# Три закона русской роботехники

Андрей Ака-Арыкъ Андреев

Второй из фанфиков по Doom"у, стебный вдвойне.

1.


Знаете, чем космические механики отличаются от обычных? Все просто: чем дальше от Земли, тем больше холода и одиночества. Представить лучших друзей? Легко! Вот КПК, или мистер Умник, вот ручной фонарик, или мистер Светлячок, вот универсальный инструмент, или мисс Отвертка. Сегодня заняты ремонтом грузового лифта, мистер Умник высвечивает в углу экрана координаты: Марс-Сити, комплекс Альфа, сектор L. Непосвященным поясняю: L - дно базы, и ниже только марсианский грунт. Здесь до того холодно, что не спасает утепленный комбинезон, изо рта вырываются облачка пара. Весь сектор - один большой склад, заставленный ящичками, ящиками, громадными контейнерами. Освещение барахлит, раздаются странные скрипы, но мне не страшно - я же с друзьями!


Как угораздило на Марс? Во-первых, здесь крутятся большие деньги, во-вторых, здесь крутятся большие деньги, и, наконец, в-третьих, здесь крутятся большие деньги. Не верьте тем, кто заливает про романтику космоса - на самом деле им платят еще больше. Другой вопрос, как сумел пробиться в Объединенную Аэрокосмическую, но тут уж повезло с руками - выросли, откуда и положено. Первый месяц, не спорю, было интересно: махины уровня субатомного фазового деконструктора и гидрокона разжигали любопытство, но и эти чудеса быстро приелись, погребенные рутиной. Вся сложная механика соединена с центральным процессором, предпочитает обслуживать себя сама, и, если честно, прекрасно понимаю - я бы на ее месте тоже не стал доверять людям. Нам остается что попроще да погрубее, и удар кулаком применяется гораздо чаще, чем удар интеллектом. После трех месяцев вахты от лютой скуки лезешь на стену, но вы же помните о трех причинах, не так ли?


Склад ощутимо тряхнуло, я едва не угодил под свалившийся сверху ящик. Свет мигнул, сменился красной аварийкой. Наверное, подземный толчок - с этих марсианских дюн станется! Я обратился за помощью к мистеру Умнику, но тот, злодей, завис. Не успел нажать кнопку перезагрузки, как пропало и аварийное освещение - склад погрузился в чернильную темноту.


- Беда не приходит одна... - нервно хихикнул я, снимая с пояса мистера Светлячка.


"Бум-грумм-дум!" - раздалось из темноты. "Неужели пауки?" - насторожился я. От паразитов этих одни напасти: грызут обшивку, устраивают в проводке гнезда, а откуда взялись, ксенобиологи до сих пор не в состоянии разобраться. Я посветил в ту сторону, откуда доносился шум, подошел осторожно. Огороженная перилами площадка, люк с гермозатвором, но без каких-либо опознавательных знаков. Я постучал по крышке люка тыльной стороной фонарика, и тут же получил ответ.


- Открывайте, ёкалыманджары, у нас ЧП!..


Не все слова я разобрал, поскольку обращались на смеси космического арго, и, кажется, русского, но пауки, насколько знаю, умеют только грызть - не разговаривать, и в дело вступила мисс Отвертка.


2.


Из дыры пахнуло гарью, затем появился человек, и такого нелепого вида, что на миг я потерял дар речи. На голове его болталась несуразная шапка с двумя отворотами, прикрывавшими уши, в луче света вспыхнул значок в виде пятиконечной звезды, из-под шерстяного свитера выбивалась тельняшка, брюки военного образца заправлены, кажется, в те самые русские валенки. Утепленная куртка - в подпалинах, из широкого кармана торчит бутыль мутно-бурой жидкости; глаза у незнакомца тоже были мутные, а зарос он как пресловутый русский медведь. Размахивая огромным разводным ключом (которым, очевидно, и колотил в люк), он проорал:


- Товарищ, закрывай! Там черти!


Хотите верьте, хотите нет, но в колодце и правда мелькнула юркая серая тень, так что поспешно захлопнул крышку, завинтил. По ту сторону раздалось недовольное верещание, в люк что-то ударило - он раскалился, вздулся, но выдержал.


- Я же говорю - черти, - незнакомец убрал ключ, откупорил бутылку, хлебнул, - да еще многоглазые!


- Что происходит? - спросил я, - с какого вы сектора?


- Дизелист Иван Стаерософф, - бодро отрапортовал тот, - вспомогательный модуль Сигма, он же "Серп"!


