалила его за то, что он отменил алкоголь, а мне было всё равно, в то время на меня ещё не накинулась эта проклятая тяга к алкогольному дурману. Где-то с месяц мы прокантовались у старушки. Но меня ведь ждала работа, паровоз не может долго стоять под парами, отпуск подходил к концу. Надо было валить. До Новосибирска тоже добралась весна. К тому времени я более-менее оклемался от своего сумасшествия, обрёл способность опять трезво мыслить. Решили пока завязать с этой странной новосибирской эпопеей.

План был такой: я еду во Владивосток, а она подтянется туда чуть позже. Оформим отношения как положено и станем жить-поживать, коммунизм строить. В то время я ещё не думал ни о каких богатствах, но смутная мысль о каком-то мифическом прорыве продолжала преследовать меня. Советская система не учила прорывам, как раз учила другому - сидеть тихонько в норке и не высовываться, партия всё продумала за тебя. Так нафига суетиться? Только время терять. Большинство народа жили, не раздумывая, куда кривая вывезет. День прожил - и хорошо. Башка целая, в тюрьму не попал - вообще отлично. Все были одинаковые, одурманенные красной пропагандой. В то время я реально верил, что коммунизм не за горами, всем дадут по потребностям. Но сильно переживал, что эти чёртовы американцы всё портят. Какого хрена, обложились там своими ракетами, бля, только отдаляют наступление счастливых времён, предсказанных давным-давно ещё Кампанеллой.

Да уж, в башке была невообразимая каша, сейчас мне кажется, я был просто шизик. И таких двести пятьдесят миллионов. Ничего не поделаешь, железный занавес. Манипуляция сознанием. Телевидение, радио, газеты ежедневно прополаскивали мозги. И к тому же я был коммунистом, готов был пасть порвать любому ублюдку за Родину-мать. В итоге, мы разъехались в разные стороны. Я во Владивосток на работу, а она в свою тьмутаракань.


ЧАСТЬ V

74 Миром правит случай.

Вы видели фильмы Бунюэля? Этакое хитросплетение нескольких сюжетов, которые в итоге приводят к какому-то невообразимому результату. На самом деле, именно ВОТ ТУТ начало моего повествования, весь предыдущий текст не более чем подготовка  к главным событиям. Всем этим чёртовым богам показалось мало, что я в своём путешествии накуролесил, и они решила подбавить угля. Произошли некоторые, абсолютно неконтролируемые, случайные события, которые в итоге привели к бунюэлевскому невообразимому результату. Не будем забегать вперёд - всё по порядку.

Случайность первая: Вскоре после того, как я вышел на работу, меня откомандировали в Хабаровск. У них там были какие-то проблемы с кадрами, не хватало квалифицированных начальников поездов с морским уклоном, вот моей ракушечной жопой и решили заткнуть эту брешь. Я был молод, холост, лёгок на подьём, меня спросили: - Поедешь? - ну как я откажусь, это ведь смена обстановки. Надо всегда её менять, когда подворачивается возможность,  новые люди и всё такое.

Привычно взял легендарную сумку с зубной щёткой и запасными трусами и, отправился на вокзал.

Случайность вторая: Мне надо было сесть на фирменный поезд "Океан", он отправляется под музыку "Прощание Славянки" от Владивостокского вокзала в семь вечера, а утром уже в Хабаре. Если бы всё пошло именно так, то я на следующий день пришёл бы вовремя на планёрку, принял бригаду и укатил на Москву с хабаровскими проводниками. Но, тут вмешалось провидение. Я почему-то решил ехать не "Океаном", а Благовещенским поездом. Почему так решил? А помните фильм "Изменяющие реальность"? Вот, наверно, такие же типы в чёрных шляпах  как-то повлияли на меня, и я поехал Благовещенским. У меня совсем  вылетело из головы, что это обычный поезд, а не скорый, как "Океан", и до Хабаровска он плетётся не 10 часов, а бог знает сколько, останавливаясь на каждом занюханом полустанке. В итоге, я прикатил в Хабару после обеда, когда позакончились все планёрки и мою бригаду возглавил какой-то другой чувак.

Пришёл к начальству, обосраный с ног до головы, такой тупости сам от себя не ожидал. Представляю, какой там был скандал, когда этот лох из Владика не появился. Все мы иногда бываем лохами. Такого не бывает, чтобы человек на все сто процентов был лошара. Где-нибудь на охоте он рябчика бьёт в глаз, а на работе его шпыняют как последнего дурака. Или наоборот, на работе партнёров разводит как детей, а в автосервисе ему такой лапши на уши навешают - будь здоров. Так что не переживайте если что, в каждом из нас живёт и лох, и умник.

О'кей.  Попытка номер два. Дают мне другой паровоз, он отправится завтра. Ну, и что делать до завтра? Пойдём, поглядим город. Однажды уже побывал здесь, проездом, десять лет назад, совсем сопляком. Путешествовал на поезде "Орлёнок", на каникулах. Нас, комсомольцев, возили по героическим местам гражданской и прочих войн, воспитывали из нас несгибаемых последышей борцов революции. Героические места нас не сильно заинтересовали, зато увлекла возможность попробовать наконец-то настоящий алкогольный напиток. Митька предложил взять "Стрелецкой настойки", той самой у которой на этикетке мужик в красном пальто и, с топором на длинной ручке. Ну и дерьмо! Подозреваю, что в водку тупо насыпали перца и подкрасили в чайный цвет. Водка, она сама  по себе не сильно вкусная, да плюс дурацкий перец. Такое говно получилось. Но, мы с ребятами эту дрянь героически вылакали, поэтому в тот раз Хабаровск почти не запомнил.

Так вот, сейчас решил восполнить пробел и, познакомиться с этим дальневосточным мегаполисом поближе. Был солнечный день, добрался на трамвае до местного бродвея, улицы имени Лохматого Чёрта. Шутка! Имени  Карла Маркса, мужик, который никогда не стригся, этим и знаменит. Повертел головой направо, налево, и не увидел ни одного автомобиля. Как сейчас перед глазами стоит эта картинка: залитая солнцем, прямая, как штык, улица, словно вымершая. Машин нет, да и людей негусто. На меня эта картинка произвела тягостное впечатление, что-то зловещее почудилось. Сразу вспомнил град Владивосток, с его кишащей людьми и транспортом центральной площадью. Тогда ещё не предполагал, что злодейка судьба через несколько лет закинет меня сюда на долгие годы. Вечером, чтобы разбодяжить скуку и приобщиться к местной культуре, поплёлся на танцы в парк офицеров. Никаких офицеров там не увидел, зато в изобилии было очень нетрезвых пацанов, а из кустов доносило ошмётки дыма с характерным запахом ёлки. Это меня порадовало, значит, всё не так плохо, если есть каннабис, значит, молодёжь тянется к цивилизации, всё впереди у этого города. Большинство девчонок тоже были неслабо выпивши и, почему-то в трико советского производства, с пузырями на коленях. А с другой стороны, откуда им взять здесь нормальную одежду? До ближайшего моря далеко, а все приличные вещи поступают в Совдепию морем. В общем, отчалил я из этого парка, весь в размышлениях о том, как вообще можно жить в таком унылом месте и почему они все до сих пор не свалили  во Владик.

На следующий день, с абсолютно свежей башкой, в бодром настроении духа, я вовремя появился на планёрке и принял хабаровский поезд. Вечером отправление на Москоу, и всё бы пошло как обычно, если бы не ещё одна случайность.

Случайность третья: Жила-была в Хабаре девочка по имени Валя. Жила себе потихоньку, ни шатко ни валко. Закончила школу. Дальше учиться не стала, да нахера оно надо, потеря времени. Девчушка была бойкая, в институтах такому не учат. Можно заиметь два образования и остаться в дураках. В общем, она была из той категории людей, которым и десять классов слишком много. Форд, кстати, тоже был без образования, а Эдисона в школе считали полным тупнем, и таких примеров полно. Устроилась в вагон-ресторан официанткой, хотя в то время это была архиблатное место, в официанты брали по великому знакомству. Блата у неё не было, зато был характер и неплохо подвешенный язык. Она просто завалила в кабинет директора этой конторы, присела ему на ухо, и из кабинета вышла уже официанткой.

А случайность заключалась в том, что у этой девочки день заступления в очередной рейс совпал с днём её рождения. Надо быть конченой вороной, чтобы пропустить свою днюху. Стукнуло ей тогда двалцать два года. Праздновали несколько дней, вследствие этого пропустила свою бригаду, и вышла на работу в другой ресторан, тот самый, который был в моём составе.

Таким образом, все эти три случайности, привели к тому, что мне предстояло прокатиться с ней в одном поезде до столицы СССР и обратно, целых пятнадцать дней. Прямо таки бунюэлевский замес!


75 Третьего июня.

Вечер. Посадка. Как всегда, посадочное сумасшествие. Пьяные дядьки с чемоданами в руках и растопыренными глазами бегают по перрону. В Совдепии большая часть пассажиров-мужиков приходила на посадку в жутко пьяном виде. Трезвыми, неуютно себя чувствовали. Короче, привычная рабочая атмосфера. Гудок, зашипели тормоза. Всё идёт по плану. Сижу в своём кабинете, мониторю ситуацию. Вдруг со страшным грохотом открывается дверь, и прыщавая, нетрезвая тёлка с ходу начинает выносить мне мозг по поводу отсутствия коврика в купе. Да наглая такая, ни вам здравствуйте, ни вам извините. Орёт, бля, как потерпевшая. Но я и не такое видывал.

- Извините, - говорю, - Гражданочка! Это не ко мне, в вагоне есть проводник, - и с таким же грохотом, хрясь дверь обратно.

Еле успела нос отдёрнуть.Не люблю, когда пьяные, оухевшие шмары так невежливо разговаривают. Слышу, в коридоре за дверью какие-то вопли, возня. Да всё нормально, мальчишки с ней разберутся, будет ей и коврик, и всё остальное.

На другой день, проходя через ресторан по своим паровозным делам, заметил там двух офигенных официанточек. Молоденькие девчонки, такие грудастые да глазастые - кровь да молоко. Симпатичные обе, можно даже сказать, красивые. В замечательных кружевных бюстгальтерах, просвечивающих сквозь прозрачную кофточку. Надо заметить, что в те времена в вагонах-ресторанах как правило работали потрепанные жизнью, толстожопые твари с диким слоем шпаклёвки на харе. Эти две милашки, как бы, не совсем вписывались в общий тренд. Такой расклад меня воодушевил неимоверно, значит, в течение следующих пятнадцати дней будет, чем заняться. Флирт - это моё любимое хобби. Так как спутницу жизни я себе уже надыбал, то ничего Такого не планировал, просто скрасить серость путешествия. В одной из них я с удивлением признал вчерашнюю дебоширку. Сейчас она была в абсолютно трезвом виде, и с очень качественно замазанными прыщиками. Все ведь знают, что прыщики в столь юном возрасте - это признак полового созревания. Ну, если совсем напрямоту, то девочке пришло время трахаться, и чем больше, тем лучше.

Хотя мне больше понравилась её напарница. Возможно, отложился в мозгу тот некрасивый вчерашний инцидент или что-то ещё, но глаз я положил на Вику, именно так звали вторую куколку. Лифчик у неё трещал по швам под давлением восхитительных молочных желёз, размера эдак четвёртого. Ростика она была небольшого - мой любимый размер. Тазобедренные выпуклости тоже не портили общего впечатления. Всё это я заметил за долю секунды, но конечно, виду не подал, быстро прошёл мимо, холодно поздоровавшись. Вначале надо нагнать максимум таинственности, никакой фамильярности и глупых заигрываний. Нужно изобразить недостижимость обладания этим шикарным самцом, то есть мной. Чтобы они затрепетали от желания познакомиться поближе с главным боссом этого стремительного Восточного Экспресса. Так я и поступал первые два дня.

Знаете, симпатичные девочки, как правило, уже избалованы мужским вниманием. Эти грязные животные лезут к ним со своими намёками, и гнусными предложениями каждодневно, а тут такой восхитительный экземпляр, практически Джеймс Бонд, ни хуя на них не обращает внимания, даже здоровается как-то нехотя, как будто ему это неприятно. Конечно, их зацепило: "Что за фигня, так не бывает". Навели справки, вроде как не голубой. Да, к сожалению, в поездах повышенный процент педиков, так же как и на телевидении. Но за  этим красавчиком ничего такого не замечалось.

Короче, когда их любопытство достигло апогея, я соизволил присесть за столик, когда они трапезничали. Девочки заволновались, я это видел. У них сработал инстинкт самочек, близкое присутствие героя их снов будоражило, я видел, как они часто задышали, им не хватало кислорода, они почуяли излишки гормонов в моём теле. Они отвечали невпопад на мои простенькие вопросы. О, мать-природа, как хорошо быть молодым и шикарным джентельменом, я и сам волновался. Почувствовал, как в глубине моих форменных брюк зашевелился, весь в диком нетерпении, мой дружок, наполняясь первоклассными, белыми и красными кровяными тельцами группы номер два.

В дальнейшем я практиковал такие подсадки, но не слишком часто, чтобы у девочек не случилось звёздной болезни. Однажды, кажется в Кургане, набрал пирожных и угостил своих спутниц. Женщины вообще падки на всякие сладости. Это добавило мне авторитета. Ближе к Москве стал уделять им своё внимание равномерно, то есть поровну. Вика оказалось слегка зажатой, больше молчала, не отвечала на мои душевные порывы. А Валюша была более контактной, и компанейской бабёнкой, с ней было просто и легко. По прибытии в московское депо я даже угостил их шампанским. Эффектно открыл бутыль и красиво разлил. После того, как они насладились божественным напитком, огорчил их, сообщив, что это детское шампанское, просто лимонад, хорошо упакованный. И не думал, что будет такая реакция - обиделись на меня смертельно, как будто я дал им цианистый калий. Добрый совет; не наливайте девушкам лимонад под видом шампанского, это слишком жестокая шутка. Они дулись на меня весь следующий день. Я уже и сам был не рад, что так грубо пошутил.

Ближе к Новосибирску мы с Валюшей уже настолько сблизились, что практически каждую свободную минуту проводили вдвоём. Как-то незаметно я, сам того не желая, привык к ней, и даже больше - мне стало её не хватать. Похоже, флирт перерос в нечто другое. Послушайте, господа боги, нафига же так делать? Я, по вашему повелению, совсем недавно пообещал практически невинной, скромной девушке о своём намерении связать с ней свою судьбу до гробовой доски, а вы тут искушаете меня, сделав очередной неожиданный шахматный ход. А может быть, это просто проверка? Проверка на прочность моих отношений с восточной царицей, которая в это время пахала на заводе "Сибсельмаш" в Новосибирске, отрабатывая на "химии" остаток своей судимости. На этом заводе, кстати, в то время делались те самые шумные торпеды, которые не давали мне нормально спать шесть лет назад на аухенно засекреченной базе в Приморье.

В один из дней я, как всегда, шёл по составу по своим делам, когда навстречу мне попалась, как всегда сногосшибательно выглядящая Валюша. Мы кое-как разминулись в этом дурацком, крайне узком проходе вагона. Я явственно почувствовал прикосновение скользом её чудной груди, и вдохнул восхитительный аромат французких духов. Это было слишком! По-моему тактильные эксперименты на этот раз проводят со мной, бллин! Оглянулся, чтобы убедиться, что эта куколка тоже оглянулась. Наши взгляды встретились. Это и не удивительно, в таком крошечном коридоре им просто больше некуда было деваться. Именно в тот момент всё изменилось окончательно.

Сюжет усугублялся ещё и тем, что я запланировал сумасшедший финт, нереальную сюрреалистическую сексуальную встречу со своей как бы новосибирской половинкой, чтобы подбодрить её.

План был прост и в то же время гениален: надо было незаметно "отстать" в Новосибирске, позажигать одну ночь с княжной, а потом на самолёте догнать поезд в Иркутске. Проводники в штабном вагоне были матёрые волки, справятся и без меня, если, конечно, не случится что-нибудь экстраординарное. В принципе, такое часто бывало, у некоторых начальников поездов время запоя совпадало с временем заступления в рейс, и всю работу за них делали проводники штабного вагона, а к концу рейса босс очухивался. Был такой во Владивостокском депо, Огурешин Серёга, тот только и делал в рейсе, что бухал да баб трахал, всех подряд, и своих, и чужих. По этой причине у него был хронический трепак. А меня не будет всего-то сутки. Ребята справятся, я был в них уверен.

Всё бы шло по плану, но теперь в поезде оставался человек, которого сильно заинтересует моё отсутствие. Но я не очень беспокоился, считал всё это ни к чему не обязывающим флиртом. Меня и раньше ко многим тянуло, и со многими я проводил много времени, потом всё проходило, не исключено, что через некоторое время и на этот раз всё пройдёт. "Ведь в поезде круг общения ограничен, возможно мне просто показалось... это обычная, ни к чему не обязывающая игра... ничего особенного!" - примерно так я рассуждал.

Как и планировал, остался на вокзале Новосибирска и, с некоторым волнением наблюдал как хвостовые красные огни моего поезда растворяются вдали. Ну что же - понеслась! Я вскочил на белого в яблоках коня и помчался к своей избраннице. На самом деле это было зелёное такси.

В принципе, зажгли мы неплохо, но не было того куража, того изюма, которого ожидал. Я подтвердил ей свои намерения в отношении будущего, но меня начал точить червяк сомнения, а правильно ли я поступаю? Ведь там, в поезде осталась девочка, которая была ко мне явно неравнодушна, да и сам я не мог избавиться от мысли, что поступаю как козёл. Короче, в тот момент передо мной встал вопрос, дилемма, не знаю как назвать: может быть, подождать чуть-чуть, потянуть время, чтобы ситуация прояснилась. Но это сделать было уже невозможно, всё было решено и, возможно, даже выдолблено на скрижалях истории человечества, чёрт подери.

С самолётом всё получилось как по маслу. Как только я отстал, а отстал я, конечно, с паспортом и деньгами, обратился к начальнику вокзала, и мне помогли приобрести билет на завтрашний самолёт до Иркутска. Лёту там какой-то паршивый час. В итоге через сутки я встречал свой поезд на перроне и, как ни в чём не бывало, вошёл в штабной вагон. Почти никто не заметил моего отсутствия, "отряд не заметил потери бойца". Почти... но, Валюша, конечно, заметила всё, она пребывала в жутком смятении, и я даже получил неслабый удар кулаком в плечо при встрече с ней. Это было похоже на ревность, она была крайне возбуждена. Даже странно, ведь у нас с ней ничего такого не было, просто разговоры. Женщины вообще мастерицы строить планы, видимо, она там у себя в голове нафантазировала чёрт те что, наверно, и свадьбу сыграла, и детей нарожала. А женишок исчез, вот те на!

Про то, что отстал, она не поверила. Посчитала, что я с кем-то барахтался в прицепном вагоне. Якобы, меня видели с какой-то машкой. Она меня дико корила и попрекала, мол, я такой непорядочный, и говнюк, и всё такое. Было интересно слышать такое, но этим она ещё больше расположила меня к себе. Несомненно, она уже любила меня в тот момент. А я просто боялся влюбиться, слишком часто подобная хренотень перерастала в безразличие. Не хотел в очередной раз разочароваться.

Мы сидели в купе и выясняли всю эту историю с отставанием, она уже почти успокоилась, может быть, я всё-таки убедил её, а может быть, решила просто не заострять. За окном, в лучах заходящего солнца, блестел Байкал. Я читал ей что-то из журнала "Работница" - что-то об отношениях. Там часто писали разные душещипательные истории о любви. Было жутко душно, летом в поездах тех времён была очень высокая температура. Я снял с себя рубашку... Без всякого умысла. Она смотрела в окно и слушала меня. Через некоторое время предложил ей снять с себя лишние тряпочки, опять же без всякого умысла. Было очень жарко. Она выполнила мою просьбу. Тут не было ничего такого. Очень часто пассажиры сидели в купе, сняв верхнюю часть одежды, просто накинув полотенце. Снял с себя и брюки. Жара была ужасная. Ничего такого.

Продолжал читать эту белиберду, украдкой разглядывая её изумительное,  пропорциональное тело. Замечательный импортный лифчик, весь такой в вышивке, который прикрывал небольшую, но упругую грудь. Она была очень тугая, я это явственно ощущал. И тут меня, как бы это сказать, зацепило, что ли, понесло как бы, во мне проснулся шалун. У меня в таких случаях просыпается шалунизм.

Я сделал ей комплимент по поводу восхитительного, с рюшечками и узорами заграничного бюстгальтера. Но здесь уже был умысел, сознаюсь. Просто, я подумал, если затронуть такую интимную тему, как бюзик, разговор, и вообще общение, не может не стать более откровенным. А тут ещё этот восхитительный закат на самом большом в мире озере за окном. Да прибавьте это ритмичное покачивание вагона под бархатный перестук колёс. Я с умыслом сделал предположение, что это советское изделие. В те времена в магазинах продавали такое уёбищное бельё советских заводов, что носить его отваживались совсем конченые, плюнувшие на себя бабы. Она стала клясться, что такую дрянь сроду не одевала. Я, как бы, не поверил, попросил показать мне этикетку, чтобы удостовериться. Она, как ни в чём не бывало, скидывает лифчик и даёт мне. Так и не понял, кто же из нас хитрил, может быть, это я попался на крючок?

Потом мы некоторое время обсуждали тот замечательный бюстгальтер. Она описывала все его достоинства, и что у него есть так называемые косточки, которые поддерживают грудь, и что у него такие прекрасные ненатирающие швы, и много чего ещё я узнал о заграничной лифчиковой промышленности. Всё это время она сидела с неприкрытой грудью. Я как бы, не обращал на такую мелочь внимания. Хотя на самом деле исхитрился как-то вывернуть глаз, и в подробностях рассмотреть эту дико секретную часть тела. Грудь была просто восхитительной формы, раньше я такого не видел. Серьёзно. Подобные попадаются нечасто, такие, знаете, в форме морковки, остренькие, как бы вытянутые с соском на кончике. Охренеть! Я подумал: "Что-то тут не так!" Мы, практически голые, сидим в купе поезда, за окном проплывают опупенные пейзажи, обсуждаем качество какого-то итальянского лифчика. Всё это смахивает на сумасшедший эротический сон пожизненного узника Алькатраса. Я придвинулся поближе к ней, трусики наши исчезли сами собой, как бы растворились в пространстве и времени, постеснявшись присутствовать в такой ответственный момент. Хотел написать дальше: и губы наши слились в  сладострастном любовном поцелуе...

Но не стал. У какого-нибудь Александра Дюма, или Стендаля, лучше получается, мне их не перещеголять. Короче, случилось то, что случилось. Уж простите, господа читатели, дальше опять будет безобразный и глупый текст о ебле. Секс был дикий, необузданный, взрывной. Мой несчастный член, наконец, получил то, что хотел. Он кончал смачным выстрелом, но продолжал оставаться  твёрдым, как бетон марки 400, такого уж точно у меня раньше не было. Мне ничего не оставалось, как снова и снова втыкать его. Наверно, всё дело в этих морковках, они меня страшно заводили. Это была ночь какого-то сексуального кошмара. Ребята-проводники были с понятием, где-то посередине ночи, когда на поверхности озера появилась лунная дорожка, они, вежливо постучавшись, предложили подкрепиться отварной курицей. Курица была разорвана в куски и мгновенно исчезла, почти не пережёванная, в глубине наших желудков, чтобы, растворившись в кишках, добавить энергии в  измождённые организмы. Поступившая порция калорий тотчас же была израсходована на выработку свежей дозы сперматозоидов, и мы с новой силой продолжили начатое. Календарь моих супермодных Касио, показывал 3 Июня. Сколько раз я кончил, не знаю. Много. Мой пенис горел огнём, казалось, ещё немного и, пойдёт дым. Когда начало светать, мы упали обездвиженные, но даже и во сне мне мерещилось, что я продолжаю это безумное ралли и, кончил ещё раз сто пятьдесят. Но это был всего лишь сон.

От Иркутска до Хабары ехать не так много, и каждую следующую ночь это рандеву повторялось. Я боялся, что мой член сотрётся нахрен, или отвалится от такого перенапряжения.

По приезду, когда мы сдали все свои поездные дела, в городе нас приютила добрая подружка Вика. Видя, в каком тумане мы находимся, она просто не смогла нас разлучить. По инерции ещё несколько дней всё это продолжили у неё дома. И только романтическое жабье кваканье за окном услаждало наш слух. Хабаровск - это столица лягушек всего мира, каждую ночь миллионы этих тварей каркают как сумасшедшие, одновременно замолкая и одновременно начиная свою душераздирающую какофонию, как будто там, в темноте, какой-то двинутый лягушачий дирижёр руководит этим жабьим шабашом.

Но всё хорошее когда-то кончается. Тем более, что мне надо было ехать во Владик, встречать свою восточную женщину, и вести её в загс под музыку господина Мендельсона. Если честно, в загс мне уже расхотелось. Эти чёртовы Валюшины морковки стояли у меня перед глазами. Но, всё равно я, как порядочный, считал своим долгом встретить несостоявшуюся невесту в незнакомом для неё городе, объяснить ситуацию и купить билет обратно. Так поступают джентльмены. А я, несомненно, был джентльменом. То, что её бросал, это нормально, это дело житейское, ежедневно миллионы людей бросают друг друга, от этого ещё никто не умер. Конечно, состояние гадкое, чувствуешь себя козлом конченым. Смотреть на самого себя противно. А что делать? Любовь такая штука, хрен проссышь! А вообще, была ли она? Может быть, я понапридумывал сам себе от безысходности. То, что наобещал кучу дров, это плохо. Зато после этого случая никогда, никому, ничего не обещаю твёрдо. Всегда с кучей оговорок, на всякий случай, мало ли, может быть, не получится, а может быть, передумаю, и прочий всякий словесный навоз.

Сообщил я об этом и своей новой подружке, всё подробненько, кроме момента с "отставанием". Джентльмен ведь. Она, конечно, была в шоке, в дикой истерике. Точно, была в мыслях уже замужем за мной, а тут такое. Успокоил как мог, мол, еду просто, чтобы отправить девушку обратно. Но она не верила, думала, еду жениться. Всегда тяжко расставаться со своими мечтами.

Прихватил я свою сумку с трусами, и был таков.


76 Будь моей женой!

В тот момент я ещё не думал ни о какой женитьбе, ни на той, ни на другой. С Жанной я, как бы, перезрел насчёт брака, а с Валентиной недозрел. Ведь всему своё время. Я просто решил взять тайм-аут, немного отдышаться, слишком много событий произошло за короткий промежуток времени, переварить всё, обдумать хорошенько. Часто бывает, живёт человек на свете, и у него годами ничего не меняется, идут день за днём, как день сурка. Но стоит только высунуть нос в щелочку из своего бытия, чтобы разглядеть, что там, в соседней ячейке, и начинают происходить невероятные события, которые засасывают тебя целиком и камня на камне не оставляя от твоего застывшего дня сурка. Именно так у меня и произошло, ездил я на своих паровозах год за годом, и ничего не происходило, а тут вот на тебе, получай по соплям, информацию к размышлению.

Первым делом надо было решить вопрос с княжной, как то избавиться от неё. Как бы мне это было ни неприятно, но надо. Бывают такие моменты в жизни, назревает какое-нибудь паскудное дело, не хочется его делать, вообще воротит от этого, а делать надо, само оно не рассосётся.

Короче говоря, встретил я её во Владивостоке, привёз на квартиру. На другой день слегка показал город, не зря ведь ехала чёрт знает откуда, было бы невежливо выпроводить её слишком резко. Ближе к вечеру набрался духу и, рассказал ей всю гадкую правду. На девочку, конечно, было больно смотреть. Но, ведь хирурги, когда отрезают гангренозную конечность, тоже слышат маты и проклятья в свой адрес. Это был полный капздец! Не хочу даже обо всём этом в подробностях. И слёзы, и дикие возгласы, и попытки дать мне по лицу, и попытки выскочить в окно. Но я был готов к такому. Предусмотрительно, по совету своего друга Володи Высоцкого, попрятал вилки и вообще всё острое. Знал, что это только первая волна эмоций, потом человек постепенно привыкает к новым реалиям. В принципе, ничего ведь страшного не произошло, голова на месте, ноги целые. Никто не ограбил, не изнасиловал. Просто этот мудила, в данном случае я, убил её мечту. Ну и ладно, новая мечта появится, даже может быть исполнится, а может быть и нет. Мне надо было продержаться всего лишь ночь, чтобы она мне горло не располосовала... или себе... или нам обоим. Утром она была как бы немного ещё в шоке, но уже не таком сильном. Я посчитал, что она смирилась с происходящим. Посадил её на поезд до Новосибирска и посчитал свою миссию выполненной.

Но, дальнейший сюжет круто изменил траекторию полёта. Эта малышка оказалась хитрее, чем я предполагал. Быстро, однако, обрела способность соображать. Я думал, она до Новосибирска проедет как в тумане. А хрен вам! Эта хитрованка сошла на станции Угольная, там поворот на Находку, переправила билет и, покатила в гости к моей маме. Я понятия не имею, в какой момент она свистнула у меня мамочкин адрес но, девочка оказалась чрезвычайно находчивой. Слава богу, что я вовремя отшил её. Она заявилась к маме и, разыграла дикий спектакль, типа я её обесчестил, типа она беременная и всё такое. У мамы от всех этих новостей волосы на голове встали дыбом.

Сюжет, достойный Бунюэля. Ведь мама самолично подарила мне четыре месяца назад тот самый билет на самолёт до Питера. Кто бы знал, чем всё это обернётся. Когда высовываете нос из своего дня сурка, будьте аккуратнее. Мамуся была ошарашена такими новостями, уже готовилась заполучить смугленького внучека.

Понятно, что никакая она была не беременная. Если бы была, то давно бы сказала, зачем скрывать, если всё идёт нормально. Это просто был шантаж, видно, всё-таки надеялась заиметь меня в качестве мужа. Потом, поняв, что заполучить не получится, собрала вещи и укатила на запад, кому-то ведь надо делать торпеды для морского флота. После этого я её больше не видел, даже фамилии её не запомнил. Надеюсь, что нашла она себе какого-нибудь нормального узбека и прожила с ним счастливо до гробовой доски. После этого моя счастливая рожа снова появилась в Хабаре, дружба с новой возлюбленной продолжилась. Всё это время колёсики вертелись как сумасшедшие, буквально раскалились добела, взвешивая за и против, ошибиться на этот раз нельзя. Надо понять - это всё-таки моя половинка или нет? Может она быть мамой моих детей или нет? После долгого взвешивания мозг выдал результат, что лучше суженой мне не найти.

Аргументы были такие: во-первых, у неё такие редкостные, морковкобразные титечки. Это очень важно. Во-вторых, мне с ней легко. В-третьих, она не жеманится как другие, ненавижу, когда жеманятся. В-четвёртых, не клянчит подарки. Очень часто девочки начинают выдавливать из мальчугана бесконечные подарки, пока мальчик не сдуется или не сбежит от неё. В-пятых, она высокая, почти как я ростом. Значит, дети будут не карлики. В-шестых, телом она похожа на отца, а отец у неё сухой и поджарый как конь, никакого пуза, значит, и у неё пуза не будет. Не люблю пузатых, жопатых баб. Толстую не смог бы любить долго, всё это висящее мясо не для меня. А мне ведь с ней до гробовой доски колбаситься. В-седьмых, у неё есть вкус. Я сам денди хоть куда, ещё в школе был законодателем дикой моды, помните, все эти самопальные сабо метровой высоты и сумасшедшие оранжевые, опять-таки самопальные, джинсы? Было бы негоже, если бы возле меня отиралась какая-нибудь серая мышь.

Была у меня одна девочка. Хорошая девочка, скромная. Так она связала себе какие-то гетры невообразимого сочетания цветов, жёлто-сине-зелёные полосы с продрысью, всё это с пропусками петель и узлами. Ходила в этой херне по городу. И все остальные вещи у неё были такие же кошмарные. Я ей пытался намекать, а она всё удивлялась, чего это меня не устраивает? Потихоньку отчалил. Потом она звонила, спрашивала: - Что за фигня? Куда ты пропал? Не стал её расстраивать правдой-маткой, всё равно бы не поверила. Не любят девушки правду, проще что-нибудь выдумать, максимально правдоподобное.

У Валюши всё было лучшее, исключительно импортное и уматное, любо-дорого посмотреть. Брильянту ведь нужна достойная оправа, в смысле, брильянт - это ваш достопочтенный повествователь.

В-восьмых, она, как бы это помягче сказать, была нагловатая. Если полностью честно, то борзая была. Помните тот случай с ковриком в купе, так вот такое происходило часто и повсеместно в разных вариациях. Не люблю скромняжек, не доверяю я им. Однажды мы собрались в ресторан, а в те времена с этим делом было крайне дерьмово. В центре Хабары было четыре ресторана, и прорваться туда без блата было невозможно. На входе стоял, как правило, подвыпивший вышибала, аналог нынешнего фейсконтроля. Обычно это был тип из боксёрской среды, чтобы чуть что, мог вломить по башке неугодному клиенту. Обычно они говорили, что мест нет но, за рубль пускали. На самом деле места были всегда. Подкатили мы к такому парняге, она стала с ним о чём-то разговаривать. Я даже посчитал, что это её знакомый. У неё была такая манера, начинает разговаривать с посторонним челом, как будто знакома с ним сто лет. Стою в сторонке, покуриваю, был нетрезв и потому курил. Мы оба немножко выпили - а что, пятница. Рассматриваю достопримечательности улицы Ленина, тогда я плохо знал город. Слышу, накал разговора нарастает, и в тот момент, когда я повернул голову, чтобы вникнуть в суть, вижу, как тип получает страшный удар с ноги по мошонке.

Мою Валю возмутило то, что этот хуеплёт внаглую выхаривает у тружеников рельсов и шпал честно заработанные денежные знаки и, решила показать ему насколько он неправ. Твою же мать! Если он сейчас очухается, и врежет ей по челюсти, то нескоро мы попадём в ресторан. Я хватаю её за рукав и тащу за ближайший угол, хотя это было нелегко, она сильно желала звездануть ему ещё разочек для полной убедительности. Хорошо, что попала ему именно туда, куда надо, с первого раза. Мальчишка так и не появился из-за угла, думаю, что он до сих пор помнит тот жаркий, летний вечер.

В-девятых, она не писаная красавица. То есть не из тех, которых выбирают мисс хрен знает чего. У подобных красоток крыша набекрень от своей красоты, ихние мамаши все уши прожужжали, что муж её должен на руках таскать круглый день, за её опупенно неземную красоту. Кровавые когти на пальцах, макияж в три слоя и духами так политы, что глаза слезятся. Короче, к красавицам неземным у меня какое-то предубеждение. А Валюшенька - просто симпатичная бабёнка, ничего чрезмерного, никаких излишеств. В-десятых, волосы у неё на тот момент были обалденные, чёрные как смола, блестящие, такие волнистые с завитушками ниже плеч. Капец! Девочки, если хотите чтобы вас заметили, уделите максимум внимания волосам. На ногти мальчишкам плевать, даже наоборот, если длинные крючки, значит, в хозяйстве с неё толку мало. Как посуду мыть? Как стирать? Да, в конце концов, страшно свой член в такие руки доверить, как у Фредди Крюгера, поранит нечаянно, потом ремонтируй. В-одиннадцатых, ноги этакой необычной формы. В детстве они были кривоватые, и эта восхитительная чуть-чуть кривизна, немножко оставшаяся, страшно заводит. В-двенадцатых, её отец с матерью прожили всю жизнь в браке, то есть ей было у кого учиться. И вообще, сестёр у матери ещё шесть штук, это тоже хорошо. Хреново, когда человек вырастает в неполной семье, одна мамаша не сможет воспитать полноценного гражданина. Один отец тоже. Каждый должен дать ребёнку по чуть-чуть, и получится то что надо. В тринадцатых- родители у неё вроде как здоровые, никаких раков и прочей наследственной херни. То, что отец за воротник неслабо закладывает, так это не беда, зато когда трезвый - замечательный мужичок. На Руси бухать грамотно - это не преступление, это заслуга, все мы немножко алкаши. А то, что они простые работяги, тоже хорошо, у прокачанных родичей есть одна поганая черта: они считают, что подобрали жениха из мусорки, и потом при каждом удобном случае напоминают ему об этом, типа, вот мы какие благородные, не посмотрели, что ты из крестьян сермяжных.

Были ещё какие-то пункты, но это уже сейчас неважно, важно то, что я в свои двадцать семь лет уже многое знал про институт брака, и женился не с бухты-барахты, не просто по любви какой-то голимой, мифической, а путём трезвых размышлений, максимально подключив здравый рассудок и логику. Но на первом месте, конечно, была любовь, без этого оценивать всё остальное не имеет смысла. Конечно, она, то есть любовь, могла улетучиться или я мог ошибаться, но время показало, что я не ошибся. Всё это вышеописанное я взвесил в течение какой-то недели и, во второй половине июня, однажды улучив момент, прижал претендентку к шкафу в её комнате, чтобы она выслушала полностью, не вырвавшись раньше времени и, медленно произнёс, глядя в глаза: "Будь моей женой!!!" Именно так. Это был не вопрос, это было предложение-утверждение. Именно не вопрос.

Ведь например, на вопрос: - А ты хочешь быть моей женой?

Она могла бы ответить: - Нет!

Или так: - А зачем?

И что бы я делал дальше? - "А! Ну ладно, извини, я пошёл!" - так что ли?

Фраза: "Будь моей женой!" - не требует ответа. Здесь нужно просто приступить к обсуждению сроков похода в загс. Я знал, что она не против, выйти за меня замуж. Именно в тот момент не против. Возможно, неделей позже она бы уже не хотела, а неделей раньше она и не думала, может быть, об этом. Но, в тот момент, несомненно, хотела. Всему своё время. И месяца не прошло, как я отправил княжну домой, а уже принято такое судьбоносное решение. Я понимал, что это надолго, поэтически выражаясь, "до гробовой доски", не обязательно до реальной доски, но следующего брака уже точно не будет, будет только этот. То есть миссия может закончиться теоретически и раньше, когда родятся, вырастут и выскочат из гнезда птенцы. Так часто бывает, родители живут ради детей, даже очень разные люди жертвуют всем ради потомков, наверно, это правильно. Но потом, в принципе, людей ничего не держит вместе, за долгие годы совместной жизни любовь может переродиться в ненависть. Чтобы не перерезать друг дружке глотку, лучше разбежаться. Многие продолжают жить и дальше вместе, от беспросветной бедности, им просто некуда пристроить свою задницу, ведь на проданную квартиру два жилища не купить. Так и живут, как две собаки,  вроде как семья, а на самом деле просто некуда деваться. Ну, это уж совсем пидзец, лучше повеситься.

Тащил её в ЗАГС практически волоком, не оттого, что не хотела, а просто сильно волновалась, слишком стремительно всё произошло, её мозг не был готов к такому резкому выпрыгиванию из её дня сурка. "Свадьба!? Муж!? Мой собственный муж!? А-а-а-а!!!" Страшно!

Внутри этой конторы, когда увидела очередь из парочек, на неё вообще напал столбняк. Нам уже надо было заходить в комнату, а она попыталась слинять, на лестнице вцепилась в перила как клещами, кое-как её уговорил отцепиться. Пипец! Вот как бывает, оказывается. Всё закончилось благополучно, приняли от нас эту ксиву. Вышла только заминка с датой окольцевания. Я езжу на Москву владивостокскими составами, она хабаровскими паровозами, чёрт его знает, когда мы окажемся одновременно свободными. Назначили  где-то на ноябрь. Потом, кажется, переносили дату пару раз. В итоге получилось, что 10 декабря устраивает всех. Я вообще-то не любитель помпезных свадеб, нефиг пока что праздновать. Для некоторых, это просто халявная бухаловка, да и всё. Деньги просирать за здорово живёшь тоже не любитель. Зарабатываешь,  значит, корячишься целый год, твою мать, чтобы профукать за один день. Ага, ищите дураков! Вообще хотели с ней пойти в этот сраный загс, расписаться в ихнем журнальчике, да и отвалить счастливыми.

Родители не дали - "Да вы что? Такой день, бля! Как можно?" Чёрт с ними, согласились организовать небольшую пьянку. Но, только дома, и только самые близкие, никаких седьмых вод на киселе, когда собирается вся окрестная братва водяры лакнуть задаром... ну и, если повезёт, морду кому-нибудь набить. Я даже расщедрился, снял с книжки тысячу рублей, непомерным трудом заработанных в море и на железной дороге, на очень железной дороге и, подарил будущей супруге всю эту кучу баблищща. Это сейчас на тысячу рублей купишь пару пирожков, а в то время можно было приобрести подержанный автомобиль. Потом мы вместе, в Москве, на Новом Арбате, обойдя все ювелирные магазины, приобрели шикарное обручальное кольцо с брильянтами. Именно тогда я понял, что значат для женщин бриллианты. Они на всё готовы ради этих маленьких невзрачных камешков. Главная фишка в том, что эта штука постоянно растёт в цене, и не портится, и не плесневеет. О как! Короче, самый надёжный вклад.

