# Взгляд

Антон Рамст

- Станция конечная, просьба освободить вагоны! - пробормотал водитель, направляя внезапно заглохший грузовик к обочине.


- Чему радуешься, бестолочь? - хмуро посмотрел на него Кирилл. С этим водителем он ехал в первый раз и с самого момента знакомства тот вызывал у него раздражение. Дождавшись, когда машина остановилась, он выпрыгнул из кабины и, щурясь от лучей заходящего солнца, огляделся. Жухлые молодые деревца и серая прошлогодняя трава вдоль дороги были покрыты слоем пыли, несмотря на то, что эта трасса была практически заброшена. Метрах в десяти от обочины начинался берёзовый перелесок с редкими вкраплениями сосен. Кирилл поправил на плече старый калашников и, закинув в рот подушку жевательной резинки, направился посмотреть, как обстоят дела с грузом.


Это был обычный рейс, один из многих и не самый, в общем-то, плохой. Только в первую ночь, на очередном перегоне неподалеку от одной из заброшенных деревушек за ними попыталась было пристроиться какая-то машина. Но, после пары коротких очередей от сидевших в кунге охранников, она быстро свернула и, погасив фары, исчезла. Вероятнее всего это были очередные начинающие фрилансеры с большой дороги, решившие попытать счастья, в надежде, что это одна из машин с каким-то простым

грузом - одеждой или продуктами. На них редко выделяли охрану и поэтому грабили их довольно часто.


- Эй, как вы там? - он постучал в заднюю дверь. Щёлкнул замок, и он сделал шаг назад, давая возможность распахнуть дверцу полностью.

- Нормально, командир. Что случилось? - две заспанные рожи смотрели на Кирилла сверху с лёгкой тревогой. Серый и Жека, вспомнил он. У Серого первая поездка, у Жеки уже пятая.

- Какого чёрта в тапочках, почему сапоги сняли? - к раздражению от внезапной, незапланированной остановки добавилась злость от беспечного непрофессионализма доставшейся ему в этот раз команды.

- Так, жарко же, командир, примирительно пробурчал Жека, всё равно, ведь, в машине сидим.

- Жарко будет, когда по лесу в тапочках будешь бегать, если нападут. Правда недолго: пока не догонят или не пристрелят. Быстро обуваемся и наружу.


Нехотя натянув сапоги, бойцы выпрыгнули из кузова и заняли места по периметру. Кирилл заглянул внутрь и, удостоверившись, что пломбы на хранилище целы, вышел на дорогу.


Эта остановка никак не входила в его планы - оставался один ночной прогон до Города, и заночевать по пути было негде. Ночевка же у дороги была чревата многими неприятными сюрпризами, из которых встреча с попадающимися то тут, то там вдоль дорог бандами была не самым худшим вариантом. Он сплюнул на дорогу и окликнул шофёра:


- Ну, что там, что-то серьёзное или справишься?

- Да, ерунда, Кирюх, шланг от насоса отошел, видимо от тряски хомутик ослаб. Сейчас поправлю и поедем.

- Хорошо. Эй, вы, двое! Смотрю, расслабляться полюбили. Значит так: сейчас один со мной в кабину, второй в купол к пулемёту. Тылы прикрывать будет.

Движок чихнул и заработал. Захлопнув капот, водила быстро и, на удивление, ловко для своего веса залез в кабину.


- Поехали шеф!


Кирилл улыбнулся - вроде бы дела начинали налаживаться.


- Как груз - не беспокоил? - повеселев, спросил он у неловко мявшихся рядышком охранников.

- Да, нет. Тихо всё. Спят.

- Слушай, командир, - Жека был постарше и посерьёзней напарника, - правду говорят, что с таким грузом конвой в случае засады убивают практически всегда?

- Бессовестно врут. - с лёгкой издёвкой ответил Кирилл, - Пятьдесят на пятьдесят. И то, только в случае, если они проморгают нападение, и допустят, чтобы над ними взяли вверх. Не боись, прорвёмся!


