# Мир Сезонов. Книга 2. Письма Осени

Алекс Хоуп

"ПИСЬМА ОСЕНИ"


Нет мудрости большей, чем мудрость преодоления. Элизабет Гилберт.


Жизнь можно начать с чистого листа, но почерк изменить трудно. Пауло Коэльо.


"Когда о Планете можно сказать, что на ней зародилась цивилизация? Разумеется, у всех по-разному, что и даст им индивидуальность в дальнейшем. В истории Планеты Сезонов или Мира Сезонов (название закрепится позднее), это время можно вычислить довольно легко - когда сезоны перестали враждовать в своей неуёмной энергии развития и всё более обретая личности стали смотреться в природные зеркала из воды, или льда. А осознав себя личностями им захотелось оставить после себя не только след разрушений (ведь если лето - это, выкрашенная в зелёный цвет зима, многим созданиям просто не выжить), сезоны стали воспринимать себя не просто воительницами, а прекрасными женщинами, и как каждой красавице им захотелось что бы о них помнили те, кто идет за ними. Иначе говоря, истинная цивилизация пришла на Планету сезонов с появлением первых Летописцев. А мудрость Трёх, создавших наш мир, в дальнейшем проявила себя в том, что главами Домов всегда были женщины. Ведь развитие мира, не в войне и уничтожении, а в его созидании и красоте." - Атенаис перечитала набранный текст и кивнула сама себе - То, что надо. Задумалась на секунду и продолжила:

"Изначально Великих Домов было создано по количеству сезонов, четыре. Но вскоре, заметив, что каждый сезон пытается пробыть чуть дольше оговоренного времени, Верховным стало ясно, если это не изменить, то мелкие ссоры вскоре превратятся во вражду, которая уже никогда не прекратиться. Тогда ими и были созданы Межсезонья. Их так же четыре, но правителями являются мужчины. В своем большинстве женщины межсезонья напоминают явления природы, такие как легкий ветер или дождь, пронизанный солнцем, чем более привычных нам людей из плоти и крови. Разумеется, они совсем не интересуются политикой, а тем более, войнами за главенство. Зато мужчины Кланов, умелые и почти неуязвимые воины, поскольку мало найдётся тех, кто готов воевать с силами самой природы. А в битвах их женщины мгновенно становятся и бурей, и ураганом. Но всё же сокровищем каждого Клана являются женщины, чьих сил хватает не только на принятие человеческого облика, но и удержание его. Они рождаются людьми и могут дать такое же потомство. Уклады Кланов сложны для понимания тех, кто правит Домами. Но они необходимы друг другу. Ведь именно из межсезонников набирают пограничников, и Охотников между Мирами. Иными словами тех, кто стоит на границах сезонов и оберегает их от врагов и тех, кто следит за появлением попаданцев, выслеживает и, чаще всего, уничтожает."

Набирая текст и видимо погрузившись в него с головой, девушка не могла видеть себя со стороны: ни выпрямленной спины, ни гордо поднятой головы. То, что она печатала, не предназначалось к чтению никому, кроме неё. Было слишком личным, и одновременно напоминало, кто она, и этим стоило гордиться. Но по мере продолжения, гордая голова постепенно склонялась, как у стебля со слишком пышным цветком, горбились и плечи, и окончание набирала уже Ася, не особо популярная студентка и без пяти минут выпускница филфака.

"Летописцев выбирают из Межсезонья Лето/Осень. Существует конкурс. В этом году его темой было: "Летний туман романтичен, а осенний просто печален".

Ася подняла руки над клавиатурой, как музыкант, окончивший играть пьесу на рояле. Перечитала и вздохнув дописала то, в чём так не хотелось признаваться даже самой себе. "Мне удалось, я победила, доказав всем, там, что я дочь своей матери и унаследовала её талант Летописца. Но минута триумфа прошла, и я, осознав, что натворила, совершенно не представляю, что мне теперь делать."

Она вздохнула, перечитала написанное и решительно нажала клавишу "уничтожить".


## Глава 1. Судьба поступит с тобой так же, как ты когда-то поступил с другими.


"...Космос бескрайнее, чем может предположить самый смелый полёт фантазии. Он безбрежен, но не безлик. Однажды, в его великолепии и многоголосии встретились трое, те кто хотели не только восхищаться сделанным до них, но и привнести своё в уже созданное Источником. Сохранить не в памяти, а наяву то, чем они восхищались в своих полетах: яркими всполохами и многоцветьем туманностей, бескрайними, могучими льдами и трогательно беззащитными ростками будущих дремучих лесов. Похожие на них были и раньше, но они вдыхали искру разума в уже созданных существ. Нежданно встретившимся, будущим соавторам, хотелось иного - придать постоянные облики сиюминутно меняющейся и ускользающей красоте, тому, что в ранее существующих мирах было почти неуловимо, как послевкусие драгоценного вина или исчезающего следа падающей звезды. Ради идеи создания жизни, которой не было ранее, они отказались от безличья, и тем урезали свою свободу. Приняв образы Верховных, назвавшись Временем, Судьбой и Любовью, Трое взяли на себя и ответственность за своё детище. Так была создан Мир Сезонов".

- Красиво, и как скажет Время, талантливо, - мечтательно протянула одна из Трех и благосклонно погладила страницу нового издание учебника. Оно было прекрасно иллюстрировано, и она нарисована прехорошенькой, не то, что в предыдущем! Там у нее было такое лицо, словно она подавилась косточкой фрукта. Да ещё и в плащ замотали, явно ленясь нарисовать красивый наряд. Пришлось навестить непонятливых. Такие сны им навеяла, даже самой жутко было.

Изящные руки мягко закрыли книгу. Их обладательница, досадуя на себя, резко встала и отложив томик, прошлась по комнате. Мест поклонения Трём на Планете было не мало. Но чаще всего она была тут, в Школе. Отведённая под святилище, башня была достаточно высокой, чтобы, стоя на самом краю выступа под крышей, она тешила себя тем, что может улететь в любой момент. Хотя точно знала, что сейчас просто нельзя выходить из образа. Ведь если она вырвется на свободу, быстро уж точно не вернется. Кто ж знал, что вместо забавы получится сплошные обязанности. Скоро В Школе будет выпускной бал и до него во что бы то не стало надо придумать, что делать со старой Осенью. После выходки Хозяйки Зимы, Трое решили быть более внимательными к своему детищу, но побывав в Святилищах, где можно было обратиться к Трём, Время и Судьба удивились тому, что в основном просители обращались к Любви. Удивились, потешив ее самолюбие и обрадовались. Она, не сразу поняла, почему, а эти интриганы просто переложили на неё всю ответственность и отбыли. Мол, если что, зови.

Любовь негодующе пожала плечами, хотя в чём-то они и правы. Сезоны, обретя личности по внутренним чертам, были ближе, а значит и интересней, именно ей. Судьба со своим взглядом в вечность зачастую просто не понимала, насколько важно было быть здесь и сейчас. А Время, как всегда, призывал не торопить события. Любовь фыркнула - если бы народ сезонов жил их темпами, все бы сидели и смотрели, как растёт трава или падает снег. Нет, это именно она вносила жизнь во все четыре Дома основных Сезонов Планеты, а с некоторых пор и сумятицу в Кланы Межсезонья.

Любовь нахмурилась, ну и кого она хочет обмануть? Всё дело в том, что в последний её визит Время рассказывал Судьбе о новой туманности, что-то о решетке и кандалах памяти. И замолчал при её приближении! И даже сказал, "что любопытство сгубило кошку!" Ну, с теми, кто обидел славное животное, она ещё разберётся, а на новую туманность, о которой говорил сам Время, очень хочется посмотреть.

Пришедшая ночь распахнула занавес облаков и театр Вселенной засиял открывшимися звёздами. Они мерцали, подмигивая смотрящим на них, в надежде увидеть падающую и загадать желание. А если кому-то и показалось, что одна из них летит не вниз, а наоборот, вверх, так мало ли что привидится в ветренную погоду.

Изменившийся облик Любви сейчас ничем не напоминал изящную девушку. Радужная туманность, вспыхивающая протуберанцами, неслась в потоках космического ветра. Казалось, она танцевала, прислушиваясь к музыке планет и, подхватив её ритм, торопилась к следующей, будто боясь не успеть насладится полётом и свободой. Поэтому и встреченная туманность, странного серо-жемчужного цвета, напоминавшая осеннюю тучу планеты сезонов, не отпугнула, а наоборот, привлекла её. Она влетела в неё и забилась, как бабочка в паутине. Любовь испуганно приняла уже ставший привычным облик и первый раз обрадовалась тому, что послушала Судьбу, настоявшую на этом плаще для неё. Он, хотя, и превращал Любовь в бесформенную мумию, но и делал её невидимой. И сейчас, когда заставшие её врасплох, чужие эманации душевной боли, тоски и непонимания происходящего, почти пригнули её к выжженой и каменистой дороге, что расстилалась под ногами, он оказался единственной защитой. Девушка различала смутные фигуры, они то обретали чёткость, то снова становились размытыми, а иногда и исчезали, как будто растворяясь в новом прочтении своей судьбы. Окружающий фигуры туман, морось, вся неприглядность холодной и стылой осени, нахлынули и на неё, стремясь утопить в безнадёжности. Любовь передёрнула плечами, внутренне сопротивляясь и негодуя. Осень, это красиво, ей ли не знать!

- Красота для живых, - услышала она и резко повернулась. Перед ней стоял мужчина, очень похожий на жителя её подопечной планеты и вместе с тем, явно иной. Темные, насквозь пропитавшиеся влагой, волосы плащом закрывали плечи и спину, а полыхающие глаза напоминали угли прогорающего костра.

- Как ты сюда попала? Заблудилась? - услышала она, - ты светишься жизнью, а тут только те, кто сам предпочёл уход борьбе.

- Не верю, - вырвалось у неё, - иначе бы ты меня не увидел.

- Я застрял, - тихо прошелестел голос, - уверен, что всё правильно делаю, а оказалось, если не в сражении и не по судьбе, сам ты не в праве решать об уходе. Я был солдатом и меня связывала клятва. Я забылся, - отчаяние в голосе незнакомца не было просьбой о помощи, это был гнев на самого себя.

- Ты хотел свободы? - попыталась понять она.

- И получил, - горько отозвался он, - свободу лабораторной крысы, в лабиринте.

- Наверное, ты пошёл наперекор отведенному тебе Судьбой, как и многие тут, - пробормотала Любовь, неожиданно вспомнив настоятельный совет Времени избегать новую туманность.

- Наверное, - согласился голос, - я тут давно, вижу, как появляются и исчезают тени, а я неизменен. Я помню всё, кем был и что пережил, но это призраки прошлых событий. Я оживляю их, питая своей памятью снова и снова, и всё больше становлюсь призраком, как и они. И нет мне выхода отсюда.

Любовь вновь вспомнила услышанное о решётках и оковах памяти.

- Хочешь, я постараюсь помочь, если ты согласишься служить мне, - медленно проговорила Любовь, уже придумывая новую историю.

- А кто ты? - искра интереса промелькнула и погасла, едва он услышал ответ.

- Я? Движущая сила всего живущего. Я Любовь.

- Я уже служил тебе, - враждебно отозвался голос, - и вот я здесь.

- Значит, плохо служил, - отмела она упрёк, - или ты хотел бы всё изменить, ну то, что сделал?

- Нет, - твёрдо отозвался голос, - пусть я преступил то, о чём не знал, но я уверен в своём решении.

Любовь попыталась рассмотреть наглеца, пошедшего против Судьбы, потерявшего жизнь, но гордящегося тем, что кому-то помог, давно подобное не встречалось. Но фигура расплывалась, то и дело теряя чёткость линий.

- Если я сумею вытащить тебя отсюда, ты получишь еще один шанс, - посулила она.

- А если нет? - явно переигрывая в безразличии уточнил он.

- Забудешь про меня, погрязнешь в прошлом и рано или поздно потеряешь себя, - немного мстительно перечислила Любовь.

- Выбор не велик, - хмыкнул он, - что ж, я согласен служить тебе.

Кивнув так до конца и не рассмотренному собеседнику, она передёрнула плечами, одновременно и стряхивая с себя тяжесть невидимых оков странной туманности и расправляя крылья истинного облика. А потом устремилась к месту их обычного сбора, дому Судьбы.

Хозяйка дома взглянув в окно усмехнулась и перевела взгляд на Время. Тот недовольно поджал губы:

- Я ни о чём не просил тебя раньше, Судьба, - начал он, недовольно поправляя капюшон тёмного плаща, закрывающий лицо.

- Не проси и сейчас, - качнула она головой, в уборе из цветов, что были искусно выточены из черного шерла и гранатов. Овальные жемчужинки и искристые бриллианты на лепестках некоторых из них, напоминали капли дождя, - этот мальчик показал себя героем, но он не сумел оборвать свою жизнь, а лишь надорвал. Будь он иным, остался бы в жизни, но калекой. Но ты же помнишь, он из далёкого иномирья, и лишь замер между "до" и "после". Его сердце кровоточит, как живое - она приподняла веретено, и кивнула на искрящееся полотно, лежащее на её коленях. Время всегда хотелось спросить, как оно образуется, если нет ткацкого станка. Полотно жизни сбегало с её колен и устремлялось по Безымянной дороге в вечность. Но он не решался, есть то, о чём не спрашивают Судьбу.

- Так бывает, - продолжила она, - Он настолько ярок в своей любви и ненависти, что я никак не могу решиться оборвать его нить окончательно, - Судьба вновь тронула веретено, и вопросительно посмотрела на Время: - Но Хозяин Времени - ты. Так что, решай, я могу продолжить его жизнь сейчас, могу и многим позже, а могу и закончить.

Время собрался поспорить с Судьбой, на тему кто должен принимать окончательное решение, но взглянул в окно и увидел спешащую к ним туманность, ярко переливающуюся всеми оттенками розового, и с искрами по контурам крыльев, видимо для скорости. Проглотил начало фразы и лишь буркнул сквозь зубы:

- Продолжи, сейчас.

Судьба покладисто кивнула и склонив голову занялась привычной работой, надеясь, что грозное Время не заметил ни улыбки в уголках её губ, ни смешинок в глазах. Кому, как ни ей знать, что иногда Любовь - это и есть Судьба.


**** К читателям. Появившийся в тексте герой, уже жил на страницах моего предыдущего романа, "Беглянка", и действительно, сам окончил свою жизнь, решив за автора. Я хочу дать ему еще один шанс и Судьба меня, в этом, поддержала. ****


## Глава 2. Скажи своей интуиции, пусть возьмёт выходной.


Ася забралась в автобус и обрадовалась свободному месту, обычно, в это время, автобус должен был быть полным, но в основном, все попутчики войдут позднее, а сейчас она полная хозяйка положения. Утро выдалось неожиданно пасмурным, хотя зонтик, схваченный в последний момент и после долгих колебаний, естественно не понадобился. Привычно бросив взгляд на попутчиков, вернее на их украшения, в основном на подвески, она успокоилась, все были "местные". Своё украшение, если так можно было назвать нарочито грубо сделанное колесо, Ася не особо любила, как и объяснять досужим подружкам, что это часть Колесницы Судьбы, а не телеги. Хуже было то, что в отличии от девчонок, менявшихся своими сокровищами или даже дарящими их, снять своё она не могла. Но и те, кто мог прийти за ней, тоже! И это поддерживало призрачную уверенность в своих силах.

Ехать было далеко, потом еще метро и пешком. В начале пути познания этого Мира Ася она никак не могла понять, почему нельзя было купить квартиру ближе, но столкнувшись с необъяснимым на первый взгляд, вниманием к себе, осознала. Научилась вливаться в толпу и казаться своей. Выбирать соответствующую одежду и обувь. А отрезав косы и набросив на волосы вуаль видимости одного цвета, Ася перевела дух. Конечно, можно было так не скрываться и быть одной из факультетских сердцеедок. Внешность позволяла, но она здесь совсем не за этим. Когда-то, тут училась мама и даже жила в Асиной, нынешней квартире. Девушка надеялась, что может так она поймет, что произошло, или даже встретит маму. Но этого не случилось. Ася нахмурилась и отвернулась к окну, снова мысленно переносясь домой. В Школе ей многие завидовали, как же, бабушка - Глава Дома Лето, не понимая, что тут и кроется самая большая нестыковка. Главой Дома должна была бы быть мама, но у бабушки родился сын, будущий отец Аси.

Уйдя в воспоминания, она чуть не проехала свою остановку, и заторопилась к выходу.

Уже сидя в актовом зале и слушая в пол уха сообщение от имени Ректора, Ася чертила в блокноте, как бы случайно, прикрывая рисунки от соседок. В блокнотике все фигурки или плакали или стрелялись. Слушая сообщение о том, когда будут выдавать дипломы и шёпот с мест, "после соберемся и решим, как отметим выпускной", она отчаянно улыбалась, стараясь скрыть слёзы. Для неё конец обучения значил совсем другое. Надо было решать, что делать дальше, и на решение оставалось максимум несколько дней. А диплом? Скорее всего, она его даже не возьмёт. Там, куда ей надлежит возвращаться, он не нужен. Да и имя, её настоящее имя, совсем другое.

