# Страна сказок-632-633

Александр Владимирович Барсуков

Александр

Барсуков


Страна

сказок-632


("Письма в никуда"-632)


2018-2021


ПИСЬМО В НИКУДА-6311,5-6314

4 февраля 2021 года. Первый микс он трудный самый.

ПИСЬМО В НИКУДА-5014-5016,5

7 марта 2018 года. Ну что ж, сказка опять про Детство. Детство Вити, вообще, как и Детство Бэмби, было немного слабонервное. Ну, Бэмби-то понятно: постоянный стресс отражается на психике, постоянно в лесу наедине с бегемотами, носорогами, крокодилами, гориллами вообще! Это, конечно, стресс!

Горилы же они не просто большие мартышки-переростки, они же кидаются кокосами! Сами попробуйте! Идёт такая весёлая довольная спокойная Бэмби по дорожке, как жасть! ей по башке кокос!

Кстати, заметили "жасть!"? Данный термин мы применяли лишь при том, как призрак старой бабы жасть! по морде молодую бабу! И та стала как призрак! Такие раскосые близорукие глазки как 2 кружка сельтерской колбаски, такой же глубокомысленный взгляд, смотрящий на 90% внутрь сам себя. И выражающий мысль: "Ну почему мне никто не даёт?"

А как ей, вообще, дашь, когда она - Памятник? Памятник самой себе, на котором (на постаменте) будет написано: "ЕЙ НИКТО НЕ ДАЛ!"

Обидно, вообще? Ещё как! Так что, может, найдётся какой-нибудь чувак, который её хоть раз? Или чувиха, что храпит прикольно? И тогда... Тогда мальчик дожрёт, наконец, морковку, поезд въедет в тоннель, баскетболист забросит мячик в кольцо, и прогремят салюты!

Без баскетболиста Одиночество убивает бедную бейбу-призрака, и мячик в кольцо не попадает. Это такое Отступление. Мы пишем про Бэмби, не про бейби.

Итак, ползёт такая вся из себя оленеобразная Бэмби по тропинке, как жасть! кокос! И Бэмби падает в замедленной съёмке!

И тянет слабые ручонки к Богу: "Святой Лобзик! Зачем ты так со мною?"

"Да потому что я вас, бл.дей, 5 лет собирал в этом лесу!" - Лобзик неумолим, а горилла - его ставленница!

"Да что я такого сделала?" - спрашивает Бэмби.

"Ты посмела родиться, заср.нка!" - грохочет Лобзик.

И он прав, чертовски прав! Как эта заср.нка, эта Бэмби посмела? Сидела бы тихо и спокойно в брюхе у матери... Кстати, кто её уважаемая Мать? Волчица? Хомячок? Собачка? "Пошёл на хрен! Я интернет провожу, вот и ползаю!" "Простите, дорогой имярек! Как ребёнка кормить будете? Интернетовской ложкой?"

Итак, мы с боями, с кровью и потом выяснили, что уважаемый Отэц, а также и Мать Бэмби был Ашотик! Ну тот, которого трепанировали энтузиасты, и который потом ожил и превратился в бабу! Но в бабу не простую, а в Снежную! Леди оф айс! Майн морген гефюле оф айс!

Да нет, нет, ерунда. Мать у Бэмби была плоть от плоти, кровь от крови, от плуга и сохи, олениха Крыжопля! Кто, вообще, им даёт подобные кликухи-погоняла? Надо так: "Ольга!", "Лариса!", "Стелла!" Ну, как проституток обычно зовут. Не Крыжоплями же!

Если шлюху так назвать, то все пользователи разбегутся со всех ног прочь!

Ладно, ладно! Таня! У нас во дворе была одна такая Таня. Дура. Навернулась со второго этажа и тронулась умом. Выходила каждый день на детскую площадку с лопаткой играться в песочнице. Но что характерно? Вот иду я такой весь взрослый и вижу эту Таню! Мы-то в детстве считали, что Таня - дура, да и все взрослые нам это говорили, но тут я вижу такое симпатичное умное личико! Наверное, потому, что сам стал подобный дурак. Ну и она машет мне лопаткой: "Мол, хэлло, чувак! Пошалим?" Да Боже упаси!

Итак, проститутку звали Таня. Что это нам даёт? Почти ничего, кроме нити расследования.

Эту Таню замочили в ванной и потом надругались над нею! Или сначала надругались? Над подобной дилеммой мыслят детективы поумнее нас с вами.

"Наверное, - говорят эти детективы, - это было простое самоубийство, и Таня сама себя пырнула 16 раз ножом в спину!"

Они чертовски умны и харизматичны, эти детективы, и если они так говорят, значит, так оно и было! "Дело" закрыто!

Но есть одно "НО"! На затылке голой Тани вытаирован список Шай-Шен!

Моя напарница Бэмби говорит: "Этого не может быть! Шай-Шен не существует!"

Я говорю: "Бэмби! Здесь я - следователь, и мне решать! Да! Шай-Шен не существует!"

"Ещё как существует!" - говорит голая Таня, оживает, вылазит из ванны и пытается прикрыться халатиком!

"Это, вообще, нормально? Нормально?" - спрашиваю я. - "Бэмби! Где у нас осиновый кол и чеснок?"

Я хочу вогнать эту зомби обратно в могилу, пока она ещё не прикрылась халатиком. Кстати, зачем нам этот халатик, если у подруги точно такой же куда-то там закатился и отшпилился?

Я говорю отечески Тане: "Таня! Сама себя убила и сама жить продолжаешь! Постыдись! Вокруг же дети!"

"Где, где дети?" - спрашивает и уже губками причмокивает, чтобы сказать "Уси-пуси!" и дать пососать из своей полуразложившейся груди!

"Вот - дети! Бэмби! Как две капли воды похожа!" - сказал я.

"Ну что вы, профессор..," - мнётся Бэмби. - "Я бы себя ребёнком не назвала: этот термин так затаскали! Я бы назвала себя обеспокоенной гражданкой!"

Как бы там ни было, но грудь у Тани снова съёживается (При опасности грудь пытается съе.ться!), и она говорит: "Ах если б, ах если б мой новый герой нашёл бы к принцессе дорогу порой!"

"Говоришь о своём убийце?" - спросил я. - "Хотя, раз ты сама себя порешила... Вот, кстати, скажи: раз ты сама с собой покончила, как мы щас с тобой говорим?"

"Автоспуск и немного магии!" - говорит Таня, а сама дрожащими от волнения пальчиками пытается застегнуть халатик.

"Так! Вот именно твои-то "пальчики" мы и нашли в кабинете Спецсвязи и на полу в ванной!!" - грохочу я и показываю ей отпечатки больших босых ног и куриные отпечатки.

"Но я не виновата! Я всего лишь пыталась съе..аться!" - говорит Таня.

"Говори что хочешь, но ясно одно: ты не Таня, Таня! Мне известно твоё настоящее имя, Таня, Таня! Ты - Миледи Здвинтер!" - говорю я и подмигиваю Бэмби, мол, как здорово я её "расколол"!

"Да? И где же мой Мордаун?" - Миледи.

"А Мордаун твой не пришёл, так как ты его замочила! Труп в сейфе! И ты смыла всю кровь! Зачем ты смыла кровь?!"

Все так и ахнули: и энтузиасты, и мудрецы, и Бэмби, и сама Миледи-Таня!

"Ну знаешь! Меня ещё до сих пор никто так не оскорблял! Смыть кровь собственного дитяти! Кстати, он был не мой, а незаконнорожденный!" - Миледи.

"Да? Это всё меняет. Значит, ты его родила незаконно! И не заплатила пошлину в Госказну 3 копейки! Тебя, конечно, за это следует расстрелять!"

"Но я так молода!"

"Все вы так говорите! "Мол, мне 16 лет!" Или "18 лет!" А на самом деле на вас можно навоз таскать, девки-лошади! Итак, девка-лошадь, баба-крокодил, я щас тебя из собственного табельного!.," - сказал я.

Но мне уже крутили руки мудрецы и моя Бэмби: "Витя! Остынь! Ты не на стрельбище! Ребята, Мандрыкин! Давайте его в перевозку!"

Из перевозки я продолжал орать: "И раздеть догола!! Догола!!"

Короче, привезли меня в дурдом имени товарища Хренахова. И ласково так спрашивают: "Кого раздеть?"

"Вас! Вас и вас! Всех! Но сначала расстрелять!" - говорю.

"Голубчик! А на 33 зуба не жалуетесь?" - спрашивает добрый психиатр с добрым прищуром добрых глазок.

"Пока нет. Но если вы мне их вставите, буду только благодарен!"

"Ладно, подойдём к вопросу с другой стороны: хочется ли вам выдрать из трусиков прекрасной девушки резинку, сделать рогатку и побить нам все стёкла? Скажите: "Да!", ну?" - говорят.

"Нет!" - говорю. - "Где вы, вообще, видали эту прекрасную девушку? Хотя, конечно, трусы у них есть. И резинка есть."

"Случай сложный, но не хрестоматийный!" - сказал врач. - "В Седьмую его, к Горбачёву и Наполеону!"

Вот так я оказался с милым моему сердцу Горбачёвым и Наполеоном.

Но мы продолжим описывать приключения Бэмби и Миледи Тани!

Таня такая восстала из ванны!

"Слушай свою Богиню Таню, Бэмби! Твой босс Витя уехал! Я за него! Поклоняйся же своей Богине!" - и её глаза как колбаски засверкали!

"Матерь Божья! Пресвятая Мария Скочицкая!" - бухнулась ей в ноги Бэмби. - "Не вели казнить, вели слово молвить! Казнить нельзя помиловать!"

"Говори, плебейка! Смердка!" - сказала Таня.

"Ну я и говорю! У меня как у женщины есть телефон, и я болтаю без остановки!" - сказала Бэмби.

"Теперь для вас, плебсы, всё изменится! Я нанесу по городу удар с воздуха, и полгорода останется без телефона!" - грозно пригрозила Таня!

"Да кто ты, вообще, такая? Грозить?" - хотела спросить Бэмби, но это бы было бестактно. Она вместо этого сказала: "Святая Праматерь Таньская! Не вели казнить! Говорю: с пылу, с жару надо брать эту сволочь!"

"Говоришь о телефоне?" - спросила Таня.

"Нет! Я говорю о твоём отце Ра, который одновременно и твой муж!"

"А вот сюды, плебейка, нос лучше не суй! Не твоего это ума дело! Кстати, мы и не развращены!" - Таня, сверкая глазками.

"Да? А это тогда что?" - спросила отважная Бэмби и показала на капли на халатике. - "Это же сперма!"

"Дай сюда!" - сказала разгневанная Таня и стала затирать капли. - "Видишь? Нету ничего! Натфинг!"

"Вижу, о, моя Повелительница! Натфинг! Но, кажется, кто-то идёт! Наверное, муж и отец Ра! Кобель везде преуспел!"

И точно! В ванную вошёл сам Ра! Он по жизни считался деревенским дурачком и всё время подпрыгивал. Вот и сейчас он подпрыгнул и сказал: "Девки, мать вашу! Чего вы, это, устроили тут бл.дки?"

"Мой дорогой отец и возлюбленный!" - сказала Таня. - "Эта Бэмби меня обижает! Говорит, что я развращена!"

"Ты? Да в кои это веки? Кстати, давай с тобой сегодня разнообразимся и попробуем позу "на роликах"!" - сказал Ра.

Бэмби показала глазами: "А я что говорила?"

"На роликах" потом," - мягко сказала Таня. - "Сначала: "поиск домашних тапочек под тахтой"!"

"Валите, ищите! Валяйте!" - сказала Бэмби. - "А я пойду в участок писать Отчёт!"

И пошла.

Отчёт чего-то не писался. Как в одном Отчёте выразить всю ту боль, которая была при виде того, как нормальный труп самоубийцы Тани встаёт и начинает надевать халатик? А потом ещё сверкает глазками и орёт: "Я - твой Бог!! Познай же мою Силу!"

Бэмби бросила писать Отчёт и пошла потрепаться с коллегами.

"Говорят, у неё был с руку!" - сказали они про Таню.

"Я не знаю!" - сказала Бэмби. - "А если и знаю, то не помню!"

"Мы все так и думали! У неё и вспомнить-то нечего!" - сказали коллеги.

"Да нет!" - сказала Бэмби. А потом: "Пошли прочь, толпа идиотов! Я пошла выручать Витю из дурки!"

И она пошла в дурку.

Витю держали в белой войлочной комнате. При виде Бэмби Витя заорал: "Изыди, Ситан!" Сказывалось пребывание с Наполеоном.

"Витя, это ж я, Бэмби!"

"Не знал и не знаю подобной дряни!" - сказал Витя.

Доктор добрый сделал Вите ещё укол! Память начала проясняться.

"А! Бэмби! Детство Бэмби! Банда Бэмби! Бэмби был джентельмен, так как занимался исключительно законными "Делами"!" - сказал Витя.

"Витя, тяжело это тебе говорить, но наше последнее "Дело" Таня встала и ушла!"

"Ну и чего здесь плохого?" - Витя.

"Как тебе сказать? В её спине было 16 ножей!"

"Прикольно! Но мы-то что можем поделать? Вынуть их? Или вставить 17-ый?" - Витя.

"Витя! Мне не до шуток! Она обещала разрушить наш город с воздуха и угробить телефоны!"

"Давно пора! Мне они тоже надоели!" - сказал Витя. - "Вообще, если что мне щас и хочется, то это грудь! Женская! У тебя есть?"

"Нет!" - отрезала Бэмби. - "Сосредоточься, Витя! Вспомни! Таня-убийство! Убийство-Таня!"

"То есть, самоубийство?" - спросил Витя и захохотал. Он был невменяем.

Бэмби потерянно пошла прочь из дурки, думая: "Одна! Совсем одна! Одной вести это запутанное Дело!"

Чтобы развеяться, она решила поехать к маме. К оленихе или кому-то там тоже.

Мама была.

"Доча!" - сказала мама. - "Я умираю! Агент Крайчек убил меня!"

"Какого хрена агенту Крайчеку тебя убивать?" - спросила Бэмби.

"Ты сама у него спроси!" - мама.

Крайчек сидел на кресле у окна (кресло было повёрнуто к открытому окну) и смотрел в окно!

"Улетел! Он улетел и не обещал вернуться!" - сказал Крайчек.

"Кто именно?" - Бэмби.

"Замдиректора Скиннер! Он полетал-полетал по комнате на бутылке шампанского, а теперь лежит в Пункте Приёма Стеклопосуды с этикеткой "Сидр" на лбу!" - сказал горестный Крайчек.

"А мама-то моя тут при чём?" - спросила справедливая Бэмби.

"А я тебе ещё не говорил? Мать твоя должна родить Суперсолдата, а мы со Скиннером пришли его убить!"

"Да, мама поступила не хорошо, но почему сразу убить? Почему нельзя договориться?" - Бэмби.

"Потому что он инопланетянин!" Да, тяжёлый случай.

"Дураки вы все вместе со Скиннером! Со Спиннером!" - сказала Бэмби. - "А мать моя вас правильно послала, хоть у неё с головою и туго!"

В дверь вползла мать!

"Доча! Врежь ему двойным ударом джаффа! Напрыгни на него!"

"Сейчас, мамочка!" - сказала Бэмби и, наконец, напрыгнула! Она была страшна! Вся в какой-то слизи!

"Почему ты в слизи?" - спросил Крайчек.

"Потому что Голливуд - фабрика грёз!" - сказала Бэмби.

Наконец, с Крайчеком было всё покончено! От него остались рожки да ножки.

