# Разбудить дракона

Алёна Олеговна Анисимова

Очередной драконоведческий рассказ. Был написан на весеннюю Грелку-2011

Разбудить дракона


- Элли, ты сегодня не в форме. - Почти удивленно изрек учитель, пятый раз отправляя меня в объятия матов.

Я молча поднялась, поклонилась и снова приняла боевую стойку.

Бамч!

Повторение движения.

Бамч!

Учитель хлопает руками и мы собираемся вокруг.

- Завтра будем отрабатывать ина-коро, у кого еще нет - принесите иши, или хотя бы ориеты.

Урок окончен. Мы делаем "круг почета", обегаем несколько раз зал и падаем на колено по первому крику учителя. Руки сложены. Спина прямая. Голова опущена.

Когда все забирались в повозку, я почувствовала чей-то взгляд, но в пределах храма оборачиваться не принято. Так и пришлось ехать с ощущением спицы под лопаткой.

Моло щекотал прутом лошадей, но они и так радостно бежали, не нуждаясь в понукании - путь в город означал, что скоро вечерняя трапеза.


Город встречал всех приезжих пыльным скрипом оглобель и хором дурных мыслей в головах его жителей. С каждым днем пробиться сквозь оцепление было труднее. Нас держали на входе, проверяли каждый карман на одежде и пересчитывали все соломинки, налипшие на колеса. Лучше было бы остаться в Храме, чтобы не торчать несколько кю у ворот, но в городе ждали, и неявка вовремя могла быть приравнена к бегству.

Я забросила сумку домой, поцеловала отца, накинула плащ и успела выбежать из дома до первого упрека.

Улицы оглушали, давили на слух бесконечными воплями. Я пробивалась через толпы прохожих. Их было слишком много - громких, бестолковых погремушек с двумя ногами, мудрых авторов своей жизни, написавших тысячи детективов и слезливых историй - у каждого она была своя, но всякий раз походила на жизнь соседа.

Яркие юбки женщин, широкие коиру мужчин - одежды всех цветов радуги... И мысли. Серые и холодные, как наковальня.

На одной из улиц стояло изваяние. Совсем недавно его воздвигли в честь новой веры. Оно не загораживало проход, здесь не было площади, которую можно было бы украсить таким памятником. Будто из кривой улочки вынули один дом, а вместо него поставили статую Дракона. Широкие ноздри, хищно выгнутое тело, мощные лапы и глаза... матовые, круглые и ничего не выражающие. Среди скульпторов не принято было изображать глаза у своих творений. Мне всегда было интересно, почему, но задать этот вопрос кому бы то ни было, я не решалась.

Возможно, они боялись, что "зеркало души" в один прекрасный момент засветится и обретет мысль, изваяние дрогнет веками и взмоет в небо.

Но в этой статуе жизни было больше, чем в любом прохожем. Плохие люди. Ничего не чувствуют. Мертвые люди.

Я закрыла глаза.

**

...я расправляю крылья. Дракон протяжно выдыхает, роняя дюжину искр в солому. Гибкое тело разворачивается, становятся видны все шипы и чешуйки. Камень осыпается пылью под ноги.

Один взмах крыльев, и сотни огоньков спасаются бегством. Дракон отталкивается от земной поверхности, впереди долгий путь навстречу свету и огненно-красному небу.

**

- Красивая работа, правда?

Одним холодным касанием кто-то бросил меня в пламя ярости. Чтобы посмотреть нарушителю в глаза, мне пришлось задрать подбородок. Мужчина был настолько нагл, что тронул меня за плечо!

- Возможно. - Процедила я сквозь зубы и отвернулась. Но как только я сделала шаг в сторону, чтобы уйти от бесцельного и подозрительного разговора, на мое плечо легла холодная ладонь.

- Есть еще более красивое изваяние - оно в святилище. Но это на другом конце города. - Я удивилась непривычной певучести голоса незнакомца. Мне казалось, что он должен быть резким, как запах отхожего места.

- Проводите меня туда! - Почти приказала я.

Меня бы осудил отец, осудили любители сплетничать за чужими спинами. Девушка идет с незнакомым человеком сквозь шумную городскую суету, пробивая дорогу среди сотен плеч, отодвигая от себя корзины с рыбой и овощами, которые протягивают торговцы... Это неприлично и неприемлемо. Но я воспитанник Храма, у меня нет пола и я все равно, что изгой в родном городе.