Разговоры с однокурсниками, смех и обещания. И вот она снова в дороге, теперь уже обратно. Осталось совсем мало времени, а она так ничего и не нашла, кроме того, что мама была не такой, как она её помнила, даже судя по квартире, где Ася прожила несколько лет. Девушка отчётливо помнила свой шок, когда первый раз вошла в квартиру. Их Дом был ярким, Лето - всё же. Но яркость не была нарочитой. И покои родителей, да и её детская, вообще были в пастельных оттенках. Тут же стены были светлые, но с каким-то странным рисунком, будто силуэты деревьев в лунную ночь. А занавески, и покрывало на кровати, наоборот, яркие и снова диссонанс, тюль на окне очень плотный, почти чёрный. Комната отталкивала, не пускала Асю и девушке пришлось срочно менять всё, включая обои. Хотя в этом тоже были плюсы, она так уставала, практически не спала, эмпатически чувствуя протест помещения, что сдача экзаменов для поступления показалась её совсем не такой страшной, как говорили. Да и потом, она словно всё время воевала с квартирой, то обои отклеивались и падали, то дуло из окон и дико скрипела кровать. Но Ася не сдавалась.

Так получилось, что вместе с мамой она пожила совсем не долго, да и то, в детстве. Очутившись на мамином месте, в этом Мире, Ася поняла только одно, мама возвращаться не хотела. А она, наоборот, никогда бы не смогла постоянно жить в другом мире. И дело даже не в желании, просто с годами, девушка набирала силу, желанную в её настоящем мире, и враждебную и опасную, в чужом. Рассказать кому-либо из новых подружек о происходящем с ней, значило довериться, и тем самым подставить под возможный удар не только себя. Такого Ася себе позволить не могла.

Однажды, в небольшом отделе канцелярских товаров девушка увидела блокнотик, его листочки были вырезаны в форме листика клёна. Ася купила и стала записывать понравившиеся фразы, список покупок или срочные дела, называя их "письмами осени". Так упавшие листья называла мама. Но вскоре, поняв, что может себя выдать, открыла такую папку в компьютере. Ей приходилось писать самой себе, а потом, естественно, уничтожать. Теперь, когда время шло уже не от сессии до сессии, она всё чаще садилась за эти письма. Пытаясь в них анализировать, как её учили, что же произошло на самом деле в её семье. И как ей быть дальше.

"Моя бабушка, нынешняя Глава Дома, очень любила власть. И вопреки всему родила не дочь, как было принято у Глав Сезонов, а сына. Однако возвести его на трон и править уже от его имени наши Верховные ей не дали. Вмешались и достаточно зло, так сказать, что бы никому было не повадно. Убивать, конечно, не стали, смуты им были не нужны. В наказание за своеволие бабушке приказали взять невесткой девушку из Клана Межсезонья. А они хоть и были приравнены к Высоким Домам Сезонов, но всё же равными не считались. Подсластили пилюлю тем, что она была из Клана лета и осени. А значит, Летописцем, фигурой в нашем Мире, достаточно значимой.

У мамы были глаза цвета темной, уже осенней воды и такие же глубокие, а волосы как дождь, пронизанный солнцем. Маму звали Лорейна. Отец считался одним из самых красивых юношей. Мужчины Летних, как и Зимние, всегда крепкие и высокие воины. А с бабушкиным темпераментом, который она передала сыну сполна, он стал востребованным мужчиной. Женитьба вынудила его изменить образ жизни, и, хотя он хорошо относился и к маме, и позднее, ко мне, любви в их браке не было. Я же впитала в себя все краски, какие были в палитре сезона и межсезонья. У меня каштановые волосы, но, если попасть под солнечные лучи, волосы засияют всеми оттенками убранства осеннего леса, к тому же волосы вьются (это досталось от отца). Стоило мне оказаться в этом мире, как я исполнила заветную мечту и постриглась. Надо ли говорить, как я намучилась с кудрями, пока они снова не отрасли.

А вот глаза у меня непонятно в кого, они зелёные, но такие, тёмные, что цвет виден только под лучами солнца. А ещё иногда в них вспыхивают искры, как угольки в прогорающем костре. Бабушка, классическая золотистоголовая и синеглазая представительница Дома Лето, называла меня "оборотень" и "подменыш", хотя пока была жива мама, меня это не беспокоило. Тут я решила эту проблему линзами.

Межсезонье и его жители интересны не только яркой внешностью и умениями. Они и уходят из жизни неожиданно. Просто запас сил, данный при рождении у каждого из них свой. А дальше, как Судьбе угодно. Когда мамы не стало, я училась в Школе, в выпускном классе. И это решило дальнейший выбор, поскольку я была уверенна - в маминой смерти что-то не так. Уж если родилась с внешностью человека, значит, силы есть и на то, чтобы жить. Потому я и выбрала этот Мир. Бабушка была рада, что еще лет ...дцать меня не увидит. Она была уверена, что мой максимум, это пойти по маминым стопам. Летописец в семье, это неплохо, а править продолжит она. Но Судьба решила всё за нас, моя проснувшаяся сила, была силой Дома Лето. Видимо я пошла в бабушку. Иными словами, я, Атенаис, дочь сына Лето и внучка дочери Лето, являюсь следующей Главой Дома Лето. Но, чтобы занять трон, мне надо совсем немного - появиться в мире, где меня не ждут и пройти инициацию в Доме, куда меня, при живой бабушке, никто не пустит. Если я этого не сделаю, просыпающиеся во мне силы просто убьют меня. Есть и другой вариант, отречься официально, остаться здесь и прожить не свою жизнь - Асей с филологического. Но я не хочу. Иначе как объяснить, что я каждый год отправляла свои работы на конкурс. Просто так, чтобы обо мне не забывали. И вот, победила! Можно ли это считать знаком судьбы?

Однажды, ещё до Школы, мы гуляли с мамой, по летнему лесу. Я хорошо знала многие тропинки, но она уводила меня всё дальше, пока мы не оказались среди разновозрастных осин.

- Запомни, - сказала она мне, тогда, - в разных мирах к осинам разное отношение. Где-то их почитают, а где-то и бояться, но эти деревья - коридоры между мирами. И если тебе понадобиться мой совет, когда меня не станет, найди такое место, где они будут расти коридором. Там ты его получишь, но для этого тебе придётся научиться читать, - она погладила мои кудри, которые были перехвачены ленточками, тогда до кос им было еще далеко. Я надулась, учиться читать я не хотела, предпочитала возиться с куклами.

- Я уверена, ты сумеешь прочитать письма осени, - она подняла несколько листочков, показала мне. Я даже помню, как удивилась, ведь было лето, а они были не зелёные, а золотистые и красноватые, как осенью. Я тогда разревелась от страха, от одной мысли, что мамы может не быть рядом. Потом всё позабылось, но, видимо, время пришло.

Зачем я приняла участие в конкурсе? Ответ очевиден - я была талантлива, в маму, и честолюбива, в отца. Да и бабушке хотелось напомнить, о себе, этакий привет от внучки, Доменики-Атенаис. Вообще-то у меня двойное имя, поскольку во мне кровь и Дома, и Клана. Вроде бы всё получилось, но вчера я прошла по аллее из осин и ничего не произошло. Домой я не попала. Участием в конкурсе я полностью рассекретила место своего пребывания и теперь мне надо, или вернуться, или исчезнуть окончательно. Это я храбрюсь, и очень боюсь, что скорее всего мне помогут исчезнуть, ведь в этом Мире я не могу воспользоваться своими силами, а в том нет никого, кто бы мне хотел помочь. "Один в поле не воин", как говорят в Мире, временно приютившем меня. И что же мне теперь делать?"


## Глава 3. Движение - это жизнь. Главное, выбрать верное направление.


И вновь Ася медленно шла по августовскому парку, было слишком рано и для прохожих, и даже для дворника, который вскоре появиться и сметет желтые листочки, что появляются каждое утро на дорожках, как напоминание, о том, что всё проходит, даже лето. Сейчас, когда на ярком голубом небе не было ни облачка, а жара ещё не вступила в свои права, окружающий мир словно застыл в миге безвременья, он просто был, как и она. Но время никогда не останавливается ни перед чем и ни перед кем.

Ася шла и невольно прислушивалась к лёгкому перестуку своих каблучков. Этот звук переносил девушку в прошлое, где она, ещё девочкой, училась ходить на каблуках, не стуча ими, "как призовая лошадь", по выражению бабушки, которую Ася с папой, за глаза, называют "ОНА". Он тоже там, в той детской, большой и громогласный отец. Они переглядываются и прячут улыбки, как заговорщики. Это было одно из немногих счастливых воспоминаний Аси, которые она любила. Тогда она ещё не знала, что совсем скоро он покинет её, как раньше исчезла мама. А бабушка продолжит править, как будто ничего не изменилось. Титул Атенаис, как наследницы сезона лето никто и никогда не оспаривал. Но она понимала, что если вдруг она исчезнет, неважно, как и куда, никто не удивиться. Дара, Хозяйка сезона Лето, правит единолично. Пока она полна сил, никто не поднимет вопрос о передаче трона. Как и то, откуда у неё эти силы берутся.

Ася еле дождалась пока ей исполнилось 16, и она получила возможность бывать в других мирах. Однако, вскоре была вынуждена признать, что "в гостях хорошо, а дома - лучше", и не просто скучала, ей было не комфортно и душа рвалась домой. Хотя дома, как такового и не было. Комната в Школе, несколько комнат- покои в Замке. Парк, лес. И всё же правильно говорят, "дом там, где сердце". Ася не сбежала от бабушки, спасая свою жизнь, а ушла, чтобы научиться выживать. И именно этому посвятила последние годы. Пожалуй, поэтому сейчас она прислушивалась к собственным шагам, ведь в верных кроссовках она ходила почти беззвучно. То, что сейчас на девушке были лодочки и платье, говорит о том, что внутри себя она вновь решила вернуться, а в обычном наряде нынешнего мира, Охотники между мирами уничтожили бы девушку ещё на подходе к замку, как неясно откуда явившуюся чужачку.

Беда Аси была в том, что условием её перехода являлось время. Так что, если и сейчас не повезёт, то время следующего перехода придётся ждать целый год. И ещё вопрос, что за этот год может случиться. Само же время лета, принадлежащее ей по праву рождения, бабушка заблокировала даже не предупредив. Но девушке снова повезло, мама была из межсезонников, и это именно её время, когда лето переходит в осень и желтые листики под ногами, "письма осени", лишь напоминание об этом. Так что возможность оказаться дома у неё еще была.

Иногда Ася завидовала приютившему её миру, из-за их учебников о прошлом. Оно было незыблемо. Этот Мир имел и основы, и правила развития. В Асином мире история делалась "сегодня": то Императрица Зимних желает единовластия и плевать, что весь мир замерзнет, ей то не холодно. Только успокоили, как тут Хозяйка Летнего Дома преподнесла сюрприз, то же изменений захотела, но не своими руками. Она родила сына, неслыханное событие, видимо считала, что воспитает под себя, этакий карманный воин будет. Ага, только папочка чуть всю планету не иссушил, править ведь с умом надо, да и учат этому с пелёнок. А он был, в первую очередь, воином. Вот и заставили его жениться Верховные на межсезонной девушке, что бы было кому власть передать и мир упорядочить. Межсезонные всегда в разы спокойнее, это их мужчины рождаются воинами, а женщины мягкие. "Она была как свет, что льётся с небес между летом и осенью, как аромат конца лета, он густой от пышных пионов и горьковатый от гладиолусов. А на дорожках, если посмотреть, по утрам лежат желтые листья. Редко, но уже встречаются. Такой я и увидел Лорейну, на ней были украшения в виде золотых листочков". Отец часто рассказывал ей о встрече с мамой, как любимую сказку. Пусть он не любил её так, как хотела она, он любил так, как мог только он. Ася поняла это уже здесь, в этом мире, раз за разом отказывая в чём-то более серьёзном чем дружба, парням пытавшимся ухаживать за ней. Девушке всегда было очень грустно, когда происходили подобные разговоры, некоторые ребята действительно нравились. Но или она оставалась тут, или оберег - колесо на шее испепелит любого, кто прикоснётся. Бабушка, отправляя внучку, подстраховалась, на всякий случай.

Ася не любила аллею из осин, тут возвращались воспоминания, обычно надёжно спрятанные и отодвинутые в глубь хлопотливым "сегодня". Но приходила на неё каждое межсезонье, ведь именно тут чья-то дружеская рука оставляла для неё конверт с информацией о её мире. Так она узнавала и о конкурсах, так, позже, стала передавала свои тексты. Так она узнала о том, что у неё больше нет отца. Ася всегда удивлялась тому, что память воспроизводила лишь фрагменты: густые тёмно-рыжие волосы, крупными кольцами, спадавшими на мощную шею и могучие плечи. Колкую, всегда аккуратную бородку. Блеск драгоценных камней в крупных перстнях, на пальцах сильных рук. Бесшумную походку воина, несмотря на богатырское сложение. Но чаще всего её вспоминался его голос с невообразимой нежностью, рассказывающий о маме. Пусть они не были близки, но сознание того, что и эти воспоминания только прошлое, а новых никогда не будет и по сей день приносили резкую боль. А бабушка продолжает править, полностью игнорируя внучку.

Что ж, раз сегодня снова не получилось, Ася решила переодеться и пробежаться по парку, пока раннее утро не сменилось наплывающей жарой. Верные кроссовки почти беззвучно несли её уже на второй круг, когда Ася отчётливо услышала звуки борьбы и сдавленный вскрик. Рванув на звук, она с изумлением увидела девушку в сложном наряде и украшениях и двух парней, которые наступали на неё. Решив, что тут проходят сьёмки какого-то клипа и девчонка просто боится дать отпор, чтобы не испортить свой роскошный наряд, Ася немедленно кинулась на выручку. Наверное, будь их больше, она бы действовала осторожней. Но тут всё сошлось воедино и неудача с переносом, и такой желанный и совсем не нужный красный диплом, да и в квартире кусок обоев отклеился, снова. В общем эти двое пришлись как-то кстати. Ася опомнилась только тогда, когда неожиданно сильные руки девушки ухватили её за плечи, а она сама почти повисла на ней:

- Наказание не должно быть больше вины, а они меня только испугали! - торопливо проговорила она.

Первым делом Ася сбросила её руки и только потом повернулась:

- Никогда не подходи ко мне со спины, я и убить могу! - тяжело дыша проговорила она. Взглянув на парней, что мирно лежали в отключке, она отошла и сняв фляжку с пояса, сделала несколько глотков.

- Ты их убила? - потрясенно спросила девушка.

- Нет конечно, зачем? - Ася удивлённо взглянула на неё, - шокер на минималке, просто немного полежат и придут в себя, как раз твои подойдут, да и я уйду. Конец фразы она уже говорила, особо не задумываясь о её смысле. Она смотрела на девушку и всё больше напрягалась. Перед ней стояла истинная красавица, но дело было не в этом, что, если изменить чёрные волосы и яркие голубые глаза на Асины, девушка могла быть её двойником. Конечно, если присмотреться, то у незнакомки немного другие черты лица, да и фигура отличается, но в целом они как-то слишком похожи. Ася сделала шаг назад и бросила взгляд налево, потом направо. Чисто.

- Ты морф? - из-за тревоги голос прозвучал хрипловато, - бабка прислала?

- Нет, - девушка спокойно рассматривала Асю, и в её глазах всё больше проступал вопрос:

- Ты всегда так одеваешься, тут мода такая?

Ася фыркнула, - нет, это для пробежки, ну, спорт. И да, для этого тут всегда так. А ты? Тут съёмки? - она кивнула на темно голубой корсаж девушки, расшитый золотой нитью, многослойные юбки, как и рукава платья незнакомки были из материи разных оттенков, а вот украшения были явно бальные. Камни дорогие, да и оправа изумительная. Правда, на вкус Аси их было многовато. Даже лента в толстой чёрной косе была расшита камнями.

- Пойдёшь со мной? - неожиданно спросила незнакомка, вскинув идеально очерченную чёрную бровь.

- Нет, - сразу ответила Ася, внутренне подбираясь.

- А так? - девушка протянула к ней руки и в них Ася увидела свою игрушку. Её любимчик, рыжий лисёнок, который был с ней всё детство и неожиданно исчез перед самым отъездом в Школу. Так привязываться к игрушке можно только в детстве, но тогда пропажа казалась маленькой Атенаис почти концом света. Она помнила, как плакала и как все слуги Дома носились в поисках, но так и не нашли.

- Откуда у тебя Рыжулька? - потрясенно спросила она, уже враждебно смотря на незнакомку. Видимо, она всё же морф, одно из тех существ, что служат в элитном подразделении Охотников. Они могут принимать любые обличья и на них, как на крючок, подманивать глупых рыб. В смысле тех, кого надо поймать.

- Пойдём со мной и узнаешь, - проговорила та, - решай быстрее, моё время тут истекает.

- Оставь мне Рыжульку, и иди на все четыре стороны, - мрачно предложила Ася.