"Молодец, доча!" - сказала мама. - "Если честно, то малыш-Суперсолдат-инопланетянин родится через раз! Два! Три!.."

"Ты - не моя мать! Моя мать фригидна!" - сказала Бэмби.

"Да! Я - Таня, Богиня Любви и Инопланетян!" - сказала Таня, срывая маску матери!

"Вах-вах! Какой красивый маска!" - сказала Бэмби.

"Молчи, насчастная! Или малыш-Суперсолдат родится недоношенным!" - Таня. К.


ПИСЬМО В НИКУДА-6314-6316,5

6 февраля 2021 года. Сказка про братца Иванушку, у которого была сестра - коза! У неё-то, понятно, брат-козёл, но кто спрашивал его? У него - коза.

И пошла раз эта коза с пирожками через лес! Нет, нет, конечно, нет. Пошла на болото мыть серые руки!

Все в крови невинных жертв козлизма! Есть жертвы фашизма, значит, и есть жертвы козлизма. Ну скажем, так: заразила их Алёнушка козлизмом венерически. Вот и жертвы.

Вы скажете: вай-вай, это невозможно-это невозможно! Она девушка стерильная и интересная.

А как же инкубационный период? Она сама не подозревала, что заразная.

Всё: "Он у тебя твёрдый? Он у тебя твёрдый?", а сама заразная! Да и братца своего козла заразила.

Тоже всё: "Он у тебя твёрдый или не твёрдый?" Задолбала и перезаразила.

Ну и вот, из болота, как из моря, встают нашей юности козлизмы! Надежды! Все в тине, в пролежнях (прости Господи), в струпьях, короче, зомби!

И говорят Алёнушке: "За заражение ни в чём не виновных товарищев в распыл пойдёшь! Сука! Волчица!"

А какая она волчица? Сука - может быть, а чтобы стать волчицей, надо кого-то родить в канаве.

И тут чувствует Алёнушка, что до волчицы ей совсем не далеко: бьётся у неё под её девичьим сердцем ещё какое-то! Мы вам скажем, какое: сердце зомби!

Зомби там окуклился! И готов родиться.

"Подождите!" - сказала Алёнушка. - "Я ношу под сердцем вашего братца-зомбинушку!"

"Не может быть! Ты прикалываешься!" - говорят зомби.

"Сами слушайте! Стучит? Стучит ножками в пузо изнутри?"

"Ст-тучит!" - оробели зомби. - "Но с чего ты решила, что это наш зомби? Может, это вампир, вурдалак или ликан?"

"Да нет! Все вурдалаки и ликаны были в презервативах! Это вы одни, зомби, такие: "Не дрейфь, мать! Ничего не родится!" Идиоты! Придурки!" - сказала Алёнушка.

"Надо что-то делать! Надо что-то делать! На Совет!" - сказали зомби.

Совет постановил сделать аборт! Это нормально?

"Мама! Я боюсь!"

Это вовсе ненормально, и Алёнушка решила аборт не делать ("Спасибо, мама!") и родить ещё одного зомби. Оставайся, зомби, с нами - будешь нашим Королём!

Тут прискакал братец Иванушка и зашипел на ухо сестре-козе: "Дура такая! Делай выкидыш!"

Сам дурак. Как выкидыш-то сделаешь? Он же выкидыш! Его никак не сделаешь.

Хорошо! Подымем мальца! Воспитаем! Станет Колобком!

Ну да. Чтобы родить Колобка, нужны большие сусеки и много заботы. Где здесь на болотах сусеки?

"Где у вас тут сусеки?" - спросила Алёнушка зомби.

Ну, её провели в сусеки. Это был домик с надписью "ЭМЖО", то есть, смешанный туалет, можно и бабам, и мужикам.

Ну, вошла Алёнушка туда: там около писсуаров мужики с.ут!

Они как увидали женщину - обрадовались! Почему? Да потому что, если в женскую баню зайдёт голый мужик, его бабы прогонят! А вот если в мужскую баню зайдёт голая женщина, то мужики обрадуются! Что доказывает доброту мужского сердца.

Ну, Алёнушка тоже встала к писсуару и расстегнула ширинку!

Все так и замерли!

Так как из ширинки раздался голос эмбриона: "Мама! Я боюсь!"

"Чего ты боишься, сынок?" - спросила Алёнушка.

"Боюсь за тебя, матушка! Вдруг, это - маньяки и насильники?" - говорит.

"Нет, малыш, это - простые работяги-зомби! Они и мухи не обидят!" - сказала Алёнушка и почувствовала спиной, что у них уже твёрдые!

Но пора было и линять. Вышла Алёнушка и говорит всем зомби: "Братья зомби! В клозете случилось Чудо! Конечно, бесполезное! Мой малыш сказал: "Ма-ма!"

"А "Па-па!" он сказал?" - спрашивают.

"Нет! Он сказал ещё: "Маньяки-насильники!" - сказала Алёнушка.

"Свой пацан в доску!" - сказали зомби. - "Мы и есть насильники! Мы думаем этого чудесного пацана принести в Жертву на Жертвенном Столике!"

"Даже и не думайте! Он сам кого хочешь принесёт в Жертву! Он же Суперсолдат!" - сказала Алёнушка.

"А! Суперсолдат! Из армии Хренубиса!" - поняли зомби.

"Да нет ещё пока, сам по себе. Но я мыслю сдать его в Суворовское Училище, где из него сделают настоящего Суперсолдата Хренубиса!" - сказала мать. - "А пока в наши двери джунгль закрыта: нам опять пора питаться и размножаться!" В наши джунгли дверь закрыта.

Ну и пошла рожать малыша в канаву!

Зомби снова собрали Совет: "Мужики! Что делать-то будем? Этот Суперсолдат нас всех изнасилует! Надо его втихаря немножко убить!"

"А как же мать? Алёнушка?"

"И её тоже, если окажет сопротивление при убийстве!"

На том и порешили.

Но Алёнушка тоже была не полная дура. Она, как увидала, что понаехали на джипах зомби, чтобы забрать у неё её ребёнка, стала телефонировать агенту Скалдеру!

А кому ещё? Этот Скалдер был тайным отцом всех Суперсолдат. Он за них переживал и стоял горой. То есть, траст ноу ван, кроме Скалдера.

Ну и приехал Скалдер! Он был страшен!

"Стоять на месте! Шаг на месте, прыжок в сторону расценивается как побег! Всех порешу!" - заорал он на зомби.

Те сели в джипы и свалили.

"Милая моя, солнышко лесное! Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!" - сказал Алёнушке Скалдер.

"Это кто ещё?" - спросил маму эмбрион. - "Может, ему укол сделать? Или два?"

"Балда!" - сказала мать. - "Это ж отец твой! Чего ж вы друг друга-то не узнаёте?"

"Отец мой, - сказал малыш, - вроде, был гимназист! А этот в Реальном учится!"

"Идиот! Отец твой был Сашка-семинарист!" - пошутил Скалдер.

Конечно, он сразу же признал ребёнка и сразу же в него влюбился: такой маленький, лысый, розовый, всё время орёт, потом потискает сиську, обос.ётся и уснёт. Своя кровь! Правда, очень похож на генерала Бауэра или на замдиректора Скиннера. Не без этого.

"Хорошо!" - сказал Скалдер матери. - "Я буду вас защищать, пока бежит песок вот в этих часах! А потом: как он ещё смеет жить, нахал? Да и ты тоже!"

"Хорошо! Но учти, что песок в этих часах будет крепкий, мой милый коллега Скалдер!" - сказала мать.

"Тамбовский волк тебе коллега!" - сказал Скалдер. - "А сейчас мне пора по бабам! Пора-пора-по-бабам!"

Действительно: есть, кроме Алёнушки, ещё множество баб-Суперсолдаток, которые тоже чего-то там хотят!

Ну и защитник всех умалишённых и слабоумных Скалдер слинял.

Алёнушка осталась наедине с малышом.

Тот сказал: "Свалил? Наконец-то! Лежу налегке! Последние силы жгу! Но что это, что? Я в глубоком каке! И выйти никак не могу!"

"Слушай, заткнись, а!" - сказала мать. - "В каке"! Где я тебе тут найду свежие пелёнки? Так что лежи и молчи, тварь!"

Но ребёнка было не унять: "Сейчас спою! А на муромской дорожке! Сидела она и какой-то жиган!"

Наконец, до ребёнка дотянулась потная карающая длань генерала Бауэра!

"Это мой ребёнок, тем более, что так на меня похож! Никакого не Скалдера! Кстати, Скалдер тот - глоольд, да и ты, женщина, тоже! Ребёнок, по-любому, Херсосисис и будет отправляться вместе с "ЗВ-01" на миссии!" - сказал генерал.

Даже Звонарёва, уж на что у неё взыграл материнский инстинкт, сказала: "Это беспредел, начальник! Он же все миссии обос.ёт!"

"Начальству виднее!" - веско сказал Бауэр.

Ну и вот: "ЗВ-01" вместе с Малышом Херсосисисом отправилась на ПИкс-009!

Малыш всё ныл: "Хочу сиську! Сиську хочу!"

Без её тисканья он не мог полноценно обос.аться и уснуть.

Жуков многозначительно посмотрел на Звонарёву: только у неё из всей команды было что-то, похожее на сиськи.

"Да! Ещё он тут спать будет! Разляжется, как собака!" - сказала она.

"А по морде? А по ебл.щу?" - спросил Малыш.

Он же был Суперсолдатом. Хренубиса или нет - это щас и выяснится.

Ну, высадились.

Пришёл Хренубис: "Я его знать не знаю! У меня подобных дибильных Суперсолдат нет!"

"А по ебл.щу?" - спросил и его Малыш.

"Да заберите от меня этого психованного!" - сказал Хренубис. - "Только и знает: "В морду, да в морду!"

"А что мне с тобой, любовью заняться? Я могу!" - сказал Малыш.

"Малыш, уймись!" - сказал Жуков. - "Хренубис любезно согласился быть нашим гостем, так сказать, камео. И на первом же свидании любовью не занимаются!"

"А жаль, жаль!.," - сказал Малыш. - "Ладно! Жена-то у этого Хренубиса, хоть, есть? Приведите её ко мне!"

Привели какую-то клушу.

У Малыша начал дёргаться глаз, и он захотел кого-то убить.

"Это что? Жена? И каких только не еб.т? Нет, пойдите поищите другую!" - сказал он.

"Щас поищем!" - злобно сказал Хренубис. - "Камеру в ГубЧК!"

"Да как ты, вообще, смеешь мне хамить? Мне, Херсосисису?!" - заорал Малыш.

Между тем вся "ЗВ-01" уже ушла вперёд к зулусам.

"Ладно! Я потом с тобой разберусь!" - сказал Малыш Хренубису. - "Щас не могу: меня дама из "ЗВ-01" ждёт!"

И он побежал тискать сиськи у Звонарёвой.

Хренубис остался со своей женой наедине: "Ладно, Джордж! Снимай маскировку, этот болван тебя не раскусил!"

Джордж был Суперсолдат Хренубиса, работавший под прикрытием жены Шефа.

Конечно, под своей грязной попоной он был мало привлекателен как женщина, но не говорить же Хренубису, что жены у него нет, а есть только любовники, так как он гей? Конечно, нет: засмеют по всей Галактике.

Джордж скинул свою попону и пустился следом шпионить за "ЗВ-01".

То, что там увидал, не успокоило его!

Малыш тискал груди Звонарёвой, которых не было в природе!

Да ещё кричал: "И-ха! Как в Тамбове!"

В Тамбове он и побывал всего, видал там волка и свою мамашу. Да ещё агента Скалдера.

"Чего-то, мне этот шпион напоминает Скалдера!" - показал он на Джорджа.

"Да это просто баобаб!" - сказала Звонарёва.

"Это для тебя он баобаб! А для меня - родная кровь!" - сказал Малыш. И Джорджу: "Эй, Скалдер! Я тебя вижу!"

Джордж принялся лихорадочно соображать: "Если это отродье признает во мне своего отца Скалдера, то не уничтожит ли меня за это Хренубис из ревности? Ведь я - его любовник!"

Малыш подошёл и поднял Джорджа за шкирки: "Типичный Скалдер! Всюду суёт свой поганый нос! Итак, папаша, у вас бачок не работает!"

"Всё у меня работает!" - сказал Джордж. - "Отпусти!"

"А почему это в моче сахар выше нормы?" - продолжал Малыш.

"Малыш, пошли! Оставь его! Он, видимо, после этого поцелуя уже никогда не придёт в себя!" - сказала Звонарёва.

"Заткнись, женщина! Поцелуй ещё никого не делал идиотом!" - сказал Малыш и снова поцеловал Джорджа в уста сахарные!

Это начинало злить. Да ещё щас сюда спустятся глоольды за своим Хренубисом!

"Пошли!!" - вырвала Малыша Звонарёва из лап Джорджа. - "Уже темнеет! Нам надо позаботиться о ночлеге! Видишь ту хижину в лесу?"

"Да плевать я на неё хотел!" - сказал Малыш. - "Я хочу ням-ням и джага-джага!"

"Пора применить технологию азгардов и ускорить взросление Малыша!" - сказал Дэниэль Джексон.

"Жопе слова не давали!" - сказал Малыш.

"Да, давай!" - сказал Жуков.

Дэниэль направил на Малыша луч, и тот стал моментально взрослеть!

У него выросли груди и бёдра!

"Так это девушка!" - сказала Звонарёва. - "Херсосиска!"

"Да! Я - девушка!" - сказала бывшая Малыш. - "А вы, идиоты, мальчика от девочки не могли отличить!"

"Вся в её мать! Такая же дура!" - сказал Жуков. - "Как звать-то тебя? В миру?"

"Зовите меня просто: сестра Малышовка!" - сказала Малышовка. Малышовка Малышкина.

"Ну и что нам теперь с тобой делать?"

"А я знаю? Хочу пенис!" - сказала Малышовка.

"А больше ты ничего не хочешь?" - спросил Жуков.

"Ещё хочу Принца и завоевать Галактику!" - сказала девушка.

"А по жопе не хочешь? Вот я щас как сниму ремень, да на коротке, по-отцовски, тебе всыплю!" - сказал Жуков.

"Не имеешь права! Херсосиски занесены в "Красную Книгу Глоольдов"! Даже сами глоольды не имеют права пожирать симбионтов Херсосисок!" - сказала Малышка.

"Ну хорошо. А какие ещё навыки у тебя есть как у девушки?" - спросил Дэниэль. - "А не то я щас перенастрою луч азгардов и снова превращу тебя в дитя!"

"Ну, какие-какие..," - замялась Малышка. - "Могу танцевать голая на столе! Раз! Могу сниматься на панели! Два! Могу ням-ням и джага-джага! Три! Больше ничего не могу! Да! Четыре: могу забеременеть и родить глоольда!"

"Не Херсосисиса?" - уточнил Дэниэль.

"Нет, не его. Скорее, очкастого лопуха-ботаника, типа тебя. Если, конечно, ты согласишься стать моим Победителем!" - сказала Малышка и, как бы невзначай, оголила одну из своих пухлых белых прекрасных грудей!

У Дэниэля встало!

"Отставить, Дэниэль!" - сказал Жуков. - "У нас инструкция: всех подозрителных бл.дей тащить на Землю для случки с генералом Бауэром! На племя! Уж не знаю, родится ли от Бауэра что-то путное!"

"От Бауэра может родиться только Бауэр!" - сказала Малышка. - "Кстати, представлюсь: Малышка Бауэр!"