Святилище оказалось строением из двух рядов колонн, окружавших наглухо закрытый куб внутреннего двора. Ни одного окна, лишь маленькая дверь сбоку. А внутри никакого намека на крышу. Солнечные лучи освещали копию Дракона с улицы Кори. Или это был оригинал? В этом изваянии была та же тяга к жизни, но чувствовалось что-то еще, тонкая связь со всем убранством двора, Дракон смотрел прямо в душу посетителю.

Я поклонилась огромному животному, и позолоченные веки будто дрогнули, в глаза ударил солнечный блик.

- Эл! Не знал, что тебя интересует новая вера. - Из ниши в стене появилась фигурка моего собрата по оружию - Ирбука.

- Судя по этой встрече, это не единственный в своем роде интерес. Эммин!

Мы соприкоснулись запястьями и поклонились друг другу.

- Здесь не принято говорить о Храме. Но я все-таки спрошу - что ты знаешь о Разделе? - Ир оглянулся по сторонам и потянул меня в свою нишу.

- Храм всегда являлся древней школой бойцов и учителей, а город - его последыш. Основанный нарушителями и изгоями храмовой науки. Раздел - черта, проведенная между двумя землями: одна часть принадлежит Храму, вторая - городу. - Повторила я слова основного учения.

- Скоро Раздел станет не просто чертой. Идет речь о том, чтобы закрыть путь в Храмовые земли.

- Еще чего! Такого не будет, Храм нуждается в учениках, а город - в воинах, им воспитанных.

- Верна только половина суждения. Городу больше не нужны воины. Школа Дракона создает свой легион. И учат они, скажу я, не хуже нашего учителя. - Ир странно усмехнулся. В его глазах мне почудился блеск, которого раньше не было - чем-то схожий с бликами на золотой чешуе изваяния.

- Так вот оно что... Ты хочешь предать Храм! - Восклицание вышло каким-то обиженным. Мне было больно осознавать, что один из братьев станет изгоем. Война, которой все боялись и которую ждали сотни лет, все-таки разразится.

- Да и не только я... Ведь ТЫ тоже этого хочешь? - Солнце сдвинулось, и косой луч теперь светил Ирбуку в лицо. Он смотрел на меня с прищуром.

- Нет! - Отрезала я и направилась к выходу. Хуже всего, когда братья и сестры уходят, забывая все, чему их учили - верность друг другу, преданность Храму, почтение к учителю.

- Это случится со дня на день, Эл! - Насмешливо донеслось мне в спину, когда я взялась за ручку двери.

Я опять вышла на улицу. День клонился к концу, оставалась пара кю до последнего луча солнца. Иногда люди думают, что у них есть выбор. Решать, кому служить и кому оставаться верным. Не зная, что эти решения сделаны за них.

Тебе, торговец варениками, или тебе, молодая мать со следами бессонных ночей на лице, не дано что-то выбирать. У вас всех мертвые глаза, вы не видите дальше, чем вам определено.

Вас много. Очень много...

**

Я лечу над горным хребтом. А как у меня так получается? Я поворачиваю голову вправо - и вижу огромное крыло, покрытое алой чешуей. И слева такое же. Но я же не умею летать! Или умею? Если взмахнуть рукой, будто...

И вдруг мир теряет величественность и начинает крутиться вокруг с бешеной скоростью. Я бьюсь в воздухе, в надежде поймать ветер, остановить это вращение, но все только сливается в разноцветную кашу. Впереди скала.

- Не пытайся двигать руками. Чувствуй воздух крыльями - произносит кто-то в моей голове.

Я расслабляю плечи и вижу алое небо. Один поворот головы - и верх с низом возвращаются на свои места. Здесь была скала!

... И человек на ней.

**

Отец осудил бы меня. Все осудили. Но я карабкалась по стене, зажав в зубах сумку и стараясь не создавать шума. Еще один шаг... Я подтянулась и замерла в воздухе. Снизу раздались голоса.

- Правители все решили, а мы люди подневольные... Да и что с того храма - уже тысячу лет стоит, если не больше - давно пора этих зазнаек с корнем из земли... - В темноте кто-то негромко покашлял.

- Ава префет! - Что-то звякнуло, будто люди резко остановились.

- Вольно. - Проворчало им в ответ. - Как вы догадались, таким разговорам не место в ночном карауле.