- Вспомогательный модуль?.. - только и смог пробормотать я, - впервые слышу...


- Ёксель-моксель, а ты как думал! - Стаерософф выпятил грудь. - Когда ваша заумная электроника глохнет, в дело вступаем мы - бойцы невидимого фронта!


- А когда не глохнет? - поинтересовался я, протягивая руку к бутылке.


- Занимаемся профилактикой, - дизелист взглянул на меня с сомнением, но бутылку все же отдал.


Я хлебнул бурой жидкости, закашлялся - глаза норовили вылезти из орбит, в животе разбушевалась огненная буря.


- Умираю... - прохрипел я, - помогите...


- Ничего, - понимающе сказал Иван, - сейчас полегчает. Из подземных ледышек эту красоту гоним - натуральный продукт! Тебя самого-то как звать? - участливо добавил он.


- Хаммер, - просипел я, - Хаммер Милл...


В люк последовал еще один удар, и он раскрылся наподобие цветка. Меж раскаленных лепестков металла просунулась когтистая кисть, принялась шарить.


- Пора уходить, товарищ, - Иван выхватил бутылку, отправил, не забыв вбить пробку, обратно в карман. - Не знаю, откуда взялись эти чушки, но дизелек они нам славно расколошматили! Ребят, ёшкин кот, положили всех до единого... Как сам удрал, и не спрашивай - повезло, что рядом с пожарным уголком очутился, прикрывал отход огнетушителем и конусом-ведеркой...


Стаерософф всхлипнул, смахнул скупую слезу.


- Тогда к лифту, - я взмахнул фонариком, и сам себе показался Статуей Свободы.


Где-то внизу гулко пророкотало, по складу снова разлился красный аварийный свет.


- Неужто вторая бригада? - дизелист в задумчивости поскреб бороду, - а что, на "Молоте" ребята ушлые, и очень даже могут!


Пока добрались до подъемника, я успел перезагрузить мистера Умника, ввел через него положенный код, и створы разошлись. Местом назначения была выбрана станция монорельса, лифт с легким гулом пополз вверх.


3.


Марс-Сити агонизировал, распространяя миазмы истошных криков, грохота канонады, воя электроники. Пространство перед транспортным модулем было сплошь завалено телами, забито пеплом. Сам он, разделенный на кабину управления и пассажирский отсек, оснащенный массивными буферами, походил на обычный тягач. Бравый космодесантник, прижав автомат к плечу, поливал огнем свору двухголовых тварей, а те, в свою очередь, скребли когтями машину, пытались пробить толстые стекла.


- Вхат тхе фуцк, что же здесь приключилось, - спросил я у Стаерософфа, осторожно выглядывая из лифта.


Дизелист во все глаза пялился на марсоход, а потому не ответил, лишь протянул с придыханием:


- Так вот ты какой, ё-мобиль...


Стрелок тем временем расправился с противниками, обернулся к нам: взгляд серо-стальных глаз - жесткий, уверенный, из ствола поднимается дымок, щеку украшает старый шрам, а волевой подбородок - ямочка. Соединив пальцы колечком, он ослепительно улыбнулся, прогудел густым басом:


- Все под контролем, сохраняйте спокойствие. Безопасность гражданских - мой долг...


Космодесантник хотел и еще что-то сказать, но из темного угла, к сожалению, прилетела ракета, и напрочь снесла ему голову. Выправка в бойце чувствовалась - тот успел развернуться, дать по врагу прицельную очередь, и лишь потом рухнул ничком.


- Ё-моё, что твой арбуз расколошматило! - выругался Иван, и смачно сплюнул.


Из темноты меж тем выступил вполне себе такой человеческий скелет, хрупкие конечности его охватывал призрачно-лиловый свет. В глазницах этой твари тлел синий огонек, на плечах крепились две ракетницы. Сдавленно пискнув, мистер Умник завис, я почувствовал, как схожу с ума следом. А вот русский не растерялся - с криком "не пройдешь, лич Ильич!", метнул в неприятеля бутыль бурого пойла. Та угодила монстру в самую черепушку - разбилась, растеклась. Скелет завизжал, завертелся волчком, из глазниц повалил сизый дым.


- Эка он зенки залил, - ухмыльнулся Стаерософф, перекидывая увесистый ключ из руки в руку, - сейчас добивать станем...


Но добивать не пришлось - свечение монстра обратилось синим огнем, и он вмиг рассыпался пеплом.