"Да! Пострел везде успел!" - сказала Звонарёва. - "Вот только, как он мог перепутать пол ребёнка?"

"Легко!" - сказала Малышка. - "Я и сама до сих пор путала. Но теперь у меня есть грудь и ноги (к счастью две дороги), и я определённо девушка. Щас только: все уйдите мне надо налево как девочке!" Мальчики - направо, девочки - налево.

И ушла. Слиняла.

Ждали её долго.

"Вероятно, мы её больше не увидим!" - сказал Дэниэль и процитировал: "Но тут из ближайших кустов как выскочит резвый х.й!"

"Да нет! Она сама свалила от нас: Херсосиска, что с неё возьмёшь? Ей стало скучно с нами!" - сказал Жуков. - "Ладно! Выступаем дальше! Вы - впереди, мы - замыкающие!" К.


ПИСЬМО В НИКУДА-6316,5-6219

8 февраля 2021 года. Сказка про отважнутую девушку Еугению, возлюбленную Алёнушки. Ну, знаете, там шуры-муры, слово за слово, и стали девушки любовницами. Ну и насмотреться друг на друга не могут.

Для тебя - равнины и поляны! Для тебя - луга и перчуганы. Без тебя - штаны и мокасины! Только: рюмка водки на столе!

Ну да, девушки эти были не дуры выпить. Постоянно не просыхали. Алкачки проклятые. Всё пропили: дом, семью!

Кроме, конечно, Негасимой Женской Любви! Так как: дружбы между мужчиной и женщиной не существует. Дружбы между женщиной и женщиной не существует. Вопрос: с кем дружить женщине? Ответ: со своей правой рукой. Если алкачка левша: с левой. По-разному бывает.

Итак, сказала раз Еугения Алёнушке: "У тебя с головою не туго? Айда, марш с пирожками по автобану!"

Так как, конечно, задолбались все через лес. А автобан - Ленинградка, где подобных Алёнушек пруд пруди.

"Это у тебя туго!" - сказала Алёнушка. - "Чтобы я, честная девушка, да на панель?! Не бывать этому!"

И смотрит в Волшебное Зеркальце: "Ты румяней и белее, спору нет!" Белее, понятно? Она альбинос. Такая блондинистая, как раз для автобана.

Ладно, Иблис с ними. Перенесёмся на крыльях памяти в туманный Лондон к сыщику Херлоку.

Ну что? Какой-то отъявленный Поросёнок громил бюсты Наполеонов! Вероятно, сбежал из дурки, где был Наполеоном.

Там же как: если ты Наполеон, то спишь на лучшем месте у окна, имеешь всех в ж.пу и первым гадишь в параше!

Если ты, скажем, Фитлер, то самый неуважаемый: Наполеоны имеют тебя в задницу, спишь около параши.

Ну и там разные вариации: если ты "петух", то спишь за занавесочками и жрёшь дырявой ложкой.

Поросёнок был самым уважаемым паханом.

"Не хотел я бить эти бюсты: бес попутал!" - скажет он на допросе.

И отправится по этапу в Суссекс расчищать снега лопатой. А в статуях тех, мы вам скажем: лопата! Как: стоит статуя ваще без х.я! Стоит статуя в лучах заката! А вместо х.я торчил лопата!

Его ещё в интернете называют "хехъ": "Хотите в 60 лет, чтобы хехъ стоял, как в молодости? Пейте на ночь две кружки..." Чего-то там.

И молодая жена улыбается: "Мой старый муж чпокает меня 5 раз в день, потому что пьёт..."

Конечно, чпокает, так как кружка эта горилки или водки.

Ну а потом помирает от сердечного приступа. Помните: старый перец позвал к себе 8 проституток, потратил все гробовые деньги, и его увезли с сердечным приступом!

Всё эти бл.ди! Они в восемь голосов как давай у него спрашивать: "Он у тебя твёрдый?"

Ну и всё: капец ему пришёл. Такого и врагу не пожелаешь.

Ну а этот козлик пьёт по кружке самогонки и счастлив даже с одной бл.дью.

Итак, да. Херлок открыл Дело: "Преступные поползновения восьми проституток по разбиению шести Наполеонов!"

Их было восемь, Наполеонов только шесть. Значит, недостающую пару они разбили вдвоём, по две на одного статуя.

"Искали они, конечно, не Голубой Карбункл, а, может, воздушный шарик!" - решил проницательный Херлок. - "Шарик нужен, чтобы заткнуть унитаз, чтоб не протекало! Это шарик-то! Созданный для радости детей, использовать таким зверским образом!

Хорошо, хоть, что в тюрьме шарик не понадобится: там унитазов нет ваще! Одни параши.

Особенно, в гаитянской тюрьме. Надо сейчас же связаться с гаитянскими товарищами-коллегами, не смогут ли они упечь этих девушек в свою тюрьму?"

Херлок набрал номер Гаити и стал ждать.

Потом: "Девушка! Милая! Как вас звать-то? Тома? Мне восемь человек надо в гаитянскую тюрьму отправить! 8 шиллингов? А кто эти люди? Да такие же девушки, как и ты! Что? 28 шиллингов?"

Чёртова дороговизна. Не надо было ему говорить, что это тоже девушки, так как они обходятся дороже.

Наконец, договорились.

Проститутки за убийство деда-вдула отправятся по этапу в Гаити.

Хорошо! Хорошо же! Херлок так обрадовался, что стал пританцовывать и поигрывать на скрипке.

Выходило это у него так, как будто это пищат восемь мартовских котов. Очень пугающе и тревожно. Как говорится: кот должен сидеть дома! Я сказал! А не шляться в марте по улицам.

Хотя, конечно, если у кота ЭТИ дни... То обтягивающее и белое он носить не должен и танцевать тоже не должен. Да! Где вы видали котов в белом и танцующих? Нонсенс.

Херлок сплюнул и перестал мурыжить скрипку.

Пришла полуголая Леди "Н".

"Милочка! А как ты относишься к небольшому путешествию на Гаити?" - спросил Херлок.

"Гаити-Гаити! Не были мы ни на какой Гаити! Нас и тут неплохо кормят!" - сказала Леди "Н".

"Да разве ж это еда?" - спросил Херлок. - "Завтрак: овсянка! Обед: суп из овсянки! Надо сказать, странный супчик: никакого вкуса нет. Ужин: голень молодого бычка-овсянки! Это нормально, нормально, вообще?"

"А ты что предлагаешь?" - спросила Леди "Н".

"Макароны! Вкусные флотские макароны! А в тюрьме щас ужин: макароны!" - сказал Херлок.

"Чертовски заманчиво, но нет!" - сказала Леди "Н".

И многозначительно оголила одну из своих прекрасных ляжек: "Хочешь?"

Как помните: явился Рэдрик Рыжий к дочери Стервятника, а та ему говорит многозначительно: "Хочешь?"

Хороших детей выклянчил себе Стервятник в Зоне!

Рэдрик как ломанулся прочь бежать от этой потаскушки! Даже вина не пригубил.

Тёплый стакан: я пригублю кусочек льда! Жить нужно в кайф: ты отдыхай со мной! Я разгрызу кусочек льда! И точно так же я откушу тебе кончик!

Эти вдулки повсюду! Регги в ночи: ты отдыхай со мной!

Но Херлок, как и Рэдрик, не хотел отдыхать с Леди "Н".

Какой тут отдых? Взгромоздится на тебя эта потная бабища с грязными половыми губищами! Нет, увольте!

Тогда ты на неё взгромоздись! Итак, да: проблема есть.

"Знаешь, что, Леди? Сейчас я сыграю тебе первой сонет своего сочинения! Ты первая, понимаешь? Первая!" - сказал Херлок.

"Намекаешь на то, что я - первая твоя дочка? То есть, сын? Думаешь, у меня есть пресловутый хехъ? Так вот смотри: нету! Он исчез! Я ему говорю: "Исчезни! Исчезни!" Ну он и исчез!" - сказала Леди "Н" и показала!

Херлок только ожесточённее запиликал на скрипке!

И кузнечик запиликает на скрипке! С голубого ручейка начинается рука, ну а бл.дство начинается с улыбки! За что сидишь? За бл.дство! А ты? За браконьерство! Рыба подохла от её прекрасных белоснежных стройных ножек.

Леди "Н" запахнула халатик и зажала уши руками: от этого пиликанья (как кузнечика, так и Херлока) у свежего человека шла кровь из ушей.

"Хорошо! Хорошо же! Ты, если не первая, то далеко не последняя, кто это услышит!" - сказал через шум Херлок.

"А жаль, жаль!.," - сказала Леди "Н". - "Что не последняя. А кто ещё услышит?"

Эй, судьба, ты танцуй на всю планету! Пусть услышит сонату эту целый мир! Так легка, что могла на барабане станцевать! Что, дистрофичка, что ли? Он, барабан, что ли, для этого купленный, чтобы на нём танцевать?

Танцевать надо голой на столе или вокруг руры, наконец. Барабан такой туши не выдержит.

Ну, наконец-то, доплыли восемь прекрасных жирненьких девушек до Гаити. Скоро-то они жирненькими быть перестанут на одних-то макаронах.

Ну и говорят между собой: "Бабоньки! Тикать отсюда надо!"

Как так тикать? С таким трудом доплыли: в трюме вместе с 10 000 незаконными эмигрантами из Кампучии. Вот и пучило.

Но нет. Говорят десантнику: "Десантник! Тут восемь безумно-безумно одиноких женщин!"

А он - гвинеец, наш гвинейский Брут, гаитянец. Вот друг-гвинеец так и прёт: всё больше отставание! Но они, женщины, надёются, что придёт второе ему дыхание.

И он-то, в отличие от своего русского коллеги-деда, не сыграет в инфаркт, и его не увезут.

И он сможет, в отличие от деда-то, всех восемь осчастливить. Кстати, неизвестно: может, дед-то успел всех восемь осчастливить перед инфарктом.

Они такие: "Да-да! Ещё! Фантасиш!"

А он уже чувствует, что не фантастиш, а отстойниш.

Ну и друг-гаитянец давай открывать калитку!

Как только открыл - ему по морде раз! кулак одной из девушек!

Все зубы выбила! Там ведь никто не будет разбираться: надо тебе эти зубы было вырывать или нет. Потом пойдёшь по стоматологам, на лекарства работать будешь.

Итак, побег! Погоня-погоня в кровавой крови! И нет нам покоя ни ночью, ни днём.

Бедные девушки побежали! А куда тут с этого Гаити убежишь? Это ж остров, как остров Замка Фи! Отсюда, может, один путь: с ядром на ноге в пучину!

И выходит такой Фельдон! И говорит: "Сёстры! Имя, сёстры! Имя!"

"А чего, тебе его папа-мама при рождении не дали?" - спрашивают нахалки, которые ещё осмеливаются жить.

"Мне - дали! Вам - не дали! Я буду звать вас Наташами!" - Фельдон.

Сам ты, сам ты щас станешь Наташей!

Совсем всех огорчил и запутал. Может, они в девичестве и были Наташами, но теперь-то Стеллы и Джессики.

"Убьём этого Фельдона, и путь свободен!" - говорят промеж себя.

"Э, нет! Сначала забьём "козла" на раздевание, товарищи беглянки!" - сказал Фельдон.

"Козлом" ходи, век воли не видать!" "Пошла?" "Ну пошла, пошла!"

"Козёл"! Отдавайте пиджак и брюки!" - говорит Фельдон.

Ну, женщины нехотя сняли пиджак и брюки, и остались почти голышом.

Фельдон продолжал мешать доминошки. У него было олимпийское спокойствие.

Ладно. С этими припадочными всё ясно: никуда они с Гаити не убегут и все дадут Фельдону!

Вернёмся в туманный Лондон.

Херлок перестал пиликать, так как самый хмурый лондонский день так и не захлопал в ладоши и не заплясал. И не перестал капать самый хмурый дождик.

Бедная Леди "Н" лежала на полу, из ушей у неё капала кровь!

Доигрался!

"Надо, как бы, вызвать перевозку из больницы?" - подумал Херлок. - "Потом, сначала открою Дело: "Убийство Леди "Н" Мценского уезда. Лондон!" Леди Макбет.

"Кого ж записать в первые подозреваемые?" - думал Херлок. - "Конечно, того, кто первым обнаружил тело!

Я? Ну я - есть я, я не в счёт. Катсон? Тоже мало подходит на роль убийцы.

Во! Хадсон! Вылитая типичная преступница, сошедшая со страниц книги Ламброзо "Типы преступниц"! Такая же вся из себя старая, не дающая и паханистая.

Такая не то, что Леди "Н", она папу родного зарежет! Зарэжэт! Вероятно, выходка из Ближнего Зарубежья: горка (от горец), может, киргизка или казахстанка.

Приехала сюда в Лондон за алиментами!

Я ей говорю: "Понимаешь, с кем говоришь? Ты говоришь с Херлоком! Гениальнейшим сыщиком!"

А она всё своё: "Меня это не интересует! Я - чукча, жена Мацапура, приехала за алиментами!"

Да, она не горка. Чукча она! И алименты у неё в тэньге. Значит, ещё более опасна, чем горка!

Убила Леди "Н" из-за денег! Из-за алиментов!

Леди "Н" не хотела их платить, так Мацапура (прости Господи!) решила подорвать пассажирский поезд, чтобы напугать Леди "Н"!

А потом хладнокровно убила её!

Когда убийца хладнокровный убил кого-то в темноте, улики скрыл укромно, что не найдёте вы нигде! Приходит Херлок, Херлок, ну кто его не знает? Стилляга с Бекер-стрит!

Итак, да! Прихожу я, пока Хадсон не убила ещё кого-то. Чтобы перестала убивать людей!

Так как, раз она их убила, то они мертвы: какая у неё оценка по логике?

Сейчас варит смертоносную овсянку! Чтобы, так сказать, отравить множество народа! Овсянка такая убежит, затопит всю Бекер-стрит, как Волшебный Горшочек, и все потопнут в овсянке!

Кто её остановит? Я! Я её остановлю, пока Горшочек не начал варить. Потом его уже никто не сможет остановить."

Ну и пошёл, полный планов арестовать Хадсон, Херлок на кухню.

Она ему говорит: "Кушай, кушай, дорогой!"

Он покушал и говорит: "Чего-то, хреново мне! Помираю я!"

А у бегемотиков животики болят.

"Это что! Ты ещё не отведал мои плюшки! Созданные с заботой! Немного острого чили, немного перца и немного заботы!" - сказала жуткая отравительница.

Ну, делать нех.я, откусил от одного пончика Херлок и думает: "Капец!"

Он уже не хотел жить!

Но тут на кухню пришла здоровёхонькая Леди "Н"!

"Хадсон, мне, как обычно: двойной пончик и три литра заботы!" - сказала она.

"Всё тоскуешь по нему? Не можешь забыть его?" - спросила Хадсон, как все бармены спрашивают.

"Я любила каждую её трещинку! Особенно, когда поднимается дым!" - сказала Леди "Н".

"Дым?"

"Да! Когда надо действовать решительно. Я любила его после того, как мне его передал отец!" - сказала Леди "Н" и уронила в стакан с овсянкой слезу!

Зу-зу зу зу зу-зу! Я уронила слезу.

Херлок понял только ту часть, где говорилось про дым. Вероятно, речь шла об овсянке.

"Ну всё, лишенцы! Вы меня достали! Вы арестованы!" - сказал он им.

"А в чём нас обвиняют?"

"В неправильном завязывании шнурков и при сопротивлении при аресте!" - сказал Херлок и передёрнул затвор.

