# Элли Саманта и Урфин Джюс

Даниил Юрьевич Алексеев

Элли Саманта перевоспитала Гингему, Бастинду, Людоеда и многих других. А как же Урфин Джюс? Можно ли было предотвратить войны?

Даниил Алексеев


Элли Саманта Смит

(сказка по мотивам реальных событий и книг А. М. Волкова)


Книга II. Элли Саманта и Урфин Джюс


ПРЕДИСЛОВИЕ


Год назад мы закончили публикацию повести 'Элли Саманта в Волшебной стране' - 1-й книги проекта 'Элли Саманта Смит' о девочке, объединившей в себе главную героиню первых трёх книг А. М. Волкова из цикла 'Изумрудный город' Элли Смит и реальную американскую девочку Саманту Смит, ставшую символом народной дипломатии и борьбы за мир. Элли Саманта обладала необыкновенным талантом - все, кто с ней общался, перевоспитывались, добрели и брались за ум. Во время своего первого путешествия в Волшебную страну Элли Саманта познакомилась с мрачным бывшим помощником уже перевоспитанной ей Гингемы. Его звали Урфин Джюс. Впоследствии девочка много раз задавала себе вопрос: 'Могла ли она его тогда перевоспитать и предотвратить развязанные им войны?'


ВСТУПЛЕНИЕ. Урфин Джюс выходит на сцену


Во время первого путешествия Элли Саманты в Волшебную страну она получила приглашение на свадьбу от перевоспитанной ей колдуньи Гингемы, которое принесла добрая знакомая девочки ворона Кагги-Карр. Элли с друзьями как раз ждали приёма у Гудвина, поскольку выполнили его поручение - перевоспитали колдунью Бастинду (родную сестру Гингемы), и теперь тот должен был исполнить их заветные желания. Но Гудвин не принимал их уже несколько дней. Поэтому Элли решила поздравить Гингему, а заодно и напомнить ей об обещании расколдовать Железного Дровосека.

Кагги-Карр, как и обещала, встретила Элли с неразлучным с ней Тотошкой у ворот и проводила к ближайшей роще, где уже заждалась колдунья.


- Здравствуй, внучка! Как я рада, что ты согласилась! - воскликнула Гингема.


- Здравствуй, бабушка! А ты не забыла, что обещала расколдовать Дровосека?


- Я обсуждала это с Виллиной и Стеллой. Но пока мы ничего не придумали. С сестрой Бастиндой мы поссорились, обвиняя друг друга в роковом гадании, испортившем нам всю жизнь, и давно не общались. Но теперь, когда ты её перевоспитала, мы с ней помирились, и я пригласила её на свою свадьбу. Там всё и обсудим, - пообещала Гингема.


- Ну тогда полетели! - согласилась Элли и подхватила на руки Тотошку.

Гингема посадила девочку перед собой на метлу и прошептала заклинание. Элли вновь почувствовала, как земля стремительно уходит из-под ног. Она стала уже привыкать к полётам. Но всё же внутри у неё что-то ёкнуло, когда метла совершила лихой вираж и помчалась на юго-запад. Вороне пришлось энергично заработать крыльями, чтобы не отстать.


По дороге Гингема рассказала, что постепенно обживается в замке своего новоявленного супруга Людоеда и перевезла туда охранявшую её пещеру удавиху Лашку. Несколько филинов сами перелетели в Замок Людоеда. Но среди них не было Гуамоколатокинта. Гуамоко обиделся, что Гингема отказалась есть пиявки, изменив им с овсянкой, и улетел к её бывшему помощнику Урфину Джюсу. Тот при правлении колдуньи занимался сбором дани с Жевунов в виде тех самых змей и пиявок. Филин надеялся, что уж Джюса он научит есть настоящую пищу злых волшебников.


С Урфином Элли не успела познакомиться, поскольку, когда она гостила у Гингемы, он как раз собирал дань в отдалённой части Голубой страны. После отставки своей повелительницы Джюс претендовал на пост правителя. Но Жевуны его не любили и единогласно выбрали своим главой уважаемого всеми крупного землевладельца Према Кокуса, который ещё при власти Гингемы возглавлял местное самоуправление. Урфин страшно обиделся и утверждал, что выборы были нечестными, а Кокус всех подкупил, устроив накануне выборов роскошный пир в честь освобождения от власти злой ведьмы. Элли сама участвовала в том весёлом празднике и помнила вкусное угощение с бесконечными танцами под музыку скрипок и флейт.


За разговором девочка не заметила, как они подлетели к стоявшему на холме мрачноватому замку с серыми стенами и красной черепицей. Впрочем, когда её тащил на съедение Людоед, ей было не до того, чтобы любоваться замками. А теперь он навевал совсем не радостные воспоминания. Гингема ловко приземлилась во дворе рядом с красивой голубой каретой.


- Я вижу Кокусы уже прибыли, - прокомментировала старушка.


Из кареты действительно вышли новый Правитель Голубой страны и его жена Фиола, с которыми девочка уже была хорошо знакома. Именно в их доме она провела свою первую ночь в волшебном мире. Потом столько всего произошло, что казалось, будто это уже было очень давно.


