# Диктатор 2

Аноним Cmd

http://fanfics.me/read.php?id=87277

Интерлюдия 12


Достаточно широко известный в магическом мире колдомедик мадам Поппи Помфри очень любила свою работу. Именно поэтому она и устроилась в свое время на эту весьма непривлекательную для понимающих должность: медведьмы в Хогвартс. Ведь если внимательно посмотреть, что в ней такого хорошего? Работы - море, больших денег и влияния - нет, к тому же повреждения магией у детей каждый раз совершенно разные. Дикое стечение обстоятельств, которое не приснится опытному и осторожному магу даже в самом страшном кошмаре, маги-недоросли легко воплощают в реальность. Потом остается только удивляться, как можно было ошибиться в зелье или заклинании, чтобы в итоге получилось такое.


А ведь есть еще и не случайности! Одни только Близнецы со своими далеко не всегда безобидными шуточками стояли приблизительно за двадцатью процентами самых сложных случаев в колдомедицинской практике мадам Помфри. Опыт они ей, конечно, обогащали весьма внушительно, но как же иногда хотелось врачу прописать одинаковым с лица рыжим хорошую порцию перечного зелья, причем не орально, а ректально!


Короче говоря, должность колдомедика в Хогвартсе была абсолютно собачья, но, несмотря на частые и весьма заманчивые предложения, она все еще оставалась в британской школе магии. Быть может потом, когда ей предложат должность главного медика Святого Мунго или какой-нибудь крупной магической больницы на континенте, она и согласится, но не сейчас. Не сейчас.


Турнир Трех Волшебников, впервые за долгое время проводившийся в Хогвартсе, обогатил ее практику случаями с участием заклинаний и зелий европейской и даже китайской магической традиции, что не могло не радовать весьма въедливого профессионала, которым являлась мадам Помфри. Однако, бывает, наступают такие времена, что даже самая любимая работа утомляет настолько, что хочется взять и послать все и вся далеко и надолго. И пинка выдать, чтобы отправились туда побыстрее. Редко, но бывает. У всех. Вот сегодня и у мадам Помфри настал такой неприятный момент. И не без причины.


Проблемы, как из рога изобилия, начались с самого раннего утра. Сначала одна за другой прибежали две полукровки, одна гриффиндорка, а другая - гостья из Франции, и, смущаясь, запинаясь на каждом слове, пылая алыми щеками, попросили весьма... специфических зелий. И если француженка честно сказала: "что-нибудь от незапланированной беременности, а то свои я забыла, а подруги - завистливые стервы!", то гриффиндорка ни много, ни мало попросила зелья, чтобы восстановить потерянную девственность!


От такой дремучей необразованности Поппи оставалось только стыдливо потереть себе лоб ладонью. А еще изо всех сил сдерживать яростное желание выдать хороший подзатыльник либо этой наглой курице, дорвавшейся до сладкого, либо ее декану, между прочим, тоже женщине, однако ленивой до чопорности, или чопорной до лени. "Рассказать своей студентке, что хоть пенькой там все зашей, с точки зрения магии она уже раз и навсегда женщина, и всем интересующимся это будет отчетливо видно, что, слабо?! Или суровое горское воспитание не позволяет разговаривать на эту тему? А ей, скромному колдомедику, лишние плоды потом травить и слезы ведрами с пола собирать? Та же Помона своим барсучихам еще на первом курсе на всякий случай глаза раскрывает, именно поэтому и проблем у нее таких нет! И невесты почти всегда девушками замуж выходят, если хотят. И браки - крепкие... Эх, Минерва, Минерва! В наши годы на эту тему еще на втором-третьем курсе всех девушек честно и без прикрас просвещали либо матери-сестры, либо старшекурсницы. Неужели, ты этого не помнишь? А сейчас что тогда творишь? Хорошо еще, что артефакты проверки на девственность очень редки и почти все используют магию крови, то есть остаются запретны Министерскими указами для большинства магов. Но пару слов-то можно сказать было?" - именно так думала Помфри после тяжелого разговора с гриффиндуркой.


Разочарованно вздохнув, медведьма присела за стол попить чаю с выпечкой, что принесли ей, пропустившей за всеми этими волнениями завтрак, хогвартские домовые эльфы. Но только она сделала первый глоток и куснула воздушнейшую булочку, как косяком пошли следующие пациенты. Пришлось все бросить и заниматься пострадавшими. На этот раз были парни, и шли они необычно бурным потоком. Обычно Снейп обеспечивал ее тремя-пятью пациентами в неделю, но сегодня, видимо, так сошлись звезды, и в Больничное Крыло с его уроков приползли аж семеро! За одно занятие! А ведь это было только Зельеварение! Не успела она провести все положенные процедуры очистки и восстановления, как драки пар антагонистов Дурмштранг-Шармбатон и Гриффиндор-Слизерин "одарили" ее сверхплановой практикой почти до самого вечера. И, как назло, случаи все были настолько тяжелые, что ей пришлось порядком выложиться и растрясти запасы зелий. Хорошо еще, что через совет попечителей Дамблдор выбил повышенные ассигнования на этот год. И что часть этих средств в виде флаконов с редкими зельями и баночек с мазями встала на полках Больничного Крыла. Подлечив последнего пацана, злая и голодная ведьма только-только было подумала спуститься на ужин, как дверь Больничного Крыла открылась и в нее заглянула весьма необычная парочка.


Одного из юношей она знала просто отлично. Молодого, пятнадцать лет еще только, но уже эмансипированного лорда древнего рода, можно с полным правом было назвать завсегдатаем Больничного Крыла. До абсолютного рекорда, который был ровно один учебный год (ну очень уж невезучим оказался тот полукровка-рейвенкловец набора тысяча девятисот второго года), Крэбб, даже если учитывать последствий неприятной истории с василиском, пока еще не дотягивал, но в числе первых двадцати уже находился. Но ведь это только четвертый курс, и дорогой он идет трудной...


Распределенный вначале на Слизерин, а потом собственноручно перешедший на Хаффлпафф, мальчишка своей любознательностью и магическими дарами в области светлого целительства и магии крови очень нравился Поппи. Уж больно он напоминал ей ее саму в этом возрасте. Одно время она даже подумывала взять после СОВов Винсента в ученики. В конце-концов, не на Эббот же, закапывающей свой и без того слабенький талант целителя в землю, оставить кабинет колдомедика после неминуемого ухода из Хогвартса? Но, увы. Винсент умудрился отсечь часть своих Родовых Даров, и теперь стал абсолютно неспособен к целительству. Зато оставался способным не пропустить мимо себя ни единой неприятности. То, что он покинул Больничное Крыло не далее как часа три назад и уже опять здесь - громко говорящий за себя факт.


Зато другой ученик, Энтони Гольштейн, попадал к ней в руки считанные разы и только по мелочам, вроде простуды или неизбежных ушибов от падения с исчезнувшей на лестнице ступеньки. Вообще этот мальчик был классическим учеником Рейвенкло. Ученики же факультета с тотемом ворона отличались редким здравомыслием, осторожностью и спокойствием, поэтому редко появлялись в Больничном Крыле. Правда, помимо положительных качеств ученики самой умной основательницы имели и соответствующе факультету гипертрофированное любопытство. Острое настолько, что, бывает, режет своего хозяина не хуже выскользнувшего из рук меча. Поэтому Флитвиковы воронята если попадали к ней, то либо всего на пять-десять минут, либо на долгие дни и недели. Такие случаи зачастую превращались в настоящие брильянты для ее медицинской практики. Ибо редко кто может так умудриться настолько неординарно искалечить себя или ближнего своего, как это получалось у рейвенкловцев. Причем делалось это не из-за злобы, в порыве ярости или ради удовлетворения сребролюбия, а просто в чисто познавательном, академическом любопытстве. Конечно, в последнее время про данного конкретного юношу ходили весьма неблагозвучные слухи, на которые лично Помфри равнодушно мотала головой. Уж что-что, а от целителя таких интересов, как ни прячь - никак не спрятать, поэтому она при первых подозрениях озаботилась проверить Энтони весьма малоизвестным за пределами целительского круга заклинанием. Впрочем, и прятать или совершать какие-то определенные действия, вроде информирования родителей, не пришлось. У рейвенкловца, как оказалось по результатам исследования, даже слабых следов отклонений не оказалось.


И вот сейчас эти двое так непохожие друг на друга мальчишки, по-слизерински выдержанный рейвенкловец и по-гриффиндорски горячий хаффлпаффец, молча стояли перед ней в... таком виде!


- Так. Садитесь на кровати. Руки-ноги на месте, никаких серьезных повреждений я не диагностирую, - привычно размахивая волшебной палочкой и посылая медицинские чары в сторону пары учеников пробормотала мадам Помфри. - Но я все равно никак не могу понять, каким заклинанием вас прокляли? Почему ваши лица выглядят так, как будто по ним очень долго и со всей силы били? Кто это сделал? Это были Уизли со своими вечными экспериментами? Слизеринцы? Или вы что-то не поделили с кем-то из наших гостей? И что именно это было? Зелье? Проклятье? - Помфри перевела взгляд с одного на другого парня. - Ну же, что же вы оба молчите? Как мне вас лечить, если я ничего не знаю?


- Ну мы...


- Да...


- Сделали...


- Случайно...


- Почти...


- Вы сделали что? - юноши, обычно выражающие свои мысли четко и ясно, сейчас невнятно мямлили и прятали от нее глаза. И своими договариваемыми друг за другом фразами настолько неприятно напомнили женщине перекидывающихся репликами средних братьев Уизли, что она даже повысила на пациентов голос, что раньше себе позволяла очень редко.


- Ну... Мы... Это... - замялся Энтони.


- Немного поспорили... - добавил Крэбб.


- Дальше, - поторопила студентов Помфри.


- Потом пошутили...


- Потом поссорились...


- Слегка...


- И решили помириться...


- Таким вот способом...


- По-мужски...


- Руками...


- Мне что, чтобы вы побыстрее говорили, вам клизму с бодроперцовым зельем прописать? Объясните, наконец, что с вами случилось?


И они объяснили. Помфри слушала сбивчивые слова-оправдания и чувствовала, что ее и так подточенные сегодняшними идиотами-посетителями бастионы самоконтроля от абсурда ситуации медленно рушатся в бездну. В итоге обычно сдержанную женщину неотвратимой волной захлестнули такие непривычные для нее бешенство и жажда крови.


- Вон, - боясь сорваться окончательно и безжалостно проклясть мальчишек, сквозь сведенные от бешенства челюсти мадам Помфри смогла пропихнуть-прошипеть единственное короткое слово.


- Э-э-э... Что, простите?


- Я сказала "Вон!"


- Но...


- ВО-О-ОН! ПОШЛИ ВОН! Если вам так нравиться, как пьяным магглам, бить друг-другу по очереди кулаками морды, пока один из вас не сможет подняться на ноги, то вот и катитесь тогда к магглам! Пусть они вас лечат! А здесь я не потерплю ничего такого!!! ВО-О-О-ОН!!!


Глава опубликована: 27.11.2016

## Глава 29. Русский след


Что ж, если можно было обоснованно надеяться, что история с кольцом так или иначе все-таки закончилась, то последствия дуэли, как оказалось, я собрал еще не все. Не успел я успокоиться после нападения немецко-говорящей боевой группы гильдейских магов, как внезапно, одним прекрасным декабрьским днем меня отловила троица парней из дурмштранговской делегации. Судя по тому, что место, где именно меня перехватить, они выбрали хоть и относительно далеко от общей массы учеников, но достаточно на виду, нападать и убивать меня они не собирались. Во всяком случае, прямо сейчас.


- Gospodin Krebb? Ne moglee bi vi udelit' mne neskol'ko minut? - по-русски обратился ко мне один из тех, на кого мне в свое время указал Джасти, как на одного из основных любопытствующих по поводу моей тушки. Двое сопровождающих отстали и сформировали некоторое подобие охранного периметра. Уши уже привычно слегка закололо от наложенного кем-то из дурмштранговцев довольно непростого заклинания от прослушивания.


- Я вас не понимаю, - ответил я на английском.


- Да все вы отлично понимаете, Крэбб. Не нужно тут совершенно лишних в данной ситуации игр, - тоже по-английски ответил дурмштранговец.


- Лорд Крэбб, для вас мистер...? - ответил я тоже по-русски.


- О! Извините, забыл представиться. Называйте меня Максим Поляков. Ничего, что я так по-свойски, не по традициям?


- Ничего. И что же, господин Поляков, вам от меня надо? Или может быть, вы не господин, а товарищ? Или гражданин? - съязвил я. Какой-то такой ответа можно получить от средне-информированного иностранца, так что не оправдать ожиданий было бы не правилиным, и, поэтому, подозрительным.


- О, это как вам будет угодно. Я всего лишь хотел передать вам пожелания здоровья от нашего общего знакомого. Владислав Александрович по гильдейскому позывному Комар шлет тебе привет, Чужой.


- Хм. И ему тогда передавай привет, - "Вот оно! То, о чем меня предупреждал Дамблдор. Как же это все не вовремя! Только-только вроде отношения наладились, а тут такой подход. И ведь не замолчишь, вон сколько свидетелей. Заложат вмиг! Вот, бля!" - Это все? Или еще что?


- Он интересуется, все ли у вас в порядке, и не нужна ли его коллеге по гильдии и магическим дарам какая-нибудь помощь?


- Передайте Владиславу Александровичу искренние заверения, что у меня все хорошо и помощь мне не требуется.


- Хорошо. Я передам.


- Теперь все?


- Да. Вот только вы зря так напряженно относитесь к нам всем вообще и к Хайнриху Вольфгангу Мария фон унд цу Флесхайм-Белофу в частности. Его поведение в бою... Я понимаю, вам было неприятно проиграть, но из этого не следует, что обычное спортивное поражение следует превращать в личную или родовую вендетту. Да-да-да, я замечал взгляды, которыми вы обмениваетесь. Поймите, у Генриха есть достойные причины для предубеждений против магов крови. В детстве его родителей убил один из них, а сам мальчик только чудом спасся. Но он вполне нормальный молодой человек, а то, что тренировка у вас с ним вышла... хм, излишне интенсивной, скажем так, то это совершенно житейское дело. Бывает. И уж точно, повторюсь, это не повод для вражды. Подумайте об этом, лорд Крэбб. И если что надумаете, можете всегда обратиться ко мне. Я смогу обеспечить вам встречу для объяснений и примирения.


"Угу. С Тони мы тоже как-то так вот "помирились". Да, конечно, это действенный способ, но мадам Помфри была очень недовольна. Если бы надо мной всем женским составом факультета не корпели, я бы до сих пор ходил бы с впечатляющими синяками на роже. Да и сам процесс излечения оставил после себя... гм, мягко говоря не очень хорошие воспоминания. Быть подопытной мышкой для впавших в раж лекарства неопытных в этом деле девчонок... Бр-р-р. Не-е-е. Нафиг такое еще раз!"


- Я подумаю. До свидания.


- До свидания, - кивнул мне в ответ мой собеседник и пошел прочь. Но стоило мне отвернуться, как в спину мне прилетела реплика. - Ах да, совсем забыл, - Поляков сунул руку в карман, отчего я сразу же напрягся и приготовил волшебную палочку, и вытащил оттуда типовую фиал-пробирку для хранения воспоминаний. - Дырявая у меня голова. Вот. Владислав Александрович просил вам передать. Возьмите. Это совершенно бесплатно. Подарок.


- Что это?


- Здесь воспоминания об одной из лекций нашей русской школы магии, Китежа. Быть может, она вас заинтересует она...


"Или ее продолжение..." вслух не прозвучало, но отчетливо угадывалось в окончании фразы.


- Благодарю, - я взял флакон и поскорее пошел прочь, пока мой "забывчивый" визави не "вспомнил" еще чего-нибудь. Например, что я опять что-то кому-то должен.


Любопытство - жуткая вещь. По-хорошему, следовало потерпеть до дома и там посмотреть подарок в приватной обстановке, но, увы, терпежа мне не хватило. Поэтому я отправился в факультетскую гостиную, перенес общественный омут памяти с полки на "угловой" неприметный столик, вылил туда содержимое склянки и, как страждущий к роднику с хрустально чистой водой, приник лицом к источнику информации.


"...Амфитеатр, так похожий на университетскую аудиторию, доверху был заполнен детьми лет десяти-двеннадцати на вид, хотя иногда встречались и более взрослые. На первый взгляд их было около полутора сотен, или чуть больше. В зале стоял тихий гул: не все дети могли сидеть спокойно и не болтать промеж собой, однако делать это негромко их понимания, а, может быть, опаски, хватило..."


Как я не пытался, разобрать темы разговоров не мог. Слова ускользали не хуже мальков между пальцев, когда их пытаешься ловить в пруду. Прекратив бесплодные попытки я перевел взгляд дальше.


"Помимо детей в зале, на верхних рядах, присутствовали немногочисленные взрослые. Если дети, или, точнее, ученики были одеты в однообразные белые рубахи с богатой, обережной вышивкой по краям ткани, то среди отделенных несколькими пустыми рядами гостей можно было увидеть и современную военную форму, и традиционный европейский костюм, и просто повседневную одежду. Маггловскую одежду.


Внезапно распахнулась дверь, и в аудиторию быстрым шагом вошел уже немолодой, но подтянутый человек. Точнее, не человек, а колдун. Маг. Он уверенной походкой вступил на кафедру и облокотился на нее ладонями.


- Так. Тихо. ТИХО! - громким ревом голос колдуна отразился от задребезжавших стекол окон аудитории. - Ну вот, - удовлетворенным взглядом маг прошелся по замолчавшим в испуге детям. - Совсем другое дело. Как вы все знаете, я ректор Китежского Лицея Волшебства Афанасий сын Петра из рода Никитиных. Да-да-да, из того самого рода. Нет, сегодня никаких сказок про хождения моего прапрадеда за четыре моря рассказано не будет. Да, и про привезенные с собой сокровища тоже. Речь у нас сегодня пойдет совсем о другом. Так уж повелось в веках, что первую лекцию всем новикам читает именно глава нашей с вами школы волшебства, и лекция эта - по истории.


Почему именно по истории, а не про древние заклинания, великие артефакты или жития могучих магов? А потому, что именно из истории растут причины событий, выливающиеся в следствия, которые мы с вами зовем настоящим и будущим. Но перед началом... На столах перед вами бутылочки с Зельем Вечной Памяти. Выпейте его. Целиком. Все .


- А для чего? - послышался из глубин зала вопрос, сопровождающийся чпоканьем открывающихся пробок флакончиков с зельем.


- Очень хороший и правильный вопрос. Это для того, чтобы вы потом не задавали глупых вопросов. Эта лекция, скорее даже не лекция, а рассказ, впечатается вам в память на всю жизнь слово в слово. Так что если вы чего-либо сейчас не поймете, а вы обязательно не поймете, потому что термины я не буду специально подстраивать под детей, вы всегда в будущем сможете разобраться сами. Или хотя бы задать правильный вопрос. В библиотеке. Или старшим товарищам, так как мое время не безгранично и очень дорого.


Самые недоверчивые дети пожали плечами, открыли бутылочки и быстро выпили содержимое. Там было-то жидкости на глоток-другой, не больше.


- Выпили? - задал уточняющий вопрос лектор, - ну и отлично. Начнем тогда...


Начнем мы с самой Ворожбы, с Магии, так как именно благодаря ей мы можем совершать то, что простецы называют невероятным, а невежественные - чудом. Что такое Магия? Магия это -... а вот хрен ее знает, что это такое! Удивлены? Вот такие вот у нас дела! По большому счету никто из ныне живущих волхвателей так и не смог понять, что же такое на самом деле - волшебство. Версий, идей и предположений существует немало, часть из которых вы будете изучать на соответствующем предмете, но окончательного мнения, объяснившего всем, все и вся как не было, так и нет. Ну, или те, кто догадался, тот промолчал, ибо знание, а в магии особенно, есть сила.


Однако, отсутствие фундаментальной теории, отвечающей абсолютно на все на вопрос "почему?", не помешало магам и чародеям эмпирическим методом прийти к некоторым положениям, описывающим взаимодействие магии и мира. То есть иметь возможность подобрать ответы на вопрос "как?".


Итак. Магия есть везде. Высоко в горах, глубоко в водной пучине, на земле, в воде, в пещерах и камнях - везде. Уровень ее в среднем по всей планете одинаков. Исключениями являются так называемые Места Силы и Места Бессилия, небольшие по площади объемные зоны сложной геометрической формы, магии в которых соответственно больше или меньше среднего уровня. Колдовать в Местах Силы легче и результат получается мощнее, в Местах Бессилия - наоборот.


Магия есть везде. Маг везде может магичить, но магия, как может показаться многим из вас весьма и весьма неожиданным, совсем не бесконечна. Чем больше собирается в одном месте магов, тем тяжелее им просто существовать, не то, что колдовать. Таким образом, сама магия заставляет волшебников бежать подальше друг от друга.


Чем именно это обусловлено, до сих пор конца не ясно. Более того, многочисленные исследования не смогли хоть как-то, в числовом виде, выразить это самое "тяжелее". Однако, правило, что волшебники не селятся крупными общинами, известно с древности и продолжает соблюдаться и поныне. Исключения составляют только Места Силы, в том числе и рукотворные. Соответственно, все такие места - величайшая драгоценность для любого и каждого волхвателя. Да, не надо тянуть руку. Естественно - мы, как и любая другая школа волшебства, стоим на Месте Силы, иначе никто ничему никого научить бы здесь не смог. Разбежались бы раньше. Кстати, именно следствием из этого свойства магии, в частности, и объясняется тот факт, что маги, а, следовательно, и простецы живут везде, где только можно. И даже там, где жить практически невозможно. Да? Что у вас за вопрос?


- А скажите, где люди не живут, там получается магии больше?


- Вопрос хороший, но немного опережающий мой рассказ. Но я отвечу. Волшебники далеко не единственные, кто может тем или иным образом взаимодействовать с магией. Где нет людей, там есть магические растения или магические существа: начиная от обыкновенных магических животных и заканчивая древними расами. Просторожденные! Не надо сразу же тянуть столько рук. По истории нелюдей у вас все равно будет специальный курс, так что вопросы сейчас можно не задавать. Потом все обязательно узнаете. И поверьте мне, вам еще не раз и не два надоест всю эту выбитую и укрывшуюся нелюдь вызубривать и сдавать. Сейчас же вам достаточно для понимания общей картины мира знать только то, что она есть. А я, с вашего разрешения, продолжаю.


Только что названное основополагающее свойство магии приводит к нескольким немаловажным последствиям. Например, маги никогда не воюют большими армиями. Маги ценят личную силу. Или то, что магов никогда не будет много. Конечно, некоторыми волшебниками, больше из-за политических или экономических причин, эти несомненные факты игнорируются, пока не станет совсем плохо и магические откаты не ударят со всей силы по... хм, да.. Однако, как бы это ни хотелось, пойти против законов Магии - невозможно. Магов, подчеркиваю еще раз, никогда не будет много. Хотите, чтобы все были магами? Убейте девяносто девять и девять десятых процентов населения нашей планеты и впредь держите популяцию в районе шестисот тысяч особей, которые жить должны равнораспределенно по поверхности Земли. И умрите через пару-тройку поколений! Отчего? Ну, к примеру, от генетического истощения или непрерывных магических войн.


Но у этого грустного правила есть и обратная, очень положительная, сторона. Магов никогда не будет, "не существовать", скажем так. В письменной истории магического мира не раз описываются полностью достоверные случаи того, как внешние или внутренние причины приводили к полному уничтожению носителей магической традиции на определенной территории. И не проходило и пятидесяти лет, как появлялись новые маги. Конечно, знаний у них было мало, но сам факт нам говорит однозначно: маги были и будут всегда! Да?


- Я интересовался в свое время динамикой роста - писал в школе доклад по природоведению на эту тему. Так вот, население в шестьсот тысяч человек - это приблизительно четырнадцатый-пятнадцатый век до нашей эры. То есть, в исторической преспе.... переспективе, не так давно. Так что же, тогда все были магами?


- Я же сказал, равнораспределенно. А тогда, как и сейчас, люди жили очень скученно. Определялось это, прежде всего, отсутствием нормальных источников еды. Где легко добывать себе пищу - люди там и селились. Где пищу себе было добывать совсем легко, и появлялось свободное время, там зарождались цивилизации. И маги в добыче пищи всегда играли немалую роль. Где старинные маги: колдуны, ведуны, шаманы отлично умели привадить зверя, усилить своих охотников и воинов, там люди выживали, а где нет, хех, наоборот. Так что можно сказать, что развитие цивилизации простецов шло благодаря колдунам.


Шло время. Рост знаний и опыт приводил к тому, что пищу становилось добывать все легче и легче. Тут я имею в виду не абсолютную простоту, ведь чтобы собрать дикорос, в отличие от земледелия, не надо вообще ничего, кроме как протянуть к нему руку, а скорее соотношение затрат времени/труда к полученному результату. Таким образом, много той, ранее совершенно неиспользуемой из-за невозможности найти/догнать там еду, местности становилось вполне себе привлекательной для жизни землей. Ну, чтобы это утверждение стало вам понятнее, приведу такой простой пример. До развития земледелия кусок даже самой плодородной почвы в мерную десятину мог прокормить приблизительно одну пятитысячную часть только одного человека. Сейчас - более десяти взрослых людей. Разница заметна? Так что из-за скученности, в процентном соотношении, как было мало магов, так и осталось. Хотя, тогда их все же было гораздо больше. Ибо даже неразвитые в современном понимании этого магические силы, как я уже говорил, очень сильно способствовали выживанию. Так кончилась древнейшая история.


История древняя. Вспомним самое ее начало. Небольшое племя, но уже нечто большее, чем просто одна большая семья. Маг, он же шаман, он же глава рода - это одно лицо. Но как только людей в племени становилось больше, уже идет разделение на магическую и светскую, назовем ее так, власть. Почему так происходит? Сама суть магии такова, что ею, чтобы обеспечить магическими услугами племя, приходилось заниматься так долго, что ни на что другое колдуну уже времени не хватало. А увеличить количество магов... Об этом я уже говорил. Вот и получалось, что племя могло устроить у себя хоть небольшой "конвейер", как это называют простецы, по производству своих примитивных орудий, вместе охотится, вместе рыбачить, вместе воевать, но при этом все равно колдовать могли далеко не все. Избранные. Обычно в племени магов было двое: сам шаман и его ученик, но при этом уже разделившиеся на магическую и светскую власть не только знают друг о друге, но и тесно связаны, зачастую и родственными узами. В принципе, сейчас находят отбившиеся от прогресса племена простецов, где именно так и обстоят дела, так что не доверять исследованиям наших магов смысла нет.


Следующий этап развития - города и небольшие государства. Разделение пошло еще дальше. Теперь маги выделились в отдельную касту, обеспечивающую "магические услуги". В связи с тем, что магов традиционно мало, а простецов - стало гораздо больше, услуги эти стали доступны только богатым и властным, и, следовательно, маги жили весьма неплохо. Это я не говорю о том, что маги были сильнее, здоровее, жили дольше, а значит, были умнее просто в силу возраста чем простецы того времени. Исключениями являлись племена и цивилизации, нацеленные на захватническую экспансию. Это происходило из-за того, что магия давала слишком много преимуществ в сражении. Особенно против тех, кто ею как раз не владел. Именно по вышеперечисленным причинам последний наш князь-колдун умер более тысячи лет назад, а колдун-князь... Об этом дальше.


Вроде бы, тогда все шло просто превосходно? Маги, как и положено, выше и богаче, естественный ход событий, не так ли? Увы, нет. Не так. В древние времена впервые зародилась серьезная угроза магическому миру. Многие маги, чтобы еще больше укрепить свое влияние и еще больше выделиться из толпы простецов, изобрели такую вещь, как веру, став жречеством. Именно из этой, обусловленной излишней надменностью и жаждой власти, ошибки впоследствии выросло то, что потом станет победителем волшебного мира. Жречество - это отдельная тема, которую будет затронута позже.


Быстро пролетели времена становления и разрушения простецовых империй. Маги того времени оставили огромный след в истории, в том числе и простецов, своими фундаментальными и прикладными исследованиями, артефактами, а также первой и единственной за всю дошедшую до нас историю магократию. Простецы запомнили ее, пусть и максимально переврано, как Атлантиду. Основанная на огромном острове с величайшим в мире даже не местом, столпом силы, страна магов и только магов достигла высочайших высот, но... погибла в единый миг и не так много оставила после себя. Кроме легенд это: очень редкие книги на непонятных языках, опасные для потомков своей неизвестностью артефакты, слабые места силы по всему миру, вероятно осколки того первичного. А еще - огромную воронку в Тихом Океане на месте острова, всемирный потоп, который помнят даже простецы, и всеобщий, по сути до родоплеменного строя, упадок цивилизации, и магов, и простецов. Знания и умения того периода, что простецы называют древним миром, античностью и ранним средневековьем, по сути своей всего лишь слабые отраженные отблески того путеводного маяка знаний, что светил с погибшего острова всему миру.


Если времена Атлантиды, "средние века", считать Золотым Веком для магов, то новое время, простецовое средневековье, несомненно, было веком серебряным. Хотите осознать, почему? Очень просто.


- Вот, - ректор небрежным движением руки указал на сидящего в первом ряду богато одетого парня. Классической "форменной" рубахи на нем не было, зато был дорогой джинсовый костюм с футболкой какой-то популярной музыкальной группы. - Вот, юноша, вы ведь действительно просторожденный, или ваша одежда является результатом какого-то данного зарока или обета?


- Э-э-э, нет. Типа да!


- Вот! Смотрите. Это типовой представитель современных небедных простецов. Он, как никто другой, сможет понять древних магов. Скажите, что бы вы сделали, если бы были сильны как Илья из Мурома, а вокруг - все мелкие, да хилые? Но богатые.


- Ну... Это... Я бы забрал у них, что понравилось...


- А если бы они сопротивлялись...


- Ну, в лобешник лохам!


- Вот. Забрали бы все хорошее себе, девок тащили бы к себе, заставили бы поставлять лучшую еду и выпивку... Делать что приказано... Так?


- А то!


- Вот. Он, как никто другой может понять средневековых магов. Вот именно так, как говорит сей новик, так и происходило тогда!


Маги были свободны и независимы. Простецы ничего не могли противопоставить магам, и были вынуждены отдавать последним все, что бы тем не приглянулось, начиная с пищи, и кончая своими жизнями. Маги делились тогда на светлых и темных. Различие между ними было кардинальным. Светлые за отнятую жизнь или за сделанную простецами работу отдаривались какой-либо мелочью, типа хорошего яда или вылеченной болезнью. Темные - такого не делали. При этом и темные, и светлые одинаково безжалостно уничтожали тех, кто сопротивлялся тирании магов, ибо прецеденты бывали не очень здоровые. Не зря же по народам ходили сказки о победе над злыми колдунами. Вот только на каждого попавшего в легенды удачливого магоубийцу приходились тысячи бесславно сгинувших. Да и тогдашняя власть очень редко вмешивалась в конфликты между магами и своими податными. У нее своих проблем было море, так что проситель помощи у сеньора чаще лишался свой головы, чем получал голову обидевшего его мага. Это не говоря о том, что на высшем уровне простецовая аристократия очень часто смешивалась с магической. Где-то очень сильно, где-то - наоборот эти ветви принципиально стояли особняком друг от друга. Да и отношения тоже колебались в широких пределах, в зависимости от времени и страны, но факт остается фактом - маги делали тогда, что хотели, и никто им был не указ. Впрочем, со слабыми никто и никогда не считался, и считаться не будет, - после последней фразы ректор сделал многозначительную паузу.


- Кстати, юноша.


- М-м-м?


- Вот эта вот толстая желтая цепочка у вас на шее, латунная...


- Она золотая! - возмутился парень. - А чо? Типа запрещено? Мне батя четко сказал...


- Не следует перебивать старших. Нет, не запрещено. Я просто хотел полюбопытствовать, это артефакт? Вы так быстро вжились в наше общество, что уже успели закупиться на волшебазаре?


- Нет.


- Хм... Ректор поискал кого-то глазами и удовлетворенно улыбнулся. - Новик Белоф, если я не ошибаюсь?


- Я, я, герр ректор! - темноволосый подтянутый мальчик резво вскочил с места и отвесил вежливый и церемонный, но неглубокий поклон.


- Не надо подпрыгивать и демонстрировать всем ваши родовые дисциплину и воспитание. Как поживает ваша почтенная бабушка?


- Отлично, герр ректор. Благотарю.


- При случае, передайте ей от меня привет и пожелания всего самого наилучшего. Она, как и весь ваш род была очень одарена в чарах изменения. А вы?


- Я тоже, герр ректор.


- Что же. Тогда не могли бы вы показать своему товарищу, почему среди магов не принято носить на себе что-либо простое, даже если это золотая цепочка в палец толщиной.


- Хорошо, герр ректор.


Белоф внимательно посмотрел на напрягшегося сына "нового русского" и вытянул в его сторону руку. Золотая цепочка, повинуясь жесту немца, резко уменьшилась в размерах, превратившись из пафосного статусного предмета сначала в ошейник, а потом и в удавку.


- Достаточно, - легкий жест ректора и в горло покрасневшего парня хлынул, наконец, живительный поток воздуха. - Великолепное беспалочковое и невербальное изменение размеров. Я рад, что род Белофых все так же силен и не показывает даже намека на упадок. Садитесь, новик Белоф.


- Это, - лектор указал на плачущего парня, - для тех, кто не в курсе, самое что ни на есть примитивнейшее, доступное, как вы видите, даже детям, магическое воздействие. Оно же - чары изменения. Именно поэтому маги не носят на себе ничего, кроме артефактов. Любая простая, не заколдованная вещица может в самый неподходящий момент в бою превратиться, к примеру, в воткнувшийся в вашу спину меч. Кстати, ваша школьная форма, узнав цену которой многие из ваших родителей неприятно удивились, тоже является хорошо и разнообразно зачарованным артефактом. Без нее смертность среди студентов вышла бы за все разумные границы.


Продолжаем. Серебряный век закончился очень быстро, и виноваты в этом были сами маги. Их ничем не ограниченный эгоизм привел к тому, что терпение даже весьма лояльно настроенных простецов вышло. И самыми нетерпеливыми себя показали церковные набольшие западной Европы. Их начальная добровольная хех, лояльность, назовем это так, была вызвана тем, что с одной стороны сделать магам они практически ничего не могли, а с другой - вознаграждалась как надо. Не мне вам объяснять, что это такое, а также зачем и как именно такое осуществляется. Однако когда негласное соглашение по вине слишком жадных магов города Рим оказалось расторгнуто, внезапно всплыло много весьма и весьма неблагонравных поступков магов того времени. Очень много и очень неблагонравных, в том числе и инспирированные магами преступления Папы Александра Четвертого. Тот за зелья потенции и эликсиры, поправляющие свое подорванное различными грехами здоровье, продал магам несколько древних артефактов, по совместительству бывших важными христианскими реликвиями, а так же много-много-много своих прихожан. В сущности - откровенно на мясо, продал. В жертву. Расследование Церковью преступлений самого одиозного Папы и его предшественников длились несколько десятков лет и закончились 1541 году. А в 1542 Римская Католическая Церковь объявила магам войну на уничтожение.


Поначалу, европейские маги, узнав об этом, только весело посмеялись, даже не прокляв никого из иерархов церкви ничем сильным. Знали бы они, чем все это закончится, быть может, история бы пошла другим путем, но...


Защита магов того времени, стояла на трех слонах: первый - сотрудничество или управление набольшими простецов, второй - страх и скрытность, третий - много раз подтвержденное фактами положение о том, что даже самый слабый маг в бою стоит сотни простых простецовых воинов. Хотя, нет, я вру. Не защита. Тогда даже тени мысли о том, что маги могут быть побеждены простецами, не могло в голову придти никому. Однако, мир изменился и игнорировать это оказалось ключевой ошибкой магов.


Иерархи церкви того, впрочем, как и любого времени, насколько бы сейчас не старались представить их простецы, дураками не были. Наоборот, как оказалось, они были очень умными людьми и отлично знали поговорку, что слона едят по маленькому кусочку. Поэтому, первое, с чего они начали борьбу с магами, это чистка своих собственных рядов. По всей Европе запылали костры, на которых горели сотрудничающие с магами простецы. Аристократию, вплоть до правителей, безжалостно отлучали от церкви, запачкавшихся священнослужителей ссылали в отдаленные монастыри замаливать свои грехи, будучи прикованными пожизненно к каменной стене. И там, на хлебной корке и ледяной воде очень многие "преисполнились раскаяния", а если говорить без экивоков, просто - то лютой ненависти к магам, с которыми сами же раньше охотно сотрудничали. Некоторым схизматикам это помогло изменить условия заключения: с холодной кельи - на первый ряд в колонне пешцов, штурмующей оплот магов. Ну и деньгами и имуществом еретиков Церковь неплохо по ходу дела разжилась, что еще больше укрепило их набольших в своих притязаниях. Под шумок также "выжгли крамолу", то есть вырезали и внутрицерковных политических противников и привели все к единому канону. Короче, от войны с магами для церкви оказалась одна польза. Почему бы тогда не продолжить такое прибыльное дело? И они продолжили.


Не прошло и полувека, то есть пары поколений простецов, как "первого слона съели". Второй "слон" пал еще быстрее. К тому времени боязнь магов у простецов, из-за явно выказываемого недовольства магов политикой Церкви, достигла таких высот, что опытным манипуляторам оказалось очень легко перевернуть ее в злость и ненависть. Обещаниями вечной жизни в раю и страхом за своих близких, Церковь смогла собрать огромные армии, "съев" таким образом "третьего слона". Да, маг в открытом бою мог легко убить сотню, две, три простецов, но... Что делать с триста первым, когда от магического истощения валишься без сил?


Внезапно все как-то одно к одному сложилось против магов. Используя наработанный опыт Испанской Инквизиции французские, немецкие, английские и итальянские священники учинили настоящую бойню европейским колдунам. Скрытность из плаща теней превратилась в яркую путеводную звезду. Веками вырабатываемое магами у простецов отвращение к "проклятым местам" стало настоящим маяком для инквизиторов. Окопавшихся родами в своих мэнорах колдунов брали правильным штурмом, зачастую просто заваливая трупами. И не таким уж страшным был итоговый счет: в среднем, один маг к двум сотням простецовых монахов. Ведь далеко не все убитые маги были взрослыми боевиками... Церковь не щадила никого, еще не зная, что ее безмерная жестокость не только бесполезна, но и бессмысленна.


К сожалению, у магов тогда не было даже псевдо государственного образования. Как жили кланами-родами, так ими и гибли. Причем очень часто случалось так, что один магический, враждующими с каким-то другим, подбрасывал Церкви информацию, на своих недругов. И потом допрос на развалинах вторых давал Церкви подробную информацию о первых, хотя бы из соображений мести... Не было у магов и опыта ведения полноценной войны, тогда как у простецов редкое десятилетие проходило без очередной Великой Войны. Поэтому никто из магов и не смог сплотить тогда все европейское магическое сообщество, чтобы дружно противиться всеобщему истреблению. Никто не смог встать в дружную шеренгу, и загнать простецов туда, где им веками было место. Колдуны не приняли правильного боя. И продолжали гибнуть один за другим.


Однако, настал такой момент, что принимать единое решение все же пришлось. Мнения, как жить дальше, разделились. Часть магов стала прятаться лучше. Часть бежала из Европы куда только могла. Ну и, конечно же, появились те, кто не хотел со всем своим родом взойти на политые маслом дрова, и выкупили у Церкви свои жизни ценой вечнородового рабства. Так у Церкви появились свои маги, которые раскрыли носящим серую рясу множество сокровенных тайн магического общества. Ренегаты, кстати, очень неплохо прижились внутри Церкви, образовав собственный подорден. Даже сейчас внутри РКЦ существует несколько семей, владеющих уникальными силами, и силы эти далеко не от Бога, как бы это не представляли праведники папистов.


Чтобы вы совсем уж плохо не думали о магах-предках, я хочу вам сказать, что не все бежали, прятались или сдавались на милость инквизиторов. Были и те, кто неистово бился за свою жизнь. И горели монастыри и церкви, плодились ереси и отпадали от клира целые страны, тысячами травились колодцы, сотни монахов гибли от изощренных проклятий, тысячи простецов ложились на алтари, превращаясь в наводящую ужас нежить... Удивляться этому не стоит: давшие тогда отпор роды были сложно назвать светлыми. Впрочем, по нынешней европейской классификации, маги того времени все были черными. Просто первые были очень, а другие просто черными.


К сожалению, время оказалось упущено. Многие маги погибли или бежали, поэтому все усилия редких храбрецов были тщетны. Церковь постепенно одерживала верх. В итоге все французские, испанские, итальянские, английские и германские маги, то есть, все западноевропейские, разделились на четыре неравных по количеству категории: меньшая - спрятавшиеся, чуть большая - убежавшие, и третья, самая крупная - казненные. Причем первая все быстрее и быстрее переходила в две остальные. Их судьба нам абсолютно неинтересна. Интересна история последней, четвертой группы магов - несмирившихся.


И именно эти, жалкие остатки по количеству, но настоящие титаны по силе и знаниям, маги впервые в Новой Истории объединились, на время отложив свои идущие несмотря ни на что свары. И, внимательно проанализировав ситуацию, нашли возможное решение проблемы. Основным преимуществом Церкви была: численность их войск и возможность в любой момент простым словом поднять местные деревни с дубьем на живущего рядом мага. "Не будет простецов, одних монахов, даже и с их возможностью оперировать силой Веры, не будет и победы" - решили маги того времени, и решили лишить Церковь фундамента ее силы. Маги выпустили на волю то, что простецы называют в своих хрониках "Черной Смертью".


Конечно, если посмотреть на "исторически достоверные" источники простецов, то эпидемия чумы прошла на пару веков раньше, но мы-то говорим об истинной истории мира, а не о том, как Церковь ухитрилась прикрыть свои мрачноватые делишки. Впрочем, и принятое решение магов тех лет тоже было за гранью добра и зла: в Европе вымерло почти две трети тогдашнего населения. Да - фанатизм простецов, от иерархов церкви до последнего виллана, стал невероятным. Да - лютая ненависть к магам пережила сотни лет, и живет в народной молве до сих пор. Да - если до этого попавшиеся в руки простецов маги могли рассчитывать на различные варианты своего будущего, то при всей своей неприглядности, они все же были лучше, чем оставшийся единственно возможным путь теперь. После Черной Смерти колдунов ждали только долгие и жестокие пытки и медленная смерть на потеху радостно вопящей толпе. Погибшим в бою магам люто завидовали колдуны-неудачники, попавшиеся монахам живьем. Но, при всех этих минусах, своей цели остатки европейских магов все же достигли.


Если до этого Церковь вела войну на уничтожение, то теперь ей пришлось существенно, как говориться, "урезать осетра". Столкнувшись с вполне вероятным вариантом "победителей в мире мертвецов", клир был вынужден наступить себе на горло и пойти с колдунами на заключение мира. Этот Мирный Договор известен сейчас как Статут Секретности.


Конечно, его условия очень неприятны для нас. Полный их список вы все выучите наизусть перед сдачей соответствующего экзамена, он у всех факультетов - профильный. Если вкратце, то со дня подписания сами маги должны были ограничивать свои аппетиты перед угрозой полного уничтожения. Неприятно? Да. Но все же это был мирный договор, а не явочным порядком оформившийся факт безоговорочной капитуляции около костра из последнего мага. Маги выиграли самое главное - жизнь и время. С другой стороны и Церковь достигла, пусть и частично, своих целей: убирала самый главный раздражающий фактор, мешавший ей сражаться за власть над миром. Со своей стороны РКЦ и ее "филиалы" прекращала массовое, без разбору, преследование магов; позволяло, в определенных пределах конечно же, заниматься магией; и, даже, сама стала покупать у колдунов определенные товары и услуги.


А теперь мысленно отведем немного "дальше" взгляд от карты Европы на карту мира. И окажется, что Европа - это, как бы не казалось живущим там церковникам, простецам и их набольшим, отнюдь не весь мир! Причем, очень далеко не весь. И влияние и РКЦ этот самый мир не охватывает целиком. Даже десятой части не охватывает. Так что уже спустя пару-тройку лет на освободившиеся в результате действий инквизиции просторы стали проникать другие, не подписавшие Договор маги. Это были и реэмигранты, и просто чужаки, пришедшие заявить свои права на территорию по самому древнейшему и достойнейшему праву - праву силы.


В очередной раз клиру пришлось наступить себе на горло. Теперь для того, чтобы помогать... выжить "лояльным" магам! В очередной раз остаткам европейских магов пришлось объединиться и отправиться на войну. Но только одной обороной войну выиграть трудно, поэтому вскоре рейдовые группы магов, усиленных инквизиторами и церковными наемниками стали вычищать слишком агрессивных соседей. Основное условие прекращения преследования - подписание Договора, известного как Статут Секретности.


А вот дальше произошло то, что простецы сейчас называют процессом с положительной обратной связью. Отодвинув границу Статута чуть дальше, европейские маги получили дополнительные силы. Принявшие статут точно так же, как раньше их противники, были вынуждены защищаться от агрессивных, ничем не ограниченных в применении магии соседей. И точно так же, приняв под клятвы помощь своих прошлых врагов, обрушились на врагов нынешних. Но и сил стало больше, поэтому и принуждение к статуту соседей прошло чуть быстрее. И так далее, до тех самых пор, пока все страны Европы, не были подчинены договору.


А дальше? А дальше все стало гораздо сложнее. Римская и Византийская ветви христианства в то время были на ножах. Да что там, на ножах, на полноценных таких мечах! Походы крестовые, кто знает, не просто так собирались. Да и отношение православной церкви к колдовству было сильно отличным от христианства римского уклада. У нас, например, Церковь боролось не с колдунами, а со злонамеренным колдовством. То есть, если колдун не творил зла, то претензий к нему особых не было. Это, кстати сказать, было и есть одной из самым важных реальных причин продолжающегося Раскола. Маленький нюанс: осуждение ортодоксальной церкви за слишком толерантное отношения к колдовству не помешало тем же папистам заиметь своих магов. Индульгенция, индульгенция, индульгенция и вечные двойные стандарты, да...


Возвращаемся к прошлому. Исходя из ситуации, чтобы все труды и жертвы Церкви не пошли через пару десятилетий прахом, нужно было заставить принять статут ВСЕХ магов в мире. Вот только, как сформулировать этот самый статут так, чтобы он удовлетворил всех, и ново принимающих, и старо подписавших, и, самое главное, Церковь? Все Церкви? Да и сами маги ой как отличались друг от друга. К примеру, Китай веками славился своей магической фармацевтикой и гербологией; мы - ведовством и приручением магических животных; Англия - древними знаниями и, хм, победой, если это можно так назвать, над нелюдью; юг, который ближний восток - демонологией; Франция, в противовес Англии - дружбой с нелюдью; североамериканские маги - великолепными традициями шаманизма, а южноамериканские - знаниями в артефакторике и магии крови. Японские же маги-демоноборцы вообще по сути своей гораздо ближе к инквизиторам, чем к классическим европейским колдунам. И как их всех свести под единый для всех Статут? А если вспомнить о том, что и сама Церковь стала далека от единства даже в Европе, не то, что во всем мире...


В итоге, пока шло Великое Объединение, статут переписывался приблизительно столько же раз, сколько Магических Традиций его принимали. Несколько поколений адвокатских кланов безбедно жили, одеваясь в меха и перебиваясь с красной икры на черную, внося непрерывные дополнения и уточнения в уже принятые решения. Но к 1699 году статут секретности подписали все маги мира. Подписали или... были уничтожены объединенными силами подписавших.


Ирония истории. Маги всего мира объединились для того, чтобы самим себя загнать в подпол к простецам.


Еще раз хочу обратить ваше внимание. Сейчас в некоторых странах в моде попытка немного скрасить факт существования Статута Секретности. Представить его как "защиту простецов". Вот только думать так - опасный самообман. Это не так. Этот Договор - ублюдочный плод не подкрепленных силой гордыни, самомнения и пренебрежения простецами наших предков. Статут - это вечная печать позора волшебников, которые своими усобицами, своей слабостью и трусостью сами одели ярмо себе на шею! Запомните это! Хорошо запомните!


Теперь перейдем непосредственно к нашей с вами истории. История магической ..."


Воспоминание прерывается. Фрагмент, похоже вырезан.


"...четное число, а именно шесть. Четное число родов, находящихся в состоянии вечного не мира, было выбрано не случайно. Как известно, любая система, в том числе и политическая, в которой нечетное количество узлов, неустойчива и старается выродиться в систему с четным количеством, в идеале - с двумя. Не верите? Вспомните детство. На каких качелях легче поймать баланс: на перекинутой через бревно доске или на поставленных на камень треугольном куске металла? В частности, именно поэтому все защитные, запирающие, препятствующие ритуалы и чары строятся на графических фигурах, имеющих четное количество углов, а атакующие, взламывающие - нечетное. К сожалению, родов, переживших Первую Смуту, было семь, а, значит, кому-то нужно было уйти. Добровольцев, по понятным причинам, не нашлось, поэтому все решилось Ритуалом Жребия. И окончился он тогда внезапно для всех очень большой кровью.


Это потом уже совершенно достоверно было выяснено, что в ритуал выбора вмешались чужие, маги. Британские. Им, видите ли, не понравилась праведная месть родного брата Кощея, когда он, принеся себя в жертву, смел в сторону защитный полог Мерлина над британскими островами, благодаря чему корабли норманнов смогли достичь Английских Островов. Английским магам, кстати, потребовалось почти пятьсот лет чтобы восстановить полог. Кощеич ломал на совесть! А вот тогда, Жребий пал на самый сильный род - Олеговичей, которые, к сожалению, не нашли в себе силы смириться с ним. Конечно, бунт был подавлен совместными усилиями остальных шести родов, но еще многие десятилетия пролитая тогда кровь держала нас на задворках магического развития. И только присоединения к русскому государству, строго по Статуту, новых территорий, а, значит и магов..."


И опять воспоминание прерывается.


"...Многие, особенно просторожденные, пеняют нам на то, что магический мир застыл в стагнации. Сразу хочу сказать, что это не так. Мы развиваемся, но дело это не быстрое из-за самой сути магии. Приведу наглядный пример. Как простецы сейчас добиваются ошеломительных с точки зрения классической магической традиции результатов в кратчайшие сроки в своих исследованиях или производствах? Очень просто. Берется тысяча простецов, распределяется, по типам распределения коротко обучается "как именно каждому махнуть топором" и ставится к станку. Первая сотня придумывает что делать, вторая - как именно делать, третья - в шахте добывает руду, четвертая сотня ее плавит, пятая на станках ее режет в детали как надо, шестая - собирает в готовую вещь, седьмая всех их кормит, восьмая - развозит сделанное по адресатам, девятая - нахлебники, десятая - надзиратели над всем процессом.


А в мире магии так сделать нельзя. Во-первых - тысяча магов не сможет работать одновременно в одном месте из-за истощения магии. Во-вторых, некоторые процессы в магии требуют непрерывных усилий. То есть нельзя разделить на простые операции и поставить на конвейер, например, создание палочек. В-третьих, некоторые операции весьма длительны. К примеру, если зельевар может пользоваться покупными реагентами, то есть не тратить свое время на выращивание их самому, то тот же шаман заклинать духов должен каждого и лично. Ну, и самое главное, неоткуда взять эту тысячу магов на каждый производственный процесс! Нас банально всегда мало есть и будет! То же самое и в науке, в культуре.. везде! Вот и расходятся наши миры все дальше и дальше друг от друга. Ну и Статут Секретности взрывному развитию совсем не помогает, да. Поэтому, в основном развитием занимаются те маги и те роды, кому сама магия вручила передаваемые с кровью дары в определенных..."


И снова воспоминание прерывается. Фрагмент опять вырезан и дальше начинается не пойми с чего.


"... спросите, кто же ответственен за соблюдение договора? А кто, по-вашему, самый лучший тюремщик для узника? Нет, не дракон. И не хрустальный гроб. И не... кто сказал "могила"? А поднимать потом не замучаешься ли? А если это похищенная тобой принцесса? Так вот, самый лучший тюремщик узнику - он сам! Так и маги вынуждены согласно договору, который принял форму непреложного магического обета, следить сами за собой! Сами себя искать, сами себя учить, сами за собой следить и сами себя наказывать в случае нарушения Статута. Ужас этого обета в том, что он был дан и за последующие поколения тоже, то есть ни дети, ни внуки, ни пра-пра-пра, сто раз "пра" внуки тех магов, что поставили свои подписи кровью под договором не имеют права безнаказанно его нарушать. После заключения договора маги не могли спокойно, одной лишь силой заставить простецов работать на себя, не могли грабить и убивать их, не могли... много чего не могли. То, что раньше было естественным правом сильных, теперь осталось вовек несбыточной мечтой о павшем величии. Если до принятия статута секретности такое словосочетание, как "нищий маг" являлось оксюмороном, абсолютно невозможным в реальности нарушением прав сильного, то после - суровой действительностью для нескольких поколений европейских, и не только, магов... - лектор сделал многозначительную паузу.


- Однако, сейчас я хочу обратить ваше внимание на самый важный факт Договора. Как я уже говорил, Статут Секретности запрещает магам разглашать тайну своего существования простецам, в том числе и колдовать в присутствии их, а также творить любое зло этим самым простецам. Однако, бывают такие случаи, когда от нарушения Договора удержаться абсолютно невозможно. Что же случается тогда?


Вот, к примеру, вам требуется срочно спасти своего смертельно раненного ребенка, и вы применяете зелье или магию. И простецы это видят. Нарушаете ли вы этим Договор? Да. Но приводит ли это к кошмарным последствиям, апогеем которых может стать полное избытие магов целой страны? Именно так погибли все итальянские маги в подконтрольном Папе теократическом государстве после того, как один из колдунов отравил конклав. Ответ - нет. Не приводит. А почему? Слышу вот мне тут подсказывают с первого ряда, - дети расцвели улыбками, - что приходят Забвенители и стирают память простецам. Однако при этом не следует забывать, что стирание памяти, пусть и меньшее, но все же тоже причиняемое простецам зло. И тот, кто будет слышать в фразе "меньшее зло" только слово "меньшее", очень скоро познакомится с заплечными мастерами Тайного приказа при Совете Шести Древних Родов. Помните, хоть меньшее, хоть большее, все равно есть зло, а любое зло, согласно Статуту, идет во вред нам, магам. Разными мерами, но меряется всякое. Как же так, спросите вы? А причина лежит в самых корнях истории составления Договора.


Дело в том, что идеологи Договора были ревностными католиками и неосознанно перенесли догматы своей схизматичной Церкви в Статут Секретности. Сейчас я говорю о Закромах Сверхправедных Дел. Такая лютая ересь нигде, ни в нашем православии, ни в родноверии, ни даже у магометян или буддапоклонников больше не встречается! А вот у этих... Ладно. Так вот. В чем суть вы спросите? А суть в том, что Договор, подписанный магами, волей и поручительством отданных во время его заключения магических сил через специальные артефакты следит за тем, чтобы сотворенное магами зло не перелилось через край. В этом случае, как я уже говорил, все маги погибают. Однако, возможна и прямо противоположная ситуация. Сие сделано для защиты магов от произвола простецов и Церкви. Если простецами магам будет нанесено слишком много зла, то тогда мы получим возможность колдовать все, что пожелаем. Некоторое время, конечно же, но... думайте сами.


- А как сделать так, чтобы это произошло?


- Теоретически - очень просто, но достаточно труднореализуемо на практике. И в каждой стране есть свои способы достижения этого идеального состоянии, порой кардинально расходящиеся в подходах и формах. Например мы, чтобы соблюсти уровень грехов в ча..."


Черт! На самом интересном месте кусок вырезан! Знал этот Поляков, как кроить воспоминания так, чтобы я потом к нему приполз за добавкой!


"...Дело в том, что писавшие Договор монахи, власть Церкви которых распространялась на весь "цивилизованный мир", то есть, на одну Европу, и думать не могли о том, что человечество вдруг станет расколотым. Опять же, повторяю, это не истина, это их точка зрения. Но маги, живущие в привычном на усобицы магическом мире, который в то время некрепко связывали воедино очень тонкими и несильно натянутыми нитями прообразы нынешних ремесленных магических гильдий, были совсем другого мнения и потребовали включения в Договор понятия границ. На что Церковь вставила от себя понятие государственной принадлежности магов и разделения их грехов и праведных дел по оным..."


Опять обрезано.


"...Таким образом из Договора, помимо образовавшихся с его заключением естественных монополий, следует ставшее уже классическим правило "одно государство, одна школа магии". Именно поэтому мы вынуждены всех вас собирать здесь, в Китеже, хотя и за Камнем Уральским тоже есть весьма неплохие места. Так что мы, маги, как я уже говорил, сами ищем молодых, только что проявившихся магов, сами собираем, сами предлагаем выбор - остаться магом или все забыть и стать просто везучим простецом или ведуном, сами учим согласившихся... И сами, в случае чего, казним. Увы. Но этого никак не избыть. Иначе такой вот неученый и опьяненный силой маг может натворить столько всего, что потом и не расхлебаешь. Пойдет например, поколдует в церкви, убьет пару-тройку священников, создаст круг жертвориношения... А нам потом месяцами такое всем миром "замаливать"!


Однако в этом можно найти и хорошие стороны. Чем больше государство, тем богаче и надежнее школа магии. Тем больше Традиций можно попытаться собрать, не ограничиваясь допустимыми договором "нативными". И закрыть ее можно только в чрезвычайном случае. Что, например, произошло на пятьдесят лет с германской. После той, спровоцированной англичанином Альбусом Дамблдором и германским Геллертом Грин-де-Вальдом, Великой Войны, - тяжело вздохнул лектор и отвел в сторону резко постаревшее лицо. Однако вскоре он совладал с собой, и глубокие, резкие морщины превратились обратно в тоненькие едва заметные ниточки. - Так записано в Договоре, который в качестве очередного унижения магов простецами подписывался тогда набольшими в Школах Магии на глазах у профессоров и учеников. М-да.


Кстати, далеко не каждое государство в нынешних Европах владеет своей собственной школой магии. Плохим примером может стать польский Колдотворец, который хотя когда-то и был знаменит и блестящ, но сейчас практически полностью зачах, однако все равно поддерживается панскими магами. А хорошим... Например все центральноевропейские маги привыкли пользоваться не отказывающим никому Дурмштрангом, который неофициально когда-то принадлежал к одной из многих школ на территории Священной Римской Империи. Кстати, самое смешное знаете что? Скажу вам по секрету, расположенный на крайнем севере Дурмштранг вот уже почти две сотни лет территориально принадлежит... нашей стране!


Конечно, природный портал из Европы на далекий северный остров, жуткая погода вокруг, а также мощные магические щиты всегда делали его практически неуязвимым. Правда, начиная с тысяча восемьсот десятого года, к этим оберегам пришлось добавились еще и мощные простецоотвлекающие чары. Так что если вы захотите очень тонко и изящно поддеть какого-нибудь дурмштранговца, то скажите ему, что за аренду территории неплохо бы и заплатить. Или, что они даже простецу глаза отвести не могут. Весело они тогда обделались на весь мир, да. Наши простецы целый век потом неизвестную теплую землю на севере искали, и чуть не нашли. Знатный откуп пришлось заплатить Дурмштрангу, чтобы мы прикрыли эти экспедиции. А что? Они, конечно, простецы, но наши простецы!..." - давно крутившаяся у меня в голове мысль наконец-то смогла выкристаллизоваться, поэтому продолжать слушать исторические анекдоты и меня внезапно совсем не осталось времени. Я резко вынырнул из омута памяти и невидящим взглядом уставился в стену гостиной Хаффлпаффа.


- Не может быть! - прошептал я себе под нос, пронзенный только что пришедшим мне в голову сомнением. - Так. Это нужно проверить. Срочно! Нет. Не срочно - немедленно!


Я перекинул нить воспоминаний из омута памяти обратно в фиал, спрятал последний в карман и рванул из общей комнаты факультета на верхние этажи замка с такой скоростью, будто меня совместно преследовали оборотни и дементоры. Вот она, Выручай-комната. Я влетел в детскую библиотеку, подскочил к стойке и громко и четко сказал в пустоту:


- Статут Секретности! Полный!


Глава опубликована: 04.12.2016

Интерлюдия 13


- Девочки, никто не видел Винсента? - спросила подошедшая девушка у стайки сидящих на скамейке в парке слизеринок.


Девушки привычно, и поэтому это получилось совсем уже не зло и не так обидно, зафыркали. "Вот змеиное кубло! Впрочем, я сама оттуда!" - присаживаясь, подумала Трейси Дэвис.


- Слушай, - обратилась самая недовольная к севшей рядом однокласснице, - если парень - твой, то ты за ним сама и следи! А то, мало ли, найдется какая-нибудь такая, которая последит вместо тебя? Ах, вы видели его татуировку? - поддела более удачливую соперницу Миллисента Булстроуд. К счастью Трейси, прочие девушки не имели Зова Крови и поэтому ограничивались в охоте на Винсента правилами и приличиями. Дэвис же из-за непреодолимой тяги не ограничивалась ничем, готова была даже убить, поэтому, после нескольких не очень красивых случаев, девушки пытаться поймать Винсента прекратили. Однако в последнее время их интерес вспыхнул с новой силой: "как же, уже целый лорд!", поэтому процесс отстаивания своего у Трейси приходил весьма и весьма непросто. И, зачатую, болезненно...


- Я тебе "послежу"! - сразу же вспыхнула Дэвис.


- Например, я бы не отказалась. Фигурка у него, да... - Панси Паркинсон показно, и очень невоспитанно в приличном обществе, облизнулась. На Крэбба она не посягала, но поточить клыки о ближнюю свою хотя бы ради любви к искусству была готова всегда.


- А какая у него татуировка? И фигурка? - спросила прибившаяся к своей старшей сестре Астория Гринграсс.


- Хорошая фигурка. Я тебе потом в омуте памяти покажу! - ответила сестре Дафна.


- И мне тоже! - попросила Мартина Скотт, подружка-одноклассница Астории.


- Интересно, а вы не знаете, кто в итоге ухватил Крама? - спросила Розалин Палмер, вторая подружка младшенькой Гринграсс.


- Точно никто из наших. Может лягушатница какая-то, или из своих кто... - задумчиво ответила Дэвис.


- А почему, не из наших? - простодушно спросила Мартина.


- Пф-ф-ф, - презрительно фыркнула Паркинсон. - Сама подумай, ты бы удержалась и не похвасталась? Вот то-то же, соплячка.


- Не надо обзываться, - вступилась Розалин за свою подругу. - Просто ее попросила спросить об этом Габи, младшая сестра шармбатонской чемпионки. И аналогичное же просила уже моя знакомая из Дурмштранга. Крам молчит, а им тоже очень любопытно. И завидно. И они хотят знать, кому мст... э-э-э, завидовать.


- То есть, это все же кто-то из наших? И кто тогда? - задумалась Паркинсон.


- Кандидаток достаточно легко вычислить, - равнодушно бросила Булстроуд, и, напоровшись на вопросительные взгляды, тяжело вздохнула. - Ну сами подумайте! Просто нужно перечислить всех тех, кто точно не проболтается!


Девушки задумались, а потом пожали плечами. Пасьянс все равно не сходился.


- Гриффиндорка?


- Не. Мы бы знали имя удачливой хм, претендентки уже через десять минут. Вся школа бы знала.


- Кто-то с Рейвенкло? - высказала предположение Дафна. - Чанг?


- Вряд ли. Она и так стопроцентно попадет на Святочный Бал! Влюбленный в нее Седрик же... - с грустным вздохом ответила Трейси.


- Вот стерва, - из губ Панси бранно слово прозвучало как завистливая похвала. - Мало ей Диггори, так еще и Поттеру глазки строит. Мантикора! Не хватало ей еще Крэбба приворожить, - Трейси при этих словах напряглась.


- Да уж... Это вам не Грейнджер, которая так по-глупому в газете подставилась. И с Поттером этой пацанке ничего не светит, и шишки все на себя приняла. Гриффиндорка, что с нее взять...


- Дура.


- Вторая МакГонагалл растет.


- Синий чулок!


- Кстати, Трейси, а Винсент тебя уже пригласил на бал? Или он еще свободен? Или он уже пригласил, но... не тебя? - вкрадчиво поинтересовалась Панси.


- Хватит! Тебе то что, Паркинсон?! Тебя Малфой наверняка поведет!


- Это да. Куда он от меня денется?! - задрав нос гордо ответила слизеринка. При этих словах обе Гринграсс по лисьему хитренько переглянулись и спрятали непонятные никому улыбки.


- Значит, еще не пригласил, - вслух догадалась Дафна. - Ты бы, подруга, поспешила, пока не перехватили... - В интриге даже показное участие - вполне действенный и допустимый прием. Ведь мнение соперника (даже если он не знает, что он соперник или, особенно, если не знает) о тебе складывается из вот таких вот мелочей, а вода камень точит.


- Я вот и спешу, - устало вздохнула Трейси. - А ты-то что заулыбалась, Гринграсс. Тоже прицелилась?


- Нет, что ты! Успокойся, - на автомате возразила Дафна, потом задумалась и уже с уверенностью ответила. - Нет. Точно никаких вариантов. Нашей семье это незачем.


- Так вы не видели где он? - пламя ревности в Дэвис слегка поутихло.


- Я слышала от мелких, - "тоже мне, взрослая нашлась", ухмыльнулись все среднекурсницы, слушая важничающую Асторию, - что они видели Крэбба около Черного Озера.


- Спасибо! Я пошла тогда!


- Беги уж.


- Так все же, кто бы это мог быть, как вы считаете...


Дослушивать интересный разговор Дэвис, естественно, не могла, хотя поугадывать с товарками личность удачливой охотницы, зацепившей Крама, ей было очень интересно. Но, увы, была забота поважнее. Самая важная...


Наводка от младшеклассницы оказалась верной. Винсент Логан Крэбб, лорд Крэбб действительно стоял на берегу и как-то потеряно швырял камушки в воду. Причем не пускал блинчики, ни швырял на дальность, а просто размеренно ссыпал, по иному не скажешь, их в воду. Наклонялся, брал с пляжа горсть и, разворачивая руку ладонью вниз, по одному, будто хлебным мякишем кормя голубей, бросал камушки в воду перед собой. Когда ладонь пустела, Винсент наклонялся за очередной порцией, и все повторялось по новой.


- Винсент! - Трейси окликнула юношу и чуть не упала, отшатнувшись, посмотрев его бездонные глаза. От взгляда на своего любимого у Трейси сжалось сердце. Еще никогда она его в таком состоянии не видела.


- Винс, что с тобой? Что случилось? Чем я могу тебе помочь?


- Знаешь, когда тебе говорят, что ты идиот, это очень обидно. Но когда оказывается, что тебя хотели не обидеть или оскорбить, а просто раскрыть глаза на то, что ты действительно идиот, это очень... печалит. Тяжело жить клиническим идиотом!


- Винс, ты о чем? - ничего не поняла Трейси.


- Да так... Ах, да. Мисс Дэвис, не позволите ли вы мне скрасить ваше одиночество на Святочном балу?


И хотя где в глубине разума частичка Трейси возмутилась на "ах, да", как будто о ней вспомнили, как о чем-то второстепенном, но в сердце... В сердце вспыхнул яростный пожар, который алой волной выплеснулся румянцем на лицо и... теплом в низ живота.


- Да... ДА! Я согласна! - торопливо закивала головой радостная Трейси. Быстро оглянувшись по сторонам, она на мгновение приникла своими губами к краю рта желанного юноши... После чего, дико красная, развернулась и побежала в слизеринские подземелья, молясь про себя Мерлину: "Только бы никто не увидел... Только бы удержать себя и не вернуться обратно прямо сейчас..."


Глава опубликована: 09.12.2016

## Глава 30. Кто виноват и что делать?


Я машинально погладил щеку, к которой еще несколько мгновений назад прижимались девичьи губы. Надо же, мой второй поцелуй в этом мире. Первым со мной честно, пусть и с годичным запозданием, расплатилась моя бывшая первая староста Кристина Эндрюс. Это была удачная и неожиданная встреча посреди Косой Аллеи. Правда, наверное, девушка надеялась на целомудренный поцелуйчик от девственника в щечку, а получали вполне себе взрослого вида зазос, ну да ладно. В обиде не осталась. Еще потом похихикала, с хвастливой гордостью опознав в себе похитительницу моего первого поцелуя. Главное, не встречаться теперь с ее парнем, Габриэлем Труманом, которому это все, по словам Седрика, весьма и весьма пришлось не по нраву. Конечно, долги чести это долги чести, но и любить ему меня после этого совсем не за что. Ревность, как и любое иное истинное чувство, в любом возрасте бьет в голову, а в таком сопливом так и вообще, наотмашь.


"Эх.. Чувства..." - тяжело вздохнул я.


Убежавшая в смятении Трейси лишь ненадолго смогла отвлечь меня от тяжелых мыслей. "Я идиот. Нет, не так. Я полный кретин! Как, ну вот как, как так можно без всяких сомнений верить всему, что мне говорят? И ведь не из глухой деревни я, и канон вроде как знаю, так когда же я перестану вестись на такие дешевые разводы? Попал в сказку и что? Это не повод сразу развесить уши под лапшу и высушить себе мозги! Что за гребаная детская наивность? Надо с ней срочно расставаться, иначе будет и дальше продолжаться, что все, абсолютно все не побрезгуют меня наебать! Гильдейцы, гоблины, иудейские маги... даже Основатели! И у них это всегда просто прекрасно получается! Успешно, бля! Даже несмотря на магический контракт! Не хватало еще, чтобы меня начали обманывать дети и домовые эльфы! Сколько, сколько и как судьба меня еще будет лечить от нарциссизма в хронической форме? Тут и до неизлечимой формы солипсизма недалеко!"


Я наклонился и в очередной раз зачерпнул в горсть гальки. "С иудеями, - первый камушек булькнул в воды Черного Озера, - и с гильдейцами, - вслед полетел второй, - все очевидно. Да и гоблины тоже хороши! Сребросмит увидел и узнал, тварь, что за колечко у меня на пальце. Но не сказал мне ни-че-го! Сука! Откуда дровишки? Оттуда! Письмецо-то я им, на всякий случай, в целях разумной конспирации написал без указания, какой именно артефакт я собираюсь завещать Дамблдору... А на пергаменте уже стояло правильное название! То-то тогда меня цепануло что-то, а я так и не понял... Суки, кругом одни суки! - сразу горсть камней разом полетела глушить рыбу. - Причем, какие, бля, продвинутые! Для обмана вовсю даже маховики времени используют!"


Почему же теперь и Основатели суки? Да потому, что:


" ...Это вы не понимаете. Вы - статичные слепки личностей Основателей, но не они сами! Вы не можете развиваться и более того, не можете даже помнить! Вы забудете все, что услышали здесь и сейчас, а я продолжу существовать и развиваться..."


Как пафосно, и самое главное, совершенно правдиво, на первый и второй взгляды высказалась тогда Шляпа-Хогвартс. Практически все, абсолютное большинство призраков походило на... навороченные, но безмозглые компьютерные программы-голограммы. Да, они обладали частичной памятью своего "родителя", могли общаться и даже отвечать на некоторые вопросы, но... Не держали долго полученную информацию в "голове", не запоминали ничего нового, не могли взаимодействовать с материальными предметами, менять свое поведение, колдовать и прочее, прочее, прочее. Специально в свое время проверял. То есть призраки в интеллектуальном, биологическом и частично социальных смыслах понятий действительно "не жили". Аналогично - магические портреты. Единственные кто из виденных мной нематериальных сущностей выбивался из этой закономерности были: полтергейст Пивз и, как ни странно, призрак Миртл. То ли не все так уж и обычно было со смертью девушки, как писалось в каноне, то ли просто потому, что она была "молодым призраком" и в ней остались еще какие-то частички от прошлого, то ли ей просто кто-то удаленно управлял, но Миртл могла вести себя вполне по-живому. Так что формально в словах Шляпы тогда не было ни грана неправды. Ни единой капли реальной посмертной жизни в таком существовании, что портретном, что призрачном, нет и не было. Впрочем, по-другому и быть не могло, иначе в призрачном состоянии не находили бы ничего такого ужасного, чтобы использовать как наказание, а маги не выворачивались бы наизнанку, придумывая филактерии и хоркруксы. Да и Темный Лорд так бы и провисел всем довольным облаком-призраком где-то там в Албании.


Однако во всем этом, как в том анекдоте, есть один нюанс:


"- ...Салазар Слизерин? - удивился я, глядя в полупрозрачный, не похожий на классического хогвартского призрака, силуэт.


- Приятно, когда тебя помнят, не так ли? Я бы хотел познакомить тебя кое с кем...


- И с кем же? - меня кольнуло нехорошее предчувствие.


- Сс'шсс'cшc! Это именно тот молодой человек, про которого я тебе так много рассказывал. Не хотел бы ты посмотреть на этого мальчика? - тяжеловесный, именно тяжеловесный, шорох во тьме коридора стал ему ответом..."


Как-то это совсем не похоже на "ничего не запоминающего слепка личности", не так ли? Да более того, Салазар почти открытым текстом все мне сказал! И если бы не Малфой, со своей гребаным "вежливым приглашением" в Малфой-мэнор, то я бы обязательно догадался, что к чему еще прямо тогда. А так, сначала - бегство, потом - Гильдия и охота на дракона, потом вообще новый год, когда нужно было усиленно догонять школьную программу... Где уж тут в таком насыщенном графики выделить время на отвлеченные размышления?


Впрочем, Основатель Гриффиндор не далеко ушел от своего закадычного приятеля. Вспоминаю, как это было, когда я посетил Основателей:


"- ...Я не знаю. Нельзя ли четвертую услугу приберечь на потом?


- Но все четыре наших задания ты получишь сразу же..."


И следующее воспоминание в тему, от Малфоев. Вот как сейчас помню, Снейп говорил, что:


- Я не смог пробиться только в четыре защищаемые зоны, но там, похоже, что-то закрыто магическим обетом или даже самими Основателями. Так что, скорее, проще Крэбба убить, чем узнать, что там спрятано. Скорее всего, он и сам не знает о тех воспоминаниях...


"Обеты! В моей голове лежат формулировки гейсов, выданных Основателями! А-а-а! Вот как бы их достать! А почему четыре, а не пять? А, наверное, он посчитал сюда и мой секрет, при том, что один обет мне уже известен. По количеству вроде совпадает..."


"Ага. Счаз! Как бы не так!" - подумал я и вызвал у себя на руке шесть разноцветных колец - визуальное подтверждение принятых и наложенных на меня магических клятв и обетов. - "Смешно. Визуализировать свои обеты - это даже не заклинание. Для мага это простейшее мысленное действие. Его даже не изучают, ибо о такой необходимой для безопасной жизни в магическом обществе вещи маги учат своих детей приблизительно в то же время, когда обычных детей учат не лезть пальцами в розетку или руками в огонь. Учили такому и Винсента, так что и мне не сложно было этому научиться-вспомнить. Всего с третьего раза получилось - можно сказать, сразу же. Так что, вы, алознаменный Основатель - врун. И не просто врун, а наглый лжец вы, Годрик Гриффиндор! Потому, что, - я пробежался пальцами левой руки по нематериальным браслетам на правой, одновременно с этим глядя на пролетающие перед моими глазами картинками-напоминаниями о сути и месте принесения клятвы, - потому, что вашего браслета среди моих - нет. НЕТ! И обета нет!


Вот они, все мои шесть. Широкая черная лента - вассальная клятва Малфою-младшему. Темная нитка - обет с Локхартом. Три, переливающиеся золотом, это - договоры с Рейвенкло, Хаффлпафф и Слизерином. И один, ярко-красный, Долг Жизни Бартемиусу Краучу-младшему. И все. Больше нет. Так что, извините, Основатель Гриффиндор, вы меня попытались обмануть. Вот только зачем ему это? Как он хотел воспользоваться этим фактом? Не понимаю. Разве что... Зная, что задание уже присутствует, я не постесняюсь опять просить о помощи и тем самым еще глубже влезть в долги? Больше ничего в голову не приходит. Буду иметь в виду, что делать этого не нужно ни в коем случае..."


Но самая песня, это как меня который год за нос водит леди Ровена Рейвенкло!


"...Доступ в библиотеку Тайной Комнаты, где лежат копии каждой книги, оказавшейся в стенах Хогвартса, ты получишь, - за Салазаром продолжила Ровена. - Только выносить из нее ничего не сможешь..."


Ага. Как хитро-то сформулировано?! Доступ я получу? Получил. Переписывать придется? Работаю на себя и того дядю, который любит лимонные дольки и ласково смотреть через очки половинки. Вот только нигде мне не обещано, что я получу доступ ко всей содержащейся информации и во всей ее полноте! А с учетом того, что в описании какого-нибудь ритуала от одной не там поставленной запятой может зависеть жизнь колдуна, проводящего обряд это просто натуральный пиздец! Это по какому такому минному полю я, оказывается, который год хожу?!!! Хорошо еще, что, несмотря на все свое дикое любопытство, я, благодаря опыту прошлой жизни, практически не колдовал в одиночестве. Слишком эффектные примеры, бывало, представали перед очами всех неравнодушных учеников на уроках. Техника безопасности здесь, как впрочем и везде, пишется кровью и должна соблюдаться как божественные заповеди истово верующим.


Зато сразу становится понятным, с чего бы это я за три года не смог найти ничего по-настоящему серьезного. Устроила мне Ровена тут нетсерф, топя в куче любопытной, но бесполезной информации! Вот и в этот раз, на запрос о полном Статусе Секретности, который, согласно только что полученной от русских магов информации, обязательно должен присутствовать в Хогвартсе, вместо сорока шести толстых томов оригинала, я получил... тонкую министерскую брошюрку гарантированных любому магу Статусом Секретности обязанностей и запретов класса "не нужно нарушать, иначе будет очень больно". С подробным описанием, как именно плохо. От денежного штрафа и откровенного рабства (а как иначе можно расценивать фразу: "...в случае отсутствия материальных ценностей нарушитель будет обязан отработать нанесенный ущерб в том месте и в той форме, в которой ему будет назначено Министерством..."), до того самого пугающего всех магов до дрожи в коленках Поцелуя Дементора. И ни слова про права волшебника! Нет, понятное дело, что методичка писалась для нищего полукровного и магглорожденного быдла, но хоть пару строк про возможности чиркнуть можно было бы?


Но речь сейчас идет совсем не о том, какими именно хитрыми приемами Министерство держит магов в ежовых рукавицах, а о том, что кроме этой методички я никакой важной информации не получил. Нет, как это водится, когда Рейвенкло нужно сбить меня с пути, я получил уходящие в бесконечность стеллажи с копиями книг, где хоть раз упоминается словосочетание "Статус Секретности", но реальной информации не было! А какие из этого следуют выводы? А выводов из этого сделать можно много. И то, что меня водят за нос. И то, что кто-то в режиме реального времени анализирует мои запросы и осуществляет выдачу информации согласно неким критериям. И то, что аккуратно, "методом черного ящика" анализируя эти самые запретные темы, можно прикинуть, хотя бы ориентировочно, куда меня негласно направляют Основатели. Ну и последний вывод, что наш договор для призраков основателей - филькина грамота, которой даже жопу не подтереть из-за отсутствия материального носителя.


Теперь, после осознания всех вот этих вот основательных подстав от Основателей, остается только с ужасом думать: "где меня обманула Хельга Хаффлпафф?" И не был ли тогда, на втором курсе, "отказ печати" при обучении Обливиэйту таким вот эффектным набиванием цены или неким прозрачным намеком на... на что?


Короче, нужны ли еще другие доказательства тому, что считать Основателей обычными призраками просто глупо? Они, твари, живее всех живых, хоть и бестелесными прячутся от чужих глаз где-то в глубинах замка Хогвартс!" - с этими мыслями я бросил в воду целую горсть камушков, как будто подписывая приговор всем своим обманщикам.


"Вопрос в другом. Раз основатели реально живут, раз они не эн-пи-си из компьютерной игрушки (и как, как я мог повестись на разыгранное ими представление, не осознав лежащего на поверхности факта, что за прошедшие века все обиды и трения уже давным-давно должны были исчезнуть?!), значит далеко не так все просто, как кажется на первый взгляд, с выдаваемыми ими заданиями. Значит, они сильно и деятельно чего-то хотят. Что же такого серьезного они собираются добиться, который век подряд выдавая свои квесты Избранным? Кстати, по поводу избранности я ни капли не шучу. Вот не нужно даже на секунду позволить себе поверить в то, что я просто так попал к ним на, хм, собеседование. Чем-то я привлек их внимание. Уж не тем ли, что "демон"? Что же касается разговора, то абсолютно никаких иллюзий по поводу их ко мне "хорошего" отношения я и тогда, и, тем более, сейчас не питал. Впрочем, не было там и никакой злобы или ненависти, как, скорее всего, вообще каких-либо чувств, кроме, может быть, любопытства. Все реплики Основателей можно спокойно считать хорошо отрепетированной театральной сценкой. Времени для этого у них было больше, чем нужно. Века! За такой срок какой угодно сценарий можно разобрать, и подготовить представление с максимально эффектным и эффективным воздействием на выбранного школьника. И не только на школьника, как оказалось. М-да... Впрочем, в этой ситуации не все так уж и безнадежно. Хотели б от меня избавиться - убили бы еще тогда,в в сентябре девяносто первого. А раз не убили, раз "оказали честь", раз им по-настоящему нужно чтобы я что-то сделал, то и сдавать меня им не выгодно.


А ведь помимо Основателей и иудеев с прочими Гильдиями, есть еще Дамблдор и Темный Лорд, которые уже имеют на меня определенные виды. И их планы точно так же совершенно не учитывают моего желания или нежелания в них участвовать. Кто еще остался? Дэвисы? Надо бы выяснить, что им реально от меня надо, раз они пока не препятствуют развитию отношений с Трейси. Все же для богатой девочки лорд обедневшей, пусть и старой чистокровной семьи не самая лучшая партия. И одной только магической совместимости здесь мало. Или не мало? Надо будет попытать Эрни на тему магических браков...


Эх, как же неудачно! Не было бы заградотряда в виде обетов Основателям, уже давно отвалил бы к испанцам! Солнце, тепло, уважение... а некоторую сухость, связанную с убийством названного брата, можно было так или иначе избыть. Чертовы Основатели! Чертовы маги! Чертова Англия! Чертовы любители поиграть в большую политику чужими жизнями! Ненавижу! Как же я все это ненавижу!


Нет, если подойти к вопросу непредвзято, в большинстве моих проблем виноват никто иной как... я сам. Сам подписался на пару контрактов в Гильдии - денег захотел, хотя мне честно и настойчиво предлагали вместо этого лучше поучиться в их школе. Это, скорее всего, было ошибочным решением, но как же тяжко из взрослой самостоятельной тушки возвращаться в шкуру бесправного и нищего ребенка. Когда, блин, даже на конфеты денег нет! Жить так просто невозможно, а с безденежьем проще всего бороться заработком. Вот я и заработал, ага.


Сгубила меня неправильная оценка ситуации. Несоответствие моих запросов с моими возможностями. Полез не в свою весовую категорию и слишком рано. В лихие девяностые много таких борзых прикопали по лесам и помойкам. Кстати, сейчас как раз и прикапывают. Привык по прошлой жизни, что я далеко не один, что есть друзья и приятели, которые, если что, вступятся и прикроют, как и я их. А здесь я один. Совсем один! И недооценка этого факта - еще одна моя серьезная ошибка.


По-хорошему, нужно было пойти по пути (впрочем, и сейчас еще не совсем поздно, хотя бы в некоторой части) того же Тома Реддла. Поставить себя в школе. Собрать круг единомышленников, безусловно признающих меня своим лидером, медленно но неуклонно расти по политической или торговой линии, создать свой полюс силы. Потом дополнить эти достижения удачной женитьбой на искренне любящей меня девушке, завести детей... Да. Это - правильная, хотя долгая и извилистая, дорога. Только времени идти по ней у меня - не было и нет. На носу - война. До которой, кстати, еще нужно дожить. Поэтому приходилось и придется рисковать, пытаясь срезать "лишние километры" через непроходимую чащу, в которой вполне логично водятся "волки". От этого и все мои беды, как вполне честная цена за сэкономленное время. А провоцируют меня на это принятые не от хорошей жизни магические обеты Основателям, без ответной услуги которых не был бы я магом. А не будь я магом...


Это все хорошо, вот только в процессе "экономии времени за счет срезания углов через непролазную чащу" главное - вовремя остановиться. Пока все не стало совсем плохо, нужно сказать себе резкое волевое "хватит!" Пора строить нормальные планы и добиваться их выполнения, а не плыть по течению, в надежде, что удача вытянет. Все! Кончилась удача! Пришла пора, каленым железом следует выжигать у себя протагонистичный взгляд на мир. В конце концов, попадание в сказку и восторженный взгляд на магический мир - это прекрасно, но все хорошо в меру. И в данной ситуации это уже не оптимизм, а классической формы инфантилизм. Этот мир существует не для того, чтобы играть для меня фон и создавать на заднем плане массовку восторженных поклонников. Ему и им на меня вообще в лучшем случае абсолютно пофиг, а в худшем... Нет. Не об этом сейчас нужно думать, а о том, что и как делать, строить планы...


Планы-планы-планы... Их у меня целое море. И первым пунктом в них стоит: "выжить." Выжить как угодно и без вариантов. Во всяком случае, пока все три задания Основателей я не выполню, умирать мне нельзя. Это высший приоритет, для воплощения которого мне нужно: первое - стать сильным опытным магом-боевиком, чтобы иметь навык защитить хотя бы самого себя. Не вечно же за мной будет Крауч ходить и охранять? О защите других я пока, именно что пока, даже не мечтаю. Второе - умудриться не поссориться до открытия боевых действий ни с одной из сторон конфликта. Хоть это и кажется на первый взгляд невозможным, но есть же перед глазами пример Снейпа, который смог? Он, конечно, потом плохо кончил, но прожил гораздо дольше, чем должен был по логике событий. Причем, я специально оставляю себе весьма широкие рамки. Не хорошие отношения со всеми, а "не-война". Меня могут ненавидеть - мои будущие жертвы, могут презирать - школьники и их родители, мною могут помыкать - Лорд, Дамблдор, Министерство, Основатели... ну и пусть! Главное, не вмешиваться в горячую фазу конфликта. Или не оставлять следов. И свидетелей. Логан Крэбб, как я тебя теперь понимаю. Кстати, есть и отрицательный пример выживаемости - Каркаров. Много добился в карьере, заимел хорошие отношения с Дамблдором, не зря они так дружелюбно обнимались при встрече в Хогвартсе, денег, поди, поднял достаточно, но... отступничества Темный Лорд не прощает. Весьма показательный пример. Прям, "не вздумайте повторить это сами".


Ну и на закуску, надо наконец-то успокоиться и не лезть затычкой в каждую бочку! В Хогвартсе я уже поставил себя настолько четко и прочно, что можно и нужно немного притормозить. Ведь палку "вменяемый, справедливый, но беспощадный - не влезай, убью", если вовремя не остановиться, очень легко и невероятно приятно в процессе перегнуть в сторону "конченный, беспредельный отморозок". Лавры Беллочки меня абсолютно не прельщают. Наоборот, хотелось бы на ее и прочих смертожорцев фоне стать в будущем среди волдемортовской когорты этаким "добрым полицейским". Короче. Спокойствие, холодный прагматизм, осторожность, максимальная сосредоточенность на учебе и никаких приключений!.


Кстати, еще один важный нюанс. С процессом выживания не следует путать реальное примыкание к одной из сторон конфликта. Моя серьезнейшая ошибка до этого была в том, что я, помня канон, ошибочно поставил перед собой выбор: "На какой стороне мне быть? На как бы светлой - Дамблдора, или на, как оказалось, без всяких преувеличений очень черной - Темного Лорда?" А мне не нужно этого делать! Забыть вообще о таких мыслях и помнить, что есть только одна сторона, на которой я должен быть в этом чужом и чуждом мне мире. Мне нужно быть на своей, и только на своей, бля, стороне! Потому, что любая другая сторона для меня - априори чужая, роль в которой у меня даже не пешки, а мелкой разменной монеты! А я этого не хочу и так не будет!


Второй пункт. Все мои усилия должны быть направлены на то, чтобы выполнить задания основателей и обрести свободу. В частности, сюда идет подтягивание навыка некромантии, насколько бы ни были мне эти занятия омерзительны, до такого уровня, чтобы его хватило на выполнение полученного от иудейского лича ритуала подъема нежити.