"Балда! Видишь: сапоги! Сапоги женские демисезонные! Никаких шнурков!" - сказала Леди "Н".

"А тебя привлеку по статье 213! Про тех, кто голову морочит! Ты же умерла! И лежишь в комнате! Как ты смеешь ещё жить, нахалка?" - Херлок.

"В комнате лежит моя восковая статуя!" - сказала Леди "Н". - "Не клон же брат-близнец!"

"Пошли проверим!" - сказал Херлок.

Они спустились.

Никакой статуи не было.

"Припаяю ещё неуважение к сыщикам и враньё!" - сказал Херлок. Статуи не было! К.


ПИСЬМО В НИКУДА-6319-6321,5

9 февраля 2021 года. Сказка про мордаунтного Мордауна.

Он же что думал: "О, моя мать! Замочу д,Ратаньяна и на косточках его покатаюсь!"

Д,Ратаньян пил. Его подобные намерения не волновали. Это мы не пьём, а тогда-то все были пропойцы один хуже другого.

Д,Ратаньян сказал пьяно пьяному же Отозу: "Знаешь, Отоз? А клал я на тебя и на твою историю про Чёрный Пруд!"

"А знаешь: и я клал!" - пьяно захохотал Отоз.

Но, всё же, страшная история про Чёрный Пруд не выходила у него из алкоголической головы.

Там же что случилось? Бухая Миледи родила на Пруду бухого же Мордауна! Почему она была бухая? А что, обязательно нужен повод? Ну вот вам повод: беременность! Хуже повода придумать сложно.

Итак, я беременна, но это временно! Ну и бухнула. Ребёнок тоже получился прирождённый потомственный алкач.

А Отоз всё это видел. Поэтому-то и не выходило из алкачской головы.

Что делал Отоз, когда пришёл на Пруд он? Он рыбку ловил. Ну, сидит такой тихий-спокойный, ловит, как говорится: на рыбалку с мужиками. Ловит форель. Клюёт синявка. Стыдно ему, стыдно мелочёвку в сетку бросать.

Как вдруг на пруд приходит настоящая большая рыбина: Миледи! Её, рыбу эту, следует зажарить. "Пошёл рыбу жарить!"

"Опа-на!" - подумал Отоз. - "Такая рыбка, хоть бы, клевала каждые полчаса! Можно час!"

Потом разглядел, что Миледи-то беременная. То, что бухая, не заметил, так как тоже бухой, и рыбак рыбака видит издалека.

Но чу! Беременная - значит, щас родит! И не зверушку никакую, а тоже рыбу! Ихтиандра! Этого Ихтиандра следует приманить достаточным количеством аппетитной прикормки, а потом выловить: я поймал самую большую рыбу на Пруду! Только попрошу без аплодисментов.

Ну да. Это, когда Мордаун вырастет. Сейчас же он просто мелкая сошка, мелкая рыбка. Чтобы поймать крупную рыбку, надо насадить мелкую!

Итак, не замечая никакого Отоза, Миледи присела на берегу на корточки!

"Бл.дь, Миледи!" - сказал Отоз. - "Ты мне всю рыбу распугаешь!"

Она не слышит. Как малыш Мордаун бьётся ногами в пузо изнутри, слышит, а Отоза нет. Вероятно, потому, что у неё слишком маленькие уши.

Отоз разозлился: "Миледи, мать твою! Титька тараканья! Щас как возьму гайку, чёртова кукла!"

И тут Миледи его признала: "Отоз, ик! А ты как здесь? Ты же отец ребёнка!"

"Ну и что? Как будущий отец, я, что, должен готовиться стать отцом? И на рыбалку не ходить?"

"Вот именно! Посмотри на своих друзей-пропойц: д,Ратаньян на рыбалку ходит? Ведь нет! Он жарит всю рыбу дома в борделе "У Козочки"! Протон ходит? Арахис ходит? А ты чего припёрся? Учти: мне тут рожать надо!" - Миледи.

"Ничего не получится! Всю рыбу распугаешь!" - сказал Отоз.

"Не распугаю. Это такая рыба, которая любит жесткач, она к нему уже привыкла. Да и дитя тоже!

Главное, знаешь, что сейчас было? Я смотрю: милые поссорились! Это не вы, алкашня, это нормальная интеллигентная пара. Муж забрал ребёнка и укатил!

Я говорю жене: "А пошли ко мне домой! Пошалим! У меня тоже скоро сын родится!"

Ну и привела её ко мне домой. Как говорится: лесбийские шалости.

Просыпаюсь такая: Вильяма нет! Вильям - это имя Мордауна.

Его держит в руках эта сучка! И её муж ломится в дверь! Чтобы, как говорится, на корню замочить Вильяма, пока молодой! Танцуй, пока молодой.

Ну и я такая ка-ак наставлю на неё мушкет: "Сдавайся, сука! Ты всё по нотам разыграла! А пара ваша совсем не интеллигентная, а такая же алкоголическая! Понял?" - спросила Миледи.

"Не понял!" - сказал Отоз.

"Чего не понял?"

"Не понял, при чём тут я! И как ты узнала, что это я ловлю тут?"

"Я этого и не знала. Да и Вильям мой ещё не родился. Так что план Треста по превращению моего Вильяма в глоольда провалился!" - сказала Миледи.

"Да нет. Трест его, всё-таки, превратит!" - сказал Отоз. - "Дюма-отца надо читать! Мордаун - типичный глоольд!"

"Ладно, достал ты меня! Ты будешь ловить или лясы точить? Ты - отец ребёнка!"

"Почему это я?"

"Потому что ты посмел родиться, прохиндей!" - сказала Миледи. - "Ну, мне пора! Ты мне не поможешь?"

"Что я тебе, гинеколог, помогать?"

"А что мне, ждать настоящего гинеколога, пока к нему доедет гонец или долетит почтовый голубь? Телефонов-то нету! Связь ни к чёрту, гинеколог не доступен. Ты - доступен! Сейчас будешь раздвигать мне мои ноги и вытаскивать за головку Вильяма из меня!" - сказала Миледи."

Отоз покрылся холодным потом, сейчас рассказывая про это. Он и тогда покрылся таким же потом, хорошо, не напустил под себя лужу крови! Мы думали: это кровь! Какая потеря крови у него!

Д,Ратаньян, который это слушал, тоже чуть не напустил лужу! Да и мы, авторы, тоже напустили лужу! Так как щас будет нереально страшно!

Даже не то, что ноги у Миледи были небритые уже три года ("Левую ногу я не брила два года, а правую три!"), про ноги Отоз догадывался, так как, когда делал Миледи Вильяма, то весь искололся об эту щетину. Это ещё цветочки.

Ягодки будут, когда появится чёрная головка младенца!

"Почему это чёрная?" - спросил друга гасконец.

"Да потому что бабушка Миледи учудила с негром! И ребёнка следовало назвать не Вильям, а Обанангма! То есть, "Большой сюрприз".

Я - не негр, Миледи тоже белая, а Обанангма - негр!

Миледи, конечно, попыталась засунуть его обратно к себе в беременный живот (тоже, кстати, небритый много лет), но Обанангма был упорен! Как говорится: упорный муж.

Он всё лез и лез из живота!

"Мужчина! Да что ты стоишь со своими удочками? Так сделай же, хоть, что-нибудь!" - сказала мне Миледи.

А что я мог сделать? Я схватил подсачик и накрыл им всё непотребство!

Обанангма продолжал лезть, несмотря на подсачик.

Страшнее я ничего не видел! Это, ваще, было самое страшное, что я видал!

Наконец, Вильям вылез!

Он оказался белым, это воды матери были чёрными, так как ведьма, и давно пора отрубить голову в Лилле.

"Ма-ма!" - сказал Вильям мне.

"Не мама, па-па! Папа может! Черкизовские сосиски!" - сказал я ему. Зря, наверное, сказал про сосиски.

"Ненавижу сосиски!" - сказал отчётливо Вильям. - "Замочу всех сосисочников! Правда, после того, как замочу этих двоих!"

"Я - твоя мать!" - сказала Миледи. - "Ты обязан меня любить в любом случае."

"Ничего я никому не обязан! Моя мать - Одесса-мама, а батя - Ростов-папа!" - сказал малыш и попытался укусить Миледи за её прекрасный сосок!

Кстати, знаете, что лучшая помада для женщины оттенка её сосков? ("Да, щас пойду в "Косметик" и вывалю продавщице свои сисяндры, чтоб посмотреть оттенок!") (Не хотят вываливать сисяндры. А жаль, жаль...)

Итак, укусил, как какая-то собака!

"Чего ты кусаешься, как собака?" - резонно спросила Миледи.

"Это разве укус? Ты ещё не видела фирменный укус и засос!" - сказал Вильям.

Видимо, действительно, по нему приют плакал, в который его следовало записать за 6 месяцев до рождения! Не догадались мы с его матерью Миледи, не догадались. А жаль...

Итак, теперь он родился и требовал молока! Дают коровы молоко! Молоко-ко-ко! Главное, чтобы было громко! На лугу пасутся ко!

Итак, конечно: мне надо было бежать в сельмаг за молоком. Так как Миледи принципиально отказывалась кормить Вильяма грудью, да и груди у неё особой не было!" - рассказал Отоз.

"Как это так: не было?" - спросил д,Ратаньян. - "В Менге была!"

"В Менге, может, и была, а на Чёрном Пруду не было! Сошла вся на нет и стала, как стиральная доска! Грудь, которой Миледи так гордилась в твоём Менге! У меня, кстати, тоже была не ахти, какая.

Нужна была Кормилица! Наш взгляд упал на служанку Кэти!" - сказал Отоз.

"Кэт? Я помню Кэт!" - сказал д,Ратаньян. - "Но груди у неё не помню!"

"Это всё потому, что тогда грудь ещё росла! Как говорится: этот большой лифчик мне подарила мама, сказала, что ещё вырастут. Не выросли.

Или даже так: продаю подвенечные платья 54, 56, 58, и 64 размеров! Задолбалась ждать принца!

Так вот: у Кэт была большая от природы грудь! Своя! Не силиконовая. Какой в наше дремучее время пластик Мясник? Никакого.

Как: мужчины, не смейтесь над маленькой грудью: мы, женщины, это не контролируем! И мы же: "Ха-ха: маленький член!" Он мало того, что маленький, он ещё и опух!

Итак, я пошёл договариваться с Кэт, так как усы и шпага были все при мне. Правда, на ногах я слабо держался от рома и сидения на стульчике на берегу.

Я сказал Кэт: "Кэт, твою мать! Я принёс фаллические символы!"

"Да не нужны мне твои символы, Отоз!" - сказала Кэт. - "Ты дурак и хулиган! И тебе надо укол сделать! Или два!"

"Ты ещё не видала настоящего хулигана и дурака!" - сказал я. - "Именно, Вильяма, который щас посмел родиться!"

"Не буду я его кормить!" - сказала Кэт.

"Не будешь? Тогда уволим нахрен из служанок: пойдёшь по миру с сумой и тюрьмой!" - сказал я.

"Когда начинать?" - спросила женщина.

Или, всё-таки, девушка?"

"Женщина, женщина!" - сказал д,Ратаньян. - "Или я ничего не понимаю в девушках. После встречи со мной - женщина!"

"Хорошо! Я сказал: "Кэт! Вот твоё первое спецзадание: видишь эти памперсы для малышей? Ты должна их натянуть на Вильяма!"

"До сих пор я всё натягивала только на пенисы!" - сказала Кэт и всё, чуть, не испортила.

"Забудь о пенисах! Тебе за это деньги платят!" - сказал я. - "Ты-то, хоть, пол ребёнка не перепутала?"

"Да как можно?" - сказала Кэт. - "Вильяма, девочка!"

"Дура! Вильям, мальчик! Даже не транссексуал и рожей на девочку ваще не похожий! Это ты похожа на мальчика, Миледи похожа на мальчика, д,Ратаньян похож на девочку, а этот похож на Дьявола!" Без обид!" - сказал Отоз гасконцу.

"Это я-то похож на девочку?" - спросил гасконец и изящно поправил свои прекрасные длинные локоны.

"Я же сказал: без обид! Мало ли, кто на кого похож! Как: если кто-то немного жутковат, то это ещё не повод упрятать его в тюрьму!" - сказал Отоз. - "Итак, Миледи от счастья запрыгала до потолка (Чиксы танцуют! И прыгай до потолка! Директор или зам: двигай других и двигайся сам! Найди себе паренька и прыгай до потолка!): наконец-то, подымем Вильяма!

Ладно. Прошло время.

Вильям возмужал, но его преступная натура и потомственное бл.дство, полученное от матери, дали себя знать. Он взял в заложницы свою Кормилицу Кэт и потребовал фелуку до Лондона! Хорошо, хоть, что не вертолёт до Луны и миллион баксов.

Фелуку ему, конечно, дали, но на той фелуке как раз собрались мы, чтобы порыбачить. Как: как здорово, что все мы здесь сегодня собрались! Порыбачить.

Да ты помнишь. Тебе тогда даже пришлось сбрить свои прекрасные блондинистые локоны, и ты стал похож на общипанную курицу, а не на женщину!"

"Да, я помню!" - сказал гасконец. - "Я специально их сбрил, чтоб не выдирать по огромному клоку их всякий раз, когда Мордаун тонет! Да я и не знал ваще, что нашим шкипером будет Мордаун! Как говорится: вот и половили рыбки!"

"Да, всё так и было. Мы такие ловим-ловим этого тунца, как выходит Мордаун с факелом и тычет нам в нос "Правила рыболовства в проливе!"

Мы же не знакомимся и не читаем их.

И говорит: "В проливе ловля тунца запрещена! Платите штраф 2000 франков!"

Он, мало того, что утопить нас всех задумал, так ещё содрать бабла перед смертью!

Я тогда ещё сказал: "Снимаете, да? Можно я обращение Кардиналу Дришелье напишу?"

А что они там могли снимать, кроме штанов? Так что, конечно, обращение-то пропало даром. А оно было великолепно: "Если в заливе ловят тунца все, не взирая на чины и звания (и депутатские мандаты), то и платить штрафы должны все! Вот, как мы!" Хорошее обращение.

А какой же залив-то? Во: Ла-Манш. Ла-Манчский.

Но Мордауну обращение было до лампочки, он содрал с нас штраф и пошёл дальше готовиться взрывать фелуку! Пошёл стараться ещё.

Я тогда такой говорю тебе, д,Ратаньян: "С этим Мордауном что-то не чисто! Ты видел Пункт Рыбоохраны на берегу? Какую книжечку он тебе показывал?"

Ты говоришь: "Книжечку? Какую книжечку?"

"Ну, книжку Рыбоохраны!"

"Не было у него никакой книжечки!"

И тут до меня, наконец, дошло, что это - мой сынулик Вильям Мордаун! Родная кровинушка!

И как таковая, сейчас нас всех четверых отправит к праотцам!

"Хорошо, сидите здесь и не отсвечивайте!" - сказал я вам. - "Я пойду сам по-отцовски разберусь с сынуликом!"

Ну, пошёл я такой в трюм! Именно там и стояли бочки с порохом.

Мордаун увидал меня: "А! И ты здесь! Ты именно тот, которого бы замочила и моя мать!"

"Твоя мать - шлюха, смирись с этим!" - сказал я. - "А в Рыбоохране ты понимаешь не больше, чем свинья в апельсинах!"

"Я знал, что ты так скажешь!" - сказал Вильям. - "Встретимся у праотцов!"

И попытался выпрыгнуть в иллюминатор!