Высокий красивый старик и его супруга обменялись приветствиями с девочкой, Тотошкой, хозяйкой замка и подлетевшей Кагги-Карр. Кокусы поздравили Гингему и вышедшего встречать гостей Людоеда со свадьбой и подарили им семена и саженцы. Хозяева поблагодарили и показали гостям свои владения. Запущенный при Людоеде сад стал теперь гораздо ухоженней. Вокруг замка появились клумбы с цветами и огород, где росли картошка и разная зелень. Хозяева вместе с гостями тут же посадили в землю семена и рассаду и полили их водой из рва.


Прем Кокус, его жена и Гингема с Людоедом с большим интересом выслушали рассказ о необыкновенных приключениях Элли и её друзей. Кагги-Карр и Тотошка иногда вмешивались, чтобы напомнить о своей важной роли в событиях.


Вскоре к ним подключилась прилетевшая на своём зонтике Бастинда. Она рассказала, что её навещают созданные ей волки, вороны и пчёлы, а она лично слетала к Стелле и привезла целый мешок саженцев и семян мясных деревьев, чтобы кормить своих волков и те не нападали на других зверей. Бастинда подарила Гингеме ожерелье с бриллиантами и золотые серёжки, сделанные мастерами-Мигунами. Девочка была очень рада примирению сестёр-колдуний. Ведь они целыми веками враждовали, обвиняя друг друга в роковом гадании, испортившем им всю жизнь. Теперь же сёстры обнялись и расцеловались. Они поняли, что ближе родственников у них нет, да и страхи остались позади.


Стайками и по одному приходили лесные звери, принося с собой дары леса. Элли особенно была рада увидеть рыженькую белочку Векшу, благодаря которой друзья смогли спасти её от Людоеда, и буровато-серого с двумя тёмными полосками на белой морде барсучка Кешу. Все звери тоже были рады увидеть добрую девочку и её отважного и весёлого пёсика. Белочка принесла новобрачным мешочек орехов. А Кеша корзинку ароматных лесных ягод.


Последним пришёл высокий мрачный человек с сидевшим на плече филином. Элли догадалась, что это и есть Урфин с Гуамоко. Бывший помощник Гингемы хмурил сросшиеся брови и гордо задирал свой большой нос. Он демонстративно ходил в зелёной одежде. 'Неудивительно, что Жевуны предпочли Према Кокуса', - подумала Элли.


Гингема представила ей Урфина Джюса и его филина.


- Приятно познакомиться, - сказала вежливая девочка.


- Мне тоже, наслышан, - выдавил из себя Джюс.


Он сухо приветствовал остальных, а с Кокусами и вовсе отказался здороваться. Гуамоко вообще угрюмо молчал. С появлением бывшего помощника колдуньи в воздухе повисло какое-то напряжение.


Урфин поздравил Гингему и Людоеда и подарил им вырезанные из дерева куклы, изображавшие жениха и невесту. Они были сделаны очень искусно, но больше напоминали колдунью и лесного разбойника до их исправления. Уж больно злыми вышли их лица.


- Неужели я такая страшная? - спросила помрачневшая Гингема.


- Вы прекрасны, госпожа, просто у меня такой стиль, - заверил её Джюс. - После отречения от тёмной магии вы стали намного добрее и симпатичнее.


Услышав комплимент, Гингема расцвела.


- И поскольку вам теперь не нужна колдовская книга, прошу отдать её мне, - продолжил Джюс.


Улыбка мигом исчезла с лица старушки. Все сразу поняли, зачем он на самом деле явился.


- Незачем она тебе! Ни к чему хорошему это не приведёт! Чувствую, её вообще нужно сжечь, чтоб никого не искушала! - отрезала Гингема.


- Пр...р...равильно! - вмешалась Кагги-Карр.


Хозяева пригласили всех к столу, но пир получился не слишком весёлым. Настроение у всех было испорчено.


Урфин настойчиво пытался переубедить свою бывшую госпожу, умоляя отдать ему волшебную книгу. Кокусы сидели с печальными лицами и вскоре засобирались домой. За ними разбежались и разлетелись лесные звери и птицы.


- Пора и тебе домой, Элли, - сказала Гингема, проводив гостей. И девочка не стала возражать.


Бастинда тоже отправилась восвояси, лишь Людоед и Урфин остались продолжить беседу за чаркой вина.


Вскоре Элли с Тотошкой уже были у ворот Изумрудного города. Там кроме Фараманта их ожидали Страшила, Дровосек, Лев, Дин Гиор и Флита. Друзья очень переживали за свою подругу и её пёсика.


- Надеюсь с вами не случилось ничего плохого? - спросил с волнением Железный Дровосек.


- Всё хорошо! - успокоила их девочка. - Я повидала многих старых друзей и познакомилась с Урфином Джусом.


Элли не знала, что в отсутствии Гингемы Урфин напоил Людоеда и похитил колдовскую книгу, что привело к началу цепочки событий, благодаря которым девочка из Канзаса вернётся в Волшебную страну.


ЧАСТЬ 1. НА ПОМОЩЬ К ДРУЗЬЯМ


## Глава 1. ВОЗВРАЩЕНИЕ ЧАРЛИ БЛЕКА


Прошло около года с тех пор, как Элли вернулась в Канзас из Волшебной страны, отрезанной от мира цепью огромных гор и Великой пустыней. В Канзасе всё оставалось по-прежнему: и обширная степь кругом, и пшеничные поля, и пыльные дороги, пересекавшие равнину. Только не стало домика-фургона, в котором ураган унёс Элли и Тотошку в страну Гудвина. Вместо фургона фермер Джон построил обычный домик. В нём теперь и жила семья Смит - сам Джон, его жена Анна и дочка Элли Саманта.