После этого стал обращать внимание на подобные украшения на тётках. Они показывают социальное положение владелицы, или положение её мужа. Это как у военных: у полковника три звёздочки поменьше, у генерала - одна, зато большая. Так и у тёток: три бриллиантика на пальце - неплохо, но один большой камень в ухе - совсем другое дело. Ну, если и на пальцах, и в ушах - то всё, капец, важная птица. Только воришки тоже всё это замечают и мотают на ус.

Однажды случилось так, что мы ехали в разных поездах, следовавших на Москву друг за другом. Я всю дорогу знал, что моя ненаглядная королева тилипается где-то позади, в следующем поезде. А поскольку из Москвы поезд по той же самой  дороге едет обратно, то по законам геометрии они должны встретиться. И учитывая то, что Кировская дорога одноколейная, поезда должны остановиться на какой-то станции, чтобы разминуться. Я дико тосковал по своей избраннице. Я ждал эту проклятую станцию. Названия её к сожалению не запомнил, а может быть его и не было вовсе. Остановились, ждём встречный. Вот он приближается. Пыхтит, останавливается. Проводницы повысовывали свои любопытные носы наружу, все уже знают, что в этом паровозе жених начальником поезда, а в том невеста Валюша - лучшая официантка Сибири, Якутии и Камчатки. Поезд, это ведь как деревня на колёсах, всякие сплетни, домыслы, херня-мерня, любовь, измены, разборки, всё как в жизни. Я уже говорил вам об этом. Интриги похлеще, чем в театре, только на ходу. Пассажиры об этом не догадываются. Можно шикарный сериал снять. Спрыгнул на землю между поездами, сплошь, как и положено, засыпанную огромными кусками гравия. Избранница моя, гляжу, несётся на каблуках по этому кошмарному гравию - "Как бы ноги себе не переломала!" Схватил я её в охапку, закружил как сумасшедший, сорвал с неё всё, бросил на эти булыжники и совокупился под дикие аплодисменты зрителей.

Ну как? Ловко я вас наколол? На самом деле, как только мы приобнялись для интимного поцелуя, паровоз дал гудок. Машинист, паскуда, похоже, глядел в подзорную трубу. Мой состав зашипел и тронулся с места, какие там совокупления? Вот и всё, две секунды, а радости полные штаны. Ждёт, кошечка! Любит! Я это прочитал в её глазах. Любовь - двигатель человечества, любовь и жадность.

Своих родителей я поставил перед фактом, спрашивать их совета не собирался. Видел, как они живут, и поэтому спрашивать совета не было смысла. Они свою-то совместную жизнь наладить не смогли, какие там советы? Теперь оставалось познакомиться с родителями матери моих будущих детей.


77 Приключения старой раскладушки.

Эта раскладушка была крайне паскудная с виду, из тех, которые в допотопные, советские времена, имелись почти в каждой нормальной семье. Знаете, такая, сляпанная из алюминиевой трубы, с куском зелёного брезента посередине, закреплённого множеством, как правило, ржавых пружин. Её держали где-нибудь в дальнем углу кладовки на случай приезда, какого-нибудь, давно забытого родственника. Чаще всего брезент был весь в подозрительных пятнах, похожих на высохшую человеческую мочу.  Похоже все эти родственники, на радостях бухали по-чёрному на шумной вечеринке с воспоминаниями, и поэтому иногда, ночью из них вытекала излишняя жижица. Никто не попрекал. Дело житейское. С каждым может случиться. На то и раскладушка. Этакое говно, и выкинуть не жалко. Пусть он там хоть обдрищется. Высушим, отколупнём аккуратно шпателем и, она снова как новенькая. Добро пожаловать, потерянный дядя из Чмаровки!

Я кое-как втиснул её между вешалкой и стеной в прихожей. Забраться на неё сбоку было невозможно, между стеной и раскладушкой было совсем мизерное расстояние. Ноу проблем! Бывал и не в таких ситуациях. Значит, придётся заползать как червяк, с торца. Наверное вам интересно узнать, почему мне постелили как шелудивой собаке, в коридоре, да ещё на такой ухезанной раскладушке? Ну, так слушайте.

Когда я познакомился с Валюшей, после недолгих, здравых размышлений пришёл к выводу, что это и есть та самая половинка, о которой грезит вся мускулистая половина человечества. Всем нам, мужчинам, то есть самцам, однажды приходит в голову мысль о размножении, то есть о продлении своего рода. Ведь, вроде как-то, так завещал нам господин бог. Мне эта девушка жутко пондравилась! Честно. Трепаться зря не буду, самочка была что надо! Самое то, для размножения. И титечки, и фигурка, и волосики. И главное, мозгами бог не обидел. Короче я понял, что надо хватать девчулю, пока какой-нибудь серый мозгляк не выхватил из-под носа такое чудо. Но, поскольку я был уже калач прилично потёртый, обжигался пару раз, то филигранно всё взвесил, всё рассчитал. Для принятия окончательного решения требовалось оценить гениалогическое древо будущей супруги на пригодность. Это ведь грамотно? Мало ли что! Может быть там сумасшедшие все в роду, или дебилы какие-нибудь, пристукнутые мешком по голове. Не хотелось бы моим размноженным наследникам такую подлянку подстроить. Не хватало ещё нам дебилов! Вот я и прикатил сюда из Владивостока на предмет оценки дееспособности древа.

А какое там древо? Мама да папа, вот и всё тебе древо. С виду, вроде нормальные, на даунов не похожи. Ну и поставил я им, как бы, зачёт. Нормально! Пойдёт! Правда не шибко богатые, так я и сам не олигарх. Миллионов в долларах нет. Да и в рублях тоже ни черта нет. Это не страшно. В те времена все были одинаково нищие, так что без проблем.

Посидели. Выпили шампанского, как полагается. Они, наверно, мне тоже зачёт поставили. Морда у парня не тупая, значит сам миллионы заработает как-нибудь. Вот и всё собственно, смотрины закончились успешно. Все всем понравились. Только вышла небольшая закавыка, где мне ночевать? Квартирка двухкомнатная. В одной комнате родаки живут. В другой, моя избранница. Казалось бы, раз всё так замечательно, прыгай в койку к невесте, и гаси её до утра как бог велел. Однако, по протоколу, у нормальных людей вначале роспись, а потом уже гасево. Родители у неё старой закалки. Сами, небось, первый раз в загсе поцеловались. Так что, надо помозговать, чтобы без излишней нервозности. Если постелить на матрасике, на полу, в комнате девушки, тоже вроде как, не совсем прилично. А вдруг инстинкт пересилит, и наброшусь на самочку раньше времени.

Хотя мы с ней уже трахались на всю катушку, не стал пугать родителей, говорю мол, пойду в гостиницу, всё нормально. Сам думаю, потерплю маленько, страху нету. Хотя, сознаюсь честно, после этого чёртового шампанского - это же, блин, афродизиак - мой первичный половой признак, уже практически полез через гульфик наружу. Чёрт бы вас всех побрал с вашими протоколами!

И тут всплывает эта напрочь проссаная раскладушка. Не люблю я такие штуки. Мало того, что спать приходится ненормально изогнувшись, так ещё, эта хренотень имела свойство скрипеть как оглашенная. Миллион проклятых, ржавых пружинок при малейшем движении скрежетали капитально и, естественно, будили спящего, и вообще всех вокруг. Хоть я не неженка, но понял, что ночь предстоит трудная. Бросили на неё вместо матраца какое-то старое пальто и бывай здоров. Спи парень. Отдыхай!

Да без проблем. Я прошёл огни и воды, мне ли пугаться такой чепухи. Поцеловал в щёчку свою ненаглядную и отправился в прихожую. Разделся, как обычно, и заполз червяком на, скрипящую как чёрт, раскладуху. Нормуль! Рукава этого сраного пальта давят рёбра. Да плевать! Если принцесса на горошине чувствовала свою дурацкую горошину через восемь перин, так это её проблемы! А мне пофигу! Хоть щебня навалите вместо матраса. Буду спать как убитый! Но! Вот эти пружины, конечно, дерьмо полное. Да ещё такой противный скрип, хоть уши ватой затыкай. Ладно! Постараюсь поменьше вертеться, и всё будет чики-пики! Ещё чуть-чуть перекантоваться, и буду под одним одеялом со своей принцессой до гробовой доски обретаться. Как, мать твою, принц!

Вроде как, все угомонились, потушили свет. Всё идёт по плану, я уже, как бы, начал кемарить слегка, хотя первичные половые признаки, накачанные шампусом, никак не желали такой паскудной развязки вечера, всё норовили высунуться из под одеяла. Вдруг, слышу какое-то неясное шуршание. Что за ерунда? Вижу, на фоне чёрного проёма неясное белёсое пятно. Приведений здесь не должно быть... Наверно это уже начался первый сон.

- Двигайся! - сдавленный шёпот, еле слышно.

Не понял! Это мне что-ли?

И снова: - Ну, давай! Чего ты? Блин!

Неужели на мою половинку тоже афродизиак подействовал. Решила размножиться не отходя от кассы.

- В смысле? Ты хочешь ко мне залезть что-ли?- я пытался шипеть как можно тише. Стояла кошмарная тишина. Ещё чуть-чуть и нас запалят! И что они про меня подумают?

- Двигайся, говорю тебе!

У меня кровь застыла в жилах. Это просто безрассудство! Да тут если просто ногой двинуть, стоит скрип несусветный. А если моя милая ко мне взгромоздится, да ещё на этой херне начнём трахаться, по любому на два этажа выше всех соседей перебудим, не только родителей!

-Давай, давай! Ну!

Ох и половинка мне досталась настырная!

-Малышка! Ты что серьёзно?

- А что здесь такого?

-Тут  раскладушка дровяная. Ты слышала как она скрипит? - шепчу прикрывая ладошкой рот.

- Мы потихоньку... Никто не услышит!

Потихоньку!? Знаю я как это потихоньку! Ахает, в процессе совокупления, будь здоров! Даже если бы кровать была абсолютно бесшумной, все соседи в диаметре метров двести услышали бы всё. Но, на соседей мне плевать. А вот, что подумают родители, было не всё равно! В те времена я был скромный до неприличия. Сейчас бы, конечно, согласился.

- Как потихоньку? Вот слушай... - я чуть шевельнулся, раздался гадкий скрип, - Слышала?

- Они спят крепко... не бойся!

- Какой блин крепко? Да тут глухой медведь из берлоги выскочит! Где они только такое говно взяли? Её выкинуть нафиг давно пора!

В ответ тишина. Ну, наконец-то! Похоже, благоразумие победило!

- Ну, тогда давай стоя...

- Ты с ума сошла что ли?! - я представил, как в самый разгар действия включится свет и, помятая свекровь удивлённо спросит: "А что вы тут делаете? А?"

"Мама! Это не то, что вы подумали! Сейчас я всё объясню!"

Снова минутная тишина.

- Ты меня что? Не любишь?

- Ммм... Здравствуйте! Приехали! А нахрена же тогда я тут валяюсь? Если бы не любил, получше место нашёл бы!

Она всхлипнула, - Ты меня не любишь! - и исчезла в проёме коридора.

Вот те на! Как то получилось не по-людски. В самом деле... Может быть я не прав? Лежал в темноте, размышлял, и так и эдак. Вроде как всё правильно сделал. Впереди целая жизнь. Успеем ещё насладиться этой ерундой, дурное дело нехитрое. У женщин, мозги, конечно по-другому работают. Логика совсем не такая как у нас, сложно их понять. И к тому же, надо уже с самого начала поставить её на место. Показать, что я умею принимать решения, что я не какая-нибудь податливая тряпка. Вот в таких, тревожных мыслях я заснул и, снился мне длинный цветной сон, как гасились мы с ней всю ночь напролёт во всех мыслимых и немыслимых позах почище камасутры. Так что, можно сказать, я ничего не потерял, зато удержал марку перед родаками.

Февраль, 2014 год, Тайланд. Наши дети выросли. Сами уже вовсю размножаются. Мы с супругой в Патайе, бредём под знойным солнцем по пляжу, в поисках подходящего шезлонга недалеко от полосы прибоя.

- О! Смотри! Вон подходящие раскладушки!.. - я ткнул пальцем, - Вон... возле толстой пальмы...

Немного помолчав, она меня спрашивает: "Скажи честно, почему ты тогда меня отшил?"

Я сразу понял куда она клонит. Крайне быстро соображаю.


78 До гробовой доски.

Наступил долгожданный день свадьбы, все женщины об этом мечтают с пелёнок. "Неужели я невеста? Трындец! Фата! Ужас! Не верю!" Во Владике специально сгоняли на барахолку, и купили изумительное японское платье, за какие-то немыслимые деньги. Такое серебристое, переливающееся, похожее на костюм Ихтиандра.

С водкой в те времена были проблемы. Проблемы были не только с водкой, а вообще со всем, но мне нужно было много водяры для празднования. Был такой прикол при Горбачёве, он назывался чайная свадьба. Вместо бухла гости пьют чай. Весело, слов нет. Но, я был не настолько дебил, чтобы так нагадить гостям. Как-то умудрился насобирать талонов на водку.

Да, друзья, выпивка была по талонам, жуткое было время. И накупил на эти драгоценные бумажки бутылок пятнадцать водяры. Проклятая страна, постоянно какие-нибудь проблемы возникают на пустом месте. И со всеми этими бутылками прикатил девятого числа в Хабару.

Город встретил жутким морозом под тридцать градусов, для моего теплолюбивого организма это кризис. По мне так уж лучше пусть жара, пусть я буду истекать потом, зато копыта не отморожу. Здесь гиблые места, вот поэтому цивилизация зародилась в Греции, поближе к пальмам. Сюда отправляли всяких отморозков на перевоспитание, а я добровольно из почти субтропической Находки приволок свою знатную, просоленную, тихоокеанскую жопу в это проклятое место. Любовь - это вам, братки, не тяп-ляп!

На удивление всем метеорологам мира, десятого декабря 1987 года в Хабаровске была плюсовая температура. Ребята, это полный капец! Если не верите, посмотрите в интернете архив метеонаблюдений в Хабаре. Девятого я проморозил все свои внутренности, а десятого растаял снег и потекли ручьи, то есть именно в день свадьбы. Больше такого не было ни до, ни после моей свадьбы, ну, как тут не поверить в провидение, значит, точно "до гробовой доски".

Одиннадцатого числа опять звезданул минус, и я видел в окно отца, который бродил как неприкаянный по заледеневшим лужам во дворе в неприлично трезвом виде, и мне было стыдно за нашу смешную державу, что не смогла даже обеспечить опохмел герою русско-японской кампании после свадебного застолья единственного сына. Водки, конечно, не хватило. Её в нормальные то времена не хватает, а здесь и подавно. Бог сделал всё, что мог, температурой обеспечил, а вот градусом - нет.

На свадьбе особо зацикливаться не хочу. Ну, собралась там некая кодла хабаровских родственников жены, многих из них я видел первый, и последний раз в жизни. Да, к сожалению, у русских есть такая фишка - нелюбовь к родственникам. Зависть, в принципе, нормальное чувство, но у русских оно настолько гипертрофировано, что перерастает местами в ненависть ко всем родственникам, просто так, непонятно почему, особенно к тем, которые добились успеха.

Нет, ну если он страшно нищ, то ненависти нет, его даже любят, но якшаться не желают. Потом, чуть позже, я понял, что все они прикатили на свадьбу, чтобы пожрать и побухать бесплатно. И на том спасибо. Про себя они жалели меня конечно, но виду не подавали. В их среде Валюша считалась хреновой бабёнкой, потому как осмеливалась, даже в мелком возрасте, критиковать их халявные наклонности. А люди этого не любят. Никто не любит критики в свой адрес и, тем более от какой-то несмышлёной девчушки. Они почему-то считали, что она пропадёт в навозе, потому как без высшего образования - по их понятиям, это страшный недостаток.

Они-то все образованные оухительно, да только грамотность не пошла им впрок, как были голь перекатная, так и остались, только время зря просрали! А Валюшенька была просто прорывная от природы, терять время на какие-то институты не собиралась. Её и так ждал успех. Выскочить замуж за такого опупенного хлопца как я - это, несомненно успех.

Но, ничего этого не поняв, и не заметив, гости, напившись и наевшись, спокойно разъехались на общественном транспорте по своим пещерам, обсуждая, как же так ловко Валька охмурила этого простачка, и интересно, что же будет дальше? Бабы слегка разволновались, увидев свадебное колечко с семью бриллиантами на безымянном пальце, но посчитали это случайностью и, однозначно, недалёкая парочка просерет все эти богатства в ближайшее время. А парочка, не зная о таких говнистых предположениях, стала жить-поживать, да и добро наживать.


79 Скоро стану папой.

После свадьбы разъехались не только гости, но и супруги. Женишок покатил заступать на московский поезд во Владике, а невеста тоже на московский, только в Хабаровске. Так и катались ещё полгода, в разных поездах.  Да разве это жизнь? Что за семья такая недоделанная, и как теперь детишек делать?

Делали их примерно так; на зимних каникулах, в те времена, существовал туристический поезд для школьников. Пионеров возили по региону и показывали героические места, воспитывали патриотизм. Волочаевская сопка, боевые ночи Спасска, первостроители Комсомольска, памятник погибшим защитникам острова Даманского, тот самый, который президент то ли Путин, то ли Медведев подарил китайцам. Ништяк, мальчишки рвали жопу, защищали Родину, бллин, положили там жизнь свою молодую и, на тебе: забирайте острова, маоисты, землицы дохуя ещё, становись в очередь кто не ленивый. Так вот, этим воспитательным паровозом я руководил под Новый год. На посадке все эти школьники выглядели подозрительно весёлыми, по-любому успели хапнуть стрелецкой горькой, с мужиком в красном кафтане на этикетке. Я и сам не так давно путешествовал на таком поезде, тоже изучал боевые места революции. А теперь, волею судеб, оказался атаманом этого сброда болденьких пацанов и девчонок, на Новый год оказавшихся  пассажирами моего революционного паровоза, вперёд лети, сука - коммуне остановка, ёп!

Жена была в тот момент свободна, и когда мы сделали остановку в Хабаровске, её прекрасные булки, в смысле попа, опустилась на шконку в моей капитанской рубке новогоднего революционного дредноута. Это был хоть и не бронепоезд, но суть та же, напичкан под жвак последышами революционеров, преемниками дела партии и народа, хоть слегка нетрезвыми и, может быть даже чуть-чуть накуренными но, прочно уверовавшими в победу коммунизма на всей планете. А ваш бравый повествователь, как раз коммунист в третьем поколении, руководил всей этой бандой.

Особо не лез в мероприятия молодёжи, у них там были свои вожаки. Программа была одобрена на очень высоком уровне, наверняка, был замешан сам товарищ Горбачёв. Моё дело, чтобы колёса крутились без запинки. Но когда в вагоне оказалась супруга со своими чудесными булочками и морковками, мне вообще стали до лампочки все их пропагандистские увеселения.

Что ещё можно делать с молодой женой, имея в распоряжении своё собственное купе? Как говорил великий учитель и вождь всех народов великий Ленин: трахаться, трахаться и ещё раз трахаться. Может быть, грубовато сказано, зато правдиво. Мы выполнили завет учителя, возможно, даже перевыполнили. Из этого кабинета практически не вылезали. В юности эрекция - это как болезнь, не проходит и не лечится. Надо использовать её, пока есть, потому  как потом её может не быть. Таким образом, посещая все эти революционные места, паровоз доехал до Комсомольска, куда-то ещё, чёрт его знает куда и, на обратном пути, через два дня, я решил высадить суженую, так как работать с молодой женой на борту никак не получалось. Ситуация на бронепоезде выходила из-под контроля, руководитель погряз в морковках. Чтобы не попасть в беду, принял волевое решение: высадить супругу со всеми её булочками и прочими соблазнительными штуками.

В тот момент мы очень сильно повздорили, она обвинила меня в том, что я её не люблю. Но все эти уловки не возымели действия. Ребята, если приняли решение - выполняйте, таков закон природы.

Была глубокая ночь, на платформе Хабаровского вокзала никого не было, кроме дичайшего мороза под сто градусов. Даже йобаные заправщики водой не появились по приходу поезда, и мне пришлось самому заправлять штабной вагон. Поскольку я хреново разбирался во всех этих вентилях, то меня неслабо окатило водой и, моя "аляска" тут же, заледенев, превратилась в подобие космического скафандра, покрытого сантиметровой коркой льда, с хрустом переламывающегося на сгибах, и отпадающего кусками  на перрон. Жена стояла неподалёку и наблюдала всю эту футуристическо-сюрреалистическую картину. Наверно, ей было меня жалко, но ещё более жалко было мне себя самого. А куда деваться? Работа есть работа. Несмотря на жуткий мороз, под скафандром была сумасшедшая эрекция. Супруга на меня тогда сильно обиделась, до сих пор попрекает.

Так мы прокантовались, каждый на своей работе в своём городе, до весны. Детей в таких зверских условиях зачать не удавалось, хотя не было никаких презервативов и сперма попадала, куда надо. Я уже стал подумывать, что у меня или у неё что-то не так с этими интимными органами. По идее, после стольких совокуплений без презика, можно было осеменить целую дивизию бабёнок.

Да и семейная жизнь какая-то походная. В общем, пришёл я к выводу, что пора бросать якорь с этой рельсошпаловой работой. Искать другую работёнку и забирать суженую во Владик. Только где жить? Ни кола, ни двора, и вообще ни хрена у меня нет. В июле оба взяли отпуска и прикатили в Находку, вроде как в свадебное путешествие. Маманя, конечно, была рада, что сынок остепенился, ей осточертело выпроваживать из квартиры всяких непрошенных юркиных подружек. А здесь всё чин по чину, печать в паспорте и всё такое. На радостях оставила нам своё однокомнатное гнёздышко, а сама на время переселилась к папе Лёне, он жил неподалёку. В то время они были разведены во второй раз. И принялись мы усиленно клепать этого никак не желающего зачаться бэбика. Квартирка была небольшая, но уютная. Если подняться на сопочку и пройти вниз ещё с километр, можно попасть на изумительный пляж Читувай. Так мы и зажигали, ночью зачинали шпанюка, потом подушку давили до  обеда и, выспавшись, валялись на песке этого замечательного пляжа, временами охлаждаясь в голубой, прозрачной водичке залива Америка. Это было шикарное время. Всё-таки, Находка в то время был лучший город Земли.

Когда было совсем уж лень шлёпать до моря, просто поднимались на крышу и загорали там, обливаясь потом. В один прекрасный день Валюша стала ерепениться: - Не пойду я на море! Мне что-то плохо. Ну, и всякие остальные женские хитрости, типа, чтобы меня  поставить на место. Это я так подумал.

Ни хрена! Мною крутить не получится. Не хочешь на море - ладно, я пойду один. Пришлось ей шагать вместе со мной. В итоге, пока мы пытались прорваться к океану, она проблевалась капитально. И тут меня осенило, я ведь не дурак: "Да она беременна!" Видимо, там внутри её происходил процесс внедрения моего самого хитроумного сперматозоида в её единственную яйцеклетку, всё-таки лето и море дали себя знать, долгожданная беременность наступила. Ну, бллин! Держись мир, скоро я стану папой! Это будет сын! Я не сомневался! Конечно, я хотел сына. Все хотят сына! Ну а потом можно дочку, даже желательно её, чтобы разбавить этот жестокий мир женскими мягкостями. На следующий день её снова тошнило, значит всё-таки малышка и вправду залетела. То, чего мы собственно добивались весь последний год.


80 Сосите вы банан.

Ну, что ж, появились новые заботы. Естественно, ей надо будет перейти на более спокойный труд, чтобы не дай бог, не скинуть долгожданного засранца. Да и мне надо валить из этого сумасшедшего дома, рассадника долбоёбов и придурков. К тому времени железная дорога мне уже дико осточертела. Бухие дембеля, пьяные проводники, замороженные трубы и прочий навоз. Этот сон в полуха в одежде и в дерьме. Чувствовал, что ещё немного, и у меня свалится крыша от всех этих железнодорожных приключений. Я уже вполне созрел, чтобы послать всё это к чёртовой матери.

Написал заявление, мол прошу уволить меня по собственному желанию, так как вы все заколебали меня капитально и, шли бы вы нахер к той матери. Но до сих пор, проходя мимо поезда зимой и, чувствуя этот характерный запах сгоревшего угля, меня охватывает ностальгия по тем временам. Как-никак, в поездах отработал почти пять лет. В этом месте я поступил не очень благоразумно. Сначала надо было найти работёнку, ведь у меня есть семья - пузатая жена, надо быть посерьёзнее, а я по старой холостяцкой привычке просто тупо свалил. Ну, и где теперь нам  всем жить, на какие такие шиши существовать?

Хорошо, что у меня поблизости оказался брат. Да! У меня есть брат. А что? У таких ублюдков как я не может быть брата? Ну, правда, двоюродный, то есть сын сестры моего папика. Просто, до этого не было повода его упомянуть. Совершенно случайно у него пустовала шикарная квартира на Сельской. По правде говоря, не очень шикарная, и не очень квартира, просто небольшая комнатушка площадью 12 метров, зато с коммунальными услугами. Братан, с барского плеча, кинул мне её на неопределённый срок, всё равно там никто не жил. А вскоре я встречаю своего кореша Кольку Панина, да-да, того самого Скалозуба, которого я перевёл на второй курс, подделав ему практически все зачёты и экзамены. С того времени прошло около десяти лет. Колян зря времени не терял, за это время он успел дорасти до начальника строительного участка. Он не забыл мой благородный поступок и, пригласил  к себе в контору на работу. Тогда в моде было словечко "хозрасчёт". Так вот, участок был хозрасчётным, то есть, якобы существовал на самоокупаемости. Ещё точнее, был рентабельным, если совсем уж употребить современный бизнес сленг.

- Квартира? Да как два пальца обоссать! - Колька пообещал, что хату я получу к весне.

- Херня, всё ништяк Бэр! Я же ведь не чмо какое-нибудь, ты мне добряк, и я тебе добряк. Да я твой должник по гроб! - примерно такие  песни он мне пел. На словах всё выглядело красиво, только я забыл, что в институте у него было любимое выражение - "сосите вы банан". Он и сейчас его частенько использовал на планёрках.

Всё идёт вроде как неплохо. Крыша над головой есть, работа есть, зашибись. К весне квартира будет, и вот оно, счастье, валит, успевай только грести лопатой. Начал я у Скалозуба простым слесаришкой, а потом через месяц пошёл на повышение, аж мастером. Дерьмо конечно, зато работа не такая пыльная, как в море или на железке. Шесть строительных обьектов: асфальтирование дороги, перекрытие крыши, ремонт квартир, короче, всякая ерунда, ничего сложного.

Колян был паренёк особого покроя, если надо было где-то чего-то спидзить для дела, то запросто. Я тогда был не в курсе насчёт этого. Например, Скалозуб командует: "Бэр, гони срочно на Русскую, забери там наши плиты, я договорился. Вот тебе кран, вот грузовик. Нужно их быстро притаранить в Рыбный порт".

- Ну конечно, босс! Без вопросов!

Я его задание выполняю быстро и качественно, а потом краем уха слышу, в тресте два мужика разговаривают: "Представляешь! Какая-то падла у меня все плиты на стройке спидзила. Мне надо этаж перекрывать, а нечем теперь. Бля, узнаю кто, рога поотшибаю".

Насчёт рогов - это неправда, никогда у меня этой дряни на башке не было, даже обидно такое слышать про себя. Ну, и много ещё разных Колиных операций, в таком же примерно духе. Короче, сосите вы банан!


81 Приключения младенца.

Весной моя ненаглядная супруга преподнесла первенца. Её увезли в роддом 12 апреля. Кстати тот роддом находился в районе фуникулёра, как раз там, где сейчас начинается мосто через бухту. К сожалению его снесли, не осталось и следа, но я то знаю что он стоял аккурат у вьезда на Золотой мост. Неплохая привязка, не правда ли?

Так вот; я тогда подумал: "Вот те на! Неужели родится в день космонавтики!" Но, проходит пару дней, а пацан не вылазит. Всё понятно, значит, родится в один день с Чарли Чаплиным... тоже неплохо! Проходит ещё пару дней! Тишина! А если в один день с вождём всего пролетариата? Вообще зашибись! А вдруг в день рождения Гитлера? Не хотелось бы! Но 16 числа появился на свет долгожданный малец, мой сын. Настоящий! Мама родная! Мой собственный сын! Я папа! Капздец! Неужели, я наконец-то размножился? Примерно такого же веса и примерно такого же размера, как я сам в момент появления на свет божий. Начались все эти младенческие хлопоты. Вся квартира была увешана пелёнками. В те дикие времена ещё не знали слово памперс. Пелёнка - это обычный кусок сатина, им перематывали шибздика и, он туда писал каждые двадцать минут, и какал такой жёлтенькой дриснёй, с запахом прокисшего молока, каждые сорок минут. Все эти тряпочки, конечно, не успевали высохнуть и, поэтому неимоверное количество пелёнок сушилось на верёвках, натянутых туда-сюда по всей квартире.

Пока я зарабатывал фантики на этой чёртовой стройке, супруга выбивалась из сил, без конца меняя обоссаные и обдристанные пелёнки. Только и успевала кормить Дмитрия Юрьевича своими собственными титьками, которые в связи с такой ситуацией уже перестали быть похожи на морковки, а больше походили на приличные дыньки, напрочь заполненные первосортным молоком. Молоко её железы вырабатывали в огромных количествах, она даже сцеживала часть и отдавала какой-то непутёвой соседке, у которой ввиду чрезмерного курения, и злоупотребления алкоголем, молока не было совсем. Димка сосал хреновато, и всё время норовил заснуть с соском во рту, приходилось его приводить в чувство, слегка щипая за нос. Приходя с работы, я видел, что супруга еле ноги волочит после этих дневных упражнений, поэтому старался ночью подпрыгнуть, и накормить его, заранее сцеженным молоком, чтобы она хоть чуть-чуть поспала, чтобы были силы для следующего дня наслаждений материнством.

Но не прошло и месяца, как на нас свалилась беда. Слышали когда-нибудь про "мастит" - именно эта дрянь поселилась в её чудных титечках. Мастит, это когда в груди остаётся молоко и, как бы, начинает там бродить... ну или типа киснуть. А лучше посмотрите в интернете, я в этом вопросе хреновый специалист. Короче, всё молоко стало там у неё в сиськах колом, они стали твёрдые как камень. Боль адская, температура повысилась. А мы-то не знаем, что это за фигня такая. Хорошо, что другая соседка, путёвая, подсказала: " Пиздуйте быстрее в больницу, иначе можно титьки потерять". Ёпрст... Ещё чего не хватало? Не хочу я потерять такие чудесные, дынно-морковочные титечки, да я сам ещё не успел насладится ими. И вообще, как я буду жену лапать? Нет, не согласен!

Срочно вызвали скорую, и увезли нас всех троих на оухенной скорости в больницу на Первой речке. Было уже далеко за полночь, в приёмном покое шмары в белых халатах с недовольными, заспанными мордами кое-как, нехотя оформили её, а нам сказали валить нахер, типа, больную оставляем здесь, а вы, два здоровых коня, здесь нахер не нужны. "Да пацану всего-то двадцать дней от роду, какой же он конь?" - пытался я их увещевать. Бабы ни в какую, валите - и всё тут! Плюнул я на пол, размазал хорошенько, обозвал тёток очень грубыми словами, забрал свой свёрток и вышел в ночь, со всей силы шарахнув дверью. Ну, и что дальше? В карманах ни копейки, так как вылез второпях в каком-то домашнем трико. Да хоть бы даже они были, на дворе три часа ночи, все нормальные спят. А  ненормальные с младенцами на руках по улицам шароёбятся. Ни одной машины, естественно, нет.

Я догадался, что придётся пидзовать с Первой речки пешком до Некрасовской, а потом по Военному Шоссе до Сельской. На календаре начало мая, во Владике в это время по ночам не шибко жарко, и даже очень прохладновато. Мне-то ничего, я не боюсь этой лажи, морская закалка. А вот как бы малой не замёрз, твою мать! Надо как-то согреть кровинушку своим отцовским теплом. Прижал я свёрток со спящим комочком поплотнее к телу, пятки засунул в свои подмышки и рысцой ломанулся в сторону Некрасовской в надежде на то, что какой-нибудь добрый самаритянин остановится, и подбросит папашу с новым сыном. Изредка проверяя маленькие пятки, размером как подушечка моего среднего пальца.

Самаритян не нашлось, несколько раз попадались машины, один раз даже менты проехали на воронке но, никто не остановился. Даже ментов не заинтересовал тип, который с подозрительным свёртком очень быстрой походкой шагал по абсолютно чёрному Военному Шоссе в направлении  Баляева. Но с милицией я и сам не хотел близко контактировать, так как у меня издавна к ним появилось какое-то предубеждение. В общем, пришлось мне шлёпать до самой Сельской пешком, не знаю точно, какое там расстояние, но в четыре утра я уже был дома. Лосёнок проспал всё это время на руках, сильных папиных руках. Ничего, сынок, прорвёмся, назло всем злобным тварям прорвёмся. И не такое видали. Ты мой наследник, ты моя третья часть, сына. Измученный, я заменил ему пелёнки, он по дороге пару раз нассал и слегка надристал, но продолжал сладко спать. Наверно, его усыпляло мерное покачивание при каждом шаге и тепло пахучих папкиных подмышек. Снилась замечательная маманина сиська, полная парным, сладеньким молоком, без всяких консервантов и красителей.

Утром малец стал страшно орать, хотя я заменил ему пелёнку на сухую. Догадался - наверно, проголодался, приснившаяся сиська хоть и замечательная, но не сытная оказалась. К восьми часам позвонил Скалозубу и сообщил, что на работу выйти не смогу, так как остался с пацаном вместо матери. Колька проявил неслыханную заботу, не стал в этот раз кормить меня бананом, что было нехарактерно для него, прислал мне двух наших девчонок, которые уже были мамками, чтобы помогли разобраться что к чему... ну, типа, как кормить-поить мелкого. Сгоняли в магазин, взяли какие-то смеси, разболтали всю эту хрень с водой. Димка молча сосал и таращился на нас удивлённо, наверно, почувствовал подмену, но в силу мелкости не мог сообразить, что бы это значило: вместо тёплой титьки - какая-то стеклянная колба. Насытившись, он ещё раз обоссался, сказал "агу" и отрубился, в смысле, заснул. Ну, и ладненько, не так всё сложно оказалось, можно и без мамаши, оказывается, обойтись.

А Валюша тем временем загибалась в больнице со своими каменными титьками. Слава богу, там оказался специалист по массированию женских маститных грудей. Вот работёнка! Каждый день только и делает, что массирует тёлочкам сиськи... зашибись... мне бы так. Но это только кажется, что каждый балбес справится. На самом деле, надо знать строение желёз и всё такое, делать строго по правилам. Парняга старался, она потом рассказывала, какая была зверская боль, это была реально пытка. Я даже слегка прослезился, слушая её - какое счастье, что родился мужиком! Какая-то минутка удовольствия от оргазма, а потом ебись с этими внематочными беременностями, абортами, сохранениями, маститами и прочим, прочим, прочим навозом. Да ну нафиг! Не канает! Мужиком быть всё-таки лучше.

Кажущаяся лёгкость воспитания без мамки оказалась обманчивой. Есть-то он ел эту смесь из колбы, да только перестал валить, в смысле, какать, в смысле, дристать. Проходит день, какашек нет. А я не беспокоюсь - отлично, зато мне меньше стирать! Проходит второй день, какашек нет. Хммм? Что бы это значило? Может быть, это такая шикарная смесь, что впитывается полностью без остатка? Хрен его знает. Но пацан стал какой-то беспокойный, спит плохо и мало, стал орать подолгу. На третий день у меня уже бубен трещал от его воплей. Да что за лажа? Что творится? Побежал в детскую консультацию, благо она была в соседнем доме. Врачиха меня "обрадовала", сказала что надо резать, иначе там кабздец начнётся, заворот кишок и ещё какой-то бред. Закидала меня кучей всяких медицинских терминов, ух какая была начитанная!

Ни хуя себе! У меня волосы дыбом подскочили! Резать такую малютку!? Вот этими ихними нержавеющими тесаками? Да вы охренели, что ли, уж лучше меня режьте, разве можно такое мелкое существо тесаками? Я, конечно, после её речей пребывал в диком шоке. Побежал обратно домой как оголтелый. По дороге мне попалась соседка, не та, которая непутёвая, а другая, нормальная. Наверно, мой вид с выпученными шарами и перекошенным ртом её заинтересовал.

- Что стряслось, сосед?

Я вкратце ей обрисовал весь ужас положения. Но, бабёнка оказалась довольно-таки смекалистая. "Не ссы! - говорит, - Пошли!"

Пришли ко мне домой, она взяла кусок мыла, сделала из него водно-мыльный раствор. Всю эту фигню запулила в спринцовку и, засандалила конец спринцовки Димасу в зад. Эге! Круто! Можно даже сказать, практически трахнула его в задницу. Я стою, помалкиваю. На всё согласен, лучше уж так, чем тесаком. Выдавила всю эту жижу внутрь него.

- А теперь, - говорит, - держись парень! Да прикрой ему зад пелёнками поплотнее, иначе будешь потом неделю тут всё отмывать!

Я сделал, как она велела, и как раз вовремя. Через минуту внутри у него забулькало, заурчало, да как стрельнет, точно как пробка от шампанского. Вылетела трёхдневная порция пидзатых какашек, но я держал щит из пелёнок крепко, самого чуть не снесло. Был страшно рад, слава тебе господи, но богу было насрать на наши беды, верно говорят: "А сам не плошай". Спасибо тебе, добрая самаритянка, не запомнил даже твоего имени. Вот тебе и врачи, твою мать, образование, видишь ли, у них. Представляю себе, как бы они разворотили ему своими резаками там все внутренности.

Так я потом и поступал каждый раз, когда возникала угроза закупоривания маленькой, но симпатичной  жопки. Через пару недель супруга вернулась ещё более здоровая, чем была, с бесценным багажом опыта в голове, ведь в больницах постояльцы всегда делятся своими познаниями в области медицины. Побывать в больнице значило примерно то же, что окончить курсы, или пройти тренинг по медицине. А Валя из тех, кому легче воспринимать информацию вербально, с текстами она не дружит, точно как Роберт Кийосаки. Правда, тогда этого ещё не знал. Я, как и прежде, подскакивал ночью, чтобы облегчить супруге дневное существование.

Однажды Димка никак не хотел засыпать, кряхтел, вертелся, хотя был сухой и сытый, и теоретически, по всем понятиям, должен был давно спать. В тусклом свете ночника я заметил у него на теле подозрительные, красные пятна. Оп-па-на! Что за фигня? Включаю свет поярче - мать честная! Несколько волдырей, похожих на укус комара. Но, комаров в мае нет. Я не из простачков, сразу вспомнил, как нас атаковали клопы во времена проживания в курсантской общаге. С этими тварями очень сложно бороться, они очень быстро передвигаются по простыням. Просто вжик, вжик, как молния, даже глаз не успевает уловить. Была отрава в баллончиках но, мне кажется, она на них не действовала. Они вроде как отрубались на время, а потом снова очухивались. Известно, что эти поганые насекомые, когда им нечего жрать, как бы высыхают, и так пережидают тяжёлые времена. Как только поблизости появляется кровь, то есть ваше смачное тело, наполненное двумя вёдрами шикарной крови, они оживают и начинают вас пить. Похоже, такое случилось и сейчас, в этой квартире постоянно никто не жил, поэтому они впали в спячку, а тут появилось целых четыре ведра изумительной крови, вот они и очнулись.

Стали мы проверять догадку, ворошить матрас но, эти суки слишком быстро бегают. Пока я включал свет да простыни шевелил, они, наверно, разбежались нахуй по щелям в кроватке. Да, эти шакалы любят забиваться в узенькие щёлочки, тело у них плоское, примерно как у камбалы, и толщиной меньше миллиметра. Вроде, всё чисто, никого нет. Валя уже психует, что я затеял, типа, возню посреди ночи и всё такое. Ни хрена! Они тут, эти скотские животные, знаю их повадки, сидят где-то, затаились, волки позорные. Кроватка стоит у стены, на стене висит ковёр, в советские времена у каждой порядочной семьи на стене должен быть ковёр, а в серванте должен стоять хрусталь, не дай бог этого набора не будет. Отодвигаю кровать, оттопыриваю ковёр.

А-а-а-а-а-а-а-а! ! ! Капец!!! Этих пидорасов там видимо невидимо. Ё-моё!!! Я их начал тупо давить и жечь из огнемёта, то бишь зажигалкой. Много полегло, но и слиняло тоже немало. Бедный ребёнок, эти ублюдки питались моим сыном почти месяц, самое странное, что нас не кусали, наверно, наши потёртые, несвежие тела им были не по вкусу, а этот хомячок в самый раз. На следующий день купил самую ядрёную отраву, и протравил все укромные уголки, где они могли спрятаться.


82 День строителя.

А тем временем Николай Анатольевич втихаря от всех нас, тех, кому пообещал хату, создал строительный кооператив. Тогда как раз был самый разгар кооперативного движения. Переоформил туда всех наших работяг, и заодно спидзил из конторы всё, что можно было. Стулья, столы, печатную машинку секретарши и саму секретаршу, инструменты, стройматериалы, многие из которых числились на вашем скромном рассказчике. Я ведь был мастер, как-никак материально ответственное лицо. Он бы с удовольствием увёз двери и окна, и полы, но было проблематично их вырывать из стен, многие заинтересовались бы: "Что за фигня происходит?"  Парняга был дико прорывной. Меня он с собой не пригласил, наверно, посчитал, что я недостаточно ловок для работы в строительном кооперативе.

