# Атлантида Сумрачного Солнца. Тетраксис мира Посейдона. (2016)

Александр Александрович Алмистов

Уважаемые читатели! На данной страничке (по факту выхода в свет электронной версии книги "Атлантида Сумрачного Солнца. Предтеча.") Вашему вниманию предлагаются выборочные главы из моей принципиально новой авторской редакции (2016г.) книги об Атлантиде Сумрачного Солнца (пока - чисто сетевая), которая получила название - "Атлантида Сумрачного Солнца. ТЕТРАКСИС." Сразу скажу - предлагаемая редакция книги предназначена только для взрослых. Кроме того, ее пока еще никто (даже мои коллеги по атлантологии) не видел. И хотя ее сюжет может показаться Вам частично знакомым, но (!) моя НОВАЯ "Атлантида Сумрачного Солнца" совсем о другом. Точнее, в каком смысле, это взгляд на те же события, но глазами совсем другого человека (не только главного героя, но и его друзей/врагов по сюжету). Буду очень признателен Вам за замечания и мнения по этой версии книге. Жду в гости на своей странице (на других WEB-ресурсах данная книга мною умышленно выкладываться не будет, но это уже информация для потенциальных издателей). С искренним уважением, Координатор Проекта "Русское Атлантологическое Сообщество (Ассоциация) - РАС(А) - (http://paca.ucoz.ru/), Алекc. А. Алмистов almisto@mail.ru

Александр Алмистов

.


Посвящается

тому, кто сможет все-таки ее найти,

как Шлиман - Трою!


(Историко-фантастический роман)


ОГЛАВЛЕНИЕ


ПРОЛОГ. Обреченные

Часть I. Архонт

Глава первая. РОЖДЕНИЕ ЦАРЯ СВЯЩЕННОЙ АТЛАНТИДЫ

Глава вторая. ЧЕРНЫЙ КОНСУЛ

Глава третья. ПОД СЕНЬЮ ГОРОДА ИЗ МРАМОРА И ОРИХАЛКА

Часть II. Диктатор

Глава четвертая. ПРЕДСКАЗАНИЕ

Глава пятая. СОШЕДШАЯ С НЕБЕС НА ЗЕМЛЮ АРТЕМИДА

Глава шестая. КОПЬЕ БЕЛЛОНЫ

Глава седьмая. ИЗУМРУДНЫЙ ПРИБОЙ НЕЗНАКОМОГО МОРЯ

Часть III. Бодисаттва

Глава восьмая. ТЕРНОВЫЙ ВЕНЕЦ ПОБЕДИТЕЛЯ

Глава девятая. АРМИЯ НЕПОБЕДИМЫХ

Глава десятая. КОВЧЕГ НАДЕЖДЫ


СЕДЬМАЯ ГРАНЬ КУБА


(рассказ - введение в тему)


'... Когда пришел срок для невиданных землетрясений и наводнений,


за одни ужасные сутки вся воинская сила [врагов атлантов - Прим. авт]


была поглощена разверзнувшейся землей; равным образом и


Атлантида исчезла, погрузившись в пучину ...'


Из Диалога Платона Афинского "Тимей"


Часть 1. Низвергнутые 'боги'.

Бой был жестоким.

Противник побеждал числом и яростью, и натиском, и мощью необычного вооружения.

Все громче и наглее раздавались возгласы победы на уже давно забытом в Атлантиде языке.

Все ближе подбирались к царской колеснице шлемы-'маковки' и круглые щиты расенов.

Неожиданно кто-то робко тронул Царя Священной Атлантиды Евэмона за плечо.

Царь обернулся и с удивлением увидел пред собой воина - атланта, в красных латах, с боевым щитом и в шлеме Вестника Посейдона.

- Мой повелитель, молю тебя, не вели казнить! Дозволь слово молвить! - с трудом переводя дыхание, затараторил тот. - Остановись, царь Евэмон! Я здесь, чтоб донести тебе приказ Царя Атланта! Это очень важно! Совет Царей ...

- Слишком поздно, Вестник! Твои слова мне ни к чему!- грубо осадил его Царь Евэмон, прикрываясь щитом от града вражеских стрел и копий. - Арес уже почувствовал кураж! Танат - сошел с ума от крови...

- Но все же, Царь, смени свой гнев на милость ..., - Вестник Посейдона поперхнулся, и на его губах возникла кровь. Теряя силы, воин закачался, но все же выполнил свой долг: - Мой повелитель! Армий Царей Мнесея, Диапрепа, Азаэса более не существует! Боги окончательно отвернулись от нас. Переговоры с врагов провалились. Расены не только не признали нашей, атлантов, власти над ними, но, вдобавок, еще и дерзнули поставить под сомнение сам факт 'божественности' Посейдона и слуг - атлантских Жрецов и Царей. Короче говоря, Цари Священной Атлантиды взывают к твоей силе воли, мудрости и чести. И просят тебя как можно быстрее отступить к столице. Войска и флот...

Вестник Посейдона так и не успел закончить фразы и рухнул замертво к ногам Царя.

Из его спины торчал короткий, черненый серебром, клинок расенского солдата.

- Все кончено, мой благородный Царь! - между тем раздался за спиной Евэмона мрачный глас его оруженосца Актиона. - Я более не вижу впереди ни оранжевых плащей, ни шлемов, ни доспехов наших воинов. Твой первый легион, увы, уже на полпути к Аиду. Второй и третий - в нетерпении ждут приказ. И лишь тебе решать, что с ними будет дальше: Смерть или жизнь?

- Да будьте прокляты все вы, коварные и злые, покровители расенов. И ты прекрасная Афина, и ты жестокосердный Арес 2, и ты могущественная Гера 3, и даже ты, первейший из Бессмертных, Зевс 4! - воскликнул Царь, в отчаянии бросая дерзкий вызов небесам. - О, Великий и всемогущий, владыка Посейдон 5! Почему ты так жесток к твоим детям? Чем именно мы вызвали твой гнев ...?

- О Благороднейший из атлантов, Царь Евэмон! - не дал ему закончить Актион, самовольно разворачивая колесницу и громко отдавая гвардейцам приказ сомкнуть за ней ряды. - Извини, что я прерываю тебя и твои речи к богам... Но враг слишком близко, а до наших боевых триер не менее двух сотен стадий 6. Нам надобно спешить, чтоб сохранить тебя, остатки твоей армии и флот.

Царь не ответил.

В его душе боролись два непримиримых чувства: Долг и Страх.

Долг - воина и Царя. Страх - пусть Великого, но все же человека.

В конце концов, инстинкт самосохранения взял вверх.

И смерив ненавистным взглядом армию врага, Царь приказал трубить сигнал к немедленному отступлению.

Но ... не к Столице!

А к спасительным бортам триер.


Часть 2. Конец Вечности.

Черный Куб выглядел величественно и неприступно.

Еще бы!

Ведь он был настолько почитаемой в Атлантиде Святыней, что право его лицезреть имели только Жрецы и Цари!

Да и то лишь дважды: по факту рождения и на пороге смерти.

Но все же существовал в Атлантиде один человек, который не испытывал раболепного благоговения перед Кубом. И все потому, что по долгу службы был просто обязан не отступать от него не шаг.

Этого человека звали Евенором. В честь легендарного прародителя всего атлантского рода.

Он был потомственным Хранителем Куба и последним из Кудесников Атлантиды.

Последним, потому что, как только первый из расенских десантов высадиться на побережье Атлантиды, ее Цари страшно перепугались. И, не желая, чтобы все их секреты попали в руки врагов, приказали Лучникам Судьбы умертвить всех до единого кудесников, гаруспиков и прорицательниц-пифий.

Старика же Евенора спас от верной смерти Черный Куб.

Точнее не он сам, но та сокровенная тайна и мощь, что таились в чарующей глубине его недр.

Кудесник страдальчески поморщился и пристально уставился на Куб.

Про Куб старик знал все:

Куб был вечен. То есть появился на Земле задолго до рождения на ней атлантов.

Куб не был монолитом, то есть 'мертвым' камнем, но представлял собой некое устройство-механизм, которое каким-то образом влияло на пространство.

Куб был черен. И олицетворял собою 'Хаос-Пустоту'. Но вместе с тем он был 'способен' порождать шар 'Сущности-Материи' и огненную пирамиду 'Разума и Знаний'.

И еще. Если верить древним манускриптам, у Куба существовал некая 'седьмая' грань, проявление которой немедленно грозило всем врагам атлантов страшной бедой.

Последнее означало лишь одно - Куб мог вполне быть и оружием.

Но думать об этом старик не хотел. Ведь он был прирожденным исследователем, а не солдатом!

А посему всякий раз, когда его навещал Царь Амферей и требовал ответа на вопрос: 'Как Кубом управлять', старик разводил в сторону руки и растеряно качал головой.

С одной стороны, это было правдой. Потому как старик все еще тешил себя надеждой, что 'седьмая грань' - это лишь миф.

Но, с другой стороны, он сам и искренне желал, чтоб этот 'миф' так и остался мифом навсегда.

Неожиданно перед дверями Храма Кроноса раздалась тяжелая поступь солдатских сапог.

Старик уже понял, что к чему. И спешил попрощаться с Кубом. То есть тем, что уже давно стало для него отцом, сыном и единственно возможным смыслом жизни.

- Все старик, твое время вышло! Варвары штурмуют Акрополь 7! Еще немного и эти грязные свиньи ворвутся сюда! - не стал ходить вокруг да около Царь Амферей. При этом доставая меч из ножен и устремляясь к Кубу. - Я не могу им позволить осквернить наши святыни! Извини, старик! Я давал тебя шанс на то, чтобы ты научился управлять силой Куба. И тем самым помог мне спасти Атлантиду от происков врага. Но, увы! тебе это сделать, как я вижу, не удалось! Так пусть тогда этот Куб не достанется никому!

Старик встрепенулся и самоотверженно бросился под царский меч, желая принять смертельный удар на себя и тем самым спасти свое 'детище'.

Но, Царь Амферей грубо отшвырнул его в сторону и занес свой клинок над зеркальной поверхностью Куба.

Между тем ...

Яркий солнечный свет, до этого робко блуждавший по стенам, потолку и полу Храма, вдруг упал на Куб, прошил его насквозь и золотистой паутиной заскользил по граням.

Куб вздрогнул, заискрился и ... 'породил' из недр своих вначале белый 'Шар', а вслед за ним и огненную пирамиду 'Знаний'.

- Свершилось! - сдавленно захрипел и попытался приподняться на руках старик. - Свет разрушил Тьму. Последняя явила Суть и породила Разум. Значит, всему виной ...?

Он так и не успел закончить свою мысль, потому что в тот самый миг, когда клинок Царя коснулся Куба, старик-Кудесник с ужасом узрел его 'седьмую', грань!

Она была внутри. В том самом месте, где до этого светился 'шар'.

'Шар' схлопнулся, но область-сфера, все-таки, осталась и превратилась в роковую грань!

Старик-Кудесник тяжело вздохнул.

И ... умер.

Ровно за мгновение до того, как канула в Небытие и Атлантида.


Часть 3. Где-то, по ту сторону Центра Вселенной....

Черный Куб снова обрел свою привычную невозмутимость и покой.

Его недра опять заполняли шар 'Сущности-Материи' и пылающая пирамида 'Разума и Знаний'.

Правда, это было уже совсем иная вечность. И другая Вселенная.

Но, в любом случае, Черный Куб добросовестно выполнил свое предназначение:

Ведь вместе с ним в новый мир переместилась и некая 'гравитационная' масса, которую ровно за наносекунду до этого потеряла астрономическая единица с гордым и кичливым названием - планета 'Земля'.

И это не было простым совпадением.

Так как Куб был не оружием, но гарантом неуязвимости тех, кому он служил!

Правда, его создатели не учли одного:

Спасая одних, нельзя при этом жертвовать другими ...


Часть 4.Бушующий океан.

Океан был везде...

Время от времени он то взрывался штормами и ненасытными водоворотами, а то, напротив, превращался в зеркало мертвого штиля, вызывающе искрился планктоном и прикидывался абсолютно безобидной стихией.

Но ни первое, ни тем более второе лицо царства соленой воды и растворенного в ее пене воздуха уже были не способны ни очаровать, ни ввести в заблуждение тех, на кого пучина так упорно пыталась произвести впечатление.

И все потому, что этих самых, 'разумных', созерцателей Природы на Земле практически не осталось.

Ну а те, кто все же выжил, были уже не в состоянии что-либо видеть, слышать, чувствовать, понимать... Ведь мучительная смерть пенилась и бурлила у них прямо над головами!

Равно как и в любом другом, мыслимом или чисто гипотетическом, направлении.

И хотя последних из людей сейчас отделяло от стихии не менее пяти стадий условно безмятежной воды, никто из них не был уверен в том, что приютившая их Пирамида сможет и на этот раз устоять перед жестокостью Посейдона и жадностью Океана.

А посему, каждый на всякий случай прощался с жизнью, тщательно перебирая в памяти все свои детские шалости и взрослые глупости; образы родственников и друзей; прекрасные храмы, парки, дворцы и гавани родных городов...

Одним словом, все то, что теперь уже было лишь достоянием ...

Нет, даже не истории, но просто ЛЕГЕНДЫ!


ПРОЛОГ. ОБРЕЧЕННЫЕ.


На берегу их было двое: закутанный сопревшее от времени рубище старик и облаченный в золоченую тогу юноша.

И каждый из них, в кровь кусая губы и нервно трепеща от вожделения и страха, вглядывался в линию горизонта.

Первый - в ожидании неминуемой смерти.

Второй - в предвкушении безграничного величия и власти над миром.


- Мудрость и происхождение - вот он, извечный конфликт всех времен и народов?! - неожиданно раздался за спинами 'обреченных' голос их невидимого соглядатая. - Между тем, если честно, мне жаль терять такого ментора, как Радим. Пусть его участь и была заранее предрешена. Да еще - самим Владыкой Посейдоном!

- Не думал, брат мой Тритон, что ты, Жрец Сумрачного Солнца, можешь быть таким сентиментальным? - вызывающе усмехнулся ему в ответ второй, подчеркнуто циничный и безжалостный, голос. - Ты жалеешь раба? Да еще и без ведома его хозяина? Может, ты даже не против того, чтобы Лучники Судьбы промахнулись?

- Ты не правильно меня понял, Протей! Я скорблю не о судьбе раба, но об утрате опыта, таланта, знаний! Что были прежде в нем заключены?!

- Посейдон - дал, Посейдон - взял?! Не нам судить его за это! Ты со мной не согласен, брат? Или, все же, кое-что человеческое тебе не чуждо?

- Ты обвиняешь меня в ереси и вольнодумстве, Жрец? Это твои слова или воля Совета? Или ... я что-то попустил, и ты уже мнишь себя Консулом или, даже, Верховным Жрецом? - насторожился тот, которого называли Тритон.

Он был одет в черный, доходящий ему до самых пят, балахон. От природы статен и сухощав. И, несмотря на то, что был значительно моложе своего собеседника, держался с ним высокомерно и с подчеркнутым величием.