- Какая ты упрямая, - покачала головой девушка, - но я всё равно хочу помочь, - она шагнула к ближайшему дереву. Ася удивленно отметила про себя, что почти не бывала в этом уголке парка, да и эту осину не видела. Девушка пристроила лисёнка на ветку и исчезла. Ася оглянулась, парни пришли в себя, встали и молча, с явной угрозой, смотрели на неё. Понимая, что происходит что-то непонятное, Ася подбежала к дереву, чтобы схватить игрушку и помчаться в более людную часть парка, откуда уже доносились голоса и лай собак, вышедших на прогулку. "Там всех много и дети и родители", - подбадривая себя подумала девушка. Рванулась к игрушке, но стоило ей её схватить, как земля ушла из-под ног, и Ася очутилась в полной темноте.

Ася старательно зажмурилась и вновь открыла глаза, так её учили адаптировать их к изменению освещения. Действительно, стало светлее и она, с удивлением огляделась. Сумеречный свет лился не только с неба, он был вокруг. А ещё силуэты деревьев, всё это странно напоминало комнату в её квартире, до переделки.

- Так и есть, - раздался голос, и Ася снова увидела странную девушку из парка. Только теперь двое парней стояли за ней, и по её спокойствию было понятно, она их знала.

Видя, что Ася явно не собирается вступать в диалог, она досадливо вздохнула, - зачем ты стала переделывать комнату? Ведь она была порталом.

- Куда? - вырвалось у Аси.

- Сюда, в мой мир, - отозвалась незнакомка.

- А зачем мне в него? - Ася судорожно прижала к себе игрушку и взглянув на знакомую мордочку невольно отшатнулась, игрушка ей явно подмигнула. И хотя сейчас на мордочке снова были рыжеватые глаза-бусинки. Ася могла поклясться, что подмигнул ей переливчато голубой глаз.

- Ты так и не узнала? - огорчено спросила девушка. Ася перевела взгляд на неё и натолкнулась на расстроенный взгляд. Глаза девушки казались странно знакомыми и именно через игрушку. Воспоминания накатили так неожиданно, что Ася схватилась за голову. Да, когда Рыжулька ей подмигивала, Ася знала, что она в безопасности. Значит тогда, в детстве, это был не сон и не детская фантазия.

- Ты? Как? - ещё не веря в происходящее уточнила она, - но почему?

- Потому что мы всегда беспокоимся за своих, да и мама просила присматривать, - улыбнулась девушка, - я твоя сестра, Атенаис. Меня зовут Дейдра.

Ася покачала головой:

- Этого просто не может быть.

- Упрямство у нас в крови, - усмехнулась непонятная Дейдра, - наша мама из меж сезонников, а отцы разные. Мой - повелитель сумерек в нашем мире.

- Вампир? - обреченно уточнила Ася.

- Великие боги! Конечно нет! С чего ты взяла? - Дейдра была явно шокирована услышанным.

Ася только плечами пожала. А Дейдра оглянувшись что-то проговорила и ей тотчас протянули темный плащ.

- Накинь и добро пожаловать в мой дом. Нам надо поговорить.


## Глава 4. Мы не можем изменить прошлое, но можем изменить отношение к этому прошлому. А это изменит нашу судьбу.


Дейдра сама накинула на Асю плащ, и так неудачно, что капюшон закрыл девушке лицо. А когда Ася высвободилась из ткани, они уже стояли в небольшой комнате. Круглый столик у окна, с тщательно задернутыми портьерами. Пара кресел, камин, в котором потрескивает странный белый огонь.

- Почему я должна тебе верить? - Ася не стала снимать плащ, наоборот, закуталась в него, хотя в комнате было тепло.

- Ты и не должна, - повела плечом Дейдра, - я сама, до сегодняшнего дня, не очень верила.

- Что изменилось?

- Ты откликнулась на мой зов о помощи, - медленно проговорила девушка, - я не кричала, позвала сердцем, так у нас говорят, - она вскинула глаза на Асю, - Такой зов могут услышать только близкие по крови, понимаешь? Ты принеслась и сразу вступила в бой, я даже ничего не успела сказать.

- Они же на тебя не нападали? - неуверенно уточнила Ася.

- Нет, конечно. Это была постановка. Ты очень отличаешься от нас, - Дейдра коснулась рукой своего виска, - Мама считала, что стоит тебе оказаться в её комнате, как ты сразу всё поймешь и перенесёшься сюда. А ты, вместо этого, почти уничтожила портал. И потом все наши попытки связаться с тобой разбивались о твоё непонимание. Вот я и придумала ситуацию ближе к твоему миру, так сказать. А заодно, и проверила тебя, уж извини. Кровь не водица, ты услышала.

- Я всё равно не понимаю, как ты можешь быть мне сестрой, если мы почти ровесницы, - строптиво отозвалась Ася.

- Хорошо, я попытаюсь рассказать с самого начала. Понимаешь, само понятие "начало" это как точка, с которой начинается рассказ, но всегда есть что-то, что было чуть раньше. Так вот, и у планеты Сезонов, вернее сказать, у её населения были предшественники. О них ходят легенды во многих мирах, и значит, они были по-настоящему. Ведь тебя учили, что разум не способен придумать то, чего не существовало никогда?

Атенаис растеряно кивнула.

- Предтечи или Первородные, так принято называть удивительно красивую цивилизацию эльфов. Это у них, первых, год делился на Зиму и Лето. Ничто не стоит на месте, теперь сезонов уже четыре, да и жители об эльфах вспоминают, как о сказке. Но мы, живущие в Межсезонья знаем гораздо больше. У каждого Клана меж сезонников есть своя тайна. Теперь пришло и твоё время узнать то, что хранит Клан нашей мамы. Клан меж сезонников Лета/Осени. Слушай!

Если в безветренный день подойти к озеру Покоя, помнишь его? - она дождалась кивка Атенаис и продолжила, - и посмотреть в него, то ты увидишь отражение мира, только цвета там будут другие. Немного сумеречные, ведь озеро глубокое, очень. Всё пока так? - снова уточнила девушка, - Но по-настоящему дело не в цветах, ты видишь другой мир, отраженный. Вот это и есть мой мир, и ты в нем, сейчас. Дейдра сделала паузу, видимо ожидая вопросов, но Атенаис просто смотрела на неё широко раскрытыми глазами и молчала.

Теперь о маме, - немного другим, слегка раздраженным тоном, продолжила Дейдра, - Я расскажу тебе всё, как сама знаю. Только ты не забывай, она считалась значимым членом Клана, которым правил её отец. Она летописец. Подобный талант встречается не часто. Вот мама и привыкла к свободе. И вдруг она узнает, что Клан готов выдать её замуж по воле Трёх. Не просто не спросив её мнения, а даже не взяв его в расчет. Мама была гордой и предпочла броситься в озеро. Уйти к Ундине и что бы наше божество подсказало, как ей быть дальше. И когда она достигла дна, там был не песок, а мир моего отца. Так она раскрыла тайну мира Оборота Клана. Мой мир, не Отражение, мы другая сторона, как у монеты, - она усмехнулась, взглянув на потрясенную Асю, - Это он, тогда ещё Принц Даэрон, что значит, "Мудрый" уговорил её не разжигать войну между её Кланом и Домом Лета. Не противиться воле Трех. Просто немного потянуть время. И узнать, что такое любовь, а не просто долг. Ведь ей предстояло дать жизнь Наследнице, а что может дать мать своему ребенку, если она не умеет любить? И всё её поступки идут или от жажды свободы или от гнева? У них была красивая история. Даже книга есть, они напишут её позже, когда мама вернётся. А тогда она оставила меня отцу, и вышла замуж, выполняя долг перед Кланом. Верховным была нужна наследница, они её получили. Мама растила тебя, пока не пришло время пансиона или как вы называете, Школы. Тебя отправили учиться, а мама, как смогла, так и вернулась. Вот и весь рассказ.

- Значит, мне не казалось, что моя игрушка становится теплой, если я мерзла. Или подмигивает мне живым глазом? - медленно, всё ещё не веря в происходящее, уточнила Ася.

- Нет, не казалось. - подтвердила Дейдра, - мама иногда ускользала к нам, а через твою игрушку мы следили, что бы ничего худого не случилось.

В комнате повисло молчание, Атенаис рассеяно перебирала бусинки, которыми, как оказалось, был отделан капюшон плаща.

- Не знаю, что сказать, - медленно заговорила девушка. Чувствовать себя шахматной фигуркой и не ферзём, а, скорее пешкой, было неприятно, - мама жива?

- Нет, - печально улыбнулась Дейдра, - и эта одна из причин, по которой ты здесь. Мы стараемся не афишировать своё существование. Но, моих родителей не стало, теперь я Госпожа Оборота межсезонья лета/осени. Или, как принято у нас, я Госпожа Сумерек. Так что, пора нам познакомится.

- Почему Сумерки? - нахмурилась Ася.

- Осень - сумерки года. Зима - его ночь. Яркость лета у нас, оборотников, особого значения не имеет, мы ближе к осени, - пожала плечами Дейдра, - Теперь, когда тебе будет предоставлена возможность стать наследницей, мне надо знать мы сёстры или враги? Ты осуждаешь маму или примешь меня, как родственницу?

- А почему ты не появилась раньше, - с обидой в голосе проговорила Атенаис, - я столько лет была одна, даже говорила только с компом!

- Ты же знаешь, что у каждой из нас есть условия перехода? - терпеливо ответила Дейдра, - Мама всё сделала, чтобы мы познакомились, а ты, затеяв ремонт в портале, просто уничтожила его. Я ненамного старше, но, судя по всему, в магии разбираюсь лучше. И моя первая просьба или совет тебе, сестрёнка. Когда ты не знаешь, что делать, лучше не делай ничего. Хотя бы первое время. Вспомни, до точки отсчёта то же что-то было. Понимаешь?

Ася уныло кивнула, на языке вертелось ещё масса вопросов, но она решила помолчать. Наверное, не живи она несколько лет в другом мире, всё рассказанное Дейдрой прошло бы на "ура", а так, у Аси появились сомнения. Дейдра терпеливо смотрела на девушку, видимо ожидая вопросов или ответа на самый значимый, для неё, вопрос. Ася, в свою очередь, чувствовала, как её молчание раздражает сестру, но не спешила отвечать.

- Видимо, ты действительно другая, - не выдержав повисшей тишины заговорила она, - Одно я знаю точно, тебе необходимо переодеться.

- Тут ты права, что хорошо для Аси, совершенно не подходит для Атенаис, - немедленно отозвалась Ася и выжидательно посмотрела на сестру. - Но во что ты меня переоденешь? Твои цвета на мне будут неуместны.

Дейдра едва заметно поморщилась, - знаешь, остались платья мамы, посмотри, можно и портниху вызвать.

- Хорошо, а где гардеробная?

- Вон та дверь, - плавно повела рукой Дейдра.

Ася настороженно посмотрела на гладкую стену и действительно, там появилась дверь. Почему-то это её не насторожило, а наоборот, захотелось немедленно скрыться, что она и сделала.

Ряды одежды, и большое зеркало. Туалетный столик и трюмо. Всё это было знакомо, а что цвета немного непривычные, так это мелочи. Ася прошла в самый конец комнаты, надеясь, что там окажется и ванная комната. И снова на гладкой стене проступил контур ручки. Девушке стало немного не по себе, но она, всё же, толкнула дверь. Открывшаяся комната напоминала аквариум. На полу лежала чуть шершавая светлая плитка. Три стены были гладкими, облицованные камнем с голубоватыми прожилками. Одна же была абсолютно темной, за ней клубился тёмно-синий туман, и Ася скорее почувствовала, чем поняла, что это огромное окно или дверь. Она обрамлялась портьерами из странной, напоминавшей кожу, ткани и Ася поторопилась их задёрнуть.

Под узким, но длинным зеркалом, на полке стояла масса флаконов, никогда не виданных девушкой раньше. Стопка полотенец из ткани, похожей на лён, завершала картину. Она огляделась в поисках лейки душа и снова искомое проступило из стены. Ася выбрала несколько наиболее привлекательных флаконов и открутив плотные крышечки принюхалась. Запахи были узнаваемы, хотя и неожиданны. Запах прелой листвы, увядающих хризантем или травы после дождя. У девушки даже мелькнула мысль обойтись просто водой, но потом она решила, что её, собственный запах может отталкивать хозяев. Так что, подобрав наиболее нейтральный из предложенных? она шагнула под душ.

Поиск подходящего наряда занял гораздо больше времени. Вешалки были заполнены платьями хозяйки: переливчато серые, блекло бирюзовые, густо синие перемежались светло голубыми и странно белёсыми туалетами. Материал, из которого они были сшиты, напоминал шёлк и льнул к рукам. Размытость красок компенсировалась искусной вышивкой искрящимися нитями. Ася смотрела с любопытством, но даже не думала прикинуть что-то на себя, предпочитая кутаться в одно из полотенец, оказавшееся достаточно большим.

То, что она искала, нашлось в самом конце. Странно, Дейдра говорила, что платьев мамы в гардеробной было несколько. Но это, единственное, висело в чехле, словно было лишним или его убрали с глаз. Там же оказалась и короткая нижняя рубашка и бельё. Ася с удивлением поняла, что и сшито оно явно портнихами бабушки. Уж что-что, а эту вышивку Дома Лето, она не спутает ни с какой другой. Красная смородина! Веточки с ягодками из бусинок, насыщенного красного цвета, а листики вышиты гладью. Одна из её первых, сложных вышивок была именно смородина. Атенаис улыбнулась неожиданному привету из детства и погладила бусинки пальцем. Корсаж цвета первого осеннего листа, так же расшит листиками, уже без ягод, а юбки и свободные от плеча рукава были собраны из материи разных оттенков листвы. Там был и зелёный цвет, и желтый, и даже багряный по самому краю. Подобное бывает на листьях клёна. Сам лист ещё зелёный, а края уже тронула осень. От этих, ярких цветов и воспоминаний, Асе стало тоскливо.

Туфель в чехле не нашлось, и их пришлось взять на прокат. Из светло бежевой замши, на точёном каблучке, который то же был украшен блестящими камушками. Почему-то это обилие блеска на вещах в гардеробной вызвало у Аси стойкую ассоциацию с сорокой. Эта птица также тащила к себе в гнездо всё, что блестело.

Чтобы платье село, как влитое, Атенаис не стала звать швею или горничную. Девушка воспользовалась бытовой магией, что не позволяла себе (ну, почти) уже очень давно. И заулыбалась в зеркало самой себе, когда всё получилось. А потом, махнув рукой на маскировку и сдержанность, убрала не только линзы с глаз, но и однотонность с сохнущих под полотенцем, волос. Роскошные локоны наследной принцессы упали ниже талии и засверкали всеми цветами лета и оттенками осени. Затянутые для пробежек волосы Ася всегда фиксировала невидимками и сейчас они, неожиданно, выручили. Заплетя несколько тонких косичек, и заколов приподнятые у висков волосы, девушка превратила непослушные кудри во вполне приличную причёску. С гордостью посмотрев на себя, нынешнюю, Ася по-детски крутанулась на месте, раздувая юбки. Пусть у неё нет никаких украшений - подвеску с колесом судьбы она украшением не считала, а серёжки и браслет остались на прикроватной тумбочке. На пробежку и в спортзал Ася украшений не надевала. Но разве она сама не украшение? Тем более, на фоне пусть и красивого, но какого-то стылого мира?

Разумеется, на нескольких поверхностях стояли и шкатулки с драгоценностями. Но тут Атенаис была тверда, даже открывать не стала. Любое гостеприимство имеет свои границы.

Бросив ещё один взгляд в зеркало она улыбнулась. За этот выход дочери маме краснеть бы не пришлось. Она прошла к дверям и толкнув их, вышла. Ася поняла, что ошиблась, как только очутилась не в той комнате, откуда уходила, а в зале. Недалеко от дверей стояла Дейдра и разговаривала с каким-то мужчиной. Её наряд то же претерпел изменения, став более открытым и богатым. Однако дружный вздох окружающих заставил её прервать разговор и резко повернуться. Сестра сделала явное движение к ней, но заметив перемены, остановилась и окинула Асю быстрым взглядом. Это был очень женский взгляд, и по чуть поджатым губам и затрепетавшим крыльям породистого носика Ася поняла, что возможно, союзница у неё и будет, а вот станет ли обретённая сестра близким человеком - это ещё вопрос.

- Я так сильно задержалась? Прошу прощения, Дейдра! - просияла Атенаис светской улыбкой и чуть склонив голову с интересом осмотрела собравшихся.

Её появление было ярким всполохом на фоне странно бледных, хоть и вечерних нарядов. Она почти физически чувствовала изумление собравшихся. Были те, кто воспринимал её яркой игрушкой, но, в основном принятия не было. К тому же девушку откровенно удивило количество тех, кого неожиданно обретённая сестра пригласила посмотреть на неизвестную ранее родственницу.

- Всё в порядке, - кисловато улыбнулась Дейдра, - будь моей гостьей.


## Глава 5. Войны с близкими всегда оканчиваются поражением.


Атенаис ждала. Теперь многое зависело от неожиданно появившейся родственницы. Именно ей предстоит или озвучить их родство или ещё как-то объяснить появление Атенаис. Пусть мама и была пришлой, но судя по нарядам в гардеробной, старалась это не афишировать. Атенаис же раскрыла себя полностью, и её выбор наряда говорил громче слов. Она не старалась скрыться, не просила убежища, чтобы её не ждало, она примет, но и постоит за себя. А там, будь что будет.