- А первач все же жалко, - дизелист сокрушенно вздохнул, почесал ключом в затылке, - чистейший был продукт - как слеза!


Не обращая внимания на ропот товарища, я направился к тягачу. Тяжелая дверь была плотно закрыта, вдоль панели с "дубовыми" кнопками шли борозды от когтей. Я попробовал запустить мистера Умника, но тот, кажется, приказал долго жить.


- Ну что, лифчик... тьфу, то есть ларчик... не желает открываться? - Иван оттер меня плечом, потыкал пальцем в кнопки - заискрило, тряхануло...


- Осторожно, - я не на шутку испугался, - напряжение!


- Ага, - промямлил Стаерософф, - первый закон роботехники: не влезай - убьет!..


- Пульт поврежден, - сказал я очевидное, - похоже, придется искать другой модуль.


- Да у меня шестой разряд по набору с клавиатуры носом! - дизелист встряхнулся, ухватил ключ через рукав, и принялся колотить по панели. - Трижды лауреат премии "Русский лом"!..


Кнопки смялись, искры слились в язычки пламени, тонкой ниткой потянулся дымок. Я отошел подальше - вмешиваться было страшно. Противостояние меж человеком и марсоходом длилось не одну минуту, капитулировать пришлось машине: раздвижная дверь вздрогнула, со скрежетом отошла в сторону.


- Милости просим, - Иван утер честный трудовой пот, - но ехать придется с ветерком...


4.


Стаерософф был не прав - при помощи мисс Отвертки и парочки волшебных слов дверь я закрыл. Однако, в кабине все равно было холодно, и зуб на зуб не попадал. Тягач с ровным гулом скользил по монорельсе, красно-бурая пыль поднималась столбом. Я предложил двигаться к Дельте, но Иван заявил, что знает, как срезать, и вырулить к космопорту напрямки. Спорить было бесполезно, и я отодвинул перегородку пассажирского отсека, где поджидал сюрприз. Думаете, нашел обогреватель? А вот и нет - обнаружил в салоне мальчишку лет десяти. Тот резался в какую-то компьютерную игру: костюм с примочками, руки в перчатках-манипуляторах, будто в оковах, на глазах шоры игровых очков. О том, что происходит в реальном мире, он, похоже, и не подозревал.


- Мазерфака... - протянул я ошалело.


Вернувшись в кабину, похлопал товарища по плечу, сдавленно произнес:


- Иван, требуется твоя помощь...


- Ну, что опять? - отмахнулся русский, - а если мне стрелку переводить?


- Дело срочное, - заверил я, - не терпит отлагательств.


Ловким движением перехватив ключ, Стаерософф поднялся, и я показал ему мальчугана.


- Ёлки-моталки, - дизелист присвистнул, - а это что еще за фрукт? Небось на шару решил прокатиться? Не выйдет!


- Вот-вот, - кивнул я, - надо принимать меры!


Разводной ключ Иван убрал, но паренька ухватил за плечи, встряхнул так, что очки съехали, повисли на застежке.


- У меня разговор простой, - рявкнул Стаерософф, - либо слезай, либо оплачивай!


Парнишка, однако, оказался бойким - стал вырываться, брыкаться, и даже кусаться.


- Вы кто такие? - вопил он, - Я вас не звал! Мне десять фрагов осталось до новой пушки...


- Ты как со старшими разговариваешь?! - Иван выкрутил сорванцу ухо с той нежностью, с какой крутил и ручки на панели.


- Читеры мастдайные, - захныкал мальчуган, - придет папа, и всех вас застрелит!..


- А где твой папа? - спросил я, оттаскивая от парня Стаерософфа.


- Мой папа - космодесантник, - гордо сказал тот, - девять хедшотов из десяти, стрельба из всех калибров, иммунитет к контузии... Запер меня в этом бронепоезде, а сам пошел открывать ворота. Сейчас вернется, и устроит вам десматч на армейских ножах!


- Ну и молодежь нынче пошла, - Иван вздохнул, снял шапку, - так всю жизнь и проиграете... Крепись, сынок, погиб твой батя...


- Врешь, лузер! - мальчуган замотал головой, - мой папа в режиме бога!


- Все мы в режиме бога, - философски заметил Иван, натягивая шапку, - пока не повзрослеем.


Стаерософф вернулся к рулям, поручив мне успокаивать сына настоящего американского героя. Но мы тоже не лыком прошиты, и с заданием справились!


5.