Когда все опомнились, было уже поздно. И остался я в полумёртвой конторе, с долгами по стройматериалам, которые висели на мне на десять тысяч рублей. К примеру, новый автомобиль Жигули в магазине стоил тогда пять тысяч колов, но в магазине его было не купить. На авторынке такой же, только дрова восьмилетнего возраста, стоил 7000 рублей. Зашибись! Помог Колян заработать квартиру, опупенное ему спасибо! Догадался, что надо валить к чёрту отсюда, пока не нахлобучила советская власть, да не отправила лет на пяток туда, где папаня мой в своё время обретался. Но, только сначала надо как-то списать всю эту срань.

В принципе, Колька не совсем конченый ублюдок оказался, даже частично помог погасить долги. Стройматериалов, тысячи на четыре, я продал его новоиспечённой конторе, он там всё это повесил на каких-нибудь заказчиков, а с остальным пришлось копаться самому. Частично списал на порчу, частично на утрату, часть как будто было использовано в работу, и всякая другая хренотень. Однажды принёс в бухгалтерию акт выполненных работ по асфальтированию дороги, а в ней фигурировали такие материалы как доски и обои. Тётки бухгалтерши долго ржали. Доски ладно, эту фигню можно списать легко, но как используются обои в дорожных работах?

- Вы что, Юрий Алексеевич, обоями бордюры обклеивали, что ли?

Я радостно смеялся вместе с ними, потому что это были последние грёбаные 10 рулонов обоев, которые мне нужно было как-то сбагрить, и я это сделал. Теперь свободен, как дикая собака динго. Хоть Колька и был гондон штопаный, но я на него не в обиде. Он меня всему научил. Я понял как надо работать. Приближались тяжёлые времена, империя разваливалась, всё было очень плохо. Помощи ждать было неоткуда, надо было рассчитывать только на свои силы. Магазинные полки были пусты. Помню однажды я зашёл в Универсам, что на Второй речке. А там хоть шаром покати. Точнее говоря витрины были забиты товаром, но они были заполнены пачками с лавровым листом и бутылками уксуса. Вот как хочешь, сука, так и живи.


83 Спасибо бабушке.

Итак - семья увеличилась, надо было с ещё большим усердием зарабатывать бабки для её содержания. Да и вопрос с квартирой ещё не был решён. Поприкидывав и так, и этак, решил всё-таки ещё раз попытать счастья в строительной организации. Строителям хоть как-то дают хаты, не то, что в учреждениях образования или медицины. На самом деле, я не уволился в прямом смысле, а перевёлся в другое подразделение того же самого треста, в дорожно-строительный участок на проспекте Столетия. Внимательно изучив закон о служебном жилье, нашёл некоторые лазейки, которые могли бы ускорить процесс зарабатывания жилья. В СССР квартиры давали, как бы в социальный наем, купить было невозможно, но в очереди за этим йобаным жильём можно было прокантоваться всю жизнь.

План был такой; я устраиваюсь простым работягой, потому что там было всего две вакансии мастера, да и то обе заняты. Плевать! Я не гордый, можно и работягой. Ещё товарищ Маяковский говорил, что любой труд почётен. Ради квартиры, думаю, любой бы в пыли повалялся с удовольствием. Служебное жильё давали из освобождаемого фонда. Если нормальным русским языком пояснить, то например, нарезала дуба какая-нибудь бесхозная старушка, если там никто кроме неё не прописан то, жильё отходит коммунальщикам. А наш трест как раз относился к министерству коммунального хозяйства. Потом, согласно закону, в случае, если отрабатываю в этой конторе десять лет, квартира становится моей. Я не собирался корячиться 10 лучших лет, асфальтируя злоебучие советские дороги. Там ещё было сказано, что если человек увольнялся, не отработав этот кабальный срок, то его, естественно, пинали под жопу из казённого жилья, но... Вот это замечательное "но". Если у работника имеется несовершеннолетний ребёнок, предприятие обязано при увольнении предоставить ему другое жильё, не хуже по параметрам. Какой-то бред. Получается, что любой балбес, при наличии маленького ребёнка, мог смело послать всех нахер и, уволившись,  продолжать спокойно жить в этой хибаре на законных основаниях.

Скоро сказка сказывается, и так далее... Запрыгиваю  в робу, этому я ловко научился ещё в бытность механиком, и нас, бригаду из пяти человек, везут на объект. Как сейчас помню, это было Военное Шоссе. Всё идёт отлично, греет августовское солнышко, у меня шикарная лопата с отполированной кем-то до блеска рукояткой. Ждём асфальт. Подкатывает камаз с горой асфальта, со специфическим асфальтовым запахом, смесь керосина, мазута и ещё какой-то херни с труднопроизносимым названием. Сейчас всегда, когда чувствую такой запах, меня охватывает ностальгия, хочется схватить лопату и показать этим джигитам, как надо правильно швырять продукт, чтобы он ложился красивым, ровным слоем.

Через часок подкатывает второй камаз, бодро шурую лопатой, полирую рукоятку что есть силы. В Камаз входит десять тонн этой фигни, у меня с непривычки уже заболела спина и задеревенели пальцы. А пацанам хоть бы что, тренированные, стервецы, каждый день такой физкультурой занимаются. Третья машина появилась ближе к обеду, когда воздух прогрелся до температуры около 30 градусов, да прибавьте ещё то, что мы в окружении расплавленного вонючего асфальта, внутри этой зоны уже градусов сорок. Пот градом течёт на лицо, соль разъедает глаза. Руки мои вытянулись до колен. Жуть! И к тому же я заметил, что этот третий самосвал подозрительно увеличился в размерах. Еле хватило сил сожрать обед, заботливо приготовленный супругой в баночку и, надо обязательно перед встречей со следующими горами асфальта хоть чуть-чуть покемарить. Когда раскидали пятый камаз - этот, кстати, был размером с пятиэтажный дом, я посчитал, что он последний. Ну, слава богу, вроде выжил.

Когда подкатил шестой грузовик, он занимал с полнеба, и был чуть больше дирижабля - я уже не хотел никакой квартиры, никакого продолжения рода, вообще ни-ху-я. У меня всё тело болело, очко вывернулось наизнанку, ладони были в кровавых мозолях, слезились глаза, разогнуться я не мог, руки вытянулись до земли. "Мммааа-мммааа!!! Заббббери ммменя отсюдаааа!!!" Я проклял всё на свете, проклял изобретателей асфальта, изобретателей камазов и лопат, пропади всё пропадом. Я просто был сломлен... я понял, что никакой квартиры никогда не заработаю, просто напросто подохну к тому времени. В лучшем случае, в этой квартире на двух табуретках будет стоять красный гроб с безутешной рыдающей вдовой возле него и мальцом, размазывающим сопли по щекам.

Мне стало себя жалко, как тогда в море перед зеркалом с бритвой в руках. Что я тут делаю, среди этих ушлёпков? Какого хрена? Хотелось размахнуться этой лопатой и расхерачить проклятый камаз на мелкие пылинки. Я был вне себя. У меня заебатое высшее образование, я великий, бллин, инженер и несгибаемый коммунист, какого чёрта? Проклятая страна, проклятый мир!

Перемножив и разделив, выяснил, что я перекидал свими тоненькими ручонками двенадцать тонн этой зловонной и липкой субстанции. Доплёлся домой, весь разбитый морально и физически. Всё оказалось не так просто, я представлял себе это как-то по другому. Может быть, бросить всё к бесу, может быть, зря я так резко начал размножаться, жил себе мирно, катался на поездах, вокруг было много шикарных бабёнок. Род, бля, он захотел свой вшивый продолжить! Получай теперь по соплям, дебил! Вытришки тебе, а не квартиру.

Расстроенный был сильно. Болели все мышцы и все органы, какие только есть в теле. Жене ничего не сказал о своих мыслях, просто, что устал. Отрубился диким сном. Снился, естественно, асфальт. Оухенные пирамиды, просто Джомолунгмы асфальта. Он падает с неба, он покрывает всё вокруг чёрным дерьмом, а кругом шныряют злобные камазы и, ехидно хихикают, заглядывая мне в глаза.

Утром всё тело трещало точно так же, как будто не было ночи отдыха. Разглядывая свою рожу в зеркале, поклялся, что сделаю это. Заработаю  пидорастическую квартиру, во что бы то ни стало, иначе тогда я буду самое последнее чмо на Земле. "Ты испугался моря - видишь ли, там трудно и херово. Ты шуганулся железной дороги, тоже не понравились трудности и дерьмо. Хватит ныть, детство кончилось, пора становиться мужчиной. Наверно, так везде. Везде своё дерьмо и свои сложности. Надо просто не обращать на них внимания и прорываться, несмотря ни на что. Отцу, небось, тоже несладко было, отслужив восемь лет, ещё и в тюрягу, за здорово живёшь, на пять лет загреметь, а там пирожными не кормят. Брат деда вообще двадцать лет на Колыме лес валил. Какого хрена ты тут разнылся? Ну, асфальт, ну и что? Коллеги-то мои не ноют и не плачут. Цезарь, вон, целый год был прикован к веслу на галере, и пидзюлей плёткой получал каждый божий день, но ведь стал боссом в конце концов. А чем я хуже Цезаря?"

Короче,  убедил себя, что всё не так плохо, надо просто делать дело. Конкретно сегодня делать сегодняшнее дело, завтра - завтрашнее, и всё будет. Взял баночку с гречневой кашей, поцеловал жену в щёчку и пошёл опять на работу, как на войну. Как только вдарили первые морозы и появился лёд, нам дали другое задание. Зимой асфальт не ложат, только в тёплое время года, такой закон. Но, к тому времени я уже не пугался камазов, скорее, они меня побаивались. Мне было до лампочки, сколько их там сегодня, мышцы стали как сталь, я мог разбрасывать асфальт, как робот, сутками, мне даже это нравилось, я чувствовал прочность своего тела, я был гибок, крепок и дико ловок. Все эти пляски с лопатой на горячем асфальте закалили меня лучше всяких гантелей и штанг. Я стал практически уничтожителем камазов.

Зимой мы ложили тропинки для пешеходов из бетонной плитки. Одна плитка была размером метр на метр, сделана из бетона и весила 200 килограмм. Мы работали по восемь часов на свежем воздухе с температурой временами около минус тридцать. Лепота! Сначала надо поверхность очистить от снега, потом приготовить подушку из отсева, затем ровненько уложить эту плитку и, в конце закрепить всё бетоном. Короче, зимой нам тоже скучать не дали. Квартиры периодически появлялись, бабушки исправно отходили в иной мир. И вот весной, ничейная старушка покинула нас, живых. Гостинка, в которой она обреталась последние несколько лет, стала ничьей. Самое интересное, что эта фатера находилась в соседнем доме, тоже на Сельской. Не хотела меня судьба отпускать с Баляева, тут неподалёку мой родной институт, тут бурсацкие общаги, в одной из которых  прожил пять лет, пока учился на великого механика. Во времена нашей учёбы на этой сопочке ничего не было, только трава и чахлые кустики, мы ходили сюда загорать и пить пиво. Гораздо позже здесь построили девятиэтажки, и всё это назвали улица Сельская.

Конечно, я был не первый на очереди, но никто особо не стремился в гостинку, народ ждал полноценные квартиры. Мы жили на 12 квадратах, а эта, освободившаяся была аж 18 метров. Практически дворец. К тому же, у нас не было времени ждать, лучше синица в руке, здраво рассудил я. Тут ещё Валюша подсуетилась, она приплелась в профком с сопливым пацанёнком за руку, он уже ковылял кое-как в то время, и расплакалась там в несколько ручьёв: "Хозяева выгоняют из квартиры, некуда иттить, а-а-а-а-а-а!!! Помогите-е-е-е!!!" Короче, все эти факторы повлияли на то, что освободившуюся  жилплощадь отдали нам.

Йесссссс!!! Я это сделал!!! Первая часть плана осуществлена и, обошлось без красного гроба. Приятно всё-таки ощущать себя смекалистым. В конце весны я получил ключи от своей первой собственной квартиры. Пошли мы с женой осмотреть свои хоромы. Открываем деревянную дверь, утеплённую ватином, страшно облезлую и дико урюханную. За дверью увидели ещё более облезлую и урюханную комнату. Это был полный пидзец! Простите за ненормативную лексику. Обои висят кусками, пыль, грязь, срач, паутина. Как можно жить в таком говнище? Железная кровать, покрытая ржавчиной. На столе посуда с давно заплесневевшими и высохшими ошмётками бырла. Бырлом раньше называли пищу, сейчас это слово забыли. И кругом грязное обосранное шмотьё, на полу, на подоконнике, на кровати. Вонючие бутылки, банки, короче, жилище было убито на славу. Эта старая жаба была из того рода людей, которые рыскают по помойкам и, тащат домой всякий смрадный хлам. Недавно такого ублюдка по телевизору показывали. У него вообще хата заполнена до потолка, он ползает на карачках по этому дерьму и поясняет "тупому, непонятливому" журналисту, какие у него здесь шикарные вещи собраны. Так что, наша бабушка, в принципе, была не самая ублюдочная, так только, чуть-чуть.

Собрав свою силу воли в кулак, заткнув носы, стали мы всё это говно просто выкидывать в окно. На этой страшной панцирной кровати, снизу, я обнаружил гигантскую колонию засохших клопов. Видно, бабка была настолько несъедобна, что бедным тварям пришлось засохнуть на время, ожидая приличную человечину. Но на их беду появился железный Бэр, ваш трудолюбивый и мускулистый повествователь, и нарушил их мерзкие планы. Для начала они были неслабо поджарены, я отомстил за всё, а потом улетели в окно вместе с этой поганой койкой, приютившей их. Аминь! Спите спокойно, братки!

Плиты, из которых состоял санузел, разошлись настолько, что можно было просунуть ладонь. Да это фигня, мелочи, не зря ведь я работал строителем, руки, может быть, не золотые, но не из жопы, это точно. Накупили краски, обоев, хотя в то время с обоями было архисложно. Такие голубенькие с большими белыми цветочками. И своими руками превратили мы это жуткое логово в изумительное семейное гнёздышко. Сделал даже перегородку, как бы разделив комнату, и получилась небольшая кухонька. Потом, глядя на нас, все стали делать такую стенку. Поставил железную дверь, думаю, это была первая железная дверь во Владивостоке, в то время у всех стояли просто деревянные, кое-как, сопли.

В один из летних дней мы торжественно переехали в новое жильё. Сделали пару ходок, и на детской коляске всё перевезли. Да, дорогой читатель, всё поместилось в двух колясках. В те временеа у нас не было ни-хре-на! У меня пара трусов, у супруги пара платьишек, ну и главное богатство - сынок. Он помогал нам, шагая рядом и держась за красную, потрепанную, бэушную коляску, радостно улыбаясь солнцу и пуская слюни.


84 Плавный уход.

И что делать дальше? Квартира получена, пора приступать к главной части проекта - плавному уходу из этой шарашкиной конторы. Проблема в том, что если я сейчас напишу заявление об увольнении, это будет слишком нагло, хлопцы меня не поймут. Решил какое-то время поработать, как и раньше, а потом под предлогом того, что жена опять пузатая, она в самом деле снова была беременна, перевестись на более творческий труд, более свободный - в дворники. В этой организации существовал ещё штат дворников, они убирались на автобусных остановках, и подземных переходах вдоль проспекта Столетия. Конкретного рабочего времени у них не было, лишь бы на твоём участке было не сильно насрано, и меня это устраивало.

Осенью я зашёл в отдел кадров и, напустив на себя страшно расстроенный вид, попросил о переводе. Кстати, никого не обманывал, ситуация и в самом деле сложилась дерьмовенькая. Вале было очень плохо, такое бывает в процессе беременности, поэтому её в связи с этим положили на сохранение. Тётки в котделе кадров, конечно, заохали, пожалели папашу-одиночку, а может быть, просто быстро сообразили, что им придётся предоставлять садик для старшенького, и отпустили меня с богом, на вольные хлеба дворницкого ремесла.

Да, чуть не забыл: к тому времени я уже обзавёлся тачкой. Это были Жигули-копейка, такого глупо-голубого цвета, я сразу же вспомнил прорывной кассетник Томь, точно такого же цвета. Эта коляска сменила хуеву тучу хозяев, последним из которых был мой брат, тот самый, который дал пожить в гостинке. Тачка была убита в хлам, но она ездила, и это было её главным преимуществом. Взял я агрегат за четыре тысячи советских рублей, отдав брату половину, а другую пообещав отдать, как только заработаю. Зарабатывал тогда рублей двести в месяц, вот и считайте.

Повыябывался с этой колымагой на славу, у неё постоянно что-то ломалось, без конца что-то отваливалось, трещало и стучало, то там, то сям. Но, зато я узнал наверняка, где и что находится у автомобиля. Советую всем первую машину приобретать максимально дерьмовую, вы научитесь всему, научитесь отличать карбюратор от генератора, и прочая фигня. Зато с последующими тачками вам будет легко, и ни в каком автосервисе вам не смогут навесить лапшу на уши по поводу несуществующих неисправностей.

Потом, когда жену отпустили домой, мы вместе с ней, по вечерам, уложив Димку спать, гоняли на Столетие с вениками и лопатами в багажнике. Доставали там свой инструментарий, добросовестно убирали остановку по обе стороны проспекта и два подземных перехода. Дерьмо работёнка, я вам скажу, русский народишко почему-то недолюбливает урны, как правило, всё просто бросают на землю. Подметает там какой-то чмырдяй, усирается, да и чёрт с ним, всем навалить. Даже не стесняются, тут же бросают, мороженое съел - упаковку бросил, покурил - бычок бросил. Вначале, по глупости, делал замечания, так даже обижаются: "Как так? Какое-то быдло, бля, замечание делает?" А потом стал сразу, если что, бить лопатой по черепу. Размахиваюсь, и хрр-рясь в лобешник.

Да ладно, ладно! Шутка. Не бил я их в лобешник, но выводы сделал. В подземном переходе какой-то козёл урну с дерьмом регулярно переворачивал, нахера ему, спрашивается, это надо было? Что за интерес такой странный? Потом, спустя годы, совершенно случайно узнал, что это Чижиков так шалил. Мой кореш по бурсе. "Нахрена?" - спрашиваю. И сам не знает. Просто был бухой, настроение хорошее и всё такое. Вот так развлекается русский народ по пьяни, надо будет попробовать.

После подметалова прыгаем в тачку и пару часов таксуем, пока не заработаем рублей двадцать - двадцать пять. Это и был основной доход, так как зарплата дворника совсем мизерная, рублей сто или сто пятьдесят, не помню точно. Бывало после тайфуна, во Владике такое часто случается, нанесёт в остановочный карман камней и песка, толщиной сантиметров двадцать, неделю потом разгребаешь эту срань. Зимой, после снегопада, толпа притопчет сугробы до каменного состояния. Ледоруб в руки и, херачишь круглый день как  полоумный, блин, эту твердокаменную субстанцию.

Или вот ещё; видели когда-нибудь, поутру подъезжает самосвал к остановке и два грязных ублюдка, сейчас это, как правило, таджики, берут урны, и вываливают всё их содержимое в кузов. На такую паскудную работёнку желающих не находилось, поэтому начальство составило график, и раз в несколько дней мне приходилось заниматься этой хуетой. Ох и дерьмо, я вам доложу! Мало того, что кто-нибудь из знакомых мог увидеть великолепного Бэра за таким омерзительным занятием, так ещё сам по себе процесс отвратителен. Кузов самосвала выше головы, приходится задирать оплёванную, а иногда и облёванную урну выше головы. Когда высыпаешь, ветерок и всё такое, некоторая часть параши попадает на башку, и за шиворот. До сих пор у меня осталось неизгладимое впечатление о работе дворником.

Короче, к весне у меня кончился запас терпения, и я решил открыть все карты. Пойти к начальнику и, послать его самого, и его говённую контору ко всем чертям. Так и сделал. Был, конечно, жуткий скандал. Он дико брызгал слюной, и обзывал меня всякими нехорошими словечками но, я особо не беспокоился, знал, что закон на моей стороне. Сказал, что в вашей йобаной лавочке такая зарплата, что можно ноги протянуть, а у меня, между прочим, семья, сын, жена с пузом. Положил ему на стол заявление, повернулся ровно на сто восемьдесят градусов и отчалил. Знал, что на основании заявления они обязаны меня уволить, и трудовую книжку прислать по указанному в заявлении адресу.

Между прочим, в наше время за рождение ребёнка дают кучу бабла, а за рождение второго ещё больше. И где мои деньги? Государство не помогло ни хрена, хотя я отпахал на него уже десять лет как папа Карло и, нарожал кучу налогоплательщиков. Ну, тогда  я возьму сам то, что мне причитается!

Конечно, понимал, что не смогу этой квартирой распоряжаться, продать и всё такое. Но, в тот момент меня это устраивало. Потом разберёмся. Важно то, что у нас было жильё, и можно наконец то приступать к осуществлению великого прорыва, что это будет за прорыв, я всё ещё не знал. И будет ли он вообще!? В супруге в это время обнаружился коммерческий талант. Она, как и все женщины, любила золотишко. Ей пришла идея скупать золото в виде лома и, на заказ изготавливать из него ювелирные изделия. Золото скупала у ломбардов но, много взять не получалось, все самые смачные места были заняты продвинутыми ребятами. Всё же ей кое-что удавалось урвать. Это давало небольшой доход. Параллельно внедрилась в ведение мебельной очереди в магазине на проспекте 100 лет Владивостоку. Ухитрялась там прикупать, минуя очередь, кое-что из мебели, и всё это мы продавали по объявлению. В общем, жизнь была не очень сахарная.

Итак, мне тридцать один год. К этому времени человек достигает пика своей зрелости, у него есть житейский опыт, образование. Учёные считают, что если к 30 годам человек не достиг ничего, то он уже не сможет достичь чего-либо. Останется на том же уровне, на котором есть. Если ты сраный дворник, значит, это твой пик. Это всё, чего ты заслуживаешь в жизни. И из этого навоза тебе вовек не выбраться. Македонский к своим тридцати завоевал весь известный мир того времени, и даже немножко больше. Наполеон стал генералом. Слава богу, что тогда я не знал об этих выводах учёных и преспокойно готовился к рывку.

Что касается Македонского, вот сижу и думаю, а может быть, никакой он не гений? Может быть, ему просто кошмарно везло? Создал "империю", которая сразу же распалась, как только босс помер. Это что за империя такая задрипанная? Империя должна существовать как железо. Вон, Восточная Римская империя только распадалась тысячу лет - вот это я понимаю! Так что не ислючено, что он просто везучий лошок. Но, однажды полоса везения закончилась, как собственно и всё остальное в этом мире.


85 Мудрый Мурик.

Наконец-то я свободен! Семья построена! Квартира есть! За душой ни копейки. Выдающихся качеств - ноль. Таланты спустил на тормозах! Зато есть тачка дурацкого голубого цвета, это, кстати, уже неплохой прорыв для того времени. Мой папа приобрёл авто в возрасте аж 47 лет. Также есть оухенное желание стать, наконец, кем-то. Понятно, что с Македонским мне не сравняться, но я буду стараться.

Некоторое время таксовал. Вывод - это занятие для ленивых и тупых барбосов. Творчеством там не пахнет, а я ведь творческая личность, насколько вы поняли. Сидеть полдня и высматривать мужичка с оттопыривающимся карманом. Так ещё не факт, что там деньги. Тут вмешался случай, я ждал этого, знал, что провидение должно вмешаться. Однажды в очередной раз сломалась машина, и мне пришлось по городу передвигаться на своих двоих. К своим дружкам я давно не захаживал, а что толку? Как ни придёшь, постоянно пъянка-гулянка, короче, день сурка. Конечно, с удовольствием с ними повыпивал бы, но чувство долга не давало расслабиться и, откуда только такое взялось? Всё-таки, видно, пионерия и комсомолия сделали своё дело, незаметно привили чувство ответственности, а может быть, просто от рождения.

Короче, шагаю я по Светланской  непонятным маршрутом, весь в раздумьях, где же взять монет, и  вообще, что придумать, чтобы эти монеты появились. Кстати, в те времена она была никакая не Светланская, а банальная улица Ленина. Не забывайте, тогда был махровый социализм, все работали на одну контору - государство. Конечно, появились кооперативы, и самые крученые, вроде Коли Панина, туда ломанулись. Давай Юра, организовывай бизнес, тебя ведь этому учили всю предыдущую жизнь. Ну, и что такого я, интересно, организую? В кармане ни копья, в голове нихуя. Давай чувак, прорывайся, ты об этом грезил! О диком прорыве! Чем семью-то вечером кормить будешь? Небось, полный карман вытришек принесёшь?

Себя я уже знал достаточно. Знал, что ходить тупо каждый день на работу - это не по мне, нервная система не выдержит такой нагрузки. Однажды уже работал на заводе, мне эти грёбаные гудки на работу и с работы, всю душу наизнанку выворачивали. Ищите дураков!

Именно тогда я стал подозревать, что коммунизм, это глобальный наебон советского народа. Какой, нахрен, коммунизм, когда всё дорожает невиданными темпами. Водка к тому времени уже стоила 11 рублей, хотя на свадьбу я покупал по шесть, а средняя зарплата осталась такая же. Мне надо было придумать что-то особенное, эксклюзивное, и чтобы монет в выхлопе побольше.

В тот же самый день, и в то же самое время по Светланской, ещё более непонятным маршрутом двигался мой лучший друган по институту Славка Гуторов. Он хоть и был неистощим на выдумки но, пребывал точно в таком же потерянном состоянии, как и я. Он тоже успел поработать в море на плавбазе, и тоже сообразил, что ловить там нехрен. Поработал антеннщиком, но заработать быстро и много, как он мечтал, там тоже не получилось. У него тоже была жена и ребёнок, и тоже не было денег в кармане. Зато, в отличие от моей пустой башки, у него была идея! Правда, он толком не знал, как её осуществить. Наши потрёпанные тела неумолимо сближались в пространстве.

И мы столкнулись. Да не просто абы где, а на площади, возле знаменитого памятника красноармейцу. Это было символично. Мы обрадовались друг другу, обнимались как девушки. Я ему рассказал свою историю, Славик мне свою, а заодно озвучил свой идею: какой-то из его дружков поставил пивной ларёк, и вот Ганс загорелся идеей сделать такой же. Это сейчас пиво врозлив на каждом углу, а в те времена все эти пивные точки были наперечёт, их было крайне мало, они стояли на своих местах сто лет, ещё со времён нашествия Наполеона. Сделать свой ларёк было нереально и, просто невозможно, так как не существовало института предпринимательства, а пивзавод отпускал пиво только по разнарядке в магазины горпищеторга. Это сейчас я дико умный и всё это знаю. Сейчас посмеялся бы от души над Славкиной идеей, а тогда был молодой, горячий как кипяток, и всё казалось легко. Уж если какой-то корешь сделал, то и я сделаю - как два пальца обсосать.

Почему именно пиво? Ха! Если в чём-то мы и знали толк, так это точно в пиве. Пять лет бухали этот чёртов напиток в бурсе, и естественно за пять лет стали кошмарными экспертами по подобной херне. Это первое. А второе то, что все пивники города имели шикарные тачки. Вот такой простой бизнес план. И я, как бы, присоединился к Славику в качестве катализатора, одному всётаки плохо, посоветоваться не с кем и всё такое. Два мозга, гораздо лучше. На следующий день приступили к осуществлению нашего плана. Первым делом надо было найти ёмкости для пива; какие-нибудь бочки или цистерны.

Наведя справки, мы выяснили, что существуют специальные пивные ёмкости из нержавейки, но такой вариант сразу отпал. Они, даже не новые, стоили кучу денег, а у нас были пустые карманы. Мурик сказал (тот самый парень, который поставил ларёк): "Не мудрите! Купите просто какие-нибудь списанные цистерны на молочной ферме или молокозаводе, или бочки на квасном заводе. Лучше просто как металлолом. Этого говна там навалом - оно копейки стоит".

Мурик оказался прав, он был старше нас и гораздо мудрее. Бочки действительно были, но они были или дырявые, или помятые до неприличия, или использовались под керосин, бензин и даже говно. Короче, мы задолбались с этими, сука, бочками.

И ещё! В процессе работы с напарником выяснилось, что Славик за эти годы не остепененился, как был распидзяй конченый, так и остался, только стал ещё хуже. Продолжал так же шмалить каннабис в публичных местах. В укуреном или в убуханом виде гонял на своём Жопарике. Да, у него был Запорожец, я забыл сказать. Отношение к работе у него было точно такое же, как и к жизни. Я пришёл к выводу, что со Славиком можно легко и просто загреметь в тюрягу.Такого у меня в планах не было, хоть он и корешь. А его самого раздражала моя чрезмерная щепетильность в различных вопросах, касающихся бизнеса, наверно, я ему казался ссыкливым занудой. Хотя мне с ним было прикольно, и он был дико креативен но, в интересах дела мы решили разделиться.

В общем, наши пути разошлись. Но, только в работе, в жизни он всё равно остался лучшим корешем. Бочки мы нашли, кто ищет, тот всегда найдёт. Нашёл себе другого напарника, Егора. Парняга из наших, отучился в Рыбе вместе с нами, прошёл море и всё прочее. Без напарника не могу, надо с кем-то советоваться, находить пресловутый консенсус, чтобы грамотно решать вопросы, и к тому же вдвоём легче насобирать бабла на бизнесок. У него, очень кстати, оказался, через каких-то тридесятых родственников, знакомый мафик. Без крыши в те времена было невозможно, и нас по-корефански взяли под крышу, обещали брать разумную плату. Вот и славненько!

Следующей сложностюь было найти контейнер под ларёк. Эти контейнеры были в собственности у ФЕСКО - Дальневосточного пароходства. Купить их тоже было невозможно. Их в принципе не продавали частным лицам. Я вышел на мальчишку в торговом порту, ответственного за списание испорченных контейнеров, которые не подлежат ремонту. В Совдепии всё решалось с жутко дикими сложностями. Этот тип за взятку... Ну, ладно... за деньги, согласился нам продать списанный контейнер. Пошли мы выбирать товар, а там полный атас: контейнеры до такой степени раздолбанные и искореженные, что мама не горюй. С огромными дырами в боках, пробитыми и просто проржавевшими от времени. Даже интересно, где же их так долбашили? Пришлось добавлять мальчугану монет и употребить всё своё красноречие, чтобы убедить его списать более приличный продукт, без этих ужасных повреждений. В итоге мы заполучили очень даже прекрасный железный ящик, практически целый, и в принципе недорого.

К сожалению, я сейчас не помню сумму, за которую мы его купили. Деньги я использовал все, которые зарабатывал извозом. Наверно, у Егора тоже что-то было. Притаранили на территорию порта нашу бочку и наняли сварщиков, чтобы затолкали эту бочку внутрь и сварили козлы под неё. Там надо было ещё вырезать в крыше дырку и приподнять центральную часть, чтобы поместилась горловина бочки. Ёмкость была солидных размеров, аж три тонны, снятая с молоковоза. Кто постарше, помнит, что раньше в магазин молоко привозили просто тупо врозлив. С машины сливали в алюминиевые бидоны, и продавали народу, черпая из этих бидонов такими здоровенными поварёшками. В Находке маманя постоянно отправляла меня с трёхлитровым бидоном за молоком в легендарный "Рассвет". Там надо было ещё очередь часа полтора выстоять. И ничего, все стояли и ждали. В этом сраном молочном отделе был один сорт сыра, и то не всегда, творог наразвес, масло сливочное наразвес и молоко из бидонов. И всё! Больше ни хрена. Совдепия, мать её!

Вместо окошка для вентиляции решил вмонтировать в стенку контейнера иллюминатор. Обычный судовой люментер - мы же мариманы, мать твою. Ане тяп-ляп! Во время поисков иллюминатора со мной приключилась история, которую невозможно не рассказать.


86 Вонючий случай.

Ближайшим местом в центре города, где можно было раздобыть иллюминатор, был Дальзавод. К тому времени разруха в стране, и соответственно на заводе, достигла критического уровня, поэтому, на территорию когда-то дико режимного предприятия можно было проникнуть через нормальную дырку в нормальном заборе. Подъехал к обьекту на своей великолепной голубой тачке, и оставил её недалеко от проходной. Со мной был сынок. Димке тогда как раз стукнуло два годика, парень взрослый, всё уже понимает. Пояснил ему, что скоро вернусь, только поищу там, за забором, одну железяку и вернусь. Он что-то провякал в ответ, пуская слюни, дескать, всё ништяк, двигай батя, а я тут как-нибудь. Ну и лады! И я нырнул в дыру.

Был прекрасный, апрельский, солнечный денёк. Я ведь не дурак, всё сделал грамотно, чтобы он там внутри не задохнулся, немножко приопустил стёкла для вентиляции, а машину поставил в тенёк. Иллюминаторов, сложенных штабелями, как я предполагал, не оказалось. Пришлось долго лазить по территории, выясняя у работяг, где такое добро можно раздобыть. Короче, все иллюминаторы, которые мне встречались по пути, уже были куда-то присандалены. Не буду заострять внимание на поисках, фишка не в этом. Люментер я всё-таки нашёл, иногда бываю очень упрямый.

Шикарный, новенький, медный. Просто красавчик, но тяжеленный, скотина, килограммов, наверно, пятьдесят. Мать честная! Пока его пёр, чуть руки себе не поотрывал. Хорошо, что перед этим год тренировался на асфальте с лопатой. Причём, всё это надо проделать незаметно, какая бы ни была разруха, а сторожа с берданками первой мировой ходили по территории завода. Наверно, я странно смотрелся со стороны: какой-то хлопец, не в робе, а в гражданской одежде, можно даже сказать, денди, в мешке из-под картошки прёт, усирается, что-то шибко тяжёлое. Пот с него градом, того и гляди упадёт. Всё беспокоился, что какой-нибудь самый бдительный старикашка шмальнёт из своего дробовика мне в ляжку заряд соли, и что тогда?

Но всё обошлось, скорее всего, ихние пушки были уже неспособны на такое, только чисто для психологического эффекта. Добрался до своей заветной дырки из последних сил. Запихал штуковину в багажник. Ну, поехали! Открываю дверцу...

Мать моя женщина!!!

Что за срань господня?

Не в переносном, а в прямом... наипрямейшем смыслею. Во-первых, когда я растопырил дверь, оттуда вылетела туча знакомых зелёных мух. Сынок сидит радостный за рулём и, как бы едет, звук такой издаёт: "Дыр-дыр-дыр-дыррр-р!" Весь в говне! Ноги... Руки... Сиденье... Руль и рычаг коробки передач в, уже успевших чуть-чуть подсохнуть какашках. И стоит несусветная вонь! Конечно, мухам тут хорошо было. Главное, тепло.

Ну, очень тепло было! Не продумал я немножко. Ошибся. Пока я ходил, тень от дерева ушла, и машина оказалась на самом солнцепёке. Лицо у него тоже калом испачкано, скорее всего он пот с лица утирал, и весь перемазался гавнищем как свинья. Одет был по-летнему, трусики и майка. Захотел в туалет, ну, и стал валить под себя. Всё это добро полезло в щель между трусиками и ногами. Конечно, ему интересно, что за фигня такая? Стал он изучать эту хрень; разминал руками, нюхал, может быть даже на вкус пробовал. Мухи, конечно, заинтересовались такой вкуснятиной. Рулил, естественно, скорости переключал. В общем, куда он только мог дотянуться, всё было заляпано его шикарными испражнениями.

Я был, без преувеличения, в кошмарном шоке. А вы бы разве не были? Прямо и не знал, за что браться. Сесть и поехать невозможно, по всему сиденью размазан кал.  Надо где-то взять воду, чтобы хоть как-то протереть говно. Побежал в заводоуправление. Воды нет. Это Владивосток, тут такое в норме. Нашёл кучу старых газет, застелил сзади, пересадил засранца. Даже не ругал его. А что ругать? Ничего не поймёт. Да каждый бы сделал на его месте так же. Постелил себе, как мог, протёр руль газетками и поехал искать воду. Потом долго ещё салон шибил дерьмом - со всех щелей вымыть эту лажу не удалось. Только когда, спустя время, всё хорошенько засохло, стало более-менее нормально с запахом.

Это было похоже на месть, тот находкинский говновоз был не так прост, как казался. Вот такой случай... вонючий!

В дальнейшем этот иллюминатор сослужил нам хорошую службу, мы в своём ларьке сидели как на реальном пароходе, ей богу! Выглянешь в люментер, а там Амурский залив, это ж ведь часть Тихого океана, или я не прав? Настоящий мариман разве может без морских приблуд? Кстати, мой контейнер спустя двадцать лет стоит на том же месте. Рядом с высоковольтной линией электропередач возле железнодорожного переезда, в районе ТЭЦ-1, только сейчас там шиномонтаж. Удачное оказалось место. Можете проверить: Лесной переулок 1а. Люментера снаружи не видно, какой-то дурак его зашил сайдингом. Но, изнутри он как новенький! И главное то, что я построил гораздо позже, через десяток лет, уже снесли к чёрту, а этот ларёк стоит как заколдованный!


87 Лавэ.

Теперь надо найти подходящее место. Это сейчас все норовят поставить недвижимость в напрочь проходном месте, у остановки автобуса, метро и всё такое. В те времена пивные ларьки запихивали куда-нибудь подальше от глаз администрации. На всякий случай, чтобы не сгнобили. Всё-таки возле пивнушек собирался не самый презентабельный народишко, бичи да всякая пъянь. Таким дерьмом город особо не приукрасить. Зачастую клиенты располагались где-нибудь поблизости на травке или на бордюрчике, и под пъяный базар поглощали жидкость, изобретённую ещё древними шумерами. Иногда и отдыхали тут же, культурно свернувшись калачиком, чтобы никому не мешать.

Место такое нашли, недалеко от ТЭЦ с высоченной трубой, надпись на которой прославляла КПСС. Это была та самая труба, которую я видел из окна универовской общаги при поступлении в МФТИ. Какое странное совпадение: тогда я пытался выучится на учёного-астрофизика, а сейчас пытаюсь торговать пивом врозлив. Тогда я не смог решить задачку про заряженную частицу, влетающую в камеру с магнитным полем. Надеюсь, у меня получится решить задачу с частицами пива, влетающими в трёхлитровую банку. Тут всё гораздо проще - это по мне, не люблю сложности. Как всё-таки удивительны иногда изгибы судьбы, кто бы мог подумать, что всё так повернётся.

Ну что ж, ларёк стоит, и что дальше? А дальше надо, чтобы привезли грёбаный пивас. Необхоимо было договориться с администрацией какого-нибудь продуктового магазина, чтобы торговать якобы от них. Начал я прочёсывать окрестные магазины. Директора как-то странно на меня косились, и отказывали. Почему - непонятно. Наверно, просто боялись связываться с посторонним, а вдруг подстава! Наконец один понял, что мне требуется. Молодой такой, мордатый парняга, звали Сергей. Мой ровесник, и как он так быстро стал директором магазина? Мы договорились так: он делает пивной лимит по своим торгашеским каналам, а я торгую.  Зарплату мою он забирает себе, и не лезет в наши пивные дела. И ему хорошо, и нам нормально.

Мурик свёл меня на пивзаводе с бабёнкой, от которой зависело, будет пиво или нет. Нам ведь надо было, чтобы пивас с утреца напирал, нахрена оно нам вечером. Пришлось раскошелиться, пообещал ей двести рублей в месяц в качестве гонорара за бесперебойную поставку напитка. В те времена это была месячная зарплата работяги. Да... вот ещё! В СЭС пришлось тоже раскошелиться, чтобы они написали шикарное резюме на нашу торговую точку. Кстати, эта молочная алюминиевая бочка в принципе не подходила под торговлю пивом: оказывается, кислоты, содержащиеся в пиве, разьедают алюминий, а это вредно для здоровья. Но, за деньги они там написали, что ёмкость соответствует всем санитарным нормам и, вообще лучшая в мире.

Короче говоря, в одно прекрасное майское утро пивная машина подрулила к новенькому ларьку в Лесном переулке, и пиво заплескалось в нашей пидзатой алюминиевой бочке.

- Пааааа-ехххалиии!!! - и открыл окошко. Где-то я уже это слышал! За окошком волновалась очередь, говорю же, не надо никакой рекламы. Пока мы тут оборудовали точку, красили и всё такое, по окрестностям уже разнеслась радостная весть - "пивнушку ставят!" Значит, не надо будет ездить куда-нибудь на Комсомольскую или Эгершельд. Как мало надо для счастья народу. Сразу несколько банок тут же ворвались внутрь, и понеслась. Губит людей не пиво, это знает каждый. "Нехрен тут ждать отстоя пены, отваливай, интеллигенция! Следующий!" В первый день мы не рискнули залить нашу ёмкость целиком. Если пиво останется на ночь, то к утру из него выйдет газ, а кому нравится тёплое пиво и без газа? В таком дерьмовом виде пиво продать сложно, поэтому залили всего две тонны. Народ шёл хорошо но, недостаточно хорошо, и к тому же машина слилась в обед. Короче говоря, когда стало темнеть, и иссяк поток людей, у нас осталось нераспроданным литров двести. Это плохо, но не страшно, завтра новая порция пива, три тысячи литров, разбавит вчерашнее и получится нормальный напиток, пригодный к употреблению.