"Да подожди ты!" - сказал я. - "Если хочешь знать, то родился ты нездоровым, оттого и писаешь вверх! И вообще, у тебя не опустилось правое яичко!"

Это у Рулера не опустилось левое, а у этого ублюдка правое.

"Всё ты врёшь!" - сказал Мордаун. - "У тебя самого, папаша, бачок не работает! И ничего не опустилось!"

И с этими судьбоносными словами Мордаун, наконец, выпрыгнул из фелуки!

"Ну и дурак!" - подумал я и загасил слюнями бикфордов шнур, который тянулся к бочкам с порохом.

Такая жуть! Но тунцов мы потом наловили много!" - сказал Отоз д,Ратаньяну и хлопнул его по плечу. Гасконец уже спал. К.


ЭПИЛОГ

Правило: "Это - Озарение!" У члена тоже бывают Озарения, это ж второй мыслительный орган. У него бывает всё, что и у головы.


Александр

Барсуков


Страна

сказок-633


("Письма в никуда"-633)


2021


ПИСЬМО В НИКУДА-6321,5-6324

15 февраля 2021 года. Сказка про детское детство и Кратово. Природа жила своей прекрасной жизнью, прекрасной. Летали батерфляйи и драгонфляйи.

Витя Сковородкин сидел на пирсе и рыбачил.

Его внутренний глоольд-ребёнок спал. Надо ж и ему когда-то спать. Мало того, что не понятно, где он гадит, зато понятно, где спит.

Витя подумал: "Хорошая штука, всё-таки, глоольды! Никаких подлянок от них не дождёшься. Если есть у тебя водоотведение и сортир, то никакой гад-глоольд не придёт и заглушку не поставит. Живи и радуйся. Да и какие здесь, в Кратово, заглушки? Я прям счастлив!"

Так счастлив, что готов танцевать.

Так и бы и пустился в пляс, но тут пришла Кэтвумен - Супергеройка и защитница всех слабоумных и убогих. Танец вмиг оборвался.

"Чего припёрлась?" - хмуро спросил Витя.

"Да по твою душу!"

"По мою душу только Смерть с косой приходит!"

"А кто тебе сказал, что я без косы?" - спросила Кэтвумен, и Вит её узнал: Карла Дель Понти - Глава Гаагского Трибунала. Нет? Тогда Мона Лиза или Женечка.

"Нет больше на свете твоей Женечки!" - сказала Мона Лиза. - "Я её грохнула! И грохнула бы и вас всех бы заодно, если б не было столько работы с этими хомячками!"

Витя её щас только узнал: Коричневая Хомячковая Смерть. Страшная, вообще, надо сказать, сущность. Не личность, а сущность, мистическое существо.

Она приходит к хомячкам в трусах и с газетой и уносит их Души! Причём, в мужских трусах в цветочек, извращенка.

И Женечку тоже замочила!

"А Женечку-то за что?" - спросил Витя.

"Да есть, видимо, за что. У неё же самый высокий показатель лоботомирований! Она положила более 1000 человек, и одному Богу известно, болел ли кто-нибудь из них, хоть, чем-то," - сказала Смерть.

"Болел!" - сказал Витя. - "У них всех был подозрительный вид и перхоть! Именно такой контингент - самые опасные заразные больные, которые даже себе в этом не признаются, так как в длительном непросыхающем инкубационном периоде! А перхоть - конечно, надо лечить лоботомированием, так как, снявши голову, по волосам не плачут."

Хорошая, вообще, пословица. То есть, голова твоя катится такая набок, а ты жалеешь, что не лысый, так как с волосами. Я бы лично не особо рекомендовал бы эту пословицу в младших дошкольных учреждениях. Хотя, детям всё пофиг.

Итак, что же? Спасать Женечкину голову, которая катится набок?

"Слушай меня, коала!" - сказал Витя. - "Если хоть волосок упадёт с головы Женечки, тебе - крышечка!"

Да! Вся голова упадёт. А крышками закрывают кастрюли.

"Поздно!" - сказала Смерть. - "Видал?"

И вынула из рюкзака голову Женечки!

"Ха-ха!" - хохотнул Витя. - "Это голова не Женечки!"

"А кого же ещё?"

"Это голова какого-то мужика!" - сказал Витя.

"Правильно, Витя! Женечка перед кончиной поменяла пол, а мы с тобой отправимся в круиз на теплоходе!" - сказала Смерть. - "Правда, если ты достанешь мне три грамма героина!"

"Смешно рассуждаешь!" - сказал Витя. - "Ты же - сущность! Что тебе стоит самой достать себе героин?"

"Где?"

"Где-где! В медпункте!" - сказал Витя.

"Медпункт закрыт, все ушли на фронт борьбы за урожай, а Женечка - вот она!" - сказала Смерть.

"Это ты виновата! Они ушли, лишь бы тебя не видеть!" - сказал Витя. - "Зрелище, конечно, не для слабонервных. Я щас тоже пойду, а то меня уже выворачивает!"

И ушёл блевать в кусты.

Вернулся он тогда, когда Смерть разделась до цветастых купальников и села, раздвинув ноги, на пирсе. Ноги - к счастью две дороги. Задаром такое счастье не нужно.

Витя сказал: "На! 4 грамма! В кустах заныкал. Там моя заначка."

Ну как, знаете, ходят наркодилеры по детским площадкам и прячут наркотики в заначках.

"Если б ты знал, как надоело быть механиком человеческих жизней!" - сказала Смерть. - "Одна коротковата, другая толстовата! Кстати, Женечка твоя была и толстовата, и коротковата! Ты то сам тоже коротковат. Такой контингент только сжигать в крематории, гробов на вас не напасёшься.

Потом вышвыривай ваш пепел из машины на ходу на скорости! Тоже, главное, не просто так, а надо купить специальную погребальную урну! Пепел-то в машине сам собой не лежит: только в вазоне. Кто ж такие покупки совершит?

Так что, Витя, предвижу я, как твои мёртвые пятки окутывает огонь крематория! Тебе, конечно, пофиг, зато родственникам таскать твой тяжеленный труп не надо: уже притащили. Какие-то здоровые посторонние мужики и притащили. Да и родственников у тебя не будет уже."

"Всё равно это не оправдывает того, что ты обезглавила Женечку! Я вот что думаю: давай мне Женечкину голову обратно, я пойду и приклею её на место клеем "Тотент", "Момент"!" - сказал Витя.

"Да не вопрос! Пусть только сначала пройдёт 40 дней, чтобы голова как следует протухла!" - сказала Смерть.

Хомячковая Смерть, мы же говорим. Хотя, конечно, Женечку завалила. Как глоольда Клорела завалил полковник О,Нилл.

Витя начал подозревать, что и Смерть эта - глоольд!

Если она глоольд, то всё делает правильно, то есть, податель сего всё делает на пользу СССР. Женечку замочила - правильно, Макаку тоже.

"Макака-то жива?" - спросил Витя.

"А то!" - сказала Смерть и раздвинула свои прекрасные ноги. - "Давно готова: сдохла! Я её замочила!"

Макака - ладно, Вите она никогда не нравилась.

"А профессор Павлов?" - спросил Витя.

И его жёлтые и красные бананы? Если Павлову капец, то и бананам тоже.

"Не знаю, кто там был Павлов, и вообще, был ли там он, но генерал Бауэр и Царица Хатор были!

Они ещё такие кричали: "Не надо! Не надо!"

"Как тебе не стыдно? Царица Хатор - Мать всех Фараонов! Больше того: всех глоольдов! И тебя тоже! Ты уничтожила собственную Мать!" - укоризненно сказал Витя. - "Кстати, где это всё было?"

"Где-где! В медпункте!" - сказала Смерть. - "Я такая прихожу: глядь: Хатор рожает глоольдов, а генерал Бауэр с цветочками жаждет узнать пол новорождённых!

Я ему такая говорю: "Пол не принципиален! Все здесь лягут! За Царя-Батюшку и за Мир во всём Мире! И, как один, умрут в борьбе за это!"

Даже Хатор от возмущения перестала рожать и говорит: "Нахалка! Охрана! Выведите её прочь!"

А из охраны там одна Макака. Вот так кончила Макака. Нехрена меня никуда выводить.

Я схватила одного новорождённого глоольда и засунула к себе в симбионтную сумку!"

"Ага! Так, значит, ты не глоооьд, а джаффа!" - сказал Витя.

"Хоть горшком назови! Как: А я по лесу иду, тяпкой кроликов глушу! На башке моей горшок, а в кармане пирожок! Ты думаешь, у джаффа на голове не может быть горшка?" - спросила Смерть.

"Ну, я не знаю... По-разному бывает!" - сказал Витя. - "Вон, я смотрел классный муви: киллер застрелил домочадца, который был тихий, музыку не включал и никого к себе не водил."

"Намекаешь на себя?" - спросила Смерть. - "Вообще, не перебивай меня и дай дорассказать.

Хатор такая говорит: "Так склонись же, джаффа, перед собственной Богиней!"

Я говорю: "Да! Уже! Щас!"

Ну и давай махать косой перед носом Хатор: пистолета-то у меня нет. Можешь обыскать: что я тебе, твой киллер, с пистолетом?

Ну и косой-то как-то случайно невзначай да и отрубила одну из прекрасных пухлых белоснежных грудей Хатор!

Больше ей Матерью не быть.

То есть, конечно, вышел такой Отец глоольдов Дэниэль Джексон, который её из Любви возьмёт в любом агрегатном состоянии.

Он говорит мне: "Как Вам не стыдно-как Вам не стыдно! В Греческом медпункте-в Греческом медпункте!"

Я говорю: "Стены этого проихиндейского местечка видывали ампутации и покруче удаления груди этой Хатор!"

"А я говорю, - сказал Дэниэль, - что Хатор - моя Любовь до гроба! Мы будем с ней до самого нашего смертного часа! И я её никому никогда не отдам!"

Про смертный час правильно сказал. Сейчас бы я ему этот час бы и устроила, но тут предательский Бауэр кинул в меня жёлтым бананом! Или это Павлов был? Банан попал мне прямо в рот! Я подавилась и закашлялась.

Дэниэль издевательски сказал: "Стены этого прохиндейского местечка видывали и покруче заворотки кишок, чем этот!"

"Это никакой не заворот кишок! Это гастрит!" - проявила познания я.

"Резать к чёртовой матери, не дожидаясь перитонитов!" - сказала Хатор, и в её руке сверкнул острый, как бритва, скальпель!

Я поняла, что кончать всех их надо, и чем быстрее, те лучше!" - сказала Смерть Вите.

"Всё это вода и меня слабо интересует. Ты расскажи, как кончила Женечка!"

"Ну как кончила-как кончила? Так и кончила. Пришёл какой-то мужик!

Макака ему говорит: "Женечкалебн! Защити ты нас, Женюшко, и спасибо тебе, Женюшко, за солнышко!"

Я присмотрелась: нет, на женского человека этот не похож, ну совсем не похож. Да даже на глоольдовского мало похож. На джаффу - вообще молчу.

Похож на Ток-Ра!

Я ему говорю: "Ты - Ток-Ра?"

"Нет!" - говорит он. - "Я - человекообразный репликатор!"

Ну а я что говорю? Я говорю ему: "Ну и много вас тут уже?"

"Пока один! Но скоро я размножусь, и будут миллиарды!"

Видал? Миллиарды! Такого сам Бог велел завалить.

А ты всё стенаешь: "Женечкалебн-Женечкалебн!"

А это, вот я тебе ещё раз говорю: уже не Женечка! Совсем!

Я говорю: "Ну всё, лишенцы, готовьтесь перейти в Ад! Так как в Рай вас не пустит Святой Пётр!"

"Святой кто?" - спросил Женечка.

"Пётр!!" - заорала я."

Короче, так: Смерть напрасно отрезала репликатору голову, так как тот, Женечка, мог размножаться и без головы.

Правда, детки у него получались тоже безголовые.

И вот по дорожкам Кратова стали ходить первые батальоны безголовых Женечек. С плакатами. Требующими легализовать однополые браки! Это нормально, вообще?

"Видала, что ты наделала?" - спросил Смерть Витя.

"Ничего не наделала. А то бы они были головастые, но всё равно требовали бы подобных браков. Это ж такие сволочи! Вот, скажем, тебя ни разу не забирал транспортный луч репликаторов?" - спросила женщина.

"А тебя забирал!"

"А меня забирал. Потому что я знаю, где Потёртый Город Древних!"

"Ну и где же?" - спросил Витя.

"Это - Москва!" - сказала Смерть.

"Тогда я тоже это знаю. Значит, следующей целью жуков будет Москва?"

"А ты думал? Крыжопль? Жмеринка? Ташкент? Конечно, Москва!" - сказала Смерть. - "Но им без голов будет сложно ориентироваться на местности. Поведёшь туда их ты!"

"Я не поведу! Что я, Сусланин, их водить? Пусть здесь ходят. А потом мы придумаем, как их уничтожить," - сказал Витя.

Кое-какие намётки у него в голове уже были. Например, заманить всех репликаторов в баню: пусть, ребята, проржавеют. Нет, этот план никуда не годится.

Тогда разрешить им однополые браки, раз они так хотят. Брак любой их сам по себе убьёт. Так как хорошее дело браком не назовут.

"Хорошо!" - сказал Витя. - "Я самолично выступлю с речью перед репликаторами, после которой они все подохнут. Но ты должна дать мне голову Женечки!"

"Да на!" - сказала Смерть, и Витя пошёл на подиум к микрофону.

Все батальоны репликаторов застыли на площади.

"Товарищи репликаторы!!" - заорал Витя. И эхо подхватило его слова: "Торы! Торы!"

Он продолжал орать: "Репликаторство - не для ленивых и слабых! Бог с нами! Каждому - своё! Репликаторство делает свободным!"

"Зиг Ху!!" - загремело по площади.

"Чего бы ещё такого сказать?" - подумал Витя и придумал: "А слабые Ток-Ра и глоольды будут повержены и согнаны в гетто!"

Даже сама Смерть стала стаскивать Витю за штаны с подиума: "Достаточно! Достаточно!"

Поскорбим. Достаточно. Как понятно, эти батальоны репликаторов, кроме однополых браков, хотели ещё сильной руки.

У Вити, конечно, особо сильных рук не было, но было желание порезвиться: у него всё получится.

"А ещё: "шведские" и однополые браки!" - но Витю уже Смерть стащила с трибуны.

Что, репликаторы - Славные Подруги, что ли? Использовать Витю для ночных работ? Скорее, они - Сладкие Друзья, а ночные работы - это смотритель ночного шлагбаума.

Подождите, подождите: ведь Витя, вроде, их Рулер? Не зря же он им кричал что-то с трибуны.

Ну да. Кричать может и полный попка чего-то. А эти Сладкие Друзья любят не ленивых и слабых, а сильных смотрителей шлагбаума!

Да и Смерть они приспособят для ночных работ, так сказать: размножение делает свободным! Она им поможет! Она станет их Мамкой-Маткой. Такие гады.

А всё эта Женечка - самый первый репликатор! Ну нахрена она стала лоботомировать этого мужика-человекообразного?

Он же что ей сказал?

"Я, грит, репликатор и хочу, чтобы вы меня уничтожили, пока ещё не поздно! А то что-то мне в зад воткнётся: нормально? Что-то стыдное!"

"Да-да, конечно!" - говорит Женечка. - "Что-то постыдное! Ты ляг и расслабься: тогда сможешь получить удовольствие от лоботомирования!"

По волосам не плачут, снявши голову: "Я пользусь бальзамом, - сказал репликатор, - и хочу отдать свои волосы для химических экспериментов!"