Ощущение чужого страха стало почти осязаемым. Стражи, наверное, успели мысленно пересчитать все свои ребра и под каждое загнать крюк правосудия. Затянувшееся молчание было не в мою пользу - каждая доля кю на вес золота. Любой камушек, вывернувшийся из ненадежной стены, мог меня выдать.

- Ступайте. - Наконец послышался вздох.

- Ава префет! - Облегченно прозвучало снова и шаги начали удаляться.

Пронесло. Я перенесла вес на левую ногу, ухватилась за следующий камушек и продолжила восхождение по стене. Если они думают, что бойцов Храма можно остановить вот так просто - силами олухов в железе, то правители серьезно заблуждаются. Я докажу, что быть воином - не значит таскать несколько кенов доспеха на плечах.

Один зубец стены был выломан. Я перевалилась через край и быстро огляделась по сторонам. Здесь должны были быть факелы и охрана. Но ни одной души, никакого присутствия в ночном мраке. Веревка обвила ближайший выступ, хитрый узел, и я снова повисла в воздухе - теперь уже с внешней стороны города.

Людей вообще сложно заставить чувствовать благодарность. Храм сотнями лет охраняет ближайшие земли, обучает воинов, воспитывает правителей города, а он ведет себя как неразумное дитя, решившее доказать, что ему не нужны родители. Только вот доказательство будет жестоким и кровавым - и это совсем не безобидные шутки. Я не хотела больше оставаться в городе.

Я всегда не любила его жителей - бездумных и крикливых кукол, размалеванных как в ярмарочном балагане. В них не было души, не было внутреннего света, который исходит от учителя. Не было спокойствия...

Я перенесла ногу на новый уступ и поскользнулась.

**

Полет отнимает много сил. Я порхаю вокруг скалы, круг за кругом, а человек молчит и ждет чего-то. В конце концов, я понимаю, что приземлиться не удастся - надо повиснуть, зацепившись за уступ и прижаться всем телом, как это делают летучие мыши. Я двигаю крыльями, вверх-вниз, вверх-вниз...

Человек ждет.

Я решаюсь.

Коготь на один уступ, ногу на второй, я бьюсь с разлету о твердую породу и на время лишаюсь дыхания. Каменная крошка сыпется из-под когтей. В глазах темнеет.

**

Я резко втянула воздух и почувствовала, как трещат ребра. Доля кю понадобилась, чтобы открыть глаза и осознать, что на стене, наверное, слышали звук удара. Сумка нашлась очень быстро, она смягчила мое падение и теперь я вытащила её из-под спины.

Со сторожевой башни вниз полетел факел. Он на мгновение озарил пространство неровным оранжевым светом, и я бросилась бежать вдоль стены.

Совсем недолго можно было скрываться в её тени - через сотню шагов она делала крутой поворот, и открывалось пустое пространство. Еще один оранжевый отсвет, уже ближе. Я выбежала на залитое лунным светом поле и нырнула в высокую траву. Голоса стражи сразу стало еле слышно - в уши и глаза лезли сухие веточки, шорох стоял такой, будто я разбудила вепря в лесу.

Мне казалось, что на пятки наступает погоня. Я оставила за спиной поле и понеслась по знакомой дороге к Храму. До рассвета было далеко.

**

Подтягиваю морду прямо к лицу человека. Мое дыхание наверняка горячее, но его не смущает этот факт. Он щелкает меня по носу и я чихаю.

- Когда летишь, не пытайся двигать руками. У тебя есть крылья и их надо чувствовать. Чувствуешь свои крылья?

Я перебираю ногами, цепляюсь получше за серый камень и делаю пару взмахов. Мелкая щебенка летит со скалы и еще долго шуршит, падая. Я бросаю взгляд вниз и не вижу земли. Я хочу задать вопрос, но понимаю, что это не требуется.

- Здесь многие не верят в людей. А некоторые, наоборот, верят чрезмерно. Я могу показать тебе кое-что.

Я киваю и отрываюсь от скалы, расправляя крылья. Предстоит долгий полет.

**

- Ина-коро - это вынуть зверя из себя и заставить его быть человеком.

Учитель не заметил моего появления, я выбежала в зал и встала рядом с остальными. Ирбука не было, но меня мало волновало отсутствие изгоя.

У всех в руках были иши - две деревянных палки с заостренными концами. Я оставила свои в городе, просить чужие было не принято. Поэтому пришлось отрабатывать движения вхолостую, просто руками.

