# 32. Освобождение Мэлько

Норэмэлдо Арандур

В 1500 год Древ (XXVII) (2500 год Валар) Сильмарилли, чудо Арды, были полностью сработаны (XLIV). Это был высший пик славы и блаженства Валар и эльфов, полдень Благословенного Царства (XXV). Еще два века длился полдень славы Валинорэ. Ибо, в течение семи веков, как постановили Валар, Мэлько жил в чертогах Мандоса, с каждым веком во все более смягченных страданиях*(1). Когда эти века миновали, как Валар и обещали, 'в должное время (ХLIX), в 2700 году Валар (1700 год Древ) (XXXV), Мэлько предстал перед их конклавом. Он смотрел на славу Валар, и жадность и злоба были в его сердце; он взглянул на прекрасных Детей Илуватара, что сидели у ног Валар, 'на прекрасных детей эльдали, что сидели на коленях Валар (XXV) и ненависть наполнила его; он смотрел на богатство драгоценных камней и жаждал их*(2); но он скрыл свои мысли и отложил свою месть (ХLII). И Валар были обмануты Мэлькором (ХLIX).


В 1700 год Древ (XXXV) закончилось время, в которое Мэлькор жил в одиночестве в заключении Мандоса в течение семи*(3) веков, согласно приговору Валар, и вот он предстал перед их конклавом, чтобы Валар испытали его. И 'перед вратами Валмара (ХLII) Мэлькор попросил о помиловании у ног Манвэ и смирил себя, и присягнул повиноваться владычеству Манвэ и помогать Валар во всем, в чем он может, на благо Арды и на пользу Валар и эльдар, и поэтому ему должна быть дарована свобода и место наименьшего из всего народа Валинорэ (XXVII). И он обещал, что будет помогать Валар во всех их делах, и больше всего в исцелении многих ран, которые он причинил и больше не причинит снова (L).


И Ниэнна поддержала его молитву (из-за их родства)*(4) 'но остальные молчали (LVII), и Манвэ даровал помилование, ибо, будучи сам свободным от всякого зла, он не видел глубины сердца Мэлькора и верил в его клятвы. Но Мандос молчал, и сердце внушало Улмо 'Илмиру (LIX) дурные предчувствия (XXVII). И помилование Мэлькора было вопреки воле Тулкато, Аулэ (XLIV) и Оромэ (XXXV).


В тот день Манвэ освободил Мэлько от Ангаино до того, как полностью прошло время его приговора, но наручники и оковы Тилькаля не были сняты, и Мэлько все еще носил их на запястьях и щиколотках. Но Мэлько сел у ног Тулкато и изобразил радостное и смиренное ликование (XLVIII). Возможно, если бы в действительности Валар решили иначе, мир был бы теперь более прекрасным местом, а эльдар более счастливым народом, но никогда бы они не достигли такой славы, знания и красоты, как в древности, и все же какие-либо наставления Мэлько принесли им меньше пользы [чем вреда] (XLVIII).


Однако Валар не позволили Мэлько уйти из их поля зрения и бдительного надзора. и ему было дано скромное жилище 'в Валинорэ (XXV) у городских ворот (ХLII) и испытательный срок (L). И ему не разрешалось отходить дальше, чем на одну лигу от Валмара, кроме как с позволения Манвэ и со стражем рядом с ним (L).


Узрите: хотя Мэлько, видя, где было расположение большинства Валар, внушал исподволь своим коварным голосом в мольбах о своем раскаянии*(5), тем не менее, с тех дней он клеветал на Валар, говоря, что они призвали эльдар в Аман, словно в заточение, из алчности и зависти к их красоте. Так часто впоследствии он лгал нолдоли, когда он начал возбуждать их неугомонность, добавляя, помимо правды, что он один противостоял общему голосу и говорил за свободу эльфов (XLVIII).