Однажды летним вечером к ферме Джона подошёл усталый путник с рюкзаком за плечами. Был он средних лет, широкоплеч и крепок, с длинными мускулистыми руками, а вместо левой ноги у него была прикреплена к колену деревяшка, оставляющая в дорожной пыли круглые следы. Шёл он походкой моряка, раскачиваясь на ходу, точно ступая по зыбкой палубе. Смелые, широко расставленные серые глаза на загорелом обветренном лице смотрели так, будто вглядывались в даль океана.

Тотошка со своим неразлучным другом Гектором с лаем набросились на незнакомца, соревнуясь, кто храбрее и сможет первым укусить его деревянную ногу. Став друзьями, они продолжали соперничать за благосклонность их общей собачьей симпатии.

На звонкий лай обернулась Анна, кормившая кур. Она бросилась к путнику и обняла его, заливаясь слезами.

- Братец Чарли! - всхлипывала Анна. - Ты вернулся, ты жив!

- Конечно жив, коли вернулся, - хладнокровно согласился Чарли Блек, обнимая сестру.

- Но ведь твой капитан написал нам пять лет назад, что ты попал в плен к людоедам на острове Куру-Кусу!

Элли, стоявшая на крылечке, вздрогнула от страха, она-то ведь знала, что такое людоеды. Но мама никогда не рассказывала ей про то, что дядя Чарли, попал на людоедский остров.

Вероятно, её тогда посчитали маленькой.

- Элли, - сказала Анна. - Поздоровайся с дядей Чарли!

Элли шагнула вперёд и смело протянула руку.

- Как ты выросла! Ты уже совсем большая! - воскликнул Чарли, пожимая ручку племянницы, а затем приподнял девочку и поцеловал.

- Ты помнишь меня, племяшка? - спросил он. - Хотя вряд ли, тебе было всего четыре года, когда я навещал вас в последний раз. А Тотошки тогда ещё и вовсе не было. Но мама, наверное, рассказывала тебе про меня?

Десятилетняя Элли Саманта с улыбкой взглянула на мать, не зная, как ответить на этот вопрос дядюшки.

- Знаешь, братец, когда к нам пришло письмо о тебе, Элли было всего пять лет. Мы с мужем решили не пугать девочку и ничего ей не сказали про людоедов. Но Элли хорошо тебя помнит и очень горевала, когда ты не вернулся. Она даже написала письма президенту США и английской королеве с просьбой тебя найти. Поиски не увенчались успехом, но Элли всегда верила, что ты живой.

Чарли снова с ещё большим уважением пожал руку племянницы.

- А ты у нас, оказывается, смелая и решительная! Ну, что ж, в конце концов, ты оказалась права: я жив! Ну а теперь, Элли, я думаю, что мы снова станем друзьями!

- О, да, дядя Чарли! - восхищённо ответила Элли Саманта. - Но как же тебя не съели людоеды? Ты их перевоспитал?

- Что ж, девочка, можно сказать и так, - рассмеялся Чарли. - Победить людоедов я не мог, их были тысячи, а я один. Но знаешь, они оказались славными ребятами, эти людоеды. Когда я доказал, что живой принесу больше пользы, чем изжаренный на костре, обитатели Куру-Кусу охотно оставили меня в живых.

- Ты умеешь разговаривать по-людоедски? - удивилась Элли.

- Ну, милая моя, - улыбнулся Чарли. - Было бы желание, а договориться всегда можно. Меня приняли в племя Куру-Кусу, а я научил островитян пяти новым способам готовить рыбу и нашёл на острове девять новых сортов съедобных растений... Когда я прожил у них четыре года, островитяне дали мне лодку, нагрузили её припасами и бочонками с водой и вывели далеко в море, призывая на мою голову благословения всех богов. А богов у них не мало, и, видно, поэтому, после сорока двух дней плавания я встретил корабль... и вот я у вас, а кстати, сюда скачет Джон!

Фермер Джон, узнавший от соседей, что на ферму прошёл незнакомый путник, примчался с поля верхом на лошади и очень обрадовался, узнав в госте своего шурина Чарли Блека.

Мужчины сердечно поприветствовали друг друга.

- А я к тебе по делу, брат Джон! - заявил Чарли, когда кончились рукопожатия.

- Просто в гости не мог приехать? - упрекнул моряка фермер.

- Да знаешь, у такого всесветного бродяги, как я, везде найдутся дела! - оправдался Чарли. - Есть у меня мечта - купить судёнышко и навестить моих друзей на Куру-Кусу. Мне всего-то не хватает тысчонки монет...

Джон давно знал, что Чарли любит затевать неожиданные предприятия, и предложение не удивило его.

- Ладно, - сказал он. - Поговорим о деле завтра, а теперь пошли ужинать.

Хозяева и гость сели за стол. Расспросы о приключениях Чарли продолжались далеко за полночь, когда усталая Элли уже давно спала крепким сном.

- А я вижу, вы разбогатели, - заметил Чарли, когда хозяйка стала готовить ему постель. - У вас новый домик, а раньше вы жили в фургоне, снятом с колёс и поставленном наземь.

И только тут родители Элли, увлечённые беседой с гостем, вспомнили, что их девочка пережила ещё более удивительные приключения. Но когда Анна начала рассказ о том, как ураган небывалой силы подхватил фургон с Элли и Тотошкой и унёс по воздуху, моряк ударил кулаком по столу.