"Отдашь, отдашь!" - сказала Женечка.

Именно тут-то она и захотела сменить пол. Мы же вам говорим: это Сладкий Друг изменил её пол и превратил в смотрителя шлагбаума-репликатора!

А уж потом Смерть отрубила ей голову! Финита ля... К.


ПИСЬМО В НИКУДА-6324-6326,5

18 февраля 2021 года. Сказка про мужика Парашу! Да нет, нет, это девушка была. С косой. И с бородой.

В бане её видали, в мужской бане. Значит, мужик с косой и бородой. Да ладно! Его бы сразу из бани попёрли!

Видали, что ночью вытворяют сокамерники с Ефремовым?

А этот что, лучше? Хорошо, камер наблюдения в бане ещё не додумались установить. В камере - пожалуйста. Так что это баба была мужикоообразная с бородой.

Ну и решила эта Алёнушка бороду-то себе сбрить! Да ещё помыть серые ноги в параше в камере с зеками.

Кажется: хорошее же начинание, чистоплотное: помыть ноги! Но как после этого ходить им в парашу, она подумала? Это ж полное мучение!

Браконьерство! Не бл.дство же! Все рыбки, которые плавали в этой параше, сдохнут и всплывут брюшками кверху.

Как: привели зекам старого деда: "Он приколист!"

Ну, они ему говорят: "Покажи прикол!"

"Вам не понравится!" - говорит дед.

"Понравится!"

Ну, он обмакнул веник в парашу и сунул его в окошечко в морду охраннику!

Те мигом набежали и избили всех зеков. Вот, что было дальше, не помню. То ли, они говорят деду: "Уйди, дед, не до тебя!" То ли, зеки ему говорят: "Капец тебе теперь, дед!"

Итак, Алёнушка решила помыться. Как: помойтесь, ребята! А где ей мыться? Мы же говорим: в колхозной бане!

Выгнать из бани дядю Ваню с тётей Груней ну и нап.здить слив из их сада. Стопэ! Про сад и сливы ещё ничего не говорилось. Говорилось про бороду и серые ноги.

Как: усатая женщина - это такое фи! А тут бородатая.

Конечно, борода - это брутально, это клёвая жесть, но Алёнушка-то - хрупкая современная девушка. Если тебе проститутка имя - вымя крепи делами своими! Если тебе "современная" имя, то и вымя у тебя должно быть нормальное, а не скрываться под бородой.

Что она тебе: Михайло Ломоносов или Менделеев? Или Мичурин? Кстати, Пётр-то Первый правильно всем женщинам бороды-то рубил: боролся за женственность и девственность.

Правильно думал: "Нехрена бабе ходить по чужим избам и в коня на ходу входить! Отрубим ей бороду: мигом кончатся все эти дибильные приключения на её прекрасный волосатый зад!"

Прекрасный-то-прекрасный, волосатый - понятно, но только мозгов у Петра не хватило издать Указ о сбривании волос на заднице. Можно даже, даже самурайскими мечами.

Как: пусть возьмут свои самурайские мечи и побреют тебе задницу! О, звезда моего сердца! О, птенец моего зоопарка! О, задоликая луномордая рыба моя!

Итак, да! Алёнушке тоже бы, конечно, следовало бы побрить задницу мечом, но что-то её, симпатичную настораживало: так можно вместе с волосами сбрить и важные нервные окончания в ж.пе!

А что? Легко! Меч-то он острый, вжик! Вжик! Вжик: уноси готовенькую! Кто на новенькую?

Итак, Алёнушка пока что ограничилась ногами. Их ведь тоже надо брить. А то что это: культи, как у мужика!

"А может, я и есть мужик?" - закралась сакраментальная мыслишка в клетке её мозгов. Как накидать побольше загадочных понтов. - "Борода есть, ноги есть, ж.па есть: вылитый мужик!"

Ну да. Чтобы быть настоящим мужиком, надо весь день лежать на диване, смотреть футбол и бухать! Ты футбол смотришь? Нет же. Так что ты баба.

Тут вариантов совсем немного: либо ты мужик, либо баба, либо баба с перецем! Про животных, трупы и детей вообще молчим. Ясно, что ни то, ни другое.

Итак, окунула Алёнушка одну свою прекрасную серую ногу в чан с веником! Это ж в бане происходит! В мужском отделении.

Ну и вышел такой Турок! Он давно ждал Алёнушку. Хотя, может, не её встречали, не там встречали и вообще не его встречали. Не её.

Турок ждал, конечно, Чеки Джана, так как Чек сегодня получил получку-аванс (хитрый шанс), и у него было много бабла. Задаст вопросы - посулит баблосы.

У Алёнушки денег, вообще, может, не было, но было желание порезвиться и пошалить.

Только тупой Турок этого не понял. У него как на Алёнушку встало, так он ни о чём другом, кроме как, о собственном переце, думать не мог.

А у него не могло не встать: такая шикарная девушка, да ещё в мужском оделении!

Конечно, он Чека-то мигом вышвырнул из головы и пошёл знакомиться с Алёнушкой! Конечно, по-турецки.

Мол: "Твоя-моя не понимайт! Шайтанамана!"

Хорошо, Алёнушка его поняла. Так как подкаты все дешёвые, и их поймёшь на любом языке.

Да она и сама рада бы ДАТЬ Турку, но ведь она носит на пальце кольцо Ковбоя Коди! Ну, Турок принялся ей объяснять, что он подарит ей такое кольцо, которое надо будет носить на трёх пальцах!

И вот тут-то и пришёл Чек! Чек был набит деньгами и удивлялся, почему это на него ещё никто не напал, чтобы их стырить?

И видит: прекрасный-прекрасный бородатый Алёнушка, а рядом - противный ябывдульский Турк!

"Хорошо!" - подумал Чек. - "Всё имеет свою цену! Спрошу: "Девушка! Вы снимаетесь?" И если да, то дам её 200 бачей!"

Мы же говорим: богатый он был. Это потом, после футбола и бухания он снова обнищает, но пока что нет.

"Мужчина!" - сказала ему Алёнушка. - "Освободите меня от присутствия этого субъекта! Он же висельник и хулиган!"

"Ты висельник?" - спросил Турка Чеки.

"Висельник! А что это?"

"Хулиган?"

"Хулиган! А кто это?" - не понимает.

Пришлось наорать на него турецким матом: "Шайтанамана! Пошёл прочь отсюда!"

А Турк не уходит! Я же говорю: у него и на Чека встало! Он не уходит. Так как Чек-то тоже такой красивый, отважный, мускулистый!

Это начало Алёнушке надоедать. Надо ж как-то ноги-то помыть и побрить.

"Мужчина!" - сказала она Чеку. - "Вы не могли бы мне помочь побрить ноги?"

Чек победоносно взглянул на съёжившегося Турка (ёжик при опасности съё..вается) и взял в руку бритву "Мак-3"!

Сейчас он будет ею брить! О, как он будет ею брить!

Ну и Алёнушка выставила одну из своих ног.

Бритва застряла в этой шерсти! Теперь уже Турк победоносно посмотрел на Чеки и взял в руки секатор!

А вы что хотели? Бензопилу? Чтобы отрезать ногу нахрен? Нет ноги - нет проблемы? Что мы вам, садисты, что ли? Итак, секатор.

"Это так прекрасно! Так великолепно! Фантастиш!"

Если у немцев фильм про сантехника и медсестру получается порно, то у нас это "Афоня".

Ну, отстранил Турк Чека и давай брить! Одна шерсть летит в воздух.

И поняла тогда Алёнушка, что мимолётное увлечение Чеком было ошибкой, роковой ошибкой! А на самом-то деле, Прынц с секатором - это он, Турк! Хотя, конечно, совершенно не понятно, чего он там гутарит.

"Говори по-русски! На крайняк, по-английски!" - сказала она ему.

А он по-английски знает не больше, чем мы сами!

И он говорит: "Майн лав! Нау ай кен ду вит ю еврифинг нау?"

То есть, "Майн любовь! Ищ бин есть ваш директор из Дюссельдорфа! Нехрен мне так шпрехать! Даст ист грёссе шкандаль унд нихт правдивый слово!" Ещё больше всё запутал.

"Я, я переведу!" - сказал Чек. - "Он хочет, чтобы вы с ним разделись догола и принесли в жертву козлёнка!"

Это хорошо, что он ещё так перевёл, без всяких самурайских мечей и бритья задницы. А мог бы и так.

Сейчас знаете, что в "ЗВ"? Судьбоносное: в Галактику припёрлись репликаторы! Кто их звал? Кто им рад?

А руководит ими близнец Картер. Ну и давай совать руку в башку Дэниэля: "Я узнаю, всё же, где оружие Древних, даже если ты от этого обср.шься!"

Орешек знанья твёрд, но мы не привыкли отступать! Нам расколоть его поможет подвал гестапо "Хочу всё знать!"

Репликаторы - это то же самое гестапо, только ещё хуже.

Ну и Дэниэль такой: "Нет! Нет! Ты влезла в мой мозг, а я в твой!"

И давай тормозить репликаторов, которые напали на Землю!

Они такие: "Блин, Дэниэль, тормоз! Мы для этого нападали, чтоб ты нас тормозил?"

А для чего они напали? Чтобы на КЦЗВ сбросили ядерную бомбу?

Даже Картер вынула руку из башки Дэниэля и говорит: "Ну это уж слишком! Я всегда знала, что ты даун! Не смей тормозить моих братьев!"

А он сам бы и рад, но у него ничего другого просто не получается.

Наконец, на Земле все репликаторы застыли.

Генерал О,Нилл такой: "Да! Застыли! Разогнать невозможно! Придётся сделать чучело! Сайлер! Где Сайлер?!"

Сайлер был мастак по части чучел.

"Сайлера схватили и пытают!" - доложили О,Ниллу.

"Хорошо!" - сказал он. И сразу: "Чего?! Сайлер - это фамилия моей женщины! Она мигом расколется и выложит, что у меня не опустилось левое яичко! Это нормально?"

К счастью, ядерная бомба могла всё это исправить.

Бомбардировщик был уже на подлёте.

"Да подождите вы!" - сказал О,Нилл. - "Где пытают Сайлер-то?"

"На 24 уровне! Пытает её репликатор марки Сэм!"

Ну конечно: из ревности.

Пит-то, дурак, показал Сэм Дом Мечты, Дом этот был никакой не Мечты, а, типа, такой же, в каком отец убил всех детишек в Амитивилле.

Ну и Сэм отправилась на 24 уровень, где О,Нилл спал с Сайлер!

Сам-то О,Нилл, как защитник и добытчик, отправился сражаться с репликаторами, а Сайлер решила ещё немного понежиться в постели.

Тут-то к ней и вломилась Картер, даже бахилов не надела и температуру не измерила. Такая: чпок-чпок в грязных буцах.

И говорит Сайлер: "Сайлер, мол! Сука! Люби своего Дэниэля и нос не суй к моему О,Ниллу!"

"Дэниэль щас недоступен!" - сказала Сайлер. - "Всё пытаюсь дозвониться до корабля репликаторов в другой Галактике. Ты не знаешь, там сеть-то ловится?"

"Сеть везде ловится!" - сказала Картер и врезала Сайлер по зубам!

"Вырвем у вас зуб, а ещё 4 вырвем бесплатно!" У Сайлер были стальные зубы!

"Так ты - репликатор!!" - поняла Картер.

"Дура!" - сказала Сайлер. - "Я - джаффа глоольда Молока!"

"Глоольда Молока? Он что, на лугу пасётся и даёт молоко? Всегда полезное?" - спросила Картер.

"Дура! Он сам кого хочешь подоит! Он и самого Хренубиса подоил однажды. Хренубису это понравилось, и он привёл к себе на кухню малолетку! Жена Хренубиса это увидала и ушла от Хренубиса!"

Как: жил такой-то мент, но его повязали, и видит он теперь небеса сквозь решётку.

В тюрьме его "опустили".

Ему это понравилось, и он стал водить к себе на кухню мужиков.

Однажды попутал со временем, когда жена должна прийти, она пришла и ушла от него!

"Ну, Сайлер, ты перешла все границы!" - сказала Картер. - "Я-то думала присоединиться к вам с О,Ниллом, но сейчас вижу: сестра ты Верка! Как к сестре присоединишься? Верка, модница!"

"Нет, идиотка! Я не модница, я - Верка-модистка!" - сказала Сайлер. - "А про О,Нилла могу сказать только одно: "Мужчина! У вас опало!"

"Да я и сама это знаю!" - сказала Картер. - "Но как нам это поможет в борьбе против репликаторов?"

"А чего они хотят? Выдать им О,Нилла? Да нахрен выдай!" - сказала Сайлер. - "За всех приходиться думать самой! Дай спать!"

И она отвернулась к стенке.

Пришёл О,Нилл: "Что она тебе разболтала?"

"Да ничего такого, что я и сама знаю!" - сказала Картер. - "Одно особенно обидно: к вам не присоединишься: модистка она!"

"Кто она?" - переспросил О,Нилл. - "Ток-Ра? Глоольд?"

"Нет! Модистка! Подвид репликаторов, ещё не известный науке!" - сказала Картер.

"И я с ней ещё спал!" - сказал О,Нилл и тюкнул себе по штанам: "Получай, гадёныш! С пипиской я!"

"Не надо так убиваться!" - сказала Картер. - "Пойду-ка, пока займусь бомбой! Размечу территории, на которых потом 1000 лет нельзя будет проживать."

Ну, ещё О,Нилл ей говорит: "Что Пит-Пит?! Ты нам мешаешь с Сайлер. Ты реально достала! Не хочешь жениться на Пите - женись на репликаторах!"

Обидел Картер.

Да. Ну а Дэниэль-то сидит в кафе с Омой-официанткой.

Там ещё такой жирдяй есть, болтливый и свистящий постоянно. Он-то и окажется Хренубисом.

А пока-то он говорит Дэниэлю: "Дэниэль, мать твою! Опять заснул, ё. твою мать? Ты что, вообще, тормозной? Не парень? Пенёк? Убогий?"

Ома говорит: "Да, детки, он такой! Ничего не помнит с самых пор, как его нашли голым на планетке. Всё корчит из себя Вознёсшегося, а сам не может сложить два числа. Мы плюём на него: тьфу!"

"Сама ты ничего не можешь!" - сказал Дэниэль. - "А я, когда лежал голый, понял важную вещь: голым быть прикольно! Чтоб поддувало снизу. То есть, конечно, в женской юбке тоже неплохо. Но эти идиоты инопланетяне принесли мне не женскую одежду и лифчики, а какую-то робу!

Хорошо, у меня был золотой маникюр, так я потом полз по пустыне, пока совсем не окочурился.

Там ещё глоольды испытывали какие-то механизмы. Сунешь в дырку палец: механизм едет. Я сколько не совал свои золотые ногти, всё меня било током, и машинка не ехала.

Глоольды разозлились и вышвырнули меня ко всем чертям, так как я возжелал запретного."

"А именно, чего ты возжелал?" - спросила Ома.

"Чего-чего! Стереть всё человечество с лица Галактики, вот чего!" - сказал Дэниэль. - "Но для этого мне может понадобиться помощь Хренубиса. Я ему скажу: "Хренубис, поджигай!" А он: "Не могу! Баал все спички обо.сал!" Такой ист-облом!"

"Я-то всё могу!" - сказал толстяк. - "И спички у меня нормальные!"

"Ну и утешайся этим!" - сказал Дэниэль. И Оме: "А кто это?"

"Кто-кто! Это ж брат твой по Вознесению Хренубис! Что ж вы друг друга-то не узнаёте?" - спросила Ома.