Третий пункт. Временные и постоянные союзники. Пора обрастать связями. Пожив здесь, я проникся осознанием того, что нет в Магической Британии хорошей или плохой стороны. Все хорошие, и все хороши. И Дамблдор, флагман голоногих прогрессистов, и консерватор-Волдеморт, которого поддерживают старые и богатейшие семьи, и, наверное, Министерство, как я понимаю, выразитель чаяний пресловутого "среднего класса" магов, тянут одеяло на себя и только на себя, а также, в меньшей степени, на тех, кто поддерживает именно их фракцию. Причем, как показывает история канона, Министерство, как склонное к разумному сохранению существующего строя и эволюционного, а не революционного развития, вполне открыто для предложений о вступлении в политические альянсы. Причем, как с "вигами"-дамблдорцами, до начала второй смуты, так и с "тори"-волдемортцами после. Хм, интересно, а можно представить себе такую гипотетическую ситуацию, когда и Орден Феникса, и Упивающиеся Смертью стали бы по одну сторону баррикад в гражданской войне? Наверное, такое могло бы произойти только в случае очень серьезной внешней угрозы. Или внутренней, если бы, к примеру, существовало сильное Министерство, которое безжалостно спустило бы на смутьянов всех собак, не глядя на их декларируемую политическую платформу, то есть, если бы Министром Магии в свое время стал кто-то вроде Крауча.


Короче говоря, временным союзником мне может стать кто угодно, что невероятно упрощает мне маневры на политическом поле Магической Британии. И я не паду в процессе исполнения своих планов до уровня бескомпромиссных в своей максималистичной ереси Уизли: "они были в прошлом Упивающимися" или Малфоя: "грязнокровное отродье". Некий процент идиотов, видящих мир в черно-белых тонах в каждом обществе, конечно же, в обязательном порядке присутствует, но сильно зависит от среднего возраста населения. Чем люди старше - тем он меньше.


Теперь о постоянных союзниках. Как легко следует из концепции постоянных интересов, самые надежные и долговременные союзники - это те, у кого их постоянные интересы совпадают с твоими. А вот с этим совсем плохо. Ни один человек сейчас не имеет одинаковых со мной интересов, ибо задания основателя есть только у меня. Ну, может быть, еще и у Темного Лорда. Поэтому, вечных союзников у меня быть не может в принципе. А друзей или вассалов? С ними тоже все не так просто, хотя такие кандидатуры есть. Увы. Будь я милой, красивой девочкой-блондинкой с пятой грудью, большим приданым и веселым характером, паладином света из древнего, богатого и уважаемого рода, да или просто "веселым добрым малым", быть может, кандидатов было больше и с ними можно было строить общение и подчинение на основе любви и дружбы. И даже в итоге - успешно построить. А так как я не попадаю ни в какую из этих категорий, то ни на что, кроме как на... разумный эгоизм в отношениях я опираться не могу.


Нет, разумный эгоизм как фундамент зарождающихся политических союзов, на то и разумный, что не препятствует ни дальнейшей дружбе, ни просто хорошим отношениям. Наоборот вот - бывает, и часто. А раз так, то что же я могу предложить тем, кого я наметил в свою команду? Что послужит оплатой за их верность и подчинения моим приказам? А вот это сильно зависит от каждой конкретной личности претендента. Кто же они?


На сегодняшний момент в список проверенных потенциальных кандидатов пока что я могу записать всего лишь четверых магов. Это двое полукровок-хаффлпаффцев: Захария Смит и Уэйн Хопкинс, которые и так уже не раз мне намекали, что готовы поработать совместно под моей командой над каким-нибудь выгодным дельцем. И если я покажу себя достаточно удачливым предводителем, потенциально были согласны даже на вассальную клятву. Нормальную вассальную клятву, где сюзерен имеет помимо прав еще и обязанности. Для магглорожденных и полукровок из слабых семей - весьма неплохой вариант. И если Смит, у которого один родитель был чистокровным, пытался выгадать условия получше, то Хопкинс, у которого отец сам был магглорожденным, был готов на любые более-менее вменяемые условия.


Сложнее с другой двойкой: чистокровным и богатым Эрнстом МакМилланом и магглорожденным и очень богатым Джастином Финч-Флетчли. Вот им я, на первый взгляд, предложить ничего такого интересного не могу. Они сами кому хочешь и чего хочешь предложат, с их-то семейными возможностями. Правда... Есть одна неслабая такая зацепка. Безопасность. Жизнь. Жизнь я могу предложить им! Единственное, чем я могу их зацепить - обеспечить защиту от Темного Лорда! Да, за это, конечно, и мне, да и им тоже, придется хорошо отработать, но... Все же лучше подтвержденное Лордом разрешение на существование, чем жизнь в постоянном напряжении и ежесекундном ожидании стука в дверь добрых и отзывчивых ребят в белых масках с анимированной татуировкой черепа и змеи на левом предплечье. Главное только обставить все таким образом, чтобы и самому метку не заполучить, и парней под нее не подставить. С вербовкой молодого мяса вполне справится тот же Малфой. Старший, естественно. А то, что Лорд не любит нечистокровных... Что ж - тем дороже оценят мои будущие вассалы эту услугу.


Разговаривая о возможных союзниках, не следует забывать о самом древнем способе объединения. На крови. В случае, если требования Дэвисов не будут чрезмерными, то любящая невеста с богатым приданым окажется мне далеко не лишней. Так что вполне можно потихоньку подпускать Трейси поближе к себе, правда, не позволяя ситуации заходить совсем уж далеко. Мне еще прямо сейчас, перед началом основных трагических событий канона, не хватало беременной жены на шее. Ведь это такая легкая и удобная точка давления, пренебрегать которой никто себе не позволит. Ведь независимо от того, буду ли я безумно любить Трейси в качестве своей жены, или это будет с моей стороны простой брак по расчету, но преданность данному слову не позволит мне не ответить даже на намек, и уж тем более на воплощенные угрозы.


Кстати о мисс Дэвис. Именно с нее, учитывая ее истовую любовную преданность мне, пожалуй, и следует начать сбор команды "своих". Благо приближающийся Святочный Бал предоставит для этого просто море отличных возможностей!


Глава опубликована: 14.12.2016

Интерлюдия 14


- Он догадался, - спокойно заметил женский голос.


- Ну да. Не прошло и четырех лет, - с легким презрением сказал мужской. - Даже мой прозрачный дальше некуда намек и то до него доходил почти три года.


- Маггл, что с него взять, - согласился еще один мужской голос.


- Странный он. Где-то умный, а где-то "sapog-sapogom", так вроде это звучит на его языке? Странно, почему именно так они говорят... - еще один женский голос больше интересовала семантика чужого языка, чем действие очередного Избранного.


- "Valenok-valenkom" Уж ты-то могла бы и выучить...


- Я не хочу об этом говорить! И ты могла бы сдерживать свое обещание и не...


- Некоторые не догадывались вообще, - быстро погасил начинающуюся ссору второй мужской голос.


- Тупость здесь на такой уж великий недостаток. А то некоторых особо догадливых приходилось устранять... - задумчиво добавил первый.


- Да уж, помню одного такого. Идея разрушить Хогвартс и таким образом избавиться от долгов нам не лишена красоты и размаха, - с легким оттенком восторга сказал первый.


- Но лишена простейшей логики! Обеты держится не на нас, а на Магии...


- Хватит. Достаточно ли нам того, что он умный - догадался, а также мудрый и осторожный - промолчал о своей догадке? Убираем этого и выбираем другого, продолжаем действовать, как было задумано, или форсируем события?


- Я против форсирования событий! Как и против того, чтобы выбрасывать еще пригодный к использованию инструмент, причем до сих пор еще так и не отработавший свою стоимость! Глупейшее расточительство! - возмутился женский голос.


- Также следует учесть, что он хорошо предсказуемый и легко управляемый. В отличии от прошлого, твоей креатуры...


- Это только пока!


- Но даже "пока еще" лучше, чем "совсем не"!


- Хватит спорить! У нас еще есть время, поэтому я тоже против резких изменений плана. Тем более деваться ему некуда.


- Да. У нас есть еще время... пока, - с отчетливым намеком сказал женский голос.


- Да. Пока все еще есть.


- Хорошо. Сказано и услышано. Да будет так.


Глава опубликована: 18.12.2016

## Глава 31. Подготовка к празднику


Приключения Святочного Бала у меня начались задолго до его официального открытия и приняли совершенно неожиданный для меня вид: извечного... женского вопроса: "Что надеть?" В памяти у Винсента на эту тему ничего полезного не оказалось, так что пришлось идти за советом к своим чистокровно-рожденным приятелям.


Как внезапно оказалось, вопрос был не таким уж и простым. Поначалу, мне хотелось отделаться стандартной мантией, из которых я опять, черт побери, стал постепенно вырастать, но девчонки и парни постарше, подняли меня на смех. Видя мое непонимание, сведущие в правилах приличия хаффлпаффцы сжалились и объяснили мальчику, которого слишком часто и больно в последнее время били магией по голове, что к чему в этой жизни.


А дело в том, что, в таком жестко формализованном сообществе, как британское магическое, каждому месту или событию была строго регламентирована соответствующая форма одежды. Для улицы - одна, для хорошей школы - другая, для торжественного приема - третья. Не всегда форма была красива (чего стоят дурацкие остроконечные колпаки магов стиля "Я - Распределяющая Шляпа"), не всегда, она выполняла свои функции с максимально возможной эффективностью (как и положено нормальному учебному заведению, в Хогвартсе присутствовала форменная одежда, причем, в отличие от "замшелых континентальных" - мантии были унисекс), но правила есть правила. Однако стандартная форменная школьная мантия, играющая более-менее успешно роль универсальной одежды, совмещая ее с легкими защитными функциями, не годилась для торжественного приема от слова вообще, даже если ты обычный школьник. А если уж тебя угораздило быть лордом...


Для праздничного приема приличной одеждой являлись: классический официальный костюм - для мужчин, и такое же классическое вечернее платье - для дам. Причем, самое смешное, костюм, как и платье, должны быть официальными, но стиль этой официальщины мог быть... любым! Абсолютно! Даже явись в костюме русалки или русала, то есть с ракушкой на шее и помахивая у всех на виду "хвостом", это тоже с формальной точки зрения сошло бы за официальное облачение. В том случае, конечно, я бы смог доказать наличие официального звания у подводных жителей жителям наземным. Ясно дело, это я утрирую, тот же Эрни предупредил, что эпатировать публику следует в меру, если не хочешь бросить тень клоуна сразу на несколько последующих своих поколений, но факт остается фактом: каждый приглашенный на бал должен иметь соответствующий костюм. Таким образом, даже последний нищебород-Уизли в своем страшном малиновом сюртуке-мантии, купленном хозяйственной Молли скорее всего у местного старьевщика по стоимости вывоза мусора... то есть, товара, и то смотрелся с точки зрения классических традиций гораздо лучше, чем моя самая новая и дорогая мантия. Более того, его старомодный сюртук можно вполне было посчитать тонкой издевкой над всеми окружающими! "Вот, смотрите, насколько наш род древен, аристократы-скороспелки!" Среди высшего света, как рассказывал Эрни, такие тонкие подначки весьма часты. И то, что младший Уизли ничего не понял, или просто не смог привести старый костюм в порядок и правильно его носить, личная беда Рона и только Рона. Думаю, манер и воспитания того же Драко хватило бы на то, чтобы надежно дать понять окружающим: это не он одет странно, а все вокруг потакают современной маггловской моде. Но на то это и Малфой...


Как бы там ни было с Уизли, да и с Малфоем по большому счету тоже, но мне нужен был серьезный, взрослый прикид. Причем не только и не столько для Святочного Бала, сколько для Министрерского приема, на который я уже получил официальное приглашение. И от которого, как известно было из записок Крэбба, отказаться можно было только в случае отправки в Азкабан или перехода в разряд рабочего материала мага-некроманта.


- Раньше, - объяснял сосредоточенно внимающим его словам одноклассникам Эрни МакМиллан, - при вступлении в лордское достоинство давался торжественный бал. Обязательно. Первый Бал нового лорда отличался от весьма камерного Представления Наследника тем, что на это событие рассылали приглашения всем, кому только можно, а не только родственникам и преданнейшим вассалам. Вплоть до врагов-кровников. Это показывало силу и мощь рода, который никого не боится. Если же лорд, - кивок в мою сторону, - по каким-либо причинам, денежным ли, политическим или еще каким, решал такого широкого приема не давать, то формальное Представление Лорда осуществлялось на первом по счету чужом приеме, который он посещал. Тонкости и обязательства перед Представителем я потом объясню, сейчас же скажу только то, что Министерство и Министр в качестве оного... неоднозначно. Однако, выбора у тебя все равно нет, ибо провести прием, я имею в виду правильно провести, то есть с рассылкой приглашений не позже чем за месяц до начала, ты все равно при всем своем желании не успеешь. Поэтому, ты обязан иметь соответствующий костюм. Соответствующий тому, в каком амплуа ты хочешь предстать перед своими будущими коллегами по Палате Лордов и что невербально, но от этого не менее официально, высказать своим нарядом другим лордам и представителям гильдий.


- И что мне делать? - спросил я.


- Идти одевшись... правильно, - ответил Эрни. - Если хочешь показать себя министерской служкой, то одень простую мантию. Прогрессисты обычно одеваются в современные маггловские костюмы, нейтралы - в традиционные, консерваторы - в древнего фасона костюмы родовых форм и расцветок. Очень древнего фасона костюмы. Вот и выбирай, исходя из того, что ты хочешь им всем сказать.


- Понятно, - действительно, мне все было ясно. Трат не избежать.И аналогия с военной формой оказалась очень удачной. Всем сразу видно кто есть кто. Кто генерал, а кто - мичман, то есть гораздо ниже в звании и вообще совсем другой род войск. Если бы еще на балу каждый участник "соблюдал конвенции" и не носил "чужую", то вообще было бы все прекрасно. А так, придется сильно напрячь мозг и придавить жабу. - И где мне достать эту самую фор... э-э-э, то есть, одежду?


- Опять же, смотря какую. Маггловскую - в маггловском Лондоне. Консерваторы закупаются в ателье, а ревнители традиций - обшивают себя сами...


- Эх! Хотел бы я хоть краем глаза взглянуть на то, как за старинной швейной машинкой сидит Люциус Малфой! - помечтал Уэйн Хопкинс.


- Какая машина, ты о чем? - непритворно удивился МакМиллан. - Все делается только вручную, зачарованными иголками и желательно из сотканного женщинами рода полотна из сплетенных ими же ниток!


- Бред? - осторожно и с вопросительной интонацией произнес Джастин.


- Нет, не такой уж и бред, - взял слово Захария Смит. - Мне мама объясняла, что в древности доверить чужому выделку носимой на себе одежды означает откровенное приглашение запродаться в рабство! Случайно неправильно вышитый оберег на женской рубашке мог привести к серьезным проблемам, например - к пропаданию молока у кормилицы, а неслучайно - к чему угодно начиная от долгой, неприятной болезни и заканчивая бесплодием и истощением Рода!...


Я глубоко вздохнул. Понимая, что дело серьезное, в итоге я смирился с фактом, что впереди меня ожидают серьезные траты на всякую ерунду. Ну, вот честно, не понимал я обязаловки со статусными предметами. Слишком глупо это получается, что деньги приходится тратить ради того, чтобы показать другим, что они у тебя есть! Бред! Но против течения идти глупо, так что меня ждала Косая Аллея.


Как ни старалась мадам Малкин, но в предновогоднем ажиотаже ничего мне подобрать не смогла. Да и не до этого ей было, покупатели шли нескончаемым потоком и ей было банально не до меня. Зато магазин "Твилфитт и Таттинг" встретил меня отсутствием толчеи "Мантий на все случаи", выдержанным в темных тонах оформлением и двумя очень непохожими друг на друга магами.


- Таттинг третий, - коротко поклонился первый, - Лорд Крэбб.


- Твилфитт третий, - кивнул второй. - Рады видеть вас в нашем ателье.


- Чем мы можем вам помочь?


- Костюм?


- Мантию?


- Или что более роскошное?


Несмотря на то, что худая желчная жердь - Таттинг и толстый жизнерадостный колобок - Твилфитт, были абсолютно внешне друг на друга непохожи и даже могли бы сойти в качестве абстрактного примера максимально антагонистичной пары, мне казалось, что я опять общаюсь с Близнецами. Взаимопонимание, в хорошем смысле слова, магических Кутюрье просто поражало. Даже завидно стало на минутку, что у меня нет такого вот друга или брата, который бы понимал меня так же хорошо, как и я сам себя.


- Здравствуйте, - кивнул я в ответ. - Я не знаю что именно мне нужно, поэтому, что вы можете предложить? - спросил я.


- Все. - дружно ответили оба портных.


- Есть хорошие маггловские костюмы с Севил Роу, хотя.


- Это вам все равно ничего не говорит.


- Но это очень хорошие костюмы.


- Пусть и маггловские.


- Поверьте мнению профессионалов.


- Хм, вы общаетесь с магглами? - удивился я. Для обшивающих чистокровных аристократов портных это было весьма неожиданно.


- Это не так важно.


- Нам безразличны.


- Статусы крови.


- Мы открыты к предложениям каждого мага.


- Наша цель, чтобы купивший у нас одежду был видим всеми вокруг как стильно и дорого одетый.


- Или одетая.


- Мужчина.


- Женщина.


- Понятно. Маггловские костюмы - может быть позже, - задумчиво ответил я, вспоминая рекомендации Эрни.


- Есть мантии.


- Наш оригинальный и очень удобный крой. Ткань с нитками из шерсти любых животных.


- Или с вплетением частей практически любого магической твари.


- Хотите отделку шкурой мантикоры или мехом оборотня?


- К такой очень хорошо подойдут сапоги из кожи василиска.


- Или вас интересует что-то похожее на классический доспех из чешуи дракона?


- У нас хорошие связи с заповедниками и можем достать практически любую расцветку.


- Будет одновременно и костюм, и неплохая броня.


- Маги, ведущие хм... активный образ жизни, очень такие любят.


- Какие у вас предпочтения?


- Хм. Мантии и доспехи тоже пока оставим. Знаете, наверное, я не прав. Надо было сразу вам сказать. У меня впереди школьный бал и новогодний прием в Министерстве. И туда, и туда мне нужна парадная... одежда. Чтобы соответствовала, и чтобы все и все видели. Желательно, одна и та же, чтобы не переплачивать. Вы, наверное, гораздо лучше меня знаете, как мои запросы выразить в костюме. Я готов выслушать ваши предложения.


- Отлично!


- Мы так любим праздники!


- Ведь на них люди одеваются красиво и стильно.


- Ну, или думают, что это так.


- Но еще никто и никогда не жаловался на то, что приобрел у нас.


- Итак, в каком стиле вы хотите одежду?


- Если вы понимаете, о чем мы вас спрашиваем?


- Да. Хорошо понимаю. Давайте - в стиле "классический чистокровный, но не фанатик, еще окончательно не определившийся со своей политической позицией".


- Хм... - оба магических портных задумчиво переглянулись.


- И я потребую клятву, что до моего первого появления на публике стиль моего костюма оказался тайной от всех.


- Ах.


- Это нормально.


- Мы регулярно даем такие клятвы.


- Женщины такие загадочные существа.


- Всегда от нас требуют того же самого, чтобы лучшие подруги не узнали раньше времени.


- Вот только, если это лучшие подруги, то почему им нельзя ничего рассказывать?


- А некоторые, представляете, требуют, чтобы стиль оставался тайной от всех тайной и... после приема!


- Непостижимые существа.


- Тогда? - поторопил я своих собеседников.


- Хорошо.


- Мы поняли ваши потребности.


- Но прежде чем начать, хотелось бы узнать, на какой следует рассчитывать хм...


- Бюджет.


Я мысленно поморщился. Мантии у Малкин стоили до пятидесяти галеонов за самые дорогие. Соответственно, вспоминая пропорции прошлого мира, здесь цены должны быть не меньше чем в десять раз больше. То есть, более-менее приблизительно такие:


- Триста галеонов, - и видя как обиженно вытягиваются лица магов, я тут же удвоил сумму. - За каждый костюм, - маги чуть успокоились, не все равно довольными не выглядели.


- В принципе, раз ничего особенного вы не желаете, то два стандартных в стиле "Первый Министр Магии" камзола мы можем вам пошить за пару дней.


- А нельзя ли обойтись одним?


- Увы.


- Никак не можно.


- Раз уж вы выбрали стиль, "чистокровный аристократ", то следует помнить, что.


- На каждом серьезно официальном приеме-представлении вы должны быть в новом костюме.


"Опять меня разводят на деньги!"


- Потом, конечно, его можно можно носить.


- В повседневной жизни.


"Ну хоть что-то! А я уж подумал, что после приема нужно использованный костюм ритуально сжечь!"


- Естественно, рубашка, туфли и галстук.


- И все прочее.


- В сумму "триста галеонов" не включены.


- Но у нас все это есть.


"Нихуя себе у них цены! За, кусок тряпки дерут, как за защитный артефакт средней силы! Понятно, почему у них нет очереди! Не! Такой шик мне не по карману!"


- Знаете, это как-то слишком как-то хм... небюджетно получается. Если учесть еще и все положенные аксессуары, вроде ботинок и галстука, то тратить по пятьсот...


- Шестьсот.


- Тем более, по шестьсот галеонов на редко одеваемую одежду мне, честно говоря, не по карману.


- Но зато этот костюм вы сможете носить всю жизнь!


- Мы гарантируем вам, как и всем своим остальным покупателя, регулярный перешив!


- Ведь вы пока еще растете.


- Да и защитные свойства ткани с вплетенным волосом единорога просто изумительны.


- Но все равно это очень дорого. Неужели нет никакого другого варианта? - поинтересовался я.


Оба модельера переглянулись и задумались.


- Есть другой вариант.


- Но он хуже.


- Да. Немного подешевле, в сумме.


- Но гораздо хуже, - впервые разошлись во мнениях кутюрье.


- Может, вы мне его озвучите?


- Хорошо.


- История эта уже далеко не новая.


- Начала этого века, если быть более точным.


- Видите ли, ничто не стоит на месте.


- В том числе, и портняжное дело.


- И артефакторика.


- Вот на стыке этих двух дисциплин, некими магами не так давно.


- Невыразимцами.


- И была осуществлена попытка разработать хм... омникостюм с определенными свойствами.


- Универсальную броню, способную к мгновенной трансформации своих свойств и внешнего вида, защищающую одновременно как от магии, так и от маггловского вооружения.


- Может быть, мистер Твилфитт, вы дадите мне возможность рассказать спокойно, не перебивая? Молодой лорд не успевает за твоим полетом мысли.


- Нет-нет, продолжайте, - сразу же открестился я от обвинения в тупости. - Мне все понятно и очень даже интересно.


Как бы там ни было, но Таттинг продолжил свое объяснение уже без реплик своего приятеля, лишив меня своим возмущением источника ценнейшей информации.


- Идея была хороша, но, к сожалению, реализовать ее так и не удалось. По одиночке любого из требуемых Министерству свойств одежды достичь было можно, но совместить уже хотя бы больше двух в едином артефакте - нет. В итоге, исследования были заброшены, но кое-какие полученные результаты оказалось можно применить и в обычной жизни. Легче и удобнее всего оказалось использовать трансфигурацию верхнего покрова, совмещенную с иллюзией...


- Мистер Таттинг, не все здесь присутствующие заканчивали Рейвенкло, поэтому не нужно разводить тут так любимую вами, воронами, заумь. Нам же, хаффлпаффцам, больше интересна практическая сторона вопроса. Говоря кратко и понятно - такая одежда-артефакт имеет возможность быстро изменять свой внешний вид.


- Но я так и говорю!


- Нет. Не так. Ты...


- Стоп-стоп-стоп, - в зародыше задавил я опять начинающуюся перепалку. - Поправьте меня, если я не прав. То есть этот артефакт, изготовленный в форме одежды, имеет возможность менять свою форму так, чтобы выглядеть как любая, даже самая дорогая одежда?


- Да.


- Что для этого требуется от пользователя? Какие-то особые знания?


- Нет, ничего особенного, - опять включился в разговор Твилфитт.


- Обычных знаний взрослого лорда, - Таттинг с намеком слегка поклонился в мою сторону, - будет достаточно.


- Начальные знания окклюменции.


- Капля крови.


- Простая вербальная и жестовая форма для волшебной палочки.


- Заклинания закрепления внешнего вида костюма.


- И хорошее воображение.


- Дисциплинированное воображение.


- Лучше предварительно потренироваться.


- Пред парой зеркал.


- В одиночку.


- И не менять форму у всех на виду, на всякий случай.


- Правда в нетрансфигурированном виде артефакт выглядит как обычная темная мантия.


- Так что даже в самом худшем случае ничего страшного или неприличного не произойдет.


"Просто супер! Это же... слов просто нет! Как хочешь, так и выгляди! Стоп. Но почему тогда все еще существует магазин мадам Малкин и эти двое одевающих мажоров кровопийцы? Такой товар должен просто напрочь убить рынок одежды. Но он все еще процветает, а, значит, я чего-то не знаю. Не может быть все настолько прекрасно," - подумал я и задал уточняющий вопрос.


- И в чем тут недостатки? Их не может не быть.


- Недостатки.


- Есть.


- К сожалению.


- И серьезные.


- Во-первых, ему еще нет сотни лет, поэтому негласно считается не слишком приличным для лорда-традиционалиста.


- И как со стороны я буду в нем выглядеть с этой точки зрения? - спросил я.


- Ну... Чистокровный, одиночка, не принадлежащий к партии прогрессистов, склоняющийся к службе в Министерстве, но и там не согласный пойти под чужую руку, потому, что имеет собственное мнение.


- Хм, - подумал я. - Меня это устраивает.


- Во-вторых, для правильной его работы обязательно требуется привязка к владельцу, для которой используется не рекомендуемая Министерством Магия Крови. А лицензия на такие действия стоит... много.


- В-третьих, из-за частой трансфигурации идет быстрый износ материала и после исчерпания ресурса, починить такой костюм, как и любой другой артефакт, нельзя.


- Только выкинуть.


- Угу. Остатки даже на тряпки не пойдут.


- В-четвертых, защитные свойства костюма - мизерны. Ничем не лучше обычной, не зачарованной ткани.


- Я бы в таком даже зелье сна без сновидений не стал варить.


- А в связи с тем, что артефакт предназначен для непрерывной временной трансфигурации.


- Он является исключением из правил о невозможности вторичной трансфигурации.


- И поэтому в случае чего и от обычной не защитит.


Я еще раз задумался. Для школьного бала - может быть и опасно, но для министерского, где любое нападение чревато либо Азкабаном, либо дуэлью, вряд ли мои недоброжелатели решат меня выставить в голом виде у всех на виду.


- В-пятых, артефакт, пока надет на мага, весьма ощутимо тянет из него магические силы, поэтому слабым магам его использовать строго противопоказано.


- И это только самые серьезные причины, почему артефакторы до сих пор еще не разорили ни нас, ни этих ремесленников от искусства творения носимой на себе красоты.


"Пафос! Сколько пафоса! Ну и, конечно, сам себе цену не набьешь, никто не... Кстати! А что там с ценой вопроса?"


- И сколько же стоит такой артефакт?


- Только сегодня.


- Только для вас.


- В качестве подарка на эмансипацию от магазина "Твилфитт и Таттинг".


- И в надежде на долгие года будущего сотрудничества.


- Семьсот галеонов.


- Г-хм, - подавился я воздухом и застрявшим на языке матерным словом.


- Обувь в комплект не входит!


- Зато никаких примерок.


- И прямо сейчас.


- Берете? - дружным хором спросили меня оба мага.


"Пиздец! - подумал я, доставая кошелек. - Носить на себе тряпку ценой в хорошую квартиру, это что-то с чем-то! Лучше бы я был простым магглорожденным! Чертовы понты!"


Глава опубликована: 19.12.2016

## Глава 32. Святочный бал


C одеждой все равно оказалось все не так просто. Купленный костюм-трансформер, конечно, закрыл серьезную брешь отсутствия у меня в гардеробе официальных нарядов, правда, одновременно с этим пробив ничуть не меньшую - в финансах, однако им еще нужно было научиться правильно пользоваться.


Здесь надо отдать должное "двум Т". Волшебная мантия шла в комплекте с маленьким блокнотиком, увеличив который простейшим заклинанием Энгоргио, я получил на руки достаточно толстое "руководство по эксплуатации". Судя по всему оба магических кутюрье были изрядно прогрессивны для того, чтобы достаточно плотно работать с магглами. Ничем другим тот факт, что по внятности и понятности описание мантии больше походило на методичку, чем на пространные и переусложненные книги по магии, я объяснить не могу. Отлично структурированный и понятный мануал.


Следующей неожиданностью оказалось, что мало иметь идеи, как одеться стильно и красиво. Нужно еще организовать этих самых, не до конца оформившихся в мыслях образов, достойное материальное воплощение. А вот с этим была беда. Совсем беда.


Мои творческие изыскания обеспечили соседям по спальне много часов здорового хохота, пока я окончательно не осознал, что работа модельера далеко не так проста, как кажется на первый взгляд. Задача дополнительно усложнялась тем фактом, что официально приглашенная Трейси Дэвис уже имела заблаговременно пошитое специально для святочного бала богатое платье. И мне теперь нужно было обязательно одеться так, чтобы наши наряды не смотрелись диссонансом, иначе Трейси закопает меня прямо перед порогом Большого Зала. Пришлось просить у нее либо колдографию, либо флакончик с воспоминаниями. Правда, Трейси тут же предложила мне встретиться как-нибудь вечером в пустой непосещаемой аудитории и показать платье в (или скорее, на?) натуре, но я поскорее вежливо отказался. Слишком уж жарким тоном было высказано это предложение, так что я от греха поберегся и ограничился воспоминаниями.


Так или иначе, но, расписавшись в полном отсутствии у себя дизайнерских и портновских талантов, пришлось заняться плагиатом. Я пошел в гостиную, отогнал от омута памяти пару первоклассников, вытащил из памяти воспоминания о лорде Малфое, Локхарте (у которого умение одеваться со вкусом смог отнять только Обливиэйт или что там с ним случилось в конце второго курса) и виденных в витрине магазина "Твилфитт и Таттинг" манекенах. В итоге на основе именно этих воспоминаний я и создал свой парадный костюм, который представлял собой некую компиляцию разновременных стилей мужской одежды. Получилось следующее.


Верх - черный, слегка приталенный, длинный до колен то ли плащ, то ли камзол, то ли весьма вытянувший полами редингот. Даже оказавшийся весьма подкованным в классической моде Джастин Финч-Флетчли не смог точно опознать то, что у меня в итоге получилось. Снизу были брюки, тоже черные, длинные до самых туфель на ногах, сверху - белейшая рубашка и короткий, не выше пояса, темно-зеленый жилет. В качестве галстука я решил использовать шейный бант из длинной темно-зеленой шелковой ленты. Некоторое количество кружев, которые, как это ни парадоксально, очень подходили к стилю, были тоже абсолютно черными. Ирония судьбы. Мой костюм, для человека, обладающего возможностью смотреть и видеть соответственно, оказался в чем-то очень похож мотивами по стилю на одетый... жуткий ужас Рона Уизли.


Не мог я оставить без внимания и намек на возможность диверсии посредством трансфигурации. Конечно, это была бы дешевая и глупая шутка, да и не особо неожиданная. Ведь опозорить, прилюдно раздев, можно любого, вне зависимости от того, надета ли на волшебнике (или волшебнице) артефактная мантия или совершенно обычная. Понятно, что это отличный способ заиметь лютого врага на всю жизнь, для примера можно взять хотя бы того же Снейпа и его любимых Мародеров. К сожалению, есть у меня здесь в Хогвартсе некоторое количество недоброжелателей, абсолютно не дружащих со своими рыжими головами.


В тестировании мне помог никто иной как одаренный в трансфигурации и сильно заинтересовавшийся мантией-артефактом Седрик Диггори. А кого еще было звать? Не Макгонагалл или Дамблдора же мне привлекать к испытанию мантий?


В результате испытаний получилось вот что. Если зафиксированный мной с помощью магии образ пытался кто-то изменить, то в районе солнечного сплетения, именно там находилась смазанная во время ритуала привязки несколькими каплями моей крови точка, ощущалось сильное жжение. И чем ближе был момент смены формы, тем сильнее становилось жжение. Когда порог сопротивления оказывался пройден, то артефакт... возвращался в свою естественную форму - мантию. И уже после этого мантию можно было преображать во что-то другое. Короче говоря, совершенно неопасно, но на всякий случай белье и майку я под волшебную мантию пододел настоящие.


Бал поразил меня прежде всего тем, что внезапно куда-то подевались все страшилы и серые мышки. Не в смысле - на бал не пришли, а просто невероятно преобразились. Конечно, пример Грейнджер был наиболее показателен, но только из-за того, что до этого она на свою внешность неслабо так подзабивала, а теперь, внезапно, взялась за ум. Вот что делает с девушкой мужское внимание, а также желание быть красивой и желанной! Но не только Гермиона, остальные девчонки тоже прибавили пару баллов по шкале привлекательности: бывшие милашками стали красавицами, некрасивые - стали милашками, а писанные красавицы теперь просто повергали парней в прах!


Одной из таких стала мадам Максим. Когда я только увидел ее на балу, в роскошном бордовом платье с просто глубочайшим декольте и почти до пояса разрезом на юбке, то на мгновение сбился с шага. Глядя на эту внушительную роскошь меня посетило резкое желание стать на пару ночек Хагридом. Полувейла Флер рядом со своей мадам-директором смотрелась как воробушек рядом с жар-птицей... Только неслабый, очень даже злой такой, ревнивый щипок моей руки Трейси вернул меня из розовых мечтаний в состояние полной сосредоточенности только на своей партнерше.


Кстати о мисс Дэвис. Сегодня она, как и остальные девчонки, была чудо как хороша. Трейси была одета в роскошное белое платье со вставками темно-зеленого и серебристого, что вполне сочеталось по стилю с придуманным мной костюмом. Ее темно-каштановые волосы были подкрашены в более яркий, алый оттенок, который неожиданно хорошо гармонировал с платьем, и убраны в высокую сложную прическу, оставляя на виду изящную шею и плечи. На руках были надеты длинные, до локтя, белые перчатки, подчеркивающие изящество ее фигурки. Из-под целомудренного, предельно длинного, до самого пола, подола платья иногда в движении мелькали аккуратные белые туфельки с блестками. На лице девушки - профессиональный макияж, а на шее и пальцах - некоторое количество неброских, но изящных украшений весьма и весьма тонкой работы. Девочка-мечта да и только!


Как и в каноне святочный бал начался с феерического позорища Мальчика-который-выжил-но-так-и-не-научился-танцевать. Так и хотелось спросить профессора Макгонагалл: "За что же вы его так, а?" Сообщить парню о том, что именно ему предстоит практически за пару минут до непосредственного выхода на сцену - это жестоко. Или это такая форма заботы: "чтобы мальчик не волновался"? М-да...


Конечно, это не делает чести и самому Поттеру. Не расспросить все о правах и обязанностях чемпиона - редкая дурость. Впрочем, здесь я, наверное, все же не прав. Не следует требовать от пятнадцатилетнего пацана, выросшего зашуганным в чулане под лестницей, опыта и реакций взрослого, потертого жизнью человека. Да и, если честно, не мне за необразованность ругать Поттера.


Отработав обязательную программу, чемпионы расселись (некоторые с огромным облегчением) по своим местам за столиком чемпионов, а свободный от мебели центр Большого зала тут же заняли самые нетерпеливые любители покружиться в танце. Среди них оказалась и моя со слизеринкой парочка.


Трейси танцевала достаточно неплохо для своего возраста, правильно воспитанная аристократка, что тут скажешь. Но делала она это настолько напряженно и скованно, что хотелось либо влить в нее стакан смешанного с водкой шампанского, либо поскорей поставить этот деревянный предмет мебели куда-нибудь в уголок, пока он не поломался или не придавил кого-нибудь. Вот только сделать первое из-за отсутствия водки невозможно, а сделать второе - здесь и сейчас нажить себе в лице Девис лютого врага на всю жизнь. Такого оскорбления закономерно не простит ни одна женщина, поэтому я тяжело вздохнул (мысленно естественно) и продолжил танцевальный марафон.


Собственно говоря, дальше ничего неожиданного не произошло. Как я про себя в шутку подумал, практически так все и случилось. Перенапряженная Трейси, которая в танце, спасибо Антонните Лусеро и летним каникулам, мне была совсем не соперницей, но отступать не собиралась, подвернула ногу и была отведена отдыхать на диванчик. Конечно, немедленно наложенный самой девушкой Эпискеи, быстро подлечил ее кокетливо высунутую мне на показ из под платья ножку, но от общей усталости это не помогло. Поэтому она логично решила временно остаться за столиком и немного передохнуть. Как и положено правилами приличия, я уселся рядом со своей дамой и стал развлекать ее разговором, параллельно рассматривая как танцующих, так и сидящих за столами, таких же, как и мы, лентяев.


Первыми, на кого наталкивался взгляд, так это на двух танцующих директоров - французского и английского. Весьма гротескная получилась пара. Хотя Дамблдор был совсем не коротышкой, как, например, Флитвик, но все равно, его роста для нормальных объятий не хватало. А то, что получилось вынужденно, оказалось весьма и весьма фривольным. Обнимал он француженку за, хм, ниже талии, а верхние роскошества французской леди нависали как раз над макушкой англичанина и при резких движениях легонько касались расшитого звездами колпака Дамблдора. Был бы танец побыстрее, то все мы бы оказались свидетелями воистину одного из самых эффектных нокаутов в истории...


Второй привлекающей внимание парой была мисс Делакур и мой потенциальный шурин - Роджер Дэвис. Глядя на пустые от восторга глаза парня, мне хотелось назвать колдографию этой достаточно профессионально кружащейся в танце пары: "Дама с собачкой". Высунул бы Роджер еще хотя бы чуточку язык, сходство было бы вообще абсолютным. Бедняга! Наглядный пример того, что нельзя пренебрегать защитой разума.


Следующая заметная пара тоже была интернациональной: гриффиндорка и дурмштранговец. Да-да, та самая очень неожиданная пара из канона. Гермиона Грейнджер... сияла. Казалось, ее улыбка - это ярчайшая звезда в черной пропасти космоса, отражение которой легко найти в глазах ее красавца-партнера. Виктору можно только позавидовать, что его настолько любят, а Гермионе, что она может так любить. Я вот на такую страсть не способен. Суховат я, увы. Но завидно. Немного.


Ну и на последок, можно полюбоваться на то, что случается, если парень очень робок или труслив, и при этом даже не пытается взять себя в руки и через силу вытащить себя на танцпол. Вон они, сидят. Лохматый даже на балу рыжий и причесанный очкарик-брюнет. Их окружение, состоящее из двух одинаковых и прелестных индианок, сейчас молча мучается от последствий совершенной в процессе выбора партнеров на бал ошибки.


В принципе, ничего страшного с точки зрения эволюции здесь нет. Естественный отбор беспощадно отбраковывает из линии размножения особей, неспособных бороться за партнера согласно принятым в стае приемам. Вот только очень... грустно смотреть на молодого самого себя из прошлого в этаком вот кривом зеркале. Сколько я в свое время себя так бездарно вел, сейчас аж вспомнить стыдно! Хорошо еще, что потом поумнел. Нет уж! Повторять позорные ошибки молодости, то есть вести себя как Поттер и Уизли, которые сидят за столами, когда остальные танцуют, я не собираюсь! Вокруг столько особенно симпатичных сегодня девушек, что легонько не потискать их под прикрытием танца будет просто преступлением! Надо в очередной раз поблагодарить Основателей за Печать. Если меня здесь тянет к девушкам, это означает нормальную работу желез, сопровождающую взросление организма, а не подлитое зелье или накинутые чары.


Извинившись и, в обмен на обещание посетить Дэвисов на каникулах, будучи милостиво отпущенным дальше развлекаться отдыхающей Трейси, я вернулся на танцевальную площадку. Собственно говоря, даже без мисс Дэвис недостатка в партнершах у меня не было. По очереди я протанцевал со всеми своими одноклассницами, потом меня перехватила рейвенкловка Мэнди Броклхерст, затем я урвал по танцу с каждым из сопровождающих чемпионов... э нет. Не с каждым. Роджер Дэвис, понятное дело, пошел лесом, да и вся прям светящаяся внутренним светом Гермиона Грейнджер, прилипшая к Виктору Краму, тоже избежала моих крепких объятий: слишком выразительный взгляд на меня бросил болгарин. Мужик! Своего не отдаст, чье бы оно ни было. Уважаю. Зато я смог, "отстояв длинную очередь", станцевать один тур вальса с Шармбатонской чемпионкой. Это было... холодно и равнодушно, как с ее, так и с моей стороны. Без ауры обольщения магической природы она превратилась в совершенно обычную, пусть и симпатичную, чужую девчонку. Не меньше, но и не больше. "Ах, вейла то; ах, вейла се..." Тьфу. Зря только оказывается я так нетерпеливо ждал этого танца. И вообще, лучше бы вон с рыженькой милашкой Боунс лишний раз станцевал.


Кстати, на счет рыженьких. В один хм, не прекрасный, но неожиданный точно, момент, меня на танец ангажировала, кто бы мог подумать... мисс Джиневра Молли Уизли! Даже глазки мне пыталась строить, нашлась, блин, кокетка-сердцеедка. И, кстати, как я краем глаза заметил, никакой дикой тяги к Поттеру у нее, во всяком случае здесь и сейчас, на празднике, не было. Она весьма весело проводила время, непрерывно танцуя со всеми подряд: и с приведшим ее на бал Лонгботтомом, и с дурмштранговцами, и с рейвенкловцами-хаффлпаффцами, и даже слизеринец, Блейз Забини не побрезговал провести один тур с предательницей крови. В общем, пользовалась успехом. Правда, в этом была весьма серьезная причина. Изрядно подложить себя в лиф платья или выпить какого-нибудь зелья с соответствующим эффектом, было с ее стороны удачным шагом. Правда, об ужасах расплаты за такое неприкрытое кокетство, судя по далеким от теплоты взглядам, бросаемым на нее женской частью учащихся, ей еще только предстоит узнать.


Ожидаемым для меня отличием от фильма-канона стало музыкальное и танцевальное наполнение бала. Нужно хорошо повариться в местном обществе, чтобы понять, что на "Официальный бал Турнира Трех Волшебников Магической Британии (тм)" склонные к максимальному консерватизму маги не допустят в настолько пафосном мероприятии ничего неприличного или не прошедшего проверку парой-тройкой сотней лет. Конечно, некоторая скидка на молодость участников будет сделана, но не более того. Поэтому ничего маггловского, ничего современного, ничего непозволительно вольного. Ругать устроителей (и надо ли это делать вообще) за это глупо. Если некоторые маги застали или помнили в первом поколении рассказы очевидцев о разгуле инквизиции. Если глава рода практически всегда - самый старый в семье и учит своих наследников тому, чему его самого учили в очень далеком детстве, то такому махровому традиционализму есть вполне логичное обоснование.


А раз дела обстоят таким образом, то что же играть и что танцевать? Например, Крам, быть может, и покрутил бы Грейнджер в зажигательном чардаше, или, найдя еще две-три пары, походили бы в хороводе рыченицы или хора но... Откуда современной англичанке знать эти танцы? Танцевать клог, вышедшую из простонародья английскую чечетку, чистокровным было совсем не комильфо, да и сложновато без тренировки. И даже традиционный контрданс не пойдет, ибо общих репетиций и времени на парные тренировки для него нужно просто море. Дурмштранговцы и шарбатонки вполне бы потянули и мазурку, и венский вальс, но тогда весь Хогвартс, за исключением пары-тройки правильно воспитанных чистокровных наследников, рассядется по лавкам. Такого позора Дамблдор допустить не мог.


Поэтому в Большом зале пары танцевали только церемонный, но довольно простой менуэт, и, по мнению замшелых ретроградов в качестве верха неприличия, медленный английский вальс. Причем не в три, а в два па, чтобы кривоногие дети окончательно не оттоптали друг другу туфли. И делалось это, естественно, под соответствующую темпом и мелодией музыку.


Поэтому когда на сцену поднялись местные музыкальные знаменитости, я имею в виду популярный среди магов вокально-инструментальный ансамбль "Ведуньи", манерно косящих под маггловскую эстраду десятилетней давности, это стало очень серьезной неожиданностью для всех. От серьезной разборки с попечителями и министерскими работниками Дамблдора спасло только рождественское настроение и привычка не выносить сор из избы, делая хорошую мину при любой, даже проигрываемой, игре.


"Ведуньи" не обманули и отожгли по полной. Если достойно-лирическую "Магия работает", и натянуто-пристойную (в данном случае) "Это ночь" присутствующие здесь попечители вытерпели, то исполнение "Гиппогрифом!" окончательно решило судьбу дальнейшего выступления этого ВИА. После окончания песни, поп-группу со всеми положенными вежливыми извинениями, выкинули на мороз, то есть вывели за пределы школы на улицу через главные ворота замка.


Ничего странного лично я в этом не увидел. "Ведуньи" бы еще треш-металл рубанули или репчик зачитали! В средневековой по духу академии магии, ага. Большего бы вызова общественному мнению можно было добиться, если бы организаторы воспользовавшись некромантией, подняли бы Джона Саймона Ричи. Впрочем, последнее я быть может бы оценил даже с двух сторон, и как некромант, и как меломан.


Примечательный факт, как на изменение стиля музыки реагировали участники бала. Редкие взрослые а так же воспитанные и чистокровные дети презрительно отошли от центра зала к столикам, тогда как магглорожденные и полукровки - с восторгом бесились под резкие, немного диссонирующие звуки песни. А я, глядя из партера на восторженную кучку прыгающих в музыкальном экстазе детей, с грустью как никогда ощутил, что такое разница в возрасте. Как это печально иногда - быть взрослым. Особенно среди детей. Привычка жить привычно - добровольно надетые кандалы. Хорошо знакомое постепенно перестаешь замечать, поэтому с каждым новым прожитым днем мир вокруг все больше и больше скукоживается, а время, и без этого отмеренное далеко не щедрой рукой, уходит в пустоту все быстрей и быстрей. Остается только с ужасом сокрушаться о том, куда и когда исчез тот веселый беззаботный паренек, которому было искренне интересно "а что там за вот тем домом или в том лесочке", который не знал и не видел вообще никаких проблем, который никогда бы не пропустил такую вот отвязную тусовку, прыгая и толкаясь там в самом центре. Интересно, не чувствует ли чего-то подобного сидящий в личине Моуди в темном углу Барти Крауч? Как это оно, когда вся твоя молодость, самые лучшие и самые веселые в силу возраста годы, вместо радостных встреч и дружеских посиделок похерена в ужасной тюрьме? Я еще счастливец по сравнению с ним...


Чтобы чуть-чуть разогнать внезапно накатившую хандру, я щелкнул пальцами, и отозвавшийся на команду домовик после недолгих уговоров принес мне бокал с коньяком. Глоток крепкого алкоголя резко обжег меня, и не столько своим вкусом, сколько болью непривычного к такому горла, разогнал муть начинающегося сплина.


Естественно, после изгнания смутьянов стиль звучащей в Большом Зале музыки вернулся обратно к спокойному, но внезапно пришедшемуся по нраву моему слуху медляку. Под такой так приятно, обнявшись, неторопливо танцевать, плотно прижавшись к своей партнерше. Решив не упускать случай и окончательно добить понявшую голову тоску, я, не обнаружив рядом Трейси, схватил первую попавшуюся под руку девчонку и повел ее танцевать. И, видимо, слишком сильно и слишком непринужденно я обнимал Джинни Уизли, что она раскраснелась больше обычного. На всякий случай после танца сдав ее на руки смешно насупленному Лонгботтому, я отправился подкрепиться и случайно заметил сидящих в темном уголке своего "сюзерена" и его второго сквайра.


Тоже "утанцевав" своих партнерш, которые отправились "поправить подвязки", Малфой младший и Грегори Гойл совершенно по-свойски утоляли аппетит и весело болтали. Непринужденная атмосфера праздника невероятно расслабляющее подействовала на всех студентов, в том числе и на этих двоих. Даже Драко, видимо после того, как принял пару стаканов столового вина, или подпольно полстакана огневиски от щедрот старшекурсников, сильно расслабился. Настолько, что с ним можно было поговорить без всяких "мой отец" и "мы, Малфои, древнейший и благороднейший дом...". Собеседником он оказался неожиданно компанейским и поэтому мы с Гойлом, который тоже сбросил маску тупого тролля, весело болтали, оккупировав спрятавшийся за одной из колонн столик. Получился почти этакий приватный кабинет в ресторане, который незаметно обслуживали лакеи-эльфы, поэтому разнообразные деликатесы и поддерживающие непринужденность обстановки алкогольные коктейли и вина на столе не переводились.


Сначала мы сидели только втроем, но потом нас нашли мои хаффлпаффцы: Эрни и Джасти. И Драко, чудо чудное, обменявшись многозначительными взглядами с Эрни, ничего не сказал на присутствие магглорожденного, а только великодушным жестом указал на свободные кресла. Видимо случайно забредший в этот угол в поисках кого-то из своих Энтони Гольдштейн, услышав пару шуток, так и остался с нами, разбавив слизеринско-хаффлпафское застолье представителем третьего факультета. И опять же, несмотря на всю его сомнительную славу, никто рейвенкловца прочь не прогнал.


Чисто мужской компания оставалось очень недолго, так как привлеченные взрывами веселого смеха вскоре подошли девчонки. Панси. Сестренки Гринграсс: просто сумашедше смотревшиеся вместе молоденькие красотки - брюнетка и блондинка. Нехватку приятной глазу мягкости в цветовой гамме причесок скомпенсировала появившаяся Сьюз, где-то потерявшая свою закадычную подружку. Каким-то абсолютно естественным образом рядом со мной оказалась Трейси. Лайза Турпин заняла место рядом с Энтони, а Мартина Скотт и Розалин Палмер, как за бруствером, сели,за спиной своей подружки-Гринграсс, откуда и обстреливали глазками всех без исключения парней. Мнущаяся на заднем плане младшая Уизли подойти не решилась, поэтому факультет Гриффиндор за столиком так и остался не представленным, а нам не пришлось еще раз расширять бытовой трансфигурацией оккупированный нами столик.


Обстановка за столом царила на редкость демократичная и непосредственная. И даже, благодаря расставленным домовиками для освещения нашего столика классическим свечами в подсвечниках, слегка лиричная. Вспоминались веселые истории, произошедшие на уроках и вне их. Парни непринужденно травили анекдоты, девчонки необидно подкалывали друг-друга и вместе - парней. Беседу сопровождали легкими закусками и капелькой горячительных напитков. Правда, небольшая бутылочка огневиски, которую я, пользуясь лордскими полномочиями, выдавил из домовых эльфов Хогвартса, так и осталась до конца не выпитой. Всем сидящим за нашим столом и без ударной дозы алкоголя было весело и приятно. Трейси, которую я рефлекторным жестом из той жизни притянул и прижал к своему боку за талию, полулежа тихо млела в неге, прислонившись спиной к моей груди, а остальные змеи совершенно индифферентно промолчали, глядя на такое вопиющие нарушение правил приличия. Невозможная в обычной жизни ситуация.


Честное слово, если бы не моя абсолютная защита разума от Основателей, я бы предположил, что в воздух добавили что-то расслабляющее. А так... Все-таки, похоже, бывает, настоящие чудеса случаются и в магическом мире.


А еще здесь и сейчас я впервые психологически ощутил себя по-настоящему своим, отчего глазах непроизвольно защипало. Все еще оставалась где-то в глубинах подсознания какая-то стеночка, не дающая до конца поверить в то, что вокруг меня не бред, что я не сплю и вижу роскошный сон, а действительно тут и только тут, отчего и печаль, существую. Пока вокруг были одни непрерывные проблемы и опасности, я внутренне постоянно был напряжен, но теперь, расслабившись, последняя преграда рухнула. Чтобы не опозориться, я на некоторое время спрятал глаза в роскошной прическе Трейси. Ведь это все означает, что я действительно умер там, в своем мире...


Слушая веселый разговор друзей и просто хороших приятелей, мне внезапно захотелось сделать для, в принципе, вполне нормальных ребят (детей по сути - что такое пятнадцать лет в наше время?), что-нибудь хорошее. Огородить их от той судьбы, которую уготовили им безрассудно рвущиеся к богатству и власти собственные родители и два престарелых штопанных гандона: белый и зеленый. Чтобы не бегал, пусть он, гад, и швырнул в меня тогда Сектумсемпру, плакать по туалетам Драко, вынужденный делать выбор между родным отцом и камерой Азкабана. Чтобы не сгорел на костре из предметов антиквариата Выручай-комнаты Грегори Гойл, чтобы не оказались сидящие рядом со мной мальчишки и девчонки в числе той полусотни погибших в битве за Хогвартс. Чтобы вот это вот мгновение, когда я и окружающие меня товарищи находятся в радостной гармонии со всем миром, замерло навсегда или, хотя бы, длилось беско...


- Он тебя хочет... использовать! - резким диссонансом ворвался в наш хрупкий мирок покоя крик младшего Уизли.


- Да как ты смеешь? Я могу и сама за себя постоять! - не менее неприятный ответный визг Грейнджер продолжал в мелкую крошку дробить хрустальный замок нашей радости редкого единения.


- Сомневаюсь! Он гораздо старше тебя и уже взрослый мужчина!


- Что? Вот, значит, о чем ты думаешь, Уизли?


- Да! То и думаю!


- Если тебе что-то не нравится, то ты знаешь решение проблемы! - уже совершенно не сдерживаясь, кричала Грейнджер. Её сложная, так идущая ей прическа растрепалась, а искаженное гневом лицо сделал образ разъяренной фурии абсолютно законченным.


- Да ну? - с глумливой усмешкой ответил Уизли. - Это какой же?


- В следующий раз, - внезапно успокоилась Грейнджер, - когда будет бал, не будь трусливой крысой и попробуй пригласить меня самым первым. До того, как это сделает кто-то другой, а не в последний момент, как какую-то... безотказную дуру! И не выбирай себе партнерш благодаря щедротам Поттера!


- Что? - теперь пришла очередь Уизли задохнуться от бешенства. Насмешка Грейнджер сильно ударила его в самую больную точку. Шестой сын в семье, которому с рождения приходилось все за старшими братьями подбирать и донашивать, делать то же самое еще и за Поттером просто ненавидел.


- Да ты! Как ты смеешь, Грейнджер?! Заучка! Да я...! Да Гарри...!


- Что "Гарри"? Ты меня звал, Рон? - спросил подошедший Поттер.


- Шли бы вы, мальчики, спать, раз танцевать не собираетесь. А вот для уже достаточно взрослых, все еще продолжается бал. Виктор! - замахала поднятой рукой Грейнджер, привлекая к себе внимание идущего с двумя бокалами шампанского в руках болгарина.


- Как она только посмела?! "Достаточно взрослая"! Ну, я тебе это припомню, Грейнджер! - бросил в спину своей однокласснице угрозу рыжий, даже не особо приглушая голос.


- Действительно, давай пойдем спать Рон, пока на нас не обратил внимание Снейп! - попробовал немного успокоить своего друга Поттер. - Пошли, а?


Молча, с веселыми улыбками досмотрев сценку до конца, мы стали перебрасываться насмешливыми комментариями:


- Вторая Мария Уизли растет!


- Ага... Еще ни одного из них на себе не женила, а уже как сварливая жена с хорошим стажем пилит!


- Тренируется!


- Тоже, наверное, собирается, как свиноматка, рожать бесконечный выводок рыжих свинят!


- Какое возмутительное отсутствие манер! - возмутилась вслед за старшими учениками Астория Гринграсс.


Вот только слова для своего возмущения она подобрала очень неудачные. Напоминание о манерах послужило будто бы спусковым крючком выстрела, который окончательно добил остатки непосредственности наших посиделок. Уродские викторианские правила вроде незабвенных: "Бойтесь любить чистосердечно; никогда не высказывайте всего, что чувствуете, или, еще того лучше старайтесь, поменьше чувствовать. Помните о последствиях, к которым приводят неуместная честность и прямота; и не доверяйте ни себе самим, ни кому другому..." в следующие мгновения развернулись во всей своей красе.


Словно по мановению волшебной палочки злой ведьмы, словно мимо пролетел дементор, радость и веселье мгновенно покинули наши ряды. Опять на лице Малфоя появилась брезгливо-презрительная гримаса увидевшего коровник герцога, исчезли проблески мыслей из глаз Грега, помертвели ледяными масками лица сестренок Гринграсс, мягко и плавно, но совершенно неудержимо, вывернулось из моих объятий напрягшееся тело Трейси, замкнулись в холодной невозмутимости Эрнст и Джастин, встали и безукоризненно вежливо попрощались прочие девушки... Видеть и ощущать опять эту так надоевшую мне равнодушную надменность, защищенные которой наподобие средневековые лат и одновременно запертые в нее не хуже, чем в тюремную камеру-одиночку, дети ходили по школе было просто физически больно. Настолько больно, особенно после той атмосферы радости и открытости, что я непроизвольно от всей души проклял уродских главных героев канона:


"Чертова Грейнджер! Чертов Уизли! Чертов Поттер! Такой момент испортили! Вот что им стоило выяснять отношения кулуарно?! А не на балу, прямо на виду у всей школы? Действительно, совершенно возмутительное отсутствие соблюдения правил приличий и такта!"


Глава опубликована: 24.12.2016

Интерлюдия 15


- Ты? Ты? Ты?


- Ну что ты закудахтал, братец. Я это. Я.


- Так это ты?! Да... Да как ты только до такого додуматься могла?


- А что здесь такого? Или не ты мне хвастался, что тебе любая вейла нипочем?


- Да ты... Взять и так подставить собственного родного брата? Это я из-за тебя! Как книззл! На поводке, на задних лапах! Перед хозяйкой! Хозяйкой! Хозяйкой! У-у-у!... - обычно спокойный, предельно вежливый и даже немного чопорный Роджер Дэвис сейчас настолько задыхался от ярости, что никак не мог подобрать приличных слов, выразить свое отношение к произошедшему. И к той, которая втравила его во все это. - Как! Как! Как? Как ты это сделала?!


- Ну что ты так волнуешься? Ничего особо сложного, технически, в этом не было. Для начала, я только повторила твои слова. Удачно тогда у нас с француженками разговор зашел про уязвимость нашей семьи против любовных чар. Потом чуть-чуть подогрела градус спора, и естественно не согласилась с насмешками. Потом слово за слово, и выкристаллизовалось пари. Пара намеков и организовывается подпольный тотализатор, на котором я официально от себя поставила на тебя пару галеонов, и пятьдесят пять через подставное лицо - против. Хогвартские все как один ставили на тебя, поэтому банк собрался весьма и весьма внушительный. Десять процентов комиссии моему агенту, и выигрыш размером с наши с тобой карманные деньги за семь лет Хогвартса у меня в кармане!


- Ты! Ты! Ты! Ты не представляешь, как это унизительно...


- Это ты мне говоришь? - Трейси задохнулась было от обиды, но тут же вернулась обратно в свое привычно-язвительное состояние. - Не волнуйся. Тебе даже полезно было, братик, узнать, каково это, когда от любви отключаются мозги! А то слишком много и часто ты стал в последнее время надо мной и Крэббом посмеиваться. Да и многие брошенные тобой подружки теперь могут спать спокойно!


- Так это что, месть? - сразу, как отрезало, успокоился юноша.


- За что? Нет. Это не месть. Это правильно придуманная и разыгранная интрига, в результате которой я теперь имею средства на покупку нормального, традиционного костюма для Крэбба от "Твилфитт и Таттинг", а не этого новодела, фи, а также дорогого артефактного бального платья для себя. В котором я пойду блистать со своим Винсентом на министерский новогодний прием! Эх, братик! Если бы ты только знал, как восхитительно он танцует! За еще один такой танец можно сделать что угодно! Кстати, я его еще пригласила на каникулах к нам в мэнор, так что, извини, я побежала. Мне срочно нужно прибраться и поговорить с домовыми эльфами на счет меню. Винсент любит мясо, так что хорошее барбекю... А ты - не обижайся и не дуйся, чтобы не сорвать нашему отцу важные переговоры. В конце концов все уже кончилось, и хорошо. Ко всеобщей нашей выгоде. Пока!


- М-да, - проговорил Роджер в закрывшуюся за спиной девушки дверь. - Совсем последние мозги потеряла. - Наследник Дэвис подошел к бару, достал бутылку и налил себе в бокал огневиски на пару небольших глотков. И хотя он никогда не был любителем этого дела, но сейчас ему срочно требовалось немного расслабиться, чтобы не взорваться окончательно. "И ладно бы, - сев в кресло, продолжил он рассуждать уже не вслух, - только лично, то есть сама себя, позорила. Следовало бы, в качестве ответной мести, дать тебе возможность купить Крэббу костюм, а потом бы посмотреть, как ты будешь вымаливать прощение за такое оскорбление, ну да ладно. За это - пожалею. Но за другое... Сейчас совсем не до мелочных шпилек, когда в твоей речи присутствуют уже гораздо более опасные нотки. А лечение таких искажений восприятия и воспитания никогда не бывало приятным."


- Что ж, сестренка, раз ты уже настолько взрослая, чтобы подставлять родных, то и уроки тебе теперь будут совсем по другой - взрослой шкале. Значит, разменяла честь брата, наследника рода, на платье? Или тут дело в том, что ты себя уже считаешь не Дэвис, а Крэбб? Привыкаешь, так сказать? На бал тебе захотелось? Зиппи?


- Чего желает молодой хозяин, - появившийся домовик почтительно поклонился.


- Где отец?


- Лорд Дэвис недавно вернулся в мэнор и сейчас у себя в кабинете.


- Он один?


- Да.


- Хорошо. Иди.


"Ну-ну, - думал наследник Дэвис, поднимаясь по лестнице на второй этаж мэнора, где находился рабочий кабинет лорда. - Посмотрим, на каком балу ты очутишься, когда обо всем этом узнает наш отец. А уж он узнает, и узнает прямо сейчас! Никаких тебе балов не будет, это теперь дело принципа! Да и на счет твоего замужества... Конечно, на Крэбба у нас с отцом серьезные планы, должные принести процветание нашему роду, но ты-то об этом пока в деталях не знаешь. А раз так, то тебе было бы неплохо поволноваться и в итоге осознать раз и навсегда, что твой муж, Крэбб, нужен нам, роду Дэвис, для дела, а не в качестве твоей постельной грелки! Так что если ты в будущем в пределах брачной клятвы не сможешь управлять своим мужем-Винсентом на пользу нашему роду, то тогда и мужа твоего будут звать совсем иначе! Если он у тебя вообще будет!" - и взбешенный, Роджер открыл дверь в отцов кабинет.


Лорд Дэвис работал с документами и жестом указал наследнику на кресло, показывая, что сейчас его отвлекать не следует. Чтобы не сбить отца с важных мыслей, Дэвис-младший послушно сел и продолжил мысленно обкатывать будущую речь.


"А вообще... Так даже лучше получается. Значит, бал? И еще пригласила Крэбба к нам в мэнор? Без нашего не то что разрешения, а даже не поставив в известность? А мы вот как старшие в роду возьмем и наложим свое жесткое вето! А, может, действительно лучше будет найти кого-нибудь другого? Хотя бы, в качестве временной и формальной, чисто воспитательной замены? Заодно и Крэбб пусть зашевелится немного, а то у него может сложится обманчивое впечатление, что Трейси мы ему не предлагаем, а усиленно навязываем! Да. Так определенно будет лучше. Со всех сторон," - и уже чуть-чуть подуспокоившийся наследник поудобнее устроился в кресле. Ждать, пока отец закончит работу с бумагами, иногда приходилось очень долго. А урок, что наследнику не только в обязательном порядке следует иметь отличную выдержку, но и пользоваться ею совершенно непринужденно и с пользой для дела, был отлично выучен еще задолго до Хогвартса.


Глава опубликована: 01.01.2017

## Глава 33. Министерский новогодний прием


- Лорд Винсент Логан Крэбб, - негромко объявил мажордом, и я медленно вступил в роскошно убранный бальный зал Малфой-мэнора.


Да-да-да. Торжественный новогодний министерский прием этого года проходил дома у Малфоев. Как хвастался Драко, его отцу легко удалось отодвинуть подальше других претендентов. Ну, на счет легкости я бы остался при своих сомнениях, но факт есть факт. Влияние Люциуса в магической Британии восстановилось настолько, что он смог продавить удобный ему выбор места проведения такого статусного и прибыльного мероприятия, как новогодний бал. Почему прибыльного? А потому, что, как продолжал хвастаться Драко, все - начиная от портключей каждому гостю и заканчивая приведением мэнора в порядок после, оплачивалось-то не Малфоем, а Министерством... "Почему бы заодно и не подновить обстановку мэнора?" - вслух не прозвучало, но всеми понимающими собеседниками было расслышано очень четко.


Первой мыслью, что пришла мне в голову, после того как я рассмотрел веселящихся или делающих вид, что веселятся, магов, была: "Инквизиция была абсолютно права!"


Нет, я не стал внезапно яростным борцом с ересью или резко возненавидел магов, все гораздо проще. Все, абсолютно все попавшиеся мне на глаза женщины на балу были молоды и красивы.


Неожиданно? Ничуть. Чего-то такое я предвидел после школьного бала и принарядившихся на него ведьмочек, но действительность оказалась гораздо полнее и ярче ожиданий. И совсем не соответствующей канону.


Я, конечно, все понимаю. Ро начинала придумывать внешность магов и одежду магического мира, впрочем, как и маггловского, находясь в депрессии, а сценарий к фильмам и вовсе писался с позиции: "отъебитесь с вашей логикой, это фэнтези, а тут главное - чтобы драйва было больше!" Поэтому присутствуют такие артефакты, как Петунья и Вернон Дурсли, которые в тридцать с небольшим выглядят чуть ли не на полтинник, и маги с внешностью бомжей с десятилетнем стажем... Но, блин, логику мира нужно хотя бы на пальцах прикидывать!


Писателю достаточно спросить любую женщину, а создательнице канона - хотя бы саму себя: "как бы вы использовали свои магические силы?". Ответ в девяноста процентах случаев будет: "На свою красоту и молодость!", и волшебницы в этом ничуть не отличаются от маггл. Хотя, нет, отличаются. Возможностями.


Если даже в обычном мире при наличии толстого кошелька женщина может себе позволить выглядеть вместо шестидесяти на сорок, то что же тогда говорить про волшебную косметику? Например, старящее зелье, что использовали близнецы Уизли совсем не так популярно, как его антагонист - Зелье молодости. К сожалению, оно не реально омолаживает, а всего лишь на время своего действия меняет внешность, но и это немало, тем более для женщин. А ведь это только один из самых распространенных составов! Если же учесть еще и то, что маги просто живут дольше магглов, и, соответственно, стареют медленнее...


К чему это все? А к тому, что совершенно неслучайно инквизиция ловила красавиц. Если же еще дополнительно вспомнить про особую суровость средневековой жизни к слабо стойким к тяжелому труду и быстро увядающим от этого женской красоте и молодости, то ответ на вопрос, ведьма эта подозреваемая или нет, находится очень несложно. Достаточно посмотреть по приходским книгам возраст, сравнить с тем, что видят глаза, и диссонирующие образцы можно сразу же тащить на костер. Ошибка возможна, но маловероятна.


Собственно говоря, мои глаза сейчас не видели ни одной женщины, которой на вид можно было бы дать больше сорока. Если Макгонагалл и Спраут, скорее всего из-за соображений преподавательского авторитета, строят в Хогвартсе из себя чопорных "мадам за пятьдесят" или "всеобщую мамочку", и то совсем не с тем размахом, как это показано в каноне, то на этом балу такую встретить совершенно нереально. Здесь большинство дам демонстрировало возраст расцвета женской красоты, то есть от шестнадцати до тридцати пяти лет. Некоторые - чуть старше, видимо это были совсем уж, хм... немолодые магички. Нет уж, лучше я никого приглашать на танец не буду, а то вдруг окажется, что она еще Мерлина видела? Фу! Это я, конечно, утрирую, но во встрече и с двухсотлетней ведьмой для меня ничего интересного и приятного быть не может.


Конечно, будь я в прошлой жизни топ-менеджером транснациональной корпорации, главой крупной политической партии, или, чем черт не шутит, президентом или королем, то терять время зря и спускать в унитаз натуральный подарок судьбы - возможность легкого подхода к любому из когорты самых влиятельных личностей Магической Британии, я бы не стал. Сейчас бы я быстро и непринужденно расположил к себе пару-тройку десятков лордов, тут же прямо на балу сколотил третий полюс силы, сместил бы Дамблдора, а тот бы просто меня ласково пожурил и податливо ушел в сторону... Мечты невероятно далекие от реальности. Ведь с учетом моих последних "приключений", нужно четко осознавать: я здесь никто и звать меня никак. Абсолютно. У меня нет ничего, ни личной силы, ни влияния, ни знаний, ни денег, ни даже полнокровного рода, как у тех же Уизли. И стоит мне в такой ситуации только высунуться, как меня сожрут. Не те, так другие. Не союзники противников тех, к кому я примкну, так противники союзников к кому я не примкну. А с учетом того, что здесь я абсолютно беззащитен, даже привычной защитной печати нет... Не, нахрен-нахрен! Лучше весь прием тихо и спокойно простоять в сторонке. Целее буду.


Легко сказка сказывается, да нелегко дело делается. Найти тихий спокойный угол в отлично освещенном и полном постоянно перемещающихся людей помещении та еще задача, но я справился. Меня приютила плотная штора, частично закрывающая высокие и широкие застекленные двери на балкон второго этажа мэнора. Спрятавшись тут, я принялся внимательно наблюдать за происходящим передо мной действом.


Следить за магами-аристократами оказалось необычайно интересно. Моего жизненного опыта хватило для того, чтобы осознать основополагающий факт: все, что я вижу здесь и сейчас - это не глупые ужимки и небрежные движения, а предельно выверенный и строгий язык общения. Вот только дальше я был вынужден пасовать, так как никогда раньше не был на приемах такого уровня, ни в этой жизни, ни в прошлой. Поэтому перевести все эти фасоны, цвета, позы и жесты, мимику, обеспечивающие правильно подготовленного к высшему обществу аристократа настоящим морем информации, на свой, нормальный язык, я не мог.


"Как это мерзко, будучи простым по воспитанию участвовать в бале среди чистопородных древних аристократов. Им-то - что? Им - всего лишь смешно, а никто не думал, насколько все происходящее мерзко мне? Ведь я ничего, ничего не понимаю! Я тут дуб дубом! У меня нет ни знаний, ни привычек, ни уверенности! Ничего! Только формально старая чистая кровь родителей, и все. Но кровью пустоту в башке не наполнишь! И, блядь, будь я действительно по опыту и восприятию ребенком, и то было бы гораздо лучше! Я бы хотя бы не понимал глубины своего убожества и не мучился бы так!


Например, вон тот вон высохший дедушка-сморчок, который, судя по своему внешнему виду, мог бы нянчить у себя на коленках отца Альбуса Дамблдора, сейчас достаточно легко и непринужденно подпрыгнул, видимо желая показать пару па из классической джиги. Как там на счет его танцевальных талантов - не знаю, зато все окружающие смогли увидеть, что согласно вековым традициям, белья под килт старикашка не надел. Я вот не сдержался и с омерзением на лице отвел взгляд в сторону, а у соседей шотландца, и у мужчин, и у женщин, ни единой черточки на лицах не дрогнуло, а улыбки остались все такими же открытыми и искренними. Высший класс! Куда мне до них?! Это совсем другая лига! Сунусь туда, не успею оглянуться, как меня моментом прожуют и выплюнут! Начинаешь с прикладной точки зрения понимать всяких революционеров, которые, приходя к власти, первым делом начинали массово выпускать голубую кровь из жил!"


Я принял от незаметно появившегося домового эльфа бокал с шампанским и сделал небольшой глоток. Поморщился. Хотя у Малфоев вряд ли были дешевые сорта, но я никогда не любил эту алкогольную шипучку. Шелчек пальцами, подсмотренный у одного из соседей, и вскоре бокал меняется на другой, заполненный таким манящим, сладким и мягким на вкус огневиски.


"Увы. Здесь, среди этого аристократического кубла мне ловить абсолютно нечего" - с грустью продолжал думать я. - "Ну не было у меня опыта встреч на таком уровне. По сути, если отобразить ситуацию на мою прежнюю жизнь, я сейчас на новогодней елке в Кремле с Президентом. Бывал ли я на таких пати? Конечно же - нет! У кого бы научиться аристократизму? Где и как взять несколько уроков? Почему Крэбб ничему не учил своего единственного сына и наследника рода? Или на Малфоя понадеялся? А Малфой тоже не дурак, плодить себе проблем на будущее! Его сыну конкуренты не нужны, а вот тупые тролли - наоборот пригодятся. Вот козел! Оба козлы! Накосячил, а мучаться теперь мне! Вон, ко мне пару раз уже подходили знакомиться маги, совершенно неизвестные мне ни из канона, ни из памяти, ни из уже моей жизни тут. А я только коротко "бекать и мекать" могу, чтобы на ровном месте не нарваться! Репутация дурачка здесь и сейчас для меня - бесценна. Воистину: слово - серебро, молчание - золото! Хорошо еще, что если меня и пытались утонченно оскорбить, то я этого даже не понял. А то парень я оказываюсь здесь по-юношески горячий, злой и с хорошей памятью, да и тормоза, бывает, отказывают! Но в Азкабан или в призраки Хогвартса меня совсем не тянет..."


- Лорд Винсент Логан Крэбб? Позвольте поприветствовать вас в моем доме. Драко Люциус Малфой, наследник рода Малфой к вашим услугам, - услышал я у себя за спиной знакомый голос и обернулся.


Вот еще один пример смысловых нюансов. Скажи Драко приветствие мне в лицо, это было бы вежливо, а в спину, как слуге, с намеком, что ему абсолютно все равно, кто я - это уже тонкое, изящное оскорбление. Конечно, будь я богаче и знатнее, то все было совсем наоборот - это я даже не глянул на того, кто передо мной там пресмыкается, но... увы. Все есть, как есть.


Эх. Кто проклял прикольного парня Драко? Куда подевался тот веселый и языкастый одноклассник, что мог наперегонки рассказывать чрезвычайно смешные анекдоты? Который без проблем при всех мог позволить себе проспорить магглорожденому по поводу одного старинного заклинания? Сейчас же передо мной стоял опять тот самый мерзкий "я-наследник-Малфой " из канона, всем своим видом показывающий, что никого главнее и важнее Малфоев на свете нет и быть не может.


- Наследник Малфой, - вежливо кивнул я в ответ. - Наследник Забини. Наследник Гойл. Я тоже рад вас видеть. Как ваши дела?


- Отлично. Мой отец...


"Ну, понеслось!" - подумал я и возвел очи горе. К счастью, в самоконтроле над собой я потихоньку рос, поэтому сделал это мысленно. А вообще, если научиться фильтровать то, что нес Малфой-младший, можно было получить много ценной информации. Например, министерский бал из-за принудительности приглашения, многие участники недолюбливали. Также, согласно писанным Министерством правилам, заниматься делами на этом балу было запрещено, на что большинство приглашенных частично из фронды, а частично из-за ценности своего времени традиционно плевали с высокой колокольни. Еще на балу очень не рекомендовалось затевать ссор и тем паче дуэлей, так как, по мнению Министерства, назначение бала было "всеобщее единение магов под мудрым управлением Министра Магии Британии". Нарушителю грозила опала, на которую независимые чистокровные также традиционно клали "большой и толстый". Драко говорил, что еще ни единого приема не прошло без дуэли, а то и двух-трех. Более того, вызов на дуэль на Министерском балу среди чистокровных считался особым шиком. Правда, чтобы здесь схватились по-взрослому, то есть насмерть, такого давно уже не бывало.


Поощренный нашим с Гойлом сосредоточенным вниманием Драко разливался соловьем и продолжал выбалтывать ценнейшую конфиденциальную информацию. Быстро, но нужно отметить весьма и весьма профессионально, молодой Малфой выдал расклад по столпам, горам и холмикам магической Британии. Махнул рукой в сторону группы министерских чиновников, небрежно ткнул пальцем в окруженного молодыми почитателями Дамблдора, легким кивком головы указал на кружок чистокровных традиционалистов. Потом поименно прошелся по враждующим шотландским кланам, представители которых заняли места на максимально возможном расстоянии друг от друга. За шотландцами последовала характеристика на ощетинившихся во все стороны злобными взглядами недобитых арфистов-"оуэонилов", а так же их противников-лоялистов.


"А ведь парню всего пятнадцать лет! - с непроизвольным восхищением подумал я. - Настоящие пятнадцать, а не как у меня. Из которых он последние, самые взрослые, четыре провел в Хогвартсе, вырываясь только на пару-тройку месяцев каникул. Как же его тогда дрючили в детстве, если все это у него от зубов отскакивает? М-да... Нет, с Драко ссориться нельзя. Потерять такой легкодоступный источник информации просто глупо, а его снобизм можно и перетерпеть, не мальчик я, чай. И, к слову, любопытно: а учащийся со мной на одном курсе Шеймус Финниган, он из какой ирландской группировки?"


От гор и холмов перешли к мелким кочкам. По паре слов нашлось у Драко и для каждого присутствующего здесь чистокровного изоляциониста, представителей гильдий (среди которых черным пятном выделялась очень знакомая по урокам в подземельях Хогвартса мантия) и особо богатых и знаменитых бизнесменов. В общем, за эти пятнадцать минут монолога наследника рода Малфой я узнал о реальном политическом раскладе Магической Британии больше, чем за три года жизни здесь. И опять я непроизвольно, но очень сильно позавидовал Драко. Пусть это все не лично им сделанный анализ, но даже просто рассортировать, запомнить и воспроизвести... Эх! Учиться, учиться и еще раз учиться. Хорошо, что есть омут памяти, и можно будет внимательно пересмотреть и запомнить ключевых персонажей, совмещая с лицами досье из родового архива, чтобы невзначай не наплодить новых врагов. И так их у меня... Да уж!


Кстати, нужно отдать Крэббу-старшему должное. Нельзя сказать, что он для рода не сделал ничего. Совсем наоборот. В процессе подготовки к министерскому приему я озаботился тем, чтобы выяснить все, что можно о внешней политике моей семьи. Аристократия ведь это не только права, богатства, вольности и уходящая корнями в глубины веков череда благородных предков, но и такие же из этих самых веков идущие долги, клятвы, обиды и кровники. Так вот, я с удивлением прочитал, что с последними дела у рода Крэбб обстоят просто прекрасно. Их - нет. Точнее, уже нет. Об этом "между делом позаботился" Логан Крэбб, навестивший семьи всех самых серьезных врагов рода во времена своей службы Темному Лорду. И с тех пор деятельных и сильных врагов у рода Крэбб не стало. Так что можно с полной уверенностью утверждать, что какие бы меня в будущем неприятности ни ждали, они плод моих и только моих действий (ну или в большей части: "как бы не мой" вассалитет Малфоям дамокловым мечом магического обета надо мной все еще висит). С одной стороны это прекрасно, а с другой - совсем не способствует росту самооценки.


Что же касается политической карты, то ее мозаичность меня... порадовала. Пусть она далека до стройности и иерархичности, пусть слишком много мелких игроков, но пестрота и аляповатость внушала оптимизм. Да, отсутствует возможность получения абсолютной власти самым легким путем - шаг за шагом карабкаясь вверх по внутрипартийной иерархии, что свойственно монопартийным системам, какую бы они форму ни принимали и как бы ни назывались. Однако, с другой стороны, раз сложившаяся система сдержек и противовесов дозволяет существование большому количеству разнообразных независимых игроков, в практическом приложении это означает, что пытаясь собрать под себя немного магов и власти, я не пойду против системы, и она не обрушится на меня всей своей мощью. Сразу, пока я не окрепну, во всяком случае, не обрушится. Но с третьей стороны, это также говорит о том, что сбить четвертый полюс силы из пассивных или строгих нейтралов мне будет очень непросто. Ведь предыдущие три столпа наверняка уже не раз пробовали подгрести независимых под себя, а те устояли...


- ...Крэбб! - крикнул мне в ухо Драко.


- А? Что? - очнулся я от разработок планов на будущее.


- Ты что, уснул? - разозлено спросил меня Драко. - Я тут распинаюсь, приглашаю тебе на три-четыре роббера в вист, а ты Мордред где знает мыслями витаешь! А, - гадко ухмыльнулся молодой Малфой. - Ну, конечно же! Я все понял! Как я мог такое забыть. Лорд Крэбб ведь пришел на бал! А на балу обязательно нужно танцевать. Мы-то с вами, господа, уже выполнили положенный наследникам минимум, а он - только пришел. Так что сейчас он несомненно, выбирает себе достойную партнершу, чтобы в очередной раз... - "Надо же, Драко мне здесь... завидует? Это нехорошо..." - подумал я, -...поразить всех нас своим танцевальным мастерством. Не так ли, лорд Крэбб?


- Действительно. Вас, лорд Крэбб, конечно же, не занесли ни в одну бальную карточку, но вы ведь легко сможете пригласить даму, не так ли? - поддержал своего приятеля Забини. "Тоже мне, тролль нашелся! Толстый. Конечно, смогу! Есть у меня одна на примете. Безотказная. Не думаю, что Трейси будет долго сопротивляться моему приглашению на танец..."


- Винсент сможет, - подбодрил меня Гойл. "Хм? Неожиданно. Хочет тоже оказать подальше от Малфоев?" - предположил я.


- Вот только, - видимо рассмотрев отсветы самодовольства у меня в глазах, продолжил Блейз, - какая неожиданность. Здоровался я тут с наследником Дэвис. Представляешь, Трейси решила остаться дома! И это очень странно, так как она очень хотела приехать в этот раз. Первый бал, да...


"Хм. Не толстый, признаю. Тонкий. Уже хуже. Но, наверное, можно и откосить?" А теперь что-то такое почуял Драко. Улыбнулся еще поганее, хотя куда уж дальше было, и протянул в своей излюбленной манере:


- Лорд Крэбб, вы обязательно должны станцевать положенный минимум. Или мой отец, как дающий бал, будет вынужден попросить вас удалиться за нарушение правил. Вы же не хотите нанести оскорбление нашему дорогому Министру? Он, как говорит мой отец, обидчив и весьма и весьма злопамятен!


- И что же мне следует делать? Подскажите, наследник Малфой, - прогнулся я.


Драко манерно закатил глаза, и с показным смирением, как последнему тупому домовику, объяснил все совсем по-простому:


- Хватай понравившуюся тебе девчонку и тащи ее танцевать.


"Вот змееныш! Впрочем, почему бы и нет. Попробую пригласить какую-нибудь, а там видно будет. Если откажут, то... А-а-а! Понял! Эти два, Грега не считаем, девственника хотят понаблюдать за тем, как меня отошьют! Ну-ну... Итак, кого бы пригласить? И на какой танец?"


С танцами здесь была та еще морока. В отличие от школьной дискотеки, где танцевали менуэт и простейший вальс, видимо, чтобы не перегружать неокрепшие мозги своих не всегда чистокровных учеников, на этом балу можно было встретить танцы со всей Европы. Большинству я и названий-то не знал, а редкие исключения опознавал только благодаря остаткам памяти Винса. А ведь не всякий костюм подходил ко всем без исключениям танцам... К счастью, мой артефакт от "Твилфитта и Таттина" сегодня имел форму классического английского костюма-тройки фасона конца прошлого века: сюртук, белая рубашка, галстук, двубортный жилет, белый нагрудный платок, брюки и перстень лорда на пальце. Таким образом, мой наряд подходил к большинству популярных здесь танцев. А к меньшинству, к которому не подходит, так там я и светиться не буду. Пусть по сравнению с некоторыми он смотрится немного футуристично, чего стоят только одни лишь закутанные в пледы родовых расцветок шотландцы, но все же вполне достойно. Мужская классика, что с нее взять. Для этого и придумывалась, чтобы можно было пригласить даму и не краснеть от резкой дисгармонии нарядов.


Кстати о дамах. Я принялся скользить взглядом по залу и пристально рассматривать-оценивать каждую попадающую на глаза женщину в качестве возможной партнерши. Пока только на танец, а там, чем черт не шутит, на предмет сладко проведенной ночи. Бал для аристократов это не только заводской цех для занятия политикой, но и этакий клуб знакомств. Вдруг найдется добрая самаритянка или просто любительница молодого мяса, что прельститься свежим и красивым лордом? Гормональное взросление оно такое: женщины начинают усиленно привлекать внимание и без всяких Зовов Крови и подлитых любовных напитков. Не было бы у меня столько проблем, бегал бы уже, наверное, с жадным взглядом и с капающей с высунутого языка слюной, в поисках хм, "где бы с кем бы". А так - просто не до этого, шкуру бы спасти.


Итак. Сразу отбрасываем дам лет тридцати, или около того. Старушки мне не нужны, да и чересчур борзым меня могут воспринять и сразу отошьют. Также даже и не смотрим в сторону дам с кавалерами. Затаившие обиду или дуэль мне не нужна. Клоунов пусть ищут в другом месте. Да и как-то смутными видятся мои шансы на то, что я смогу в бою устоять перед взрослым магом-аристократом. Далеко ходить не надо: вспомнить хотя бы гильдейскую пятерку, ну или пацанов-дурмштранговцев. Не от всего можно отмахаться одной лишь плетью крови. В итоге на мою долю остаются только бесхозные малолетки, вроде отсутствующей здесь Трейси, и очень редкие одинокие красотки. В итоге я наметил двух таких одиночек с потенциальной возможностью ночного продолжения и трех девочек подходящего возраста для формального выполнения обязательной танцевальной программы, как толпа передо мной внезапно как-то случайно расступилась, и я увидел ее.


Глава опубликована: 06.01.2017

## Глава 34. Встреча с Мечтой


И с ужасом осознал: "Это все. Конец. Я пропал навсегда..."


Черное платье с узкой талией, широким подолом длиной в пол, длинными, до кистей рукавами и полным отсутствием декольте и разрезов удовлетворило бы даже самый пуританский вкус, если бы не пара нюансов. Во-первых, несмотря на то, что ткань платья была очень плотной, она также была достаточно обтягивающей. Поэтому правильной формы грудь женщины хоть и была полностью прикрыта материей, но тем не менее, никаких секретов женской анатомии от жадных мужских взглядов не прятало. Зато юбка отыгрывалась за лиф: в движении ткань платья только лишь на мгновение-другое резко очерчивала правильной формы ножку, заставляя всех окружающих мужчин замирать в восхищении и не отрывать от прелестницы глаз, в надежде еще раз увидеть это. А во-вторых, хех, по ткани платья были пущены узоры в виде крупных растительных орнаментов из практически прозрачного шифона или газа черного цвета, что позволяло убедиться в весьма смелом для этого общества отсутствии белья и задаться весьма и весьма закономерным вопросом: "Что это? Дорогое вечернее платье или эротичная ночная рубашка?"


Но все это я рассмотрел потом, а сначала просто прикипел взглядом к ее лицу. Правильные, тонкие черты немного смуглого лица красавицы и отсутствие яркого и броского макияжа создавали впечатление беззащитности, но стоило только взглянуть в бездонный провал черных как южная ночь глаз, как впечатление простушки рассеивалось без следа, и перед наблюдателем женщина представала совсем в другом образе. В образе хитрой и безжалостной хищницы! Немного резковатые скулы и водопад блестящих черных локонов, спускавшихся много ниже плеч, лишь довершали и без того незабываемую красоту, способную разрубить сердце не хуже булатного кинжала.


"Итальянка или испанка. Совершенно не мой типаж! Не ласковая домашняя кошечка, как Боунс, или полудикая - Дэвис, а настоящая хищная пума. Или пантера! Но отчего же тогда теперь бесследно исчезли из моей памяти и привлекательные девчонки и пассии из моей прошлой жизни, и милашки-школьницы из этой? Почему я уверен, что мне теперь без внимания этой женщины - не жить? И вообще, что я теперь не представляю, как только раньше ел, двигался, дышал без нее всю жизнь? Как я вообще дожил до этой встречи?" - сумбурно подумал я и передернулся от бешенства.