Лицо Дейдры выражало досаду. Видимо, контраст вышедшей Атенаис с девочкой-бегуньей Асей, был слишком велик. Наконец она взяла себя в руки и объявила, что Атенаис её родственница и этот небольшой бал она, Дейдра, организовала в её честь. Тем более, что Атенаис не сможет у них задержаться надолго. Намёк был слишком прозрачен, не сестра, а родственница. Что ж, это позволило придворным не представляться, а сразу перейти к танцам.

Плавно-тягучие звуки чужой музыки резанули слух Аси. Как и запахи, музыка тоже настораживала, а не привлекала. В школе их учителя объясняли, что если танцы, это взаимодействие с окружающим пространством, то музыка ближе ко времени. Не всем дано расслышать четвертные или половинные ноты. Но это не значит, что ученик не сможет просто сыграть. Ася не претендовала на авторство, но исполнителем была не плохим. Однако, подобную музыку повторить без нот точно бы не смогла. А имей она ноты, то просто бы не стала. Рваный ритм резал ей уши диссонансом. Но, видимо, тут это считалось красивым, раз под него танцевали на балу. Дейдра повернулась к своему собеседнику, явно ожидая приглашения. Он же что-то быстро проговорив и поклонившись, поспешил к Асе.

- Советник Госпожи Сумерек, - отрекомендовался подошедший, - Вы позволите? - хоть рука незнакомца и была затянута в перчатку, на придворного щёголя он походил мало, двигаясь не как танцор, а скорее, как охотник, или воин-разведчик.

Ася вздрогнула, приходя в себя от странной, но завораживающей мелодии. Покачала головой, заставляя себя вернуться в бальный зал незнакомого мира.

- Благодарю вас, но я не знакома с этим танцем, - проговорила она и вздрогнув, отпрянула, когда он не просто не отошёл, а наоборот, жёстко взяв её руку почти прошипел:

- Я поведу, просто не сопротивляйтесь, ваш запах слишком привлекает. К тому же вы разозлили Госпожу к ночи и лучшее, что вы можете сделать, это убраться от неё подальше. Он резко подхватил Асю и повел в плавном танце. Странная мелодия то обрывалась и требовала резких поворотов, то снова убаюкивала, заставляя семенить, подстраиваясь под шаг партнёра.

- Что происходит? - встревожилась Ася, чувствуя надвигающуюся опасность.

- Оборот, это не отражение того мира, что наверху, как может показаться. Это суть его жителей, - быстро ответил нежеланный партнёр, - скоро наступит ночь и те, с кем вы мило беседовали, обернуться в стражей, - поймав непонимающий взгляд девушки он странно прошипел что-то сквозь зубы, - В драконов водных глубин, охраняющих границы Мира, так понятней? Вам не стоит выходить из дворца, а лучше и из комнаты, до утра. Если не хотите навсегда остаться здесь.

- Кормом? - независимо вздёрнула нос вконец перепуганная Ася.

Неожиданно тренированная память отличницы подбросила воспоминание о прочитанной главе в бестиарии. Там было написано, что просто водяные драконы, охраняют границы, а те, о которых говорил Советник, уходят вглубь, почти к Грани и становятся частью бездны. Правда, оговаривалось и то, что их давно не существует.

- Как получится, - серьёзно ответил он.

- Но я даже не знаю, где моя комната, - растеряно проговорила девушка.

Партнёр снова что-то прошипел и неожиданно прямо взглянул ей в глаза:

- Я могу спрятать вас, но ночь может иметь последствия, - он нервно облизнулся, и Ася четко рассмотрела раздвоенный язык.

- Если ко мне прикоснуться с недобрыми намерениями, - нежным голосом почти пропела она, то моя защита испепелит злодея. Пусть Дейдра и Госпожа Сумерек, но я - Наследница Дома Лето.

- И как меня угораздило влезть в родственные разборки? - с гневом прошипел Советник и окинув взглядом зал быстро проговорил, - Сейчас вам предстоит бежать очень быстро и при этом держаться за мою руку. Постарайтесь не отпускать, от этого зависит ваша жизнь. И Атенаис, помните, с рассветом мы снова станем людьми, в вашем понимании. Так что не держите зла, просто постарайтесь пережить эту ночь.

Музыка снова резко смолкла. Вместо очередного поворота, Советник сильно дёрнул её за руку и они побежали. Вот только за распахнувшимися дверями зала оказался не коридор, а та же тьма, что стучалась в окно ванной. От неожиданности Атенаис отпрянула назад и вырвала свою ладошку из руки Советника. Он исчез, а тьма разлилась перед ней, как море. Асе стало трудно дышать, то ли воздух уплотнился, то ли паника накрыла с головой. Видимо нервная система решила, что на сегодня с неё хватит. Но Ася была не согласна стать кормом для неведомых существ, даже если они потом и вернут себе внешность людей. Она прошла немного вперёд и резко обернулась, в глубине души надеясь, что Дейдра придёт ей на помощь. Но за спиной была только та же густая темнота. Она подняла голову, надеясь увидеть звёзды, пусть и далёкие, но всё же знакомые и вдруг, отчётливо поняла, что этот мир без звезд. Не зная, за что уцепиться разумом, чтобы не сойти с ума от страха остановилась, скованная ужасом перед неизвестностью, девушка понимала, что ей надо бежать и забившись куда-нибудь, дождаться утра. Вот только куда бежать, если во дворце уже не люди превратились в монстров. Неожиданно впереди блеснули глаза. Ася замерла, она вспомнила то, что пыталась прогнать из памяти. И глаза Дейдры, и глаза Советника иногда менялись и тогда на девушку смотрели глаза рептилий с вертикальными зрачками. Те, что блеснули ей из темноты, скорее напоминали глаза собаки или волка. И Ася устремилась навстречу. Вскоре она поняла, что кто-то действительно помогает ей бежать. Этот кто-то молча подхватил её под руку и шёл рядом. Но у неё было стойкое ощущение, что он словно прокладывая дорогу, ведь стоило ей замедлить шаг как обладатель светящихся глаз замирал рядом. Наконец она почувствовала, что даже тренированное тело имеет свои пределы выносливости и просто упала на колени. Она скорее почувствовала, чем услышала вопрос и ответила в слух:

- Больше не могу.

- Ладно, я уведу их, а ты перестань светиться, и заройся в листья, это отобьёт запах - от мыслеречи, к которой она не прибегала уже очень давно, голова взорвалась болью.

Ася, сделала несколько шагов и села и подтянув колени к груди обвив их руками. Голова снова заболела, но уже знакомо. Кто-то пытался её обнаружить, стараясь увидеть место её же глазами. Но девушка лишь крепко зажмурилась. Она уже никому не доверяла. Ася вспомнила, что надо поставить блок, мысленный блок из описания чего-то, но что могло отвлечь от всепоглощающего страха? Она провела рукой по вырезу платья и нащупала бусинки вышивки. Смородина! Красная смородина! Чуть не вскрикнула и сама же зажав себе рот рукой стала старательно представлять веточки с алыми или рубиново красными ягодами, спелыми настолько, что на просвет были видны косточки. Постепенно мысленное описание настолько захватило девушку, что непрошенный гость, болезненно потоптавшись был вынужден покинуть её разум. И Ася, почти сразу, потеряла сознание.

Когда она пришла в себя, то с удивлением поняла, что наступило утро, наверное. В мире без Солнца и звёзд ориентироваться было трудно. Ася уютно устроилась в колыбели корней мощного, хоть и полностью облетевшего дерева. Это его листва послужила ей и подстилкой, и одеялом. Хотя, как она тут оказалась, девушка не знала. Небо переливалось оттенками перламутра, черные тени на глазах становились светло-синими и уходили вглубь леса. Вокруг становилось всё светлее, а от щебета местной птички у Аси не заломило уши, как от музыки на балу. Она попыталась встать, но тут же села обратно, всё же голова болела немилосердно, и словно не хватало воздуха.

- И что мне делать? - тихонько, в слух, спросила девушка.

Неожиданно из тени кустов соткался зверёк. Асе он показался похожим на лисёнка.

- Рыжулька? - с отчаянной надеждой прошептала Ася, её разум пытался ухватиться за что-то хоть немного знакомое, - ты больше не игрушка? Ты настоящий? Побудь со мной, я не причиню зла, правда!

Зверёк с беспокойством взглянул на неё, но потрусил навстречу и бросил что-то девушке на колени, а потом, растворился в тени и исчез. Ася увидела веточку с ягодами, машинально взяла и не поверила своим глазам. Во-первых, ягодки были красными, а тут этот цвет явно не популярен. А во-вторых, именно их она так отчаянно представляла в нынешнюю ночь. Красная смородина! Крупные и спелые ягоды на тонкой веточке. Девушка помнила её и в саду своего мира и там, где жила ещё недавно. Но вряд ли смородина растёт в этом лесу теней. Значит, и в этом мире без звёзд, есть кто-то кому не безразлично, что будет с ней, Асей. И он так даёт о себе знать. От облегчения, что она не одна, на глаза навернулись слёзы и Ася торопливо обобрала подношение губами, с наслаждением раскусив, и проглотила кисловатые ягоды. Странно, но головная боль прошла, и девушка смогла встать.

Видимо, вместе с ночью и темнотой ушло то, что вызывало панику и страх. Сейчас даже незнакомый лес был просто лесом. Пусть немного необычным, но красивым и вполне дружелюбным. Девушка огляделась. Темные ветви облетевших деревьев на фоне сероватого сумрака, считающегося здесь утром, казались карандашными набросками, а не чем-то живым. Трава, упруго проседавшая под её шагами, была покрыта инеем. Но коснувшись её, Ася поняла, что она сухая, просто такого цвета. Хоть облетевший лес и казался прозрачным, но в его глубине ушедшие тени клубились, становясь густо синими, как ещё один оттенок одежды, в гардеробной. Иногда, совсем неожиданно, на траве или ветках вспыхивали огоньки. Она вспомнила щедро расшитые блестящими нитями платья. Значит, здешние мастерицы лишь повторяли то, что видели. Мир полутонов и густых теней был красив своей собственной, ни на кого ни похожей красотой. Но это был не её мир.

Ася передёрнула плечами и шагнула на тропинку, которая вскоре привела её к хорошо утоптанной дорожке. А та вывела к замку. Девушка, запрокинув голову, рассматривала шпили и узкие окна. Замок лишь слегла напоминал тот, где она родилась. Тяжелые двери распахнулись и с криком:

- Атенаис, ты жива! - к ней устремилась Дейдра.

Ася шарахнулась в сторону и Дейдра, резко остановилась. Потом, всё же медленно пошла навстречу, протягивая к ней руки, ладонями вверх. Поравнявшись, Дейдра тихонько всхлипнула, и Ася с удивлением увидела, как по щекам сестры бегут слёзы.

- Я не хотела быть твоей убийцей, не надеялась застать тебя живой, - тихо призналась та.

- Почему? - так же тихо спросила Ася, имея в виду не только произошедшее.

- Я не знала, что ты совсем ничего не знаешь о Кланах, - с отчаянием проговорила девушка, - тебя воспитывали как Наследницу Дома, но видимо, мама не стала рассказывать о другой родне.

- Расскажи ты, - вынужденно проговорила Ася, понимая, что совсем не готова к откровениям.

- Давай пройдёмся, решительно сказала Дейдра, и шагнула вперёд, -Ты не можешь не знать, что очень немногие в Кланах имеют внешность людей, - начала она, но взглянув на Асю, всплеснула руками, - или можешь? Великая Ундина, но с чего же тогда начинать? - казалось, девушка действительно был в отчаянии.

Ася, которая хотела есть и пить со вчерашнего дня, изумлённо посмотрела на сестру. Но та уже бодрым шагом устремилась по дорожке. Ася растерялась, в учебнике подобное поведение хозяйки никогда не описывалось. В предыдущем мире, при встрече, всегда кто-то что-то предлагал пусть даже, воду. Разделить еду с гостем, это же первое дело. Или нет? Или за всеми речами сестры стоит совсем другое и Ася не гость, причем званый, а совсем наоборот? Расстроенная навалившимися подозрениями девушка, не сдержалась:

- Я не понимаю, почему так. Я же хорошо, даже отлично училась в Школе, и в другом Мире смогла жить. Там, в определенных книгах, очень часто встречались описания других планет. Здесь я дома, но чувствую себя пришелицей, совсем чужой, понимаешь? - горячо проговорила в ответ.

- Попробуем с самого начала, и даже чуть раньше, - хмуро взглянула Дейдра, - У вас, наверху, Богами, равными между собой, считают Троих. Опустим легкие различия, будем считать их людьми. В том Мире, что тебя приютил, похожая картина?

- Сейчас там моно-божие, - подумав, ответила Ася, - но было и по-другому. Кажется, я начала понимать, там тоже правили только люди, назовём их так.

- В Кланах, с самого начала, было по-другому, - решительно произнесла девушка, - вы, долгое время считали, что нас, Межсезонье, Верховные придумали наспех, стараясь предотвратить ваши войны за главенство. Но из ничего не может получиться нечто, поверь. Сам по себе, Мир Сезонов совсем не так прост. Пусть вы потомки Сезонов, но и Кланы Межсезонников не случайность. Мы потомки стихий, - что ты так удивилась? - фыркнула Дейдра, - Да, представь себе, Духи стихий - наши боги и предшественники. Просто Кланы не говорят об этом, да их никто и не спрашивает, - пожала она плечами, - В свою очередь существуют сам Клан и его Оборот. Как день и ночь, ты, светлая в своей наивности и я, познавшая тьму в сражениях за жизнь. Иными словами, у каждой монеты две стороны, так понятней? А Предтечи у Клана и его Оборота одни - стихии.

Глядя на расширившиеся глаза Аси, и видя в них почти панику, Дейдра от души рассмеялась:

- Не бойся, Кланы, а тем более, Оборот не готовят восстания по захвату власти Домов и не пытаются свергнуть ваших богов. Нам это просто не нужно. У нас своя жизнь и масса своих проблем. Кланы по договору с Верховными, по требованию Домов присылают своих людей, чаще всего, воинов, но ты, возможно первая, кто появился у нас, оттуда.

- Но Летописцы, как наша мама, всё же из Клана! - дрогнувшим голосом отозвалась Ася, хватаясь за вновь заболевшую голову и чувствуя, как её восприятие мира трещит по швам.

- Прежде чем появились Летописцы, должна была появиться письменность, - снисходительно бросила Дейдра, - как ты понимаешь, всё произошло не сразу. Ты права в том, что Летописцы появились в Клане лето/ осень. А теперь скажи, почему?

Ася открыла рот и закрыла. В Школе она честно учила историю мира, но никогда не задумывалась над ней. "Из ничего не может получиться нечто", повторила она про себя фразу Дейдры.

- Наверное, почему у Дворов правят женщины, а в Кланах мужчины, тебя тоже нет смысла спрашивать? - съехидничала Дейдра.

На лице Аси проступил ужас: - Так ты мужчина? В женском платье? - севшим голосом уточнила она.

Теперь, до неузнаваемости, изменилось лицо Дейдры. Черты остались теми же, а вот глаза стали отчетливо нечеловеческие. Узкий, змеиный зрачок полыхнул белым огнём, а в миг заострившиеся зубы, а особенно клыки заставили перепуганную Асю попятиться.

- Думай, что говоришшшь, - Я госпожа оборота Сумерек, а не извращенка, - явно сдерживая себя прошипела Дейдра, с трудом, но возвращая себе человеческий облик.

- Слава Верховным, хоть с этим повезло, - не смолчала Ася, которой надоели подколки. Пусть она не так опытна, как сестра и мало что понимает в жизни Кланов, но себя она в обиду не даст. По крайней мере, постарается.

На несколько минут между сестрами повисло молчание, первой заговорила Атенаис:

- Так почему в Домах правят женщины?

- Женщины хранительницы мира, - как-то автоматически откликнулась Дейдра, - а главы Кланов всегда предоставят им и военачальников и солдат.

- А ты? Исключение из правил?

- Я уже говорила, мы, межсезонники, считаем своими богами-предками стихии, их четыре, как и Кланов. Но Кланы, живущие наверху, они ближе к Домам, так наверно будет правильней сказать. Я, честно, не знаю, когда произошло расщепление Кланов и появился Оборот, - пожала плечами Дейдра, - В летописях об этом ничего нет. Но оборотные ближе к первоначальной стихии. И поэтому мы храним верхних, а они - вас. Мы, как и все те, кто наверху, Дома, Кланы, рождаемся проживаем отведенное время и снова уходим в Поток. Чтобы вновь вернуться, но уже кем-то другими. По нашим легендам, Клан лето/осень произошёл от водной стихии. Ундина, внешне выглядела женщиной, вот мы и не меняем традиции. У неё было два мужа, первый - водный дракон. От него у нас сила и мощь противостоять тому, что приходит из-за Грани и пытается пробиться наверх. Мы перевоплощаемся каждую ночь и биться приходится часто. Наверное, чтобы существа из-за Грани нас не могли испугать, в воплощении водных драконов мы теряем не только человеческую внешность, но и суть, и возвращаемся к ним только утром, уже не помня, что делали ночью. Ты присутствовала при этом, - Дейдра с усмешкой посмотрела на побледневшую от воспоминаний Асю, - А вторым мужем Ундины был эльф, из Морских эльфов.