В 1710 году Древ*(6) Мэлькор некоторое время жил в скромном доме в Валмаре под бдительным присмотром, и ему еще не позволялось выходить из дома в одиночестве. 'И Мэлькор изображали смирение и раскаяние, почтение к Валар, любовь и дружбу к эльфам, и жили в Валинорэ во все возрастающей свободе (XLIV). И так как в то время все его слова и дела были справедливы, и он казался, в том числе и внешним обликом, таким же, как Валар, его родичи, Манвэ дал ему свободу внутри Валинорэ (XXVII). Мэлько было позволено свободно ходить по всей земле, и Валар, и эльфы получили много помощи и пользы от него (ХLII), и больше всего в исцелении многих ран, которые он причинил миру (LVII). И Манвэ показалось, что зло Мэлько излечено. Ибо сам Манвэ был свободен от зла и не мог постичь его. И Манвэ знал, что в начале, в мыслях Эру, Мэлькор был таким же, как он (L).


Зло, которое Мэлькор сотворил в древности, в гневе и злобе, было за пределами того, что можно было исцелить, но помощь Мэлькора, если бы он действительно оказал ее, сделала бы больше, чем что-либо другое, для исправления мира. Ибо Мэлькор вначале был величайшей из Сил, и Манвэ верил, что если Мэлькор раскается, то в значительной степени восстановит свою прежнюю мощь и мудрость*(7). На этом пути раскаяния, как судил Манвэ, Мэлькор теперь утвердился, и будет упорно продолжать идти по нему, если с Мэлькором будут обращаться без недоброжелательности. Зависть и злобу Мэлькора Манвэ не сразу заметил, ибо не знал их в себе; и он не понял, что всякая любовь покинула разум Мэлькора навсегда (LVII).


Улмо, как говорят, не был обманут (LII); сердце Улмо терзало его (ХLII) и веселье Тулкато омрачалось всякий раз, когда он видел Мэлькора, 'своего врага (XXV), проходящего мимо, 'и Тулкато сжимал руки каждый раз +LII) и ногти пальцев Тулкато впились в ладони его рук из-за сдержанности, которую он наложил на себя (XXVII). Ибо Тулкато скор на гнев и медлен на прощение (XLII) (но некоторые говорили, что 'Тулкато медлен и на гнев (LII)). И никогда Тулкато Сильный, 'который первым схватил Мэлькора (ХLIX) не забывал и не прощал сделанного против него или того и тех, кто его (XXV). И Тулкато Сильный присматривал за Мэлько (LIX). Но Тулкато и Улмо повиновались правлению Манвэ; ибо те, кто будет защищать власть от мятежа, сами не должны бунтовать (LII).


И действительно, Мэлькор был лживым и предал снисходительность Манвэ, и использовал свою свободу, чтобы распространить ложь повсюду и отравить мир Валинорэ. Так пала тень на Благословенную Землю, и прошел ее золотой полдень; однако прошло много времени, прежде чем ложь Мэлькора принесла плоды, и Валар еще долго пребывали в блаженстве*(8) (XXVII). Самым прекрасным из всех был Мэлькор для эльфов*(9), и он помогал им во многих делах, если только они ему позволяли (XXV).


Но в сердце своем Мэлькор больше всего ненавидел эльдар, одновременно за то, что они были прекрасны и радостны, и за то, что в них он видел причину того, что Валар поднялись против него, и причину своего собственного падения и зависимости. Поэтому он тем более притворялся, что любит их, и искал их дружбы, и предлагал им свои знания и труд во всяком великом деле, которое они желали совершить. И многие из нолдор, из-за своего стремления ко всем знаниям, слушались его и наслаждались его учением (XXVII). Нолдор*(10) радовались многим вещам тайного 'и скрытого (XXV) знания, которые Мэлькор мог открыть им*(11), и некоторые прислушивались к словам, которые лучше бы им никогда не слышать (ХLII).


Мэлько жил в Валмаре как слуга в доме Тулкато в те дни радости эльдалиэ; там он лелеял свою ненависть к Валар и свою всепоглощающую ревность к эльдар, но именно его жажда красоты драгоценных камней при всем его притворном безразличии в конце концов переполнила его терпение и была причиной, по которой он замыслил глубоко и зло (XXXVI).