- Кто знает, брат?! Сегодня ты Первый, а завтра ... никто? - дерзко огрызнулся ему в ответ Жрец Протей. Так же, как и Тритон, облаченный во все черное. Но, при этом, не смевший скрывать своего лица под капюшоном одежд.

- А ты сначала доживи, до этого самого завтра, брат!- сверкнул глазами Тритон, угрожающе поднимая вверх свою левую руку. - А там уже посмотрим?!

При этих его словах лучники, а их среди скал было не меньше десятка черных 'теней', с готовностью подняли вверх свои луки и дружно взяли 'бедного' Протея на прицел.

- Постой, брат! Я всего лишь излагаю свои мысли вслух! А посему, не стоит ввязывать в наш спор ... твою когорту! - смертельно бледнея, засуетился тот. - К тому же ...о боги! Час Ритуала пробил! Я вижу Перевозчиков и их Корабль!

Жрец был прав. Что, в общем, и спасло его от гнева 'бессердечного' Тритона.

Ладья Судьбы действительно уже была видна.

Подгоняемая легким бризом, она на всех порах летела к бухте Единения.

Ее орихалковые паруса были натянуты до отказа. Команда и капитан, как очумелые, носились по палубе. Прикладывая максимум рвения и усилий для выполнения своей священной миссии в срок.

В то время, как прибывшие с ними воины уже вовсю натягивали луки. Сверкая золотыми стрелами Судьбы.

Изготовились к 'ответной' стрельбе и затаившиеся в засаде 'тени'.

Еще минута, и ладья уткнулась носом в линию прибоя.

Почти одновременно с этим, раздался громкий свист.

Миг ... и старик упал, дрожа и дергаясь в объятиях смерти! Еще бы, из его груди торчало ровно десять стрел?!

- Да свершиться ... воля Посейдона и архонтов - Царей. - громко провозгласил следующий акт ритуала Тритон. И резко опустил вниз свою левую руку. - Знающий умер! Так пусть погибнут и те, кто стал тому причиной!

И снова ... залп! Десятикратный свист. Зловещий лязг металла об металл. И, в результате ... десять бездыханных и распластанных на палубе тел.

Само собой, что в этот раз уже стреляли 'тени'.

- Ну что ж, все идет как по маслу! - удовлетворенно подытожил Тритон, жестом приказывая своим лучникам покинуть позиции и возвращаться в лагерь. - Теперь, я спокоен. Ритуал соблюден. И будущий Царь уже не нуждается в нашей защите?!

Протей кивнул. При этом, все еще не спуская глаз с фигуры, невозмутимо поднимавшейся на борт судьбоносной Ладьи.

Просто сказать, что Жрец Протей, завидовал Избраннику Судьбы, означало ... не сказать ничего!

Ведь, когда-то, много лет назад, такая же самая ладья вполне могла прийти и за ним самим?!

Но она не пришла.

И не взяла его на свой борт.

И не доставила в Божественный Посейдонис.

И все потому ... Потому что, он не вовремя родился!

Не Первым, но Вторым!

А значит, несмотря на все его благородство, ему никогда так и не стать Царем!


Глава первая. Рождение Царя Священной Атлантиды


Тусклый, бледно зеленый диск Сумрачного Солнца медленно и вместе с тем неудержимо клонился к линии горизонта.

Для всех, от мала до велика, жителей Пелагсикона 8 это означало только одно: скоропостижно-неминуемый конец Гемеры 9 - Света и грядущее, уже по одному только факту своего первородства безжалостно-ненасытное, всевластие Нюкты 10 и ее верного спутника Тени!

Тени, чьи змеиные языки-Сумерки уже тянулись к подножию величественных гор и робко затаившихся в ночном оцепенении равнин и ущелий.

Тени, которая испокон веков скрывала под своим иссиня-черным пологом если не очередное безрассудство стихии, то уж, по крайней мере, сиренево-бурый, чем-то похожий на густое желе, туман и пронизывающие до мозга костей мрак и холод.

И, наконец, Тени, бросить вызов которой, не говоря уже о том, чтобы встать у нее на пути, не смел не только никто из обычных смертных, но даже полубожественные потомки Посейдона и Клейто - Жрецы и Цари!

Так, судя по всему, должно было случиться и на этот раз, но ...


Но вдруг ... в самом сердце Акрополя, беломраморным призраком вознесшимся над столицей атлантов, ярко вспыхнул и прерывисто замерцал изящный шпиль на крыше Храма Посейдона.

Еще мгновение и последний изумрудный луч уже скользнувшего за горизонт светила прошил его насквозь, сломался пополам и жертвенным лабрисом 11 вонзился в сердце золотого диска Мойр 12.

Последний, смутно различимый в отблесках заката, судорожно вздрогнул, засверкал и начал медленно вращаться.

И, о чудо, его зеркальная поверхность заискрилась серебром, из центра вспучилась прекрасным женским ликом и заструилась паутиной-плетью из змеиных тел?

Это был сигнал! Точнее, Воля свыше...

Десять статных, закутанных в белоснежные тоги, фигур поспешно, но с достоинством, приблизились к Воротам Храма.

Но прежде, чем решиться через них пройти, пришельцы опустились на колени, все, как один, коснулись лбами быстро остывающей земли и дружно вскинули вверх свои правые руки, тем самым демонстрируя Богам, что безоружны и одержимы лишь одной, при этом, исключительно благочестивой, целью!

- Великий и могучий бог морей и океанов, молю тебя о милости и доброй воле! - не мешкая, но с нескрываемым почтением обратился к Посейдону один из десяти - тот, чье высокое чело венчала обруч - змейка из огнистого металла и природой рожденного стекла.

- О несравненный Покровитель моего народа, Посейдон, дозволь нарушить твой покой Правителям Священной Атлантиды! Перед тобой Царь Атлант! - выдержав положенную ритуалом паузу, снова загнусавил он, протягивая свои руки к черному безмолвию небес и равнодушно в них сиявшим детям Астрея 13 и Эос. - Другие мои восемь братьев тоже здесь ... И все мы ждем! Ждем с должной кротостью и праведным благоговением! Ждем от тебя того, чтоб милостью своей открыл ты наш Совет Царей Священной Атлантиды. Открыл сегодня. В Час Быка 14, что волей твоей и Хроноса дает рождение очередному Пентахрону 15.

Царь перевел дыхание и только после этого продолжил свой с богами диалог:

- Мы будем рады провести в твоих владениях всю ночь, дабы, как требует того обычай, в компании с тобой судить и разбираться в том, не допустил ли кто из нас, Царей, ошибок или недостойных действий. Но прежде, чем мы смеем преступить порог твоих Оракула и Храма, мы просим дозволения поймать в твоих садах священного быка ... Само собой, без применения хитрости, оружия, разных там уловок... Но только лишь благодаря отваге, личной доблести и твоему, Владыка Посейдон, благословению!

Царь замолчал, пал ниц и неподвижно замер в беспокойном ожидании

Змеей юркнула в пасть сумрака и Летного 16 небытия минута, прежде чем раздался легкий, мелодичный звон и ...

И Врата Храма растворились!

Царь с облегчением выдохнул и нервным жестом стер со своего чела, висков, ланитов, подбородка обильно их посеребривший пот.

- Братья мои, не будем медлить с жертвоприношением! Ночь коротка! В то время как Владыка наш - безжалостен и строг! Да, всяк смертный, видевший 'Зеленый' луч, пока находится под покровительством трех Мойр и Храма! Но только до утра! С рассветом же Глава и Взгляд Горгоны снова будут убивать! И если мы затянем наш Совет, то никогда уже не сможем отворить Ворота Храма, и гнев богов лавиной обрушится на нас.

С этими словами Царь встал с колен и торопливо сбросил тогу с плеч.

Каждый из собравшихся безропотно последовал его примеру.

Все, кроме одного! Того, который самым беспардонным образом остался без движения и лишь еще плотнее прижался своим телом к матушке-земле...


***

На вид 'непокорному' вряд ли можно было дать чуть больше двадцати.

Без всякого сомнения, он был самым юным из всех тех, кто его сейчас окружал. Однако это еще совсем не означало, что его "путь" к Золотым Воротам Храма по воле Рока оказался легче и короче - в противовес другим. Скорее, все обстояло с точностью наоборот: за плечами юноши уже были годы суровых лишений и смертельно опасных странствий по чужой земле и неподвластным воле его рода городам, познание Доблести на гладиаторском арене и Подвиги Геракла 17, кровопролитная конкиста 18 варварских земель 19 и бескорыстное служение Афродите 20, с завидным рвением усвоенный Гражданский Ценз 21 и до дна испитый кладезь Знаний Аполлона 22.

Юношу с рождения звали Нереем 23 - в честь легендарного старца, превосходящего в своей мудрости любого или, даже, всех вместе взятых, богов.

Но главное было даже не в этом.

А в том, что ... он был не просто прямым и единственным наследником трона Тиррении, но сегодня мог, точнее, сам был должен стать Царем.

Должен, но пока не стал!

А посему, украдкой наблюдая, как старшие братья, уже давно цари, вальяжно и по праву ступали по 'божественной земле', Нерей не выдержал и в нетерпении заерзал кончиками пальцев по песку.

- Сын царя Атлантиды, - наконец, раскатистым набатом оборвал безмолвие ночи столь долгожданный для него призыв Царя Атланта, - освободись от всех одежд и встань со мною рядом! Твой час настал! Сегодня ты, волею Посейдона, должен либо обрести бессмертие, либо с неслыханным позором и бесчестьем для рода Евэмонов умереть!

'- Ну вот, свершилось! - молнией сверкнуло в сознании Нерея ровно за мгновение до того, как ее сменивший ураган неистового вожделения вынудил наследника престола сорваться с места и в мгновение ока оказаться на ногах. - Всего какой-то шаг и я уже один из Десяти? Так просто? Если не считать того, что это стоит целой жизни? Той, что у меня была! И той, что, может быть, уже не ...?'

Мертвенная бледность предательски скользнула по лицу Нерея. Вдобавок, юношу вдруг охватила непростительная дрожь, волною судорог сковавшее все тело.

Но, все же, у него хватило сил и воли, чтоб отогнать свои сомнения прочь!

И, на ходу срывая с себя тогу 24, он устремился к Золотым Вратами и занял свое место справа от Царя Атланта.

Тот, как оказалась, только этого и ждал:

- О, Великий и могущественный повелитель морей и океанов Посейдон, - скороговоркой загнусавил он, не спуская с юноши своего прищуренного взгляда и, одновременно с этим, раболепно простирая руки к небесам, - дозволь тебе напомнить, что у нас большое горе! Два года назад в твой мир ушел наш горячо любимый брат - достопочтенный сын и Царь Священной Атлантиды Евэмон. И нас, твоих наместников в Священной Атлантиде, осталось только девять! Вместо, как того велит обычай, положенных тобой десяти. А посему, о справедливейший из всех Бессмертных, дозволь нам, твоим слугам, восстановить закон и древние устои Атлантиды! И разреши нам посвятить того, кто пред тобой - достойного юношу, сына Царя Евэмона, урожденного Нереем, в Цари Священной Атлантиды! Я, Царь Атлант, ручаюсь за него лично! Дальнейшая ж его Судьба - уже в твоих руках! Но прежде, предоставь ему, возможность самому доказать свое право быть одним из нас. Дозволь ему сейчас же переступить порог твоих Святилища и Храма и в жертву принести тебе быка! И, О! прошу тебя, будь к нему при этом справедлив и по-отечески великодушен!

Царь замолчал и отступил на шаг назад, тем самым пропуская юношу вперед и оставляя юного наследника Архонта наедине с его Судьбой - Вратами.

Неуловимый миг и ... снова, как и в прошлый раз, раздался легкий, мелодичный звон.

Ворота Храма дрогнули, но, к счастью для Нерея, не закрылись!

Сомнений больше не было, Владыка Посейдон к нему благоволил и с нетерпением ждал в своих чертогах не просто гостя, но Царя!

В глазах Нерея вспыхнул огонек воодушевления, страх и растерянность ушли на задний план.

Еще немного ... И прорвавшее блокаду прежнего оцепенения сердце вот-вот готово было вырваться наружу из груди, а сил и рвенья было столько, что...

Нерей самоуверенно расправил плечи и, гордо вскинув голову, поддался весь вперед, но ...

- Брат мой, умерь свой пыл и, волею Богов, храни терпенье! - гранитным монолитом вырос как из-под земли и преградил дорогу юноше Властитель Атлантиды Царь Атлант, пристально и не без упрека заглядывая в широко открытые глаза Нерея. - Позволь тебе напомнить, преступив порог владений Посейдона, ты никогда уже не сможешь таким же, каким ты был до этого, вернуться назад! Не забывай, там, за этими Вратами, тебя ждет либо трон, либо вечный покой в подземном царстве Эриний, Миноса, Радаманта, Таната и Аида 25! А посему, еще раз ответь мне, Нерей, сын Евэмона, готов ли ты к самому важному в твоей жизни испытанию? Твердо ли ты уверен в том, что знаешь, как и что ты должен совершить, дабы с рассветом снова пройти через эти врата и с честью вернуться домой. Да еще и живым?

- Да, повелитель, - без запинки выпалил Нерей: - Я готов доказать свое право быть Царем Атлантиды! И ради этой великой цели я без чьей-либо помощи взнуздаю и покорю своей воле одного из потомков "критского" 26 быка. И, при этом, я всецело полагаюсь только на свою природную сноровку, ловкость, силу и... благосклонность Хроноса и Посейдона!

- Ну, а если тебе вдруг не удастся это сделать? - вкрадчиво поинтересовался Царь Атлант. - Что тогда?

- Тогда, желая избежать позора, я клянусь казнить себя своей собственной рукой! И буду уповать на то, что сын мой, родившийся на свет два месяца назад, получит право стать царем в один из дней последующего Пентахрона. Но только после того, как у него самого родиться наследник, и Посейдон дозволит его счастливому отцу переступить порог вот этого Святилища и Храма.

- Ты добросовестно познал заветы предков и законы Посейдона, сын Царя Нерей! - кивнул ему в ответ Царь Атлант, уступая дорогу. - Что ж, брат мой, иди! Иди и не оглядывайся назад! Ведь, оказавшись здесь и сейчас, ты тем самым уже стал нам, Царям Священной Атлантиды, братом! А вот живым иль мертвым - пусть решит Судьба! Но не раньше, чем ты с достоинством пройдешь чрез испытание. Так завещал нам Посейдон! И так гласит обычай наших предков!

- Победа или Смерть! - воскликнул Нерей, прежде чем, затаив дыхание, перейти свой первый в жизни Рубикон 27 и, наконец, узнать свою судьбу в жестоком ритуале жертвоприношения.

- Я допускаю лишь первое! И слышать не хочу про второе, мой мальчик! - бросил ему в ответ Царь Атлант. - А посему, даже и в мыслях не держи самой возможности меня разочаровать!