- О драконах и элементалях или стихиях, как ты их называешь, я что-то слышала, а может и читала, - запальчиво перебила Ася, - но морских эльфов не существует. Они в лесах живут! Или жили, в давние времена, если вообще были, - глядя на усмехающуюся сестру закончила Ася, уже намного тише.

- Как ты всё буквально понимаешь, - с явным чувством превосходства недобро рассмеялась Дейдра, - морские эльфы, это самые младшие сыновья. Те, кто ничего не наследовал. Что бы создать семью или как-то иначе заявить о себе они уходили из дома, и пытались найти себя. Тогда для эльфов море было чем-то чуждым, даже враждебным. Вот и называли таких сорвиголов "морскими" эльфами. У людей это были бы солдаты удачи, понимаешь? Видимо это был особенно удачливый "морской" эльф, если от него пошли такие воины, - с гордостью закончила девушка.

- Два мужа, - растеряно повторила Ася.

- Да хоть 22, - рассмеялась Дейдра, - Ундина водная стихия и границ у неё нет.

- Значит, мама не решила покончить с собой, бросившись в воду из-за навязанного брака? - Ася пыталась хоть как-то выстроить новые знания и не сойти с ума.

- Нет же, - теряя терпение проговорила Дейдра, - она просто слушала внутренний голос. Видимо, с ней говорила сама Ундина, раз её решение привело к рождению двух правительниц.

- Я ещё только наследница, - поправила Ася, - и, кстати, почему твой Советник не стал меня спасать?

- В смысле? - изумление Дейдры не было наигранным.

- Он предупредил, чтобы я не отпускала его руку, а когда я отпустила, он не стал меня искать, - я так испугалась! - со слезами в голосе пожаловалась Ася.

Но вместо ожидаемого гнева и возможно, извинений, Дейдра молча уставилась на сестру.

- Что опять не так? - терпение Аси закончилось, - он обещал меня спасти, а когда я потерялась даже не стал искать!

- Да всё не так, - осторожно, как при разговоре с не совсем здоровым на голову, проговорила Дейдра, - тебе же сказано было, не отпускать руку.

- И что? Как я могла это сделать? Если рука выскользнула!

- Ты жить хотела? - скептически подняла бровь Дейдра, - Тогда вцепиться надо было в него, хоть зубами, а проще на закорки прыгнуть. И держаться, что есть силы. Он согласился помочь, но помочь и сделать всё за тебя, это совсем разные вещи. Видимо, ты слабая, раз не смогла, - красивые губы Дейдры дрогнули презрением.

- Похоже, мне пора домой, - решительно проговорила Атенаис, вскинув голову и понимая, что никогда бы не решилась на то, о чём так спокойно говорит сестра, - твой мир красив и я благодарна за новые знания. Но мне надо идти.

- Похоже. - кивнула Дейдра, - Знаешь, я всё думала, какой тебе подарок с собой дать, на память. Мама просила о телохранителе, - девушка пожала плечами, - но теперь я просто не знаю, кто из моих тебе может подойти. Давай ты сама выберешь? Но если никто не подойдет, не держи зла, ладно? - Дейдра испытующе посмотрела на Атенаис, - Ты, действительно совсем другая, и я не хочу, чтобы телохранитель, выбранный мной, привел тебя к гибели.

- Хорошо, - покладисто кивнула Ася даже отдаленно не представляя себе, что будет делать водный дракон в её мире, особенно ночью. Видимо, ей придется вежливо покивать головой на претендентов и прошептать сестре, что никто не подходит. И хорошо! Зато она совсем скоро будет в своём мире, ярком, цветном и тёплом, а главное, понятном. Ася расправила плечи и подняв голову, взглянула на Дейдру,

- Куда идти?

- Недалеко, - отозвалась Дейдра, поправляя на груди чёрные косы и о пробегая пальцами по украшениям, проверяя, все ли лежат ровно.

Ася искоса посмотрела на сестру. Дейдра была красива, очень. Но, несмотря на внешнюю красоту человеческого лица, в ней было что-то, заставляющее Асю внутренне сжиматься. Нечто такое, отталкивающе хищное, отчего Асе не хотелось приобнять сестру за плечи или хотя бы взять за руку. Напротив, незваной гостье, кем всё больше чувствовала себя девушка, хотелось отойти подальше, а потом бежать без оглядки. Только куда?

Вскоре они оказались на большой поляне, где был разбит лагерь. Небольшие костры в разных углах привлекали к себе удобными чурбачками или ошкуренными стволами. Несколько прямоугольников были обнесены толстой верёвкой. Там сражались на мечах или другим оружием, незнакомым Асе. Некоторые мужчины просто сидели или лежали. Однако нечто, похожее на форму, было на всех. И если темные одежды ещё можно было объяснить тренировками, то закрытые лица, даже у тех, кто тренировался обнаженным по пояс, вызвали у Аси недоумение. Теперь всё происходящее становилось более понятным, хотя это совсем не обрадовало. Обещание, данное матери познакомиться и помочь сестре, тяготило Госпожу Сумерек, но и не выполнить его она не могла. Вынужденно приняла Атенаис, открыла тайну Оборота. Бал знакомства был лишь для того, чтобы продемонстрировать саму Атенаис и выполненное обещание. Видимо, Дейдра не собиралась выпускать сестру или хотела, чтобы она исчезла, а вместе с ней и тайна мира Дейдры. Однако, Дейдра всё же колебалась, чем и был вызван душ с местными притираниями. Сестра играла в двойную игру, предоставила ей Советника, но сама ничего не объяснила. Надеялась на ошибки Атенаис, на то, что всё получится само собой. Но зачем её смерть Госпоже Сумерек, Атенаис пока не понимала. Однако, чтобы там ни придумала сестра, самоубийство по дурости и от незнания чужих правил, в Асины планы не входило. Вот уж истинно: "...я доверял ему, как родственнику, то есть не доверял совсем", очередная фраза из учебника, что запомнилась своей забавностью, а обернулась мудростью.

- Походи, посмотри, - заговорила Дейдра, - они тебя не видят. Так лучше всего отбирать, - пояснила она на удивленный взгляд Атенаис, - ты можешь подойти совсем близко, рассмотреть, услышать голос. Всё то, что при официальном приветствии будет скрыто. И не спеши, именно сейчас ты выбираешь того, кому доверишь жизнь. Ошибка будет слишком дорого стоить.

Хорошая попытка исправить ночную ошибку, - мысленно согласилась Ася с сестрой. Она уйдёт с неправильно выбранным, а это будет любой из тех, кто на поляне, с закрытым лицом, и будет виновата сама. Девушка видела, искусная игра Дейдры подходит к концу. Госпожа Сумерек явно устала притворяться и быть не собой. Ещё Ася понимала, что всё происходящее было затеяно не только ради неё и слова, данного их маме. Ей, выросшей среди интриг, была прекрасно знакома эта многоходовка. Всё делается ради того, кто в данный момент всех важнее для Дейдры. Но этот "кто-то" согласен с Дейдрой или она, не спрашивая, делает так, как хочет. Эх, если бы узнать! Пока же, Асе, надо не выдать себя и своё понимание. Постараться остаться в живых и вырваться из гостеприимного Оборота.

Она искоса посмотрела на Дейдру. Несмотря на утро, девушка выглядела утомлённой. "Какая она красивая" - мелькнула странная, не подходящая времени, мысль у Аси. "Точёная фигура, роскошные косы и нежное, немного наивное личико с огромными глазами, сейчас полночного цвета, как те тени, что убрались вглубь леса, когда наступило утро. Она уже Госпожа Сумерек, и чтобы всё осталось по-прежнему, надо лишь избавиться от родственницы, которая на деле почти чужой человек. Дейдра поймала взгляд Аси и в её глазах промелькнуло раздражение, которое она притушила, взмахнув ресницами. Ася огорчённо прикусила губу - Дейдра всё решила.


## Глава 6. Это нормально, бороться за тех, кто тебя любит... Но нельзя бороться за то, что бы тебя любили...


Будучи студенткой, Ася часто писала небольшие рассказы, иногда в общий, факультетский сборник, чаще для себя. И очень любила фразы: "так кончается детство" или "он ушёл в ночь, а я вошла в новый день". Сейчас ничего пафосного или просто умного в голову не приходило, даже чтобы подбодрить саму себя. Просто она понимала, что если не сумеет выпутаться, то тут всё и окончится, вон в том леске с неправильно выбранным телохранителем. Весь предыдущий опыт жизни ничего не подсказывал, и Ася тянула время, никак не решаясь переступить невидимый порог.

В Школе Великих домов, после началки, обучение было раздельным. В новом мире она научилась многому, но там, с парнями были совсем другие отношения. Однокурсницы называли их "равными". К подобному наследница Высокого Дома явно не стремилась. Как и к тем парням, что пытались командовать внешне хрупкой девушкой, и обнимая, вешали свою руку ей на шею, как хомут. Вспомнив это, Ася внутренне передёрнулась. Разумеется, в Школе их учили постоять за себя. Да и в новом мире она часто записывалась на курсы самообороны, изучая необычные для неё приемы. Иногда ей удавалось пробыть на них довольно долго. Чаще же, наткнувшись на прищуренные глаза тренера, она исчезала сама, чтобы избежать ненужного внимание к себе, и к своим способностям. К парням на курсе пришлось применить небольшое ментальное внушение, и Ася стала просто не популярна.

Девушка понимала, особенно после сегодняшней ночи, дальше одна она не справиться. Надо попытаться найти если не друга, то хотя бы не врага. Паника захлестнула внезапно. Очень сильно захотелось домой, Атенаис мысленно тряхнула себя за шиворот, напоминая, что дома у неё нет. А чтобы он был, ей надо не паниковать, а действовать. Она глубоко вздохнула и шагнула за невидимую глазом границу. Дейдра сказала правду, её не видели. Девушка скользила легким ветерком, слушала, смотрела и неожиданно увлеклась. Так близко и таких разных мужчин она ещё никогда не видела. Сильные, умелые, совсем юные и зрелые. Но Дейдра была права и в том, что среди них Ася не чувствовала никого, кого бы хотела позвать за собой, и, тем более, доверится. Она была почти готова повернуть обратно, когда её взгляд скрестился со взглядом ярких светло зеленых глаз. Цвет первой весенней листвы был так неожиданен на фоне бледно-голубых, серых или черных глаз, что Ася замерла. Парень сидел, подвернув под себя ногу и лениво строгал палочку, явно очень острым ножом. А потом она поняла, он её видел!

- Прошу прощения, - негромко отреагировал он на её потрясенный взгляд, - но, если я встану, морок, скрывающий тебя, исчезнет.

- Я ищу телохранителя, - торопливо проговорила Ася, - Ты пойдёшь со мной? - спросила почти шёпотом. Она узнала глаза того, кто ночью пришёл ей на помощь, но ещё не верила в удачу.

- Не получится, - с видимым сожалением ответил он, - я не один. А друга отсюда не выпустят.

- А если я смогу договориться? - Асин голос дрогнул.

- Если вы сумеете, я пойду за вами куда угодно, - приятный баритон раздался так близко, что Ася шарахнулась. Совсем рядом с ней стоял Советник. Хотя, присмотревшись, Ася поняла, что ошиблась. Черты лица были схожи, волевой подбородок, прямой нос. Но Советник сестры постарше, и глаза у него были с вертикальными зрачками. У этого парня глаза были человеческие, светло-карие, похожие на глаза её игрушки-лисёнка, Рыжульки, но там были пуговички. И что в голову лезет, одёрнула себя Ася, но продолжала не доверчиво смотреть на подошедшего. Обнаженный по пояс, загорелый парень, торопливо снял с лица балаклаву и испытующе посмотрел на Атенаис. Красивый, "по-эльфийски", он был явно крупнее своих сородичей, о которых пишут в книгах. Морской эльф, пришло понимание, их потомок.

- Я ищу телохранителей, чтобы они помогли мне, но совсем в другом мире, - торопливо заговорила Ася.

- Вытащите меня отсюда, и я готов работать на вас бесплатно, скажем, первый год, в любом мире, - серьёзно сказал эльф.

- Лис, ты в уме? - быстро проговорил зеленоглазый, вскакивая на ноги, он встал рядом и оказался даже шире в плечах и уже в поясе, чем приятель, - На что ты её толкаешь?

Неожиданно для себя, Ася поняла, что именно эти двое "виноваты" в том, что она всё ещё жива. Они помогли ей ночью, просто так, значит и она поможет. А потом разберутся, кто и что должен.

- Она ищет воина, я предлагаю свои услуги и озвучиваю условия, - отозвался тот, кого назвали Лисом, - и что не так?

- Какой странный выбор, - проговорила Дейдра, неожиданно оказываясь рядом. Ася видела, как на щеках сестры загорелся злой румянец. На балу Дейдра была недовольна, что её Советник подошёл к Асе. Но тогда, оказывается, были даже не цветочки, а так, бутончики. Ася быстро перевела взгляд на Лиса, тот сдержанно поклонился. Видимо, морок исчез и девушки стали видимыми. Ася с изумлением поняла, что Миры могут и меняться, а вот отношения везде одни и те же.

Атенаис взглянула на Дейдру и эльфа, как бы со стороны. Будь они парой, смотрелись бы потрясающе. Так хороши, оба. Вот только, она внутренне усмехнулась, сколько раз видела подобное, пока училась: горящие ненавистью и обидой глаза влюбленной девушки, которая всё решила и за себя, и за парня. Его мнение она не спросила, уверенная, что он просто не может думать по-другому. И парень, хоть и старается не быть грубым, но девушка ему не нравится. Пусть и такая красивая, как Дейдра. Насильно мил не будешь. Закон жизни, кочующий в веках и мирах. И его не дано изменить никому, даже одной из Трех. Значит, вот кому Атенаис обязана тем, что жива до сих пор, и вот ради кого Дейдра пытается быть не собой. Наверняка, эльф этого заслуживает, вот только стоит сестре понять, что он уходит, и не просто так, а с Атенаис, жить им останется сущие минутки.

Ася повернулась к сестре, пытаясь сгладить ситуацию:

- Проблемы? - мягко уточнила она, - Ты же сама сказала - выбирай. Я выбрала. Или они связаны словом или обязательствами перед тобой? - слова сами срывались с языка и Атенаис была рада, что память, независимо от страха перед происходящим, работает.

- Двуногие без оборота? - почти выплюнула Дейдра, - связаны со мной? - губы девушки некрасиво изогнулись, изображая презрение.

Ответ был слишком быстр и резок, притом, что на неё Дейдра даже не посмотрела. Госпожа Сумерек не спускала глаз с обнажённого торса эльфа, взглядом лаская мускулистое тело. Не сдержав порыва, даже облизнулась кончиком раздвоенного язычка, и Ася скорее почувствовала, чем увидела, какого труда стоило эльфу удержать лицо и не отшатнуться.

Ася взглянула на сестру. Перед ней стояла девчонка со школьного двора, готовая кинуться в драку, за то, что считала своим. Да и вся ненависть, горящая в глазах сестры, сейчас обратилась на Асю,

- Другие тебя не устроят? Этого я не отдам, - озвучила происходящее Дейдра. Она махнула рукой на Советника, который пытался что-то возразить: - Неважно, сколько проживёт, я хочу, чтобы он остался!

Атенаис увидела, как исказилось лицо эльфа и каким отчаяньем полыхнули зелёные глаза его друга. Что же, искренне жалко, но видно с родственными узами и тут не сложится. Ася досадливо прикусила губу, и что с ней не так?

- Не-а, - лениво протянула она в ответ, старательно копируя то, видела однажды - пора мне, сестрёнка, провожай! Этих двоих я выбрала и забираю с собой, - Вот только жвачки во рту не хватает, для полноты картины, мысленно хмыкнула Ася.

- Ты не слышишь? Я не отдам! - голос Дейдры изменился на угрожающее шипение, а лицо стало меняться, принимая жуткие черты крупной змеи.

Атенаис сделала нарочито изумленные глаза:

- Не отдашь телохранителей, ранее предложенных тобой же? - немного надменно уточнила она.

- Нет! Да! - Дейдра сжала кулаки, явно стараясь справиться с оборотом, удержаться в человеческой личине, а на её глазах появились злые слезинки, - возьми других и уходи, если сможешь.

- Ты пойдёшь со мной? - Ася быстро глянула на зеленоглазого.

Парень не стал тянуть время и задавать вопросы:

- Вытащи Лиса и айда, - кивнул он.

- Я решила, не уйдёт никто! - Дейдра вызывающе вскинула голову, - так даже лучше будет, - добавила она и расправила плечи.

Справившись с оборотом, огромная змея вновь выглядела юной трогательной красавицей, со слезинками на щеках.

- Не будет! - Ася удивилась, как чётко, словно по чьей-то подсказке, она рванула подвеску с шеи и швырнула её под ноги сестре. А пока колёсико летело, вращаясь и отвлекая внимание, схватила парней за руки, бормоча слова призыва.

Огонь и жар лета пришедшие на помощь были пролонгированы осенью и всё вместе дало в мире Ундины такой взрыв, что Ася толком и не рассмотрела, что происходит. Она не представляла, какую силу бабушка вложила в её оберег "колесо судьбы". Просто услышала визг сестры и ругательства Советника, бегущего той на помощь, но даже глубинные водные драконы не сунуться в лаву из огня и пара, если не хотят оказаться сваренными.