Звали паренька Вин, из сплава оказался прочного, как и отец. Игроман, не игроман, а потерю перенес мужественно, и до того освоился, что стал подвергать сомнению верность выбранного курса.


- Товарищ Иван, а под тем покосившимся семафором была табличка "проезда нет", или мне показалось? - сказал он, когда тягач свернул в сторону бескрайней пустоши.


- Конечно, показалось, - прищурился дизелист, - или ты хочешь сказать, что фамилия моя не Стаерософф, а Сусанин?


- Клянусь джойстиком, мы едем не туда, - упирался Вин, - и скоро конец карты...


Как ни странно, с мальчуганом был полностью согласен, но холод отбил все желание что-либо доказывать. Устроившись на одном из кресел в пассажирском отсеке, я вспоминал кустарное горячительное, и люто ненавидел скелета, из-за которого бутылку пришлось разбить... Оцепенение перетекло в сон, укутало бархатным одеялом - я парил под багровыми марсианскими облаками, закручивал красную пыль воронками. Звонкий голосок Вина пробился не сразу, донесся словно бы издалека:


- Ого! - вопил он, - новый полигон! Рулез!


Не прекращая полета, я устремился к объекту, заложил лихой вираж меж вышек и мачт. Даже отдаленно комплекс не был похож на космодром - скорее на набор декораций. У основного шлюза, к которому сейчас и приближался тягач, возвышался аляповатый макет Марса, чуть ниже располагались терминалы, стилизованные под перевязь неоновых трубок. Пусть буквы едва тлели, а некоторые и вовсе погасли, я все же сумел прочитать:


~Красная фабрика~

Экстремальное ток-шоу им. Жанны Агузаровой


Рокоча, марсоход остановился у тяжелых ворот, но открываться те не спешили - что-то хрустнуло, что-то треснуло, по монорельсе прошла дрожь. "Нет, этой рухляди не суждено сработать, - подумал я с горечью, - что не доела коррозия - употребили пауки..." Однако, вдоль линии пробежал бирюзовый разряд, и сцепленные зубцами створы внешнего шлюза разошлись. Стаерософф закатил машину под низкие своды камеры, слышалось шипение клапанов - выравнивалось давление. Когда процесс завершился, открылся внутренний шлюз - база приглашала войти. Меня самого будто сжало, сдавило, и выбросило из сна.


6.


С саксерским замком, как выразился Вин, снова пришлось повозиться, но ключ в руках Стаерософфа творил чудеса. Проворчав, будто сварливая женщина, дверь отъехала, и мы осторожно выбрались на высокую платформу. Поскольку освещение отсутствовало вчистую, на помощь пришел мистер Светлячок. Я щелкнул кнопкой, и слегка обалдел: сразу за платформой начинались ряды павильонов, сплошь заставленные декорациями и съемочной аппаратурой. В конусе света кружились пылинки, а в голове моей кружились мысли - получается, сон был не таким уж и сном? Еще не хватало от всех этих передряг стать каким-нибудь экстрасенсом...


- У меня одного такое впечатление, - дизелист поправил шапку, - или это вовсе не космодром?


- Не-а, - покачал головой Вин, - сам видишь - на этом респавне нет ракеты!


- Могу прояснить ситуацию, - откашлялся я. - Здесь когда-то ставили то ли фильм, то ли шоу про Марс...


- А, знаю я вас, - отмахнулся Иван, - вы и на Луне таким же макаром высадились - сплошной Холливуд!


За державу стало обидно, и собирался уже было натЫкать русского носом, что все надписи здесь на кириллице, как в одном из павильонов что-то завозилось, зашуршало.


- Пауки... - выдохнул я.


- Черти! - выкатил глаза Иван.


- Непись низкоуровневая, - хмыкнул мальчуган.


Затаив дыхание, мы направились к источнику шума, однако, зря опасались - в павильоне хозяйничали роботы-уборщики, похожие на щетинистые валики с ножками. Суетясь, они гоняли пыль из одного угла в другой, и наше появление пропустили мимо сенсоров.


- Второй закон роботехники, - Стаерософф воздел мозолистый палец, - пока работает - не трогай!


Вин не послушал, придал одному из роботов ускорение посредством ноги, за что и схлопотал нагоняй.


- Ламер педальный... - прошипел мальчуган, потирая ухо, - баг глюканутый...


Иван, ухмыльнувшись, показал ключ, пообещал:


- Еще слово, и другое ухо выкручу вот этим!