Царь Атлант не выдержал и чисто по-отечески прослезился, благо приступ его малодушия в эти мгновения никто видеть не мог, так как он сам запретил Нерею оглядываться, а до рощи Посейдона, где их двоих в нетерпении ожидали другие Цари, было не меньше трех стадий. А значит, Царь Атлант вполне мог дать волю своей скорби по безвременно погибшему брату, равно как и своим тревогам о судьбе его неискушенного в дворцовых интригах сына-юнца.

Тем более что истинная причина смерти первого так до сих пор и с подозрительным упрямством скрывалась жрецами. В то время как перспектива восхождение на трон никому неизвестного в Посейдонисе юноши уже успела взбудоражить не только узкий круг атлантской знати. Но, вдобавок, еще и весь, уставший от безграничной власти Опекунов и Белых Консулов, народ Евэмского Царства и его рабдельческих 28 колоний.

Другими словами, все говорило за то, что над головой нового Царя Священной Атлантиды стремительно сгущались, по ходу дела насыщаясь духом подлого коварства, дети-фантомы Апаты - грозовые тучи!

И что с того, что этот милый юноша о них не знал ...

Последнее лишь было только на руку его врагам!

И Царь Атлант прекрасно это понимал.

Но ...

Царь Атлант тряхнул головой, растеряно оглядываясь по сторонам.

Кажется, он слишком увлекся своими мыслями и не заметил, как они с Нереем оказались на вершине Священного Холма?

Меж тем, Роща Посейдона окружала их со всех сторон.

Но прежде, чем позволить юноше приблизиться к лениво в ней пасущимся быкам, Царь Атлант крепко, до зловещего хруста в еще окончательно не окрепших хрящах и суставах, сдавил своею дланью его правое плечо и чуть ли не силой подтолкнул Нерея по направлению к Храму.

- Но в описании ритуала нет ни слова ...? - искренне недоумевая, начал было упираться тот.

- Ты просто невнимательно читал Скрижали Вечных Знаний, юный сын Царя Тиррении! - грубо оборвал его на полуслове Царь Атлант, указывая жестом на ближайший золотой треножник - один из десяти, шеренгой безмолвных воинов выстроившихся вдоль всего пути от Врат до самого подножия Храма. - Взгляни туда, потомок Посейдона! Тебе не терпится явить Богам всю свою силу и предназначение? Что ж похвально! Но что ты будешь делать дальше? Ведь только лишь пленением быка, ты ритуал не завершишь! Ты должен быть готов к тому, что ...?

- Но, я уже ... готов! - напыщенно заскрежетал зубами юноша, вьюном пытаясь выскользнуть из-под руки Царя Атланта в надежде вновь и самолично контролировать свою судьбу.

- Боюсь, что это не совсем так, рожденный Евэмоном! - цинично усмехнулся Царь Атлант, лишь еще только крепче сжимая пальцы на плече Нерея: - Ты все еще плохо представляешь то, что тебе предстоит совершить. Ты должен не только поймать и подчинить своей воле быка, но еще и с должным уважением к богам отправить эту жертву к Посейдону. А как же ты собираешься это сделать, не имея при себе священного лабриса 29?

- Но ведь, согласно обычаю, я не могу использовать оружие? - дерзко огрызнулся тот, в отчаянном порыве бросая взгляд-вызов грозному Царю Атланту.

- Конечно, нет! - в гневе обрушился на него Атлантский властитель, беря с треножника сверкавший бриллиантовыми переливами предмет. - Но для завершения ритуала ты в праве и, даже обязан, использовать священный лабрис!

Последовал неуловимо-резкий взмах руки ... Нерей не успел даже вскрикнуть, как на на его груди Нерея разверзлась рваная, в мгновение ока вспенившаяся свежей кровью рана.

Юноша рванулся в сторону, уже сжимая кулаки для рукопашной схватки, но, в самое последнее мгновение все же удержал себя от безрассудного броска.

- Что ж, теперь на нем есть и твоя божественная кровь, сын Священной Атлантиды, - между тем, невозмутимо процедил сквозь плотно сжатые зубы Царь Атлант и швырнул священное оружие к ногам Нерея. - Этот лабрис сделан из горного хрусталя. В нем нет ни капли металла. А значит, только с его помощью ты можешь принести Посейдону жертву и стать Царем. Но помни, если ты не успеешь сломить волю быка раньше, чем на лабрисе высохнет твоя собственная кровь... Или, что еще хуже, попытаешься использовать лабрис для самозащиты и поразишь быка вне круга Жертвенного Алтаря - сей кусок стекла убьет уже не жертву, а тебя. И тогда даже Боги будут не в силах что-либо в твоей судьбе изменить!

- Я все понял, благородный Царь Атлант! - скороговоркой выпалил Нерей. Но, прежде, чем все же сжать в своей руке лабрис, растерянно добавил: - Но позволь мне оставить священное оружие здесь, на ступенях Храма. Ведь, в схватке с быком он мне будет только мешать?

- Нет, это противоречит правилам и смыслу ритуала, - сдержанно, но твердо отказал ему Атлант. - И ты вскоре сам поймешь, в чем именно и почему...

- Да будет так! И Слава Посейдону! - громко воскликнул юноша, срываясь с места и со всех ног бросаясь в сторону ближайшего к нему быка.

- Да защитит тебя милость и добрая воля Богов, Нерей! Иди! Жертва и Судьба - обе и в нетерпении ждут тебя! - бросил ему вдогонку Атлант и быстрым шагом, хотя и без особого на то энтузиазма, направился к другим, уже давно заждавшимся начала представления, Царям.


Первый шаг, как известно, чаще всего предрекает падение, а первый блин - выходит комом.

Особенно, если ты не слишком опытный охотник, все и вся вокруг тебя утопает в коварном безмолвии и гнетущем сумраке ночи, в то время, как твое нервное напряжение уже давно достигло предела!

А посему, не было ничего странного в том, что 'первый', из попавшихся на глаза юноши, бык, оказался на поверку лишь хитросплетением света и тени и банальной игрой его, Нерея, распаленного воображения!

Этого оказалось вполне достаточным для того, что бы бравада юноши в одно мгновение сменилась горечью разочарования как в милости к нему Тюхе 30, так и в самом себе. Ну а если ко всему этому добавить еще и то, что рана на его груди невыносимо саднила, а вездесущий кустарник и подло притаившиеся в траве камни, вынуждали его спотыкаться на каждом шагу ... То, окажись сейчас на месте Нерей кто-либо другой, он, несомненно, впал бы в отчаяние и с позором отступил.

Но юный наследник Архонта 31 'кем-либо' не был! Хотя бы по факту рождения.

И ему не оставалось ничего иного, кроме как, стиснув зубы и восстановив дыхание, отправиться на поиски уже не 'тени', но реального быка.


Шаг в сторону. Пробежка. Снова шаг. Рекогносцировка.

И, о боги, подлый хруст валежника под правой ступней!

Стоп. Дальше так нельзя. Ведь, спешка никого еще к добру не привела!?

А значит ... Надо быть предельно осторожным!

И, теперь уже ползком, по направлению вон к той, застывшей под раскидистым кустом 'горе'?!

Еще полстадия и ... вот оно, столь долгожданное сопение-чавканье врага!

Нерей самодовольно улыбнулся.

Он был у цели. К тому же, его 'цель', без всякого сомнения, спала?

Себе на горе ...И как нельзя удачно для наследника царя!

Час триумфа пробил.

Нерей сгруппировался и приготовился к финальному прыжку.

Но, как известно, благодушие богов не может длиться бесконечно: бык неожиданно 'очнулся' и с громким храпом бросился навстречу нежданному врагу.

Нерей рванулся в сторону... Но, поздно!

Острый рог животного уже успел вонзиться в его правую ступню.

Чего-чего, а этого Нерей никак не ожидал!

А посему, белугой взревев от искреннего негодования и боли, юноша взмахнул лабрисом над головой быка, желая нанести удар противнику промеж его налитыми кровью глаз, и...

И только лишь добрая воля богов удержали Нерея от столь поспешно-рокового шага!

Вдобавок, он вдруг понял, почему Царь Атлант не позволил ему оставить хрустальный лабрис на пороге Святилища-Храма.

Ведь, это было еще одним испытанием для будущего Царя Атлантиды. Испытанием его воли и умения контролировать себя!

Нерей тряхнул головой и, скрепя сердце, отвел свою, с лабрисом руку, от головы священного быка.

Однако так легко сдаваться юноша совсем не собирался.

Бык, без всякого сомнения, тоже.

Более того, его очередной бросок вновь, как и в прошлый раз, не преминул застать врасплох Нерея. И юноше лишь чудом удалось избегнуть верного свидания с Аидом, потому как смертоносный рог его противника вонзился в дерево на расстоянии всего одной ладони от его плеча.

Но уже в следующее мгновение их роли поменялись: Нерей изловчился и схватил замешкавшееся животное за рога.

Бык дернулся назад.

Не тут-то было. Древесный ствол его не отпускал.

Нерей, в свою очередь, не желая упускать столь для него удачного момента, чуть отпрянул в сторону, и, сделав сальто в воздухе, в два счета оказался на спине врага.

Бык, никак не ожидав подобного развития событий, отчаянно взбрыкнул. Но сбросить 'седока' ему не удалось.

Бык ошалело замер. Судя по всему, готовясь предпринять еще одну попытку освободить свои рога.

Нерей не растерялся и со всего размаха ударил свою жертву по ушам.

Бык взревел от боли, забрызгал юношу кровавой слюной и обречено повалился вперед и на бок. Точнее, на две своих передних, неуклюже подкосившихся, ноги.

Это был ... финал?

Нерей не утерпел и, превозмогая боль в израненной ноге, соскочил на землю, оставив за своей спиной врага.

И зря ... Потому как бык, лишенный седока, вдруг пришел в себя. И даже более того: воспрянул духом, вслед за противником, пусть тяжело, но все-таки поднялся на ноги, и под ударами его копыт вновь задрожала только лишь богам принадлежавшая земля.

И тут уже настал черед Царям прийти на помощь новоявленному брату, благо ни один из свято почитаемых атлантами законов Посейдона этого не запрещал. И Нерей был искренне благодарен всемогущему богу за подобную милость. Потому как, в противном случае у него было бы мало шансов остаться в живых в новой схватке с обезумевшим от ярости и отчаяния врагом.

Но, опутанный густой и прочной паутиной царских арканов, не человек, а бык был вынужден покориться судьбе.

Вслед за чем 'победителя' со всех сторон обступили его братья-Цари, и сам Атлант протянул к нему свою правую руку и одобрительно похлопал Нерея по плечу.

- Ты вел себя как мужественный и храбрый воин, мой юный брат, - чуть заметно заикаясь от волнения, искренне подбодрил он Нерея. - Теперь ты один из нас! И ты честно заслужил право называться и быть Царем Атлантиды. Я приветствую тебя, Царь Евэмон!

- И это называется ... честно? Царь Евэмон? Но, щенок же ... проиграл! - неожиданно пророкотал над самым ухом юноши чей-то злобно-возмущенный рык. - К тому же - ранен! Его кровь осквернила священную землю богов! А посему, его душа просто обязана отправиться к Аиду вместе с жертвенным быком! А то и раньше!

- Извини меня, брат Амферей, - грубо осадил говорившего Царь Атлант. - Но у нас мало времени. Я не меньше тебя восхищен доблестью и самообладанием этого юноши, но на небе должен вот-вот появиться серп Эндимиона 32... Пора приносить жертву, иначе гнева нашего Владыки-Посейдона нам уже не избежать? Или, у тебя есть возражения?

- Да, да, конечно, я погорячился! - 'покорно' стушевался тот, которого Атлант назвал Амфереем. - Хладнокровие и отвага этого юноши беспримерны! И он вполне достоин стать одним из нас.

Не останавливаясь на достигнутом, Царь Амферей вслед за Атлантом "восторженно" сверкнул глазами и протянул свои "отеческие" объятия новоиспеченному "собрату".

Но юноша уже был ко всему безучастен: его, лишенный свежей крови, разум помутился и трусливым гадом юркнул в бездну-пустоту...

Нерей, как если бы он был мертвецки пьяным, закачался, рухнул на колени и грудой безвольной плоти составил компанию быку.


***

- Презренный ... Да проклянет Дикэ твой род и вскормленное подлой ложью и лицемерием племя! - на первый взгляд могло показаться, что сия гневно-обличительная тирада Царя Амферея была адресована им себе самому.

Меж тем, густая крона оливы, в листьях и ветках которой Амферей нашел убежище от немых укоров в глазах Атланта и других Царей, отбрасывала на землю не одну, а сразу две тени. Первая, длинная и размашистая, как и положено ночному спутнику бездушного древа, подчинялась лишь воле Борея и покрывалом из лохмотьев мрака стелилась по земле.

Вторая же, короткая и подозрительно ровная по краям, то и дело меняла свое место сосредоточения и, без всякого сомнения, принадлежала, если не живому человеку, то, по крайней мере, с ним схожему по конституции и внешним формам существу.

- Я сделал все, что мог, неблагодарный Царь! - с нескрываемым возмущением в голосе, фыркнула в ответ Амферею эта самая, "вторая", тень-непоседа. - И ты знаешь не хуже меня. Равно как и то, что всякий смертный, даже такой могущественный, как я, лишь предполагает ... Все остальное - во власти Лахесис, Атропос, Клото и славящейся своим беспримерным непостоянством Тюхе...

- Другими словами, ты снова обманул меня! - сдавленно прорычал Царь Амферей, обрывая своего незримого собеседника на полуслове. - Ты же самолично клялся мне, что подсунешь наследнику Евэмона самого свирепого быка. И что ... щенок всего лишь ранен, в то время как его противник мертв!

- Может быть, это даже и к лучшему, Царь!

- Ты надо мной издеваешься, гнусное исчадие Деймоса 33 и Апаты 34? Как может, сей триумф врага быть нам на пользу?

- А кто сказал, что это Триумф? Равно и то, что игра окончена, и мы с тобой ее проиграли? Совсем напротив: все только-только начинается... И столь неоднозначный финал ритуального танца новоиспеченного Царя Атлантиды тому подтверждение. Потому как, это еще один, дополнительный, козырь в нашей борьбе с самодержавием Атланта. Неужели, ты этого не понимаешь, брат мой? Да, юный Евэмон сумел обуздать быка, но при этом сам был ранен, и его кровь осквернила землю богов. А это значит, что его право на трон не так уж бесспорно. И при первом же удобном случае мы ему об этом напомним. С другой стороны, если бы это щенок ненароком погиб, то ...Не забывай, что у него есть наследник, в тайну местонахождении которого посвящены только Верховный Жрец и Предводитель Лучников Судьбы. А они, насколько тебе известно, всегда были и будут на стороне Атланта. Так что, не будем раньше времени посыпать свои головы пеплом и полностью доверимся нашей судьбе. Короче говоря, раз Посейдон пока решил сохранить жизнь юному Евэмону, что ж, мы подождем. Глядишь, все само собой образуется, и нам с тобой не придется пачкать руки в царской крови.