Посчитали  кэш. Всё нормально. Получилась сумма, достаточная, чтобы рассчитаться за эту первую поставку. То есть, всё что осталось в бочке, это был наш заработок. Оставалось только завтра его продать, и бабло в кармане. Счастливые, мы разъехались по домам.

Надо вам, наверно, объяснить, откуда взялось лишнее пиво, и откуда вообще берутся деньги. Всё просто - дело в пене. Пивники раньше наливали пиво с пеной. Если делать по-нормальному, то надо дождаться, когда пена спадёт, и долить ёмкость доверху. Но, обычно никто так не делал. В результате, каждому покупателю недоливали процентов десять, то есть с трёхтонной бочки получалось литров триста лишнего пива. Это и есть лавэ.

В ту ночь я не мог спать, мне мерещились моря пива вперемешку с океанами денег в крупных купюрах, я мыслил себя уже боссом - оказывается, это так просто. Зарплата дворника у меня была где-то возле двухсот рублей, а тут за один день заработал двести, правда, на двоих. Но я понимал, что это только начало, первый день не показатель, ещё надо научиться правильно разливать пивас, чтобы не пропадало ни одной капли, и побольше пены. Умение приходит со временем.

Утром, когда мы в нетерпении подъехали к нашей точке, эйфорический настрой, нарисованный на наших рожах моментально уступил место дикому разочарованию. Эта паскудная картинка до сих пор стоит у меня перед глазами, как будто всё было вчера. Железное окошко, через которое осуществлялись продажи, было разворочено напрочь, видно, орудовали ломом опупенных размеров. Я специально попросил сделать это окошко из толстого листа металла, оно отодвигалось в сторону при открытии, изнутри запиралось здоровенной металлической щеколдой. Для того, чтобы его сломать, нужна была нечеловеческая сила. Трындец!!! Главная дверь была цела, но на ней тоже были следы попыток её взломать. Эта дверь вообще была такая же мощная как та, которая вела в бункер рейхсканцелярии Гитлера. Во время её изготовления нас консультировал знакомый воришка, который только и занимался, что взламывал подобные дверки. Поэтому открыть её без ключей было невозможно. А вот с окошком непонятки вышли, во-первых, я заказал его максимально маленьким, чтобы можно было просунуть банку или небольшую канистру. Двадцатилитровые ёмкости уже не проходили, мы их брали через дверь. А во-вторых, конструкция такова, что негде подцепить. До сих пор для меня непостижимая загадка, как умудрились взломать такую, казалось бы, неприступную крепость? И как умудрились пролезть в такую маленькую дырку, эх, мне бы этого гавнюка на "Агатовый", да в котёл. "Эгей! Отзовись, паскуда! Расскажи, как ты это сделал. Я уже забыл обиду". Теперь всё воспринимается как забавное приключение.

Но, скорее всего, никто не отзовётся, личности такого рода преждевременно заканчивают своё существование в зонах для плохишей. Короче, какая-то мелкая, местная сука или две суки, исхитрились пролезть в это микроскопическое оконце и, всё что можно разгромили там вдрызг, а впридачу слили оставшееся пиво - наше ещё неродившееся лавэ. Ё! П! Р! С! Т! В тот момент я бы разорвал этого ублюдка на мелкие, очень мелкие, еле различимые в самый сильный микроскоп кусочки. По всем законам человеческой морали, я даже был обязан это сделать. Но впрочем, думаю, что бог наградил его по заслугам, надеюсь, что эта тварь сгнила где-нибудь за пятью рядами колючей проволоки.

Ну, и что дальше? Скоро приедет машина с новой порцией пива. Начали собираться синяки с опухшими рожами от вчерашнего усугубления. Но, ваш пытливый повествователь, спасатель пароходов, не привык легко ломаться под ударами судьбы. Субботинская закалка, а также морская и рельсово-шпальная, выковали железный характер и стальную силу воли. Быстро были найдены мастера со своими сварочными прибамбасами, которые в то время, пока приехавший пивовоз сливал своё содержимое, быстренько всё исправили и ещё приварили на окошко кучу защитных железяк. В этом смысле Совдепия мне нравилась, любой работяга или там водитель бросали нахер свою работу и делали ту, за которую платили деньгами, а не просто спасибом.

Теперь, после нового тюнигования, здесь нужна была только ядерная бомба. Ломом не обойтись. Накось, выкуси, пидорасы! В этот день народ напирал со страшной силой, кран практически не закрывался, пиво лилось беспрерывно. И что за напиток такой странный, вроде, несладкий, и не особо вкусный, а пользуется таким бешеным успехом. Даже горьковатый местами. За что его так любят? Солнце не успело упасть в Амурский залив, а бочка уже была пуста. Прибегали типы с гигантскими канистрами, умоляли продать хотя бы литр, они не верили, что пива нет. Они готовы были валяться в пыли, готовы были отдать полцарства за литр жёлтой как ссаки жидкости, но пива не было. Сегодня удача развернулась к нам лицом, а к ним жопой.

Пока снаружи мужчины с большими канистрами полемизировали по поводу наличия или отсутствия пива, мы с Егоркой аккуратненько сложили все принесённые купюры, пересчитали их и подвели итог. Победа!!! Четыреста колов лавэ - это вам, как говорится, не тяп-ляп. Четыреста полноценных, хотя и деревянных, казначейских билетов банка Советского грёбаного Союза! Так вот как выглядит прорыв! Как долго я его ждал! Ребята, то, что я чувствовал, не описать. Невообразимая лёгкость во всём теле. Изнутри так и прёт. В этот момент я любил всех людей земли, включая и тех педиков с большим ломом. Наверно, тогда я их простил, точно не помню.

Мы это сделали. Но я понимал, что это только начало. Я соображал, что это жалкие копейки по сравнению, с тем, что будет дальше. Чтобы вам было понятнее, пририсуйте к цифре ноль, по сегодняшним понятиям это четыре тысячи рублей в день. Ну, правда, на двоих. Кстати, Боливар не любит, когда на его загривке сидят двое.


88 Fullpower.

Бочки с пивом перли каждый день - капитал увеличивался. Я полностью рассчитался с долгом за свою машину. Восьмого июля жена разродилась дочукой, всё шло по плану. Вот оно, счастье: куча детей, бизнесок на подьёме, квартира есть. Что ещё надо? Начал я присматривать машинку посолиднее. Так всегда, как только появляются фантики, бегут покупать новую тачку. Но, вот тут вышла заминка.

Пока занимался пивасом, цены на авто подскочили капитально. Одно радовало, выяснилось, что мои дрова выросли в цене аж в три раза. А где взять новую тачку? В те времена ещё не существовало такого понятия  "Зелёный угол", да и японок было совсем мало. Хотел прикупить что нибуть нормальное, советское. Не доверял я японским авто по той причине, что, будучи механиком, понимал - понадобятся запчасти, а где их взять? Уж лучше родные испытанные Жигули, тем более, что на починке этой голубой рухляди я набил руку, и мне теперь был сам чёрт не брат.

Ближайшая автомобильная барахолка находилась в Артёме, и я стал туда наведываться каждую субботу. Но тачек не было, новые стоили под сто тысяч, а бэушные были раздрочены в хлам. Зачем мне менять хлам на хлам? Я измучился в поисках, искал шестёрку посвежее, и рассчитывал на 40000 рублей. За сорок тысяч были шестёрки, но такие, что смотреть на них без содрогания было невозможно. Конечно, японские тачки были классные, но по вышеназванным причинам их даже не рассматривал. И вот однажды, когда я совсем отчаялся, в двадцатое или тридцатое посещение рынка, уже уходя, увидел на въезде шикарную "Девятку", чёрный металлик с тонированными зеркальными стёклами, и надписью зелёной плёнкой на заднем стекле - FULLPOWER. Вы слышали когда-нибудь про любовь с первого взгляда? Да, ребята! Она есть!

Девятки тогда были не очень распространены. Они считались престижными автомобилями, стоили дороже, чем обычные Жигули, а выглядели для того времени просто шикарно. Я понимал, что такая ракета мне не по карману, но, остановив водителя на воротах, для очистки совести спросил цену, ожидая услышать какую-нибудь фантастическую цифру.

- Шестьдесят, - ответил улыбчивый парняга.

Я не поверил своим ушам. Мне стало плохо. Ожидал услышать что-нибудь гораздо выше сотни. По сравнению с теми ржавыми катафалками, которые я тут разглядываю вот уже пару месяцев, это была просто нереальная торпеда, да ещё за такие смехотворные бабки. Колёсики в голове закрутились со страшным свистом. Да! Иногда мой несуразный бубен всё-таки умеет быстро всё просчитать. Шестью шесть - тридцать шесть, пятью восемь - сорок. Разделить - прибавить - умножить. Да плевать! Потом разберёмся! Главное, сейчас увести его отсюда, чтобы никто из этих козлов не услышал цену. Я ведь не один там такой ходил, искал. Вдруг кто-нибудь достанет из своих штанов пачулю такую, которой у меня нет. Говорю хлопцу: "Я беру". Не давая ему опомниться, сажусь на соседнее сиденье и кричу ему: "Гони, братан! Может быть, ещё успеем сегодня оформить".

Он понял меня буквально, да как лупанул сто пятьдесят. Попросил его чуть помедленнее, я не планировал обниматься со встречными столбами. Сам ещё хотел порулить. Возможно, он просто хотел похвастать, какой у него оухительный Fullpower. Я то на своей голубенькой шмаре не рисковал выжимать больше семидесяти, она бы просто разлетелась на части, а у меня бизнес, без машины никак нельзя. Летим мы, а сам размышляю. Значит, двенадцать тысячь есть, те самые, за которые я продал свой драндулет, плюс накопил тысяч тридцать, итого сорок две деревянных.

Бллин! Маловато. Можно, конечно, закосить под дурака, и не рассчитаться с заводом завтра за проданный сегодня пивас, отдать деньги послезавтра, а за проданный завтра рассчитаться послепослезавтра, и так далее. Попросить у Егорки его половину лавэ на время. Дней за десять всё должно рассосаться. Иногда это не мозг, просто компьютер.

Так и сделал, заехали домой за монетами, забрал всю пивную выручку, вот она, заветная пачуля. А оформили на Столетии, там недалеко от военкомата был офис. Приезжаю домой. Говорю жене: "Посмотри в окошко, полюбуйся на тачку".

- А какая? Там много машин.

- А тебе какая нравится? Какая самая шикарная?

Ну, естественно, она выбрала чёрную, как африканская ночь, ракету с зеркальными иллюминаторами. Говорю же вам, лайба была что надо!


89 "Белый треугольник".

Казалось бы, живи не хочу - наслаждайся существованием. Но, как всегда - когда всё хорошо, значит, скоро будет дерьмово. Девятнадцатого августа, как всегда, стою на посту у пивного крана, осчастливливаю окрестных мужчин. Вижу, по дороге бежит, раскрыв рот, моя ненаглядная  супруга. Что за чёрт? Задыхаясь и сбиваясь она поведала, что пока мы тут торгуем, в стране случился переворот. Горбачёва скинули, типа, кончилось ваше время, дядя. К власти пришла хунта, какие-то самозванцы. Телевизор отключили. Введено чрезвычайное положение, отменена конституция. Будут сейчас вычислять и вешать кооператоров, и пивников вроде нас. Ни хуя себе сюжет!!! Так что теперь делать? Может быть, надо закрываться и валить нахер отсюда побыстрей, пока фульпуер не отобрали. Мать моя женщина! Оставил Егора на хозяйстве, и поехал на разведку в администрацию. Никто ни черта не знает, все там сами сидят оухевшие! Ждут, когда за ними придут из органов, и поставят к стенке. На следующий день такая же хрень. Пивная машина, правда, подрулила, как всегда, завод ведь не может простаивать, у них там всё по графику.

Из Москвы отрывочные новости... Какие-то подпольные радиостанции сообщили, что в столицу введены войска... Твою мать, опять революция, что ли? Похоже, Ленин поднялся из гроба...

Бллин, и что сейчас будет? Несколько дней длилась эта поганая ситуация, наконец, какой-то Ельцин, размахивая трёхцветным флажком на балконе Белого дома, сообщил народу, что СССР больше нет, а есть Россия.

Так, так! Понятно! Да хоть Гваделупа! А пивом-то можно торговать?

Оказалось, что пивом торговать можно. И вообще, можно торговать всем, чем пожелают. Ну вот - другое дело. Отлично! Через недельку пиво закончилось. Завод сдох. Выяснилось, что у завода поставщики сырья находятся по всей стране, а страна разрушилась, перестала существовать. Все связи, финансовые и другие прочие, порвались, бля. И вместо пива теперь на заводе только вытришки! Чёрт возьми, ну как же так? Хотя бы годик дали поработать. Опять, что ли, в дворники пиздовать?

Спасибо Славику! Креативная душа. Почему ему это взбрело в голову - не знаю, но он предложил свои услуги винзаводу на Седанке. Там были полны закрома винищща, а со стеклотарой дикие проблемы. Вино есть, а продать без бутылок невозможно. То есть, у вас есть вино, у нас есть ларьки. Привозите, милости просим! Правда, под реализацию. Тут выяснилась одна пренеприятная новость. Если мы будем торговать от этого чёртова магазина, то вся торговая надбавка будет доставаться магазину. А нам хрен с маслом! С пива, чёрт с ними, мы им отдавали, нам хватало дохода с пены, даже зарплату не брали. А тут пены-то нет... И как быть? Колёсики закрутились со страшной силой, думал, бубен взорвётся.

Надо как-то стать юридическим лицом. Это сейчас всё просто, идёшь к юристам, они тебе сбацают за пару дней хоть фирму, хоть банк, хоть партию. А тогда такого не было и в помине. Хотя юристишки быстро сообразили и стали предлагать такие услуги. Короче, проконсультировался я там да сям и пришёл к выводу, что надо регистрировать ТОО. Товарищество, значит. Наверно, как раз в это время Жирик бегал по Москве с выпученными глазами, и ошарашивал столичных юристов дикой просьбой зарегистрировать партию. Конечно, они были в шоке. С ума сошёл? Партия уже есть! В то время и не подозревали, что может быть ещё что-то, кроме КПСС. Тоже был креативный малый. А вот я партию не догадался сделать. Жаль.

Зато через некоторое время зарегистрировал контору с труднопроизносимой аббревиатурой ОЛПС "Белый треугольник". Почему так? Я здраво рассудил, что если это будет просто торговая фирма, то всяческие взяточники в проклятых администрациях начнут выхаривать бабло. А так я, приходя к чиновникам, вешал им лапшичку про несчастных спортсменов-яхтсменов, пытающихся заработать себе на спортивный инвентарь, то бишь яхту, своим честным трудом, а не просить у города деньги на такое благородное дело, как развитие парусного спорта в стране. ОЛПС - Общество Любителей Парусного Спорта. Ну, а "треугольник" - это парус, на яхте ведь он треугольный и белый, всё просто. И в самом деле, эта хрень прокатывала, тут я угадал.

Заключил с винзаводом договор, и вино попёрло теми же пивными машинами. В магазинах было практически пусто, алкоголя совсем не было, никакого. А как без него? Русская душа требует огня. Народ валил к нам страшными толпами. На свадьбы, на похороны и на все прочие праздники брали канистрами. А что? Удобно и сердито! И, соответственно, лавэ попёрло капитально. Это вам не пиво какое-то копеечное. Сейчас я вам разложу бухгалтерию для понятности.

Винищще врозлив стоило около тридцати рублей литр, это оптом. Мы продавали его за пятьдесят- перемножьте три тонны бухла на двадцатку, и получится шестьдесят тысяч деревянных гульденов в день. Это чистая прибыль, никаких налогов. Ай да Славик, ай да сукин сын! Мозги у него тогда варили реально. И ещё одно Славкино изобретение, разбавлять вино водой. Для этой цели я специально подключился к городскому водопроводу. Никаких документов, проектов, разрешений и лимитов. Просто тупо врезались в трубу с водой, да и ништяк. С электричеством такая же херня: протянул провода от ближайшего столба, ни счётчика, ни заземления, ни хрена. В девяностые всё было очень просто.

Перед продажей надо было просто долить водички литров двести-триста, в зависимости от градуса в самом вине. Винишко получалось отменное, сами лакали его каждый день, наверно, как раз тогда я заразился этим дерьмом. В смысле, появилась неистребимая тяга к выпивке, да плюс папанины алкалоидные гены. Алкоголизм, бллин, такая прилипчивая штука, ребята, однажды заразившись, хрен избавишься. В итоге, наш заработок в день составлял от семидесяти до восьмидесяти тысяч рублей, при том, что нормальная зарплата обыкновенного труженика, каким я был полгода назад, составляла меньше тысячи в месяц. Абрамович в то время был просто голь перекатная по сравнению со мной, а Цукерберг вообще буквы изучал в первом классе.

Через некоторое время вино на заводе кончилось, эти азербайджанцы, которые сопровождали вагоны с бухлом, отказывались сливать вино на завод, требовали наличные деньги. Откуда на советском предприятии такая роскошь как наличка? Зато у продвинутых яхтсменов, то есть у нас, их было дофига. Мы договорились с этими лихими хлопцами, что будем забирать  виноматериал прямо с вагонов машинами, минуя всякие лишние звенья в виде каких-то паршивых винзаводов. Так и стали делать. Ребята нам отдавали алкоголь дешевле, чем с завода. Правда, винцо было мутноватым, да ничего страшного, зато торкало лучше.


90 Дрянная история.

Осенью я решил поставить ещё один ларёк, уже полностью свой собственный, безо всяких левых напарников. Всё сделал, как и в первый раз, за исключением одного: поставил его не в жопе, а в самом шикарном месте, на Второй Речке у автовокзала. Точно так же подключил откуда-то воду и свет. Там вообще было убийство, народ валил с невообразимо страшной силой. Я не успевал считать деньги. Приличную часть вина  стал разливать в бутылки и развозить по магазинам. В то время бутылки закупоривались такими пластмассовыми пробками, которые надо было просто одеть на горлышко, и пристукнуть  сверху. А этикеток было навалом на винзаводе. Тупо сидел нанятый мужичок, разливал в бутылки винищще, ставил пробку и приклеивал этикетку - готово. Платил ему, естественно вином.

Никаких тебе акцизных марок, сертификатов, лицензий и прочего навоза. Ни-хре-на! - ровным счётом. И, тем не менее, наше вино было ничем не хуже, чем заводское, завод  изредка всё-таки разливал понемногу. И кстати, на удивление, тоже добавлял воды, если это требовалось  по технологии. Но, по правде говоря, иногда наоборот, добавляли спирта, это называется "купаж". Добавлять спирт, конечно, мы не могли себе позволить, но воду бодяжили смело. Разлитое в бутылки, вино давало прибыли ещё больше.

Вся эта винная возня привлекла внимание местного Аль-Капоне: "Работает куча ларьков, деньги текут рекой, и орудует там какой-то Бэр. Интересно!" И вот однажды мне передали, что меня хочет видеть районный авторитет по кличке Хрусталь. Этот тип, в частности, крышевал кафе на проспекте Столетия, и поэтому постоянно обретался там со своими подручными, решая  всякие организационные вопросы своей бригады. Он отсидел пару раз за разбой и грабёж, хотя внешне выглядел вполне прилично. Ростом был около двух метров. В принципе, он был неплохой парняга но, жестокие условия существования ожесточили его, и он стал тем, кем стал - предводителем банды. Тогда я был не очень опытен. Сейчас бы,  конечно, отказался от встречи. Такие знакомства до хорошего не доводят. Но, что сделано, то сделано. Пришёл я, значит, к этому Саше Хрусталёву, так его назвала мама при рождении. Когда мы разговаривали, обратил внимание на его кулаки нехилых размеров, покрытые шрамами от ударов по чужим зубам. Не хотел бы я получить таким кулачищем по морде. Мы вполне мирно побеседовали, главный вопрос, который его интересовал - "Под кем я?" То есть, кому плачу монеты за безопасное существование нашего бизнеса? Когда он узнал, что мы находимся под крышей братьев Алексеенко, понял, что ловить здесь нехрен. Банда спортсменов была гораздо сильнее.

Расстроился он конечно, и отпустил меня восвояси, пожав мою лапку своей здоровенной клешнёй. Во время встречи с ним присутствовало несколько братков злодейского вида. Минусом было то, что он увидел меня в лицо, и к тому же я засветил свою тачку. А Владивосток - город "маленький".

К этому времени многие из наших корешей догадались, что винное дело прибыльное и, стали ставить ларьки в разных районах города. Все эти новые точки создавались под эгидой "Белого треугольника". В общей сложности к весне насчитывалось пятнадцать точек. Все они торговали на свой карман, Треугольник с этого ничего не имел. Таким образом, я волей-неволей, нечаянно стал местным боссом разливного алкоголя в городе. Власти нас особо не напрягали, все знали, что это яхтсмены зарабатывают себе деньги на новые лодки. Да и чёрт с ними.

Однажды случилось очередное вливание в наш дружный коллектив новых парней со своей торговой точкой. Тоже бывшие морские. Я сразу их предупредил, что надо будет отчислять энную сумму за безопасность.  Все наши, кстати, были под братьями, это очень удобно. Но ребята отказались, сказав, что у них и так всё нормально. Ну, нет так нет. Забегая вперёд, скажу, что ни хрена у них не было, никакого прикрытия, просто от жадности решили слегка сэкономить. Короче, оказались обыкновенными жлобами. Мне нужно было убедиться, что у них всё нормально. Но я, ввиду своей дурацкой доверчивости и загруженности делами, не сделал этого.

Кстати, водитель виновозной машины был осведомителем Хрусталя, я это знал, но не придавал значения. Это был матёрый мужик, в меру хитрожопый. Он, оказывается, сидел вместе с Сашей на зоне, там и познакомились. Скорее всего, это он изначально проинформировал своего босса обо мне, и вообще сливал инфу обо всём, что знал и слышал о нашем "Треугольнике". Но, об этом я догадался гораздо позже. Короче говоря, этот подлец сообщил  ему об открытии новой точки, а поскольку он был хитрожоп, то каким-то образом разнюхал, что пацаны сами по себе, то есть никому не платят и, об этом тоже  не забыл доложить.

А потом случилась эта дрянная история. Заявляются наши новые морячки  как-то вечером ко мне домой, в те дикие времена ещё не было мобильников: "Помоги Бэр, друган!" Выясняется: когда они заправляли ларёк вином, к ним как чёрти, на двух Паджеро, подрулила группа отморозков.

Когда я общался с Сашей Стекловым в кафе, у меня было время разглядеть его сообщников. Один там был очень живописен, весь во всевозможных уголовных наколках и на всю правую половину лица оухенный шрам. Такой, плохо зашитый, рваный шрам, который придавал лицу очень злодейский вид. Если поздно вечером с такой  рожей попросят  закурить, можно обосраться. Сашок знал, какое сильное впечатление производит на людей этот Квазимодо, и всегда брал его с собой на подобные мероприятия. Так вот: подходят они к хлопцам и давай их грузить, мол, территория наша - гоните монеты. Они хорошо знали свою работу, в отличие от наших новоиспечённых  партнёров. Мальчишки ссыканули, да любой ссыканёт - главарь на голову выше всех, с кулаками-кувалдами и этот человек-шрам, нервно перебирающий эбонитовые чётки. Остальные тоже выглядели не шибко интеллигентно. И вот наши мариманы, недолго размышляя, отдали  деньги. Неважно, сколько. Факт в том, что они показали свою несостоятельность. Значит, они ни с кем, они одни, за их спиной никого нет. Их можно сейчас доить, как последних чмырей.

Я был в шоке. Из-за своей, то ли жадности, то ли тупости они обосрались по полной программе. Если бы я знал, что они такие говнюки, то хотя бы предупредил, как поступать в подобных случаях. Но, этого не сделал, будучи убеждённым, что у них действительно всё нормально. Им надо было перенести разговор на потом, куда-нибудь на стрелку, а они даже не спросили, с кем имеют дело. Просто тупо отдали деньги. Кому? Непонятно. Хотелось взять ремень и отхлестать их по заднице, как непослушных детишек. Чтоб они верещали и просили прощения. Конечно, тут же всё высказал, что я думаю о них, в самой  грубой форме. Я орал, брызгал слюной, обзывал их гадкими словами. Но, они стояли, потупившись, как провинившиеся пионеры, понимая, что я прав и оправдания их поступку нет. Просто, через пару дней ларёк у них забрали бы, сопротивления-то нет. А потом думаю себе: "А чего я ору? Какая мне разница, что у них там отберут? Я здесь вообще никаким боком, и с их ларька ничего не имею".

Спустя некоторое время, выплеснув гнев, мы поговорили уже нормально, без эмоций. По описанию бандитов понял, что наехал на них, не кто иной, как Хрусталёв. Потому что присутствовал парняга с огромным шрамом во всю рожу и злобно помалкивал. Теперь мне стало понятно, почему они растерялись, Квазимодо произвёл нужное впечатление.

Договорились действовать так; я встречаюсь с Яном и докладываю, что в нашей фирме открылась новая точка но, по недоразумению, по ошибке, ребята отдали деньги посторонним, приняв их за своих. А они в свою очередь подтвердят, что так и было. Только надо доложить пораньше с утра, а потом сообщить Хрусталю, что он залез на чужую территорию.

Я был полный дурак! Самонадеянный простофиля. Как можно отважиться выполнить миссию, которая мне совершенно не по плечу и не по рангу. Потом проклинал себя, что ввязался в эту историю. Вместо того, чтобы плюнуть на это дело и отвалить, я встрял в него.

На следующий день встретился с представителем группировки, которая нас крышевала. Был у них в банде парень по имени Ян, который занимался всевозможными переговорами. Возможно это была кличка, паспорт он не показывал. Такой редкостный талант, виртуозно умел вести разговор. Это был дохлый высокий хлыщ, про которых говорят "соплёй можно перешибить" но, когда раскрывал рот, разводил народ влёгкую. Нужные аргументы  у него находились моментально. Однажды я был свидетелем, как он зашугал группу плохих ребят. Просто расплющил их аргументами. Лица у них стали белые как мел. Удивительно, как ему это удавалось? Там были действительно настоящие отморозки, палец им в рот лучше не совать, поверьте мне. Руки в тюремных наколках, и с глазами голодных, злых волков. Их было много. Они были здоровее его. Они могли порвать его как щенка. Но он, используя только великий и могучий русский язык, заставил их поджать хвосты, и соглашаться с его доводами. У меня, как вы знаете, совсем не так, нужные слова находятся тогда, когда уже всё произошло, и как говорится поздно пить Боржоми, слова эти уже никому не нужны.  Хороша ложка к обеду.

Я обрисовал чуваку ситуацию, мол, плющат наших ребят, они только начали работать, а Хрусталь на них наехал ни за что, ни про что, и они по ошибке заплатили ему. Ян сразу всё понял.

Он в тот же день встретился с Сашей, и пояснил ему, что тот поступил очень скверно, так как эти парни работают с ним. Просто, увидев такую страшную рожу со шрамом, слегка навалили в штаны и поэтому поступили неадекватно. Конечно, Хрусталь был дико зол...  да что там, он был ужасно разгневан. Его унизили, оскорбили, развели  как пацана. Ему пришлось возвратить деньги. Этим его, как бы, слегка приопустили, а такое в его круге общения не приветствуется. Он был не дурак, сразу сообразил, откуда ветер дует. Понял, что всю эту херню затеял ваш туповатый рассказчик.

И вот однажды, поздно вечером, когда я ехал домой после напряжённого трудового дня, мою машину обгоняет тёмный джип со зловеще поблёскивающими тонированными стёклами и притормаживает, прижимая меня к обочине. Сразу узнал этот джип, и узнал этот рваный шрам на роже у водителя. Я  рассчитывал, что Аль-Капоне не догадается об этой моей глупой афёре, но Саша был умён по-своему, надо признать. Оно и понятно, что бандами не руководят дураки. Банда - это нормальное предприятие, со своим кодексом чести, со своим руководством, средним звеном и просто работягами-боевиками, которые когда-нибудь, может быть, дорастут до руководства своим собственным предприятием-бандой. Чтобы быть главарём, надо иметь авторитет, иначе никак. На обычном предприятии просто уволят по какой-нибудь подходящей статье, если не справился с обязанностями, а на такого рода предприятиях, которым руководил наш знакомый,  особо не церемонились. Не увольняли, а просто закапывали в землю либо в целом виде, либо по частям. Сейчас авторитет босса пошатнулся. Какой-то вшивый торгаш бухлом так бессовестно обул его, такого прощать нельзя, подчинённые перестанут уважать. Я почувствовал, что Саша настроен решительно. Догадался - разговор будет серьёзным. Предчувствия были очень хреновые. Скажу честно, я сдрейфил. Мысленно готовился к самому худшему.

Из машины вышли пятеро хмурых ребят в кожаных куртках. Один из них открыл заднюю дверь, деловито и медленно достал оттуда алюминиевую биту для игры в бейсбол. Играть здесь явно негде, да и время неподходящее. Бля! Насмотрелись этой голливудской лажи, твою мать! Видел я в кино, как этакой хреновиной дубасят непонятливых ублюдков. Сегодня этим ублюдком, похоже, быть мне.

Два автомобиля стоят  на плохо освещённой владивостокской дороге. Чёрная девятка с зелёной надписью Fullpower на заднем стекле, и большой чёрный джип без номеров. Дорога была пустынна. В те времена машин было очень мало. Из легковой вышел ушлёпок, невысокого роста, в чёрной куртке и синих джинсах. Из джипа -  пять огромных рыцарей в латах, поблёскивающих мутным, отражённым светом тусклых уличных фонарей. В вечерней туманной дымке приморского города они смахивали на тех, которых топил в озере Саша Невский. С отверстиями в забралах в форме креста, сквозь которые был виден налитый ледяной злобой, остановившийся взгляд. Двухметровые мечи были прикреплены у них за спиной. Думаю, тот парень в джинсах почувствовал себя неважно.

Никаких лат, конечно же, не было. У страха глаза велики. Вы, наверно, уже догадались: если я всё это вам сейчас излагаю, значит, всё-таки, голова осталась на месте, а не покатилась по владивостокским обрывам. Хрусталь предъявил мне свои  претензии. Он не кричал. Он был спокоен как удав, перед тем как проглотить трусливого суслика. Он был законно уверен в своей правоте. Я стоял перед ним, как обосраный лох, а что ещё оставалось делать? Спасибо, что хоть сразу черепушку не проломили. Жаль, в тот момент не оказалось рядом переговорщика Яна, он бы наверно нашёл нужные слова, а я тупо согласился, да и куда было деваться, если действительно схватили за яйца.

Собственно говоря, претензии были простые -возместить убытки. Материальный и моральный ущерб. Но как это сделать? Непонятно. Деньгами откупиться невозможно, иначе не слезут потом - это я понимал. Да и принадлежал я к другому клану. Если бы попытался откупиться деньгами, то запятнал бы честь всего клана. А тогда уж на меня бы ополчилась и боксёрская банда. Хоть они и считались спортсменами, но порядки у них были всё равно как в нормальной банде. Ну, может быть, самую малость полегче.

Короче говоря, итогом всего этого променада было подписание протокола о намерениях. Не на бумаге, конечно, просто на словах. А суть такова: следующий ларёк, который может появиться в недалёком будущем, отойдет под опеку банды Хрусталя. То есть я своими необдуманными действиями загнал себя в паскудную западню. Выходило, что следующий человек, который, теоретически, может присоединиться к нашей компании, сразу же оказывается в роли зайчика с лубяной  избушкой. Его выгоняют и садят наёмного продавца, а весь доход, догадайтесь, чей.

А я, автоматически оказывался в роли грязного подонка, вонючего провокатора, продавшего ради своей  сраной шкуры ни в чём не повинного человека. От меня бы отвернулись все, и жить с таким клеймом невозможно. Во всяком случае, для меня. Но, тем не менее, я согласился на его условия. Просто чтобы оттянуть время, а по ходу пьесы что-нибудь придумать.


91 Внутри холодного вина.

Как нарочно, у меня полным ходом шёл процесс установки ещё одного магазина разливного вина. Я уже сляпал сам ларёк, оставалось только подобрать хорошее место, вы ведь знаете, всё зависит от места, проходимость и всё такое. Место я приглядел просто козырное, на остановке трамвая Комсомольская. Там стоял, ещё со времён русско-японской войны, пивной павильон. Это было самое востребованное место всех бухарей города, прокачанное до невозможности. Сам там выпивал миллион раз во времена курсантской юности. Ноги просто автоматически приносили всякую пьянь именно сюда. Как раз хорошего винищща здесь, для ассортимента, не хватало.

Но, по какой-то причине, председатель Первореченского района не хотел подписывать моё заявление. До сих пор не пойму его упёртости. Скорее всего, если бы я вручил ему мешок денег, он бы всё быстро подписал, к сожалению, в моём бюджете такая графа расходов не была предусмотрена. Я ковырялся целый месяц, никак не мог вырвать эту Комсомольскую, а на другое место ставить не хотелось. Когда совсем уж устал, решил проконсультироваться с Яном, может быть, у них есть подвязки в администрации.

- Что ты мне сразу не сказал? Он сделает всё, как мы скажем!

Думаю - "Ни хрена себе, ребятки раскочегарились! Так кто тогда в городе хозяин? Мафики, что ли? А администрация просто так, для понта? Ну, дела!"

На следующий день он дал мне некоторые инструкции по поводу заявки. В тексте надо было грамотно аргументировать место установки точки, мол, что это делается в интересах населения района, для удобства покупателей, и прочий словесный кал.

Сделал всё как он сказал, и пришёл к председателю на приём. К моему удивлению, тот взял мою бумажульку, без лишних слов размашисто расписался своей опупенной золотой чернильной ручкой. Я радостно побежал заниматься водопроводом. Ну, алкашня, милости просим на презентацию. Влепил свой ларёк рядом с пивнушкой. Для прикола нанял художника, и он мне разукрасил магазинчик просто супер. Сисястая бабёнка с корзиной винограда, и надпись "Букет Молдавии". Не знаю даже, почему именно Молдавии? Мне показалось, что так звучит гораздо лучше чем "бухло Азербайджана". Этот ларёк выглядел жутко элегантным по сравнению с задрипанным, насквозь проссаным, и миллион раз обхарканным пивным сараем. Местная бомжатня просто засветилась от счастья.

На открытии этого магазина произошла забавная история. Дело было в середине апреля, достаточно тепло, и я не стал утеплять ларёк, решил это сделать потом. Пришла машина с тремя тоннами выпивки, как всегда. Народу собралось тьма-тьмущая. С канистрами, с банками. Трубы у всех горят, естественно, с утра. Галдят там, выясняют, кто где стоял или не стоял. Да мне без разницы. Солнышко так хорошо пригревает. Контейнер раскалился неслабо, внутри температура градусов под сорок.

Подключили шланг, пошло вино, всё идёт по плану. Тридцать секунд, полёт нормальный. Бочка наполняется, это видно по уровнемеру. Я сам его изобрёл и изготовил. Минута, полёт нормальный. Первая наша ёмкость была без этой штуки. Крайне неудобно, непонятно сколько осталось там внутри. Девяносто секунд, полёт нормальный. На этот раз я выточил два штуцера с резьбой и вкрутил их в корпус цистерны, один сверху, а второй снизу, на самое дно. Соединил медицинской пластиковой трубочкой, с помощью которой медики ставят капельницы. Две минуты, полёт нормальный.  В этой трубочке, согласно законам физики, видно, сколько в данный момент вина в бочке. Народу на улице прибавилось, гвалт стоит невообразимый. Все желают отведать мой букет Молдавии.

Сто пятьдесят секунд, смотрю, снизу начало капать потихоньку. Непорядок, это мои деньги. Похоже, нижний штуцер уровнемера слабовато затянут. Взял ключ на семнадцать, не тяп-ляп, механик ведь, в море миллион таких винтиков позакручивал. Ну и подтянул!

Ё-моё! Ссука! Да что же это? Снизу как хлынет!

Целый водопад винищща! Блллин! Кошмар!

Сначала ничего не понял, как такое могло получиться,спасибо винтики в башке завертелись...

Механик сратый. Поставил там резиновую прокладку. Кто ж так делает? Резинка-то мягкая, когда я затянул гайку, выдавил её наружу. А ёмкость уже почти полная, давление снизу офигенное, вино хлещет - дай боже. И что теперь делать? Слить обратно в машину невозможно, в лучшем случае только половину, опять же, по законам физики. Драгоценная жидкость льётся прямо на пол. Чёрт побери! Давай совать туда какое-то задрипанное ведро, да куда там, оно быстро наполнилось, и что дальше? Вино льётся грязное, с жучками, паучками, со всяким мусором. Ёмкость - как термос. Внутренний корпус и наружный корпус, а между ними изолирующий материал. Сначала вино попадает между этими корпусами и вымывает оттуда всякую срань, копившуюся там годами. Твою мать! И что? Ждать теперь, когда всё выльется? Зашибись!

Вспомнил, что неподалёку есть какая-то база, видел там молочные сорокалитровые бидоны. Сгонял туда, выцыганил несколько бидонов. Но это всё ерунда, полумеры. Через полчаса они заполнятся, и что дальше? Это сколько надо бидонов, чтобы поместилось три тонны бухла? Посовещался я с водителем виновозки. Выход один: надо лезть кому-то в бочку, и заменить там прокладку на паронитовую. Как-то так. Лезть придётся мне, никому не смогу доверить такое ответственное дело. Вспомнил котёл на Агатовом, там тоже лазил во чрево. Неизвестно, что хуже, котёл навозный или бочка, полная алкоголя. Деваться некуда, каждая секунда промедления делает меня беднее, надо шевелить булками.

Пока мужик вырезает прокладку, скидываю с себя шмотки. Маленько поразмышлял, оставить трусы или нет. Показалось, что не совсем эстетично в говённых трусах лезть в благородный напиток. То, что там будет моя задница, как-то не беспокоило. Скинул к чёрту и трусы.

Задача такая; надо забраться в цистерну с прокладкой и ключом... и, с голой жопой. Отвинтить гайку на штуцере, поставить паронит и закрутить обратно. Ни хрена себе! Там глубина больше метра, чтобы всё это проделать, придётся нырять с головой, по-любому. Да я же Ихтиандр! В Охотском море зимой плескался. Нет проблем!

Залез в это вино, оно холодное такое оказалось. Помните, как джентльмены удачи сидели в цистерне с бетоном? Теперь я примерно так же. Подумал: а вдруг я захмелею от алкогольных испарений да отрублюсь внутри? Капец. На могилке напишут: "Утонул в вине". Глаза открыть не рискнул. Спирт, понимаешь ли. С закрытыми глазами не шибко удобно. Кручу, верчу. Выныриваю изредка, набираю воздуха вперемешку с испарившимся спиртом. Водила снаружи крутит, я изнутри.

А на улице народ уже бесноваться начал от нетерпения, того и гляди ларёк мой перевернут к чертям. Подождите, господа хорошие, сейчас, только агрегат починим и угостим уже вас дарами Молдавии.

Открутил эту поганую гайку, насадил кое-как грёбаную прокладку, оказывается, не зря в детстве в бассейн ходил, пригодился навык. Задница так и норовит всплыть, законы физики работают. Закрутил всё обратно, затянул потуже. Вылез оттуда липкий весь, кошмар. Вытереться нечем, так и ходил голый. Пока доливали водичку, мужики уже начали в стенку тарабанить, типа, хватит издеваться, давайте уже закись, силы на исходе.

Напялил трусы на проспиртованные яйца и открыл окошко. Сразу протянулось сто рук с баблом. Нравится мне всё это. Красота! Не то, что в нынешнее время. Заколебаешься что-либо продавать, продавцов больше чем покупателей. Сначала продали вино с мусором из фляг, их же надо возвратить. Мужики ржали по поводу жучков-паучков: " Ништяк! Тут закуска сразу плавает! Гы-ы-ы!" К вечеру бочка была пуста, а у меня появился ещё один мешок замечательных купюр с портретом главного коммуниста на развороте.


92 Как заработать миллион?

В процессе всей этой винной эпопеи, волею судеб, я плотно сознакомился с Аликом, азербайджанцем, который руководил отгрузками вина. Это был молодой прорывной парень, которого, однако, все его соратники слушались. Выпивку брал у него, естественно, под реализацию, всё было на доверии и на честном слове. Рассчитывался я всегда сполна и вовремя. Ему нравилось со мной работать. Однажды он предложил мне с очередными вагонами сделать по-другому. Не торговать ими врозлив, а от имени "Треугольника" сдать на завод, он всё равно сейчас практически не работал, так как не было сырья.

Мне эта идея понравилась. Это более цивильно, а выхлоп ещё больше, бутилированое вино стоит в два раза дороже. Когда дома я посчитал на калькуляторе расклад по этой операции, у меня чуть крыша не свалилась. Выходили какие-то совершенно астрономические суммы. Такие, что эта суета с ларьками показалась глупостью и бредом.