- Стоп! Отдать якоря! - воскликнул он. - Не обижайся, сестра, но мне интересно узнать чудесную историю из первых рук, от племянницы. И хоть меня гложет нетерпение, я всё-таки хочу, чтобы Элли сама отрапортовала мне о своих приключениях.


## Глава 2. ПЕРВОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ ЭЛЛИ В ВОЛШЕБНУЮ СТРАНУ


Утром одноногий моряк и Элли уселись на крылечке, и девочка стала рассказывать о своём путешествии в Край Чудес.

- Ох, дядя Чарли, - заговорила Элли, - как мы с Тотошкой перепугались, когда ураган закружил домик и понёс высоко-высоко над землёй. Но я вспомнила, как ты рассказывал об ужасном шторме и о том, что никогда нельзя терять присутствия духа. Это помогло мне преодолеть страх. Но я тогда ещё не знала, что ураган был не простой, а волшебный.

- Как волшебный? - изумился моряк Чарли.

- Ну, самый обыкновенный волшебный ураган, который посылают злые феи, - пояснила Элли.

- Чем же ты провинилась перед колдуньей, что она наслала на тебя целый ураган? Ведь это так же нелепо, как стрелять из пушки по воробьям!

- Да нет, дядя Чарли, ты не понимаешь, - терпеливо возразила Элли. - Гингема до того запугала себя, что хотела истребить весь человеческий род, но ей помешала это сделать добрая фея Виллина...

Девочка поведала своему удивлённому слушателю, как их домик занесло в Волшебную страну, как она перевоспитала Гингему, а потом и Людоеда, а в итоге эти двое нашли друг друга и стали вегетарианцами.

- Молодец, племяшка! Я смотрю дипломатические таланты у нас семейное! - восхитился Чарли Блек.

Элли Саманта продолжила рассказ о том, как нашла в Волшебной стране трёх верных друзей.

Первым другом оказался забавный соломенный человек Страшила. Он сидел на колу посреди пшеничного поля и пугал птиц. От посланницы доброй феи Стеллы, вороны Кагги-Карр, Страшила узнал, что ему недостаёт мозгов, чтобы стать таким же, как все люди. Элли сняла Страшилу с кола, и он отправился вместе с ней в Изумрудный город - просить у Гудвина мозги.

Вторым другом стал Дровосек, весь сделанный из железа. Элли спасла его от гибели, когда он одиноко стоял, заржавевший, в дремучем лесу. Железный Дровосек мечтал получить любящее сердце и думал, что Гудвин может ему в этом помочь. Он присоединился к Элли, Тотошке и Страшиле, и они все вместе продолжили путь.

Потом им встретился лев, большой трус от природы. Ему очень нужна была смелость, чтобы стать царём зверей не только по названию, но и на самом деле. Подружившись с Элли, Железным Дровосеком и Страшилой, Лев вступил в их компанию и тоже пошёл к Гудвину за смелостью.

Друзья вместе преодолели овраги, при помощи вороны Кагги-Карр и воробьёв Чика и Чирика перевоспитали саблезубых тигров. Элли учила Льва преодолевать страх, Страшилу рассуждать логически, а Дровосека верить в любовь. Благодаря педагогическому таланту девочки Страшила научился ходить, правильно говорить и читать. Его любимой книгой стал захваченный с собой девочкой энциклопедический словарь. Льва Элли научила плавать, что очень помогло при переправах через Большую реку.

На восьмой день пути Элли и её спутники достигли Изумрудного города. Вместе они преодолели множество преград и стали настоящими друзьями. Страшила, стремящийся получить мозги, доказал свою сообразительность. Железный Дровосек, мечтавший о сердце, показал себя чувствительным и добрым. А желающий избавиться от трусости Лев доказал, что может преодолевать страх. Сама Элли приобрела репутацию феи, общаясь с которой все перевоспитывались, добрели и брались за ум.

В первый день в Изумрудном городе путники познакомились со Стражем Ворот Фарамантом, который надел на всех зелёные очки; рассеянным Длиннобородым Солдатом Дином Гиором и его племянницей красивой девушкой Флитой, взявшей на себя заботу о гостях. Фарамант, Дин Гиор и Флита вскоре стали их надёжными друзьями.

Гудвин поставил Элли и её спутникам условие. Их желания будут исполнены, если они освободят Мигунов, жителей Фиолетовой страны, от власти злой волшебницы Бастинды.

Девочка вступила в переговоры с её ужасными слугами: свирепыми волками, воронами с железными клювами и пчёлами, чей укус был смертельным, и убедила их не нападать на свой маленький отряд. Элли Саманте удалось перевоспитать и саму Бастинду, оказавшуюся родной сестрой Гингемы.

Бастинда осталась жить в Фиолетовом дворце, став помощницей кухарки Фрегозы. Железного Дровосека Мигуны избрали своим правителем. Его заместителем стал председатель Совета Мастеров Лестар, женившийся на Фрегозе, назначенной Дровосеком Первой фрейлиной.