"Брат? Не было у меня никакого брата. Сестра была: Верка! То есть, Омка! Так вот, значит, ты какой: Хренубис! Сейчас я тебе ебл.ще-то начищу! Или возьму штраф за испражнения в общественном месте!" - сказал Дэниэль.

"Я чист, как стёклышко, начальник! Насальника!" - сказал гад. К.


ПИСЬМО В НИКУДА-6326,5-6329

21 февраля 2021 года. Сказка про отважного мужика Алёнушку. Ну да, имечко, конечно, зашибистское, но бывают и хуже. Например, Чеки Джан или Кондом Хлимен.

Ладно, не надо ловить меня на слове. Сказка про Чеки Джана, у которого злобные якудзы украли самое дорогое: флешку, на которой интимное видео, как Чеки (толстый и потный) занимается самым главным в своей одинокой жизни: анонизмом!

А что? Нормально, да? Мы вам честно скажем: нихрена не нормально. Вот пусть найдёт себе бабу: будет полновесный секес!

Уже, да. Баба, Мяо, от него ушла, а заменить её может только правая рука, мы же говорим. А Кормилица, которая могла дать всегда ценный и полезный совет, как это делается, ушла к Виктору! Задолбал её Чек, который не знал и не ведал, как это всё делается.

Ну не знал он! Мяо вообще была такая сука, что не давала вообще! Виктору, может, и давала, но не Чеки. Поэтому-то он ничего и не знал, хотя, догадывался. Посматривал разные порносайты, почитывал "Камасутру", то есть, не полный лох.

А с рукой своей он научился забавляться вообще ещё в школе. Никто его этому не учил. Никакая "Камасутра". Это пришло само.

Вот и сейчас Чек сидел и думал: "Придёт само то, что надо отобрать флешку и вернуть Кормилицу? Ну, флешку-то я, пожалуй, верну. Но Кормилицу? Опять пить этот горький кумыс из того, что называется сиськи? ("Это не мясо! Это - сиськи!")

Да не хочу я! Задолбался я. Хочу простого человеческого молока! Что, это так сложно: не пить саке и гнать молоко вместо кумыса?

Вот верну я Кормилицу, так и скажу: "Ты у меня сядешь на строгую микробиологическую диету! Никакой водки, никакого саке без меня!"

Без меня, понятно? Со мной-то можно. Вот сядем мы этак с Кормилицей вечером около самовара, в котором плещется водка!

И взор её так много обесчает! Имеется в виду взор водки. У Кормилицы-то косоглазие и минус 6 диоптрий. Её взгляд направлен , как обычно, внутрь себя и ничего не обесчает. А мой и водкин обесчает.

Мой, кстати, тоже очкастый и минус 5. Водкин нет. Это ж как Живое! Пробралось к нам на планету с Марса и давай всё сжирать!

Менделеев такой: "Нет! Нет! Я не буду тебя изобретать! Ты споишь всё население!"

А Живое-водка ему говорит: "Ну, Менделеев, ну, миленький! Что тебе, трудно, что ли? Изобрети меня и назови "нарзан"!"

А он нет.

"Если я тебя и изобрету, то назову "волга": "Течёт река Волга: и ей и края нет!"

"Дурак! Назови тогда "водка"!" Уговорила.

Изобрёл её Менделеев, кстати, его звали Дима ("Ну, Дима! Ну, миленький!"), сам первый и надрался в драбадан.

Очнулся, пожрал огурчики: изобретение совершено! Пусть бросит в меня баллоном водки тот, кто так не считает. Вот примерно так Живое стало водкой. Теперь налито в самовар, а сверху надет сапог. На башке моей сапог, а в кармане пирожок.

"Знаешь, что?" - спросит Чеки Кормилицу. - "Водка, конечно, хорошая штука! Но портвейн лучше! А ещё лучше коньяк!"

"Ты что, паскудина, заставишь меня доиться коньяком?!" - заорёт бедная плоская женщина.

"Да нет, что ты-что ты! Я просто говорю: вот сидим мы с тобой тут, два одиноких человека, а костру разгораться не хочется: вот и весь разговор!

Ведь мы с тобой, типа, похожи. Вы, якудзовские люди - жертвы своих руководителей, как и мы - простые гонконговские люди!" - сказал Чек.

"Ты забываешь одну важную вещь, приятель: я рождена в Макао!" - сказала Кормилица. Как в воду пукнула. Где Макао, а где Гонконг.

"А Виктор твой родом откуда?" - спросил Чеки.

"Из России! Прекрасной, прекрасной снежной России!"

Как: тайга! Станешь за дерево: тебя вообще не видно! Пригляделись, а там 20 миллионов китайцев! Одно дерево может напоить кислородом 2-3 человека. Или 5-6 китайцев. Так что, конечно, все китайцы мечтают попасть в тайгу и встать за дерево.

Между тем, водка в самоваре начала пучиться! Вы никогда не пробовали в водке варить пельмени или лапшу? Так вот: всё пучится и вытекает через носик. Тут надо, конечно, подставить миску.

Не такую, конечно, какая летит из рук нянечки при виде того, что родила роженица! Кого родила. Полицейскую мигалку. Нет, тут миска специальная кухонная.

Чек подумал: "Бл.дь! Что это за водка такая? Никакого вкуса нет. И, главное, всё прёт и прёт! Все макароны и пельмени в водке!"

("Вся закладная на дом в яйцах! У нас больше нету дома!") Кстати, ещё немного о закладной: именно, после того, как всё измазали в яйцах, она и ушла к Виктору!

"Всё! Я ухожу к Виктору!"

Итак, лизуны слизали всё бедствие, и Чеки вновь поднял глаза на Кормилицу.

Она рыдала!

"Старухе-процентщице было 42 года! Кардиналу Дришелье было 42 года! Самому старому Карамзину было 30 лет! Всё! Иду плакать!"

И ушла плакать.

"Дура!" - подумал Чеки. - "А мне-то сколько лет? 49! Во! Я вообще престарелый, хотя дым ещё идёт иногда! Какого же Иблиса с этой флешкой?"

Действительно: Кормилица вернулась, Виктор - рогоносец, но куда делась флешка?

Надо было отрывать толстый зад от дивана и идти в самое логово якудз: небоскрёб Накатоми! Виктор-то был Накатоми! Тёща-то у него была в кимоно! Жена в кимоно! Даже кошка в кимоно! Мы не говорим про мышку. И все были по фамилии Накатоми. По прозвищу Барометр.

Но там же, блин, охранник сидит! Может, никакой это не охранник, а немецкий террорист, но всё же.

Чек такой, допустим, поедет таранить двери на драндулете!

Так охранник выстрелит из базуки: и драндулету капец!

Нет! Найн! Мы пойдём другим путём. Мы оденемся полицейским и свяжемся с Джоном Маклейном, который, разумеется, тоже там имеется. Закажем пиццу. Не дадим себя подслушать. И всё путём пойдёт с сегодняшнего дня.

Маклейн-то, дурак, конечно, сбросит нам на капот мёртвого клерка, который раззорился и сам выпрыгнул из окна!

Именно, в тот самый момент, когда мы будем жрать пончики и сообщать, что всё споки и в норме.

Этот клерк, конечно, будет террористом-якудзой. Надо будет его хорошенько обыскать: вдруг, у него в кармане искомая флешка? Если он же будет из Германии, то на флешке у него будет порно с сантехником и медсестрой, моего видео там не будет. Это надо запомнить.

Примерно так думал Чек, наряжаясь в полисмена. Мы не поставили кавычки, как бывает при прямом думании, так как лень-мать.

Ну, чмокнул на прощание Чеки свою престарелую тридцатилетнюю Кормилицу и отправился в участок!

Так сказать: "Я - ваше копо! Я - ваша тётя! Выдайте мне жетон и машину!"

Я уже плохо помню, но именно так, кажись, явился Рэмбо в участок, ему нихрена не выдали, и он потом им всем пустил Первую Кровь! Она же и Последняя.

Ну, явился Чек туда, а там такая в трепетном платьице, трепетная, как лань, Мяо!

И кричит: "Чеки! Меня посадили не за что! За бл.дство! Вытащи меня отсюда!"

Чек говорит: "Проститутка должна сидеть в тюрьме! Я сказал!"

И пошёл себе выбивать в тире табельный пистолет, зарезервированный за сержантом Биксби.

Сокамерницы спрашивают Мяо: "А кто это?"

Она: "Да некий Федя. Мы с ним в одном детском доме лечились. Но я не подозревала, что он вырастет и станет таким чмом!"

Это правда. Чек шёл и думал: "Вероятно, я чмо и не освободил Мяо. Потом приду - освобожу. Если, конечно, приду."

В подвале-тире Биксби принялся сбагривать ему драндулет: мол, проедешь с ветерком!

"Балда! Дай мне простой пистолет, с которым на крыс охотиться!" - сказал ему Чек.

Биксби дал, но подумал: "Какой-то это подозрительный Рэмбо! На такого только с подобным пистолетом охотиться. Позвоню-ка я, куда следует!"

И он стал трезвонить генералу Бауэру.

Старший офицер в положении Бауэра всегда должен быть на службе. Но Бауэр, чего-то, постоянно кормил рыбок или был с любовницей.

Сейчас был с любовницей: "Это так срочно?"

"Господин генерал! В наши ряды затесался предатель-шолва! Называет себя Рэмбо, но на рэмбовского человека не похож! Ни капельки не похож!" - сказал Биксби.

"Звони в Службу Отлова Домашних Животных или в газовую службу!" - сказал Бауэр. - "А я пока поставлю весь ваш участок на Самоуничтожение через 5 минут!"

Сказано-сделано! Сейчас тут всё взорвётся!

Но Биксби успел-таки позвонить в Службу Отлова: "Девушка! Милая! Как вас звать? Джоан? Мне человека надо в Службу Отлова отправить! Как его звать? Рэмбо! Р-Э-М-Б-О!"

Джоан записала и потребовала 2 цента. Совсем озверела, шлюха телефонная!

Не успел Биксби переслать ей деньги: Чек-то им Самоуничтожение перекрыл. Он просто зацепился ногой за шнур питания и выдрал Самоуничтожение из розетки! Иначе бы всем настал капец.

Чек вышел из участка и пошёл за дармовыми пончиками в бистро.

Там он увидал двоих преступников, которые в чулках грабили магазин бистро! Увидал он их в два рулона туалетной бумаги, которые были, как телескоп.

"Да ладно мне!" - подумал Чеки. - "Пусть грабят. А чулки себе на голову я и сам могу надеть!"

Ну и надел.

Хозяин магазина как увидал его, сказал: "А ещё кто-нибудь дежурит? Хуже вас копа нет!"

"Что ты понимаешь?" - спросил его Чек. - "И вообще, обращайся ко мне "Сэр" и зови "Рэмбо"!"

Понятно, что из Рэмбо коп никакой, Рэмбо сам с копами борется.

Ну, набрал Чеки бесплатных пончиков и думает: "Интересно, что делает щас папочка-Виктор? Смотрит мою флешку? Я бы сам не советовал: отвратительное зрелище. Будем надеяться, что Виктор-то щас кого-нибудь трахает! Может, заложницу или террористку. Или заложника, или террориста! Откуда я знаю? Может, Виктор-то предпочитает мальчиков? Почему от него моя Кормилица ушла? Так как не удовлетворяла его как женщина. А мальчики удовлеворят? А кто сказал: мальчики? Я говорю: террористы! Большие мальчики-громилы!

Ладно. Вон светится первый этаж Накатоми, и сидит охранник-террорист! Настоящего-то охранника этот замочил, и труп в сейфе! Вы же смыли всю кровь! Зачем вы смыли кровь?! Убийца! "Я - не убийца! Я - Сидоров-охранник! Вот вывеска, окошко и надпись!" Ничего не значит! Вы с-сговорились!"

Ну что, пришла пора для охранника Бегемота и голую очередь из мужчин-женщин-заложниц!

Охранником был Бегемот в фуражке с цветочком. Это он настоящего-то охранника Медведя укокошил, а труп спрятал в сейфе.

Как: бомж полез грабить сейф олигарха, да и заснул внутри. Пришла секретарша, увидала ноги бомжа и грохнулась в обморок! Пришла тёща: увидала торчащие из сейфа ноги секретаршины и мужские, зарделась и ушла. Как можно было заснуть в сейфе? Как-как! А как можно заснуть на крепостной стене, сбегая из казармы, а потом попасться в лапы патруля ополченцев? Короче, пить надо меньше! И не быть вездесущими и всюду засыпающими.

Сейчас и очереди настанет время. Пока ещё нет.

Чеки панибратски подошёл к преступному Бегемоту и схватил его за воротки: "Колись, сука! Где заложники?"

"Не понимаю, о чём вы, господин?" - спросил Бегемот.

А сам жмёт Тревожную Кнопку, что, мол, нам всем капец, и давайте скорее уничтожайте голых заложниц!

Чеки, конечно, всё это заметил и засунул в пасть Бегемоту круассан! Мол, Бегемот заплатит за круассан. Потом врезал Бегемоту по роже рукояткой крысопистолета и устремился наверх!

Лифт, конечно, не работал. Конечно. Мы вам больше скажем: в этом лифте лежал бандит Абырвалг с маленькими ногами! Он участвовал в ограблении Банка вместе с шотландцами. У всех были маленькие ноги.

Делать нечего, попёр Чек по лестнице!

А в это самое время голая очередь из женщин и мужчин возмущалась: "Начните же уже выводить людей в туалет, иначе у вас будут бо-ольшие проблемы!"

А кто их выведет? Абырвалг? Мёртв! (Убит? Наконец-то! Лечу налегке!) А у Груббера своих проблем хватает.

И вышел такой отважный, весь окровавленный Джон Маклейн!

И говорит: "Товарищи! Туалет, о котором так много бухтели большевики и ещё не меньше - меньшевики, закрыт на капитальный ремонт!"

Лично сам щас проверил. Заходит он такой в сортир: а там девочки поправляют чулки!

Говорят: "Заходи, дядя! Ну чего уставился?"

Он оробел и говорит: "Девочки! А не кажется ли вам, что вы ошиблись?"

Да! Я ошибся! Ещё как ошибся! И прыг! из окна явочного дома на Блюменштрассе.

Так что теперь Джон был уверен, что клозет, либо, на ремонте, либо, его оккупировали злобные инопланетянки, ср.щие бобами раз в год!

Мы вам скажем: это, стопудово, были инопланетянки.

А Чек всё идёт себе по лестнице.

Ну, голая очередь из заложниц перестала возмущаться и попёрла этажом ниже, где сортир ещё работал. Никакой Абырвалг, будь он ещё жив, не смог бы их остановить.

А дело в том, что Чеку тоже приспичило. И вот сидит он такой, сидит на унитазе этажом ниже, как вдруг видит голые женские ноги!

"Бог услышал мои молитвы!" - подумал Чеки. - "И послал сюда женщин!"

Ну да. Крайчек тоже сначала обрадовался подобному в сортире, пока эта женщина не треснула его по башке и не напитала инопланетным чёрным ядом чёрной оспы!

Итак, Чеку тоже это предстояло. Но он помнил Крайчека и оспу.

Он сказал: "Барышни! Не толпитесь! Всем места хватит! Это - на всех!" И выронил сыр. К.


ПИСЬМО В НИКУДА-6329-6331,5

22 февраля 2021 года. Ужасающее преступление в Суссексе! Три Поросёнка покусали Собаку Бакервилей, а пчёлы-самоубийцы покусали Поросят!