"Сука жизнь! Ненавижу! Ненавижу любовь! Ненавижу эти наркотически-яркие чувства, за сладость которых потом приходится втридорога платить долгими мучениями! Ненавижу, но от этого сопротивление им не становится проще!


Может быть, меня опоили? Да. Точно опоили! Ебучие Малфои! Точно они! Не могу же я, будучи уже в серьезных годах, так безнадежно влюбиться с первого взгляда? Совсем без остатка, как последний сопливый мальчишка? Нет, конечно. Не могу! Точно! Фух. Стало проще. Дожить до Хогвартса и не вылезать из него! Но пока я под влиянием приворота, почему бы и не потанцевать с этой красавицей, чей добрый взгляд для меня теперь важнее всего на свете, а ласковое прикосновение может превратить ад в рай... У-у-у! Бежать!!! Срочно бежать прочь! И плевать на Министра и Малфоев!" - подумал я, и побежал... к ней.


В конце концов, я уже не мальчик, и это не первая понравившаяся мне в жизни женщина. И уж страдать в уголке, подобно забитому девственнику на первой школьной дискотеке, я точно не собираюсь. Сзади кто-то весьма недовольно бурчал мне в спину на отдавленные ноги и нарушение этикета, но мне на это было абсолютно насрать. Для меня сейчас самым важным было успеть к любимой раньше всех других претендентов. И я, преодолев сначала толпу, а потом небольшую, но заметную зону отчуждения шириной в два-три человека, все же оказался около нее опередив всех других возможных конкурентов.


- Леди, - коротко поклонился я, поднял голову и взглянул ей в глаза. По росту она пока еще была чуть выше меня, так что сделать это оказалось совсем нетрудно. - Лорд Винсент Логан Крэбб к вашим услугам. Позвольте пригласить вас на танец?


Немного не гармонирующий с ее платьем по цвету, темно-коричневый веер сделал какой-то сложный жест, но его я воспринял как однозначное согласие с моим предложением. Впрочем, сейчас я даже пинок в пах интерпретировал бы как откровенные любовные заигрывания. Вот за это я и ненавижу любовь! За то, что она проходит по моему внутреннему миру подобно стаду слонов в выставочном зале богемского стекла! За полную неспособность себя контролировать. За отключающиеся мозги. Нет уж! Мне страсть строго противопоказана. "Но ведь немного можно, а? - что-то робко спросило внутри меня. - Конечно можно! - как обычно ответил я своему сердцу".


Как будто в ответ на мои мысли по залу растеклась отлично знакомая мне мелодия. Ох уж эта прекрасно всем известное танго, с таким подходящим под ситуацию названием: "Потерявший голову". Все один к одному сегодня складывается. И удачно для меня. Начался бы сейчас тур какого-нибудь краковяка, то пришлось бы танцевать вполглаза, повторяя жесты и формы за соседями, но танго... Значит - это судьба. А раз так, то как тут можно устоять? Никак! Видя, что женщина из робости не реагирует на мое приглашение, я взял ее за руку и потянул за собой ближе к центру зала. В конце концов, женщины если и не любят чрезмерно настойчивых, то мямлей они не любят еще больше.


Музыка нахлынула волной, настоящим девятым валом, и впервые в жизни я весь без остатка отдался танцу. Я говорил, что не люблю танцевать, что танец меня не захватывает? Чушь! Видимо мне просто не везло и до сих пор не попадалось достойной партнерши. А эта же... Эта была достойна, во всех смыслах. Как она танцевала!


Случайно заметив периферийными зрением ошарашенные физиономии слизеринской тройки и равнодушно-заинтересованные лица других гостей, я задался вопросом: "кого же именно я пригласил?", но почти мгновенно все тревоги были без остатка смыты невероятным ощущением роскошного женского тела, находящегося в моих руках. Такое податливое. Такое желанное. Так нежно и ласково прижимающееся к моему при отдельных па танца...


"Мое! Только мое! Никому не отдам! Всех убью! Она будет моей! Только моей!"


Три минуты незабываемого танго показались мне вечностью, в которой хотелось раствориться без остатка. Три минуты пролетели как один миг, оставив после себя лишь только горечь расставания. Я вежливо отвел так и не промолвившую ни одного слова женщину на то место, откуда, хех, взял, и отошел к своим шторам.


Вот только теперь я больше не занимался праздным любопытством и не рассматривал со скукой все и всех подряд. Теперь мой взгляд не отрывался от так и не представившейся мне Пантеры ни на секунду. И в те мгновения, когда непрерывно перемещающаяся толпа аристократов заслоняла от меня ее роскошную фигурку, мое ревнивое воображение рисовало сотни поклонников, готовых припасть к ногам моей богини. И на внимание которых она отвечает своей благосклонностью. В такие моменты кровь приливала к голове с такой силой, что закладывало уши, а жаждой убийства я мог поделиться с двумя-тремя сотнями Отелл! К счастью, весьма быстро в монолитной стене посетителей опять возникали прорехи, так что я мог убедиться, что мое сокровище все так же одиноко стоит на своем месте... А потом все повторялось снова и снова!


Занятый своими переживаниями, я прозевал подошедших ко мне сокурсников. Малфой и Гойл, где-то потерявшие Забини, выглядели уже получше, но все равно весьма и весьма... удивленными, если сказать мягко.


- Хм... Однако, - даже известный эталон аристократического воспитания Драко Малфой не смог подобрать каких-либо других слов для начала разговора.


- Угу, - утвердительно поддакнул Грегори, глядя на меня с определенным уважением, обильно сдобренным легкой завистью и... сочувствием?


- Я, честно говоря, никак не думал, что ты примешь мои пожелания настолько... прямо.


- Наверное, не следовало ее тащить танцевать, ну... буквально тащить. За руку. Тем более - именно ее.


- Ее? А кто она? Как ее зовут?


- Она? А ты не знаешь? Это же...


- Наследник Гойл, - Малфой выразительно посмотрел на своего приятеля-вассала. Тот смешался и фамилии или хотя бы имени так понравившейся мне женщины я не услышал. Зато услышал совсем другое.


- Лорд Крэбб. Я, конечно, в силу своего возраста и положения пока еще не специалист в этом вопросе, но мой отец всегда говорит, что месть женщины предугадать невозможно, а перенести - нереально. И лучше самому себе пустить Аваду в лоб, чем дождаться воздаяния от прилюдно оскорбленной и опозоренной чистокровной ведьмы. А ведь вы, прошу меня простить, повели себя как полный...


Чего там дальше вещал мелкий обиженный блондинчик, я уже не слушал, потому что у меня внезапно появилась гораздо более серьезная проблема. Можно даже сказать, горе. В очередной раз проверив наличие предмета страсти, своей Пантеры на месте я не обнаружил. "Кстати, надо бы подбить Малфоя на то, чтобы он меня ей нормально, как это принято в аристократическом обществе, представил. А то я даже имени этой магички, своей будущей... жены? Да, жены, не знаю." - промелькнула у меня в голове мысль, пока я усиленно крутил головой в поисках Ее.


- Крэбб! Крэбб! Да очнись, мордредов ты сын! Ш-ш-ш, - совсем уж дико зашипел стоящий рядом Драко и сильно, за гранью всех приличий, резко дернул меня за рукав костюма.


- Что? - зло повернулся я к нему, а он глазами указал мне куда-то направо. А там... там стояла она! Но в каком виде!


Если прошлое ее платье было мечтой об утонченном, чувственном и гламурном аристократичном приеме, то нынешнее навевало совсем другие фантазии. Сухой ветер, горячие пески арены, величайшее мастерство тореадора, льющаяся из ран алая кровь... и знойные красотки-Кармен в таких вот платьях. Аналогичные, в классическом испанском стиле, очень любит сестра моего названного брата Антоннита Лусеро.


Пышный ворох ярко-красных юбок рассекал высокий, практически до самого пояса, разрез, обольстительно приоткрывающий ровную прямую ножку, затянутую в черного цвета колготки. Такой же черный, как сама тьма локонов ее нарочито небрежной прически, широкий пояс визуально делал ее и без того тонкую талию еще уже. Алая, в цвет юбки, с просто невероятно смелым вырезом рубаха была подвязана спереди так, чтобы открывать узкую полоску обнаженной кожи. Бордовые туфельки финальным штрихом довершали картину ее нескромного, очень нескромного, я бы даже сказал, дерзкого, танцевального костюма.


Женщина молчала, но при этом прямо и открыто смотрела мне в глаза, а ее черно-бело-красный веер на этот раз весьма призывно, без всяких шуток и недопонимания, махал именно мне и только мне. Вот только в отличие от прошлого приглашения, теперь на лице Пантеры не было ни удивления, ни холодного отторжения, а только призыв и горячее нетерпение. Но какое-то хищное, я бы так сказал, нетерпение... Такое могло бы быть на лице паучихи, приглашающей паука к себе "на вечерний чай". Или у пантеры, облизывающейся на жирного глупого барана...


"Что за глупости лезут мне в голову?..."


Сглотнув и вытерев отчего-то вспотевшие ладони, я замешкался, но тут в спину меня толкнул Малфой и зашипел:


- Дурак! Приглашай ее! Видишь? Тебя зовут!


С каждым следующим шагом, обретая неожиданно для себя все больше и больше уверенности, я подошел к Пантере и склонился в вежливом поклоне.


- Леди? Позвольте приглас...


- Конечно! - даже не дослушав, ответила женщина.


- Я очень рад! Вот только, - я окинул взглядом ее эффектный костюм, невольно остановив пылающий взгляд на роскошных холмах и как нарочно выставленной в вырез юбки ножке, - вы позволите на минутку отойти?


- Если только на одну. Потому что я уже договорилась с оркестром. Не опоздайте, - значительно ответила моя партнерша. Мне осталось только еще раз вежливо склонить голову и бегом метнуться к ближайшему зеркалу.


Чтобы впечатлить свою Пантеру, а она явно для танца со мной придумала что-то этакое, я решил изменить свою одежду максимально под стиль ее костюма. Беда в том, что делать это придется в крайней спешке и без использования волшебной палочки, которую, как и любое другое оружие, в обязательном порядке сдают все приходящие на бал гости. Усугубляется ситуация тем, что у меня не только нет второй попытки, но и что-то непристойное, типа внезапно остаться в одних трусах перед сливками магической Британии, я себе позволить не могу. Но не могу я и отступить, не впечатлив в хорошем смысле слова, так понравившуюся мне женщину. На какие только безумства не толкает нас любовь...


Интересно, а где и когда успела переодеться она? Быть может, здесь есть специально помещение для этого? Все равно уже поздно. Некогда искать.


Не было ни омута памяти, ни времени, ни каких-то ярких идей. Поэтому, мне пришлось, чтобы не облажаться как раньше в дизайнерских изысках, попытаться достать окклюментной техникой из памяти просмотренный когда-то в прошлой жизни фильм про Зорро. Конечно, такие внезапные попытки будут стоить мне длительной и сильной головной боли потом, но это все совсем не важно. Я все равно готов заплатить эту, и даже большую цену. Важно, чтобы мой разум оказался достаточно дисциплинированным для удержания вытащенного из памяти образа, а магических сил чтобы хватило на беспалочковое использования артефакта.


Встав перед зеркалом, я отменил превращение и опять оказался одет в обычную на вид мантию - эталонное "состояние покоя" артефакта. После сосредоточился на своем отражении и... Первыми проявились белые гольфы, потом черные штаны, пояс украсил широкий алый кушак, выше положенное место заняла просторная, кипенно-белая рубаха, поверх которой я "надел" распахнутую черную курточку. На серебристую вышивку меня уже не хватило, поэтому из украшений был только пущенный по краю черной одежды серебристый шнур. Напрягшись, я зафиксировал изменения и произнес вербальную формулу, взмахивая рукой так, как будто в руке была палочка. С напряженным ожиданием я сделал движение-другое, боясь сейчас опять оказаться в мантии, но - повезло. Образ "сел" плотно. Нигде ничего не "текло", не менялось и было именно таким, каким в том фильме. Осталось только поразить партнершу своим мастерством.


Судя по тому, что центр зала был абсолютно свободен от танцующих пар, а оркестр молчал и что-то подстраивал в своих инструментах, за принудительное приглашение Пантера собиралась мне изящно отомстить. И я даже догадался, как именно. Что может быть унизительнее, если перед всем честным обществом тебя окунет в грязь так понравившаяся тебе женщина? В принципе, конечно же, много чего, но вот для безнадежно влюбленного, да еще к тому же совсем молодого мальчишки, каким меня видят окружающие, такой позор может стать фатальным. Особо слабые духом и в петлю могут влезть. Не дождетесь, во всех смыслах!


Мы встали по центру пустого зала, вежливо поклонились друг другу. После чего Пантера плавно и грациозно присела настолько низко, что ее платье образовало своими складками на паркете зала этакую брошенную на землю распустившуюся розу, и замерла в ожидании. Ее черные глаза смотрели на меня с явным вызовом, прикрытым вежливым, но страстным ожиданием.


Я напрягся. Сейчас все решится. Если мелодия окажется незнакомого ритма и, соответственно, рисунок танца окажется мне неизвестным, то это будет грандиозный позор, который мне следует принять с положенной смирение и соответствующей миной на лице. Но если ожидается, судя по костюму знойной красотки, какой-нибудь пасадобль, то мы еще посмотрим, кто кого перетанцует! Все же наука Антонниты, беспощадно гонявшей меня этим летом, забыться никак не могла.


Зазвучала музыка, в которой я с диким удивлением, переходящим в немыслимую радость, узнал тысячу раз слышанную в танцевальном зале поместья Лусеро мелодию "Малагенья Лекуона". Не удержав на лице счастливой улыбки, я с уверенным вызовом взглянул прямо в глаза партнерше, протянувшей мне навстречу манерным жестом холеную руку.


"Кто же мне так ворожит?" - подумал я, с трепетом касаясь нежной кожи Пантеры. Последней осознанной мыслью была: "И где министерские взяли такой хороший оркестр? У магглов, с последующей чисткой памяти?" А потом цунами музыки нахлынуло на меня, и я полностью растворился в танце.


Это был бой! Это была любовь! Это была смерть! Это была жизнь! Итальянка была то ластящейся кошкой, то мгновенно менялась на дикую львицу. Была шелком, была и сталью. То робким, добрым трепещущим язычком пламени в очаге, то злым безжалостным и всепожирающим огнем лесного пожара. Она была богиней! Сама Терпсихора с завистью бы смотрела на то, как искусно и чувственно, отбросив прочь все лишние мысли, танцевала Пантера.


Увы. Наше своеобразное состязание показало, что я оказался изрядным оптимистом, когда думал перетанцевать свою партнершу. Чрезмерным, скажу прямо, оптимистом. Куда там мне! Максимум на что я оказался способен - не выглядеть на фоне воплощенной музы танца вставшим на задние лапы косолапым. И это все - в прекрасно знакомом мне, от зубов можно сказать отскакивающем, танце! А между тем мелодия "Малагеньи", как это было на репетициях с моей испанской учительницей, точно так же перетекла в "Испанского Цыгана", причем именно на тех же самых тактах! Невероятное удачно совпадение! И даже с таким везением я умудрился сделать внезапную ошибку, когда вместо привычного по тренировкам мне отступа моя Пантера сделала шаг вперед, случайно излишне плотно прижавшись ко мне своим желанным телом...


Бедная Антоннита. Теперь, видя настоящий божественный танец, я осознал, насколько, как оказывается на самом деле, слабо танцует та, которая раньше мне казалась непревзойденным мастером. На фоне Пантеры испанка выглядела обычной деревенской простушкой, впервые вышедшей в круг.


Танец для меня окончился совершенно неожиданно. Вот еще мгновение назад моя душа парит в небесах, и - раз, все кончилось. Отсутствие движения и звука, казалось, причиняло настоящую физическую боль. И шквал аплодисментов, которым за показанное представление поблагодарили нас чистокровные маги-зрители, ничуть не купировала ее.


- Я... Я... - начал было я говорить Самые Важные на свете слова, но Пантера лишь покачала головой и приложила свой пальчик к моим губам. Потом ее тело слегка напряглось, и она обвела выразительным взглядом что-то у меня за спиной. Видя показное удивление на лице моей партнерши, я приложил невероятные усилия и отпустил ее руку и разжал свои, находящиеся уже за гранью аристократических приличий, плотные объятья. Отпускать ее не хотелось! Совсем! Но Пантера права. Здесь не то место и не то время. Но я сделаю все что можно, и что нельзя, лишь бы только то место и то время сошлись в пространстве как можно скорее.


Как прошел остаток бала я потом, казалось, не смогу вспомнить даже с помощью омута памяти. Я что-то делал, куда-то ходил, что-то ел и пил. Вокруг меня непрерывно что-то происходило, но все это абсолютно меня не задевало. Я просто был не здесь. Полную дешевого пафоса речь толкал Министр, какую-то важную информацию до меня пытался донести Гойл, где в стороне Малфой младший что-то втолковывал экспрессивно размахивающему руками Забини... А я все смотрел и смотрел на улыбающуюся мне Пантеру и видел только ее. Так и прошел остаток бала.


Наконец объявили последний, закрывающий бал танец. Вальс. Равнодушно отпихнув плечом какого-то молодого хлыща, пытающего пригласить мою девушку, я склонился в вежливом поклоне.


- Леди? Вы...


- Конечно!


Платье Пантеры опять, непонятно когда только успело, претерпело изменения, и теперь, классическое и белое, как никакое другое подходило для вальса. Я же как оставался в стилизованном костюме тореадора, так как и не нашел места, где бы мог уверенно поменять его обратно на классическую тройку. Да и отпустить взглядом Пантеру не имел сил. Казалось, стоит мне отвести взгляд, как она окажется всего лишь моей несбыточной мечтой и рассеется как утренний туман с восходом солнца.


Мы вдвоем плыли на волнах вальса, а в душе у меня, вознося в облака любви и счастья играла совсем другая мелодия:


Где мы жили, как мы жили, Улыбаясь и печалясь? Мы сегодня позабыли, Потому что повстречались Навсегда, навсегда, Навсегда... Мы не знаем кто откуда И забыли кто мы сами. Только знаем, это - чудо. И случилось это с нами.


Ночь подходит к середине И поет на счастье птица. Только знаем - нам отныне Невозможно разлучиться Никогда, никогда, Никогда, никогда...*


Рано или поздно все кончается. К сожалению, все плохое почему-то заканчивается поздно, а хорошее - совсем наоборот. Так, очень быстро, закончился и это вальс, а с ним и торжественный министерский прием. Сытом здесь, конечно, гостей не обносили, но и так всем все было понятно. Гости потихоньку стали прощаться, покидать зал и, забирая у дежурных авроров свои волшебные палочки, расходиться по домам через камины, портключи или аппарацией.


Настало время уйти и мне, вот только как можно бросить эту девушку? Как вообще от неё можно отойти? Нет уж, я должен ей все сказать! И пусть сейчас мне хоть кляпом рот затыкает!


Кого-то при виде объекта страсти разбивает словесный понос, но я, к сожалению, совсем из другой категории. Хотя, честно говоря, я раньше думал, что от этого позорного косноязычия избавился уже лет двадцать как минимум. Однако сейчас в голове была розовая пустота, а на языке крутилось одно лишь "я старый солдат и не знаю слов любви", поэтому начал я свое признание весьма неуверенно:


- Леди. Я прошу меня выс... - вот только возможности закончить Пантера мне не предоставила. И в этот раз, совсем не таким приятным способом, как раньше.


- Ты! - громко, на весь зал проговорила, точнее, практически прокричала моя любовь. - Как только твой поганый язык повернулся что-либо мне сказать! После того как ты меня на весь зал опозорил своим поведением! Глаза бы мои на тебя не глядели! Неужели ты думаешь, что я, Летиция Мария Илэрия-Забини, леди Забини, приму знаки внимания от какого-то сопливого лорда? Да еще в такой грубой форме? Ты не на деревенской плясульке, и я - не твоя подружка! - резкий взмах веера был похож на взмах палаша гусара, разрубающего в спину голову бегущего в страхе пехотинца.


"Вот и верь потом поэтическому "в танце нельзя солгать" - предельно ошарашенный, только и смог подумать я.


- Что, петушок, но повезло? Чай, не на простушку-магглу натолкнулся! Здесь приличное общество, а не те твои дешевые шлюшки, которым покажешь сикль и они на все готовы даже для такого как ты!


Все еще в ступоре от только что полученного жесткого отказа, я обернулся и непонимающе посмотрел на стоящего за моей спиной молодого мужчину.


- Ах нет! Как я мог так ошибиться?! Ты же из этих, которые любят подставить свою мягкую толстую попку взрослым дядям, не так ли, лордишка? Или лордунчик, не так ли тебя называют твои любовники? Как только с девкой-то, пусть и такой изрядно потасканной, танцевать все же вышел...?


* стихи - Генрих Сагпир


Глава опубликована: 12.01.2017

## Глава 35. Двойка Мечей


Не зря в приличном обществе все без исключения, и юноши, и девушки с детства изучают риторику. Умение владеть своим языком не менее важно, чем длинная череда портретов предков в родовом мэноре и толстый счет в банке. Как сделать комплимент, как вежливо отказать, как торговаться не теряя чувства собственного достоинства, как говорить долго и ничего в итоге не сказать... Ну или, если брать самый крайний случай, как без потерь вывернуться из ситуаций такого вот типа, как сейчас. Когда твой собеседник откровенно и нагло нарывается на неприятности, апофеозом которых может явиться вызов на дуэль с исходом вплоть до смертельного.


"...Потасканной..."


Но, это если забияка - бретер, и намеренно ищет ссоры с продолжением. А если совсем наоборот? Если это именно вы хотите оскорбить и вызвать на дуэль? Таким образом, по-хорошему, нужно уметь не только весьма корректно избежать ссоры, при этом не скатываясь в оскорбительное для себя соглашательство или уничижение, но и знать, как правильно, безальтернативно оскорбить, если будущая конфронтация тебе выгодна.


"...Девкой..."


Мне грех жаловаться на косноязычие. Язык у меня всегда был подвешен неплохо, и за словом в карман я никогда не лез. Вот только сейчас у меня было не то настроение, чтобы состязаться в тонкости и изящности оскорблений. Наоборот, у меня было желание кого-нибудь убить!


"...Шлюшкой..." - независимо от всего остального в глубины моего разума медленно опускались произнесенные мужчиной в адрес леди Забини бранные словечки. И, наконец, ударившись о дно, что-то сильно нехорошее там разбудили. Мир вокруг меня утонул в красном мареве...


"Не лезть никуда и быть тише воды ниже травы..." - где-то глубоко в периферии моего разума жалко и безнадежно пискнула последняя благоразумная мысль. Она знала, что ее благой порыв в очередной раз проигнорируют. Именно так и случилось.


- ...Сталь и магия, кусок гнилого мяса! Сталь и магия! Сталь или магия, ты мордредов ублюдок! - услышал я чей-то хриплый рев, когда немного пришел в себя. Саднящее резкой болью горло намекнуло мне на его источник. Я умолк, захлопнул распахнутый в крике рот и огляделся.


Вокруг стояла тишина. Группа не успевших уйти гостей, непроизвольно сформировавшая вокруг нас круг пустоты, с неусыпным вниманием наслаждалась развитием скандала. В первых рядах стояла леди Забини, которая с неподдельным интересом наблюдала за разворачивающейся из-за нее ссорой.


Полные губы мужчины были разбиты и отчетливо кровили, а у меня ныла тыльная сторона правой ладони. Оскорбление получилось классическое и несмываемое, и, дабы не случилось чего похуже, меня за руки с двух сторон держали Гойл и незнамо откуда взявшийся МакМиллан. Впрочем, в угаре влюбленности я бы и динозавра не заметил, так что Эрни вообще мог весь бал позади меня простоять. Чуть в стороне Драко держал за руки Блейза, который, судя по бросаемым на меня и моего врага взглядам, смерти, предпочтительно долгой и мучительной, желал нам обоим. И даже не могу предположить, кому именно больше.


- Хорошо, - сплюнув и испепелив кровавое пятнышко на полу, произнес мой враг. - Я, Эгберт Элфи Бейтс, наследник рода Бейтс, принимаю ваш вызов. Раз вы хотите, мы будем сражаться насмерть! Здесь и сейчас!


"Супер! Так. Стоп. Резко остыл и успокоился! Бейтс-бейтс... Знакомая фамилия. Просто однофамилец или старший брат моего слизеринского конфидента трехлетней давности? Вполне может быть. Нехорошо это, нехорошо. Быть может, еще не поздно откатить ситуацию?"


- Жаль вас, лорд Крэбб. Из-за какой-то... хм, женщины без репутации вы вынуждены будете умереть в таком юном...


- Я вырежу тебе язык, посмевший произнести в ее сторону такую гнусь! - независимо от разума, сами собой вырвались из моего рта оскорбительные слова.


- Что здесь происходит? - резко спросил Министр Магии, прошедший в сопровождении Малфоя-старшего сквозь окружившую нас толпу.


- Вопрос чести, мистер Фадж, - вежливо поклонился Эгберт.


- Лорд Крэбб?


- Извините меня за испорченный прием, Министр, лорд Малфой, - также вежливо, но короче, поклонился и я, между делом спрятав свою отбитую руку за спину. - Но, увы. Это - дуэль.


- Что ж, пусть будет так. Когда? - спросил Фадж.


- Здесь и сейчас. Сталь и магия.


- Ясно. Люциус?


- Да, министр?


- Вы можете предоставить господам для выяснения отношений свой дуэльный зал? Или придется сопроводить этих... несдержанных на полигон Аврората?


- Конечно, Корнелиус. Секунданты?


- Моим секундантом, - махнул рукой Бейтс в сторону стоящего позади себя юноши, - является Уинфрид Кейн.


Не успели еще поссориться, а секундант-то у моего противника уже есть. Заранее назначен! Угу. Такая спонтанная и неожиданная дуэль, как же! Нет, всем, конечно же, все и сразу понятно. Такие тонкости аристократы с молоком матери впитывают. Вот только лицемерные правила приличия всем участникам и зрителям настойчиво рекомендуют сделать вид, что ничего странного в словах моего потенциального убийцы они не находят. И, естественно, никто из собравшихся здесь взрослых не собирается препятствовать предстоящему, совершенно беспардонному по сути дела, убийству. Взрослым. Ребенка. Ах да... Я же сам вызвал, ага-ага. Твари!


А с другой стороны... кто я им? Никто. Тем более все происходит согласно законам и традициям, а значит и совершать никаких движений не требуется. Все согласно чисто английскому мировоззрению. Ну и логика: считаешь себя достаточно сильным, чтобы называться лордом; имеешь привилегии - будь готов доказать свои права с мечом в руке, не уповая на какие-либо законы. Потому что законы начинают действовать на аристократию тогда, когда ее реальные возможности начинают слабо отличаться от возможностей тех же простолюдинов. Все по классике: от "Князь первый среди равных" к "Государство - это я". Здесь, по счастью или к сожалению, это как посмотреть, все еще длится переходный этап.


Вот только все это означает, что аристократия здесь уже не та. Совсем не та. "А я еще с оттенком раболепия восхищался этим вот выродившимся отребьем? Маскирующимся под вековые ритуалы, кичащимся своими корнями и старинными драгоценностями, вычурными позами и дорогим шмотьем, но не имеющим при этом за душой ни личной силы, ни мастерства, ни реальной власти? Погрязшим в своих интригах ради интриги?... Как я понимаю теперь революционеров, которые первым делом отправляли на тот свет всю такую вот выродившуюся голубую кровь! Почему гнилую? А потому, что если бы эта кровь была по-прежнему сильна, то не пьяные от крови санкюлоты аристократов бы ставили на колени "чихнуть в мешок", или перебравшие балтийского коктейля матросики кололи бы штыками своих "отцов-офицеров", а совсем наоборот. Не оправдывая ни первых, ни возвеличивая вторых, надо помнить, что исторический процесс неумолим. И постоянным своим повторением из века в век и от страны к стране он подсказывает всем заинтересованным, что плыть по течению во время перемен - самый глупый из вариантов. Ничего. Придет Лорд, он вам устроит урок-напоминание, что крайняя хата горит первой. Можно по-разному относиться и к Упивающимся, и к Орденцам, но одного у них не отнять. Им действительно было не безразлично будущее страны. Пусть они видели его по-разному, часто - кардинально противоположно, часто - предельно искаженно, но видели и, "пока сердца для чести живы", были готовы ради него на все. Одни - не щадя ни своих, ни чужих жизней, взять власть по праву силы, вторые - точно так же не допустить этого. Пусть под властью пропаганды правых или левых идей... но все же готовы. Как готовы были их предки идти за горизонт и с болью и кровью, своей и чужой, вырвать у судьбы и мира лучшую себе долю. Эти же... Эти... потомки, даже за свою жизнь потом не будут бороться. Встанут на колени и будут молить авроров или Упивающихся не убивать... Нет. Нынешняя аристократия - не крепкий дубовый щит и острый стальной меч! Теперь они - просто гнилье! Добрых пращуров правнуки поганые!


Я здесь чужой? Вы не принимаете меня? Так тем хуже для вас! И не обессудьте, когда вас начнут гнуть и ломать через колено! Я с широко открытыми глазами и ясным разумом выберу и с честью исполню ту роль, к которой меня толкает сама Судьба! Вот только то, что мне с вами не по пути в любом случае, я вижу уже сейчас!..."


- Лорд Крэбб! - окликнули меня. Пока я воспарил в сладких дремы о будущем величии и мести, меня в очередной раз грубо вернули на грешную землю.


- Лорд Крэбб. У вас есть секунданты? - спокойно, переспросил меня Малфой.


- Х-мм, - у меня с секундантами было не айс. Впрочем, что тут долго искать, две кандидатуры-то рядом.


- Наследник Гойл, наследник МакМиллан. Не будет ли кто-нибудь из вас так любезен стать моим секундантом? - из памяти Винсента сама собой всплыла правильная фраза.


- Я согласен, - первым ответил Грег, чуть-чуть в этом успев опередить Эрни.


- Благодарю. Лорд Малфой. Грегори Гойл, наследник Гойл будет моим секундантом.


- Что ж, тогда пройдемте в дуэльный зал.


По большому счету, все отличие древнейших благороднейших чистокровных семей от просто старых или всего лишь чистокровных как раз и есть в наличии родового мэнора. Естественно, тут имеется в виду не просто земельный участок или здание, а их "начинка". Алтарь, обеспечивающий передачу из поколения в поколение родовой предрасположенности к определенному направлению магии. Накрытый мощными защитными чарами дуэльный зал, позволяющий безопасно тренировать навыки в мощной и опасной для всех, в том числе и для оператора, боевой магии (чтобы понять, что бывает с теми, кто пренебрегает тренировками или техникой безопасности, достаточно вспомнить судьбу самого Винсента Крэбба из канона). Ритуальный зал, для сложных и длительных обрядов... Собственно, и все. Ну и знания, конечно же. Остальное все - просто мишура. Пыль в глаза!


Пыль-пылью, а дуэльный зал Малфой-мэнора меня впечатлил. Если в Крэбб-мэноре это была всего лишь комната, пусть и немаленькая, то здесь натуральный спортзал! В детстве, когда тренировочную комнату несколько раз посещал Винсент, в его воспоминаниях не отложилось никакого понимания ее важности (впрочем, и лет-то ему тогда было сколько?). Но я-то не жирная туповатая личинка тролля! Тем более, что здесь я уже чуть пообтерся и теперь ясно осознаю не только преимущества, которые дает наличие семейного дуэльного зала, но и то, сколько сил и средств стоит строительство и отладка такого масштабного, по-другому и не скажешь, объекта! Десятки, если не сотня тысяч галеонов! И реагенты тут нужны такие, что и произнести иногда мерзко. Вроде сердца мага лет семи-восьми. А ведь и Хогвартс в свое время точно по такому же принципу зачаровывался! Чертовы английские лицемеры! И после этого они смеют презирать темную магию, которая по сути своей есть основа безопасности и благополучия их волшебного мира?


Нет, понятное дело, устроить дружеский спарринг или тренировочную дуэль можно где угодно. Хоть дома, хоть в метро, хоть в любом классе Хогвартса. Однако, не зря Филч раз за разом напоминает, что колдовать (подразумевается друг в друга, а куда еще школьники будут на переменах?) - нельзя. Магическую схватку устроить легко и просто, а вот избежать неприятных последствий - уже совсем нет. Показателен в этом плане такой вот фактик, что даже чистокровные маги вроде Драко и прочих слизеринцев очень редко колдуют в школе направо и налево. В качестве примера неудачного, но легкого по последствиям, развития событий можно вспомнить хотя бы зубки Грейнджер. А неудачного - безымянную жертву мародера-Сириуса или подопытных его современных, одинаковых с лица и рыжих мастью последователей.


Под эти размышления мы с Бейтсом прошли перекрестную проверку секундантами и вслед за Малфоем зашли в круг. Вот только такое серьезное событие, как дуэль, тем более - до смерти, не может начаться быстро и просто, без выполнения кучи формальностей.


- Как поручитель Министерства и член Совета Лордов, я обязан спросить у вас, - обратился к нам Малфой-старший, - возможно ли меж вами примирение?


"Вот только почему это прозвучало так... сухо? Малфой на самом деле не заинтересован в примирении? Малфою нужна моя смерть? Но зачем? Я ведь вассал его сына, опора в будущем, охранник и приятель... А может, дело в Бейтсах? Или тут что-то совсем другое? Непонятно, но подумаю об этом позже. Если выживу..."


- Мистер Бейтс?


- Если лорд Крэбб прилюдно извинится за свое вызывающее поведение, то я согласен ограничиться денежной вирой за нанесенное мне оскорбление действием, - вежливо произнес Эгберт.


- Сука! - кровь бросилась мне в лицо, и только напрягшийся Малфой и секунданты предотвратили мой рывок вперед. То есть, я, мало того, что прилюдно признаю себя пидорасом, так еще и должен за это заплатить?


Еще никого я так не ненавидел! Ни Уизли, ни манипулятор-Дамблдор или чертов Крауч, заставивший меня убивать беззащитных, даже Малфои и Крэбб, на двоих пытавшие меня год назад... Даже они все вместе не будили во мне таких ярких чувств. Причина скорее всего в том, что тут сразу слишком много наложилось друг на друга. И эта ебучая аристократия, и отвергнутая любовь, и окружающие меня чопорные англичанишки, смотрящие на меня как на варвара: "как же, и Камю не читаем, и ведем себя на балу как неотесанная деревенщина..." Злоба и ненависть достигли такой насыщенности, что внезапно я... перегорел.


- Ты покойник, - равнодушным и совершенно безэмоциональным голосом произнес я. И это были не чудеса самоконтроля. И не игра. Я действительно был полностью спокоен. Я знал, что хочу убить этого мужика. И я знал, что убью его. Умру сам или нет, не знаю, а вот в том, что обязательно убью - сомнений не было абсолютно никаких. И даже последствие моей клятвы Основательнице меня сейчас не остановит.


- Лорд Крэбб?


- Разве не ясно?


- Нужен ваш формальный ответ, - спокойно продолжал Малфой.


- Тогда, мой ответ - примирение невозможно.


- Очень жаль. Секунданты?


- Свидетельствую. В возможности примирения - отказано, - произнес Уинфрид Кейн.


- Свидетельствую, - после моего согласного кивка произнес Гойл. - Примирение невозможно.


- Да будет так, - Малфой сделал несколько жестов волшебной палочкой и произнес: - Внутренняя защита дуэльного круга временно не действует.


Хозяин дуэльного зала и оба секунданта вышли за пределы на секунду мигнувшего прозрачным стационарного защитного полога и присоединились к гудящей толпе зрителей. Как и в бальном зале, в первых рядах стояла леди Забини. Я кивнул ей и улыбнулся. Кивок мне возвратили, а вот улыбку - нет.


- Сонорус! Внимание! - громко произнес Люциус Малфой. - Проводится дуэль между лордом Винсентом Логаном Креббом и Эгбертом Элфи Бейтсом, наследником семьи Бейтс. Вызывающая сторона - лорд Кребб. Причина дуэли - оскорбление. Тип дуэли: магия и сталь, насмерть. Секунданты Уинфрид Кейн и Грегори Гойл, наследник Гойл. Стороны от возможности примирения отказались. Сходитесь.


Я и мой враг встали на специально подсвеченные точки, равноудаленные друг от друга и от краев дуэльного щита. Поклонились. Он - чуть раньше меня, потому что я об этом правиле совсем позабыл. В последние недели мне было не до изучения формальных па аристократического общества - все свободное от учебы и минимально необходимого общения с факультетом время я занимался тренировками по методике Крауча.


В прошлой своей жизни прикладных видов спорта я не чурался, хотя и не могу сказать, что был его фанатиком. Так, необходимый для души (но, увы, не для тела - лентяй был) минимум. Но даже потеряв со своим родным телом все наработанные рефлексы, в новой жизни приложенные тогда усилия, как это ни парадоксально, не пошли прахом. Помимо привычки не только терпеть боль, но и силы воли нарочно причинить ее самому себе, занятия спортом развивают в человеке два очень важных навыка. Это полезный - действенное стремление к победе и, не способствующее продуктивности, спокойное принятие поражения. А еще привычку к монотонным и однообразным тренировкам, которые как никогда к месту пришлись при изучении магии в части отработок жестов волшебной палочкой и тупых, на первый взгляд, тренировок на холодном мерзком зимнем дождике.


Хоть Шотландия и считается в Объединенном Королевстве самым холодным местом, нормальных, привычных мне долгих холодов я ни разу тут не застал. Морской климат, что еще скажешь. Так, пару раз за зиму температура опускается градусов до минус пятнадцати. В эти дни профессора старались переставлять занятия таким образом, чтобы все обучение проходило внутри помещений. И вообще учеников старались из замка выпускать пореже, да и среди последних желающих бегать "на жуткий мороз" было немного. А однажды случилось совсем страшное - ударил по-настоящему кошмарный, минус двадцать пять, морозище. Весь Хогвартс забился по комнатам и гостиным, и сидел у каминов, кутаясь в свитера и пледы. Но это был настоящий конец света и только однажды за три года. Любой континентал, и я в том числе, про такие морозы презрительно через губу плюнул бы, но... вот незадача. Шкурка-то мне досталась от теплолюбивого англичанина! Поэтому я точно так же, как и все, мерз от такой обычной для средней полосы моей родины зимней температуры.


К счастью, в этом году декабрь выдался теплым, с постоянной плюсовой температурой, так что никаких проблем со снегом и льдом ни у кого не возникло. В том числе и у меня, когда я, как бы ни было лениво, бегал кругами около замка, сращиваясь с магией по методике Крауча. Заодно и физическую форму свою держал в тонусе. Опять обрастать оригинальным Винсентовым салом или своим "оригинальным" жирком мне было стыдно. Зато теперь пришла пора воспользоваться сделанными вложениями в будущее и на практике проверить свои наработки в дуэлинге.


- Начинайте по счету три.


Я проверил палочку и поудобнее сжал в левой руке свой Черный Клинок. Аналогично поступил и мой враг. Артефактного или ритуального клинка ему не досталось, пришлось брать, что было: Малфой-старший одолжил обычный короткий меч из состава висящей на одной из стен коллекции.


- Раз.


Прошлая проигранная дуэль, самостоятельные занятия и регулярные тренировки с Краучем заставили меня многое переосмыслить в тактике магической схватки. До этого я не без основания считал Плеть Крови некой палочкой-выручалочкой, которой легко заткнуть любые дыры. А что? Многофункциональная, мощная, в случае чего - невербальная благодаря усилиям Флитвика. Даже вон Люпину, взрослому опытному магу, стоило с непривычки больших трудов защититься от нее. Чего еще надо?


Вот-вот. Ключевое слово здесь - с непривычки. Как еще на первой же парной тренировке объяснял Флитвик, Плеть применима успешно только в том случае, если ее использование является для противника полной неожиданностью. В остальных же случаях - это скорее ненамеренное ослабление самого себя, но никак не эффективный боевой прием. И, как показала практика, он был абсолютно прав. Даже немцы оказались в курсе моего любимого заклинания и смогли правильно подготовиться к его блокированию, так что говорить о местных магах? Можно с полной уверенностью считать, что любой, кто напал на меня, заранее озаботится действенным способом защиты от Плети Крови.


Как я выяснил еще год назад, таких защит весьма немного, но они вполне рабочие. Первый и простейший, как против Авады - поставить материальный щит. Причем так как плеть, в отличие от Авады, может быть многохвостой, то он должен быть весьма приличной площади. Мощный Протего старших уровней, невероятное мастерство, позволяющее отрубить хвост, либо дорогая броня из чешуи дракона. Ну, или просто убить меня раньше, чем я выпущу кровавую нить. Причем это только те, которые знаю я. А если хорошенько порыться в древних хрониках, то наверняка и еще чего-нибудь найдется. В конце концов, сейчас отнюдь не маги крови считаются самыми сильными боевиками. Тем более, что тех же плетей с древних времен понапридумывали просто кучу. Есть и водная, и огненная, которой эффектно размахивал Дамблдор в бою с Волдемортом, и невидимая воздушная, которой вообще можно отбивать некоторые заклинания, что эффектно показал Снейп... Короче, надежды на одну только Плеть Крови больше у меня не было. В связи с этим, я решил полностью пересмотреть свой арсенал.


Вкратце, моя новая "военная доктрина" выглядела следующим образом: "Пользоваться обычной боевой магией и только в самом крайнем случае и крайне аккуратно задействовать Плеть Крови". Крауч, кстати, советовал мне аналогичное, сказав, что со своей Магией Крови я уже слишком сильно примелькался. "У красных мантий терпение небезграничное, а лордское достоинство - не защита от Азкабана!"


- Два.


Эгберт, поймав мой взгляд, легонько обозначил интернациональный жест, как бы проводя палочкой поперек горла, намекая, что судьба моя решена. Моя уверенность, что этот маг не доживет до конца дуэли, не поколебалось ни на секунду.


- Три! - прокричал Малфой, и дуэль началась.


Глава опубликована: 18.01.2017

## Глава 36. Дуэль по-взрослому


- Протего!


- Протего!


Согласно рекомендациям большинства дуэльных наставлений поединок мы оба решили начать от обороны. Помимо этого Бейтс трансфигурировал меч в широкий и высокий, но тонкий металлический щит. Как я и думал, мой враг к бою с магом крови оказался подготовлен неплохо, так что совсем не следует надеяться на легкую победу.


- Ступефай! - полетел в меня лучик первого боевого проклятья, попал в магический щит и взаимно уничтожился вместе с ним.


- Протего, - выставил я следующий.


- Бомбарда! - прокричал Бейтс. От этого луча я просто отклонился. - Ступефай! Диффиндо!


- Протего!


- Экспеллиармус!


Пора бы уже чего-нибудь делать. Дуэль, совсем не атакуя, не выиграть. Правда, арсенал у меня куцый, хоть и отработанный за последний месяц так, что от зубов отскакивает, так что с ним можно и поиграть. В конце концов, если придется побеждать не глядя ни на какие правила, есть натренированная в Тайной Комнате Авада. Но это уж совсем на самый крайний случай, если выбор будет стоять между смертью или Азкабаном. Как говориться: "лучше пусть трое судят, чем четверо несут". Ладно, пора начинать.


- Акваменти, - атаковал я Бейтса простой струей воды из волшебной палочки. Поставленный Протего защищает от магии, но не защищает от физических предметов. Что может сделать простая вода? Сама по себе ничего. Вон Эгберт даже не поморщился и, надо отдать ему должное, ни слова вслух не сказал о таком "детском нападении". Собранный и серьезный, обновил свой Протего. Видимо, ему тоже зачитали краткий ликбез о том, когда можно презрительно относиться к противнику. То есть только тогда, когда враг уже труп.


- Глациус! - бросил я второе заклинание из разработанной связки.


Приятно, что Протего, вне зависимости от своей формы плоскость ли, полу- или полноценная сфера, защищает только от магии только весьма небольшое пространство. А вот лучику заклинания заморозки воды достаточно коснуться всего лишь краешка лужи, чтобы заморозить весь связанный объем воды. Если он, конечно, вменяемого относительно силы мага размера: Черное Озеро таким образом не заморозишь.


Повинуясь моему заклинанию обыкновенная и абсолютно безопасная вода мгновенно превратилась в твердую прозрачную ловушку. Бейтс дернулся и от неожиданности почти потерял равновесие. К сожалению, только почти. Да и толщина ледяной корки оказалась не настолько большой, чтобы задержать в плену здоровенного жлоба. Резко рванувшись, противник вырвался из объятий льда, разорвал дистанцию и обновил щиты, так что мои последующие, рассчитанные на неподвижную мишень проклятья, пропали втуне.


Придется использовать вариант "б". Жаль, что задумка обездвижить немагически, ошеломить магией и заколоть броском ритуального кинжала оказалась несостоятельной. Ну хоть померзнет. Страшного в этом, конечно, ничего нет, но и приятного прямо так скажем мало, особенно для не привыкшего к холоду мага. Вряд ли Бейтс отважится на что-то типа Эванеско. Палочку придется направить на себя, то есть временно убрать меня из фокуса и таким образом освободить от опасности, передав инициативу в поединке мне. Вряд ли он на такое пойдет, подумал я и не ошибся.


"...да Мак..." - прочитал я по губам Бейтса, и метнулся в сторону. Усиленный взрывного заклинания вариант моему Протего не выдержать. - Экспульсо! Бомбарда! - Бейт продолжал посылать в меня одно за другим серьезные боевые заклинания.


- Серпенсортиа! - выскочившая из моей палочки сотворенная ядовитая змея была достаточно ловко отбита подставленным металлическим щитом. А потом последовало:


- Випера Эванеско, - и змея превращается в невесомый прах.


"Фига себе! Он знает весьма и весьма нераспространенное из-за своей спорной полезности заклинание? Однако! И до Поттера что ли кто-то баловался призывами змей? Или это истинно рейвенкловская жажда знаний? Но важно не это. Важно то, что он совершил стратегическую ошибку. Ведь у заклинания Випера Эванеско есть очень серьезный минус. Оно длиннее, чем призыв! А поэтому...."


- Серпенсортиа! Серпенсортиа! Серпенсортиа! - стал я непрерывно засыпать Бейтса потоком призванных ядовитых змей, и тому не оставалось делать, как забыть про атаку и сосредоточиться на своей защите. Вряд ли мой враг носит с собой безоар...


- Випера Эванеско. Випера Эванеско. Диффиндо! - сообразил наконец что к чему Бейтс, однако темп им был утрачен.


Я продолжил крутиться по отсеченному защитной полусферой куску дуэльного зала Малфой-мэнора и бросать в противника призванных змей. Наконец, произошло то, чего я так долго добивался. Во-первых, Бейтс еще больше увеличил свой трансфигурированный щит, полностью закрывшись им от моих змей, а во-вторых, встал ногами на слегка подтаявший ледок.


А дальше в ход пошла одна из моих отрабатываемых в Выручай-комнате задумок. Вообще-то, я ее готовил на всякий случай против Крауча, еще до того, как тот получил долг жизни, но ничто не мешало мне применить свою заготовку здесь и сейчас против Бейста. В конце-концов, если меня убьют, зачем рабу-призраку какие-то наработанные в секрете серии приемов?


- Депульсо! - заклинание полетело в высунувшийся из под Протего край металлического щита. А дальше, все за меня сделала магия. Получив мощный магический импульс в противоположную от меня сторону полетел не только кусок металла, но и крепко держащийся за него мужчина. Естественно, об опасностях, которые несет для владельца носимый на руке щит, и я, и Бейтс могли только читать, так как средневековым фехтованием не занимались. Я - точно, он - скорее всего, иначе бы заемный клинок в его руке остался бы именно клинком, а не принял форму щита. Но для понимания некоторой опасности от таскании с собой куска железа мне достаточно прочитанных книг и простого здравого смысла, а так же замедленной реакции похоже уже начавшего уставать наследника рода. Вот только сейчас, получив легкое сотрясение и, ошеломленно тряся головой, пытающийся подняться противник представлял из себя невероятно легкую и удобную мишень. А значит, наступил тот самый момент...


- НА! - метнул я свой любимый нож.


Каким чудом Бейтс смог извернулся так, что нож всего лишь прочертил ему по лицу глубокую царапину и я так и не понял, но факт остается фактом. Вместо того, чтобы вонзиться тому в глазницу или в шею, нож теперь бездарно валялся за спиной у моего врага, скрытый от возможности призвать магическими щитами Бейтса. Серьезная неудача!


"Похоже, придется пускать в ход следующий план. А есть ли он у меня?"


Паузу на планирование я взял зря. Прямо из положения полулежа, с заливаемым кровью лицом Бейст крикнул:


- Тэдиум! - и провел палочкой широкую дугу... и ничего видимого не произошло


"Черт! Ублюдочная Магия Разума! Только у нее принципиально нет луча-"маркера"!" - успел подумать я, как на меня всей своей неподъемной массой упало полное безразличие.


Апатия. Крайняя апатия. То самое сумеречное состояние в котором люди делают совершенно невозможные для себя нормального вещи: выходят из окна на улицу, режут вены, пускают пулю в висок, устраивают кровавые и бессмысленные убийства с постной и скучной рожей. Рука с волшебной палочкой сама собой опустилась. "Зачем мне защищаться? Убьют? Ну и что?" - мне было абсолютно безразлично.


"Расскажите, мистер Крауч, а как оно там, ну... в Азкабане? И как вы выжили? Разве дементоры не выпивают все до дна?"


"Как там в Азкабане? Хе, - грустно и очень криво усмехнулся Крауч. - Очень, как говорил Долохов, hooevo, там. Я поклялся Магией, что лучше смерть, чем попасть туда снова. Холод. Сырость. Питание далеко не от Фортескью или со стола Министра. И дементоры... Дементоры... Они быстро выпивают из тебя все самое лучшее, стоит только дашь слабину. Хоть чуть-чуть! Нельзя! Нельзя опускаться там! Постоянная Бдительность! Только начнешь себя жалеть, если опустишь руки, вдруг не справишься с апатией и безнадежностью, то все. Совсем все. Быстро превратишься в пустой, выпитый boordjuk. Без магии, без мыслей, без памяти, без чувств, без души... Без всего! Пустая оболочка! Даже судьба призрака не так страшна, как Поцелуй. Кстати, несмотря на такое количество насильственных смертей, призраков в Азкабане нет, не было и никогда не будет. Дементоры выпивают все без остатка!


Охранники там, те еще скоты. Никто в здравом уме туда даже на двойную-тройную ставку работать не пойдет, ибо дементорам все равно кого подсасывать. Поэтому служат там те из авроров или добровольцев, для которых деньги в жизни далеко не самое важное. А вот покуражиться над беззащитными или медленно жестоко мстить своим кровникам - очень даже да. Плюс, воруют... С питанием такие чудеса случаются! Министерство отпускает на каждого заключенного, это я уже после побега от отца узнал, полгалеона в сутки. Полгалеона! Это очень немало! Прожить можно и на меньшую сумму... Можно было бы, если бы все средства не разворовывались охранниками и кем повыше. Остается только на миску похлебки и черствый кусок хлеба грубого помола, купленный на первой попавшейся ближайшей свиноферме из рациона тамошних хрюшек.


Но и этой едой стражи заключенных не балуют. Есть, например, следующее развлечение. "День полукнизла", как они его называют. Плошка жидкой похлебки, единственная пища за день, выливается в канавку у решетки, и приходится, изгибаясь и расплющивая лицо о прутья, вылизывать эту варенную из помоев похлебку буквально по капельке... Бывает еще "голубиные дни", когда похлебку не дают, а положенный по нормам содержания сухарь крошат мелкими крошками на пол."Клюйте!"


И при этом еще непрерывно издеваются! "Как ты можешь есть такое? Ты же чистокровный аристократишка! Не ешь эту гадость! Фу! Что бы сказал твой батюшка и матушка, если бы увидели тебя здесь..." Твари! А ведь если не преломить свою гордость и брезгливость, если ничего не есть, то силы и воля к сопротивлению медленно подтачиваются, и вскоре ты становишься легкой добычей дементоров. Так многие, кто не смог стать выше себя... ушли. Те же, кто борется, те едят все, включая тараканов и очень редко заползающих в камеру крыс. Крысы тоже не любят дементоров...


...Когда приходят дементоры, все разговоры замолкают, и остаются только стоны и крики. Да, сидящие в камерах не молчат. У тех, кто прошел Азкабан, нет больше никаких тайн. Ты расскажешь там все, начиная от того, как первым магическим выбросом разбросал по всей комнате свои детские какашки и заканчивая оттенком крови из горла последней твоей жертвы. Соседям все интересно. Соседям наплевать на тебя. Соседи и сами не молчат. Плачут, смеются или проклинают, не важна форма чувства, важно, чтобы они были. И, главное, чтобы ты чувствовал, что не один. Одиночная, без видимых или слышимых соседей, камера Азкабана - отсроченный на пару месяцев медленный смертный приговор...


Дементоры... Спастись можно и без Патронуса. Нужно иметь в душе чистое и яркое чувство, чтобы сохранить самое дорогое.


- Светлое и чистое? А разве дементоры не питаются ими?


- Ха. Кто говорит про светлое? Светлые чувства могут быть пусть яркими, и сильными, но недостаточно для того ,чтобы хоть чем-то помочь их владельцу. Да и трудно там долго удержать их. Дементоры выпивают их первыми, чтобы заключенные не смогли вызвать патронуса... Другое. Другое чувство нужно. Яркое. Чистое. Горячее. Ненасытное. Вечное. Ненависть! Ненависть - вот единственное достаточно сильное чувство, способное хоть немного защитить от дементоров в Азкабане. Попадешь если туда, то научишься быстро мгновенно разжигать в себе самую лютейшую ненависть. Или умрешь...


- Но разве такое количество ненависти не сводит с ума? Не сушит душу?


- Это так. Но лучше уж душа выжженная, чем душа выпитая..."


Сейчас я вспомнил этот разговор и на остатках разума, потому что воля была полностью раздавлена магией, решил попробовать бороться. Дементоры - магия, заклинание - магия. Переломить, сходное - сходным, академически любопытная идея. И вот на этом самом любопытстве я и стал разжигать всепожирающий пожар ненависти.


Сломанный в детском саду первоклассником совочек и разрушенный песочный замок, на который я потратил полдня. Украденная во втором классе подаренная двоюродным дядькой модная иностранная ручка. Жвачка на стуле в кинозале, навсегда испортившая дорогие брюки. Поставленный при всем в классе в учительницей в угол... Насмешливый отказ той Первой Большой Любви. Смерть родителей. Моя смерть в том мире... Прочие обиды, мелкие и крупные неприятности, сотворенное мне окружающим миром зло, беды и горе, оставшиеся безответными в силу принципиальной невозможности отомстить или спрятавшегося в тени анонимности врага... У любого человека таких случаев в жизни, если поискать, если не море, то озеро как минимум. И все эти неприятности в силу своей безответности и чувства собственной беспомощности порождают злобу, которую количеством можно переродиться в лютую ненависть. Хотя, что тут далеко ходить? Я не забыл, что наговорил Бейтс несколько минут назад?


"Ненавижу, - читая как мантру, я взахлеб упивался этой тьмой злобы. - Детей. Взрослых. Мужчин. Женщин. Магов. Магглов. Ненавижу их всех!" - и эффект, медленно, но все же стал постепенно проявляться. Я смог пошевелить рукой, и приподнять немножко волшебную палочку. И чем сильнее разгоралось пламя безумия ненависти, тем меньше и меньше оставалось сковывающих меня цепей. Я прямо как наяву видел, как в озере раскаленной до бела лютой ненависти медленно истаивает апатия, пока не исходит легким темным дымком, не оставив на кипящей поверхности даже пятнышка.


Вот только борясь с самим собой не следует забывать об окружающем мире. Одержав победу в мире внутреннем я чуть-чуть не успел среагировать во внешнем. Вставший на ноги Бейст сделал быстрый, но сложный жест волшебной палочкой и сопроводил его вербальной формой "Раот!". От этого неизвестного мне заклинания, я увернуться не сумел. Мне не хватило буквально каких-то мгновений и миллиметров, но факт есть факт. Мерзкий, зелено-коричнево-серый лучик, легко, совершенно не заметив Протего, чиркнул по моему левому плечу. Касательное ранение - не страшно... в мире магглов. А вот в мире магов в том и удобство, и беда местной заклинательной школы, что для эффекта не обязательно заклинанию попасть строго в точку целевого воздействия - сгодиться вообще любая на поверхности объекта-цели. Так, например заклинанию отрубания головы, чтобы сработать как должно, достаточно попасть всего лишь в мизинец на ноге. Про Аваду я уже и не вспоминаю, и так все с ней понятно.


Сначала слабая, но постепенно нарастающая боль намекали, что попавшее в меня заклинание было отнюдь не Риктусемпрой. Разорвав дистанцию я, наощупь, не спуская глаз с противника, ослабил ворот рубахи и, выбрав момент, бросил быстрый взгляд на свое плечо.


Увиденное меня не порадовало. От плеча медленно по поверхности тела расползалась зона зеленоватого, трупного цвета. Рука, бок и нога медленно немели. Что случиться, если эта дрянь доберется до сердца...


Времени на раздумья у меня резко не осталось. "Придется рисковать... Хотя, какой это риск? Что терять, если я уже почти мертв?! И "почти" исчезнет, если я буду и дальше считать ворон. Но, в крайнем случае, - нашептала мне бушующая в крови ненависть, - я заберу его с собой! В крови? Хм! Да! Теперь уже терять нечего!"


И я рванул вперед и влево. Дождался как Бейтс поймает меня "на мушку" и резко, с растяжением связок, сменил направление.


"Акцио кинжал!" - невербально крикнул-взмолился я, указывая волшебной палочкой в сторону своего ножа. И, к моему счастью, тот вроде бы дернулся в мою сторону. Бейтс что-то почуял и моментально перекрыл мне обзор, но, если заклинание призыва подействовало, это уже было совершенно не важно. Конечно, как только траектория притягивающего заклинания пересеклась с магическим щитом Бейта, то Акцио перестало действовать, ну и да ладно. Ведь дальше уже не нужно было никакой магии, достаточно было одной лишь простейшей физики. Защищающая только от чистой магии полусфера Протего не могла даже в принципе прикрыть спину Бейтса от уже набравшего скорость ритуального кинжала. Тем более это был материальный предмет, а не заклинание. А чтобы не дать врагу мгновения на реакцию я махнул палочкой:


- Вербейра Сангвинум.


Что-то возможное за спиной, слабое и невербальное, было Бейтсом посчитано меньшей угрозой, чем приближающийся маг, вооруженный плетью крови. Он закономерно повернулся лицом ко мне, бросил и даже попал в мой щит каким-то заклинанием, однако в это мгновение сзади его ударил разогнанный Акцио кинжал. Скорость там была небольшая, но чтобы войти в мягкий, ничем не защищенный бок многого и не нужно. Бейтс закричал от боли, рефлекторно повернул голову и выдернул кинжал из раны. Повернулся обратно в мою сторону, но спасительная для него дистанция между нами уже закончилась.


С разбега врезавшись в его щит левым, проклятым и поэтому уже практически ничего не чувствующим, плечом, я опрокинул Бейтса на пол.


- Авада ке... - начал было произносить Непростительное лежащий на спине враг, но в клинче руки и ноги играют ничуть не меньше, чем магия.


- Хрен тебе! - удар ноги выбивает палочку из руки Бейтса. - Акцио! - Клинок прыгает мне в свободную, вялую левую ладонь. Но она еще может сжиматься и достаточно плотно охватывает рукоять кинжала, особенно если придержать ее правой, сжимающей палочку.


Я прыгаю коленями на живот подвывающему от боли Бейтсу. Тот рефлекторно приподнимает вертикально верхнюю половину тела... И именно в нее, усиливая удар инерцией своего и его тела, я сверху вниз и бью ножом, разрезая-разрубая острейшим кинжалом грудь своего врага. Из последних сил Бейтс вцепляется и умудряется двумя руками отжать мою руку в сторону, не давая мне пронзить кинжалом его сердце. Но и не надо!


Я резко расслабляюсь и позволяю отвести кинжал в своей левой руке в сторону. А в ничем теперь не прикрытую рану на груди Бйтса в сторону сердца вонзается забытая моим противником нить Плети Крови.


Это было... невероятно. Наслаждение! Немыслимое и неописуемое наслаждение. Пронзившая чужое сердце нить из моей крови неведомым мне магическим образом связала наши жизни воедино. Но не так. Не единение. Не братство. Не дружба. Подчинение и паразитирование - вот более точные по смыслу определения. На мое тело сейчас работали сразу два сердца, две крови, две жизни!


От взбурлившей в венах насыщеной энергии я на несколько мгновений опьянел. Наверное, так себя чувствуют пресловутые вампиры, когда пьют кровь своей жертвы после длительной Жажды. Казалось, я пальцем сейчас могу пробить стену, а если взмахну руками, то поднимусь ввысь как птица, вообще без всякой магии. Внезапно резко заболела на миг, и сразу же прошла, левая половина моего пораженного проклятием тела. Брошенный быстрый взгляд вниз помог убедиться в мгновенной догадке. Действительно, теперь мое плечо выглядело абсолютно здоровым.


Но если мне было сейчас очень хорошо, то о Бейтсе такого сказать было нельзя. Дряблая, посеревшая, в крупных каплях пота кожа. Тяжелые синяки под провалами глаз. Пробивающаяся седина... Жить ему, если я не отменю испивающую жизнь магию оставалось совсем недолго. И она убьет его гораздо быстрее и вернее той серьезной раны в груди.


По глазам Бейтса я увидел, что тот все понял. И сломался. Страх осознания приближающейся смерти кардинально изменил поведение моего врага. Куда делся гордый и надменный наследник чистокровного рода?


- Пожалуйста... - одними губами прошептал лежащий на полу совсем молодой еще парень, который совсем не хотел умирать. Из глаза тонкой ниточкой к виску побежала прозрачная влажная дорожка. - Пощади...


- Ты еще можешь шипеть? - все еще во власти всепоглощающей сладкой ненависти с злобным удивлением спросил я. - Э-э-э, нет! Так не пойдет! - я поудобнее перехватил левой рукой свой ритуальный клинок, как рычагом лезвием раздвинул челюсти Бейста, чуть наклонил и с силой двинул его вниз, калеча язык и горло. - Никто тебя за твой поганый язык не тянул! - объяснил я захлебывающемуся кровью врагу. - Ты сам все выбрал!


Встав на ноги я еще раз полюбовался на бьющегося в агонии врага и произнес:


- Ладно. Я сегодня добрый, ибо встретил Ее. Так что я пощажу тебя. Не буду больше мучить, - и, увидев облегчение в глазах Бейста, растянул губы в максимально мерзкой ухмылке. Тот, кто не верит классическому голливудскому штампу, когда Главный Враг над телом Главного Героя рассказывает все-все-все, тот никогда не ненавидел по-настоящему. Это такое наслаждение, раздавить не только физически, но и морально. Ощутить, как сила и надежда твоего врага уступают место отчаянью и безнадежности, наркотически привлекательно! И вот сейчас, во власти этого чувства я закончил фразу:


- ...и убью быстро! Я слишком много в детстве читал сказок, чтобы оставить такого как ты врага в живых! Ха-ха-ха! Умри, тварь!


Откуда-то я знал, что именно сейчас мне нужно сделать. Мое желание напряжением передалось по связывающей нас в единое целое кровяной нити. И, выполнив мой приказ, чужое, но подчиненное мне сердце взорвалось из раны фонтаном жизни и крови, который окатил меня с ног до головы, забав с собой ненависть и оставив спокойствие здоровой силы.


Умиротворенный, я развеял непроизвольно трепещущую в поисках следующей добычи многохвостую плеть крови и опустил волшебную палочку. Наклонился и вытащил из ошметков тела свой клинок. Вытер и убрал его в ножны.


Тем временем дуэльный щит рассеялся, и я обратил внимание на то, что в зале царило потрясенное молчание. Внезапно, тишину разорвали шаги за моей спиной. Я обернулся и уперся взглядом в четыре направленные на меня волшебные палочки, которые держали в руках люди в красном. Авроры.


- Винсент Логан Крэбб, лорд Крэбб, - заговорил тот, что стоял прямо передо мной. - Вы арестованы за применение темномагического ритуала жертвоприношения. Сдайте палочку и не оказывайте сопротивления, иначе мы вынуждены будем бить на поражение!


Глава опубликована: 24.01.2017

Интерлюдия 16


В последние дни Трейси Дэвис была всем окружающим ее миром очень недовольна. Нет, Трейси Дэвис была просто в диком бешенстве! Уже больше недели, вместо радостных приготовлений к серьезному министерскому приему, официальному настолько, что на нем и помолвку объявить незазорно, она вынуждена сидеть в своей комнате под домашним арестом и даже не мечтать о бале! А ведь она все так хорошо продумала! Это была совершенная интрига! Любой аристократ-слизеринец, только языком бы цокнул в зависти! И основная цель полностью достигнута - деньги получены немалые, и авторитет повышен, как личный, так и семейный, и затраты сил невелики...


"А вместо похвалы родители заперли меня в моей комнате на все каникулы! Братик оскорбился, видите ли! Даже отец, который всегда был на моей стороне, в этот раз согласился с этим мордредовым Роджером! И в результате этого все мои планы пошли прахом! И платье, и драгоценности, и на всякий случай очень дорогое приворотное с усиленным эффектом возбуждения, все было подготовлено и ждало только встречи с Крэббом! Винсент должен был упасть к моим ногам у всех на виду! А тут... Хоть сбегай из дома! Но, судя по тому, что совершенно неожиданно для себя, я весь день сегодня спокойно проспала, родители от моих излишне импульсивных действий на всякий случай подстраховались, - думала Трейси Дэвис. - И вот мой Винсент отправился на этот важный бал без меня. И бежать уже поздно. А ведь после Святочного и Гринграсс, и Булстроуд намекали мне, что с удовольствием составят компанию Крэббу. Может, дразнили? А если нет? Да ладно слизеринки, да даже эта рыжая лахудра из свинарника, с убого набитым тряпьем лифом, которой на соответствующее зелье денег не хватило, и та вилась около моего Винсента! А что если там, на балу..." - продолжала ворочаться с бока на бок Трейси. Выспавшись за день, она не хотела лишний раз пользоваться зельем сна без сновидений.


От тяжелых мыслей ее отвлек шум в холле. Судя по голосам, родители наконец-то вернулись с бала. Трейси уже было поднялась, чтобы спуститься со второго этажа на первый, поприветствовать родителей и расспросить про своего парня (естественно, в буквальном смысле, ее комнату никто не запирал, достаточно слова главы), но тут же плюхнулась обратно в кресло.


"Нет уж! Раз меня не пустили, раз меня, как в Азкабан, заперли, пусть вот сами ко мне и идут!"


И они пришли. То есть не пришли, а вызвали.


- Хозяйка Трейси!


- Зиппи! - вздрогнула девушка от совершенно неожиданного оклика. - Ты напугал меня.


- Зиппи накажет себя. Позже. Но Зиппи хочет передать, что молодую хозяйку Трейси зовет хозяин Дэвис.


- Отец или брат зовете меня?


- Главный хозяин, сэр, хозяйка Трейси.


- И куда мне идти?


- Хозяин зовет молодую хозяйку в кабинет.


- Хорошо, передай ему, что я сейчас приду.


В семье Дэвисов не было принято перемещаться по дому с помощью аппарации. Своей ли, домовика ли, не важно. Когда маленькая Трейси спросила почему, мама легко и понятно объяснила своей малышке: "Хочешь стать такой же жирной коровой, как тетя Эллис? Таких мальчики не любят!" Тетя Эллис, с терриконами жировых отложений, с которыми не могли справиться даже сваренные мастером-зельеваром зелья, с тех пор была для Дэвис боггартом. Становиться похожей не на стройную маму, а на самку гиппопотама или жирдяйку-Булстроуд, стройной девочке совсем не хотелось.


Удивительно, но в кабинете главы рода Дэвис самого отца не оказалось, хотя идти до тут было меньше минуты. Зато была мать, леди Джулия Александра Дэвис, которая в данный момент что-то капала из небольшого пузырька в бокал с соком. А еще на журнальном столике стоял омут памяти с уже плавающей там нитью какого-то воспоминания.


- Пей, - протянула мать бокал своей дочери.


- Что это? - спросила Трейси, беря бокал.


- Успокоительное.


- Зачем? Я и так достаточно спокойна. Целый день проспала, - с язвительностью ответила младшая Дэвис.


- Пей, глупая, мне виднее. Я не хочу, чтобы ты разнесла мне тут весь кабинет!


- Что-то случилось? С кем? С отцом? С братом? С... Винсентом? - закономерно встревожилась догадливая Трейси.


- Пей!


- Не хочу! Кто? Скажи мне, кто?


- Пей, это в твоих интересах!


- Не буду!


- Пей, дура! С тобой случилось! У меня нет никакого желания переживать неконтролируемый магический выброс! - вспылила Джулия. Потрясенная ответом Дэвис-младшая с испугом посмотрела на свою, всегда такую спокойную, мать и медленно выпила сок с зельем. - Смотри, - подтолкнула Джулия столик с омутом памяти к креслу дочери.


Спустя минут пятнадцать Трейси подняла голову из омута памяти и резким движением руки смахнула его со стола.


- НЕТ! Ни за что! Я не отдам его! Предатель! Он же обещал мне! И отец... - прокричала она.


- Что они тебе обещали? - спокойным и участливым тоном спросила мать свою повзрослевшую дочь.


- Ну... - растерялась дочь, - отец говорил, что постарается, - пауза. - Брак, - еще одна пауза, длиннее. - С Винсентом. - Трейси плюхнулась в кресло и спрятала лицо в ладонях.


- А что тебе обещал Крэбб?


- ...


- Поправь меня, если я ошибаюсь. Ничего он тебе не обещал, не так ли? И все еще не собирается?


- Но он же пригласил меня на бал!


- И?


Еще одна пауза, на этот раз длинная, повисла в разговоре, после чего младшая Дэвис неуверенно начала:


- Ну, а если... - Трейси покраснела и спрятала глаза от матери. - Если я... Ну... От него... Забеременею... Не поможет ли это моему замужеству?


- Глупышка, - Джулия пересела на подлокотник кресла своей дочери и прижала ее голову к себе. - Сейчас все стало совсем по-другому. Переспи ты с ним, когда он был всего лишь наследником, то решать, жениться ли Винсенту на тебе или нет, стали бы твой отец и старый Крэбб. А на него у Питера было небольшое, но хоть кое-какое влияние. На Винсента, кстати, у твоего отца даже такого нет. Никакого нет. Поэтому, понеси ты сейчас от своего Винсента без свадьбы или хотя бы официально объявленной помолвки, и не захоти потом Крэбб взять тебя в жены, то это будет считаться несмываемым оскорблением рода Дэвис от рода Крэбб. И это, я пока специально не касаюсь этого важного факта, только в том случае что Крэбб тебя захочет. Но если все же каким-то чудом тебе что-то этакое удастся, то иного выхода, кроме как вызвать оскорбителя рода на дуэль насмерть, у твоего отца не будет. А дальше вариантов, как ты понимаешь, всего два. Либо твой отец убивает Крэбба, и ты остаешься без жениха опозоренной на всю жизнь. Либо Крэбб убивает нашего Питера, а он, как ты видела, кое-что в убийствах смыслит, и главой рода досрочно станет твой брат. С долгом кровной мести... Жалеешь своему отцу смерти? Или брату?


- НЕТ! - Трейси вырвалась из объятий своей матери и вскочила на ноги. - НИКОГДА! КЛЯНУСЬ МАГИЕЙ, ЧТО Я УНИЧТОЖУ ЛЮБОГО, КТО УБЬЕТ МОЕГО ОТЦА! - и в подтверждение заключения магического непреложного обета правая рука Трейси на мгновение озарилась вспышкой света в форме кольца.


- Дура, - голова Трейси дернулась от пощечины. - Добаловалась? Я сколько раз предупреждала тебя, чтобы ты прекратила дразнить Магию? Не стоит взывать к Ней, тем более по таким мелочам! Покажи руку!


На изящном правом предплечье младшей Дэвис переливалась перламутрово-белым такая тонкая и хрупкая на вид, но от этого совершенно не становящаяся необязательной к исполнению, нить магического обета.


- Довольна?


- И что тут такого?


- Как есть дура! Непреложный обет это... А, - в разочаровании махнула рукой Александра. - Что тебе объяснять сейчас.... Дура-дурой ты, дочка. Ладно. Это не так уж и страшно. Просто еще один повод твоему папе сильнее беречься. За двоих. Не только лично за себя, но и за тебя тоже. Глупышка ты моя бедная, - мать крепко обняла Трейси. - А на счет Крэбба... Я ведь не просто так сделала акцент на том, что Крэбба ты теперь не заинтересуешь... Эх, - тяжело вздохнула Джулия, - похоже, придется тебе кое-что рассказать.


- Ты никогда не задумывалось, почему в школе за всю ее историю ни один из директоров так никогда и не ввел запрет на использование приворотных зелий? А ведь одним его удачным применением можно разрушить важный брак, то есть, по сути, нанести непоправимый вред целому роду?! И отвечать за это будет обязан, в том числе, и взявший на себя ответственность за врученное в его руки несовершеннолетнее будущее магического мира, а именно - директор Хогвартса. Но несмотря на весьма неприятные для глав школы прецеденты, те дураки, которые пытались вести запрет на любовные зелья, вылетали из директорского кресла быстрее собственного визга. Так почему? А потому, что, школа это не просто место, где вы получаете образование. Плевать на него, по большому счету, все равно ничему по-настоящему серьезному там не учат. Да и в крайнем случае без СОВ и ЖАБА можно неплохо прожить в магическом мире, если ты чистокровный аристократ. А вот без чего нельзя прожить даже если ты чистокровный аристократ, особенно если ты чистокровный аристократ, так это без умения общаться. "Атаковать" и "защищаться", создавать альянсы и рушить их, и самое главное - держать себя в руках несмотря ни на какие удары извне. Именно поэтому, учеба в Хогвартсе может показаться современным магглорожденным опасной и невероятно жестокой, по сравнению с их миром, однако мы, старые семьи, помним: чем меньше жалеешь своих детей в процессе воспитания, тем более приспособленными они становятся в зрелости. И любовные зелья, часть этой вот тренировки.


Есть болезни, которыми следует переболеть в детском возрасте. В частности, одной из таких является первая, зачастую неудачная, любовь. Не надо краснеть. Осознание, что родители тоже были когда-то детьми и именно поэтому видят тебя насквозь, придет позже. А пока, просто поверь. Все были молодыми, все через это проходили, и мы все тебя отлично понимаем. Но, несмотря на то, как бы ни было тебе больно, этот опыт очень важен и по-другому его не получить.


Почувствовать невероятное влечение, отдаться ему, окунуться в него без остатка и... вынырнуть обратно! Переступить через него! Стать сильнее и мудрее самой себя! А на директоре лежит обязанность, чтобы никаких непоправимых последствий от этой... хм, ослабленной дозы яда, не случилось.


Теперь, что касается твоей соперницы. Тут все очень непросто. Честно говоря, я и представить себе не могла, что тебе так... не повезет. Делить мужчину с этой... хм, женщиной. Я думала, что только наше поколение в зоне риска, но совсем забыла, что любовь слепа и не приемлет ни внешности ни возраста.


Ты уже отлично знаешь, как действует приворот. Не надо смущено отворачиваться, дочка. В свое время этим балуется практически каждая молоденькая ведьмочка. Ах, какие веселые шутки мы вместе с другими слизеринками проделывали с помощью любовных напитков! Любовный треугольник - такая примитивная убогость по сравнению с теми гексаграммами, вписанными в гексагон, которые из гриффиндорок и хаффлпаффцев составляли мы! Но мы-то так шутили или пестовали свои юношеские желания мужского восхищения нами, а многие принимали и принимают пряный обман ложных чувств за истину! Увы. Надо быть гораздо взрослее или гораздо умнее, чтобы понимать, что украденные чувства никогда не доводят до добра. Конец истории у таких отношений всегда плохой, а иногда и вовсе трагичный.


Приворот, как ты знаешь, воздействует на тело и сознание жертвы... Да, да, Трейси, именно жертвы, ибо приворот классифицируется как яд. Воздействует в таком ключе, чтобы она возжелала разумом и плотью того, в чью пользу он сделан. Это легко и удобно, но именно по этим ярким признакам приворот отлично определяется и так же легко снимается. Достаточно вывести или подавить воздействие любовного напитка зельями, а остаточные эффекты удалить, например окклюменцией, или, что гораздо проще, тем же обливиэйтом, и все. Не удивляйся. Министерские Обливиаторы, конечно, только самые опытные и доверенные, получают очень неплохие галеоны за это. Так что средств от приворотов изобретено ничуть не меньше, чем самих приворотов. Иначе, сама понимаешь, маги бы вымерли в междоусобных стычках столетия назад. Сейчас нужно лишь только правильно опознать тип и вовремя применить соответствующее противоядие, чем так славятся лекари Мунго соответствующего отдела. Третий этаж, Отдел Отравлений.


Но совсем не так действует Забини. Женам и невестам Британии пришлось потратить много времени и очень много галеонов для того, чтобы досконально разобраться в этом вопросе. Несмотря на потраченное целое состояние, так и осталось неизвестным, как именно делает приворот Забини. Быть может, пробудилась частица очень старой крови, тех же сидов, к примеру. Или - это такой вот магический дар. Или она заключила сделку с демоном. Или еще что, никто не знает точно. Но зато хотя бы оказалось возможным выяснить, что именно она делает.


В отличие от классического подхода, когда воздействие осуществляется на цель приворота, Забини... меняется сама. Меняется таким образом, чтобы более чем идеально подходить именно этому вот конкретному магу-цели. Телесно, в некоторых пределах, конечно же. Мыслями. Духом. И даже в Магии она после изменения видится совсем по-другому. То есть, по сути, для своей цели она представляется как идеальный внешне, ментально и магически совместимый партнер. Как, например, Винсент для тебя. Так что можешь считать, что частично за твои мучения судьба Крэббу уже воздала. Он теперь сам узнает, что такое Зов Крови!


- Но, похоже действуют и вейлы...


- Вейлы? - рассмеялась леди Дэвис. - Эти полуживотные? Не смеши меня. Они - соплячки по сравнению с Забини. Эти существа проецируют вокруг себя ауру похоти, которую любой маг-окклюмент или просто защищенный соответствующим артефактом даже и не заметит. В конце концов, даже самый сильный приворот, обладая сильной волей, можно побороть, в этом он сходен с Непростительным Империусом. Можно также затормозить влечение хорошим самоконтролем. Побороть же влечение к этой... женщине, невозможно. Точнее, никто никогда не смог, потому, что и не пытался. Все те, на кого пальчиком указывала Забиини, безропотно падали в ее объятья. А почему бы не упасть, если это и есть настоящее счастье? Истинная, а не поддельная "вторая половинка". И да, меняясь, она ко всему прочему сама по-настоящему влюбляется в своих избранников. Как мужчине устоять перед таким? Никак. Вот они и не сопротивлялись.


Этот мордредов старик, лорд Забини! По рассказам знающих магов, только то, что он с самого детства был повернут на своих магических исследованиях и поэтому отучился на Рэйвенкло, а не на Слизерине, не позволило ему стать очередным Темным Лордом. А так, все предпосылки были на лицо. Скажем так, по непроверенным слухам в свое время старый Забини спустил с крыльца своего мэнора просившегося к нему в ученики самого Того-кого-не-следует-называть, и тот ничего ему не смог сделать в ответ! Представляешь? И даже такой хм... волшебник не устоял перед чарами Летиции Марии Илэрии. Хотя, что это я стесняюсь? Он регулярно "не устаивал", за каждой юбкой волочился, кобель старый! Ему уже на картину давно пора было, а он за малолетними ведьмочками ухлестывал! Правда, в первый раз за свою жизнь он не устоял настолько, что не только женился, но и совершил воистину немыслимое для нормального мага. Он так любил эту свою подцепленную на континенте, поговаривают, в каком-то борделе, шлюху-женушку, что, чувствуя приближение скорой смерти, добровольно принес себя в жертву Магии на родовом алтаре! Этим запретным ритуалом кровной защиты он даровал своей жене, леди Забини, и своему младенцу-наследнику, очень серьезную защиту, которую можно сформулировать, так: "виновные в деятельном умышлении, вреде или смерти Забини - да умрут сами всем родом!". Причем этому самому что ни на есть черномагическому проклятью откровенно наплевать на то, сколько будет посредников между заказчиком и исполнителем - сначала умрет непосредственный исполнитель, а потом, по цепочке, один за другим, умрут все виновные. И, самое худшее, что в отличие от классических современных чар, это именно что защита, а не как обычно воздаяние после... Даже если сразу после заказа заказчик сотрет себе память и не будет помнить, что он - заказчик. Магии - все равно! И были прецеденты... разные, которые потом не позволили умным отмахнуться от факта наложенной на Забини защиты такой силы.


Кстати, быть может именно лорда Забини Летеция все же немного искренне любила, потому что только от него единственного понесла сына и наследника. И, кстати, именно поэтому она никогда в браке после не меняла фамилии и не входила магически в другой род! Невероятно, но факт. Но даже это совершенно немыслимые условие не останавливало магов, желавших жениться на ней! Впрочем, с ее стороны причина-то проста. Смени имя и тогда защищающее проклятье, быть может, исчезнет. Как потом вскоре исчезнет и сама бывшая Забини. Желающих отомстить ей в свое время было, да и сейчас есть, просто море! И не просто так.


Получив настолько серьезную защиту, эта мразь совсем распоясалась. Дав немного подрасти своему сыну, она за следующие три года сменила шесть мужей, очень пожилых, богатых и одиноких магов, последовательно влюбляя их в себя, женя и сводя в могилу. А после забирала состояние и шла к следующему. Именно после седьмых похорон супруга леди Забини, терпению магического общества пришел конец. Леди богатейших и древнейших фамилий, хм... опасаясь за свое будущее, надавили на мужей, и они выставили Забини ультиматум.


Суть его проста. Отныне и навеки целью для леди Забини мог стать только взрослый и не связанный узами брака или помолвки лорд. Сама понимаешь, сколько таких существует на белом свете, при учете того, что помолвки обычно заключаются в четырнадцать-пятнадцать лет, а то и вовсе брачный сговор происходит сразу же после рождения ребенка. А чтобы у молодой девки не было иллюзий, лорды совместно открыли очень крупный вклад в Банке Гринготтс. Если Забини нарушала условия ультиматума, гоблины размораживали средства и нанимали на континенте убийц до тех пор, пока нарушительницу бы не казнили.


- А как же проклятье?


- Проклятье, конечно, сильно, но все же не всесильно. Так как в таком случае заказчиком являлись лорды древних и благородных чистокровных семей, и, соответственно защищенные родовой магией, всех бы оно точно убить не смогло, истощаясь о родовые защиты. Один, максимум два рода... Тут уж у кого Магия слабее. А для того, чтобы ты поняла степень серьезности тогдашней ситуации знай, что на этот общий счет деньги положили даже такие столпы как Малфои и Фаджи!


- А на этом счету... есть наши деньги?


- М-м-м... - смутилась и отвела взгляд леди Дэвис, но потом прямо взглянула на свою дочь и честно ответила: - Да. Есть. Твой отец достаточно богат для того, чтобы эта стерва не могла обойти его своим вниманием! Я тоже боялась, - призналась Джулия.


- Взрослый и неженатый... - задумчиво протянула Трейси, и вскрикнула: - но ведь Винсент как раз и подходит под эти условия!


- К сожалению, да. Тут беда не только в том, что Крэбб из-за своей невероятно ранней эмансипации выбивается из правил. Его обожгла первая любовь и теперь он никогда уже не станет прежним. Ведь ты же хочешь не просто переспать с ним и расстаться, а получить его себе навсегда? Сделать его своим и только своим? Мужчиной и мужем? Не так ли?


- Да!


- Вот только на этом пути у тебя будет море препятствий. Ведь ты ему не подходишь так, как подходит Забини.


- Это как? Разве, если он подходит мне...


- Вовсе нет! Он может быть идеальным для тебя, ты его так и чувствуешь, а вот наоборот - совсем не обязательно. Ты можешь и не быть его полноценной "половинкой". Хотя бы например вот так, - леди Дэвис взяла свой веер и из середины в сторону выгнула часть перьев. - Понимаешь аналогию? Теперь, если хочешь получить его - тебе стоит настроиться на серьезную борьбу и вести планомерную осаду. Опять же, когда сердце ранено неразделенной любовью, то защита на нем ослаблена. Так что Винсент, убедившись в невозможности воссоединиться со своей любовью, будет более легкой добычей, чем обычно. И здесь тебе нужно вовремя подвернуться под руку. А потом, после свадьбы, тебе стоит задуматься вот о чем. Причинять столько боли той, что тебя любит... Разве не требует это справедливого воздаяния?


- Так вы мне поможете?


- Мы бы с удовольствием, но чем? Тем более любить тебя так, как любит Забини, он никогда не будет. Не лучше ли рассмотреть кого-нибудь другого в качестве мужа? Или ты хочешь, чтобы мы принесли его в твою комнату под Империо и перевязанного розовой ленточкой с бантиком?


- Ах так? - Трейси опять резко вскочила на ноги. - Ну, уж нет! Не хотите помочь, тогда я сделаю все сама! Без вас! Я добьюсь того, что Винсент станет моим, пусть хоть сотни перезрелых шлюх...


- Трейси! Что за слова! - возмущенно поправила мать свою дочь, но той в пылу яростного спора было не до почтительного выслушивания нотаций. Страсть и злость несли ее вперед.


- ... встанут у меня на пути! Винсент будет моим!


Громко хлопнула дверь за Трейси, и Джулия осталась в кабинете одна.


- Ну и что делать будем? - спросила в пустоту леди Дэвис.


В стоящем в углу комнаты кресле внезапно обнаружился лорд Дэвис. Он, глядя в сторону закрытой двери, неодобрительно покачал головой и сказал:


- Помогать, чего же еще. Бедняжка. К ее счастью, Крэбб все еще представляется мне максимально удобной кандидатурой. Старая фамилия, лордство и неплохие отношения с Гильдией... То что нужно. Так что нашей дочурке пока все еще везет.


- Хотя мне по-настоящему жалко ее, но как ее нытье меня утомило! Я такой никогда не была, и Роджер вроде нормальный...


- Жалко. Но ее новый настрой мне нравится больше. Наконец-то она перешла от соплей к злости. Осознала, что без своих собственных усилий даже самые богатые и влиятельные родители - это ничто. Полезный для будущей жизни опыт. Ты, когда она поостынет, ее успокой. Скажи, что мы на ее стороне. Не хватало, чтобы она еще и против нас боролась. И начни, наконец, учить ее управлять будущим мужем. Психологический портрет и рекомендации по обработке уже приложены к папке с личным делом Крэбба. Возьмешь в сейфе. А что мучается... Так это тоже нужно пройти. И лучше уж сейчас, чем потом.


- Все-то ты знаешь! - зло сказала жена.


- И ты тоже это понимаешь. Увы. Во взрослении и становлении слишком мало приятного, если, конечно, в результате хочется получить что-то серьезное и самостоятельное. Кстати, ты была не права. Не поймет она сейчас ничего. Ты ей про тайные основы нашего общества и глубинные отличия от мира магглов, а она думает только о том, что у нее уводят парня!


- Утешал бы ее тогда сам! И все она поймет. Потом.


- Вот я и утешу ее потом, когда чуть поостынет. И уже купил неплохой гарнитур, очень подходящий к ее глазам, в качестве утешителя.


- Может и мне на тебя обидеться? - ехидно посмотрела на своего мужа леди Дэвис.


- За что? Чем я провинился, - в показном притворном ужасе ответил Питер.


- Да трудно ли найти причину? - в ответ так же притворно удивилась жена.


- Ладно, ладно. Сдаюсь. Сходим завтра к гоблинам. Или в Хэрродс, выбирай. Тем более, каюсь, я так и не нашел тебе подарка на скорый день рождения.


- То-то же! - Жена отвернулась, молча встала и гордо пошла к выходу из комнаты. У самой двери она обернулась и, пристально глядя в глаза своему мужу, серьезно, без тени шутливости произнесла:


- Знаешь, все это, конечно, здорово и полезно... Я верю, что ты сможешь нажать деньгами на всех наших соперников, но...


- Конечно! Не обеднеют...


-...если дочка узнает о том, что это была твоя интрига, с дуэлью...


