# Тропа Тэйта

А Маркович

Тэйт ведомый меркантильными мотивами отправляется на болота Мирина дабы отыскать там пропавший сундук. Главный герой даже не подозревает как закончить простая, казалось бы, миссия и каких проблем он наживет прогуливаясь по болотам.

Болота Мирина


Темное небо сотрясалось от грома извергая из себя потоки ливней. Они непроглядной стеной стояли на лестных тропах пугая собою горе-путников. Свирепые ветры тиранили деревья, качая их со стороны в сторону, срывая листья и ломая ветки, а единственный источники света в этой безжизненной тьме были редкие вспышки молнии.

Я в сотый раз проклинал себя, за то, что не поверил погодному магу.

Лесная дорога превратилась болото. Кобыла месила копытами грязь, пошатываясь, словно вот-вот остановится, свалиться в грязь и сдохнет. Я опрокинул бурдюк, сделал несколько глоткой эля и заглянул через горлышко в сосуд, чтобы проверить много ли осталось у меня поила.

- Нам хватит, милая - сказал я, поглаживая кобылу.

Она не ответила - боролась с новыми ударами ветра.

Вода затекла под рубашку, отчего я начал понемногу трезветь. На смену приятному опьянению пришло мерзкое, липкое похмелье.

Ветер трепал волосы, срывал капюшон. Я остановил кобылу чтобы отойти и отлить. Грязи было немного - всего по щиколотку, поэтому, уверено перекинув правую ногу через седло я ступил на почву, но в этот же момент кобыла, подавшись резкому порыву ветра отступила назад, отчего, зацепившись ногой за стремена я свалился в грязь.

- Морхор мах! - выругался я.

Мой кожаный плащ был окончательно испорчен, как и настроение, ведь весь эль, что остался в бурдюке смешался в Миринской грязью.

Спустя пол часа езды я наконец увидел блеклые огни города. Грязь сменилась дорогой из булыжников, а запах леса - вонью помоев и дегтя. Кобыла еле тащилась по пустым улицам Мирина, пока я щурился, всматриваясь в вывески, пытаясь разглядеть знакомое название сквозь занавес дождя.

- Нашел - сказал я кобыле - трактир "Пьяный хряк".

Трактирщик стоял, облокотившись на стойку и пристально изучал меня взглядом. Выглядел он под стать названию трактира, как настоящий хряк - жирный, с маленькими черными глазками и толстыми волосатыми пальцами, к тому же от него несло как он ночного горшка. Я достал из кармана три медяка и кинул их на стол, от чего мерзкая харя трактирщика искривилась в натянутой улыбке.

- Налей мне что-то, что ты не разбавил мочой - три медяка за кружку пива в этих краях невиданная щедрость.

С той же натянутой улыбкой трактирчик сгреб монеты себе в карман и наклонился под стойку, попутно ворча под нос.

Пока тот хряк возился с пивом я окинул взглядом пустой зал и тяжело выдохнул. Почему же Нут выбрал именно этот трактир? В центре города достаточно куда более приличных мест чем это, с чистыми столами, и хорошенькими девками на побегушках.

- Может, достопочтенный господин желает остаться на ночь?

- Морхор мах! Нахватало еще подцепить что-то, лежа на твоих простынях - отрезал я.

Хряк снова начал ворчать.

В окна стучала гроза. Стены трактира стонали от происков вихрей.

Я забрал свое пиво и сел за стол в углу зала, куда не доставал свет масляной лампы. Стол был липкий, стулья скрипели как кости бывалой блудницы, а пол окрашен пятнами крови. Трактирщик принялся ковырять в носу, да с таким энтузиазмом, что любой золотоискатель отступил бы в сторону увидев, как усердно он добывает сокровенное богатство из недр своего свиного пятака.

Когда-то я, изрядно напившись, пообещал себе и еще троим девках, что никогда и носа не суну в Мирин, говорил, что даже сапог мой не ступит на эту убогую землю. Почти три года я держал это обещание, объезжая этот город десятой дорогой, но все изменилось, когда ко мне прилетел голубой ястреб Нута с письмом. Он, в свойственной ему манере, сообщил, что срочно нуждается в моей помощи и что хорошо заплатит за работу. Ему, я отказать не мог, поэтому приехал. Ко всему прочему весной для меня работенки мало, так что отказываться было глупо.

Пока я кривил нос попивая теплое пиво в трактир зашли три стражника в голубо-серых доспехах. Ходили они неладно, говорили невнятно, а лица их покраснели от эля. Погода их не пугала.

Стражники громко смеялись - меня раздражали громкие звуки. Один из них кинул свой меч на стол и свалился на стойку, что-то шепча трактирщику.

Я уже заранее знал, чем этот разговор закончиться, поэтому снял с пояса секиру и толкнул его ногой под стол. Из оружия у меня осталась только рука.

Стражник повернулся в мою сторону.

- Эй, ты! - закричал он. - Не хочешь поднести бравым воинам, коли они хранят твой сон?

- Нет, не хочу.

Я встал из-за стола и скинул на стол кожаный плащ, оголив при этом свою металлическую руку.

- Мой сон охраняет Морхор, а не тройка сопливых отпрысков, которые и голую бабу отродясь не видали.

Стражник вылупил свои пожелтевшие глаза и бросился к столу, где лежал его меч. Мою руку он не увидел, толи из-за того, что в зале было слишком темно, толи от того что стражник был пьян в стельку.

- Негоже так балакать с Миринскими воинами! Щас ты пожалеешь о том, что сказал! - зарычал он.

Двое остальных стали за спину своему товарищу, извлекая мечи из ножен.

Я уже был готов научить эти детей уму разуму, но внезапно двери трактира распахнулись и выход заслонила какая-то фигура. Присмотревшись получше я увидел, что из-под черного капюшона наружу выглядывает медно-рыжая борода. Эту бороду я узнаю из миллиона.

Он был огромный как скала. Почти два метра ростом и такой же в обхвате. Широкие плечи он прятал под длиной синей мантией, а жилистые руки в кожаных перчатках. Нута было легко спутать с воином или кузнецом, но не как не с искусным магом, которым он на самом деле и являлся.

Стражники тоже обратили на его фигуру внимание, но не сочли должным уважить его.

- Проваливай, отсюда! - закричал он, размахивая мечем.

Нут подождав секунду, переступил порог трактира и медленно закрыл за собой двери. Он почесал свою рыжую бороду и вежливо улыбнулся. Стражник не знал, что немногим доводилось видеть эту улыбку, а те, кто видели уже давно покоились в домовине.

Стражник сначала посмотрел на меня, потом на Нута, не зная на кого напасть сперва. Но громила принял это решение вместо него. Он одной рукой толкнул стражника в сторону, да с такой силой, что бедняга не удержался на ногах, и свалился на стол издав при этом забавное кряканье. Двое остальных оказались посмышленей. Они, обменявшись взглядами спрятали мечи, подняли своего боевого товарища и ретировались, стараясь не задеть колдуна у прохода.

- Пойдем - сказал он и бросил трактирщику один медяк и добавил - ты нас не видел.

Я бегом допил свое пиво, поднял с пола секиру и вышел вслед за другом.

Улицы ночного Мирина всегда плохо освещались, от чего путники в любой момент могли испачкать кожаные сапоги в чей-то помет или блевотину, или что еще хуже, например сломать себе ногу прицепившись через один из каменей торчавших прямо из дороги. Грязь и вонь стали частью жизни людей, которым не повезло родиться здесь. Увы большинство из них никогда не увидят нечего кроме этой нищеты и грязи. Как не странно, только в этом забытом богами местом Нут мог спокойно заниматься своим ремеслом, не привлекая лишнего внимания.

Он вел меня окольными тропами прямиком к своему дому, что находился в одном из богатых районов. Нут по природе своей был человеком не разговорчивым и скрытным, но то, что он и слова не обронил за это время, меня удивило.

Когда мы подошли к его дому, он оглянулся по сторонам. Что-то в нем выдавало беспокойство.

Только скрипучая дверь закрылась у меня за спиной, дом словно ожил. В камине затрещали дрова, свечи сами загорелись, а из кухни повеяло ароматным ужином.

- С чего вдруг такая осторожность? - спросил я, снимая сапоги. - Ты кого-то боишься?

- Лишняя осторожность не помешает, особенно в наши времена.

- Не думал, что ты боишься миринской шпаны.

- Не в этом дело.

Нут скинул капюшон. Только сейчас в оранжевом свете костра я заметил, как постарел мой друг. Некогда его волосы и борода горели яростным рыжим пламенем, а глаза изучали чарующий свет, словно у безумца. Но сейчас все изменилось, он потускнел, притих. В бороде появились серые волоски, морщины исполосали лицо, а голос стал хриплым и невыразительным. Мне даже показалось что тот стал немного ниже, чем был раньше.

Я не видел его чертовски долго.