Конечно же, с утра я помчался как ошпаренный на завод, и с директором обсудили, каким образом это всё грамотно обтяпать. Он был очень даже рад моему предложению, но услуга по розливу в бутылки платная. Надо было заплатить за это целый миллион наличманом. Я пытался его уболтать рассчитаться с ним продукцией, то есть бутилированным вином, но мужик ни в какую, якобы, надо платить зарплату и прочая хрень. Уже было подумал, что всё сорвётся, даже не знал, сколько у меня есть денег в наличии. Они лежали в мешках дома.

Ломанулся домой, может быть, там наберётся миллион? Ничего себе! Восемь месяцев назад я шкрябал себе на тачку, кое-как нашкрябал шестьдесят тысяч, а тут возможно дома миллион лежит!

Насчитал семьсот пятьдесят тысяч. На самом деле заработал, конечно, гораздо больше, тратил на установку новых магазинов, платил мафикам, взятки и прочая дребедень. Но ведь у меня есть партнёр. Потряс Егора, объяснил ему сущность вопроса и получил недостающую сумму. Йессс!

С чемоданом баблищща заявился к директору, и мы заключили с ним договор на услуги по розливу портвейна в бутылки 0,7 литра. Формально, я выступал в качестве посредника, разлитое вино принадлежало Алику, но оно ему нахер не нужно было, ему нужны были деньги и, только деньги. Башли, бабки, монеты, фантики, гульдены и прочее. Получилось семьдесят тысяч бутылок изумительного азербайджанского Агдама, это три с половиной тысячи ящиков или двадцать грузовиков. Класс! Вот это бизнесок! Я забрал все эти тысячи бутылок и развёз по магазинам. Все брали его с превеликой радостью и практически предлагали поцеловать меня в жопу. Скромно отказался - я не из тех.

Как я уже говорил, с алкоголем в то смутное время был страшный напряг, поэтому наше вино продавалось практически с колёс. Но, существовала  небольшая сложность: надо было вернуть на завод ровно такое же количество стеклотары. Это, конечно, неудобно, лишняя возня и добавочные расходы, но по-другому никак.

Я беспокоился, что Хрусталёв пронюхает о моём новом деле. Корешам даже не рассказал, что я делаю, размандят ведь на весь белый свет, и Егору строго-настрого наказал держать рот на замке. Стеклянный всё интересовался, когда я ему точку (ларёк) подгоню, а мне это точечное дело стало совсем неинтересно.

Продукцию развёз под реализацию, по одному грузовику в магазин, это нормально. Слишком много магазинов - много возни, а много ящиков в один магазин - слишком долго будет продаваться. Через две недели все рассчитались со мной, и приволок я домой три миллиона шикарных советских рублей. Теперь получалось, что вся эта копатня с ларьками была ни к чему, можно было сразу так делать, и заработал бы в сто раз больше, и суеты меньше. Бллин!

Кстати, доллар в июле 1992 стоил 140 рублей, если точнее, то первого числа 125 рублей, а в конце месяца уже 160 рублей. Инфляция была 210 процентов в месяц. Мне надо было, дураку, просто набрать долларов на эти монеты, и больше не суетиться, просто посидеть, подождать до Нового года. В конце года цена бакса была уже 418 рублей. Прикольно? Вот так! Можно было квартиру купить, этих денег хватило бы. Даже две, если летом.

Но, я не накупил долларов, и не приобрёл квартиру. Я поступил по-другому и... попал в ещё одну дрянную историю.


93 Лук Александра Македонского.

Помните как там у Пушкина - "Хочу быть владычицей морскою!" Решил я попробовать обойтись без Алика, зачем лишнее звено!? И к тому же, вы ведь знаете, что Боливар не любит когда у него на горбушке сидят двое. Вознамерился сгонять в Азербайджан, прикупить там парочку вагонов портвейна. Видишь ли, эта хренотень в тех краях копейки стоит. Невнимательно, видно, Пушкина читал про ту долбанутую старуху. Вот же фантазёр! Вообще крыша поехала.

Тут выяснилось, что на винзаводе работала некая тётка, которая занималась снабжением предприятия виноматериалом, она мне и говорит: "Зачем тебе Азербайджан, там ненадёжно, могут кинуть и всё такое. Поехали лучше в Ташкент". Как раз она туда собиралась, чтобы договариться о поставках вина, якобы, у неё там какие-то связи. Сучка, лучше бы я её не встречал.

Короче, через месяц мы втроём; я, Егор и эта ворона, летели с моими миллионами, закупать в Узбекистане бухло.

Эх! Давненько я не был в Ташкенте. Мегаполис поразил меня ценами на квартиры. С нашими деньгами мы могли скупить четверть города, вот надо было это и сделать. Всегда умный задним числом. Не буду сейчас подробно всё расписывать, в общем, с вином получился облом. Оно в принципе было. И винзаводы были, но ещё действовала распределительная советская система, оно было только по запланированным квотам. Наверно, возможно было взять вино за какую-нибудь дикую взятку, да где ж найти такого дебила, который на такое согласится. Побегал я по заводам, по каким-то полуподпольным конторам, где предлагали продать всё что угодно, от носков до двигателей к самолётам. И вино тоже, якобы можно было купить, но что-то всё было на словах, подозреваю, что на деле никаких носков и двигателей не было в помине. Помните это время, начало девяностых, все вдруг стали маклерами и предлагали друг дружке продать всякую херню.

Как раз среди этой беготни по конторам, нарисовался обаятельный узбек по имени Батыр. В какой именно момент я с ним познакомился - не помню. Однако, он появился. Такой жизнерадостный парняга, зубастая улыбка до ушей. И даже артист. До всей этой кутерьмы он пел народные песни в местной филармонии, сопровождая их игрой на, представьте себе, дутаре. Это нечто вроде гитары или балалайки странной формы, с двумя струнами. Без вранья! Дома у него висел плакат, где он был изображён на сцене с дутаром в руках. И потом я не раз слышал, как он пел узбекские, душещипательные песни под бряцание этих двух струн. Когда филармония загнулась, он, как и все, подался в маклеры. В итоге, помогал мне найти для покупки вино, а когда с вином не получилось, найти вообще что-нибудь. Не хотелось уезжать оттуда с пустыми руками, всё было просто неприлично дёшево. Овощи, фрукты, продукты в магазинах и прочее.

И тут вспомнил, что во Владике был страшный дефицит лука. Дома я пытался что-то сготовить, понадобился лук, но обойдя местные магазины, его так и не нашёл. Точнее, нашёл в одном месте, но там был такой сногсшибательный ценник, что я подумал, обойдусь как-нибудь. А здесь лука было завались, и стоил сущие копейки. Батыр идею поддержал, даже вспомнил знакомого маклера, через которого можно взять шикарный лук, и недорого. О'кей! На следующий день мы сели в нашу "Волгу", и отправились куда-то на север. Представьте себе, он развозил меня по городу на офигенной чёрной ГАЗ-21. Ехали очень долго, весь день. Вы не поверите, но свои миллионы я таскал с собой в сумке. Можно было просто треснуть меня по башке, да и забрать всё. Слава богу, Батыр оказался не уголовник.

Нахрена ехать в такую даль, если этого дурацкого лука везде полно? Но, он мне объяснил, что именно там произрастает лучший в мире лук, его хавал и нахваливал сам Александр Великий две тысячи лет назад, а так как он считает меня своим другом, то просто обязан помочь купить именно этот заебатый лук.

Убедительно? Ну вот! И я так же подумал.

Уж если сам Македонский!.. Действительно, зачем мне какое-нибудь говно? Если брать, так в самом деле, лучший. Чтобы там, на краю земли, в любимом мною Владивостоке, выстраивались опупевшие домохозяйки с огромными баулами, и покупали этот восхитительный лук, и разносили эту радостную новость по округе, что лук наконец-то есть. А спас всех от лукового коллапса героический моряк и винный босс по имени Бэр.

Приехали мы в какой-то богом забытый луковый колхоз, меня встречали там, как Гагарина, хлебом-солью и всевозможными почестями. Всё это напоминало мой первый вояж по Средней Азии. Тоже был накрыт шикарный стол, меня накормили до отвала. Я понял, что узбеки пока не накормят-напоят гостя, не угомонятся. Показали здоровенные ангары, под жвак забитые мешками с луком. Он и в самом деле был шикарный, а может быть, мне так показалось. Ну, в общем, пошли мы в контору, там был страшный переполох, весь узбекский персонал этой богадельни сбился с ног, желая мне угодить. Только что на руках не носили. Я чувствовал себя почти президентом. Ну, ещё бы, приехал чувак, который в состоянии скупить четверть ихнего Ташкента. Понятно, большая шишка. К большим шишкам у азиатов уважительное отношение. Последний раз меня так чествовали в день моего появления на свет.

Заплатил в конторе за лук. Купил четыре вагона, сколько тонн - не помню, но если считать, что в вагон входит шестьдесят тонн, то дохрена. Батыр сказал, что всё в порядке, подгонят вагоны, погрузят моё приобретение в лучшем виде, без проблем. Видя такой умопомрачительный приём, я ни разу не сомневался, что так оно и будет. Со спокойной совестью залезли в свою шикарную блестящую колесницу и укатили как боги в туманную даль. Долго ещё за машиной бежали босоногие узбекские пацаны, что-то крича напоследок, возможно, восхваляя моё величество, и размазывая грязные слёзы по счастливым лицам. Думаю, этот день они запомнили навсегда, и будут рассказывать о нём своим внукам.

Вернувшись в Ташкент, не стал задерживаться, ловить там было больше нечего. По дороге домой случился странный казус; была осень, я вылетал из Владика в летних, дырчатых штиблетах, а сейчас мы возвращались с пересадкой в Якутске. "Вот и отлично, - думаю, - в Якутске как раз не был, посмотрю город заодно, я же великий путешественник". Выхожу из самолёта в своих сандалетах, а там снега по пояс и дубариловка градусов сорок. Зашибись, посмотрел город! Чуть ходилки не отморозил, пока до аэропорта в этом поганом холодильнике нас везли. Да и в самом здании аэропорта было не шибко жарко, градусов пять, может быть, не топили его, что ли? Якуты - народ закалённый, зачем топить? Надышали толпой, напердели - и хорошо, немножко плюс есть - и ладно. Как там по ихнему? Самолёт хорошо, а олени-то лучше. Якуты смотрели на мои шлёпанцы и, наверно, думали, что парень с Северного Полюса проездом, жарковато ему. Слово "Якутск" навсегда у меня стало ассоциироваться со словом "дубар". Там лето от зимы отличается только тем, что снега летом всего лишь по колено. Кое-как дождался посадки, и распрощался навеки с этой негостеприимной местностью.


94 Из князей обратно в грязь.

Приехав во Владивосток, даже не стал встречаться с Аликом по поводу дальнейшей винной деятельности. Посчитав на калькуляторе, сколько я забашляю на луке, не стал даже пачкаться. Правда, одно обстоятельство меня слегка насторожило: по городу там и сям прямо на улицах торговали луком. Видно, не один я был такой умник, кто-то тоже сообразил. Да ладно, у меня-то лучок супер, а не какая нибудь срань господня, сам Македонский его жрал и нахваливал. Прорвёмся! Только бы паровоз мой дождаться. Товар мой пришёл быстро, узбеки постарались. Ну, держитесь господа, сейчас я взорву этот город! Открываем вагон...

Твою же мать!!!

Мать твою!!!

Капздец!!! Лук, сука, весь пророс сквозь мешки. Зелёные побеги, хоть сейчас зеленью торгуй. А он же, когда прорастает, становится таким гниловатым, непригодным к употреблению. В общем, получил я сто тонн гнилого лука. Пидзец! Разбогател.

Курс доллара помните? Говорю же, надо было накупить зелени и сидеть, ждать. Ага! Накупил бля зелени, только не той! Выгрузили этот сраный лук на овощебазе улицы Фадеева. И что дальше?

Нанял я работяг, перебрать его, чтобы хоть что-то продать. Да куда там нахер, шняга полная! Говно голимое! В магазинах на мой лук, даже перебранный, смотреть не хотели. А он ещё в придачу, паскуда, потёк. На нижний этаж с яблоками стала просачиваться эта дерьмовая, гнилая жижа. Капец! Тогда я понял, что значит фраза "от великого до смешного один шаг". Я возненавидел лук всеми фибрами души. Даже сейчас, спустя много лет, беря в руки лук, я вспоминаю этот поганый случай с содроганием. Вот так боги падают с небес на грязную землю.

Но это ещё не всё! Надо было срочно его вывозить. Хоть куда. Иначе придётся платить за испорченные яблоки. А куда, хоть куда? Ну, видимо на свалку. Чудесно! Мои три миллиона на свалку! Мои две квартиры на свалку! Классно! Грамотный ход.

Но, и это ещё не всё. Оказывается, чтобы вывезти говно на свалку, надо заплатить. Во-первых, за саму машину, во-вторых, за погрузку этого дерьма, и в-третьих, купить талон на выгрузку на самой свалке. То есть, чтобы нормально выбросить три миллиона, надо ещё приплатить. Охуеть!

Как ошпаренный я побежал по каким-то сраным организациям, типа садиков и школ, предлагая им даром охренительный лук... ну, самую малость проросший. Потом догадался пойти в администрацию, к тому самому козлу, который мне не хотел давать место на Комсомольской. Говорю ему: "Яхтсмены хотят сделать городу опупенный подарок! Миллион тонн чудесного лука! Его хавал сам Македонский!" Мужик, конечно, обрадовался, эти ублюдки сразу чувствуют, где можно чего-нибудь спиздить. Отправил меня в отдел социальной помощи. Там бабёнка расписала график забора халявного лука. Какие-то военные части, тюрьма, ещё что-то, хрен проссышь. Да мне без разницы, лишь бы за этот долбаный вывоз не платить.

За неделю почти всё разобрали. Правду говорят: "На халяву и уксус сладкий". В тюрьме, наверно, ребят три раза в день кормили замечательным македонским луком. Кстати, в это время там обретался мой кореш Саня Хрусталёв. То ли за хулиганство, то ли за ношение оружия, то ли ещё за что. Нахера ему, вообще то, оружие? У него кулаки как холодное оружие. Короче, солдаты и уголовники сели на луковую диету от "Белого Треугольника". Насчёт Хрусталя я, конечно, обрадовался. Теперь, думаю, не скоро он будет должок требовать, но глубоко ошибся. Однажды, возвратясь к своей тачке, обнаружил на ветровом стекле записку, в которой меня предупреждали, что жить мне осталось недолго.

Ни хрена себе! Это, видно, Сашины дружки от его имени постарались. Так что, расслабиться особо не получилось. И что дальше? Денег нет. С нуля, что ли, всё начинать? Не получается, Алик куда-то пропал. Укатил, наверно, со своими миллионами в Азербайджан. Так что вина нет, и не предвидится. "Ничего не сказала рыбка, Лишь хвостом по воде плеснула, и ушла в глубокое синее море". И превратился Бэр в одночасье из винного Рокфеллера в бомжа.

Но, не привык я ломаться под ударами злодейки-судьбы. Созвонившись с Батыром, выяснил, почему так случилось с луком. Как обычно виновных не оказалось. Хотели, как лучше, а получилось через жопу. Хотели побыстрее отправить груз, вагоны грузили в дождь, а для лука это смертельно. Он намок, и конечно, пророс и загнил по дороге. Батыр сильно извинялся, погрузку он перепоручил какому-то балбесу. Ну, в общем, о чём разговор? Всё плохое же случилось. Про Титаник тоже говорили, мол, непотопляемый, мол, самый лучший. Ага! В первом же рейсе утонул к чёрту. И кого винить? Да никого. Конечно, стрелочника можно найти, но это не то. Конкретного виновника нет. Все старались. Просто так вышло. Забыто! Надо жить дальше. Кто сказал, что прорыв бывает лёгким? Надо вставать с колен, вытирать сопли и пидзовать дальше.

Батыр, пока я тут занимался благотворительностью, нашёл-таки способ купить вина. Точнее, даже не вина, а шампанского. Ну, вот! Другое дело! Я встряхнулся. На носу Новый девяносто третий год. Шампанское будет очень кстати. Вот только миллионы кончились. Пошёл я на поклон к директору этой самой овощебазы. Набросал бизнес-план. Объяснил расклад, дебет-кредит и прочая мутата. Попросил три миллиона. Оставил свой фульпуер в залог. Как бы ни казалось всё это на соплях вилами писано но, денег мне дали. Лично я бы не дал. Наверно, слишком убедительно всё изложил. Когда очень сильно хочется, получается убедительно. Беру я эти миллионы, звоню Батыру: "Готовь шампунь!" - и прыгнул в самолёт. Успеть бы до Нового года.

Прилетаю в Ташкент. Идём с ним на шампанский завод. Директор, отличный дядька. Всё зашибись! - говорит. Только надо малесь подождать. Где-то оно на подходе, это же шампанское, а не тяп-ляп, сложно тут всё. Взятки, подмазки, туда, сюда... Короче, работа кипит.

Поселили меня в гостиницу при тракторном заводе. Живу. Партнёр меня по гостям водит, а там, как всегда - жорево до усрачки. Ох, и любят эти узбеки пожрать. В общем, развлекает меня, как может. Тем временем, этот хренов директор всё завтраками кормит, сучёныш. Завтра да завтра! Примерно с месяц меня мурыжил,  замаялся я капитально. Что-то с шампанским подозрительный тормоз. То ли директор ухо лечил, то ли, в самом деле, всё так сложно.

Уже думаю, может, тракторов прикупить на этом тракторном заводе. Тоже вещь в хозяйстве нужная, по крайней мере, не сгниёт по дороге. Но, однако, не стал принимать скоропалительных решений. Тем более с шампанским вроде как положение улучшилось. Якобы вагоны с жидкостью уже в пути. За три дня до Нового года я не выдержал. Что за Новый год такой, за тридевять земель? Это же семейный праздник. Дети уже забыли, как папаша выглядит, добытчик хуев. Вручаю своему узбеку бабло: "Давай, братан, покупай тут, а я там встречать буду. Только не как в прошлый раз". Хотя что ему будет, шампанскому-то? Ну, побьётся, может быть, чуть-чуть, ну, железнодорожники спиклиздят маленько - не сгниёт же. "Давай, короче. Рули!"

Сел в самолёт и был таков. Он меня напоследок дынями нагрузил, знаменитыми чарджоускими, теми самыми, которыми Михалков в молодости фарцевал. Дыни были связаны такими травяными верёвочками для удобства транспортировки. Гостеприимный был чувак, ничего не скажешь.


95 Соковый прорыв.

Прямого рейса до Владика не было, пришлось лететь до Хабаровска, таскался там по морозу с этими дынями. Пока летел, они выросли в цене в сто раз. Все просили: "Продай!". Ни хрена! Детишкам гостинец. Мороз дикий, пальцы окоченели на ветру. Травяная верёвочка, которой были связаны дыни, порвалась, и они укатились в разные стороны. Руки заняты, под мышками различное барахло понапихано. Измучился с этими дынями, пока догонял и отлавливал их. Но, в итоге довёз. На новогоднем столе были опупенные чарджоуские дыни. Сладкие как мёд. С новым счастьем!

Теперь ждём обещанное шампанское. Январь ждём. Партнёр радирует: "Всё ништяк. Шампунь на подходе!"

Февраль ждём. "Всё в поряде. Практически уже в кармане!"

Чёрт возьми, что за херня? Кинули меня, что ли? Да как-то странно кинули, так не кидают. А потом он мне сообщает: "Всё нормуль. Купил кукурузу!!!"

- Блядь! Какую, сука, кукурузу? А где шампанское???

- Да нахрена это шампанское. Я тут тему надыбал. Покупаешь семена кукурузы... пиздатой, американской, для попкорна. Надо арендовать поле и нанять крестьян. Весной посадим, через пару месяцев у нас будет дохуищща американского попкорна! Прибыль тысяча процентов!

Подумал: "А может я с ума сошёл? Или всё это мне снится в кошмарном сне? Я-то, блин, как бы машину свою заложил. Вообще без штанов остался. Может к чёрту послать этот бизнес, не пора ли подаваться обратно в дворники? Там хоть деньги дают.

- Ты что? - говорю, - Ибанулся, что ли? Ты в самом деле на три миллиона накупил этой херни?

Да уж! Партнёр что надо! Главное, собразительный, креатив так и прёт! Короче говоря, я понял, что дело пахнет керосином. Надо срочно лететь в Ташкент и спасать своё бабло, тут уже не до шампанского. Итак, хожу весь в страхе. Хрусталёвские бандюганы на хвосте висят. Того и гляди, машину взорвут, тогда как раз такая мода появилась, тачки с бизнесменами подрывать. Или черепушку вечером проломят. Ну и дела! Бизнес, твою мать!

Извини дорогой читатель за обилие мата, но я действительно был вне себя. А как ещё иначе выразить свои эмоции, все те поганые чувства, которые я испытывал?!

Собрал последние рубли, кое-как на билет в одну сторону наскрёб. Оставил супругу одну, без копейки, с детишками мал мала меньше. Капец! Папа, бля.

Прилетаю опять в Ташкент. Что-то этот город засосал меня капитально. Этому грёбаному балалаечнику уже не доверяю. Прилетел инкогнито, потихоньку прокрался к их сраному офису, дождался, когда партнёр чёртов на работу придёт и, предстал перед ним с твёрдым намерением размозжить череп, если что. Он, когда меня увидел, побелел весь. Почувствовал, наверно, паскуда, по глазам всё прочитал.

- Где бабло? И прибавил: - Бля!

Он мне про свою йобаную кукурузу стал жевать. Типа, там уже чуть ли не посевная идёт. И я понял - бабок нет! Иногда очень быстро соображаю. Там не кукуруза, там вытришки. Шикарные, высококачественные вытришки. Целое поле! Миллиард процентов прибыли! И я уже практически вытришковый босс. Мне так хотелось его отхуярить. Ногами! По его тупой роже. Видно, с тех пор у меня неприязнь ко всем азиатам, поголовно.

Кстати, вы заметили как у них сейчас всё плохо, это бог меня, наверно, услышал. Бить его я не стал. Сделал вид, что всё нормально, однако про себя подумал: "Просто так отсюда не уеду". Хоть закопайте меня но, свои гульдены я верну. Расшибиться мне в лепёшку! Собрал всю свою волю в кулак и начал разыгрывать эндшпиль. Поселился в, уже знакомой мне, тракторной гостинице, и начал каждодневно его доканывать. Просто ходил в офис, не давал ему проходу, обьяснял как с помощью меня заработать денег. Ведь капля, если долго капает, может сточить даже камень. Постепенно я его убедил, что бизнес со мной делать можно. Здесь всё дёшево, у нас всё в сто раз дороже. Он работает здесь, я работаю там. Надо только найти подходящий товар. Лук я уже не хочу, обьелся. Примерно через месяц упорного труда он наконец-то сообразил, чего я хочу - всего лишь взаимовыгодно сотрудничать! Ну, просто дико смышлёный малец!

Нашёл подходящую тему - обычный сок. Яблочный, персиковый... да любой! Его здесь как грязи. Если с шампанским такой напряг, то с соком всё гораздо проще, за покупку сока, ещё и в жопу расцелуют с радостью. Как всегда посчитал бизнес план; если взять сока на три миллиона, то у нас можно выручить двенадцать миллионов рублей, при условии, если сдать оптом в торговую сеть. Теперь-то уж я был ученый-переученый. Всё досконально пересчитал сто раз. Выходило именно двенадцать лимонов.

И стал заябывать своего узбека этим соком. Жужжал ему на ухо круглый день. Ну, если человек не понимает нихуя нормального языка! Я нашёл подходящий завод производитель. Был такой Янгиюльский консервный завод в городишке Янгиюль, недалеко от Ташкента. Переговорил с директором, как я и думал, он готов был мне задницу вылизать за такую покупку, они не знали, куда девать этот чёртов сок. У них были такие шикарные литровые металлические банки. Я уже боялся всего - согласился только на металлические, никаких стеклянных. Битый уже чувак - опытный значит. Шарахнут там, где-нибудь железнодорожники. Вы видели когда-нибудь, как формируют составы? Пускают вагон с горки, и он со всей дури врезается в формируемый поезд, грохот стоит ужасающий. Вообще удивляюсь, как там что либо вообще доезжает до адресата. От моего сока в стекле ни хрена бы не осталось.

Привёз  моего ублюдочного маклера на завод, озвучил ему в ухо бизнес-план, и всё такое. Обрисовал радужные перспективы обогащения. Каждый месяц можно зарабатывать по три лимона. Кстати, если бы он был нормальный человек, а не балбес, то можно было бы, в самом деле столько зарабатывать. Даже не три, а двенадцать минус три за покупку, прибыли девять, поделить на два, то есть, по четыре с половиной на нос. Неплохой бизнес-план. Кое-как он докумекал своей деревянной башкой, что действительно, вот они, деньги, бери - не хочу. Ещё неделю я потратил на окончательное закрепление в его мозгу этой идеи. Надо было, чтобы он привык, как бы пропитался насквозь этим планом. Чтобы он, сука, по ночам ему снился. Я ходил за ним круглый день и талдычил беспрерывно про то, как мы пидзато заживём. Чувачок, вроде как, наживку заглотил. Про испорченный лук, ему даже не заикался, и не напоминал, наверно, ему самому было стыдно. Я очень боялся спугнуть пташку. Как будто ничего и не было. Наконец-то он созрел.

В один прекрасный день, свёл меня со своим шефом. Не знаю, чем там этот мужик занимался, но он действительно был боссом. Это было видно по внешнему виду и по тому, как к нему относятся окружающие. Мы сели в кафе, нам подали, как всегда, зелёный чай без сахара. Всех из кафе выпроводили, мы остались вдвоём, и он стал меня колоть. Он был не дурак. Он понимал, что можно деньги просрать. Он хотел убедиться, что я, действительно, это я. Что я не жулик, что я не тупой, как Батыр. Что я не кидала. Что я действительно заинтересован в этом бизнесе. А я, глядя ему в глаза, честно и без утайки всё разложил по полочкам. Сколько стоит здесь, сколько стоит там. Сколько транспортные расходы. За сколько можно сдать оптом. За какой период получится оборот. Где я буду хранить. Кому я буду сдавать. Как я буду рассчитываться. Он искал подвох в моём плане или ошибку в расчётах. Он меня пытал, он меня выводил на чистую воду. Он всматривался в мои глаза и пытался увидеть там правду, он проникал в мой мозг. Я даже боялся, что он, в самом деле, прочитает мои истинные помыслы.

Настоящий план я запрятал в самый дальний уголок черепной коробки. На самом деле, решил для себя так; если всё выйдет, как я задумал, хуй они получат. Ни копейки не дам! Конечно, план шикарный, можно было всем разбогатеть но, пошли-ка они в жопу! Пусть остаются нищими. С такими дебилами партнёрничать... да никогда!

Долго он меня изучал. Я понимал, всё висит на соплях. Или я пан, или пропал. Но, всё получилось. Наверно, я был дико убедителен. Я просто очень хотел этого, а когда чего-то хочешь сильно, получается убедительно. Около часа он меня мучил и вынес свой вердикт.

- Хорошо! Я оплачу первую партию сока.

Йесс!!!

Я ликовал. Это была победа. Кончились мои мучения. Но, не собирался на этот раз уезжать, как простофиля. Уже учёный. Он оплатил за сок три этих пресловутых миллиона. Получилось четыре вагона разлитого в металлические банки яблочного и персикового сока. Теперь ездил в этот Янгиюль каждый день, как на работу. Несколько дней ушло на оборудование вагонов и их погрузку. Там были сопровождающие - парочка узбеков. Я с ними познакомился, не верил уже никому и ничему. Проверил у них документы, командировочные и паспорта. Записал всё это аккуратненько. Постоянно присутствовал при погрузке. Проверил  документы на груз и адрес прибытия. Я был на заводе, когда их утянули на станцию. На станции я ещё раз убедился, что меня никто не наебал нечаянно. Переписал номера всех этих железнодорожных аусвайсов. Узнал, что вагоны идут до Новосибирска, там их цепляют в другой состав. Узнал телефон этой чёртовой диспетчерской в Новосибе, чтобы не дай бог не отправили по ошибке куда-нибудь в Ливерпуль. Даже узнал температуру в тех краях, чтобы не переморозить мои драгоценные банки. На дворе уже был конец апреля.

А тем временем моя многострадальная жена два месяца жила, непонятно на какие шиши. Дружки мои денег ей не заняли, сами были на нолях. Она, бедняжка, наловчилась подбирать пустые бутылки возле мусоропровода, благо, там алкашни было дофига, и сдавала их в стеклотару. Питались какими-то крупами, что бог пошлёт. В общем, прошла огонь, и воду, и медные трубы. С таким супругом не забалуешь.

Когда я узнал, что мои вагончики отчалили в северном направлении, попросил у Батыра денег на самолёт. Надо отдать ему должное, что он всё это время, три месяца, кормил меня и поил, а также оплачивал проживание в гостинице. Он был не подлец, просто чересчур доверчивый и глуповатый, но это не его вина.

По приезду домой я регулярно справлялся о продвижении груза, всё шло по плану. И вот пятнадцатого мая они прибыли на станцию Первая Речка. Я приехал, удостоверился, что все вагоны запломбированы, похвалил узбеков. Вот теперь-то я точно взорву этот город. Вы будете лакать мой сок, как африканские верблюды. Как раз в тот период в городе совсем  не было никакого сока. И я опять босс, теперь уже соковый. Этот луковый ужас казался страшным сном.

Я не стал копаться с разгрузкой и хранением. Опять платить за всё, переживать, чтобы не спидзили. Нет уж! Дураков нет! Просто пришёл в Горпищеторг, существовала такая контора, все продуктовые магазины были в этой сети. Нашёл там бабёнку, ответственную за соковые дела, и всю эту гору, двести сорок тысяч банок, сдал одним махом под реализацию за пятьдесят рублей банка. То есть, если перемножить, получаются искомые двенадцать миллиончиков. И спрашивается: почему я так не поступил с разлитым вином? Век живи - век учись.

За месяц они всё это распродали и выдали мне на руки наличманом всю сумму. Три я отдал овощебазе, и ещё триста тысяч в виде компенсации за стресс. Они, кстати, уже распрощались со своими бабосами, думали, что я хрен когда верну. Отдал Егору миллион, он ведь просрал свои двести пятьдесят по моей инициативе. Ещё там какие-то выплаты, в результате осталось семь лимонов. Семь полноценных, пидзатых милионов!

Всё бы хорошо, баланс положительный, когда я начинал эту эпопею с поездками в Ташкент, у меня было три млн, а теперь семь, вроде как удвоил. Да только доллар к тому времени, стоил уже тысячу сто рублей. Квартиры и машины продавались только за доллары. Получается, что в июле девяносто второго, на свои деревянные я мог купить двадцать тысяч долларов, это две квартиры в центре Владивостока. А теперь в июле девяносто третьего на сумму вдвое большую только лишь шесть тысяч баксов. Вот такая злоебучая арифметика. Говорю же, лучше бы сразу купил баксов и положил в чулок, поимел бы больше в несколько раз, сидя на печи. А тут убил целый год на какую-то херню. Получается, что за шесть тысяч баксов можно купить только гостинку у чёрта в жопе, где-нибудь на мысе Чуркин. И что дальше?


96 Петля затянулась.

Хорошо, жена попалась сообразительная. Нашла в Хабарочке какие-то вельветовые рубашонки на продажу. Вот было времечко, сейчас этих шмоток завались, а тогда мы пёрли на поезде во Владивосток коробки с теми рубашками. Она стояла на рынке, и продавала их по баснословной цене, и кстати, очень даже успешно торговала. Взяли себе в правило на вырученные деньги каждый день покупать пятьдесят или сто долларов. В те времена в рублях деньги было лучше не держать. Именно тогда появились Эйс оф Бэйс, с утра до вечера их музыка звучала на Первореченском рынке.

Позвонил Батыру, типа, всё нормально, сок продался, скоро притараню ваше лавэ. На самом деле это так... лапша на уши, чтобы он сам сдуру не приехал. Евонную лапшичку у себя с ушей стряхивал, и аккуратно ему навешивал обратно. Пусть попробует, каково это. Но долго так продолжаться не могло, и однажды он всё-таки приехал. Помню, как раз тогда появились пятидесятитысячные купюры, такие красненькие.

Хлопчик стал настырно требовать обещаное бабло. И что делать? Я не стал его огорчать, что ничего возвращать не буду, и даже как раз наоборот, что это он мне должен ещё три миллиона за просранный лук. А проплата его конторой за янгиюльский сок - так это возврат исчезнувших денег, предназначавшеихся на шампанское. Так что всё в порядке - три просранные луковые лимона я по-братски ему прощаю. Я добрый. Всё справедливо, не правда ли?

Но конечно, вслух я этого не сказал, а научившись у него, сочинил какую-то дикую историю о якобы купленном вине на винзаводе Комсомольска-на-Амуре. До сих пор не в курсе, есть ли там вообще какой-нибудь винзавод. И якобы, эти цистерны где-то застряли в Хабаре, и мне надо срочно туда катить и разбираться. Я планировал на время свалить в Хабаровск, а оттуда уже потчевать его лапшой, в надежде, что он уедет к себе в Ташкент, или деньги у него кончатся, или что-то вроде этого.

Так и сделал, сел в машину, и мы всей семьёй укатили в Хабаровск. Оттуда я, по телефону, изредка лечил ему ухо, типа, тут мафики лапу наложили на ваше вино - я уже знал, если Батыру что-нибудь долго талдычить, то он реально начинает в это верить. Он, в самом деле, воспринял всё, как будто это действительно его цистерна вина, и что действительно, наглые бандюки хотят его забрать. Он, даже, и боссу своему так доложил, мол, всё нормально, скоро Бэр подгонит цистерну нашего вина. Я ещё хотел поинтересоваться, как там миллион тонн моего американского попкорна поживают? Но, постеснялся, не стал ворошить рану.

Даже не помню, чем я там, в Хабаровске занимался в этот период, наверно, таксовал. Меня это таксование периодически выручало, когда совсем уж никакого дохода. Но однажды едем с Валюшей по городу в районе Самолёта, и вдруг мужик какойто оухевший под колёса кинулся. "Да ты что творишь, пёс?" Остановился, чтобы обматюкать его позабористее. И шары на лоб полезли! Мать честная! Батырка, собственной персоной!

У меня чуть глаз не вывалился, ей богу! Как?

Как он, вообще, вышёл на меня в незнакомом, полумиллионном городе? Ни хрена себе! Но, оказалось всё просто. У него, видимо от избытка адреналина, мозг стал нормально функционировать. Я ему названивал с переговорного пункта неподалёку от дома, так у этого типа хватило ума поинтересоваться у телефонистки, с какого адреса производился звонок, и приехал сюда меня изловить. Это он мне так обьяснил.

Ничего себе! Мы, как бы, поменялись ролями. Я сильно извинился, сказал ему, что некогда трепаться, еду забирать винищще. Всё нормально, скоро деньги будут. Ну вот, с этой лапшой, он так и остался стоять в раздумьях. Однако проблески разума у него проявились капитально, он мне пригрозил, что если не верну деньги или вино - мне кранты. Местные, в смысле Владивостокские, мафиозные узбеки меня зачмырят.

Да что за напасть?! Тут не знаешь, как от этого Хрусталя вывернуться, так ещё и узбеки собрались меня плющить! Ну, дела! Похоже, они меня с Крепким орешком перепутали. Но я ещё не знал, что это семечки. Самое паскудное впереди.

Вернулись мы во Владивосток. Я весь с вывернутым наизнанку мозгом, почему всё так плохо? Кстати, когда был в Хабаре, поинтересовался тамошними ценами на квартиры, они оказались прилично ниже, чем во Владивостоке. Ну, ещё бы, убогий городишко, кому он нахер нужен?

А здесь меня ждали два офигенных сюрприза. Лучше сказать, два дерьмовых сюрприза.

Приехав на рынок с очередной партией рубашек, я чуть ли не нос к носу сталкиваюсь, с кем вы думаете? Ну, конечно же, с Сашей Хрусталёвым. Правда, он меня не заметил, я успел вовремя отрулить в сторону. Вообще капец! Оказывается его выпустили, всего-то годик отсидел. Вот так номер! Что-то кольцо подозрительно сжимается, а жить так хочется.

Но и это ещё не всё. Вызывают меня к следователю, тогда как раз появилась налоговая полиция. Я, как бы, спокойно к нему иду, ничего такого за собой не чувствую. Но, спокойствие моё пропало, когда узнал причину вызова. Со всей этой кутерьмой последний год, я как-то забыл о существовании "Белого Треугольника". А дело в том, что я перестал платить налоги. Какие-то там копейки надо было платить, у меня совсем вылетело из головы, и зря. Из налоговой инспекции направили запрос в полицию, что налогоплательщик такой-то ни хрена не платит налоги, в чём дело? Этот полицейский, молодой парняга - чуть младше меня, стал копать там да сям, и откапывает все эти грузовики с бутилированным Агдамом и цистерны с виноматериалом. Он просто подпрыгнул от счастья, раскрыть такую глобальную афёру нечасто удаётся. У него как раз на погонах было мало звёздочек, да и маленькие какие-то, а тут такой шанс. Если совсем грамотно, то можно и бабла срубить. Он ещё сомневался, что лучше - обобрать меня, я ведь, по его понятиям, миллиардер, или засадить на кичу. Место вон, как раз освободилось - Хрусталёв удачно вышел.

Пидзец! Это вам не узбеки, тут всё гораздо хуже. Я пытался ему налечить, что был просто посредником, ведь в сущности, так оно и было. Не буду же я ему говорить, что мол, да я заработал три миллиона, но давно их просрал. Какая разница, просрал или не просрал, налоги-то с них не заплачены. Причём там нехилая такая сумма получилась, плюс пени, плюс штрафы. Ужас!

Вот тут у меня снова по позвоночнику прокатились знакомые, такие мерзкие, холодные вибрации. Это вам не в бирюльки играть, тут реально срок светит, и неслабый. А хоть и монеты отберут, тоже ничего хорошего. Короче говоря, попал я в конкретную жопу. Этому Крепкому Орешку такое и не снилось. Вышел от следака в напрочь расплескавшихся мыслях. Что делать? Куда валить? Найдут ведь! Это же, бля, не узбеки. Вон, Троцкого вообще нашли у чёрта на куличках, и мотыгой череп размозжили. Не хочу я мотыгой. Ну как тут не сматериться? Мать твою, перемать! Проклятье! А если этот гадёныш ещё до сока доберётся, тогда навеки меня упекут. Не хочу я в тюрьму. Правильно говорила мама: "В этой стране от тюрьмы и от сумы невозможно зарекаться". Этот пёс сразу же мне ещё повестку всучил, как бы авансом, и запретил выезжать из города. Кошмар!

Всё... это конец! Не узбеки порвут, так Хрусталь замочит. Не он, так власти отправят на нары, а там все кореша хрусталёвские. Зашибись перспектива!

А вы говорите, маты, маты! Да я бы сейчас сплошняком страниц двадцать матов нарисовал. Пришёл домой, расстроенный вконец. "Всё! - говорю жене, - Кажется, мой прорыв завершается восхитительной кучей говна!" Она, после услышанного, была в ещё большем шоке, чем я сам. Женщина понимаепшь - нервная система у них слабенькая.

Потом ещё раз был у этого следователя. Он меня допрашивал уже основательно, что да как, чувствую, что-то нехорошее задумал. Заставил меня написать расписку, что-то вроде обязательства заплатить деньги. Я текст плохо помню, в башке был разброд полнейший, но помню, догадался не указывать конкретную сумму и не писать, когда конкретно. Без таких данных это была филькина грамота. Типа, обязуюсь вернуть деньги, хрен знает сколько и чёрт знает когда. Молодой он был следачок, неопытный ещё. После этого второго посещения я догнал - надо валить из этого опасого города, пока цел. Объявил об этом жене, конечно она была рада. А куда валить? Понятно куда. Где дешёвые квартиры; где нам хватит на двухкомнатную квартиру, то есть в Хабару.

Собрали по-быстрому шмотки, чтобы уже не возвращаться в это пекло. Заказал контейнер для мебели. Там на контейнерной отправке потребовалось писать адрес получателя - но это ведь палево. Если он всерьёз будет искать, догадается там прошманать. Надо что-то придумать. Я уже, честно говоря, не помню, но какую-то замуту мутную придумал, и наши вещички были отправлены на деревню дедушке. Вычислить, куда конкретно, было невозможно, или очень затруднено.


97 Танки в Москве!

Да, очень важная деталь: фульпуер к тому времени я уже продал. Крайне жалко было его продавать, но надо. Денег на жильё катастрофически не хватало, поэтому пришлось выставить свою ласточку на продажу. Долго я не мог от неё избавиться. Во Владивостоке не получилось, народ не хотел смотреть на советское говно, там уже вовсю попёрли японские тачки. На совковой машине народ ездить не желал. Перегнал в Хабаровск, и там продал её какому-то продвинутому китайцу. Но только, думаю, у китайчонка проблемы были с этой машиной. Поскольку у неё вообще не было номера на кузове. Он должен находиться где-то под капотом, там, где крепится правая стойка. Так вот, эта часть кузова была заменена, и никаких цифр на ней не было. Представьте себе, автомобиль был вообще без всякого номера. Зашибись! Уже потом я догадался, что эта девятка была ворованная, поэтому хозяин так задёшево мне её продавал. В сумме на вырученные деньги от машины, и от сока можно было приобрести в Хабаре какое нибудь жильё.