"Запомни! Истинная Хозяйка Сезона Лето всегда оставит последнее слово за собой" - так учила бабушка, грозя маленькой внучке пальцем, на котором сверкало родовое кольцо, а остро отточенный ноготь был покрыт зеркальным лаком, пускавшим "солнечных зайчиков". Только теперь, взрослая Атенаис в полной мере поняла, что та имела в виду.


Глава. 7. Мир легенд и преданий.


Тьма, ощущение полёта и приземление на что-то очень твёрдое. Атенаис рискнула приоткрыть глаза и тут же распахнула их во всю ширь. Они оказались в лесу, но этот лес был другим. Нет, не так, он был Другим, с заглавной буквы. Наверное, Боги, когда создавали лес в своём воображении, представляли его таким. Идеальные деревья, с ровными стволами и ветками. Идеально зелёная трава и цветы в ней, хоть и растут сами, но этакими куртинами и словно подобраны по цвету и вкусу садовника. Интересно, у леса бывают садовники, или они называются лесниками? Хотя лесники это что-то другое? Атенаис потрясла головой, стараясь прийти в себя и с трудом разжала руки, всё еще сжимающие ладони парней, заметив, что от её ногтей на них выступила кровь.

- Извините, я не хотела, - машинально проговорила она и тут же вернулась к действительно важному, - а мы где?

Тот, кого называли Лисом, вскинул бровь, слизнул кровь с руки и оглядевшись растеряно проговорил:

- Мы в мире, которого не существует многие века. И самое странное, что мы в нём живые.

- С чего такая уверенность? - зеленоглазый парень лишь мельком глянул на расцарапанную руку и принялся проверять оружие, которым оказался увешен.

- Кровь, - Лис поднял руку, демонстрируя длинную царапину, - будь мы мёртвыми, её бы не было, а так, - продолжил он, - мы в мире, о котором слагают легенды, но бояться в него попасть, хотя лично я потратил несколько лет жизни, пытаясь найти путь. Понял, что не судьба, опоздал родиться. И тут встреча с прекрасной незнакомкой открыла мне дорогу в мечту, - Лис приосанился и изящно поклонился Атенаис, - Мы в мире эльфов, и если это тебе что-либо говорит, то уточню, летних эльфов.

- Эти существа враждебны? - спросил его спутник, оторвавшись от изучения кинжала.

- Ян, ну нельзя же так, - закатил глаза Лис. - я тебе о мечте и о чуде, а ты опять о сражениях и о пище.

- Поесть бы то же не мешало, - белозубо улыбнулся Ян, - к тому же мы, с твоей подачи, нанялись в телохранители, так что, оденься и представь нас Госпоже.

Лис явно смутился. Развязав рубашку, крученную как пояс, быстро оделся и принял от приятеля часть оружия.

Вот оно как, - мысленно отметила Ася, - значит всё же этот Ян не до конца псих, раз увешан не только своим.

- Я не праздничное дерево, чтобы игрушки на себе развешивать, - насмешливо глянул на неё Ян, - просто пока Лис умывался. Я стерёг и его оружие.

- Госпожа, позвольте представиться.

Ася повернулась на оклик и обомлела. Казалось бы, что такого, ну надел эльф рубашку, вооружился, но перед ошарашенной девушкой стоял воин, как на картинке из дамского романа, что кочевал по спальням девочек, в Школе. Ася чувствовала, как предательский румянец заливает не только щёки, но и шею. Она поймала смеющийся взгляд Яна и фыркнув, выпрямилась, вздёрнув подбородок.

- Моё имя довольно сложно произнести, я назову его, если вы потребуете клятву. А так, меня зовут Лисом, несколько общедоступных для произношения букв сложились в это имя. - немного напевно сообщил он.

Конечно, парень видел, как покраснела Ася, но не подал виду.

- А также добрый и располагающий к доверию характер, - негромко добавил Ян.

Лис покосился на приятеля, но смолчал, и продолжил:

- Как было известно до этого момента, эльфы действительно не миф, они существовали, но очень давно. В преданиях говорится, что младшие сыны родов уходили, чтобы обрести себя. Естественно, многие гибли, ведь эльфы не бессмертны, мы просто долгоживущая раса. Другие же находил себя в далеке от дома и не возвращались. Я потомок такого невозвращенца. За века эльфийская кровь была сильно разбавлена, но почему-то именно мне, достались уши предков, а вместе с ними и интерес е семейным легендам. Я, с детства, мечтал увидеть то, от чего ушёл мой предок. Как известно, взросление ребёнка начинается тогда, когда он понимает, что его судьба не сзади, в доме с семьёй, а впереди, в дороге к себе. Так что, я довольно рано ушёл из дома и, прежде чем воплотить мечту о поиске, постарался стать хорошим воином. Смею заметить, мне это удалось. Я предлагаю Высокой Леди свои умения воина и, как и было договорено ранее, за первый год оплата мне не нужна. Я так у вас в долгу. Вы воплотили мою мечту в жизнь.

- Спасибо, Лис, - Ася кивнула и улыбнулась, - клятву я пока брать не буду, я всего лишь Наследница и за своё место мне еще придётся бороться. Я просто рада, что ты будешь рядом.

Лис снова поклонился и продолжил,

- Несколько лет мы путешествуем вместе с моим другом. К сожалению, после неизвестной мне травмы, Ян помнит о себе очень мало, но как друг, и как воин, он безупречен. Я прошу принять его на службу вместе со мной и клянусь жизнью и честью, вы не пожалеете.

Повисло молчание. Ася пыталась вспомнить правильную формулировку соглашения. И ещё, она была уверена, что тогда, ночью, ей помог именно Ян.

- Да, конечно, - услышала она себя, словно со стороны, - у меня нет повода не верить вам. Что же до меня, вашей невольной госпожи, то я Атенаис-Доменика, Наследница Высокого Дома Лето.

Наверное, ей первой довелось увидеть изумление пополам с недоверием на лице обычно невозмутимого эльфа. Теперь он смотрел на неё, как на нечто диковинное.

- Вы? Правда она? - растеряно проговорил он.

Ася смутилась и взглянула на Яна, уверенная, что этому скептику будет, что сказать. Но и он, присевший на травку, во время речи Лиса, резко поднялся и так же, с недоверием, смотрел на неё.

- Да, - чуть пожала плечами девушка. Я - она. И что? Вы хотите отказаться от службы?

- Нет, конечно, - покачал головой эльф, - просто я обычный наёмник. А вы, одна из четырех правительниц Мира.

- Я пока, только Наследница, и очень многие хотели бы, чтобы так и оставалось. А лучше, чтобы меня не было совсем. Видишь, как с Дейдрой получилось, - отозвалась Ася, - но насчёт обычного, ты что-то крутишь, Дейдра не просто так в тебя вцепилась. Эльф отвёл глаза, а на скулах парня проступил румянец гнева:

- Ты госпожа, если спросила, я не могу промолчать, - угрюмо заговорил он, - хоть и не горжусь происшедшим. Дейдра наняла нас, был целый отряд. Мы сражались за неё, ночью, в её мире. И я даже толком не знаю, с кем. Ведь ночью они другие. Она очень верила в свою предшественницу, богиню Ундину. И хотела стать ею. Но, как понимаешь, быть и казаться, это совсем разные вещи. Тогда она решила, что обряд замужества придаст легенде новые силы. Её Советник, водный дракон был только за, а вот я не согласился. Был изгнан в казармы охранников, где мы, вновь встретившись с Яном, пытались придумать план побега.

- Ты был влюблен в неё? - Ася попыталась понять расклад.

- Нет, совсем нет, - покачал головой Лис, - девушка, конечно, красивая, кто же спорит, да и Госпожа, что лестно. Но, понимаешь, это всё не по-настоящему, как театр, хотя убивать пришлось, - он пожал плечами и отвернулся.

- Дейдра обещала ему открыть портал в эльфийский лес, - негромко пояснил Ян, по напряженному лицу парня было видно, что он переживает за друга.

- Но такого портала нет, - удивленно проговорила Ася.

- Как видишь, есть, - Ян повёл рукой, показывая открывшийся лес, - только пройти и провести за собой может лишь Истинная Хозяйка.

- И что дальше? - Ася взглянула на Лиса.

- Я немного представляю, что мы ищем, вернее кого, - задумчиво отозвался парень, - так что просто идите за мной.

Он шагнул вперёд, и Ася пошла следом, но едва Ян поравнялся с ней, девушка бросила не него виноватый взгляд:

- Ян, ты мне ничем не обязан, но сможешь подождать с оплатой? Здесь у меня нет денег.

Парень чуть удивленно посмотрел на неё и кивнув проговорил:

- Вы, видимо жили далеко от родных мест, госпожа?

- Я, как и Лис, не очень представляла, как вернуться, - пояснила девушка и прибавила шаг.

Лес эльфов поражал красотой и какой-то законченностью. Он был Миром для тех, кто жил в нём и это чувствовалось в его удивительном спокойствии и величии. Атенаис, крутила головой, стараясь не спотыкаться. Но как тут удержаться? Вон птичка, совсем другая. Словно выточена из бриллианта, так сверкает! А вот другая, голубенькая, хвостик, как у мини павлина. Ой, а цветы. Их даже сорвать преступление, красоту такую. Наконец, Лис притормозив, подхватил её под руку.

- Госпожа, поверьте, вы нужны нам живой и с целыми ногами, по возможности.

- Но Лис, ты же это видишь? Это волшебство? Знаешь в том Мире, где я жила, была пословица; в берёзовом лесу веселиться, в сосновом молиться. А в еловом удавиться. А тут еловый лес, но он такой радостный. Елочки, как на подбор, и хочется не о конце думать.

- А взять корзинку, собрать грибочки и суп сварить? - подначил Лис.

- Ты смеёшься надо мной! - негодующе сказала Ася.

- Нет, просто громко улыбаюсь, - мягко усмехнулся он.

Ася видела, как приятен ему её восторг открывшимся миром, его миром.

- Эльфы делятся на Зимний двор и Летний, - стал рассказывать Лис, - Вы в чертогах Летнего Двора. Видимо то, что вы наследница сезона Лето и дало возможность нам оказаться здесь, - задумчиво подытожил парень.

- Я не задавала направление, положилась на Судьбу, - тихо призналась Ася, - вот мы тут и оказались.

- Скоро покажется мой дом, - отозвался эльф, я его никогда не видел, воочию, даже рисунков нет. Но однажды, во сне, меня сюда пригласили. Я тогда был подростком, пришло время выбирать Путь. Отец был охотником, но меня это не привлекало. Мама сажала цветы и овощи на продажу. Тут я помогал, но скорее, как рабочая сила. В ту ночь я оказался здесь, и мой далёкий родич пригласил меня домой. Проснувшись, я рассказал родителям и вот тогда отец поведал мне семейную легенду о "морских" эльфах. Сказал, что видимо меня зовёт кровь, там, где я родился. Про эльфов рассказывали сказки, да и то, малышам. Вера в волшебство заканчивалась вместе с детством. Надо было работать и помогать семье или уходить, ища свой путь. Я ушёл, как и мой далёкий предок, "морской" эльф.

Атенаис взглянула на Лиса, успев заметить, как парень поджал губы и закаменел лицом, вспоминая. Видимо поиск Пути дался ему не легко.

- А Ян?

- С Яном я встретился гораздо позже и снова мне помогло эльфийское прошлое моей семьи, - по-доброму усмехнулся Лис, - у отца, в изголовье кровати висел то ли кинжал, то ли короткий меч, но никто из наших не представлял, как им сражаться. Просто память. Однажды пришлось заночевать довольно далеко от обычных дорог и услышав звук драки, я не удивился. Дрался парень, один против нескольких. Это я ещё мог оставить без внимания, поскольку он явно, справлялся, но он дрался загадочным клинком! Когда я это понял, то кинулся к ним, сломя голову, так боялся не успеть, парень победит и уйдет, и спросить будет некого.

- Картина была ещё та, - откликнулся поравнявшийся с ними, Ян. Дерусь я спокойно, никого не трогаю, а тут на нас с бандитами, с сеновала, слетает нечто, всё в шерсти и сене и вопит, мол, стой, покажи клинки! Я так давно не пугался, а разбойнички вообще, в рассыпную.

- А почему в шерсти-то? - рассмеялась Ася.

- Тулуп на мне был, спал я в нем, иначе на сеновале холодно было, - быстро проговорил Лис, как-то по-особому глянув на Яна.

Тот едва заметно кивнул.

- А откуда ты знал, как надо сражаться? - перевела разговор Ася.

- А это моя особенность, если можно так сказать, - нехотя проговорил Ян, Ася видела, как ему не хочется говорить, но он переводил разговор на себя, по невысказанной просьбе друга, - стоит оружию оказаться у меня в руках, я знаю, как им надо пользоваться, даже если не знаю название. Память у меня сохранилась, выборочно. Но для жизни хватает. Имя помню и умения воина при мне остались, - он немного рассеяно пожал плечами, - и всё.

- Мы пришли, - хрипловато перебил Лис.

Открывшийся дом был небольшим, двухэтажным. Но лестница, ведущая наверх, шла снаружи. Дом стоял между трёх сосен-исполинов, как будто рос вместе с ними. Узкий и высокий. Он и был заметен не сразу. Лис шагнул вперед и словно ожидая его, распахнулась дверь и на крыльцо вышел эльф. Даже издалека было видно, что это родственники. Лис в несколько шагов прошёл расстояние, отделявшее его от крыльца, и скрылся в доме, вместе с хозяином.

- А мы как? - удивленно спросила Ася.

- А мы подождем, - отозвался Ян, - вон на той лавочке. Ты видела хозяина? Он очень стар, даже для эльфа, возможно для него счет шёл уже на дни. Так что пусть не теряют время на гостеприимство и поговорят.

Ася кивнула и просто сидела, рассматривая окружавшие их цветы и деревья. Потом она повернулась к Яну:

- Интересно, но он же не один тут живёт, почему никто не пришёл узнать, кто мы? Мало ли, может быть мы злодеи?

- Летние эльфы собираются вместе только во Дворце своей королевы, - а так, они предпочитают одиночество. Это такая, эльфийская самодостаточность, - пояснил он, коротко взглянув на Асю, и бояться им некого, чужие тут не окажутся. Их мир, это не вчера или завтра, он вечное сегодня, поэтому они долго живут, а потом просто растворяются в своем Мире.

- А откуда ты это знаешь? - удивилась девушка.

- Не знаю, - нехотя признался Ян, просто если мне задать вопрос, я отвечу. А откуда знания, не помню.

- Так может ты прорицатель или маг какой, неизвестного Ордена? - заинтересовалась Ася и видя, что Ян хочет встать, положила ему на плечо руку.

- Ай! - вскрикнул парень и отшатнулся от девушки. Ася то же шарахнулась, но уже в другую сторону.

- Ты чего? Я больно сделала? - шёпотом спросила девушка.

- Нет конечно, прости! Просто тепло от руки, - пробормотал Ян, растеряно посмотрев на Асю.

- Естественно, - изумлению Ася не было предела.

- Нет, ты не понимаешь, - торопливо заговорил Ян, - я не чувствую, боли или тепла, вообще не чувствую. Один старик мне сказал, что это душа замерзла. И если она начнет отогреваться, я почувствую тепло руки друга. Вот, я почувствовал, твоё тепло. - парень был растерян и взволнован.

Ася только кивнула, надеясь, что с возвращением Лиса всё как-то само простроится. Лис вскоре вышел и торопливо сбежал по ступенькам навстречу поднявшимся друзьям.

- Вы не представляете, - начал он, - тот старик, он мой родич, пра пра, неважно. Остался тут, последним в Роду и жил надеясь, что всё же найдётся тот, кто услышит его зов и вернётся. И он сможет передать наследие Рода. Он много всего сказал, но самое главное, Ян, он может видеть и согласился посмотреть тебя. Пойдем скорее! - Лиса трясло от возбуждения, он схватил Яна за руку и почти потащил за собой.

Ася лишь кивнула, провожая глазами друзей. Всё же работа личных телохранителей ей представлялась по-другому. Однако Лис вскоре вернулся и присел рядом. Ася, повернувшись, посмотрела на него.

- Прости, - тихо заговорил Лис, - я не знал, что так случится, - Он передал мне перстень Рода перед тем, как принять Яна, сказал, что это его последнее дело.

- Он целитель? - тихо уточнила Ася.

- Не знаю, скорее целитель души, я ещё плохо понимаю, что происходит.

- Надо надеть кольцо? - Ася тянула время, давая Лису возможность самому принять решение за них обоих, но парень сидел, не двигаясь, нахохлившись, как большой птенец.

- Надо, - почти шёпотом подтвердил он.

Ася кивнула и протянув руку, подставила ладонь. Пусть она и жила в далёком мире, но учили то её, как Наследницу. Сейчас Лис примет самое главное решение и всё будет зависеть от пальца на которое он наденет кольцо. Безымянный - и он и его сердце навсегда останется здесь, средний- самоутверждение, указательный - власть.