Элли и её друзья возвратились в Изумрудный город с победой, и хотя Гудвин оказался всего-навсего обманщиком, морочившим людям головы мнимыми чудесами, он всё же сумел исполнить желания Страшилы, Железного Дровосека и Льва. Точнее имитировал их выполнение и внушил трём друзьям, что теперь Страшила стал мудрым, Дровосек - добрым, а Лев - смелым. На самом деле они сами с помощью Элли развили в себе эти качества. А обретение подарков Гудвина стало своеобразной инициацией. Кроме того, Элли побывала на свадьбах Людоеда и Гингемы, а также Фараманта и Флиты, которые без неё бы не состоялись.

Гудвин, перед тем как улететь из Волшебной страны на воздушном шаре, оставил правителем Изумрудного города Страшилу, дав ему почётное прозвище Мудрый. И хотя мозги соломенного человека состояли из отрубей, смешанных с иголками и булавками, они хорошо служили своему владельцу.

Железному Дровосеку Гудвин вставил сердце, сшитое из лоскутков красной материи и набитое опилками. Это сердце стучало о железную грудную клетку Дровосека при каждом его шаге, и простодушный богатырь радовался как ребёнок. После того, как друзья проводили домой Элли и Тотошку, Летучие Обезьяны перенесли его в Фиолетовую страну к Мигунам, которые избрали его своим правителем после свержения Бастинды.

Лев, выпив большую порцию 'смелости' (это был шипучий напиток с примесью валерьянки), отправился в лес, в котором звери признали его царём.

А Элли с Тотошкой вернулись на родину, в канзасскую степь. Туда их перенесли волшебные башмачки Гингемы, секрет которых раскрыла девочке повелительница Розовой страны Стелла, добрая фея, знавшая тайну вечной юности.

Когда Элли закончила свою необычную повесть на том, как серебряные башмачки (подарок Гингемы) перенесли её и Тотошку домой, в Канзас, поражённый моряк долго не мог опомниться.

- Ну, девчушка, клянусь всеми черепахами Куру-Кусу, твой вахтенный журнал заполнен необычайными вещами!

- А что такое вахтенный журнал?

- Это - книга, куда капитан ежедневно записывает всё, что случается на судне или вокруг него. И потопи меня первый же шторм, если я теперь буду верить этим скучным умникам, которые утверждают, будто на свете нет волшебников и чудес! - в восторге вскричал Чарли. - Я отдал бы десять лет жизни, чтобы побывать в этой чудесной стране!

Смелый моряк очень жалел о серебряных башмачках: ведь они могли открыть дорогу в Волшебную страну, где на вечнозелёных деревьях в любое время года растут плоды необычайного вида и вкуса, где разговаривают животные и птицы, где живут милые и смешные племена Жевунов, Мигунов и Болтунов, у которых самый рослый мужчина чуть-чуть повыше Элли.

Рассказ о Волшебной стране и связанные с нею воспоминания расстроили Элли. Она призналась дяде Чарли, что скучает по своим верным друзьям - Страшиле, Дровосеку и Смелому Льву, и ей грустно оттого, что она никогда-никогда с ними не увидится.


## Глава 3. СТРАННОЕ ПИСЬМО


Чарли и его маленькая племянница возобновили старую дружбу и стали неразлучны. Они по целым вечерам разговаривали, делились своими историями. Элли рассказывала ему всё новые подробности своего удивительного путешествия в Волшебную страну. Моряку Чарли тоже было о чём рассказать. Он плавал по морям с десятилетнего возраста, когда впервые ступил юнгой на палубу корабля. Но хотя Чарли повидал белых медведей в полярных льдах и носорогов в девственных лесах Куру-Кусу, он признался, что никогда даже не слыхал об ужасных саблезубых тиграх, от которых Элли спас только её необыкновенный талант, а также находчивость и преданность верных друзей. Чарли не знал и о том, что существуют на свете Летучие Обезьяны - могучие звери с сильными крыльями...

Дядя Чарли был на редкость интересный человек. Он был мастером на все руки, что очень нравилось совсем маленькой Элли Саманте. Но и сейчас Элли была в восторге от удивительно разнообразного содержания его карманов. Казалось, любой инструмент имел пристанище в карманах куртки Чарли и его широких шаровар. Огромный складной нож моряка мог выдвинуть из себя лезвия различной формы и назначения, шило, сверло, отвёртку, ножницы и ещё многое другое.

В нужное время из карманов дяди Чарли извлекались мотки тонкой и прочной бечёвки, шурупы и винты, стамески и долота, напильники, зубила... Порой Элли казалось, что дядя Чарли сам немножко волшебник, что он просто заставляет появиться в кармане ту вещь, которая ему нужна.

Под вечер, когда прекращалась домашняя суета, и Элли кончала готовить уроки, Чарли отправлялся с девочкой гулять по степи. Пыль, которую поднимали днём телеги, ложилась на землю, даль становилась прозрачной, солнце опускалось за горизонт, отбрасывая от пешеходов длинные тени. Элли и дядюшка Чарли в сопровождении Тотошки неторопливо шагали по мягкой мураве сбоку дороги и разговаривали.

И не раз девочка с грустью думала, что как только её отец даст дяде Чарли недостающие деньги на покупку судна, так моряк и умчится к новым приключениям на целые годы. Но у фермера Джона не было денег. Он мог бы продать браслет с алмазами, подаренный Элли Мигунами. Однако девочка так любила эту единственную память о стране Гудвина, что отец не решился бы огорчить Элли, отняв у неё это украшение.


И вот как-то во время одной из вечерних прогулок случилось странное событие, с которого началось новое удивительное приключение наших друзей.