- Я ошибся! Что это будет дуэль, тем более - насмерть, я не ожидал и не планировал! - начал оправдываться Дэвис. - Я всего лишь собирался руками Бейтсов намекнуть Крэббу, что на Трейси найдутся...


-...то она распнет тебя, не глядя ни на всю свою великую любовь к единственному и неповторимому отцу, ни на только что полученный гейс! Нельзя шутить с Зовом! - дверь за спиной Джулии хлопнула ничуть не тише, чем минут десять назад за ее дочерью.


Глава опубликована: 30.01.2017

Интерлюдия 17


В Малфой-мэноре этим ранним утром было весьма суетно. Носились как заведенные домовые эльфы, которых безжалостно гоняла хозяйка Нарцисса. А как было не гонять, если после приема в поместье осталось столько всякого мусора и образовался такой беспорядок, что теперь только одно лишь только здание приводить в подобающий роду Малфой вид придется не один день, даже с учетом использования магии. А ведь гости гуляли еще и по парку...


Тем временем оба мужчины рода скрылись от вошедшей в раж жены и матери в личном кабинете главы и вкушали утренний кофе. Точнее, кое у кого этот кофе был не ранне-утренним, а поздне-вечерним.


- ... просто безобразно! - закончил Драко свою короткую речь, мысленно грязно и жестоко проклиная Винсента Крэбба. Ведь именно из-за него у наследника семьи Малфой выходной день начался так рано. О том, что его отец этой ночью и вовсе не ложился, занимаясь высокой политикой из-за выходки одного из гостей на балу с теми же самыми именем и фамилией, вежливый, но невнимательный сын не знал.


Несмотря на без всяких преувеличений тяжелый и напряженный вечер и не менее сложную ночь, занятую выяснением мнений наиболее сильных фигур на политической доске Магической Британии и разговорами с аврорами, снимавшими с него свидетельские показания для суда, Люциус Малфой внешне оставался все тем же невозможным идеалом изящества настоящего аристократа. В конце концов, имея много денег и мастера-зельевара в близких друзьях, чтобы одна бессонная ночь оказала видимое воздействие на внешний вид, нужно быть тупым, неразумным сквалыгой. Но уж что-что, а "на говне сливки снимать", это не про Малфоев. Мотами они не были, но когда нужно - с деньгами расставались без всякого гоблинского трепета.


- Так, - сделав глоток кофе, и привычно использовав выдавшуюся паузу для подбора наилучшей исходя из анализа всех доступных вариантов реплики, Люциус Малфой продолжил. - Я выслушал тебя. Однако, я услышал то, что не хотел бы услышать - одни чувства, а того, что хотел бы: подкрепленных фактами размышлений, как раз - нет.


- Да? - удивился Драко.


- Я хочу проверить, наследник, как хорошо ты можешь понимать те невербальные сигналы и тонкости общения аристократического общества. Рано или поздно, но придет время и ты станешь главой семьи. И я хочу быть уверен, что ты можешь не только смотреть, но и видеть те тонкости общения в нашем кругу, которые непонятны обычным магам. Расскажи-ка мне, что необычного и неправильного произошло на балу. Приступай.


- Вообще, или...?


- Ну, для начала то, что относится к произошедшему с Крэббом.


Младший Малфой чуть прикрыл глаза, сосредоточился, и начал.


- Первое. Несмотря на весьма открытое и привлекающее внимание платье, желтого цвета веер в руках женщины однозначно трактуется как прямой отказ. Второе. Несмотря на видимый отказ, к ней подходили с приглашениями, но она продолжала всех отсылать прочь. Так, непосредственно прямо перед, хм, приглашением Крэбба, она отказала очередному поклоннику. По неписанным правилам, после такого ее приглашать - это вызов тому, кому она отказала до этого, и даме, чтобы не плодить ссор, лучше отказывать всем без исключения после первого отказа. На этот танец. То, что Винс ее пригласил - это ошибка и вызов. Хотя, тут больше ошибка этой... - Драко бросил быстрый взгляд на отца, и сразу же поправился, - леди Забини. Ей не следовало принимать его приглашение.


Третье. То, как Крэбб сформулировал свое приглашение... Так не делают! Вообще. Он ее как... как... как пьяный наемник официантку в дешевом кабаке на сеновал потащил!


- Хм... - брови Малфоя-старшего заметно дернулись вверх. - Драко. Потом ты мне расскажешь, откуда у тебя взялись такие метафоры, - удивленно прокомментировал последнюю реплику своего сына Люциус.


- Это из книги... - Драко, покраснев, отвел взгляд и побыстрее продолжил разбор ошибок своего вассала. - А ведь леди Забини четко и ясно показала ему веером свое отношение! Сначала, она закрыла и раскрыла веер, держа его перед ртом, это расшифровывается как: "вы мне неприятны". Потом протянула руку вперед со сложенным веером опахалом к себе - это грубое и однозначное "убирайтесь прочь!" А Крэбб за эту руку ее схватил и поволок танцевать! Идиот! Если бы ты знал отец, сколько усилий мне пришлось приложить, чтобы удержать на месте Блейза, чтобы он не кинулся на Винсента прямо там, во время танца!


Отец поощрительно кивнул, и приободренный сын стал далее сдавать устный зачет на знание традиций аристократического общества.


- Потом Крэбб бросает вызов. Это сразу и глупо, и неправильно и не..., не знаю как сказать, не по-слизерински, вот!


- Это да, - кивнул Люциус и совершенно серьезно, без тени улыбки отметил. - Кое-кто у нас здесь известный любитель разрешить дело в дуэльном круге. Или Зале Наград.


- И это тоже удивительно, - намек Драко конечно же понял, но справился с собой и не показал своего неудовольствия напоминанием прежних ошибок. За что заслужил одобрительный кивок отца. - Ты ведь помнишь, что уже тогда Крэбб отлично знал дуэльный этикет.


- Помню, - слегка нахмурился Малфой-старший. - Продолжай.


- Во-первых, репутация у леди Забини, хм... неоднозначная. Из-за этого на нее не распространяются некоторые обязанности спутников, например - защищать ее честь от оскорблений. Во-вторых, Крэбб сам бросил вызов, и сам же выбрал вид схватки, тогда как должен был выбирать только место и время. Зато не выбрал тип дуэли, что за него опять же не по правилам сделал Бейтс. Впрочем, покойный Эгберт, на это все согласился. И секунданты на это согласились. А ведь после своей дуэли с Поттером, не состоявшейся именно благодаря отлично вроде как знающему дуэльный кодекс Винстенту, я специально подробно изучил правила, права и обязанности при вызове... С обеих сторон.


- Не отвлекайся и не повторяйся...


- И, хм-м, но... ты тоже, отец, не остановил этого убийства!


- Я тебе потом объясню, зачем мне нужна была эта дуэль.


- Ты что, хотел этой дуэли? И смерти Крэбба? Но зачем?


- Не смерти. И я же сказал, об этом - потом. Продолжай.


- Если бы вызов бросал не Крэбб, а Эгберт, дуэли могло бы и не произойти! Ведь основное правило - дуэли проводятся только между равными! Ну, и в-третьих, когда ты произнес предложение к мирному урегулированию конфликта, то Крэбб ответил бранью, а Эгберт - вежливо выдвинул свои условия. Пусть его условия были совершенно неприемлемы и предельно оскорбительны, но формально, в глазах общества, Бейтс остался бы радетелем за мир... Если бы выиграл, да, - после паузы добавил Драко. - Я уж не говорю о том, что делать вызов ударом в лицо - это слишком вульгарно! Не так! Все Крэбб сделал не так! Как будто совсем чужой нам! Как будто никогда до этого, вместе со мной, за балами не смотрел с галереи!


Малфой-старший вздрогнул и как-то пораженно посмотрел на своего сына. Потом отвел взгляд к потолку и прошептал одними губами что-то вроде: "Не может быть!... Невероятно!... Но как? Нужно проверить...", и еще что-то, что Драко уже не разобрал.


- Отец?


- Хм... Ты молодец, Драко. Со всех сторон молодец. А теперь, Добби... А, мордредов Поттер! Длипи! Дисти!


- Да лорд Мафлой, сэр? - хором спросили оба появившихся домовых эльфа.


- Так. Длипи, возвращайся к предыдущей работе, а ты, Дисти, принеси сюда Омут Памяти.


- Зачем отец? - настороженно спросил удивленный Драко.


- А затем, что сейчас ты начнешь сливать в омут все свои воспоминания, которые хоть как-то относятся к Винсенту Крэббу!


- Но отец, каникулы скоро кончаются...


- У тебя это будут очень долгие каникулы, сын, потому, что они закончатся тогда и только тогда, когда я это скажу! То есть, когда ты перельешь все, абсолютно все, воспоминания о нем! Начиная с первой встречи в сопливом детстве и заканчивая этим балом. Ты понял меня?


Драко обреченно застонал.


- И не устраивай из этого театра! Это нужно для блага рода Малфой! Я вот никак не выказываю своего недовольства, что после бессонной ночи вынужден, накачавшись разнообразными зельями, переться в Министерство на внеплановую сессию верховного суда? Мордредов Крэбб, такие проблемы из-за него!


- Мордредов Крэбб, - вторил ему сын.


Глава опубликована: 04.02.2017

## Глава 37. Суд


"Это я просто охеренно не лезу ни в какие приключения! Отлично держу себя в руках! Стараюсь не выделяться! Пиздец как здорово!" - подумал я про себя, и сел на кровать.


Надо отдать должное, камеру где-то в недрах принадлежащего Департаменту Магического Правопорядка министерского уровня мне предоставили терпимую. Совсем не Азкабан. Мягкая постель с белым бельем, в углу дверь в небольшой санузел с душем. На стенах - обои, на полу - паркет. Помимо кровати есть стол, на котором стоит графин с соком. Все это скорее подходит под определение гостиничный номер или комната для важных свидетелей, а не тюремная камера. А чтобы мне было не так долго переживать по поводу завтрашнего заседания суда, мне настойчиво рекомендовали выпить зелье сна без сновидений. Даже стекляшку знакомой формы с ним дали.


Конечно, у меня сразу же изъяли волшебную палочку, а чуть позже, уже здесь, обыскали и конфисковали все артефакты, включая мой ритуальный нож, но оставили одежду и связное с инквизиторами кольцо. После, вежливо проводили в камеру, предупредили, что она накрыта антиаппарационным барьером и заперли до утра. Перед этим приглашенный из Мунго врач тщательно проверил меня и наложил несколько заживляющих чар. Сервис на высшем уровне, короче.


Вот и говори потом, что ничего к лучшему не меняется. Или это так действует мое лордское достоинство? Хотя, нет. Как мне пару раз обмолвился Крауч, в лихие годы магической войны обычно пойманных ставили просто к стенке, или швыряли сразу в Азкабанское КПЗ, не глядя на имена и фамилии. Так что такое роскошество и вежливость появились относительно недавно.


Собственно говоря, терзать свою и без того слегка поехавшую с рельс нормальности психику я не стал. Тем более, сделать что-нибудь без волшебной палочки против двух охранников я все равно не мог. Так что со спокойной совестью выпил снотворное и без задних ног проспал всю ночь. А наутро меня разбудили, даже не дали времени привести в порядок одежду, и как есть, с пятнами засохшей крови на мантии, потащили на суд. Хорошо еще милостиво на утренние гигиенические процедуры выделили пять минут. Куда было так спешить, если все равно в каморке для предварительного содержания заключенных перед залом суда мне и моим охранникам пришлось ждать часа полтора. Сержантские зазоры, не иначе.


Пока охранники маялись бездельем, причем делали это дисциплинированно молча, я решил потратить время с пользой и прикидывал, как мне вести свою защиту. Мне вообще было непонятно, с чем связан мой арест. Ведь по сути, что-либо предъявить мне не могли. "Заклинания я использовал только разрешенные, а единственно условно разрешенное, Плеть Крови, как магу с дарами в области Магии Крови, мне применять по закону разрешено. Зато вот мой враг наоборот, бросался всякой темномагической дрянью, типа того проклятия, от которого я чуть было не сгнил заживо, а еще почти применил подсудное Непростительное. Тоже, похоже, оставил на крайний случай, и я отлично его понимаю. К чему еще могли докопаться? То, что я грохнул своего врага? Так он сам выбрал тип дуэли. Непонятно. И это больше всего нервирует! Главное, это изо всех сил отвертеться от допроса с веритасерумом. В отличии от невиновных, мне, как и Упивающимся на судах начала восьмидесятых, есть что скрывать и огласки чего бояться. Печать-то - здесь не действует, и это очень печально. Что случится, если на допросе меня спросят о прошлом, где полно скелетов, некоторые по размеру сравнятся с диплодоковым, я даже представить боюсь. Так что, "слово серебро, а молчанье - золото", это для меня" - думал я.


В состоянии стресса время тянулось невероятно медленно. Наконец, охранники по связному зеркалу получили приказ, и меня ввели непосредственно в зал заседания.


Никогда не был в классическом английском суде присяжных, да и вообще суд даже там, в прошлой жизни, посещал мягко говоря нечасто и тот - гражданский, так что все мне здесь было в новинку.


Для начала, как это и показано в каноне, зал суда был оформлен в весьма мрачных тонах. Черные стены, черный потолок, черный полированный каменный пол. Даже скамьи присяжных и трибуна судьи и те - черного цвета. Однако в отличие от канона освещение было не от факелов, а магическим и весьма и весьма ярким.


Зал суда для рассмотрения особо тяжких преступлений мне по конструкции, архитектурно напомнил классический амфитеатр. По центру в углубленной относительно зрительских мест арене, которая из-за соотношения диаметра и высот стен скорее напоминала колодец, находилось место обвиняемого. Легкий такой психологический нюанс. Геометрически поставленный ниже всех обвиняемый уже автоматом чувствует себя частично виновным. Да и обороняться, задрав голову, только дополнительное неудобство. Кроме того, кресло, к которому меня подвели и посадили, было снабжено магическими цепями. По жесту палочки одного из охранников они сами заползли мне на предплечья и лодыжки и для безопасности пристегнули меня так, что я не мог двинуть ни рукой ни ногой. Чисто на автомате я попробовал подергать руками и ногами, но, естественно, безрезультатно. Оставив на время инстинктивные потуги освободиться, я занялся более важным делом. Поднял голову и посмотрел на тех, кто собирался меня судить. А там было на кого посмотреть.


Для начала, на месте верховного судьи я увидел Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора. Логично и прогнозируемо. Вот только, что от этого мне ожидать - не знаю. С одной стороны, отношения у нас в последнее время были вполне себе на уровне и выгодны директору Хогвартса. Вспомнить тут можно и книги, и то, что я встал на его сторону в конфликте со Сметвиком, но... Дамблдор - это Дамблдор. Как у гроссмейстера никогда не опускается рука, когда ему нужно разменять или пожертвовать ради более удачной позиции пешку или фигуру, так и у Дамблдора, матерого политического игрока, ничего внутри не дрогнет, если ситуация потребует крайних мер. История рода и судьба членов Ордена Феникса как бы намекают. А если он с ближними своими так безжалостен, то на что тут надеяться мне?..


Чуть ниже Дамблдора, то есть сразу под кафедрой верховного судьи, за конторкой поменьше, сидела Амелия Боунс. Аналогичное место по левую руку почему-то пустовало. Я бы даже сказал, вызывающе пустовало, так как на трибунах ни одного свободного места не было. Да и зрительский состав был весьма представительным. Фадж отсутствовал, зато остальные смутно узнаваемые по министерскому приему лица принадлежали тем, кого Драко отнес к категориям "чистокровные, влиятельные или богатые". Насколько я помню статус этого зала суда, использовали его очень нечасто. Тех, кто нарушал Статут, пугая магглов взрывами унитазов, судили не здесь. Видимо, за долгое время процесс надо мной оказался первым серьезным. Чай, не благословенное для адвокатов начало восьмидесятых, когда суды над Упивающимися шли непрерывно и порядком всем надоели.


- Сонорус. Тихо! - произнес сидящий за заваленной пергаментами конторкой маг-секретарь. - Пятое января тысяча девятьсот девяносто пятого года. Верховным судом Визенгамота начинается слушанье дела номер пятнадцать тысяч триста семьдесят семь о применении темномагического заклинания. Ответчик, Винсент Логан Крэбб, лорд Крэбб. Судья: Верховный Судья Визенгамота Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. Согласно воле Магии, а также дарованному согласно Договору от тысяча шестьсот восемьдесят девятого года права Суда Справедливости, да восторжествует Правда! Слово предоставляется Обвинителю, - к моему глубочайшему удивлению с места поднялась тетя моей одноклассницы Сьюз, - главе Департамента Магического Правопорядка Амелии Сьюзен Боунс.


Глядя на чуть качнувшую головой Амелию Боунс, у меня отлегло от сердца. "Вот и не верь после этого в сказки. В смысле, что сделано доброе дело не вернется к тебе с прибытком!"


- Хм... - несколько неуверенно, как мне показалось, Боунс прочистила горло и начала свою речь. - В связи с тем, что обвиняемый является полноправным лордом, то согласно пункту "эф" главы три закона Гампа номер семь дробь три от двенадцатого декабря тысяча семьсот четвертого года "О серьезных нарушениях Статута Секретности и применении непростительных заклинаний", а также приравненных к ним проклятий и ритуалов из списка "Волхвания премерзостнейшие и запретнейшие" от первого февраля тысяча семьсот семнадцатого года и приложению номер "A-десять" от тысяча девятьсот третьего года к нему, а также прецеденту от седьмого июня тысяча семьсот двадцатого года, я требую, чтобы в процессе использовалась соответствующая правовая норма.


- Обоснуйте, - приказал Дамблдор.


- Согласно свидетельским показаниям, заверенные Депертаментом Магического Правопорядка флаконы воспоминаний с копиями свидетельских показаний приведены в приложении "Б" тома два, во время проведения дуэли лорда Винсента Логана Крэбба и наследника семьи Бейтс Эгберта, лордом Крэббом был проведен ритуал под названием "Испивающий взрыв". Данный ритуал Магии Крови, предназначенный для того, чтобы изъять жизненную силу жертвы и поглотить ее заклинателем, в чем-то очень похожий на способ питания вампиров, однозначно классифицируется как темномагический и запретный.


- Принимается, - немного подумав ответил Верховный Судья.


- Также, я требую принять собранные Департаментом Магического Правопорядка свидетельства очевидцев в качестве доказательной базы обвинения.


- А предварительный допрос обвиняемого?


- Учитывая его статью, предварительный и основной допрос можно совместить.


- Обоснуйте.


- Прецедент от пятнадцатого сентября тысяча восемьсот седьмого года.


Дамблдор почему-то внимательно посмотрел на меня, потом легонько пожал плечами и согласился с Боунс.


- Принимается.


- Тогда, согласно принятой правовой нормы я требую у обвиняемого доказательства его невиновности. В случае, если обвиняемый не сможет ее убедительно доказать, я настаиваю на... пожизненном заключении на верхних уровнях магической тюрьмы Азкабан.


Услышанное было подобно удару под дых. "Что?" - только и смог ошарашено подумать я, на фоне поднявшемся на трибунах гула. Вот так вот, на ровном месте присесть на всю оставшуюся жизнь? Ну, пусть, и не на всю, а на год-два, до первого или второго массового побега, но... Кормить дементоров!


- Напоминаю обвиняемому, - очень выразительно произнес Дамблдор, - что согласно применяемому сейчас к вам пункту "эф" главы три закона Гампа номер семь дробь три от двенадцатого декабря тысяча семьсот четвертого года "О серьезных нарушениях Статута Секретности и применении непростительных заклинаний" даже однократного вашего признания вины в любой форме, в том числе вербальной, будет достаточно, чтобы суд вне всяких разумных сомнений вынес обвинительный приговор. - услышав эти слова Дамблдора Боунс заметно поморщилась.


"А. Ясно все. Вот как, оказывается, в свое время присел Блэк. И я точно так же сяду, если буду сейчас бездумно молоть языком. Это как раз тот самый случай, о котором говорится в классической форме: "любое ваше слово будет использовано против вас". Но какова оказывается тетка Сьюзен! Хотела меня на этом подловить? Чтоб "срубить палку" поскорее? Вот хрен тебе!".


- Ваше слово, обвиняемый.


- Я невиновен, верховный судья!


- Вы должны доказать, - выделил это слово Дамблдор, - свою невиновность. Одного голословного отрицания обвинения недостаточно для оправдания.


- А голословного обвинения достаточно для приговора?


- Увы, но да. Пункт "эф" главы три закона Гампа номер семь дробь три подразумевает в случае, если подозреваемый является полноправным, признанным Магией и/или министерством лордом, то в отношении него делопроизводство производится согласно правовой норме, подразумевающей презумпцию вины ответчика. Также, как вы видите, - Дамблдор кивнул на пустующую конторку, - ему не предоставляется министерского адвоката. Однако, в связи с принадлежностью подсудимого к Совету Лордов к нему не может быть принудительно применена процедура легилименции или допрос с веритасерумом. Его защиту...


- Верховный судья, я заявляю протест! Объяснение процессуальных норм не являются предметом данного дела и не имеет к нему никакого отношения!


"Сука Боунс! Она реально меня топит! За что? Что я тебе такого сделал, что ты меня так ненавидишь? Для мести за или от Сьюзен, особенно, если учесть, что мы с ней особо не ссорились никогда, это слишком жестко. Малфой в деле? Ведь это он, поди, тварь, натравил на меня Бейтсов. Больше вроде бы дорогу я никому не переходил, а для истории с кольцом Бейтсы слишком англичане. Или это так меня к себе привязывает "добрый судья" Дамблдор? Так можно было бы и проще все сделать..."


-... может осуществлять любой член Совета Лордов. Включая его самого, естественно. Протест отклонен, Обвинитель.


"Хм. Дамблдора, похоже, можно подвинуть с основных подозреваемых. Не подскажи мне он этого, я бы до сих пор сидел закрыв рот на замок. Со всеми вытекающими из этого последствиями."


- Так. Ясно. Тогда, в качестве подтверждения, я хочу услышать результаты проверки моей волшебной палочки. Ведь Департамент Магчиеского Правопорядка наверняка же провел такую экспертизу? Вы ведь не нашли там признаков того, в чем меня обвиняют?


- Оправдания ничтожны и не стоят ответа обвинения. Даже если там ничего и нет, то это ничего не доказывает. Как показывает история обучения подсудимого в Хогвартсе, он хорошо умеет подобрать место и время для узаконенного убийства...


- Про.Тес.Ту.Ю, - по слогам выдавил я через стиснутые в крайней злобе челюсти. "Тварь! Я должен был тогда, на первом курсе, спустить Уизли искалеченную одноклассницу? Или в весьма неприятный для одиннадцатилетней девочки момент просто подождать, когда чертовы отморозки сделают свое дело? Хорошо! В следующий раз так и поступлю! С Боунс! Но сейчас..." - Мое поведение в Хогвартсе не имеет никакого отношения к сегодняшнему разбирательству!


-... или у него могли были быть сообщники.


- Как член Совета Лордов, - с места холодно проговорил Малфой, - я хочу напомнить, что согласно Договору от тысяча шестьсот восемьдесят пятого года в случае умышленного тяжелого оскорбления за семьями аристократов, признанных Министерством и Магией, а также приравненных к ним, в случае невозможности решить конфликт миром, при согласии обеих на схватку признается право на дуэль выставленных сторонами бойцов согласно Дуэльному кодексу. Или Обвинитель желает в покушении на жизнь Эгберта Бейтса, самого, кстати, выбравшего такой тип дуэли, обвинить меня?


- Нет, - быстро сказала Боунс.


- Протест принят.


- Я могу предоставить воспоминания, через Омут Памяти!


- Оправдания ничтожны и не стоят ответа обвинения. Я хочу напомнить, что это ведь не первое убийство, совершенное обвиняемым. Причем - безнаказанное убийство. Любой может убедиться, увидев метку...


- Протестую! - произнес я. - Мои семейные отношения не имеют отношения к данному делу!


- ... отцеубийцы. И отсутствие метки Предателя Крови на обвиняемом отчетливо свидетельствует о том, что он отлично умеет избегать ответственности. Подделать воспоминания для такого мага не стоит особого труда!


- Протест защиты отклоняется, - подумав, согласился с Боунс Дамблдор.


Тем временем последние реплики Малфоя и Боунс прорвали плотину. Теперь зрители-присяжные стали засыпать меня непрерывным градом вопросов. Некоторые неудобные я замалчивал, некоторые, особенно касающиеся с ежехэллоуинно происходящего в Хогвартсе бардака, как по "не по теме", блокировал Дамблдор. Но с каждым новым вопросом Дамблдор мрачнел, а Боунс наоборот, все больше и больше успокаивалась, так как медленно и верно дело двигалось к утверждению обвинительного приговора. Пока не прозвучала следующая реплика:


- У меня вопрос к обвиняемому, - раздался очередной голос с трибун. Тонкий, с вкрадчивыми интонациями, с какими добрая тетушка дарит любимому племяннику-забияке дорогой подарок, спрашивая параллельно о его поведении в школе. - Скажите, лорд Крэбб, что стояло за вашим написанным от руки письмом в секретариат Министерства Магии?


Хм. А вот и еще один известный персонаж каноничной саги. Судя по светло-розовому воротнику костюма, выглядывающего в вырез мантии, весьма вычурному черному банту в волосах, тоненькому, почти детскому голосочку и приторно улыбающейся хм... круглому лицу, это никто иной как мисс Долорес Амбридж. Только, какое нахрен письмо? Я же ничего такого не писал, вроде бы...


- Простите, я не понял вопроса, - я действительно не въехал, о чем меня спрашивает будущая Хогвартсомучительница.


- В прошлом году, - не обидевшись начала пояснения Амбридж, а я подумал: "Хм. А ведь прошло всего лишь чуть меньше трех месяцев, но сколько же всего случилось за это время!" - В ответ на поздравление со вступлением в права совершеннолетнего, секретариат получил от вас... - концовка фразы с намеком повисла в воздухе.


"Удача! Какая удача! Если Дамблдор отстранился, а Боунс с Малфоем и присными хотят меня посадить, иначе возражения аристократов были бы гораздо более активными, то, быть может, мне поможет Министерство? Амбридж до этого сидела молча, а теперь вот задала вопрос не по теме. Эрни, конечно, такого не одобрит, он у нас сторонник "вольностей дворянских", но выбора у меня нет." - подумал я и произнес:


- Я хотел выразить Министерству Магии и Министру должное почтение.


- Хм... - чему-то своему покивала головой Амбридж, - Очень жаль, что у вас так получилось с дуэлью. Жаль, что в последнее время большинство членов аристократических родов пренебрегает своим долгом, и в результате места в Министерстве занимают всякие... нечистокровки. Вы могли бы найти себя в работе в Министерстве, лорд Крэбб, как до вас себя у нас нашли многие другие члены старых или даже древних родов. Вы правильно меня понимаете?


- Да, - согласно кивнул я. Действительно, предложение о вербовке сделано куда уж откровеннее.


- К сожалению, - после короткой паузы продолжила Амбридж, - согласно "Акту об Исключительности" от восемнадцатого сентября семьсот первого года к признанным Магией и Законом Британским Магическим Лордом запрещается принудительно применять...


- Протестую! - вскричала Боунс.


- Протест отклонен! - быстро среагировал посветлевший лицом Дамблдор.


- ... процедуру допроса с роняющими их честь и достоинство формами воздействия, вроде легилименции или сыворотки правды. Однако, в исключительных случаях, с письменного, заверенного кровью, разрешения обвиняемого следователи Департамента Магического Правопорядка имеют право провести такой допрос...


- ПРОТЕСТУЮ! - уже откровенно орала Боунс.


- Отклоняется.


... При этом проводящий допрос должен в обязательном порядке предварительно согласовать перечень вопросов, - закончила Амбридж.


"ДА! ДА! ДА! Это мое спасение!"


- Уважаемый верховный судья. Я согласен на допрос с веритасерумом на условиях "Акта об Исключительности". Я требую, чтобы мне немедленно представили на согласование список вопросов, которые мне будут заданы во время допроса. Я требую чтобы проводящий допрос спрашивал у меня их и только их, и прошу проследить за этим представителя министерства. - "Будь благословенна внутриминистерская и междепартаментная грызня!"


Получив на руки протокол допроса, ради такого на мне слегка ослабили цепи, я пусть и не вслух, но страстно возблагодарил провидение, надоумившее неизвестных мне чистокровных триста лет назад внести такую поправку в закон. Ибо первым в списке вопросов стоял: "Ваше настоящее имя?"


Вот хрен его знает, как бы я ответил на этот вопрос. Ведь несмотря на признание магией и родовым алтарем, я, помня о каноне, Винсентом Крэббом себя не считаю. Такой вот выверт когнитивной психологии. Только поди, объясни это на суде магам, которые не хуже инквизиторов сразу же запишут меня в демоны или "наездники"... Благо, есть прецедент.


Беда в том, что просто вычеркнуть все лишние, оставив только пару главных вопросов - нельзя. Этого не только может не оказаться достаточным для доказательства невиновности, но и, возможно, может навести некоторых на совершенно не нужные мне подозрения. Поэтому вычеркивая часть на первый взгляд совершенно невинных вопросов, причем делал я это показательно, "через один", другие, причем иногда очень острые, приходилось оставлять. Надеюсь, совместить оправдательную базу и сохранение своих тайн мне удастся.


Окончание моей долгой и тщательной работы с протоколом допроса, ибо по времени меня никто не ограничивал, трибуны приветствовали довольным гулом. Штатный колдомедик Министерства, вызванный патронусом Дамблдора, поставил на наколдованный передо мной столик чашу с водой, куда из запечатанного хитрой пробкой пузырька было добавлено несколько капель бесцветной жидкости.


- Внимание, - произнес верховный судья в наступившей тишине. - Так как человек с сильной волей может врать при дозировке в три и менее капли сыворотки правды, в чаше сейчас пять мерных капель веритасерума. Нормальная дозировка превышена согласно требованию обвинителя. Так как в такой дозировке веритасерум является магическим ядом, разрушающим волю, после окончания допроса вне зависимости от его результатов, обвиняемый получит антидот и очищающее зелье. Для препятствия ответов на незапланированные вопросы от свидетелей, от трибун обвиняемый отделен односторонне проницаемым щитом. Список вопросов обвиняемым и обвинителем согласован. Обвиняемый, вы согласны в таких условиях отвечать на представленные вопросы?


- Да.


- Вы все еще можете отказаться, - добавила Боунс. - Помните. Если сейчас вы под веритасерумом подтвердите свою виновность, то вам будет мгновенно вынесен обвинительный приговор, причем без возможности апелляции и учета смягчающих обстоятельств.


"Нелогично. Будто до этого моя виновность с учетом презумпции вины была под вопросом. А про смягчающие нужно было упомянуть раньше."


- Я все равно согласен на допрос с сывороткой правды.


- Тогда прошу колдомедика напоить обвиняемого веритасерумом, - приказал Дамблдор.


Кубок поднесли к моему рту и я послушно выпил все, что там было. На вкус - вода как вода, ни единой дополнительной нотки не чувствовалось. После того как я проглотил сыворотку правды, врач перевернул песочные часы. Когда весь песок из верхней чаши пересыпался вниз, колдомедик кивком разрешил преступить к допросу. Вопросы по списку задавал секретарь суда.


- Вы учитесь в школе чародейства и волшебства Хогвартс?


- Да, - независимо от моих желаний сам собой из моего рта вырвался честный ответ.


- Вы летали на Луну?


- Нет.


- Вы учитесь на факультете Хаффлпафф?


- Да.


- Вы убили Логана Крэбба?


- Да.


- Вы встречались с Мерлином?


- Нет.


- Вы считаете себя виноватым в смерти Логана Крэбба?


- Нет.


- Вы считаете себя виноватым в смерти Эгберта Бейтса?


- Нет.


- На каком по счету курсе вы учитесь?


- На четвертом.


- Почему вы вступились за Летицию Марию Илэрию Забини?


- Влюбился.


Вопросы шли непрерывно один за другим, причем задавались вразнобой, а не по списку, а я продолжал не раздумывая отвечал на них. Некоторые ответы для меня оказывались весьма неожиданными. "Хм. Как оно, оказывается, интересно работает. За меня, похоже, отвечает не сознание, а подсознание. Любопытно было бы протестить этот эффект для лучшего осознания своих внутренних психологических возможностей и ограничений. Задать самому себе пару вопросов, и получить истинные ответы..."


- О чем вы только что подумали? - внезапно спросила Боунс.


- Что интересно было бы под веритасерумом задать вопросы самому себе, - послушно ответил я.


- Обвинитель, - жестко поправил Боунс Дамблдор. - Если такое еще раз повторится, я буду вынужден сменить вас на другого. Секретарь, продолжайте.


- Вы встречались с Эгбертом Бейтсом до событий вчерашнего вечера?


- Нет.


- Вы не использовали вчера запрещенный ритуал "Испивающий Взрыв"?


- Да. Не использовал.


- Вы использовали вчера темную магию?


- Да.


- У вас были ссоры до этого с Эгбертом Бейтсом?


- Нет.


- У вас были ссоры, недопонимание или противоречия с членами семьи Бейтс до вчерашнего вечера?


- Да.


- Вы использовали вчера запрещенные проклятья?


- Нет.


- Что послужило причиной вашей ссоры с Эгбертом Бейтсом на министерском балу?


- Оскорбление.


- Вы сражались вчера на дуэли с Эгбертом Бейтсом?


- Да.


- Кто кого оскорбил, вы Эгберта Бейтса или он вас?


- Он меня.


- Вы использовали вчера запрещенный ритуал "Испивающий Взрыв"?


- Нет. Не использовал.


- Вы заранее готовились вчера использовать ритуал "Испивающий Взрыв"?


- Нет.


- Какое заклинание вы использовали вчера последним в дуэли?


- Плеть крови.


- На каком факультете вы сейчас учитесь?


- Хаффлпафф.


- Что вы знаете о ритуале "Испивающий взрыв"?


- Ничего.


- Вы хотели смерти Эгберта Бейтса?


- Да.


- Вы собирались оставить его в живых после дуэли?


- Нет.


- Вы хотели убить Эгберта Бейтса?


-Да.


- Достаточно, - проговорил Дамблдор. - Антидот и Очищающее, пожалуйста.


Подождав, пока выданные мне колдомедиком зелья подействуют, а также пока не стихнет шум на трибунах, Дамблдор произнес.


- Как верховный судья, я подвожу предварительный итог слушанья. В результате допроса под вератисерумом доказано следующее. Именно подсудимый совершил наказуемое деяние. Именно подсудимый виновен в совершении деяния. Однако, сам факт что деяние имело место, не доказан. Внешнее сходство необычного эффекта ограниченного к применению заклинания Плеть Крови с запретным "Испивающим Взрывом" следует отнести на счет неизбежных по Воле Магии случайностей. Таким образом...


- Однако, сторона обвинения считает, что за деяние, невероятно похожее на наказуемое, ради спокойствия общества и исполнении духа поддерживаемых Министерством Магии законов, подсудимый все же обязан понести ответственность. Обвинение просит оштрафовать его на... две тысячи галеонов.


- Что-о!? - раздался с трибун резко оборвавшийся возмущенный крик души. Я не выдержал и оглянулся. Эрни МакМиллан молча открывал и закрывал рот, а его сосед, какой-то мужчина, сильно похожий на постаревшую копию моего одноклассника, убирал волшебную палочку. Впрочем, в своем негодовании хаффлпаффец был не одинок. Решив воспользоваться подсказкой с трибун я произнес:


- Протестую!


- Я считаю, что такой огромный штраф не отражает политику Министерства, - возразила Амбриж. - Быть может, сто, или пятьсот...


- Хорошо. Тысяча галеонов, - согласился обвинитель.


- Протестую! Если самого факта нарушения не было, то за что я должен платить штраф?


- Протест отклонен, - прервал начинающуюся торговлю верховный судья. - Таким образом, я выношу следующий приговор. Подсудимый Винсент Логан Крэбб, лорд Крэбб, по результатам представленных свидетельств признается невиновным. Однако за использование не рекомендованной Магии Крови, результат применения которой оказался Волей Магии невероятно похожим на запретный ритуал "Испивающий Взрыв", наказать Винсента Логана Крэбба штрафом в размере тысячи галлонов. Дело закрыто.


- Не-е-е-т! - раздался крик с верхних рядов трибун. - Он должен сгнить в Азкабане! Он же убил! Убил Эгберта! Что, теперь жизнь наследника чистокровного рода стоит всего лишь тысячу галеонов?


- Силенцио! - продхватился секретарь. - Не следует оскорблять суд. Смерть вашего сына, мистер Бейтс, не является предметом данного разбирательства. И, в силу согласия противных сторон на честную схватку, не будет предметом разбирательства никогда! Заседание закончено.


Повинуясь жесту волшебной палочки одного из охранников, цепи медленно поползли на свое место, освобождая меня из плена. В перезвоне их звеньев мне слышалось разочарование и обещание. "До следующего раза..." - как будто шептали они мне.


Выходя из зала суда, я не отказал себе в том, чтобы окинуть сидящих на трибунах ледяным запоминающим взглядом. "Вы совершили ошибку, а это хуже, чем преступление. Я вам не Сириус! И не Поттер! Я не утрусь! Вы всеми силами показываете мне, что я вам абсолютно неинтересен и безразличен, вы не желаете защищать меня, хотя это в ваших интересах тоже... Что ж, тогда и я отплачу вам взаимностью! Вы хотели войны, так вы ее получите! Если до этого я рассматривал Волдеморта как некую возможность "спрятаться и пересидеть", то теперь я искренне на его стороне. Местной вырождающейся аристократии нужна крепкая рука, жестко держащая ее за горло, иначе такой аморфный высший свет - не нужен вообще! Кланы и многополярность хороши, красивы и вроде бы стабильны, как хорошо и стабильно для лягушек их родное болото. Вот только жить среди кочек и комаров, опасаясь сделав неверный шаг оказаться в бездонной пропасти, не устраивает меня. И я постараюсь всколыхнуть трясину, бросив туда пару динамитных шашек! А с тобой, Боунс, мы сочтемся особо! Теперь это дело принципа!"


Логика событий настоятельно требовала, чтобы вскоре тот, кто все это затеял, если, конечно же, это была чья-то интрига, а не естественное развитие событий, как-то обозначил себя и свой интерес. Поэтому, чтобы не вводить неизвестного в труды тяжкие, я решил подождать на выходе из зала суда.


Первым, кто в протекавшим мимо меня потоке аристократов нестандартно среагировал на меня, ожидаемо оказался отец Эгберта. Патриарх семьи Бейтс остановился на секунду около меня, окинул невидящим взглядом и припечатал:


- Я. Отомщу. Тебе. Клянусь! - скрипя зубами от злобы коротко пообещал мне Бейтс-старший и пошел дальше.


"Грустно все это. Из-за тупой жажды денег или власти, ну не верю я в элементарную несдержанность на язык, не тот возраст и не те люди, погиб сын, а отцу и брату теперь за него мстить. Хотя... причем тут тупость? Четкая и неприкрытая провокация. Но Малфоев ли? Им-то это зачем? Я и так у них в кармане, как они думают. А Бейтсы... Бейтсы будут мстить. И я бы мстил за своего сына или брата, не глядя кто там кого оскорбил. Потому что во все времена и в любом клановом обществе виноват не свой, "самый лучший на свете малыш", а "мерзкий ублюдок", убивший его. Точно так же, в обратной ситуации это было бы: "несдержанный на язык щенок наскочил на нашего вежливого и обходительного сына, и у него просто не было другого выбора, как..." Чертовы Бейтсы! Реализуют тут свои аристократические комплексы, а мне теперь - лишние враги и лишние опасности. Вот как тут остаться непричастным и независимым? Как тут сбить третий полюс, если неприкаянные нейтралы сами, по глупости, лезут на меня и огребают по полной? Как тут в поисках защиты не примкнуть к одной из основных сторон?" - думал я, глядя в спину уходящего мага. - "А теперь безжалостная логика в ответ на объявления войны требует от меня превентивного удара по Бейтсам. Ага. Силенок бы где только взять?"


- Поздравляю вас, лорд Крэбб, - подошел ко мне лорд Дэвис. На только что завершившемся суде реплика лорда Дэвиса, предлагающего отправить дело на доследование, а меня под залог и поручительство их семьи выпустить на поруки, прозвучала на заседании редким и очень тихим голосом в мою пользу. Конечно, это ничего не меняло, но сам факт, как говорится, говорит сам за себя. - Ваша дуэль была очень эффектна, и жаль, что некоторое несовершенство нашего законодательства и личные амбиции министерских чиновников испортили вам вечер. Рад, что справедливость восторжествовала.


- Благодарю вас, лорд Дэвис.


- Лорд Крэбб. Вы позволите мене называть вас Винсент? Да? Очень хорошо. Знаете, у нас у всех бывают хм... неприятные времена. И если в данный конкретный момент случилось так, что вы имеете... некоторое стеснение в деньгах, то разрешить их для меня будет делом весьма приятным и несложным. Не хотите ли обсудить это у меня в мэноре?


- Благодарю вас, лорд Дэвис, за беспокойство и предложенную помощь, но, увы. Сами понимаете, сейчас я немного не в том состоянии, чтобы наносить визиты. - "Не хватало еще у этих денег занимать! Лучше уж я возьму в долг у гоблинов. Их грабительские проценты обойдутся дешевле, чем ответные услуги аристократам потом. Логан Крэбб вон у Малфоев уже занял..."


- Мальчик мой, - "О. Пока я клял блондинистых любителей поманипулировать, передо мной нарисовался не любитель, а профессионал в этом деле. Со столетним опытом..."


- Директор, - коротко поклонился я.


- Надеюсь, ты помнишь, что я всегда готов помочь тебе? Не нужно стесняться, я всегда готов дать второй шанс...


- Благодарю вас, мистер Дамблдор.


Больше никто мной не заинтересовался, если не считать короткой фразы секретаря суда, что официальный вердикт мне пришлют по почте, как и приглашение на встречу с Министром.


"Вот ты и попался! Значит, все же Дамблдор? Но зачем ему это? И, кстати, интересно. Дэвис тоже пытался меня сейчас аккуратно к себе привязать, или, как весьма вероятный тесть, пытался, небескорыстно конечно же, помочь мне? Ладно. Время покажет. А сейчас - пора отправляться в банк к гоблинам."


Глава опубликована: 10.02.2017

Интерлюдия 18


Стоящая за конторкой обвинителя глава Департамента Магического Правопорядка Амелия Боунс проводила взглядом спину выходящего из зала суда номер десять только что оправданного молодого лорда Крэбба и незаметно выдохнула. "Наконец-то это позорище закончилось!" - подумала она и мысленно поморщилась. Завизировала положенные на конторку секретарем суда документы, собрала свои немногочисленные записи и вместе с основной массой зрителей пошла на выход.


"В принципе, я сделала все, что могла, вот только вряд ли Крэбб оценит проделанную ей работу. Точнее, оценить-то оценит, но совсем не правильно. Уже оценил..." - продолжала размышлять мадам Боунс. Очень уж не понравился ей злой взгляд лорда, теперь уже точно лорда, а не мальчика Винсента, который тот бросил на свою обвинительницу. Взгляд, который говорил что-то вроде: "Раз ты ответила злом на добро, то я отомщу тебе! Раз вы не за меня, то и я не за вас!". И игнорировать такое было бы полнейшей глупостью. Не тот человек, как показывают последние события, Винсент Логан лорд Крэбб, чтобы спустить такое...


Парень, на взгляд мадам полицейской, и до этого был излишне резким и безбашенным. Один подколотый на первом курсе, то есть в одиннадцать(!) лет, Уизли чего стоит! А теперь, когда его зацепила эта... женщина, он и вовсе может обезуметь. А в какую сторону у страдающего от несчастной первой любви подростка на пике возрастного томления плоти "поедет крыша", не предсказала бы даже сама Кассандра.


"Надо будет предупредить Сьюз и на всякий случай переслать ей пару полезных защитных артефактов. А Дамблдор, что уговаривал меня не задаривать племянницу дорогими вещицами весьма специфического, мягко говоря двойного, назначения, пусть хоть бороду свою по волоску выщиплет! Хватит тебе и первого курса!" - заранее накручивала себя Амелия перед весьма предстоящим непростым разговором с Дамблдором. - "И призывы к псевдоравенству всех студентов в этот раз меня не остановят! Мне жизнь и здоровье Сьюз дороже чем тысяча обиженных неравноправием магического мира полукровок или тем более магглорожденных. В конце концов, вовремя расстаться с иллюзиями - это тоже очень важный опыт. Что же касается тебя, Питер... Ты из хорошенького мальчугана, что так мило и трепетно ухаживал за девушкой старше тебя на четыре года, вырос в весьма небрезгливого в методах главу чистокровного рода. Но твои последние действия уже совсем вплотную подошли к грани, за которой начинается откровенная подлость! И я только сейчас, на этом суде, внезапно поняла, что дело ведь не только в помолвке твоей дочери, не так ли? Зачем-то еще тебе нужен этот молодой лорд, не так ли?" - и мадам Боунс стала вспоминать вчерашний весьма непростой разговор.


Ночной вызов по камину оказался для нее полной и достаточно неприятной неожиданностью. К сожалению, проигнорировать вызывающего по некоторым причинам было невозможно, так что пришлось вставать и отвечать.


- Добрый ночи, мадам Боунс. Есть очень серьезная тема для беседы. Вы позволите мне перейти к вам?- спросила торчащая из камина голова Питера Уиллиса Дэвиса.


- Нельзя ли перенести разговор? У меня завтра сложное судебное заседание...


- Вот именно о нем я и хочу с вами переговорить. Это может оказаться выгодно и вам...


Амелия Боунс поморщилась. Мысленно, потому что на лице осталась вся та же вежливая мина легкой заинтересованности в собеседнике, и это несмотря на позднее время внезапной встречи и вообще-то официально выходной день. На самом деле глава департамента магического правопорядка с некоторых пор терпеть не могла этого лощеного лорда, который по ее профессиональному мнению по скользкости превосходил даже лорда Малфоя, имеющего законное право считаться в Магической Британии этаким эталоном изворотливости.


- Хорошо. Через пять минут я открою вам камин.


Неприязнь неприязнью, а долги - долгами. Когда десять лет назад, после Магической Войны против Того-кого-не-следует-называть она вынужденно стала исполняющей обязанности главы семьи Боунс, дела рода шли, мягко говоря, очень нездорово. Вассалов - нет; денег, потраченных на войну - нет; из всего рода уцелели только два мага, оба женского пола, причем одна из них - вообще в буквальном смысле еще от груди не оторвалась.


Чтобы возродить былую мощь, нужны либо большие деньги, либо мощные союзники. Но ни тех, ни других Амелия, как ни пыталась, найти у нее так и не получилось. К сожалению, Боунсы себя в прошедшей гражданской войне показали непримиримыми борцами за торжество закона, в министерской трактовке оного, поэтому и среди номинальных победителей, и среди не склонившихся побежденных у рода Амелии оказалось достаточно недоброжелателей. Слишком много мозолей успели отдавить мужчины рода, прежде чем с чувством собственного удовлетворения отбыть на свидание с Вечной Леди. Правда, они, как иногда с грустной иронией думала Амелия, слишком поторопились. Ведь "благодаря" этому оставшихся в живых Боунсов очень сильно "пронесли" при дележе трофеев Магической Войны. И, хотя очень некрасиво так думать в отношении мертвых, но... "Они спокойно умерли, а мне теперь расхлебывать последствия их геройств?!" - такими и более недобрыми словами очень часто вспоминала Амелия своих почивших родственников, пытаясь привести дела рода в хоть какой-то порядок.


Увы, процесс возрождения шел под ее руководством не так быстро и удачно, как хотелось бы. Все неприкосновенные запасы ушли в счет долгов. Друзья и союзники хм... отвернулись. Хорошо еще, что деньги на обучения Сьюзен в Хогвартсе были, как это принято в чистокровных семьях, положены на целевой счет в Гринготтсе сразу же после рождения наследницы. Так бы и пойти с протянутой рукой Амелии, если бы не он.


Первым и единственным, кто протянул руку помощи находящейся в негласной опале женщине, стал молодой тогда лорд Дэвис. Поначалу Амелия думала, что дело в чисто хм... мужском интересе. В свое время молоденький Питер Уиллис пытался ухаживать за старшекурсницей, и Боунс, находясь в полнейшем раздрае, мысленно уже было согласилась разменять свою приязнь, на помощь лорда Дэвис, но... Но все оказалось гораздо серьезнее.


Мальчик Питер Дэвис уже повзрослел. А лорда Дэвис интересовало не ее тело, а ее служба. Нет, идиоткой она не была, то есть идти под вассальную клятву, как сделали некоторые пожиранцы, легшие под Малфоя, не собиралась. Для древнего рода Боунсов, пусть и состоящего сейчас всего из двух членов, смерть была предпочтительнее рабства. Кодекс рода был предельно четок и конкретен и не оставлял никаких альтернативных возможностей для толкований родовых заповедей. Однако политикой заниматься кодекс не мешал, а в этой игре всегда подразумевалось наличие не только ведущих, но и ведомых. Таким образом в обмен на меньшую, чем предлагалось "под клятву", денежную и политическую поддержку, она была вынуждена согласиться оказывать некоторые услуги лорду Дэвис. И Дэвис, надо отдать ему должное, честно выдал ей огромный аванс, как в прямой денежной форме, так и бесценными сейчас для нее услугами. Например, пропихнул ее в Департамент Магического Правопорядка.


Фигура Боунс пришлась в ДМП к месту, внезапно оказавшись удачным компромиссом для всех. Ведь ее одинаково не любили и прогрессисты, и реакционеры (впрочем, Амелия отвечала обеим партиям идентичной холодной взаимностью). Настойчивое же желание поймать неприятного министерского работника на горячем вынудило Боунс вести свои дела максимально чисто и прозрачно. И потому ее решения, продиктованные абсолютной личной беспристрастностью и следованию букве закона, неожиданно стали своеобразным брендом, знаком качества судопроизводства. Подталкиваемая деньгами Дэвисов и своей личной принципиальностью Боунс быстро росла в чинах, пока не оказалась на вершине командной цепочки Департамента Магического Правопорядка.


И вот тогда-то и пришла пора расплаты. Настало время удачному вложению в будущее начать приносить прибыль. У лорда Дэвис появились сначала мелкие, на первый взгляд незначительные, а потом все более серьезные просьбы, которые Амелия аккуратно выполняла, при этом скрупулезно вычитая стоимость оказанной услуги из суммы своего долга.


Одновременно с этим, отчасти из-за наличия личного интереса, отчасти из появившихся профессиональных сомнений, она санкционировала негласное расследование дел рода Дэвис. Негласное потому, что Дэвисы совершенно незаметно оказались одной из опор Министерства Магии, при этом постоянно выказывая словом и делом действующему Министру политическую лояльность высшей пробы. Так что про официальным порядком полученное разрешенное на расследование даже и мечтать было глупо. Ни агрессивная Миллисента Багнолд, ни уж тем более осторожный Фадж ни за что не стали бы рубить сук, на котором сидят.


Между тем шло время, и начавшееся сначала больше из чисто личного интереса расследование приносило в копилку фактов весьма и весьма интересные кусочки информации, которые постепенно стали складывались в определенную картину. И вид этой мозаики заставлял Амелию напрягаться все сильнее и сильнее. Напрягаться с профессиональной точки зрения, как главу ДМП. Для начала, многолетнее расследование так и не смогло выяснить, откуда у Дэвисов взялись достаточно немалые средства на такое весьма дорогое хобби как политика. Например, с тем же Люциусом Малфоем было все понятно и прозрачно. Так красиво сделать деньги на посредничестве между министерскими чинушами и попавшими в тяжелую ситуацию клейменными уродами, самому в это время находясь под следствием, это нужно иметь невероятный талант к интригам. Можно сказать даже Дар от Магии. Также очевидно все было с Блэками, Поттерами и кучей других древних семейств, корни достатка которых растут еще из достатутных времен. А откуда деньги у не таких уж и старых Дэвисов? Да к тому же такие деньги?


Говорили, что у Дэвисов есть мануфактуры на континенте. Ходили слухи, что этот род не гнушается совместного заработка в маггловском мире. Шептались, что кое-кого из Дэвисов видели заходящего по делам в Лютный Переулок. Вот только главу полиции Магической Британии все эти "говорят" абсолютно не устраивали, потому что после тщательной отработки каждой из версий ни одна из них подтверждения не нашла! Ни бесспорных фактов, ни серьезных доказательств каких-либо темных дел найдено не было. Впрочем, как и светлых. Основные средства на счет рода Дэвис вносились в банк Гринготтс лично лордами Дэвисами. Золотом и необработанными драгоценными камнями, которые никогда до этого не проходили через руки магов или гоблинов. "Клад Дэвисы что ли какой древний нашли и потихоньку его реализуют? Но почему тогда не положили его сразу и целиком на родовой счет? Зачем такие сложности? Боятся? Кого? Непонятно..."


Вторым звоночком стало то, что благодаря одному очень удачливому (и, естественно, в соответствующих размерах оплачиваемому), информатору удалось случайно узнать, что международная Гильдия Наемников отказала нынешнему лорду Дэвис в контракте. Ситуация весьма настораживающая сразу по нескольким направлениям. Тут и сам факт попытки найма: значит, есть у Питера какие-то очень серьезные дела. Настолько серьезные, что с ними априори не справятся отечественные маги. Или, что еще хуже, настолько грязные, что местных рыцарей галеона и палочки не хочется даже ставить в известность. Факт отказа же тоже о многом говорит понимающему магу. Для того, чтобы Гильдия больше не хотела иметь с тобой никаких дел, нужно, например, заказать что-то уж очень политически вонючее или грубо "кинуть" гильдейских исполнителей. И при этом затем откупиться или пережить месть, ибо гильдийцы очень трепетно следили за своим международным престижем. И не просто так - ведь именно он который век подряд и является фундаментом благосостояния Гильдии.


С этими, и многими другими, более мелкими но тоже весьма подозрительными фактами, Амелия все же отважилась пойти к Фаджу. Немного подумав и посоветовавшись с Малфоем и Дамблдором, Министр все же санкционировал (при полной поддержке советчиков), опять же негласно, более серьезную проверку Дэвисов... планы по которой с треском были отброшены глубоко в пропасть из-за летних событий! Беспорядки на Чемпионате Мира по Квиддичу произошли очень вовремя для Дэвисов или не вовремя для Боунс, это с какой стороны смотреть на ситуацию. И с некоторых пор, как в бездонный водоворот Мальстрима затягиваемая непрерывными допросами и чтением отчетов Боунс подумывала, "а не стоит ли за всеми этими беспорядками Питер Дэвис? Уж больно вовремя для него все это произошло..." Но, увы. Никаких доказательств Амелия этому так и не находила, несмотря на то, что даже рискнула обратиться со своими подозрениями к Люциусу Малфою...


Лорд Дэвис оказался пунктуальным и через пять минут открытый для перемещения камин озарился зеленой вспышкой. Гость вежливо поклонился и уселся в предложенное кресло. Домовой эльф принес обоим магам чай и бисквиты, и следующие десять минут никаких серьезных тем не поднималось. Но все рано или поздно кончается, и Питер Дэвис перекинул нить разговора на причину этой поздней встречи.


- К сожалению, Амелия, насколько бы мне ни было приятно твое общество, но я вынужден перейти к делам, - Питер поставил пустую чашечку на журнальный столик.


- И? Наконец ты скажешь, зачем поднял меня с кровати? Мне завтра, то есть уже сегодня, придется очень рано встать, чтобы успеть ознакомиться с отчетами Авроров по делу Крэбба. А потом еще и речь готовить...


- Вот именно про это заседание я и хотел бы с тобой поговорить. Ты ведь там будешь Обвинителем, не так ли? Я скажу прямо. На будущем суде я хочу, чтобы ты сделала все возможное для того...


В принципе о теме будущего разговора миссис Боунс догадывалась и так. Тут и догадываться не нужно было, Питер прямо сказал о своем явном интересе повлиять на будущий судебный процесс. Конечно, и судьи, и адвокаты, и обвинители приносили все положенные магические клятвы. Однако уголовное делопроизводство на прецедентном правовом поле как нигде очень сильно зависит от преференций участников судебного заседания. И фактически обмануть не обманув формально тут не просто, а очень просто.


Редкий случай, когда интересы сразу нескольких сторон совпадают. Впрочем, Боунс такое развитие событий тоже устраивало. Одновременно на ровном месте без особых затрат времени и сил "списать" долги и у Дэвиса, и у Крэбба, чем не удача? Поэтому, догадываясь о желании Дэвиса оправдать будущего зятя, она заранее готовила... не очень серьезные аргументы против. Цену-то себе набить тоже не помешает!


И именно поэтому, следующие слова Питера оказались для нее полнейшей неожиданностью.


- ...чтобы лорд Крэбб был осужден либо на срок в Азкабане или, что гораздо предпочтительнее, на очень серьезный денежный штраф.


Только благодаря многолетнему опыту работы в Департаменте Магического правопорядка Амелия смогла удержать на лице спокойную, вежливо-заинтересованную мину. Но мысленно она скривилась от брезгливости. Да, так для Дэвиса, было даже лучше, но для нее... Для нее это было на грани весьма и весьма... нелицеприятного поступка. Нет, конечно, ей ничего не грозит. Ведь сначала ты долго работаешь на свою репутацию, а потом она работает на тебя, так что недоброжелатели в случае чего даже не будут раздувать такую мелочь. Но это с формальной точки зрения, а с другой... Боунс поморщилась уже в открытую. То, чего хотел от нее лорд Дэвис, "притопить" Крэбба, выглядело бы с ее стороны на взгляд Винсента откровенной подлостью. И поэтому:


- Тогда там была не только ваша дочь, но и моя племянница, - тщательно подбирая слова произнесла начальница ДМП. - Я не могу отплатить Винсенту Крэббу такой черной неблагодарностью за защиту моей единственной племянницы. К сожалению, меня тогда отвлекли срочные дела, и я не смогла посетить разбор в Хогвартсе. Появись я там тогда, месяцем отработок Уизли бы не отделались!


- Я вас понимаю, но, увы, вынужден настаивать, - развел руками лорд Дэвис.


- Зачем вам это? - прямо спросила Амелия Питера.


- Увы, дела рода Дэвис требуют от меня такого!


- А вам не жалко его? Я ведь привыкла делать свою работу хорошо, и если задамся целью посадить... Все же Азкабан - не курорт, да и состояние рода Крэбб сейчас весьма в плачевном, простите за тавтологию, состоянии. Ну, насколько я знаю... - продолжала мадам Боунс.


На самом деле сейчас она была почти уверенна в причинах того, почему Питер поступает так с защитником его дочери. Как раз именно из-за нее, из-за Трейси. Интрига-то совершенно простенькая. К кому может обратиться лорд Крэбб за помощью? И что с него за это потребуют? Вот только раз Дэвисам так нужен Крэбб, то пусть они хотя бы заплатят за него должную цену! В том числе и ей.


- Вы же понимаете, что противопоставлять себя действительному члену Совета Лордов... Да еще по такой мелочи... Да на меня набросятся все, хотя бы из аристократической антиконформистской солидарности!


- Не волнуйтесь, вы будете в попытках очернить Крэбба далеко не одиноки. Так что можете не особо стесняться. И за это я, скажем так, готов списать вам весь оставшийся долг... м-м-м, весь кроме еще одной, на этот раз точно последней серьезной услуги. И да. После заседания вы должны намекнуть лорду Крэббу, что у него есть друзья, которые могут помочь ему. И эти друзья не работают в министерстве... Вам все понятно?


Чем дальше, тем меньше все происходящее нравилось Боунс. Теперь это не просто плохо пахло вмешательством в чужие родовые дела, а отвратительно смердело большой политикой.


- И все равно, я еще не дала согласие на это. Все же поймите, что моя племянница учится на одном курсе и факультете! И если все получиться так, как вы хотите... - намекнула Боунс в надежде, что Дэвис поймет ее правильно и передумает. Но Питер понял ее совсем по-другому. Будто она торгуется. И повысил ставки.


- Я спишу вам весь оставшийся долг. Под ноль, - предложил он. - И прикрою Сьюзен от мести Крэбба.


А вот это было уже серьезно. "Расплатиться и стать независимой, это дорогого стоит... Многого... И этого тоже?" Видя, что Амелия плотно заглотила наживку, Дэвис позволил себе короткую усмешку.


- Я могу считать, что мы договорились? - мужчина встал, отвесил безупречный вежливый, но короткий поклон, улыбнулся и чуть вопросительно поднял бровь.


- Да... - Амелия чувствовала себя мерзко, но выбор сейчас стоял между недоброжелательностью нищего лорда и свободой от обязательств для нее самой. Выбор легко прогнозируемый, потому что очевидный.


А вот на заседании суда сюрпризы следовали один за другим. Для начала, верховный судья неожиданно занял не как обычно пассивную и стороннюю позицию, а очень сильно вмешивался в процесс. На стороне Крэбба! Сына бывшего Упивающегося Смертью! Нет, конечно, не совсем беспардонно и нагло, но для понимающих людей, которыми сейчас были заняты трибуны, очень даже заметно.


Вторая ошеломляющая истина открылась Амелии тогда, когда в процессе прений за лорда Крэбба... не вступился никто! Трибуны, наполненные чистокровными и полукровками всех оттенков политических воззрений (были в зале и нейтралы, и про-дамблдорские прогрессисты, и крайние консерваторы, по которым Азкабан со времен процессов десятилетней давности плачет), хотя откровенно Крэбба и не топили, но и вступиться не торопились! Лорд Малфой, к примеру, произнес несколько коротких сложных по посылу речей, речь, смысл которых можно выразить в двух словах как: "делайте с Крэббом, что хотите, но привилегии чистокровных не троньте!". Прогрессисты не могли понять, как им развернуть заседание себе на пользу, и что есть их польза здесь вообще, поэтому ничего конкретного, кроме общих фраз: "давайте жить дружно к общему благу" не сказали. Или, как вариант, ситуация, что члены старых чистокровных семей режут друг друга на дуэлях их абсолютно устраивала. Активных нейтралов интересовали больше жаренные факты о событиях в Хогвартсе, а не судьба какого-то молодого лорда. Заднескамечники послушно молчали, магглорожденных в зале не было, а отсутствующую прессу известят позже и по факту. Таким образом, в итоге единственным и неповторимым ярым обвинителем оказалась... глава Департамента Магического Правопорядка, то есть мадам Боунс! Питер Дэвис организовал для Амелии на ровном месте шикарную ловушку!


Дэвис поступил безжалостно прагматично. Раз некая Амелия Боунс ему больше ничем не обязана, то и резонов занимать ей такое важное место больше не было. И начать смещение старого главы ДПМ можно с того, что поссорить ее вообще со всеми. От деятельного неодобрения одновременно всех игроков никакой нейтралитет не спасет! "Но ты зря надеешься, Питер, что я сдамся без боя! В конце концов, я уже не та разбитая горем женщина абсолютно без перспектив, какой была десять лет назад! Посмотрим, кто кого съест! Но несмотря ни на что, оплаченную роль следует честно отыграть до конца..."


На фоне осознания надвигающихся проблем смотреть на откровенно жалкие попытки Крэбба хоть как-нибудь защититься, было откровенно печально. Да, ударила она сильно, но ведь и лазейки оставила! В конце концов у Крэбба под боком есть Эрнест МакМиллан! Из древней семьи законников, прославившихся участием в подготовке пакета законов, вошедших в историю как законы Гампа. По сути, государообразующих законов Магической Британии. Неужели нельзя было заранее озаботиться нужной информацией? "А еще лорд!" Хорошо еще, у этого "лорда" хватило ума понять подсказку Амбридж, в противном случае его показательно распяли бы. Конечно, решение лечь под Министерство тоже не без изъяна. Теперь чистокровые антиконформисты его и слушать не будут, но это всяко лучше, чем если бы план Дэвиса удался.


Нехорошо и то, что теперь Крэбб ей - враг. Причем враг "честный", обоснованный и заслуженный ее собственным поведением. "Ведь я спас если не жизнь, то хотя бы здоровье ее единственной племяннице, которая всегда была Амелии как дочь, а в ответ неблагодарная Боунс почти посадила в тюрьму! Причем, ладно бы непредвзято и за дело, но нет - максимально несправедливо за какую-то мелочь!" И он не простит. Она бы сама никогда не простила такого откровенного предательства! Неприятно, но логика событий теперь заставляет в будущем ее как можно сильнее давить Крэбба, чтобы у того не оставалось сил и средств вцепиться (может быть, даже не в фигуральном смысле) в ее собственное горло. В какой-то мере задача Дэвиса отсечь от Крэбба возможных союзников продолжит выполняться, причем даже помимо ее собственного желания. Все признаки отлично проведенной интриги налицо.


Даже снятая с помощью весьма и весьма нераспространенного заклинания чтения по губам фраза, произнесенная в сердцах с досадой себе под нос лордом Дэвис: "Нужно было его все же сажать! За "выбраться из Азкабана" он бы согласился на все что угодно!..." не сильно подняла ее настроение.


- Я буду пристально следить за вами, лорд Дэвис, - так же про себя, одними губами прошептала Амелия. Спина уже достаточно далеко отошедшего в толпу мужчины даже не дернулась, но, благодаря заблаговременно перед каждым серьезным делом выпиваемому Зелью Кошачьего Слуха, тот, к кому обращалась Боунс, все услышал. И сделал для себя выводы... соответствующие.


Глава опубликована: 16.02.2017

Интерлюдия 19


Блейз, осторожно подкравшийся к двери кабинета главы рода Забини, тихонько замер и внимательно прислушался к разговору. Точнее, назвать это разговором было нельзя, потому что используемая его матерью модель связного артефакта не голосила на всю комнату как другие, дешевые, а передавала звук только при касании и только своему хозяину. Так что приходилось пытаться мысленно восстановить разговор, слыша реплики только одной стороны. Заодно это было весьма и весьма полезной тренировкой. Правда, удачно и корректно получалось это... далеко не всегда. И к сожалению, сейчас был как раз тот самый сложный случай. Так что с кем и о чем говорила его мать, понять человеку не в теме, в том числе и ему самому, было очень сложно.


- ...значит, мой ученик, так и не дождавшись официального окончания ученичества у своего мастера, уже позволил себе набирать своих собственных? Не рановато ли?


- ...


- Да это-то как раз очень просто! Из всех моих учеников только ты, девочка, в двенадцатом такте делаешь шаг вперед, а не влево! Это не говоря уже о том, что он оказался отлично натренирован именно на придуманную мной танцевальную последовательность!


- ...


- Просто впервые встречаю молодого человека, которого с первого раза не смогла утанцевать. И это было весьма для меня, хм... неожиданно.


- ...


- Не хвастайся! Я особо и не старалась! Не такому сопляку со мной соревноваться!


- ...


- Да что ты говоришь?! Всего за месяц? Хм... Достаточно неплохо. И что ты о нем знаешь?


- ...


- Вот как ты заговорила со своим учителем? Что значит: "Не мое дело?". А если я скажу тебе, что он в меня крепко влюбился и, если захочу, легко уведу его у тебя?


- ...


- Значит, не любовь? А что же ты тогда пытаешься скрыть?


- ...


- Ну как хочешь...


- ...


- Ах вот как?! Ну раз так, то я признаю твое ученичество завершенным! Радуйся! Ты теперь официально - подмастерье! Бумаги пришлю совой. Можешь набрать теперь хоть сотню малолеток! - и зеркало лицевой стороной вниз отправилось на полку.


- Еще учить меня будет, соплячка, - фыркнула в пустоту комнаты мадам Забини, потом посмотрела в сторону полуприкрытой двери и громко сказала: - Хватит подслушивать, я тебя вижу. Что встал там? Заходи давай!


- Привет, мам.


- Что пришел?


- Да я вот, из совятни. Письма принесли, - и Блейз показал зажатую в руке пачку.


- Хорошо. Давай их сюда.


Письма отправились к адресату, которая задумчиво разложила их на мелкие стопки и сосредоточенно водила над ними волшебной палочкой. Проверяла на вредоносную магию. Предосторожность далеко не лишняя, ибо друзей у леди Забини было гораздо меньше, чем завистников и врагов.


- Что-то хочешь спросить? - не отрываясь от проверки, обратилась она к мнущемуся сыну.


- Я не понимаю.


- Чего ты не понимаешь?


- Ну... Насчет Крэбба.


- И чего же именно ты не понимаешь?


- Как он вел тебя с тобой! Это оскорбление! А потом ты м-м-м... пошла смотреть на его дуэль, - смутился Блейз. - И поздравила его с победой. Пусть формально и в спину, негромко, что он тебя мог и не услышать, но все же поздравила. Он тебе... понравился? - совсем тихо закончил он.


- Хм, - Забини оторвалась от писем и перевела взгляд на своего красного сына. Задумалась, потом неожиданно выбросила вперед левую руку, схватила его за домашний свитер и так резко рванула на себя, что тот потерял равновесие и свалился ей на колени. - У! Мой щекастик! Какой ты милый! Дай я тебя поцелую!


- Мама! Сколько раз я просил не трепать меня за щеки! Я уже взрослый! - возмутился Блейз. - И вообще, в нашей британской культурной традиции не принято такое открытое выражение чувств и...


- Да мне на ваши английские правила плевать с высокой колокольни! - небрежно отмахнулась леди Забини. - Неужели я не могу поцеловать своего крошку-сыночка?


- Ма! Ма! - завертелся в кольце рук Блейз.


- Сы! Ын! - передразнила своего наследника леди Забини.


- Ладно, - со смирением в голосе выдохнул он и вернулся к разговору. - Ты так и не ответила на мой вопрос.


- Чувствую влияние этого вашего Слизерина. Уже не так просто сбить тебя с мысли, не так ли?


- Угу, - со скрытой гордостью кивнул Блейз. Не часто ему доставались от матери серьезные похвалы. В основном такие вот тисканья. "Хорошо еще, что никто не видит всего этого, иначе моя школьная репутация серьезного и местами даже сурового слизеринца рухнула бы в бездну!"


- И что ты хочешь знать? Понравился ли мне твой однокурсник? Влюбилась ли я в него?


- Я хочу знать, не следует ли мне начинать тренироваться называть Крэбба папочкой, - съязвил Блейз.


- То есть ты думаешь, что твоя взрослая, обворожительная, как никто красивая мама с радостью распахнет свои объятья перед ровесником своего сына? Нищим, слабосильным и страшным как смертный грех сосунком?


- Значит, он для тебя ничего не значит? Фух! Но все же, почему ты выделила его?


- Не особо и выделила, если ты правильно меня понял. Скучно мне было. Помнишь, как пять лет назад я одного слишком наглого парнишку опозорила на таком же балу? Вот и Крэбб вел себя похабно, так что я его и попыталась, хм... протанцевать. Но танцует он неожиданно неплохо, должна признать. Что же касается дуэли, то, во-первых, он встал на защиту моей чести, ну, как это понимал сам, а во-вторых... Мы, женщины, почти всю жизнь льем кровь ради мужчин и поэтому любим, когда они льют свою кровь за нас. Это нормально.


- Нагло? Да ты это еще очень... очень мягко называешь то, что устроил на балу мордредов Винсент. Вот и Драко говорил, что Крэбб...


- Блейз! Я тебе что говорила? Держись от Малфоев подальше!


- Но с кем мне тогда общаться? Не с Крэббом ли?


- Ты что не понимаешь, что они легко втравят тебя в какое-нибудь... нехорошее дело? Помни, что твой покойный отец, лорд Забини, в свое время весьма в грубой и нелицеприятной форме отверг просьбу об ученичестве Того-самого-мага! А Малфой был его преданным слугой! Не говоря уже о том, что Крэбб, вообще-то, вассал Малфоя-младшего и обязан делать для него все, что этим... блондинам будет угодно!


- ...


- Что молчишь? Ты меня понял?


- Да!


- А сделаешь? - леди строго посмотрела на своего сына, чья слизеринская уклончивость в формулировках ей была отлично известна. Впрочем, слизеринская ли? Забини и сама умела отвечать честно и прямо, но так, что спрашивающий либо ничего не понимал, либо понимал все совершенно не так, как на самом деле.


- Ну... постараюсь. Во всяком случае, после того как поставлю Крэбба на место...


- Не смей, дурак. Забыл про Малфоев? Еще не хватало давать этим... интриганам такое шикарное обоснования для конфликта, как защита своего вассала. Кстати, что ты вообще знаешь о Крэббе? Вы с ним общаетесь?


- Знаю много. А общаться... да как-то не особо. Пока был на Слизерине - да, а сейчас... Он все же на этом смешном Хаффлпаффе.


- Понятно... - задумчиво проговорила Забини, после чего выдала своему ребенку задание. - Знаешь, слей-ка в омут памяти воспоминания о Крэббе. Самые-самые, на твой взгляд, эффектные.


- Ну мама! Каникулы же!


- Сын! Тем более, много я и не прошу. Так, самую малость.


- Хорошо, хорошо, - буркнул Блейз, после чего задал очередной вопрос: - "Мы льем кровь ради мужчин и поэтому любим, когда они льют кровь за нас...". Это как? Я не понял, объясни.


- Хм... Как быстро летит время, - Летиция в очередной раз с умилением потрепала по кудрям Блейза. - Ты, мой красавчик, такой большой уже вырос! Девчонки, поди, на моего милашку заглядываются, не так ли?! - с хитринкой спросила Илэрия Забини своего единственного сына.


- Причем тут это? - смутился он, что не помешало ему привычно дернуть головой, чтобы увернуться от ласки матери.


- Хм... Пожалуй, уже пора... да, - задумчиво пробормотала себе под нос Мария, после чего окинула Блейза каким-то оценивающим, хищным взглядом.


- Что? - напрягся он.


- Малыш, а ты помнишь Италию, мою тетю Розу и ее, хм... пансион для девочек?


- Помню, - отвернул голову в сторону Забини.


- Ах, какой ты у меня милый, когда краснеешь! Ладно-ладно, не злись! Я не просто так спрашиваю. Как ты думаешь, не стоит ли нам этим летом опять туда съездить отдохнуть? Да и подружки твои, поди, наверняка соскучились, тем более они подросли, и им наверняка есть, что тебе показать и чему научить!


- Мама!


- Ну все, радость моя, беги, - она ссадила с колен уже не маленького юношу и, чтобы придать ускорение, игриво шлепнула его чуть ниже спины.


- Мама!


- Беги-беги. Твоей маме надо поработать.


Разбор корреспонденции для мадам Забини в последние десять лет всегда был тем еще развлечением, весьма похожим на тяжелую работу маггловского сапера. Писали ей много и часто, вот только приятного в получаемых письмах было редко и мало. Справедливо обиженные соперницы, завистницы, чересчур экзальтированные ведьмочки, желающие узнать секреты обольщения, и это не говоря уже о прошлых, настоящих и будущих поклонниках... Чего хорошего все они могли ей написать? Угрозы, оскорбления, слезы, мольбы - все это льстило лишь только по-первости и уже довольно давно стало для леди Забини абсолютно неинтересно. Ничуть не более, чем чересчур наглые или скорбные разумом предложения от журналистов и писателей, пытающих сколотить свой литературный капитал на ее специфической славе. Вот и раскладывала Забини эти вороха пергамента на тематические стопки, большей части которых суждено было сгореть в камине или быть развеянными в прах волшебной палочкой. Однако сегодня среди ежедневного мутного потока помоев три письма оказались резко необычными. Весьма отличающимися от стандартных и по форме, и, частично, по смыслу.


Например, вот это вот, написанное на дорогом пергаменте, принесенное анонимной почтовой совой:


"Добрый день. К сожалению, я не могу назвать вам своего имени, но вы можете называть меня Доброжелатель. Это вполне отражает смысл сего послания: я действительно желаю только добра. Правда, новости у меня для вас, мадам Забини, не очень радостные. Ваше появление на последнем балу было, как всегда, по-настоящему приковывающим всеобщее внимание и воистину не забывающимся, но... увы. В этот раз это сослужило вам плохую службу.


Да. Ваша защита мощна и труднопреодолима, однако не существует ничего абсолютного, то есть так или иначе неразрушимого. К сожалению, в этот раз вы привлекли к себе внимание как раз тех волшебников, для кого ваша защита серьезная, но не неприступная крепость. У них могут найтись, в том числе, и искренние добровольные жертвы, готовые принести свою жизнь на алтарь служения своим кумирам.


Меня можно назвать вашим искренним поклонником, и поэтому я не хочу, чтобы с вами или с вашим сыном случилось что-то нехорошее. К сожалению, я не могу повлиять ни на одну из этих сторон, поэтому мне остается только попытаться уговорить вас.


В приложенном к письму чеке банка Гринготтс вы увидите сумму "две тысячи галеонов". Этого хватит, чтобы в течение года попутешествовать по континенту и в разумных пределах ни в чем себе не отказывать. Если вы захотите продолжить свой отдых за пределами Британии, то я обещаю ежегодно отправлять аналогичную сумму на ваш личный счет.


Прошу вас, в ложном чувстве защищенности не отмахивайтесь от моего предложения. Я желаю только добра...


Доброжелатель."


- Та-а-ак, - потянула мадам Забини, обмахиваясь пергаментом письма. - И кто же это у нас такой вежливый и богатый? И кто так искренне желает добра, правда, весьма красноречиво для понимающего взгляда умалчивая, кому именно? И у кого там, судя по рассказам сына, дочка беззаветно втрескалась в Крэбба? Ну-ну, лорд Дэвис. Как прозрачно. Впрочем, на то и расчет. Прячется он скорее от случайной публичной известности... Или просто не хочет, чтобы жена за переписку с весьма знаменитой обольстительницей ему что-нибудь не лишнее оторвала.


Хм... Вот так вопрос. Стоит ли две тысяч галеонов в год этой туманной, холодной и чопорной Британии? Вообще, если провести за границей несколько лет, то набежит серьезное состояние. И его мне предлагают за что?.. Однако! Я... оскорблена! Кто бы мог подумать! Мне предлагают деньги не за, как обычно, яркую ночь, не за любовь, не за замужество, а за то, чтобы я... держалась подальше?! Как низко я пала! Постарела, видимо, м-да... Настолько постарела, что уже малолетками интересоваться стала. Хорошо, что сын этого не слышит! Да уж! Ладно, - она бросила письмо на столик и взяла следующее, - посмотрим, что пишут другие?


Второе письмо было по смыслу полностью идентично первому, только более пространное, и денег приложено не было. Хотя глядя на поставленную в конце письма короткую подпись известного скромника и нестяжателя: "Великий волшебник, Верховный чародей Визенгамота, Президент Международной конфедерации магов, кавалер ордена Мерлина первой степени, директор Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, Мастер трансфигурации Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор", удивляться этому не приходилось. Политикам такой монструозной мощи редко приходилось кого-нибудь покупать банально деньгами. Ведь иногда достаточно слегка, для них слегка, просто нажать...


Третье письмо оказалось самым коротким. И самым не завуалировано угрожающим:


"Слушай меня внимательно, ведьма. Немедленно убирайся из страны и не появляйся здесь ближайшие лет пять, иначе тебе станет очень плохо. Да, я отлично знаю о защищающем тебя проклятье, но ты забываешь, что жизнь зачастую может быть такой, что о свидании с Вечной Леди долго и безнадежно молят. Например, если потерять красоту, питаясь в заточении отрубленными руками и ногами! Своими. Или частями тела своего сидящего рядом сына..."


Вместо подписи движущаяся картинка - черный череп, изо рта которого выползает змея. Печально известная всем в Магической Британии "Метка Мрака".


- Хм... Однако, - Мадам Забини расположила письма на журнальном столике, как три вытащенные из гадательной колоды карты. - И что здесь прошлое, что настоящее и что будущее?.. Такой молодой юноша, а уже смог заинтересовать своей персоной столько разноплановых сил, - задумалась она. - Но в чем-то мои конфиденты действительно правы. Следует посетить всех своих друзей и подруг на континенте. Как раз года за четыре управлюсь, тем более круиз оплачен. А там, глядишь, и страсти слегка поулягутся. Отмщение - это хорошо, но жизнь все же гораздо лучше! А Крэбб... Конечно, нельзя сказать, что он меня совершенно не заинтересовал. Все-таки первый в мире мужчина, который заинтересовался моим настоящим... "лицом", а не подобранной "маской". Но конечно, это совсем не повод рисковать своей жизнью и жизнью сына. Да и не девочка я уже, чтобы падать в объятья первого попавшегося на пути трепетного влюбленного. И не настолько стара, чтобы интересоваться малолетками. Кто бы лучше надоумил, как теперь понадежнее объяснить причину переезда на континент своему, как бы сказали в их Хогвартсе, "не по-слизерински горячему" сыну? Хотя... А что тут объяснять? Я же обещала ему посещение "пансиона" в родной Италии? А Роза, если что, всегда меня прикроет. И деньги ей лишними не будут, и память о тех временах, когда мы делили одну маленькую комнатку у старой карги "мадам Софи", зачастую значит даже поболе, чем родственные связи у так кичащихся ими англичанишек!


Глава опубликована: 22.02.2017

## Глава 38. Каникулы в печали


"Только начал красиво жить - и деньги закончились", - с издевательской иронией подумал я. Нет, достать деньги, чтобы оплатить в Министерстве штраф, для меня проблемой не стало. Гоблины в лице моего поверенного Сребросмита, век бы его лживую морду не видеть, без проблем выдали мне в долг требуемую тысячу галеонов. Еще бы, по таким средневековым процентам что ж не дать-то? Более того, мне даже объяснять ничего не потребовалось, договор, как и кошелек с нужной суммой, уже лежали на столе в кабинете поверенного. Не лезут гоблины в дела магов, как же! Угу. Вот только руку на пульсе держат. Плотно. На шейном.


Проблема в том, что деньги в долг - такая неприятная вещь: берешь чужие и на время, а отдаешь свои и навсегда. Я и в прошлой-то жизни умудрился прожить так, чтобы обойтись без внушительных заемных сумм, хотя временами это было весьма и весьма непросто, а тут вот лишился кредитной невинности. И беда здесь не только и не столько в том, что придется отдавать больше, чем взял, а в том, что пока я не отдам предыдущий кредит, нового мне гоблины не дадут. Хоть медный кнат остался должен, хоть сто тысяч золотых, без разницы - такое у них правило. То есть теперь у меня нет больше в запасе стопроцентного верного варианта, где можно быстро и надежно занять. И судя по тому, что Логан Крэбб предпочел продать сына в эсквайры Малфою, но не брать денег у гоблинов, ситуация с таким долгом чем-то для мага весьма и весьма опасна.


Правда, непосредственно в данный момент мне на это все было абсолютно наплевать. Появилась у меня более важная проблема.


Летиция Мария Илэрия Забини.


Без которой я теперь не могу жить.


О которой все мои мысли.


И которая разбила мне сердце, грубо и жестко отвергнув на балу!


Впрочем, не так уж все и страшно, как кажется на первый взгляд. Мне уже не десять и даже не пятнадцать, чтобы, получив афронт, сбежать и плакать где-нибудь в уголке. Проходил я это в свое время, ничего путного в итоге из этого не выходит. Так что поступим нормально, по-взрослому. А именно - встретимся (даже если меня не хотят видеть) еще раз и попробуем объясниться. Уж что-что, а понять и принять логически противоречивую максиму "если ты прав, пойди и извинись" в отношении общения с женщинами я в "прошлой жизни" успел. "Я прав" великолепно тешит себялюбие, но... только такая вот чрезмерная гордость - лживая и ревнивая сука, которая в итоге оказывается единственным спутником своего хозяина. А меня такое развитие событий совершенно не устраивает! Не стоит повторять прошлых ошибок...


Тем более у женщин очень часто по семь пятниц на неделе. Мало ли, что и как у нее в голове сложилось в тот вечер? Может, дни у нее те самые, или просто я ей на первый взгляд не понравился чем-то. Или слышала она обо мне какую-нибудь грязную сплетню. Или еще какая-нибудь такая ничего не значащая мелочь. И что, из-за этого терять ту, что для меня все, а потом всю оставшуюся жизнь мучиться и медленно сходить с ума? Нет уж! Будем работать!


С чего следует начать? Конечно же, со своей внешности. Сказано - сделано: первый раз после попадания сюда я посмотрел на себя в зеркало не привычно-функционально "все ли чисто и нормально сидит", а с точки зрения мужской привлекательности. И увиденное меня совсем не порадовало.


Конечно, ничего общего с канонным хряком я уже не имел. Об этом позаботились два лета пустынного солнца и названно-двоюродная сестра Лусеро. Да, подрос. Да, тело подтянутое и в тонусе. Да, стал плавнее и изящнее двигаться. Но внешность!


На голове хилые редкие волосы серого цвета, из-за слабости которых я стригся максимально коротко. Когда-то круглое в фас лицо теперь стало больше напоминать искаженный пятиугольник: узковатый и невысокий лоб, широкие и острые выпирающие скулы, слабый узкий подбородок. Про профиль я даже не вспоминаю, чтобы лишний раз не расстраиваться. Ушедший жир, конечно, это хорошо, но он оставил на лице после себя провалы щек и визуально ставшие глубоко ввалившимися глаза. Довершали "красоту" крупный неправильной формы нос и узкие, всегда поджатые губы.


Короче, если вспоминать фильм-канон, то из всех играющих там актеров я больше всего был похож на молодой вариант... Уолдена Макнейра. Только губы тоньше и не такая изящная прическа. И не настолько здоровый шнобель... М-да. В женский журнал с такой харей я никогда не попаду. Не Локхарт я, увы. Совсем не Локхарт. И как вообще очень даже не страшненькая Дэвис на меня запала? Не. Зов крови - это страшно. Полюбишь даже такого урода, как я, м-да.


"Впрочем, здоровая самокритичность не должна перерастать в болезненное самоуничижение", - подумал я и отвернулся от зеркала. - "Я вполне попадаю в каноны мужской красоты - я красивее обезьяны, так что у меня есть все шансы. А раз так, то нужно срочно увидеть ее и сказать ей все самое важное... Конечно, незваный гость хуже татарина, но, я думаю, после всего случившегося на балу заявиться без приглашения не будет такой уж большой наглостью. В конце концов, я же за ее честь бился на дуэли! А для завязки разговора можно искренне извиниться...".


Сказано - сделано. Поев, попив, я стал напряженно готовиться к свиданию. Привел себя в порядок, послал домовушку в магазин за конфетами, цветами и вином, благо деньги на мелочи у меня еще от щедрот иудейского наследства все же оставались. Дождался возвращения Лотты. Накинул на себя мантию, преобразовал ее в костюм-тройку, еще раз посмотрелся в зеркало. Взял в одну руку гостинцы, в другую - щепоть дымолетного порошка. Кинул его в камин. Громко произнес: "Забини-мэнор", сделал шаг вперед и... уперся носом в стену своего камина.


Повторив попытку несколько раз с различными вариантами названия жилища моей Пантеры, я понял, что проблема тут не в том, что я не знаю его точного наименования, а в том, что меня банально не пускает каминная сеть. Судя по всему, либо дом Забини был отключен от нее вообще (что навряд ли), либо, чтобы попасть в ее, как и в мой мэнор, следовало получить соответствующий допуск. Которого у меня, понятное дело, не было.


Что ж, раз меня не пускают попеть серенады под окном, то, быть может, сначала следует извиниться не лично, а письменно? И зайти в дверь? Вскоре вылетела моя почтовая сова, держа в когтях письмо с искренними извинениями и приглашением в Крэбб-мэнор для уважаемой леди Забини. И для ее сына. Или, если мое приглашение принять по каким-либо причинам было невозможно, с откровенным напрашиванием в гости.


Сова вернулась обратно к вечеру. Нераспечатанное письмо все так же болталось у нее в лапах.


Меня не хотели видеть от слова вообще!


Но это не преграда для любящего сердца! Сердца, которое истекает кровью от полученной раны. И чтобы вернуться в рай, я был готов на все. Днем я целыми днями гулял по Тавистоку, небольшому городку на юге Англии, где, как говорил Забини на первом курсе, должен был располагаться их мэнор, а вечерами сочинял все более проникновенные извинения и признания в любви. Мне еще повезло, что в Тавинстоке оказалась лавка, которую держал старый слабенький волшебник, то есть был дымолетный камин. Иначе, боюсь, я спустил бы все оставшиеся деньги на катания на Ночном Рыцаре.


Впрочем, экономией денег на дорогу мое везение исчерпывалось. Букеты вяли и выбрасывались. Письма, так и нераспечатанные, отправлялись в горящий камин, а сам я, усталый, засыпал, чтобы назавтра все опять безрезультатно повторить. А все потому, что скрытый чарами ненаносимости или тем же Фиделиусом мэнор найти просто так вот, бродя по улицам, было абсолютно нереально. Оставалось только ждать начала учебы, где можно было для передачи и получения весточки припереть к стенке моего будущего пасынка.