Атенаис взяла положенный Лисом перстень, на секунду сжала в кулачке, мысленно желая долгих лет и справедливого правления. И взяв перстень двумя пальцами, без колебания надела его на безымянный палец, растопыренной руки Лиса. И услышала, как он выдохнул. Значит, всё правильно, хоть и немного грустно.

"Нерешительные мужчины убивают женские надежды" - так однажды сказала бабушка, подняв голову от книги, и решительно подчеркнув строчку в книге острым ногтем, - что может быть хуже, чем нужный мужчина, который вроде как рядом, но ничего не делает". И растерянный ответ четырехлетней девчушки, которая мало что поняла из сказанного, но не могла не ответить старшей, задавшей вопрос. "Я не знаю, бабушка!" Она тогда складывала слова из кубиков, мечтая о сливочном мороженом. "Главное, запомни! Вспомнишь, когда понадобиться". Что ж, Глава Дома оказалась права, Атенаис вспомнила, хоть и нахмурилась некстати всплывшему воспоминанию. Что-то последнее время бабушка и её слова всплывают в памяти всё чаще и к замешательству внучки, бабушка, пока, ни ошиблась ни разу. Она вздрогнула, поняв, что прослушала Лиса, а тот и не заметив, продолжал говорить:

- Понимаешь, он почти уже не здесь, ходит по дому, иногда становится прозрачным и всё рассказывает, рассказывает. Все близкие ушли очень давно. А он ждал. И чтобы не сойти с ума и удержаться в этом мире, сажал цветы. У эльфов есть такая присказка, "сажаешь цветы, пускаешь корни", вот он и удерживался в мире корнями цветов. Понимаешь? Растил их, а потом плёл венки и отсылал их Королеве. Прекрасный старый принц. Он даже не знает, что его Королевы давно нет, - горячо говорил парень.

- А ты знаешь? - уточнила Ася.

- Теперь да, это кольцо, - поднял руку Лис, - как ты надела, я думал сойду с ума, столько знаний и вообще всего, сразу обрушилось. Атенаис, ты даже сама не представляешь, что ты сделала для меня, и я не знаю, чем смогу отплатить.

- Если последний в Роду теперь ты, может не стоит рисковать? Хочешь, я отпущу тебя, прямо здесь и сейчас? - тихо предложила девушка, - и видя, как вскинулся эльф, примиряюще подняла руку, - Лис, дело не в храбрости или договоре, тебе надо продолжить Род.

- Я рассказал о тебе родичу, - опустив голову, признался Лис, - он ответил, что ты сама предложишь мне остаться. И ещё он посмотрит Яна. А чтобы Род был признан живым, после его ухода я должен вернуться и предстать перед Королевой.

- Да будет так, - шепнула Ася и прикусила губу.

Лис взял её за руки и вложив что-то в ладошку, сомкнул пальцы, - просто на память, без обязательств и как бы ни сложилась судьба, - шепнул он и вскинул голову, - меня зовут, я сейчас.

Разжав руку, девушка увидела небольшую кисточку красной смородины. Она усмехнулась, ну хоть какое-то угощение. А поднеся к губам покраснела и рассмеялась. Кисточка смородины оказалась брошью, просто эльфийской работы. Недаром об этих мастерах слагали легенды. Ася посмотрела вслед парню, Лис ей очень нравился, с ним было легко. Но она давно для себя решила, а встреча с Дейдрой только укрепила её решение, что в отличии от бабушки и мамы не пойдёт против Трёх. И не потому, что боится. Просто она хочет посмотреть, что приготовили для неё Боги. А отказаться от подарка она всегда успеет. Из дверей снова вышел Лис, один, и подошёл к девушке:

- Родич говорит, у них не принято приглашать в дом, тем более чужих. Но тут есть так называемый Гостевой дом. Пойдём, тебе просто необходимо отдохнуть. А Яна он пока оставил у себя, говорит, сложный случай.

Гостевой дом неожиданно оказался одноэтажным и круглым. Он напоминал пирог, разрезанный от средины. У каждого такого кусочка была своя дверь. Лис, видимо, знал куда идти и поднявшись по одному из резных крылечек, стукнул затейливым кольцом. Ему открыла девушка и они о чём-то быстро заговорили, а потом она, оттеснив Лиса, подошла к Асе и взяв за руку, провела внутрь.

Судя по навалившейся слабости, Асин запас прочности подошёл к концу, она не удивлялась открывшейся красоте убранства комнаты, отделанной деревом цвета липового мёда. Густой и сытный запах свежеиспеченного хлеба, встретивший девушку за порогом, лишь напомнил, что ела она только смородину, и то, давно.

Навстречу вышли ещё несколько эльфиек. Атенаис смотрела на них, как на чудо. Ведь эльфы жили только в сказках, а тут, высокие и стройные, все блондинки, но волосы разных оттенков, под цвет платьев. Лица красивые. Непривычная красота, такая, немного отстраненно-ледяная, хотя они и улыбаются. Лис тоже мог быть таким, редко, но был. Грусть о несбыточном накатила волной, и Ася просто вручила себя заботам хозяек, а те же, заметив брошь Атенаис, переглянулись и она попала в водоворот гостеприимства.

Измученную гостью сразу усадили и принесли хлеба и молока, а потом, дав возможность освежиться, уложили в кровать. Ася всё принимала с благодарностью, только теперь осознав, как устала, а потом непонятно откуда пришли слёзы. Атенаис рыдала и от пережитого страха, и от вынужденной потери Дейдры, так и не ставшей сестрой. И оттого, что ей придётся расстаться с Лисом, как бы ни хотелось иного. Ведь не даром Любовь дала ей возможность помочь, и тем самым спастись самой. "Учись видеть, не просто смотреть, - говорила бабушка, - смотреть могут все, имеющие глаза, учись понимать связующие события нити, вот что значит ВИДЕТЬ." Когда-то, маленькая Атенаис с легкостью могла сказать, что будет завтра, но потом жизнь раздвинула двери уютной детской и то, что она увидела за ними, пугало. Девочке стало казаться, что вся жизнь состоит из потерь. Она старалась не пользоваться даром, а бабушка ругалась, называя её трусихой. Теперь Атенаис взрослая, если она хочет править, дар просто необходимо использовать. Тут, у волшебного народа он вернулся, не спрашивая хозяйку и снова принес весть о потерях, но надо научиться жить и с ними и, самое главное, с собой. "Когда ты поймёшь, что твой день зависит не от погоды за окном, а от тебя, ты станешь взрослой", так говорила бабушка. Что ж, видимо это время настало. Атенаис глубоко, с последним всхлипом, вздохнула и уснула.

Утром в дверь постучали, и вошедшая девушка внесла на вытянутых руках платье, только совсем не то, что было на Асе раньше.

- Просыпайся, гостья! Совсем скоро будет церемония, и хоть тебе на неё нельзя, но потом Принц захочет поговорить. И да, меня можешь называть Илзе, это имя ты выговоришь, - девушка улыбнулась.

- Спасибо, и простите, если я вчера не поблагодарила, - начала Ася.

- Нет, всё правильно, - мелодичным голосом отозвалась вошедшая, - я, и те девушки, мы не служанки, мы ходим в этот дом дежурить, вдруг кто-то появится. Гости, это так интересно, если ненадолго. Ну, ты понимаешь! Другие наряды, украшения, потом задумки чужих портних и ювелиров можно использовать! Нам повезло, теперь на предстоящем Балу у нас будут самые необычные наряды. Надеюсь, ты не против, что мы забрали твоё платье? Вот, принесла тебе взамен. И туфли тоже. Мы ходим в лесу без каблуков, попробуй, так удобней! А ты ещё привела нам Принца, совсем неизвестного, мы тебе признательны и потому поможем.

- А разве Лис принц? - вклинилась вопросом в поток информации Ася.

- У вас нет, а у нас да. Он же станет главой Рода, а все главы родов принцы. Как же иначе Королева сможет выбрать своего нового короля? Вставай, я помогу тебе сделать причёску, ты же не эльфийка, ты не можешь ходить с распущенными волосами. И ещё, тебя ждет друг, на пикник. Это у вас считается романтично, завтракать на пикнике? Я предпочитаю в кровати. Но я всё равно принесла тебе поднос с завтраком. Поешь, пока мужчина не видит, ты же не сможешь при нем есть по-настоящему и опять будешь голодной, как вчера.

Атенаис растерялась от услышанного и поспешила встать.


Глава. 8. Можно любить зиму и нести в себе тепло, можно предпочитать лето, оставаясь осколком льда.


Костер еще горел, но особого тепла уже не давал. Ян лежал на земле, закинув руки за голову и всматривался в тёмное небо. Прямо над ним, да и куда не глянь на нем, ярко сияли звёзды, как будто мириады светлячков замерли в высоте, в разгар летнего брачного танца. Иногда прогоревшая в костре ветка рассыпалась искрами, и они устремлялись в высь, но гасли, не долетев. Почему-то ему подумалось, что не встреть они с Лисом, Атенаис, были бы как эти искры, что хотели стать звёздами, тоже занявшими свое достойное место в танце мироздания, но не смогли долететь, быстро остыли, так и не достигнув вожделенной вечности сияния в узоре созвездий. Он скосил глаза на девушку, которая так неожиданно пришла на помощь им, с Лисом. Теперь неприкаянный мальчишка-ушастик, вечный изгой, вынужденный стать воином, чтобы выжить, стал Принцем Рода. Дай ему Боги или кто там у них, плодовитую жену и здоровых детей. Он рад за друга, хоть и жаль, что тот остался уже в прошлом.

Ян помнил их встречу. Разумеется, госпоже они изложили очень облегчённую версию. Тогда на него напали, подло. Хотя разве нападения бывают другими? Он спал, как позже оказалось, зарывшись в тот же стог, что и Лис. Забрал жалованье и праздновал в каком-то кабаке, вроде и ушёл вовремя, но не заметил, что за ним пошли. В общем, не перекинься тогда Лис, не отбились бы они, даже вдвоём. Когда отмылись от крови, своей и чужой, Лис честно рассказал, что он выродок, что в нем сошлись крови предков и семья, ради своей безопасности, потребовала его ухода. Яну было безразлично, и на семью парня и на всех окружающих. Он, тогда и сам не особо понимал, как жить дальше. Просто однажды проснулся под каким-то деревом, в очень густом лесу. Зарабатывал на хлеб драками, не из-за вздорного характера, просто делал, что умел. А ещё были сны. Первое время именно ради них и жил. Почему-то казалось, что именно во сне должно что-то произойти и он вспомнит себя или найдёт своих. Но время шло, он всё больше замерзал в своём отчаянии неприкаянности и одиночества, а потом в его жизни появился Лис. Этот неугомонный перевёртыш заставил Яна очнуться и зажить, ведь теперь Ян отвечал за него. А Лис, словно нарочно лез на рожон, объясняя это тем, что ищет свой Путь. Выпутываясь из очередной передряги, Ян орал на него, что если так приспичило на кладбище, то можно и по прямой, зачем кабаки или бордели? Лис неизменно отвечал, что нужен опыт жизни. И кому? Яну! И вот, всё сбылось. Даже не верится. Но рассказывая всё, без утайки, почти призрачно прозрачному родичу Лиса, Ян снова летел, притом не сам по себе, как бывает во сне, а находясь в каком-то помещении, с огромными окнами, в которые заглядывали многочисленные звёзды. А за его спиной, знакомые голоса что-то обсуждали и смеялись. Они звали его, и он оборачивался, а потом всё исчезло, а Ян очнулся. Старый эльф поводил над его головой руками, и задумчиво сказал, что этот сон из его прошлой жизни. Мол, так бывает, видимо он кого-то там оставил, кто был очень дорог. Или его жизнь оборвалась внезапно, вот отголоски и приходят, как свет от звёзд, которых уже нет. Ещё старик добавил, чтобы он гнал от себя эти сны и воспоминания если хочет жить здесь и сейчас. Поскольку в прошлое вернуться нельзя. А замечтавшись можно пропустить удар врага, а Лиса с ним уже не будет. И еще он, Ян, теперь в ответе за девушку, что привела его друга в Род. И они, эльфы, навсегда в долгу перед Яном. Ведь встреча с Лисом могла и не случиться, выбери он другую дорогу на перекрёстке.

В общем, всем спасибо, и их с Атенаис вежливо просят на выход. Вот они и пошли, убедившись, что прозрачный родич Лиса "ушёл к Свету". Так эта церемония называлась. Конечно, чужаков, пусть и гостей, на неё не допустили. Но провожал их Лис уже в богатой одежде и волосы парня, обычно стянутые в лохматый хвост, теперь красиво струились по плечам. Да и сам он был, уже немного, но другим. Просто Ян изо всех сил старался этого не замечать. Терять всегда больно, даже если это не физическая потеря, как таковая, а всего лишь взросление. Главное, им дали припасов и Лис предложил выбрать любое оружие, из своего, на память. Ян взял кинжал. И до сих пор был доволен выбором.

Почувствовав, что госпожа проснулась, он привстал на локте.

- Встаём?

- Нет, давай ещё посидим у огня, - тихо ответила девушка, кутаясь в плащ. Последним подарком Лиса стал портал. Он открыл его недалеко от Дворца Лето. Видимо, действительно эльфам доступно то, до чего не дошли ещё другие расы. Но Атенаис попросила переночевать в лесу. Ночь почти закончилась, а девушка вновь не готова к встрече с роднёй. Что ж, понятно, менять жизнь сложно всегда, как и выбирать дорогу. Вслух же Ян сказал совсем другое:

- Мне родич Лиса рассказал, что я летал между звёзд, сказка, как думаете?

- Нет, - немедленно откликнулась Атенаис, - в том мире, где я жила, в космос летают, как на работу ходят, не все, конечно. Так что наверняка где-то существуют и корабли, что по долгу плывут между звёзд. Красиво, наверное.

- Вы боитесь? - прямо спросил Ян, и сев, в упор глянул на Асю.

- Очень, - кивнула она, - понимаешь, в моей семье всё неправильно. Бабушка, нынешняя Глава Великого Дома Лето, Дара, она родила не дочь, а сына. А наследственные умения передаются только через кровь женщины. Такое решение приняли Трое, это наши Верховные, Боги. Мама была из клана Межсезонья, а что я в результате имею, узнаю только на испытании. Но даже оберега у меня теперь нет, это тот знак, что перенёс нас к эльфам, - пояснила она.

- Ну, давайте рассуждать здраво, - заговорил Ян, - если бы вас хотели убить, уже бы сделали. Теперь, при наличии телохранителя, это, поверьте, будет гораздо сложнее. А брошь, что преподнёс вам Лис, это ключ мгновенного переноса, видимо, к нему. А если обидеть ту, кто привел эльфа к его истокам, знаете, никому ни нужны такие проблемы. Так что, пошли, а то сидим тут, как зайцы под кустом.

- Убедительно, - фыркнула Атенаис, поднимаясь на ноги, - Ян, деньги...

- Вот ведь, госпожа, - парень нахмурился, - давайте действовать поэтапно, возведём вас на трон или куда там надо. Потом вы предложите мне место телохранителя и я, сделав серьёзное лицо, соглашусь, трагическим голосом.

- А почему трагическим? - растерялась Ася.

- Вот видите, про трон уже всё решено! - рассмеялся он.

- Ах, ты! Ян, так нельзя! - Атенаис негодующе всплеснула руками и сделала несколько шагов к Замку.

- Чуть задержитесь, я потушу костер, - окликнул её телохранитель.

- Пустое, - она взмахнула рукой и из неоткуда на костер вылилась вода, примерно ведра два. Ян так опешил, что не заметил, как радостно улыбнулась довольная произведённым эффектом девушка. Не будет же она говорить, что последний час не спала, а плела заклинание. Бабушка недаром говорила, что первое впечатление второй раз не произвести, а излишне, на её вкус, самоуверенного Яна надо было поставить на место. И, заодно, проверить, как парень среагирует на волшбу. А то на словах все "за", а потом вопят, что магия, это последствия зла. Но судя по нему, госпожа-магичка его не напугала. Сама Ася, чувствуя легкое покалывание в кончиках пальцев, облегчённо вздохнула. Замок глушил все проявления чужой магии, а раз она творит волшбу, значит, он чувствует свою. И это было приятно.

Ступив на территорию Замка Атенаис, привычно сжалась, но сердито напомнив себе, что она, уже не маленькая, зависимая девочка, волевым усилием заставила себя опустить плечи и гордо поднять голову. Мысленно окинув себя взглядом, заранее представляя недовольство бабушки. Причёску ей перед уходом, эльфийки сделали заново, и платье другое преподнесли. Теперь она в эльфийском шёлке, его уж бабуля точно отличит от всех тканей. У неё самой есть лишь платок, отделанный вышивкой. Его берегут больше всех драгоценностей. Платье Атенаис ярко зелёного цвета. Корсаж тугой, а юбок несколько, самая верхняя, тончайшая, расшита полевыми цветами. Плащ тоже легкий, темно зелёный. Он расшит сверкающими бусинками, они как капли росы или дождя, вспыхивают неожиданно, но очень красиво. Обувь она выпросила на каблуке. Иначе в таких юбках просто не умела ходить. То, что драгоценностей нет, ладно. Она на тонком шнурке подвесила брошь, подарок Лиса. Ценность украшения видна сразу. Атенаис шла медленно, Ян на шаг позади, видимо, чтобы я не сбежала, нервно хихикнула про себя она. Ещё Ася перестала придерживать полы плаща, а то следы от влажных пальцев будут заметны.