Солнце село, но было ещё светло, когда девочка увидела большую растрёпанную ворону, которая, то взлетала с земли, то снова опускалась на неё, явно направляясь к Элли, резко и сердито каркая. Девочке даже показалось, что ворона очень похожа на её старую добрую знакомую Кагги-Карр. Но ведь этого не может быть! Откуда взяться министру Зелёной страны в Канзасе?

Следом за птицей гнался Джимми, рыжий и лохматый мальчишка с соседней фермы. Его семья только недавно переехала в Канзас, и доброе влияние Элли Саманты на него ещё не распространилось. Джимми на бегу швырял в ворону комьями земли, но не попадал.

Тотошка гневно залаял на Джимми, а ворона сделала последнее усилие, взлетела и бросилась в руки Элли. Девочка подхватила трепещущую от боли и страха птицу и сердито крикнула Джимми:

- Уходи, гадкий мальчишка!

- Отдай ворону! - захныкал Джимми. - Это моя добыча, видишь, как я ловко подшиб ей крыло!

- Уходи, если не хочешь получить как следует!

Джимми повернул домой, поддавая ногой камешки и бормоча себе под нос какие-то угрозы. Связываться с Элли в присутствии дяди Чарли и Тотошки он не решился.

- Бедненькая, - с сожалением сказала Элли, приглаживая взъерошенные перья птицы. - Тебе больно, да?

- Кагги-карр! - хрипло каркнула птица, но крик её был уже спокойнее.

- Неужели, это ты, Кагги-Карр? - пробормотала Элли.

- Кагги-Карр! - подтвердила ворона.

- Дядя Чарли это та самая ворона, про которую я тебе рассказывала! Она помогла выручить меня из плена у Людоеда и перевоспитать саблезубых тигров, а потом стала министром разведки, связи и информации в Изумрудной стране!

- Клянусь парусом! - пробормотал моряк. - Это просто удивительно!

- Конечно, я не отдам тебя этому скверному мальчишке, - продолжала Элли. - Я вылечу твоё крылышко, и ты опять будешь летать на свободе.

Ощупывая ворону, Элли почувствовала, что правая лапка птицы чем-то обёрнута. Оказалось, что вокруг ноги был обмотан древесный лист, привязанный ниткой. Элли проворно размотала нитку, развернула лист, и её охватило смутное и тревожное предчувствие.

- Дядя Чарли, на этом листе что-нибудь должно быть! - воскликнула девочка.

- Кагги-карр! - подтвердила ворона.

Моряк и Элли стали рассматривать лист и при угасающем свете зари увидели нацарапанный чем-то острым странный рисунок. На нём изображены были две головы: одна в широкополой остроконечной шляпе, круглая, с круглыми глазами, с четырёхугольным носом в виде заплатки, а другая - с длинным носом в шапке, похожей на воронку. Рисунок был сделан немногими штрихами, но очень выразительно.

При первом взгляде на эти головы Элли чуть не лишилась чувств от изумления.

- Дядя Чарли, - воскликнула она. - Да это же... это же... Страшила и Железный Дровосек!

Снова рассматривая лист, моряк и Элли обнаружили, что рисунок пересекали частые ровные линии, сходившиеся под прямым углом.

- Что бы это значило, дядя Чарли? - спросила девочка.

Опытный путешественник сразу догадался.

- Клянусь якорем! - воскликнул он. - Твои друзья за решёткой! С ними что-то стряслось, и они просят тебя о помощи!

- Кагги-карр, кагги-карр, - прокаркала ворона, и Чарли Блек готов был сейчас поклясться даже перед судом, что в переводе на человеческий язык это означало: - Да, да, да!

- Мачты и паруса! - взревел моряк. - Если бы эта ворона могла говорить по-нашему, она рассказала бы много интересного про этот рисунок!

Но птицы не разговаривают в Канзасе, и Элли очень нескоро узнала, что случилось со Страшилой и Железным Дровосеком, и как они попали в беду.


## Глава 4. НОВАЯ ВСТРЕЧА С ГУДВИНОМ


В эту ночь в доме фермера Джона почти не спали. Элли умоляла отца и мать отпустить её в Волшебную страну, чтобы выручить из беды своих верных друзей. Чарли Блек вызвался сопровождать её. Моряк твёрдо знал, что бросать своих нельзя. А ещё он страстно любил всякие опасности и приключения, а тут предстояло такое путешествие, по сравнению с которым поездка к островитянам Куру-Кусу была лёгкой прогулкой. Моряку очень хотелось увидеть своими глазами чудеса Волшебной страны: маленьких человечков Жевунов и Мигунов; соломенного Страшилу, получившего от Гудвина умные мозги из отрубей, булавок и иголок; Железного Дровосека с его шёлковым сердцем; говорящих зверей и птиц; растущие на деревьях сосиски и колбасу; город, украшенный изумрудами...

Уговорить фермера и его жену оказалось делом нелёгким - Джон и Анна ни за что не хотели расставаться с дочерью. Но, в конце концов, слёзы Элли и красноречие Чарли Блека победили.

После того, как родители Элли согласились отпустить её, сборы потребовали немного времени. Миссис Анна приготовила два рюкзака, большой для Чарли Блека и маленький, который так любила Элли, с множеством отделений и клапанов. После чего стала собирать дочь в дорогу.

Тем временем Чарли Блек и Элли съездили в соседний городок к Джеймсу Гудвину, который держал там бакалейную лавочку. Его хитрость и находчивость могли пригодиться в их опасном предприятии.