Мы рассыпались по парам, но моего партнера не было. Учитель позвал меня к себе.

- Учитель! Город пойдет в атаку! Они решили, что от Храма надо избавиться! - зашептала я, как только мы встали друг напротив друга.

Бамч!

- Элли, надо тренироваться и сосредоточиться, если ты хочешь найти своего зверя. - Прошелестел знакомый голос..

Я помотала головой, возвращая зрение, и снова встала в боевую стойку.

- Учитель! - произнесла я умоляющим голосом. - Выслушайте мен...

Бамч!

На этот раз падение более болезненное. Пара вдохов, я поднимаюсь и изумленно смотрю на своего партнера. Он ждет, пока я вернусь в стойку.

Бамч!

Я отлетаю в угол, и в ушах отдается звон.

У меня выступают слезы - я не могу просто бросить все и забыть свое ночное бегство.

- Силы небесные, да...

БАМЧ!

**

Я лечу над горами и долинами. Внизу ласково текут реки, сверкая как серебряные нити, впереди - тончайший хлопок облаков, скрывающий острые гребни.

Я лечу туда, где меня поймут и услышат, где рокот потоков разносится по холмистой равнине, где наше гнездо.

Встреча с человеком... Это сон? Может быть, вещий сон? В людей верят давно, говорят, что это самый древний культ. Не важно - я только что встал на крыло, мне нужно вернуться в гнездо и увидеть своих братьев и сестер.

Алое небо влечет вдаль. Горы сначала лишаются снежных шапок, потом обрастают зеленью и вот уже не видно того величия - внизу ласковые зеленые волны. Я дома.

**

- Хорошо.

Я поднялась с пола и вытерла пот. Урок окончен, нас, как обычно, ждет Моло на своих лошадях, надо всего лишь забрать сумку, закинуть ногу на приступку и, если повезет, успеть устроиться на соломенной подстилке.

Меня душили слезы. Какое непонимание!

- Учитель!

Было неприлично обращаться к наставнику после урока. Остальные ребята посмотрели на меня с осуждением, а кто-то с изумлением. Раньше они не замечали за мной нарушений дисциплины.

- Учитель, я не вернусь в город...

Ребята переглянулись и вышли из зала.

А учитель вдруг повернулся ко мне.

- Никто не смеет прервать урок. Ни люди, ни боги. И даже городское войско будет покорно ждать у ворот, пока не закончится время обучения. Глупая! Глупая!

Я вышла из зала, преодолела сто ступеней из трехсот, что вели к Храмовым улицам, и уселась на камень. Если мне нельзя оставаться здесь, то я выйду из-под крыши, но в город не вернусь. Понадобится - буду ночевать под открытым небом прямо на лестнице.

Солнце перевалило за полдень, и его свет приобретал легкий оттенок пламени. Храм освещался почти целиком, строения давали длинные тени, а стена с воротами была почти черной. Я смотрела вдаль, где за несколькими холмами скрывался город. Я видела его весь: шумный, грязный и бестолковый. Город, который предал своего учителя - Храм. Как Ирбук. Как сотни воинов, отказавшихся от учения и унесших великое воинское искусство на поругание городскому сброду.

По ступеням вдруг скатился камушек.

Учитель спускался ко мне.

Я подпрыгнула на месте и почти сразу приняла позу почтения. Запястья открыты и вытянуты вперед, голова опущена, ноги чуть согнуты.

Он прикоснулся ко мне и усадил меня обратно на ступени.

Долгое кю он молчал.

- Тебе больше не место в Храме.

У меня упало сердце, а мир захлестнул ноги смертельной петлей. Я попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле.

- Ты сама прекрасно знаешь, почему.

- Учитель, я всего лишь хотела предупредить... - вырвалось наконец у меня.

- Нет. - И вдруг в неколебимом и спокойном лике почувствовались какие-то изменения. Доселе я не видела выражения боли, ярости или сожаления на его лице. А сейчас все это наполняло черты учителя одновременно. Мне стало страшно.

- Ты разбудила в себе дракона. - Изрек он. - Ты это поняла сама. А дракону не место в Храме - он живет городом и для города. Это самый дерзкий культ. И когда город встанет под стенами Храма и начнет трясти клинками, ты будешь стоять в первом ряду.