И когда Мэлько увидел свой шанс, он посеял семя лжи, 'и намеки на зло (L), и злой умысел среди таких эльфов*(12), 'среди всех, кто был открыт для его разговора*(13). Но Мэлько делал это с хитростью, так что немногие из тех, кто слышал его ложь, никогда не прекращали ее повторять*(14): они передавали эту ложь от друга к другу, как секреты, знание которых доказывает мудрость говорящего*(15); и в пересказе ложные слова росли и распространялись, как сорняки, растущие рядами в тенистых местах (L). Когда Мэлькор видел, что многие склоняются к нему, он часто ходил среди них (L) и всегда говорил слова величайшей хвалы, сладкий, но отравленный мед; ибо во все прекрасные слова всегда были тонко вплетены другие (L). Вплетены так тонко, что многие, слышавшие их, когда вспоминали их, то верили, что эти слова возникли из их собственной мысли*(16) (L). Горько искупил народ нолдор в последующие дни (XLII) глупость своих открытых ушей (L). Однако были и те, кто считал, что Мэлько пытался в разговорах 'ловить неосторожных, чтобы научить их чему-то о своем тайном искусстве, но ни одно из этих ухищрений не увенчалось успехом (ни попытка получить в дар самоцветы, ни попытка поймать неосторожных) (XXXVI).


Но ванйар не хотели иметь с Мэлькором общих дел (XXVII). Ванйар*(17), 'квэнди народа Инга (XXV) или Ингвэ, подозревали Мэлькора; ибо Улмо предупредил их, и они вняли его словам (ХLII). А Мэлькор лгал и притворялся, и чаще всего он обманывал нолдоли, потому что мог многому научить, а у нолдоли было непреодолимое желание учиться; но Мэлькор жаждал их драгоценных камней и страстно желал Сильмариллей (XLIV).


Сапфиры в великом количестве были даны Манвэ*(18), и его одежда была покрыта ими, и у Оромэ был пояс из изумрудов, но Йаванна любила все драгоценные камни, а услада Аулэ была в бриллиантах и аметистах. Одному Мэлько не было дано ни одного камня, ибо он не искупил своих многочисленных преступлений; и он страстно желал драгоценных камней, но ничего не сказал, притворяясь, что считает их менее ценными, чем металлы*(19) (XLVIII). Но сердце Мэлькора также желало этих прекраснейших драгоценностей; и с того времени, вместе с желанием все больше росла и злоба Мэлькора, хотя ничего из этого нельзя было увидеть ни по обличию, которое он носил, ни в прекрасной форме, которую он принял по примеру Валар, своих братьев*(20). И Мэлькор возжелал Сильмариллей, и сама память об их сиянии была подобна разъедающему огню в его сердце (XXVII).


Только нолдоли в те времена владели искусством создавать эти прекрасные рукотворные самоцветы, и, несмотря на их богатые дары всем, кого они любили, сокровище, которым они обладали, было бессчетно величайшим, поэтому Мэлько всякий раз, когда он мог общаться с ними, произносил ловкие слова. Таким образом, он долго пытался выпросить дары драгоценных камней для себя (XXXVI).


***


И вот все роды эльдалиэ обрели свое величайшее блаженство, и величие и слава Валар и их дома увеличились до величайшего великолепия, которое когда-либо видел мир*(21), и Древа сияли в Валинорэ, и Валинорэ возвращал их свет тысячей мерцаний расщепленных цветов; но Великие Земли были замершими и темными, и очень одинокими, и Оссэ сидел без владений и видел, как лунный свет Сильпиона мерцает на камешках из алмазов и кристаллов, которые нолдор с расточительностью бросали по краю морей, и на стеклянные фрагменты, расколотые в их трудах, которые блестели на обращенном к морю лице Кора; но пруды среди темных скал были наполнены драгоценными камнями, и солосимпи, чьи широкие одежды*(22) были расшиты жемчугом, танцевали вокруг них, и побережье Амана было прекраснейшее из всех берегов, и музыка вод на этих серебряных прибрежных полосах была выше всех звуков чарующих (XLVIII).


В 1750-1790-х годах Древ*(23), хотя Мэлькор все еще лицемерно скрывал свои намерения с великой хитростью, он теперь искал с еще большим рвением, как бы ему уничтожить Фэанаро и положить конец дружбе Валар и эльдар. Долго он был погружен в работу; и медленным поначалу и бесплодным был его труд. Но тот, кто сеет ложь, в конце концов не будет иметь недостатка в жатве, и вскоре он действительно мог отдыхать после тяжелого труда, пока другие пожинали и сеяли вместо него*(24). Всегда Мэлькор находил уши, которые слушали его, и языки, которые распространяли то, что они слышали. Ибо ложь Мэлькора укоренялась правдой, которая в ней (XXVII).