- Ты пить что-то будешь? - спросил он.

Я вытер с лица воду.

Дом Нута нечем не отличался от дома обычного колдуна: стены оббиты деревом, стены увенчаны полочками с разными флакончиками, ковры на полу, потолки увешены оберегами, столы, заваленные книгами и огарками свечей.

- Ну? - повторил он.

- Разве что, твоей настойки от похмелья.

Он понимающе кивнул и достал из стола какую-то коробку, а я тем временем свалился в кресло и закрыл глаза ощущая, как пульсируют вены в висках. Нут передал мне фиолетовый флакончик. Я в один глотов осушил его и наконец почувствовал долгожданное облегчение. Внезапно, мир вокруг стал куда более привлекательным, приятным, вышла вся та скверность, что ранее облепила мою голову и тело.

- Ты устал с дороги, тебе нужно отдохнуть. Погода выдалась ни к черту, дорога наверно была тяжелой - сказал он и покосился на мой плащ. - Поднимайся на второй этаж, так уже нагрелась вода в ванной. Чистая одежда на постели. И ради богов убери отсюда эту тряпку.

Я кинул взгляд на свой плащ. Когда-то я отвалил за него приличную суму, не хотелось бы так просто с ним попрощаться.

Я поднялся с кресла.

- А где Теф?

- Она придет завтра утром.

На этом наш короткий разговор и закончился. Нут налил себе вина с кувшина, надел очки и начал листать книги, а я поднялся на второй этаж, помылся и лег стать, нагишом.

На утро я проснулся он шума в гостиной. За несколько лет путешествий мой сон стал очень чутким, я научился просыпаться от каждого шороха, треска ветки или дыхания, но эта постель обладала каким-то чарующим эффектом. Накинув на себя длинную тунику, я спустился в гостиную, где меня приветливой улыбкой встретила Теф. Она стояла у печи и лицо ее было красное от жара.

Как мне рассказал Нут, Теф - полная сирота, он взял ее себе в служанки, когда той исполнилось четырнадцать. Сейчас Теф уже за двадцать и судя по мешковатой одежде она немного в положении.

- Как спалось? - спросил колдун, сидя в кресле.

Я обернулся на его голос и широко улыбнулся.

- Если бы рядом со мной спала бы какая-то баба было бы намного лучше.

Он рассмеялся, но его взгляд скользнул на Теф. Отставив серебряный бокал, он тяжело поднял с кресла и извлек из кармана мантии связку ключей.

- Нам нужно поговорить. Иди за мной.

Половицы в доме ужасно скрипели. Я по правде говоря не хотел его слушать в тот момент, меня больше интересовало содержимое горшков, что стояли в печи и за каким так старательно следила Теф. Но увы Нут мои мысли не читал, а озвучит их я побоялся.

Каменная лестница вела в подвал, двери которого закрывались на три замка. Когда мы подошли в двери я сразу учуял как вокруг завеяло магией - ее невозможно перепутать ни с чем. Магия тоненькими иголочками покалывала в кончиках пальцев и приятным жжением опускала вниз живота перехватывая дыхания.

- Не удивляйся, если увидишь что-то...ну ты понял - промямлил он.

Я усмехнулся.

- Меня сложно удивить.

Нут закрыл за мной двери. В подвале было достаточно холодно и жутко темно - идеальное место чтобы хранить зелья и не самое лучше, чтобы приглашать старых друзей.

Я услышал подозрительное хлюпанье и почувствовал, что в подвале помимо нас сбыл еще кто-то. Мой друг поднял руку, произнес какое-то заклинание и ладонь его загорелась белым пламенем. Непроницаемая тьма постепенно рассосалась и в само центре подвала что-то образовалось, нечто действительно необычное. Сначала я не поверил своим глазам - в огромной корите посреди подвала сидела женщина. У нее было тощее лицо, серая кожа, огромным черные глаза, красивая большая грудь и рыбий хвост. Да, именно, рыбий хвост.

- Русалка? Как... зачем?

Его позабавила моя реакция. Он ехидно улыбнулся и развел руками.

- Ты же говорил, тебя сложно удивить - злорадствовал он.

Русалка ведать поняла, что мы говорим о ней и начала шипеть, от чего жабра у нее на шеи стали дрожать.

- Слизь, которую они выделяют чтобы смазать хвост, пропитана очень яркими ферамонами- объяснил Нут. - Я добавляю его в мыло.

Он действительно постарел. Удивительно, ведь я знаю этого человека с раннего детства, хотя сейчас сложно сказать, что мы одного возраста. Мы росли вместе, пока жили в Сасхоре, и уже тогда, в пять лет Нут отличался смекалкой и живостью ума. В нем было что-то, что заметит только искусно отточенный глаз, мэтр, чей разум не был затуманен стереотипами и пустыми мыслями, что-то, что делало его особенным на фоне других мальчишек. Это что-то и заметил колдун который проезжал мимо нашей деревни, перепутав дорогу из Дреха в Каиберт. Он заприметил высокого, худого как щепка мальчика. Колдун решил забрать парня к себе на воспитание. Родители мальчика не были против избавится от одного голодного рта в семье, где помимо Нута было еще семеро детей.

По его словам, тот колдун был не очень одаренным, но в отличии от по-настоящему сильных магов, он владел одним тонким искусство - умением торговать, умением, которое так великодушно передал своему ученику.

Нут подошел к корыту, ухватил русалку за хвост и начала трепать ее плавники. Существо начало извиваться, как электрический угорь.

- Разве это гуманно?

- Гуманно, не гуманно, какая разница. Я за нее хорошо заплатил.

- Так ты прятался от друидов?

Друидов побаивались многие волшебники, которые эксплуатировали магических существ, или ресурсы природы. Они были своего рода борцами за девственность природы и хоть больших хлопот не проносили, все же могли изрядно подпортить настроение.

Колдун иронично покачал головой.

- Кто и когда боялся этих наркоманов? Они только и могут, что дрочить на деревья и кусты с магнолией, в перерывах между пожиранием дурманящих грибов.

Нут отпустил плавник и вытер руку о штаны.

- Только Теф не говори - если она узнает, что я прячу русалку в подвале, то выпустит ее.

Он подошел к стене снял факел и зажег его. Так же он сделал с подсвечником, что я стоял на толе и факелом в другом углу подвала. Пока Нут возился с освещением я подошел к корыту. Русалка посмотрела на меня, сощурила глаза и злобно прошипела.

- Они говорят только под водой. Опусти ее голову в корыто и услышишь, что она хочет сказать.

Мне было жаль эту красавицу, но любопытство скребло нервы. За пятьдесят лет жизни я впервые увидел русалку и не воспользоваться такой возможностью было непростительно. Мысленно попросив прощение, я ухватил русалку за волосы и опустил ее голову под воду. Существо стало брыкаться, корчиться, но, когда ее жабра оказались в воде - шипение исчезло, и вместо него сквозь водные покровы послышалось звучание птичьего языка - самого древнего языка, на котором говорили все магические существа. Увы, или к счастью я не знал птичьего, поэтому не смог разобрать проклеены русалки, адресованные в мою сторону.

- Это поэтому ты вызвал меня из Рогинских борделей?

Колдун покачал головой.

Я отпустил русалку, та толкнула меня в отместку и шлепнула хвостом по воде, от чего брызги полетели во все стороны.

- Нет. Увы, но нет - выдохнул Нут.

Он погладил свою бороду и начал рыться в карманах.

Вообще Нут не из тех людей, что будут преувеличивать, а все свои проблемы привык решать самостоятельно, не прибегая к помощи людей из вне. Он очень редко о чем-то просил и не отозвался на его письмо, я не мог.

- Ты меня заинтриговал.

Он улыбнулся, в его руке звякнули ключи, на сей раз чуть поменьше предыдущих.

- Я старался. Мне на самом деле нужна твою помощь, ведь ты один из немногих кому я доверяю.

- Ну и что стряслось?

Колдун почесал шею, подошел к сундуку, открыл его и достал свиток.

- Это...три недели назад, мне донес торгаш из Зларэса, будто готов продать один весьма ценный, экзотический товар. Словом, я решил купит у него это, и купил. Отправил гонца с деньгами, но как назло товар не получил.

Нут обернулся, посмотрел на меня и вытянул руку вперед. Стул, что стоял в возле кипящего котла подвинулся ко мне как бы приглашая присесть.

- Мне выбить деньги нужно?

- Нет. Дай закончить...

Он подошел к столу развернул свинок и достал из кармана нож.

- Оказалось, что гонец деньги отдал, а вот товар донести не смог.

- Отчего?

Нут шумно выдохнул. Я увидел, как заиграли его скулы.

- Он умер.

Мой друг порезал ножом палец, сжал руку в кулак и вытянул его над свитком.