"Дорогой друг Херлок!" - сказал доктор Катсон. - "Надо срочно ехать в Суссекс писать отчёт!"

"Да расслабься, дорогой друг!" - сказал Херлок. - "Зачем ехать самим лично? Я послал туда уже Леди "Н", она переспит со всеми тусовщиками и составит два, нет: три отчёта!"

Мы строим бассейн! Подайте им два, нет: три ведра воды!

Итак, бедная Леди "Н" тряслась в купе поезда "Лондон-Суссекс". Её бедные груди тоже тряслись при каждом стыке рельсов. Пришлось надеть зипун: не май-месяц.

Под зипуном уже не так похабно тряслись. Можно сказать, вообще не.

Напротив Леди "Н" в купе сидел какой-то толстый генерал от кавалерии или от инфантерии и жрал куриную ножку. Видимо, он питался из той же кормушки, что и Леди "Н".

"Прозит!" - сказал он.

Леди "Н" углубилась в журнал лондонской моды. На обложке которого была изображена красивая женщина.

Ноги Леди "Н" были обнажены и обуты в изящные туфельки.

Генерал начал терять самообладание. Он хотел погладить эти милые ножки, но сан священника ему не позволял.

Он уже призывал на помощь все Высшие Силы! Молился всем Богам!

И, наконец, погладил!

Леди "Н" выглянула из-за журнала! Её рожа напоминала рожу Волка из "Ну, погоди!"

У генерала всё опало в момент!

"Из-звините!" - сказал он.

"Идиот!!" - хохотнула Леди "Н" и снова углубилась в журнал.

Генерал молился своему Богу: Святому Непомуцкому Лобзику-Иблису из Непомук.

А поезд всё шёл и шёл в Суссекс.

"Чёртов Херлок!" - думала Леди "Н". - "Вот приеду: он у меня не только Непомуцкого вспомнит! Всех Святых вообще! Когда Святые маршируют. Послать меня, агента высшей квалификации, на это поганое задание! Они что там все, на Бекер-стрит, с ума посходили?

Думают: я дам всем тусовщикам! А я им не дам!

Ну, покусали кого-то: дело-то молодое, само заживёт, как на собаке. То есть, Собаку-то и покусали. Значит, поделом этой Собаке!"

"Послушайте, генерал!" - сказала Леди "Н" генералу. - "У вас собака есть?"

"Нету!" Облом.

"Так заведите! Попомните мои слова: в Лондоне собака - друг человека!" - сказала Леди "Н".

"То в Лондоне! Я не был. Я живу на даче в Суссексе!" - сказал генерал. - "А дачу охраняет Сторожевой Жираф!"

"Забудьте про Жирафа!" - сказала Леди "Н". - "И вообще: опомнитесь, пока не поздно! Лучшая часть жизни уже прожита! Что у вас впереди? Сторожевой Жираф и ничего человеческого! Вот я вам тут тапочки связала, пока вы пялились на мои ножки. Берите, берите! И в тюрьме пригодятся!"

"Только и знаете: каркать! Да нахрена мне они? У меня и тюрьмы-то нормальной нет. Дома - ладно, нет, так как дача."

"Вот в даче и будете носить вместо бахилов!" - сказала Леди "Н". - "А там, гляди, проворуетесь или поразвращаете мальчиков мужеложством - и привет, тюрьма! Вот и пригодятся!"

"А ты-то сама помужеложствуешь?" - спросил генерал.

"Хотелось бы, но это физически невозможно: женщина я!" - сказала Леди "Н" и уткнулась в журнал.

В журнале живописалось про Дело женщин-мужеложек.

"Подумаешь: женщина! Знаешь Дело мужеложек?" - спросил генерал.

"Щас читаю! Не мешай!"

В журнале говорилось, что две проститутки изнасиловали археолога прямо в археологической могиле!

"Прочитала!"

"Не желаешь ли это обсудить?" - спросил генерал.

"А чего тут обсуждать? Есть богатые шлюхи, типа меня, а есть бедные, типа них. Бедные готовы насиловать археологов почти за гроши. Мы же, богатые, мы не такие! Мы едем в Суссекс! Сечёшь разницу, ниггер?" - спросила Леди "Н" генерала.

Тот ничего не сёк: "Не секу! Если я дам тебе наполовину полный стакан, ты мне ДАШЬ? А если наполовину пустой?"

"Я тебе в любом случае не дам! Так как у меня спецзадание, и я "под прикрытием"! А за то, что погладил мои ноги, тебе надо крюки-то оторвать!" - сказала Леди "Н".

Генерал начал снова молиться Иблису: "О, Иблис Всемогущий! Иже ты еси на небеси! Вразуми эту дуру так, чтобы я снова смог её погладить! Я не часто к тебе обращаюсь, иногда богохульствую, но щас такой случай, что я уверовал! Дай мне какой-нибудь знак!"

И Иблис Всемогущий дал ему этот знак: в купе зашёл проводник и принёс два стакана чая!

Тут же генерал снова полез гладить коленки Леди "Н"!

"Да подожди ты! Дай чаю попью!" - сказала она.

И понял генерал, что это был не нормальный знак и вообще, может, никакой не знак. Как жёлтые тюльпаны - вестники разлуки. И рампы свет нас разлучает! Хотя, у нас одна, да-да: одна святая к Лобзику любовь! Святая к Иблису любовь.

"Девушка!" - сказал генерал. - "Вы Иблиса любите?"

"Любила! До тех пор, пока его не поймал мой Херлок и не посадил на 100 лет за бродяжничество!" - сказала Леди "Н". - "Это его рожа в книге "Типы преступников"!"

Генерал начал терять терпение: "Хорошо! Иблис в книге, но где Лобзик?"

"В той же самой книге на странице 8!" - сказала, не моргнув глазом, Леди "Н". - "Он осуждён за растление церковного хора мальчиков-кастратов! Это поначалу они были нормальными, но после растления пожелали все, как один, стать навеки кастратами! До того страшен был раб сей Лобзик, аки Цербер!"

"Дура!" - сказал генерал. - "Лобзик - на небесах!"

"Теперь-то, конечно, на небесах! Пожрал тюремной овсянки и откинул ласты! Наша миссис Хадсон тоже так готовит. Да все так готовят. Но в тюрьме особенно: с макаронами! Что щас в тюрьме? Ужин! Макароны с овсянкой! Тут любой бы отправился на небеса, не то, что твой Лобзик!" - сказала Леди "Н".

"Так, значит, вы в никого не верите? Атеистка вы? И оскорбляете чувства верующих?" - спросил генерал.

"Почему сразу атеистка? Почему оскорбляю? Я верю в Святую Марию Скочицкую! Бедняжка зачала, не согрешив! Помоги мне согрешить без зачатия! Понятно? У нас на Бекер-стрит все поститутки молятся на неё.

Все, кроме дурака Херлока! Он ничего, кроме своего Дефективного Метода, не бачит."

"Подожди, подожди! Это какой такой Херлок? Шолмс? Мне кажется, что во время войны в заливе, я был у него командиром! А он был простым ефрейтором! Шолмс - жирная свинья!" - сказал генерал.

"Это Розенблюм - жирная свинья, а Херлок на фронте никогда не был и руководил боевыми действиями из бункера. Он так и называется: "Дефективный бункер"," - сказала Леди "Н".

Помолчали.

"А знаете: мы с вами чертовски похожи!" - сказал генерал. - "Два человека!"

"Человека? А я думала, что вы - андроид!"

"Да подожди ты! Два человека! Жертвы своих шефов. Вы - жертва тщеславия своего Херлока, а я - жертва своего Рулера! Что нам Рулер, что нам дождик проливной, когда мой Иблис со мной?

Рулер всё пытался встать между мной и моим Богом Иблисом. Не получилось. И теперь я думаю, как взорвать Рулера ко всем чертям в его Логове бомбой!" - сказал генерал.

"Да вы просто смельчак! Герой Нашего Времени! Только, когда взорвать Рулера не получится, просьба не упоминать моё имя, чтобы и меня не повесили в числе 11 000 ваших друзей и родственников на рояльных струнах!" - сказала Леди "Н". - "Не люблю, понимаете, висеть на этих струнах. Играть - да, люблю, но висеть: моветон!"

"А как вас, кстати, зовут?" - спросил генерал.

"Меня зовут Леди "Хрю"!" - наврала Леди "Н".

Чего не наврёшь в шутейном разговоре, лишь б не висеть на струнах потом.

Ну, короче, на дальней станции сойду: трава по пояс! И каждый пошёл своею дорогой, а поезд пошёл своей. Где-то под Таганрогом.

Повесил все навороты! "Батюшки! Повесился на воротах?!" Давай адрес! "Дядь Женя, собака во двору!" Понятно: ди-джей собака ру! Чумовой динозавр.

Итак, Леди "Н" сердечно распрощалась с динозавром-генералом и пошла своею дорогой в Суссекс.

По бокам дороги валялись трупы парно-копытного и рогатого скота. Видимо, дело жал пчёл-самоубийц. Это ж такие сволочи! Мало того, что они самоубийцы!

"Нет! Я так просто не дамся! Ещё одни концы! Я не сдамся!" - подумала Леди "Н", кутаясь в лёгкое пальтецо. Всё в слезах и губной помаде перепачканное яйцо! Лицо.

Глядь: едет какой-то брат Херлока какой-то Майкрофт в бричке.

А мы вам скажем, что это был за тип. Это был никакой не брат, а если и брат, то не Херлоков. Это был Сашка-Семинарист!

Вначале-то на этой бричке ехала одна возлюбленная пара.

Но она сошла где-то под Таганрогом, чтобы лечь в стог сена. Рядом с комбайном, который тихо стоял на межи. Тихо завёлся, тихо пошёл: кто-то в буханке лифчик нашёл!

Так что пара-то осталась в высокой траве. Это что это там под крышей? Это голос высокой травы с той стороны. Это то, что никому не слышно.

Когда-нибудь в колокол сонный ударит пудовый язык, и чистым малиновым звоном к тебе полетит этот крик! О тебе и обо мне в предрассветной тишине шелестит высокая трава! И наблюдатель уснул, убаюканный шумом травы!

Всё это я к чему клоню? Пара-то в траве, в буханке, в лифчике, а в кибитку ту сели дядя и племянник! О Сашке они тогда и не подозревали.

А Сашка-дибил остановил карету, пригрозив, что перережет лошадям ноги косой! Тогда ещё кучером кибитки был Джакоп.

Ну, и Сашка убил Джакопа и дядю, и принялся ковыряться в глазу дяди ножом!

Племянник выжил и всё это запомнил. Как говорится: "Расскажите всё, пока эти воспоминания свежи в вашей памяти."

Ну так вот. Сашка сел вместо Джакопа и принялся заниматься извозом пассажиров. Предпочтительно, пассажирок.

Ну и Леди "Н" такая прыг! в кибитку! Ничего не соображает. Доверить свою задницу какому-то придурочному Сашке!

Ну и Сашка такой давай травить анекдоты с чёрным юмором.

"Заткнись, а!" - сказала ему Леди "Н".

Поехали молча. Едут мимо прогоста! Ночь на дворе! И мёртвые с косами стоят!

Ну, Сашка повернулся к Леди "Н", а лицо у него не человеческое! Лицо какого-то хмыря! Страшное лицо! Зубы плохие, с них капает кровь! Страшило болотное! Проститут бесхозный!

Ну и Леди "Н" тоже открыла рот, а вот рту у неё - зубы!

Сашка где-то видал: вкусится гнида с такими зубами в шею человеку! И пока он дрыгать ногами не перестанет, не оторвать её от него!

Испугался сам Сашка и огрел Леди "Н" по зубам дубиной!

6 зубов потеряла!

А Сашка бросился вон из кибитки: "Она вернулась! Она вернулась на Землю!"

"Что за дибил?" - подумала Леди "Н". - "6 зубов потеряла! Конечно, теперь самое оно есть овсянку, но это нормально? Нормально, вообще?"

Где же в этой глуши найти зубного техника или, на крайняк, стоматолога? Выдрут всё раскалёнными щипцами: даже овсянки не поешь.

И тут глядь: летит прекрасная романтичная стая пчёл-самоубийц!

И поёт: "Мария-Мирабелла! Мария-Мирабелла!"

Видимо, Марию-то и Мирабеллу недавно замочили.

"Кыш вы летите, мозги не пудрите!" - сказала Леди "Н", но было поздно.

"А кто это у нас в кибитке сидит? Кто в невысокой сидит? Мария? Мирабелла? Щас будет мыть серые ноги в пруду?" - спросили пчёлы.

"У меня, вообще-то, спецзадание!" - сказала Леди "Н". - "Колитесь, суки: кусали ли вы Собаку Бакервилей? А Поросят?"

"Слишком много вопросов, начальница! Задаёшь вопросы, а баблосы не сулишь!" - пчёлы. - "Мы, может, много, кого кусали! Вон, твоего друга Сашку-дибилиста кусали! Щас-то он бегает по погосту, высоко задирая задницу: вот в эту задницу его и кусали."

"Он не мой друг! И вообще, может, вы с ним с-сговорились?" - спросила Леди "Н".

"С этим чмом? Да ради Бога!" - сказали пчёлы. - "Несмотря, что ты начальница и приехала из самого Лондона, мозги у тебя куриные! Нет, иди ищи другую начальницу!"

"Щас поищу! Камеру в ГубЧК!" - процедила Леди "Н".

Эти пчёлы смели сомневаться в её мозгах! Даже если они и куриные, то их хватит, чтобы засадить этих пчёл до конца их жизни, где они смогут вдоволь заниматься своими концепциями.

Прибежал Сашка: "Я не поймал ни одной бабочки!"

"Балда! Сачок возьми!" - сказала Леди "Н". И пчёлам: "Это - Сашка-пофонарист! Он всё время старается быть остроумнее меня самой, но он дибил, и ему никто не даст! А мать у него проститутка."

"Да! Тяжёлый случай!" - сказали пчёлы. - "Можно, мы его укусим?"

"Можно! Бар! Не йок! Только укусите сразу в детородный орган, чтобы он не смог размножаться!" - сказала Леди "Н". - "За всех приходиться думать самой!"

Пчёлы улетели к Сашке-хренонаристу.

Леди "Н" села на место Джакопа и поехала дальше.

Дальше поперёк дороги лежали бегемотики! У них животики болели.

Делать нечего: или ты ставишь и ставишь им градусники в зады, или ты пошла нахрен. Леди "Н" поехала нахрен, так как без градусников. Это у пчёл-самоубийц или у Сашки-г.внонариста градусники, а у Леди "Н" их нет.

Наконец, указатель "На пляж!"

Ура! Наконец-то, на этом пляжу полным-полно старых немецких бункеров!

Леди "Н" заверещала от счастья и принялась скакать между ними!

Потом опомнилась: "У меня задание такое важное! Соблазнить Сашку-ж.подериста, пчёл-самоубийц и Собаку Бакервилей! Да? Не может быть!"

Она с трепетом развернула бумажку с заданием: "Податель сего соблазняет всех во благо Англии и Херлока!"

"Ну да," - подумала Леди "Н". - "Ещё чего! Ну, соблазню я их всех, заражу болезнями, ну и что? Херлоку-то от этого какая радость? Понятно: живут не для радости, а для совести. Чё-то, я не верю!"

Наконец, она ушла от бункеров и пошла в направлении на имение Бакервилей. У неё же совесть, рабочая совесть! К.


ЭПИЛОГ

Правило щас такое: "Это было далеко и давно!" Касается и детских глюков тоже. Женщины все тоже далеко. К.