Луч света проходил сквозь прозрачные панели, сверкнула табличка "Звездный дом/палата ╧6". Таких отсеков оказалось великое множество (ванные комнаты, игровые залы, кубики кают), и повсюду - камеры, камеры, камеры со всевозможными объективами.


Первый технический блок мы встретили с радостью, и она возросла на порядок, когда обнаружили подробный план комплекса, сохраненный на голокуб. Нашел его Вин, и со словами: "Прикольный девайс!" - принялся крутить с такой ловкостью, будто собирал на скорость кубик Рубика. Призрачно-синим светом вспыхнула голограмма, раскрылась объемной панорамой.


- Постой, не мельтеши, - проворчал Стаерософф, - надо разобраться, где тут у них генераторы...


Ворочая устройство так и эдак, мальчуган быстро определил наше местоположение, а затем и путь до силовой станции.


- Молодец! - похвалили мы с Иваном в один голос.


- Да чего там, - Вин шмыгнул носом, - гуглить, что ли, не умею...


Генераторная, скажу откровенно, повергла в шок: мусор, окурки, пустые бутылки, и - самое страшное! - громадный кол, прижатый к кнопке на панели управления. Дизелист же наоборот, обрадовался, будто увидел старого друга:


- О, тут все по-нашему, - доложил он, - на спичку взято.


Страшно вспоминать, на какие пришлось идти ухищрения, дабы запитать базу, скажу лишь, что я сломал мисс Отвертку, а Стаерософф погнул разводной ключ. Вин обеспечивал освещение, и с наших плясок с бубном громко смеялся, но стоило генераторам с ровным гулом включиться - умолк, и только щурился от яркого света.


- Доставай кубик, товарищ пионер, - подмигнул ему русский, - изучим в подробностях весь балаган!


- Именно, - я обтер руки ветошью, - на минус втором, если правильно запомнил, собрано самое интересное.


7.


На минус втором нашлось место и биохимической лаборатории, и криокамерам, и телепортеру на дизельной тяге (причем, располагалось все в одном секторе). Портальная установка, к сожалению, была выведена из строя, но Иван, раздобыв где-то паяльник со сточенным по рукоятку жалом, тут же принялся устранять неисправность.


- Делов-то, - сказал он, скручивая оборванные жилы, - наливай, да пей!


Однако, не прошло и пяти минут, как хлопнуло, грохнуло, из распределительного шкафа, в котором ковырялся Стаерософф, повалил синий дым.


- Ёхарный бабай, - Иван отмахивался от гари ключом и паяльником, - ни одного целого предохранителя!


- Помощь не требуется? - спросил я.


- Хочешь помочь молодому - делай вместе с ним, хочешь помочь пожилому - делай за него, - наставительно произнес русский, - а хочешь помочь мастеру - не мешай!


Пришлось убраться восвояси, подобно Вину, что предпочел не болтаться под ногами. Обнаружил его, кстати, у шлюза, ведущего в криокамеру - парень яростно долбил по кнопкам одного из терминалов. Панель была необычной - розового цвета, с нестандартными символами на кнопках: сердечки, смайлики, и самая большая кнопища, со знаком "лайка".


- Пытаюсь хакнуть, - пояснил Вин, не переставая выкручивать руками в перчатках какие-то дули, - но код "Блондинка" так просто не возьмешь...


- Да уж, - посочувствовал я, - тут надо даунгрейдить мозг, иначе не взломаешь.


- Кое-что уже удалось выудить, - гордо сказал мальчуган. - Там закупорены три победителя какой-то "краснофабрики": Аполлончик, Леди ВеГа, и Викинг. Думаю, боссы...


Прижав нос к толстому стеклу обзорного окна, я вгляделся: действительно три саркофага, по трубкам бежит янтарная жидкость, в колбах бурлят пузырьки.


- Если боссы, - предложил я, - сливай воду, и пусть их хорошенько проморозит!


- Они и так отмороженные по самые пятки, - проворчал Вин, - лучше вскипятить...


Свет мигнул, тревожно замерцали терминалы, и первой мыслью было - чудит Стаерософф, но я ошибся, и очень глубоко. Мимо нас с Вином скользнула тень, прошла сквозь стекло - щеку обдало холодом, в нос ударил запах серы.


- Это ты устроил газовую атаку? - мальчуган демонстративно зажал нос двумя пальцами, - предупреждать же надо!


- А вот и нет, - хлесткий подзатыльник, - смотри в окошко!