- Его убили - продолжил Нут. - Наверно, заблудился на болоте, или его настиг болотный жмых. Черт его знает, что случилось. Ты знаешь на Миринских болотах не сладко...

Кровь колдуна капала вниз на свиток и закипала, от одного только прикосновения с пожелтевшим пергаментом.

- Я заплатил за тот товар мешочком сапфиров, а мог купить за него замок, несколько гектаров земель и небольшую армию - Нут замолчал и склонился над свитком. - Словом, мне нужно твоя помощь. Надобно отыскать мой товар, и я готов хорошо заплатить за это.

- И как же мне это сделать? Твой гонец пропал неизвестно где и как я по-твоему отыщу то...

Но Нут, снова меня опередил и сунул мне под нос свиток над которым только-что колдовал.

- Это карта - сказал он. Товар находился в моем именном сундуке, а каждый из них помечен, и я могу отследить его на карте. Вот видишь - оказал он пальцем на карту, где еще секунду назад промелькнул голубой огонек. - Я не могу пойти на болото, у меня очень много роботы, да и к тому же там слишком опасно даже для колдуна, а ты бессмертный значит - задание не составит тебе трудов.

- Нут, я кажется упоминал, что не бессмертный.

- Да-да - отмахнулся он. - Но ты моментально регенерируешь, а это почти одно и тоже.

- А если его открыли?

- Кого открыли?

- Сундук.

- Если бы его открыли - свиток сгорел.

Колдун сел за стол и достал из шкатулки жевательный табак.

- Пойми, я не могу доверить это дело обычному наемнику - он может украсть сундук. От того прошу тебя. Этот товар очень важен для меня.

- Что же в этом чертовом сундуке? - не выдержал я.

- Узнаешь, когда принесешь. Заметь я сказал, когда принесешь, а не если принесешь - подмигнул мне Нут.

Колдун свернул свиток и всучил мне.

Мое чутье подсказывало, что эта невинная на первый взгляд история прячем в себе что-то, но я не мог отказать ему, ведь обязан этому человеку жизнью. Поэтому приглушив свои инстинкты, я сжал в руке свинок и кивнул, в знак согласия.

- С тобой завтра на болота отправиться проводник. Он парень еще молодой, но толковый. Ну как - пожал он плечами - толковый как проводник, а сейчас - он достал из внутреннего кармана мантии часы - пора завтракать.

Вечером мы в Нутом решили сыграть в карты. Теф сидела на диване поджав под себя ноги, и читала что-то. Мы с товарищем седели у камина. После двух кувшинов вина лицо его приобрело багровый оттенок. Он стал больше говорить и чаще улыбаться. Когда игра нам надоела, Нут отложил карты, закинул ноги на стол и начал травить байки.

- Сколько же лет прошло с того момента, когда тебе присобачили руку?

- Двадцать пять лет - ответил я не раздумывая.

- Это чертовски много - задумчиво сказал он.

Это и правда чертовски много.

- Тебе известно, что в Овихане достроили храм Четырех Вечных? - спросил Нут ковыряюсь в сырной тарелке.

Я кивнул в знак согласия.

Огонь в камине плясал, потрескивал, живой и теплый, наполняя дом домашним уютом. В такой обстановке рождались самый интересные истории.

- А ты слышал, что выкинул Стоуб?

- Нет.

Он удивленно посмотрел на меня.

- Серьезно? Ну значит слушай. На третий день Овихансой ярмарки Стоуб поднялся на этот самый храм и на глазах всего базара спрыгнул с него прямо в толпу - Нут начал смеяться. - Бабы орали как обезумевшие, торгаши приняли сгребать свой товар и бежать прочь, слепые попрошайки прозрели, а безногие ветераны моментально отрастили ноги.

Нут громко смеялся, придерживая себя за живот.

- И что дальше?

Колдун на секунду умолк, отставив бокал и наклонился ко мне.

- Он взлетел. Представляешь - взлетел.

- Стоуб не колдует - удивился я. - Откуда ему знать о левитации?

- Нет-нет. Он не колдовал. - Он взлетел на крыльях дракона. Придумал какой-то механизм, прицепил на спину крылья и взлетел. Летала он недолго, упал где-то возле Ткацкого района, но ты только представь до чего он умен.

- И безумен одновременно.

- И то правда. Впрочем, если бы не его безумие, он бы не создавал такие штуковины. Рука твоя, например. Одного взгляда на нее хватает, чтобы враги обращались в бегство. Ведь на двадцать лет она тебя не подводила.

- Двадцать три - поправил я его. - Иногда с ней возникают трудности.

Я посмотрел на свою руку, вылитую из Венианского железа. За все эти года она не то что не поржавела, даже налетом не покрылась, ни царапины. А ведь она столько пережила. Чего греха таить - иногда я забываю, что она ненастоящая, иногда я думаю, что родился с ней, так сильно к ней привык.

- Готов заклясться были желающие ее купить у тебя. Только представь, насколько тебе тогда повезло.

- Что повезло, то повезло.

Сейчас сложно вспомнить тот день, когда вся мою жизнь перевернулась с ног на голову. Я думал, что запомню все детали до последней, но как оказалось, на память - сила Морхора не распространялась.

Допив свой бокал, я уснул на диване, так как пойти до постели не мог. Теф заботливо укрыла меня меховой накидкой и ушла в комнату к Нуту.

Утро не задалось с самого начала, ведь вместо приятного пробуждения я свалился с дивана на пол, при этом ударившись головой о столик, что стоял рядом и перевернул вазу с цветами. На шум выбежала Теф, она хихикнула увидев, как я лежу на полу извиваясь от боли словно змея в обломках разбитой вазы. Девушка достала из стола Нута флакончик с настойкой от похмелья и вложила мне в руку, а сама, плавно покачивая бедрами пошла на кухню.

Мне нравилась Теф, в ней были воплощены все те качества, что ищет мужчина в женщине: доброта, красота и молчаливость, а еще она смеялась с любой моей шутки. Она была мягкой уютной. Словом - идеальная девушка.

Теф подогрела завтрак, на это у нее ушло не больше пяти минут. Как оказалось - она умела колдовать. Обхватив горшочки с вчерашним рагу, Теф нагрела сначала ладони, а потом и само блюдо. Я был удивлен, ведь впервые увидел, как колдует женщина.

- Тебя Нут научил этому? - спросил я, прислонив ко лбу холодный графин с водой.

Теф промолчала, только игриво улыбнулась и подмигнула мне.

- Впервые вижу, как колдует женщина...

Если веровать писаниям о Четырех Вечных, то женщинам недозволенно колдовать, ведь она уже обладает магией деторождения и должна благодарить Вечных за такой щедрый подарок. В иных случаях, женщина, решившая ослушаться богов и выучить колдовство, рискует потеряет возможность рожать или вовсе умереть. Но почему-то мне кажется, что дело в другом. К тому же, судя по округлившемуся животу Теф, предписания Вечных не правдивей детской сказки.

Но увы, люди верят в сказки, особенно если они не разумны. Чем глупее народ, тем проще им что-то втюхать, будь то вера или дырявый сапог. Ко всему прочему, народ в наши времена суеверные и трусливые, а все новое и необычное вызывает у них агрессию с примесью могильного ужаса, поэтому и не удивительно, что Теф прячет свой талант.

- Через час должен прийти Сагир - сказала она, поставив горшочек на стол. - Я приготовлю тебе еды в дорогу и бурдюк с водой.

- А кто такого Сагир?

Запах рагу разбудил во мне дикий голод.

- Проводник через болота.

- Он рассказал тебе?

- Он говорит мне только то, что считает нужным.

- Так ты знаешь, что в сундуке?

Теф подняла одну бровь.

- Возможно.


Сагир был на голову выше меня и в два раза тоньше, руки его были слишком длинные и походили на ветки засохшего дерева. Ко всему прочему у него была очень маленькая, почти воробьиная голова и длинный нос. На тощий плечах весел немалых размеров узел, сшитый из клочков ткани, откуда торчало несколько металлических палок, а на ногах у парня были одеты сапоги, что доходили до колен и были изрядно поношены.

- Я - Сагир - протянул он мне руку.

Я нехотя пожал ее, боясь, что сломаю парнишке пальцы. Тот разглядев мою руку под плащом, удивленно ахнул.

- То есть правда? Отродясь такого не видал - засиял парнишка, заглядывая мне под плащ.

Моя слава бежала далеко впереди меня.

Я закрыл руку плащом и вперил в парня неподвижный взгляд, ожидая, когда же он обратит на меня внимание.

- Тебе бы стояло поучится манерам, парень.

Тот услышал мои слова выпрямился во весь рост и с важным видом заявил.

- На болоте, манеры не помогут. Тута нужны умения, аль у вас другие мысли?

Я закатил глаза, отмахнулся и ухватив пацана за шкирку поволок его к выходу из города, тропинка от которого выводит прямиком на болото. Тот по началу брыкался и противился, но, когда понял, что попросту тратит силы перестал сопротивляться и начал говорить.