- Но я не верю в Дракона! Это просто какой-то культ, они ненастоящие, они не верят своему начертанию, они ненавидят Храм!

- Также, как и ты. Уходи.

- Учитель!!! - Я не заметила, как он столкнул меня вниз. Каким-то мягким кошачьим движением он дотронулся до плеча - и вот я уже лечу по ступенькам, мир кувыркается в цветном безумии вокруг, а остановить это вращение не получается. Люди, какие же вы...

**

Из тумана появляется силуэт драконицы. Она шипит, охраняя гнездо, и я вежливо делаю круг, уходя выше, меня подбрасывает воздушный поток. Не стоит мешать тому, кто не желает меня видеть. Я лечу дальше, по земле скользит тень с распростертыми крыльями. Мне нужно зацепиться ногами за землю, но сделать это трудно - я научился летать, но земля куда тверже воздуха. Она неприветливо бьет меня по ступням, и я подворачиваю коготь. Шипение.

Больно. Но не смертельно. Я останавливаюсь и оглядываюсь вокруг.

**

Камень стены приятно холодил лопатки. Слезы давно высохли, теперь я тупо смотрела перед собой, на мост, отделявший Храм от дороги, ведущей в город. Иногда я начинала по привычке разминать кисти, будто перед тренировкой, но потом злилась на себя и бросала это занятие.

Меня выкинули, как паршивого щенка, никто даже не выслушал меня. Завтра Храм сотрут с лица земли, я чувствовала, как в темноте на другой стороне моста шевелится войско, я слышала приглушенное ржание лошадей. Незачем было возвращаться туда, откуда я сбежала. Но и здесь никому не нужна была верность.

Вдруг я поняла, что изгоями называют не тех, кто ушел из одного лагеря, чтобы присоединиться к другому. Изгой - это тот, у кого нет выбора, и кого отвергли все.

Я сидела под стеной Храма, возле дороги, по которой сотни раз возил меня Моло на своих резвых лошадках. Я ждала рассвета, как юный любовник ждет свою подругу в ночи.

Порой я проваливалась в сон, и это были странные сны - я летела над землей, мчалась куда-то к неведомой цели. Казалось, еще чуть-чуть и я пойму, что меня ждет впереди.

Но первый солнечный луч ворвался под веки и разрезал сон на звонкие осколки.

Я тряхнула головой и увидела закрытые ворота Храма. Со стены хищно щерились наконечники копий и дуги арбаллист. А за мостом стояло несметное полчище людей. Над ним реяло знамя Дракона.

Я поднялась, отряхнула руки и пошла по дороге навстречу войску.

**

Святилище совсем крохотное. Возле него стоит лампадка, которая почти не дает света. Впрочем, огонь полыхает внутри - я вижу отсветы, пляшущие между камней.

Странное сочетание - зеленая трава, серые камни, будто выросшие из земли и алое небо, огромными крыльями облаков раскинувшееся над головой.

Я иду навстречу толпе. Их много, у каждого свой цвет, полыхает пламя в открытых глотках и хоть бы один приветливый взгляд...

Мне нужно внутрь.

Нет. Я тут изгой.

Мне говорят уходить, но мне нужно войти внутрь. В круг этих таинственных камней.

Тогда меня покалечат. Или убьют.

Вперед выходит самый крупный дракон.

Его мышцы переливаются сталью под крепкой чешуей. Я пытаюсь разглядеть хоть одно уязвимое место, но их нет. Передо мной - сама сила во плоти.

Я прикрываю глаза.

Мне надо пройти.

**

Время будто остановилось. Только что я шла по колючей траве, перепрыгивала через камни, чувствуя обжигающий взгляд между лопаток. Из людского войска доносились разговоры. И вдруг все замерло.

Тишина расколола мир на две части. Впереди была черная равнина. Сзади бил ослепительный свет. Я стояла на мосту, будто на границе этой картины, боясь оглядываться, и опасаясь смотреть в темноту. Что это - выбор?

Завтра Храма не будет на прежнем месте. Все его воины давно ушли, а тех, кто остался, явно не хватит, чтобы отразить атаку обозленных людей.

Людей, которые верят в Дракона, а не в древнее учение Храма.

И тут войско двинулось вперед.

**

Лапы сами тянутся к шее врага, я хочу разорвать ему глотку, я знаю, что достаточно победить одного, чтобы отступились остальные. Но меня бросает на землю, я переворачиваюсь, чтобы увидеть, как мой противник уже целится когтями в глаза, я расправляю крылья и отталкиваюсь от земли.