- Подождем? Тебе легко говорить, Тень! - мрачно насупившись, проскрежетал зубами Царь Амферей. - Ведь ты волей Посейдона Неподсудный и отвечаешь только за себя ... А как прикажешь быть другим? Тем, кто в заговоре с нами, а? Ждать, пока у "волчонка" прорежутся зубки, и его амбиции вырастут до небес? Спасибо, уже проходили с Атлантом! Тот тоже, на первых порах, вроде бы не особо нам досаждал. Но стоило только ему почувствовать всю свою силу и власть, как тут же взял нас Гадиром за глотки: приказав старику разрушить все его пирамиды, а мне - распустить секретные легионы из вольноотпущенников и рабов. А ведь все уже было готово к восстанию. И нам оставалось самая малость: дождаться прибытия в Кадис провизорского 35 флота карфагенян и без лишнего шума взять его в оборот...

- Ну да, ну да... - насмешливо передразнила Амферея темнота. - Всего-то делов: подчинить своей воле карфагенян ... Не смеши, брат мой! Даже ребенок знает, что потомственные мореплаватели - карфагеняне весьма своенравный и гордый народ. И за всю многотысячелетнюю историю Атлантиды еще никому и никогда не удавалось ни силой, ни хитростью, не говоря уже про банальный подкуп вождей, отобрать у них флот и добиться от них должной покорности и уважения к Власти. Ведь они даже к своему архонту - твоему кровному брату Мнесею - относятся не более чем к "идолу", который вроде бы и царствует над их землями, но при этом ими не правит. Ну и как, если не секрет, ты собирался найти общий язык с этими самовлюбленными дикарями?

- Очень просто, Тень! - надменно оскалился Царь Амферей. - Да, мне известно, что карфагеняне самый непокорный и несговорчивый из всех атлантских народов. Как и то, что они не только сами не имеют, но еще и априори не признают института рабов. Поэтому я даже и в мыслях не держал того, что бы играть с ними в кошки-мышки, и твердо был намерен пообещать им ни много, ни мало, но ... абсолютную независимость от Атлантиды и право на самоопределение государственной власти! Что скажешь, Неподсудный? Каково! Разве от подобного предложения мыслимо отказаться?

- О чем ты говоришь, брат мой? - дрогнула и растерянно запульсировала ему в ответ "Тень". - Ты хоть понимаешь, что это была бы катастрофа и конец всей истории Атлантиды. Как может один из сотен атлантских народов обособить себя от других? Ведь это первый шаг к всеобщей гражданской войне! Войне, в которой нет и не может быть ни победителей, ни побежденных. Войне, в которой брат, ничтожно сумняся, поднимет руку на брата, сын на отца, а раб - на Царя! Неужели, ты и вправду хочешь именно такого будущего для Атлантиды? Если "да", то ни мне, ни другим участником нашего Заговора против Атланта, боюсь, с тобой не по пути. Потому как мы, к тебе примкнувшие, мечтаем совсем о другом: о справедливом государстве, равноправии всех его граждан законом и едином Боге-"Отце"! И до самого последнего момента, как мне казалось, ты был одним из нас. Теперь же...

- Ты меня не правильно понял, брат мой! - мертвенно бледнея, скороговоркой выпалил Царь Амферей. - Ничего ровным счетом не изменилось. И в своих помыслах и чаяниях о будущем моего народа я такой же, как был. То есть, с вами. Что же касается карфагенян, то предложение им независимости - это всего лишь тактический ход. Не более того. Просто, мне до зарезу нужны их быстроходные галеры 36 и кособокие контриемы 37. А как только я их заполучу и с их помощью свергну с трона Атланта, так сразу же поставлю их наивных хозяев-карфагенян на место. И все, само собой, вернется на круги свои. Да, это не слишком благородно и честно по отношению к карфагенянам. Но, поверь мне, иного пути у нас просто нет: без собственного флота нам никогда не одержать победы над легионерами Атланта...

- Ладно, будем считать, что своим откровением ты вовремя рассеял кое-какие из моих подозрений, - сдержанно кивнула, тем самым желая пойти на мировую, "тень". - Как говорится: поживем- увидим. Но все же, брат мой, помни, я всегда был и буду у тебя за спиной. А посему, даже не думай о том, чтоб изменить нашему общему делу... Но мы заговорились, пора прощаться. Смею тебе напомнить, церемония возведения Царя Евэмона не престол еще не окончена. И тебе, как и мне, надлежит быть в другом месте и совсем в другой ипостаси... Свобода или Смерть!

- Свобода или Смерть, брат мой! - без особого на то энтузиазма выдавил из себя Царь Амферей вдогонку быстро преобразившейся в змееподобную дымку и прочь устремившейся от него "тени", прежде чем взять себя в руки и усилием воли вернуть на лицо каменную маску высокородной спеси и надменного равнодушия.

Что скрывать, каждая новая встреча Царя-заговорщика с Неподсудным или его столь же вездесущими послами, не проходила для его нервной системы бесследно. И уже стоила ему, как ему безошибочно подсказывала его интуиция, как минимум десяти лет так и не прожитой им в будущем жизни.


***

Никогда ранее, сколько он себя помнил, Нерей не задумывался о сущности Смерти.

А посему, вдруг и ни с того ни с сего ощутив на себе ее обжигающее дыхание, юноша запаниковал.

И было от чего!

Особенно, если учесть тот факт, что в эти мгновения 'безвечности' он ровным счетом ничего не чувствовал. Хотя, как ни странно, все понимал.

Все? Вот именно ...все!

И, прежде всего то, что это 'все' - теперь есть только лишь он сам. А именно, пугливая и на первый взгляд абсолютно беззащитная перед хаосом и пустотой сущность. Терзаемый противоречивыми страстями и разбегающимися в разные стороны мыслями сгусток сознания. То, что уже много раз было там, в реальном мире, человеком, животным, растением, камнем, молекулой, атомом и ... снова вернулось к своей исходной форме - одной единственной во всем мире частичке света?

Нерею стало не по себе. И он, по старой 'привычке', предпринял отчаянную попытку призвать себе на помощь все свои органы чувств. Дабы раз и навсегда разобраться в этой новой, окружающей его действительности...

Но, к его немалому изумлению, вокруг него не было НИКАКОЙ, МАЛО-МАЛЬСКИ ОСЯЗАЕМОЙ, ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ!

Только одна пустота?

Без света! Без цвета! Без звука! Без вкуса! Без запаха! И, главное, без ГРАНИЦ!

А еще, к тому же, и без времени...

Нерей ... хотя, если честно, он уже не был твердо уверен в том, кто или что он теперь такое, все же рискнул сосредоточиться и позволить своему сознанию расставить все точки над "i"!

И ... пространство вокруг него, бывшего - будущего Нерея, самым невероятным образом преобразилось, наполнилось красками, звуком, движением!

Но, самое главное, СМЫСЛОМ!

Нерей это понял сразу, как только новая светоформа его собственной ЖИЗНИ неожиданно озарилась фиолетово - голубым сиянием. После чего развернулась в целую плоскость и подобно тончайшему полотну материи заструилась сразу во всех из существующих природе направлений.

Еще через мгновение, а может, Нерей не был в этом уверен, через целую вечность, плоскость его собственной Жизни превратилась в шар. Затем - в тетраэдр, конус, куб, октаэдр и ... так, все время меняясь, устремилась к бесконечности.

Снова минула вечность. Прежде чем Нерей, наконец, понял, что окружающая Вселенная его собственной Жизни стабилизировалась. И перестала всецело зависеть от его собственных растерянности и страха.

Одновременно с этим из глубины его сознания, подобно вулканической лаве или фонтану гейзера, вырвались на свободу образы.

Простые и сложные. Яркие и не очень. Цельные, как гранитный монолит. И беспардонно рвущиеся на куски при первом же робком к ним прикосновении мыслей.

Это были не что иное, как его, Нерея, собственные ВОСПОМИНАНИЯ!

Как прошлые, так и будущие.

Но, что самое интересное, Нерей не просто заново-заведомо их все "переживал", но воедино складывал, делил и умножал... Как если бы сидел перед огромным зеркалом Жизни, имея при этом редкую возможность не только одновременно видеть перед собой все из его отражений, но еще и ... полноценно в них участвовать! Причем, как в роли самого себя, так и от имени всех остальных, оставивших неизгладимый след в его биографии, персонажей.

Что скрывать, вначале сия игра не то богов, не то его ума, Нерею даже понравилась. Но очень скоро он понял, что поторопился с выводами о своем безраздельном господстве над миром собственного "я"!

Да, одним лишь усилием воли, он мог заставить любого, с кем имел честь в одной из своих прошлых жизней встречаться, думать и поступать именно так, как этого ему хотелось ...

Но, точно так же, как ни один из смертных не способен помыкать Гипносом, самолично режиссируя Властелином Грез навеянные сны, Нерей, как оказалось, тоже был не в силах серьезно изменить реальный ход событий, не говоря уже о том, чтоб в корне повлиять на их конечный результат.

И это был, пожалуй, самый невероятным и необъяснимым парадоксом из всех тех, с которыми его самосознание когда-либо встречалось!

Парадокс, суть которого заключалась объективности субъективного, фатальности случайного или, того хуже, в презумпции неизменности собственных грез!

Логика и здравый смысл здесь были явно бессильны, и Нерею оставалось только лишь признать-принять сей факт как данность!

Между тем, погруженный в самого себя Нерей не сразу обратил внимание на то, что Вселенная его собственной Жизни снова пришла в движение. Причем на этот раз ее метаморфоза была чем-то из ряда вон выходящим и зловеще отдавала привкусом грядущей беды.

Нерей насторожился, но ...

Слишком поздно!

Властное прикосновение Мнемосины 38 обрушилось в его сознание лавиной леденящего огня, по ходу дела обращая в прах и пустоту самые сокровенные и личные из всех его ВОСПОМИНАНИЙ и кровожадно вгрызаясь клыками- сполохами в их оставшуюся часть.

Ровным счетом ничего не понимая в происходящем, Нерей похолодел от ужаса.

Еще мгновение - и в самом центре его нового, виртуально-субъективного мира, возникла огромная, иссиня-черная пропасть-дыра.

Она стремительно росла, ширилась, закручивалась в форме водоворота, пенилась лохмотьями образов и событий. И, шаг за шагом, превращала сознание Нерея в безраздельный хаос и мрачную пустоту.

Наконец, то естество, что считало себя пусть, благородным, но все же матерью рожденным человеком, мучительно затрепетало и в панике метнулось к последнему из оставшихся в его распоряжении фантомов света и ...

Родился новый Царь Священной Атлантиды Евэмон!

Родился, чтобы жить, править и служить Божественному Посейдону!

Родился и теперь растерянно оглядывался по сторонам.

И в этом не было ничего удивительного.

Потому что, что Нерею-Царю было от роду не больше минуты.

В то время как Нерей-Человек никогда прежде в этом святая Святых Атлантиды, не бывал.

Ведь Святилище Посейдона, а орихалковая колоннада, которую видел сейчас перед собой Нерей, без сомнения принадлежали именно ему, было запретным местом для всех без исключения атлантов.

Только Царям Атлантиды и могущественным жрецам Посейдона было дозволено переступать его порог. Да и то, лишь в определенные, четко обозначенные в Священных Письменах и на Скрижалях, дни.

Более того, это был наиболее важный и свято чтимый в Атлантиде закон. Нарушение которого влекло за собой верную и неминуемую смерть. Причем не только самого отступника, но и всей его семьи. И даже, разумеется - чисто символически, его достопочтенных предков.

Это было жестоко, бесчеловечно, и, наконец, по-варварски глупо ...

Но зато никто и никогда даже не пытался нарушить закон!

Хотя, возможно, очень даже зря ...

Ведь цель нередко и с лихвой оправдывает средства?

Нерей смог в этом убедиться сам, как только его глаза привыкли не только к сумраку, но и к огнистому блистанию орихалка 39.

'- О Боги! Какая неземная стать и красота!' - в исступлении восторга беззвучно выдавили из себя его уста

Еще бы!

Нерея окружала иссиня-черная, время от времени сочившаяся перламутрово-игристыми сполохами и чарующим переливами далеких зарниц БЕСКОНЕЧНОСТЬ абсолютно ему до этого неведомого пространства и естества ...

Но и это было еще не все.

В самом центре этой новой для Нерея Стихии легко и непринужденно парила в воздухе величественная, из чистого золота и еще какого-то бледно-желтого материала, громада статуи самого Посейдона.

Владыка морей был изображен стоящим в серебряной колеснице с впряженной в нее шестеркой крылатых коней и своей венценосной главой небрежно подпирал бескрайнее звездное небо, кое из себя представлял искусно инкрустированный златом, серебром и орихалком потолок его Чертогов - Храма.

Со всех сторон возницу окружали сказочные монстры, о которых юноша знал только то, что жрецы называли их дельфинами и всегда говорили о них с нескрываемым благоговением и страхом. В то время как самому Нерею они показались очень милыми и добродушными тварями, пусть даже и не похожими ни на одну из тех, что Нерей когда-либо в своей жизни встречал...

И вот теперь их, этих самых "дельфинов", вокруг растерянно озирающегося по сторонам Нерея было никак не меньше сотни. Вдобавок, каждый из них был оседлан прекрасной наездницей - нереидой 40, выполненной в натуральную величину из все того же, незнакомого Нерею, материала 41 и, казалось, задорно подмигивающим ему своими, из оникса и бирюзы, глазами.

При этом как первые, так и вторые выглядели совсем, как живые.

Нерею даже показалось, что он слышит шум прибоя, плеск рассекаемых телами волн и звонкую капель-симфонию девичьих голосов 42: всевидяще-чуткой защитницы моряков Панопеи 43, неуловимо-вездесущей как прибрежный песок Псаматы 44, застенчиво- игривой как горный ручей Аретузы 45, сердобольно-великодушной как ласковый утренний бриз Калипсо 46, непоколебимо-безмятежной как сама Вечность Галатеи 47 и самой заботливой из всех матерей Атлантиды Фетиды 48 ...

Разумеется, все это было лишь игрой его воображения, наповал сраженного чудодейственным талантом и мастерством "божественных" творцов.

А посему, спеша избавиться от наваждения, Нерей тряхнул головой и перевел свой взор на орихалком выложенные пол, столпы и стены Храма и ...снова приглушенно застонал от восхищения при виде искусно исполненных золотых и серебряных изваяний, что заполняли интерколюмнии 49 и эдикулы 50 в них.

Ближайшая к нему из статуй являла миру несравненную супругу Посейдона Амфитриту 51.

Нерей узнал ее сразу и без всяких колебаний: по завораживающему своей девственной чистотой и прямодушию лику, по черным жемчугом искрящимся очам, по розовым кораллом уст струящейся улыбке и изумрудным, бурным водопадом ниспадавшим с плеч на бедра, волосам... А еще по сомкнувшемуся вокруг Владычицы Морской кольцу из вечно-преданных ей слуг - никогда неунывающего пастуха дельфинов Палемона 52, воинственных Кентавротритонов 53 и змеехвостых Гиппокампов 54.

Рядом с матерью и по правую руку от Посейдона, как и подобает первенцу божественной четы, неистово трубил в свой, ветрами понукающий, рожок из раковин Тритон. Ему с почтенным раболепием внимали Евр, Борей, Зефир и Нот 55.