Он немного лукавил. Конечно, все зависело и от профессионализма охраны, но еще и от того, с кем приходилось иметь дело. С бандами практически всегда, худо-бедно, можно было договориться, даже с таким грузом, как у них. Другое дело те, кто называл себя повстанцами. Они охрану, сопровождавшую машины с инкубаторскими детьми или органами с отбраковки, убивали на месте сразу. Детей забирали себе на воспитание, а донорские машины сжигали вместе с конвоем, случалось, что и с живым. А, ещё одичавшие, или дикие. Эти, вообще, была отдельной проблемой, с которой никто не знал, что делать. Впрочем, никто особо над её решением и не задумывался - есть и есть. Тем более, что основному бизнесу Компании они не мешали.


- Всё! По коням! Женя к пулемёту, Серый со мной.


Вскоре машина, вырулив на середину разбитой дороги, начала медленно набирать скорость. Через несколько километров на обочине промелькнул обгорелый и проржавевший остов легковушки. Как-то незаметно даже для себя все собрались, и в кабине застыла напряженная тишина. Каждый думал о своём.

Для Кирилла это был не первый, и, он так думал, не последний рейс. Не сказать, чтобы ему нравилось это занятие, хотя, чего греха таить, от адреналина и власти, которое давало оружие его, конечно, пёрло, нет, для него это была обычная работа не лучше и не хуже других. Может быть, не самая уважаемая в обществе, но какая разница, как ты работаешь на Компанию - в офисе, на заводе или в медицинском центре - всё равно, все делали одно общее, грязное дело, лишь немного по-разному. Но те, кто напрямую не имел отношения к трансплантологии или детским фермам, почему-то лицемерно считали себя непричастными к этой грязи.


Его же эта работа вполне устраивала. Здесь не приходилось постоянно общаться с теми, кто считал себя непричастными, кто старался не замечать окружающего, как будто это происходило не с ними и не с их участием. Не приходилось постоянно недоговаривать и притворяться. И, главное, это давало ему возможность заработать за три дня (когда больше, когда меньше) в пути достаточно денег, чтобы две или три недели спокойно уходить от себя в алкоголе, громкой музыке и шумных компаниях с весёлыми девчонками.


Справа, в последних лучах заходящего солнца, промелькнули начинающие зарастать бурьяном и молодыми соснами металлические конструкции старой подстанции. То, что не смогли или не захотели вывезти на металлолом.

- Купол, как там сзади обстановка? - спросил Кирилл по внутренней связи. В наушниках что-то застучало, защёлкало.

- Купол, что там?

- Пока спокойно, - донёсся, наконец, сквозь помехи флегматичный голос, - никак не могу с этой штуковиной разобраться - куда нажимать, чтобы отвечать.

- В случае тревоги сможешь на связь выйти, не потеряешься?

- Да, смогу.

- Лады, не спи там, Кирилл толкнул локтем, начавшего было дремать Серого, и продолжил наблюдать за набегающим монотонным пейзажем.


Часа в три ночи уставший грузовик сломался окончательно. Водитель съехал на обочину и погасил наружные огни.


- Всем оставаться на местах, из машины не выходить, вести наблюдение. Нужно продержаться до рассвета, а там посмотрим, что делать. - скомандовал Кирилл. Ситуация была на редкость хреновой, оставалось только дождаться утра и попробовать при свете отремонтировать машину. Шансов на то, что кто-то их увидит или удастся с кем-то связаться по рации из этой глуши, было мало.

- Ты зачем, придурок, с дороги съехал, жить надоело? - вдруг набросился он на водителя.

- Так, вдруг кто поедет? Врежется же! - начал оправдываться тот, но Кирилл его перебил:

- Кто тут поедет, да еще ночью? Я специально этот маршрут выбрал из-за безлюдности. Да, и поехали бы, так всё равно бы увидели. Не сами, так мы бы помогли. А, сейчас через траву, кустарник на обочине к нам кто угодно незамеченным подобраться вплотную может.

Он выдохнул.