- Я между прочим, почти вырос на болотах...

- Оно и видно.

- Мой дед водил людей через это болото, мой отец водил людей через это болото. Без мня вы не зайдете дальше своего носа...

Я отпустил парня. Тот упал на брусчатку возле лужи с помоями, шапка сползла ему на глаза.

- Шибко ты болтливый как для поводыря.

Сагир гневно сбросил шапку, поднялся и отряхнул испачканную одежду. Глаза его немного покраснели, и парень стал часто моргать, словно он вот-вот зарыдает.

Я оглянулся по сторонам. На смотровых башнях стояли солдаты и сверлили нас презрительным взглядом.

- Пойдем. Чем быстрее мы выйдем, тем быстрее я смогу вернуться и напиться в кабаке.

Сагир вытер мокрый нос рукавом куртки и пошел к воротам города, что-то ворча как рыночная старушка. Я пошел за ним, не сводя глаз со стражников. Странное ощущение не покидало меня. Что-то давило внизу живота, словно я проглотил огромный камень

Само по себе Миринское болото, не опасней любого другого. Равным образом, путника встретит сплавины, трясина и мерзкие болотные твари, но в отличии от остальных болот, Миринское несколько необычное. Во-первых, оно самое большое на континенте, если не во всем мире. Во-вторых - оно волшебное. Колдуны поговаривает что по ночам слышат его дыхание и могут доказать, что болото живое. Оно постоянно меняет свой ландшафт, чем и сбивает путешественников, будто насмехаясь над ними, путая тропы и деревья.

Всего несколько мне доводилось охотиться на болотных жмыхов, и нечем приятным эта охота мне не запомнилась. Грязь, вонь, слизь.

Мы подходили к болоту - об этом говорил характерных запах и несколько затхлый воздух. Я остановился и развернул карту. Бледных голубой огонек постоянно перемещался, но я заметил, что он не покидал пределов болота блуждал только в центре.

Сагир не переставал пялится на мою руку. Не выдержал я гаркнул на него, чтобы тот перестал так бесцеремонно светлить ее любопытным взглядом.

- Я просто...

- Что просто?

- Хотел узнать, как это произошло.

Я закатил глаза, свернул карту и сунул ее за пазуху.

- Я отдал ее Морхору.

- Это демон?

- Это Бог.

Некрасивое лицо Сагира разукрасило удивление. Я двинулся вперед.

- Значит вы не верите в Четырех Вечных? - плелся он за мной.

- Нет.

- Ваши боги очень кровожадны, если забирают у вас части тела...

- Зато они честные, и не дарят людям пустых надежд. Я отдал руку взамен на бессмертие, мне кажется это достойная плата.

- А как...

Я остановился, вытянул руку в сторону чем преградил Сагиру путь, а сам замер без дыхания. Мое внутреннее чутье екнуло. Мышцы словно по команде напряглись. Затылком я ощутил, что что-то следило за нами, а мы ведь даже на болото не зашли.

- Вы что-то услышали? - прошептал парень.

- Да.

Несколько секунд мои нервы были натянуты как струны лютни, я слышал пульсацию крови в висках, но после, все ощущения резко исчезли. Тело вернулось в норму. Я облегченно выдохнул. Наверно показалось.

Впервые, показалось.

Спустя некоторое время мы с Сагиром углубились в болотные дерби. Пробираясь через мелкую трясину по колена в грязи, я проклинал себя за то, что так необдуманно согласился на это задание, что так легко приехал в Мирин. Сагир шел впереди меня опираясь на палку постоянно прощупывая ею почву впереди. Меня радовало то, что он молчал. Вероятно, это самое приятное что он мог для меня сделать.

- Нам нужно выбраться из трясины и сделать привал - сказал я.

Парень и усом не повел, он был полностью поглощен процессом.

Когда мы вышли на поляну, Сагир упал на камень и притянулся отскребать грязь с сапог. Я снова развернул карту. Огонек все так же бегал в центре болота.

- Нам нужно попасть в центр болото, вот сюда - я тыкнул пальцем в карту.

Сагир кивнул.

- Тогда нам следует обойти гору.

- Откуда посреди болота может быть гора?

- Она всегда была здесь. Никто не знает, как она здесь появилась, но люди говорят, что...

- Чхать я хотел на то что говорят люди. Если нужно ее обойти, значит так и сделаем. Надо спешить. Мне не нравится это место.

Сагир вытер пот со лба, поднялся с камня и оглянулся по сторонам.

- Нам нужно идти на север, вот только...

- Скажи еще, что ты не знаешь где север.

- Знаю - отрезал парень, в его голосе прозвучал некая нота обиды.

Несмотря, на то что Сагир выглядел как чучело и говорил, как олух, с отторгающим сельским акцентом, он был профессионалом в своем деле. За пару часов на болоте он успел три раза спасти меня от сплавины, которые появлялись у меня под ногами чаще чем матросы у портовых шлюх, и вытащить из трясины, которая успела бесцеремонно залезть мне в штаны. После этого я уже не мог говорить с ним как с идиотом и пришлось изредка подбирать слова, чтобы нечаянно не задеть его чувства.

Сагир заметил это и стал засыпать меня новыми вопросами. Ему было интересно откуда я знаю Нута и как зарабатываю на жизнь, если у меня семья и какое пиво я люблю больше, потом парень рассказал мне о своем матери, и младшем брате, рассказал, что влюблен с девушку по имени Каст, которая живет в соседнем доме и которая однажды подарила ему букет полевых цветов. Его голос звучал в моей голове как скрежет стекла, настолько мне было наплевать на то, что он говорил.

Последней каплей моего терпения стал рассказ парня о том, как он единожды побывал в настоящем борделе, после чего я демонстративно ударил себя ладонью по лбу, театрально выдохнул и достал карту.

- Может привал? - предложил парень, явно не замечая, насколько я раздражен.

Я оглянулся - мы стояли у подножья небольшой горы - место не самое плохое для привала. Дело близилось ближе к вечеру, поэтому привал был необходимостью, нежели роскошью.

Я сел на сырую землю и принялся рыться в сумке, которую собрала мне в дорогу Теф. Сагир скинул с плеч узелок и пошел искать дрова для костра.

Я чувствовал странное напряжение, но в тот момент перепутал его с раздражением, что вызывал у меня голос и говор проводника. Мне стояло обратить на свое предчувствие хоть каплю внимания, но я этого не сделал, ведь был слишком занят, отгоняя от себя мысли об убийстве парня, что умудрился разговаривать даже когда собирал дрова.

- Недавно мне рассказывали, что на болоте друиды проводили обряд, вызывая своих богов. Они нынче часто сюда захаживают. Так вот, померли они. Как пит дать это все колдовство. Не можна тута колдовать. Беду накличешь.

Скажу откровенно, меня несколько забавляло суеверие и богобоязнь Сагира. Было в нем некое сельское очарование, эдакий простецкий шарм.

Я отложил сумку, прислонился спиной к камню и снял с пояса секиру, чтобы наточить ее. Летнее небо накрылось багровыми пятнами.

- А мож научить меня бросать секиру - спросил Сагир.

- Ты тупой? Зачем?

- Ну как, ей же можно метать...

- Если ты бросишь у кого-то секирой, то останешься без секиры, и умрешь, а если промахнешься, то подаришь ее врагу и так же умрешь. Всегда держи оружие при себе...

Сагир виновато опустил голову.

Я и не замечал, как часто называл его тупым. Возможно, это слово никогда не было для меня оскорбительным, ведь я очень часто слышал его в свой адрес, от своего учителя. До сих пор помню его голос - властный, сильный, с ноткой хрипоты.

По большей части он месил мне лицо за непослушание, глупые поступки и действия. И знаете, что - я запомнил, каждое его слово я запоминал очень долго, пока срастались мои кости и заживали ссадины. Он постоянно твердил: "Тупой не приносит много вреда, но если дать тупому оружие - в лучшем случаи он убьет себя".

Может поэтому я был так груб с Сагиром...

Сначала я почувствовал вибрации земли и только после того как несколько камней посыпались на плечи я оторвал взгляд от зеркального блеска секиры и посмотрел на гору. Не буду скрывать, я видел много в своей жизни, но это не шло не в какое сравнение с тем что я увидел на Миринском болоте.

Гора позади меня стала шевелиться. Покрытая травой и кустами гора пробудилась ото сна, встала на огромные лапы, открыла каменную масть.

Не сводя глаз существа, я покрепче сжал секиру в руке. Не то чтобы я рассчитывал сражаться с этой каменной глыбой, но я не намеревался потерять оружие убегая от каменного монстра.