Бывший волшебник и циркач, а ныне простой бакалейщик, встретил Элли с большой радостью и очень любезно приветствовал моряка Чарли, когда узнал, что он приходится ей родным дядей.

Элли рассказала Гудвину об удивительном послании из Волшебной страны и показала ему рисунок.

Гудвин, растолстевший за время спокойного сидения в лавочке, долго и внимательно рассматривал рисунок, а потом с гордостью сказал:

- Уверен, что этот лист додумались послать умные мозги Страшилы. А кто ему их дал? Я! Сознайся, Элли, что я был не таким уж плохим волшебником.

- Да, да, конечно, - охотно согласилась Элли и спросила: - А вы отправитесь с нами в Волшебную страну выручать Железного Дровосека и Страшилу?

Вопрос застал Гудвина врасплох, и он надолго задумался. А потом решительно сказал:

- Нет, не поеду! Хватит с меня волшебников, волшебниц и всяких волшебных дел!

Чарли Блек шепнул племяннице:

- Бакалейщик не в счёт! От такого трусливого помощника мало будет пользы в нашем рискованном путешествии.

Элли кивнула в знак согласия.

Таким образом, состав спасательной экспедиции окончательно определился: Чарли Блек, Элли, верный пёсик Тотошка и к тому времени полностью поправившаяся благодаря заботам девочки ворона Кагги-Карр.


## Глава 5. ЧЕРЕЗ ПУСТЫНЮ


Ранним ясным утром моряк, его племянница, её собачка и ворона отправились на северо-восток, в том направлении, куда ураган унёс домик-фургон с Элли и Тотошкой больше года тому назад. Шли пешком, ночевали в поле, в палатке, которую Чарли сам сшил из непромокаемой шёлковой ткани. Палатка имела двойные стенки, её можно было надувать воздухом, и тогда она превращалась в плот. На этом плоту путешественники переплывали реки, встречавшиеся на пути.

И вот, после многих дней путешествия, стала ощутимой близость Великой пустыни. Знойное дыхание ветра опаляло загорелые лица путников. Колодцы и источники стали очень редкими, и моряк Чарли после каждой стоянки запасался водой. Начали попадаться песчаные дюны, поросшие редкой травой, в них прятались огромные ящерицы, высовывая из нор безобразные головы и длинные языки. Они были так страшны, что даже отважный Тотошка не осмеливался познакомиться с ними поближе. Дни были невыносимо жаркими, а ночи холодными.

Наконец путешественники вошли в последний лес, который рос на пути в Волшебную страну. Дальше, за лесом, начиналась Великая пустыня - необъятное море песка. Пытаться идти пешком по пустыне было бессмысленно.

Здесь, в лесу, Чарли Блек нашёл подходящие материалы для постройки сухопутного корабля. А инструментов он имел предостаточно.

Когда сухопутный корабль с длинной мачтой, с палубой, ограждённой невысокими бортами, на широких колёсах был готов, моряк и Элли выкатили его на опушку леса. Великая пустыня раскинулась перед ними без конца, без края, грозная и торжественная в своём безмолвии, чуть волнистая, и мелкие жёлтые песчинки с лёгким шорохом катились по ней, подгоняемые ветерком...

Моряк снял шапку.

- Она напоминает мне океан... - тихо сказал он.

Элли смотрела на Великую пустыню расширенными от страха глазами. Однажды девочка пересекла её в домике, летящем среди облаков, но тогда путешествие совершилось помимо её воли, большую часть его она проспала и проснулась уже в стране Жевунов. Как-то встретит её море песка теперь?

- Ну что же, пустыня, - весело воскликнул Чарли. - Я боролся с океаном, поборюсь и с тобой, тем более что вы схожи, как брат и сестра!

Оставалось ждать только попутного ветра. Попутный ветер был необходим, потому что деревянная тележка под парусом не могла лавировать так же свободно, как корабль в море. Чарли Блек поставил на открытом месте флюгер, и Элли, просыпаясь по утрам, первым долгом бежала к нему узнать направление ветра.

Терпение путешественников испытывалось недолго. Через три дня рано утром подул юго-западный ветер, быстро усиливающийся.

Всю поклажу, кроме вещей, необходимых для ночлега, Чарли Блек и Элли каждый вечер складывали на палубу своего корабля. Так было и теперь: бочонок, наполненный свежей водой из соседнего родника, уже стоял на месте, провизия и прочее тоже были погружены. Моряк натянул верёвку, и на мачте поднялся парус, сделанный всё из того же шёлкового полотнища.

- Дядя Чарли, это полотнище у тебя всёпревращальное! - в изумлении вскричала Элли, взбираясь на палубу.

- Как ты сказала?

- Всёпревращальное полотнище: ведь оно может превращаться во всё, что угодно.

- Очень хорошее слово, - сказал моряк. - Так и назовём его.

Ветер наполнил парус, и тележка мягко покатилась по песку с развевающимся флагом - клетчатым платочком Элли на мачте. Сухопутный корабль быстро нёсся в нужном направлении. Тучи мелкого песка кружились вокруг корабля. Но моряк Чарли предвидел это неудобство: он пошарил в одном из своих многочисленных карманов и достал оттуда очки для себя и для Элли. Стёкла очков были окружены плотными сетками, прилегавшими к лицу: это не позволяло песку залеплять глаза. Смотреть было хорошо, но разговаривать всё равно было нельзя - стоило открыть рот, как туда сразу врывалась пыль.