"Черт бы побрал эти высокие чувства! Как я ненавижу это все! Эта внезапно ниоткуда взявшаяся в самый неподходящий момент вторая половинка, это чувство полнейшей беспомощности и потери контроля над собой. Этот сладкий наркотик, которого хочется еще и еще. И эта боль, которая неожиданно поселилась у меня в груди.


Больше всего происходящее напоминает ситуацию со старой раной. Боль, к которой привык, с которой давно сжился, которую уже даже не замечаешь - она всегда с тобой, она часть тебя. А потом раз - и кольнулся болеутоляющим. И на полчаса та боль, которая вроде бы стала частью тебя, пропадает, и внезапно осознаешь, как легко и приятно жить, а потом боль возвращается. Разъяренная твоим предательством. С новой, дикой силой... И привыкнуть к ней снова - далеко не такой уж простой, быстрый и приятный процесс. Есть мне с чем сравнить. Очень похожие ощущения. Ненавижу любовь!".


От безделья решил почитать в родовой библиотеке про площадные защитные заклинания и начал с пресловутого Фиделиуса. Несмотря на расстроенные чувства, много и весело смеялся. Это ведь так смешно, что великий и непревзойденный Фиделиус, по мнению моих современников - вершина защитных заклинаний, в древности на самом деле предназначался для... сокрытия путешественником своей палатки! И все!


Нет, конечно, с одной стороны Фиделиус просто великолепен. Невозможность найти защищенную им территорию ни магом, ни магглом. Невозможность пройти на защищаемую территорию. Не требуется никаких дополнительных действий для поддержки данного защитного заклинания. Как же так тогда? Получается, Основатели были настолько тупыми магами, что не догадались наложить Фиделиус на Хогвартс?


Нет. Просто есть маленький такой нюанс. За деревьями удобства и мощи данного защитного заклинания забывают о лесе главного неудобства Фиделиуса. А именно: "Что случается с защищенной территорией после того, как Хранитель умирает?".


А ничего не случается. Защита остается на месте ровно до тех пор, пока не истощится вся вложенная в заклинание магия. А это, в зависимости от того, какой силы и опыта маг ставил защиту, не менее сотни-другой лет.


Что же в этом такого плохого? Наоборот, вроде бы прекрасно: надежно, мощно...


А то плохо, что как дальше-то расширять список доступа? Дедушка боялся за свою жизнь, накрыл замок Фиделиусом и был хранителем. Спокойно прожил и умер, не дождавшись внуков? Следующему поколению не войти в родовой мэнор. Накрыл Фиделиусом нычку? Да. Ее никто не найдет. Даже твои наследники.


В каноне, плохо помню уже, это было объяснено как-то мутно. Вроде того, что после смерти хранителя хранителями становятся все те, кто имел доступ в защищенную Фиделиусом зону. Вообще все, или только те, кто был внутри в момент смерти хранителя - не знаю. В реальности, естественно, такого бреда не было. Нужно не знать принципы построения защитных контуров или хотя бы логику магических клятв и обетов, чтобы в такую ересь верить. Да даже насквозь простейший, насквозь маггловский здравый смысл намекает на то, что, если бы Фиделиус работал именно по такому принципу, то не поимка, не привлечение на свою сторону, а именно гораздо более простое со всех сторон убийство хранителя становилось бы целью любого атакующего поместье.


Естественно, важности и опасности звания Хранителя все узнанное ничуть не умаляло. Даже наоборот, так как по большому счету такой маг становился смертником. И чтобы в такой ситуации выжить, нужно иметь отличные боевые навыки, либо... великолепно уметь прятаться. Не под тем же Фиделиусом. (Хвост, да-да. Не такие уж и дураки были Поттеры). Ну и напоследок, только Хранитель мог совместно с другим, очень сильным магом, снять защиту.


Хорошо еще, что ритуал наложения Фиделиуса был с кучей "если", "обязательно" и "но", которые практически не позволяли использовать его в качестве нападения. А то так легко бы было лишать хозяев их домов или плодить тюрьмы почище Азкабана.


Кстати, насчет этого. Читая справочники, я натолкнулся на следующий рассказ из новейшей магической истории. Когда итальянские маги в свое время возрождали свою магическую традицию, произошел довольно-таки курьезный случай, связанный как раз с Фиделиусом. Правда, курьезным его можно назвать только с чисто академической позиции урока на тему "Применение защитных заклинаний большой мощности", а так, история оказалась весьма трагичной.


Один ушлый приезжий в Италию немец, отпрыск обедневшего магического рода, решил сколотить свою маленькую империю. А начать решил вполне банально - со школы магии. Для этого он отобрал молодых итальянских магов первого поколения, в основном лет им было до пятнадцати, ибо старше уже представляли угрозу для позиций лидера, и поместил их в один из старинных магических особняков неподалеку от Рима. В частности, мэнор был прикрыт мощным, наложенным с помощью приглашенного из Франции мага, Фиделиусом. Хранителем был сам немец. Помимо этого, чтобы ученики, они же будущая армия, не разбежались раньше времени, новоявленная школа магии изнутри была окружена мощными отталкивающими чарами. Снабжением всем необходимым собирался заниматься сам немец с помощью домовых эльфов. Вроде бы идеальная школа тюремного типа, предусматривающая все возможные проблемы?


Увы, но нет. К сожалению, предусмотреть все невозможно. Успел ли эту истину осознать ректор, пока, поскользнувшись на верхней ступеньке длинной лестницы, летел вниз навстречу пробившему ему голову острому углу, неизвестно.


Зато известно, что стало с этим пансионом. Римско-католическая церковь оказалась настолько тонким "троллем", что без всяких купюр (после копирования, конечно же) передала все найденные во внезапно открывшемся мэноре записи магам. Наверное, надеясь на то, что те ужаснутся тем, что совершили.


А там было чем.


Сначала у детей-магов было все хорошо. После непродолжительной гражданской войны был найден новый вождь, и оставшиеся в живых стали строить свое новое магическое общество. И даже успешно строили его в течение десяти лет, сначала восстановив, а потом даже превзойдя начальную численность.


А потом на счету немца кончились деньги. И эльфы перестали приносить запертым в мэноре детям и взрослым еду. Эльфам приказали еду воровать.


Дети были не городскими и смогли поднять пашню вместо газонов и кустов мэнора, воспользовавшись ворованными эльфами семенами, и, быть может, даже что-нибудь и вырастили, если бы... Если бы откровенно доставших непрерывным воровством домовых эльфов не перебили.


Архивисты церковников были настолько любезны, что приложили к документам газетный листок того времени, рассказывающий историю о дерзких карликах, воровавших еду в замке одного из аристократов. И описывались оставшиеся после сработавшей ловушки тела...


Последний, самый сильный маг той "школы" пережил последнего эльфа, судя по дневнику, на целых двести дней. И умер от голода. Потому что с костей других магов не мог соскоблить уже ни единого волоконца мяса...


Впрочем, это хоть и самый лютый, но далеко не единичный случай. В книгах приводятся и другие примеры, как неблагоразумно наложенный на мэнор Фиделиус становился причиной трагедии. Например: немногочисленная семья, родители по какой-нибудь причине погибли, а сам ребенок, оставленный на попечение домовых эльфов, вырастал своеобразным "Маугли". Маг, взрослевший без нормальной социальный среды, имея в качестве примера для подражания полусумасшедших карликов... Судя по колдографиям, это такой же гротеск, как, например, человек, воспитанный волками. Так что Поттеру еще повезло, что Волдеморт, видимо, именно снял с дома Фиделиус, а не прошел сквозь него. А то пока имеющие доступ в дом Поттеров фениксовцы спохватились бы, малыш мог уже умереть от голода...


Вот так за скорбными прогулками и чтением по вечерам средневековых трагедий и прошли все каникулы. Оставалось только надеяться, что все происходящее со мной безумство - все же приворот, и скорое возвращение в Хогвартс как и в прошлый раз исцелит меня.


Глава опубликована: 27.02.2017

## Глава 39. Барти


Увы, в этот раз мои ожидания не оправдались.


Возвращение в Хогвартс не принесло мне ожидаемого облегчения: болезненная тяга к леди Забини ничуть не утихла. Защитная печать работала, но ничего не могла сделать с моими чувствами. Истинными чувствами. И это было невероятно пугающе и... восхитительно. Пугающе - потерей контроля, а восхитительно... Кто любил, тот легко поймет, а тому, который никогда не любил, у кого в груди вместо сердца мертвый кусок камня или льда, тому это и не нужно. Как же я всю жизнь искренне... завидовал таким людям! Слишком много проблем по жизни у меня случалось из-за чрезмерной отзывчивости, а мертвому куску камня все откровенно "по барабану". Как это ни прискорбно, но жить злым гораздо проще и ненапряжнее, чем добрым. Быть добрым - быть слишком сильным и слишком требовательным к себе. Уродский мир!


Как я и подозревал, в этой маленькой деревне - я имею в виду Магическую Британию - все уже все знали. Со всеми вытекающими из этого последствиями.


Бедная Трейси только взглянула на меня издалека и с блестящими от слез глазами убежала прочь. Мне по-человечески ее было жаль, но помочь ей я ничем не мог.


Хаффлпаффцы проявили истинно хаффлпаффское участие и пытались хоть как-то поддержать меня. Причем что самое удивительное, в основном меня старались утешить девушки, а не парни. Ох уж эта пресловутая "женская солидарность". Парни наоборот, аккуратно и корректно, по-хаффлпаффски, завидовали мне. Глупцы. Чему тут завидовать? Впрочем, было из этого правила и одно исключение. С совершенно неожиданным пылом и возмущением на меня насел... Эрнест МакМиллан.


- Как? Ну как так можно, Винсент? - взывал он к моему разуму.


- Что я не так сделал?


- Да все! - крик души Эрни услышали все сидящие в гостиной Хаффлпаффа.


- Поясни, - опрометчиво попросил я и в ответ получил развернутую лекцию по Праву Магической Британии. Один лишь только перечень моих ошибок заставил меня скрежетать зубами от невозможности вернуться в прошлое и дать себе подсказку, а список упущенных возможностей и вовсе вгонял в краску стыда и гнева. Пришлось выделить время и потратить несколько вечеров на хотя бы поверхностное ознакомление с настолько важным предметом. Ведь, как известно, незнание законов от ответственности не освобождает, а знание - иногда наоборот. Эх, где была моя голова раньше?!


Эрни, кстати, молодец. Так четко и доходчиво объяснять сложные вещи может далеко не каждый профессор, не говоря уже о пятнадцатилетнем юноше. Аристократические порода и воспитание во всей красе, да.


В ответе ли сын за отца? Некоторые говорят, что нет. А отвечает ли за тетю племянница? Еще как отвечает! Понаблюдав на процессе, как легко "икона непредвзятости" топит неугодного Министерству, причем используя его любимые законы, Эрни, похоже, свои розовые очки спустил в унитаз. А вместе с ними и излишне трепетное отношение к подруге Сьюзан. Нет, нельзя сказать, что у них началась война, но отношения заметно похолодели. И кто в этом, не без некой логики, оказывается назначен виноватым? Правильно! Естественно - никто иной как бедный Винсент Крэбб! Кстати, после каникул Боунс-младшая мне без своей компаньонки Ханны вообще ни разу не попадалась. Боится... дура! Не понимает, что ли, что своей опаской она оскорбляет меня гораздо сильнее, чем показным неудовольствием? Будто у меня когда-нибудь на нее поднимется рука!


С потенциальным приемным сыном новых, более близких отношений у меня не сложилось. Более того, тот чуть было не набросился на меня с кулаками, хорошо еще Нотт и Гойл его удержали. Говорить со мной Забини отказался наотрез, хотя я сделал все возможное, чтобы не ссориться и упросить его хотя бы передать письмо своей матери. Я бы реакцию Блейза, поставив себя в этой ситуации на его место, понял и полностью одобрил, если бы... Если бы не тот факт, что сейчас его юношеская гордость и спесь стояла преградой между мной и моим счастьем! И только понимание того простого факта, что начинать отношения с женщиной, искалечив ее единственного и любимого сына, как-то слегка... бесперспективно, скажу так.


Естественно, в Хогвартсе, как и везде, тоже существовали люди, ну или маги, без разницы, живущие по принципу: "падающего - толкни". Рон Уизли не мог остаться в стороне от такой шикарной возможности поглумиться над человеком, находящимся сейчас в тяжелой жизненной ситуации. Скажу честно, на данный момент я против рыжих ничего не имел, так как все свои долги они мне отдали. Ну, почти все, это если их младшую и василиска вспомнить. Да, Уизли мне были и продолжают быть неприятны, как неприятны шакалы или опарыши, но я не собирался свою личную неприязнь переводить в прикладную плоскость. Во всяком случае, пока они снова не заденут лично меня. От юношеского максимализма, выражающегося в неуемном желании непрерывно сражаться с ветряными мельницами, я избавился в слишком зрелом возрасте, так что этот жизненный урок был еще относительно свеж. "Бог с ними, с рыжими крысами, и без их воспитания мне есть чем заняться..." - думал я.


Зато вот Рон, судя по всему, имел по этому вопросу совершенно противоположное мнение. Не знаю я, с чего бы это он так осмелел. Быть может, удачная попытка травли Поттера взвинтила самооценку до невиданных высот и отбила ему память? А может, на зимних праздниках он перебрал домашней наливки, или близнецы протестировали на младшем братишке очередную свою "веселую шутку"? Могла и старая ссора после второго курса всплыть, хрен его знает, что там в рыжих головах творится, однако факт есть факт. Рон посмел на меня наехать! После первого обеда Уизли-младший-номер-шесть, в сопровождении своих закадычных приятелей Финнигана и Томаса, как бы случайно пересекся со мной в коридоре.


Шестерка со своими шестерками преградила нам троим проход. Стоявший чуть впереди своих компаньонов Уизли глумливо ухмыльнулся и произнес, небрежно помахивая заранее приготовленной волшебной палочкой:


- Я слышал, что вы, мистер, - с максимально для него возможным презрением выделил он это слово, но до чопорного Снейпа или правильно воспитанного Малфоя, которого он явно сейчас и пытался скопировать, рыжему было как до Китая раком, - Крэбб, весьма и весьма, как это говорят магглорожденные, утонченная личность. Мало вам увлечений некоторыми мальчиками-рейвенкловцами, так ты еще ко всему прочему оказался любителем перезрелых ш... Хр-р-р, - договорить бранное слово Уизли не успел. Сделав очень быстрый шаг вперед, я с такой силой сжал ему правой рукой горло, что тот не то что ругаться, хрипеть не мог. Про то, что мы оба вообще-то маги, и я, и он забыли. Я - в приступе бешенства, который моментально стер благоприобретенные рефлексы волшебника - чуть что хвататься за волшебную палочку, а Рон - потому что обеими руками пытался отодрать от своей шеи мою руку. Мы оба настолько сильно вцепились друг в друга, что и Томас с Финниганом, точно так же как и мои Макмиллан с Финч-Флетчли, вынуждены были растаскивать нас по-маггловски, руками. Благодаря тому, что делали они это очень несогласованно, я умудрился подставить Уизли подножку, опрокинуть его на пол, с удовольствием по ходу дела в этот пол вмяв, и вцепиться в горло уже двумя руками.


- Я вырезал язык и взорвал сердце предыдущему, - орал я прямо в лицо лежащему Уизли, - кто попробовал оскорбить меня так! Хочешь стать следующим? НУ! ДАВАЙ!


- Ступефай! - меня отшвырнуло от Уизли. - Совсем очумел? - разозленный Диггори убрал волшебную палочку. - А вы что стоите и смотрите? Он же задушил бы его! Уизли, ты как? - склонился Седрик над гриффиндорцем.


- Отстань! - просипел Уизли и оттолкнул руку Седрика. - За психом своим лучше следи! Чертово смертожорское отродье, - потирал Рон горло.


- Он совсем без тормозов, - добавил Финниган.


- Да на него намордник надевать пора! - согласился Томас. - Мы все расскажем МакГонагалл!


- Десять баллов с Хаффлпаффа, - Седрик воистину был хорошо подкованным старостой и отлично знал, что дважды за одно и то же не наказывают. - И пять - с Гриффиндора. Помолчите! Сами хороши. Что не остановили Уизли? Куда он вообще лез? Или не знаете, кто такой Крэбб? Молчите? Вот и молчите тогда дальше! Берите своего товарища и ведите в больничное крыло, - приказал Седрик. Гриффиндорцы, ничего не говоря, подняли своего товарища, подхватили под руки и наполовину повели, наполовину потащили несдержанного на язык Шестого в вотчину мадам Помфри.


- Ренервейт! Мистер Крэбб! - Седрик присел рядом со мной. - Как староста факультета я запрещаю тебе калечить учеников, даже если они совершенно не дружат с головой! Пожалуйста, глава моей охранной дружины, держите себя в руках. Винс! - помог подняться мне Диггори. - Ну давай, возьми себя в руки! Я понимаю, тебе сейчас непросто, но это не повод срываться на идиотов! Мне не их жалко, а тебя! Мало, что ли, у тебя сейчас проблем, чтобы добавлять к ним еще и это? Ты слышишь меня?


- Хорошо, - кивнул я головой. - Я постараюсь.


- Винсент!


- Ладно-ладно. Буду держать себя в руках...


Вот только как я ни старался, сдержать свое обещание у меня получалось далеко не всегда. Все вокруг: и дети, и профессора, абсолютно все как сговорились только и делать, что непрерывно задевать меня. Темы насмешек были разные. И сам факт, что я влюбился в женщину значительно старше себя (знали бы они, что совсем не старше, а как минимум - в ровесницу). И то, что я регулярно, каждый вечер посылаю леди Забини письма из Хогвартса (впрочем, смеялись над этим только совсем пацаны, юноши постарше не смеялись, им, из зависти к такому вниманию к своей возлюбленной, выносили мозг их пассии). Естественно, реакция на раздражители у меня была, хм, соответствующая. И из-за этих естественных реакций факультет заметно потерял в баллах, а в отношениях с деканами, особенно факультета Гриффиндор, сильно похолодало.


Любопытный факт. Дамблдор меня... не трогал. Совсем. Либо сам знает, что такое любовь опаляющая, либо данная ситуация его абсолютно устраивала. Тут для меня главное - не стать заменой Драко в курощении Поттера. Зато остальные преподаватели продолжали пытаться приструнить меня, взывая к самоконтролю, сейчас взявшему отпуск по болезни, и стыдя иностранными гостями. Пытаться, потому что ничего другого, действенного, взрослому лорду сделать они согласно Кодексу не могли. Попытки их, кстати, оставались по большей части безрезультатными.


А что я мог сделать? Есть болезни, которыми следует переболеть в детском или юношеском возрасте. Потому что во взрослом они приводят к серьезным осложнениям в психике, общественном положении или содержимом кошелька. А такая, в сто раз сильнее, чем классическая первая, навеянная магией любовь по степени воздействия вообще сродни по последствиям с легилименцией от Волдеморта и Основателей вместе взятых. Чертовы чувства! А ведь я так надеялся, что задавил этот розовый туман еще лет пятнадцать назад!


В итоге произошло то, чего рано или поздно следовало ожидать. Подождав пару недель и видя, что все словесные уговоры бесполезны, на меня нажали тем, кто с одной стороны имел у меня хоть какой-то авторитет, а с другой - был ежегодным расходным материалом. Да-да-да. Профессором ЗОТИ. Моуди-Краучем. Именно им самым.


В один тяжелый, скучный и беспросветный без моей леди субботний день Моуди отловил меня после обеда и отвел в уголок.


- Так. Хватит киснуть! Лорд не любит сопляков, которые не умеют держать себя в руках. И не важно, по каким именно причинам: убил ли кого, умер ли кто у тебя, без разницы. А поэтому, раз ты не можешь справиться сам, меня просили тебе помочь. Собирайся, надевай нормальную одежду, и пойдем.


Перейдя по каминной сети в бар Тома, мы, к моему глубочайшему удивлению, из него выходить не собирались. Молча поднялись на второй этаж, где сдавались комнаты. Молча сели за стол. Я не успел еще внимательно осмотреть весьма неплохую для такого задрипанного кабака обстановку, как после стука и короткой разрешающей реплики Крауча открылась дверь. В номер молча зашел хозяин, поставил на стол огромный поднос с тарелками и бутылками и так же молча ушел, плотно закрыв за собой дверь.


Крауч навесил на дверь какое-то запирающее заклятие, после чего с довольной ухмылкой глотнул из небольшой мензурки, которую вытащил из одного из карманов, которые во множестве усеивали одежду старого опытного аврора. Правда, ухмылка очень быстро пропала, сменившись гримасой отвращения и боли. Даже просто наблюдать обратное превращение - удовольствие не из самых приятных, а уж отходить от оборотного зелья... По себе помню, как это не здорово.


- Фу! Ну и мерзость! - передернулся Барти и стал из безразмерного мешка швырять на пол нормальную одежду. - Что оборотка, что это вот зелье, возвращающее в естественную форму, - Быстро одевшись и с удовольствием подвигавшись в своем настоящем теле, Крауч наконец вернулся за стол и бухнулся в кресло.


- Хорошо-то как! Запомни на будущее. Никогда не принимай оборотку больше, чем трое суток подряд. Иначе... а впрочем, тебе-то что до этого... Давай лучше, - Барти протянул руку, схватил первую попавшуюся бутылку, свернул ей "голову" и быстро разлил напиток по бокалам, - расслабимся. - Бери, - протянул он мне один. - Ну, - Барти поднял свой бокал, - за возвращение Господина! До дна!


Я поднес жидкость со смутно знакомым запахом ко рту и, повторяя за Краучем, залпом проглотил ее... и поперхнувшись, выплюнул почти половину обратно! Сливочное пиво или максимум вино - вот что по моим прикидкам могло оказаться в стакане, принимая во внимание мой сопливый возраст. Но вот чего уж точно там не могло быть, так это самого настоящего крепкого джина! Пытаясь продышаться и остудить обожжённое горло, я укоризненно посмотрел на Барти, на что в ответ тот лишь весело рассмеялся.


- Ха! Это тебе, парень, не магический огневиски, который, несмотря на свою крепость, пьется мягче сливочного пива. Это классический маггловский горлодер! То самое, что так нужно тебе сейчас, чтобы прийти в себя! "Vodka ili bliadee", как мне когда-то говорил Долохов, это лучшее лекарство от разбитого сердца!


- Но я не хочу!


- Заткнись и молча слушай то, что тебе говорит старший и гораздо более опытный товарищ! Ты в своем крайнем эгоцентризме думаешь, что только ты - единственный на всем свете оказался с разбитым сердцем? Думаешь, другие до тебя никогда не были отвергнуты? А теперь ты сидишь тут и хнычешь, вместо того чтобы либо пойти и решить свои проблемы, либо...


- Как?


- Как? Пойти и трахнуть ее, либо, если силенок нет, упиться отворотным, чтобы из всех дыр у тебя оно хлестало! Ха-ха-ха! Неужели и я таким смешным был тогда?..


"Бля! Стыдоба-то какая! Действительно, со стороны это так по-детски выглядит, что просто жуть. Блин! А если бы я сейчас был во взрослом теле? Как бы противно это выглядело тогда? Фу! Ненавижу любовь! Одни только проблемы от нее! Да еще и этот! Советчик, бля, нашелся. Вот только, поучать других - все мы умные, а справиться с самим собой..." - подумал я и спросил:


- Раз уж ты такой умный, то поведай мне, как справился ты сам? Если, конечно, ты когда-нибудь любил!


- Хм... - смутился Барти. - Там... Ну... Не важно.


- Что, не смог трахнуть?


- Нет! Она чистокровная из древней семьи. И замужем... И обеты при свадьбе приносились, сам понимаешь... Не изменить... Ну и...


- В кого же ты был влюблен?


- Не важно. Жизнь с ней и так поступила достаточно... жестоко, чтобы еще и отвлекать ее своей любовью. И кто бы что бы там ни говорил, она не всегда была... такой, - Барти тихо пробормотал последнюю фразу себе под нос. - Но это совсем не важно. Важно то, что у тебя ситуация совершенно другая...


- Я пробовал. Но с ней никак не связаться! Даже не поговорить, не то что "трахнуть"!


- И что, так и будешь тут сидеть в слезах?


- Когда это я плакал?


- Ну не плакал, так бесился. Так дело не пойдет. Давай, - Барти налил мне полный бокал джина и пихнул в руку. - Пей и изливай душу. Выплесни это из себя, и тебе станет легче.


- С чего бы это? - удивился я. Ну не был Крауч мне не только близким, а хотя бы и просто другом, чтобы я мог допустить использование его жилетки для вытирания своих соплей.


- Пей! Или я наложу на тебя Империо, и ты упьешься принудительно. А потом, когда ты дойдешь до нужной кондиции, пойдем к девкам. Приласкают тебя, глядишь, все как рукой снимет! Да и в Азкабане будет что вспомнить, если что. Когда нет дементоров, там очень скучно.


- Но я не собираюсь...


- Ха! Постоянная бдительность! Но даже она все равно не спасет тебя, в случае чего. Думаешь, все, кто попал в Азкабан, заранее планировали там оказаться? Не-е-ет. Я помню, как про это как-то говорил Долохов. Что-то вроде "от нищеты и Азкабана не клянись", так как-то звучит их московитская поговорка.


- Но...


- Твой выбор? - Барти нацелил на меня внезапно появившуюся в его руках волшебную палочку. - Пьешь сам или..?


- Сам. Но только, чур, ты со мной...


- Ха. Думаешь, споить меня. Ну-ну!


"Посмотрим", - подумал я про себя. - Уж что-что, но я пьяным могу не держаться на ногах, зато держу свой мозг на привязи. Всегда!"


Увы мне. К сожалению, опьянение - многоплановый, психо-физиологический процесс. Как бы я ни хвастался тем, что в прошлой своей жизни мог легко держать водочный удар, в силу современного состояния моей тушки от чисто биологического влияния этанола на клетки мозга деться мне было некуда. И, соответственно, рано или поздно опьянение все же накрыло меня с головой.


Сколько мы пили, не помню, так как ощутимый кусок памяти остался потерянным. Какие-то куски вспомнились, но весьма и весьма фрагментарно:


- Как они меня, ик, все достали! Убить бы их все-е-ех!


- Так. Понятно. Пей.


Провал в памяти.


- Но, она такая... - несу я заплетающимся языком какой-то полусвязный розовый бред.


- Ага. На. Пей.


Опять провал в памяти.


- Ты бы зна-ыл, как, ик, мне сейчас, хнык, плохо!


- И что? Ты жив и здоров. При магии. На свободе. Учись ценить то, что имеешь. Здесь и сейчас. Когда-нибудь у тебя обязательно настанет в жизни по-настоящему тяжелый момент, вот тогда и будешь, хех, сокрушаться. От тебя это никуда не уйдет, поверь. А сейчас живи в свое удовольствие. Пей...


Последовал очень длинный провал в памяти, так как в следующий раз я осознал себя уже затемно, стоящим перед зеркальной витриной какого-то магазина Косой Аллеи. Причем рожа и телосложение были уже не мои, как и незнакомым был маг, который придерживал меня за шиворот.


- Ты кто? - почти не заплетающимся языком спросил я.


- Постоянная бдительность! - подмигнул мне... похоже, это все же Барти. - Так. Вроде отрезвляющее зелье подействовало. Давай, двигай ногами и запоминай дорогу, куда мы сейчас пойдем.


Вскоре мы свернули с освещенной центральной улицы магического квартала в темные мрачные глубины Лютного. Наш путь лежал туда, где и днем-то очень легко нарваться на неприятности, а уж ночью... И как мной подспудно ожидалось, очень быстро эти самые неприятности нас нашли.


- Эй вы, красавчики! - преградила нам дорогу какая-то грязная темная фигура. - Ищете, где перепихнуться друг с другом? - зло, рычащим хриплым голосом спросила она у нас. - Оставьте свои кошельки и, быть может, вы уйдете отсюда...


- Брахиам Эмендо! - фиолетовый лучик заклинания сорвался с палочки Барти и впился в грудь преградившему нам дорогу существу. Как-то среагировать не смогли ни я, ни грабитель.


- А-аы-ы, - вопль дикой боли напавшего на нас очень быстро перешел в хрип и судорожные рывки руками и ногами. Судя по тому, как расплылась грудная клетка убийцы, мгновенно превратившегося в жертву, заклинание Крауча изъяло из нее все кости.


- Запомни. Местные уважают только силу! Убивай их без всяких стеснений, все равно за это никому не нужное отребье никто никогда не вступится! Многие отсюда, желая из крыс стать волками, в прошлом примкнули к Повелителю. Вот только они не понимают, что крыса - это не состояние тела или отсутствие денег на нормальную жизнь. Крыса - это суть их грязных мерзких душонок! И что ни делай, ее не изменить! Даже купаясь в золоте, они остаются безродными грязнокровными крысами! Достойными только...


- Пощади-и-и... - прохрипел грабитель, но Крауч даже на мгновение в своей пафосной речи не запнулся.


- ...Да ничего не достойными! Дефодио! - светлый лучик заклинания пронзил грудь обитателя Лютного и, подобно лому, зацепившему арбуз, расплескал ее, окропив нас с Барти мелкими брызгами крови. - Обожаю эту связку! Если заклинание применить просто к человеку, то получится либо синяк, либо небольшая ранка. Зато к такому вот, лишенному части костей... Как по бубонтюберу вредной соседки на Зельеварении толстым учебником со всей силы хлопнуть! Эванеско. Эванеско.


Больше никто нас не пытался ограбить. Более того, узкие улочки перед нами как вымерли, что вполне устроило и Барти, и меня. Вскоре мы подошли к темному, ничем не примечательному дому, дорогу к которому я вспомнить смогу, наверное, только после долгой работы с Омутом памяти.


- Значит так. Запомни это место. "Шаловливая Белка". Конечно, есть и гораздо более дешевые бордели, некоторые маги вообще предпочитают маггловские, но... Из всех только в этом тебя не обворуют, не опоят приворотным, не продадут на ингредиенты... Или не получишь какой-нибудь дрянной болезни, за наличие которой потом очень сильно будешь краснеть перед лекарем.


- Я... Она...


- Считай, это часть твоего обучения. Или лечения, как тебе ближе.


- Но у меня... - начал было я другую отмазку, но Крауч меня перебил.


- Не волнуйся о деньгах. Считай, я тебя угощаю. В конце концов, - еле слышно сам себе пробурчал он под нос, - когда Господин вернется, ему опять потребуются бойцы. Хватит мне быть простым боевиком, не тот у меня род. Нужно начинать набирать преданный молодняк...


На этой оптимистичной ноте входная дверь тихонько отворилась, и мы вошли внутрь. Пройдя темный предбанник, причем я каким-то шестым чувством почуял, что там нас внимательно оценили охранники, мы оказались в большой, отлично освещенной и богато убранной комнате. Помпезный викторианский стиль, оказывается, можно превратить и в какое-то вот такое игривое подобие будуара куртизанки.


- Добрый вечер, господа, - медово улыбнулась нам местная мадам - немолодая, но достаточно ухоженная женщина. - Присаживайтесь.


Мягкие и удобные кресла приняли нас в свои объятия, а чтобы сидеть было не скучно, на журнальном столике перед нами появились бутылки и пара бокалов.


"Интересно, а как называется домовой эльф, у которого дом - шалман? Публично-домовой эльф?" - свойство идиотских мыслей таково, что они приходят в голову абсолютно без всякого осознанного на то желания.


- Ну, готов?


- Нет. Давай в другой раз.


- Молчи. И не валяй дурака. Что ты как девочка, право слово!


- Но ведь это измена...


- Чушь! Ты что, женат уже? Или вы заключили договор? Тоже нет? Вот и не болтай тогда всякой ерунды!


- И все равно это неправильно!


- Мне тебя что, под Империо на бабу гнать? Другие бы на твоем месте вперед собственного радостного визга побежали бы!


- Ну, вы закончили свои разборки? Готовы наконец отдохнуть? Если нет, то советую свалить из моего заведения, иначе... - видимо бандерша, несмотря на свою приторную улыбку, терпением и вежливостью не отличалась.


- Заткнись, ведьма! - волшебная палочка в руках мага теперь указывала прямо на бандершу. Крауч, как всегда, был образцом вежливости и куртуазности.


Мадам, кстати, даже не дернулась. Как стояла, улыбаясь, так и продолжала стоять.


- А хозяевам моего заведения ты скажешь тоже самое? Они, знаешь ли, всепрощением не отличаются и найдут вас даже несмотря на принятую оборотку...


- Да мне плевать! Знаешь, кто я? - с полоборота завелся и так далекий от психического равновесия Крауч. Мое правое запястья пронзил резкий укол боли. Магия Долга Жизни подсказывала, что тот, кому я должен, в опасности.


- Кр... э... Ба... Тьфу! Эй! Учитель! Успокойся и заткнись! - и я пнул Крауча по щиколотке. Видя, что никакого результата нет, пришлось применить тяжелую артиллерию. Я перегнулся через пару подлокотников, частично притянул, частично потянулся поближе к его уху и громко прошептал: - Господин будет недоволен, если ты из-за своей несдержанности провалишь все дело!


Это помогло, и Крауч наконец-то смог взять себя в руки. Поняв, что драки не будет и что вызванную охрану можно отпустить, бандерша скрылась под конторкой, взяла что-то из невидимого ящика и кинула в нас с Краучем.


- Значит так. Вот, - на колени к нам мягко приземлились по одну пухлому томику. - Выбирайте. Но так как вы здесь, судя по всему, впервые, предупреждаю. Если вы надеетесь с помощью каких-нибудь ублюдочных зелий вроде вытяжки из яиц тролля или приемов типа заклинания энгоргио увеличить свои члены, то будьте готовы заранее. Малышки вместо выбранного вами образа примут в процессе зелье с волоском обратившейся вейлы или уродины-великанши. Я своих девочек калечить не дам!


- Да знаю я, знаю! Каждый раз ты одно и тоже говоришь!.. - в очередной раз попалился Крауч и открыл книжку. Я последовал его примеру.


"Интересно, а Барти-старший знает о невинных увлечениях своего сына? Впрочем, по сравнению с Меткой это такая мелочь..." - подумал я и открыл местный прейскурант.


В альбоме, как и ожидалось, оказались "веселые картинки". Движущиеся колдографии в данном конкретном случае были как нельзя кстати, позволяя насладиться роскошными формами разнообразных красавиц в самых что ни на есть откровенных позах и движениях. Поглядев немного на эти эротические псевдо-видеоролики, я за пояснением взглядом обратился к Краучу. И мгновенно получил ответ, правда, совершенно не тот, которого ожидал.


- Ну что, насмотрелся? - Крауч внимательно наблюдал за мной и, дождавшись, когда альбом закончится, вырвал его у меня из рук и разорвал пополам. Сделал он это, естественно, магией. Невербальной и беспалочковой. - Нас это не интересует. Отправляй своих полугоблинш под обороткой к уродцам из Лютного, а нам приведи пару блондинок. Настоящих.


- А почему ты заказываешь именно блондинок? Быть может, я хочу совсем другую? - удивился я.


- А то я не понимаю, что на брюнеток ты еще долго не взглянешь? Поверь старшему, хм... брату. Сколько ни пробуй, ты все равно не найдешь среди них ее, а только одни лишь болезненные дешевые подделки!


Я замер, пронзенный молнией догадки. "Ну конечно! Вот она, недостающая частичка мозаики. Вот теперь все сложилось". В крайнем удивлении, еще не веря себе, произнес:


- Не может быть! - резко выдохнул я. - Так вот почему ты отправился к Лонгботтомам!


- Да! Я бы пытал их снова и снова за то, что они сотворили с ней! Твари! - завелся Барти и тут же остыл. - Догадался?


- Да. А она знает?


- Нет, - Крауч отвел взгляд.


- Быть может, если ты стесняешься сам сказать, можно было бы...


- НЕТ! Ты! Даже не думай сделать что-нибудь такое! Круцио! - привычно бросил в меня Непростительное Крауч. Вот только сейчас у нас был не очередной урок магии, на котором допустимость применения Круциатуса в воспитательных целях я, хоть и со скрипом, признавал, а обычная жизнь. Где нет учителя и ученика, а есть двое равноправных мужчин. Поэтому я резко, ну насколько мог, будучи весьма и весьма нетрезвым, дернулся в сторону, и красный лучик впился не в меня, а в цветастую обивку кресла. "Интересно, а мебели бывает больно?" - машинально подумал я. Мадам, что характерно, на откровенное применение наказуемого Министерством проклятья даже бровью не повела. Видимо, и не такое видела.


- А деньги соответствующие-то у вас есть? - поинтересовалась она, пока я ставил кресло на место. - У меня дорогое заведение, и не по карману всяким голоштанным грязнокровкам...


- Ты. Забываешься. Сквиб, - Барти сказал это с такой силой, что даже меня почти передернуло. А вот Мадам без всяких "почти" изрядно перекосило. Но не от страха, как я подумал вначале, нет. От злобы.


- Благородные, - скривилась она, и впервые из-под ее маски вежливой хозяйки заведения вылезли настоящие чувства. - Как же я вас ненавижу!


- Ха! - мерзко ухмыльнулся Крауч. - Но это не мешает тебе подкладывать своих "малышек" под нас. А если приплатить, так и сама готова лечь, как когда-то. Вспомнить молодость, так сказать. Так что заткнись и делай, что я сказал!


- А может, ты все же убьешь его? Я обещаю сделать тебе хорошую скидку... - теперь мадам обращалась уже ко мне.


- Тебе сегодня не повезло! Он не может меня убить! На! - Барти кинул в мадам кошельком. Та ловко его перехватила и, развязав, высыпала на стол приличную горку золотых. Увидев более чем щедрое подношение, мадам успокоилась и, вызвав домовика, приказала:


- Позови сюда Хильду и Эльзу, - эльф исчез, а мадам с безразличием в голосе попеняла к нам: - Все равно ведь вы под обороткой. Не могли, что ли, нормальные рожи надеть? Вам-то все равно, а девочкам проще работать...


Нельзя сказать, что посещение борделя и формальная потеря девственности не повлияли на мое состояние. Повлияли. Чуть-чуть. Добавили самоконтроля от "сброшенного давления" и... отвращения к себе, за то, каким именно образом это было сделано. Так уж получилось, что "благодаря" Краучу я в этой новой жизни изрядно так вымазался в грязи, которой успешно избегал в прошлой. Тут и продажная любовь, и убийства, и близко свистнувшая у виска пуля-тюряга... Несомненно, Крауч, как тренер, невероятно хорош. Вот он как никто другой действительно соответствовал своей должности - профессору ЗОТИ. Так восхитительно провести психологическую ломку и при этом не превратить материал в беспредельного отморозка - это уметь надо! И сработало не только на недоросле, но и на вполне себе взрослом человеке. На мне.


К сожалению, даже такая сильная встряска, как молодая, достаточно привлекательная, опытная, страстная и податливая женщина, даже она не смогла кардинально что-то поменять в моем самочувствии к лучшему. Отсутствие рядом со мной леди Забини продолжало восприниматься как и раньше: приблизительно так же приятно, как отрубленная рука или нога. Пусть благодаря Эльзе уже не как свежеотрубленная, но все равно мне было очень и очень плохо. А теперь еще и стыдно.


Попытки связаться с леди Забини продолжали оставаться безрезультатными. Мой потенциальный пасынок продолжал держаться от меня подальше, если так можно назвать его постоянное прятание за спинами декана или слизеринского старосты. Наверное, не следовало мне разговаривать с ним после каникул настолько напористо. Организовать мне свидание или хотя бы передать своей матери письмо он продолжал каждый раз отказываться. Ка-те-го-рич-но. Теперь только на одного мага у меня оставалась надежда, с которым, кстати, все равно мне выгодно будет поддерживать хорошие отношения. И, я думаю, списать ему его старый долг на такой пустяк, как организация встречи с матерью его приятеля, станет хорошим подспорьем в нормализации отношений. Кстати, а вот и он. Наконец-то их величество изволило появиться в Хогвартсе:


- А! Здравствуйте, мистер Малфой. Как прошли ваши очень длинные каникулы?


Глава опубликована: 04.03.2017

Интерлюдия 20


В жизни Драко Малфоя эти зимние каникулы оказались самыми отвратительными. Нет, и раньше случалось так, что отец бывал к нему чересчур безжалостно требовательным, ибо "...тратить время бесцельно за глупыми играми могут себе позволить всякие грязнокоровки, но никак не Малфои, судьба которых властвовать!" Но после новогоднего приема и, особенно, суда над Винсентом, в его отца как будто вселился бес!


Были отложены прочь все дела, кроме самых важных и срочных, и все свое время Люциус Малфой проводил либо беседуя по камину, либо погрузившись лицом в омут памяти. И последнее приносило Драко больше всего неприятностей, так как обеспечивать отца материалом для просмотра должен был именно он! А вытягивать из своей памяти каждый эпизод общения или наблюдения за Крэббом за три с половиной года учебы, причем не пренебрегать даже самым кратким обычно-повседневным... У-у-у! Редкие перерывы в изнасиловании своей памяти тоже не приносили младшему Малфою никакого облегчения, потому что тема бесед с отцом оставалась все той же: Крэбб, слухи о Крэббе, мысли Драко о Крэббе, мысли других магов о Крэббе... За эти каникулы Драко настолько насмотрелся на рожу Крэбба, настолько наговорился про его жизнь, что ничего кроме отвращения эта фамилия у него не вызывала. Более того, младший Малфой искренне и истово возненавидел этого выскочку, на которого столько сил и времени было потрачено и им самим, и его отцом!


Конечно, если судить по тому, что после очередного подведения итогов лорд Малфой пропадал в закрытой части библиотеки рода и листал там книги по самой черной магии (настолько черной, что даже названия этих книг были скрыты специальными отводящими взгляд чарами), ситуация с Крэббом была весьма и весьма серьезная. Однако даже это не искупало потраченных на него усилий, и, самое главное, не объясняло Драко, что же такого опасного увидел в Винсенте лорд Малфой? А если Крэбб опасен настолько, то может лучше его... того?


Так прошел почти весь январь. Давно уже закончились каникулы и начались занятия в Хогвартсе. Все ученики дисциплинированно собрались в школе, учились и баловались в свободное время, а Драко так и продолжал одиноко сидеть дома, обняв руками омут памяти и громко кляня мордредова Крэбба.


Новую, яркую вспышку злости, причем не только у Драко, но и у его отца спровоцировала пришедшая посылка. Благодаря своим связям в Министерстве Малфой-старший, пусть и не сразу, но смог получить полный протокол судебного заседания номер пятнадцать тысяч триста семьдесят семь от пятого января тысяча девятьсот девяносто пятого года. Включая заданные и вычеркнутые собственноручно Крэббом вопросы для допроса под сывороткой правды. "Этот документ, вообще-то говоря, совсем не предназначен для широкого доступа, но Малфои это Малфои!" - подумал Драко, глядя на своего такого же довольного отца. Вот только кратковременный прилив позитива из-за законной родовой гордости очень быстро сменился отливом раздражения, потому что чем дальше читал Люциус, тем сильнее кривилось и мрачнело его лицо. Ожидая получить из протокола допроса ответы на свои вопросы, Малфой вместо этого получил еще больше этих самых безответных вопросов!


Неделю! Целую неделю потратил Малфой-старший анализируя список вопросов и ответов, пока, наконец, чаша его терпения не переполнилась:


- Ничего не сходится. Опять ничего не сходится! Р-р-р! Мо-о-р-р-р-др-е-ед! - пачка документов, с которой уже месяц аккуратно работал лорд Малфой, была схвачена со стола и со всей силы брошена в стену кабинета. - Как меня заебал этот сукин сын! Я должен тут ночей не спать, разбираться со сранью, что он наворотил на суде, давать оценку его злоебучим поступкам и пытаться залезть в его набитую дерьмом головенку!


Вызванный отцом в кабинет, Драко в удивлении так выпучил глаза, что стал невероятно похож на домового эльфа. Своего всегда выдержанного и хладнокровного отца никогда, до этого самого момента, он таким не видел. И не слышал от вечно холодно вежливого лорда таких слов. Даже предатели крови Уизли не удостаивались настолько сочных эпитетов. С отпавшей от изумления челюстью Малфой-младший наблюдал, как листы пергамента, на которые нанесена драгоценная информация, медленно, как сухие листья осенью, планируют на пол.


- Вот как, как это все может иметь смысл? Вычеркнутый вопрос "Ваше настоящее имя?". Зачем? Я бы еще поверил в смерть и подмену, но когда на всех родовых гобеленах есть Винсент Логан Крэбб, а на пальце - перстень лорда Крэбб... Или, например, в чем разница между вопросами "на какой факультет на Распределении вас отправила Шляпа" и "на каком факультете вы учились первый месяц своей учебы в Хогвартсе?". "Слизерин!" ответ и на первый и на второй! Но почему первый вычеркнут, а второй - нет? У-у-у! - совершенно непозволительно для иконы стиля и самоконтроля - лорда Малфоя, совсем по-простецки завыл Люциус.


Один листок пергамента из брошенной лордом в стену пачки сам по себе спланировал на колени Драко. Тот механически перевернул его и бросил быстрый взгляд на секретную информацию. На разделенном пополам листе, без шапки, были написаны аргументы и контраргументы какой-то теории отца. Левая сторона, где, похоже, были расположены подтверждающие предположение доказательства "за", была полна словосочетаниями вроде: "необъяснимые навыки риторики", "танцевальный опыт", "странные, несовременные идеи", "избыточная информированность", "убийственная безграмотность" и много-много еще других аналогичных по смыслу строчек. В правой же стороне, "против", всего было лишь три, зато подчеркнутых дважды: "принятие алтарем рода", "допрос Северуса" и "встреча с призраками Основателями" строчек, а еще одна, ниже, на которую сам собой съехал взгляд младшего Малфоя: "спокойствие Дамблдора", даже была обведена в рамку.


- Дай сюда! - лорд вырвал магий листок у своего сына, и сложил в уже собранную магией стопку. - Завтра ты отправляешься в Хогвартс. И у меня будет для тебя важное задание.


- Да отец, - подобрался Драко, - только...


- Что только?


- Ты обещал объяснить, зачем тебе была нужна смерть Крэбба.


- Не смерть, нет. Никто просто так не отказывается от своего, а он все же твой вассал, который помимо этого все еще должен нам крупную сумму денег. Нет. Я хотел совсем иного... Как ты знаешь, согласно договору от тысяча шестьсот девяносто девятого года Палата Лордов... Так. А вот расскажи-ка мне, наследник, что ты знаешь о Палате Лордов? - Малфой решил устроить очередную проверку знаний своего сына.


- Палата Лордов вырабатывает законы, по которым живет Магическая Британия. За соблюдением духа и буквы принятых Палатой Лордов законов следит Министерство Магии. Основное правило - новые законы не должны вступать в противоречие с предыдущими. Чтобы старые законы прекратили свои действия, их в обязательном порядке нужно отменить, причем в созыве Палаты именно из тех фамилий, которые его принимали. Таким образом, исчезновения даже одной фамилии достаточно, чтобы закон становился нерушимым. Чтобы попасть Палату Лордов, претенденту нужно заручится поддержкой квалифицированного большинства в семнадцать из двадцати девяти. Ну, в соответствующих долях.


- Откуда идут такие цифры?


- От количества лордов первого созыва Палаты в четыреста девяносто три человека и от разделившихся тогда мнений. Прецедент. Кстати, с тех пор это число увековечено в нашей денежной системе. Именно в таких долях стал делиться галеон. В других магических странах общий для всех золотой галеон делится на серебро и медь в других пропорциях.


- Как часто собирается Палата Лордов?


- Каждые десять лет.


- Неплохо, - поморщился Малфой-старший, - но могло бы быть и лучше. Ты забыл про то, что члены Палаты Лордов имеют серьезные преференции. И допустил ошибку. Не "каждые десять лет", а "через десять лет после последнего". И это - плановый созыв. А есть еще и экстренный...


В свое время, когда под гнетом только что принятого Статута формировалась единая Магическая Британия, у рождающейся системы, которую сейчас называют Министерством Магии, к счастью, нашему счастью - старейших чистокровных, не были ни сил, ни средств для того, чтобы диктовать свою волю Лордам. К сожалению, сейчас все уже совсем не так. И Министерство усилилось, и старые семьи очень ослабли и оскудели. Прошлый плановый созыв, который, к сожалению, по закону никак нельзя отложить, прошел под хм... сильным впечатлением от недавно закончившейся магической войны и последовавших после судебных процессов над проигравшими. И заправлявшие тогда испуганные консерваторы, а также массово образовавшиеся должники Дамблдора, приняли пару очень неприятных законов. О чем многие сейчас крайне жалеют. И на этом я и хотел сыграть, - задумчиво произнес Малфой и вроде бы перескочил на совсем другую тему.


- Несомненно, на то, что творится внутри закрытого мощными стационарными щитами круга повлиять снаружи практически невозможно. А уж сделать это незаметно и вовсе невероятно. Но это наш мэнор и наш дуэльный зал, и поэтому повлиять на то, что твориться снаружи... Не понял? И не только ты! А ведь достаточно было наложить совсем немного иллюзий, невербальных и беспалочковых, которые даже я, сын, смог выполнить только благодаря помощи скрытого в подземельях Алтаря рода, и вот увлеченные представлением зрители увидели уже немного не то, что происходило на самом деле. В том числе, и подошедшие поближе к куполу авроры.


Созыв внеплановой, экстренной сессии Палаты может быть инициирован любым ее членом, ибо формально все лорды - абсолютно равны. Вот только для такого созыва нужно что-то по-настоящему серьезное, чтобы вызов поддержало посещением все то же квалифицированное большинство лордов, а не решило, как обычно в последнее время, отсидеться за стенами своих древних родовых маноров. Несправедливое обвинение и приговор суда своему члену... Вот такое проигнорировать не сможет никто. "Сегодня - его, а завтра - и меня так?!" - очевидная для каждого, даже самого замшелого члена Палаты мысль. Тем более в реалиях активного наступления Министерства на старые семьи...


- Но тогда Крэбб... - начал Драко, но тут же оказался перебит отцом.


- Ничего бы страшного с Крэббом в итоге не случилось, - равнодушно отмахнулся Малфой. - Ну посидел бы немного в Азкабане. Ну, быть может, списал бы я за это ему часть долга... Если бы Крэбб догадался... И если бы смог припереть меня к стенке доказательствами... И если бы смог выдавить из меня эту уступку... Запомни, Драко, на войне, в политике и в любви, нет ни друзей, ни запретных приемов, а есть только выгода. К сожалению, кое-чего я не учел. Молодой лорд Крэбб неожиданно оказался невероятным... трусом!


Конечно, я рассматривал разные варианты действия Крэбба, но такого беспрецедентного попрания традиций чистокровных, честно скажу, совсем не ожидал. Ты же читал в хрониках рода, как, мягко говоря, непросто проходило слияния воедино нашего магического общества после принятия еще самого первого Статута. Сто лет кровопролития и длящейся с тех самых пор вражды так просто не забыть! А он - забыл! И даже не плюнул, а смачно харкнул на память, кстати и своих тоже, погибших в борьбе за нашу свободу предков! Нет, в принципе, то, что Крэбб решил "лечь" под Министрество, нам в тактическом плане даже в чем-то удобно. Будет еще один серьезный шпион и агент влияния. Конечно, это не совсем то, что я ожидал получить, но тоже неплохо...


Запомни на будущее, сын. Все свои интриги следует планировать таким образом, чтобы любой, даже самых худший вариант развития событий можно было использовать с выгодой для себя. Иначе и начинать ничего такого не следует! Нет ничего проще и приятнее, чем использовать чужие усилия себе на пользу! И, кстати, отметь для себя болевую точку Крэбба: страх Азкабана.


Возвращаясь к твоему заданию. Несмотря на весь проведенный анализ, в вопросе Крэбба мне все еще ничего окончательно не ясно. Мало критично важной информации. И поэтому ты, именно ты, Драко, должен будешь предоставить мне недостающее!


- Я хитро и подробно расспрошу Крэбба...


- Чушь! Не мели ерунды! Если выяснить правду, если, конечно, то, что я подозреваю - правда, а не случайная дурость Крэбба, не смог даже такой мощный легилимент, как Северус, то куда уж тебе, - отец по живому и без наркоза резал гипертрофированную самооценку своего сына. - Поэтому теперь мне неинтересно то, что и как говорит Крэбб. Он, похоже, не хуже меня уже научился лгать говоря только правду и ничего кроме правды. Теперь же мне важны его чистые реакции и поступки в определенных ситуациях. Только они, и ничего больше. И вот их-то ты мне и обеспечишь!


- Но... как?


- Я все щадил тебя, не напоминал, думая, что ты все же сможешь победить себя и воспользоваться данной тебе вассальной клятвой. Но влияние личности Крэбба на тебя оказалось таким сильным, что ты подсознательно ставил себя Крэббу равным, а не господином!..


- Это не так, - вспыхнул Драко.


- Если бы это было не так, то ты бы ему на втором курсе просто приказал приехать в наше поместье летом. Если бы ты сделал так, никуда бы Крэбб не делся. Но ты ведь оформил это как приглашение...


- Но...


- Молчи и слушай! Приглашение - это не безусловный приказ! И хуже того: слуг - не приглашают. Слугам приказывают! Ты осознал?


- Ви-и-нс-с-с-сент, - практически на парселтанге прошипел Драко.


- Так вот, что ты теперь должен сделать, Драко. Для начала... помирись с Крэббом. Во-вторых, потихоньку, по всяким мелочам, начинай привлекать его к своим делам. Ключевым и определяющим моментом при выборе приказов должно стать то, что эти дела обязательно будут полезны и ему тоже, а также, желательно, очень желательно, приятны. Будет сопротивляться - дави заключенной клятвой. Пришла пора приручать Крэбба. Ты правильно понял, что тебе нужно сделать?


- Да! - обрадовался наследник Малфой. - Ох, и потрет же он теперь у меня сортиры! Филча будет вспоминать, как...


- Круцио! - взмахнул палочкой Малфой-старший, и через секунду отменил пыточное проклятье. - Фините! - глядя в ошеломленные от боли и удивления глаза Драко (до этого Люциус никогда не применял непростительное к Драко), Малфой с тяжелым вздохом разъяснил непонятливому сыну его феерическую глупость.


- Мне очень грустно осознавать тот факт, что мой единственный сын вырос полным идиотом! И то, что приблуда, которого я обучал ему в помощь, намеренно давая неполную и искаженную информацию, оказался гораздо умнее наследника крови от моей крови. Не можешь сам правильно анализировать ситуацию, хотя в твоем возрасте я уже умел это делать на отлично, так делай то, что тебе велят, так как тебе велят и тогда, когда тебе велят! У меня... Нет, у рода Малфой, на Крэбба внезапно появились очень серьезные, повторяю еще раз, очень серьезные планы. Поэтому, будь любезен и веди себя должным образом. Если, конечно, не хочешь, чтобы я завел себя другого, более умного наследника!


- Но отец! Ты же мне всегда говорил, что проклятье Малфоев требует существования только одного ребенка!


- И да и нет, Драко, и да и нет. Детей может быть сколько угодно, вот только если их будет больше одного, они обязательно будут враждовать между собой насмерть за пост главы рода. Обязательно. Исключений не бывает. И это даже не проклятье, которое можно было бы за столько веков как-то снять или ослабить. Это сама суть древнего наследия нашей с тобой крови, крови Малфоев. Когда станешь повзрослее, то сможешь узнать о корнях рода больше, однако сейчас разговор не об этом.


- Получается, что если появится другой, то я... меня... - младший Малфой в ужасе догадки широко распахнул свои глаза.


- Да, Драко. Да. Но я не собираюсь так поступать. Пока. Поэтому, запомни и заучи, как Люмос. С этого момента Винсент Логан Крэбб, лорд Крэбб, искренне становится для тебя самым лучшим другом. Именно так и только так ты должен относится к нему.


- А...


- Нет, мои планы на него, тебе знать не нужно. Более того, тебе не нужно о них даже подозревать. Просто делай то, что я тебе приказал!


- Но... зачем?


Лорд Малфой тяжело вздохнул.


- В последние годы раз за разом метка Лорда темнеет. Учитывая, что нам известно и так, а также то, что своими воспоминаниями раскрыл нам Крэбб... Тебе, надеюсь, не нужно объяснять, что это означает?


- Лорд возвращается? - после целого месяца промывания мозгов уже угрюмо, а не радостно, спросил Драко.


- Да. И рано, это в лучшем случае, или поздно, когда тебя уже никто не сможет подстраховать, он все-таки вернется. Ответь-ка мне на парочку неприятных вопросов. Почему о его попытках возвращения не знаем мы, как бы самые преданнейшие соратники? Если они каждый раз оканчиваются неудачей, то почему же он не просит нашей помощи? Почему он даже помощи у Винсента Крэбба, когда тот его раскрыл, не потребовал, хотя легко бы мог? А вот теперь скажи мне, что это все означает?


Драко угрюмо промолчал и отвернулся.


- Да, сын. Нам не доверяют. Всем. А недоверие Лорда, поверь мне, очень сложно или очень больно пережить. И когда Он вернется, тогда Лорд обязательно спросит за все и со всех. Как ты думаешь, понравится ли ему то, как мы вели себя все это время? Нет? Не понравится? Вот и я так думаю. И хорошо еще, если нам удастся отделаться всего лишь круциатусами и обильными кровопусканиями родовым банковским счетам. В конце концов галеоны - это просто металл, суть которого приносить пользу семье. В худшем же... Запомни хорошенько: теперь игра идет совсем с другими ставками. На кону само существование рода Малфоев, а поэтому любая важная информация должна либо храниться у гоблинов в защищенном сейфе на нижних уровнях, либо быть в обязательном порядке прикрыта непреложным обетом! Надеюсь, ты знаешь, что делать?


- А кто засвидетельствует?


- Нарцисса.


- Хорошо. Дисти, - щелкнул пальцами Драко и приказал появившемуся домовику, - позови леди Малфой.


С таким вот минорным настроем Драко вышел из камина в кабинете директора Хогвартса. Приятели, Блейз с Грегом, по нему соскучились и встретили очень хорошо. Как и глупышка-Панси, которая вешалась на шею своему "жениху", еще не зная, что ей абсолютно уже ничего не светит. Об этом между делом тоже был разговор на каникулах в Малфой-мэноре.


Но вот слова отца о том, что Крэбб должен стать ему лучшим другом, не находили в сердце Драко должного отклика. Ну просто совсем не находили. Жгли и отравляли его душу, вызывая спазмы злобы за свое бездарное поведение, недостойное наследника и будущего лорда Малфой. Максимум, что у него получалось после месячного марафона воспоминаний и открытых отцом глаз на восприятие Винсента, как... старшего, так это мысленно стиснув зубы ровное отношение вроде "Здравствуйте, Винсент."


- А! Здравствуйте, мистер Малфой. Как прошли ваши очень длинные каникулы?


"Сволочь! Он что, тварь, издевается надо мной? "Как прошли?" Омерзительно прошли! Причем - из-за тебя! Мразь!"


- Здравствуй, Винсент.


- Очень хорошо, что я вас наконец-то встретил вас, мистер Малфой. Хм... Мистер Малфой. Помнится, на первом курсе вы обязали себя долгом чести. В исполнение данного вами слова, я хочу, чтобы вы обеспечили мне встречу с Летиций Марией Илэрией Забини, леди Забини. Я требую, чтобы вы заплатили свой долг чести именно в такой форме и в кратчайший срок. Сейчас!


И так находившийся в крайнем раздражении из-за отвратительно проведенных каникул и отцовских откровений, Драко держал себя в руках из последних сил, но настолько наглое заявление Крэбба добило его последние барьеры терпения и самоконтроля. И из-за того, что челюсти свело от бешенства, фонтан тыквенного сока вышел у Драко не через рот, а гораздо более болезненным путем - через нос, что тоже не прибавило ему любви к наглому вассалу.


"Да как ты только посмел?! - бушевал Драко где-то внутри себя, на остатках самоконтроля пытаясь не дать выползти на лицо своим истинным чувствам. - Забыл, кто я? Ну уж нет! Что бы там ни говорил про тебя мой отец, но ты, Крэбб, пожалеешь! Дружба? Моя? Тебе? Да как бы не так!!! Мой?! Долг?! Чести?!!! Вассалу?!!! Ты что, совсем забылся, кто ты есть? Ты, Крэбб - никто! Ты хуже Поттера! Даже Уизли! И если их защищает мордредов Дамблдор, то кто защитит тебя, а? Встречу тебе?! Устроить?! Ну, держись! Уж я-то тебе устрою!!!..."


Глава опубликована: 10.03.2017

## Глава 40. Министерство Магии


Надо отдать должное бюрократам Министерства Магии. Своих клерков они выдрессировали как минимум на "выше ожидаемого". Официальное приглашение посетить "экскурсию" по Министерству Магии, заканчивающуюся встречей с самим Министром, пришло лорду Крэббу за неделю до назначенного дня. Короче говоря, времени, чтобы хорошенько подготовиться к визиту, мне дали достаточно.


Это пусть всякие дикие магглорожденные (или Уизли так Поттера разводят), пропихиваются через телефонную кабинку или унитаз в общественном туалете, а я вот появился в Министерстве Магии как и положено волшебнику: через дымолетный камин. Тем более, на руках у меня был пергамент с официальным приглашением за подписью Самого. Неубиваемый аргумент против любых слишком исполнительных шестерок на пути.


Отделка министерских помещений меня впечатлила. Теперь, когда я шел на приватную встречу с высокопоставленным чиновником, которая должна была пройти как бы на равных, а не на суд, с которого мог вполне отправиться в Азкабан, можно было потратить некоторое количество времени и повосхищаться "скромным обаянием бюрократии". Везде полированные плиты дорого черного мрамора с мозаикой из полудрагоценных камней. Стены либо задрапированы гобеленовой тканью, либо облицованы тем же мрамором или закрыты стенными панелями из ценных пород дерева, украшенных прихотливой резьбой. Тяжеловесная, викторианского стиля мебель. Металлические детали светильников и дверных ручек выполнены из бронзы или черненого серебра и покрыты искусной чеканкой. На полу кое-где - дорогие ковры. И это еще не кабинеты, а просто коридоры атриума! Прихожая, по сути! Красиво жить не запретишь! Или, может быть, пускать пыль в глаза?


В центре атриума, около знаменитого Фонтана Магического Братства (хотя я бы сказал "Братства"), меня ждала, как это ни было совершенно для меня неожиданным, сама глава Департамента Магического Правопорядка. Вот только судя по ее сурово-кислому лицу, хлеба-соли на вышитом полотенце в честь моего посещения ожидать было глупо. Кто же на нее так "наступил", что ей пришлось со мной встретиться? Да еще в таком качестве - простого экскурсовода? Похоже, что сам Министр, больше-то и некому. Правда, видеть Винсента Крэбба ей было настолько же приятно, как и мне - ее, поэтому следующая реплика меня совершенно не удивила.


- Лорд Крэбб. К сожалению, обязанности главы Департамента Магического Правопорядка не позволяют мне, как планировалось... "приказано Министром Магии" - синхронно и не вслух откорректировал я приветственную речь ведьмы, - провести экскурсию по Министерству. Поэтому, за меня это сделает мой заместитель, - и Боунс кивком головы указала на стоящего немного позади высокого мага. "Извинений и шагов к примирению ты от меня не дождешься!" - перевел я эту фразу. - Мистер Пий Тикнесс, представляю вам лорда Крэбба. Лорд Крэбб, перед вами мой заместитель, мистер Пий Тикнесс.


Высокий худощавый маг, жгучий брюнет с редкой сединой в щегольской шкиперской бородке и аккуратной прическе, бледный настолько, что его легко можно было поместить в качестве иллюстрации в книгу в качестве классического вампира, сделал шаг вперед.


"Опа! Как интересно! Идя к действующему Министру Магии я встретился со следующим! То есть, с будущим. Удачно! Почему бы и не навести с ним мосты, тем более он и сам этого желает?"


- Приветствую вас, лорд Крэбб, - легкий кивок вместо протянутой руки.


- Добрый день, - кивнул я в ответ, ибо очутился в классическом цугцванге правил приличий. С одной стороны, старший по возрасту и званию - Тикнесс. Но он просто мистер, а я - лорд, и, тем более, мне его представляют что совокупно по этикету означает, что ему следует руку протягивать первому. Так что тут лучше не навредить и ограничиться простым кивком. Дальше по разговору будет понятно, правильно я поступил, или нет. Если что, можно и извиниться. Легонько.


- Прошу меня простить, но я вас оставлю. Дела, - произнесла Боунс, как бы вежливо кивнула куда-то в мою сторону и покинула нас.


- Лорд Крэбб, - обратился ко мне Тикнесс. - Что бы вы хотели посмотреть перед встречей с Министром? К сожалению, назначенное вам время посещения из-за неожиданного форс-мажора немного сместили, так что у нас образовалось достаточно крупная пауза...


"Это даже и хорошо!"


- Знаете, а я вообще последний раз здесь был совсем давно и... хм, невзрослым. У вас же, наверняка, есть какая-нибудь обзорная экскурсия, на которой показывают и рассказывают обо всём, но понемногу? Вот на такую - я согласен.


- Хм, - задумался будущий Министр. - Наверное, максимально близко к тому, что вы хотите увидеть, это разрабатываемая сейчас Министерством экскурсия для студентов-пятикурсников Хогвартса желающих пройти профориентацию для будущего своего здесь трудоустройства...


- О! То есть, в следующем году...


- Нет-нет-нет. Она все еще в процессе подготовки. Пока мы утвердили только бланки-описания... Так что вы будет первым, кто ее получит. Прошу вас, - и Тикнесс указал на лифт.


Ждать пришлось недолго, и вскоре откуда-то снизу появилась классическая кабина лифта годов этак тридцатых-сороковых этого столетья. Съехала вбок решетка, вышли несколько магов, и мы с Тикнессом зашли внутрь. Повинуясь жесту моего экскурсовода, решетки сомкнулись, а потенциальные попутчики с недовольными лицами что-то разочарованно пробурчали.


Несмотря на то, что в отличие от фильма-канона, кабинка была чистой, просторной и обшитой панелями красного дерева, а кованные решетки - весьма прихотливой вязи и изумительной красоты (складывались гармошкой они, похоже, только благодаря магии), все равно относительно простенько оформленная лифтовая кабинка явно выбивалась из антуража "викторианской эпохи". А уж детские "самолетики", в отличие от магов не собирающиеся ждать и легко просочившиеся через решетку, тут и вовсе смотрелись абсолютно не к месту.


Правильно расшифровав недовольную гримасу, Тикнесс пояснил мне такое потакание маггловской моде.


- Раньше уровни Министерства связывались между собой зачарованными лестницами. Лестницы, естественно, были оформлены соответственно остальным помещениям. Но в те годы, когда происходили последние расширение и перепланировка Министерства Магии, с деньгами было не очень хорошо, поэтому ограничились такими вот кабинками. Впрочем, лестницы тоже, естественно, никто не демонтировал. Они и сейчас существуют, просто ведущие на них двери из соображений безопасности временно заперты. Что же кончается таких вот бумажных самолетиков...


Изначально, сообщения между отделами передавались из рук в руки. Но это оказалось очень неудобно и неэффективно, особенно если нужно было обменяться буквально всего лишь парой слов. Вызывать нужного мага приходилось либо весьма сложным заклинанием, которое освоить могли далеко не все, либо дорогими в производстве связными блокнотами, связных зеркал и дешевой каминной сети тогда еще изобретено не было. А после успешного вызова вставать с места, идти, говорить, потом возвращаться... В итоге тратилось куча времени, да и от беготни по лестницам маги очень сильно уставали. Поэтому почти сразу же, всего через пятьдесят лет, перешли на использование сов, аналогично совиной почте. Решение оказалось тоже не очень удачным. Совы летали всюду, мешали спокойно работать, пачкали и, естественно, не убирали за собой, опрокидывали чернила, портили пергаменты... В итоге один из магов придумал запускать сообщения простейшими тканевыми или пергаментными самолетиками и разработал несложные чары. А потом уже магглы подсмотрели у одного из детей министерского работника такой вот самолетик, на котором, понятное дело, уже не было никакой магии. И стали делать такие же, только бумажные. Там всего шесть простейших перегибов ровного листа, а магглы за века так и не смогли догадаться о них сами! Как видишь, несмотря на то, что некоторые современные хм... магглолюбцы, утверждают, что магглы могут что-то изобрести, в большинстве случаев они всего лишь воруют идеи у нас!


Лифт с толчком остановился. Из скрытых динамиков, хотя, конечно же, из их магических аналогов, послышалось безличное "Уровень восемь". Мы с Тикнессом вышли в небогато декорированный и изрядно обшарпанный коридор.


- Так, - начал экскурсию зам главы ДМП, - мы в самом низу...- "Э-как корректно! Самый низ! Ты бы еще сказал - на дне!", - подумал я. - ...Министерства Магии. Ниже, на девятом уровне, располагается только Отдел тайн, доступ куда ограничен, поэтому...


- А чем занимается Отдел Тайн?


- На то он и Отдел Тайн, чтобы работа его была засекреченной, - совершенно внешне не обидевшись на то, что его перебили, ответил Тикнесс. - Если сказать обобщенно, то там происходят исследования опасной магии и хранятся запретные артефакты. Именно из-за этого для свободного посещения данный уровень закрыт. Не пойдем туда и мы, в связи с отсутствием заранее согласованного с главой Отдела Тайн пропуска.


- А кто...?


- Министр и главы департаментов имеют право посещения в любое время. А все остальные...


- Понятно.


- Мне жаль. Я бы сам, - вежливо улыбнулся Тикнесс, - не отказался от экскурсии туда. Но, увы. Зато остальные восемь уровней в нашем полном распоряжении. Прошу, - широко повел рукой Тикнесс. - Это - уровень номер восемь. Как видите, здесь расположены не самые... престижные службы, что соответственно сказывается на их финансировании. А это в свою очередь весьма определенным образом влияет на профессиональные и личные качества работающих здесь магов. Видите, какая везде грязь и беспорядок? И это - маги? - со строго выверенной долей презрения поморщился маг-щеголь. - Может быть, мы перейдем сразу на уровень выше?


- Хм. Давайте уж для полноты впечатления не будем делать пропусков. Чтобы сравнить было с чем.


- Как пожелаете. Но вряд ли вас заинтересует работа в Департаменте Магического Хозяйства, сотрудники которого занимаются повседневными проблемами магической Британии. Убежавшие кошки, испорченная одежда, ремонт стен и пола... ну и так далее. Помимо Департамента Магического Хозяйства на этом этаже также расположен Отдел Магического Образования с Магической Экзаменационной Комиссией. Как вы знаете, не все могут оплатить учебу в Хогвартсе, поэтому учатся на дому. Конечно, такое образование не сравнимо с лучшей в Европе школой магии, но все равно, каким-то образом оценивать их так называемые "успехи" приходится. Чтобы дети могли получить хотя бы какую-нибудь подтвержденную Министерством квалификацию. Правда, это максимум сертификат СОВ. К сдаче ЖАБА экстерном допускаются только те маги, которые получили свои СОВ в Хогвартсе. Ну и в самом конце расположены комнаты Комитета по Экспериментальным Чарам. Данный подотдел рассматривает вопросы, связанные с новыми разработками в области чар, проклятий, трансфигурации, зельеварении и прочих магических дисциплинах. Идем смотреть каждый подробно?


- А почему их считают самыми не престижными? - задал я вопрос, который так и просился на язык. Не из-за того, что я сам не понимал, мне интересно было отношение министерства к самым низкооплачиваемым сотрудникам.


- Оу! Видите ли, лорд Крэбб, отделы по уровням, а на особо важных уровнях может быть не один этаж, распределяли тогда, когда лифтов еще не было. Соответственно, действовало, да и сейчас действует, простое и понятное правило. Чем важнее для Министерства отдел, тем ближе ко входу он расположен.


"Угу. И самым важным для Министерства, получается, является офис Министра. В принципе, все тут понятно. Нет, конечно, исходя из современных клиентоориентированных воззрений, Департамент Магического Хозяйства должен стоять прямо у входа, но и обусловленная презрительной надменностью логика тоже имеет право на жизнь. Да и ноги ломать лишний раз мажорам было и всегда будет лень! Даже если они маги и могут летать!"


- Ясно. Тогда, может быть дальше?


- С удовольствием.


Лифт. Короткое движение, рывок. Остановка. "Уровень семь. Департамент магических игр и спорта".


- Как вы слышали, этот уровень отдан на откуп любителям развлечений, в том числе и спортивных состязаний. Тут расположена Штаб-квартира Британско-ирландской лиги квиддича, Официальный клуб игроков в Плюй-камни и сектор патентов на волшебные шутки. Идем смотреть?


- Нет. Дальше.


"Уровень шесть. Департамент магического транспорта"


- Расположенные здесь службы контролируют все то, что позволяет магам в отличие от магглов очень быстро перемещаться на огромные расстояния. Здесь находится Руководящий центр Сети Летучего Пороха, Сектор Контроля за метлами, Портальное управление, включая межконтинентальные приемные площадки и Центр приема экзаменов на Аппарационную Лицензию. Дальше?


- Да.


"Уровень пять. Департамент международного магического сотрудничества"


- На этом уровне расположены: Международный совет по выработке торговых стандартов, Международное бюро магического законодательства, а так же Британский филиал Международной конфедерации магов.


- И что, дипломаты-международники теперь стали всего лишь чуть-чуть важнее смотрителей Каминной Сети?


- Скажем так. Это один из тех случаев, когда важность департамента была недооценена. Все же, когда шло распределение площадей, Международная конфедерация магов только-только сформировалась... Интересуетесь?


"Дипломат? Из меня? После того, как я посмотрел на Крауча и понял, сколько всего нужно знать для этого?. Рылом и воспитанием, а также мировозрением, привычками, происхожением, темпераментом... Увы, но нет. Точно нет." - Давайте следующий этаж.


"Уровень четыре. Департамент регулирования и контроля магических популяций "


- Так. На этом уровне расположены службы, осуществляющие контроль и управление всем магическим зверинцем Магической Британии. Твари и существа, то есть все-все-все, что живое и магическое, является объектом надзора магов с этого этажа. Кентавры, гоблины, драконы, оборотни, всякие пикси-докси, духи и даже домашние эльфы. Кстати, если у вас присутствует потребность в хороших магических слугах, то советую вам посетить Бюро распределения домашних эльфов. Там всегда есть новые поступления, а для лордов с собственным мэнором - скидки. Хотите узнать поподробнее?


"Интересует ли меня работа надзирателя? Нет. Тут нужен совершенно особый склад характера."


- Хм. Давайте, чуть позже.


- Значит, следующий этаж?


- Да, пожалуйста.


"Уровень три. Департамент устранения последствий магических происшествий и катастроф"


- Как видите, в основном этот этаж занимается магглами. К сожалению, неволшебников, как их называют на западном континенте, пришлось выделить в отдельную проблему и посвятить ей целый департамент. Статут Секретности, увы. От нас требуется очень внимательное соблюдение всех его положений. Группа аннулирования случайного волшебства, Отдел обливиаторов и комитет по выработке объяснений для магглов совместно, тем или иным образом, устраняют последствия мелких нарушений магами Статута. Несмотря на расположение на как бы привилегированном третьем уровне, работа здесь далека от ожиданий приличных магов. Во-первых, нужно очень хорошо знать мир магглов, чтобы работать в их мире. А в связи с тем, что магглы регулярно придумывают что-то новое, приходится заучивать новой, бесполезной в нашем мире информации много и часто. Во-вторых, очень часты внезапные командировки, причем не глядя на должность и формальный рабочий день. В-третьих, работать приходится по большей части в мире магглов и с магглами. Постоянно. Ну а так как магглы не оказывают никакого влияния на волшебников, шансы со временем приобрести полезные связи здесь мизерны. Обуславливаясь вышеперечисленными факторами большей частью сюда приходят работать магглорожденные и полукровки.


- Ну их!


- Правильное решение.


"Уровень два. Департамента магического правопорядка"


- О! Этот уровень практически полностью противоположен предыдущему. Во всем. Если предыдущий борется с преступлениями магов протии магглов, и магглов против магов, то этот в первую очередь защищает права одних волшебников от преступных действий других волшебников...


"Интересно, это как предыдущий борется с преступлениями против магглов, а? Тут скорее применим термин отмазывает магов..."


...Сектор борьбы с неправомерным использованием магии трудится ради сохранения самого дорогого что есть у магов, наших детей, от опасного в их возрасте колдовства, а так же защищает интересы колдунов и ведьм в случае образования смешанных семей с магглами. Помимо этого находящийся на этом уровне Департамент борьбы с незаконным использованием изобретений магглов предотвращает опасности, которые несут глупые придумки магглов, попавшие в руки магов. Офис регистрации анимагов занимается, как легко понять из названия, регистрацией анимагов. Отдел выявления и конфискации поддельных защитных заклинаний и оберегов, помимо указанного в названии, контролирует также импорт и экспорт магических ингредиентов и артефактов, а также внутригосударственный оборот и соответствие их качества принятым Министерством Магии стандартам. Магическая Стража и Министерский Магический Патруль следят за выполнением законов Министерства, а так же проводят плановые проверки волшебников и сквибов, живущих среди магглов, на соблюдении ими Статута Секретности и на использование темной магии.


Находящийся здесь Аврорат занимается преследованием и нейтрализацией преступников, а самыми серьезными нарушителями занимается Ударный Магический Отряд - элитная группа боевых магов, подчиненная напрямую Министру. Ничуть не хуже знаменитых Гильдейский пятерок. Кстати, хочешь, открою тебе небольшой секрет?


- Конечно!


- Совсем недавно две наши четверки Ударников смогли захватить живьем полную гильдейскую пятерку!


- Круто! - "Действительно круто. Только, бля, где эти "ударники магического труда" были, когда меня похитили, пытали и чуть не грохнули?! Огневиски бухали?"


- Было закрытое заседание Визенгамота, административные службы и архив которого, кстати, тоже находятся на этом уровне, и всем нашим "гостям" впаяли по полноценной десятке в Азкабане без права апелляции. Я слышал, у тебя к ним особый счет, не так ли?


- Хм. Можно и так сказать.


- И что ты скажешь об увиденном? - неприлично прямо поинтересовался Тикнесс. - Вот об этом всем, - маг легким жестом как бы обнял весь уровень. - О Департаменте Магического Правопорядка, главой которого является Амелия Боунс, - с отчетливым намеком сказал Тикнесс.


"А то я не понимаю, что ссориться с такой мадам очень не здорово? Но что я могу тут поделать? Я абсолютно чист и дорогу ей не перебегал... пока. Но эти мысли следует утопить поглубже..."


- Дальше?


- Можно. Но я все же очень советую вам, лорд Крэбб, познакомиться с этим уровнем поближе. Прошу вас, сделайте мне одолжение, и посетите мой кабинет. У меня к чаю есть отличные пирожные и мороженное от Фортескью.


- Ну как откажешься от такого? Быть может, у вас найдется стаканчик сливочного пива?


- Ну что вы. Как можно, на работе?! - поддержал шутку Тикнесс. - Разве что, только для дорогого гостя...


Что я ожидал увидеть при подробном осмотре этажа магической полиции и армии? Здоровенные артефакты? Ритуальные фигуры немыслимой сложности и четкости? Сражающихся в непрерывных тренировочных поединках боевиков-авроров? Ага. А что увидел? А увидел обычнейший, посконно-маггловский рай бюрократов. Классические комнаты с расписание работы ответственных лиц. Офисы, бумаги, профессионально-важные, сосредоточенно спешащие куда-то служащие... Все это настолько напоминало какое-нибудь административное учреждение из моей прошлой жизни, что я на всякий случай незаметно ущипнул себя. Одних только летающих самостоятельно бумажных самолетиков или парящих предметов для веры в то, что это не какое-нибудь "Главное Управление По Выдаче Справок О Том, Что Справка Утеряна", а всамомделешнее Министерство Магии, было явно недостаточно.


"А вообще, если Министерство магии все такое, как этот этаж, то оно окажется для меня... очень приятным и понятным местом, - подумал я. - Все прям как в моей прошлой жизни! Все же, иерархическая бюрократия, в какие одежды ее ни обряди, в тогу ли, в мантию, в костюм ли, да хоть в косоворотку, остается все той же бюрократией с логичными и понятными современному человеку законами. Это не аристократия, которая в каждой стране в каждом времени по-своему традициями с ума сходит..."


И кстати, о том, что Фадж бегает постоянно спрашивать совета Дамблдора - это скорее всего если не и откровенный бред, то самообман "светлой стороны" в попытке выдать желаемое за действительное. То есть - откровенная пропаганда. Ну не может человек, прошедший полноценную номенклатурную школу и взобравшийся на вершину пирамиды такой высоты быть откровенным идиотом. Сожрали бы. Но я также верю, что Фаджу, как и любому не авторитарному, а избираемому правителю, приходится очень много лавировать между желаниями основных и второстепенных игроков. От этого и идут его регулярные встречи с Малфоем, Дамблдором и прочими "холмами" и "кочками", которые в каноне не удостоились упоминания.


- Ах, мистер Тикнесс, - раздался сзади приторно знакомый голос. - Вы не будете против, если я украду у вас на полчасика молодого лорда Крэбба?


- Мадам Амбридж? - дружно обернулись мы, и Тикнесс с улыбкой ответил. - Нет, конечно же! Но только если вы потом дадите провожатого лорда Крэббу до приемной Министра. У лорда Крэбба с ним назначена встреча...


- Что вы! Как можно нарушить планы Корнелиуса?! Молодой человек обязательно сегодня попадет к Министру... если, конечно же, во время нашего разговора ничего неожиданного не произойдет, - получилось у нее это как-то... предостерегающе, если не сказать угрожающе.


- Тогда, лорд Крэбб, я передаю вас в руки нашего самого очаровательного из начальников отделов!


"Умеешь ты льстить, Пий! Ни единой нотки фальши! Мастер! Вот только этим ты эту женщину не проймешь. Хоть она внешне и отличается в лучшую сторону от фильмового канона, но все равно - не настолько дурочка, чтобы купиться на такое. Но... с другой стороны, в чем-то ты прав. Удачным комплиментом дело никогда не испортишь, особенно если нужно прикрыть свои чувства. Вот только я уже тут не первый год, так что так легко меня не проведешь. Я просто нутром чую, что ты, Тикнесс, вмешательством Амбридж очень недоволен. Хм... Кабинет? Хотел мне что-то сказать без лишних ушей? Интересно, что именно?"


- Лорд Крэбб? Прошу. В моем кабинете Старшего заместителя Министра Магии мы сможем спокойно поговорить.


"После случившегося на суде, чего-то такого и следовало ожидать. Посмотрим, что от меня потребуют эти... маги."


Мы вернулись к лифтам и поднялись уровнем выше.


"Уровень Один. Приемная Министра магии и сопутствующие службы." - в который раз за сегодня услышал я голос министерского автоинформатора. Удивительно, но кабинет Амбридж располагался не так далеко от входа на этаж. Видимо, это было сделано для того, чтобы просители не забредали глубоко в святая святых Министерства... или Амбридж было просто лень каждый день далеко бегать на своих коротеньких ножках. Впрочем, скорее первое, чем второе. Пост первого зама всяко древнее Амбридж...


Тем временем мы зашли внутрь и... "О, да!", подумал я и не сдержавшись пораженно присвистнул.


Кабинет Амбридж просто подавлял своей роскошью. Честно говоря, когда в каноне описывается и показывается министерский кабинет Долорес Амбридж, очень, кстати, похожий на реальный: лепнина, позолота, вычурная старинная мебель, полированный пол, то у всех зрителей или читателей должно было сложиться правильное впечатление. Хорошие, но бедные Уизли, и - ужасная Амбридж, "жаба", которая на золоте ест и пьет. Но вот только мало кто из аудитории обратил внимание на то, какая должность у обладателя этого кабинета. Старший заместитель Министра Магии, это, по сути, лицо второго от вершины уровня властной пирамиды Магической Британии. Это как помощник президента или министр, если на реалии моей прошлой жизни перекладывать. Такому человеку и кабинет положен соответствующий, не так ли? И, кстати, это еще не все занимаемые ею посты. Конечно, глава Отдела борьбы с неправомерным использованием магии - это не так круто, как замминистра, но зато какие возможности обогащения открываются на этом посту! Одно "закрывание глаз" на детское колдовство в мэнорах чистокровных летом, может в год приносить столько, что профессура Хогвартса удавится с зависти! Ну а официальная должность судьи Визенгамота, позволяющая задавать вопросы и высказывать свое мнение во время прений - это уже так, мелочи на булавки.


- Присаживайтесь. Сок? Чай? - примерив на себя маску вежливой хозяйки поинтересовалась у меня Амбридж.


- Если можно, вишневый с мякотью, - "быть может, это хоть как-то обманет мой вопящий желудок".


Невидимый домовой эльф накрыл на стол, и вскоре я поднял со столика аккуратную чашечку тончайшего костяного фарфора, в котором немного не к месту плескалась темная, почти черная жидкость с приторным кисло-сладким вкусом. Рядом на такой же тонкой фигурной тарелочке лежали микроскопические по размером, но очень вкусные бутербродики с ветчиной и копченой красной рыбой. Пока я насыщался, Амбридж развлекала меня легкой беседой, рассказывая смешные случаи из своей практики как начальника Отдела борьбы с неправомерным использованием магии. Если взять за основу сообщенные мне только что сведения, то магглорожденных учеников стоило на каникулах не только в профилактических целях лишать волшебной палочки, но и, скованных по рукам и ногам зачарованными цепями, сразу же отправлять в Азкабан. Ибо, если Амбридж не привирает, конечно, полет на втором курсе Уизли в машине на виду у всего лондонского вокзала - это детские шалости, по сравнению с тем, какие фортели выкидывают другие детки. Например, был один магглорожденный третьекурсник, который на спор на каникулах провел троицу своих старых приятелей-магглов на военный аэродром и там по неосторожности учинил серьезный пожар, в котором помимо четверки лазутчиков сгорели бесчисленные материальные ценности... Вот это вот уже совсем другой порядок неприятностей. Пожар, кстати, списали на магглов-ирландцев. Бедные ИРА, опять им прилетит не за дело.


Веселые посиделки за кружечкой сока и бутербродами, которые я, к своему стыду, молол не переставая (готовил министерский эльф просто превосходно), закончились совершенно внезапно. Я даже не успел понять, как разговор мгновенно перестал быть томным:


- Как вам уровни Министерства Магии? - легко и небрежно спросила Амбридж.


- Многое для меня удивительно, но и многое на мой взгляд совершенная дикость!


"Бля! Что за херня? Кто меня за язык тянет? Или... Вот дрянь! Она напоила меня вератисерумом?!" Я попытался было встать, но Амбридж направила на меня свою волшебную палочку.


- Чаепитие еще не закончилось, лорд Крэбб. Невежливо вставать из-за стола раньше положенного срока. Тем более, это всего одна капля, так что пройдет быстро. Не думать, отвечать сразу, что первое придет в голову! Что вы думаете о нашем Министре?


- Я не считаю его, как это делают многие Гриффиндорцы, безголовым болваном, смотрящим в рот Дамблдору. - Амбридж слегка перекосило. "Фух! Уж лучше так! А что до гриффиндорцев, которым я только что конкретно так подосрал... Ну... Извините. Впрочем, они и сами хороши, полезут в бутылку и без моей помощи".


- Что вы думаете о нашем разговоре?


- Мне это очень не нравится, - с намеком покачивая пустой чашечкой и глядя прямо в глаза Амбридж ответил я.


- Но вы же понимаете, что иногда приходится терпеть некоторые неприятные вещи, чтобы избежать еще более неприятных... - никакого смущения или неловкости от того, что ее разоблачили и в открытую упрекнули, в глазах Амбридж я не увидел. "Хитрая, наглая, безжалостная!" - сформулировал я ее описание тремя словами.


- Где бы вы хотели работать в Министерстве?


- Я об этом еще не думал... Да и буду ли вообще...


- Не мне вам говорить, что выхода у вас уже практически нет!


- Все равно.


- Хорошо. Но все же, что вам ближе? Какой сектор? У нас их много и на любой вкус.