Удар!

Грудь в грудь, крылья сердито хлопают, мы поднимаем пыль с земли, и она пускается в пляс вокруг наших красных тел.

Я ухожу от удара и закладываю новый вираж вокруг дракона.

**

Держать. Держать оборону... Я пляшу, как огонь лампады на ветру, этот танец смерти, я не хочу умирать... Но нельзя допустить смерти Храма. Я вижу, как ко мне скачет всадник. Он кричит что-то, но падает сраженный ориетом - двуосстрым ножом. Откуда только ему взяться у меня в руках?

Лица, перекошенные, злобные, они напирают со всех сторон. Но я на мосту, я на границе земли, воды и воздуха, и именно здесь мое место, если обе стороны меня отвергли.

- Элли!!! - Крик из глотки очередного бойца. - Ты же наша, Элли!!!

Не хочу слышать.

Я не понимаю вашей речи.

**

Крылья мельтешат перед глазами. Меня сбивает прямо в воздухе мощным ударом хвоста, я кувыркаюсь, но не даю себе упасть и захожу с тыла. Я все равно тебя одолею.

**

- Эл, одумайся! - Снова крик.

Вздымаются волны внизу, меня теснят к перилам, и я могу видеть, как высоко отсюда падать. Острые камни ждут своих первых жертв, чтобы окрасить воду кровью.

**

Он снова бьет меня в грудь. Боль пронзает правое плечо, я вижу рваную рану, и рычу. Из глотки вырывается столб пламени.

**

Удар! Я лежу на мосту, мимо меня проносятся кони, люди... Со стен Храма летят первые стрелы. Кто-то трясет меня за плечо. Ир.

- Эл, ты же наша! За что ты воюешь? Что ты делаешь?!

Я смотрю на него и думаю, что мои глаза наверняка сейчас налиты кровью.

Я открываю рот, но звук получается хриплым.

- Я.. бужу... в себе... Дракона!!!

Край бездны... и я последним усилием переваливаюсь через перила.

**

Мощные взмахи крыльев не мешают мне. Рана кровоточит, но тот, с кем я бьюсь, тоже устал.

Еще один удар - уже не такой сильный.

Я выворачиваюсь из-под чешуйчатого тела, и внезапно оказываюсь на спине у своего противника. Оглушительный рев и столб пламени вылетают в воздух одновременно.

Я хватаю его за шею и швыряю на землю.

Всё.

**

Мой путь перегородила белая драконица. Я еще раз ткнул мордой поверженного в грязь.

Мои намерения чисты. И мне надо пройти.

"Рычание"

- Как твое имя?

- Элли.

- Мне надо пройти внутрь, Элли. Я не хочу убивать кого-то.

Драконица зарычала, но неохотно отстранилась.

Остальные просто расступились передо мной. Шаг за шагом, подволакивая ногу, я плелся ко входу, меня манило приятное теплое пламя. Я молитвенно сложил крылья и почти вполз в круг из огромных глыб.

Дракон.

Старый дракон смотрел на меня исподлобья. У него уже не было той позолоты на веках, но и глаза не были похожи на матовые кругляши. В них чувствовалась жизнь. Много жизни - той, которую никто не знал доселе.

Меня изрядно клонило в сон. Я опустился на землю, передвинул крылья поудобней и прикрыл глаза.

- Учитель, скажи...

Старый дракон отвлекся от созерцания огня и навострил ухо.

- А правда люди существуют? - я снова широко распахнул глаза и впился в учителя взглядом.

- Это личное дело каждого - верить или не верить. - Мне показалось, что в его голосе прозвучала усмешка. - Но одно точно: иногда не мешает как следует помолиться и Человек поможет вылечить раны как можно быстрее. Так что ТЕБЕ советую верить. По крайней мере, сейчас. А легенды гласят многое... Говорят, что когда-то людей было много и они жили повсюду.

Дракон придвинулся, положив лапу на мою рану, и я увидел за его спиной изваяние человека. У него было одухотворенное лицо, и он будто наклонился к собеседнику, собираясь его выслушать. Все было хорошо в этой статуе, вот только глаза были неживыми, пустыми каменными шариками.

"И почему они не делают этим изваяниям нормальные глаза..." - подумал я, засыпая.