В течение еще двух веков Валинорэ*(25), после освобождения Мэлько, до '2900 года Валар (1900 год Древ) (XXXV) Валинорэ пребывал в блаженстве, но тень предчувствия начала собираться во многих сердцах (XLIV). Однако другие говорят иначе: во многих сердцах начала собираться тень (XXXV); ибо Мэлькор работал через тайный шепот и хитрую ложь*(26); и больше всего, увы, он воздействовал на нолдоли и посеял семена раздора между сыновьями Финвэ: меж Фэанаро, Нолофинвэ и Арафинвэ*(27), и между нолдоли и Валар (XLIV) родилось недоверие (XXXV).


Примечания.


*(1) В оригинале, во всех текстах описывающих эти события, сказано 'in lightened pain'. Я не знаю, что здесь имелось в виду; создается ощущение, что у Мэлько были какие-то жестокие условия содержания, которые с каждым годом становились мягче. Хотя я и понимаю, что данная цитата просто бальзам на душу приверженцам и поклонникам ЧКА, я уверен, что Валар не занимались пытками.


*(2) Мэлько увидел все это: и славу Валар, и прекрасных Детей у ног Валар, и богатство драгоценных камней, в час, когда предстал перед судом Валар. Из этого мы узнаем, что эльфы присутствовали при суде, и что на эльфах были драгоценные камни - при этом мы помним, что после того, как Фэанаро научил нолдор делать рукотворные самоцветы, эти камни были в Валинорэ везде и во множестве.


*(3) По некоторым текстам 'трех', но мы уже рассматривали, что согласно хронологии верной являются те версии повествований, где говорится о семи веках.


*(4) Ранее говорилось, что Ниэнна сестра Манвэ, Мэлькора и Мандоса. Но так как Манвэ и Мэлькор не братья Намо, возможно, Ниэнна названная сестра Мандоса.


*(5) Melko seeing where was the majority insinuated his guileful voice into the pleading.


*(6) В тексте указан 1410 год, при том, что Мэлькор был освобожден в 1400 г. Древ (XXVII), но такая датировка нарушает общую хронологию. По этому. Если мы отталкиваемся от того, что дата освобождения 1700 (XXXV), то дата 1410 соответствует 1710 году. Таким образом, с 1700 по 1710, Мэлькор жил в небольшом доме в Валмаре.


*(7) Скорее всего, он не просто восстановил бы всю мудрость, что имел, но стал бы и выше, чем был в начале - потому что раскаявшийся, если такое происходит, поднимается выше, чем был до падения.


*(8) Валар все еще пребывали в блаженстве, когда меж нолдор во всю начались распри.


*(9) Самым прекрасным из всех Валар и маиар для многих эльфов был Мэлькор - так как он стал 'другом' для многих из них; о Валар же никогда не говорилось, что они были друзьями кому-то из эльфов, кроме Оромэ и Тйэлкормо фэанариона. Таким образом, став другом эльфам, Мэлькор стал им ближе других Валар и стал для них прекраснее всех. Но не для всех эльдар Мэлькор был прекрасным - так Фэанаро не общался с ним вовсе.


*(10) Здесь они названы 'гномы', Gnomes. В ранних текстах нолдор названы Gnomes, а гномы - Dwarfs.


*(11) С одной стороны нолдор к тому времени уже превзошли своих учителей аинур (по крайней мере, Аулэ), а Мэлько хоть и не был искуснее, чем Аулэ, но знал часть того, что знал каждый из Валар. Таким образом, Мэлько мог сплетать знания из разных областей и этим удивлять нолдор. С другой стороны здесь говорится о 'тайном знаньеце', что звучит довольно тревожно и может означать, что Мэлько давал тем нолдор, которые к нему прислушивались, какое-то знание на грани Тьмы.


*(12) То есть эльфы, которые слушали Мэлькора, не только были обмануты сами, но в их душах зародился злой умысел - например такой, что они, как Налтариэль, хотели властвовать и править по своему усмотрению; или тот, что побудил Нолофинвэ узурпировать власть своего отца и Дома своего старшего брата.