- На мой взгляд, сектор борьбы с неправомерным использованием магии весьма перспективное место. Ведь по-хорошему, что именно считать "неправомерным" решает именно проводящий дознание министерский служащий. А побывав на суде...


- Достаточно! А вы полны сюрпризов, лорд Крэбб. Подрастает мне конкурент? - шутливо испугалась Амбридж. - Нет. Должна вас разочаровать, это место уже занято. - Хорошо. Что ж. Я думаю, для начала достаточно. Муфальда!


Дверь кабинета тихонько отворилась и внутрь просочилась, иначе и не скажешь, какая-то невзрачная и серенькая женщина средних лет с крайне испуганным взглядом.


- Лорд Крэбб. Чтобы вы не заблудились, мисс Муфальда Хопкирк проводит вас до кабинета Министра Магии. Дорогая, будь пожалуйста с ним повежливее, - проворковала Амбридж чем вконец запугала бедную секретаршу.


- Л-лорд Крэбб. Пройдемте за мной, - затравленно прошептала мисс Хопкирк и быстро пошла-побежала по коридору. Так быстро, что я еле-еле быстрым шагом успевал идти за ней. "Это же надо было Амбридж так затравить бедную женщину! Чтобы, пусть и "серая мышка", но так тряслась при виде даже такого сосунка, как я, всех достижений у которого - выказанная прилюдно приязнь мадам Амбридж?!"


Тем временем, чем дальше я заходил в глубины Министерства, тем роскошнее становилось видимое мной убранство. Апофеозом сего пиршества дизайнерской фантазии, не ограниченной вообще ничем, кое-где в том числе и вкусом, ожидаемо стал кабинет Министра магии. Кабинет, как это и положено в приличном обществе, начинался с большого холла-приемной, скорее даже зала-приемной, хоть в футбол играй, где на мягких диванчиках можно было подождать, пока Министр выделит время снизойти до мелких проблем смиренного просителя. Высокий потолок с лепниной, позолота по драгоценным камням, артефакты на все случаи жизни, магические картины и портреты прошлых министров, редкие магические растения в кадках... - так себе, ничего. Жить умеют. Хранил покой и одновременно являлся последней преградой к министерскому телу привратник-секретарь. Когда-нибудь его место по праву займет Персиваль Уизли, сейчас же за столом сидел незнакомый мне пожилой маг. Двух находящихся на посту авроров, скорее всего, отличных боевых магов, я не считаю. Мебель она и в Африке мебель. Больше в холле никого не было. Назвавшись, я получил предложение подождать, так как министр оказался занят. Наконец, спустя минут пятнадцать спокойного ожидания, я был с помощью этакого телефона в магическом исполнении: артефакта в виде говорящей головы дракона, приглашен в святая-святых Министерства. В кабинет Министра Магии Британии.


Глава опубликована: 16.03.2017

## Глава 41. Встреча с Министром или политическое устройство магической Британии


Удивительно, но непосредственно личный кабинет самого Фаджа оказался небольшой комнатой, где едва-едва поместилось бы человек десять. Да и дикой, аляповатой роскоши помещений его первого заместителя здесь не было - спокойные, рабочие тона в коричневой гамме. Весьма и весьма неожиданно, особенно после такого эффектного предбанника.


- Лорд Крэбб? - поприветствовал меня привставший из-за стола Фадж, - присаживайтесь. Вино? Чай? Кофе? Сок?


"Ну уж нафиг! Хватит с меня соков! Хотя, чего уж бояться... Скорее всего, на Амбридж как раз и лежала задача моей первичной проверки перед встречей с ее наиразлюбимейшим Министром. И я ее прошел, иначе бы меня повела не серая мышка сюда, а кто-нибудь в красном, их там целый этаж, куда-нибудь подальше и похолоднее."


- Чай, пожалуйста. Ассам. Без сахара и молока. С лимоном, если можно. Лимон отдельно, - сказал я. "Попробую выпить побольше воды, чтобы поскорее вывести из себя остатки вератисерума. Магия магией, а закона обмена веществ это не должно нарушать. Наверное..."


- Любите пить по-русски? - удивился Фадж, и щелкнул пальцами, отдавая команду своему домовому эльфу.


"Вот бля! - подумал я, спрятавшись за чашкой. - И этот туда же! Но кто ж знал, что это так у них называется? Неужели в этой долбанной Британии строго регламентирован вообще каждый шаг? И после такого англичане имеют совесть называть себя свободными? М-да... Ладно, что уж теперь... Попробую просто насладиться чашечкой чая. Хорошо еще, я специально указал - "без молока". Молоко в чай лить - мерзкая на вкус ересь, что бы об этом ни думали аборигены!"


За чаем разговор шел вроде бы ни о чем, но я чувствовал, что Министр присматривается ко мне. Наверняка, собрав и прочитав на меня досье, теперь хочет составить личное впечатление. Если я пройду и эти весьма откровенные смотрины, тогда и разговор пойдет серьезный. Не пройду - все закончится официальным чаепитием и равнодушным расставанием. Интересно, а что Министру-то от меня надо? У него же все есть. Или нет?


- Винсент, ты позволишь мне тебя так называть, да? Давай сразу, чтобы не было особого напряжения в разговоре, договоримся о том, что здесь нет Министра и пришедшего к нему на прием лорда, а есть просто два Хаффлпаффца, старший и младший. Просто представь себе, будто ты опять первый день в Хогвартсе, и староста читает тебе приветственную речь. Устраивает тебя такое?


- Хм? - похоже, проверку я прошел, и наконец-то начался разговор по существу.


- Не веришь? - понял меня по-своему Фадж. - А ведь у меня есть такой опыт. Я все-таки три года был старостой нашего с тобой факультета Хаффлпафф. Договорились?


- Хорошо, староста, - решил я проверить Фаджа "на вшивость".


- Вот видишь, все ты понимаешь! Кстати, как хаффлпаффец хаффлпаффца можешь, если хочешь, конечно, и дальше меня так называть. Это мне так напоминает мои школьные годы! Эх! Давно это было... - ностальгически вздохнул Фадж, и тут же поправился. - Но учти, это только с глазу на глаз! На людях давай будем соблюдать правила поведения, хорошо?


- Хорошо.


- Тогда, с твоего позволения, я начну свою "приветственную речь".


Ты наверняка, как и положено любому чистокровному магу, в своем детстве выслушал много историй, как хорошо жилось твоей семье до принятия Статута Секретности. Это абсолютно верно. После принятия Статута чистокровные семейства потеряли многое: крупные земельные наделы, сотни и тысячи полностью покорных их воле вилланов, права и привилегии... Это все так. Но почему-то редко кто задумывается о том, насколько больше потеряли маги небогатые!


У них не было поместий и счетов в банках. У них не было замков и крепостных. У них не было вообще ничего, кроме их магической силы. И еще меньше всего, кроме силы, у них стало после принятия Статута! Да. Кое-кто удачливый или хитрый умудрился так или иначе приспособиться. Особо удачливые смогли сделать себе во времена принятия Статута состояния и хорошую родословную своим детям. А что было делать остальным? Тем, кто жил с того, что продавал магглам свои магические услуги?


Кто-то вышел на большую дорогу, кто-то бежал в другие страны вслед за магглами, еще не зная, или не веря в то, что Статут - всемирный. А большинство даже не стало думать про Статут, и продолжило заниматься тем, чем привыкло и что гарантирует максимальный доход: варили магглам любовные напитки, насылали на них порчу, травили, убивали по заказу, даже лечили... Когда у тебя за спиной плачут голодные дети, никто не будет думать о том, законен ли с формальной точки зрения тот кусок хлеба, которым ты их накормил, или нет! И у меня не повернется язык обругать их, ибо так было и так будет всегда!


Вот только своими действиями эти самые небогатые маги с невероятной силой приближали всеобщий конец, в том числе и смерть своих детей, которых ценой нарушения магической клятвы они пытались накормить. Как раз случился очень показательный случай с итальянскими магами, когда все они из-за нарушения Статута уничтоженные клятвой мгновенно вымерли. Все по-го-лов-но. Таким образом, тогда сложилась парадоксальная ситуация: либо кто-то будет кормить и поить оставшихся в живых магов, либо они займутся этим делом самостоятельно, и - погибнут, потянув за собой всех остальных. Новая Инквизицая... Нет уж! Хватит нам одной! С той-то еле-еле справились!


И тогда, видя бедственное положение, некоторое количество неравнодушных магов образовало небольшое сообщество, целью которого стало сохранение магов Британии. Главой этого кружка единомышленников стал Улик Гамп, впоследствии наш Первый Министр Магии. Именно благодаря уму, хитрости и истинно хаффлпаффскому упорству в достижении поставленных целей Улик смог по сути дела из ничего создать тот мир, в котором мы сейчас все живем.


Гамп смог договориться с богатыми чистокровными, для которых создал Палату Лордов, законодательный орган Магической Британии. Кстати, звание члена Палаты Лордов с возможностью предлагать и отвергать новые законы, было для чистокровных совсем не бесплатным. Мудрые правила приема новых членов в Палату, чтобы с одной стороны там не было застоя, а с другой, чтобы бюджет Министерства не показывал дно, тоже придумка Улика лично!


Гамп сманил из Аврората Международной Конфедерации Магов достаточное количество опытных боевых магов, чтобы создать собственное силовое подразделение, которое сейчас входит в Департамент Магического Правопорядка. Благодаря этой предтече Британского Аврората, Первый Министр смог обеспечить выполнение Статута Секретности со стороны всех магов Британии. Принудить исполнять, уйти или, увы, особо непримиримых - умереть. Один из таких темных магов, Экриздис лорд Азкабан, и "пожертвовал" стоящую на одном из Оркадских островов свою родовую крепость, каэр Азкабан, в пользу Министерства. Что сейчас в ней находится, ты прекрасно знаешь.


Помимо этого Улик смог решить проблемы магов, потерявших все. Их отселили в места компактного проживания, организовали регулярное питание, оградили от контактов с магглами, а также обеспечили наследуемой, сложной, но очень нужной магическому обществу работой. Например, Хогсмид, одна из таких вот деревушек "только для магов", которую создал своим приказом Министр Гамп, предназначена для обслуживания интересов Хогвартса. Нашей единственной школы волшебства.


Короче говоря, Министерство Магии тогда родилось как добрая сила, способная не нарушая Статут Секретности накормить английских магов и защитить их от творимого магглами беспредела. А принятые признанными членами Палаты Лордов законы и сформировали то общество, в котором ты родился и живешь.


Да, оно не идеально. Но благодаря тому, что Министерство гарантирует работу и пропитание уже целым династиям своих работников, мы все, кто-то хуже, кто-то лучше, но существуем, а не являемся рабами магглов, как некоторые континенталы, или не прячемся по норам, как маги Южной Америки. Министерство ответственно за соблюдение баланса, за сохранение наших традиций и культуры, за обеспечение статус-кво с магглами, за свободу магов от тлетворного влияния чересчур быстрыми темпами плодящихся магглов, за торговлю с другими магическими государствами, за соблюдение законов, за обучение, за развитие магических наук и спорта... Как видишь, Министерство, ответственно и, соответственно, управляет, по сути, всеми сторонами жизни мага в Магической Британии. Это великая власть, но и великая ответственность. И я предлагаю тебе присоединиться к нам. К тем, кто несет на себе ее бремя!..


Вижу у тебя в глазах совершенно естественный вопрос: "Что я буду с этого иметь? Ведь традиционно члены Палаты Лордов стараются избегать работы в Министерстве, как чего-то для вас невместного?" Ответ - многое. Во-первых, как ты понимаешь, Министерство, контролируя все и вся, может очень просто найти занятие истинно тебе по душе. Занятие, приносящее пользу многим магам и за которое ты будешь получать весьма неплохие деньги, что в твоей ситуации весьма и весьма нелишне. Плюс суд... Как ты знаешь, он может быть предельно беспристрастным, а может быть как лояльно настроен, так и... совсем наоборот. Это как в Хогвартсе, хаффы своих не бросают, гриффиндорцы своих не выдадут, а Слизерин - это семья. Да и вообще, сам понимаешь, что, скажем так, к не очень серьезным нарушениям своих свои относятся гораздо мягче. А у тебя в "своих" будет Верховный Суд! И это всего лишь ради поддержки некоторых наших инициатив в Палате Лордов...


"Понятно. Мне объясняют прописные истины, что Система своих всегда прикроет. Жаль, при этом тут еще не говорится, что если ставки слишком высоки, то Система, а точнее те, кто стоит у нее во главе, тобой также легко и пожертвует... А вот то, что Министерство собирается провернуть этакую "интеграцию назад" и попытаться сожрать Палату Лордов, это любопытная и ценная информация, о которой Фадж мне ненароком проговорился. Вот только, ненароком ли? Хочет слить инфу и посмотреть, кто за мной стоит? Кстати! У меня же есть пара вопросов, еще с первого курса!"


- Эм...


- У тебя есть вопрос? Что тебе не понятно? - поощрительным тоном спросил Фадж.


- Да. Раз маги Министерства уже настолько сильно привыкли к своим хм... тепленьким местам, что занимают их на чуть ли не наследуемой основе, не страдает ли от этого качество управления?


- Хм. А ты умен, парень, - Фадж оценивающе посмотрел на меня. - Такая проблема действительно есть, и она весьма и весьма серьезна. Конечно, с одной стороны, родители отлично подготавливают своих детей для службы в Министерстве, но с другой... Образуются такие связи, которые не получается разрубить даже с помощью Департамента Магического Правопорядка. Суд тоже не всегда справляется, несмотря на то, что он максимально возможно следует принципу справедливости. И это очень печально...


"Ага! Как же! Суд тут - еще та тема! Знаю-знаю, на себе прочувствовал. Принцип презумпции виновности - это что-то с чем-то!"


- Еще один вопрос. Если я правильно понял систему, то Министерство платит своим работникам зарплату из бюджета Магической Британии и собирает со всех магов налоги. Однако, чистокровные платят один раз в жизни, если не занимаются бизнесом, а большая часть остальных магов тем или иным образом хм... выводит полученные суммы из обращения. Например, складывает в Гринготтс, или переводит в маггловскую валюту. А есть еще магглорожденные, которых Министерство по сути своей, содержит... Таким образом, налоговые поступления принципиально не могут покрыть всех расходов, и требуется регулярный и немалый приток из мира магглов либо товаров, либо денежных средств для закупки всего необходимого. Той же пищи. Так как же существует финансовая система при учете постоянного сохранения Статута Секретности?


Министр пристально и без улыбки посмотрел на меня и, выделяя голосом каждое свое слово произнес.


- А. Вот. Это. Один из самых. Главных. Секретов. Нашей страны. Даже не думай лезть туда. Станешь Министром, - усмехнулся Фадж, - узнаешь. Правда, - улыбка сменилась кривой гримасой, - ничего радостного в этом знании ты не найдешь. Особенно ты, - непонятно к чему подчеркнул Министр. - Я не тороплю и не требую ответа мгновенно. У тебя есть время подумать над моим предложением до окончания Хогвартса. Без ЖАБа или, хотя бы, СОВ все равно в Министерство не берут. Даже по личной протекции самого Министра...


Листик бумажки проскользнул сквозь щель под дверью и лег на стол Фаджа. Тот быстрым взглядом окинул его и резко свернул аудиенцию.


- Так, извини. Времени у меня больше нет. Дела.


- Благодарю, староста, за предложение. Я очень хорошо обдумаю его.


- Ты, Винс, главное, постарайся не... замазаться в чем-то предосудительном. Наше общество в первую очередь нуждается в спокойствии, а для работы в Министерстве репутация должна быть безупречна. Хотя бы внешне безупречна, - с намеком поправился Фадж. - До свидания, лорд Крэбб, - встал и уже абсолютно официально Министр Магии Британии легким кивком попрощался со мной.


- До свидания, Министр, - простился я и вышел из кабинета.


Итак, пищевая цепочка Магической Британии стала абсолютно прозрачной. Есть куча магов, которые, в силу ограничений Статута Секретности ничего не могут, даже обеспечить себя пропитанием. В обычном мире добрые властители-рыночники пожали бы плечами и спокойно бы сказали что-то вроде: "Их проблемы. Вымрут - ничего страшного. Народятся новые, которые смогут лучше приспособиться", благо в истории Англии есть такой шикарный прецедент, как "съевшие людей овцы". Однако Статут оказался для магов-бедняков не только приговором но, опосредованно, еще и спасением. Ведь выходя на большую дорогу голодные маги подвергают опасности не только себя, но и всех остальных волшебников, как нищих, так и очень обеспеченных. Что делать, чтобы ситуация не стала критической? Лишних магов нужно истребить, что ведет к гражданской войне и опять же нарушению Статута, либо, что гораздо проще сделать - накормить. Но кормить бесплатно - глупо и в перспективе может привести к полнейшему вырождению и опять же бунту. Да и чтобы население не маялось от безделья, его нужно занять работой. Не важно, что она будет ненужной или глупой, главное, чтоб как в армии, "чтоб занят был".


Таким образом, экономическая система сложилась следующая. Аристократия, численность которой по определению не может быть большой, живет от тех щедрот судьбы, что были получены и сохранены с достатутных времен. Так как жирок, если нет стабильного дохода или он по каким-либо причинам исчезает, постепенно растрясается, появляются обедневшие дворяне. Такие, как вот я, например. Малые предприниматели, так и хочется сказать кустари-одиночки, обеспечивают потребности магов во всяких мелочах. Вот только по исследованиям тех же американцев, психологически способными к ведению собственного дела являются всего лишь около трех-пяти процентов населения. (И это - в возводящем в культ свободу бизнеса лидирующем на планете государстве. Такая вот, на поверку оказывающаяся фальшивой, Американская мечта...) А чем заняты все остальные процентов девяноста магического населения? А вот их обеспечивает рабочими местами Министерство Магии, являясь, таким образом, крупнейшим работодателем в государстве, с которым ссориться глупо и опасно. По сути - глобальной госкорпорацией в отдельно взятой стране. Это даже в каноне и фаноне вроде как промелькнуло, что на пятом курсе походит ознакомление с выдаваемыми Министерством вакансиями. Да что там канон, я и сам все эти брошюрки брал любопытства ради у хаффлпаффцев старших курсов!


Почему, кстати, именно на пятом курсе, а не позже? Да потому, что пятый курс заканчивается СОВами. Вполне логично - некоторые могут захотеть начать работать раньше, а для некоторых видов работ ЖАБы не нужны. Кстати, Фадж меня не обманывал, и в Министерстве действительно можно найти работу на любой вкус. Ведь оно, в идеалах концепции этатизма, управляет практически всеми областями деятельности магического общества: начиная от журналистики и заканчивая полицией и армией.


Итак. Министерство платит своим работникам зарплату, те тратят ее в частных магазинах мелких предпринимателей, не давая им умереть с голоду, собранные Министерством налоги возвращаются в бюджет. Вроде все довольны и все работает стабильно.


Минусы, конечно же, есть, и серьезные. Из-за заложенного изначально принципа максимизации рабочих мест система получается жутко переусложненной, бюрократизированной и неэффективной с классических управленческих и экономических подходов. Монополизм Министерства означает, что если ты попадаешь к нему в немилость, то, скорее всего, останешься без средств к существованию. А это в свою очередь означает либо спокойную скорую голодную смерть, либо насыщенную событиями кривую дорожку с финалом в Азкабане или в ближайшей темной подворотне Лютого с последующей разделкой тела на ингредиенты. Кстати, ситуация с монополизмом хорошо описана в каноне. Мариэтта Эджком, у которой отца нет, а мама работает в Министерстве, в итоге прикинула очевидные перспективы оказаться без куска хлеба и проследовать после СОВ из Хогвартса прямиком на панель и сделала свой логичный, обусловленный страхом за будущее, правильный выбор. За что ей сначала между делом "старший и справедливый" товарищ без разговоров прижег мозги, совершенно не терзаясь тем фактом, что вообще-то калечит ребенка (чего не сделаешь ради Всеобщего Добра и власти, да, будущий Министр?), а потом сверстники совершенно логично заклеймили, в буквальном смысле слова заклеймили, предательницей.


Я глубинной ненавистью ненавижу такие вот жизненные ситуации. Когда каждая сторона имеет свою собственную правду и хочет как лучше. А в итоге получается, что страдают не только все участники, но еще и часть совершенно непричастных, случайно оказавшихся, на свою беду, где-то по соседству от проходящих разборок. Кстати, Гермиона, как бы ее ни обожали все поклонники сыгравшей в фильме актрисы, поступила в этой ситуации как мстительная и циничная сука. Что такое для молодой девушки не убираемое в течении года уродство в момент гормонального пика, каждый может представить в меру своего собственного жизненного опыта.


Хм. Сделать себе зарубочку в памяти. Мариэтта Эджком после своего седьмого курса - отлично воспитанная в ненависти к Дамблдору и его шестерками готовая кандидатка в Пожиратели. Прям, классическая "вторая категория" по определению Логана Крэбба. Так не прибрать ли ее к рукам мне?


Еще один любопытный факт про Армию Дамблдора. В истории прослеживается весьма любопытная тенденция - в первом составе революционеров всегда очень мало пресловутых "народных масс" и "униженных-обездоленных", зато полно небедных и родовитых. Такая же картина и здесь: пара фанатиков и тройка-четверка представителей "угнетенного сословия", в данном случае, магглорожденных, а все остальные очень непростые и небедные ребята. Яркий пример - предано-рыжие слуги Дамблдора с одинаковой фамилией аж в количестве шести штук в двух поколениях. Как говорится, смотрим, кому была выгодна революция.


Ладно, это все лирика. Какой бы кривой, на первый взгляд с точки зрения академического менеджмента система, ни была, однако со своими задачами она справляется уже который век. Поэтому лезть что-то править, если у меня возникнет такое желание и, главное, возможность, нужно предельно осторожно. Нет никакого желания увидеть голодный бунт.


Второй незаданный вопрос, который у меня возник после долгих обдумываний сложившейся системы: а где, собственно говоря, те волшебники, которые решили честно, без магии, работать в обычном мире? Ведь таких не может не быть, ибо данное развитие ситуации просто напрашивается в сложившейся экономико-политической ситуации и реальной емкости рынка магического мира. По-моему, такая судьба наиболее предпочтительна для полукровных магов. Именно полукровок, а не чистых магглорожденных. У вторых от попробованной в переходном возрасте магии голову сносит, ни за что не бросить (это я могу подтвердить на собственном опыте), а вот полукровок, если заняться их правильным воспитанием с детства, можно вполне превратить в живущих на два мира.


Конечно, если сделать допущение и предположить, что таких магов очень много и именно они ради покупки различных предметов магического мира и содержат переводами из фунтов в галеоны все чистокровное и не очень общество но... лично я в этом обоснованно сомневаюсь. Если бы это было в реальности, если бы это было бы настолько экономически выгодно, то профессия "маг-среди-магглов" шла бы первой (и может быть даже единственной), связи с магглами только бы поощрялись, а сквибы были бы весьма уважаемыми людьми. На самом же деле картина совершенно противоположная. И уж точно Министр не делал бы из такого факта тайну уровня "Совершенно секретно, особой важности" ну или как по местному - "Top secret", а просто и честно сказал бы прямо. Или намекнул. А тут - каменная стена и ни единого бита информации.


Слова Фаджа, конечно, следует тщательно обдумать. Такие предложения дважды не делают. Часто - и одного раза не делают. Карьера в Министерстве может вполне занести меня на пик исполнительной власти Магической Британии, что будет очень неплохим подспорьем в исполнении заданий Основателей. Тем более, Фадж - хаффлпаффец, а это автоматически означает, что за ним стоит дружная команда, которая его поддерживает и имеет с этого в качестве благодарности соответствующие преференции в той или иной форме. То есть, захоти вдруг высшей власти, я буду просто вынужден логикой сложившейся ситуации пройти по головам всей его команды. И, соответственно, если я так поступлю, то вполне логично стану им лютым врагом. Совсем другое дело, если, ну вдруг, Фадж назначит меня своим преемником...


Правда в этом есть один нюанс. Что я знаю из канона относительно Министерства? Немного, но и имеющаяся информация заставляет весьма глубокомысленно хмыкнуть.


Для большинства магов, судя по всему, весьма неожиданной оказалась идея, что мощь может быть не только личной магической, ну или на худой конец - кланово-родовой природы, а происходить от ничего лично не представляющих из себя бюрократов. Которые сами по себе - маленькие хрупкие винтики, но собранные в систему... Министерство, изначально вобравшее в себя, если я правильно понял историю в изложении Фаджа, небогатых и невлиятельных магов (потому что у остальных были гораздо более перспективные занятия, чем перекладывать пергаменты), сейчас представляет из себя монстра, способного обеспечить проблемы любому, даже самому сильному магу. Белее того, хуже всего тот факт, что без Министерства ни один маг уже не представляет себе дальнейшего существования. Даже Волдеморт и Дамблдор воевали за власть над ним. Подумать только! Очень, очень важный момент. Не за власть в Британии над всеми магами, а за власть над Министерством, которое властвует над всеми магами. Вот где натуральное бессмертие, причем без всяких хоркруксов! Не поторопился ли я определить текущее политическое состояние как переходное?


В итоге для борьбы за власть в министерстве сначала фаджисты чистили министерство от потенциальных орденцов, потом, с приходом Пия, волна чисток подмела часть ставленников Фаджа, заменив их Пожирателями или сторонниками их идей. Ну а после победы в войне от всех этих набившихся в Министерство магов избавились пришедшие к власти сторонники Дамблдора. В итоге министерство оказалась достаточно монолитным, а на политическом олимпе у прогрессистов на некоторое время (как минимум, десятилетия) не осталось никаких серьезных конкурентов. Великолепная интрига! Любопытно только, а для чего им была власть? Ведь если судить по тому, что двадцать лет спустя, как и раньше, маги отправлялись в Хогвартс с секретного от магглов вокзала, ничего в мире не изменилось. Впрочем, чего другого было ожидать? Люди вроде встали у руля другие, но корабль-то, "система", осталась абсолютно прежней...


Фадж не знает канона, не знает будущего. Он собирается сидеть в кресле Министра бесконечно. Если бы все так дальше без потрясений в виде Второй Магической и было, то на месте такого как я: обычного, ни к какой партии не принадлежащего, нищего лорда, предложение самого Министра - невероятно счастливый случай, за который нужно хвататься руками и ногами. Однако есть канон, в котором в кресле Министра Фаджу сидеть осталось не больше двух лет. И что бы я ни делал, его так или иначе сожрут, ибо он будет мешать двум другим игрокам. Таким образом, если я сейчас приму предложение и зайду в министерство "из под Фаджа", то навсегда буду "человек Фаджа". Со всеми плюсами (в течение этих самых двух лет) и минусами (всю оставшуюся жизнь). Конечно, переход из одной группировки в другую возможен, но... флюгер - это далеко не самая приятная печать в политике. С такими никто никогда не считается.


Конечно, Фадж и его команда далеко не дураки и не толстовцы. Это отчетливо видно по их последующим действиям. Ведь как видится ситуация с позиции бедных и обиженных "Поттер и компания"? Это хорошо известно из классической истории: "взрослые гады и не верят, министерство слепые идиоты, один лишь только Директор что-то понимает в этой жизни!" Верно? С их точки зрения - да. Но их точка зрения - это не то что не колокольня, даже не чердак! А если посмотреть на ситуацию с настоящего верха, со стороны официальной власти, то действия Министерства получаются... абсолютно последовательны и логичны. Ну, это если забыть про предзнание канона. И лично я понял и практически полностью поддерживал бы принятые Министерством решения, будучи на месте магов-современнников. Ведь если внимательно разобраться, как именно выглядит ситуация со стороны Министерства?


"С помощью хорошо раскрученной и полностью подконтрольной фигуры Дамблдор начал атаку на Министерство путем нагнетания страха среди обывателей". Если поверить на слово и официально рассматривать его заявление, то какие действия должно совершить Министерство? Очень непопулярные. Ввести военное положение. Ограничить перемещение. Объявить дополнительный набор в Аврорат. Дать магическим полицейским расширенные полномочия. Инициировать волну неожиданных проверок в мэнорах чистокровных и квартирах полукровок. Повторно допросить всех о событиях прошлого и настоящего: и сидящих в тюрьме, и выпущенных, и откосивших от зоны, и просто подозрительных. Поставить под контроль движение денежных средств и блокировать особо странные транзакции. Подготовить обращение в Международную Конфедерацию Магов с просьбой о помощи. Ввести серьезные этнические и расовые ограничения...


Угу. Все это здорово, но... На ком в таком случае сконцентрируется все негативные реакции обывателей? На Дамблдоре? С чего бы это, если лично он ничего не делал. На давно умершем Том-кого-не-называют? Так ведь он - уже мертв! Так на ком? Да на Министре конечно же!


На бытовом уровне ситуацию можно представить таким примером. Никто не поверит кричащему на углу кликуше:


- Люди! Через день на город упадет огромный метеорит! Срочно бросайте все, дом, работу, берите машины и бегите прочь не меньше чем за двести километров!


- Это что же, все бросить из-за слов одного сумашедшего? Потерять работу, дом забросить, друзей... Метеорит? Такого не может быть, потому что этого не может быть в принципе! В Желтом Доме опять дней открытых дверей? Пошел ты нахер, кретин! Не отвлекай!


Пророков никто никогда не любит, ибо они заставляют людей собственными руками ломать свои успешные и устоявшиеся жизни. А тут, бац, и власть им поверила, перекрыв границы, введя военное положение, арестовав счета и проводя поголовные и ежедневные обыски и массово, в принудительном порядке, переселяя жителей. Причем все это, естественно, с известным, то есть - бешеным, уровнем коррупции на уровне исполнителей.


И что самое смешное, Министерство тут будет виновато в любом случае. С той лишь разницей, что в случае ложной тревоги вой будет: "за что мы столько претерпели?", а не ложной - "почему так ничего и не было сделано Министерством?" А кругом виноватое Министерство - это вполне логичные перевыборы Министра... "Не это ли и есть истинная цель Дамблдора?" - что еще может подумать Фадж?


Если переложить ситуацию на нормальный мир, то получится абсолютно аналогичная картина. Самый знаменитый в стране ну, скажем, актер или спортсмен, внезапно поехал крышей и стал проповедовать близящийся кровавый передел. И да ладно бы, один он, но его внезапно поддержал его продюсер (тренер), который по совместительству имеет пост главы крупной парламентской фракции и губернатора отдаленной, но очень важной области. Понравится ли такое находящимся у власти людям? Однозначно нет.


Что в таких случаях делают в реальной жизни? В первую очередь - постараются договориться со всеми заинтересованными лицами. Ведь чего-то таким открытым политическим демаршем фигуранты собираются добиться? Быть может, можно достичь компромисса? Если не получилось - замазать или очернить источник слухов. Опять неудача? Наехать по официальной линии (полиция, прокуратура, суд) и выгнать из страны либо посадить. В крайнем случае - устранить физически под видом несчастного случая. Во-вторых - попытаются ослабить основного игрока. Как это делается в обычной жизни? Да очень просто - собирается уполномоченная высоким доверием комиссия и отправляется с проверкой в подконтрольную покровителю область. А нарыть грязи и компромата можно везде и на любого, даже на ангела (прецедент даже в Библии описан)! Было бы желание...


В свою очередь, как действовать губернатору в таком случае? В первую очередь, наглядно показать контролеру из центра, что ему здесь на рады. Всячески сопротивляться нововведениям и рушить авторитет центра. В крайнем случае, направить чересчур педантичного и негибкого миньона "сходить на охоту".


Собственно говоря, убедиться в том, что законы аппаратной борьбы в мире магов и в мире магглов абсолютно идентичны, можно, посмотрев канон. Так что нападение на Поттера было неминуемо, потому что было выгодно абсолютно всем игрокам. Как и все случившееся в Хогвартсе с Амбридж. Причем, из всех трех сил, только Дамблдору было не выгодно удавшееся нападение, а вот Министерству и Волдеморту - совсем наоборот.


А вообще, Фадж тот еще ссык... хм, осторожный хаффлпаффец. Он не без причин был уверен, что в аппаратной игре имеет хорошие шансы переиграть Дамблдора, искренне воспринимая происходящие события, как хитрый подкоп под его кресло от директора Хогвартса. Но как только Корнелиус поимел счастье лично убедиться в реальности воскрешения Волдеморта, то первым делом он... дезертировал, по-иному не скажешь, со своего поста. Короче, не Крауч-старший. Совсем не.


Надо над всем этим подумать. Хорошенько подумать!


Был еще один очень-очень-очень важный момент, на который я совершенно случайно обратил внимание только тогда, когда вечером корпел над своим куцым бюджетом. Пытаясь из трехсот оставшихся на счету галеонов сложить слово "богатство". На всех девяти министерских многоэтажных уровнях не было самого главного в современном мире департамента.


Налогового. Финансового. Экономического.


Откуда бы они ни брались, но кто же именно делит деньги? Ну не распределяет же каждый галеон лично Министр?


Глава опубликована: 22.03.2017

Интерлюдия 21


Тихо закрылась дверь за посетителем, и добродушно-покровительственная мина сползла с лица Министра Магии Корнелиуса Фаджа.


"Мордред! Как я устал с этим Турниром! Похоже, прислушавшись к Дамблдору и соблазнившись такой "честью", совершил серьезную ошибку. Честь и слава, конечно, не минуют... Хогвартс и его директора, тогда как все заботы и проблемы упали на Министерство. У-у-у!!! Одних только международных портключей сколько приходится создавать, а сколько проверять гостей?! Департамент Магического Правопорядка просто зашивается, а тут еще, как на зло, зашевелились в Лютном. Чистишь его, чистишь, а отребья там не только ничуть не уменьшается, но как бы и не больше становится", - Фадж потер руками лицо, пытаясь хоть как-то взбодриться. Здесь, в своем кабинете, защищенном от всех видов наблюдения, он мог позволить себе минутку слабости побыть самим собой - уставшим и замученным делами пожилым магом.


"Любой безудержно стремящийся к вершинам властолюбец не понимает, чего на самом деле жаждет. И я не понимал, уж себе-то врать бессмысленно. Увы, это одна из тех ловушек жизни, от попадания в которые не защититься никак. Не верить же на слово ханжам и неудачникам, говорящим, что власть - это тяжело и неинтересно? Нет, конечно, если ограничиться чисто внешней стороной - роскошными приемами, богатыми подношениями и всеобщим трепетным почитанием, то, быть может, это не так уж и плохо. Вот только занимаясь непрерывным самолюбованием, усидеть на истинной, а не формальной, вершине - невозможно. Ко всему прочему власть - это невероятной силы наркотик, добровольно отказаться от которого просто невозможно. Получается, что с одной стороны всегда есть конкуренты (их много, очень много, ибо место на вершине всегда только одно), которые готовы тебя сожрать с потрохами, а с другой - и сам с такого поста не уйдешь. В итоге это приводит к следующему очевидному следствию: брать власть приходится практически всегда с трупа. Что, естественно, совсем не устраивает текущего "властевладельца". И так как очень хочется не стать хозяином прошлым, со всеми вытекающими из этого последствиями, работать приходится очень много. Выкроить банально не день, несколько часов на отдых, и то невероятное чудо, случающееся с той же самой частотой, как магия среди магглов!


Конечно, магов не так много, как магглов, но зато и проблем от них в сотни раз больше. Все же у магглов нет такой проблемы, что каждый школьник имеет в руках силу, достаточную, чтобы, ну например, обрушить Тауэр. Вот и приходится крутиться, как белка в колесе, с отпуском отодвигаемым на время "когда свиньи полетят". Хорошо еще, что есть команда, готовая совместно со мной разбирать эту ежедневно растущую гору проблем. Весьма и весьма прилежная Долорес, взявшая на себе всю текучку сразу по двум важнейшим направлениям. Джон, отличный маг-боевик, готовый исполнить абсолютно любой мой приказ. И радостно, что несмотря на постигшее его семью горе, Барти Крауч не сломался и продолжает волочь на себе воз одного из сложнейших отделов - Департамента международно магического сотрудничества. Даже не представляю, где еще я найду авторитетного, лояльного Министерству чистокровку из древнейшего рода, если, не дай Мерлин, с Краучем что-нибудь случится...


Хм... Древнейшего... А обязательно нужно ли древнейшего, если даже простые чистокровные слишком свысока относятся к работе в Министерстве? И это при том, что большинство тех, кто громче всего кричат о "заполонивших все и вся полукровном и магглорожденном отребье", много раз с крайне грубой надменностью отвергали предложения поработать в Министерстве. Видите ли, крови в прошлом пролилось много. А как иначе? В гражданских войнах по-другому и не бывает! И это при всем при том, что чистокровным аристократам, со всем приличествующим уважением, предлагалось начинать карьеру сразу с весьма и весьма немалых должностей. Не грязнокровные, чай, чтобы с простого курьера как некоторые... стоп. Воспоминания о молодости - потом. Сейчас мысли в очередной раз должны быть сфокусированы на том, как подмять под себя побольше голосов старых семей в Палате Лордов. Неумолимо наступает время очередного созыва, на котором, как мне доносят доброжелатели, собираются в очередной раз попытаться пропихнуть законы, ограничивающие права Министерства.


Эх! Начинаешь понимать и завидовать Дамблдору. Это так удобно, когда формально твой собеседник обладает всеми правами и обязанностями самовластного главы древней чистокровной семьи с местом в Палате Лордов, а реально - все еще глупый мальчишка, которым можно, дергая за веревочки, легко и просто управлять! Нужно лишь иметь достаточно опыта и терпения, чтобы распознать его мелкие юношеские мечты и выполнить их, надолго став лучшим другом. Пока мозги не проснутся, хех. Впрочем, и тогда тоже можно договориться.


Возвращаюсь назад. А обязательно ли мне требуются именно и только древнейшие? Не будет ли достаточно аристократа просто чистокровного? Например, того же Винсента Крэбба? Нет, то что парнишка непростой, это и так понятно. Один добровольный переход со Слизерина на Хаффлпафф чего стоит! И, судя по подготовленному Амбридж досье, работе на Гильдию, лордству в пятнадцать, превосходные для своего возраста дуэльные навыки... Однако, несмотря на все это, он пока еще школьник Хогвартса, так что закладываться на то, что пятнадцатилетний пацан без поддержки сможет обвести вокруг пальца взрослого политика просто глупо. (Одно то, что более родовитый признал, пусть и в такой форме, свое подчиненное положение, много говорит о его "опытности". Хорошо, когда чистокровные дети не имеют должного образования!) Да и проверка Долорес не выявила ничего слишком необычного. Гриффиндорцы, с подачи Альбуса, относятся ко мне свысока, ну да ладно, вырастут - осознают свои ошибки, и тогда придет пора, хех, за них платить настоящую цену! Этот парень, как большинство слизеринцев из старых семей, конечно же, не особо любит Министерство, но, в отличие от них... не ненавидит нас. А еще, как большинство детей из бедных семей, очень любит деньги. Какая... удобная слабость!


Нет, в принципе, можно порассуждать о том, что проведенная Долорес проверка ничего не значит, так как стопроцентную гарантию может дать только жесткий допрос с легилименцией или под Империо, но... После такого, даже если и стереть об этом память, можно приобрести вместо безопасного соратника притворяющегося таковым весьма и весьма деятельного врага. У нас слишком много различных способов узнать правду, чтобы можно было надеяться что-то скрыть. Так что действовать будем лаской, галеонами и мягким, но прочным ошейником привязанностей. Забини, конечно, не та ведьма, с которой можно играть в игры с компроматом или шантажом, но, к счастью, она, не объясняя причин, покинула Британию. Быть может, на вакантное место леди Крэбб подобрать дочь какого-нибудь давнего союзника или нейтрала, привязав таким образом долгом к Министерству, причем к всеобщему удовлетворению, сразу два рода? Хм. Надо будет дать задание Долорес. Пусть пороет в этом направлении.


А так, в принципе, получается все достаточно неплохо. В конце концов, если что-то и пойдет не так, то найти причину посадить в Азкабан или устранить за "сопротивление при аресте" мага с дарами в Магии Крови и Некромантии не так уж и сложно.


Глава опубликована: 28.03.2017

## Глава 42. Финишная кривая четвертого курса


Посчитав, что мои сердечные раны уже достаточно подзатянулись, Крауч снял с себя маску закадычного приятеля-собутыльника, а надел - строгого и безжалостного Мастера. Вот тут-то мне влетело сразу и за все. Оптом, так сказать. И за небрежение учебой: "Такой позорной дуэли я даже между первокурсниками не видел! Круцио!"; и за влипание во все подряд: "Куда ты постоянно лезешь! И с арамеями, и с этими Бейтсами теперь! Еще и Министр... Круцио!"; и за самое ужасное мое прегрешение: "Господин недоволен твоим поведением! Круцио! Круцио! Круцио!"


Итогом воспитательных мероприятий стало кардинальное изменение моего расписания. Не без оснований предположив, что большинство проблем некоего лорда Крэбба проистекают от избыточного количества свободного времени, Крауч загрузил меня уроками с головой. План тренировок стал настолько плотным, что даже взвыть от их чрезмерного количества было банально некогда. Куда там выть - поспать бы вырвать лишнюю минутку!


Непрерывные отработки жестовой составляющей заклинаний, чтобы были быстрыми, плавными и точными, а также абсолютно рефлекторными; постоянные тренировки правильного движения, когда следовало не дать попасть в себя воображаемому заклинанию; просто колдовство до полного истощения, дабы тренировать скорость восстановления, раз уж способов повысить силу и объем магического дара не существует... Ручки и ножки после таких вечеров дрожали как у "синяка" со стажем, к тому же больного эпилепсией, неумеренная "качалка" - отдыхает. Причем сдача зачетов Краучу проходила в обстановке, максимально приближенной к боевой. К примеру, если мы отрабатывали защитные чары или контрзаклинание, то Барти просто говорил мне, что моя защита должна выдержать столько-то, и швырял в меня это число соответствующих проклятий. Выдержала ли моя защита или нет, успел я применить контрприем, на продолжительность серии влияния никакого не оказывало. С соответствующими последствиями, естественно. Схватив на первом таком "незачете" последовательно пять прошедших мои рассеявшиеся щиты заклинаний мышечного расслабления (этакий антипод петрификуса), я чуть было не загнулся от остановки сердца и впредь относился к факультативному обучению даже серьезнее, чем к основному. Остальные последствия, типа испачканной мантии, тогда уже совершенно привычно убирались взмахом палочки и Эванеско.


А ведь, по профессиональному мнению Крауча, все это было даже не средним уровнем боевой магии, а так - самыми необходимыми азами. "По лапам постучать", если переводить на привычный язык. К вершинам, на которых находилась боевая трансфигурация, рефлекторная аппарация, комбинированный отвод глаз, тактика и стратегия группового магостолкновения, настоящие (а не то, что я придумал для дуэли) связки проклятий, когда заключительная часть вербальной и жестовой составляющей одновременно является началом следующего заклинания, и прочие изыски, мне еще всходить и всходить.


Что бы я делал с такой загруженность, не будь у меня собственных апартаментов? Не знаю. Наверное, давно бы уже сдох от истощения из-за постоянной беготни с шестого этажа в подвал по весьма коварным лестницам замка. А так временно лесом пошли все любители помиловаться или устроить в отрыве от деканов пирушку с алкоголем, забрав с собой, к моему глубочайшему сожалению, много моих потенциальных кредитов на будущее. Зато я получил площадку, на которой можно спокойно тренироваться, и кровать, в которую можно упасть и отдохнуть до утра. Впрочем, волшебную резную шкатулку и заклинание Серпенсортиа, которые в комплекте с живой мышью работали отмычкой к Тайной Комнате, я далеко не убирал. Не пройдет и года, как Выручай-Комната станет для меня частично недоступной. Так что следует уже сейчас предусмотреть возможность запасной площадки для тренировки. А если еще учесть тот факт, что я собираюсь собрать свою собственную команду и учить ее "темным искусствам", то овеянная мрачной славой Тайная Комната подходит как ничто иное. Правда, вход в нее для мальчишек обещал быть сопряженным с некоторыми... психологическими испытаниями, сформулирую так.


В общем, времена у меня наступили сложные. Усугублялась ситуация еще и тем, что помимо заданий Крауча, чисто школьной, учебной нагрузки с меня никто не снимал. И забить на нее тоже было нельзя. Конечно, с одной стороны, можно было бы прикрыться лордским статусом и плевать на эссе и регулярно получаемые "Т" с Астрономической Башни, но с другой... Привлекать к себе лишнее внимание Дамблдора, который и так наверное весь учебный год напряженно ищет ответ на вопрос "кто подставил кролика Поттера?", это совсем нездорово. А ведь от Моуди-Крауча до меня всего один коротенький мысленный шажок...


Кстати, об учебе. Беру свои измышления на тему преимущества обучения магии во взрослом возрасте назад. Мой реальный возраст здесь, совсем наоборот, делал процесс понимания и обучения магии куда сложнее. Детям не приходилось, как взрослому мне, переламывать через колено уже сформировавшийся жизненный опыт, однозначно говорящий: "это все просто совершенно не-воз-мож-но!" Как я теперь понимаю Люка с его ступором от услышанного "вес не имеет значения..."


В редкие минутки свободного времени, в качестве отдыха, я с головой зарывался в "учебники" по Магии Крови из Библиотеки Хогвартса. Как показала дуэль, результат применения комбинации "хорошо известный артефакт + хорошо известное заклинание" может оказаться совершенно неожиданным. Кстати, Не поэтому ли в каноне в бою с заведомо слабым противником опытные боевики-упивающиеся применяют простейшие, по сути школьные заклинания? А мощные приберегают для сражения, ну, например, с теми же Фениксовцами или Дамблдором? Или это просто разумная экономия сил?


Естественно, для такого насыщенного графика тренировок, нужно было огромное количество свободного времени. Но, даже полностью забив на домашку, взять его было неоткуда, кроме как отрезать по тройке-четверке часов от предназначенного на сон. В итоге по утрам я выглядел как плод небрежной работы бокора, а особо впечатлительные первокурсницы, неожиданно встретив меня в темноватых коридорах Хогвартса, бывало, что и в страхе с визгами убегали куда подальше. Сердобольная мадам Помфри по старой памяти подпаивала меня различными укрепляющими зельями. Факультетские приятели порывались жаловаться декану. И даже Дамблдор (хотя я уверен, что он в глубине души был только рад тому факту, что нашелся такой маг, который смог тупо силой и наглостью переломить привилегии чистокровного лорда) при мне нарочито укоряющее сетовал: "совсем профессор ЗОТИ замучил мальчика". Можно даже порадоваться, что все мои попытки встретиться с леди Забини до сих пор остаются безрезультатными. Увидь Летиция меня таким, даже призрачных шансов на развитие отношений у меня бы не осталось.


Профессор ЗОТИ, кстати, та еще моральная дилемма. Вот как мне относится к нему? Да, Крауч - чертов маньяк, заставивший меня убить беззащитных людей и продолжающий непрерывно тиранить меня. Но при этом Барти-младший изо всех сил, со своей колокольни, конечно, желает мне добра. Учит меня боевой магии, чем не озаботился ни отец, ни крестный, ни профессора Хогвартса. По-взрослому действенно сделал все, чтобы утешить меня, когда мне было очень плохо, и, самое главное, Крауч спас мне жизнь! Получается не такой уж и плохой на поверку выходит Барти? Или все же - плохой? Или он просто нормальный человек, который для своих - вернейший друг, а для врагов - бесчестный, конченный подонок? Ненавижу такие вот моральные дилеммы! Они могут разорвать на куски ничуть не хуже сброшенной на голову атомной бомбы. Или это я слишком щепетильный? Может быть, так и надо?


Для принятия решения я решил получить более полную информацию о своем мучителе-спасителе. Попробовал узнать Крауча получше, и не прогадал. Барти на поверку оказался веселым и прикольным малым, а также настоящим кладезем уникальной для меня информации о вершинах магического мира. Все же фамилия и папа в высоких чинах что-то да значат в любом мире, даже в магическом. Или, особенно в аристократично-магическом? Со мной как собратом-слугой Лорда и будущим подчиненным, а также по совместительству с приятелем-собутыльником, посещающим один и тот же бордель, он особо не сдерживался. Благодаря этому я узнал просто огромное количество важных событий и прецедентов, тонкостей поведения и принятия решений, приоткрывающих для меня истинную картину мира аристократии. Такое обычно передают из уст в уста от отца к сыну внутри чистокровных кланов магической Британии, а тут мне было поднесено на блюдечке просто по дружбе. В общем, скажу честно, я бы от такого хм... старшего брата не отказался бы в прошлой своей жизни!


К сожалению, не все было так радужно. С каждой новой неделей, с каждым новым днем Барти со всё увеличивающейся скоростью менялся в худшую сторону. Защитный артефакт, не рассчитанный на постоянное использование, неуклонно сводил Барти с ума. Все реже и реже после тренировок он рассказывал мне веселые и поучительные истории из своей молодости или важные тонкости политической жизни магического общества, причем не только британского. Зато бессвязные речи о величие Господина и пользе постоянной бдительности становились все длиннее и длиннее. Его лицо при этом ужасно дергалось и кривилось в отвратительных гримасах, будто отражая происходящую внутри борьбу между родной и наведенной памятью. А я ничем не мог помочь тому, кто спас мне жизнь.


Пользуясь более-менее наладившимися отношениями я попробовал закинуть Краучу мысль, что если ему для его планов и требуется жертва, то под нож лучше пустить какого-нибудь иностранца. Благо, в этом году их число в Хогвартсе зашкаливает любые пределы. Но здесь я просчитался. Барти еще не настолько сошел с ума, чтобы повестись на отговорки хаффлпаффскостью и не вцепиться в как-то замыленный последними событиями факт моей встречи с призраками Основателей.


Пришлось в общих чертах рассказать ему о стребованных с меня Основателями обетах, в ответ на что он немного проникся и пообещал подумать. Быть может, так Седрику удастся уцелеть. Большего, увы, я сделать для него не смогу.


Крауч, с каждым днем все больше и больше теряющий человеческий облик, а также ударные дозы знаний и тренировок, к сожалению, оказались не единственной моей проблемой. Беда, как это всегда и бывает, пришла совершенно внезапно и совсем с неожиданной стороны. Без особых причин резко оборзел Драко.


Вот даже и не представляю, чего такого случилось в последние дни, чтобы Малфой-младший стал вести себя так. То ли Драко не может жить спокойно, если никого не прессует, а Поттер в последнее время опять в Хогвартсе стал "в авторитете". То ли его возмутила собственная социально-политическая беспомощность, когда он не смог организовать мне свидание с Забини. То ли у него просто от зависти окончательно снесло крышу, но факт есть факт - Малфоеныш стал точить зубы об меня. Причем, точить по уму, то есть с использованием моей вассальной клятвы, о которой я по вполне естественным причинам как-то уже и подзабыл. А началось все следующим образом.


- Мистер Крэбб, - как-то раз обратился ко мне Драко. Выбранное обращение не "лорд", а нейтральное "мистер", намекало, что ко мне сейчас обращается равный или старший. И дальнейшие слова Малфоя подтвердили мою догадку. - Вассал. Словом принесенных тобой клятв, - я почувствовал, как невидимая нить обета намекающе плотно сжалась у меня на правой руке, - я приказываю тебе исполнить мою волю. Сегодня, от пяти до семи вечера, сходи в Ванную Старост и принеси мне оттуда забытый там нерадивыми старшекурсниками артефакт. Мой артефакт. Он выглядит, как шкатулка для благовоний. Пароль от ванной старост на сегодня - "Нимуэ".


Задание, поначалу, совсем не показалось мне таким уж и сложным: просто сходить и взять, что может быть проще? Наоборот, это даже в чем-то полезно: на ровном месте я получил повод наведаться и осмотреться в знаменитой Ванной Старост. А вдруг мне там понравится? Но все оказалось совсем не так радужно. Уж что-что, а глупо было недооценивать Драко настолько, чтобы верить в поднесенный мне за красивые глазки допуск в святая-святых старост.


Намек на подвох я почуял только тогда, когда, зайдя в предбанник ванной комнаты, услышал веселые голоса. А когда зашел в зал с бассейном, то понял, что конкретно попал. Попал на вечеринку старшекурсниц.


Действовать пришлось очень быстро. Схватив стоящую на столике шкатулку, я метнулся в угол и замер там, прикрывшись самым мощным магическим щитом, какой только мог поднять. Вряд ли можно было ожидать от застуканных голыми ведьмочек, сейчас пока еще визжащих от страха и ярости, чего-нибудь иного, как не боевых заклинаний и мерзких проклятий. И я не ошибся - вскоре они последовали, и в огромном количестве...


Увы. В случившемся, без всяких смягчающих обстоятельств, виноват был я и только я. И именно поэтому, из-за того, что девушки были в своем праве, я сейчас стою вжавшись спиной в угол, а не бегу подальше со всех ног. Лучше уж они сейчас выпустят пар, заодно частично списав мне только что образовавшийся косяк, чем отомстят потом, на трезвую и холодную голову. Жестоко и безжалостно, как могут только несправедливо обиженные женщины. Честно сказать, надеялся я только на то, что когда лопнет последнее Протего и у меня не останется сил поставить новое, они остынут достаточно для того, чтобы меня не убить или не оторвать мне что-нибудь особо нужное. Остальное же придется честно перетерпеть. Заслужил.


Конечно, глупо было бы думать, что молоденькие колдуны и ведьмочки, проходящие через период полового созревания, чем-то отличаются от мальчиков и девочек маггловского мира. И что я первый, кто попал в такую ситуацию. Однако, удовлетворяя свою страсть к познанию, следует помнить золотое правило: "любопытство неистребимо, но наказуемо". Особенно, если попадешься вот так вот по-глупому...


Скандал мог бы разразился страшный, но директору удалось задавить его в зародыше. Из-за того, что любую отработку я бы послал полем и лесом, в качестве устроившей всех кары, Дамблдор приказал мадам Помфри не долечивать мои синяки и ссадины. Однако, вполне естественно, что в таком небольшом, изолированном коллективе, как школа-интернат, утаить что-либо, тем более такое серьезное по мнению обиженных старшекурсниц, происшествие было совершенно невозможно. Поэтому вскоре я серьезно потерял в репутации и уважении окружающих. Мог бы потерять вообще все, если бы вовремя не рассказал широким массам про свою вассальную клятву. А сидевший рядом Эрни пояснил, спасибо ему за это большое, что в таком случае ситуация не сильно отличается от того, если бы я был под Империо. Чистокровные девушки прикинули что к чему и тут же переключились на Малфоя, за дурную шутку чуть было не оторвав тому яйца. А может и оторвали, ибо пару дней Драко провел в Больничном крыле, отгороженный от остальных больных непрозрачной ширмой.


Удовлетворившись "кровью" Малфоя (судя по тому, что Люциус не оббивал порог директорского кабинета, образумившийся Драко о своем косяке решил отцу не сообщать), девчонки взяли с меня непреложный обет, что о случившемся я буду молчать. Молчать в широком понимании, то есть в том числе и не распространять воспоминания об увиденном, так как на стирание памяти я не согласился ни при каких условиях. Ведь стирать и смотреть, что именно стирать, должны были за пределами Хогвартса...


И это было только начало. Поумневший после проведенных на больничной койке суток, теперь Малфой-младший старался моими руками других учеников унижать не особо сильно. Но то - других. Для меня же все как один его приказы были максимально неприятными. И ведь не откажешься... Гребаная магия! Сколько раз я мысленно и вслух проклинал чертова Крэбба, отдавшего своего сына в рабство, не передать и сосчитать!


В итоге пришлось наступить на горло своей гордости и, в надежде на нелюбовь Круча к Малфоям, пожаловаться на оборзевшего Драко Барти. Увы. Этим я чуть было не сделал себе только хуже. Узнав подоплеку дела, Крауч не только не защитил меня, а еще от себя добавил! Как по-иному расценить жестокую тренировку, после которой, упившись зельями, я пластом провалялся в своей комнате два выходных? Предателей он люто ненавидел. А я, по его мнению, именно это и пытался сделать своим ябедничеством: отказаться от данного слова.


Никогда бы не подумал, что мне придется в таком серьезном возрасте осваивать навыки, которые школьные изгои вырабатывают уже ко второму классу! А именно - пересекаться с субъектом травли как можно реже. К счастью, классической "омегой" стать мне было абсолютно не суждено. Спасибо заработанному кровью авторитету, а также тому факту, что совершенно безнаказанно гнобить меня мог один только Драко Малфой. Всем остальным, лишенным такой эффектной защиты, как вассальная клятва, меня дразнить было, вспоминая судьбу близнецов и эффектную дуэль с немцем, банально страшно. Почувствовавший было слабину и полезший насмехаться надо мной Мэтью Барнетт был сначала прилюдно, при всем факультете, словесно расплющен в тонкий блин, а потом отловлен один на один в коридоре, лишен палочки и, без следов и последствий, сильно и обидно бит, не глядя на разницу в возрасте и весовых категориях. Спиливать отрастающие рога и зубы следует сразу же, как только они проклевываются, иначе процесс этот будет происходить с гораздо большими хм... потерями для обеих сторон.


Впрочем, как оказалось, из каждого правила есть исключения.


- Мистер Крэбб, - вежливо, но коротко поклонился Теодор Нотт, пересекшийся со мной в пустынном коридоре на четвертом этаже Хогвартса.


- Мистер Нотт, - кивнул я в ответ, и пошел было дальше, но резко остановился, услышав в спину:


- Не расскажете мне, как это быть - книззлом на поводке?


В последнее время постоянные раздражение и злость на ситуацию вообще и на Малфоя в частности были моими верными спутниками. Поэтому, чтобы не срываться по пустякам на окружающих меня безмозглых детей и не заработать дополнительных проблем, себя я постоянно держал в жестких тисках самоконтроля. И только поэтому Нотт не получил "с ноги" в свою наглую харю прямо вот так вот сходу.


- Я, честно говоря, удивлен. Очень, - повернувшись лицом к Нотту спокойно произнес я.


- Чем же? - издевательски ухмыляясь спросил Теодор.


- Тем, что ты вообще решил связаться со мной. Тебя не пугает, что я уже убивал?


- Наоборот! Именно это в тебе меня и привлекает! Мне, скажу тебе откровенно, совсем не интересна карьера палача. Но так как в будущем я собираюсь дорасти до Министра, мне нужны будут верные и умелые боевики. А также беззаветно преданные лично мне небрезгливые маги для различных не очень чистых дел.


- Хм. Однако амбиции у вас, мистер Нотт, такие, что даже не знаю какой эпитет достойный подобрать. Но, допустим. Чисто ради любопытства, что же вы мне можете предложить за мое согласие.


- Цени мою откровенность, Крэбб. Я могу разбить узы твоего вассалитетеа.


- Ты? Расторгнуть? Вассальную клятву? Малфоям? Кем ты себя возомнил?! Мерлином?! Не смеши меня!


- Естественно, не просто так, впрямую, - невозмутимо продолжил Нотт. - А по договоренности с Малфоем.


- Хм. Ты не находишь, как-то не очень привлекательно это, сменить одно ярмо, на другое? - "Как же меня задолбали эти любители и профессионалы в нагибании ближнего своего! Радует только, что этот пока еще в самом начале пути, и до Дамблдора или Фаджа ему ой как далеко..."


- А куда тебе деваться? Ты - никто! У тебя нет ни денег, ни покровителей, ни знаний, ни огромной личной силы, зато уже сейчас полно врагов. Все что ты можешь, это - убивать, как и твой отец. И вот именно в качестве убийцы ты мне очень бы пригодился.


- Хм. К сожалению, мистер Нотт, я вынужден отклонить ваше весьма и весьма, ха-ха-ха, привлекательное предложение. И, кстати, с такими навыками вербовки вам никогда не достичь тех высоких постов, которые вы недавно озвучили. Уровень мальчика на побегушках у лорда Малфоя - вот ваш потолок!


- Предупреждаю, - наконец-то разозлился Теодор, - это первое и единственное предложение союза от рода Нотт. Не хочешь стать моим слугой, станешь моим рабом! И тогда не жди от меня милосердия!


"Однако, пацанчик-то, совсем берега попутал, - уже успокоившись удивился я. - Кем он себя возомнил? Хм... Такое резкое обострение "опухания гондураса" надо срочно лечить! И, любопытно, если этот разговор слить заинтресованным лицам, то как на такую борзоту отреагирует тот же Драко? Кстати! Отличная идея! Как все одно к одному складывается! Если я не могу ничего сделать Малфою, даже пресловутого "пальцем тронуть", нужно всего лишь... найти другие, чужие пальцы!"


- Хм. Я учту. Кстати, мистер Нотт, не могли бы вы кое-что передать моему сюзерену? А то на Слизерин мне хода нет, а это достаточно срочно.


- Будешь должен. Что именно? - чуть придвинулся ко мне Теодор, спокойный потому, что держал свою волшебную палочку в руке, а моя все так и покоилась в ножнах на предплечье.


- Вот это вот! - быстрый, резкий и предельно неожиданный удар ногой в солнечное сплетение сложил подростка без звука. А рядом на каменный пол коридора от дикой боли упал и я. Магическая клятва как-то поняла, что только что имела место быть попытка нанесения урона сюзерену, и соответственно наказала меня. "Хм... Вот как! Значит, клятву можно и обойти, получив не предупреждение, а воздаяние. Любопытно. Но и логично, ибо если бы было только первое, откуда бы тогда было взяться Предателям Крови? Но как же, бля, это больно!" - скрючившись на приятно холодном полу думал я.


- Тварь! Ты ответишь за это! - прохрипел чуть восстановивший дыхание Теодор.


- Ты же знаешь меня, Тео. Я всегда готов ответить. Всегда. Хоть прямо сейчас! - протолкнул я слова ответа сквозь стиснутые от боли челюсти.


- Потом... - более-менее придя в себя Нотт поднялся, и, ничего не сделав все еще валяющемуся на полу мне, молча ушел. "Вот и поговорили..." - подумал я, глядя ему вслед. - "Прямо как из методички "как не надо проводить вербовку".


Между тем, время летело вперед со страшной силой. Незаметно для меня прошло второе испытание, посещение которого я внаглую продинамил, отдав свой билетик Джастину, которому из-за сомнительного статуса крови ну никак не светило посидеть вместе с Эрни. Не было у меня ни времени, ни желания смотреть на всякую бредятину. Да и здоровье хотелось поберечь. Шотландия, конечно, не Оймякон и не Новая Земля: днем в среднем было градусов три-пять в плюс, ночью столько же в минус, но температура воды все равно была далеко не тропической. Термометра у меня не было, но вряд ли она была выше пяти градусов. Лечебное воздействие воды такой температуры исчисляется считанными десятками секунд, и это максимально, все остальное уже - пытка или непременная смерть. Если бы Дамблдор, с согласия остальных судей, не наложил на чемпионов согревающие чары, то из подростков не вынырнул бы никто. Как потом мне рассказывали в гостиной факультета, сидящим на ветру над водой детям было страшно вниз даже просто посмотреть, не то, что лезть в ледяную воду.


Видимо, в качестве некого кармического воздаяния за ссору с Ноттом, аналогичной неудачей окончилась и первая моя попытка подгрести под себя нескольких молодых магов, в будущем, по предварительным прикидкам, должных составить костяк моей команды. В данном случае таковыми выступали соседи по комнате. Нет, с одной стороны своими навыками риторики я, можно сказать, блеснул. Вот только упиваясь заранее подготовленной речью, в которой были учтены все возможные отговорки моих приятелей-хаффлпаффцев, мне следовало помнить, что существует не только левая граница - "необходимо", но и правая - "достаточно". В итоге я с такой искренней уверенностью и настолько красиво расписал все возможности "купить свою независимость чисто формальным переходом на сторону некого сильного и весьма известного мага", что нарвался на прямой и логичный с их стороны вопрос.


- Винсент, скажи мне. Честно, - глядя прямо в глаза спросил меня Макмиллан. - Он уже... вернулся?


И вот тут мне пришлось резко заткнуться. То, что Волдеморт скоро воскреснет, кроме меня со стопроцентной уверенностью не знал абсолютно никто, включая и его самого. И скажи я сейчас, что он воскрес, мне может и поверят. Даже скорее всего поверят. Но впоследствии, временной разбег почти на три месяца может оказаться достаточно заметным для того, чтобы любопытные начали эту тему "копать". И не от всех таких копателей я смогу отговориться "уверенностью в возвращении Господина". Поэтому пришлось, не отводя глаз, ответить:


- Нет.


- Тогда, Винсент, учитывая текущую ситуацию между тобой и другими членами магических семей, я не могу, временно, принять твое предложение, - с показным сожалением в голосе ответил Эрни.


Подтекст у ответа был богатейший. Тут и нежелание через меня "лечь" под Мафлоев, или наоборот, поссориться с ними. И намек на мою крайнюю отмороженность: все же не каждый пацан даже в Британском Магическом обществе, средневековом ментально, имеет на руках кровь уже двух магов, причем убитых лично и безнаказанно. "И это только известные всем, а сколько еще тех, о ком мы не знаем..." - мне никто в лицо не сказал, но такие слухи наверняка про меня ходили. Но с другой стороны, тут было и нежелание рвать отношения, поэтому "Винсент", а не "лорд Крэбб".


- Временно... Насколько "временно"?


- Скажем, пока я не буду уверен в положительном ответе на тот вопрос, что спросил у тебя.


"То есть, до воскрешения Волдеморта. Хочет и на елку влезть, и ничего себе не ободрать. Логично. Дурачков, готовых без доказательств поверить в такое, следует искать среди тех, кого кормят лимонными дольками. Но тут есть маленький нюанс, Эрни..."


- И как ты это поймешь? Не после личного же визита?


- Хм. Вот уж чего не надо, того не надо, - грустно улыбнулся Макмиллан. - Наша семья не потеряла никого в Магической Войне, и мне хотелось бы, чтобы с этим ничего не поменялось.


- И?


- Я думаю, подтвержденной публикации в газете будет достаточно.


"Хм. Следующий учебный год, значит, - соотнес я знание канона и слова Эрнеста. - Зима, если Поттер даст соответствующее интервью, и если его отважатся напечатать. Или лето, если тут канон не пройдет."


- Хорошо. Договорились. Вот только не пойми меня неправильно, но тогда и ситуация может быть уже совсем другой...


В ответ на мой намек, что тогда и цена будет соответствующая, Эрни равнодушно пожал плечами. "Угу. Это хорошо еще, что родители всех моих одноклассников-хаффлпаффцев оказались либо очень хитрыми, либо достаточно трусливыми для того, чтобы легко отделаться в прошлой войне. Я спецом по-тихому проверял это особо. Думаю, присутствуй здесь та же малышка-Боунс, меня бы уже тащили в Аврорат к тете, сдавать явки и пароли..." Впрочем, Эрни тоже не захотел даже такой мягкий укол оставлять безнаказанным.


- И еще, Винсент. В следующий раз, когда мы будем на эту тему разговаривать, прежде чем начинать, я захочу посмотреть на твое левое предплечье. И если там будет сам-знаешь-что от Самого-знаешь-кого, то никаких разговоров у нас больше не будет. Совсем. Слишком много крови на Упивающихся, чтобы я мог бы себе позволить даже формально встать под их знамена!


"Под "я", подразумевается "мы", не так ли друг-Эрни? Я понимаю тебя. Еще и лидерство на факультете тебе терять не хочется? Если бы ты только знал, что мне на это насрать, и копаю я не под тебя... Да только кто в такое окончательно и без сомнений поверит? И ох уж эта по-британски гибкая этика. Нет метки - то как бы формально и не Упивающиеся, даже если выполнять будешь приказы, отданные Волдемортом лично... "


- Хорошо. Я это учту.


На этом тему совместных тренировок и создания чего-то похожего на боевой отряд до поры до времени отложили. Конечно, обидно, что ничего не вышло, но... чего еще я хотел? И в прошлой жизни подчиненных у меня было не много, и их подчинение было организовано рамками уже готовой структуры, так что вполне можно зачесть себе тот самый пресловутый первый блин комом. Но от этого, не имея подавляющей харизмы великих исторических личностей, никуда не деться, и дорога к вершинам тут лежит только через череду ошибок и неудач, пока практический уровень искусства манипуляций не выйдет наконец на должный уровень. Главное, что отношения с прочими учениками факультета остались на прежнем уровне, не изменившись ни в лучшую, но, главное, и не в худшую сторону, что означало - наш разговор остался в тайне хотя бы от школьников.


Дни бежали за днями, складываясь в недели и месяцы. Двумя полосами все сильнее и сильнее нагревалось правое запястье, и чтобы успокоить совесть и кольца Долга Жизни и Обета защиты магов, я сначала намекал, а потом и в открытую говорил Барти, чтобы он поберегся после финального испытания турнира. Но тому все было пофигу. Ради возрождения своего Господина он был готов пожертвовать даже своей жизнью и уже пожертвовал отцовской, так что про чьи-то чужие можно было и не говорить.


Неумолимо приближалось последнее испытание Турнира Трех Волшебников.


Глава опубликована: 03.04.2017

Интерлюдия 22


- Хорошо, мистер Бейтс. Я понял и принял вашу точку зрения. Но в данный момент, пока, я вынужден сказать вам: до свидания.


- Хорошо. До свидания, мистер Дамблдор.


"Хм, - немного удивленно подумал директор Хогвартса, глядя в спину мужчине, исчезающему в дверном проеме отдельного кабинета ресторана. - Неожиданно. Но это приятная неожиданность! Однако, Крэбб оказывается весьма полезным мальчиком! Не зря я не собирался отпускать его далеко и разрушил нарождающиеся отношения с Забини. Нет уж, мальчик должен оставаться одиночкой, чтобы постоянно жить в напряжении и, соответственно, быть полностью контролируемым! Иначе, кто его знает, к кому он примкнет?! Мне еще тут агентов влияния чужих магов не хватало! Русских ли, французских или итальянских, не важно!


Что касается Бейтсов... Покорный глава чистокровного рода, который благодаря невыдержанности Винса буквально рвался в мои объятья... Очень неплохое приобретение! Когда... хм, если, вернется Том, будет ему очередной сюрприз! Эх, Том, Том... Ты мог стать отличным подспорьем в борьбе за Великое Благо, но... я ошибся в тебе. А свои ошибки следует исправлять, причем вовремя и самому, не перекладывая этого на других!"


А вот Элфи Кертис Бейтс, идя по Косой Аллее по направлению к Банку Гринготтс, думал совсем о другом. "Будь ты проклят, Крэбб! Клянусь, я отомщу! И ради своей мести я пойду на союз с кем угодно! С Богом, с Дьяволом, с воскресшим Мерлином или очередным Темным Лордом... Да хоть с этим вот старым манипулятором! Но я отомщу за моего сына и наследника. Страшно отомщу! Я отниму у тебя, Крэбб, все! Деньги, любовь, детей, свободу, здоровье и только потом, когда ты полностью отчаешься, и саму жизнь! Клянусь! Но пока... пока я вынужден терпеть.


Хотя... Так даже лучше. Пусть щенок порадуется своей победе! Пусть расслабится... Пусть дружит и любит... Тем страшнее будет падение и больнее потери! Мордредовы гильдийцы! Чем я перед ними провинился, что они под предлогом отсутствия свободных исполнителей оказали мне в найме? Впрочем, это даже и хорошо. Закажи я его сразу, всю оставшуюся жизнь жалел бы, что он ушел так легко и просто. Теперь же я подостыл достаточно для того, чтобы понять: смерть для Крэбба - это подарок! Так что, живи, Крэбб, живи... пока!!!"


Глава опубликована: 09.04.2017

## Глава 43. Финал Турнира


Двадцать четвертое июня тысяча девятьсот девяносто пятого года далеко уже перевалило за полдень. Осталась позади сдача последних годовых экзаменов, и, в качестве воздаяния за долгую и трудоемкую подготовку к ним, ближе к вечеру учащихся ожидала заслуженная награда: последний, финальный этап Турнира Трех Волшебников, а так же обязательный праздник после. Все ученики ожесточенно прихорашивались, так как значительных поводов для этого было просто море. Тут и встреча после длинной разлуки с родителями, и возможность показать себя с лучшей стороны высоким гостям, да и просто желание предстать во всей красе перед друзьями и недругами на трибунах. Даже первая заучка всея Хогвартса Гермиона Грейнджер, по слухам, собиралась в кои-то веки заняться собой. И из всех студентов один лишь только я сейчас находился в кабинете профессора и на весьма повышенных тонах разговаривал с ним. Но темой беседы были отнюдь не неправильные ответы на экзаменационные вопросы или заниженные оценки, которые, кстати, окончательно станут известны только через месяц. Нет, разговор у нас шел совсем о другом.


- Барти! - руку жгло сразу двумя обетами, и я, плюнув на все, решил говорить предельно прямо и откровенно. - Не ходи туда! Ты... ты... ты просто погибнешь!


- Ты видел? - резко обернувшись и пристально всматриваясь в мои глаза спросил Крауч.


- Да. Можно сказать и так. Я видел, - в мире, где Искусство Предсказания преподают даже школьникам, ничего такого необычного во владении неким сокровенным предзнанием, или в мыслях о том, что это именно предзнание, а не что-то иное, нет. Так что я говорил спокойно, не боясь допроса по поводу источника информации.


- Тогда скажи, - на этот раз Крауч крепко то ли схватил, то ли приобнял меня за плечи, что с учетом носимого им сейчас образа Моуди выглядело по меньшей мере странно. Притянул мое лицо к своему и спросил: - У Него - получится?


- Возможно. Но ты погибнешь...


- Хм, - ненадолго Крауч задумался, а потом по-мальчишески весело, что совершенно дико смотрелось на шрамированной роже старика, ухмыльнулся. - Спасибо. За все спасибо. Я все же немного сомневался. Но теперь, раз это возможно... Я должен сделать все, чтобы Он возродился! Так что не волнуйся. Даже если для этого потребуется пожертвовать своей жизнью, я готов! Но... В чем-то ты прав. Следует быть готовым ко всему! Постоянная бдительность! - выкрикнул Крауч. Пара капелек слюны не долетела до моего рефлекторно отдернувшегося лица считанных сантиметров. Неприятно. - ДА! Подготовиться к любому результату. Хм... - Крауч отошел от меня, порылся в ящике стола кабинета профессора ЗОТИ, достал откуда-то из его глубин пыльную неприметную шкатулку, поводил над ней волшебной палочкой и после осторожно открыл. Достал из нее простое оловянное кольцо и кинул мне.


- Держи. Это портключ. Его сделал мне сам Господин. Я тебе его даю на время, до конца этого дня. Если все пройдет как должно, то вернешь мне его сразу же после... всего. Если же со мной что-то случится... Учти, портключ этот непростой, идея и работа самого Лорда лично. В отличие от обычных, он зачарован не на место, а на перенос, по принципу протеевых чар, к копии кольца, которое носит на пальце сам Господин. Сам понимаешь, какая это ценность. Если он попадет в чужие руки... Но воспользоваться ты им сможешь только в строго определенное время: в течение одной минуты в три часа двадцать семь минут пополудни каждый двадцатый день от его создания. Сегодня, кстати седьмой.


- А...


- Про точное время можешь сильно не волноваться. Кольцо будет нагреваться в нужное время. Пароль на перенос: "Властелин", так что перенестись по ошибке никто не сможет! Господин велик! И да. Помни. Из Хогвартса, из замка, он не подействует. Антиаппарционные и антипортальные защитные чары тоже могут помешать. А теперь все, иди. Займи свое место на трибунах. Не следует навевать на себя подозрения. Постоянная бдительность! В конце-концов, если что, то Дамблдор не пожалеет никого и ничего... особенно того, кто косо взглянет на его любимого Поттера.


- Да мне насрать на Поттера!


- Если насрать на Поттера, тогда иди и поболей за своего старосту. Яви истинно хаффлпаффскую спаянность рядов!


- Будто бы это и не слизеринское качество тоже. Даже в большей степени. И Барти...


- Да помню я твою просьбу, помню. Ничего не обещаю, но постараюсь. Иди.


И я пошел. Вот только не совсем туда, куда меня отправил Крауч. Насколько я помню, то после испытания Барти притащит Поттера в кабинет ЗОТИ, и именно здесь его и прикончат. Не Поттера, конечно, а Крауча. Поэтому, засветившись на трибунах среди хаффлпаффцев ради получения чисто формального алиби, я тихонечко слинял обратно в замок и занял позицию около кабинета ЗОТИ с противоположной от наикратчайшего пути стороны. И предвидение-канон меня не обманул. Совершенно безумный Моуди тащил за собой не менее ошеломленного Поттера. Хлопнула и запечаталась дверь кабинета ЗОТИ, обеспечивая парочке должную степень приватности. Правда, таковой она оставалась весьма и весьма недолго.


"А вот и кавалерия", - подумал я, глядя на то, как быстрым шагом, практически бегом, идут по коридору Дамблдор, Макгоннагал и Снейп. Попробовавшая было честно выполнить свои обязанности дверь была без всякого стеснения вынесена из коробки всего лишь одним небрежным движением волшебной палочки Дамблдора. В получившийся проход мгновенно рванулась вся троица боевых магов. Спустя пару минут выпавшая внутрь комнаты дверь внезапно зашевелилась на полу, поднялась и вернулась на свое законное место. Хорошо быть магом - плотника звать для ремонта не нужно.


Несмотря на то, что и обеты, и простое, но очень сильное любопытство, на пару толкали меня подойти поближе и подслушать важный разговор, я так и остался сидеть за углом коридора. Не хватало еще и мне попасться. Как в таком случае выворачиваться из ситуации я абсолютно не представлял.


Помимо всего прочего, мне нужно знать ответ на основной вопрос: "обрел ли благодаря ритуалу Волдеморт свое полузмеиное тело или нет?" В зависимости от результата совместных действий Барти и Хвоста я должен буду планировать свои дальнейшие действия. Хорош я буду, если, к примеру, Волдеморт не воскрес, и меня на той стороне портключа ждет камера! Конечно, в крайнем случае можно будет и Поттера развести на "слабо", но лучше информацию получить пораньше. Так что мне оставалось только ждать.


Ждать пришлось достаточно долго. Или это время так медленно тянется? Наконец дверь открылась и оттуда стали выходить маги. Сначала из кабинета ЗОТИ медленно вышел директор, поддерживая шатающегося победителя Турнира. Следующей вышла мадам Помфри, левитирующая облаченного лишь в нижнее белье Моуди. Это, скорее всего, был уже не поддельный, а настоящий аврор. Потом, в сопровождении заплаканной домовушки, вышла МакГонагалл. И, наконец, прикрыв за собой дверь, мрачной, черной летучей мышью в коридор выплыл Снейп. Оглянувшись по сторонам он тяжело вздохнул, сгорбился и пошел по направлению к своим подземельям. Я отменил трансфигурацию, и маленькое зеркальце, с помощью которого наблюдал из-за угла за входом в кабинет ЗОТИ, превратилось обратно в обычный камушек. Кстати, этому заклинанию, которое одним из первых изучает любая ведьмочка, меня научил Диггори.


"Эх Седрик, Седрик..." - я тоже тяжело вздохнул. - "А вдруг все же Крауч сдержал слово? Ладно... Оплакать старосту я смогу и потом. Сейчас же нужно идти и спасать Барти! И так последние минуты боль в руке стала практически нестерпимой. Так. Вроде все ушли из кабинета? И никого кроме пленника не осталось? Ну, значит, пора!"


Класс ЗОТИ встретил меня темнотой, пустотой и тишиной. Единственным источником освещения была открытая дверь кабинета профессора. Пятно света освещало только небольшой пятачок класса, оставляя большую часть учебной комнаты в непроглядной тьме каменного мешка. В этом неверном освещении я увидел привязанного к креслу преподавателя Барти Крауча-младшего, находящегося сейчас в своей естественной форме. Интересно, у него действительно, как показано в каноне, кончилось Оборотное Зелье, или он просто крышей от радости поехал настолько, что забыл принять дозу?


- Барти! - подошел я к связанному магу. - Ты жив? Ты слышишь меня?


- ...


- Мордред! - выругался я. Судя по неподвижности на него было наложено какое-то обездвиживающее заклинание. - Фините Инкантатем! Ренервейт!


- М-м-м! - вяло замотал головой Крауч и выпучил глаза. А потом, с места в карьер, "запел": - Он вернулся! Знай! Он вернулся! Мой знак! Господин вернулся! Ха-ха-ха!


Я с некоторым облегчением выдохнул. "Что ж... Определенность - это хоро..."


- Экспллиармус! Ступефай! Эверте Статум! Петрификус Тоталус! Петрификус Тоталус! - прилетела мне в спину куцая, но от этого ничуть не менее опасная связка боевых заклятий. Повинуясь слетевшему с кончика волшебной палочки Макгонагалл отбрасывающему заклятию, мое тело, после эффектного полета, в раскоряку уже окаменевшим приземлилось на стоящие вдоль стены парты. Благодаря своеобразной анестезии, от финиширования в кучу мебели ничего плохого я не почувствовал, но... Представлять какая "изумительная" гаммма ощущений ждет меня после того, как заклинание закончит свое действие, было невероятно грустно.


- Так-так, - над моим отброшенным в темный угол телом наклонилась с Люмосом на конце волшебной палочки декан Гриффиндора. - Мистер Крэбб. Потрудитесь объяснить, что вы здесь делаете...


- ...! - а что еще я мог сделать, без палочки и окаменевший? Ни слова не сказать, ни на пальцах показать.


- ...если это, конечно же, на самом деле вы, а не еще один шпион под оборотным зельем!


"Дура! Как я тебе что-нибудь скажу? Сними с меня чары окаменения!" - мысленно взвыл я.


- Ах да, - догадалась Макгонагалл. - Фини...


Но завершить заклинание она не успела. Многострадальная дверь внезапно опять громко распахнулась. Повинуясь привычке опытного дуэлянта Минерва моментально оказалась в центре класса, где больше потенциального пространства для маневра, и приготовилась защищаться. К ее счастью, этого не потребовалось, потому, что в кабинет вошли трое и это были: Директор Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс Альбус Дамблдор, Министр Магии Корнелиус Фадж и... дементор.


До этого момента дементоров я видел только ну очень издалека. Единственная потенциальная возможность "познакомиться" поближе, то есть в начале третьего курса, при нападении на поезд, сорвалась благодаря разогнавшим нежить взрослым магам. Причем сделали они это без помощи всяких сопливых школьников, типа меня. Ну а в то время, когда они охраняли Хогвартс от Блэка, я, естественно, ради удовлетворения простого академического интереса к дементорам не лез. Нужно быть конченным придурком, чтобы даже просто приближаться к существам пятого, высшего класса опасности. И сейчас, когда покорный Фаджу дементор проплыл мимо меня в считанных метрах, я, помимо много раз отмеченных в книгах холода, омерзения и страха, внезапно ощутил... сродство? Нет, даже не сродство... Как бы поточнее описать это чувство... М-м-м... Скорее некую... общность? В смысле инструмента и несделанной работы. Наверное, похожее ощущает плотник, когда смотрит на бревно, а программист - на клавиатуру.


- Альбус? Зачем здесь это? - чуть расслабилась декан Гриффиндора.


- Это, мадам Макгонагалл, защита, - пояснил Фадж. - Мало ли что... Итак. Это он?


- Да.


- Точно он? Не под обороткой?


- Ударная доза Очищающего была введена ему полчаса назад. А с тех пор никто к нему не приближался, - ответил Дамблдор.


- Хм. Хотя младший Крауч и сильно изменился за последние десять лет, но я все равно узнаю его породу.


- Альбус! Тут... - попробовала было заложить меня магичка, но директор перебил ее.


- Позже, Минерва, позже, - сильно озабоченный Дамблдор отмахнулся от слов своего преданнейшего соратника.


- Профессор Макгонагалл, проконтролируйте, пожалуйста, чтобы нам никто не помешал, - и Фадж недвусмысленно взглядом указал волшебнице на дверь.


- Альбус, но там... - женщина указала было рукой в мою сторону, но ей опять не дали договорить.


- Минни, все потом. Иди.


- Профессор, прошу вас поторопиться. Нельзя терять времени, - продолжал давить Фадж, и обиженная, вон как и без того тонкие губы поджала, Макгонагалл криво ухмыльнулась и покорно вышла за дверь, прикрыв ее за собой.


- Фините. Ну, здравствуй, Бартемиус Крауч-Младший, - поприветствовал Министр пленника.


- Он вернулся! Вы проиграли! Господин вернулся! - завел любимую пластинку Барти. Фадж глядя на это поморщился и спросил Дамблдора:


- Отвечай! Что ты сделал?


- Господин возвысит меня и покарает всех...


- Какой господин, что ты несешь? Тебя ожидает Азкабан... - возмутился Министр.


- Меня встретят там овациями, и я вскоре выйду оттуда, чтобы уже судить всех вас, проклятые предатели и трусы, дрожащие от одного лишь имени Лорда! Мы еще вас всех переживем и спляшем на ваших...


- Петрификус Тоталус, - взмахнул палочкой Дамблдор. - В принципе, все ясно.


- Он вообще адекватен?


- К сожалению, акцио Ментальное зеркало, не совсем, - повинуясь заклинанию Дамблдора с шеи Крауча сорвалась цепочка с медальоном, покрытым рунами в несколько слоев. - Не зря, не зря они уже лет двести как запрещены, ибо долгое их ношение приводит к безумию. Я пытался прочитать память мистера Крауча, но там - просто каша. Оригинальная личность также уже разрушена из-за влияния записанной в артефакте личности Моуди, тоже весьма... неспокойной, скажу так. По сути, Крауч безумен настолько, что даже в Мунго ему вряд ли помогут...


- А что выяснил по финалу? На кого нам списать труп?


- Ты сам знаешь На-кого-не-следует...


- Альбус! Не морочь мне голову! Какой к Мордреду Тот-которого-нельзя-называть?! - взвился Министр.


- Во всяком случае, Поттер его слова подтверждает... - уклончиво ответил директор Хогвартса.


- Поттер, - раздражение Фаджа от этого только увеличилось. - О нем - потом. Так. Что будем делать дальше?


- Хм, - промолчал Дамблдор. В разговоре повисла очередная пауза.


- Я не верю в это! А если он сошел с ума? А если это чья-то провокация? Столько проблем! Не мог этот мордредов Крауч тихо помереть! Да еще погибший Чемпион... Директор Дамблдор, как же вы не смогли понять, что это не Моуди?


- Ну... В последнее время из-за отставки Аластор был немного... не в себе. Быть может, обострились старые его проклятия... Я тоже могу ошибаться! - самокритично повинился директор Хогвартса.


- Но он же сам написал прошение в прошлом году! Я лично визировал его! Ладно. Вопрос стоит в другом. Придется опять собирать экстренное заседание верховного суда. Причем не по такой ерунде, как в начале года, с делом Крэбба. Да и эти консерваторы во главе с Малфоем в очередной раз мутят воду. Как же все это... ну уж очень не вовремя!


- Можно просто без лишней огласки вернуть его в Азкабан... - предложил Дамблдор, но вот почему я услышал в его голосе некие нотки... удовлетворения?


- Да пресса сожрет меня с потрохами! И даже если я полностью прижму ее к ногтю, что из этого? Азкабан после событий прошлого и этого годов уже не может считаться надежной тюрьмой! Отдать его в Нурменгард? Как еще явственнее расписаться в нашей полной беспомощности? Если только с трибуны Международной Конфедерации Магов проорать! А свидетели? Вы гарантируете, что тот же Поттер из-за вполне естественной в его возрасте жажды славы не пойдет молоть налево и направо? Да и сам Крауч тоже далеко не подарок! Начнет болтать на суде, а там кто знает, что получится... Короче. "Нет больше никакого Волдеморта!!!" - это была, есть и будет позиция Министерства. Может, вместо тюрьмы отправить в Мунго? Все же последний представитель весьма и весьма влиятельной семьи, у которой много не только врагов, но и должников?


- Формально, с точки зрения закона, осужденный на пожизненное Бартемиус Крауч-младший скончался в Азкабане, - задумчиво произнес верховный судья.


- И что вы предлагаете?


- Я предлагаю привести в соответствие реальное положение дел и архивные данные.


- Я не понимаю вас, - пристально глядя на Дамблдора медленно произнес Фадж.


- Все вы понимаете...


До этого я сидел спокойно и неподвижно, благо под петрификусом это совершенно несложно. Узнать из-за глупой ошибки заткнувшего Макгонагалл директора, пару-тройку секретов Дамблдора и Фаджа, без всяких усилий, на ровном месте, это настоящий подарок судьбы. Вот только сейчас поняв, какой секрет я могу узнать... "Стать невольным свидетелем такого... Да я после и ломанного кната не дам за свою шкуру!" Слушая все повышающие свой градус взаимные препирательства нынешних основных игроков Магической Британии, я параллельно усиленно дергался, магически, внутри себя, пытаясь хоть как-то дать о себе знать, но, увы. Заклинание проклятой Макгонагалл держало меня в своих тисках крепче некуда. Правда, проклятье окаменения рано или поздно рассеется, особенно если ему сопротивляться...