С противоположной стороны зала на них обоих не без ревности взирал сражающийся с Минотавров и сжимающий в своих ладонях путеводную нить Ариадны Тесей 56, Ему, самому прославленному из всех героев, составляли компанию волшебные кони Арейон 57 и Пегас 58, добродушно-щедрый Алоей 59 и верный сподвижник самого Аполлона и основатель древнего Оракула Парнас 6 0

Чуть поодаль - самозабвенно пировали другие внебрачные дети Морского Царя: могучий сын Геи Антей 61; жестокосердно-чуждые гостеприимству Царь египтян Бусинир 62 и предводитель бебриков Амик 63; вероломно пославший за Золотым Руном Ясона Пелий 64, безутешный отец Европы Агенор 65, отважный Царь фракийцев Евмолп 6 6 и сердобольный Эпопей 67.

Здесь же, в тени от легендарных царей и героев, коварно притаились Циклоп-людоед Полифем 68, угрюмый великан Хрисаор 6 9 и злые демоны Тельхины 70.

А вот своего божественного тезку - старца Нерея, чья статуя возвышалась особняком от всех остальных, юноша долго и пристально рассматривал, прежде чем, наконец, уловить знакомые ему по фрескам и речам жрецов черты: пронизывающий Вечность взгляд, высокое, светящееся мудростью, чело и копну сплетенных воедино в бороду зеленых водорослей и седых волос.

Ну а для того, что бы распознать в трех следующих за мудрецом статуях ясновидящего Главка 71; многоликого Протея 72, вспыльчивого и неистового, как бурное море, Форкиса 73 и любвеобильного отца-титана Океана 74, юноше уже пришлось всецело положиться на свою фантазию: слишком не похожи были рыбьехвостые морские божества на то, как в принципе могли бы выглядеть пускай бессмертные, но все одно живые, существа.

Но, все же, Нерей отвел свой взгляд от их таинственных лико-фигур, дабы снова насладиться изваянием их Владыки.

Зрение Нерея полностью восстановилось, и теперь он уже мог рассмотреть Посейдона до мельчайших подробностей и светотеней.

Единоличный хозяин морских пучин и всего сущего под знойными лучами Сумрачного Солнца Атлантиды выглядел величественно и неприступно.

В то время, как взоры всех других статуй и нереид были прикованы к его грандиозной фигуре и, казалось, искренне его молили о милости и доброй воле.

Но Посейдон, как будто, их не замечал.

Гордо и надменно правил он своей колесницей. Суров и грозен был его взгляд. Страшная кара грозила любому, кто смел покуситься на его власть и величие. Или, даже, просто дерзнул приблизиться к им охраняемой Стеле.

Той самой Стеле, что испокон веков служила для атлантов Алтарем.

И помимо Священных Письмен, имела на своей поверхности еще одну, не менее судьбоносную для всех атлантов, надпись.

Если верить легенде, эта надпись была сделана самим Посейдоном. И несла в себе не то совет, не то жестокое проклятие тому, кто сможет вдруг ее прочесть и тем самым навсегда изменит будущее Атлантиды.


Меж тем, цари Атлантиды, окончательно убедившись в том, что юноша пришел в себя, с готовностью помогли ему подняться на ноги и подвели к уже взгроможденной на мраморный Алтарь и бьющейся в предсмертных судорогах туше быка.

Движимый скорее инстинктами, чем здравым рассудком, Нерей собрал всю свою силу и волю в кулак, властным жестом отстранил от себя провожатых и одним резким взмахом левой, с крепко сжатым в ней ритуальным лабрисом, руки навсегда прекратил мучения божественной жертвы. После чего резво отскочил в сторону и предусмотрительно укрылся за стелой, дабы кровь священного животного никоим образом не сумела попасть на него самого.

Сделал он это как нельзя вовремя, потому как уже в следующее мгновение в самый центр орихалковой стелы с силой ударил фонтан дымящейся бычьей крови и сотней юрких змеенышей-ручейков заскользил по ее выщербленным временем Письменам и замысловато закрученным граням. А как только эти ручейки достигли подножия стелы, Цари-архонты поспешно расступились и пропустили к ней и замершему без движений юноше Царя Атланта. Тот, не особо церемонясь, протянул к Нерею свою длань и открытой ладонью провел по его сотрясаемой от лихорадочного биения сердца и нервной дрожи груди.

- О, великий и могущественный Владыка-Покровитель Атлантиды Посейдон! Благодарю тебя за то, что ты великодушно принял нашу жертву! - торжественно провозгласил Атлант, резко одергивая свою руку и демонстрируя всем собравшимся в Храме багряные разводы не бычьей, но человеческой, крови на ней. - Отныне и вовеки веков пред тобой новый царь Атлантиды. Он бесстрашно прошел через все испытания, не уронив при этом своего достоинства и чести. Так пусть же он станет Равным среди Великих и великим среди равных. Будь славен, благородный Царь Евэмон!

С этими словами Царь всех атлантов сделал шаг назад и, продолжая ритуал, отсек кусочек бычьего хвоста и сразу же предал его священному огню. Каждый из царей незамедлительно последовал его примеру, с трепетом в душе передовая из рук в руки хрустальный лабрис и бросая в горн Гелиоса клочья жертвенного мяса.

Наконец, когда лабрис вернулся к замершему в ожидании Атланту, Царь поднял руки вверх, давая всем понять, что Посейдон доволен принесенной ему жертвой. После чего нагнулся к основанию стелы и бережно взял в руки чашу с выдержанным сотню лет вином.

Цари Атлантиды, с готовностью обступили стелу с разных сторон и принялись тщательно соскабливать с ее Письмен налипшие на них остатки бычьей крови и с нескрываемым усердием мешать их высохшую плоть с вином.

Они трудились в поте лица, пока поверхность стелы вновь не засияла в первозданном виде, и стало возможным прочесть Священные Письмена от самого начала до конца.

Бросив в чашу последний сгусток крови, Царь Атлант зачерпнул из нее хрустальной фиалой 75 немного вина и, совершив положенное Посейдоном возлияние в огонь, продолжил церемонию:

- Великий и Всемогущий Владыка Атлантиды, Посейдон!

-...Владыка Атлантиды, Посейдон! - хором подхватили братья-Цари.

-...Повелитель Вечности, Прошлого, Настоящего и Будущего Атлантиды! - не унимался Царь Атлант, чуть пригубив вина и без промедления протягивая фиалу своему кровно-родовому 7 6 брату.

-...Прошлого, Настоящего и Будущего Атлантиды, - покорно вторили ему архонты.

- Дозволь нам принести тебе на Алтаре Царственную клятву, - тяжело опускаясь на левое колено, торжественно провозгласил Атлант: - Мы, Правители Атлантиды: Царь-император Атлант...

- Царь-Нибелунг 77 Евмел 78! - с готовностью подхватил Властелин Гадиритов 79, вслед за Атлантом совершая возлияние и крепко сжимая в зубах кончик своей роскошной, и вместе с тем извечно непокорной, гото-галльской косы.

- Царь- Пep-'o 80 Амферей 81... - после минутного замешательства присоединился к своим товарищам выбритый по обычаю своего народа до зеркального блеска, властелин Кемета 82, Ливии 83 и Бесплодных Сахарских Пустынь.

- Царь-Ваал 84 Карфагена, Лемурии и Гесперид 85 Мнесей 86!...Царь-Лугаль 87 Месопотамии, Суккальмах Вавилона и Патеси Шумера Автохтон 88!... Царь-Конунг Гипербореев 89 Еласипп 90!... Царь-Раджа Ариев 91 Мнестор 92!... Пернатый Змей Кецалькоатль 93 и Царь-тлатоани 94 Астлана Азаэс 95!...Великий Инка и Царь Страны Эльдорадо Диапреп 96! - перебивая друг друга, затараторили другие архонты, передавая фиалу с вином из рук в руки и с особым тщанием соблюдая ритуал.

- Царь-самодержец Евэмон 97! - последним из царей громко выкрикнул свое имя новоиспеченный Правитель Тиррении 98, с подобающим его новому сану и родовому имени, котрое в переводе с древнеатлантского означало - 'Пылкий', достоинством принимая от Диапрепа фиалу и спеша встать в общий, коленопреклоненный строй.

- Мы клянемся за себя самих, за весь свой род и своих потомков в том, что будем свято и неотступно следовать Священным Письменам! Творить свой суд! Карать любого, кто в чем- то преступил закон. И сами никогда его не нарушим ... А если кто- либо из нас, здесь собравшихся, дерзнет нарушить эту клятву, то пусть на голову отступника падет твое проклятие, а в его вонзится твой справедливый трезубец, Владыка Атлантиды Посейдон!

Терпеливо дождавшись, когда архонты один за другим повторят сурово-лаконичные слова Царственной клятвы, Царь Атлант взял из рук Нерея фиалу и выплеснул из нее на орихалковую стелу остатки вина. Затем уверенно приподнялся с колен и одним ловким движением натянул на свое тело иссиня-черную столлу 99.

Архонты встрепенулись и дружно принялись по примеру Атланта рядиться в традиционные костюмы им подчиненных племен.

Быстрее всех управился, как и следовало ожидать Еласипп: весь его гардероб состоял из легкой туники, лаврового венка и "крылатых", как у Гермеса, сандалии. А вот Азаэсу пришлось здорово попотеть, потому как его расфуфыренный, из драгоценных перьев птицы Кецаль, наряд скорее походил на праздничный шатер, чем на человеческую и годную для повседневного ношения одежду. То же самое касалось и его кровного брата Диапрепа: громаде "доспехов" которого из чистого золота и драгоценных камней вправе был посочувствовать даже самый тяжеловооруженный атлантский воин. В свою очередь, Евмел и Амферей сумели-таки обойтись "малой" кровью: первый достаточно расторопно натянул на свое сухощавое тело из дубленой кожи рубаху и закутался в волчью шкуру, второй - не стал утруждать себя надеванием красно-белой 1 0 0 "короны" и золотой маски фараона, а просто взял их в руки. Автохтон и Мнесей - поступили столь же находчиво и не замысловато: "лугаль" бережно разгладил свою покладистую колышек-бороду и водрузил на голову парчовый, золотыми нитями и лепестками бирюзы, как жилами, пронизанный, тюрбан, "карфагенянин" вообще ограничился тем, что подпоясал свою, из сирийской шерсти и окрашенную легендарным финикийским пурпуром 101 юбку холщовым кушаком. Немногим дольше провозились: Местор - со своим кимоно и Евэмон - с пурпурной, вышитой серебром, хламидой и леопардовым плащом.

В итоге по прошествии чуть более четверти часа внешний вид архонтов в корне преобразился: из толпы одетых в одинаковые набедренные повязки "человеческих" братьев в полноценный Сенат из надменных и непохожих друг на друга повелителей целых народов. После чего каждый из Царей торопливо направился в сторону одного из светильников, пылающих по периметру храма, почтительно взял его в руки и без тени сожаления швырнул на мраморный пол.

Святилище погрузилось во мрак.

Только лишь один жертвенный огонь тщетно пытался выбиться из еле-еле тлевшей жаровни.

Цари Атлантиды молча образовали перед стелой полукруг, готовясь к долгому и чрезвычайно важному для каждого из них суду-разговору.

Первым дерзнул нарушить застывшее безмолвие и тишину Мнесей.

- Братья мои, Правители Священной Атлантиды, - заговорил он заметно встревоженным тоном. - Мы собрались сегодня здесь, в ночь перед священным Пентахроном, прежде всего, для того, чтобы принять в наш союз нового Архонта Священной Атлантиды. И уже вместе с ним обсудить и решить все волнующие нас и наши государства проблемы. Но, все же, я хотел бы начать наш Совет и справедливый суд с досадного...

Легкий мелодичный перезвон вдруг оборвал Царя-Ваала Карфагена, Лемурии и Гесперид на полуслове.

"Правители" Атлантиды встревожено переглянулись: "Что бы это могло быть?"

Каждый из них поспешно сдернул с пояса свое оружие и обернулся в сторону таинственного звука.

- Кто, здесь, - грозно выкрикнул в темноту Царь Атлант. - Если ты смертный, то знай: дни твои сочтены. Ты умрешь неминуемо и в страшных муках. Если ты Бог, ты обрекаешь себя на гнев Посейдона. Если ты...

Как бы в ответ ему, что-то большое, черное, лишь отдаленно напоминавшее человеческую фигуру, вдруг вспучилось из мрака и быстро расползающееся тенью двинулось по направлению к Царям...


(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)


********ПРИМЕЧАНИЯ*******************************************************


1 "СЕДЬМАЯ ГРАНЬ" (прим.авт) - Практически все эзотерические философы (Генон, Блаватская, Э. Леви), когда-либо писавшие о числе 7 указывают на его связь с процессом проявления. Об этом же говорит Мэнли Холл: "... Число 3 (дух, ум, душа) снисходит в 4 (мир), и результатом является сумма 7, или мистическая природа человека, состоящая из тройного духовного тела и четырехсоставной материальной формы. Они символизированы в кубе, который имеет шесть граней и таинственную седьмую точку внутри. Шесть граней - это направления: север: запад, юг, восток, верх, низ, или же земля, воздух, огонь, вода, дух и материя. В середине всего стоит 1, которая представляет фигуру стоящего человека, от центра которого в кубе расходятся шесть пирамид.

Отсюда происходит великая оккультная аксиома: "Центр есть отец всех направлений, измерений и расстояний"..." (из статьи "Священная наука чисел", С.Ю. Ключников, http://www.autsider.ru/lib/index.php , (с) М.: Беловодье, 1996. - 192 с)

2 Арес (миф.) - бог Войны у античных греков (у римлян - Марс), олицетворение свирепой воинственности, источник гибели, разрушения и кровопролитий. Сын громовержца Зевса и Геры. Не будь Арес его сыном, Зевс давно изверг бы его в мрачный Тартар, туда, где томятся титаны. Сердце свирепого Ареса радуют только жестокие битвы. Неистовый, носится он среди грохота оружия, криков и стонов сражающихся, в сверкающем вооружении, с громадным щитом.

3 Гера (миф.) - жена и старшая сестра Зевса (у римлян - Юнона). Покровительница браков, супружеской любви и родов. Мифы наделяют Геру жестокостью, хитростью, ревностью - она коварно преследует своих соперниц, питает ненависть к героям - детям Зевса (у римлян - Юпитера) от смертных женщин. Повелевает она, как и муж ее Зевс, громами и молниями, по слову ее покрывают темные дождевые тучи небо, мановением руки подымает она грозные бури. Самая могущественная из богинь, все живое склоняется перед ней, великой Царицей Олимпа.

4 Зевс (миф.) - верховный бог. Бог неба, грома и молнии, верховный блюститель справедливости, покровитель молящих и странников. Сын титана Кроноса и Реи. Низвергнув в Тартар своего отца Кроноса, стал владыкой богов и людей. Атрибутами Зевса были эгида (щит), скипетр, иногда орел; местопребыванием считался Олимп (Зевс-Олимпиец). Брат Аида, Деметры и Посейдона. Зевсу соответствует римский Юпитер.