Бросив быстрый взгляд на то место где только что стоял Сагир, я обнаружил, что парень исчез, прихватив с собой узелок. Выругавшись в уме, я поднял глаза на зверя и начал отходить назад, стараясь не издавать лишних звуков. Гора повернула голову в сторону - это был мой шанс скрыться в болотных дебрях.

Что есть силы я рванул в сторону леса, но не успел сделать и пары шагов как ощутил, как что-то прилетело мне по голове и поляна бешено закружилась перед глазами.

Последнее что я помню, как свалился на сырую землю возле костра.


Мне мерещилось, что вокруг танцевали обнажение лесные эльфийки. Однажды я попал на их пир и узнал насколько хорошо эти высокие тощие красавицы могут ублажать мужчину. Но все мои ведения были не больше чем миражом. Очнувшись, я понял что уснул не на эльфийской пирушке, а на болоте, и что меня держала за причиндалину не эльфийка, а мерзких жмых тащим за ногу в свое убежище.

Голова трещала в мучительной агонии, как после сильного перепоя. Глаза болели, а волосы слиплись от грязи и крови.

Старый жмых кряхтел, вонял и источал слизь. Он крепко держал меня за ногу зеленым мохнатыми пальцами и тащил за собой через болотную глушь, изредка оборачиваясь чтобы посмотреть не пришел ли я в сознание.

Жмыхи ели мясо, но на болотах животные не обитали, стало быть полумертвый путник, пускай и без руки, лежащий на поляне, был для них сравни благословения.

Секира телепалась на кожаном ремне зацепившись за руку. Я подтянул оружие и ухватился за рукоятку секиры.

Лишние движения привлекли внимание болотного уродца - жмых остановился, обернулся, посмотрел на меня и продолжил тащить дальше. Это мерзкие вонючий твари только с виду слабые и безобидные. Позволь этой твари подойти к тебе ближе чем на пять метров - считай, что стал его закуской. Любой опытный охотник подтвердит мои слова.

Но становится ужином жмыха я не намеревался, поэтому обхватив секиру руками, приготовился нанести первый и единственный удар использовав эффект неожиданности. В эту секунду, словно что-то заподозрив, жмых обернулся и уставил на меня множество мелких глаз, и мы оба замерли.

Не теряя и секунды, я ударил секирой по лапе жмыха и отскочил назад. Бледно зеленые щупальца жмыха прилипли к моей ноге и стали шевелится как водоросли. Я отряхнул их с ноги и поднял взгляд на раненое существо.

Жмых скрутился и прорычал. Обрубная рука стала очень медленно отрастать обратно. Упустить такую возможность я не мог. В несколько шагов преодолев расстояние между нами я прицелился жмыху прямо в голову, но болотная тварь ударила меня хлыстом из водорослей и откинула в кусты. Все это произошло настолько быстро что я еле успел вовремя сгруппироваться. Тварь проревела.

Я подскочил на ноги и увернулся от следующего удара хлыста. Тактика жмыхов очень проста, они ловят свою добычу в лапы и душат ее пока, та не перестанет сопротивляться, поэтому подходить к ним слишком близко было сродни самоубийству. Но и убежать я не мог, ведь эта тварь несмотря на свои масштабы было очень быстрой.

Жмых бросился на меня, выставив вперед пожелтевшие рога. Я пригнулся и увернувшись от очередной атаки и рубанул жмыха под лапами. Рев сотряс болото.

Я проскользнул ему за спину и замахнулся для следующего удара, но не заметил, как тонкая бледно- зеленая лента оплела мою ногу. Секунда, и я свалился на землю. Удар вышиб из легких воздух.

Жмых потянул меня к себе. Я думал было рубануть лапу жмыха снова, но не заметил, как выронил секиру. Паника разгоняла мысли. Я достал из сапога нож, перерезал ленту и бросился к оружию, но оглушающий свист хлыста остановил меня и саданул по плечу разрезав хлопковую рубашку. Преодолевая боль, я ухватился за секиру, развернулся готовый отбиваться от болотной твари, но...

Жмых замер, он не двигался, не дышал - будто дикий зверь, который учуял охотника. Я тоже почувствовал что-то неприятное, давящее ощущение неконтролируемой тревоги, паники.

Жмых не оборачиваясь, втянул в себя водоросли, встал на четвереньки и нырнув в кусты. Я стоял посреди дороги с широко распахнутыми глазами. Тяжелое ощущение опасности сковало меня прочными цепями.

Это чувство, то самое, что и утром.

Кусты позади меня зашуршали. Я обхватил секиру. Все мышцы моего тела напряглись.

- Вот он! - прозвучал знакомый, мерзкие голос.

Я повернул голову и увидел Сагира, который пробирался на тропинку сквозь заросли колючки, за ним шла какая-то старушка.

- Вот он! Тэйт, с тобой все в порядке? Ты сильно ранен? - щебетал парень.

Я искоса посмотрел на него.

Странное чувство исчезло. Наверное, этот олух спугнул грозящую мне опасность.

- Я видел, что тебя забрал жмых...

Я перевернулся на бок, поднялся на локти и встал на колени. Рукой ощупал кровоточащий затылок. Голова кружилась, меня тошнило.

- Я забрал твою секиру...

- Ты сбежал, оставив меня бессезонья валятся на поляне возле каменного монстра - прорычал я.

Парень встрепенулся как петух.

- Оно конечно так, но...

Я посмотрел на него своим самым суровым взглядом и парень умолк. Старушка, что шла за ним следом опираясь на тонкую трость подошла ко мне. Лицо ее напоминало мочалку, которой я мыл лошадь.

- Его надобно в мою избу. Там я смою кровь и обработаю раны.

- Не стоит - отрезал я. - Само заживет. Не первый раз.

Старушка покачала головой.

- Не шибко ты умен я погляжу. С такими ранами на болоте долго не протянешь. Не противься, пойдем. Я сварю вам вечерю.

Сил и времени на спор у меня не было. Сагир помог мне подняться и я, опираясь на него пошел вслед за старушкой. Раны медленнее обычного стали затягивается, кровь стала высыхать.

- Кто это? - шепотом спросил я у Сагира.

- Это знахарка. Покуда я искал тебя, набрел на ее хату. Она согласилась помочь.

- В обмен на что?

- Просто так.

Я был тронут такой добротой до глубины души, но чувствовал какой-то подвох. Не было в Мирине людей, которые делали что-то просто так из моральных соображений, конечно если они не были религиозными фанатиками.

- Зачем вы пришли на болото, неужто заблудились?

- У нас тут задание - заявил Сагир.

Я быстро влупил ему смачного подзатыльника, чтобы простофиля подавился языком.

- Не болтай - прошипел я достаточно тихо чтобы меня не услышала старушка, но достаточно громко чтобы услышал Сагир.

Парень заметно засмущался.

- Ох, как вам не повезло. Сегодня прокинулся Лоло - кряхтела старушка.

- Лоло это что?

- Гора. Он оживает каждую молодую луну, вот вы и нарвались на него. Но он не злой, одно только может затоптать.

- И давнече вы тута живете? - просил Сагир.

Старушка промолчала, не услыхав вопроса.

- Давно живете здесь? - повторил я громче.

- Ась? - обернулась старушка.

Грязные локоны седых волос падали ей на лицо, отбрасывая причудливые тени.

- Живете здесь давно?

- Всю жизнь - сколько себя помню - ответила она и улыбнулась, почесав подбородок.

Мы шли несколько минут, пока вдали не замелькал бледных огонек факела.

Деревянный дом старушки осел от старости и поскрипывал от легкого дуновения ветра. Дряхлые бревна из которых был построен дом, покрылись зеленым мхом, а полубитая черепица рассыпалась на глазах.

Посему на фоне дряхлых развалин дивный сад старушки вызывал восхищение.

Сперва я даже не увидел цветы, что достаточно далеко отползли от дома, но, когда мой взгляд уловил плазные изгибы черных роз я не смог оторвать глаз.

- Это же демонические розы - сказал я будто сам себе.

Старушка бодро кивнула.

- Я посадила всего один куст много лет назад. Глянь как разрослись.

Кусты стелились по земле, оплетали стволы деревьев и даже покрывали плоские камни. Их таинственный, манящий вид не позволял внимание фокусироваться на чем-то другом кроме их собственной красоты.

- Они хорошо растут на торфе, а на болоте торфа вдоволь.

- А я слыхал рассказы, что эти розы растут только на могилах колдунов и чародеев... - протараторил Сагир.

- Чушь - оборвал я его. - Я видел множество могил колдунов, а эти розы я вижу впервые.

Старушка взяла меня под руку и повела к дому.

- Проходите дорогие гости, я пока схожу за дровами...

Я толкнул Сагира в плече.

- Пойди помоги.

Парень кивнул и последовал за старушкой, а я ковыляя вошел в дом. Халупа знахарки не отличалась нечем необычным. Такой же запах трав, и неприкрытая нищета. Единственное что меня удивило - это лестница ведущая на второй этаж. Я, поднялся по ней и обнаружил двери спальни. Комната была небольшой, но вмещала в себе одну постель и огромный расписной сундук.