В тот момент у меня была старая, разболтанная Креста восьмидесятого года, которую мне подогнал один из винных клиентов в погашение своего долга. Начался октябрь. В воскресенье отправили барахлишко. В понедельник супругу, со всякими ценностями и детьми, я посадил на поезд, и помахал ручкой. А во вторник, раненько поутру, загрузил в Кресту оставшиеся вещи и обрубил концы. Прощай, любимый город, прощай медный красноармеец. Свидимся ли?

Всё свободное пространство в салоне было забито вещами, кроме водительского сиденья. Багажник тоже был забит. Машинёшка была дровяная, у неё проржавела выхлопная труба, и сильно гудела когда двигатель работал на высоких оборотах. Дорога ведь дальняя, ехать целый день, от этого гула с ума можно было сойти. Но я был парень предусмотрительный, не зря ведь механик, загнал драндулет на яму, и аккуратненько замотал дырки какими-то тряпками. Ну вот! Теперь другое дело!

Выехал из города и даванул на гашетку. Дорога пустынная, снежок уже слегка лежит по обочинам, красота! Проезжаю Седанку, вижу в зеркало - нагоняет меня легковушка. Поравнявшись со мной, водила что-то орёт в открытое окно и машет рукой. У меня сердце защемило. Всё! Пипец! Кто-то меня вычислил. Уехал, называется! Хорошо хоть сразу стрелять не начали! Твою мать!!! Опускаю стекло, чтобы разобраться, что он там орёт. По крайней мере, морда не уголовная и, на узбека не похож. Неужели полицай?

- Мужик, ты горишь! - и поехал дальше.

Значит, не полицай. А чего это я вдруг горю? С какого такого перепугу? Что-то парень, наверно, со вчерашнего не похмелился. Ладно, поглядим. Притормаживаю аккуратненько в снежок. Выхожу.

!!!??? Твою же мать! Царица небесная! И впрямь горю! Дым валит из-под машины коромыслом!

Ёлы-палы! Падаю мордой в снег - всё ясно! Воспламенилось это тряпьё, которое я вчера так заботливо намотал. А тут добра полная машина. Детские зимние вещи и просто вещи, обувь, бельё, посуда... ну... нормальный домашний скарб. Валюшина шикарная шуба, телевизор импортный, видик импортный... Короче всё, что нажито непосильным трудом, твою мать!

Я то в курсе, что машина пропитана снизу антикоррозийными смолами, они горят очень замечательно, хрен потушишь. Да что за напасть? За что же меня так? Все знают, автомобиль сгорает очень быстро, какие-то минуты. От тряпок сейчас загорится смола, и прощай, Тойота. У меня в запасе пару десятков секунд, пока не разгорелось по-настоящему. И что? Где огнетушитель? Он вроде как был! А может, и нет. А хоть и есть, так сдох наверняка давно, ещё в Японии. И где он там в багажнике? На самом дне, небось, под кучей вещей. Вообщеее!!!

Хотел бы я на свою рожу со стороны посмотреть в тот момент. Тут и так всё хуёво, ещё и это. Лихорадочно расстёгнул ширинку, достал свой брандспойт. Сую под машину, а она низко сидит, сука, загружена как надо. Да и ссать от волнения расхотелось, капля какая-то капнула в снег - и всё. Попытался я снегом забрасывать. Да какое там! Его совсем мало, тоненький слой по камням размазан.

Ну всё! Конец! Сейчас заполыхает!

Вот скотина! - подумал я про парня. Сказал и уехал, нет бы помочь. Тут вспомнил про сок, мой любимый янгиюльский сок. Я много его оставил себе, всякие испорченные, гнутые, коцаные банки, которые у меня не взяли. Этот сок забрал себе, какая разница из какой банки пить, сок-то шикарный, настоящий, не то, что сейчас делают - смесь порошка и воды. Я специально положил в салон несколько банок, по дороге пить. Когда описываешь это всё, получается долго. Тачка давно бы уже сгорела к чертям. На самом деле всё происходило секунды, я бегал как ошпаренный.

Схватил  банку.  Чёрт! Чёрт! Чёрт! - Как её открыть? - Где открывашка? Ааааааа-а-а!!! Думай давай, башка у тебя на что? Не только шляпу носить. У этой Кресты стёкла в дверях без рамочки. Знаете как обычно в машинах, как бы дверная рамка, а внутри стекло. Ох уж эти японцы, выдумщики, сделали просто стекло. Край такой заостренный, как топор, я бахнул пару раз по этому острию, пробил две дырки в банке. Полился сок. Залил я этим яблочным соком пожар с одной стороны, с другой. Потом ещё банку испортил, пролил всё хорошенько, как настоящий пожарник, на всякий случай. Потушил и перекрестился. Спасибо тебе, папа небесный, а также спасибо японцам, узбекам в Янгиюле и, конечно, моим мозгам. Убрал нахер снизу обгоревшие ошмётки тряпок от греха подальше, и сел за руль. Теперь в салоне стоит дикий гул, да и чёрт с ним, уж лучше так чем сгореть. Хорошо, что мужик этот попался по дороге, а так бы точно все шмотки сгорели, вместе с машиной.

Жизнь - это вообще глупое нагромождение диких случайностей, спланировать что-нибудь на сто процентов вообще не получается. Так что, ребята, держите огнетушитель всегда под рукой и проверяйте его.

Думаете, приключения закончились? Как бы не так. Расея, мать её! Где-то уже ближе к вечеру проезжая мимо какого-то городишка,  включил радио, в чистом поле оно не берёт, а в городках иногда цепляет, послушать, что там в мире творится. Слушаю и чувствую - волосы на башке зашевелились. В Москве танки!!! Аа-а-а-а-а-а! Бляха-муха! Не иначе, снова революция. Куда мир катится? Ничего не понимаю!

Но это ещё не всё; чёртовы танки не просто так катаются, а лупят из пушек по зданию Верховного Совета. Там такая канонада стоит, просто жуть! Война, что ли, началась? Гражданская, а может, мировая? Может быть, это америкосы высадились в Москве, пока я тут еду? Опять сейчас начнётся экспроприация, а у меня полная машина добра. Да когда же это кончится!? Волна пропала, и я поехал дальше с полной неразберихой в голове. Что вообще творится? Кто мне объяснит? Вот поэтому я и запомнил дату моего исхода из Владивостока. Это было пятое октября 1993 года.


98 Нулёвые унты.

Купили в Хабаре квартирку. Всё, хватит экспериментов, с такими вещами шутить нельзя. Из всей истории сделал вывод: квартира - это главное, нет квартиры - ты чмо, есть квартира - человек. Ну, правда, на неё все наши накопленные деньги потратили. Все, сколько было. Даже Валюшкины часы с бриллиантами продали. "Вот! - говорю ей, - Туалет твой! Как раз стоимость этих часов! Иди, живи в нём!" Это была шутка.

Как теперь бизнес развивать? Ума не приложу. Вы же знаете закон Карла нашего Маркса - без капитала бизнес не получится. А денег - полный ноль. Эх, где мои миллионы? И вообще, что можно придумать, находясь в чужом городе? Знакомых нет. Прописаться нельзя, полиция ищет. Квартира, для безопасности, куплена на имя тёщи, у этих козлов ума хватит конфисковать. И вообще, фамилию свою лучше не светить. Даже в поликлинику не прорваться, без прописки никак. Зарегистрироваться как предприниматель тоже невозможно, тут же спалят. А дома жена голодная сидит, детишки палец сосут. Хорошо хоть тачка есть. Только её даже на стоянку под собственной фамилией не поставить. Вот попал, так попал!

Машина - это перво-наперво кормилица, всегда можно какую-нибудь деньгу зашибить. Стал я, по старой памяти, таксовать на этой Кресте. Но, много денег таксованием не заработаешь, что наколотил, то и истратил. Короче, херня на постном масле. И к тому же в конце зимы она скурвилась что-то, давление масла упало, не знаю почему. Ремонтировать денег нет, и желания тоже. Налил я масла самого густого, какого только нашёл, на какое-то время давление нормализовалось, потом опять упало. А я же ведь механик забубённый, кое-что помню, с низким давлением двигатель долго не протянет. Крякнет! По-любому!

Пошёл на военный авиазавод, попросил у мужиков масла для ракет. Очень густого, ну просто о-очень! Чёрное такое, как смола. Снова полмесяца покатался, потом опять та же фигня. На семейном совете решили сбагрить её, пока двигается. Поехали на барахолку. Машина, конечно, была уёбище, извините уж - другого слова не подобрать. Стеклоподъёмники не работают, вся какая-то потрёпанная, тут отваливается, здесь не горит. Покупателям в глаза стыдно смотреть. И вообще, если заглушить, то потом завести можно не раньше, чем через час. Холодная заводилась нормально, даже на морозе, горячая - никак. Но, правда, и стоила дёшево, я хотел тысячу сто долларов за неё. Сейчас таких цен нет, Запорожец вшивый советский больше стоит. В те времена цены были другие.

Через пару недель нашлись покупатели. Вертолётчики, молодые парни. Машина им понравилась, они её на двоих брали, надо же девок где-то тискать. Выяснилось, что у них только тысяча долларов. Бллин! Неохота цену скидывать, всё-таки сотка баксов - это деньги. Как мне без железного коня фантики зарабатывать? Мы уже были согласны взять у них что-нибудь ценное вместо денег, вроде золота или ещё чего. Но, ребята совсем зелёные, ни черта у них нет, это всё, что накопили кое-как на машину вдвоём. Что же делать? И покупателей упускать жалко, таких дураков потом не найти.

- А у меня унты есть! - говорит один из них.

Наверно выдали им на работе, что ли?

- Что за унты?

- Да нулёвые унты, муха не садилась!

Переглянулись мы с супругой. Ладно - хоть шерсти клок.

- Бес с вами. Давай свои унты, раз нулёвые. А муха точно не садилась?

Таким образом, мы ударили по рукам, и за тысячу долларов и нулёвые унты парни приобрели себе первоклассный головняк.

Поехали мы её оформлять. Как назло, сука, в конторе обед. А эту тварь нельзя глушить, потом не заведёшь. Так и сидели в машине с работающим движком и включенной печкой, чтобы вода не закипела ненароком. Парни говорят: "Глуши мотор, дядя, жарко".

"Ага, сейчас!" - подумал я, а вслух сказал: "Да не! Что-то меня морозит".

Кое-как дождался этих проклятых оформителей, потом ещё за унтами к ним поехали. Ох, и денёк! Сплошные нервы! Только чего-то я потом в городе эту Кресту так ни разу и не увидел. Похоже, что она осталась у них во дворе стоять на вечной стоянке, как "Аврора". Но, девок-то можно в ней зажимать. Вот сейчас пишу и думаю про себя: "Ну, ты и скотина!" А с другой стороны, когда-то же надо начинать. Первый блин комом, любому понятно. У меня первая машина была тоже головняк неслабый.


99 Новый бизнес план.

Ну, и дальше что? Тысяча баксов в кармане, давай парень, развивай тему, расширяй горизонты, ты ведь уже матёрый бизнесмен. Подключай свои шарики да ролики, пусть они зажужжат. Ах да, есть ещё унты нулёвые. Прорыв где-то рядом, надо только его не проморгать.

Составил я новый бизнес-план, исходя из существующего капитала. Замысел был такой: Хабаровск - это дыра, забытая богом и цивилизацией. Японских тачек совсем мало. Но, спрос на них есть. Местный обыватель побаивается ехать в криминальное Приморье из-за страха потерять деньги или вообще получить смертельный удар по черепу. Однако опасность преувеличена, эти падкие на сенсации журналисты так запугали население своими байками про пыточные утюги уголовников и прочий кал, который нет смысла здесь перечислять. Я жил во Владивостоке, варился в этой каше и считаю, что вполне возможно занырнуть во Владик или Находку, прикупить там что-нибудь дельное, но недорогое, и задвинуть местным вертолётчикам подороже. Только другим. Без палева. Потом ещё ходка, и так далее, пока не накопится капитал для более крупного дела. Чем не бизнес-план?

Так и стал действовать. Поехал в Приморье, облазил все авторынки Владивостока, оказалось, что за те монеты, которые имею, можно купить только никудышные дрова. Кое-как, с большим трудом надыбал Короллу, приличную с виду и довольно свежую. Взял её, погнал в Хабару. Ничего, резвенько бежит, выехал днём, уже ночь на дворе, а я всё еду. А что делать? Жизнь - штука такая, детишки опять по лавкам расселись, надо фантики копытить. Одному ехать ночью опасно, можно заснуть и с дороги сковырнуться.

Смотрю, что за ерунда, дорога какая-то стала непонятная, асфальт кончился. Вроде бы, не должно. Грунтовка началась, булыжники охрененные на дороге, не хватало ещё колесо пробить. Пропаду здесь. Да ещё холод такой, собачий. Дорога совсем узкой стала, со встречными камазами разминаюсь кое-как. Что за бред, такого быть не может. Останавливаю Камаз.

- Далеко до Хабаровска, брат?

- Да ты что, мужик? Тебе надо обратно.

Оказывается, я впотьмах пропустил нужный поворот, ночью мир воспринимается по-другому и, по какой-то жопной дороге углубился в тайгу на тридцать километров. Ну и дела! Обидно. Пришлось возвращаться на трассу, всю дорогу громко поливая матом окружающее пространство, молча проглотившее весь этот бред.

Пригнал её, ни разу не поцарапал, всё нормуль. Выставил за тысячу четыреста долларов. Конечно, с торгом. Здесь, в Хабаре, такая странная манера торговать. Говорят цену, и тут же прибавляют крайне дурацкое слово "торг". Вот дерьмо! Зачем тогда называть эту цену? Ставь сразу же реальную. Или ещё такая фишка: в объявлениях пишут "срочно продам в связи с..." и какая-нибудь хренотень. Какая мне разница, почему ты продаёшь? Ясно, что ты не скажешь правду. Ну, конечно! Тогда я написал бы так: "Срочно продам дровяную Кресту в связи с тем, что упало давление, и скоро крякнет двигатель". И что значит "срочно"? Они, наверно думают, что прочитав такое ёмкое слово, покупатели ломанутся к нему, падая и роняя купюры, чтобы успеть купить его говно. Чтобы продать срочно, нужно просто выставить за полцены, продастся с таким свистом, не успеешь оглянуться. Ну, в общем, я не стал нарушать местные традиции и написал всё как надо.

Выставил её на продажу в комиссионный магазин, а по выходным гонял на барахолку в Южном. Выкупили её довольно быстро, покупатель ведь знал, что мне надо продать её срочно. Подсчитал прибыль - минус билет во Владик, минус бензин, минус комиссионные магазину за продажу, в итоге вышло лавэ, долларов 150-200. Я с грустью вспомнил те времена, когда я в прямом и переносном смысле купался в винных богатствах. Похоже, нескоро я накоплю стартовый капитал, ведь с этих жалких крох надо ещё и семью содержать.

Ладно! Нечего тут плакаться, погнали за следующей тачкой! На этот раз взял с собой побольше, 1300 долларов. Решил в Находку, городишко на отшибе, может быть, там дешевле или тоже традиция "торга" появилась?

Хрен! С маслом. Нет там такой традиции. Когда предлагал снизить цену, продавцы теряли ко мне интерес. Другой менталитет. Находкинцы имеют свою гордость. Уступить в цене значит унизиться, проявить слабость. Со словом "срочно" уже не стал экспериментировать. Как раз в это время на таможне повысили акциз. Проклятье! Проклятая страна! Всё им мало. Какой-то невезучий я стал! Хотя почему я, ведь повысили всем? Я подумал: "Как хорошо быть государством, деньги можно драть с граждан просто так, ни за что". Из-за этого, моих денег снова оказалось мало.

Решил я прикупить микроавтобус, давно хотелось покататься на такой штуке. Сузуки Эвери, мизерный-премизерный автобусик, симпатичный такой с виду. Двигатель что-то совсем маленький, хавает стакан бензина на сто километров. Зато в салон можно напихать гору добра. Для мелких предпринимателей просто находка. С таким расчётом и взял, какой-нибудь предприниматель по-любому клюнет.

Стал продавать, а покупателей нет - проклятый акциз! Так всегда случается на рынке, людям какое-то время требуется на адаптацию, привыкнуть к новым, более высоким ценам. Они, сука, ходят, смотрят, цокают языком, но не берут. Выставил за тысячу семьсот, с торгом, естественно. Хрен! Уже весна наступила, а я всё продаю. Мне надо срочно, а они мне не верят.

И сделал я из всего этого вывод: с таким бизнесом денег не заработать. Были когда-нибудь на авторынке? Видели, как эти несчастные продавцы кидаются на потенциальных покупателей? Готовы в пыли валяться, готовы жопу лизать, лишь бы купили. Живут они впроголодь, от продажи до продажи. И тряпочками трут их беспрерывно и колёса маслицем смазывают. Тьфу! Срамота! Находкинцы гордые, это не для меня.

Не говорю, конечно, про больших воротил но, основная масса именно так живёт. Значит, нужен новый план. Стал я посматривать по сторонам, вникать. Выяснилось, что ларьки на улицах, которые торгуют выпивкой и сигаретами, по большей части в аренде. И причём за немалые суммы. Так вот где собака зарыта! Эти торгаши, которые торгуют день и ночь, зарабатывают меньше владельцев ларька, хотя те ничего не делают. Интересно! Если арендатор сдохнет, точнее, не он сам, а его торговля, на его место прибежит другой. Значит, надо заиметь такой ларёк. Лучше два, ещё лучше сто. Или один, но очень большой. Эээ-э, брат! Это стоит денег. А их нет. Бля! Как не сматериться?


100 "Транспортные услуги".

Размышляя об этих ларьках, заметил, что пиво туда привозят в отсутствие хозяев. В те времена пиво было дерьмовое, оно быстро портилось. Летом, без холодильника, дня через два-три мутнело, и годилось только на выброс. Люди всегда спрашивали: "Сегодняшнее?" Если оказывалось вчерашнее, уже воротили нос, я и сам такой был. Мне показалось, что с пивом эти бизнесмены имеют геморрой. Каждый день тратить кучу времени на привоз двух-трёх ящиков пива, для предпринимателя это нереально. Опа-на! Кажется, это ниша! С пивасом я как раз имел дела, с него и поднялся. А если ещё раз попробовать?

Калькулятором пользоваться умею, бизнес планы составляю на раз-два. Вы же знаете, бизнес-план - это основа основ. Давай ка посчитаем: ну, допустим, я развёз пятьдесят ящиков пива, думаю, что столько мне по силам. Чтобы вам было нагляднее, возьмём нынешние цены на самое простое отечественное пиво. Стоимость бутылки пива в рознице 50 рублей. Исходил из того, что буду брать за доставку 10 процентов от розничной цены. Это справедливо! За меньше, копаться нет смысла - а за больше, скорее всего, не согласится ларёчник. В случае чего всегда можно накинуть. Не забывайте, что на дворе 93 год с дичайшей инфляцией. Цены менялись по нескольку раз в месяц, в большую сторону, разумеется. Важно сделать небольшую наценку, чтобы подсадить предпринимателя на иглу халявы, это ведь для него очень удобно, не надо заморачиваться с доставкой, пивас приезжает сам, лафа. Так я размышлял. Сам бы согласился, будь на его месте.

Считаем: 5 рублей умножить на 20 бутылок и на 50 ящиков. Выходит 5000 руб в день. Если везти каждый день, в месяц получится 150000 рублей. Ха!!! Кое-что, кое-что! Вы часто встречаете сегодня зарплату в полторы сотни тысяч у простого гражданина? Если вы не пилот Боинга и не буровик в Газпроме, то за вшивую двадцатку придётся побегать, а за двадцать пять - ещё и в пыли поваляться.

Да, кстати: брат Абрамович к тому времени уже обогнал меня по бабкам. Пока я расхлёбывал этот луковый кризис, он провернул афёру с керосином, и по поддельным документам, за однин приём, хапнул у государства много вагонов нефтепродуктов. Ну и попёр с этого, не стал как я квартиру покупать, всё в дело вложил. Хорошо всё-таки быть умным!

Сотня тысяч в окошке калькулятора зажгла меня капитально, и стал я продумывать детали операции. Как это пиво взять оптом на заводе, и главное, на какие шиши взять? Да и развозить на чём? Да уж! Нищий думками богатеет, в калькуляторе всё было красиво с этими нулями. Понятно, что простому Васе, без имени и фамилии, без договора, никто ничего не продаст. Но, я пошёл-таки на завод, не побьют же.

Фамилию свою светить нельзя, сразу же узбеки с налоговой полицией прибегут. Я был практически как Штирлиц, зашифрован до невозможности. Представился Свиридовым. А что? Нормальная фамилия, композитор даже такой был. На моё счастье, на предприятии был дикий хаос, собственно, как и во всей стране, и к моим документам никто не стал придираться, точнее, их совсем не спросили. Навесил там в отделе сбыта какой-то лапши про транспортную организацию, напидзел, что на ум взбрело. Поулыбался, пошутил. Бабёнка была молоденькая, задвинул ей пару комплиментов про её платьице, про причёску. Короче, слегка в пыли полежал, без этого никак. Она только попросила, чтобы был хоть какой-нибудь штамп организации, для бухгалтеров это важно.

Денег в наличии нет, всё вложено в Сузуки. Не знаю, на что я надеялся? Брожу по городу, ищу подходящую машину, чтобы влезло минимум 50 ящиков. И однажды мне подвернулся мужик с собственным ГАЗ-66. Разговорились с ним. Оказалось, что у него родственник работает на том самом заводе. Да не просто так, а торгует пивом врозлив. Ну, ёлки палки, неужели я с коллегой не договорюсь? Видел я эту точку, она прямо возле проходной, там и бутылочное пиво продают. Вроде как, удача стала поворачиваться наконец-то правильным местом.

Заказал чудесный штамп с серьёзной надписью "Транспортные услуги", всё чин по чину. Круглые делали только через ментовку, мне туда соваться, сами понимаете, не хотелось, а прямоугольные штампики клепали без проблем.

Пообщался потом с этим пацаном из пивнушки - пивник с пивником всегда найдёт общий язык. Он даже пообещал мне дать десяток ящиков пива под реализацию - нормальный был парняга, Серёгой звали.

Насобирал немного денег, часть занял у тёщи. Маленько Лёха дал, это который водитель шестьдесят шестого. Нашёл несколько киосков, куда можно было припереть моё добро, и однажды, апрельским днём, когда всё было готово, припылил на завод. Загрузили тачку, ровно пятьдесят ящиков Жигулёвского.

Ну!!!

Поехали!!!

Развезли быстро, часа за три. Тут всплыла одна застарелая проблемка: опять на завод надо возвращать пустые бутылки, ровно пятьдесят ящиков. Это для меня пустяки! Уже проходили такое. Бомжики собирали бутылки, сдавали в ларьки за полцены. Мне просто оставалось завтра с утра объёхать точки, куда привёз пиво и, забрать ящики с тарой. На завтра всё шло гладко. Вторая ходка тоже прошла успешно. Через некоторое время я рассчитался с Серёгой.

Но, тут всплыла ещё одна проблемка. Приходилось много платить Лёхе, и мне оставалась до обидного маленькая сумма. Тут я вспомнил про свой, безнадёжно застрявший в комиссионке, Сузуки. Твою же мать! Так вот кто этот предприниматель, которому я пригнал восхитительный автобусик! Свиридов-Штирлиц! Удача окончательно стала ко мне передом. Побежал я как ужаленный в магазин, забирать обратно своего металлического друга. Зашибись! В него помещалось ровно пятьдесят ящиков. Да! Бог, оказывается, есть! Вот Дарвин мне ни разу не помог, а бог уже который раз. Славься, господи, во веки веков! Здесь я загнул слегка. Ведь я атеист до мозга костей.

Рассчитался я с Лёхой, спасибо ему, конечно но, рыночные отношения иногда жестоки. Мавр своё дело сделал. И стал на своём прекрасном Эвери трелевать по пятьдесят ящиков пива каждый божий день. Никаких выходных. Пропускать нельзя, конкуренты могут перехватить бизнес. Народ хочет каждый день свежего, холодного пивка. Каждый день - и никаких гвоздей! Грёбаные рубли, инфляция прёт кошмарная, как только стали появляться лишние, тут же меняли на баксы по старой владивостокской привычке.

К августу у меня накопилось уже две тысячи долларов. Извините уж, я вам не Абрамович. Стал потихоньку присматривать автомобиль побольше, чтобы ящиков сто влезло. И 4WD хотелось, на всякий случай. Но японские грузовики стоили по пять тысяч. Российские грузовики не подходят, у меня права группы Б, переучиваться уже нет времени, надо деньги зарабатывать, детвора по лавкам сидит.

По размерам подошёл бы автобус Тойота Хайс, но тоже, сука, дорого. И что мне теперь, на этой мелкой Сузуке до пенсии кататься?

Однажды мне приснился уазик, прямо как Менделееву, знаменитый УАЗ-452, буханка, который в самом деле смахивает на булку хлеба. Он выпускается с 1966 года без изменения внешнего вида, насрали они на дизайн. Во Владике я бы постеснялся на таком страхе ездить, а для Хабары в самый раз. Все колёса ведущие, то что надо! Стал я шмонать рынок этих буханок, по газетам, по комиссионкам. Тоже кусаются цены, не всё так просто. А те, что недорогие, проще будет просто утопить в Амуре, потому как говно на колёсах. Но, бог не дремал - военная часть в ДОСе распродавала свой автопарк, и я поехал посмотреть. За две штуки баксов выбрал у них обалденный автомобиль, только что с капремонта, муха не садилась, блестит краской, резина новая, у меня аж мурашки по коже. И главное, в салоне никаких лишних сидений. Просто идеальное место для моих забубённых ста ящиков.

Отдал деньги, сел на агрегат. Ужас, конечно, гидроусилителя руля нет, когда стоишь на месте, повернуть колёса невозможно, только в движении. При езде на колдобинах подбрасывает до потолка. Двигатель считай что в салоне, крышка там вроде как есть но, вся перекореженная и ничем не уплотнена. Вся эта гарь и вонь от движка идёт в кабину. Кондиционера, естественно, нет, и к летней жаре прибавляется жар от двигателя, плюс приходится летом гонять печку, чтобы мотор не перегрелся, так что можете представить, что творилось в кабине в солнечный день. Говно закипало в прямой кишке, бллин!

И ещё: я всегда считал, что эта тачка, раз она стоит на вооружении, крайне прочная и надёжная. Хрен там! Более паскудной конструкции я не встречал. При движении самопроизвольно развинчиваются болты крепления полуосей, надо регулярно их подтягивать, чтобы колёса не покатились в разные стороны. Самые матёрые просверливали в шляпках отверстия и протягивали стальную проволоку, как бы скрепляя и фиксируя болты - я тоже потом так сделал. Передний и задний карданы тоже надо было постоянно контролировать, иначе открутятся нахрен и отвалятся. И чем больше скорость, тем быстрее всё это раскручивается. На скорости за шестьдесят всю колымагу начинает жутко колотить, так что особо не подрифтуешь. Задняя дверь частенько самопроизвольно открывается. И ещё много всяких приколов. Расея, мать её!

Короче, это был кошмар на колёсах. Больше всего меня донимал угарный газ от двигателя, и если бы мне попасть в газовую камеру Бухенвальда после полугода езды на этой буханке, то я бы чувствовал себя там как дома. Факт!

Зимой в ней страшно мёрзли ноги. На пивзаводе, пока я ждал своей очереди на выписку документов, снимал свои классные вертолётные унты, которые оказались ко двору, и совал пальцы в батарею отопления, испытывая нечеловеческое блаженство.

Как бы то ни было, я стал зашибать неслабые бабки с помощью этого чуда техники. А если расставить ящики определённым образом, их можно было утрамбовать аж 120 штук. Осенью даже разорился на первую серьёзную покупку в квартиру. Приобрёл обалденную корейскую тумбочку под телевизор - просто блеск. Супруга была в полном улёте от такого безрассудного швыряния деньгами. Продолжал возить пиво каждый день, пропустил только первое января 94 года, завод всё равно не работал.

Налоговая полиция, худо-бедно, шевелила булками. Однажды к тёще заявились полицаи и потребовали выдачи меня, матёрого преступника, главаря шайки, расхищавшей народное добро в кошмарных количествах. Тёща у меня не дура но, прикинулась такой дурочкой у них в кабинете, что они мечтали об одном, чтобы эта старая кошёлка отвалилила восвояси. Она напела, что этого вонючего зятька она в гробу хотела видеть, и если они его найдут, то хотела бы харкнуть в его поганое хайло. Ребята всё поняли правильно и отправили во Владивосток депешу, что такого типа нет на территории края, если что, обязательно пришлют его в кандалах в город у моря. На том дело и закончилось, не хотелось им копаться с чужими преступниками, своих не успевали разгребать.

К весне заколебался травиться выхлопными газами, решил, что здоровье потом не купишь ни за какие деньги и, приобрёл другую буханку, поновее и пошикарнее. Она блестела ещё сильнее и внутри была тщательно отделана. С мягкими кожаными диванами и столиком. Мне объяснили, что на этой VIP-ракете гоняли на рыбалку и охоту большие шишки из дальневосточного военного оруга. Но главное, что крышка двигателя здесь была нормально уплотнена и, я больше мог не беспокоиться о сохранности своих лёгких. Правда, машина стоила вдвое дороже, да и ладно, чай не голытьба какая-нибудь, фантики есть. Приятно всё-таки иметь деньги.

Диванчики вытащил оттуда к чертям, поступился комфортом в пользу большей доходности. Я не рыбак и не охотник, так что они мне без надобности. Мне просто жалко время убивать на эту лажу. На рыбалку ведь ездят не за рыбой на самом деле, а чтобы побухать спокойно. Мне так комфортнее выпивать дома, что я и делал практически через день. Но, набухиваться в говно никак нельзя, утром за руль. И поэтому выпиваю чисто так, для поддержки тонуса, винца какого-нибудь или пиваса.

Ну... здесь порадовать вас приключениями не могу. Голимая рутина, изо дня в день одно и то же. Сплошь день сурка. Потом мы наловчились собирать бутылки во дворах. Жена мне помогала, у неё был опыт ещё по Сельской. Заезжаем во двор на Большой. Би-би! Народ уже знает, начинают греметь на своих загромождённых бутылками балконах. Мы их называли "гремлины". Часик-другой - и машина полная. Опять же, добавочное лавэ не помешает. Ещё год пролетел. Надоел этот день сурка до чёртиков, а жизнь-то проходит. Улучшения, которого я ожидал после ельцинской революции, не происходит. То же дерьмо, только раньше называлось советское, а теперь российское.

Впервые посетили мыслишки, а не послать всех к той матери? Не свалить ли за бугор? Как раз в это время народ начал активно линять из страны. Вычитал я информацию об американской Грин Кард, заполнил бланк и отправил по почте. А что? Английский почти знаю. Если уж я здесь без прописки, начав с полного нуля, выкрутился, значит и там смогу. Америка - страна больших возможностей, это знают все. А также знают, что Россия - страна дураков. Не хочу я быть среди дураков. Ну, возьмите меня к себе, товарищи буржуи!

Ещё пару штрихов про этот период. Делал я доставку одному парню в гастроном на остановке Большой. Здоровый такой жлобяра, головы на три выше меня, бывший баскетболист. Вы не поверите, этот чёрт как-то умудрился выхватить здоровенный магазин, площадью около двух тысяч квадратных метров. Как он это сделал? Загадка. Это помещение как минимум стоит пару миллионов долларов. Поначалу думал: вот, молодец какой, это же надо такие мозги иметь, я ларёк задрипанный не могу купить, а тут такое. Но, в итоге всё оказалось совсем не так, он оказался конченый дебил. Мало того, что был неграмотным напрочь - например, слово семьдесят он писал так - "семидесот", так ещё и тупым как сундук с гвоздями.

Пургу гнал капитально. Коллектив, который там трудился с советских времён, просрал, а нового набрать не сумел. С арендаторами найти общий язык не смог - все от него убежали. За двадцать лет не хватило времени нормальный ремонт сделать, весь цокольный этаж пустует разрушенный, там раньше были холодильные камеры и складские помещения, всё это разломал вдрызг. На первом этаже только половина площади используется кое-как. Покупателей почти нет, хотя сам дом находится в одном из самых проходных мест города, там пересекаются федеральная трасса и главная улица города. Даже при слабеньком управлении это помещение может приносить ежемесячный доход минимум миллион рублей. Чувак может просто круглый год отдыхать в Майами с собственной прислугой и охраной. А он лично ездит по базам на какой-то старой праворульной японке, сам покупает, сам везёт, сам выгружает. Сам торгует по ночам, без охраны. Капец! Это просто местная достопримечательность. Да вы можете сами приехать и посмотреть на него. Здоровый такой квазимодо, сидит там по ночам, в носу ковыряется.

И ещё одна личность. Толян-Голубятник, он тащился по голубям с детства, у него была самая большая голубятня на Дальнем Востоке. Без говна, трёхэтажная, из бруса. Нормальный такой хлопец. Был! Имел три киоска и магазин. Если сравнить с положением, в котором находился я, он был просто реально боссом. В занюханном 94 году иметь свой магазин - это что-то. Но, случилось так, что фортуна повернулась к нему задом. Постепенно он просрал все ларьки, магазин, жену и голубятню. Но, правда, с голубятней не его вина, она попала под снос. Помните тот большой микрорайон в Затоне вдоль Пионерской? Алкоголь сгубил брателлу... и безответственность. Не бухайте по-тупому, старайтесь держать себя в адеквате.

Встретили Новый 96 год. Помню, нажрался шампанского до соплей, завтра можно спать сколько угодно, это и есть счастье. Как раз незадолго до праздника получал на "Виншампани" двадцать бутылок шампанского взамен сданных ящиков. Так кладовщица, из-за своего размандяйства, выдала мне вместо двадцати бутылок, аж двести. Все знают правило "дают - бери, бьют - беги". Хотел я вначале всё это богатство в магазин сдать, на продажу, а потом подумал, что так будет несправедливо. Наверно это бог наш всемогущий вспомнил о моих мучениях и решил наградить. Притащил все двести бутылок домой, замучился в мешках из-под картошки таскать, чтоб соседи не спалили. Понаставил везде, под кроватями, на балконе, в шкафах, под ванной, короче, все это флаконы загромоздили квартиру, будь здоров. Долго мы потом с Валюшей лакомились божественным подарком. Что ни говори, шампанское - это благородный напиток, даже если разлит в Хабаровске. Правда, сейчас тот завод сдох, виноград в наших местах плохо растёт.

Второго числа из Находки пришло известие - умер отец. Героический снайпер в войне с империалистической Японией помер глупой смертью. Получил пенсию и на радостях выпил в гараже. Новый год ведь не каждый день. Ну, и заснул там. Через сутки нашли окоченевший труп. На момент смерти было 72 года, никогда ничем не болел. Его отец, то есть мой дед Палладий, тоже умер в 72 летнем возрасте. Значит, при благоприятном стечении обстоятельств, в смысле, если на голову не упадёт кирпич или не пришибут в ментовке, срок моего пребывания на этом свете заканчивается в 2032 году. Аминь!

Стало быть, времени ещё достаточно. Надо многое успеть, во-первых, выпить весь этот шампунь, во-вторых, догнать и перегнать Абрамовича, а главное, осуществить свой прорыв. Но сейчас надо всё бросать и ехать на похороны отца. То есть, компания "транспортные услуги" свою деятельность прекращает, по крайней мере такой был план.

Подведём итоги. Если считать начало деятельности компании 1 мая 1993 года, а конец 31 декабря 1995, то получается 975 дней каждодневной работы без выходных, отгулов, праздников и прочее. Можно смело заносить в книгу рекордов Гиннеса. По большому счёту, эта часть жизни просрана безвозвратно. Потому что я нигде не побывал, ничего нового не узнал, времени хватало только на ежедневную, от рассвета до заката, ебатню с ящиками, пустыми и полными.

Наездил 60 тысяч километров - два кругосветных путешествия. Перевезено 97500 ящиков с пивом и столько же со стеклотарой. Доставлено 1 миллион 950 тысяч бутылок пива. Заработано 6 миллионов 825 тысяч рублей, при пересчёте в цены двухтысячных годов, чтобы вам было понятнее. Значит, в долларах получается 220 тысяч. Много это или мало? Для большинства в Совдепии такая сумма и не снилась. Для быдла это просто-таки гигантские, сумасшедшие бабки. А вот Шварценеггер за один фильм заколачивает сорок миллионов баксов. Ну, зачем человеку столько деньжищь? А?

Но, и на этом спасибо. Всё равно меня бы не взяли в Голливуд.

Кстати, в соответствии с трудовым кодексом России, количество выходных и праздничных дней в году составляет 116 дней. Значит, по закону я имел право на оплачиваемые отгулы в количестве 116+116+70= 302 дня.

Конечно, все эти цифры, которыми я вас завалил, приблизительные, но где то рядом, как ни крути. Естественно, было много расходов. Это животное жрёт бензин в ужасающих количествах, только успевай заливать, а так же ремонт, содержание семьи и т.д. и т.п. Но всё таки, на чёрный день что-то удалось отложить.


101 Оборотни в райкоме.

Прах папы был предан земле, пусть она ему будет пухом.

Из Находки решил заехать во Владивосток, я же Свиридов. Надо что-то решить с брошенной там квартирой, когда пришлось срочно рвать когти. Узнал цены. Неплохо! Моя гостинка стоит примерно 8000 долларов. Но вот, только надо как-то её приватизировать, а сначала вывести из служебного фонда. Пошёл в свою дворницкую контору, там на меня посмотрели, как будто я вернулся с того света и, послали подальше. Типа, ни хера тебе не светит, вали отсюда, прощелыга проклятый. Видимо они не знали, что я бываю упрямый. Походил по риэлторским офисам, все в один голос говорят, что хата, считай, у тебя в кармане. Они не имеют права её не расслужебить. Показывали какие-то статьи законов и всё такое. Значит, надо действовать.

Пошёл я в Первореченскую администрацию, а куда ж ещё? Оо-о! Знакомое здание. Меня там принимали в коммунистическую партию. Партбилет храню как зеницу ока, а вдруг коммуняки вернутся, Зюганов - настырный тип.

В администрациях не очень любят заниматься подобным дерьмом, таким как приватизировать служебное жильё, если посетитель не босс или хотя бы, в крайнем случае, у него из карманов не торчат пачки красивых цветных бумажек. Так-так, Юрий Ляксеич, давай, показывай свои способности, коммунист недоделанный, выдави с них свою собственность. Тамошние ребята сильно скисли после моих устных заявлений, но выдали портянку с перечнем пары десятков справок, которые от меня требовались. И побежал я добывать эти справки. Часть их надо было получить в Хабаре, чтобы всё было по-честному, чтобы не дай бог я нечаянно не надул Расею-мать.

В процессе всех этих справочных мероприятий, чтобы не сидеть без дела и вообще, чтобы не проедать тупо "командировочные" деньги, стал я подрабатывать извозом. Заметили? В который уже раз. Так что, ко всем моим датам можно смело добавить день таксиста. А вообще, есть ли такой? Вставал с утреца и шпарил на местный Баляевский рынок. Был такой тогда, на месте этого торгового центра, аккурат, где стояла любимая бочка с пивом, которая сильно мешала учиться нам на механиков. Возможно поэтому, почти все стали херовыми механиками. Пристраивался поблизости, когда надо было, развозил китайских купцов по домам. Через недельку у меня образовалась, как бы, собственная клиентура. Все эти фантики тратились на бензин, пропитание и выпивку. Да, господа! Зелёный змий поселился в моём организме основательно, и требовал каждый день вливать в глотку энное количество спиртных напитков. Не водяры, конечно, после неё проснёшься в говне, ничего не помня. Пивас там, или тоник какой-нибудь, можно вина, но винище в те времена было сделано из гидролизного спирта, смешанного с водой из лужи, в лучшем случае, из-под крана. Выпив этой херни, можно было запросто проснуться в очереди к богу на исповедование. Так что, чаще всего мой алкогольный рацион состоял из пары банок Red Bull. Не это дерьмо энергетическое, как сейчас, а нормальное крепкое пиво. И к тому же на вкус оно было замечательное.

Однажды произошёл анекдотический случай. Оказывается, поневоле я вторгся на территорию местных, баляевских бомбил. Они ежедневно стояли там и отшивали простачков вроде меня, чтобы те не создавали конкуренцию, и не сбивали цену на их сраные услуги. Вообще, ненавижу бомбил, это такой тварюжный народ. Эти бакланы готовы жопу плющить в своей вшивой тачке полдня, чтобы срубить капусты сразу и много. Они, как правило, залупают такую сумасшедшую цену, просто диву даёшься, откуда такое дерьмо в их башке берётся.

Подходит ко мне их парламентёр, и с серьёзной рожей требует, чтобы я убрался отсюда, или мне испортят машину. Ну, бля, мафия хуева! Да вы, бллин, в пелёнки дристали, когда мы тут со Славиком в очереди за пивом стояли! Понасмотрелись этой голливудской херни, голытьба долбанная, Аль-Пачино, мать твою!