5 Посейдон (миф.) - верховное морское божество у античных греков- эллинов и римлян (Нептун). Брат Громовержца Зевса и Повелитель морских пучин и океанов. Глубоко в пучине моря стоит чудесный дворец великого колебателя земли Посейдона. Властвует над морями Посейдон, и волны моря послушны малейшему движению его руки, вооруженной грозным трезубцем. Там, в глубине моря, живет с Посейдоном и его прекрасная супруга Амфитрита, дочь морского вещего старца Нерея, которую похитил великий властитель морской глубины Посейдон у ее отца. Он увидал однажды, как водила она хоровод со своими сестрами-нереидами на берегу острова Наксоса. Пленился бог моря прекрасной Амфитритой и хотел увезти ее на своей колеснице. Но Амфитрита укрылась у титана Атласа, который держит на своих могучих плечах небесный свод. Долго не мог Посейдон найти прекрасную дочь Нерея. Наконец открыл ему ее убежище дельфин; за эту услугу Посейдон поместил дельфина в число небесных созвездий. Посейдон похитил у Атласа прекрасную дочь Нерея и женился на ней.

6Стадий (ист.) - античная мера длины и расстояния - около 1 9 3м,. 1 Плетр = 1/ 6 стадия или около 3 2 метров. История определения точного значения стадия в международной системе единиц (СИ) связано с тем, что в программе Олимпийских игр Древней Эллады был бег на стадию. Установлено, что греческая стадия (или стадий) это длина стадиона в Олимпии - 1 9 2, 2 7 м. Эта мера была введена в Вавилоне, а затем перешла к грекам. За стадий принимали расстояние, которое человек проходит спокойным шагом за промежуток времени от появления первого луча солнца, при его восходе, до момента, когда солнечный диск целиком окажется над горизонтом. Это время приблизительно равно двум минутам.

7 Акрополь (арх.-ист.) - греч. akropolis, возвышенная и укрепленная часть древнегреческого (античного) города, так называемый - Верхний город; крепость (убежище на случай войны).

8 Пелагсикон (ист.)- Согласно античным историкам (например, Гелланику, жившему в V веке до н.э.), пеласгами называли догреческое население Греции и Эгеиды, в том числе и острова Крит (Минойская культура). 'Отец истории', Геродот, сообщает, что Эллада именовалась ранее Пеласгией, т.е. страной пеласгов. И что пеласги говорили на варварском (т.е. негреческом) наречии и что греки позаимствовали у пеласгов даже некоторых богов. Этруски в свою очередь считались ответвлением эгейских пеласгов. Таким образом, под пеласгами можно понимать как предков этрусков (тирренов), так и этрусков- колонистов, заселивших Средиземноморское побережье в доэллинские времена. Пелагсикон- средиземноморские колонии этрусков- пеласгов (тирренов). Однако в контексте данного романа, под Пелагсиконом понимаются уже колонии атлантов и вообще все известные им территории, за исключением собственно острова Атлантида.

9 Гемера - (греч. день), богиня - олицетворение радостного светлого дня, дочь Эреба и Никты, сестра Эфира, спутница Гелиоса. У римлян - Диес.

10 Никта (Нюкс, Нюкта) - (греч. ночь), богиня - олицетворение ночи, которую почитает сам Зевс. У Гесиода - дочь первозданного Хаоса и сестра Эреба - вечного мрака. По более поздним мифам, дочь титана Палланта и сестра Селены. Родила от Эреба Гемеру-День, светлый Эфир, Танатоса-Смерть, Кер, Гипноса - бога Сна, Сенектуту-Старость, Печаль, Апату - богиню обмана и др., а также мать Эриды, Мойр, Немесиды, Мома, Харона, Эриний, божеств старости, зловония, любовного ослепления.. У орфиков Никта - первопричина мира. У греческих трагиков Никта летит на крыльях в колеснице, в черной одежде, усеянной звездами.

11 Лабрис (ист.)- 'двойная секира' - двухлезвийный топор - ритуальное оружие, использовавшееся в античности при отправлении культов некоторых из богов (в частности - культ Посейдона и культ священного быка на Крите).

12 Мойры (миф.)- богини судьбы у античных греков (у римлян- парки). Согласно преданиям даже судьба верховного божества Зевса находилась в их руках. И не было такой силы, которая могла бы изменить что-либо в том, что предназначено богам и смертным. Мойра Клото - прядет жизненную нить человека, определяя срок его жизни. Оборвется нить- и кончится жизнь. Мойра Лахесис вынимает, не глядя, жребий, который выпадает человеку в жизни. Никто не в силах изменить определенной мойрами судьбы, так как третья мойра, Антропос, все, что назначили в жизни человеку ее сестры, заносит в длинный свиток. А что занесено в свиток судьбы, то неизбежно!

13 Астрей - титан, олицетворение звездного неба. Эос - богиня утренней зари, выезжающая на двух бессмертных конях Лампе и Фаэтоне на небо и поливающая землю росой. Дочь титана Гипериона и титаниды Тейи. Сестра Гелиоса и Селены. От Титона (сына царя Трои Лаомедонта) родила героя Мемнона. От нее и Астрея родились звезды и боги ветров (Борей, Евр, Зефир и Нот). Ей соответствует римская Аврора. Ее возлюбленный Орион был убит стрелой Артемиды.

14 "Час Быка" (миф.) - "Ди Пхи Юй Чхоу - земля рождена в час быка (иначе - Демона, два часа ночи)" (Старый китайско-русский словарь епископа Иннокентия. Пекин, 1909). Цитируется по епиграфу к роману "Час Быка" Ивана Ефремова - Прим. авт.

15 День Пентахрона (Прим.авт.)- согласно диалогам Платона, 'все десять царей Атлантиды собирались раз в пять или шесть лет в храме Посейдона, чтобы совещаться об общих заботах, разбирать, не допустил ли кто-нибудь из них какого-либо нарушения, и творить суд.' Об этом, собственно и идет речь, так как пента (pente) по-гречески означает- пять, а хрон или хронос (chronos)- время или часть сложных слов, указывающих на их отношение ко времени. Таким образом, слово и понятие Пентахрон можно раскрыть как: 'происходящее раз в пять временных интервалов или лет'. Кроме того, Крон (Хрон) или Кронос (Хронос) у античных народов рассматривался как бог времени и покровитель Вечности.

16 Летного (миф.) - в воды реки Лета. См. 1 3. Прим.авт.

17 Подвиги Геракла (миф.) - Геракл (у римлян - Геркулес) - самый популярный античный герой, полубог, сын Зевса и смертной женщины Алкмены - прекрасной дочери правителя Микен царя Электриона и супруги еще одного героя Амфитриона. Геракл получил свое имя из-за преследований богини Геры, не пожелавшей простить измены своему мужу Зевсу (в переводе с древнегреческого - 'Геракл' - совершающий подвиги из-за гонений Геры'). Подвиги Геракла - согласно античному эпосу, для того, чтобы заслужить у богов уважение и Славу и стать равным им, каждый герой должен совершить не менее десяти героических поступков - подвигов. В Древней Греции - Элладе, Риме и, соответственно, Атлантиде (которая, по твердому убеждению автора, была прародительницей античных культур и всей праевропеской, в том числе и славянской, цивилизации) совершение подвигов в стиле легендарного героя Геракла служило своеобразным экзаменом наследникам царской власти и давало им право с достоинством и честью занять положенный им трон и пользоваться заслуженным уважением среди своих сограждан.

18 Конкиста (Прим.авт.)- в контексте данного романа, описывающего события, которые происходили за сотни веков до возникновения Испании (конкиста (conquista)- по-испански- завоевание) и алчных и кровожадных походов Эрнана Кортеса, Франсиско Писсаро, Себастьяна де Белалькасара, Эрнандо де Сото и других безжалостных завоевателей в Латинскую Америку, данный термин, однако, наиболее полно и всеобъемлюще отражает суть происходящих событий и особенно задачи, которые ставились Царями Атлантиды перед армией во время боевых походов против диких племен Пелагсикона. Другими словами, главный герой романа, как все остальные Цари Атлантиды, в юности принимал участие в жестоких и беспрецедентных набегах на враждебные Атлантиде племена и народы с целью их тотального уничтожения.

19 Варварские земли (Прим.авт.)- согласно Платону основное государство атлантов располагалось на огромном острове- материке. Однако, кроме этого острова атланты владели также большим количеством колоний, располагавшихся на других островах или даже на материках, где они тесно соседствовали с другими государствами, народы которых считались атлантами варварами, так как говорили на других, незнакомых в Атлантиде языках. Таким образом, под варварскими землями в контексте романа понимаются все территории и государства, не подвластные Атлантиде.

20 Служение Афродите (Прим.авт.)- то есть познание Любви в интересах продолжения рода.

21 Гражданский Ценз (Прим.авт.)- обязательное для каждого из знатных атлантов изучение Законов государства, права, традиций и гражданских ритуалов, дающих им право на посвящение в Гражданина Атлантиды, занятие политикой и полноправное участие в Экклесиях и Советах.

22 Знания Аполлона (Прим.авт.)- то есть искусство, литература, музыка.

23 Нерей (миф.)- архаическое морское божество у античных народов (эллинов). Жил в Эгейском море. Изображался в виде доброго старца с бородой из водорослей (но мог менять свой облик). Нерей - вещий морской старец, знающий все сокровенные тайны будущего. Нерею чужды ложь и обман; только правду открывает он богам и смертным. Мудры советы, которые дает вещий старец. Пятьдесят прекрасных дочерей у Нерея. Весело плещутся юные нереиды в волнах моря, сверкая среди них своей божественной красотой. Взявшись за руки, вереницей выплывают они из морской пучины и водят хоровод на берегу под ласковый плеск тихо набегающих на берег волн спокойного моря. Эхо прибрежных скал повторяет тогда звуки их нежного пения, подобного тихому рокоту моря. Нереиды покровительствуют мореходу и дают ему счастливое плавание.

24 Тога (ист.) - античная (древнеримская toga, этрусская) верхняя одежда длинный плащ без рукавов, обычно из белой шерсти.

25 Эринии, Минос, Радамант, Танат, Аид, Царство Аида (греч. миф.):

Аид (Гадес)- верховное божество у античных греков - эллинов и римлян. Безжалостный, неумолимый и мрачный брат Громовержца Зевса и Повелитель Царства душ умерших. Гадес был первым ребенком Кроноса (есть сведения - последним), был им первым проглочен и долгие годы томился во чреве отца. Это и сформировало болезненный характер бога. Мизантроп и теофоб, после своего спасения Зевсом, он выбрал под управление подземное царство Аид, куда направлялись души умерших, и обитал там безвылазно, окружив себя монстрами и чудовищами. В целях безопасности его настоящее имя смертные избегали произносить, пользуясь эвфемизмами вроде Аид или Плутос (хотя Плутос - это еще и отдельный бог богатства, вовсе не эквивалентный Гадесу; смешивать их стали позже - ошибочно!). (Слово "ад" происходит от имени "Гадес". Так же как и слово "гад". Ударение на "е": "ГадЕс".) Другие имена-заместители Гадеса: Полидект, Полидегмон, Гостепреимец, Аидоней, Пиларт (Запирающий ворота - Аида, имеется в виду).

Царство Аида располагается глубоко под землей. Никогда не проникают туда лучи яркого солнца. Бездонные пропасти ведут с поверхности земли в печальное Царство Аида. Там протекает священная река Стикс, водами которой клянутся сами боги (согласно преданиям, клятва водой Стикс - самая страшная и могущественная из всех клятв, даже боги не в состоянии нарушить этой клятвы, в противном случае они целый год могут пролежать бездыханными и на 9 лет изгоняются с Олимпа). Катят там свои волны Коцит и Ахеронт; души умерших оглашают стенаниями их мрачные берега. В подземном Царстве струятся и дающие забвения всего земного воды реки Лета (отсюда и выражение - 'кануло в Лету') По мрачным полям царства Аида, заросшим бледными цветами асфодела (дикого тюльпана), носятся бесплотные и невесомые тени умерших. Они сетуют на свою безрадостную жизнь без света и без желаний. Тихо раздаются их стоны, подобные шелесту увядших листьев, гонимых осенним ветром. Нет никому возврата из этого царства печали. Греки (эллины) представляли себе его отвратительным и страшным, а загробную жизнь - несчастьем. Недаром тень Ахилла, вызванная Одиссеем из подземного Царства, говорит, что лучше быть последним батраком на земле, чем Царем в царстве Аида.

Минос - первый из судей Царства мертвых. При жизни (до попадания в Аид) Минос был царем Крита, по преданию, первым на Крите законодателем, создателем могущественной морской державы. Сын Зевса и Европы. Супруг Пасифаи и отец Андрогея, Ариадны, Главка, Девкалиона и Федры. Также отец Катрея, ставшего царём Крита. Дед Идоменея. Минос отличался мудростью и справедливостью, за что после смерти был сделан судьей в царстве мертвых.

Радамант - второй из судей Царства мертвых. Сын Зевса и Европы, брат критского царя Миноса и Сарпедона. Супруг Алкмены. Когда Минос объединил Крит, он отправил Радаманта насаждать закон на других землях. Радамант занял многие из Кикладских островов, малонаселенных после титаномахии, заселил их критянами, ввел критские законы и назначил своих наместников. За его справедливость боги даровали ему после смерти вечное блаженство и право судить мертвых.

Эринии (евмениды) - неумолимые богини мщения. Грозные, с бичами и змеями, они преследуют всякого преступника, не дают ему ни минуты покоя и терзают его угрызениями совести. Нигде нельзя скрыться от них. Всюду и всегда находят они свою жертву. Им соответствуют римские фурии.

Танат (Танатос, Фанат) - бог - олицетворение естественной смерти, всегда с мечом в руках, в черном плаще и с черными крыльями. Могильным холодом веют эти крылья, когда прилетает Танат к ложу умирающего, чтобы срезать своим мечом прядь волос с его головы и исторгнуть душу. Сын Никты-Ночи и брат-близнец бога сна Гипноса.

26 Критский бык - волшебный бык. Этого быка царю Крита Миносу, сыну Европы, послал колебатель земли Посейдон; Минос должен был принести быка в жертву Посейдону. Но Миносу жалко приносить в жертву такого прекрасного быка - он оставил его в своем стаде, а в жертву Посейдону принес одного из своих быков. Посейдон разгневался на Миноса и наслал на вышедшего из моря быка бешенство. По всему острову носился бык и уничтожал все на своем пути. Великий герой Геракл поймал быка и укротил. Геракл поймал его и привел в Микены к царю Еврисфею (восьмой подвиг героя).

27 Рубикон (ист.) - река на Апеннинском полуострове: до 42 года до н.э. граница между Италией и римской провинцией Цезальпинская Галлия. В 49 году до н.э. Цезарь из Галлии перешел с войском Рубикон, тем самым нарушив закон, и начал гражданскую войну. Отсюда выражение ' перейти Рубикон', означающее принятие бесповоротного решения.