Огрызнуться Вин не успел, ибо в криокамере началось нечто несусветное: лопались трубки, хлестал желтый пар, а один из саркофагов пробил изнутри мощный кулак, и ладонь стала хлопать по крышке.


- Вот это да, - пискнул юный хакер, - надо быстрее кастовать что-нибудь мегаглобальное!


Сирена стенала, освещение внутри камеры то пропадало, то появлялось, и вот в клубах желтого пара показался гигант, препоясанный мини-килтом. На мощную грудь ниспадала тугая рыжая коса, а в руках он сжимал молот, отороченный розовым плюшем со стразиками. Очевидно, то был Викинг, ну, или была... Размахнувшись, рыжий ударил, и по стеклу разбежались трещины.


- Так нече-естно, - запричитал Вин, - у него банхамме-ер...


- Не реви, - я ухватил парня за руку, поволок за собой, - включай форсаж!


8.


Мы бежали по узкому коридору, а позади от ударов могучего молота взрывались колбы, банки, реторты, и прочая стеклотара. Вин обернулся, я невольно последовал его примеру, и тут Викинг нанес свой коварный удар.


- я - джигурдемон! - проревел монстр, срывая килт, - ха-ха-ха!


Я метнул в злодея фонарик, едва успев прикрыть мальчугану глаза, проорал на самое ухо:


- Не стоит тебе на это смотреть!..


Что есть прыти, мы мчались дальше, блоки лаборатории мелькали, как кадры на ускоренной перемотке. Один из шлюзов завалили,хоть и было понятно: мера - временная.


- Что за грохот? - спросил Стаерософф, когда ввалились в телепортационный модуль, - отвлекает!


- Там манчкин с банхаммером, - емко обрисовал ситуацию Вин, - требуется срочный рокет-джамп!


- У меня почти все готово, - ухмыльнулся Иван. - Пришлось, правда, применить третий закон роботехники, что гласит: если зашел в тупик, и ничего не помогает - читай руководство!


- Тогда дергай рубильник, - поторопил я, - времени - в обрез!


В подтверждение моих слов, совсем рядом душераздирающе лязгнуло, и в помещение влетел обращенный лепешкой мистер Светлячок.


- Вот же электроника-3М, - дизелист сплюнул, - быстрее на платформу - я задержу!


Наверное, я трус, ибо к телепортеру бросился со всех ног, но в оправдание могу сказать, что тащил на плече Вина. По кромке переходного диска побежали молнии, а в проем шлюзовых ворот ввалился гигант.


- Ха-ха-ха, - прогрохотал он, - отмуддохаю!


Иван принял удар молота на гнутый ключ, сграбастал Викинга за рыжую косу, и, раскрутив, отправил в пламенные объятья накопителя.


- Не пройдешь, ёрмунгандов хвост, - погрозил кулаком Стаерософф, и неспешной рысцой направился к диску.

Над платформой уже стояло синее марево, когда Иван прыгнул, и все поглотила яркая вспышка.


9.


Небо над головой - невероятного нежно-розового оттенка, к горизонту убегает дорога, мощенная розовым мрамором. Лежим втроем на лужайке, ровной и гладкой, больше похожей на газон. Рядом с дорогой стоит указатель, отороченный рюшем, значится на нем "Candyland".


- А лихо мы экспы наколотили, - Восторгается Вин, - оверфулл! Но как-то уже сразу не нравится этот прилизанный мод... Товарищ Иван, ты куда нас забросил?


Стаерософф не отзывался - в пылу перехода он потерял шапку, и до сих пор не мог смириться.


- Ладно ушанка, - причитал он, - но значок... Он же мне от прадеда достался!


Тут на указатель села птичка, и принялась ворковать. Грудку этого чуда украшал узор в виде сердечка, в крылья были вплетены шелковистые ленты, а хохолок подозрительно напоминал мишуру.


- Няшки-няшки-няшки, - щебетала птаха, - ня-ня-няшечки!


Первым не выдержал Вин - запустил в пичугу камнем, да так, что полетел розовый пух.


- Бяки-бяки-бяки, - прокричала упорхнувшая певунья, - бя-бя-бяшечки!


- Ненавижу гламур-мур-мур! - крикнул вдогонку мальчуган.


- Ё-п-р-с-т, - Иван перестал брюзжать, окинул пейзаж тяжелым взглядом исподлобья, - а работенки здесь - будь здоров...


- Не переживайте, - сказал я голосом грубым, больше похожим на звериный р-р-рык, - отмудохаем, ха-ха-ха!