И что теперь делать? А если и в самом деле машину раздолбашат? Сижу, размышляю... вдруг вижу - знакомая морда среди них. Ба! Виталя Меркулов! Слон, собственной персоной! Сто лет, сто зим. Да мы в одном кубрике целый год чалились.

- Слон! Друган!

- Бэр! Братан!

В общем, все эти говнюки оказались Виталиными знакомыми, он тут жил неподалёку. Объяснил я Виталику проблему, а он пояснил хлопцам, что негоже своих пацанов гнобить. Короче, отстали от меня махновцы. А с Виталькой мы закатили грандиозную вечеринку. Не виделись, почитай, четырнадцать лет, до утра тарахтели, вспоминали молодость.

Прошло, таким образом, два месяца, а с квартирой дела ни черта не двигаются, несмотря на то, что я собрал все эти миллион справок. На каком-то этапе дело застопорилось, и ни туда, ни сюда. В то время я уже понимал кое-что в жизни, догадался, что эти твари ждут, когда я достану из штанов прямоугольные бумажки. Не хотелось мне с ними расставаться, с бумажками. Мне-то они доставались сами знаете как. А тут какие-то педерасты получат кучу бабла просто так, не ударив пресловутым пальцем. Ни хрена! Самому пригодятся!

Вообще, ненавижу взяточников, федеральных и муниципальных. Тебя, сука, народ поставил тут, чтобы ты берёг и разумно использовал народную копейку, а ты, паскуда, всё тащишь в свой гнусный карман. Люди, не давайте этим упырям жить спокойно, взяточникам и казнокрадам нет оправдания. Место их на нарах в Сибири, только так. Боритесь всегда с этими гнидами, прошу вас. И наступит счастливая жизнь!

Не помню уже как, но вышел я на одну тётку, которая пообещала мне подсобить, если потом продам ей свою хату за четыре штуки. Раньше она работала в администрации, поэтому со всеми тамошними тварями была на короткой ноге. Я был в диком отчаянии, все сроки вышли, уже весна вовсю, снег тает, ручьи текут, а я тут во Владике с квартирой ковыряюсь, как жук навозный. Согласился с требованиями этой жабы. А куда деваться? Она в эти чёртовы кабинеты в райкоме заходила, как к себе домой, двери пинком открывала. Короче, там целая банда оборотней без погон. Это вам не Германия, жаловаться некуда.

Как раз ко мне супруга с сыном прикатила, у него были каникулы, соскучились все по папке, понимаешь! Почему бы не прокатиться в город нашенский? Когда она узнала результат моей деятельности то, наотрез отказалась продать моей грёбаной спасительнице квартиру по дешёвке. Дескать, пошла она нахер, ничего не получит, свинья поганая. Как я не убеждал Валюшу, что это непорядочно, типа, слово надо держать и всё такое, ни в какую. Она тут же надыбала какую-то подружку, которая не прочь была прикупить недвижимость на Сельской. Говорю же, девочка мне попалась живенькая, сопли жевать не умела в принципе.

Через несколько дней я забрал у твари свой долгожданный аусвайс на квартиру. Она как раз так удачненько прихворала. Я ей радостно пообещал дождаться выздоровления, чтобы оформить договор купли-продажи, а сам тут же покатил с женой и покупателями к нотариусу. Сделка прошла гладко, и я был чрезвычайно рад, что хоть одному оборотню не досталось моих трудовых сбережений. Но, сколько их ещё в России, всех трудно передавить, однако надо стараться.


102 Россия - родина слонов.

По приезду в Хабаровск опять встал вопрос, а что же делать дальше? Инфляция к этому времени изрядно затормозилась но, всё равно была очень большой. Деньги мы хранили уже не в долларах, а в облигациях центрального банка. Потому что доходность этих бумаг была больше ста процентов в год, и можно было хоть как-то сохранить заработанное. Все, конечно, знают, что лучше всего сохранять в золоте, эта штука никогда не дешевеет. Ещё лучше в произведениях искусства, картинах например. Эта хренотень растёт в цене в геометрической прогрессии. Только денег маловато, на все наши бабки я мог прикупить лишь квадратный сантиметр самой дешёвой из картин какого-нибудь Малевича. О! Кстати! Это идея, почему бы не покупать такие вещи в складчину, не у всех ведь в кошельке лишних пару десятков миллионов долларов, а так взял свой сантиметр - и всё в порядке, любуешься мазнёй, денежки в сохранности, да ещё и растут. Что-то до этого ещё никто не додумался. Ну, ещё можно недвижимость. Опять-таки, фантиков мало. Помните эти сумасшедшие суммы, которые получились математическим путём? Вроде бы, заработал много но, в реальности сохранилось до обидного мало. У этих денег одно паскудное свойство - они как бы тают. Там рупь, здесь рупь - и монет нет. Чёрт его знает, что за лажа такая! Чувствую, если бы не скупал облигации целенаправленно, так вообще ни хрена бы не скопилось, всё утекло бы между пальцев.

Больше всего мне нравилось ходить в сбербанк с пачками этих бумажек, там ежеквартально отрезали купон и вместо него давали прекрасные российские банкноты Центрального Банка. То есть нормальные рубли. Хоть и деревянные, инфлирующие, но, тем не менее, настоящие деньги. Однажды сел с калькулятором: выяснилось, что в день с этих облигаций получалось четыреста тысяч рублей. Неплохой результат. Зарплата у основной массы народа тогда составляла около пятисот тысяч в месяц. Вроде как, всё нормально но, Абрамович к тому времени меня уже очень сильно обогнал, применив недозволенные приёмы. Моя всегдашняя тактика, step by step, хотя и надёжная, но уж больно затратная по времени.

Да и насчёт воровства я не спец, остерегаюсь этого дела, неохота загреметь на нары. Кормят там плохо, и с алкоголем совсем хреново, а мне каждый день надо дозу принять, я же не враг своему здоровью. Потому и не ворую. Такого таланта нет. А если нет, нефиг и соваться в эти дебри, воровать тоже надо уметь. Менты любят лохов по тюрьмам пихать, украл пирожок, а его на нары лет на двадцать. Типа, план по раскрытиям перевыполнен, раскрыта разветвлённая сеть пирожковых воров. Медали, грамоты и всё такое. А лучше просто наркоту подкинуть, это надёжнее. План - это вам не шутки, его надо выполнять.

К сожалению, все эти сотни тысяч купонных доходов - просто инфляционное покрытие. Если хорошенько разобраться, не зарабатывал я ни хуя на этих облигациях. Только видимость одна. Поэтому надо было что-то срочно придумывать. Подходящих пары десятков вагонов с керосином, которые можно было спидзить, не было поблизости. Да и не получилось бы у меня.

Организовать серьёзный бизнес? Надо много денег. Способностей организаторских кот наплакал. С транспортными услугами покончено. Там, наверняка, уже конкуренты подсуетились, шутка ли, я в городе отсутствовал четыре месяца. В общем, башка трещала, что делать дальше? Куда-то устраиваться на работу - вообще смешно. Я купоны тут отстригаю, почти каждый месяц, на опупенную сумму, и вдруг поплетусь на какую-то сраную работу за копейки. Да и отвык уже подчиняться, тем более что в начальниках в нашей стране почему-то оказываются всякие недоноски и тупни.

Но, как всегда, вмешался его величество "случай". Встречаю как-то Толяна-голубятника. А он мне: - Куда ты пропал? Тут все наши без пива уже загибаются...

- Не понял?

Выходит, никакие конкуренты не подсуетились. И ниша моя свободна. Хоть завтра можно продолжить. Ничего себе! Нашёл я свой прекрасный штамп, смахнул с него пыль и задумался. Может быть, стоит продолжить, в самом деле? Вы же помните все эти фантастические суммы в калькуляторе. Неохота было всё это снова развозить. Осточертела, если по-честному, мне вся эта хрень. Шутка ли, столько лет корячился. Наступают в жизни моменты, когда что-то делать очень не хочется но, надо напрячь силу воли и сделать это через "не могу". А собирать силу воли мне не впервой. Понимал, что будет на нашей улице праздник. Всё равно я прорвусь. Только какой-то смутный прорыв получается! Мне уже под сорок лет, а ещё ни одного миллиона баксов не заработал, в кино не снялся, космонавтом не стал. Странно всё это. Вроде как на печке не сижу, какая-то возня постоянно происходит, а приличного результата нет.

Тут по всем каналам, как ни в чём не бывало, продолжают талдычить, что Россия лучше всех. Кстати, выяснилось, Россия, действительно, родина слонов. Помните, в Сибири нашли этих лохматых мамонтов, так вот они оказались родственниками индийских слонов. Значит, всё правильно, в самом деле родина, а вы смеялись.

Как раз пришло письмо из Америки. Говорят: приезжайте, милости просим, вы выиграли лотерею Грин кард! Поразмыслили мы с супругой, почесали хорошенько в затылке и решили пока повременить. Денег маловато, а как без денег туда соваться? Как бы ни было дерьмово в России, всё-таки это дерьмо своё, родное.

Я ещё молодой, силушка есть. Хотя, сейчас думаю, что тогда был в говне. Это сейчас, с высоты возраста и по прошествии времени очевидно но, тогда я этого не замечал. А что? Дети есть. Да и неплохие. Жена так вообще царевна. Опять же, купоны отстригаю. Что ещё надо? Понятно, что голов французам не забивал, и песен моих в чартах не слышно. Так не в этом счастье. А богатство ещё есть время заработать, покорячиться немножко, и всё будет ОК.

Так и решили. Глупо было отказываться от практически готового бизнеса. Конечно, можно было нанять водителя, показать ему, как и куда возить. Только разве можно какому-нибудь бледножопому люмпену доверить такое ответственное дело. Или тачку расхерачит через неделю, или воровать начнёт. Или ещё что похуже, даже придумать не могу.

Короче, решил разруливать дилемму сам. На уазике не хотелось. Это вчерашний день, время уазиков прошло безвозвратно. Чай не бедные. Продал я нахер эту буханку, пропади она пропадом. Благо, что была масса дураков, которые ещё не знали, что за уёбище эта техника. Продал в несколько раз дороже, чем купил, спасибо инфляции. И укатил во Владивосток за нормальным японским грузовиком.


103 Последняя капля.

Тойота Хайс с будкой - чудо японского автопрома! Объём двигателя как раз для моих чмушных прав группы "В". Главный прикол, кабина жёлтого цвета, ну прямо цыплёночек. А на будке надпись огромными буквищами: "MORINAGA". Фирма, наверно, такая. Ну, просто прелесть, а не машина. Зимой в ней тепло, летом прохладно, всё как положено. Ничего не отвинчивается. И гоняет неслабо - на спидометре нарисовано сто пятьдесят. Уважаю япошек. У них так сильно отличается менталитет от прочих народов, что иногда мне кажется, что они прилетели к нам с другой планеты. Когда-то очень, очень давно.

В эту будку влезало кошмарное количество ящиков. И снова стал я трелевать пиво со страшной силой. Не хочу даже считать, сколько там зарабатывалось. Да уж побольше, чем на том драндулете. Чёрт с ним, с Абрамовичем, его уже не догнать. Тем более, что тут как раз Билл Гейтс нарисовался. Да пошли они в жопу со своими миллиардами, мне и так хорошо. Зато у них нет Моринаги.

Таким образом я проколбасился ещё полтора года. Работа меня совершенно вымотала. Никакого удовлетворения от неё я не чувствовал. Творчеством, а я ведь, несомненно, творческая личность, там и не пахло. Голимый физический труд. Бесконечный конвейер. И однажды это вывело меня из себя. Сила воли кончилась. Да и то сказать, мальчишке уже тридцать семь лет, а всё занимается какой-то хернёй. Ты учился пятнадцать лет, не стыдно заниматься этим онанизмом? Этак можно и до пенсии прокататься, тупо таская ящики туда-сюда. Нервы были на пределе, я понимал, что драгоценные годы потрачены почти впустую. Ничего не создал. Ни хрена не изобрёл. Просто, можно сказать, прожёг кучу годов за просто так. То, что родил двоих детей, так ведь это может сделать любой дурак. Хоть пять детей! Хоть двадцать пять! Меня терзали какие-то смутные подозрения, что-то я делаю не так.

Да ещё супруга подливала масла в огонь сомнений. Она постоянно выносила мне мозг. Ну, вы знаете эти женские приколы, нет смысла их тут повторять. Я по своей простоте думал, что мне одному досталась такая пидзлявая половинка. Молод был, глуп. Не знал тогда, что в принципе все женщины в этом смысле одинаковые, ну или почти все.

- А какой сегодня день?

- А что я тебя просила?

- А когда ты последний раз мне дарил цветы?

- А что ты сегодня делал?

- Где ты был? (Где мне быть? Ящики хуячил круглый день).

- Ты поздравил мою маму?

И каждый день по приходу домой я имел кучу разборок по различным надуманным копеечным поводам. Поводы возникали как-то из воздуха. Просто фантастическая способность раздувать из мухи не то что слона, а сто слонов, десятки тысяч слонов. Потому что как только я начинал оправдываться, на мою башку сваливалось ещё больше претензий. Я был в шоке. Нет, чтобы встретить мужа, добытчика, с охоты нежностью и лаской, первым делом мне вручалось мусорное ведро с вопросом: "Почему так долго?"

То, что с готовкой пищи у неё были проблемы, это ладно. Точнее говоря, она не готовила совсем. Не любила это дело. Я не расстраивался, это даже лучше. Не понимаю тех мужичков, которые жрут то, что им дают. Знаете, как кошке, навалят этого китикета - и зашибись. Я бы так не смог. В этом смысле считаю себя гурманом. Не скажу, что мне требуются какие-то архисложные блюда. Просто хотелось своё мерзкое дневное существование приукрасить капелькой вечернего удовольствия. Пища, несомненно, может украсить существование. Поэтому я не мог, и не желал, есть то, что мне подсунут, сделанное для галочки. Просто набить кишку, чтобы не быть голодным - это не для меня. Пищей надо насладиться, она украшает нашу жизнь, тем более - жизнь быдла, кем я, несомненно, был в тот последний период пиворазвоза.

Во-первых, еду надо сначала съесть глазами. Она должна выглядеть эстетично. Всегда приукрашивал всё, что стояло в тарелке передо мной. Но, здесь Америку не открыл, это нормальное явление. Вон, у японцев, вначале и не поймёшь, что там лежит, и можно ли вообще это жрать или нет. Что-то красивое, круглое... Или квадратное. Даже если на вкус херня, от одного только вида хорошее настроение.

Так вот, проходя по магазинам перед возвращением домой, я как бы готовил себе ужин в своей голове. Я не знал сам, что хочу сегодня и сейчас но, проходя мимо витрин и видя всё это продуктовое разнообразие, у меня в голове складывалась мозаика будущего блюда. И я брал то, что мне могло пригодиться в этом. Это, знаете, как у скульпторов: берут кусок скалы и отсекают всё лишнее. Пока я тащил домой сумку с продуктами, в мозгу блюдо уже было готово, надо было только воплотить его в реальность.

Придя домой, выбросив вручённый мне мусор, принимался создавать очередной шедевр. Не обязательно это что-то сногсшибательное. Это могла быть просто жареная картошка. Но, я хотел именно её. Никаких, допустим, котлет или макарон. А завтра это могут быть как раз макароны или улитки в чесночном соусе. Какое-нибудь экзотическое мясо акулы, дерьмо, кстати, полное. А может быть, я не так его готовил. Это могла быть просто вяленая корюшка с пивом. Да! И такой может быть ужин. Знаете, бывает такая свежайшая корюшка, пахучая, серебристая, три дня назад она плавала где-нибудь в Тихом океане и, не знала, что очень скоро попадёт на мой стол, а потом на стенки моего желудка. Какая это прелесть - корюшка с пивом, кто бы знал. Ради этого стоит жить. Вот попробуйте. Только не берите эту доисторическую, пересохшую, жёлтую, с запахом прогорклого рыбного жира, как частенько пытаются нам подсунуть нерадивые ритейлеры. Только свежак - и вы окажетесь в раю.

Не хочу я слишком много драгоценного времени тратить на описание пищи. Тем более, что были ребята, которые гораздо лучше меня это сделали. Не поленитесь, покопайтесь в интернете и прочитайте, например Франсуа Рабле. Этот парень знал толк в еде и написал изумительную книжку про жратву, пятьсот лет тому назад.

Что-то я отвлёкся. Так вот, однажды, придя домой, сильно повздорил с супругой по какому-то очередному нелепому поводу и, поскольку эта ссора оказалась последней каплей, переполнившей чашу моего терпения, я поклялся, что больше не пойду на эту опостылевшую развозку пива.

И добавил: - Не нравится - тогда иди и работай сама, я беру отгулы на годик!

Те самые, которые мне положены по трудовому законодательству. И не пошёл. А что мне переживать, я ведь стригу купоны, с голоду не помру. Продал Моринагу и стал жить как рантье, на доходы от ценных бумаг.


104 Не по-русски у японцев.

Всё бы замечательно, но вот куда супругу пристроить, к чему у неё есть способности? В вагон-ресторан, конечно, сразу отпадает. И тут вспомнил, как она ловко нашла покупателей на нашу владивостокскую жилплощадь. К тому же язык у неё подвешен правильно, ухо мне лечит, будь здоров. И эта её способность быстро и легко сходиться с незнакомыми людьми. В те времена как раз зарождалась индустрия торговли недвижимостью, происходила повальная приватизация и продажа муниципального имущества. Я подумал, что неплохо бы поближе находиться к этому пирогу, может быть, по ходу пьесы получится урвать некую коммерческую недвижимость, магазинчик, допустим, или что-то подобное. Поразмышляв, решили податься в контору, которая была связана с муниципалами, там было больше шансов воплотить теоретические предположения в реальность.

Ради этого дела я сгонял в Японию и купил там, специально в расчёте на специфику работы риэлтора, неплохой джипик. Дороги в Рашке хреновые, зимой скользко, летом дырки и кочки, легковая для этой цели не подходит, а внедорожник в самый раз. Мицубиси Бигхорн, старый тарантас 85 года, зато 4вд, и выглядит солидно.

Это был мой первый вояж за границу. Визу мне сляпали быстро, и летом, когда в Хабаре жарило солнце, я благополучно отчалил на теплоходе Антонина Нежданова от насквозь знакомого Владивостокского морского вокзала в сторону Японского архипелага. Ракушки на жопе зашевелились, почуяв близость Тихого океана. Эх, океан-батюшка! Как же я по тебе соскучился!

Кормили на пароходе на убой, да ещё и графин водки на столе стоял весь день. Я очень удивлялся. Народ, конечно, набухивался в сиську с самого утра. Что-то, какой бы я не был выпивоха но, считал неприличным бухать водку с утра, хоть даже и на халяву. Правда, ближе к вечеру тоже закидывался огненной водой, в те времена ещё практиковал иногда употреблять водяру. Несколько дней пароход пилил на восток и, через некоторое время на горизонте вздыбилась Фудзияма.

Да ладно... Пошутил. Фудзиямы там не видно, она с другой стороны острова.

Ниигата - мегаполис в устье какой-то речки. Рассматривать достопримечательности было некогда, в запасе был всего один день, завтра отчаливаем обратно. За это время надо было найти и купить три автомобиля, мы с женой так решили. Один себе, а два других, после продажи, должны были погасить расходы на поездку. Чертовски практичная семейка.

Пока япошки разглядывали мой паспорт, все эти алкоголики поразъехались. Я подозреваю, что парни бывали тут очень часто. А вот моя морда показалась самураям подозрительной, звонили куда-то по сотовому телефону, тогда сотовые были в диковинку, бухтели что-то на своём тарабарском языке, я ничего не понял. Но всё-таки в итоге пропустили.

На причале меня очень вежливо встретил мужик, японец, он даже немного по-русски шпрехал. Выяснилось, что это владелец автомагазина бэушных тачек. Японских, конечно. Страшно обрадовался, что мне надо целых три машины, лопотал чего-то на не очень понятной смеси русско-японского диалекта. Ехать пришлось довольно долго. Город большой и крайне застроенный. Там нет, как в Хабаре, гигантских пустырей, даже самые мизерные пятачки были чем-то заняты. Местами попадались посадки чего-то, типа такие маленькие огородики. Я был сильно удивлён. Интересно, и что можно было вырастить возле дороги, между автостоянкой и автозаправкой? И как потом можно эту хренотень есть, насквозь пропитанную выхлопами цивилизации. Но, тем не менее, трудолюбивый японский бюргер аккуратно поливал из шланга свою драгоценную зелень. Наверно, я чего-то недопонимаю. Японцам виднее, они умные.

Наконец, приехали.

Мать честная! Там сплошь автомагазины, до горизонта. Всё обойти просто физически невозможно. Но! Глаза боятся, а ноги пошли. Самое интересное, что большинство продавцов неруси. Прямо как у нас. Только у нас азербайджанцы, а там иранцы или талибы, чёрт их разберёт. Короче, мусульмане. Да что же это такое? Уже в Японию приехал, и здесь такая-же хренатень. Ладно, куда деваться, не уезжать же обратно.

Дальше неинтересно. Пропустим кусок, там где я выбирал авто.

Ближе к вечеру нашёл парочку приличных тачек для покупки. Что характерно, у них порядок процедуры такой: оставляю деньги, подписываю какие-то бумажульки с иероглифами - и свободен. Теоретически машину должны пригнать и погрузить на пароход.

Ни хрена себе фокусы! У себя на родине, думаю, эти машины я больше никогда бы не увидел при таком раскладе. Ну, и деньги свои, конечно, тоже. А у япошек всё не по-русски. Ну и народ! На следующий день, скажу честно, я волновался, не кинули ли меня узкоглазые?

Да нет!

Как положено, с утреца привезли все купленные машины на трейлерах. Мне вообще, как русскому, было дико смотреть. Где же это видано? Машину, у которой вроде как колёса есть, везти втридорога на трейлере. А самоходом доехать слабо? Представьте, сколько они денег выкидывают в масштабах всей страны.

Да-а-а-а-а! Странные эти японцы!

Обвели каждую царапинку на машине специальным фломастером, чтобы всё по-честному. Типа, это не мы покоцали, так было и, погрузили на палубу нашего дредноута.

Простите за тупость. Вернусь назад и расскажу про третью машину. Когда нашёл её, было уже темно. Оформили с японцем документы, всё чин по чину. С настоящим, японским японцем. У талибов старался не брать, не доверяю я им после той луковой истории. Джапанесе на радостях наливает мне ихней водяры! Типа, обмыть. Как узбек, блин - в фарфоровую чашку. Где Узбекистон - и где Джапан, есть разница? Выпили с ним за здравие. Потом за дружбу народов. Уважаю япошек! Он предложил мне вызвать такси но, я же хозяйственный парень, когда узнал, что за вызов надо башлять, вежливо отказался и почапал в темноту пешком, пожав его трудолюбивую японскую клешню, справедливо полагая, что проще поймать мотор по дороге.

Никакой карты местности у меня не было. Где нахожусь, я не знал. А был я, надо сказать, в полной жопе. Что-то вроде городской промзоны. Какие-то сраные очкуры, чёрные силуэты убогих строений без освещения, пустынные автостоянки, заставленные автомобилями. Ни заборов, ни охранников, ни собак. Заходи! Отвинчивай, что хочешь! Или вообще садись и уезжай. Я думал, он спит там, этот хренов самурай. Проверил одну стоянку, долго тарабанил в окно, никто не вылез. Говорю же вам, всё это было брошено на произвол судьбы. Как-то не по-русски у японцев. У нас бы к утру ни хера не осталось. А тут стоит - и никому не надо. Я не стал ничего отвинчивать, вообще, хоть я и русский, но не вор. И воров не люблю.

Ладно, чапаю дальше, а куда чапаю - чёрт его знает. Ориентировался по звёздам, бывалый моряк, благо, что небо было чистое. Шагаю строго на юг, там где-то порт. Вокруг тишина, машин почему-то мало проезжало, а из тех, что проезжали, ни один не остановился. "Да охренели они, что ли! Или им не нужны деньги?" - так размышлял я. У нас бы уже сто раз уехал. Но, у японцев мозг вставлен вверх тормашками. Хрен их пойми! Я уже всё на свете проклял, пожалел, что отказался вызвать такси, экономист чёртов. Вокруг темень, выколи глаз. Изредка желтоглазые фонари вдоль дороги.

Вдруг чу! Слышу - за поворотом какие-то вопли. Аккуратно высовываю нос из-за кустиков. Большая группа байкеров в кожаных куртках со всеми регалиями: цепи, клёпки и прочее дерьмо, прямо на перекрёстке, под жёлтым светом одинокого фонаря, устроила какие-то разборки с размахиванием руками. Да всё так вполне всерьёз! Атмосфера какая-то жутковатая. Реально похоже на кадр из фильма "Город грехов". Трезво прикинул, что появление в такой ответственный момент моей бледной задницы в этом очень глухом и очень тёмном месте выглядело бы странно. И что я скажу? "Извините... Как пройти в библиотеку?" И на каком языке? Тем более что пацаны были чем-то раздражены. Чем? Не разобрал, языками не владеем. Короче говоря, не любитель я по бубну получать в такой темноте. Тем более, что хоть японцы и считаются чрезвычайно вежливой нацией но, такое понятие как "якудза" никто не отменял.

Очко, конечно, сыграло. Неохота умирать довольно-таки молодым - этот мутный прорыв надо продолжить. Да главное, как нарочно, машин понакупил. Точно загасят меня тут ребята, припомнят и Варяг, и Хиросиму. За всю белую расу навешают мне по соплям.

Пока я там, в кустах, размышлял о дальнейших действиях, ребятки, видимо, решили свои проблемы, завели тарахтелки и разъехались в разные стороны. Переждав некоторое время, двинулся дальше. Надо же выбираться из этой западни. Там, у перекрёстка стоял магазинчик. Зашёл внутрь, взять что-нибудь, промочить пересохшее от нервов горло. Магазин меня, конечно, поразил; здесь были и продукты, и бухло, и спортинвентарь, живые рыбы в аквариумах, в смысле, можно было купить и поджарить дома. В другом большом аквариуме находились креветки. В ящиках с землёй копошились какие-то червяки. Ну, бля, и японцы! Едят они, что ли, этих червей? А может быть, это была наживка для рыбы, потому как рядом стояли удочки. Я был в полных непонятках. В какой-то момент подумал, что, может быть, мне мерещится вся эта сюрреалистическая галиматья. Валить надо быстрее из этой страны, что-то тут не так. Что японцу хорошо, то русскому - смерть.

С удвоенной скоростью чесанул оттуда опять на юг, поглядывая через плечо на Большую Медведицу, чтобы не сбиться с пути. Даже попить себе не взял. Говорю же, в шоке был. Шпарил так ещё с полчаса. Вижу - какое-то странное сооружение. Магазин, не магазин. Стеклянные стены, внутри видно - мужики играют в настольную игру. Там же внутри стоит легковушка. Что за херня? Вот, блин дебилы нерусские, ни хуя не понять, что за контора? Почему они там сидят ночью? Что за машина? Хер проссышь!

На якудзу вроде как не похожи. Да плевать! Будь, что будет! Захожу я в эту халупу. "Здравствуйте, люди добрые, принимайте заблудившегося иностранца. А мы не местные, подскажите-ка, парни, как добраться до России-матушки". Они лупают глазёнками, ничего понять не могут. Наверно, это выглядело, как если бы негр в Хабаровске зашёл в пивной бар ночью, и начал всех нахер посылать на своём негритянском диалекте. Думаю, что по почкам он отхватил бы добре.

Всю эту речь я произнёс на чистейшем аглицком языке, справедливо полагая, что если у них на автомобилях надписи на английском, значит, должны соображать. Но, что-то они ни фига не поняли, судя по выражению их окостеневших глаз. Думаю, может быть, у меня акцент слишком ярко выраженный. Опять им толкую, уже с оксфордским произношением, хрен его знает, может быть, они тут английский в садике проходят, а я только в шестом классе начал: "Такси, господа самураи! Такси бы нам! В порт, дыр-дыр-дыр".

Наконец-то до них дошло. Оказалось, что этот долбанный английский никто не знает и близко. Для них я вообще был как профессор из Британии. Из английского они знали только одно слово "такси". Это были таксисты, а домик этот неказистый был станцией такси. Они там перекуривают, отдыхают, делают мелкий ремонт, моют тачки, дрочат свои ниппонские перцы. Ну! Мать честная! Всё, бля, вверх ногами у этих японцев. Ни хрена не понять! Заколебался объяснять, куда мне надо ехать. Слово "си", то есть море по-русски, у нас знает каждый балбес. Слово "порт" - по-русски, опять же, порт, знают даже узбеки. Эти долбоёбы не понимали элементарного. Вот тебе и Япония. Капец, твою мать! Уже и такси нашёл, а уехать не могу. Ну нет, наши бомбилы хотя и курят, и матерятся в салоне но, по-любому английский знают хотя бы на уровне двойки. Эти же были полный ноль, кроме своего японского ни бельмеса не всекали.

И что делать? Опять, что ли, пешком пидзовать по звёздам? Короче, один, самый смекалистый, видать, вспомнил про карту. В соседней комнатушке висела большая карта во всю стену. Ну вот, другой разговор. Я сразу всё вспомнил, и островок в виде цифры восемь, который мы проплывали, и речку, в которую заходил наш пароход. Уверенно ткнул пальцем. Обрадовались обезьяны, загалдели на японском наречии.

Потащил меня этот смекалистый к своей железной лошади на улице, и помчались мы в ночь с ветерком.

Был такой нюанс. Сижу на заднем сиденье и вижу, что к двери идёт какой-то странный рычаг, такого не должно быть, по крайней мере, раньше не видел. Но, я-то смекалистый, сразу допёр, тоже ведь таксовал немало, вы же в курсе. Сообразил, что этот рычаг служит предотвращению сваливания клиента без оплаты. В Совдепии такое практикуется, довезёшь, бывало, какого-нибудь ублюдка до места, он шмыг в дверь - и был таков. Бежать, что ли, за ним? Так и уедешь, выдумывая новые словосочетания многоэтажных матов. У япошек всё серьёзно, заплати вначале, тогда открою дверь. Вообще - гениальная нация! Специальный рычаг, не тяп-ляп! Мозги у меня работают будь здоров, мигом всё сопоставил.

Приехали в порт. О-па-на! А дверца открывается сама собой. Ошибся я немного в своих догадках. Оказалось, рычаг этот, наоборот, служит открыванию двери. Типа, сервис такой. Ни хрена себе! Ну, японцы! Ну, дают! Нету у них, оказывается, такой фигни как у нас. Все всё платят. Даже если ты забудешь с клиента деньги взять и уедешь нечаянно, догонит и вручит с извинениями. Уважаю япошек. Это тебе не русское быдло, готовое обуть ближнего своего.

Ну, да ладно. Не будем слишком уж обсирать своих.

Причалил пароход во Владике с моими покупками, и моим проспиртованным телом. Самый интересный момент - это то, что наша Раша наварилась круче всех, не ударив пальцем о палец. В таможне с меня слупили стоимость этих дров... в смысле, автомобилей. То есть каждая тачка мне обошлась - стоимость её в Японии умножить на два. Вот это бизнес!!! Я понимаю!!! Как я люблю мамку-Родину! Ещё бы в Раше развивалось автомобилестроение... А нахуя? Когда можно просто слупить кучу бабла с такого простака как я.


105 "Васмолюр".

И стала супруга моя работать агентом в агенстве недвижимости Рога и Копыта. В те времена всё это было в зачаточном состоянии, работали бывшие портные и слесари, как придётся. Всё на соплях, кто кого наебёт. Кошмарный дикий рынок, лихие девяностые, а вы как хотели? И вот тут моя половинка лихо влилась в этот разномастный коллектив риэлторов, правда, слова такого заковыристого тогда ещё не знали.

Без приключений не обошлось. Ехала она как-то осенью на том самом Бигхорне по своим риэлтерским делишкам в сторону посёлка Берёзовка, там есть железнодорожный переезд, для тех кто не в курсе. Пока она работала с клиентами, у переезда образовалась корочка льда от растаявшей днём водички. На обратной дороге Валюша газанула сразу после пересечения рельсов, опыта вождения было маловато, она ещё не знала, что резко ускоряться на льду нельзя, это знает каждый водила. Был включен только задний мост и, естественно, машину занесло, закрутило на скользкой дороге. Полетела неуправляемая тачка на приличной скорости в канаву.

Трах!

Бах!

Тарабах!

Шмяк!

Машина опрокинулась на правый борт, там, где находится рулевой. На девочку посыпались все эти кассеты и прочее барахло, которое обычно копится в бардачке. Ну, и конечно, всякий мусор, который копится на коврике у пассажира.

Бряк!

И тачка замерла! Уравняв силу инерции и силу тяжести. Завоняло соляркой, она аккуратно выливалась в горловину как раз на правой стороне. Хорошо, что было не очень поздно и по трассе туда-сюда сновали автомобили. Добрые самаритяне вытащили обезумевшую от пережитого тётеньку на свет божий. Накинулись толпой и поставили Бигхорн на колёса. Даже помогли ей поменять пробитое в полёте колесо. Всё-таки в России, когда настигнет настоящая беда, люди преображаются и на короткое время превращаются в добрых самаритян. В Германии, например, такое невозможно, там потом вышлют счёт за оказанные услуги. И заломят ещё нехилую сумму за срочность.

Пришла жена домой. Колотило её, бедняжку, как осиновый листок на ветру. Долго не могла внятно выговорить, что с ней произошло. Когда всё понял, не попрекнул ни словом и не ругал. Дело житейское, с каждым может случиться. Да и долбанулась она не так чтобы сильно, даже все фонари и стёкла остались целыми. Везучая у меня бабёнка. Ну, правда, весь правый бок был всмятку, особенно переднее крыло. Зато двери не заклинило, и стёкла нормально поднимались и опускались.

На следующий день я открутил это раздрызганное крыло. Оно крепилось на болтиках, никакой сварки. Всё-таки фантазёры эти японцы. Бросил на снег, попрыгал на нём хорошенько, потом немного постучал молотком и поставил на место. Готово! На этом ремонт и закончился. Решили остальное так оставить. Что деньги зря переводить? Ездит ведь, а больше ничего не надо. Так и катались мы на ней в таком потрёпанном виде ещё пару лет. Зато никто не угонит, нормальному вору такой мусор стыдно будет угонять.

Кстати, на этом самом переезде спустя неделю поезд со всей дури разорвал напополам автобус с пассажирами. Там была куча мертвецов, об этом ужасном происшествии показывали по всем каналам. Если покопаться в интернете, то можно найти инфу про этот случай вонючий. Вот такая дикая концовка истории.

Итак, Валюша стала заниматься торговлей квартирами, и скажу, что у неё получалось. В месяц случалось по нескольку сделок, говорю же, ухо она умела лечить, а в недвижимости это главное. Люди, в основной своей массе, сами не знают, чего хотят и, поэтому если грамотно всё разрулить, можно почти любого убедить в чём угодно.

А я в это время занимался домашним хозяйством. Кормил, поил и воспитывал своего пол-сына. Водил их в бассейн, правда, по-настоящему плавать они так и не научились почему то. На воде, вроде как, умеют держаться но, не лучше, чем говно в проруби. Короче олимпийскими чемпионами не стали. Водил в художественную школу, до сих пор вся ихняя мазня на шкафу лежит. Нет, ну если всё это вставить в красивые рамочки и развесить по стенам, то цены им не будет.

Купил толстую такую кулинарную книгу и по ней готовил всякую экзотическую дребедень, поражал супругу своими кулинарными шедеврами. Ну, и выпивал каждый день по чуть-чуть, как без этого? Я же не враг своему здоровью. Где-то вычитал, что резко бросать нельзя.

Однажды нашёл брошюрку, инструкцию по кустарному изготовлению вина из различных фруктов и ягод. Оказывается, вино можно делать из всего, практически из любого дерьма. А у её родителей на даче смородина пропадала почём зря, что-то продавали, что-то просто падало и удобряло участок. Так я самолично, до последней ягодки собрал весь урожай, поставил в двух двадцатилитровых бутылях смородиновое вино на шикарной виноградной закваске, которую изготовил сам по инструкции. Ну, правда, на всякий случай забросил туда процентов 10 винограда. Закваска необходима. Дело в том, что без неё неправильные бактерии могут превратить вино в обыкновенный уксус. А нахрена мне, спрашивается, сорок литров уксуса?

Как начало там, в этих бутылях, играть, я даже очканул слегка, думал, взорвутся к чёрту эти две бомбы. Бурлило страшно, как только начинает меньше пузыриться, надо сыпануть сахару, строго по рецепту, и опять булькает! Страсть! Короче, примерно через месяц, когда жидкость перестала бродить и вся муть опустилась на дно, вино стало почти прозрачным. Обалдеть! Красоты неописуемой. Теперь мне не надо было даже бегать в магазин за бухлом, всё под рукой. Да ещё немало оставалось того знаменитого шампанского, подаренного мне богом. Как не выпить за своё здоровье? Опять же, тонус повышается.

Встал насущный вопрос - а как его назвать? Придумал шикарное название. Ни за что не догадаетесь. В память о лучших годах, прожитых в любви и согласии с моей незабвенной супругой, именовал я этот божественный напиток "Васмолюр". Расшифровка очень простая: "ВАля", "СМОродина", "ЛЮбовь", "ЮРа". Заказал самоклеющиеся этикетки, разлил в бутылки. Выглядело просто бъютифул! Опупенно, ребята! Честно! Главное, там на этикетке красовалась фамилия винодела, стало быть, моя фамилия.

Вкус был спесфический! Я вот сейчас перешёл на французское вино, Божоле там, или Бордо, например. Скажу вам, это такая херня! Конечно, может быть, они в Россию не самое лучшее присылают но, простите меня, господа французы, винище ваше как-то не впечатляет. Приходится буквально запихивать его в себя безо всякого удовольствия. Я, конечно, не сомелье в третьем поколении, но вкусное вино от бодяги как-нибудь отличу. Такое ощущение, что они его гонят из листьев и стеблей. Вполне возможно, что я неправ, не обессудьте.

Это было счастливейшее время. Стриг купоны, кулинарничал, впалив предварительно фужерчик Васмолюра, детей воспитывал, как мог. Снимал на камеру всю эту хренотень. Вечерами супругу возил на просмотры её квартир. В общем, жизнь бурлила, как хорошая закваска.


106 Чесать, пока при памяти.

Но, всё это время меня не покидала мысль о том, что в России ловить нехер. Не вписываюсь я тут в сюжет - воровать не умею, обманывать тоже не особо, а без этих качеств здесь прорыв невозможен. Вот в чём дело! Все нормальные уже свалили отсюда. А кто не свалил - или готовил лыжи, или завидовал свалившим, и обсирал их по полной, как поганых предателей. Почти десять лет прошло с тех пор, как господин Ельцин захватил власть. Все мои надежды, что наконец-то всё изменится, рухнули. Была страна говно, стала говно в квадрате. Замечательно здесь живётся только подонкам. Эх, мама! Почему ты не научила меня воровать? Я припоминал высказывания умных людей о России, столетней давности. О том, что она немытая, о том, что она страна дураков, и прочий кал. Ещё Пётр Первый хотел искоренить дебилизм и взяточничество бояр, а воз и ныне там. Не хочу я терять время на описание всех мыслей, толпившихся в моей башке. Вы и так всё это знаете, у вас те же мысли толпятся.

Пришли мы с супругой к выводу, что надо чесать отсюда, пока при памяти, хоть немного пожить нормальной жизнью, без этого российского экстрима. Хватит, пора стряхивать лапшу с ушей. Никогда здесь не будет порядка. Со времени Петра прошло достаточно времени, чтобы разобраться. Нормальной, спокойной жизни здесь не будет никогда. Такова суровая правда. Этот крест русские должны тащить вечно, пока Земля не слетит с орбиты.

Стал я крутить башкой. То есть выяснять, куда можно слинять с минимальной потерей времени, усилий и денег. Чтобы менталитет был схожий, чтобы религия нормальная. Мне, конечно, на бога навалить, и вообще на всех богов вместе взятых. Я атеист, и возможно, самый непримиримый из воинствующих. Какой бог? О чём вы толкуете? Этот проект с Христосом изначально голимый бред. Типа замужняя целочка залетела от святого духа. Да уж! Умно! Что за херня? Любой школьник знает, что для того, чтобы забеременеть, нужна сперма. Откуда у духа сперма?

Религия - это такой же бизнес, как и все прочие бизнесы. Каждая церковь - это предприятие, которое платит налоги, есть расчётный счёт, бухгалтерия и прочие причандалы предпринимательства. Только торгуют они своими разглагольствованиями о несуществующем господе нашем. Что-то вроде напёрсточников. Шарика там, под колпачком, нет, и никогда не было. Эх! Не хочу даже эту галиматью по новой пережёвывать, время жало терять, до меня куча умников обо всём этом гораздо лучше набухтела. Да вот почитайте, к примеру, Андрюшку Куликова, есть у него книжка "Научный атеизм". Там всё доходчиво изложено

Так вот, стал искать подходящий аэродром для линьки. Все вот эти Африки и Южные Америки отпадают сразу, жить там нормальному русскому человеку невозможно.

Северная Америка?