28 Рабдельческие колонии (прим.авт.) - специальные резервации, поставлявшие атлантам безропотных и верных рабов. Рабов воспитывали из числа детей покоренных атлантами народов. Их с малолетства приучали к тому, что весь смысл их жизни - лишь в служении господину. Вдобавок, атланты всех своих рабов стерилизовали и с рождения давали им имена по названию букв своего (близкого к древнегреческому) алфавита.

30 Тюхэ (миф.)(по-древнегречески - '"Случайность", "Жребий") - богиня счастливой Судьбы у античных народов (у римлян - Фортуна). Из Рога изобилия, рога божественной козы Амалфеи, молоком которой был вскормлен Зевс, сыплет она дары людям, и счастлив тот человек, который встретит на своем жизненном пути богиню счастья Тюхе. По другой версии - богиня, символизирующая быстротечность и изменчивость. В преданиях обычно противопоставлялась фаталистическим взглядам и связанным с ним богиням, предсказывающим и (или) контролирующим неизменяемую человеческую судьбу.

31 Архонт (ист.)- высшее должностное лицо в Древней Греции (archon) и в некоторых других античных государствах. В данном случае, учитывая государственное устройство Атлантиды, описанное Платоном, Верховным Правителем Атлантиды был Царь Атлант, девять других Царей, соответственно, архонтами.

32 Эндимион (миф.) - спутник мира Сумрачного Солнца - планеты Геи, аналог-антипод Луны (Селены) - прим. авт.. По древнегреческим легендам Эндимион - красавец пастух, в которого была влюблена Селена. По ее просьбе боги погрузили Эндимиона в вечный сон. Вот этот миф: Ночь сменяла уходящую на покой белолицую Гемеру (День), на радость природе, из-за горизонта выходила величественная колесница, которую влекли неторопливые быки. Ими управляла богиня Луна-Селена, в длинном одеянии цвета шафрана с лунным серпом на белом лбу. При появлении Селены море, охваченное беспокойством, с шумом катило волны на берег. И не было на земле смертного, не испытавшего с появлением Селены неясного томления и грусти.Тьма окутала все кругом. Вокруг колесницы богини Ночи толпятся звезды и льют на землю свой неверный, мерцающий свет - это юные сыновья богини Зари Эос и Астрея. Много их, они усеяли все ночное темное небо. Когда-то давным давно в Греции жил прекрасный юноша, по имени Эндимион. Он был сыном царя Карии (страна в Малой Азии, на побережье Средиземного моря) Эфлия и Калики, дочери бога-повелителя ветра Эола. Но однажды повстречал прекрасный Эндимион богиню Луны, Селену, дочь титанов Гиперриона и Тейи. Селена и Эндимион сильно полюбили друг друга. Каждый день Селена спускалась с неба к своему возлюбленному. Время шло... Богиня Луна знала, что когда-нибудь придет час разлуки и ее возлюбленный должен будет спуститься в царство Аида. Селена не могла представить себе жизни без Эндимиона. И обратилась она к Олимпу и к повелителю молнии Зевсу с просьбой подарить Эндимиону вечную молодость.Зевс не мог противиться мольбам богини Луны, но не мог он и нарушить установленный в мире порядок. Тогда решил он сохранить Эндимиону вечную молодость, погрузив его в вечную дремоту. И теперь каждую ночь Селена могла видеть своего возлюбленного, не страшась больше о будущем. Медленно едет по небу в своей колеснице, запряженной черными конями, богиня ночи Нюкта. Вот легкое зарево показалось на востоке. Разгорается оно все сильнее и сильнее. Это восходит на небо Селена. Круторогие быки медленно везут ее колесницу по небу. Спокойно, величественно едет она по небу в своей длинной белой одежде с серпом луны на головном уборе. Мирный серебристый свет струится от колесницы и озаряет спящую землю. Объехав небесный свод, богиня Луна спустится в глубокий грот горы Латма в Карии. Там лежит погруженный в дремоту Эндимион. И целую ночь она может проводить рядом со своим возлюбленным.

По другой версии, однажды, случайно бросив свои лучи под свод пещеры, увидела Селена прекрасного Эндимиона и, пораженная его умиротворяющей красотой, потеряла покой. С тех пор в часы, когда ее не видно из-за туч, богиня, остановив колесницу, спускалась в грот, нежно склонялась над спящим красавцем, целовала смежившиеся очи и произносила слова любви. Слышит их Эндимион, но, зачарованный Гипнозом, не в силах приподнять век и ответить на ласки. Поэтому всегда тоскует Селена, и ее тоска порождает среди всего живого такую же тоску и грусть. И печален свет ее, который льет она на землю ночью.

Есть и другой вариант легенды: богиня Луны Селена повстречала в горах Латмос в Малой Азии пастуха Эндимиона и полюбила его с первого взгляда. Узнав о том, что у неразлучных влюбленных родились 50 девочек(число недель греческого года), Зевс выдвинул пастуху ультиматум: "Либо ты останешься человеком и однажды умрешь, либо будешь жить вечно, словно во сне". Эндимион, по преданиям, избрал второе.

33 Деймос (миф.) - бог ужаса, сын (и вечный спутник) бога войны Ареса

34 Апата (миф.)- древнегреческая богиня обмана.

35 Провизорский (от лат. 'provisio' - предусмотрительность, забота и 'provisor'- заранее заботящийся о чем-то) флот - специальный океанский, морской и речной флот атлантов (аналог торгового), предназначенный для доставки продовольствия, изделий ремесленников, сырья, произведений искусства, строительных материалов и т.д. из колоний в метрополию и между столичными городами самих колоний. Дело в том, что в Атлантиде системы торговли как таковой не существовало. Ее заменяла жестко регулируемая государственными законами и вековыми традициями распределительная система натурального обмена материальными ценностями в соответствии с раз в пять лет согласовываемыми царями Атлантиды квотами поставок. При этом, каждое царство или колония, с одной стороны, было обязано поставлять в метрополию, другим царствам или колониям вполне определенное количество всего того, чем славилось и что создавали его ремесленники, выращивали крестьяне либо добывали рудокопы. С другой стороны, эта же колония или царство получала право на поставки в ее столицу также определенного - исходя из количества ее населения - предметов потребления или полуфабрикатов сырья, производимых другими колониями, царствами или даже самой метрополии. Свободная торговля, точнее, вообще, ее любая форма - были в Атлантиде категорически запрещены. - Прим. авт.

36 Галера (финик.) - гребные боевые корабли. Финикийцы были первыми, начавшими использовать рабов в качестве гребцов на судах. (источник - Всемирная История)

37 Контриема (ист.)- транспортный многопалубный корабль большой грузоподъемности.

38 Мнемосина (Мнемозина) - титанида, дочь Урана и Геи, богиня, олицетворявшая память, мать Муз, рожденных ею от Зевса (Евтерпа, Клио, Талия, Мельпомена, Терпсихора, Эрато, Полигимния, Урания, Каллиопа).

39 Орихалк (Прим.авт.) - легендарный металл, высокопочитаемый в Атлантиде и вызывающий много споров среди исследователей проблемы Атлантиды. Согласно Платону, орихалк, 'издававший огненный блеск', добывался в Атлантиде в самородном виде и не был сплавом других известных металлов. Однако, большинство современных исследователей придерживаются мнения, что орихалк все же был неизвестным науке наших дней сплавом меди. Одно из возможных предположений, состоит в том, что орихалком Платон и атланты называли латунь - сплав меди и цинка. Этот сплав мог получаться атлантами из очень редкого медноцинкового минерала аурихальцита, который содержал до 28 % окиси меди. Большая редкость аурихальцита делала получаемую из него латунь очень дорогим металлом. О чем, собственно, и говорит в своих диалогах Платон, утверждая, что атланты ценили Орихалк 'дешевле лишь золота'.К слову будет сказано, что атланты имели прекрасные представления о других металлах : золоте, серебре, меди, олове, железе. Так что проводить аналогию Орихалка с самородной и чистой медью, обладающей схожими свойствами, вряд ли имеет смысл.

40 Нереида (миф.) - одна из пятидесяти прекрасных дочерей мудрого морского старца Нерея. Весело плещутся юные нереиды в волнах моря, сверкая красотой. Взявшись за руки, вереницей выплывают они из морской пучины и водят хоровод на берегу под ласковый плеск тихо набегающих на берег волн спокойного моря. Эхо прибрежных скал повторяет звуки их нежного пения, подобного тихому рокоту моря. Нереиды покровительствуют мореходу и дают ему счастливое плавание.

41 Слоновой кости - Прим. авт.

42 Здесь и далее автором умышленно используются образы античных, как чисто мифических, так и имевших реальные исторические прототипы, божеств, царей и героев. При этом никакой "нестыковки" и "ляпов" (в русле того, что "живущие в другом мире атланты не могли знать чужую для них историю землян") нет. Потому как, по мнению автора, в обоих мирах-антиподах цивилизация развивалась хоть и независимыми, но все же схожими путями. Другими словами, в мире Сумрачного Солнца тоже были свои Египет, Колхида, Троя и т.д., но только в качестве протекторатов-провинций атлантов. А посему, все связанные с ними события (поход "Аргонавтов", подвиги Геракла, Троянская война) тоже имели место быть, но только ... роль эллинов в них играли атланты. - Прим. автора.

43 Панопея (Панопа) - (греч. "все видящая или помогающая всем") - нереида (дочь морского царя Нерея), морская богиня, которую моряки призывали во время шторма.

44 Псамата - нереида, богиня морского песка. Супруга морского божества Протея.

45 Аретуза (Аретуса) - нереида, нимфа источников с этим же именем в Элиде (Пелопоннес) и Сицилии. Спасаясь от преследований речного бога Алфея, богиня превратилась в источник, но ее преследователь стал рекою и его воды соединились с водами Аретузы.

46 Калипсо (миф.) - нереида, дочь Нерея и океаниды Дориды.

47 Галатея - одна из нереид, олицетворение спокойного моря.

48 Фетида -одна из нереид, впоследствии (на Земле) супруга древнегреческого героя Пелея и мать одного из самых известных героев Троянской войны Ахилла. Согласно легенде, зная о сулящем смерть ее сыну предсказании, Фетида всеми силами (вплоть до того, что втайне от других богов окунала маленького Ахилла в воды подземной реки Стикса, держа его при этом за пятку - откуда и пошло расхожее выражение об "ахиллесовой пяте") старалась сделать его бессмертным и неуязвимым, и тем самым уберечь от жестокой судьбы. Но несмотря на все ее чаяния, в самом конце Троянской войны Ахилл был все же убит богом Аполлоном коварным выстрелом из лука в ту самую, роковую, пятку.

49 ИНТЕРКОЛЮМНИЙ (от лат. Inter - между и columna - колонна) - пролет между рядом стоящими колоннами (промежуток между двумя колоннами) в классической ордерной архитектуре.

50 Эдикула (лат. aedicula) - в античной архитектуре ниша, обрамленная колоннами или пилястрами, опирающимися на подножие, и увенчанная фронтоном. В эдикулы ставились статуи богов в храмах, общественных зданиях, жилых домах. Эдикулами называются также небольшие эллинистические и древнеримские культовые здания.

51 Амфитрита (миф.) - в античной мифологии - морская богиня, прекрасная супруга Посейдона, дочь вещего морского старца Нерея, которую похитил Посейдон у ее отца. Он увидел однажды, как водила она хоровод со своими сестрами-нереидами на берегу острова Наксос. Пленился бог моря прекрасной Амфитритой и хотел увезти ее на своей колеснице. Но Амфитрита укрылась у титана Атласа, который держит на своих могучих плечах небесный свод. Долго не мог Посейдон найти прекрасную дочь Нерея. Наконец открыл ему ее убежище дельфин, за эту услугу Посейдон поместил дельфина в число небесных созвездий.

52 Палемон - морской бог, в которого превратился Меликерт, сын Ино и Афаманта. Пастух дельфинов в свите Посейдона. Почитался как покровитель моряков.

53 Кентавротритоны - морские кентавры - коне-люди, тело которых оканчивалось рыбьим хвостом.

54 Гиппокамп - морское существо в виде морского конька с ногами коня и телом, оканчивающимся змеиным хвостом. Морские божества в Др. Греции и Риме часто изображались на колесницах, запряженных гиппокампами

55 Эвр, Борей, Зефир и Нот (миф.) - название ветров, принятые у древних греков. Борей - бог бурного северного ветра. Изображался в виде сильного мужчины с бородой и длинными волосами, летящего на огромных крыльях. Евр - бог восточного ветра. Зефир - бог ласкового западного ветра. Нот (Нотос) - бог влажного южного ветра, приносивший с собой туманы и дожди. Именно этот ветер по приказу Зевса, решившего наказать людей, пригнал на землю темные дождевые тучи, и начался потоп, после которого выжили всего два человека (Девкалион и Пирра).

56 Тесей (Тезей) - легендарный афинский царь (ок. ХIII в. до н. э.). Сын Посейдона и Эфры, супруги царя Аттики Эгея, дочери Питфея, царя Трезен. Ему приписываются синойкизм (объединение нескольких поселений или городов в единый полис) Аттики, разделение граждан на евпатридов, геоморов и демиургов. Согласно греческим преданиям, Тесей совершил много подвигов (в т. ч. победил Прокруста, Минотавра, участвовал в войне с амазонками), очистив, подобно Гераклу, родную землю от чудовищ и разбойников. Участвовал в Калидонской охоте.

57 Арейон - божественный говорящий конь, сын Посейдона и Деметры. Деметра отправилась искать свою дочь Персефону, которую похитил Аид. Посейдон увидел Деметру и начал преследовать. Деметра решила спрятаться от него и, превратившись в кобылицу, укрылась в табуне лошадей. Но Посейдон, обратившись в жеребца, нашел ее там и соединился с ней. В назначенное время родился Арейон. Посейдон подарил этого прекрасного коня Гераклу. Позже его хозяином стал царь Аргоса и Сикиона Адраст. В походе Семерых против Фив Адраст единственный спасся от фиванцев, именно благодаря скорости Арейона. Греки почитали божественного коня и чеканили монеты с его изображением.

58 Пегас - крылатый конь, сын Посейдона и Горгоны Медузы, родившийся из туловища (или из крови) убитой Персеем горгоны Медузы вместе с великаном Хрисаором. Поскольку конь родился у истоков Океана, его назвали Пегасом (греч. "бурное тесение"). Летал с быстротой ветра. Благодаря Пегасу, Персей смог с воздуза поразить из лука Химеру (другие мифы приписывают этот подвиг Беллерофонту). Доставлял Зевсу на Олимп громы и молнии. Жил в горах, большее время проводя на Парнасе в Фокиде и Геликоне в Беотии. От удара копытом Пегаса на горе Геликон возник источник Гиппокрена, из которого черпали вдохновение поэты. Родившийся от смертоносного чудовища на краю света и вознесшийся на сверкающие вершины Олимпа, Пегас является символом связи всего живого.

59 Алоей - древнее божество, бог обмолоченного зерна. Считался сыном Посейдона. Супруг Ифимедеи, которая родила от него Отоса и Эфиальтеса (Алоидов). По однному из вариантов мифа, отец Эпопея, царя города Сикион.