Когда я спустил обратно знахарка и Сагир вернулись в дом. Сагир держал в руках связку бревен. Он словно прогибался под их тяжестью, как молодое дерево гнется от ветра.

- Милый, разведи огонь, а я нарежу овощей для супа. Вы наверно очень голодны. А ты пока присядь, я вижу тебе уже лучше...

- Намного - отрезал я.

Старушка поставила котелок с водой в печь, а после сухими, сморщенными пальцами стала нарезала овощи. Скрипящую тишину прогнал старческо-блеклый голос знахарки, что стала напевать мотив из "Легенда о Шанре".

Знакомая мелодия навеяла старые, смутные воспоминания, воспоминая о том времени, когда еще не существовало Тэйта Безрукого, а был только парень Тэйт, который время от времени отгребал по шеи от своего учителя по фехтованию. Я вспомнил как в тронном зале Ефтиния играла на арфе, перебирая струны тонкими пальцами. Как легкая мелодия, что убегала у нее из-под пальцев заставлял воздух в легких дрожать.

Тогда, я не сколько был увлечен суматохой пира, как ее голосом.

- Грустная песня - сказала Сагир, вырывая меня из омута воспоминаний.

Старушка остановила на мне свой тусклый взгляд. Я отвел глаза в сторону.

Не согласиться с Сагиром я не мог - песня и вправду была невеселой. В легенде говорится, как демон по имени Шанра, влюбился в человеческую девушку, а та, полюбив его в ответ - умерла, не дожив до утра.


Тела их жаркие сплелись.

В нети ночей вознеслись,

Туда, куда запрещено ступать простому люду

Там, где сочилось горе отовсюду.

И не открыла дева ясные глаза

Когда наутро высохла роса...


Отгоняя от себя пасмурные мысли, я решил занять чем-то руки.

- Где моя секира?

Сагир подскочил со стула, скинула на пол свой уже поредевший узелок и извлек оружие. Магический надпили на секире в бледном свете масляных ламп стали танцевать свои безумные танцы.

- Это не простой топор - заметила старушка, ставя грошом с супом на стол.

- Да. Это руны Морхора - они способны отозвать в тот мир даже мертвого.

- Все ясно. А я-то гадала, что трапилось с твоей рукой...

- Тэйт - великий охотник - подорвался Сагир со стула. - О нем слагают легенды и песни, о том, как он сражается с тварями по всему миру, как дрожат колени у его врагов, как...

- Угомонись - рыкнул я.

Сагир упал обратно.

- Не слышала - покачала старушка головой.

- Оно и к лучшему. Нельзя верить рассказам и слухам, что разносит народ. В них правды не больше чем золота в дерьме.

Хозяйка дома достала тарелки из деревянного сундука и начала разливать похлебку.

- Тогда что такой великий охотник забыл на болоте.

- Мы ищем кое-что.

- Что же? Мож я могу вам помогти в вашем деле.

- Мы ищем сундук. Может вы видели здесь кого-то странного?

Старушка остановила взгляд на супе, в глазах ее на секунду мелькнул какой-то огонек, но быстро исчез. Выдержав паузу, она покачала седой головой.

- Кроме жмыхов, я никого не видела. Вот только, около недели назад здесь проходил какой-то муж, он и нес сундук. Но я видела его мельком, пока собирала травы.

Муж, о котором говорила знахарка по всей видимости был посыльным Нута. Но нам не нужен был мертвый посыльный, нам нужен был сундук, что он нес.

- Все хватит разговоров - сказал старушка. - Ешьте, пока горячее.

Сопротивляться голоду я уже был не в силах и налетел на болотную похлебку как на жареного цыпленка. Суп был не так плох, как я думал. Наверно это из-за голода. Пока мы Сагиром набивали брюхо, старушка поднялась из-за стола и достала из полки кувшин и несколько деревянных бокалов.

- Один добрый муж оставил мне вина. Сама я пить не могу, уже не те года, так что пейте вы.

Она налила в бокалы вино и подвинула к нам. Сагир налетел на поило как слепая лошадь, а я все никак не мог себя заставить сделать и глотка. Странное дело, словно чьи-то невидимые руки удерживали меня.

- Чаво не пьешь? Брезгуешь? - скривилась старушка.

Я покачал головой и тут мои глаза словили одну значительную деталь. Я заглянул за спину старушки, потом посмотрел на лампу и выразительно улыбнулся, стараясь не привлекать внимания. Волнение вопило в моем мозгу затопляя все мысли.

С таким я столкнулся впервые...

Старушка словила пой взгляд, и я ответ глаза в сторону выдавив из себя нервную улыбку.

- Пей же - настаивала она, не сводя с меня острых глаз.

Я отпил немного вина.

- Мы выйдем завтра по утру - сказал Сагир.

- Можете не торопиться. В этом доме вам всегда рады.

Старушка подошла к печи и закинула внутрь пару бревен, наблюдая как пламя медленно пожирает почерневшее дерево, вдыхая серые клубы дыма.

Прикончив похлебку проводник откинулся на спинку стула и вытер рукавом жир в уголках рта. Он был явно доволен окончанием дня и никак не собирался скрывать это. Я же отодвинул полупустую тарелку.

- Тебе не по нраву моя стрепня.

- Нет, что вы. Я просто мало ем.

- А по тебе не скажешь - хихикнула она. - Ну нечего - отмахнулась она - у меня давниче гостей не было, уж запамятовала как оно принято.

- Я постелю тебе в подвале - обратилась она к Сагиру. - Там тепло и чисто, едва несколько мышат бегают. А воин будет спать на втором этаже, тебе нужно набраться сил, чтобы отыскать то что вы ищете.

Постель была чистой, не королевское ложе, но и этого вполне достаточно. Мне редко выпадала возможность, ночевать под крышей, ведь постоянные переезды и путешествия гоняли меня по миру как перекати-поле.

Мне было неудобно спать на таких белых простынях, ведь я сам весь день лазил по болотам, валялся в грязи, а найти баню посреди леса то же что отыскать девственницу в борделе.

- Раздевайся и ложись - сказал старуха, закрывая за собой дверь. - Пусть тебе присниться самые приятные сны.

Я сел на кровать, снял сапоги и лег в постель, спрятав секиру под подушку, не отпуская ее рукоятку не на секунду. Вино разморило меня, но я продолжал лежать в постели и ждать, противясь мягким объятьям сна. Не смыкая глаза, я буравил взглядом закрытые двери, прислушиваясь к шепоту могильной тишины. Я вслушивался в любой шум, треск, скрип ожидая, когда же гость зайдет ко мне в комнату.

Ожидал долго - почти пол ночи. Сон постепенно преодолевал меня, но я что силы заставлял себя бодрствовать, ведь даже секунду отдыха была губительной для меня.

Сперва я услышал тонкий скрип, а после желтый отблеск света просочился в комнату сквозь щели в двери. Я знал, что на придет сначала ко мне и не ошибся. Дверь медленно открылась и на пороге в свете лампы ко мне явилась высокая худая красавица с тонкой полупрозрачной ночной рубашке. Я поднялся с постели, а она игриво спустила один рукав рубашки и поставила лампу на сундук. Темные ровные волосы играли отблесками луны, а большие черные глаза были темнее ночи и глубже океана.

- Скучаешь? - спросила она игриво улыбаясь.

На секунду у меня отняло дар речи, и я замер на постели как истукан очарован демонической красотой девы.

- Нечего, сейчас мы поиграем.

Девы запрыгнула на кровать и начала медленно развязывать шнурок на рубашке. Она оголила сначала второе плече, потом грудь. Ткань спускалась по плавным изгибам талии, белоснежных бедер и упала у ее ног.

- Я тебе нравлюсь? - просила она, разведя руки в стороны и закинув голову на бок.

Я кивнул.

Разум как в тумане, сером и тягучем. Я попытался не смотреть на нее, но глаза противились этой мысли, продолжая скользить ее телу.

Она снова лукаво улыбнулась.

Дева опустилась на колени и подползла ко мне как кошка. Ее длинные черные волосы водопадом стекали с плеч на постель.

- Мне так одиноко, так грустно, а ты такой сильный - мой храбрый воин. Я хочу, чтобы ты меня утешил, подарил мне ласку и любовь - она взяла мою руку и положила себе на грудь. - Слышишь, как оно бьется?

Ее лицо стало опускаться. Я не мог оторвать взгляда от ее бледных, но таких прекрасных губ.

- Поцелуй же меня...- прошептала она мне на ухо.

И мир остановился, замер. Холодный метал секиры обжег мне руку, выдирая з пучины магического забвения. Я почувствовал, как страх сжимает легкие выжимая из меня последние капли воздуха. Адреналин вскипятил кровь.