- Впрочем, ладно. Всё нормально будет. Главное не расслабляться. - Кирилл задумался: бандам здесь делать было нечего - по дороге практически никто не ездит, а нет трафика - нет наживы. Ополчению здесь тоже охотиться не имело смысла по той же причине, разве что у них где-нибудь здесь могла находиться база, и они могли на них случайно наткнуться, но это тоже маловероятно. Как правило, все их крупные лагеря находились сильно южнее. Дикие...? Разве что они. Эти племена или, вернее, стаи, состоявшие из чудом выживших выброшенных отбракованных детишек и тех, кого родители когда-то пытались спрятать или 'забыть' в лесу. Состоявшие зачастую уже из нескольких поколений воспитанных в дикой природе маугли. Большой опасности для них они тоже не представляли. Как правило, они мигрировали, находясь в зависимости от погодных условий и времени года. Питались, чем придётся: растениями, фруктами, грибами, живностью, какую удастся поймать. На людей они нападали, но всё же редко. В основном их жертвами становились одинокие бродяги или заблудившиеся гражданские. Дикие не были какими-то кровожадными каннибалами, но, разницы между фермером и фермерской коровой для них не существовало по определению - еда есть еда. А главным критерием для них была питательность и то, насколько легко это можно было добыть.


- Кирилл, а что, если в туалет захочется? - теперь стало понятно, почему водила уже полчаса судорожно ёрзает на месте.

- В карман себе сходишь, разозлился Кирилл, в самом же начале было сказано - одеть подгузники. Из машины выходить до рассвета запрещаю, так что терпи.

- Шеф, - донеслось из переговорника, - тут какой-то ребёнок плачет.

- Ты уверен? - дозировки снотворного, по идее, должно было хватить ещё часов на одиннадцать. Как ответственный за груз Кирилл это знал наверняка.

- Да, точно ребёнок, Жека явно был растерян, даже, пожалуй, взволнован, у меня у самого малышу полгода, так что я этот плач ни с чем не перепутаю.

- На хранилище, на двери, какой индикатор горит?

- Зелёный. Да нет, не внутри, плач откуда-то снаружи доносится.

- Понятно, - теперь Кирилл и сам услышал ребенка. Это могло означать только одно - их нашли. Единственная опасность диких была в том, что приобретя все навыки и инстинкты, необходимые для выживания в природе, физиологически они обладали все же человеческим, пусть и не столь развитым, мозгом. Это позволяло им выживать, охотиться и успешно атаковать одиноко стоящие машины, которые они каким-то звериным чутьем обнаруживали, порой за несколько километров. После чего, дождавшись ночи незаметно нападали. Но, детёныши в стае в момент нападения? Это было что-то новое. Приманка? Почему нет? Или они случайно потревожили их стоянку? Кирилл поморщился Женя, до этого момента казавшийся самым адекватным из всей команды вдруг стал ему неприятен. 'Все они такие, подумал он, ради своих детей, себя, спокойно торгуют чужими, пусть и выращенными искусственно, на продажу. И никакого дискомфорта, никаких противоречий - все довольны и горды собой, тем, что могут обустроить свою жизнь 'как все'.


- Сеня, включай люстру - все-равно спалились! - повернулся он к шофёру.

- Не стоит. Инкубатор почти весь аккумулятор сожрал - до утра бы дотянуть, а без движка генератор не работает. Не заведёмся потом.

- Чёрт! - выругался Кирилл, он совсем забыл об этом. У правого борта что-то зашуршало, было слышно, как кто-то пытается взобраться по кузову на крышу.

- Дай-ка пару очередей для острастки, - скомандовал он в переговорник. Тот что-то невразумительно хрюкнул в ответ и десяток трассеров под барабанный рокот спаренной установки ушли в лес.

- Красиво! - заворожённо протянул Серый, проводив их взглядом, Прямо салют!

Раздался лёгкий, едва слышный топот босых ног и движения, шум у машины стихли.

- Ждём. До рассвета еще полчаса. При свете они отойдут.


Ещё полчаса адреналина и стука крови в ушах. Напряжённое дыхание подчинённых. Попыток диких приблизиться больше не было - может быть, они сразу совсем отошли.

Дождавшись, когда лес станет просматриваться метров на пятьдесят, Кирилл спросил у задремавшего было водителя - 'Сможешь машину сделать, чтобы еще километров хотя бы десять проехать? Нам нужно в зону радиосвязи выйти'.