60 Парнас - сын Посейдона и нимфы Клеодоры. Основатель древнего оракула Пифо, посвященному потом Аполлону. По его имена была названа гора Парнас.

61 Антей - великан, властитель Ливии, сын бога морей Посейдона и богини земли Геи. Вызывал на бой всех, кто появлялся в его владениях, и был непобедим, пока соприкасался с матерью-землей. Задушен Гераклом, оторвавшим его от земли.

62 Бусирис (Бусирид) - царь Египта, сын Посейдона (либо Египта) и Лисианассы. Когда его страну поразила засуха, длившаяся девять лет, прорицатель с острова Крит Фрасий предсказал, что засуха прекратится, если Бусирис будет ежегодно приносить в жертву Зевсу одного чужеземца. Царь так и сделал: первой жертвой стал сам прорицатель. На следующий год жертвой должен был стать Геракл, который попал в Египет по пути за молодильными яблоками в сад Гесперид, но тот смог разорвать путы и раскидать стражу, а потом убил царя и его сына.

63 Амик - сын Посейдона и нимфы Мелии, царь бебриков (воинственного народа, жившего на северо-западном побережье Малой Азии). Отличался чудовищной силой в кулачном бою. Каждого, кто прибывал в страну бебриков, заставлял сражаться с собой и таким образом убивал всех пришельцев. Когда к берегу причалил 'Арго', Амик вызвал на бой сильнейшего из аргонавтов. Вызов принял доблестный Полидевк. По одному варианту мифа, Полидевк одним ударом сразил Амика насмерть. По другому варианту, Полидевк только связал его и стал укорять его: по закону гостеприимства греки не имели права убивать людей, пришедших к ним с миром.

64 Пелий (Пелиас) - сын повелителя морей Посейдона и Тиро, брат-близнец Нелея, а также брат Амифаона, Ферета и Эсона (по матери). Свергнул своего брата Эсона (сына Тиро и Кретея) с царского трона в Иолке. Зная пророчество о возмездии за злодеяние, отправил своего племянника Ясона в Колхиду за золотым руном (поход аргонавтов). Наказание, однако, настигло Пелия: он был зарезан и сварен в котле своими дочерьми, желавшими по совету Медеи, жены Ясона, омолодить отца. Отец героя Акаста.

65 Агенор -царь Финикии, сын повелителя морей Посейдона и дочери Эпафа Ливии, брат царя Египта Бела. Отец Европы, Кадма и Феникса. После похищения Европы Зевсом отправил на ее поиски сыновей, запретив им возвращаться без сестры.

66 Евмолп (Эвмолп) - сын Посейдона и Хионы (дочери Борея). Хиона, родив сына, бросила его в море, опасаясь наказания отца. Посейдон спас Евмолпа и отдал на воспитание своей дочери. Возмужав, Евмолп отправился во Фракию, где стал царем. Во главе войска фракийцев принял участие в войне афинян с жителями Элевсина на стороне первых и был убит.

67 Эпопей - царь Сикиона. Сын Посейдона и Канаки (по другому варианту мифа, его отец - Алоэй), внук Гелиоса. Эпопей дал приют и убежище Антиопе, дочери Никтея, которая, ожидая рождения ребенка от Зевса и опасаясь гнева отца, бежала из дома. Эпопей полюбил Антиопу и взял ее в жены. Но счастье их длилось недолго. Никтей от горя погибает и завещает своему брату Лику отомстить за свой позор. Лик штурмом овладевает Сикионом, убивает Эпопея, а Антиопу обращает в рабство.

68 Полифем - циклоп. Сын Посейдона и нимфы Фоосы, впоследствии ослепленный хитроумным Одиссеем после того как легендарный Царь Итаки и его спутники едва не погибли (будучи съедеными заживо) в его пещере. У Феокрита Полифем - мирный пастух, над уродством которого смеются девушки, и который, тем не менее, безответно любит нимфу Галатею. У Овидия Полифем преследовал своей любовью Галатею, влюбленную в Акида. Из ревности Полифем убивает Акида.

69 Хрисаор - трехглавый великан, сын Посейдона, вместе с Пегасом родившийся из туловища (или из крови) убитой Персеем Горгоны Медузы.

70 Тельхины - обладавшие волшебной силой злые демоны, братья Роды. Дети Посейдона и Галии. Жили на о. Родос. Тельхины выковали для Кроноса серп, которым тот оскопил Урана. Считалось, что они губят посевы, поливая землю водою из р. Стикс, смешанной с серой. Тельхинов было девять, некоторые из них впоследствии вместе с Реей переселились на о. Крит, где стали называться куретами

71 Главк (миф.) - морское божество, сын Посейдона. Согласно мифу, был рыбаком из Анфедона в Беотии. Выпил колдовское зелье, после чего оказался в море и был превращен в бога. Покровитель рыбаков, моряков и ныряльщиков. Предсказывал изменение погоды и перемещение косяков рыбы. Изображался старцем с морским хвостом.

72 Протей (миф.) - морское божество у античных народов (эллинов), старец, меняющий, подобно морю, свой образ и превращающийся по желанию в различных животных и чудовищ. Он тоже вещий бог, нужно только уметь застигнуть его неожиданно, овладеть им и заставить его открыть тайну будущего.

73 Форкис (Форк, Форкий, Форкин) (миф.) - Морское божество, бог бурного моря, сын Понта и Геи, брат и супруг Кето, брат морского великана Тавманта, морского старца Нерея и Евребии, отец грай, горгон, Гесперид, Ладона. От союза Форкиса и Гекаты родилась Скилла. Кроме того, отец Полемоса, бога битвы, и Энио, одной из грай, богини неистовой войны. Отец нимфы Фоосы.

74 Титан Океан (миф.) - бог - титан, равный самому Зевсу по почету и Славе. Он живет далеко на границах мира, и не тревожат его сердца дела земли. Три тысячи сыновей - речных богов, и три тысячи дочерей - океанид, богинь ручьев и источников, у Океана. Сыновья и дочери Океана дают благоденствие и радость смертным своей вечнокатящейся живящей водой, они поят ею всю землю и все живое.

75 фиала (ист.)- древнегреческая металлическая, реже глиняная, чаша (греч. phiale) для пиров и возлияний богам. Украшалась, как правило, росписью или рельефами.

76 "Кровно-родовой" (брат) - намек на то, что согласно Платону все Цари Атлантиды вели свой род от пяти пар рожденных Посейдоном и смертной женщиной Клейто близнецов. Исходя из этого складывалась иерархия среди Царей: Первым всегда был прямой потомок Атлант, за ним следовал потомок его брата близнеца Гадира. Дальше (соответственно по парам и старшинству): Амферей-Евэмон, Мнесей-Автохтон, Эласипп-Местор, Азаэс -Диапреп. - Прим. авт.

77 Нибелунг- у кельтов - вождь обладателей чудесного золотого клада

78 Евмел (др.греч.) - "богатый стадами".

79 Гадир (Страна гадиритов) - атлантическом побережье Пиренейского полуострова - территория современной Испании. Столица, возможно, располагалась неподалеку от Гибралтара, то есть там, где находится нынешний Кадис. Соответственно, в контексте романа - Евмел был властелином Западной Европы.

80 Пep-'o (Фараон) - по египетски - "Большой дом" (т.е. дворец); само же имя Фараона считалось священным, и произносить его всуе возбранялось, так как фараон именовался сыном Ра (бога солнца)

81 Амферей (др.греч.) - - "круглый"

82 Кемет (Египет)- Самоназвание своей страны Египтянами. Дословно - "Черная Земля". Черной землей египтяне называли свою страну из-за характерного черного цвета плодородного ила, оставляемого рекой по-сле разлива. Окрестную пустыню египтяне называли красной землей, и считали ее местом обитания чудовищ и злых богов

83 Ливия (ист.)- древнегреческое название обитаемых территорий Северной Африки, прилегающих к Средиземному морю (за исключением Египта и страны Гесперид).

84 Ваал (финик.) - "владыка", самоназвание финикийских (Карфаген был колоние Финикии на северо-западном побережье Африки) правителей, действующее наравне с Мелькартом - "царем города".

85 Лемурия, и Геспериды (миф.) - легендарные государства Древнего Мира. Остатками Лемурии по мнению ряда современных исследователей является остров Мадагаскар, Геспериды иногда отождествляются с местностью в современном Марокко (недалеко от г.Танжер ) - " на краю света, там, где небо спускается к земле" (эллинская легенда об одиннадцатом подвиге Геракла и дарующих молодость золотых яблоках Гесперид) - возможно, осколком этой страны является одинокий холм 'Харф', на сотню метров возвышающимся над заливом, под которым согласно легендам когда-то находилась гробница гиганта Антея, задушенного в поединке Гераклом. Другой артефакт находится в городе Лараше, что к югу от Танжера. Здесь, как считают, и был сад Гесперид. Городской парк Лараша так и называется - Сад Гесперид. Гробница Антея, по свидетельству античного историка Плиния, имела около 1 6 метров в длину. Древние римляне так твердо верили в ее существование, что, взяв Танжер, один из полководцев великой империи приказал своим легионерам раскопать вершину Харфа, чтобы найти гробницу Антея. Говорят, что они действительно нашли множество останков.

В контексте романа под царствами Лемурии и Гесперид подразумеваются одноименные атлантские колонии в Пелагсиконе, располагающиеся к югу и к западу от Атлантиды Сумрачного Солнца.

86 Мнесей (др.греч.) - "мыслитель"

87 Лугаль, патеси, суккальмах (ист.) - Лугаль (шумер.) - ни от кого не зависящий глава шумерского города-государства. Патеси или энси (шумер.) - первоначально, возможно, жреческий титул, далее - правитель государства, признававшего над собой господство какого-нибудь другого политического центра. Суккальмах (шумер.) - дословно "великий посланник" - самоназвание верховного вождя (Царя Царей - "аддов" (шумер.) - "отцов") в Древнем Вавилоне.

88 Автохтон (др.греч.) - "рожденный землей"

89 Гипербореи (страна Гипербориев) (миф.) - пребывающий в вечном блаженстве народ, обитавший на Крайнем Севере, за пределами дуновений холодного северного ветра Борея. У них всегда царит весна, земля сама дает им два урожая в год, жители отличаются завидным долголетием и проводят жизнь как вечный праздник в веселье и радости, с песнями, плясками и музыкой, посвящая все свое время служению Аполлону (чьей особой любовью всегда пользовались Гипербореи), уходившего к ним на зиму из Дельф. Многочисленные мифы повествуют о прорицателях из Гипербореи - основателях храмов и оракулов Аполлона. В земле Гипербореев родилась богиня Латона (Лето) и жила там до переселения на Делос, где родила вечно-юную богиню-охотницу Артемиду и Аполлона.. В переносном смысле Гиперборея - страна севера, страна-легенда. Соответственно, в контексте романа - Еласипп был властелином Скандинавии и Британских (омываемых теплыми водами Гольфстрима) островов.

90 Еласипп (др.греч.) - "всадник" ("погоняющий коней")

91 Страна Ариев - в контексте романа - территории Индии и Китая - Прим. авт.

92 Мнестор (др.греч.) - "жених"

93 Кецалькоатль - (ацт.) - дословно - "Драгоценный или пернатый Змей" Верховное божество у древних ацтеков. По легенде в Х в. на берегах реки Пануко (Центральная Мексика) появились белые бородатые люди в длиннополых одеждах. Доброжелательно настроенные пришельцы были хорошо встречены местным населением. Они дошли до Тольяна, где и обосновались во главе со своим вождём Кетсалькоатлем. Это был высокий белый человек с широким лбом, большими глазами и длинными чёрными волосами. Он был умен, справедлив и вежлив. Кетсалькоатль научил людей обрабатывать металлы и землю, он убеждал, что необходимо принять новую религию, проповедовал любовь к ближнему, призывал к раскаянию и благим делам. Большая часть тольтеков (предков ацтеков) прониклась уважением к нему. Кетсалькоатль стал очень популярен и прожил в Тольяне несколько лет. Однако местное жречество увидело в нём опасного конкурента и сделало всё, чтобы избавиться от него. После того как был сожжён его дом и начались преследования, Кетсалькоатль направился на Юкатан, где стал известен под именем Кукулькана. Там он заложил основы культуры майа, а затем построил плот из змей и направился к Тлиланну-Тлапаллану ("земле мудрости") и исчез в море. При этом, он пообещал своему народу в скором будущем вернуться и даже указал "точное" время своего возвращения - в один из годов Первого Тростника. Совершенно случайно именно в одно из этих лет на земли Мексики ступила нога Эрнана Кортеса и его ошибочное отождествление (касиками индейцев) с Кецалькоатлем послужило одной из причин поражения исконных жителей Латинской Америки в Конкисте.

Между тем, в доиспанской истории Мексики действительно существовал вождь с именем - Кецалькоатль, который родился в 947 г. н.э и заложил (по другой версии - это сделал его отец Мишкоатль) основы тольтекской (до-ацтекской) культуры и государственности, после чего в 999 г.н.э был свергнут и изгнан из тогдашней столицы тольтеков - Тулы.

94 "Тлатоани" (ацт.) - вождь у древних атцеков, буквально - "оратор".

95 Азаэс (др.греч.) - "знойный"

96 Диапреп (др.греч.) - "великолепный, славный"

97 Евэмон (др.греч.) - "пылкий"

98 Тиррения (ист.) - античное наименование территорий современной Италии и далее на северо-восток. Другое название (неэллинское) - Этрурия, то есть родина легендарных этрусков, заслуженно называемых 'учителями учителей' Европы - древних римлян. Этруски (тиррены - по-гречески, расены - по этруски) подарили Римской Империи и будущей Европейской Цивилизации : собственно город Рим, музыкальные инструменты, ростр и якорь, медный таран для боевых судов, этрусские (ставшие впоследствии римскими и принесшими величайшую Славу Цезарям и Риму) копье, доспехи, щит, латинский алфавит (прообраз), театр, гладиаторские бои, устройство цирков и домов, горное дело, керамику и металлообработку, траволечение, мелиорацию, систему городских каналов (канализацию), и даже, капитолийскую волчицу. Другими словами, именно этруски стояли у истоков всей Европы и, по мнению большинства исследователей именно они были противниками атлантов в их захватнической войне, а не эллины, как утверждал Платон. К тому же, согласно результатам последних историографических и лингвистических изысканий есть все основания утверждать, что этруски (тиррены) были прямыми предками славянских племен и народов и ближайшими родственниками атлантов. Соответственно, в контексте романа - Мнесей был властелином Восточной Европы.

99 Столла (ист.)- просторная одежда античной (древнегреческой) знати и Царей.

100 Белая корона- Верхнего Египта, красная корона - Нижнего Египта (прим. авт.)

101 Пурпур - название "Финикии" происходило от слов "фенех" (егип.) и "фойникес" (по-гречески "красный", "смуглый"). Финикийцы первые стали из особого вида моллюсков добывать пурпурную краску и окрашивать ею шерстяные и льняные ткани.


Александр Алмистов, октябрь 2016 года