Хотелось бы стать америкосом, да только не берут со свиным рылом в калашный ряд. Второй раз лотерею не выиграть. Туда прорваться сложно, язык, видишь ли, надо знать в совершенстве, образование настоящее, и привыкать к их демократической демократии придётся с трудом. У нас-то демократия регулируемая, вроде как есть, и в то же время нет её. У этих хуевых азиатов всё через жопу, хрен проссышь. Это я Расею имел в виду. Но, привык я к нашей черезжопной демократии. Вроде как ненавижу этих взяточников и казнокрадов, а с другой стороны, дал гаишнику фантик - и свободен, сунул монету человеку, который при делах - и получил требуемое. В Америке такая лажа не проканает, впаяют лет сто пятьдесят с конфискацией, и мама не горюй. Даже думать о таком - преступление! Ну, и как там жить нормальному русаку?

В Австралию и Нью-Зиланд неохота. Континентишко где-то в заднице, вроде как есть, и как бы его нет. Весь континент сводится к одному городу - Сидней. На самом деле, одноэтажная дерёвня. Небольшой кусочек высоких домов и эти знаменитые "ракушки" оперного театра. Да нет. Спасибо! Парень, который жил в реальных мегаполисах вроде Владивостока и Хабаровска поселится в этакой прямой кишке? Отпадает.

Индия? Какие бы не были русские чушки, до индийцев нам далеко. У этих вообще, как я понял, нету в принципе дворников. По их понятиям, убирать мусор с улицы - это грех. Коровы бродят по городам и серут, в смысле, испражняются на тротуары. "А это бог насрал!" В прямом смысле, для них корова - божество. У нас был один бог, дедушка Сталин, и то его в итоге обосрали. А тут тысячи коров, богов, бродят, где хотят, валят, где хотят, и это считается за счастье. Да уж! Тяжёлый случай у индийцев. В фильмах всё красиво, люблю индиш филмз. А в реальности - дерьмо неслабое.

По большому счёту, мне всё это нравится, индийцы молодцы. Я их понимаю. Честно. Был бы индийцем, целовал бы в зад этих коров. Но, русской душе, широкой, мятущейся, лучше не соваться в индийскую реальную действительность, разве что раз в год индийский фильм посмотреть - и хватит.

Короче, после долгих, мутных размышлений остановился-таки на старушке нашей, Европе. Опять же, отсеем всякие экзотические языки вроде испанского, португальского и прочее. Мне просто лень учить всю эту лажу. Зато я в совершенстве знаю четыре европейских языка: русский, украинский, белорусский (бредовотупоперековерканный русский) и английский. Но, в Украину и Белоруссию может только совсем оухевший дурак эмигрировать. В итоге остались две приемлемые территории: Англия, в смысле Грейт Бритн и Кипр. Но, в Соединённое Королевство просочиться невозможно, надо много денег и много мозгов. И с тем и с другим проблема. Есть эти штуки но, маловато.

Остался Кипр. Чем он хорош? Во-первых, там государственный язык английский, а у меня как раз по английскому в школе пятёрка, и с Хемингуэем я практически на ты, в оригинале когда-то почитывал. Во-вторых, там попики выглядят в точности как в Совдепии. Такие же дебилы с бородой и в рясах. Это же плюс. Я ведь им не скажу, что я нигилист, и не верю ни в какого бога. Наоборот, я готов им пятки целовать и молиться каждый день по полчаса, только чтобы взяли меня.

Шутки в сторону. Оказывается, вся наша вшивая религия слизана с греческой, и имена греческие тоже слизаны. Я сам, блин, Юра. Победитель, или кто там, твою мать, по-гречески? Гришка, Васька, Петя и всё прочее. Даже обидно как-то за русских, что за херня? Самим, что ли, слабо было имена придумать? Бомбу ядерную ведь придумали. А имена пришлось воровать у греков! Ах да, простите, бомбовую идею тоже спидзили. Ну, всё равно, радио там, телевизор, самолёт изобрели. Или нет? С самолётом заминка, америкосы в обиде, вроде как ихний парень всё это первый сбацал. Да не в этом дело... Мозги у русских варят, как бы то ни было.

Простите, отвлёкся. Мысль имеет свойство утекать в сторону.

В-третьих, и это очень важно, проникнуть в страну можно без визы. То есть виза делается при пересечении границы. А не как у америкашек, надо год пердеть, доказывать, что ты не верблюд, предоставлять триллион справок о недвижимости, автомобилях, жёнах, детях, всяком разном говне, оставшемся в России и, что ты не имеешь намерения остаться в раю земном. Как будто, если это действительно рай, человек не пожертвует всем нажитым, чтобы остаться там.

И ещё одно: прибыв на остров, можно было приобрести недвижимость, то есть квартиру. Это было гигантским плюсом. В то время я считал, что главное - иметь крышу над головой, остальное чепуха. Вы ведь помните эту кошмарную эпопею с приобретением жилья. Но, тогда мы были голытьба, голь перекатная, а сейчас у нас есть некая сумма, которую можно потратить на приобретение гнёздышка.

Конечно, кипрских деталей я не знал но, размышлял так: если уж я в Совдепии вырвался в люди, а я, несомненно, вырвался, то уж на Кипре, тоже вырвусь. Работы я не боюсь, асфальтировщики там нужны? Нужны! Я это умею в совершенстве. Дворники там по-любому нужны, а я лучший дворник северного полушария. Плаваю как акула, где-нибудь на пляже мне цены не будет, спасатель и всё такое. Ну, а если пошуровать по реал эстейт, то можно надыбать небольшой семейный отельчик. В итоге оказалось, что направление мысли было верное.

После долгих изысканий решение было принято. Не забывайте, что в те дикие времена интернета не было. Приходилось тупо лопатить библиотечный, задеревеневший, устаревший материал. Главное о стране я узнал но, всякие детали, вроде курса ихних бабок, уровня зарплаты, стоимости жизни, конечно, остались вне пределов досягаемости моего мозга. Посчитал, что можно на месте разобраться, в крайнем случае, обратиться к богу уже там, на Кипре и, теоретически, этот козёл должен был помочь своему. Ну, это если логически рассуждать. Вдруг он всё-таки есть.

Весь процесс поиска нового места обитания занял примерно год. Естественно, обо всех своих изысканиях я делился с супругой. К тому времени мы уже стали командой. В те времена она больше ко мне прислушивалась, чем сейчас, и больше доверяла. Поэтому повелась на эту авантюру с переселением в места обетованные.

Ещё одно. Для подстраховки, если я вдруг ошибся в своих расчётах с Кипром, был составлен план "Б". Он заключался в том, что место для прыжка на Кипр было выбрано в самом благословенном крае России, и в случае появления каких-нибудь неблагоприятных обстоятельств, можно было просто остаться на территории Совдепии там, где растут пальмы и относительно тёплое море. Вы чертовски догадливы - конечно, это Сочи. По крайней мере, я окажусь в солнечном краю и у моря. Без моря мне никак нельзя, без него мне плохо.


107 Опасная зелень.

Надо было торопиться, в двухтысячном году ожидалось присоединение острова к Европейскому Содружеству. А эти европейцы могли перекрыть халявный канал просачивания в Европу. Поэтому как только решение было принято и план составлен, мы выставили квартиру на продажу. Я рассчитал так, что дети третью четверть учатся в Хабаре, на каникулах мы все вместе перепрыгиваем в Сочи и, там они доучиваются последнюю четверть. Ювелирный план, каникулы всего неделя, за это время надо погрузить всё наше барахлишко, включая Бигхорн, в контейнер, отправить железной дорогой, а самим самолётом добраться в тёплые края.

И 22 марта 1999 года мы вчетвером спустились по трапу самолёта на горячие бетонные плиты аэропорта Сочи. Я подбежал к ближайшей пальме, их здесь было много, и обнял как старую знакомую. Но, она молчала, она не поняла моего порыва, ей было всё равно, мало ли тут ненормальных ошивается.

Первым делом, купив местную газетёнку, и прошмонав рынок местной недвижимости, был неприятно удивлён. Цены были неслабые, на ту сумму, которую мы выручили от продажи, можно было приобрести только однокомнатную квартиру. Если в самом центре, где-нибудь на улице Роз. Или двухкомнатную, если не очень в центре. Зато здесь шикарное море и шикарные пальмы. Во дворах растёт черешня, залазь на дерево и жри сколько хочешь, никто слова не скажет. Лавровый лист на земле валяется, там деревьев лавровых полно. На местном рынке винище домашнее наразлив, за сущие копейки, для такого алкаша как я, это весомый аргумент.

Сняли жильё на улице Роз, рядом с рынком, это самый центр. До всех вокзалов несколько минут пешком. Детей пристроили в школу N1. Все мы зарегистрировались в Сочи, тогда с этим было строго. Местные жители без регистрации даже не селили квартиросъёмщиков. Через пару недель пришёл наш контейнер со скарбом и этим поцарапанным Бигхорном. Тачка произвела в Сочи фурор. Она была первая и единственная японка в городишке. Люди её разглядывали как диковину. Японский джип - это круто, даже если слегка побитый. Дизельное топливо стоило тогда 2р 30 коп.

Оставил я семейство, а сам направился дальше, исполнять задуманный план. На Кипр можно было улететь только из Краснодара и, прихватив с собой пять тысяч зелёных, на всякий случай, я отправился в этот солнечный город. Всё шло прекрасно, город встретил меня оживлённой толкотнёй у вокзала. Мне надо было где-нибудь переночевать, чтобы на следующий день самолётом добраться до Кипра. Нашёл на вокзале комнату отдыха, используя свой железнодорожный билет, получил кровать для ночёвки.

Почему так подробно я об этом пишу? Потому что там было приключение, которое могло бы мне стоить жизни, если бы всё было неграмотно сделано.

Бросив свою дорожную сумку со свежими трусами на кровать, я пошёл прошвырнуться по окрестностям. Всё-таки, новый город, глупо было бы не исследовать его пока ещё светло. Как я прошвыривался рассказывать не буду, не особо интересно но, после всего решил слегка отдохнуть, и взяв баночку пива "Ред Булл", пристроился на уличной скамейке возле вокзала. Уже начинало темнеть. Сижу себе, дышу свежим воздухом, никого не трогаю, прихлёбываю пивас, разглядываю народ. На всех вокзалах страны всегда одинаковый контингент. Перепуганные пассажиры, которые бегают со своими баулами как потерпевшие с глазами по пять копеек. И завсегдатаи: постоянно бухие, спящие на земле, обоссавшиеся бомжики, воришки в кепочках с бегающим взглядом, чтобы вовремя заметить зазевавшегося пассажира и подрезать что-нибудь плохо лежащее. Дешёвые, нетрезвые шмары, которые готовы за чебурек отсосать у любого, любое. Менты с охуенными животами и прокуренными ментовскими усами, с застрявшей в них вчерашней лапшой, и мокрыми от пота подмышками, которые видят всё это но, никаких мер не принимают. Потому как с этого бомжика ни хрена не возьмёшь, только вшей нахватаешься или туберкулёз подцепишь. Воришки, скорее всего, раз в месяц им отстёгивают налог на добавленную стоимость. Ну, а шмары иногда, когда уж совсем жена ментовская осточертеет, отсасывают им по-дружески.

И тут вдруг среди всей этой привычной ежедневной картинки образовался какой-то пижон с ублюдочно-интеллигентской внешностью, да ещё так нагло попивает дорогое иностранное пиво. Это я про себя, глазами ментов.

В те времена частенько гремели взрывы, то ли террористы, то ли власти сами нагоняли страху на население, чтобы легче было пидзить бабки из бюджета. Менты были озабочены поисками бомб и подозрительных личностей, обслуживающих эти бомбы. Под шумок обтяпывали свои делишки, грабили разных приезжих простачков под маркой борьбы с терроризмом, ну и конечно, сами тащили всё, что херово лежало.

Сидящий на скамеечке парняга, с довольной рожей лакающий алкоголь в общественном месте, показался им подходящим объектом. Пока я мечтал о заграничном житье-бытье, передо мной внезапно выросли две пузатые фигуры с неухоженными усами и нехилыми дубинами в руках. По их глазам было видно, что если бы не окружающие, эти дубины давно опустились бы на мою башку. Попросили показать документы.

Мне, как бы, бояться нечего, тротила с собой нет, наркотиков тоже. То, что нетрезв, это минус. Они потом могут в своих ебучих протоколах такого насочинять - Пушкин позавидует. Полистали паспорт. Прописки-то у меня нет. По понятиям того времени, это охуенное преступление.

- Пройдёмте в отдел, до выяснения.

Я сразу живенько вспомнил тот проклятый отдел во Владике много лет назад и, вот тут меня посетила шугань! У меня с собой пять тысяч баксов. В те времена этой суммы было достаточно, чтобы купить в Краснодаре небольшую квартирку. А ментовские замашки, за долгие годы жизни в Совдепии, я изучил. Они за гораздо меньшие суммы могут просто забить до смерти и закопать в подвале своего поганого отдела. Или конопли подкинуть в карман и засадить ни за что на долгие годы.

Короче, фантазии в моём черепе возникли одна ужаснее другой. Пока шагали до ментовки, я мгновенно протрезвел и продумывал план защиты. Надо сделать так, чтобы они поверили, что мои родственники знают, где я. То, что я зарегистрирован в Сочи, это огромный плюс. То, что я не один, а с детьми и женой, это тоже плюс. То, что я поселился на ночь в комнате отдыха, это, несомненно, ещё один плюс. Нет, ребята. Похоронить меня вам будет трудно, слишком много я оставил следов легализации.

Как я и думал, этот участок оказался мерзким, неухоженным помещением с обшарпанными стенами серо-говённого цвета, под завязку набитый усатыми, потными ментами с огромными чёрными дубинками. Ну, держись, парень!

Когда они стали выворачивать мои карманы и оттуда появилась пачка зелёных, иностранных купюр с портретом серьёзного бородатого дядьки, все они остолбенели. Скорее всего, они раньше видели доллары только в кино. Наверняка, в первую минуту подумали, что изловили американского шпиона. Как радостно у них заблестели глаза. Звёзды на погонах, почести, рукопожатия самого президента - всё отразилось в них, я это видел.

Слава богу, тогда уже была отменена знаменитая 88 статья уголовного кодекса о валютных операциях. Начался допрос. Они были дико возбуждены, да я и сам тоже. Но, надо было сохранять видимость спокойствия. Доходчиво всё изложил, даже не надо врать и придумывать - подробненько рассказал всё как есть. Показал все регистрации, все билеты. У меня была даже справка на валюту из банка, она могла понадобиться при регистрации бабла в аэропорту. Постепенно ажиотаж стал спадать. Ребята поняли, что рукопожатий президента им не дождаться. Потом пошли каверзные вопросы, из которых я понял, что теперь прощупывают, возможно ли меня незаметно завалить, чтобы завладеть монетами. И тут тоже их ждало разочарование. Квартира уплывала из-под носа. В итоге пришлось меня отпустить. Было жалко на них смотреть.

Как только выбрался на свет божий - прямиком в мотель, и носа больше не высовывал. Ну-ка нафиг такие приключения... чересчур много адреналина.


108 "Forest beach".

Турция с высоты десять километров такая маленькая, лайнер проскочил её за полчасика. А вот и остров Афродиты. Якобы, эта тёлка вышла из морской пены где-то тут. Самолёт пошёл на посадку в городишке Ларнака. Очень соблазнительный вид с высоты птичьего полёта, ультрамариновое море с множеством парусников на поверхности. Пляжи, пальмы и маленькие человечки, как лилипуты, бултыхающиеся в тёплой воде. Это вам не Хабаровск, а цивилизованная, чёрт побери, Европа-мать. Каких-то восемьсот лет назад здесь на острове, женился сам Ричард Львиное Сердце, не тяп-ляп. И вот теперь тут оказался ваш нетерпеливый рассказчик с симпатичной пачкой долларов в кармане. Привет Кипр, принимай нового гражданина, специалиста по перевозке пива, отрезывателя купонов!

Жара стояла капитальная, сорок градусов в тени. Меня немножко смутила местная растительность, привык к буйству зелени в приморье и Хабаре, а тут какая-то она была дохлая, почти вся высохшая. Оказалось, что на острове нет речек... ну, то есть, по российским понятиям нет. То, что они называют речками, на самом деле махонькие ручейки, в самом глубоком месте по колено, а в году бывает всего пять дождливых дней. Жесть! Во Владике, бывало, как зарядит дождина на поллета, и то спасибо, что не на весь сезон. Короче говоря, у них нормально зимой, всё цветёт и пахнет, а летом всё пересыхает и загибается. Капец! Все понятия наоборот. У нас как раз зимой природа сдыхает, а летом хорошо. Тут всё сикось-накось, зимой как у нас летом, а летом как в духовке. Люди перебегают из дома в дом, там кондиционеры, прохладненько, или в море прыгают. В полдень, когда солнце над головой жарит, улицы вымирают, никого нет. Спят, наверно, а потом, часов после четырёх, начинают выползать потихоньку.

Взял такси, я знал куда мне надо ехать. Уже и не помню, откуда почерпнул эту информацию, но знал также, что номер в отеле стоит дорого. Самый дешёвый - 20 ихних фунтов, а фунт в два раза дороже доллара. Это очень дорого. Но, на северной окраине, на берегу моря, есть кемпинг с шикарным названием "Forest Beach". Вот туда я и приказал извозчику доставить меня, на изумительном английском ленгбидже, который я основательно освежил, пока мы ждали наш контейнер в Сочи. В отличие от японских шофёров, грек всё сразу сообразил, даванул на гашетку, и мы помчались как пуля по левой стороне дороги, как и в Японии.

С названием местности киприоты сильно погорячились. Да, там действительно был лес... по местным понятиям. Мне так эти растения показалось кустами, самое толстое дерево, которое я нашёл, в диаметре было сантиметров пять, не больше. Зато бич оказался шикарный, мелкий песочек и даже небольшой причал для яхт. Я, конечно, был возбуждён, это как раз для меня. Прорыв где-то совсем близко! Надо только не ошибиться! Я не боюсь жары, скорее, боюсь холода. Уж пусть лучше буду потеть, чем отморожу себе копыта. Сразу же вспомнились доисторические времена, когда я совал заиндевевшие пальцы в горячую батарею на пивзаводе. И вот наконец, я на родине предков, несомненно, они где-то здесь обитали. Здравствуй море, я снова к тебе вернулся! Обними меня!

Прежде чем занырнуть в объятия старого знакомого, надо было заселиться куда-нибудь и, вот тут случилась со мной одна дурацкая история.

Пришёл к управляющему этой шарашки. Насколько понял, управляющий одновременно был и хозяином, здесь на острове такое часто бывает. Мы с ним потарахтели на английском. Я понимал, конечно не всё, примерно процентов на пятьдесят. Да ещё произношение у киприотов далеко не идеальное. Они проговаривают букву "r" так же как русскую "р". Например, цифра "четыре" на нормальном английском звучит как "фо", а они говорят "фор". Слово "more" у них так и звучит - "море", и всё остальное тоже хрен пойми. Но, во всяком случае, это лучше, чем тарахтеть с японскими таксистами на языке глухонемых.

Сутки проживания стоили всего два фунта, баснословная дешевизна. Так зато сколько романтики! Жилые помещения выглядели так: по всему этому прутиковому лесу, тут и там, в каком-то немножко хаотическом беспорядке были установлены трейлеры, домики на колёсах. Разных размеров, цветов и форм. Многие были с тентами возле них. Под тентами стояли холодильники, столики и прочие приметы человеческого присутствия. В некоторых жили люди, рядом бегали дети. Возле - клумбочки с цветами. Типа, такой туристический живописный посёлочек. Очень симпатично! И всё это на берегу изумительного Средиземного моря, внутри фореста. Может быть даже, где-то здесь, восемьсот лет назад, в этом уютном леске покакал сам Ричард Львиное Сердце. В те времена это было не зазорно. Он был тут проездом, но обвенчаться успел, резвый парнишка.

Из всей речи хозяина я понял, что могу пойти, выбрать себе домик по вкусу и поселиться там. О'кей. Побежал я искать хибарку поуютнее, пока не понаехали противные русские и не позахватывали самое лучшее. В одной мне не понравился холодильник - какой-то был слишком ржавый. В другой мебель была слишком задрипанная. Третий вообще был весь какой-то неухоженный. Ну, правильно - два фунта, что вы хотели? Через некоторое время выбрал чудесный номер, с телевизором, шезлонгом, в холодильнике стоят напитки и до пляжа рукой подать. Блеск!

Пошёл доложить боссу и забашлять. Говорю: "Вот, браток, этот домик мой, получай свои фунты". Он как-то удивился, замахал ручонками. Даже кипятиться стал слегка. Да что за ерунда? Догадываюсь, что-то я сделал не так. А? Наверно, эти апартаменты заняты, там же в холодильнике соки стояли. Да, облажался немножко.

- Всё о'кей, френд! Сейчас моя другой выбрать. Экскьюз ми.

Но, он что-то не успокаивается никак, лопочет, руками машет, Ганса мне напомнил. Да что за хрень? Напряг свои языковые извилины и стал понемножку соображать, о чём речь.

Оказалось, что я вообще всё не так понял. За два своих вшивых фунта мог только лишь воспользоваться его землёй. То есть, или поставить палатку, которой у меня не было, или поставить свой автомобиль, который был, но в Сочи. Ёлки-палки, вот это я обосрался. Мне было так стыдно. Я облажал всю русскую нацию. Представляю, каким чмом я был в его глазах. Твою же мать!

Когда он допёр, что я голодранец, даже не имеющий палатки, только почесал затылок. Наверно, подумал про себя: "Да! Вот же дебилы русские! Этот маленький уродец, наверно, всё пробухал".

Но, то ли ему меня стало жалко, то ли жалко отдавать обратно два фунта, после почёсывания затылка он с фразой "Ком фор ми" - пошагал куда-то в чащу. А я, обосранный и пристыжённый, поплёлся за ним. Вскоре подошли к заброшенному трейлеру без колёс. Он что-то провякал, показывая пальцем на эту ржавую кучу говна. Я перевёл так: "Будешь жить здесь, русская свинья!"

- Данке шон, майн хер!

Стал я осматривать свои апартаменты. Это был допотопный вагончик с выбитыми стёклами и кое-как висящей дверью. Внутри ни хрена не было, кроме двух проссаных матрасов. Электрические провода были подведены но, обрезаны на ближайшем дереве. И естественно, никаких холодильников с соками... и без соков тоже не было. Уже начало темнеть, мне не хотелось на ночь глядя лазить в незнакомой местности в поисках другого ночлега.

Утром я на свежую голову здраво рассудил, что всё не так уж и плохо. Главное, романтики - завались. Сварганил из веток веник, аккуратненько подмёл территорию от упавшей листвы. Главное, что между веток просматривалось Средиземное море, и это прекрасно. Закопал пачку долларов в песок под деревцем, предварительно обернув целлофаном, а чтобы не забыть место, пометил его собственными экскрементами. Эх Ричард, вот мы и побратались! Вряд ли кому придёт в голову расковыривать свежую кучу говна, это самый надёжный охранник и, побежал, наконец-то, снова окунуть свои засохшие ракушки в море.

Оно было восхитительно! Небо было изумительно! Жизнь прекрасна!

Что ж? Надо идти, выяснять по поводу стоимости жилья и перспектив устроиться с семьёй на этом благословенном клочке суши.

Да! Ещё немножко про "Лесной пляж". На самом деле, это было что-то вроде дачных участков. Люди, которые живут в Никозии, а там моря нет, арендуют в кемпинге место и ставят здесь свои вагончики. На выходные приезжают с семьёй отдохнуть. Всё остальное время домики пустуют. Они платят за аренду земли и, все довольны, хозяину капают какие-то деньги, а постояльцы знают, что их добро под присмотром. Хотя на Кипре практически нет такого явления как воровство или вандализм, если кто и ворует, то только русские. Вот такие точки над и.


109 Гражданин рая.

После окунания в древнее море отправился на разведку. Рядом оказалась контора по прокату мотоциклов, очень полезная вещь на острове. Здесь в принципе не было общественного транспорта. Народ ездил или на автомобилях, или на мокиках, и таких было большинство. Ох, простите! Сейчас это называется скутер. Короче, по-русски - мопед. Все, от мала до велика, ездили на этой хренотени. И древние бабки, и совсем мелкие дети. Бывало, едет вся семья, дедок с бородой за рулём, а сзади бабуся и парочка детей. Я был в шоке!

Чтобы взять агрегат напрокат, надо было только иметь водительское удостоверение, обыкновенное российское, и конечно, деньги. Хотя, думаю, что дали бы и без удостоверения, только это было бы чуть дороже. Киприоты особо не заморачиваются по таким мелким поводам. Заправил тачку газолином, так странно называется здесь бензин, и помчался в город на околокосмической скорости. Кстати, за всё время пребывания на Кипре я что-то ни разу не видел местных гаишников. Я не удивлюсь, если окажется, что их нет вовсе. Тут вообще всё как-то странно и по-другому. Кошек и собак тоже за всё время не видел. У нас этого добра навалом по улицам ошивается, не знают куда девать. Может быть, киприотам подарить? Да что там - я не увидел даже мух. Куда это всё подевалось, непонятно. Может быть, всё живое, в том числе и гаишники, пряталось где-нибудь от жары? Это единственное здравое объяснение.

Городишко оказался просто восхитительным, я сразу в него влюбился. А люди оказались доброжелательными напрочь. Мне везде улыбались и всячески старались помочь. Как-то я переходил дорогу в необозначенном месте, так все тачки остановились, и водители с улыбками до ушей приветствовали меня. Опупеть! У нас бы я услышал такой многоэтажный мат, а может быть, даже и удар в челюсть.

На набережной стоит памятник какому-то мужику в каске с бородой как у Карла Маркса. Если это он, то почему в каске? У нас в стране кому может быть памятник? Ну, Ленину... ну, Пушкину... почти в каждом городе. Интересно, что за мужик? Подхожу, читаю. Мама родная! У меня аж мурашки по коже. Афинский Генерал Кимон. Он, видите ли, две с половиной тысячи лет назад защищал город от персов. Афигеть! Я читал про него. Ужас! И благодарные жители поставили героическому парню памятник. В этом сражении он, к сожалению был убит. Жалко пацана! Ленин по сравнению с ним - просто букашка.

В городе есть большой морской порт и порт для яхт. А яхт - видимо- невидимо, пересчитать их невозможно. Как я понял, наверно, яхта здесь есть почти в каждой семье. Мне это нравится. Хотя на улице стояла дичайшая жара, на площади возле яхтового порта вовсю цвели розы. Оказалось, что под каждый кустик роз подходит трубка и, через маленький краник вода непрерывно капает на корни, я балдею. А вообще, с водой здесь очень плохо. Есть большое водохранилище, из которого весь остров снабжается водой но, только не как у нас по трубам, а водовозками. Это вообще поразительно.

В каждом доме есть цистерна для воды, раз в неделю приезжает водовоз и заправляет этот бак. С ума сойти! А как вы думаете, откуда берётся горячая вода? Ни за что не догадаетесь. На крыше стоит другой бак, и в него насосом подаётся вода с нижнего бака. Эта ёмкость выкрашена в чёрный цвет, поэтому вода там чуть ли не кипит. Я был в шоке! Как всё просто и гениально.

Однажды гулял по закоулкам Ларнаки, вдруг в нос ударил страшный смрад, я сразу вспомнил своё находкинское детство. Запах был точно такой же, когда из-под уличного туалета откачивали какашки. Пошёл на запах, мне стало интересно, что происходит. Может быть, прорвало канализацию и вся улица затоплена говном. Можете себе представить, за углом стояла говновозка, и старый добрый говновоз делал свою важную работу. Только в отличие от находкинского, покрытого коркой засохшего кала, был идеально чист, в такой симпатичной форме и кепочке, почти как генерал. Твою же мать! Мне только осталось отдать ему честь. Нужный человек! Я ведь тоже в своё время был начальником унитазов. Люблю Ларнаку!

Воду привозят, а говно увозят, никаких тебе труб. Удивительно! Не удивлюсь, если они его упаковывают и экспортируют в Совдепию, там как раз не хватает.

Потом, когда мы всей семьёй поселились в отеле, я обнаружил на балконе, прямо посередине, дырочку. Странная такая дырочка. Оказалось, что это отверстие предназначено для слива дождевой воды. Капец! У них, бля, дождь пять раз в году но, дырочка для слива крайне необходима. Да не просто дырка - там снизу, оказывается, приделана трубка и вода утекает куда-то в стену. Не удивлюсь, если её собирают, фильтруют и снова используют. Нееет! Для моего русского мозга такое не понять. Это просто сумасшествие! И там всё так, что не коснись. Всё не по-русски.

Пошёл на пляж, заплатил за шезлонг, а мне служащий даёт полотенце и тазик. Бллин! Нахрена мне тазик? Лежу, загораю и размышляю своим специфическим русским менталитетом. А, понятно: наверно, его дали, чтобы человек не ссал в море. Какие предусмотрительные! Вот молодцы. Нет, не так... наверно, он догадался, что я русский и, естественно, сейчас начну бухать. Это на случай, если меня будет тошнить и было куда поблевать. Да неее... Не может быть! Наверно туда надо вещи складывать? Короче, были разные варианты но, я сам так и не догадался зачем этот таз. Только потом увидел как страшная немка недалеко от меня набрала в кранике воды в таз и сполоснула свои немецкие копыта от песка, прежде чем обуться. Ёкэлэмэнэ! Проклятые киприоты, а я всю жизнь мучился этой проблемой и ходил с песком в носках. Не забывайте, на дворе 1999 год. То, о чём я рассказываю, теперь знают почти все, но тогда мой мозг был взорван. Естественно, я всё больше влюблялся в остров. А вы же знаете, влюблённый человек слеп, поэтому не увидел, что здесь есть и минусы. Очень даже неслабые минусы. Но, я уже погряз в любви. У меня голова шла кругом, я хотел стать гражданином этого рая.

Когда стал исследовать рынок местного жилья, окончательно потерял рассудок. Недвижимость здесь, мало того, что была дешевле, чем в Сочи, так ещё продавалась вместе с мебелью, бытовой техникой и даже посудой. Я хорошо помню те времена, когда нам с супругой во Владивостоке приходилось дежурить по ночам возле мебельного магазина, чтобы вовремя отметиться в очереди за стенкой или кухней. Цветной телек купить было невозможно, даже имея деньги. Я был дико зол на наше грёбаное государство, которое долгие годы пудрило мне мозги о том, что я живу в лучшей из стран, и что русские - самые счастливые люди на свете. Я реально верил в это дерьмо. Меня просто использовали. У меня кипело всё внутри, как жестоко я был обманут. Вот где настоящая жизнь! Именно здесь родина самых лучших в мире слонов. Неет! Надо срочно валить оттуда, пока при памяти!

Так и это ещё не всё. Во дворах домов были общие бассейны, в которых можно было плескаться хоть весь день, и стояли лавочки с мангалами и барбекю, на случай если мне захочется поджарить шашлык. Я кое-как продержался неделю, хотя у меня всё зудело внутри, и улетел счастливый, что наконец-то нашёл своё место на этом гнусном свете. Именно моё место, где нет воров, где нет ублюдков, где доброжелательные люди, где прекрасное море, чудесный климат и восхитительная недвижимость. Я был окрылён - практически, мог улететь и без самолёта. Только опасение в том, что турки могут меня подбить при пересечении границы, заставило всё же воспользоваться аэропланом.


110 Прощай, немытая Россия.

По возвращении на родину-мать мне всё было отвратительно. Всё казалось мерзким; эти уёбищные облезлые хрущёвки... эти хамовитые неруси на рынке... эти ублюдочные, прыщавые, матерящиеся подростки с цигарками в зубах. Мне так хотелось всех послать нахер и вообще разгромить всё вокруг. Своим энтузиазмом я зажёг домочадцев и, мы все вместе стали готовиться к исходу.

Во-первых, детям надо было доучиться в этой поганой советской школе. Надо было распродать мебель, которую мы припёрли контейнером в Сочи, и всё прочее наше барахлишко. Там всё это не понадобится, а из одежды нужны только шорты.

На машину я быстро нашёл покупателя. Ему же продали видеотехнику и телевизор JVC, который я по опупенному блату и за немаленькие деньги приобрёл во Владивостоке. Ему же и наши зимние причиндалы, а нафига они нужны, там круглый год лето. Ложки, вилки, посуду, постельные тряпки, всё забашляли довольно быстро на местном рынке вдоль трубы. Сейчас его наверно нет но, в то время это была достопримечательность города, вдоль речки Сочи идёт труба, и вот каждые выходные вдоль этой трубы, метров семьсот в длину, возникал стихийный блошиный базар. Если честно, продавали там всякую ненужную никому херню, какие-то сморщенные бабки выкладывали свои старые сарафаны, пожелтевшие натитьники, старые мясорубки, древние поломанные машинки Зингер. Короче, продавали такую срань, что я просто поражался - кто этот навоз купит? Так что наши изумительные вещички, нажитые непосильным трудом, оказались самыми лучшими на этом рынке и улетели со страшным свистом и крайне быстро.

Оставили только самое ценное: документы, фотоальбомы, видеокамеру и кое-какую необходимую одежонку. Всё равно вещей осталось достаточно много. Четыре клетчатые челночные сумки. Каждая из них весила килограмм двадцать.

У нас были доллары, которые удалось скопить за двенадцать лет супружества. Получилось 30 тысяч баксов. Для того времени это была довольно-таки приличная сумма.

Да, чуть не забыл, все эти события происходили на фоне очередного кризиса. Как всегда, наши сраные власти обули народ по полной. Для того, чтобы всё прошло гладко, для роли козла отпущения был найден некий господин, сука, Кириенко. Сопляк сопляком. Наверно он был моим ровесником, а может быть и моложе. Его ставят и, через месяцок он объявляет дефолт. Шикарное новое словечко. Дефолт - это значит, власти трахают вас в зад, не спрашивая разрешения и не извинившись. Конечно, если бы в момент объявления дефолта у меня были эти тридцать тысяч долларов в долларах, я был бы чрезвычайно рад и расцеловал бы в задницу брата Кириенко. Но, поскольку были рубли, даже не рубли, а облигации сраного госзайма, то я естественно, как и все, просрал большую часть своих накоплений. Потому как доллар, стоивший шесть рублей, за короткий промежуток времени стал стоить в четыре раза дороже. То есть благодаря ублюдочному Ельцину, и ещё более ублюдочному Кириенко, и остальным ублюдкам, в тот момент я имел всего 30000 долларов вместо законных, заработанных горбом и накопленных 120000. Поэтому, когда я вижу по телевизору разглагольствования наших злоебучих политиков о том, как у нас всё пиздато, и у нас лучшие в мире слоны, мне хочется треснуть их по башке сковородкой, и меня удерживает только то, что дорогостоящий заграничный телек будет сильно испорчен.

Этот кризис так же повлиял на моё нежелание оставаться в земной клоаке, шестой части суши. Вся история России - это сплошное обувалово трудового народа, почитайте её, и вам всё станет ясно. И даже те, кто громче всех кричит о том, что это лучшая из стран, в любой момент готовы надеть лыжи и слинять туда, где чуток похуже. Но за что их ругать, просто они таким образом зарабатывают себе на жизнь, больше ничего не умеют.

Короче говоря, к началу лета всё было готово. Как сейчас помню, я тащил эти тяжеленные сумки на вокзал. Он был на расстоянии метров триста от дома, и я чуть не оборвал себе все пальцы. Мои силы подкрепляло только сознание того, что в последний раз шагаю по этой блядской стране, осталось совсем чуть-чуть и наступит вечный праздник.

Вечером паровоз притащился в Краснодар. Там была, если я не ошибаюсь, гостиница "Центральная". Совдепская система еще раз показала свою ублюдочную ущербность. Представьте себе: мы всей семьёй, с маленькими детьми, и с этими неподъёмными сумками подходим к стойке администратора. Сейчас бы в любом отеле нас приняли как родных но, тогда было по-другому. Эта свинья в окошке, взглянув наши документы, хрюкнула, что не поселит нас по той причине, что у нас нет прописки. Я был в шоке!

Кабздец! Только в этой сумасшедшей стране мог быть использован такой дебильный аргумент - "У вас нет прописки".

"Ну, естественно бля, нет! Потому я сюда и пришёл, сука! Потому что мне негде спать, тварь!"

На дворе ночь, с нами мелкие дети, а эта шмара заявляет такое. Мне так хотелось разнести в клочья её стойку вместе с ней самой, эту сраную гостиницу и весь город полностью но, благоразумно сдержал себя. Тут в разговор вступила Валюша, разговаривать с тварями у неё, почему-то, лучше получается.

После этого случая слово "тварь" в нашей семье стало нести особый смысл. Тварь - это не просто нехороший человек, а некое существо, животное, монстр в человеческом обличье, который злобно противостоит вам. Точно такая же мерзость бегала в фильме "Чужой". Этими тварями буквально кишит пространство, они живут с нами по соседству, они работают рядом с нами, они мелькают в телевизоре, они везде, их много. И это страшно. Если однажды вам нахамит какая-нибудь толстожопая тётка, помните - это и есть тварь. Если в вашем новом лифте будет нассано или накурено, знайте - среди ваших соседей есть тварь. Если на вашем автомобиле, мирно стоящем на парковке, появится ещё одна вмятина, знайте - тут побывала тварь. Они окружают вас, вам не уйти от них, и однажды вы будете растоптаны тварями, если у вас слишком тонкая шкура.

Через некоторое время компромисс был найден, не помню как, скорее всего, Валентина, как всегда, предложила денежный эквивалент взамен ночёвки. Твари питаются деньгами, они не любят всяческих квитанций, это их слабое место. Таких иногда показывают в телевизоре с мечеными купюрами в руках, в окружении других тварей в погонах. Часто они питаются друг другом.

Надо уносить отсюда ноги, пока они не добрались до меня. При досмотре в аэропорту нас поджидали твари в голубых рубашках, говорю же вам, они везде. Ещё они клюют на золотишко, а оно-таки у нас было, остатки Валюшиного баловства с этим благородным металлом. Старые кольца без камней, сломанные серёжки, старые бабушкины зубы - короче, всякая золотая дребедень, скопившаяся за годы. Приличное количество. Оно было сложено в коробочку но, твари почуяли его запах и потребовали оставить здесь. Ни хрена себе? А может быть, вам ещё и ключ от квартиры оставить? У них зажглись глазки, в уме они, наверно, уже поделили его. Ну нет, братки, сосите-ка вы банан!

До отлёта ещё было время, я решил закопать коробочку где-нибудь неподалёку под деревом и насрать сверху для гарантии. Однажды подобное я уже проделывал. Потом, когда будет возможность, вернусь и заберу его. Но у Валюши был другой план, более реалистичный. Она расплакалась, что, дескать, это память о бабушке, маме, прабабушке. Это ей необходимо для изготовления коронок на зубы, и ещё какую-то ахинею. Она очень натурально плакала. И хотя я считал, что этот трюк не поможет, потому что слишком нагл и прост, ей удалось их разжалобить. Иногда я поражаюсь. Этим она напоминает мне Гуторова, у того тоже пролазили подобные наглые трюки.

Самолёт разогнался, подскакивая на неровностях взлётной полосы, наверняка твари спидзили деньги, предназначенные для её ремонта, и взмыл в небеса. Теперь только одна надежда на то, что за штурвалом не окажется тварь или просто дурак.

Ну что ж? Как там, у великого поэта? "Прощай, немытая Россия, страна скотов, страна козлов..." Я плохо помню оригинал. А ещё страна ублюдков, и конечно, тварей... Этого добра здесь хватает! Факт!

За рулём, слава богу, оказался нормальный парняга, и вскоре я увидел знакомое ультрамариновое море, покрытое замечательными парусами яхт, с пальмами и лилипутами на берегу. Здравствуй, новая родина, я готов прорываться дальше, мне всего каких-то тридцать девять лет, это только начало жизни.


Послесловие.

К этому времени я понял, что мир населён сумасшедшими. Подавляющее большинство людей, которых я знал лично, или через телевизор, или прессу, совершали такие дурацкие, такие дикие поступки, что становилось странно, как вообще они живут на свете с такими неадекватизмами. А наши смешные мэры, губернаторы и депутаты - это вообще эталон тупизма. Иностранцы всё размышляют о загадочной русской душе. Я и сам частенько об этом задумываюсь. Но, ведь всё нормально, страна существует. Ни шатко, ни валко, со скрипом, с припукиванием ползёт себе потихоньку. Зря надеются проклятые буржуи, что этот колосс развалится сам собой. Он ещё просуществует долгие годы, именно из-за своей нелогичности, из-за непредсказуемости его лидеров, из-за запутанности законов, и полного тумана в головах граждан.

Глупые иностранцы считают, что должна быть национальная идея, необходимый для нации фетиш. Фигня! Не нужна никакая идея, она даже вредна, потому как предполагает достижение чего-то, какого-то результата. Например, как у америкашек "достижение богатства" или у немцев "достижение абсолютного порядка" и так далее. У русаков своя великая идея: "пропади всё пропадом" или "всё трын-трава", и это правильно. Достичь этого невозможно, такое даже понять невозможно. Всё исчезнет, всё сгинет, распадётся на молекулы, галактики смешаются, чёрные дыры взорвутся, а нелогичная Россия будет существовать, и пугать космос своей смутной непредсказуемостью.

----------


11