За время равное половине быстрого вдоха я ухватил демона за шею металлической рукой, а вторую, сжимая секиру, занес для удара.

Лицо девы исказилось, как краски, что смыли с холста. Прекрасная улыбка растянулась в огромную, черную зубастую пасть, а вокруг глаз выступили черные пятна.

Демон начала шипеть и метаться, пытаясь вырваться из металлической хватки, но я крепко держал эту тварь, стараясь прицелиться для единственного удара, но тварь опередила меня. Ногой она выбила секиру у меня из руки и запустив длинные черные когти мне под ребра - вырвалась. Она отскочила назад, ударившись при этом спиной о сундук.

Следи от ран на ребрах стали жжешь, но для меня эта боль не была сильнее покалывания. Пока демон корчился на полу возле сундука я скатился с кровати и поднял секиру с пола. Демон поднялась на ноги, опираясь о стену и снова зашипела, от чего воздух в комнате задрожал.

Я только успел подняться на колено как эта тварь пригнула на меня выпуская свои смертоносные когти и зубы. Так быстро ударить секирой я не мог, но мог всандалить ей по зубам металлическим кулакам, что и сделал. Демон снова отлетела назад и вышибла собой двери комнаты - они разлетелись вдребезги и посыпались на пол как крошки с хлеба. Я подбежал к двери и заметил, как существо сбегает на четвереньках по ступенькам, не опираясь на правую руку. Нож, который я достал из сапога настиг существо, когда она уже готовилась выпрыгнуть в окно.

Демон рухнул на пол. Ее лицо снова стало человеческим, а пазури приобрели вид человеческих пальцев.

Дрожащими руками дева потянула к ножу что застрял у нее в спине и попыталась вытащить - тщетно, но вошел почти по рукоятку. Мне казалось что она вот-вот потеряет сознание.

В этот момент в дом забежал Сагир, на тем кроме штанов не было никакой другой одежды. Парень держал в руках палку.

- Что случилось?

Я спустился по ступенькам вниз. Дева корчилась на полу.

- Это суккуб, Сагир.

- Чего?

Я подошел к стене, где на крючке весела связка веревки.

- Демоны, что питаются человеческой энергией. Приходят в дома и соблазняют мужчин, а после выпивают их жизнь. Они способны менять обличие, поэтому очень коварны. Разве ты не слышал о них?

Сагир покачал головой. Он был слишком напуган, чтобы думать.

- Помоги мне - простонала она чистым девичьим голоском обращаясь к Сагиру.

Парень было рыпнулся чтобы помочь демонице, но я остановил его ударом в живот. Сагир скрутился и осел на пол.

Я подошел к демону, ухватил ее за волосы и поволок к стулу. Она стала брыкаться, кричать, а после вцепилась ногтями в пол оставляя по себе светлые полосы царапин на старом дереве. Меня взбесило ее упрямство, оттого я со злости наступил ей на руку -демон завизжала и крик ее звучал эхом множеств голосов.

Столько хлопот принесло ее упрямство, что я решил прижать ее к полу и немного придушить. Демон продолжала сопротивляться - махала своими когтями, мотала головой, дергала ногами, но после ее руки обмякли, а глаза закрылись, словно она уснула. Я вытащил нож из спины и привязал тело к стулу.

- Помоги ее связать.

Сагир очень осторожно, с опаской подошел к демонице со спины, и связал ее руки.

Она сидела на стуле опустил голову и волосы ее прятали лицо. Я сел рядом на корточки ожидая, когда же дева придет в себя.

- Может ее убить? - шепотом спросил Сагир.

Я покачал головой, не сводя глаз с демона.

- Это она забрала сундук.

- Как узнал?

- Догадался.

Демонице зашевелилась, подняла голову. Увидев меня с Сагиром, она широко улыбнулась и рассмеялась. Смех ее просочился сквозь мою рубашку и легкий морозом прошел по спине.

Глаза проводника стали размером с яйцо.

Дева перестала смеяться и наклонила на бок голову.

- Как ты понял? - спросила она ровным спокойным голосом.

- Ты тень не отбрасывала.

Девушка закинула голову назад и посмотрела себе за спину обижено надув губки.

- И правда. Вот незадача, никогда не замечала - расхохоталась она.

- А еще жмых убежал, когда ты нашла меня. Они бояться только демонов и эльфов. Увы на последних ты не похожа.

- Так почему ты меня сразу не прикончил?

- В этом не было необходимости, ведь ты не нападала на нас, к тому же у меня к тебе дело.

- Любопытно...

Я снова взглянул на Сагира. Парень просто херел на глазах - лицо ее стало бледным, руки дрожали, а губи стали синими как от вина. Он оказался куда более пугливым чем я ожидал.

- Расскажи кто тебя призвал и что ты знаешь о сундуке. Это же ты прикончила посланника?

- Может я, а может и не я. А что мне за это будет? - заерзала она на стуле.

Я влепил демону смачную пощечина, но не рассчитал силу, и дева свалилась на пол вместе со стулом. На секунду, не дольше, мне стало жаль ее, но отчетливый крик разума вернул мне было холоднокровие.

- Не нужно так - сказала она.

Услышал знакомый голос я вздрогнул.

Воспоминания фейерверком заиграл в голове. Я поднялся и отшатнулся в сторону, не верея свои глазам. Волосы демона стали менять цвет с черного на белый, серая кожа приобрела приятный мраморный цвет и даже тело изменило свои формы. Наблюдая за ее трансформациями, я почувствовал, как сердце стало колотить в горле.

Осторожно пальцами я убрал волосы с ее лица и отпрянул.

На полу лежала не демоница а она...

- Я видела твои воспоминания. Тебе дорога эта баба... - сказал она голосом Ефтинии. - Помоги мне Тэйт, прошу, я такая слабая - простонала она.

Взгляд остановился на плечах исполосаных белыми шрамами. Я уже был готов броситься на помощь, но мутная пелена вовремя упала, когда Сагир ухватил меня за плечо. Я повернулся и посмотрел в его пустые глаза.

Ноги парня подкосились, и он рухнул на пол. Изо рта Сагира потекла голубая пена.

- Что за? - отшатнулся я.

Но ответ пришел мне сам, когда взгляд мой остановился на кувшине, что стоял на столе нетронутый с вечера. Вино. Она отравила вино...

Я услышал хлипкий смех демонице.

Стоя возле нее я сжимал кулаки и гнев наполнял меня с каждым новым вдохом. Он просачиваясь в каждую клеточку тела, заражая каждый мускул. Я смотрел на бездыханное тело парня, что еще секунду назад раздражал меня своим голосом и ярость пробирала меня.

Насколько нелепая смерть...

Повернувшись к суккубу, я ударил ее ногой, и снова, и снова. Я бил ее до тех пор, пока паскудный смех не превратился в стон, а стон не стал тишиной. И даже когда эта тварь замолчала я продолжал месить ее серой дело выгоняю из себя ярость с каждым новым ударом.

Поставил стул обратно. Лицо демоницы покрылось кровавыми потеками. Она снова потеряла сознание.

Я взял свою секиру, развязал руки демона и положил одну их них на стол и наметил место удара. Лезвие прошло гладко, ровно, словно я резал свежий хлеб, а не отрубал руку суккубу.

От боли демон мгновенно очнулась. Ее огромные тёмный глаза открылись и комнату наполнил звериный крик. Демон махала обрубком руки что-то шепча на птичьем языке, что-то очень зловещее.

Я опустил глаза.

Кровь ее лужицей растекалась на полу.

- Ты безумец - завопила она, готовясь к атаке.

Недолго размышляя, я еще раз списал ее пощечину. Удар на время успокоил ее.

- Говори где сундук?

Она молчала.

- Может хочешь попрощаться со второй рукой? Говори!

- Я его спрятала - голос ее дрожал, толи от гнева, толи от страха - знала, что за ним кто-то придет.

- Ты не ошиблась, но к твоему несчастью за ним пришел я. Отвечай!

Демон подняла на мня глаза и наши взгляды встретились. Некогда прекрасное лицо теперь было покрыто ссадинами, нижняя гуда кровоточила. Впервые я увидел в ней не демона, а измучанную, слабую женщину и сожаление холодной волной накрыло меня.

- Мне нужна гарантия, что ты не убьешь меня, когда получишь сундук.

- Что? - не сдержался я. - Может тебе еще приводить людей на болото, чтобы ты их сжирала?

- Не стоит. Мне просто нужна жизнь - она виновато отвела взгляд. - Я обещаю, что даже покажу где спрятала сундук, но мне нужно подтверждение того что я останусь в живых.

Я закинул секиру на плече.

Эта тварь, только что на моих глазах убила Сагира и еще десятки людей до меня. Я не мог просто так подарить ей жизнь. Луша моя желала мести, кровавой справедливости.

- Я могу найти сундук и без твоей помощи.