- Постараюсь, но обещать не буду, - хмуро ответил толстяк. Вылезать наружу ему явно не хотелось.

- Значит так. Серый, меняешь Женю в куполе и мониторишь сверху всё, что происходит сзади. Женя, ты берёшь левую переднюю четверть, я правую. Сеня, делай что хочешь, но нам нужно ехать. Давайте, за работу.


Дальше всё произошло быстро. Прилетевший из леса камень с треском проломил висок наклонившегося над двигателем водителя и тот тяжело, и как-то медленно упал на дорогу, глухо ударившись затылком об асфальт. Из-под головы показалась струйка крови, но и без нее, по застывшим пустым глазам было понятно, что он мёртв. За первым камнем полетели ещё, но Кирилл уже укрылся за колесо и начал короткими очередями простреливать лес, те участки, где могли прятаться нападавшие. Ему с азартом вторил из купола Серый. Внезапно сзади раздался сдавленный хрип. Кирилл обернулся - двое диких, схватив Жеку за шею и за руки, валили его на спину, пытаясь одновременно перегрызть вены на сгибах рук, чтобы лишить его возможности сопротивляться и ослабить, выпустив кровь.


Придурок, успел подумать Кирилл, двумя выстрелами покончив с нападавшими, что же ты свою зону перестал контролировать?


Теперь ему приходилось работать за двоих, чтобы не подпустить к себе новых зверей. Через несколько минут всё было кончено. С камнями против автоматического оружия, при свете дня шансов у нападавших было немного. Кирилл, не переставая оглядывать ближайшие участки леса и не выпуская автомата, подошел к раненому и быстро наложил ему на руки жгуты. 'Не жилец, думал он, слишком много крови потерял, если срочно не госпитализировать... А какое госпитализировать? На чем, куда?'


- Слушай, Кирюх, как думаешь, Компания моим компенсацию какую-нибудь выплатит? - Жека приоткрыл глаза и попытался сесть. - Я же ради них, чтобы нормально жили, не нуждались.

- Наверное, ты лежи, не дергайся попусту, ответил Кирилл, хотя прекрасно знал, что выплачивать деньги, по крайней мере, хоть мало-мальски значительные, руководство не любило.

- Командир, подойди сюда, посмотри! - окликнул его вылезший из купола - опять, сука, без команды! - и теперь с явным удовольствием разглядывавший трупы нападавших Серый. Кирилл подошёл к нему. Тот стоял над сидевшей, прислонившись к стволу дерева, девушкой лет шестнадцати. Глядя на них из под бровей, она зажимала руками сквозную рану чуть ниже ключицы. Измазанная в земле, с длинными, спутанными волосами, страшно худая. 'Ну да, понял Кирилл, весна же, зимние запасы кончились, нового пока ничего не выросло, живность местную, видимо, подъели, которая не разбежалась. Оголодали, вот и напали. Потому и детеныш с ними был. Он присел перед ней на корточки - правильные черты лица, голубые глаза. Какая красивая, прямо девочка из подростковых снов! Но не выживет - Кирилл ещё раз посмотрел на рану и, вдруг, поймал ее взгляд. Она смотрела на него немного испуганно, с болью, надеждой и какой-то человеческой, совершенно детской обидой. У него вдруг защемило сердце. Он отложил автомат и, протянув руку, погладил ее по щеке - на её губах появилось что-то вроде робкой улыбки.

- Слышь, командир, - с каким-то внезапным возбуждением заговорил по-прежнему стоявший рядом Серый, а может её того? Ну, пока жива? А, что? Хорошая баба, симпатичная, молодая.

Странно посмотрев на него, Кирилл резко встал, доставая пистолет; приставил его к лицу внезапно побледневшего Серого и нажал на спусковой крючок. Дослушав эхо выстрела, он опустил взгляд на девчонку. Она ещё улыбалась, но глаза уже потухали. И вместе с ними что-то новое, только что зародившееся потухало в нем. Он выбросил пистолет и медленно побрел к дороге и вдоль неё. Ему уже было все неважно. Уже ничто не имело для него значения, кроме того взгляда.

читать на сайте https://www.litres.ru/anton-ramst-12547214/ekspeditor/chitat-onlayn/page-1/