Тем временем разговор между Фаджем и Дамблдором пошел уж на очень повышенных тонах.


- Я не буду делать этого! - почти орал Фадж. - Если тебе этого так хочется, убей его собственноручно!


- Я. Никого. Никогда! Не! Убивал!!! - от Дамблдора настолько сильно полыхнуло во все стороны яростью и магией, что даже через Петрификус я это как-то почувствовал. - Убийство раскалывает душу! - тяжело дышащий директор внезапно успокоился и продолжил дальше совсем другим голосом. Усталым и совершенно спокойным. - Корнелиус. Если ты не хочешь признавать возвращение Тома, то у тебя есть удачная, все объясняющая кандидатура...


- Кто?


- Питер...


- Дэвис?


- Петтигрю! Прошу тебя! Ты же помнишь, как я помог тебе тогда... - с намеком произнес Дамблдор. - И это не говоря о том, что тебе это выгодно как бы не больше, чем мне.


- Х-м, - после долгой паузы задумчиво потянул Фадж. - Но тогда вопрос...


- Да-да. Мы будем квиты. Жизнь за жизнь, так сказать. Я же уговорил Блэка не раздувать скандал, так что теперь твоя очередь. Тем более бедный мальчик уже безнадежно сошел с ума. И это не убийство, а милосердие...


- Хорошо, - после еще одной долгой паузы произнес министр и обернулся, наставив палочку на своего охранника. Повинуясь его жесту дементор, освобожденный от оков неизвестной мне природы, рванул вперед и мгновенно прижался к парализованному пленнику.


Черный драный саван дементора полностью скрыл от меня Барти. Несмотря на наложенный Петрификус, мне казалось, что тело Крауча пытается инстинктивно отодвинутся от надвигающейся смерти, но все было напрасно. То, что составляло суть моего магического дара, обеспечило меня сейчас уверенным знанием. Голод нежити постепенно уменьшался, что в свою очередь означало...


Происходящие на моих глазах было невероятно ужасно и отвратительно. Был человек, думал, веселился, грешил, любил, ненавидел, и вот - его не стало. Совсем! Совсем-совсем! Осталась только пустая оболочка без тени мысли и чувств. Глядя в абсолютно пустые глаза последнего представителя рода Крауч, после того как дементор чуть сдвинулся в сторону, я думал, что даже медленно и самым жестоким образом расчлени Дамблдор и Фадж беднягу Барти, и то это было бы милосерднее, чем скармливать мага вечно голодной нежити. Конечно, труп тоже выглядит весьма неприглядно, но все же более естественно, если так можно сказать. Живое же тело без малейшей частицы того, что даже маги называют душой, это просто омерзительно! Попрание каких-то древних, глубинных основ всего сущего! "А еще случившееся, - пронзила меня холодная и совершенно неуместная в данный конкретный момент мысль, - как это ни парадоксально, подсказка на возможное... спасение для меня! На самый крайний случай. Самый-самый. Конечно, это страшно, но все же отвергать такую возможность не следует. Съеденный дементором не оставляет после себя кроме пустой физической оболочки ничего. Даже призрака! Так что, если в итоге я так и не найду возможностей выполнить обеты Основателей, то можно будет лихо уйти от ответственности таким вот извращенным образом..."


Дементор еще не до конца отцепился от тела Крауча, когда открылась дверь и в кабинет влетела Минерва Макгонагалл. С полувзгляда поняв произошедшее, она тут же с яростными обвинениями накинулась на Фаджа.


- Министр?! Как вы могли?!


- Дамблдор... - Фадж дернулся назад и поднял волшебную палочку в оборонительном жесте. - Так вот в чем был твой план?!


- Минерва, ты все немного не так поняла...


- Я тебе не верю!


- Альбус! - заорал Фадж! - Как я все это объясню? И как объяснишь это ты?


- Как вы могли! Он же...


- А остальные? Что скажут они?


Всеми забытый за разгорающейся сворой дементор стал неторопливо дрейфовать в мою сторону с весьма плотоядным, как я это отчетливо мог почувствовать своими способностями некроманта, намерениями. Глядя на приближающегося хищника, я задергался сильнее и мои усилия наконец-то дали результат. Вот только совсем не тот, что мне бы хотелось. Наложенное на меня проклятье окаменения, подтачиваемое магией, не пропало, а только ослабло настолько, что я стал чувствовать руки и ноги. Чтобы убежать этого еще было мало, но чтобы застывшая на весу левая нога "оттаяла" и с четким стуком упала на пол...


- Кто здесь? - по жесту Дамблдора мгновенно вспыхнули факелы, ярко осветив кабинет ЗОТИ. Повинуясь приказу волшебной палочки Фаджа дементор опять был обуздан и отправился в противоположный от нас угол. Пока Министр разбирался со своим охранником, Дамблдор пошел в мою сторону, по ходу дела палочкой переместив мое тело с пола на стул.


- Минерва! Что это значит? Откуда здесь ученик?!


- А я тебе пыталась сообщить, что мы здесь не одни, но ты выгнал меня за дверь! - с изрядной долей мстительного ехидства сообщила декан Гриффиндора.


- Лорд Крэбб, что вы здесь забыли? Я надеюсь... - начал распекать меня Фадж. Но и его неудовольствие, и причитания Макгонагалл, все убралось на второй план, ибо надо мной навис подошедший вплотную Дамблдор и пристально посмотрел мне в глаза.


Пожилой мужчина с длинной белой бородой, в которой тихо позвякивают серебряные колокольчики. Всегда весело прищуренные глаза спрятаны за очками-половниками. На голове - классическая для магов шляпа-колпак. Голубая мантия раскрашена разноцветными звездочками. "Ну не может быть влиятельный и сильный маг настолько несерьезным? Конечно же нет! Да он просто шут!"


Вот только если сейчас взглянуть в глаза Дамблдору... Термоядерную бомбу тоже можно раскрасить в розовый цвет и разрисовать звездочками, вот только меньше мегатонн в ней от этого не станет. Честно сознаюсь, только остатки петрификуса, сковывающего все мышцы, не позволили мне позорно испачкать свою одежду. Ибо в глазах Дамблдора не было ничего клоунского. Суровое и жесткое лицо стоящего надо мной Великого Мага, пусть и немолодого, пугало осознанием того, что здесь и сейчас он хладнокровно и невозмутимо решал мою судьбу. Даже не являясь легилиментом я видел, как на воображаемых весах взвешивается моя полезность Общему Благу и принимается решение: жить ли мне или "отринув тьму героически погибнуть от руки Упивающегося Смертью". И плевать на то, что Дамблдор никого не убивал... лично. Искалечить или убить меня чужими руками ему ничто не помешает, как не помешало казнить Барти.


Я, даже слетевшего петрификуса не заметив, инстинктивно вжался в обивку кресла, и, как кролик перед удавом, замер в крайне неудобной позе. Страх! Нет, дикий ужас бился у меня в голове, сковывая члены предчувствием скрой смерти. Холодный пот потек по лицу и спине, но сил не было даже для того, чтобы просто пошевелить пальцем, не то что вытереться или поднять палочку в защитном Протего. Да и поможет ли оно...


- Ну конечно! Как я мог забыть?! Долг Жизни... Сама Магия привела его сюда, - еле слышно пробормотал Дамблдор. - Фините!


Я шумно сглотнул и закашлялся. "Это же надо одним лишь выражением лица нагнать столько жути! Впрочем, направленную на меня волшебную палочку Дамблдор так и не опускал..."


- Альбус? - немного удивленно эту же деталь отметил и Министр Магии.


- Да, Корнелиус? - после паузы Дамблдор перевел взгляд на Фаджа.


- Что-то не так с лордом Крэббом?


- Хм. Минни. Проведай Поттера в больничном крыле.


- Да-да-да, - раздраженно махнула рукой Макгонагалл. - Ухожу. Можете дальше обсуждать свою любимую политику...


После того как за деканом честного и храброго Гриффиндора громко, очень громко захлопнулась дверь, для надежности изнутри запечатанная директором мощным запирающим заклятием, серьезный разговор обоих главных политических полюсов Магической Британии продолжился.


- А вы как думаете? Вам нужны свидетели нашей договоренности?


- Так сотри ему память, за чем дело-то встало? - удивился Фадж.


- Хм. Не все так просто. У мальчика очень мощный искусственный блок, который мне так и ни разу не удалось преодолеть. Так что, боюсь, придется...


- Не слишком ли? - перебил Дамблдора Министр. - Я надеюсь, в отличие от покойного Крауча, лорд Крэбб вполне вменяемый, не так ли?


- Да-да! Кончено! - подтвердил я. Сдохнуть прямо вот тут вот не хотелось от слова совсем. Я, если честно, сейчас готов был подтвердить что угодно...


- Корнелиус...


- Хватит, Дамблдор. Вы хоть и не любите лить кровь, но в результате ваших интриг поголовье чистокровных магов на территории Британии за последние годы резко сократилось. Чемпион, Крауч, Моуди, которого еще могут и не откачать... хватит смертей на сегодня! Засвидетельствуете обет?


- Этого недостаточно.


- Напоминаю, что я вам больше ничего не должен, Дамблдор.


- Я засвидетельствую, - печально согласился директор.


- Хорошо. А ты что сидишь? Руку протяни! - это уже мне приказ.


Мы с Фаджем обняли правыми руками друг друга за предплечья и...


- Клянусь никаким образом не разглашать полученную за последние полчаса информацию, - произнес я.


- Принято, - кивнул Министр Магии.


- Свидетельствую, - произнес Дамблдор, взмахом палочки добавляя еще одну нитку обета мне на руку.


"На этом необходимость моего присутствия в кабинете ЗОТИ была исчерпана и я решил отправиться на каникулы" - так дипломатично можно было бы написать в родовой летописи. На самом же деле, как только Дамблдор, провожающий меня пристальным взглядом, в котором плескалось невероятной силы сомнение, меня отпустил, так сразу же я, не теряя ни минуты, свалил из школы. Даже не заходя в большой зал на обещанный роскошный пир, я лишь на секунду заскочил за своими вещами в факультетскую спальню, потом смешался с остатками толпы покидающих Хогвартс зрителей Финала Турнира Трех Волшебников, и через камин в "Трех Метлах" отправился домой. Хотя, кого я обманываю? Я просто позорно, в страхе сбежал домой из ставшего в один миг таким смертельно опасным для меня замка Хогвартс!


Глава опубликована: 15.04.2017

Интерлюдия 23


"...Вот уж на кого бы я никогда не подумал, так это на Моуди. И на то, что это будет Барти. Конечно, младшего Крауча жалко, ну да в данном случае он сам убил себя Ментальным Зеркалом, а я лишь из милосердия прервал его мучения. Кстати, нужно будет в свободное время подробно исследовать артефакт. Редкая вещичка. Вдруг, в ней найдется какая-нибудь интересная идея? Свободное время, хех, кого я обманываю. Где его взять, особенно сейчас, после всего того, что произошло во время финального испытания? Если то, что рассказал Гарри и подтвердил Крауч - правда, то ситуация сложилась очень непростая. Мы совсем не готовы к новой войне с Волдемортом. Учитывая текущие позиции в Министерстве и Совете Лордов, расскажи я правду и потребуй начать поиск - мне просто рассмеются в лицо. И Люциус, как я и ожидал, конечно же, преданнейший соратник Тома, будет усиленно лить Министру елей в уши и галеоны в карманы. А тот только и рад будет найти подтверждение своим подозрениям...


Неужели Корнелиусу так сложно осознать элементарную вещь, что захоти я, имея те должности, что у меня есть уже, дополнительно взять под себя еще и пост Министра, то он был бы без всяких вариантов моим? Нет! Нельзя! Потому что у бюрократа нет и не может быть большего страха, чем потерять высокое теплое место. Наверняка и боггарт у Министра, как его снимают с должности! Вот уж взяли мы от магглов с этим Министерством далеко не самую полезную хм... традицию.


Крэбб этот еще вылез не вовремя. С ним, конечно, вышла небольшая промашка. Но Минерва должна была быть дисциплинированнее и караулить младшего Барти, не отлучаясь даже на минуту! Будто без ее участия домовая эльфийка Краучей повесилась бы от тоски! Впрочем, и я сам как-то совсем не принял во внимание тот факт, что спас Винсента не Моуди, а Крауч, и, соответственно, долг жизни у мальчишки именно Краучу. Что бы случилось, не вернись Минерва вовремя... Будто мне и так едких намеков на утрату хватки, в том числе и от союзников, мало за этот год было! Пусть Блэка я отпустил сам (естественно, после тщательного допроса и стопроцентной уверенности в его невиновности... пришлось даже извиниться), но все равно намеки и слухи пошли еще те. Даже в лицо мне это припоминали! Утешает только то, что все окончилось хорошо.


Хех. Напугать до мокрых штанов Крэбба оказалось очень удачной импровизацией.


Он действительно поверил в то, что я его... убью?! Невежда! Неужели в его маноре или у тех же Малфоев не осталось древних книг, в которых четко описываются непреложные обязанности и ограничения, накладываемы на мага постом Директора Хогвартва?


Но, однако, каков он оказывается, а? Не побоялся рвануть и спасти своего товарища! Это, да и другие его поступки, открытые и по-детски бескомпромиссные, это скорее не Слизерин, на котором наставала шляпа, а чистый Гриффиндор! Может перевести его... Нет, лучше не стоит окончательно превращать Отбор в фарс. Ладно, смена факультетов редко, но раньше случалась, но смена дважды - никогда! Да и Поттер... Или это не Гриффиндор, а влияние его нынешнего окружения? Да. Скорее всего это все-таки влияние Хаффлпаффа. Гриффиндорец бы не испугался меня. Правда, возвращаясь к объекту страха, отсутствие важного кусочка информации губит даже гораздо более опытных интриганов, а не только вставших на этот путь мальчишек. Ведь клятва Директора вывернет меня наизнанку, соверши я что-нибудь такое! А так жаль, что нельзя некоторых... м-да. Даже несчастный случай с учащимся, что бы он там ни совершил, ой как больно ударит в первую очередь по директору школы. Того же Диппета вспомнить с историей Миртл... И не важно, что старый Армандо лично ни каким боком не имел отношения к смерти несчастной девочки. Для магии Клятвы это совершенно безразлично. Клялся, обещал - получи воздаяние. Хорошо еще, что это относится только к смерти или серьезному вреду здоровья, а неопределенности между формальностью действий и противоположным результатом никто пока еще не прикрыл...


...В общем, не появится больше Крэбб в Хогвартсе - хорошо. Не будет мутить воду на Хаффлпаффе. Появится - тоже неплохо, пусть и по-другому. Образуется еще один возможный канал выхода на Тома. В конце концов, хороший план от плохого отличает не проработанность деталей, а возможность менять его по ходу дела без потери результата.


Хех... Те, кто сравнивает политику с шахматами, а ведущих игроков, соответственно, с гроссмейстерами, никогда этими самыми истинными гроссмейстерами не станут. На самом же деле к тому, что называют политикой, следует относиться как... к театру. Как там писал приятель и ровесник прошлого директора Хогвартса? "Весь мир - театр. В нём женщины, мужчины - все актёры. У них свои есть выходы, уходы, И каждый не одну играет роль...." Вот именно последней гибкости и не хватает в представлении политики, как шахмат. Все же в шахматах и цвет, и названия фигур, и стороны определены с начала и до конца партии, а в жизни такое бывает только у самых глупых "игроков". Ведь сегодняшний враг завтра станет врагом твоему врагу, то есть вольным или невольным твоим союзником, а через это, послезавтра уже, глядишь, и твои верным истовым последователем. Глупо и бесперспективно, что свойственно начинающим игрокам, таким как Том, все решать простой Авадой... Эх, молодость!...


Впрочем, о своих озарениях я никому не рассказывал. Ведь, к сожалению, издержкой разумного милосердия является то, что помимо того, как друзьями могут стать враги, так и врагами, увы, могут стать преданнейшие друзья. И за это знание я слишком дорого заплатил. Своим лучшим другом.


Гел, Гел... Знал бы ты, сколько же всякой грязи на меня и тебя вылили, и выльют еще! Куда им, развращенным и грязным умишкам, даже представить, что такое настоящая дружба? Когда готов подставить между его телом и лучом авады свое собственное, будучи при этому уверен, что твой друг сделает для тебя то же самое? Точно также, как всем им не понять горячих сердец тех, кто хочет сделать мир лучше, не щадя ради этого самых дорогих тебе вещей! И нет в этом никакого сексуального подтекста! Вот уж понабрались от магглов, в худшем смысле этого слова, всякой дряни. Даже чистокровные... М-да...


Глядя с высоты прожитых лет можно только воскликнуть: "какими чистыми и наивными мы были!" Много лет прошло с тех пор. Многое уже достигнуто, но до цели еще слишком далеко. Впрочем, над этим тоже идет работа... Много было и потерь. Много грязи пришлось увидеть, а еще большее количество принять в себя, оставаясь при этом насколько возможно чистым. Что же касается причиненного вольно или невольно моими действиями зла... Мои мучения - это моя справедливая расплата! В конце концов, ради Высшего Блага всех магов можно и нужно пожертвовать многим!


Эх! Опять отвлекся! Старость, похоже, как я ни пытаюсь молодиться душой, уже на подходе. Ладно... Крэбб. Крэбб далеко не самая важная проблема. А вот обретение плоти Волдемортом, тем более именно сейчас, заметно все усложняет. Эх, если бы я не был на сто, на двести, на триста процентов уверен, что только молодой Поттер имеет шансы победить Волдеморта! Я бы плюнул на все, даже на воздаяние за нарушение клятвы, принесенной над телом погибшей в результате несчастного случая сестры, и лично отвернул бы Тому его дурную голову! Но, увы. Я - не могу. А Поттер... Поттер еще слишком мал. Так что любыми методами нужно выиграть время, чтобы пророчество исполнилось.


Пророчество... К сожалению, что такое Истинное Пророчество, я знаю слишком хорошо. Как и то, что бывает с теми наивными дурачками, которые пытаются встать на его пути. Пытаться переломить его... Может в итоге оказаться гораздо хуже, чем сейчас и что получилось у нас с Геллертом! Например, воскреснет не один Том, а много, из всех его крестражей! Глупость? Невозможно? Так и создание больше одного крестража раньше считалось невозможным! Могу я поставить дело всей жизни против одного лишь голословного утверждения замшелых авторитетов: "Это невозможно, потому что невозможно!" И что все эти Темные Лорды устроят здесь? И кто и что после гражданской войны темных лордов в итоге останется здесь в живых?


Ну уж нет! Ввергать Магическую Британию в очередную гражданскую войну я никому, будь то очередной Министр или Темный лорд, не позволю! Не для того мы положили столько сил и времени, чтобы какой-то ретроград легким движением руки порушил все сделанное. Магглорожденные и полукровки - это невероятно важный ресурс для будущего магического мира! А он собирается их всех без разбора пустить под нож, не глядя на невероятную их полезность! Взять для примера хотя бы тех же Близнецов Уизли. Сколько новых идей, пусть большей частью и несерьезных, принесли они в Хогвартс благодаря тому, что их отец тащит в дом маггловский хлам?! И оставить эти вот ростки будущего без защиты?


НЕТ!!! Ни! За! Что! Похоже, пришла пора полномасштабного возрождения Ордена Феникса. И пока не будет набран и нормально новый расширенный состав, придется придерживать и Темного лорда, и Фаджа, лишая их тем или иным способом самых верных сторонников. Краучей, конечно, жалко. Прервался еще один древний род, но... они свою судьбу выбрали сами. И старший, и младший.


Кстати. Не следует ли начать понемногу привлекать Гарри Поттера? Ввести его сразу в основной состав? Или подождать? Или создать под него что-то вроде школьного ордена? Да. Пожалуй, хватит ему отсиживаться. Нужно будет тщательно все обдумать и выбрать. Или не выбрать, а попробовать совместить сразу все? Если я прав на счет того, что мальчик носит у себя в голове, то хорошая тренировка ему лишней не будет. Конечно, Истинное Пророчество защитит своего протеже, но даже так легко ему не будет. Можно сказать прямо - плохо ему будет, очень плохо..."


- Что значит, плохо? Что с моим учеником, Альбус?


- А? - вернувшийся из своих дум директор обнаружил рядом с собой декана факультета Хаффлпафф мадам Спраут. Конечно то, что она, презрев все традиции, встала со своего места и начала "пытать" директора прямо на праздничном пиру, это грубое нарушение этикета. Впрочем, понять ее можно. Помона всегда чрезмерно, на взгляд Дамблдора, опекала своих студентов. "Впрочем, это же Хаффлпафф, куда попадают нытики и слабаки. Там без этого нельзя, иначе слезами затопит все подземелье... Впрочем, из каждого правила есть исключения, а на таком фоне они смотрятся еще более эффектно. Фадж, например. Или Крэбб..."


- Альбус? Что плохого случилось с Крэббом?


- Ну... Он плохо себя почувствовал и отправился домой.


- А почему не в больничное крыло?


- А я откуда знаю? - чуть резче, чем обычно ответил директор. - Он уже взрослый мальчик!


"Посмотрим, как он себя поведет. И, если мои ожидания оправдаются, то у меня для Крэбба будет весьма и весьма эффектный сюрприз!"


Глава опубликована: 21.04.2017

Интерлюдия 24


- Мисс Дэвис. Рад вас видеть. Присаживайтесь, - уже далеко не отрок, а быстро превращающийся в молодого мужчину юноша, вежливо отодвинул от столика кресло, позволяя одетой в элегантное, по-летнему легкое платье девушке изящно присесть на предназначенное для нее место.


Сейчас, манерного, богато одетого по последней магической моде Эрни Макмиллана можно было бы легко принять за двоюродного, а то и родного брата Драко Малфоя. Этому способствовали и тонкие черты лица, сложенные сейчас в вежливую мину, и светлые волосы, и небольшое состояние, надетое в виде перстней на пальцы... Да и место встречи детей очень небедных семей было весьма и весьма непростым: небольшой ресторан на нулевом уровне Министерства Магии. Сюда, по слухам, не брезговали заходить даже Министры, так что и обслуживание, и, естественно, цены, здесь были соответствующими. А куда еще было пойти поговорить на серьезные темы молодым аристократам, как не сюда? Не в гадючник же Тома, или какую-нибудь кафешку, вроде простонародного Фортескью?


Как это положено в лучших домах чистокровных магических аристократов, а также в дорогих магических ресторанах, вышколенные домовые эльфы сервировали стол не выходя из невидимости. Впрочем, с учетом того, что сейчас как раз было время ланча, особых сложностей у них не возникло. На стол не требовалось ставить никакой "тяжелой" пищи или излишне обильных порций. Чай, пирожные, конфеты, небольшие сэндвичи с различной начинкой, и больше ничего. Кстати, съесть все, что выставлено на столе - тоже дурной тон. В конце концов, присутствующие здесь не бедствуют, чтобы подбирать все до последней крошки. И не позорящие ряды чистокровных прискорбным отсутствием какого-либо воспитания голодранцы-Уизли. Готовые по выработанной в бедной многодетной семье привычке подгрести под себя и сожрать все, что в пределах досягаемости их загребущих ручонок.


Переходить к цели встречи сразу в обычной ситуации было, согласно принятым у аристократов правилам приличий, не очень красиво. Так что, пока утолялся легкий голод, за столом велась легкая и ни к чему не обязывающая беседа. Благо и общих тем для разговора, и чего вспомнить у подростков было вдоволь. В одном интернате в конце концов оба учатся. Да один только закончившийся совсем недавно Турнир чего стоит! А уж последовавший за ним праздничный пир...


Но рано или поздно настал тот момент, когда все что должно было быть съедено и выпито оказалось аккуратно и со всеми приличиями съедено и выпито, а остальное культурно оставлено на столе. Эрни откинулся на спинку кресла и приглашающе кивнул Трейси. Та отставила в сторону чашечку чая и наконец начался серьезный разговор.


- Я не просто так пригласила вас сюда, мистер Макмиллан.


- Я догадался, когда услышал от своих друзей, что вы их недавно навещали с неким предложением.


- Да, это так.


- Хм. Почему же я оказался в списке последним? - притворно нахмурился юноша. - Неужели среди всех хаффлпаффцев нашего курса я самый... хм, незначительный?


- Нет, что вы. Как раз - наоборот. Самое серьезное всегда остается на потом, - Дэвис попробовала смягчить неудовольствие Макмиллана.


- Спорный подход. Так можно потратить много усилий зря. Вы ведь понимаете, кто именно... чей именно голос имеет на нашем потоке максимальный вес, не так ли?


- Да. Это так, признаю.


- Хорошо. Тогда, я готов выслушать ваше предложение.


- Вы и так знаете его.


- И все же?


- Хорошо. Я хочу, чтобы вы поддержали мои претензии на Винсента Крэбба.


Эрнест Макмиллан тяжело вздохнул, слегка сгорбился и сразу же потерял весь свой аристократический лоск. Сейчас за столом напротив сидел обычный усталый парень.


- Трейси, - перешел на "ты" Эрни, отбросив в сторону пока еще не приросшую в силу возраста к костям лица маску надменного и чопорного аристократа. - Ты просто... ну у меня просто нет слов! Приличных. Я, честно говоря, когда мне рассказали про твое предложение, сначала подумал, что приятели меня так по-глупому разыгрывают. Ну сама подумай, как такое вообще возможно? Мне что, его связывать по рукам и ногам, когда он на другую попытается посмотреть, особенно учитывая историю с леди Забини? Или свечку вам держать? Это не говоря уже о том, что мы традиционно не вмешиваемся в чужую жизнь, в том числе и матримониальные планы!


- Ты меня не правильно понял. Естественно, ничего такого я не прошу и просить не буду. Глупо, потому что абсолютно бесполезно. За меня никто ничего делать не будет, это ты мне можешь не объяснять. Уже, - грустно вздохнула девушка, - объяснили. Я о другом. Мне достаточно мягкого влияния окружения на Крэбба, в мою пользу, конечно же, чтобы когда наступит критический момент... Когда Винсент будет колебаться, между мной и... какой-то другой возможностью или... женщиной. Вот чтобы когда такое случится, все вокруг него были единогласно были... ну... на счет меня, - немного смутилась Трейси, но тут же исправилась. - А на счет всего остального, ха! - зло усмехнулась Дэвис. - Тут сразу столько оговорок, понятных тренированному уху... Все же ты не будешь отрицать, что это на Слизерине, приюте одиночек, такое предложение не только не прокатило бы, но даже и не имело смысла. А вот на очень дружном Хаффлпаффе, где все друг за друга держатся...


- Но...


- ...Ты, который "чей голос имеет на потоке максимальный вес", неужели распишешься в своей полной беспомощности?


- Не надо брать меня "на слабо", мисс! - огрызнулся Эрни и надолго задумался. Наконец, чему-то сам себе кивнул, выпрямился и опять надел маску наследника чистокровного аристократического рода.


- Хорошо. Я согласен. Но, мисс Дэвис, давайте обсудим, что именно я бы хотел получить за свою помощь.


- Только предупреждаю сразу же. Все счета по долгам только после моего замужества за Винсентом Крэббом!


- Хорошо. Однако, чтобы ты сумела подготовить хм... оплату, нужно заранее ее оговорить, не так ли? Итак. Первое, чего бы мне хотелось, это некая информация о следующих...


За столом начался азартный торг.


Глава опубликована: 27.04.2017

## Глава 44. Витязь на распутье


"... Зря ты не остался на праздник. Очень зря! Надеюсь, с тобой будет все хорошо и ты к новому учебному году поправишься..."


Я отложил письмо от Эрни и в который раз задумался. Конечно, приятно, что друзья несмотря ни на что остаются друзьями и не забывают тебя. И отлично, что в этот раз праздник прошел без траура хогвартсцев вообще и хаффлпаффцев в частности. Правда, это не помешало Дамблдору все же прочитать на праздничном пиру в честь победы Поттера прочувственную речь о сложности жизненных ситуаций и печальных случайностях, преследующих нас. И то, что эту речь вместе со всеми слушал живой и почти здоровый чемпион Хогвартса, староста факультета Хаффлпафф Седрик Диггори я считаю своей величайшей победой.


Маги со стороны наверное очень сильно удивились бы этому факту - насколько сильно я радуюсь выживанию Диггори. Да и мне самому, читая канон, на парнишку было откровенно плевать. "Убили и убили... Цинично, но на то они и второстепенные персонажи, чтобы своими действиями, гибелью в том числе, делать повествование менее пресным..." Но то - читая или смотря фильм. Живя же здесь, все воспринималось по-другому. Совсем по-другому...


Во-первых, я еще не достиг той степени просветления, чтобы хладнокровно списать юношу, с которым бок о бок в приятельских отношениях прожил уже более трех лет. Почти четыре, если быть совсем точным. Во-вторых, личность он, на мой взгляд, на редкость достойная, особенно по меркам того кубла змей, что здесь называется чистокровным магическим обществом. Сильный маг и при этом не моральный урод. Староста, готовый всегда всем помочь, при этом достаточно сильный духом для того, чтобы не просто не дать сесть себе на шею всяким гопникам, но и поставить их на место. В-третьих невероятно тешил самомнение тот факт, что у меня имеются не только отстраненные знания о каноне, но сила и власть достаточно серьезно влиять на окружающий мир. Решать, кому жить, а кому умереть... неимоверно затягивает! Правда, такие приступы пафосной гордыни нужно в себе душить, иначе все мои преимущества предзнания быстро превратятся в пшик... Ну и в-четвертых, если совсем уж утилитарно подходить к вопросу, Седрик - просто красавчик, то есть, потенциально, пользующийся успехом у женщин здоровый мужчина. А плодами такого успеха обычно являются дети, что в свою очередь, имея в виду задание от Основательницы, очень и очень для меня выгодно.


Конечно, далеко не всем висящим над пропастью магам я бы без промедления протянул руку помощи. Девчонкам бы - любым. Это правильное детское воспитание, которое останется со мной навсегда. Хаффлпаффцам - тоже всем. Со слизеринцами... С ними сначала обсудил бы, что получу взамен. Меня бы поняли совершенно правильно, ибо они и с ними только так положено иметь совместные дела. Вряд ли, вися над пропастью, они долго бы торговались. С лично мерзкими мне Уизли-но-не-Персиваль... наверное запасся бы попкорном и посмотрел, как они выпутываются (или не выпутываются) сами, но и мараться помогать им упасть поскорее - не стал бы.


Касательно того факта, что Костлявая вместо Диггори забрала Крама... Ну что уж тут теперь поделаешь? У всего есть своя цена. Тем более дружбы или хотя бы просто приятельских отношений у нас с болгарином не было, да и квиддич мне тоже по барабану. Что мне о нем печалиться? Это вон пусть Рон себе рвет волосы на всех местах, или охотницы за знаменитостями, а мне - плевать. К тому же более-менее сносно, то есть не на "удовлетворительно с натяжкой", в Хогвартсе на метле я стал держаться только после того, как Крэбба грохнул. Чертов дисбаланс и конфликтность магических даров и поддержка защитной Печати. Так что спортивная карьера игрока в квиддич мне не светила, не светит и никогда светить не будет. Так что мне тогда этот Крам?


Плохо, что спасение Седрика оказалось не совсем чистым. Судя по некоторым обмолвкам в письмах мои факультетских приятелей, ходят слухи, что Диггори-младшим очень недовольны наши европейские гости. Как-то там он не очень красиво поступил с недовейлой, которую из лабиринта сразу же отправили прямиком в палату интенсивной магической терапии. И хотел точно так же поступить и с Крамом, но не вытянул. То, что это вообще-то Турнир, и "все средства хороши для победы", почему-то "на континенте" все как-то резко забыли.


А оправдания "был под Империо" у наших соседей после жутко справедливых судов восьмьдесят первого-восемьдесят второго годов вообще проходит как типично британский юмор.


И совсем плохо то, что я, несмотря на все свои приложенные усилия, так и не смог спасти Барти. Что теперь мне за это будет? Почему магия меня не наказала? Может быть, я не переживу Самайн? Также непонятно, отчего красная нить Долга Жизни все еще окольцовывает мое правое предплечье? Ведь Барти Крауч - точно мертв! Эх! Вопросы, вопросы, вопросы, и ни единого достоверного ответа. Но возвращаться в Хогвартс ради поиска книг по Непреложным обетам... Да теперь стало совсем непонятным, а стоит ли вообще туда возвращаться?!


Дамблдор меня удивил.


И напугал.


Сильно.


Очень сильно.


"Винсент Крэбб внезапно почувствовал себя плохо и был вынужден был покинуть Хогвартс" - вот так по словам Эрни мадам Спраут объяснила отсутствие Крэбба на пиру моим приятелям. Вот только, как понять этот намек директора? Ведь он мог бы просто сказать: "Ушел по делам", но ведь облек объяснение именно в такую форму? Что значит, "плохо себя почувствовал"? Это что, подготовка к фразе: "после долгой и продолжительной болезни" в некролог?


И вообще, говоря штампами, "гад" ли Дамблдор оказывается на самом деле, в жизни, или нет? Вопрос, в свете произошедшего на моих глазах, стал внезапно весьма и весьма неотложным. И несмотря на все случившиеся, на мой взгляд - "не гад". Почему? Как там в классике этот тип доказательства называется? От противного? Вот от "противного" и зайдем.


Итак. Рассмотрим вариант, что у нас Дамби - гад. Тогда самым простым и естественным развитием событий одного хеллоуинского вечера будет: "Волдеморт напал на семью Поттеров и все погибли. Слава Мальчику-который-умер-но-успел-убить! Посмертно..."


Нет? Нельзя? Поттеры очень сильно насолили Дамблдору или Дамби-очень-гад? Или ребенок Поттеров зачем-то сильно нужен ему, причем обязательно живым? Да нет проблем! Ведь "живым" не подразумевает под собой обязательно "здоровым". Есть наверняка в Англии ужасные детские дома для человеческого шлака, где, ну, например, с одноруким и одноногим мальчишкой-калекой, сделают очень много совсем плохих вещей. Где под видом добрых воспитателей работает человеческое отребье высшей пробы, которое с удовольствием за долю малую или вообще ради "любви к детям" сделает с беззащитным ребенком какую угодно мерзость. А еще наверняка найдутся богатые, пресыщенные извращенцы, падкие на всякую экзотику... В результате в Хогвартс приедет Мальчик-который-выжил-чтобы-стать-желе, безжалостно и безнадежно психологически и физически поломанный. Безропотно сносящий любое над собой издевательство. Можно, в качестве особо тонкой издевки, даже рассказать ему, какие храбрые, красивые и здоровые у него были родители. И даже вылечить половину уродств, а потом запихнуть на самый ублюдочный в части человеческих отношений факультет. Да-да. Где учатся: не храбрые - чтобы взять слабого товарища под опеку; не хитрые - чтобы оказать одиночке поддержку из-за чисто меркантильных соображений; и не дружные - чтобы традиционно окружить своего товарища заботой. Зато достаточно умные для того, чтобы весьма и весьма изобретательно травить своего товарища. Благо исторически достоверных даже в каноне примеров тому не один и не два... А если учесть, что мальчик-крестраж, то склонить к суициду такого юношу гораздо проще, чем любого другого!


И это только то, что рисует мое, испорченное дружелюбием Хаффлпаффа (а на самом деле - советской школой, где всех учили: "человек человеку - брат"), воображение. Придумать же такому опытному политику, как Дамблдор, ужасов для бесправного и беззащитного ребенка не составит абсолютно никакого труда. Есть ли такое в истории мира-канона? Нет ничего такого! Значит, не такой уж Дамби и гад.


Смотрим дальше. Дамби очень-очень гуд? Что тогда на его месте сделать с искренне любимым и трепетно опекаемым мальчиком? "Так. Парня усыновить, вырастить его с одной стороны в строгости, а с другой, в атмосфере любви и внимания. Раскрыть его таланты, привить чувство собственного достоинства, постепенно провести социализацию в магическом обществе..."


Тоже не исторический вариант? Так что же тогда остается? А остается самое распространенное - нечто среднее. Нет в директоре откровенного зла, но и добреньким его не назовешь. Как же будет думать и действовать такой человек?


Для мага, со средневековым кланово-семейным мировоззрением, как будет звучать ответ на вопрос "Где ребенку будет лучше всего вырасти?". Очевидно, что как-то вроде: "В семье. В клане." Или: "с кровными родственниками", которые очень удачно для сироты с магами вообще никак не пересекаются, то есть и от угроз магического мира он будет защищен полным неведением. На дом магглов можно повесить пару слабеньких защитных заклинаний, или заклинаний отвлечения внимания, действующих только на магов (есть же антимаггловские, так что ни за что не поверю, что нет антимаговских), и вот готово идеальное укрытие. Есть здесь какое противоречие? Да нет никакого! Все достаточно честно и логично.


Можно даже в приступе ответственности сказать магглам, чтобы ребенка они не разбаловали, ибо все у малыша еще впереди обязательно будет: и слава, и горы галеонов, и куча поклонников. И конечно же, на всякий случай, надо за пацаном приглядывать. Пару раз можно и самому, а на постоянной основе приставить какого-нибудь незаметного. Заодно и старого боевого товарища, пострадавшего в бою (ну вот не верю я в сквибов в составе Ордена Феникса!) к делу пристроить можно будет. Реально такое? Абсолютно.


А вот дальнейшее развитие событий укладывается во вполне классические управленческие ошибки, такие как: "недостаточно четко и ясно поставленная задача, повлекшая за собой ее абсолютно неверное понимание" и "плохой подбор и контроль за исполнителями".


Так "не баловать" сначала превращается по отношению к навязанному младенцу в "держать в строгости", а потом и вовсе трансформируется в "максимально в дозволенных приличиях пределах прессовать". А что может сказать по этому поводу полусумасшедшая старуха, подходя с мировоззрением мага к жизни маггла? Что такого серьезного случилось с Поттером, особенно если следить за ним не очень пристально? "Худой? - Это нормально, зельями легко лечится. Одет плохо? - Да магглы все так одеваются, непонятно. Синяк, ушиб, поколотили? - Да это все ерунда, на пару минут мазью помазать. Ходит нормально, конечности на месте. Такие мелочи не стоят и упоминания, особенно по сравнению с настоящими магическими травмами, падениями с метлы, выбрасыванием из окна, расщепом при аппарации или там отравлениями неудачными зельями. Синяк - фи!" Зато как случилось что-то по-настоящему серьезное, к примеру, нападение дементоров, так сразу же наблюдатель подняла на ноги всех причастных. Похоже на правду? Еще как!


Очередной важный нюанс. Все действия Дамблдора оценивались всегда с учетом послезнания, а нужно действовать совсем наоборот. Ведь не мог же Дамблдор знать все наперед и в точных деталях? Нет, не мог. Даже я этого не знаю. А поэтому совсем в другом свете предстают следующие события.


Первый курс, дух Волдеморта, Философский камень... А с чего вообще Поттер (да и читатель канона вслед за ним) решил, что это интрига обязана быть с участием именно Мальчика-который-выжил? Ах, желающий возродиться Волдеморт? Разве это не смешно?!


Кто такой Волдеморт для Верховного судьи, Великого волшебника, Директора Хогвартса (мощного магического источника), владельца Старшей Палочки и феникса-фамильяра Дамблдора? Бывший ученик, бывший противник, причем, противник - заведомо слабее. Сбитая с доски фигура, короче. Его последователи? Так все они делятся на три группы. Первая - безопасно гниют в могилах или в Азкабане. Вторая - тихо-покорно сидят на попе ровно и бзднуть лишний раз боятся, чтобы не перейти в первую. И третья, члены которой и так являются естественными политическими противниками светлому магу, и несмотря на это возвращение бывшего хозяина для которых очень нежелательно.


Бывший ученик не смирился со смертью? Это совсем не удивительно, вон - в школе призраков куча. Нельзя уничтожить? Слишком хорошо прячется? Ха-ха-ха! Хорошо прячущийся враг, все силы которого уходят лишь на то, чтобы забиться как можно глубже, ну никак не может считаться очень опасным. Что с этим всем делать? А надо ли? Да и вообще, это все имеет хоть какой-то смысл, если Волдеморт все-таки умер не до конца, в чем до конца первого курса никаких обоснованных сомнений не было.


Возвращаясь к канону. Например, как связано ограбление Гринготтса с Гарри Поттером? Да абсолютно никаким образом не связано! Зато если подставить в это уравнение некого третьего, то все отлично сходится.


В это вписывается все: Хагрид - большая и красивая приманка, газетные публикации, вкладыши от шоколадных лягушек, предупреждение при всех об "ужасной смерти" (что частично подтверждает то, что за жизнь своих учеников Дамблдор чем-то отвечает, а так - формально буква требования соблюдена), сплетни... Короче, делается все, чтобы охватить как можно большую аудиторию. Чтобы до истинного адресата точно дошел вызов: "Вот! Смотри! Он у меня! Приди и забери!".


В конце концов, это очевидно же: будь интрига не против какого-то третьего лица, а против Поттера, то там был бы не непонятный маленький кулечек, а что-то такое, что мальчишке было бы очень важным и желаемым. Чтобы не пришлось потом проводить долгих объяснений, зачем именно Поттеру в это нужно вмешиваться. В конце концов, этот мир существовал до первого курса Гарри Поттера, и будет существовать и после седьмого...


Кто же тогда настоящая цель? Да тот же Фламелль, например. Положим, каким-то хитрым образом настоящий камень оказался в руках Дамблдора. Но ему, понятное дело, этого мало. Волшебнику нужна не "рыба", ему, как и любому разумному человеку, нужна "удочка". То есть не разовый конечный продукт, а полная технология производства, которой, естественно, Фламмель добром никогда и ни с кем поделится. И я бы не поделился. Зачем плодить конкурентов? Но вот если его выманить...


Фламмель, если он не дурак, а дураки не доживают до такого возраста, конечно же, на такое не купится. Но, если камень ему нужен просто невероятно срочно... И в связи с чрезвычайной важностью наемнику такого не поручишь... Может же купиться? Может. Шансы пусть и мизерные, но отнюдь не нулевые. В конце концов Дамблдору эта ловушка практически ничего не стоит. Собачку посадить, охрану выставить - а потенциальный выигрыш воистину астрономический! Почему такая странная полоса препятствий? А кто из непосвященных знает, что там у Фламеля (или кого еще) было в прошлом и как на него подействует увиденное? На силки у него может быть аллергия, ключи - какая-нибудь неприятная история из детства, тролль и как бы простейший зельеварный тест - проверка силы... А в конце защитной полосы стоит предмет, который вообще атакует не магически, физически или ментально, а психически. Уж у так долго живущего человека не может не быть за душой гекатомбы скелетов и океана выплаканных по ушедшим друзьям слез. Просто в силу возраста. И, соответственно, огромного количества нереализованных желаний. Принципиально нереализуемых. А то что на первый взгляд полоса оказалась предназначена чтобы задержать школьника... Смешно, но далеко не каждый взрослый сможет легко и просто с наскока помочь ребенку решить самостоятельно задачу из курса, например, химии или геометрии школьного периода. А ведь учил в свое время! Тот же Снейп, я думаю, несмотря на всю свою зельеварную гениальность, если бы не учил недорослей каждый год варить учебный мусор, тоже бы вряд ли с ходу вспомнил как варится зелье от прыщей.


Вот только в ловушку на акулу клюнул окунь...


Поставлю-ка я себя на место Дамблдора. Как бы я думал на его месте в такой ситуации? Например так.


"Это уже неприятно. Не опасно, не страшно, но неприятно. Что теперь делать? Кого нанимать новым учителем? А почему бы и не Локхарта? Формально - сильный маг, но на самом деле - пустышка, то есть справиться с ним будет легко. Маг с целой кучей болевых точек, и через это вполне себе управляем без всякой магии. И, самое главное, изменения в поведении Локхарта будут в случае повторной одержимости призраком видны ну просто очень отчетливо... А пацану говорить полную правду незачем. Кто его знает, что в его возрасте ему придет в голову? А вдруг от безысходности руки на себя наложит? Или растреплет что-то лишнее где совсем не нужно? Нет уж!


Второй курс окончился битвой с василиском и появившимся хоркусом? Так. Шутки в сторону. Берем на должность профессора ЗОТИ преданнейшего мага. Особенно с учетом того, что он отлично знает повадки сбежавшего из Азкабана преступника. Расчет оказался верным, но как маг профессор оказался слабоватым. На следующий год тогда подбираем не только преданного, но и сильного..."


И так далее. В принципе, без особых натягиваний совы на глобус, все действия Дамблдора укладываются в канву обычного политика воззрений, чуть смешенных влево от центристских. На это же накладывается и настолько редкая активность Дамблдора, профессиональная, как Великого мага, что такие случаи можно буквально по пальцам лонгботтомовской жабы пересчитать. Это только одиночки говорят "хочешь сделать дело хорошо, сделай его сам", расписываясь этим в своей полной даже теоретической неспособности занять когда-либо кресло даже самого маленького начальника. Вспоминается анекдот в тему, что на сержантских курсах учат управлять отделением солдат, которые ставят мачту, а на лейтенантских командовать - "Сержант! Поставьте мачту!" Люди управленческого мышления ищут того, кто это может сделать за них или как создать подконтрольную структуру, что сможет решить задачу, а не решают задачу своими собственными руками. Конечно, это несколько утрированно, но факт есть факт.


Так что, не следует лепить из Дамблдора вселенское зло. Но и пришивать ему ангельские крылышки, как сделано в каноне, тоже не стоит. Дамблдор - нормальный, очень сильный духом человек, опытный и высоко сидящий политик со своими симпатиями и антипатиями и давно сложившимся мировоззрением. Он не будет специально, в смысле ради утоления своих подленьких желаний, кого-то мучить или убивать, но и в случае чего "рука" у него не дрогнет. "Это было тяжелое, но необходимое решение" - придумано не им и даже не его современниками. Может быть таким развитием событий Альбус даже искренне, как любой добрый в глубине души человек и опечалится, но... как взрослая волевая личность сделает без колебаний.


Тут многих, и меня в том числе, просто губит полярно-максималистичная логика. Если не светлый, то обязательно - темный. Если не добренький, то значит обязательно - злой. И начинается поливание грязью и поиском пятых-десятых подтекстов в любом событии. Не понять им, что любой человек, кто хоть как-нибудь взаимодействует с окружающим его социумом, не может считаться светлым по определению. Почему? Да потому что, даже самому вроде бы однозначно хорошему деянию всегда можно найти потенциального пострадавшего, чьи желания или планы это нарушило. Не нравится? Хочешь быть абсолютно белым? Тогда сиди безвылазно в глухом ските и питайся подножным кормом! И не дай бог с кем-нибудь заговорить - это уже влияние со всеми вытекающими!


Впрочем, потеря мнимого нимба над головой никого из рвущихся к власти никогда не печалила. И Дамблдор среди них - еще не самый ублюдочно выглядящий. Да и декларируемая политическая программа у директора на вид куда приятнее Волдемортовской, с его утопией древнегреческих полисов: "общество телесной красоты, великой свободы, всеобщего равенства и совместного владения рабами".


К сожалению, судьба выкинула кости так, что я уже не только по исторически сложившимся родовым причинам, но и своими собственными действиями перешел на другую сторону поля. На сторону "черных". И что мне теперь с этим делать? Менять "цвет"?


Скажу честно. На попытку сменить сторону, на месте Волдеморта я бы тоже точно так же, как и он, жестоко и совершенно безжалостно расправился бы с предателем. Впрочем, и на месте Дамблдора никогда бы такому "бегунку" до конца не доверял. Тем более, предавшему "не за себя, за други своя", а презренно спасая собственную шкуру. Ибо всякое склизкое бесчестное отребье, меняющее стороны по первому дуновению ветра и сжавшейся на их горле чужой руки, не нравится никому и не уважается никем. Даже "страшный враг" и тот воспринимается психологически лучше, чем "предатель". Ибо предал один раз, предашь и во второй. Таких поскорее используют, а после без сожаления списывают.


"Но уж больно страшно мне опять даже просто увидеть Дамблдора!!!"


А если зайти с другой стороны? Со стороны Министерства?


Почему и зачем Дамблдор на пару с Фаджем убрали Крауча мне абсолютно понятно. Всплыви в газетах или слухах то, что в полностью подконтрольной школе у "Великого Белого Мага (тм)", за, блин, одним с ним столом, десять месяцев (!), почти год, сидел и вкушал скромную профессорскую пищу один из самых знаменитых Упивающихся (!!), и Дамблдор (!!!) его не узнал... Это даже не плевок на репутацию, а целая цистерна дегтя, вылитая на имя воплощенной "доброты, сострадания и предоставления вторых шансов"! Тут со многими занимаемыми звучными должностями можно будет и совершенно ненапряжно расстаться!


Впрочем, тонуть директор будет отнюдь не один. Тут и Фаджу достанется по самые не хочу. Мало Блэка в прошлом году, так в этом оказывается, еще один беглец? Причем бежавший гораздо раньше и официально мертвый? И факт его побега обнаружили только сейчас? Азкабан вообще в таком случае в глазах обывателей превращается не в самую надежную и ужасную тюрьму Британии, а значит и всего мира (потому что родная Британщина - центр мира по определению), а в проходной двор! "Сколько еще официальных мертвецов сейчас по вине Фаджа разгуливают на свободе? Что значит, "никого"? Как раз, прецедент не в вашу пользу! Где один, там и второй, и третий, и десятый могут быть! Читайте в следующем выпуске новые разоблачения вашей любимой Риты Скитер!..." Нужно ли это власти в лице Фаджа? Нет. Конечно, не нужно. Так что судьба Крауча после разоблачения была полностью предопределена. Убить, по-тихому прикопать и концы в воду. Да и в каноне вряд ли обездушенное тело Крауча отправили в Мунго. Сожгли по-тихому и пепел развеяли по ветру, вот и все, и нету больше опасного свидетельства импотенции магической СИН.


Вообще-то говоря, за настолько серьезной политической фигурой, я Дамблдора сейчас имею в виду, наверняка следит так много далеких от доброжелательности глаз, что тут хочешь не хочешь, а приходится ему быть чище чистого и белее белого. Что мне с этого? А то, что вряд ли Дамблдор попытается замазаться откровенным убийством школьника, ступившего на скользкую дорожку преданности Волдеморту. Да и убирать тогда придется слишком многих: девяносто процентов Слизерина, часть Рейвенкло... Быть может кто-то с Хафллпаффа или, даже, с Гриффиндора тоже согласится встать под знамена Волдеморта. И что, всех этих подозрительных - всех под нож? А кого тогда учить? Да и из канона отлично известно, что лорд Малфой, для понимающего взгляда неприкрытый сторонник Волдеморта, и тот ничего не огреб, пока не попался на горячем. Тем более, де юре, я ничего противоправного пока еще не сделал.


В итоге, вроде как возвращаться в Хогвартс совершенно безопасно?


А с другой стороны, готов ли я поставить на только что сделанную аналитику свою собственную жизнь? Ведь хотя в предыдущей войне Дамблдор лично пусть никого и не убивал (блюдет чистоту рук? не желает раскалывать свою душу?), однако его клевреты резали своих врагов только в путь. И архив Логана говорит об этом прямо и недвусмысленно. Легче ли мне будет от того, что директор меня только лишь приговорит, а исполнит какой-нибудь Моуди или Люпин? Нет не легче. И даже раскройся я по полной, принеси кабальные клятвы (а уж в том, что меня в них окутают, как в паучий кокон, я ни секунды не сомневаюсь), это все равно меня не спасет. А поэтому все каникулы я просидел у себя в мэноре, уткнувшись в скопированные из Библиотеки Основателей книги по окклюменции и отдельные несвязные отрывки из старых трактатов по некоторым "недокументированным возможностям" использования Омута Памяти.


Нет, конечно поначалу, первые дней пять, я... пил. А что делать - стресс, батенька. Только прибежав в манор и взглянув на свои трясущиеся руки, дергающееся веко и маленькую, но совершенно седую прядь на виске, я осознал, насколько прошедший год меня вымотал. Погреба манора Крэббов, как мне еще во время приема дел сообщила Лотта, были пусты. Но пустота эта была весьма и весьма относительной. То, что на хороший прием не хватит и ширины, и глубины ассортимента крепких напитков, это правда. Однако если пить одному... Того, что осталось на дне бочек, хватит не только на то, чтобы пару-тройку раз непривычному к алкоголю организму подростка отравиться в "полный хлам", но и беспробудно пьянствовать в течении как минимум месяца. Вот я и пьянствовал, поглощая приносимый Лоттой алкоголь, пытаясь найти в нем забвение своим тяжелым воспоминаниям. И только после того, как меня достаточно "отпустило", я начал наверстывать время и спешно готовиться к будущей встречи с ним.


Вообще, работать со своей памятью было очень интересно и... невероятно опасно. Вон, даже одиночные тренировки относительно несложных проклятий в своих апартаментах стоили мне пяток незапланированных посещений Больничного крыла. Причем пара из которых - с помощью эльфов, ибо сам я двигаться уже не мог. Да и канон пестрит примерами того, как прямо на уроках под вроде как строгим приглядом профессора студенты наносят себя весьма и весьма болезненные увечья. А тут - такая тонкая вещь, как память. И бекап не сделать, это тебе не комп. Точнее, бекап-то сделать можно, вон, вся классическая история построена на достижениях одного молодого мага, сделавшего такой бекап, но вот как его использовать...


С одной стороны, сложность изучения окклюменции слишком раздута. Просто, как и любой навык, завязанный прежде всего на дисциплинированность мышления и только потом на магическую силу, она была очень серьезно возрастозависимой. Поэтому лично мне особых сложностей начальные и средние этапы не доставили, а к таким высотам, которых достигли, например, Снейп и Волдеморт, мне и стремиться было бессмысленно. Во всяком случае - в данный момент.


Зато согласно прочитанным книгам после нескольких недель тренировок я смог легко сформировать и постоянно поддерживать легкий щит от поверхностной легилименции, а также пока не сопротивляться, но уже осознавать факт чужого ментального вмешательства. Но легкий щит не спасет от таранного удара Волдеморта, Снейпа или Дамблдора, поэтому критически важные воспоминания следует прикрыть еще как-нибудь. Таких окклюментных техник было немало и из этого списка на свой страх и риск я отобрал три на мой взгляд наиболее подходящих к моей ситуации.


Первая, переводя средневековое словоблудие на нормальный язык, была основана на эмоциональной неравномерности хранения информации в памяти. Самые сильно эмоционально окрашенные (а это в большей части неприятные) события запоминаются лучше и хранятся дольше других. Это вроде того, как можно не помнить вообще ничего из детства, как там было хорошо в те времена, зато можно всю жизнь "мучиться", как в детском садике у тебя голоштанный сосед сломал любимую машинку. Основываясь на этом, окклюмент может наложить поверх важных воспоминаний ровную эмоциональную составляющую, что не позволит легилименту по этим маркерам быстро и легко отыскать важные воспоминания. Лучше всего работает тогда, когда легилимент не знает, что именно искать.


Вторая признанная мной перспективной техника позволяет переместить воспоминания из одного места, в другое. По временной шкале то есть. Ну и с помощью третьего можно сжать некоторые воспоминания из отрезка практически в точку.


Конечно, помимо выбранных мною трех, оставалась еще масса других методик: начиная от банального щита и заканчивая различными формами парамнезии. Вот только для меня все они были малоприменимы по следующим соображениям. Во-первых, нужно быть мастером, чтобы наложить фальшивую память так, чтобы это оказалось абсолютно незаметным для допрашивающего. И безопасным для себя: будучи новичком в этом деле можно проснуться, например, настоящим Винсентом Крэббом. Или домовым эльфом. Или с разумом Дракучей Ивы. Или, что наиболее вероятно, вообще не проснуться.


А во-вторых... Стоит Волдеморту (отлично ясно, из-за кого всем этим я и занимаюсь) только заподозрить следы блока или фальшивки, то он будет насиловать мою память до тех пор, пока окончательно не вывернет наизнанку и не исследует все по секунде, оставив по итогам меня слюнявым идиотом. И это в лучшем случае. А в худшем, он даже разбираться не будет - просто скажет пару знакомо звучащих слов: Авада Кедавра, и все. Конец истории.


Кстати, как это ни парадоксально, от поверхностной легилименции (то есть почти инстинктивной: беспалочковой и невербальной, из разряда той, которыми любят пользоваться Темный Лорд и Дамблдор) спасает банальное прятанье взгляда. Естественно, что против активной, спрячь глаза хоть в тумбочку, это не спасает совсем. Иначе секретоносителю было достаточно выколоть глаза...


Совсем по-другому работал Омут памяти. В режиме перемещения воспоминаний он больше всего по своему действию на память применяющего напоминал классический формы Обливиэйт. Вот только, как и любой криво наложенный Обливиэйт, он был отлично заметен даже неопытному легилименту, ибо оставлял после себя внушительную дыру и серьезное магическое возмущение в памяти цели.


Это в магическом плане. А в мыслительном у индивидуума образовывалась очень неприятная мания, по смыслу похожая на "пресквю". Дырка в воспоминаниях, к которым непроизвольно, как к сколотому зубу языком, постоянно и постоянно возвращаешься. Пытаешься восстановить их, но все время безрезультатно. Это невероятно раздражает и нервирует... не окклюментов без хорошей дисциплины мышления. Причем, это принципиально никак не лечится, тогда как опытный легилимент-обливиатор, такой как Локхарт, например, сможет филигранно удалить все лишнее, "отполировав зуб" за собой.


Вообще говоря, чем больше я узнавал про функции и эффекты Омута Памяти, тем больше и больше уверялся в том, что создавался он совсем не для того, чтобы использовать его в качестве вульгарного кинотеатра с эффектом присутствия. Занятных моментов там было достаточно.


Например, если удалялись воспоминания, то поведенческая модель человека не менялась, во всяком случае мгновенно. Плюс, можно было и без обосновательной базы оставить себе четкое и недвусмысленное приказание, какие действия нужно совершить. Чем-то это было похоже на Империус. Я не удержался и даже проверил этот эффект на практике. Спрятал за книгой листок бумаги с цифрами, перенес без остатка в Омут Памяти воспоминания об этом, но при этом оставил себе четкое задание, что нужно сделать. Ощущения мощнейшего когнитивного диссонанса, когда на листке оказались не цифры, а буквы - совершенно неописуемые.


Короче говоря, если важное, личностнообразуещее воспоминание удалить, то все равно та личность, которая создалась из-за него останется неизменной. Рассмотреть это можно на примере того же декана Слизерина. Снейп хранил в своем Омуте худшие воспоминания явно не для того, чтобы похвастаться ими перед Поттером, а для того, чтобы желчная злость на оставшихся в прошлом детских врагов не корежила ему настоящее. Другой вопрос, что это было уже бесполезно, ибо давно уже впиталось в основы характера зельевара.


Или еще один веселый момент. Свои воспоминания о просмотренных чужих воспоминаниях в Омут памяти слить невозможно. Такая вот хитрая копирастия магического разлива. Кстати, именно поэтому на первом курсе мои, лично мои, воспоминания о встрече с Основателями так хорошо расходились. Впрочем, даже не зная из-за чего именно присутствует такой эффект, я на триста процентов уверен, что уж точно не из-за желания "соблюсти права правообладателей".


Также можно сделать следующий финт. Совершить какое-нибудь преступление, к примеру, убить кого-нибудь, и... стереть омутом памяти любое упоминание о случившемся инциденте. А потом - предстать перед судом с вератисерумом чистым херувимчиком. Кстати, в этом важнейшие отличие магической клятвы от сыворотки правды. Под действием второй объект рассказывает правдиво то, что считает правдой, а вот клятва магией позволяет определить реальную действительность утверждения...


Подробно разбираясь в вопросе я в очередной раз перекосился от злости на магов. Имея доступ к своей собственной памяти можно сделать столько всего полезного для людей или развернуться для себя так широко! Начиная от простейших, но от этого не становящихся менее важных вещей вроде избавления от фобий и страхов, лени и разрушающих личность воспоминаний, и заканчивая ментальным кодированием такого уровня, что пресловутый Империус нервно курит в сторонке.


Почему такого до сих пор нет? На чем все это держится? Скорее всего - на культуре и привычке. И на том, что начни кто-нибудь особо умный практиковать такие вещи, то благодарные соседи по достоинству оценят его усилия. Бомбардой там, или Авадой. Хотя, тут конечно же не обошлось и без чисто законодательных мер. И Империус - Непростительное, и, насколько я помню по своему суду, перечень, как их там, "проклятий списка приложения "A-десять" от тысяча девятьсот лохматого года", судя по дате, регулярно пополняется. В общем, стать во главе армии психокодированных никому не суждено. Да и омут стоит ой как недешево...


Впрочем, дело тут могло быть не только в вышеуказанных причинах. В магическом мире, если подходить с точки зрения нормального человека, все было максимально... недружелюбно. Защита от дурака отсутствовала напрочь. Простым зельем от насморка можно было расплавить оловянный котел или отравить полкласса, заклинанием полета взорвать предмет, а уж при изучении аппарации... Все же в мире магглов нужно быть редкостным неудачником, чтобы в процессе обучения езды на велосипеде оторвать себе руку или ногу. В магическом же - это даже не суровая, а совершенно обыденная реальность. И окклюменция тут не является исключением. Как сама по себе из-за магической природы, так и в силу того, что связана она с такими тонкими материями как личность и память. Ладно, магия могла поддержать сделанные изменения и всегда оставалась возможность вернуться к предыдущему состоянию... если перед этим сделать все правильно и банально помнить о том, что ты что-то делал!


Короче говоря, занятие окклюменцией было делом очень далеким от безопасности. Настолько далеким, что даже в привычном ко всему магическом мире, в трактах о ней стояли недвусмысленные пометки: "под присмотром опытного подмастерья или мастера", что было вполне логично. В конце концов, криворукий легилимент опасен только для цели заклинания (ну, неудачника Локхарта во внимание не принимаем), тогда как окклюмент прежде всего - для себя. В результате - большинство самоучек вполне логично ограничивалось начальными ступенями, не залезая в опасные дебри.


Из-за этого и получили такое широкое распространение артефакты защиты разума причем на любой кошелек, но с различной, соответственно, эффективностью. От серьезных и дорогих настолько, что становились родовыми, артефактных комплексов, до "счастливой заячьей лапки", стоящей по обеспечиваемому функционалу где-то на одном уровне с "Фальшивыми волшебными палочками Уизли" и пресловутой шапочкой из фольги. Но когда одно неосторожное движение - и ты идиот или совсем другая личность, можно и потратиться.


Понимал ли я всю опасность того, что хочу сделать с собой?


Да.


Но был ли у меня другой выход?


Увы, но нет.


В итоге, что именно я с собой сделал? С учетом того, что канон и моя личная память переплелись уже так, что отделить одно от другого практически невозможно, удалять лишние воспоминания Омутом или окллюменцией было откровенным самоубийством. Поэтому я переместил воспоминания о прошлой жизни перед самыми первыми воспоминаниями Крэбба. Максимально сжал их. Выровнял эмофон. Надеюсь, этого хватит, чтобы Волдеморт не нашел их. А если и найдет, то не сможет понять что это, приняв за бред или сны. А если и сможет расшифровать, авось увиденное сойдет за воспоминания от прошлой реинкарнации, если здесь такое бывает, конечно же.


Естественно, такая защита была не без минусов. Теперь для того, чтобы вспомнить свою прошлую жизнь и подробно - канон, приходилось серьезно напрягаться. Также оставался вопрос, насколько плотно за последние четыре года моя личность пропитала то, что осталось от оригинального Крэбба. Не настанет ли теперь пора обратного влияния? Не растворюсь ли я? Хрен его знает. Все равно с этим пришлось смириться. Параллельно пришлось подготовить для Волдеморта пару достаточно вкусных и ограниченно опасных для меня тайн, которые могли бы объяснить мое летнее увлечение окклюменцией. В конце-концов, нужно же Темного Лорда заинтересовать? А то не найдет ничего для себя интересного и, чего доброго, станет копать глубже... Нужно мне это?


Два часа пополудни шестнадцатого августа тысяча девятьсот девяносто пятого года я встретил сидя в запущенном саду Крэбб-мэнора. Время, когда станет возможным использовать портал, неумолимо приближалось. Налегая на окклюменцию, я и так пропустил два "сеанса связи", так что этот - последний. Не приду, Волдеморт запишет мне техническое поражение, читай - предательство, со всеми вытекающими из этого последствиями...


Но я понимал это умом, а чувства все равно вносили в логичные и правильные построения определенную дозу смятения. Все же Волдеморт с его Упивающимися далеко не толстовцы. Скорее наоборот, особенно, если вспомнить мою "инициацию". И погружаться в такую грязь мне было очень неприятно и совсем неохота. Но выбор... Долбанный Слизерин со своими фантазиями и наследниками-максималистами!


Так все же, кого именно выбрать? Дамблдора или Волдеморта? Еще не поздно все поменять...


Медленно сыпется песок в часах.


- Идти или не идти? "Да" или "Нет"? "Да"?.. Или все же "нет"?.. Или "Да"?


Медленно сыпется песок в часах, отмеряющих время до возможной встречи с судьбой. Все меньше и меньше остается его в верхней половине.


"Кого выбрать? Кого..."


Глава опубликована: 03.05.2017

Эпилог четвертой части.


- Что там был за шум, Хвост? - спросила стоящая перед зеркалом высокая фигура в черной мантии весьма специфического кроя. Любой, заставший Британскую Магическую Войну, однозначно узнал бы в этом одеянии печально известную форму Упивающихся Смертью. Однако сейчас маска отсутствовала и капюшон был откинут, так что потенциальный шпион-неудачник мог во всех подробностях рассмотреть голую кожу затылка трупно-зеленого оттенка. И умереть от ужаса понимания того, что Он - опять жив.


- Господин! Я поймал шпиона! Пытать? Убить? - с надеждой в голосе спросил толстенький плюгавенький мужичок, рядом с которым в воздухе замерло чье-то тело. Резким контрастом с нищетой обшарпанной мебели и заношенной, грязной одеждой выделялась ярко блестящая, серебряная перчатка, плотно обтягивающая правую руку мага.


- Подожди. Давай его сначала сюда. Нужно узнать, откуда он узнал о том, что мы прячемся именно здесь и как прошел защиту. И выяснить, кому он успел об этом рассказать.


Повинуясь движению волшебной палочки каменно-застывшее тело подростка, закутанное в толстые веревки, с деревянным звуком упало под ноги господина.


- Хм, - высокий змеелицый маг с легким удивлением всмотрелся в лицо добычи своего преданного слуги. Сел , спокойно откинулся на спинку старого кресла и удивленно проговорил: - Знакомое лицо... Как он сюда попал? Фините, - взмах рукой легко развеял и веревки, и Петрификус Тоталус, наколдованный первым магом. - Ренервейт.


Сначала дрогнули веки, потом зашевелились руки и ноги. Незваный гость без удивления осмотрелся, со злостью глянул в сторону слуги, и, наконец, обнаружил сидящего в кресле мага. И прикипел к нему взором.


- Милорд? - с вопросительной интонаций произнес юноша и встал на одно колено. - Рад видеть вас... полностью возрожденным.


- Благодарю вас, лорд Крэбб...


Глава опубликована: 09.05.2017

Часть пятая. "Ты на службе силы зла". Пролог


Министр Магии Британии Корнелиус Освальд Фадж в последние дни находился в просто превосходном настроении. Удачно прошедший Турнир Трех Волшебников, где бесспорную победу одержал молодой маг-англичанин из хорошей старой семьи, отлично повлиял на престиж британских волшебников вообще и одного министра в частности. Да и некоторое финансовое оживление, связанное с тратами гостей с континента, тоже пришлось весьма и весьма кстати.


"Конечно, - размышлял Фадж, - международное реноме Британии немного подпортила судьба, постигшая приезжих чемпионов. Жалко их, конечно. Немного. Но, в конце концов, претенденты на чемпионство отлично знали, на что шли! И как бы теперь ни хотелось европейцам придраться, магический контракт - это магический контракт. И вообще: чужаки-континенталы вечно недовольны и вечно в каких-то необоснованных претензиях к нам. Наглые глупцы, по-другому тут и не скажешь. С другой стороны, весь международный негатив удачно был проблемой не его, Министра Магии Британии, а главы британской делегации на ближайшей сессии Международной конфедерации магов. Вот пусть Дамблдор, заваривший всю эту кашу и допустивший в школу опасного чужака, все это и расхлебывает! Хотя... ему не составит особого труда выдержать все эти нападки. Он до сих пор там носит почетный титул Президента.


Дамблдор! Все упирается в него! Вот чего ему не сидится спокойно? И так подгреб под себя кучу важных постов: и Верховного Судьи, и Директора Хогвартса, Президента Международной конфедерации магов, а все равно тянет и тянет свои жадные ручонки к другим... Альбусу осталось только наложить лапу на Палату Лордов, и власть его станет абсолютной. Причем, самое смешное, что ему в таком случае даже не нужен формальный титул Министра! Если ты заказываешь, какие законы принимать, лично сам по ним судишь, а преданные тебе маги следят за правильным исполнением приговоров... Кто тогда получается истинный владыка Британии? Уж точно, не министр!"


Фадж с легким вздохом налил себе в бокал на пару пальцев дорогого огневиски. Поднял бокал и стал задумчиво рассматривать его на свет.


"Как бы там ни прошло все хорошо с Турниром, к сожалению, далеко не все остальные дела обстают настолько же хорошо. Дамблдор беззастенчиво рвется к власти и взращивает под это дело соответствующих исполнителей. В последние годы из Хогвартса выходят маги с настолько промытой "высшим благом" головой, что мне становится просто страшно. И дело тут не в посте Министра: не так уж их и жалко: кресла и привилегий. Откровенно говоря, голодным и на улице я даже при самом плохом раскладе не окажусь. И должников, и накопленных средств у меня уже достаточно для долгой и безбедной старости. Да и любимым племянникам будет что в наследство оставить, чтобы те поминали "дядюшку Корнелиуса" добрым словом. Жалко другого. Жалко, если оголтелые молодые полукровные прогрессисты в угаре античистокровного бунта порушат все уже сделанное для страны..."


Уже несколько десятков лет подряд Министры и их помощники претворяли тайный план по плавному отстранению "древнейших и благороднейших" от реальной власти. План этот когда-то родился еще у Первого Министра из-за слишком ретроградной и негибкой политики так и оставшихся мировоззрением в глубоком средневековье чистокровных магов. Артефакты ли, власть ли, древние и никому не нужные темномагические знания ли послужат причиной очередной войны, никакой разницы для итога нет. Очередного междусобойчика безрассудных ревнителей древних прав и традиций, вроде Варнавы Деверилла и Локсия, с учетом принятого Статута Секретности, Британия может и не выдержать. История Магической Италии и Магической Испании служит отличным примером того, к каким чудовищным для магов последствиям могут привести усобицы темных магов. Нужно ли такое здравомыслящим колдунам и ведьмам, которые желают спокойно жить, растить детей и не бояться будущего? Конечно же - нет. И поэтому был придуман этот План.


"...Все шло, пусть медленно, но верно и предсказуемо, и тут на тебе! В тонкую и изящную, отлично подготовленную интригу влезает, как дракон в лавку ювелира-артефактора, Дамблдор. И что будет дальше? Гражданская война? Опять? Нет уж, благодарю покорно! Мне и одной хватило!" - несмотря на то, что по хаффлпаффской традиции лично Фадж на поле боя не лез, это не мешало ему, занимавшему тогда уже достаточно высокий пост в Министерстве, натерпеться столько страха, чтобы не желать повторения тех событий. - "В итоге, пришлось пойти на весьма серьезные усилия, дабы скомпенсировать негативное влияние молодых выпускников на текущую политику Министерства. Одно только негласное требование ко всем начальникам отделов не продвигать молодых гриффиндорцев выше старших сотрудников чего только стоит! А сколько стоило мне сил отбрехаться, когда это вскрылось?! Еле-еле удалось усидеть в кресле Министра, и то только благодаря договоренности с Дамблдором. К счастью, наконец-то все долги отданы, и я могу больше не оглядываться на Дамблдора. Впрочем, он и так выдавил из меня максимум и даже больше возможного. Мастер, по другому и не скажешь. Правда, после такого можно было ожидать любого развития событий, вплоть до прямого нападения, поэтому Хогвартс мне тогда пришлось покидать весьма спешно. Даже Чемпиона не поздравил как следует, м-да.


Твой ход с Волдемортом, Альбус, надо сказать, оказался весьма неожиданным. Уважаю и запомню на будущее. Значит, решил реанимировать старинную страшилку? Необычно, но логично. Особенно если учесть, сколько всего получил ты, Дамблдор, после той войны. Войны, в которой участия, вот уж удивительно-то для очень сильного мага, непосредственно своей волшебной палочкой практически и не принимал! Да и раскрученный тобой Мальчик-который-выжил находится близко и очень удобно контролируется. Руку, можно сказать, достаточно протянуть. И подставил меня перед своими клевретами красиво. Хотя, чтобы вскрылась правда, мне достаточно слить в Омут воспоминания - и все. Я, конечно, формально может и убийца, но и ты совсем не святым старцем перед толпой предстанешь! Мордредов Дамблдор! "Убийство разрывает душу..." Фанатик и чистюля! Уж что-что, а мне как хаффлпаффцу еще в школе привили правильное понимание простой истины: делая работу качественно, невозможно не испачкаться. Поэтому я, кстати, и занимаю сейчас пост Министра Магии. Другое дело, что и мне разглашение не выгодно..."


Закончив рассматривать бокал Фадж поднес его ко рту, насладился ароматом напитка и, наконец, сделал маленький глоток.


"В конце концов, разменять спокойствие и развязанные руки на гибель последнего представителя чистокровного рода не так уж и невыгодно. Да. Это минус один голос министерской фракции в Палате Лордов. Но теперь есть голос Крэбба, что даже в чем-то удобнее. Конечно, там некоторые сложности с Малфоем, но если Крэбб захочет и дальше иметь министерскую поддержку, то придется ему изворачиваться самому и поворачивать ситуацию так, как нужно нам, а не слишком хитрому блондинистому древнекровке. Как бы только Крэббу намекнуть на это потоньше? Ладно. Не к спеху. Правда Дамблдор в последнее время весьма активно работает с членами Палаты... Да и время планового созыва близится. Нужно Дамблдора срочно и сильно отвлечь. Но как? И чем? Как бы побольнее его зацепить?


Вот что Дамблдор не отдаст никогда? Конечно же, свой манор, а именно так, и никак иначе Альбус давным-давно уже воспринимает Хогвартс! Хм-м... А ведь удачно все складывается! Прямо как котлы в наборе для профессионального зельеварения! Отправить туда, скажем, министерскую инспекцию или инспектора с широким набором полномочий. Инспекцию чего? Да хоть расходования средств или качества обучения! Да! Качества обучения, несомненно!"


Довольный собой Фадж сделал еще один маленький глоток.


"Это превосходно отвлечет Дамблдора от Совета. Свои молодые креатуры он ни за что не отдаст - ведь это же его будущее! Но нельзя быть одновременно сильным везде. Даже просто быть везде - и то нельзя, сколько хроноворотов ни используй. Так что пока Альбус будет отражать мою атаку на манор, я тем временем поборюсь за голоса в Палате. Эх, голоса-голоса. Хм... А почему бы не убить сразу двух уток одной стрелой? Проблема слишком разговорчивой пешки Дамблдора может стать не только не проблемой, но и моим преимуществом! Что мешает поступить с Поттером точно так же, как с тем же Крэббом? Пусть с Крэббом и вышло все несколько спонтанно, но теперь можно же подготовиться получше? И усилий особых не нужно! Всего-то нужно подождать, пока британская знаменитость не попадется на чем-то серьезном и протянуть ему руку помощи. И получить на ровном месте еще один важный голос в Палате Лордов. А также утереть нос Дамблдору, вырвав у него из под контроля важную фигуру. Хм. Если этот так важно, то зачем же ждать? Ведь нужной случайности и помочь произойти можно, не так ли? Хм. Перспективно...


А если все же это правда? С Волдемортом?"


От пришедшей в голову независимо от его желания неприятной мысли Фадж поморщился и залпом допил остаток огневиски.


"Если это и правда... Что ж, тогда тоже ничего особо страшного случиться не должно. Только идиот не сделал бы выводов из событий Магической Войны, а в Министерстве на принимающих решения постах таких, что бы там ни говорила "оппозиционная" пресса и Дамблдор, очень мало. Подконтрольные министерству Аврорат, Ударный отряд, Стража были еще семь лет назад плавно и незаметно для излишне трепетно относящихся к усилению Министерства чистокровных в численном составе удвоены. И прошли как долгие тренировки, так и тщательные проверки на лояльность министерству, то есть, говоря простым языком, на преданность мне. А что есть, ну или будет, у Того-кого-не-следует-называть?


Да практически никого! Основная ударная сила Волдеморта гниет в хорошо охраняемом Азкабане, кстати, нужно там провести внеплановую инспекцию...


О! Еще и это! Есть отличная мысль, как проверить и окончательно привязать к себе Крэбба! Отправить его в качестве наблюдателя в комиссию инспектирующую Азкабан. Намек, так сказать, на кару за длинный язык! А если еще спровоцировать его на ссору с сидящими там Упивающимися, окончательно и бесповоротно сжигая за ним мосты!.. Да!


...Кто еще? Некоторое количество отребья темный маг может набрать в Лютном. Хм. На всякий случай отдать приказ Стражам совместно с Ударным Отрядом провести там очередную чистку. Еще? Великаны? Даже если он и сможет договориться с ними, то их мало и они далеко. Оборотни? Может быть. Нужно выдавливать их подальше из мест проживания волшебников! Срочно отдать приказ! Чтобы любой пришедший хвостатый сразу же привлекал к себе повышенное внимание. И арестовывался...


А если и этого не хватит? Тогда можно пойти известным путем и усилиться наемниками. Заключить, например, охранный контракт с несколькими пятерками Гильдии. Хотя бы ради того, чтобы этого не сделал Волдеморт. Правда, как с ними помириться, учитывая, хех, "десятку" их десятку?


Так что ничего особо страшного в возрождении Волдеморта нет. Пусть он только высунет нос - его разотрут в порошок и без всякого Мальчика-который-выжил-и-слишком-предан-Дамблдору. Главное, нужно предотвратить панику, а то бесполезный, стандартно трусливый, но очень громко кричащий плебс разнесет Магическую Британию куда вернее, чем десяток Темных Лордов! А я не позволю тому, на что пошли труды нескольких поколений магов - исчезнуть..."


Глава опубликована: 15.05.2017

## Глава 1. "...Вот ты поставил кровью крест, ха-ха-ха! До скорой встречи на костре!..."


Обретший тело Волдеморт внушал. Внушал страх и ужас одним только своим видом. Слишком похожие на человеческие, но не являющееся ими в полной мере, лицо и тело были отвратительны. Буро-зеленая, какого-то трупного оттенка кожа, безгубый рот из которого иногда на мгновение высовывался кончик вроде даже как немного раздвоенного языка, отсутствие носа... Смотреть в кино такое может быть и прикольно, но вот тут, на расстоянии вытянутой руки - просто омерзительно. И страшно. Очень даже страшно.


Мой неприкрытый страх Волдеморт почувствовал. И довольно улыбнулся. "Чертов маньяк!" - подумал я.


- Наконец-то мы сможем пообщаться подольше и понасыщеннее, лорд Крэбб. Хвост, присмотри за тем, чтобы никто и ничто нас от беседы не отвлекло!


- Да, повелитель, - подобострастно закивал головой Питер Петтигрю, и направил на меня свою волшебную палочку.


- Итак, - поднял палочку Волдеморт и с легкой насмешкой произнес: - Ведь вы, лорд Крэбб, не будете против, не так ли? Я так и думал. Легилименс.


Вполне ожидаемо. И обижаться на такое недоверие было бы глупо. Не тот человек Том Реддл, чтобы доверять... да хоть кому-нибудь! Тем более, что я на его взгляд фигура более чем мутная. К тому же, я уверен процентов на девяносто, что аналогичную процедуру прошли и все явившиеся на зов Волдеморта Упивающиеся. Уже не один раз погибший, если считать все его попытки вселения-воскрешения, маг ну совсем не будет похож на Деда Мороза...


Летние тренировки не прошли даром. Моих способностей в окклюменции хватало на то, чтобы следить что именно ищет и находит в моей памяти Волдеморт. Более того, кое-что я отважился прикрыть простыми, но своими самыми сильными щитами.


И, естественно, первое что стал проверять Темный Лорд, это те самые места, которые я "усиленно желал от него спрятать". Мои потуги защититься он не оценил даже презрительной улыбкой, подобно стенобитному тарану расколов поставленные мной щиты и... смог в полной мере насладиться полным нарочитых умолчаний и толстых намеков рассказом Дамблдора о тяжелой жизни мальчика Тома в приюте. Внимательно просмотрев сценку, Волдеморт отменил легилиментс, пристально посмотрел на меня и... промолчал. Но промолчал он настолько выразительно, что меня бросило в дрожь. Увидев, что я все, и даже больше, осознал, он продолжил сеанс потрошения моей памяти.


Так как чувство времени мне отказало, а окон в грязном и захламленном помещении не было, сколько именно часов меня потрошили, я не знаю. Волдеморт последовательно одну за другой вытягивал у меня тайны (естественно, кроме, слава Мерлину, самой главной), не брезгуя и просто любопытной информацией. Задания Основателей (без упрятанных глубоко и надежно истинных воспоминаний о разговоре с ними). Беседы с Дамблдором. Поведение Малфоя и прочих чистокровных. Снейп. Министерство... Все это удостоилось самого пристального внимания Темного Лорда. С гораздо меньшим интересом он посмотрел мою эпопею с Церковью, лордством, Гильдией, испанцами и сделкой с арамейскими магами. Но, ожидаемо, основное внимание, помимо Дамблдора, было сконцентрировано на моих воспоминаниях о Гарри Поттере, Мальчике-который-его-убил. Их Волдеморт просматривал очень долго и о-о-очень подробно, со всех сторон и в "реальном времени". Оставалось только порадоваться тому, что я от Поттера держался подальше, так что на долю любопытства Волдеморта пришлись одни лишь только общие уроки и редкие короткие встречи в коридорах и приемах пищи.


Рано или поздно все на свете кончается. Закончился наконец и этот допрос. Судя по тому, что "Авада Кедавра" в качестве реакции на все увиденное Волдемортом я не услышал, первичную проверку я прошел успешно и без особых потерь. Легилеменции я практически не сопротивлялся, так что отрицательная сторона допроса ограничилась только сильной головной болью. Ведь получить доступ к находящимся у меня в голове недоступным кускам памяти: запертым блоками непреложных обетов, стертых обливиэйтом или окклюменцией, Волдеморт все же пытался. И разговоры с Дамблдором как-то проверял на отсутствие подделок...


То, что скрыть было невозможно из-за простейшей перекрестной проверки, я скрывать и не пытался. Радует, что мой расчет оправдался. Волдеморт, воспитанный в детстве магглами полукровка, вполне спокойно отнесся к моим шашням с Инквизицией и Министерством. Настоящий чистокровный консерватор, судя по рассказам Логана Крэбба и Эрни, наверное, на его месте, заавадил бы меня даже за половину сотворенного мной...


- Лорд Крэбб. Исходя из того, что я увидел, вы не предатель. На первый взгляд... Однако, помня наши предыдущие разговоры, а так же данные тогда вами обещания, пришла пора определиться. Принимаете ли вы служение мне вместе с меткой, займете ли вы позицию нейтралитета, со всеми вытекающими из этого последствиями, или же... решите примкнуть к моим врагам? - пафосно-сурово спросил меня Волдеморт. - Если вы выберете третий вариант, то я, помня о честной и беспорочной службе вашего отца, а также принимая во внимание честность и открытость позиции... готов вас сегодня отпустить живым. Итак... Ваш ответ?


"Угу! Так я и поверил, в "отпустить"! Тем более, "живым", совсем не означает здоровым или не заколдованным тем же Империусом. Что ж... Пора выложить карты на стол. Комбинация у меня, на мой взгляд, не слабая. Эйфория от воскрешения у Волдеморта уже должна была пройти, как и ярость от проигранной Поттеру дуэли. Так что мозги уже у него должны заработать на полную. А значит, у меня есть все шансы на удачу в том, что я собирался ему предложить. Итак. Все или ничего! Сейчас и посмотрим, прав ли я был в своем анализе?!"


Я встал, выпрямился, развернул плечи, потом опустился на одно колено и произнес ритуальную клятву:


Я, Винсент Логан Крэбб, прошу Томаса Марволо Реддла, Темного Лорда Волдеморта взять меня в ученики. Я клянусь почитать его наравне с моими родителями, делиться с ним своими достатками и в случае надобности помогать ему в его нуждах. Клянусь его детей считать своими старшими братьями, и дарованные мне им искусства преподавать детям его безвозмездно и без всякого договора. Клянусь все наставления, устные уроки и всё остальное в учении сообщать только своим сыновьям и дочерям, сыновьям и дочерям учителя, и никому другому. Клянусь быть верным учеником и выполнять все без исключения его повеления. Клянусь своей магией, исполнять все сказанное честно и верно, соответственно моим силам и моему разумению, как написанное кровью письменное обязательство. И ни Право, ни Милость, ни помощь Стали, да не станут преградой на пути моем! И да пребудет во веки веков свидетелем сей клятвы сама Магия!


- Любопытно... - после долгой паузы произнес Темны Лорд. Впрочем, если Волдеморт и был удивлен, то по его лицу понять этого было нельзя. Хотя, он же проглядывал мою память, и мог обратить внимание на то, что именно я искал в книгах в последнее время. - Очень любопытно. Ты из соображений свободолюбия не хочешь Метку, но при этом приносишь клятву, которая подчиняет тебя мне во много раз сильнее. Если я приму твою клятву, то появись у меня намерения тебя убить, мне ничего особого для осуществления этого желания не потребуется. Я просто прикажу тебе умереть, и у тебя не будет другого выбора, как безусловно исполнить мое приказание! Любое! Ты понимаешь это?


- Да. Это меня не пугает. Я не собираюсь доводить ситуацию до такого, чтобы вам, учитель, потребовалось меня казнить.


- Хм... Тогда следующий вопрос. Неужели ты считаешь меня таким простаком? Зачем это тебе, я отлично понимаю. Защита и покровительство, в том числе и от Малфоев... Но будьте любезны, лорд Крэбб, объясните, какая от возможного ученика в вашем лице польза мне? И не смей врать! - жестко, даже без намека на теплоту в голосе сказал Волдеморт. А ощутимое касание ментальной магии к моим окклюментным щитам (ощущения можно образно сравнить с теми, как будто твою шею аккуратно и не больно, пока не больно, но жестко взяли в захват) намекало, что соврать тут равносильно смертному приговору.


- Тому несколько причин. Скажу честно, несмотря на то, что мой отец служил вам, лорд, лично мне Упивающимся Смертью становиться не хотелось. Поэтому я...


- Ближе к делу! В навыке топить в пустых словоблудиях будешь соревноваться с Люциусом. Обоснования! Ну! - давление на мои мысли усилилось.


- Хорошо. Во-первых, в моем лице вы обретаете честного и преданного соратника, чей разум при этом не зашорен бесконечным обожанием и верой. Ведь будь у вас тогда хотя бы один такой, то отпустил бы он вас к Поттерам? Не попытался бы сходить туда сам, или составить вам компанию? - дождавшись от темного мага легкого согласного кивка головой, я продолжил. - Во-вторых, на востоке говорят, что ученики нужны прежде всего самому мастеру для его дальнейшего личного самосовершенствования, а не для того, чтобы этих бездарностей чему-нибудь научить. То есть обучение меня много даст именно вам, как магу. В-третьих, верный и преданный союзник под магической клятвой и без, пусть и эффектно-эффективной, но сильно демаскирующей Метки Мрака, это хорошее подспорье в политической борьбе. Кто знает, как будут авроры поступать в будущем с магами, у которых на руке метка? К тому же, я уже сейчас вхож, пусть и чуть-чуть, в Министерство, а дальше, с вашего разрешения, я буду только расти там. В-четвертых, я не думаю, что маг с дарами в области Некромантии и Магии Крови вам будет лишний. В-пятых, не имея даже потенциальной возможности предать, я могу работать для вас, эм... оценщиком и критиком планов. Уж лучше тонкое место заранее найти и исправить, чем из-за этого планы пойдут прахом...