- А ты не разговаривай, - посоветовал Чарли девочке и всё своё внимание обратил на управление парусом.

Тележка стремительно мчалась по толстому слою песка, её широкие колёса не вязли в нём. Перекидывая парус вправо или влево, капитан сухопутного корабля слегка изменял курс и объезжал холмы и впадины.

У корабля не было лага, то есть прибора для измерения скорости, но моряк был достаточно опытен и определил, что они проходят десять-двенадцать миль в час.

Время перевалило за полдень, когда на горизонте блеснуло что-то похожее на серебристую гряду облаков. Но зоркий глаз Чарли не обманулся.

- Горы! - радостно воскликнул моряк. - Вижу горы!

Элли от восторга захлопала в ладоши.

С каждой минутой горы становились всё ближе, виднее, и уже можно было различить голые чёрные вершины и ослепительно сияющие снега на склонах.

- Ещё час-другой и мы будем у подножья хребта, - сказал Чарли. - Лишь бы только не утих ветер...

Но ветер не стихал, тележка неслась всё также быстро, и у моряка было весело на душе.

Однако скоро его стало одолевать беспокойство: сухопутный корабль почему-то начал сбиваться с курса, упорно уклоняясь на север.

Капитан не мог понять, в чём дело. Судя по компасу, ветер не изменился, рулевое управление действовало исправно, и всё-таки Чарли Блеку никак не удавалось выдерживать ранее взятое направление. Капитан озабоченно вглядывался вперёд.

Внезапно за песчаным холмом показался камень величиной с дом. Он лежал на пути корабля, и Чарли Блек налёг на руль, чтобы объехать каменную громадину.

Но что это? Корабль потерял управление и, как конь, закусивший удила, помчался прямо на препятствие. Капитан поворачивал руль, потом изо всей силы налёг на тормоз - всё напрасно. Чарли даже спустил парус, но тележка, словно взбесившаяся лошадь, неслась всё быстрее и быстрее. Катастрофа стала неминуемой.

Моряк едва успел крикнуть: 'Элли, держись за мачту!', как тр-рах! - корабль с треском ударился о скалу. Пассажиры и вещи, смешавшись в кучу, полетели вперёд.

Сила толчка оторвала Элли от мачты, девочка стукнулась о палубу лбом и набила себе шишку. Чарли Блек упал на спину, но, к счастью, удачно. Тотошка визжал, придавленный бочонком. Но, вытащив пёсика, Элли убедилась, что он цел и невредим. Ворона не пострадала, защищённая прочной клеткой, она только громко каркала.

Поднявшись на ноги, Чарли осмотрелся. Судно стояло, накренившись на один бок, как настоящий корабль, потерпевший кораблекрушение. Свесившись через борт, капитан убедился, что передняя ось тележки разлетелась пополам.

- Эх я, старая копчёная селёдка! - обругал сам себя моряк. - Не сумел справиться с рулём... И что это случилось с судном? Я готов поклясться, что чёртов камень притягивал его, как магнит железо...

Проклиная и себя, и корабль, и скалу, Чарли принялся разыскивать инструменты, чтобы начать ремонт тележки. Тем временем Элли, наведя порядок на палубе, спрыгнула на песок и пошла вокруг камня, надеясь укрыться за ним от ветра.

Девочка скользила взором по бокам скалы, изрытым трещинами и... странная вещь! Элли показалось, что причудливый узор трещин складывается в буквы. Она подошла вплотную к скале - ничего не разобрать в беспорядочном переплетении линий. Девочка догадалась отойти подальше и теперь совершенно ясно различила огромные кривые буквы Г... и... н...

- Гингема! - воскликнула Элли.

- Чего ты там кричишь? - раздался голос Чарли.

- Дядя Чарли, иди скорее сюда! Смотри, что тут такое!

Моряк подошёл и всмотрелся.

- Как будто буквы... Впрочем, нет, это только кажется...

- И вовсе не кажется! - сердилась Элли. - Там написано имя: Гингема! Видишь буквы?

Чарли вдруг схватился за голову.

- А ведь и в самом деле... Теперь всё понятно! Камень не простой, а волшебный, и он действительно притянул наш корабль к себе. Ах, проклятая колдунья! - Чарли погрозил в пространство кулаком. - Но ты ж говорила, что она перевоспиталась?

- Наверное, она поставила этот камень ещё до своего перевоспитания, когда смертельно боялась нашествия врагов из Большого Мира, - решила добрая девочка.

Чарли Блек вскарабкался на верхушку скалы. Направо в нескольких милях отсюда, среди жёлтых песков пустыни выделялось чёрное пятно. Моряк достал из кармана подзорную трубу, раздвинул её, навёл, всмотрелся. Рука его дрогнула. Там стоял точно такой же громадный чёрный камень. Моряку всё стало ясно: запугавшая сама себя Гингема расставила камни далеко один от другого, но наделила их такой волшебной силой, что через этот заслон пробиться было невозможно... - Мы ещё поборемся с порождениями твоих тёмных дел! - сказал Чарли, слез со скалы и, не рассказывая девочке о том, что увидел, принялся за дело. Он раскинул палатку, где Элли, Тотошка и ворона нашли убежище от зноя и песчаной бури, а сам приступил к ремонту тележки.