Замок будто вымер, их никто не окликнул даже когда они подошли к искрящимся ступенькам крыльца. Значит, она успела вовремя, Сила пробудилась, но у бабушки хватило времени отослать прислугу и охрану.

- Это камень такой, специальный, только я забыла как он называется, - проговорила Ася, не особо понимая, что сказала, просто хотела услышать свой голос. Тишина давила.

- Ясно, - кивнул Ян.

Вот и резные двери в полтора человеческих роста. Ася вскинула голову, собираясь представиться, но двери открылись раньше. В прохладе внутреннего коридора, на вершине парадной лестницы, на фоне открытого тронного зала стояла Властительница Дара. В наряде яркого, солнечного цвета, и золотой короне, вспыхивающей огоньками драгоценностей, она должна была быть неотразимой. Но Ася, с ужасом, увидела иссохшую и абсолютно седую женщину. Тяжёлая корона гнула старческую шею, заставляя опускаться когда-то гордую голову. Она опиралась на тяжёлую трость, и Ася заметила, как мелко подрагивает её рука.

- Бабушка, - потрясённо проговорила Ася и забыв о приличиях, подхватила юбки и устремилась к старушке, в которую превратилась её вечно молодая бабушка, почти бегом, но на последних, разделяющих внучку и бабушку ступенях, девушка будто споткнулась о её ненавидящий взгляд. Торопливо поднялась на широкую площадку лестницы и автоматически сделав реверанс, выпрямилась.

Ян, поддерживающий госпожу на ступеньках, на всякий случай, отошёл в сторону, поглядывая в зеркальные стены. Родственные отношения, это последнее, куда он будет лезть. Однако прием явно не радостный. Похоже, старая гарпия что-то замышляет.

Та кивнула потрясенной девушке,

- Я ждала тебя. Перед Верховными признаю твоё право находиться здесь, как моя внучка, и наследница Дома Лето, Атенаис Доменика, - холодно уронила она слова приветствия, и неожиданно добавила ненавидящим шёпотом, разнесшимся по дворцу - как только сработал оберег, так и стала ждать.

- Почему? - растерялась девушка, рассматривая старушку, - бабушка, что произошло?

- Колесо Судьбы, - бабушка так тяжело уронила эти слова, что Ася физически ощутила, как дрогнул пол под ногами, - Это украшение, как манок, оно присутствует в правлении каждой Верховной и заряжается один раз, пусть и не каждая идёт на это, - голос женщины утратил былую напевность и был сух, как старый пергамент, - когда ты пребываешь в апофеозе своих сил и можешь без вреда поделиться ими, ты выбираешь время, и наполняешь её своими жизненными силами. Бабушка неожиданно замолчала и продолжила совсем другим, обвиняющим тоном, - Этот обряд, он лишь очередная проверка. Нельзя вмешиваться в дела Судьбы. Но ведь ты направляешь их на спасение жизни самого дорогого существа, разве это плохо? - она явно говорила с кем-то за спиной Аси. Девушка повернула голову посмотреть на её собеседника, но там никого не было, - этим ты идёшь поперек Судьбы, - продолжила та, ставишь себя на одну ступеньку с Богиней. Она не мстит, не одёргивает тебя в твоём заблуждении собственным величием. Судьба, Верховная богиня, одна из Трех, лишь толкает маятник оплаты. И ты никогда не знаешь, когда и чем придётся платить. Я расплатилась оставшимися силами своей жизни

- Я не понимаю, - дрогнувшим голосом проговорила девушка.

- Пойдем в мои покои, надо поговорить, - она окинула взглядом Атенаис, и недовольно хмыкнула, - надо же, эльфийский шёлк и телохранитель иноземец. Откуда что взялось.

Ася едва не споткнулась, видимо она поспешила решить, что бабушка изменилась.

Едва они вошли в малую гостиную и сели, как Глава Дома Лето заговорила:

- У меня было время подумать, да и ты повзрослела. Я оставляю Свой Высокий Дом в надёжных руках. Скоро ты спустишься в тот зал, куда так мечтала проникнуть девчонкой, - она усмехнулась, Сила уже тогда чувствовала твой потенциал, - это я не хотела его видеть, - Скоро Мир Сезонов улыбкой встретит новую Госпожу Лето. Но на всякий случай, я присмотрю за твоим мальчиком.

- Бабушка, он не...

- Я достаточно прожила, чтобы понять, кто кому кем является, - хмыкнула та, - Сейчас, конечно, нет. Тебе кружит голову твоя первая влюблённость, он эльф, судя по твоему наряду. Ты даже не понимаешь, как тебе повезло в том, что она была такой короткой и, значит, прекрасной. Будет, что вспомнит. Воздушный поцелуй уходящей юности, - изрезанное морщинами лицо смягчилось, сухие губы тронула улыбка, - Когда ты станешь Верховной, поневоле повзрослеешь, отвечая за других. Иначе не бывает. Запомни, выбирая спутника, отца для дочери, думай не о себе, а о ней. У ребёнка всегда превалируют отцовские гены. Проще говоря, от осины не родятся апельсины.

- Бабушка, - ахнула Атенаис от такой откровенности - но ты, сама...

- Я ошиблась, я единственный раз тогда ошиблась и была вынуждена играть не по правилам, всю оставшуюся мне жизнь. Я любила не мужчину, а власть. Дочь, это комплимент женщине от Бога. Я свой не получила. Но ты другая. Просто помни, что я тебе открыла. Меня тоже предупреждали, я не стала слушать.

Повисшее молчание заставило Атенаис поднять глаза, она видела, как бабушка стареет на глазах.

- Что смотришь, страшно? -хрипловато продолжила Дара, - поверь, мне страшнее. Я всегда гордилась своей красотой, вела свою игру и считала себя умнее всех. Видимо Боги хорошо повеселились за мой счёт.

- Я не понимаю, - извиняющимся голосом проговорила Атенаис, чувствуя, как ей становится холодно в комнате, посвященном Лету.

- Они меня переиграли, - бабушка стиснула вычурно изукрашенную трость, словно пытаясь её сломать, - переиграли уже тогда, когда я считала себя победителем. Но они знали и веселились.

Атенаис с ужасом стала понимать, что физические изменения бабушки затронули и ум. Вот почему она чувствует лёгкую тряску замка. Бабушка перестаёт контролировать первородную силу.

- Мне остались считанные часы и нет смысла скрывать что-либо, - проговорила та, явно для себя, - когда ты решила жить в другом мире, я дала тебе подвеску, "колесо судьбы".

- Да, бабушка! - с облегченным вздохом заговорила Ася, радуясь возможности наконец сказать, как она признательна ей, - и не поверишь, но ты меня спасла, и меня, и моих друзей тоже.

- Помолчи, - оборвала её благодарность старуха, кривя губы, - подвеска не должна была тебя спасать, она должна была тебя погубить. Все меня предали, все против меня, - пробормотала она.

- Как? - обмерла от услышанного Ася, - Но почему?

- Сила. Она внутри тебя и снаружи. Ты лишь серединка этого баланса, - бабушка хрипло рассмеялась, - её нельзя подчинить и нельзя прогибаться. Это сложно. С годами забываешь, что правит она, а не ты. И искушения, их так много. Проверки Верховных. Сначала ты боишься и только чуть сдвигаешь границу, а потом, с каждым разом становишься смелее. Забываешь, что Верховных всегда трое, а ты не четвёртая, а так, пыль под ногами вечности. Я не хотела дочери такой судьбы. У колесницы судьбы два колеса, и подвесок было две, и я придумала, как перехитрить всех, - неожиданно поменяла тему Дара, - В одну я вложила часть своей силы и жара души, тогда я могла себе это позволить. Вторая же была пустой. Именно её я и должна была отдать тебе, и чтобы с тобой ни произошло, пустая железка не помощница. А я продолжала бы править. Но я перепутала их, представляешь? Просто перепутала и отдала тебе не ту. Боги вмешались. Поняла? Когда пришло время, подвеска сработала, и мои силы меня покинули, спасая тебя. Сильную наследницу, но ненужную мне внучку, дочь ненавистной снохи, - бабушка вновь уходила в себя. - Мой сын погиб из-за неё и её отродья. Этой девки-змеи.

- Ты знала о Дейдре? - не поверила ушам Атенаис.

- Разумеется, - старуха хихикнула, - Я знала всё, что происходит в моём доме. Раз сама не без греха, то и в других его замечаешь очень быстро. Я надеялась всё исправить, чтобы никто не догадался, о моей ошибке в выборе. Выбрала Летописца в жены сыну. Она должна была мне подчиниться и написать то, что я продиктую. Но не сделала этого, - Дара ещё больше согнулась, держась за трость обеими руками. Озвучивание давно минувших событий пригибали её к земле, - Теперь мне ничего не остаётся, как передать тебе правление. Как там говорилось, в твоём мире - убежище? Что смотришь, так удивлённо? Естественно, я была там и много ещё где. Я же Глава Дома. Была. Если палку перегнуть, она станет бумерангом? Истинная правда. Ладно, хватит, ступай. - Глава дома неожиданно ясно взглянула на внучку и даже попыталась выпрямиться, - Там, в подвале, всё готово к ритуалу, и вот, возьми. - Она с усилием сняла с пальца широкое, на всю фалангу, кольцо, с крупным, каким-то тусклым, камнем, - Приложи его к входным дверям, там. Увидишь. Это ключ и к Силе, и к тому, что внутри тебя. Если Сила признает тебя, она не разорвёт, а наполнит. Ещё мальчику своему вели в деревню уйти и там ждать. Тем, кого Сила изберет для служения новой Главе Дома Лето, зов велит прийти. Других не пустят. Пришедшие же обретут знания и будут верно служить, и долго. Ступай, Ася, - это, неожиданно вырвавшееся у бабушки её детское имя, позволило вставшей Атенаис повернуться:

- А кому предназначалась правильная подвеска?

- Моему сыну, разумеется, - горько отозвалась Дара, - мой малыш носил её с рождения. Но на него никто не покушался, никогда. Я считала, что Верховные не против, мы договорились. Я принесла богатые дары и украсила святилища. Но Боги не вступают в переговоры с даже с Правителями. Просто переждали время и всё исправили.

Атенаис, глотая слёзы, выбежала из комнаты и угодила в руки Яна.

- Я всё слышал, - сразу ответил парень на незаданный вопрос, - теперь самое главное. Не дай её яду просочиться в твоё будущее. Это, - он кивнул головой на двери комнаты, откуда выбежала Атенаис, - уже прошлое. Оставь его ей. Скоро у тебя будет своё. А пока живи моментом и пошли быстрее. Что-то пол под ногами подрагивает.

- Это Сила так даёт знать, что наложенные на неё путы ослабевают, - голосом девочки-отличницы быстро проговорила Ася.

- Тогда поторопись, наследница, иначе будущее Дома Лето превратится в большой взрыв, - Ян действительно многое вспомнил, благодаря родичу Лиса. А ещё хорошо запомнил его совет: "не посвящай в своё прошлое тех, кто там не был, ведь любое знание, это оружие, пусть оно останется у тебя". Поэтому он понимал происходящее гораздо глубже, чем простой телохранитель, и заранее восхищался смелостью этой девочки. Он решил, что обязательно поможет ей здесь, как и тогда, в лесу с драконами. Пусть она и Глава Высокого дома или скоро станет ей, многие вещи всё равно может и должен делать только мужчина, например, беречь и защищать. Так решили Верховные, и не ему с ними спорить.

Ася кивнула и поспешила вниз, но обернулась, - Ян, тебе надо уйти. Так положено. Но ты подожди меня, там. Ладно?

- Я буду тебя ждать, - серьёзно проговорил Ян, - сколько понадобится, столько и буду.

Ася глубоко вздохнула и почти побежала вниз.

Нижний Зал представлял собой короткий, грубо вытесанный туннель: монолитные стены и выложенный камнем пол. Ребёнком она несколько раз приходила сюда и прикладывая руку к прохладной, даже в самый жаркий день, стене, чувствовала, как та легонько пружинит, словно дышит. Девушка помнила, как прикладывала ухо и слышала низкий гул, доносящийся оттуда. Сейчас. на её глазах, по одной из стен прошла трещина от пола до потолка, и по месту раскола, стена раздвинулись. А проступившие двери стали выпуклыми и полуоткрылись, ожидая её.

Асе было страшно, очень, да и власть она не любила, это же всегда ответственность за других. Лучше так, быть самой по себе и писать письма в никуда, храня их в папке с грустным названием "Письма Осени". Мечтать о любви. Хотеть встречи с Принцем и жалеть себя, смотря в залитое дождём окно. Кутаться в тёплый плед и пить горячий чай из красной кружки. Мечтать завести котёнка и знать, что не сделаешь, потому что ответственность всегда страшит. Почему-то именно мысль о котёнке, мягком, пушистом и обязательно рыжем и подтолкнула Асю вперёд.

- Я назову его Рыжулька! - сообщила она в никуда и спиной почувствовала сомкнувшиеся за ней двери.


Эпилог.


Новая Госпожа Высокого Дома Лето, Доменика Атенаис, осторожно ступая, шла по каменному полу Нижнего зала. Прошедшие века немного сгладили грубые камни, но всё же туфельки из тонкой кожи приходилось беречь. Красненькие, с тонкими ремешками и изящными пряжками. Интересный и необычный подарок от Времени, хотя он то знает, как Асе, с детства, хотелось такие туфельки, но красный цвет был у бабушки под запретом. Сосредоточенность на исполнившейся мечте, позволяла Асе потихоньку приходить в себя, после испытания.

Единение с Силой, её принятие далось, ох как непросто, причём обеим сторонам. А это не экзамен, даже без шпаргалки, тут правильных ответов не существует. Есть она, Атенаис, и Сила, которая решает, и ещё Верховные, все Трое. Девушка помнила, как Сила вздымалась тьмой и опадала маслянистой, липкой массой, стремясь подмять и уничтожить. Помнила, как кричала, что это не так, и истинная Сила Лета должна быть золотая и искрящаяся, как летний, солнечный дождь. Ася улыбнулась, вспоминая, как договаривались и даже торговались, но это было потом. Когда Сила заискрилась и вспыхнула золотым дождём, поверив новой Госпоже Высокого Дома Лето и самое важное, приняв её.

Повернув, она застыла у огромного зеркала, изучая своё отражение. Видимые для Аси, изменения затронули лишь глаза, из мрачноватых, темно зелёных они стали необыкновенными и притягательными. Словно на молодых ветках ели играли солнечные зайчики. И ни следа от неуверенности или робости, как было раньше. Наполняющая Атенаис древняя Сила смотрела на девушку сквозь зеркало, уверенно и спокойно. Золотисто каштановые волосы, поднятые в высокую причёску, венчала изящная, (не бабушкина!), корона. А роскошное колье, как и серьги, это скорее дань статусу. Главное, вновь ожило и засверкало кольцо Рода. В нём снова живёт частичка Силы Лета, и она теперь всегда рядом с Атенаис. Она снимет его с руки, только передавая дочери. Богиня Любовь, вслед за Временем, не поскупилась на подарки, самым дорогим стало то, что она не изменила Асю, а как скульптор, убрала лишнее, вычленив Атенаис.

Пусть бабушка и наделала много ошибок, но она заглянула туда, куда до неё никто не решался. И только Асе решать, воспользуется ли она этим опытом. Но, как справедливо заметил Ян, это не её прошлое. У неё будет своё. Атенаис искоса бросала взгляды, ища глазами подарок от Судьбы, который та обещала. Ведь не даром, на вопрос Атенаис, "Что же дальше?" Богиня лишь покачала головой и сказала: "Всему своё время!". Неожиданно у входных дверей что-то вспыхнуло, девушка на секунду зажмурилась, а открыв глаза, увидела маленького, рыжего котёнка, которого бережно держал в руках, осторожно прижимая к груди, Ян.

На миг котёнок показался Атенаис золотистым листочком неведомого древа из садов Трёх, упавшим на её дорогу. Подойдя, Ася погладила рыжее чудо по взъерошенной спинке, вспомнив, как в чужом мире любила собирать осенние листья, пытаясь прочесть в них то, что ещё не было написано. Теперь же Хозяйка лета поняла, это письмо осени, предназначается только ей. Подняв глаза на Яна, она встретилась с искрящейся зеленью глаз парня:

- Я услышал "зов", - ответил он на невысказанный вопрос, - но в воротах мы столкнулись. Так что, можно сказать, он был первым, - Ян смотрел на Атенаис, серьёзно и ласково, готовый принять решение своей госпожи.

- Добро пожаловать домой! - просто сказала Атенаис, - Добро пожаловать!

А в необозримом Космосе Трое отвели взгляд от экрана. Судьба взмахнула рукой, убирая с глаз и экран и то, что дальше принадлежало только двоим. Любовь поставила на маленький стол изящные бокалы. Время разлил в них вино вечности и взяв в руку бокал с искрящимся напитком, по традиции, опустил голову и тихо произнёс:

- Время умерло!

- Время родилось! - в один голос, улыбаясь, отозвались Судьба и Любовь и все трое звонко сомкнули свои бокалы, с искрами вечности в хрустале мироздания.