- Нет. Не сможешь. Я заколдовала его. Владей ты магией, у тебя бы были шансы, но увы без моей помощи ты обречен блуждать здесь вечно. Скажу тебе больше, тебе повезло что я нашла вас. Точнее... - она кивнула в сторону Сагира.

- Я не торгуюсь с демона.

- И очень зря. В отличии от людей мы держим свое слово.

Одна часть меня требовала расплаты, но другая - рациональная - советовала послушать демона. И скажу одно, первая часть меня нередко подводила, особенно в вопросах дипломатии, если ее можно так назвать.

В детских сказках, часто рассказывали насколько демоны хитрые и ушлые, как ловко они проводят людей. Связываясь с нечистой силой, очень сложно остаться не обманутым, но только в том случаи если ты не знаешь магических законов. Пусть и не умел колдовать, но изучал магические законы.

- Кровная клятва - сказал я.

На секунду, на лице у девы забегало сомнение, но выбора у нее не осталось, и она это прекрасно понимала.

- Хорошо - простонала она.

- Если вздумаешь меня обмануть - ухватил я ее за горло. - Убью...

Демона напугано кивнула, глаза ее вцепились в мою секиру.

Я полоснул ножом по руке - демон повторила за мной. Немедля и полусекунда ее демоницы вцепилась в мою. Странный зверский холод начал покалывать в пальцах.

- Кровь моя, жизнь моя, сила моя...

Тени на полу начали демонические пляски. Воздух стал тяжелеть, надавливая на плечи, как груда камней что свалилась с горы.

-...приклоняю колено перед Тэйтом без лукавства и лжи, обещаю хранить верность ему и клятве своей пока слабость моя блуждает по венам его. Клянусь Тэйту что не причиню вред ему и его крови, что отдам ему найденное и не отберу отныне.

Я перестал чувствовать пальцы, словно наши с ней ладони отплетала невидимая цепь.

- Кровь моя, жизнь моя, сила моя, приклоняю колено перед... - вопрошающе спросил я.

- Нергенерой.

- Перед Нергенерой без лукавства и лжи, обещаю хранить верность ей и клятве своей пока слабость моя блуждает по венам ее. Клянусь Нергенере что не причиню вред ей и его крови отныне.

С трудом мне удалось разжать пальцы и убрать ладонь. Нергенера несколько раз сжала кулак наблюдая как неглубокая рана затягивалась, издавая жарящее шипение.

- Отвяжи меня - сказала она. - Не пристало молодей девушке сидеть голой перед малознакомым мужчиной.

Я усмехнулся, разрезая веревки.

Демоница поднял правую ногу и резким движение вправила обратно, после чего запустила пальцы под ребра и таким же образом вернула их на место. Ее небрежность поражала меня. Неужели и я там выгляжу со стороны?

- Чего уставился? - улыбнулась она. - Если не вправить их правильно, они не срастаться.

Я пожал плечами.

Нергенера поднялась со стула и подошла к сундуку, откуда вытащила длинную хлопковую рубашку. Накинул на себя одежду она пошла к двери.

- Возьми с собой факел или лампу. Конечно если ты не умеешь видеть в темноте?


- Сундук она прятала пещере где-то в восточной части болот, точно не помню.

- Удивительно - сказал Нут вытирая грязь тряпкой. - У этой бабы было достаточно силы чтобы взломать сундук, но она этого не сделала.

Я опрокинул бутылку с черничным вином - Нут достает его только по особенному поводу. Русалка пристально смотрела на меня своими черными как морское дно глазами и шлепала ладошками по воде.

- Видно ее не сильно интересовало содержимое - объяснил я. - Ей нужны был люди что придут за ним. И она от части получила то на что я наделась.

Нут откинулся в кресле, откатал рукава и широко улыбнулся. Мысли его блуждали где-то далеко, за пределами Егоринского архипелага, дальше снегов Каинберта и высоких волн Черного моря.

- А что за магия она использовала чтобы скрыть сундук? - поинтересовался я.

- Нечего особенного. Просто разделила печать, что я наложил на сундук и разбросала по болоту. Карта реагировала не на сам сундук, а на печать, от того-то огонек и бегал. В принципе отыскать его можно было, но это заняло очень много времени и ресурсов.

Я передал Нуту бутылку через стол.

- Так что же в сундуке?

Нут отпил вина поставил бутылку на стол и вытер губы рукой, несколько капель вина упали на стол и заляпали старинные свитки и книги.

- Тебе интересно - усмехнулся он продолжая играть со мной как девчонка играет с молокососом.

- Да черт возьми. Мне изрядно надоело жить в неведенье. Я имею полное право узнать, что в этом гавняном сундуке.

Нут рассмеялся придержавшая дергающийся живот. Даже стол задрожал от его смеха. Отдышавшись, он запустил руку за пазуху и достал из-под рубашки ключ, чьи изящные формы изгибались, переливаясь серебристым отблеском. Ключ вошел в замочную скважину. От волнения и любопытства я начала скрежетать зубами. Нут открыл сундук, широко улыбнулся и повернул сундук ко мне.

- Это же... - удивление наступило мне на горло.

- Яйцо дракона - усмехнулся Нут.

В сундуке, на черной подушке лежало огромное белое яйцо размером с голову ребенка изрезанное пульсирующими огненными венами. Пламенные узоры перевивались на яйце словно жар на угольке.

- Это яйцо Белого Тирийского Дракона - колдун взял пульсирующее яйцо в руку и стал вертеть, осматривая не завилась ли на яйце трещина.

- Они очень редкие.

- Самые редкие, лет через десять, это яйцо можно будет продать в пять раз дороже, а если вырастить полноценного дракона, то... - он показал яйцо русалке, но та в ответ издала что-то вроде сухого смешка.

Я не способен был оторвать взгляд от яйца. Дикая и первобытная магия таилась билась внутри него и не заметить ее было очень сложно.

- Понимаю, почему ты не хотел отправлять за ним наемников.

Нут бережно положил яйцо обратно и закрыл сундук.

- Того-то, я и заплачу куда больше. Хотя, зная тебя, деньги что я дам тебе ты пустишь по ветру.

- А Сагир?

- А что с Сагиром? - удивился Нут. - Мертвым деньги не нужны.

- Нет, нечего.

Нут отмахнулся от моих слов будто прогонял муху и принялся рыться по карманам.

- Тайн. Люди в наше время мрут как мухи, если хлопотать о каждом не хватит сил дожить до старости.

Он вложил мне в руку тряпочный мешочек. Любопытство вынудило заглянуть внутрь. Как я и рассчитывал, Нут расплатился по мной изумрудами - неплохая, вечно стабильная валюта. Нут поставил сундук под стол пригубив еще немного вина поторопился вывести меня из подвала.

- Теф готовит свинину, нужно отметить такое дело...

- Нет - покачал я головой. - Спасибо за гостеприимство, но мне нужно ехать. К тому же я не выношу Мирийский воздух.

Нут натянуто улыбнулся и похлопал меня по плечу.

- Тогда попрошу, чтобы твою клячу привели к нам.

Через пятнадцать минут моя кобыла уже стола во дворе дома Нута, бодрая, чистая и сытая. Я закинул вещи, обнял на прощание Теф, еще раз заметив про себя, насколько хрупкой и нежное она была и выехал. По дороге, я заехал на рынок - самое зловонное место в городе - и узнал где жили родственники Сагира. Оказалась его мать, одинокая пожилая женщина обитала почти на окраине города на старой убогой ферме. Я заехала к ней, постучал в двери дома и услышав приближающиеся шаги положил на порог дома один из изумрудов, которыми заплатил мне Нут и уехал.

Даже если изумруд получила не его мать, я уже избавился от тяжелого угроза на душе. А ехать в Рогийские бордели с пустым кошельком и тяжелой душой - дурная примета.


Нергенера настежь открыла двери избы и вытащила на порог серый мешок. Правая рука ее была плотно прибинтована, но это никак не помешает ей провести ритуал.

Вытерев пот со лба рукавом рубашки, она поволокла мешок по дороге изредка останавливаясь чтобы перевести дыхание. Мешок она отпустила только когда подошла к окончанию своего сада.

Демон тяжело выдохнула, взяла лопату, которую принесла заранее, перелезла через кусты она принялась копать яму посреди клумбы. Работала она быстро, благо луна этой ночью светила ярче обычного. Закончив копать, Нергенер вытащила труп Сагира из мешка и закинула внутрь ямы, засыпав землей.

Она стала на колени перед импровизированной могилой, закрыла глаза и стала молится.

Ветер разносил ее шепот по болоту, но, когда молитва закончилась - ветер исчез, словно и не появлялся на болоте никогда до этого.

Нергенера открыла глаза и улыбнулась. Она смотрела на расточек демонической розы, что пробился из могилы и убеждала себя, что все эти жертвы не напрасны.