*(13) Таким образом, любой, кто был открыт для разговоров с Мэлько, получал от него семена лжи и злого умысла.


*(14) 'Who heard these lies ever took them from his own lips' - это очень хорошая иллюстрация того, как могущественен был Мэлькор. Он так хитроумно говорил, так плавно подходил к теме, что мудрым эльфам казалось, что это их собственные мысли. Я не думаю, что можно винить эльфов, которые попали в его сети, но при этом нельзя не восхититься Фэанаро, который избежал этих сетей, хотя и был 'основной целью Мэлькора'.


*(15) Как будет сказано позднее, Фэанаро никогда не общался с Мэлькором. Но ложь и зло передавали друг от друга нолдор, которые общались с Мэлькором - видимо, в том числе и Нолофинвэ, стремившийся к знаниям, чтобы превзойти своего полубрата Фэанаро.


*(16) Хитрость и мощь Мэлькора были поистине ужасными: представьте, что вы считаете, что вы пришли к какой-то мысли, а на самом деле вами манипулировали и вложили эту мысль в вашу голову.


*(17) В этом тексте они еще названы 'линдар', что в последствии относится только к тэлэри.


*(18) Все эти камни раздавали нолдор, и Фэанаро первый из них.


*(19) Фэанаро не был другом Мэлькора, он всегда подозревал Мэлькора, и не удивительно, что Фэанаро не дарил самоцветов Мэлькору; но более чем странно, что те, кто считали себя друзьями и учениками Мэлькора, ничего ему не подарили. Возможно это что-то говорит о тех, кого Мэлькор смог подобрать себе как 'друзей' и учеников. Либо же летописец преувеличивает, и у Мэлькора были самоцветы, но недостаточно много.


*(20) На первый взгляд кажется, что обличие и форма синонимы, но, думаю, под обличием здесь имеется ввиду манера вести себя, а под формой - прекрасное 'тело'.


*(21) Благодаря 'Сильмариллиону' Кристофера у многих создалось впечатление, что, Валинорэ был изолирован от всего мира. Однако мы знаем, что Оромэ продолжал ездить в Эндорэ и даже возил туда эльфов (как минимум Тйэлкормо), ради охоты на Темных тварей. А теперь мы видим, что 'слава Валар и их дома увеличились до величайшего великолепия, которое когда-либо видел мир'. Но как бы ты ни был велик и прекрасен, если о тебе никто не знает, то никто и не узнает о твоей славе и величии. И если у Валинорэ была слава, значит о Валинорэ знали и те, кто жил в Эндорэ. Мы не можем ничего сказать о том, путешествовали ли эльфы из Валинорэ в Эндорэ или из Эндорэ в Валинорэ до Исхода, но мы знаем как минимум о путешествиях туда и обратно Оромэ и Мэлйанны (Мэлиан). Очевидно, что как минимум аинур бывали то в Амане, то в Эндорэ и могли рассказать о красоте Валинорэ, что дало Валинорэ и Валар славу.


*(22) Robes.


*(23) По другому тексту в 1450-1490 гг., но смотрите то же примечание, что и к п.6.


*(24) Видимо, имеется в виду, что начался Непокой нолдор - другие пожинали и сеяли вместо него.


*(25) То есть в течении 2000 солнечных лет.


*(26) Мэлькор начал ссорить эльдар с Валар и меж друг другом в 1750-1790 годах Древ, и несправедливо говорить, что блаженство Валинорэ кончилось только в 1900 году Валар, когда произошел суд над Фэанаро. В 1900 году Валар впервые узнали, что что-то в их краю не так, но нолдор соперничали, тайно ковали оружие и отдалились от Валар и друг друга с 1750-го года Древ.

*(27) Из этого фрагмента мы можем заключить, что до того как Мэлькор стал сеять рознь меж сыновьями Финвэ, они, судя по всему, жили вместе довольно мирно. И так как 'насколько мог, Арафинвэ держался в стороне от раздора своих братьев и их отдаления от Валар (XXXI), мы можем заключить, что Мэлько пытался поссорить Арафинвэ как с полубратом, так и с братом.