Больше ничего придумать я не мог, поэтому замолчал, стоя на колене и преданно поедая глазами будущего учителя.


- Спорно, - задумчиво проговорил Волдеморт. Кстати, когда он не злился, по-змеиному шипящие нотки в его голосе абсолютно не чувствовались. - Но... Хорошо. Последний вопрос. Почему я?


- А кто? - с абсолютно искренней безнадежностью в голосе в ответ спросил я. - Из всех встреченных на пути магов, нормально учить меня начал только Барти. Все остальные, что Дамблдор, что Флитвик, что гильдийцы, да даже лорд Лусеро, и тот, несмотря на дважды спасенную жизнь его сына, учить меня отказались. Нет, со стороны все было благородно и убедительно, да и оправдания железные, но по факту... Зато вы один из двух самых великих магов в нынешней Британии. Вы вернулись с того света, причем несколько раз. У кого, как не у вас, мне учиться?


Повисла долгая пауза.


- Я смотрю, лорд Крэбб, лавры Люциуса, моего скользкого, как давимый бубонтюбер, друга, не дают вам покоя. Впрочем, это может стать весьма и весьма интересным. У меня никогда не было ученика по магической клятве... Я Лорд Волдеморт беру в ученики лорда Винсента Логана Крэбба, принимая его на это время, как своего сына. Обязуюсь достойно научить его Магии Светлой и Магии Темной. Разрешаю ему передавать детям своим науку мою. Обязуюсь заботится о нем не хуже, чем о сыне своем. Договор сей действует два раза по двенадцать лет, или пока я не признаю своего ученика готовым к дальнейшему самостоятельному восхождению к вершинам Магии, что произойдет ранее. Да будет Магия свидетелем слов моих и свяжет нас клятвой.


И мое правое запястье охватила еще одна нить обета, на этот раз, для разнообразия, ярко синяя. "М-да, - подумал я, полюбовавшись на палитру колец, - надеюсь, мне удастся избежать рока Кухулина..."


- Так, км... ученик. Как, однако, необычно это звучит... Теперь пришла пора лишить тебя иллюзий. Для начала, если ты думаешь вот этой вот клятвой мне прикрыться от данной наследнику Малфоев, то ты сильно ошибаешься. Столетиями вырабатываемые правила магической аристократии - это то, что не позволяет нашему обществу пасть в ту бездну, куда влечет нас Дамблдор. Поэтому, учись решать свои проблемы самостоятельно. Понял?


- Да.


- Теперь по поводу обучения. То, что я передавал с Барти, ты изучил?


- Да. Частично. Но там нужно много практики. Одному опасно, да и... материал негде взять.


- Да. В Хогвартсе с подходящими трупами сложно. Что у тебя с обычными предметами?


- Оценки?


- И оценки тоже.


- В среднем, "Приемлимо". А так, что-то "Выше Ожидаемого", что-то "Слабо".


- Мой ученик не может иметь плохих оценок, как не было их у меня в свое время. Все "слабо" - нужно обязательно подтянуть. Что ты взял из дополнительных предметов?


- Нумерологию и Руны. А что еще я мог взять, с моими Дарами? Взял бы ритуалистику, но кто ее будет преподавать в Хогвартсе?


На мой риторический вопрос сидящий в кресле Водеморт ничего не ответил. Пользуясь моментом, я залез в карман и достал оттуда маленький клочок пергамента. Продолжавший истово исполнять приказа Хозяина Хвост встрепенулся и упер мне свою волшебную палочку в щеку.


- Что это? - визгливо спросил Хвост, и Володеморт очнулся от своих раздумий.


- Учитель. Вот, - протянул я клочок пергамента.


- Что это? Говори! Ты хочешь убить Господина? Ну! Признавайся!


- Хвост! Замолчи! Крэбб?


- Учитель. Это список тех книг, которые требовал переписать Дамблдор из Библиотеки Хогвартса. Не знаю, быть может, вам это в чем-то поможет. Нужно только увеличить...


- Хорошо, - Волдеморт небрежно взмахнул рукой и пергамент медленно перелетел ему в руки, одновременно увеличиваясь в размерах. Даже чересчур увеличиваясь, превратившись из свитка во что-то вроде рулона ватмана для плоттера.


Пока Волдеморт читал превратившиеся в афишу строчки, я решил прояснить ситуацию с Петтигрю. Точнее не прояснить, а поставить верную шестерку учителя на место, чтобы он и не думал тыкать в меня палочкой.


- Убери палочку, - резко отдернул я голову в сторону.


- Сидеть! - еще сильнее навалился на меня низенький маг.


- Я тебе не собака, а ты мне не хозяин! - смело пнул я по ноге Хвоста. Вряд ли верный раб моего учителя решится на что-то без его на то приказа. - И верни мою волшебную палочку!


- Хе-хе-хе! А ты, попробуй отними ее!


- Я не попробую, - спокойно ответил я. - Я отниму.


- Хвост! Прекрати! - Темный Лорд соизволил обратить внимание на нашу перепалку. - А ты, ученик... не дыши!


Грудь как будто сжала лапа невидимого великана. Я попробовал сделать вздох-другой, и в ужасе осознал, что не могу. Не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть. Грудь застыла, а тем временем воздух в легких становился все быстрее и быстрее беднее на кислород. Наконец настал тот момент, как пригодного для дыхания воздуха в легких не осталась, и судорогой в груди я был брошен на пол. Под наблюдением расплывающейся в жутко довольной гримасе крысиной роже Питера, я сжался комом и забился, инстинктивно пытаясь разорвать себе горло в попытках вдохнуть хоть глоток, но ничего не получалось. И только когда черно-красная волна удушья практически без остатка захлестнула меня, я услышал короткое:


- Дыши, ученик, - разрешил Волдеморт, и с громким хрипом в мои легкие хлынул невероятно прекрасный и вкусный воздух. Который всего пару минут назад казался мне таким отвратительно затхлым и с привкусом плесени.


- Надеюсь, ты понял, какую власть над собой отдал в мои руки? - довольный учитель смотрел на мои попытки надышаться вдоволь. - Метка дала бы тебе намного больше свободы. Вон, некоторые с ней меня даже предавать умудрялись. И помни. Ты сам выбрал свое место. Я несколько раз предлагал тебе занять место своего отца в Ближнем Круге, но ты - отказался. Да будет же так! Тебе теперь никогда уже не встать вровень с остальными моими друзьями! Знай свое место! - строго сказал мне Волдеморт.


Но я был достаточно взрослым и "достаточно слизеринцем", как говорят в магической Британии, чтобы понимать, что ничего плохого в такой постановке вопроса нет. Ведь "не быть вровень", не обязательно означает быть... ниже! В конце концов, меченных Упивающихся - куча, а Ученик у Волдеморта только один. Я!


Глава опубликована: 21.05.2017

## Глава 2. Суровый учитель


Тем временем Темный Лорд, глядя на мою кашляющую фигурку, недовольно поморщился.


- Вставай и пошли, - приказал Волдеморт и поднялся из своего тронообразного, чем-то смахивающего на дамблдоровское из Большого Зала, кресла. Мы вышли из комнаты и пошли куда-то по грязному, засыпанному различным старинным строительным мусором (трухлявыми обломками дерева, кусками штукатурки, превратившимся в гниющие тряпки кусками гобеленов, и просто камнями) коридору. За нами двоими, что-то постоянно бубня и причитая под нос, хвостом тащился кх-м... Хвост.


Спустя пару лестниц и несколько коротких и длинных коридоров, мы оказались в неком заброшенном помещении. Впрочем, несмотря на всеобщую разруху, в нем по все еще действующей магии отчетливо угадывался классический дуэльный зал манора магов. В отличие от остальных мельком виденных комнат и коридоров, тут, кстати, угадывались следы приборки.


- Барти очень неплохо отзывался о твоих успехах в дуэлинге. Я хочу убедиться в них лично, - без всяких прелюдий заявил Володеморт и встал на противоположном конце дуэльной дорожки. - Поклон.


Мы вежливо поклонились друг другу и замерли, направив палочки друг против друга.


- Нападай, ученик.


- Но...


- Если ты о клятве, то я разрешаю... - неправильно понял меня Волдеморт.


"Э как "здорово"! - подумал я. - Я принципиально даже попробовать причинить вред своему учителю не могу! Впрочем, чего еще было ожидать? После такой клятвы и такой демонстрации? Зато теперь становится понятно совершенно мизерное количество мастеров. Если перед тем, как стать мастером, нужно до уровня подмастерья пару десятилетий быть рабом... Кстати, а у кого учился Волдеморт? И учился ли?"


- А...


- Сначала я буду лишь защищаться. Атакуй.


И я начал атаковать. Точнее, "атаковать". Оказалось, что именно в кавычках, потому что Волдеморт, поставивший невербально какой-то неизвестный мне магический щит, оказался для моих заклинаний абсолютно неуязвим. А я, желая произвести должное впечатление на весьма и весьма сурового учителя, сил не экономил и выкладывался по полной. Начав с самых обыкновенных, школьных и условно боевых заклинаний, я вскоре перешел к тому короткому списку по-настоящему опасных проклятий, которые смог изучить и отработать к этому времени. Позориться же непроверенными перед учителем... Нет. Лучше не надо. Ибо опасно и больно будет в результате непреднамеренной ошибки, которую Волдеморт может воспринять как попытку реального нападения.


В итоге весь спарринг, если это можно так назвать, Волдеморт спокойно простоял на месте, пошевелившись всего пару раз. А что не стоять, если пробить щит одним заклинанием мне не хватает сил и знаний, а перегруженный сериями попаданий - он регулярно восстанавливал?


Понимая, что впрямую, простой силой, биться о защиту Волдеморта бесполезно, я решил попробовать его обмануть. Попытка превратить валявшиеся на полу за пределами защитной сферы каменные обломки в острые шипы и пустить их очередью в противника (переосмысленный опыт дуэли с немцем) для учителя оказалась неожиданной, но... Плавное, но очень быстрое, змеиное движение - и все "клыки" пролетают мимо. А мгновенно поставленный второй щит, на этот раз от физических атак, намекает, что больше такие хитрости не сработают.


Так и вышло. Чередуя различные типы магических атак, даже свою любимую плеть крови, я добился только того, что щиты Волдеморт стал менять процентов на двадцать чаще.


- Стоп, - минут через пять после первой трансфигурации приказал Волдеморт,


Я остановился и вопросительно посмотрел на своего противника.


- Отдыхай.


- Я могу еще дальше сражаться...


- Делай что я тебе говорю!


Восстановить магию так быстро - просто нереально, зато хотя бы вот отдышаться... Тем более пот с меня тек, как будто я минут двадцать просидел в хорошо натопленной парилке. У спарринга совсем другое время. По напряжению и насыщенности мыслями и действиями минута тут идет за десять...


- Мне понятны твои навыки в нападении. Теперь - защита. Я буду атаковать тебя. Приготовься.


- Эм... Учитель.


- Да?


- А мне контратаковать можно?


- Можно, - разрешил Волдеморт.


Я кивнул и один за другим, этаким бутербродом, поставил три, каких самых мощных только мог, Протего Дуо.


Вообще, классически в дуэлинге эта защитная техника выглядела несколько по-другому. Друг за другом ставились несколько разных щитов. Например - первым ставился щит отражающий, который предназначался для отведения атакующей магии в сторону, а не жесткого блокирования и взаимного разрушения. Минусом отражающих щитов было то, что они легко пробивались проклятиями сильными, но зато расположенные поверх стандартного поглощающего они позволяли предотвратить истощение следующего слоя простейшими атакующими заклинаниями. Вторым слоем обычно ставился щит что-то вроде Протего или его более мощного аналога. Ну а третий обычно защищал от всяких опасностей материальной, а не чисто магической природы.


Но это, как говориться, классика, сферическая в вакууме, использование которой редко имеет место быть даже в чисто спортивном дуэлинге. А уж в настоящем бою, чтобы быстро восстанавливать сложный набор щитов, нужно быть не меньше чем Мерлином... Вот для настоящего боя Упивающиеся, а скорее всего кто-то из чистокровных или даже сам Волдеморт и придумали этот прием: расположение одинаковых щитовых заклинаний поверх друг друга. И со временем, как мне рассказывал Крауч, использование щитов в такой манере стало одной из любимых "фишек" Упивающихся вообще, и его, Барти, в частности.


Конечно минусов в этой придумке было море. Во-первых, каждый из трех щитов требовал от колдуна в полной объеме времени на установку. Во-вторых, по прочности три наложенных друг на друга щита, как это ни парадоксально, не имели утроенной защитной способности, а только полуторную. И то, только по уровню, между тем требуя полную тройную меру сил на свои установку и поддержание. Так что слабосилкам таким тактическим приемом пользоваться было очень тяжело. Были еще и в-третьих, и в-четвертых, и в-пятых - неудобств, короче, было море.


Однако несмотря на все вышеперечисленные минусы, данный прием оказался очень удобным. Ведь в классическом случае, чтобы обновить упавший верхний щит нужно было перед этим отменить два других, поставить внешний, потом по очереди возвести второй и третий слой. Здесь же достаточно было просто обновить внутренний слой. Простейшее Протего, даже поставленное три раза, пробивалось той же моей плетью крови на ура, тогда как три собранные в "пакет" - нет, то есть по защитной способности приближалось к Протего Дуо. Но то же щитовое заклинание среднего уровня сложности требовало сил приблизительно, как десять простых Протего, а "бутерброд" обходился всего тремя. Собственно говоря, по-хорошему именно в возможности быстро и дешево расширить вверх по мощности список блокируемых заклинаний и состояло основное преимущество этой удачной идеи.


Почему же никто до Волдеморта никто до такого не додумался? Неужели не пытался? Конечно, наверное, пытался, ибо борьба меча и щита - вечна. Вот только вся хитрость была в том, как именно превратить несвязанный набор из трех поставленных друг поверх друга обычных щитов в единый защитный многослойный оберег. И как именно это сделать члены Вальпургиевых Рыцарей на каждом углу не кричали. Ответ, кстати, был достаточно прост. Ну, для понимающего мага прост. Будучи одаренным в ментальной магии, Волдеморт попробовал с помощью нее создать некий конструкт-остов, который и являлся скелетом для "бутерброда" щитов. "Поставляется в комплекте с Меткой Мрака ", хех, или вот как мне, по секрету как соратнику (будущему соратнику). Впрочем, я уверен в том, что кое-кто из Аврората или того же Ордена Феникса разобрался в том, что тут и как. Ведь что изобрел один, другой всегда может повторить. Пусть и не любой другой. Да и полевых допросов с легилименций никто не отменял.


Как бы там ни было, но для команды Волдеморта данная техника стала одним из важнейших слагаемых успеха в бою. И причиной диких слухов среди обывателей, вроде неуязвимых Упивающихся. А что касается минусов... Учитывая, что слабаков и лентяев в начальном составе у Волдеморт не было принципиально (если и попадали, то либо быстро подтягивались до уровня, либо естественным образом отсеивались на тот свет), то можно считать, что минусов практически не было. (Это уже потом, когда организация и ее влияние разрослись, стало прибывать достаточно одноразового мяса, вплоть, кто бы мог подумать, даже до сквибов. А где иначе было Волдеморту набрать свои боевые отряды? А то, что мясо, неспособное на серьезную или тонкую магию дохло в промышленных количествах... Кого это волнует? Вот тебе и ощутимая разница между понятиями "декларируемая политика" и "реальная политика". Впрочем, это и так понятно: так было и так будет всегда.)


- Готов? - спросил Волдеморт, и, увидев мой кивок, взмахнул палочкой. Последнее, что я успел почувствовать - как больно бьет меня в спину стена дуэльного зала.


Сколько я пролежал без сознания, не знаю. Но вряд ли очень долго, так как услышанный мною бубнеж, когда я пришел в себя настолько, чтобы разбирать отдельные слова, принадлежал стоящему около меня Хвосту. Но когда я осознал, что именно тот говорил, мои глаза полезли на лоб, а рот весьма некрасиво приоткрылся в крайнем изумлении. Петтигрю... утешающий(!) Волдеморта(!!!), это..., это..., это просто полный сюр! Даже раненая спина отошла перед удивлением на второй план.


- ...Господин! Ваша сила сейчас даже больше, чем была... Она обязательно придет в норму! Вы же сейчас, как... как... как молодой маг! Я не мог ошибиться в ритуале!


- Хватит, Хвост! Пошел вон. А ты, ученик, - это уже мне, - вставай.


Пошатываясь, я поднялся. Удивление ушло, и на меня со всей своей силой навалилась боль. Судя по ощущениям, спина превратилась в один огромный синяк, а если доверять глазам, то манор сейчас - это стенки центрифуги. Которые крутится вокруг меня все быстрее и быстрее. Чтобы не упасть, пришлось упереться рукой в стену. "Похоже, сотряс" - подумал я.


- Я выяснил, что хотел. На сегодня все.


- Хм... Учитель... А как... Ну... как я вам? - с фальшивым смущением и абсолютно правдивым любопытством спросил я.


Волдеморт поморщился и, наверное, был готов по привычке ответить круциатусом. Но потом, вспомнив, что я не нерадивый слуга, а ученик, которому, вообще-то говоря, положением свойственно задавать вопросы, сухо произнес.


- Хуже чем могло бы быть...


- Странно, но Барти...


- Не. Смей. Меня. Перебивать! - мгновенно разъярившись, практически на парселтанге произнес-прошипел Волдеморт. Прошипел тихо, почти на грани слышимости, но почему-то от этого угроза в его словах ощущалась только сильнее.


- Простите учитель, - опомнившись, я склонился в глубоком, вежливом поклоне, пусть и боялся упасть или облевать все вокруг себя. Уж лучше так, чем альтернатива очередного какого-нибудь "не дыши". Про демократизм в процессе обучения, а-ля "профессор Флитвик", здесь следует забыть сразу и навсегда. Увы, Волдеморт совсем не тот человек, чтобы быть "первым среди равных".


Проконтролировав наличие должной меры почтительности и страха, Темный Лорд медленно продолжил:


- Да, я знаю, что ты не очень сильный маг. Я также вижу, что ты уже умеешь многое из того, чего не умеют твои сверстники. Но кому это интересно? Мне не к ЖАБА тебя готовить! А требование аналогов в других странах, по правде говоря, гораздо серьезнее. И я в твои годы умел еще больше! Для ученика самого Наследника Слизерина ты слишком слаб и неопытен. Пока. А поэтому, ученичество не обещает быть легким. Для тебя!


В разговоре, подчеркивая серьезность только что сказанного, повисла долгая пауза. Нарушить которую, помня как меня только что осадили, я не решился. И, видимо, сделал все правильно, так как заметно успокоившийся Волдеморт продолжил:


- Займись пока этим, - и, в меня спланировала тетрадка. Еле-еле умудрился ее поймать и не растрясти бунтующий желудок, страстно желающий показать свое содержимое внешнему миру. - Там тебе, конечно, будет не все понятно, так что иногда можешь задавать вопросы. А я подумаю, с чего начать твое обучение. А пока можешь идти отдыхать.


- Да учитель, - ответил я, и стал потихоньку ощупывать себя на предмет переломов. Моя медлительность учителю пришлась не по душе.


- Ученик. Мое дозволение равносильно приказу! Который нужно выполнять быстро! Круцио! - пыточное держалось всего несколько секунд, но мне их хватило, чтобы упасть и дать волю своему расстроенному нутру. - По всем второстепенным вопросам меня не отвлекай. Спроси у Хвоста. Хвост? Покажи моему ученику поместье. Пусть выберет себе комнату. Ты понял все? - это уже опять мне. - Приберешься там сам, домовиков здесь нет...


Петтигрю, в отличие от Волдеморта, меня не впечатлил. Этакая усиленная версия оборотня-профессора ЗОТИ. Какой-то он весь был "по". Потасканный, помятый, потертый... С одной стороны, что бы там ни говорил канон, но по факту уже им совершенного - Питер весьма и весьма неслабый маг. А вот с другой, по своему поведению, он напоминал не классического подручного черного мага из легенд и книжек, а скорее, гопника-шестерку из подворотни. Не знаю, каким он когда-то был ребенком-гриффиндоцем, но вот взрослый Упивающийся из него вышел абсолютно аутентичный. Ни жалости, ни сострадания, одно только злорадство и жадное ожидание чужой боли. Чего только стоило вытягивание из него фиала с лечебным зельем! Как есть - крыса! А уж с какой миной на лице он предложил мне прогуляться...


- Пойдем. Можешь взять себе любую, даже самую, хи-хи-хи, роскошную комнату. На выбор! Все, как сказал Господин. Я покажу тебе все...


Естественно, никаких особых достопримечательностей в полуразвалившемся особняке не было и смотреть тут было абсолютно не на что. Грязные комнаты, очень грязные комнаты, комнаты-помойки или просто вход завален обвалившимся перекрытием... В одну из таких неприбранных комнат с гаденькой улыбкой меня и завел Хвост.


- Вот. Лучшее, что есть. Все для лорда Крэбба! - и вежливо-издевательски поклонился.


"Интересно, стебаться над недорослям - это фирменная фишка у всех Упивающихся? Беллу ту же вспомнить если..." - подумал я и вошел.


Комната была не особо большой, но и маленькой ее назвать было сложно. На глаз, метров по восемь в длину и еще четыре в высоту. Из такой комнаты, в принципе, вполне мог бы получиться неплохой кабинет или роскошная спальня, каковой она, несомненно, и была лет этак сто назад. Роскошной настолько, что вполне могла прийтись по нраву какой-нибудь герцогине или даже принцессе правящего дома. И таковой она бы и оставалась, если бы не всемогущее время. Сейчас же комната была помесью свалки с сараем: полуразвалившаяся монументальная мебель; кровать с провалившимся балдахином и превратившейся в кучу гнилого тряпья постелью; какими-то кучами деревянных обломков по углам, которые сейчас годились только на растопку. Камина, кстати, чтобы топить, в комнате не было. На полу - рассохшийся и местами вздыбленный паркет. Со стен и потолка свисают обрывки гобеленовой ткани. В общем, картина: "Спальня в Букингемском дворце спустя сто лет после ядерной войны". Но если сравнить с остальными помещениями, что я только что просмотрел, эта спальня действительно была лучшим вариантом. По моему виду поняв, что я сделал выбор, Питер ехидно произнес:


- Если что надо, я, хе-хе-хе, всегда готов тебе помочь! Обращайся. А пока, хорошо тебе отдохнуть, - и поскорее смылся, захлопнув за собой дверь.


Я еще раз оглядел комнату и присел на подлокотник кресла, давно лишившегося своей обивки и мягкого сидения. "М-да... Не Эрмитаж. Совсем не Эрмитаж. И даже не министерские камеры для особо привилегированных заключенных. В таких декорациях только трешовое, малобюджетное кинище про вампиров снимать. Самое место для воскрешенного Лорда Судеб..." - моя мысль с окружающей грязи плавно перескочила на Волдеморта.


"Да... Он реально крут! Никакая книга или фильм, даже мое богатое воображение, не могут передать того ощущения силы и мощи, что исходит от учителя. Мне таким не стать никогда, - с некой завистью подумал я, а потом внезапно разозлился. - Волдеморт одним(!) невербальным(!!) заклинанием снес мой тройной(!!!) Протего Дуо. Просто "супер"! А если бы мы сражались всерьез? Бля! Ну что за жизнь?! Куда ни кинь, везде и все тебя ошеломляюще сильнее! Как же мне надоело быть мальчиком для битья!" - со вздохом подумал я. На этот крик души внутренний голос меня тихонько, но предельно ехидно спросил:


"- А может быть, в противники нужно перестать выбирать местных тайсонов с чаканоррисами? Хотя бы до того, как пару дней не отзанимаешься в секции? Глядишь, и дела пойдут получше?"


"- Да пошел ты! Сам бы тогда и выкручивался! Тем более, я же не специально... Выхода не было никакого другого. Тогда уж что, мне вообще из дома лучше не выходить? Да и кто бы мне такое позволил? Хотя на счет противников - тут ты в чем-то прав, да. Но Волдеморт действительно слишком уж силен!..."


Действительно, впервые в жизни я столкнулся в бою с по-настоящему сильным магом. Школьных учителей, включая Барти, назвать таким высоким званием - значит сильно польстить. Тот же Флитвик, с которым я тренировался (или он со мной, что будет точнее) никогда не был особо одаренным. Да, он был очень умелым, хитрым и опытным, но отнюдь не Великим магом. Дамблдора я тоже в бою не видел, хотя пару раз и наблюдал его "воплощенным в мощи". А единственные виденные очень сильные маги творили свое колдовство тогда, когда я пытался прийти в себя после забега от тысячелетнего дракона по узкой пещерной кишке! И заботило меня тогда больше желание хоть как-то унять боль в обожжённой груди и вообще отвалить куда подальше. А вот Волдеморт... Волдеморт внушает!


Наконец-то ко мне пришла тень осознания того, что же такое по-настоящему Великий Маг. А так же, с чем именно можно сравнить все эти градации магической силы: "слабый маг" - "сильный маг". Похоже, что самая близкая аналогия в маггловском мире это - калибр огнестрельного оружия. Все же как ни крути, а трехлинейка никогда не станет мощнее трехдюймовки, как ни старайся, и что ни выдумывай. Да и сама логика намекает на то, что если бы сила мага ничего не значила, то Волдемортом становился бы каждый второй обиженный чужим деканом школьник.


Однако одной только сырой силы, магического потенциала, тоже слишком мало, чтобы правильно оценить мага. Как глупо было бы приравнять двадцатичетырёхфунтовку эпохи парусного флота к той же МЛ-20. Калибр вроде как сходный, можно даже сказать одинаковый, а масса снаряда, дальность стрельбы и прочие характеристики различаются в разы или даже на порядки. Впрочем, и то и другое орудие убивает надежно. Особенно, если встать близко от дульного среза. Сипаи могут заявить об этом со всей достоверностью.


С другой стороны, если вспомнить историю огнестрельного оружия, в определенных пределах меньший калибр при большей, ну, скорострельности там или массе взрывчатого вещества в снаряде, то есть - техническом совершенстве, бывает намного эффективнее. Как та же трехлинейка эффективнее средневекового мушкета. То есть, в пределах одного и того же уровня силы маги могут очень и очень сильно различаться. Короче говоря, все как и везде: хочешь чего-то добиться, не ленись и работай над собой. Гарантий обязательности положительного результата, к сожалению, не даст никто, зато лень... Лень - это стабильный и надежный путь к потере даже той малости, которую уже (еще) имеешь.


Собственно, именно этим путем, путем длительных выматывающих тренировок и постоянного самосовершенствования, и шли маги слабой и средней силы. Что вполне логично, так как "калибр" увеличить было невозможно. А после того, как я совершенно случайно нашел исключение из правил и, кардинальным образом устранив конфликт между светлой и темной сторонами своего магического дара, стал магом пусть и младшего уровня, но все же средней силы, этим же путем идти и мне. "И начинать следует уже сейчас, если не раньше," - сказал я себе, достав из кармана полученную от учителя методичку. Повертел в руках, посмотрел по сторонам... и убрал обратно.


Честно могу себе признаться, а врать самому вообще глупо и бесперспективно, особым любителем чистоты и порядка я никогда не был. Как говорится, творческий беспорядок - наше все. Но одно дело - творческий, а другое - такой вот откровенный срач, что сейчас окружал меня. Жить на этой помойке мне не нравится. А с тем, что не нравится, нужно либо примиряться, либо бороться.


- Неужели Лорд не мог найти места для жизни получше? Мало ли кто сюда мог зайти на огонек? Хоть бы съехал к тем же Малфоям под бочок! Конечно, найти его здесь проблематично, но ведь и не ищет же его еще никто? - сказал я, а про себя подумал "Учитель все еще опасается своих бывших друзей, повзрослевших и поумневших? Может быть, может быть. Особенно, учитывая те проблемы с дозировкой сил, что я наблюдал... То-то Хвост так обрадовался моему появлению! Типа "лучше он, чем я", да?" - Ладно, шутки шутками, - пробормотал я, - а с бардаком нужно что-то решать. Жить в таком свинарнике даже Уизли бы побрезговали. Хотя, нет. Могли бы и не побрезговать. Они... такие. Веселые ребята.


Семь шебутных детей - это, конечно, оправдание... на первый взгляд. А на второй, почему-то никто не задумывался о том, что начиная с осени девяносто второго в Норе на постоянной основе жили только... Артур и Молли! Всего двое (ну может трое, если Билл иногда из командировок наезжал) людей! Причем не магглов - магов! Из которых одна - домохозяйка, то есть ничем кроме ведения домашнего хозяйства, в том числе и уборки, как бы и не обремененная. И в таком раскладе не привести не бог весь какой большой домик в порядок? Бред! Засучить рукава, потратить день, два, неделю, да хоть месяц, и привести все в порядок, раз уж домового эльфа нет! А потом только поддерживать, что совсем уж просто... "Не-е-ет! Ни за что! В говне, как в крепости!" Надеются на то, что и министерские, и Упивающиеся побрезгуют лезть в такой гадючник? Грязнули как есть! Весь этот рыжий выводок! Во Поттеру подфартит в будущем с женушкой и тещей! Так что, дабы не уподобляться всяким маргиналам, только уборка, уборка и еще раз уборка! А то здесь не пресловутые ужи, а настоящие василиски заведутся!


- Итак, - громко сказал я и, собираясь пойти к завхозу-Хвосту и выбивать из него все полагающиеся мат-ценности, развернулся в сторону двери, - приступи-и-и...


Мой рот вместо положенного нормального окончаний слова выдал какой-то позорный поросячий визг. Но я на себя даже особо и не разозлился, потому что рядом с располагающимся около дверного проема шкафом стоял никто иной, как... Альбус Дамблдор! Очень-очень серьезный Альбус Дамблдор! Окинув меня суровым взглядом, он неодобрительно покачал головой, и потянулся к своей волшебной палочке.


Мое сердце мгновенно ухнуло куда-то вниз. Сколько и каких именно мыслей у меня в один миг пронеслось в голове, я не скажу даже и под круциатусом Волдеморта. "Фанон был прав...", "Волдеморт действительно креатура Дамблдора!", "Дамбигад как он есть..." и, наконец, всеобъемлющая в своей краткой емкости: "мне пиздец!"


Последняя мысль, потеснив все остальные, практически мгновенно и без остатка заполнила мою голову. Страх. Нет, не так. Не страх - ужас. УЖАС! УЖАС!!! Жуткий ужас охватил меня! Воспоминания о смерти Крауча, Дементор, тот взгляд Дамблдора...


- Нет! Не подходи... - прошептал я, дрожащей рукой поднимая палочку.


Дамблдор медленно поднял палочку и направил ее на меня. Глаза за очками половинками смотрели с немой укоризной и некой виной. "Извини, мальчик мой. Это для Высшего Блага..." - что-то вроде такого можно было прочитать в них. И осознание того, что не доверяющий обетам директор Хогвартса тем или иным образом расправится со мной "ПРЯМО СЕЧАС!!!" сорвало меня с нарезки.


- Нет... Не надо... НЕТ! - "В жопу все!" - промелькнула у меня последняя связная мысль и... - Авада Кедавра! - слова Непростительного сами собой выскочили из меня. Зеленая черточка убивающего проклятья жадно впилась в грудь удивленного директора Хогвартса, и Дамблдор бесшумно рассыпался прахом.


Тяжело дыша, я смотрел на небольшое серое пятно на и без того грязном и пыльном полу.


"Что же я наделал?" - бешено билась в голове одна единственная мысль. - "Что же теперь будет с каноном? И со мной?"


Глава опубликована: 27.05.2017

## Глава 3. Гости Крэбб-манора.


- Какой любопытный у вас боггарт, лорд Крэбб, - послышался из-за моей спины спокойный и крайне насмешливый голос. - Если Крауч мне не соврал, то в прошлом году он был совсем другим. Клоун-Локхарт, не так ли?


Я резко обернулся. Волдеморт во всей своей сомнительной красе стоял за моей спиной и весело, если это можно так назвать, улыбался.


"Вот и надо было ему подкрадываться или аппарировать? Проверял?" - машинально подумал я, все еще держа наготове в вытянутой руке свою волшебную палочку.


- Не махай палочкой, ученик. Ты все равно не сможешь напасть на меня. Хм... Теперь я догадываюсь, что случилось с Барти. Как именно и от кого он принял смерть... Но твой рефлекс мне нравится! Здесь еще полно боггартов, так что возможностей для тренировки, ученик, у тебя будет достаточно!


"Боггарт! Это был всего лишь боггарт!" - с крайним облегчением подумал я. - "Бедный-бедный Локхарт! Хотя, не удивительно, что он перестал быть моим самым-самым страшным страхом. Ведь теперь у меня есть совсем другой... Что? Еще много боггартов?" - от последней мысли я передернулся и...


- Учитель! Давайте переедем отсюда! - неожиданно для самого себя вырвалась у меня страстная просьба.


- Куда? - удивился Волдеморт.


- Ну... Например ко мне в манор. Там хотя бы чище...


Судя по тому, что Волдеморт не отверг мое предложение прямо сходу, а для начала просто в очередной раз пролегилиментил, жизнь на помойке его тоже совсем не вдохновляла. Убедившись, что моя просьба - искренняя, а не закладка, сделанная одним весьма и весьма любящим лимонные дольки магом, Учитель немного подумал, взвесил все, еще раз посмотрел на творящийся вокруг срач, и... согласился.


Естественно, незнамо куда Волдеморт сразу же не полетел, даже после нескольких ничего не выявивших дополнительных проверок, законно подозревая возможную ловушку. Клятвы-клятвами, а постоянная бдительность вредит лишь только душевному спокойствию и кормит паранойю, зато продлевает жизнь. Таким образом, сначала я впустил в Крэбб-манор Петтигрю, который аккуратно там все проверил. После этого Волдеморт в очередной раз напомнил мне как Ученику, что я не могу прямо или опосредованно причинить вреда своему учителю. Его даже интересовали не столько мои ответы и заверения в абсолютной лояльности, сколько то, как отзовется на них моя магия. Не исчезнет ли? Не превращусь ли я, подтверждая подозрения в предательстве, в сквиба? Наконец, поверив мне, мы отправились в родовой манор Крэббов.


На тщательный осмотр поместья у Волдеморта ушла пара дней. Поразительно, но к родовому камню и в запертые комнаты Волдеморт, как и положено вежливому гостю, не лез. Ему было достаточно моего слова. И я, честно говоря, от Темного Лорда такой корректности не ожидал. Внутренне уже было подготовился раскрыть своему новоявленному Учителю все тайны манора (чужой мне дом, что тут еще сказать), благо никакого внутреннего протеста у меня это не вызывало, а тут - такая неожиданность. Впрочем, скорее всего Волдеморт ожидал от меня совершенно противоположной реакции на каверзные вопросы о родовом гнезде и готовился в очередной раз меня "учить", а я внезапно все эти планы ему поломал. Мою готовность он почуял, и именно она и показала ему, что я со своей стороны максимально искренне выполняю условия клятвы. Готовый пожертвовать одной из самых ценных вещей, что есть у чистокровного мага - магическими секретами и памятью рода, это его приятно поразило. Я на это надеюсь.


Кстати, о памяти рода. Портреты и с Волдемортом, и со мной не разговаривали. Обиделись? Картины?


Второй гость, Хвост, в поместье постоянно пропадал в выделенных для него и Хозяина комнатах (точнее, они выбрали их сами, а иначе-то как?) и ничем, кроме еды не интересовался. Видимо, сказывается долгое и привычное прошлое ручной крысы: пожрать и поспать. В отличие от своего верного раба, Темного Лорда в поместье больше всего заинтересовала некромантская защита, построенная на основе векового родового праха, а так же ритуальная площадка, на которой недавно сгорело тело предпоследнего Крэбба. Осмотрев все внимательно, он приказал мне увеличить диаметр ритуальной площадки вчетверо (приказать домовому эльфу насыпать больше песка и хорошенько утрамбовать) и занялся какими-то своими магическими изысканиями.


Кстати, полученными от иудеев и хранящимися уже не в банке, а у меня в поместье (на всякий случай - на тот, вдруг буду объявлен в розыск и не смогу пользоваться Гринготтсом, я перенес все полученное: и описания, и ингредиенты домой) ритуалами Темный Лорд тоже не пренебрег. Зря я думал, что он на это мое "приключение" не обратил внимания. Наверное, это и есть признак величия: прикладное понимание того, что мелочей - нет. И правильная расстановка приоритетов. Тогда это было: понять, зачем я появился под его красные очи. Теперь же, еще раз прочитав легилименцией полную пафоса встречу в Гринготтсе, он заинтересовался достаточно для того, чтобы потратить некоторое количество своего бесценного времени на исследования. Судя по тому, что свиток с первым и вторым он мне вернул сразу же, а третий - пока нет, что-то там моего учителя очень сильно заинтересовало. Заинтересовало настолько, что в конце августа, в самую что ни не есть предшкольную закупочную лихорадку, он вызвал меня к себе (Хвост прибежал - позвал) и приказал:


- Возьмешь у Питера двести галеонов. Отправишься в Лютный, к Борджину. Купишь все по списку, - мне в руки падает свиток. - Я не знаю текущих цен, но двух сотен должно хватить с запасом. Исполняй!


Честно скажу, этому поручению я даже немного обрадовался. Прогуляться по магазинам после двух месяцев сидения в маноре было всяко лучше, чем продолжать разбираться в том, что мне в качестве "начального уровня" выдал Волдеморт.


Нет. Я ничего плохого не хочу сказать про тот материал, что мне дал учитель. Совсем наоборот! Книжечка, что Волдеморт тогда кинул, была для меня невероятно интересна и полезна именно той частью, о которой учитель высокомерно сказал "не поймешь". Ведь являющиеся помесью конспекта, личного дневника и классической "книги заклинаний" записи содержали как достаточно интересные заклинания, так и, что было очень важно именно для меня, мысли и оценки молодого, маггловоспитанного волшебника. Такую же про некромантию я уже видел, а вот эта вот методичка были посвящена ритуальной магии. Правда тем ее областям, за которые Министерство и общество, мягко говоря, по головке не погладило бы. Например: "...Как постоянно от истока к устью течет река, так постоянно же умирают люди и нелюди. Умирают непрерывно. Умирают вне зависимости от желания или нежелания волшебников. И вода все равно течет независимо от того, свободно ли русло, или перекрыто плотиной. Просто перед этим она работает на создавшего запруду. Крутит мельницу или вырабатывает электричество. И точно так же, как глупо упускать возможность получить выгоду от просто так текущей воды, так же глупо пренебрегать некромантией и ритуалистикой. Если смерть объекта все равно неизбежна, то почему же запрещено из этого извлечь магическую пользу? Запреты непонятны и нелогичны..." - это про эффективность использования ритуальных жертвоприношений. Вполне естественно то, что попадая в Хогвартс в возрасте одиннадцати полных лет (то есть, если перевести на родной манер - шести-семиклассником), Том, ничего не зная о мире магическом, достаточно знал о мире маггловском. От этого и его достаточно емкие, точные и, главное, понятные мне сравнения.


Кстати, сам не имея магических даров в Некромантии (иначе можно было бы обойтись в процессе захвата власти и без живых сторонников), Волдеморт все равно оказался весьма и весьма в ней искусен. Тот самый вариант, когда отсутствие таланта заменяется долгой и упорной практикой. Сказывается, похоже, его настойчивое желание ускользнуть от встречи со смертью. "Ага-угу. К чему может привести абсолютно неограниченное, в том числе и этикой, изучение данного конкретного направлении магических искусств, отлично видно из канона" - подумал я. Но знания из конспекта отметать не стал. В конце концов Барти был тогда абсолютно прав. Это действительно невероятно любопытно.


Возвращаясь к внезапной прогулке и моей непонятной на первый взгляд радости от нее. В последние дни у меня было просто невероятно отвратительное самочувствие. Волны жара и боли, начинающиеся в правой руке (которой я держу волшебную палочку), регулярно волнами проносились по телу, оставляя после себя слабость и тошноту. Будь девушкой - сказал бы, что опять проблемы из-за "лунного цикла", а так даже и грешить не на что. Отрава? Но я последние месяц-полтора из дома носа не казал, только к будущему учителю, а всю еду постоянно и сейчас проверяет домовая. Проклятье? Но кто и когда? Конечно, с одной стороны это мог быть как Хвост, так и сам Волдеморт. Просто бросить какое-нибудь мерзкое проклятье - дело пары секунд, но... вот только зачем? Так что тоже вряд ли.


Остается одна возможная причина. Сам Волдеморт. Как показала практика, жить с ним в одном доме действительно было... очень тяжело. Давление темной магии, источником которой являлся Темный Лорд, было настолько сильным и неприятным, что в последнее время я старался как можно реже с ним пересекаться. Может ли быть такое, что я схватил некий "передоз"? Может. Вот и проверю, проветрившись.


- Да, учитель - поклонился я и уже было дернулся на выход, как Волдеморт меня остановил.


- Стой. Возьми у Питера еще сто галеонов и купи, наконец, нормальной еды, - похоже, пару раз вкусив то, чем питался я и чем, все согласно клятве, поделился с Мастером, Волдеморт заработал себе стойкую изжогу. Увы. Я сам все понимаю, но денег взять было неоткуда. "Хм... Однако польза!"


Дымолетный порошок, каминная сеть, и вот, через бар Тома, я опять на Косой. Ожидаемо, сегодня тут, как будет и всю последующую неделю, полный аншлаг. Мантии, классические средневековые костюмы мужчин и "выгуливаемые" вычурные платья женщин чистокровных колдунов и ведьм как-то сюрреалистично выглядели на фоне джинс, футболок, шорт и коротеньких платьиц магглорожденных и полукровок. Вопили дети, суетились взрослые, кричали питомцы... Настоящее вавилонское столпотворение на одной отдельно взятой улице!


"Черт. А как быстро я отвык от толп народа..." подумал я и не смог отказать себе в небольшом отдыхе. "Задание учителя вполне подождет десять минут, " - с такой мыслью я присел на удачно освободившееся место в кафе-мороженое Флориана Фортескью. Кафе было небольшим, желающих - много, так что мест, даже учитывая тот факт, что на улицу были временно выставлены дополнительные столики, всем не хватало. И это при том, что чопорным англичанишкам было невместно стоять в очереди и ждать, пока освободится место, а настолько богатыми, чтобы им было зарезервировано или тут же освобождено место, были далеко не все. Впрочем, магам хорошо. Легкое движение палочкой, и стол мгновенно опять девственно чист, даже если за ним до этого пировало целое стадо рыжих уизлиобразных свиней.


Меню мне принесла молодая и симпатичная, но уже совершенно замотанная официантка-ведьмочка. "Бедняжка. Еще и полдня не прошло, а ее уже загоняли. М-да. Не все работы можно облегчить магией..."


Внимательно изучил меню. Оказалось, помимо непосредственно мороженого, тут можно было взять легкие закуски, пирожные и сладости. Запивать все это предлагалось лимонадом (в своей самой древней форме негазированного напитка из лимона, воды и сахара), сливочным пивом, горячим или охлажденным глинтвейном, а также вполне себе неслабым на градус пуншем или грогом. Однако, если хотелось поесть нормально или хорошо "принять на грудь" пива или чего-то по-мужски крепкого, а не всяких там коктейлей, то нужно было топать к Тому в его "Дырявый котел". Мощно кормил и поил только он. Такая вот вполне себе по-маггловски монополизация сегментов рынка питания магического Лондона.


Быстро получив большую порцию мороженного и холодного глинвейна, я с удовольствием отдал должное талантам повара. А отдать там было чему: и мороженное, и напиток оказались просто невероятно вкусными. Прихлебывая маленькими глоточками вторую порцию глинтвейна, на этот раз горячего и поэтому приятно будоражащего кровь, я от нечего делать стал прислушиваться к разговорам соседей, которые до этого воспринимались как некий абстрактный белый шум. А те, видимо, опять из все того же снобизма, совсем не старались приглушать свои разговоры. Или, хотя бы, накинуть соответствующее заклинание.


- ...Подорожали на целых десять сиклей! За мерную уницию! Ты понимаешь, на сколько теперь я и все остальные должен поднять цены на.... - вещал чей-то возмущенный голос.


"Мда. Кризис пришел в Магическую Британию" - подумал я.


- ...А я ей в ответ и говорю: "приворотным поила бы ты лучше магглов!" А она - в слезы. И, вот представь себе, не поднялась у меня рука ее выгнать. Наверное, какое-то новое зелье? Не знаешь, где такое продают? Я бы подлил его... - такими словами изливал душу молодой мужчина.


"И проблемы межгендерного общения аналогичные магглам. Любовь всегда и везде бьет своих адептов слепо и беспощадно. Даже странно, что за такое ее называют самым светлым чувством. Все, прям, как по Дамблдору. Чувство - светлое, а зла и тьмы в итоге от нее... м-да."


- ...Честно скажу, штраф мне забабахали - Мерлин знает какой. Но я все равно не жалею, что проклял его. В следующий раз будет знать, как докапываться до меня. Зато как удачно все получилось! Заклинание было абсолютно светлым, а боли для говнюка - море! И никакой "непрощенки"!..


"И межличностные отношения тоже вполне себе естественные..."


...Ты представляешь, уже новая метла! А мне родители даже на нашей старой полетать не разрешают!..


"Угу. Так и у нас игрушками дети друг перед другом напропалую хвастаются. Совсем маги не отличаются от магглов..." - сыто-философски подумал я и положил на стол несколько монет. Нужно было заканчивать отдых и отправляться по заданию Волдеморта.


...- Я бы с удовольствием оставила его себе. Но хозяйка - непреклонна. Говорит, в последнее время и так выручка заведения падает, так что заказ на ингредиенты из новорожденного мага спасет нас всех. Она обещала выделить мне целых пятьдесят галеонов!


- И тебе его не жалко? - с явственными отвращением спросил другой молодой женский голос.


- Жалко, конечно. Тем более, я бы из принципа его сохранила! Ты же помнишь, как мне влетело тогда?! Но я пила, пила зелья! Никто не верит, даже ты. Эх... Но что я могу сделать? Магический контракт мне не разорвать. Еще неделя-другая, и все закончится. Как закончится, - печально произнес женский голос.


- ...


- Не смотри на меня так! - зло сказал первый голос. - Тебе, белоручка, работающая у нас ради удовольствия, никогда не понять, что это такое - родиться в мертвой помойке. И на что можно пойти, чтобы из этой помойки выбраться! И то, сколько всего могут сотворить эти галеоны для моей семьи!..


"Мда. Нет. Отличаются. У нас вроде как на... еду по сути, еще детей не научились рожать. Или научились, но я, в полном соответствии со словами из песни "...Не верь старик, что ты за все в ответе. Что где-то гибнут дети, те - не эти...", стараюсь о таком оставаться в неведении..."- подумал я и встал из-за стола.


И тут на меня резко и внезапно накатил очередной приступ. Причем настолько сильный, что я от боли согнулся и был вынужден сесть обратно на стул. Теперь я в полной мере смог прочувствовать ее источник. Как ярким огненным кольцом вспыхивает боль в правой руке, как она расскаленной плазмой проносится волной по телу, как медленно и неохотно затихает где-то в затылке и пятках.


"Черт. А как все было так хорошо!..." - отдышавшись, я бросил мимолетный взгляд на последних услышанных мной собеседниц, встал и уже собирался было уйти... как молнией меня пронзило узнавание и понимание!


За столиком сидели две молодые женщины. Блондинки. Скромно и небогато, но аккуратно одетые. Прямо - воспитанницы пансиона благородных девиц, на секундочку вырвавшиеся в большой мир... если бы у одной не было, как говорится, "лезущего на глаза пуза". И если бы в обеих я не узнал девчонок, что весьма изобретательно скрасили мне и Барти вечерок в соответствующем заведении Лютного. Та, которая сидит слева, Эльза, сделала это тело мужчиной, а над второй - Хильдой, "работал" Крауч. И если судить по виду живота, неплохо так поработал. А он ли? Я быстро на пальцах прикинул сроки. Вроде все совпало...


"Точно он! Так вот откуда эта боль! Обеты! Долг жизни!" - я мысленно пробежался по всему тому, что выучил про них сам, и какие страшные и курьезные истории про них мне порассказал Барти. - "Сама Мать Магия ворожит нам, волшебникам. Она не желает прерывания родов тех, кто честно и верно служил ей многие века. И чем древнее род, тем сильнее эта поддержка. Отсюда проистекают такие невероятные для магглокровок возможности, как [при крайнем истощении рода] принять права, долги, обязательства и обязанности [лорда] даже весьма и весьма отдаленному от основного древа листку..."


- Теперь мне ясно, почему он не исчез! - прошептал я, имея в виду долг жизни. - Есть еще один Крауч!


"Вот какие шансы у меня были пересечься с этими б... хм, гетерами? Совпадение? Судьба? Магия? Я вынужден признать, как бы это невероятно ни звучало, но Магия действительно охраняет своих детей. Но... блядь! Ну как, как тут можно построить нормальную модель? Как, если со всех сторон и постоянно лезут на глаза факты, полностью опровергающие предыдущие, железно обоснованные предположения? Сука! Как же меня бесит этот магический мир со своей хитровыебанной логикой! Ладно. Все исследования - на потом. А сейчас нужно вернуть долг. Это в высшей степени правильно и справедливо. Я тогда должен был умереть, а меня без всяких условий спасли. Спас. Крауч. А вот теперь настолько же смертельная опасность угрожает сыну Барти. Честный и обязательный, классический, можно сказать, Долг Жизни. А ведь есть еще клятва, данная Основательнице..."


В качестве ответной реакции на правильный ответ на поставленный Магией вопрос, боль мгновенно утихла. И лишь на предплечье, намекающе, теплом грел невидимый браслет-обязательство Долга Жизни.


Быстро прикинув план беседы, я встал с места, неторопливо подошел (идти-то там было семь шагов) и сел на свободный стул за столиком проституток.


- Привет, девчонки. Рад снова вас видеть.


- Молодой человек, - чопорно произнесла одна из блондинок. Та, которая без "пуза". - Вам не кажется, что совершенно не подобает так фамильярно обращаться к незнакомым вам леди...


- Какая ты... леди, я отлично знаю. С точностью до веснушек у тебя на крестце. Так что прекрати строить из себя принцессу в свинарнике, а лучше вообще помолчи У меня дело к твоей подруге. Значит так. Я невольно услышал ваш разговор. И хочу сказать, что имею интерес в том, чтобы твой ребенок остался жив и здоров. Я готов принять тебя и твоего ребенка у себя в маноре. И, если уж у тебя такая серьезная потребность в деньгах, я согласен удвоить сумму, которую тебе хотела дать бандерша. Ты получишь не пятьдесят, а целых сто галеонов. От меня. Кстати, как тебя зовут? Фальшивых Хильду и Эльзу оставь для борделя.


Надо отдать должное, думала женщина недолго. Видимо, и раньше все для себя решила, а сейчас просто удачно подвернулась нужная возможность.


- Рагнэйлт. Меня зовут Рагнэйлт.


- Ты волшебница?


- Да.


- Хорошо. Значит, твой ребенок тоже маг?


- Да. Скорее всего.


- Ты согласна с моим предложением?


- В целом - да.


- Тогда пойдем?


- Нет.


- Нет??? - удивился я. - Почему?


- Видишь ли, все не так просто. Я... Я рабыня. Магический контракт привязывает меня к владельцу и заставляет делать все, что он прикажет. Без этого никто бы меня не выпустил из... заведения.


- Так. У кого контракт? Его можно передать другому, или это магическая клятва?


- У мадам. Контракт можно продать. Так меня в свое время купила мадам.


- Ясно. Мадам где живет? Или сейчас она в борделе?


- Или.


- Понятно... Хорошо. Так. Ждите меня здесь! Я сейчас... Или нет, лучше по-другому. Я пойду договариваться с мадам, а вы неторопливо возвращайтесь.


- Хорошо. Мы пойдем медленно. Вот только ты - поторопись. Срок может наступить в любой момент...


- Мордред! Ясно! Я побегу.


И побежал. Забитый магами Косой, оставляя позади себя возмущенные вопли, обиженных колдунов и ведьм. Срал я на них! Потом пустынный Лютный... Какого-то гоп-стопщика, попробовавшего заступить мне дорогу, я чисто на автомате оттолкнул заклинанием, а чтобы тот не бросился меня догонять, плетью крови рассек ему до кости ногу. Кого я там оскорбил наличием у себя кошелька, мне разбираться было откровенно недосуг. У меня были гораздо более серьезные дела, чем объяснять шпане всю бездну их заблуждений. Охранники на входе, комната приемов...


- Здравствуйте, - поприветствовал я бандершу, параллельно совершенно по-простецки, рукавом мантии, вытирая выступивший на лице пот.


- Хм. Юноша. Вы не ошиблись ли...


- Рагнэйлт. Контракт ее. За сколько продадите?


Окинув меня проницательным взглядом, особо отметив кольцо лорда, бандерша сально улыбнулась, кивнула каким-то своим мыслям и произнесла:


- Решили, господин, прикупить себе опытную постельную игрушку? И то, что она непраздна, вас, конечно же, не останавливает? - и дождавшись моего утвердительного кивка, как обычно съязвила: - Уж не ваш ли ублюдок?


- Нет. Не мой. Но это неважно. Назовите цену, - потянулся я за кошельком.


- Три с половиной тысячи галеонов!


- Да ты охерела! - с такими словами я отмер, словив поначалу ступор от озвученной цены.


- А что вы хотите, господин. Полторы тысячи галеонов за ребенка. Плюс пятьсот - неустойка. Да и контракт сам по себе не меньше тысячи стоит...


- Хватит с вас и двух! И не надо мне гнать про цены. Я год назад был в гильдейском... на Гильдейском базаре. Там за чистокровную молодую вейлу-девственницу просили всего тысячу шестьсот! А тут совсем другое. И не девственница, и не красавица...


- Зато у нас товар совершенно уникальный! Такого нигде нет. Не хотите, не покупайте, - правильно просчитав мою крайнюю нужду в именно этой женщине, бандерша не собиралась упускать своего. - Еще скажите спасибо, что я не задираю цену до пяти-шести тысяч! Я же вижу, насколько она тебе нужна!


- Хм, - холодно, оценивающее, я посмотрел прямо ей в глаза. - За такую сумму мне проще ваш шалман просто заказать!


- И, конечно же, и моих покровителей ты можешь заказать тоже, не так ли?


- Покровители есть не только у тебя!


В разговоре повисла пауза.


- Хорошо. Мое последнее слово - три тысячи галеонов, - подумав сказал я.


- Но...


- В конечном итоге, все, в том числе и моя "настолько нужна" имеет количественную оценку в галеонах. Конечную оценку в галеонах. Ваше слово?


- Хорошо, - после длительного молчания с видимой неохотой согласилась мадам. - Я буду ждать деньги.


- До скорой встречи, - прощаясь, легко кивнул я бандерше.


- Уж поторопитесь...


Я с прямой спиной вышел завернул за первый попавшийся угол и с усталостью привалился спиной к стене.


"Три тысячи галеонов! Три. Тысячи. Галеонов. ТРИ ТЫСЯЧИ ГАЛЕОНОВ МАТЬ ИХ ТАК ЗА НОГУ! Где, где взять такую сумму? И ведь не забьешь на это спокойно, даже если на этическую сторону проблемы не смотреть. Ведь на другой чаше весов положена моя магия. Магия! Магия - не сила, как будет вскоре выбито на постаменте памятника в атриуме Министерства Магии. Магия - это невероятной силы наркотик, от которого никак по своей собственной воле не избавиться. Так что в лучшем случае меня ждет метка Предателя Крови. И долгие, долгие круциатусы от Волдеморта. Или осквибение и моментальная Авада от него же.


Бля! Ну где же взять денег? У кого занять? Гоблины? Нет. Они не будут нарушать свои правила. Даже если бы и хотели, но не смогут. Клятвы. Малфой? Да он меня с лестницы спустит и прав в чем-то будет. Фадж? Может быть... Но он точно не будет торопиться, а время уйдет... И с ним уйдет и последний Крауч. Дамблдор? Даже не смешно - после такой встречи самому бы в живых остаться. Гильдия? Долго. Инквизиторы? Абсурд. Да и пока найдешь их...


Черт, черт, черт! Выхода нет. Как это ни ужасно, но придется просить Его... Бля-я-я-я, страшно-то как!..."


Глава опубликована: 02.06.2017

## Глава 4. Как приятно, что свои проблемы можно переложить на чужие плечи...


- Принес? - спросил меня Волдеморт, когда я появился из дымолетного камина. - Положи реагенты рядом с площадкой для ритуалов и иди занимайся, - не отрываясь от своих записей приказал он.


Честно скажу, никогда мне до этого не было так страшно. Нет, конечно, и раньше были возможности хорошо так испугаться: всякие боггарты, дракон в пустыне, да и Дамблдор тот еще подарок, но... Но это были другие страхи. Частично - наведенные, частично - внезапные, частично обильно замешанные на моем бессилии. А сейчас я сам, лично сам, зная заранее, что впереди эшафот, шел вперед. Шел, а что-то внутри шептало: "Беги! Ничего не стоит этого! Сквиб или маггл не будут интересны Волдеморту! Как-нибудь устроишься и в мире магглов-англов..." Мда. Не быть мне гриффиндорцем. Не быть. Трус! Трус ты Винс!


- Эм... - обильно потея произнес я. - Учитель... Тут такое дело... Мне нужна ваша помощь, - бросился я в омут головой. И глядя в удивленные моей наглостью змеиные глаза темного лорда начал объяснения. Сумбурно, но как уж смог:


- Там, ребенок Барти. Его хотят пустить на реагенты. Последний Крауч. А он был вашим преданнейшим сторонником. И его убьют. Древний чистокровный род прервется... Можно выкупить... Три тысячи галеонов. Но у меня нет таких денег, иначе я бы даже не и не думал вас побеспокоить. И занять мне не у кого... Даже у гоблинов... Ну... Вот... - под пристальным взглядом Волдеморта я замолчал.


- Легилиментс, - и меня перед "глазами" пролетели последние часы.


Помолчали.


Спустя очень длинную паузу Волдеморт с явно различимым удивлением в голосе спросил:


- Ты пришел просить меня за чужого ребенка. Который тебе - абсолютно никто. Пришел просить зная, что наказание будет неминуемо... Зачем тебе это? - внушительно прошипел Темный лорд, после того, как вытянутая у меня из головы информация была им проанализирована.


Чувствуя, как от пота неприятно промокает рубашка, и как крупные капли текут по лицу, ибо сейчас учитель отчетливо и нарочно давил на меня своей аурой, я хрипло, но четко выговорил.


- Я стараюсь... Я не забываю тех, кто сделал мне добро. И не предаю данных клятв! - немного пафосно ответил я. Но расчет на то, что Волдеморту мои слова понравятся, ухнул в пустоту.


- Твоя основная клятва - служить своему учителю. Мне! - почти прошипел Волдеморт, что выдавало его крайнее раздражение.


- Но... - попытался было я оправдаться, но рот мне мгновенно заткнули.


- МОЛЧАТЬ! Как ты смеешь перечить МНЕ? На колени! - громко и крайне зло приказал Волдеморт.


Повинуясь данной клятве ученика я послушно и безвольно упал на пол. И так и остался стоять на коленях, склонившись в унизительной позе.


- Почему ты думаешь, что это сын именно Крауча? - спросил Волдеморт.


-..., - на этот раз в ответ я решил промолчать. Впрочем, захоти я даже и ответить, только что отданный недвусмысленный приказ "Молчи", запирал мне магией уста надежнее всякого кляпа.


Унизительное бессилие. Теперь я отлично понимаю, отчего ученические клятвы в последнее время не получают никакого распространения. Все же менталитет средневековый и менталитет современный очень сильно различаются. Особенно, в части границ допустимого подчинения. То, что легко и просто, как естественное и неоспоримое положение вещей, стерпел бы воспитанный в средневековье человек, моим современникам покажется бесчеловечным рабством. С соответствующей реакцией. Что там ни говори, но откровенного скотства в последние десятилетия стало гораздо меньше. А то, что иногда все же выплескивается, оценивается именно как скотство и яро осуждается обществом. А ведь раньше оно было абсолютной нормой...


- Как ты смеешь молчать? - прошипел Темный Лорд. - Круцио! - взбешенный игнорированием себя превозносимого, Волдеморт решил действовать так, как привык.


Волна боли девятым валом накрыла меня. Самое страшное, что даже чуточку облегчить ее криком, клятва мне не давала. Оставалось только корчиться, стоя на коленях, и проклинать сделанный выбор. Дамблдор хотя бы меня не пытал. Просто убил бы быстро...


Тем временем Волдеморт, сообразивший наконец, что что-то здесь не так, отменил пыточное и произнес другое заклинание:


- Легилиментс! - быстро найдя причину моего молчания, он покинул мою память и приказал:


- Говори! Разрешаю.


- Долг жизни. Меня просто притянуло к ней, - захлебываясь непроизвольно выступившими слезами прохрипел я.


Волдеморт резко остыл. Я вообще заметил, что вспыхивает яростью он легко, но так же легко остывает. Неуравновешенный псих!


- Ублюдок... - задумчиво проговорил Волдеморт. - Но из списка истинно чистокровных. Со многими влиятельными должниками...


- Он честно и преданно служил вам. Ради вас он убил своего отца. Ради вас он пожертвовал совей жизнью. Разве не достойна такая верность хотя бы такой награды? Учитель и повелитель. Я обязательно отдам деньги...


- Хвост! - поднялся из своего кресла Волдеморт.


- Да, господин?! - отозвался неизвестно когда появившийся Петтигрю. Видимо, услышав заветное "Круцио!", он, как ужаленный, прибежал сюда. Наслаждаться видом пытаемой жертвы.


- Пошли!


- Да, господин.


- Крэбб. Ты - тоже, - приказал Волдеморт.


- Да, - кивнул я и встал с колен.


Путь наш лежал совсем недалеко. Мы втроем всего лишь вышли из дома и отошли на десять шагов, как Темный Лорд остановился и сказал.


- Руку, Питер.


- Пожалуйста, господин! - и Питер понятливо протянул хозяину руку с меткой. Волдеморт ткнул в нее своей волшебной палочкой и что-то прошептал.


- Учитель. Можно спросить? - осторожно произнес я, пользуясь образовавшейся паузой.


- Спрашивай.


- А зачем мы вышли в сад?


- Пока ты ходил, на дом я установил защиту от портключей и аппарации. Ключи от щита я тебе потом передам. А сейчас - замолчи.


С тихим хлопком перед нами материализовался очень хорошо мне знакомый маг. Век бы его холеную и надменную рожу не видеть.


- Люциус.


- Господин, - вежливо поклонился Малфой-старший.


- Люциус. У меня к тебе достаточно необычное дело. Видишь ли, случилось так, что я вынужден выступить в достаточно непривычной для себя роли. Роли поручителя. - "Это, если кто не понял, я сейчас весело пошутил. Можно смеяться." - перевел я для себя услышанное. - Лорду Крэббу срочно понадобился определенный заем. Да-да, - отметая даже тень возражений продолжил шипеть Волдеморт. - Я помню, что его род и так должен твоему, но... Я думаю, моего слова будет достаточно, чтобы один раз прикрыть на это глаза?


- Как пожелаете, лорд, - на лице Малфоя не дрогнул не единый мускул.


- Как хорошо, - довольно прошипел Волдеморт. - Тогда помоги ему. - Короткий поклон стал Темному Лорду утвердительным ответом. - И да, мой скользкий друг. Я думаю, что негоже моему ученику иметь долги нелюдям. Переведи его долги гоблинам на себя.


- Да, повелитель.


- Идите, - отпустил нас Реддл, и ушел в дом.


- Сколько, - выдавил Малфой одно единственное слово сквозь свои стиснутые челюсти. Причем, вряд ли это был приступ внезапной неземной любви.


- Три тысячи, - так же кратко ответил я.


- Кому?


- В Лютном. Там есть одно... заведение.


- Покажешь. Не дергайся, - схватил меня за плечо Малфой, и мы аппарировали на крыльцо Гринготтса.


"Конечно, хорошо, когда есть взрослые и сильные, за спину которых можно спрятаться и на мощь которых можно опереться, - думал я, глядя на то, как Малфою выдают кошелек, а так же, как мой долг переходит от уродцев коротких и страшных к уроду длинному и аристократично красивому. - Вот только такие мысли в себе нужно выжигать каленым железом. Иначе я так и останусь навсегда простой шестеркой. И вообще, надо бы потихоньку избавляться от незаметно привившегося общением со школьниками детского восприятия окружающих. Ведь вот этот вот маг, что идет рядом со мной, он если и старше меня, то совсем ненамного. А я подсознательно воспринимаю его "старшим". Бред! Ошибка! Пора в очередной раз резко повзрослеть. Вот, Малфой, не смотря на отличный старт, себя сделал сам. Это если не вспоминать о том, как себя выковал Том Реддл... Соберись, тряпка!"


В Лютном тоже все прошло просто замечательно. Без всяких там неприятных неожиданностей, которыми так любят изобиловать придуманные мной планы. Хотя, все могло бы и плохо кончиться: тащить с собой целое состояние в район, где убивают за пару сиклей - идея не очень мудрая. Я прямо кожей чувствовал на себе злые и хищные взгляды из подворотен, но... Связываться с сопровождающим меня взрослым и очень знаменитым магом в этот раз дно Магической Британии побоялось. Да и в шалмане, если у бордель-мадам и были какие-то мыслишки так или иначе меня "кинуть", то после того как в дверь вошел Малфой, они, падая в бездну, помахали на прощанье остающимся здравомыслию и осторожности.


А все равно приятно, когда проблемы решаются как по мановению волшебной палочки. Насколько бы в магическом мире это ни звучало... естественно.


Купля-продажа прошла очень быстро. Вышла беременная женщина с уже собранным тючком личных вещей. Быстрая ее проверка, путем поднесения к животу правого предплечья с реагирующим на кровного потомка Крауча Долгом Жизни. Пергамент с договором (насколько я понял смысл: по сути - купчая на рабыню) который я на всякий случай на проверку дал Малфою. Три тысячи галеонов меняют своего хозяина, и вот мы втроем аппарируем в Крэбб-манор. Здесь я отвожу девушку в предназначенную для нее комнату и запираю ее там, приказывая домовухе внимательно следить за новым жильцом.


Кстати, нужно отдать белобрысому должное. Свое отношение к происходящему Люциус выразил одной лишь только удивленно поднятой бровью, и то только тогда, когда женщина скрылась в комнате.


- Благодарю вас, лорд Малфой, - вернувшись в гостиную (а не пригласить Малфоя внутрь было после всего сделанного им было просто невозможно), я вежливо поклонился. В конце концов, сегодня Люциус показал себя с вполне нормальной стороны. Сделал, что просили, и совсем при этом не выпендривался.


- Я бы хотел получить свои деньги обратно как можно скорее, лорд Крэбб. - чопорно произнес Малфой.


"Ах да. Про "совсем" - это я загнул. Впрочем такая шпилька - сущая мелочь по сравнению с тем, что он для меня сегодня сделал. Пусть его. Тем более, вместе с ним мне ни детей не крестить, ни вместе в одну шахту не спускаться. А вот на счет "пойти в разведку" зарекаться уже не буду..." - подумал я. Вот только у Волдеморта, который стремительно вошел в комнату, было совсем другое мнение.


- Я смотрю, Люциус, ты достаточно хорошо сработался с Винсентом? - спросил чем-то очень довольный и даже, можно сказать, веселый Темный Лорд. А вот Малфой, справедливо подозревая какую-то подлянку, ощутимо напрягся. Даже насмешку проигнорировал, оставаясь для стороннего взгляда абсолютно невозмутимым. Но я-то почувствовал...


- Да, милорд.


- Это хорошо. И ты тщательно выполняешь поручение, которое я отдал тебе уже больше месяца назад?


- Да, милорд, - опять, уже с явной настороженностью произнес Малфой. - Но прошло еще слишком мало времени, чтобы появились первые результаты. Вы же понимаете, что кулуарная политика...


- Нет-нет, Люциус. Я не тороплю тебя. Пока... Я хочу попросить тебя о другом. Как ты наверное понял, лорд Крэбб стал моим учеником. Магическим учеником. А я привык жестко выполнять свои обещания. Магии его я его еще научу, а вот остальному... На остальное у меня сейчас не времени. Поэтому с нашим истеблишментом познакомишь его ты. И представишь его ему тоже ты...


Признаюсь честно, я совершенно по-простонародному застыл с открытым ртом. Я от Волдеморта такого эпического унижения Малфоя совершенно не ожидал. Причем у меня уже достаточно опыта, чтобы понять всю подноготную данной ситуации. И не очаровываться. Это была не благодарность мне - пока, при всем своем желании, ничего такого я еще не заработал. Это - мощная пощёчина Малфою. Чем-то перед своим господином блондин серьезно провинился. Не настолько капитально, чтобы быть зааваженным на месте, но чем-то гораздо более серьезным, чтобы можно было отделаться одним, пусть даже и очень злым, но всего лишь круциатусом. "То есть, Драко будет сидеть в Хогвартсе и варить зелья от прыщей, а его отец в это время его вассала будет натаскивать на... замену себе? Упс... Ой бля-я-я. Волдеморт - гад! Я, конечно, Малфоев не очень люблю. Совсем не люблю, если на то пошло. Но как они ко мне будут относиться теперь? После такого изнасилования свой гордости? Или у меня есть хорошие перспективы?.."


- И да. Все уроки должны иметь практическую составляющую, - тем временем Волдеморт добивал Малфоя, отрезая тому возможность ограничиться просто лекциями. - За результат я буду спрашивать не только с него, но и с тебя.


- Милорд. Многие мои контакты не подразумевают не то, что разговора, но даже и присутствия третьего учас...


- Я думаю, тебе все удастся, мой скользкий друг.


- Но...


- Не нужно спорить со мной, Люциус, - вроде все так же спокойно произнес Волдеморт, но в его словах мне отчетливо послышалось грубое "делай, как я сказал, раб!"


- Да, милорд.


- Иди.


Малфой вежливо попрощался с моим учителем и больше ничего не говоря с гордо выпрямленной спиной, вышел из дома, чтобы аппарировать к себе. "Хех, молчаливо, это да. Ни слова лишнего он не сказал, "но как выразитель молчал!" - подумал я.


Ушел и Волдеморт, а я побежал наверх, где обосновалась выкупленная проститутка, чтобы... чтобы узнать об очередной серьезной проблеме.


- Лотта не может. И не будет, - гордо сообщила мне домовая эльфийка.


- ЧТО? Да как ты смеешь? Дать тебе одежу?


- Господин волен делать все, что ему угодно. Лотта накажет себя. Придавит пальцы дверью. Но Лотта - честный домовик. Лотта никогда не ухаживала за младенцами. Лоттта опасается, что может навредить ребенку. За детьми всегда ухаживал Гаппи...


"Во, стерва!" - подумал я. - "Это меня так изящно разводят на очередную серьезную трату денег. И после такого не верь, что это "просто домовой эльф", а не правоверная дочь Евы!"


Про обещанного Лотте приятеля-домовика я, честно говоря, за чередой событий уже совсем позабыл. "Да что там какой-то Гаппи, если даже Забини на фоне всего случившегося в последнее время отошла на второй план?! Но что же теперь делать? Ведь я - бездарен, в прямом смысле этого слова, то есть "не одарен совсем", в лечебной магии. Нанимать повитуху? Лекаря из Мунго? Ага-ага, с Волдемортом в соседней комнате. Покупать другого домовика? А где взять денег? Снова лезть в долги гоблинам? А если не другого, а прошлого? И где мне прямо вот сейчас искать этого Гаппи? Может быть, его уже купили и увезли далеко? Или вовсе убили? Где вообще, кстати, продаются домовики? И где... Эврика!" - меня осенила воистину одна из самых ярких идей, которые только приходили в мою голову. Ответы сразу на все вопросы "где", "дешево", "надежно" и "безопасно".


Я вскочил, накинул мантию и рванул к камину.


- Три метлы! - бросил я шепотку дымолетного пороха.


После того эпического кормления "оголодалой лесной зверюшки", а также последовавшей за этим расплаты в виде роскошного набора конфет, отношения у нас с мадам Розмертой были очень неплохими. Да и вообще, дама она такая, что лишний раз зайти пообедать и посмотреть на нее - приятно. Но сейчас мне было не до этого. Кивнув в ответ на приветливый оклик от хозяйки "Трех Метел", я не останавливаясь выскочил из бара и быстро пошел, почти побежал, знакомой всем молодым магам дорогой.


"Что это за место такое, где точно есть очень много домовиков? Куда пытаются пристроиться выгнанные домовики? Ответ прост. Вот оно!" - кивнул я сам себе, глядя на приближающиеся башни Хогвартса.


Заходить в ворота школы волшебства я не собирался. Ведь там, понятно дело, сидит, как паук в центре своей паутины, Дамблдор, а я с ним встречаться больше не собираюсь. До конца шестого курса - уж точно. Или раньше, когда он там теперь станет материалом? Но следящие чары наверняка висят "на вход", а некоторая полоса вдоль стен - формально тоже территория замка. Так что, по идее, у меня может все получиться. Должно. Обязательно.


"А теперь следующий вопрос. Как быть уверенным в профпригодности, аккуратности и служебном рвении выбранного домовика? Ведь может попасться какой-нибудь мутант, как, например, Добби... Что вообще за существо это такое, которое будет преданнее любого другого служить ребенку Краучей? Конечно же..."


- Винки! - заорал я.


Тишина.


- Винки!


Снова ничего.


- Винки, мать твою за ногу!


Тихий хлопок и хриплый, негромкий голос мне ответил.


- Винки пришла. Чего нужно от Винки молодому господину?


Я опустил взгляд и очень сильно удивился. Никогда еще я не встречал домового эльфа в таком состоянии. Эльфам не положена одежда, а эта была одета в кофточку и юбку. Однако, судя по тому, в каком состоянии находилась эта самая одежда: давно, а то и вообще никогда нестиранная, с многочисленными дырами и торчащими из них нитками особой цены она для нее не имела. А глядя на просто чудовищный слой грязи на коже (и это для домовика, которому чтобы почиститься достаточно щелкнуть пальцами!) можно даже заподозрить откровенный бунт против такой свободы. Ко всему прочему рожа, а по-другому это не назвать, Винки была настолько пропита, что аутентичность полностью опустившемуся бомжу была полной. И даже сейчас она держала в руках бутылку сливочного пива ростом в половину себя и, слегка покачиваясь, приложилась к ней.


Если кто-нибудь, к примеру та же Грейнджер, возьмется когда-нибудь снимать фильм про тяжелую жизнь домовых эльфов, то Винки без капли сомнения взяли бы на главную роль. И на гриме бы сэкономили, и фильм бы собрал кучу Оскаров. М-да... Вот что потеря цели существования делает с разумным и верным существом...


- Ты же сейчас бесхозный эльф, не так ли?


- Да! Винки - запятнавший себя домовой эльф! - пропищала она и пьяно икнула. - Винки так низко пала! Винки очень-очень стыдно быть свободной!


- А что случилось с твоими хозяевами?


- Мистер Крауч правильно поступил, уволив гадкую Винки!


- За что тебя уволили?


- Бедный хозяин, бедный мой хозяин! Винки больше не может ему помочь! - зашлась пьяными, истерическими рыданиями Винки.


- Так. Прекрати рыдать. Я хочу взять тебя к себе. Ты пойдешь служить мне?


От такого предложения домовушка даже вроде как даже немного протрезвела. Но вот ее ответ оказался для меня совершенной неожиданностью.


- Я всю свою жизнь ухаживала за Краучами, до меня моя мама ухаживать, до нее моя бабушка... Что бы они сказали, узнай о свободной Винки? И о том, что Краучи погибли, когда за ними ухаживала Винки? Позор, какой позор! - она спрятала лицо в юбку и вытерла слезы. После чего неожиданно зло посмотрела на меня и отчеканила. - Никогда! Винки лучше умрет, чем пойдет служить чужому волшебнику! Никогда! Никогда Винки не предаст их памяти. Ах бедные мои хозяева!..


"Пиздец! Вот облом, так облом!" - злость на весь этот мир, который будто бы сговорился, чтобы не дать мне спасти последнего Крауча, яркой волной перехлестнула мои барьеры самоконтроля. - "Я сделал все, что мог. Нашел деньги ценой просьбы одного из самых страшных магов современности. Терпел круциатус от него же. Подарил ребенку и его матери лучшие комнаты в собственном доме. Я буду отрывать от себя, со своей тарелки, отдавать ей лучшие куски... И все эти усилия должны теперь пойти прахом из-за одной слишком тупой, упившейся до потери эльфийского облика, домовухи?"


- Ты, тупая дура! - ярость, наконец, нашла точку приложения, выплеснувшись на эльфику Краучей. Бывшую эльфийку вымирающих Краучей. - Позорящая всех домовиков. Как тебя только Краучи так долго держали, а не выгнали раньше? Смотри, тварь! - я задрал рукав и сделал кольцо Долга Жизни видимым. - Узнаешь? Или все мозги вконец пропила? Это долг. Мой долг Жизни Барти Краучу-младшему! А знаешь, почему он все еще на мне? Понимаешь, что это означает? Эх... - я тяжело вздохнул и махнул рукой и внезапно для себя остыл. - Черт! Придется искать другой вариант! - пробормотал я и повернулся в сторону Хогсмида, но... не смог сделать и шагу.


- Добрый господин Крэбб! - Винки каким-то чудом опять оказалась передо мной и крепко-крепко обняла меня за ноги. Я взглянул на ее лицо и мне стало даже как-то нехорошо. Никогда до этого ни в одном существе я не видел такой яростной и всепоглощающей НАДЕЖДЫ. Надежды, даже не с большой, а с огромной буквы. - Винки очень плохая и невоспитанная. Винки накажет себя сильно. Очень сильно! Очень-очень сильно! Винки исправится. Винки будет наказывать себя каждый день и каждый час. Но, пожалуйста, добрый господин. Возьмите Винки к Краучу!


- Барти Крауч старший и Барти Крауч младший мертвы.


- Но... как же так, - глаза ее потухли, но вспыхнули снова, в осознании.


- И больше Краучей нет. Пока нет. Но, возможно, со дня на день, появится следующий...


- ВОЗЬМИТЕ! - мозги домовушка, похоже, все же не пропила, и мою простую загадку разгадала правильно. То есть, свою относительную профпригодность доказала. - ВОЗЬМИТЕ ВИНКИ! Винки будет послушной! Винки будет делать все, что нужно. Винки будет верной и преданной...


- Ты можешь ухаживать за роженницей и за младенцем? - с сомнением, но отчасти впечатленный ее чувствами, спросил я.


- Винки может! - закивала та головой с такой силой, попутно пиная ей мои ноги, что среднестатистический дятел удавился бы от профессиональной зависти.


- Хм. "Верной и преданной", говоришь? А кому? В свой дом я могу взять только своего эльфа. Кому как не тебе это не понимать?


- Я... Я согласна.


- М-м-м?


- Я согласна, хозяин Крэбб, сэр.


- Давай договоримся с тобой так. Ты честно будешь моим эльфом. Верно и преданно, как ты говоришь. Со своей стороны, как только Крауч, он или она, пока еще не ясно, вырастет достаточно для того, чтобы пройти эмансипацию, я выгоню тебя.


- Но...


- Чтобы ты могла поступить на службу к Краучу.


- Господин! - растрогано заплакала домовая. - Хозяин! Винки будет служить вам как... как... как Краучам! - заплакала Винки.


- Так. Хватит ныть. Во-первых, приведи себя в порядок, - щелчок пальцев эльфийки, и вот одежда Винки полностью заштопана и чиста. - Во-вторых, реши все вопросы с Хогвартсом. После этого - перенеси меня в Крэбб-манор. Черт, нужно у учителя попросить уроков в аппарации. Задолбало быть прикованным к земле!


- Винки не была никогда в Крэбб-маноре. Винки не может туда аппарировать... - вставила пару слов домовая.


- Ясно. Значит, пойдем через камин в Хогсмиде. Перенесешь меня к нему, когда закончишь здесь. И помни, ты скоро станешь моим домовиком, так что не нужно делать ничего, что может мне навредить. В том числе и много про меня кому-либо рассказывать. От этого может пострадать и последний Крауч... - моя новая подчиненная согласно кивнула.


С обрезанием лишних связей Винки не тянула. С хлопком появился Добби (наверное Добби, отмороженного домовика Малфоев-Поттеров я вживую здесь не видел). Стояли они далеко, о чем говорили - не знаю, но судя по сгорбившемуся телу и поникшим ушам, с домовиком-выродком, почувствовавшая свободу истинного предназначения Винки, особо не миндальничала. И уже спустя всего минут пятнадцать я вышел из камина у себя дома. Вдвоем с вцепившейся в меня новой домовой.


Глава опубликована: 08.06.2017

Интерлюдия 1


- ...Он был просто в бешенстве! Никогда я Люца до этого таким не видел! - сейчас, для себя обычного, Северус Снейп жестикулировал слишком экспрессивно, показывая, насколько он удивлен поведением своего старого приятеля. - Разгромить, причем вручную, свой собственный кабинет, это... это...


- Том, я смотрю, не жалуют своих верных соратников? - спросил зельевара его длинно- и белобородый собеседник.


- Верные, Альбус, по его мнению, не на свободе. И, пользуясь тяжелым положением своих приятелей, не подгребают их под себя...


- Северус. Не начинай опять!


- Да я сейчас не про вас!..


Мужчины, замяв нарождающуюся ссору, замолчали и уткнули носы в бокалы с огневиски. Нарушая тишину, тихо курлыкнул Фоукс. Сейчас в кабинете директора Хогвартса и Снейп, и Дамблдор могли позволить себе немного расслабиться, зная, что точно не придется, возможно, прямо через секунду, сорваться и бежать, решая внезапно образовавшиеся проблемы. Впрочем, даже несмотря на огромное количество обетов и клятв, данных директору зельеваром, приглашать бывшего, и похоже нынешнего, Упивающегося в свой дом Дамблдор не спешил. "Мой дом - моя крепость", а в крепость не впускают чужих шпионов. Здоровая паранойя здорово продлевает жизнь.


- Значит, молодой Крэбб все же сделал свой окончательный выбор? - задумчиво произнес Дамблдор. - Решил пойти по стопам отца? Хм... Жаль... Жаль, что именно такой. Однако, надо отдать должное, мальчик оказался весьма и весьма хитер. По-слизерински, иначе и не скажешь. Не захотел пачкаться одиозной меткой... Смотрит далеко вперед? Мудро. А ученичество по магической клятве у великого мага традиционно считается делом весьма и весьма почетным, и поставлено в вину быть не может...


- А также за любые деяния отвечает не сам ученик, а его учитель. Даже "я был под Империо" не придется придумывать для суда, - задумчиво отметил Снейп.


- То есть, - уцепился за эту оговорку Дамблдор, - ты подозреваешь, что Крэбб недостаточно лоялен Тому?


- Ничего не могу сказать, - подумав, ответил Снейп. - Люциус ни о чем таком не упоминал. А у него... я еще не спрашивал. По поведению же в школе - тоже ничего не могу сказать. Все же, Альбус, это ученик не моего факультета, извините. Да и если бы был с моего, то... - задумался зельевар, и отрезал. - Тем более. Верить в таком деле на слово слизеринцу, сами понимаете... - подумав, Снейп продолжил рассуждать. - Но если предположить, что это действительно было бы так, то... вряд ли. Иначе, во всяком случае, если бы на его месте сейчас был бы я, вообще бы не пошел к нему. Но! Но. Даже в самом лучшем для нас случае, то есть если Крэбб пошел к, хм... господину, под той или иной формой принуждения... - долгая пауза и зельевар резко отрезал. - У нас все равно нет никаких возможностей через него навредить Темному Лорду.


- Хм... Но то навредить... - задумчиво потянул Дамблдор.


- Я вас не понимаю, Альбус.


- Потом. Мне это нужно еще обдумать.


Еще одна длинная пауза позволила директору и декану одного из факультетов добить огневиски. Естественно, ни великий маг, ни опытный зельевар крепкими спиртными напитками не злоупотребляли, но сделать по паре-тройке глотков ради некоторого расслабления, позволить себе могли. Тем более, после такого сложного года. И не менее сложного ожидаемого впереди. Эх...


- Кстати! Не мог ли ты Альбус... По новым обстоятельствам... - неуверенно начал Снейп. - Быть может, я придержу Драко? А Поттеру мы подсунем Крэ...


- Северус! Я, конечно, тебя понимаю, но поможет ли это Делу? Да и согласится ли на это сам Драко? И, откровенно говоря, поздно уже. Образы уже сформировались. И обоих. Для Крэбба у меня припасена, немного другая роль. Нужно только будет в кое-чем убедиться, а то слишком какой-то непредсказуемый Винсент в последнее время. Его сюрпризы мне порядком надоели. Пора бы его... немного успокоить. Думаю, тянуть с этим не стоит и займусь, сразу же после Распределения...


- Но...


- То есть, - закрыв тему, перебил Дамблдор своего подчиненного, - по словам Малфоя, получается так, что у Крэбба, уже есть наследник? Не рановато ли?


- Молодой да ранний. Но я свечку не держал. А кто был в курсе, тот уже... не с нами. Зря вы так с Барти...


- Хватит, Северус! Мы все это уже не раз обсуждали! У меня не было выбора. Так что именно сказал Малфой?


- Ну... Получается так, - буркнул Снейп.


- Хотя... Если я правильно понимаю, чтобы этот младенец стал наследником, Крэббу придется еще очень и очень постараться?


- Ну да. Без должно проведенных ритуалов этот ребенок - просто полукровный ублюдок.


- Полукровный? Точно? - о чем-то напряженно задумался Дамблдор.


- Да не знаю я! - вышел из себя Снейп. - Он вообще еще и не родился! Даже не ясно, кто это будет, мальчик или девочка!


- Хм... Странно это. Какая-то бордельная рабыня, когда ему было бы легко найти нормальную и чистокровную девочку. С хоть каким-то, но приданным, что в его ситуации не было бы лишним. Но не стал. Не захотел породниться? Почему? Боится за возможное давление ребенком? Но оно все равно будет, вне зависимости от того, от кого он.Такова родительская планида... - посетовал Дамблдор, на что Снейп понимающе кивнул. Оба мужчины были, кстати, бездетными. - Быть может этим он что-то хотел показать или доказать Тому? Но что и зачем? Тем более, что форму он выбрал мягко говоря... странную. Что-то здесь не сходится, - вслух рассуждал директор.


- Случайность?


- Се-е-еверус, - с легкой насмешкой потянул Дамблдор. - Не мне, тебе - Мастеру-зельевару, рассказывать, сколько существует различных зелий, чтобы таких случайностей не могло произойти даже в принципе. Часть которых ты ежегодно варишь для Поппи... Кстати, мальчик мой, в этом году нужно будет сварить удвоенную порцию. После Турнира их запас сильно истощился. И это только, напоминаю, зелья! Хм... Как бы там ни было, надо обдумать, как не только информацию о нем, но и сам факт наличия наследника можно будет использовать наилучшим образам.


- И как, например, мы сможем использовать эту информацию?


- Например... Как ты думаешь, а что скажет и что сделает одна твоя студентка, когда узнает о ребенке "ах, Винсента"? И, каким бы полукровным ни был будущий ребенок, что сделает Крэбб при угрозе его жизни?


- То есть вы хотите... - опешил Снейп.


- Не считай меня уж совсем за людоеда, мальчик мой, - холодно сверкнули очки-половинки.


Каких сил стоило Снейпу удержать на своем лице обычную, слегка нейтрально-презрительную мину, а в голове - мощный окклюментный блок, знает только он. Потому что внутри зельевара выл в безнадежной лютой ненависти волк-оборотень, желающий вцепиться этому лживому старику в горло.


"ТЫ!!! Лили!.. Лили!.."

Но у Снейпа в этом были слишком хорошие и жестокие учителя, а также много-много отработок, чтобы позволить себе показать даже тень истинных чувств. "За свои ошибки, за предательство я уже заплатил страшную цену. И продолжаю платить, пусть меньшую, но уже не первый год. А Крэбб... У Крэбба это все еще только впереди! Я не поверю в то, что ему удастся вывернуться из дружелюбных до омерзительности объятий Дамблдора. Даже мне вот не удалось. Пусть цели старика и чисты, но вот методы..."